# Клятва верности

Наталья Анатольевна Захарова

Фэндом: Звёздные Войны

Основные персонажи: Энакин Скайуокер (Дарт Вейдер), Палпатин (Дарт Сидиус), Люк Скайуокер


Пэйринг или персонажи: Люк Скайуокер, Дарт Вейдер, Палпатин

Рейтинг: NC-17

Жанры: Джен, Драма, Фантастика, Даркфик, AU

Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Насилие

Размер: Мини.

Статус: закончен


Описание:


Верность... Что может быть прекраснее и благороднее? Что может быть лучше, чем исполнение данной вам клятвы? Но требуя клятву верности, не ошибитесь с формулировками.


Примечания автора:


Бойтесь своих желаний, они могут исполниться.


Вейдер довольно улыбался под маской. Искренне, счастливо... так, что натягивались шрамы и сводило отвыкшие от такого мышцы.


Прямо перед ним, на специальной медицинской платформе, предназначенной для ухода за находящимися в коме пациентами, лежал Люк. Грудь его сына еле заметно поднималась и опускалась, тело опутывали трубки, ведущие к капельницам, непрерывно накачивающим его тяжелой химией - простые средства не брали джедая, пусть он и не был обучен как положено, уж слишком сильным был Люк. Кроме многочисленных трубок с иглами, парня обвивали тросы в специальных оболочках, расходящиеся паутиной к стенам - Вейдер не хотел, чтобы его сын, придя в себя хоть на мгновение (а такую возможность исключать было нельзя, учитывая его везение и связь с Силой) смог сбежать. Тросы, конечно, можно разорвать, но на это понадобится время - а значит, Вейдер успеет пресечь попытку побега.


Чтобы поймать Люка пришлось приложить множество усилий... и лишиться трех отрядов Инквизиторов - парня требовалось захватить живым и неповрежденным... а Скайуокер сопротивлялся изо-всех сил. В конце концов его смогли вырубить, но потери были ужасающими, впрочем, Вейдера это не волновало. Выживших он добил лично, оставив гнить их трупы на Эндоре, забрав с собой на "Палач" не только сына, но и его ближайших друзей, перед этим основательно проредив их ряды.


Темный лорд довольно смотрел на плененного сына, и предвкушал, как постепенно приведет его на Темную сторону, вытравив из мальчишки Свет и прочие глупости. Люк встанет рядом с ним, как его сын и наследник, как его ученик, а затем... как Темный лорд. Вдвоем у них есть все шансы сокрушить Палпатина - старик засиделся на троне, да и прогрессирующее безумие все сильнее вредит ему же и доставляет неприятности и самому Вейдеру.


Да, вдвоем они сбросят старого ситха с пьедестала и будут править Империей... теперь главное - успеть доставить сына в тайное убежище, пока не прознал император - у старика много шпионов с острыми глазами и чуткими ушами... а также со слишком длинными языками. Надо его отвлечь. Может, отдать ему эту наглую принцессу с ее ухажером? Этот мерзавец со своим летающим куском космического мусора много нервов и крови ему попортил, настало время расплачиваться за погибшие нервные клетки ситха.


Хорошо хоть, эту мохнатую образину пристрелили... одной проблемой меньше...


Ситх развернулся и вышел из каюты, оснащенной как смесь тюрьмы самого строгого режима и медблока для особо тяжких больных. Захлопнулись толстенные двери, защелкнулись запоры, у двери встала охрана, преданная лично ему, Вейдеру.


Теперь надо успеть...


Ситх успел сделать только десять шагов, как адъютант, почтительно следующий за ним, подал голос.


- Милорд, вас вызывает Император.


Мужчина сжал кулак, сдерживая взметнувшуюся вокруг него тяжелым плащом ярость.


- Переведите вызов в мою каюту, - прогрохотал Вейдер, направляясь к своим покоям. В груди стучало: он уже знает. Ты опоздал.


***

"Палач" завис на орбите Корусканта и сидящий в массивном кресле старик поднял голову. По морщинистым губам ситха пробежала жестокая улыбка... Наконец! Его доставили... Император чувствовал клубящийся на орбите массив Тьмы и ярости - Вейдер. И колющая погруженную в мрак душу ситха острыми лучами ослепительно-белая звезда - Люк Скайуокер.


