# Дура в танке

Алексей Львович Зуев-Горьковский

Нагло-сэксонская колыбельная

Дура в танке

(Нагло-сэксонская колыбельная)


Из туманных резерваций кто б ты ни был, став министром,

Не садись на танк, как дура, чтоб кататься вдоль границы.

Не торчи по грудь из башни рудиментом неказистым,

Потому как многих это доводило до больницы.


До больницы - это ладно. Хуже будет, если дура

Как-то вдруг почти случайно, берега попутав, съедет

В лес дремучий чужеземный, где довольно-таки хмуро,

Где при маузерах бродят только в кожанках медведи.


Пулемётных лент крест на крест не снимая даже ночью,

Танк, несущий процветанье в лес дремучий, эти звери

Отберут у тех танкистов, что с министром. Даже очень

Будут те от горя плакать по утраченной потере.


Но медведям эти слёзы завсегда почти по пояс.

Не по злобе - по привычке отломают танку дуло,

Раздадут люлей, кто в танке был. А после, успокоясь,

Всем напомнят, что их предкам, так как им не фортануло.


И стоять министру в юбке вновь на трассе, но без танка,

Ибо нефиг ездить в танке дурой вдоль чужой границы.

Нет ответственности если социальной у пацанки,

То и танк иметь на трассе этой дуре не годиться.