# Анатомичка

Александр Васильевич Закерничный

О месте, где мёртвые учат живых

Врачи - особенные люди. Ходить к ним со своими болячками не шибко увлекательно. А поболтать в неофициальной обстановке - всегда интересно.

Пошли с дочкой в выходной день на экскурсию в анатомический театр, что в МедИне.

Очень красивое здание конца девятнадцатого века с потрясающим интерьером. На входных дверях - витраж, изображающий чашу со змеями и надпись: "Hic locus est, ubi mors gaudet succurrere vitae". Это место, где мёртвые учат живых.

На парадной лестнице нас радушно встретила статуя человека без кожи, указующим жестом схожая на Владимира Ильича. В коридоре на витрине коллекция хирургических инструментов. Я и подумать не смел, что их может быть так много!

В зале на втором этаже много высоких деревянных стеллажей. Основная часть экспонатов собрана до революции и в советское время. Отдельная витрина посвящена раритетам, подаренным музею моряками одесской китобойной флотилии.

Скелеты, черепа, внутренние органы в различной посуде, поперечные и продольные разрезы фрагментов тел, разнообразные патологии. Куча всего интересного!

Отдельно остановлюсь на том, чего до этого не знал. Оказывается, уже далеко не все люди запрограммированы природой иметь тридцать два зуба. Стоматологи всё чаще сталкиваются с тем, что к ним заглядывают пациенты с двадцатью восьмью, а иногда и двадцатью шестью зубами. Человечество мало жуёт, и зубы постепенно становятся атавизмом. С чем я лично не согласен. У меня с недавнего времени тоже осталось двадцать восемь зубов, и мне их категорически не хватает.

С одной из полок на посетителей печально смотрит мёртвыми глазами голова мужика со вскрытой черепной коробкой. Таким образом, вместе с ним на тебя глядят и лобные доли его мозга. Дядька ткнулся лицом в стекло, и от этого нос его немного сплющился. Смотрит, и грустно улыбается. Тошно ему сидеть в банке с формалином, и от этого он иногда меняет мимику. То бровь приподнимет, то уголок рта приспустит. Научно зафиксированный факт, подтверждённый многочисленными фотографиями. Молодец, парень. Я бы на твоём месте ещё не такое с тоски вытворял.

Так и вижу, как это могло быть лет сорок назад. Профессор интересуется у практикантов:

- Товарищи студенты, сколько консервов вы закрыли этой весной?

- Восемнадцать трёхлитровых, Владимир Николаевич. И так, по мелочи ещё штук десять. С небольшими органами.

- Поздравляю! Верной дорогой идёте, товарищи! Перевыполнили план, поставленный Партией и правительством на семь литров. Уверенным шагом движетесь к коммунизму. Давайте сюда зачётки.

На стенде со скелетами отдельное почётное место отведено костяку местного городского сумасшедшего. Он жил в Одессе ещё при царизме, и имел какой-то интересный дефект опорно-двигательного аппарата. Жил себе, поживал, да добра нищенством наживал. И вот, в один прекрасный день добрый коммерсант сказал ему примерно так:

- М╕лостевый государь! А ╕звестно ли Вамъ, что на Вашемъ замечательном недуге можно-таки сделать недурственный гешефт?

- Амер╕ка заметает следы,- ответил странному человеку в котелке наш герой. Всё-таки он был известным городским сумасшедшим, и марку надо было держать. Но мы-то с тобой, дорогой читатель, понимаем по контексту, что на самом деле имелось в виду: "Сударь, ╕звольте внятно ╕зложить суть Вашего предложения-с".

Господин кивнул и продолжил:

- Одесск╕й мед╕цинский ун╕верситетъ охотно купит Ваше тело для своей музейной коллекции. Разумеется, ассигнации Вы получите при ж╕зни, а останки завещаете ему после смерти. За десять процентовъ я готов обтяпать для Вас это дел╕катное дельце-с.

- Слава Укра╖н╕, - воскликнул юродивый. Сумасшедший. Что с него взять?

Судя по тому, что мы с вами сегодня, через сто с лишним лет, имеем возможность поздороваться с ним практически за руку, сделка таки состоялась, и наш герой ведёт активную загробную жизнь.

Изюминкой экспозиции является мумифицированный человек с содранной кожей. Ему отведена VIP - зона. У окна. Тут тебе и вид на море, и радиатор зимой под боком греет. Красота! Другие и при жизни о таком только мечтают!

На первом этаже два огромных зала, с половину футбольного поля каждый, заставлены столами нержавеющей стали. Очень похоже на столовку.

Я прилёг на один, и сквозь одежду ощутил холод металла. Для полноты картины не хватало простынки, и бирки на большом пальце ноги. Memento mori!

Когда-то у студентов тут проходили практические занятия по изучению анатомии. На каждом столе лежал свеженький труп, который можно было потрошить, как душа пожелает. Однако при Ющенко, в рамках борьбы с незаконным оборотом внутренних органов, такое роскошество запретили. Или правительство решило, что вечно голодные интерны подхарчёвываются таким образом человечинкой, и решение принято в рамках борьбы с каннибализмом.

Так, или иначе, а с мертвечиной в ВУЗе нынче туго. Хоть в гроб ложись!

Мы выбрались на свежий воздух, и я спросил у Маши, понравилась ли ей экскурсия. Она сказала, что, да. Тогда я предложил:

- Ну что, доча, в морг сходим с тобой как-нибудь?