Сильный. Светлый. Верный. Истинный сын своего отца: убивает не колеблясь, идет напролом, верен своим убеждениям. В принципе, ситха в парне устраивало практически все, кроме цвета Силы и объекта верности. Верность Скайуокера должна принадлежать ему. Только ему! Не Вейдеру, не Альянсу, не Свету или Ордену Джедаев, которого парень, к слову, и в глаза не видел...


Его верность должна принадлежать Императору и Империи. Но на первом месте должен быть он... Сидиус. Император. И он этого добьется... ведь временем и методами его никто не ограничивает.


***

Вейдер метался по своим покоям на "Палаче", задыхаясь от бессильной ярости. Глупо было думать, что Император не узнает про поимку Люка... глупо и самонадеянно. Все мечты ситха разлетелись в пыль, когда голограмма Сидиуса, алчно сверкая желто-алыми глазами, отдала приказ: "доставить пленников на Корускант".


Не подчиниться было нельзя, и ситх, едва не воя от злобы, отдал распоряжения капитану. Все эти дни в гипере он провел в камере сына... просто сидел рядом, медитировал... разговаривал. Он выплескивал в тишине свои размышления по поводу грядущего, рассказывал о своих планах и надеждах... естественно, ответов не было, парня все также держали на внутривенном питании и накачивали наркотиками, но так у ситха создавалось впечатление, что они беседуют. Все-таки, одиночество - вещь никому не идущая на пользу, даже ситхам.


Император затребовал себе не только Люка, но и остальных: принцессу Лею, Хана Соло, Мон Мотму. И Вейдеру пришлось их отдать... а затем, пришлось отступить. Палпатин, улыбаясь ранкоръей улыбкой, приказал ему заняться не уничтоженным до конца флотом повстанцев... и вообще, зачистить как следует Внешнее кольцо, усилив эскадру кораблями Трауна.


И ему пришлось подчиниться. Опять. Снова. Как всегда...


***

Легкие клокотали, голова кружилась от голода и побоев. Тело онемело, превратившись в одну сплошную рану. Шок. Он уже не ощущал боли... ничего не ощущал, находясь в странном, подвешенном состоянии. Сколько он здесь? Люк не знал... не помнил. Долго. Полгода? Год? Непонятно. Долго.


Если первое время он еще как-то ориентировался, то теперь... когда он то и дело отключается, теряя сознание на неопределенный срок, ни о каких датах и речи не идет. Теперь у него другой отсчет времени. От смерти до смерти.


Первой казнили Мотму. Все, как положено: объявление, император на троне, охрана и палач, а также толпы народа и прорва снимающих все в прямом эфире журналистов. Публичные казни, они такие... Шумные.


Они тогда смотрели как падает маленькая фигурка в белом, и солнце отражается от выпавшего из ладони медальона - любимого украшения неистовой Мон. Они стояли рядом, скованные... и смогли только осторожно коснуться друг друга кончиками пальцев, давая хоть какое-то утешение и поддержку. Никто ничего не говорил... их научили ценить тишину, да и все уже давно охрипли от криков... Лея вообще потеряла голос и теперь только еле слышно шептала.


Но стояли они гордо. Тогда у них еще оставались какие-то иллюзии о собственной силе воли.


Вторым был Хан. Его казнили через четыре месяца. Осунувшийся, еле живой коррелианец смотрел на Лею, а его губы кривились в такой знакомой наглой ухмылке. Она осталась на его лице даже после смерти. Лея тогда только улыбнулась в ответ... и с тех пор практически постоянно разговаривала с пустотой, глядя куда-то перед собой. А у Люка появилась первая седая прядь - правый висок побелел полностью.


Их камеры были расположены в разных концах коридора, но Люк отлично знал, что с ней происходит. В бреду реальности они обсуждали что-то свое... он, Лея и Хан. Коррелианец молчал, но смотрел на них теплым взглядом... и улыбался.


А сегодня он впервые подошел и ласково поцеловал спящую Лею в щеку.


Двери лязгнули, и сидящий на полу пленник скосил глаза на выросших в дверях Алых стражей. Сегодня...


***

Грохотал имперский марш, сидящее на троне чудовище милостиво шевельнуло рукой. Лея гордо вскинула голову, смотря прямо на свою вторую половинку. В камерах они поняли наконец, кем приходятся друг другу, но никогда не произносили этих слов даже мысленно. Никогда. Нельзя было давать Палпатину еще один рычаг для воздействия.


Этой ночью они о многом говорили... даже обсудив немыслимое. Лея долго молчала, заставив Люка с ужасом ждать ответа, после чего ее голос прошелестел у него в голове.


- Сделай это, Люк. Это самый лучший выход. Ты ведь сам это знаешь, не так ли... мой... Ты ведь знаешь, не так ли? Знаешь... Видел. Так сделай это. Не упусти этот шанс. Прошу.


- А ты?


- Сегодня в полдень умрет мое тело. И это хорошо. У Палпатина больше не будет возможностей причинить тебе боль. Сделай это. Сделай и... иди вперед. И не оглядывайся. Хорошо? Никогда не оглядывайся! Ни на кого!


***

Лею казнили по древнему закону, откопанному ситхом в архивах - удар кинжалом прямо в сердце. Люк прикрыл глаза, чувствуя, как умирает светлая часть его души, а беспросветный мрак опускается на него непроницаемым покровом. Сила беззвучно плакала, а разум корчился в агонии, пока рвалась связь между ними.


Палпатин предвкушающе сверкнул желто-алыми глазами, шевельнув костлявой, покрытой старческими пятнами морщинистой рукой.


- Итак, Люк? Каково твое решение? Если что, палач все еще ждет...


Люк бестрепетно встретил алчный взгляд рептильих глаз Императора, и улыбнулся. В ушах шептал голос Леи: "Сделай это. Не упусти тот самый, единственный шанс".


Колени подогнулись, он покорно склонил голову, а губы сами прошептали:


- Клянусь в верности вашему учению, Мастер.


Довольное кудахтанье ситха окружало липкой паутиной. Наручники упали, даруя свободу.


- Встань... мой ученик.


***

Три года спустя.


Вейдер с Трауном стояли в ангаре "Палача" ожидая прилета личного посланника Императора. Никто не знал, его имени, но догадки ширились и множились. Все чесали языками, гадая, кто же это может быть, ведь статус и полномочия у неизвестного были впечатляющими.


Лямбда-шаттл мягко опустился на опоры, выдвинулся трап... Все вытянулись в струнку, отдавая честь вышедшему из недр шаттла неизвестному, одетому в черное. Плащ слегка колыхнулся, когда незнакомец осмотрелся, а затем твердым шагом двинулся вперед, прямо к ожидающим его Вейдеру и Трауну.


Стоящий рядом с Вейдером чисс отметил, что Темный лорд неожиданно напрягся, а его рука слегка дернулась к висящему на поясе сейберу. Интересная реакция. Крайне интересная.


Посланник подошел ближе - среднего роста мужчина в длинном плаще с накинутым на голову капюшоном.


- Приветствую вас, Темный лорд Вейдер. Гранд-адмирал Траун.


Неизвестный слегка наклонил голову, чисс поклонился в ответ. Вейдер даже не шелохнулся.


- Император пожелал, чтобы я оценил успехи на поприще искоренения остатков Восстания... так что, я думаю, вы не будете возражать против моего присутствия, - тихий мягкий голос обволакивал, усыпляя внимание. Глаза Трауна сверкнули, чисс мысленно отметил, что судя по всему, посланник весьма не прост. - А теперь, я бы хотел пройти в предоставленные мне покои.


- Я вас провожу, - неожиданно пробасил Вейдер. Посланник равнодушно кивнул.


- Благодарю, Лорд Вейдер. Вы очень... заботливы.


Рука Вейдера слегка дрогнула.


Две одетые в черное фигуры неторопливо шли по коридору к каюте, выделенной для высокого гостя. Вейдер искоса поглядывал на невозмутимо идущего мужчину, совершенно не обращающего на него внимание.


- Ваши покои, - пророкотал Вейдер. - Ваши вещи доставят.


Посланец Императора сухо кивнул и молча закрыл за собой дверь. Ситх некоторое время постоял перед нею, потом резко повернулся и ушел. Стоящий за дверью парень открыл глаза и разжал мертвую хватку искусственной руки на рукояти богато украшенного сейбера.


***

Три года в аду. Это много или мало? Кто-то скажет - много, кто-то - мало. Для Люка это время тянулось неимоверно долго, а пролетело в одно мгновение.


Палпатин взялся за него со всем энтузиазмом гения, обнаружившего новый объект для приложения своих сил. Скайуокер и сам не знал, как он смог пережить обучение у ситха. Император не упустил ничего: ни физического развития своего ученика, ни его же психической ломки. Можно сколько угодно говорить, что ты никогда! Что ты не такой... Что ты останешься стойким... Что ты не поддашься... но...


Когда за дело берется мастер, знающий как, все твои мысли по поводу сопротивления будут только иллюзиями. Сейчас, вспоминая себя-прежнего и видя себя-нынешнего, Люк только головой качал, видя свою прежнюю наивность. Что он видел в жизни? Да ничего, если разобраться. Глупый мальчишка, ставший пешкой в игре опытных игроков. Что Кеноби, что Палпатин... они оба играли им, и играли грязно. Теперь Люк, поднаторевший в истинных интригах благодаря своему Мастеру, видел множество нестыковок и дыр в действиях и словах Оби-Вана, вот только высказать претензии было некому.


Да, тогда он не обратил на эти проколы внимания, а чего еще ожидать от фермера с планеты, находящейся на задворках галактики, хорошо хоть запомнил. Анализ воспоминаний принес много интересного...


... Сейбер якобы погибшего Энакина Скайуокера, неведомым образом оказавшегося у "совершенно непричастного" к его смерти Кеноби. Слова о том, что убийцей был джедай по имени Дарт Вейдер. Это вообще бесподобно! Джедай по имени Дарт! Остается только аплодировать стоя. Никаких попыток обучения за все годы жизни на Татуине. Почему? Разве не логично было бы тренировать его с детства? Однако... Театральная, показательная "гибель" Бена на Звезде Смерти. Его дифирамбы джедаям, оплоте справедливости и добра... и торпеда, под его чутким руководством взорвавшая станцию. Гибель полутора миллионов человек тогда едва не превратила Люка в обезумевшего от эманаций смерти садиста, наслаждающегося убийствами.


Долго ему еще икалась эта победа сил Добра над Злом.


Да и остальное... Лея, оказавшаяся его сестрой... поняли они это только в казематах императорского дворца. Их связь в Силе, крепнущая с каждым днем, то, как их кровь пела, когда они находились рядом, редкостное взаимопонимание... они медленно, но верно вновь превращались в одно целое, как было в момент их рождения.


Сейчас Люк понимал - именно Лея была его Светом - такая же яростная, непримиримая, сжигающая всех в неистовом пламени своей веры в победу... и мягкая, утешающая, дарующая нежность и ласку родного человека. Сам он таким не был... он был Тьмой, только понял он это лишь в момент ее гибели.


Именно она не дала ему пропасть в кровавом угаре, именно она вправляла ему мозги, именно она давала ему волю и стимул противостоять Мраку. Палпатин вырвал из его груди сосредоточие Света, погрузив в вечную Тьму. Что ж... он получил то, что хотел и того, кого хотел. Теперь пусть не жалуется... Также, как и его отец.


- Бойтесь своих желаний... - мягкий голос обволакивал тишину каюты, сжимая острые когти, - они могут сбыться...


Легкий смех оседал инеем на стенах.


***

Траун анализировал все происходящее, чем дальше, тем больше понимая, что все это - какая-то игра. Часть многоходовки, целей которой он не знает, а о причинах и не догадывается. Главнокомандующий стал нервным и дерганным больше, чем обычно. У чисса сложилось впечатление, что Вейдер все чего-то ждал... а это что-то все не наступало и не наступало, все больше и больше действуя ситху на нервы. Чисс понимал, что долго такое положение дел не сохранится и ждал взрыва.


Он наступил ровно через две недели.


***

Посланник как всегда вежливо поклонился и встал, чтобы выйти из кабинета. Траун неторопливо собирал инфочипы и кристаллы, как Вейдер вскочил и в два шага догнав почти подошедшего к двери молодого мужчину, резко схватил его за плечо. В кабинете тут же наступила жуткая тишина. Адъютанты переглянулись и шустро исчезли за дверью - Траун не мог их винить в желании сбежать от почти наступившего взрыва сверхновой, у самого возникло такое.


Превратившийся в статую посланник, чьего имени они так и не узнали до сих пор, медленно повернул голову, смотря на затянутую в черную перчатку руку... еще медленнее поднял свою, тоже одетую в черную кожу... а дальше события понеслись с неимоверной скоростью. Молниеносное движение - и вот уже Вейдера откинуло в один конец кабинета, а посланник стоит в другом - все такой же невозмутимый, с горящим в правой руке алым сейбером (он форсъюзер? Еще один ситх?), и капюшон лежит на его плечах, показывая снежно-белые, коротко стриженые волосы, зачесанные назад.


Вейдер застыл. Трауну показалось, что от Лорда тянет изумлением... ситх опустил руку с сейбером и пророкотал:


- Люк. Я хочу поговорить.


Молодой мужчина погасил сейбер, прикрепил его на пояс и растянул губы в неживой улыбке.


- Вы уже все сказали, Лорд Вейдер. По-моему, добавить вам нечего.


Блондин коротко кивнул и вышел из кабинета, оставив Трауна и Вейдера в наступившей тишине.


***


Неудачная попытка не охладила энтузиазм Вейдера, он с еще большим упорством пытался разговорить сына, но Люк успешно избегал разговора, пока не пришло время отлета. Парень неторопливо одевался, тщательно расправляя складки, застегивая сложные пряжки, поправляя мельчайшие огрехи. Неожиданно он прищурился, отскакивая к стене и активируя сейбер - дверь распахнулась, и в каюту вошел Вейдер. Ситх осмотрелся, дернул рукой - дверь снова захлопнулась, и замер на месте.


- Сын. Нам надо поговорить.


- О чем? - Люк отключил сейбер, повесил его на пояс и продолжил приводить себя в порядок, не обращая на подошедшего ситха внимание. Вейдер осторожно тронул его волосы.


- Ты поседел.


- Да. И что? - пожал плечами Люк, накидывая плащ и поворачиваясь к ситху лицом. Тяжелое дыхание Вейдера заполняло паузы в разговоре.


- Что он с тобой сделал?


- Заставил принять Тьму. Ничего более, - синие глаза смотрели равнодушно и спокойно.


- Как?


- Вырвал мне сердце. Только и всего... теперь я на Темной стороне Силы.


- Ты... изменился, - констатировал Вейдер. Люк слегка шевельнул плечами.


- Нет, отец, я всего-навсего утратил Свет. Впрочем, ты ведь этого хотел, не так ли? Так что тебя не устраивает?


Вейдер замер, не зная, что сказать. Действительно, что его не устраивает? Сын теперь ситх, как он и хотел, служит императору, верен Империи... Так что?


- Ты принес ему клятву верности? - пророкотал Вейдер. Люк тонко улыбнулся.


- Разумеется. Сразу после того, как казнили Лею, я преклонил перед ним колени, абсолютно добровольно, и поклялся в верности его учению. Все, как положено. Это видел весь Двор, - любезно просветил его парень. Ситх продолжал обдумывать сказанное. Так что его не устраивает? Всё. Совершенно всё.


***

Вейдер и Траун смотрели как отлетает шаттл, и исчезает в гипере. Чисс невозмутимо бросил в пространство.


- Интересно, кто он? Мы так и не узнали его имя...


- Мой сын, - тихо произнес Вейдер, неотрывно глядя в темноту космоса. - Это был мой сын. Люк.


Ситх развернулся на каблуках, едва не хлестнув чисса полой тяжелого плаща, и направился к себе, не обращая внимания на потрясенного гранд-адмирала.


- Вот как... - прошептал экзот. - А я-то думал...


***


Пять месяцев спустя.


- Милорд! - у ворвавшегося на мостик адъютанта были испуганные глаза, от него фонило потрясением. - Срочное сообщение! Император умер...


Шок затапливал "Палач", а Вейдер смотрел на офицера и не видел его: перед глазами стояло лицо Люка с мертвыми глазами и его тонкая, жуткая улыбка... "Я поклялся в верности его учению"...


- Как это произошло? - бас Темного Лорда заставил утихнуть разговоры и прекратить панику. - Подробности.


- Судя по официальному заявлению - инфаркт. Возраст, непомерные нагрузки... - адъютант в бешеном темпе просматривал поступающую к нему информацию. Ситх скривил под маской губы в ухмылке, полной злой иронии. "Он вырвал мне сердце". Значит, так? Да, Люк?


Присутствующие жадно ловили каждое слово, бешено обдумывая, что им грозит в этой ситуации.


- Наследник Императора отдал приказ: Флот должен немедленно прибыть к Корусканту для принятия присяги... - мостик захлестнула жаркая волн отчаянной надежды, что Империя устоит. Вейдер на мгновение прикрыл глаза, собираясь.


- Имя Наследника? Фамилия?


- Скайуокер, - откликнулся офицер, - имя... Люк.


- Капитан, - слова грохотали водопадом, - курс - Корускант. Немедленно.


Я уже лечу, сын. И на этот раз я успею.


***

Три с половиной года, не считая того времени, что он провел в камере. Много это или мало? Для кого-то много... для него - в самый раз. Их он потратил с пользой. Для себя. Он учился всему: фехтованию и работе с Силой, интригам и влиянию на разум, развивался физически и привлекал на свою сторону влиятельных разумных Империи, уничтожал врагов Императора и строил свой ближний круг, налаживал мосты и разрушал репутацию ситха.


Он жадно, до капли выпил его знания, отравляя свое естество этими тайнами, и не колеблясь плел паутину заговора и строил ловушки. Стыдно ему не было. Совершенно. Люк Скайуокер умер в тот миг, когда его сестра упала на мраморный пол, заливая его кровью из пробитого ножом сердца. Родившийся в крови и боли ситх не знал таких понятий... но он отлично знал, кому и как он клялся в верности.


Ситх по имени Люк терпеливо ждал момента, когда он сможет выполнить клятву, и дождался. Его учитель совершил только одну ошибку, но этого хватило. Каждое утро император пил особый состав, основанный на разработках какого-то гения-ситха, для поддержания дряхлого тела... осталось только найти возможность слегка превысить дозу. И он эту возможность нашел.


Само по себе это Палпатина не убило, но дало возможность воспользоваться особой техникой другого ситха, гения в медицине. Император поддерживал себя Силой, но это не значит, что он был неуязвим. Люк нашел лазейку и использовал ее. Три месяца тщательной подготовки... И меньше минуты на то, чтобы привести план в исполнение.


Ему удалось. Заботливо созданная цепочка вроде бы разрозненных случайностей привела к тому, что личный слуга Палпатина заварил состав превысив дозу - а это было практически смертельно. Один лишний грамм смеси привел к неожиданно усилившемуся сердцебиению, такому сильному, что ситх отложил все дела и решил погрузиться в медитацию, готовясь разобраться с проблемой, но не успел. Как всегда находящийся рядом с ним безоружный ученик, вежливый, предупредительный, и совершенно не испытывающий никаких негативных мыслей, почтительно стоящий рядом с креслом на колене, встал, подхватывая пошатнувшегося на миг императора под локоть и тут же нанес удар открытой ладонью прямо по сердцу.


Палпатин замер, глядя в счастливые глаза своего самого лучшего ученика, лучащиеся заботой и практически любовью. Лопнувшее, как перезрелый плод сердце затопило дряхлое тело болью, парализовавшей дыхание, заморозившей тело... мгновение, ставшее роковым. Следующий удар кончиками пальцев прямо в межбровье превратил мозг в кашу, заставляя запертый во все еще живом теле дух вопить в агонии. Последний тычок указательным пальцем в солнечное сплетение, пустивший в глубь организма слабую Молнию Силы окончательно прекратил бренное существование Императора Палпатина.


Люк нежно улыбнулся, убеждаясь, что ситх действительно мертв.


- Прощайте, Учитель. Я выполнил свою клятву... Я был верен вашему учению. Правило двух... а нас было трое. Нехорошо. Впрочем, возможно, я его изменю... кто знает?


Люк заботливо опустил мертвое тело императора в кресло, придавая ему естественную позу и уничтожая все свидетельства произошедшего и вызывая медиков. Суета и паника захлестнули дворец, придворные, моффы и военные суетились, строили планы и приглядывались к невозмутимому Люку, контролирующему процесс. Прошло много времени, прежде чем все закончилось.


Пришлось потрудиться, дергая за заранее подготовленные нити, задействуя связи, предоставляя необходимые документы и нейтрализуя самых активных... он хорошо подготовился к самому важному в его жизни дню. Теперь осталось дождаться прилета Флота, принять присягу и... поговорить с отцом. Это важно. Необходимо прояснить их дальнейшие взаимоотношения.


Люк стоял на балконе, вдыхая насыщенный запахами цветущего сада воздух, наблюдая за первыми лучами солнца, пронзающими темное небо, чувствуя за своей спиной одобрительно глядящих на него друзей.


- Видишь, Лея? Я смог. Спасибо тебе... и знай... я - не оглядываюсь.