# Моделирование в криминалистике (начало)

Сергей Эдуардович Воронин

Начало совместной монографии Воронина С.Э. и Ахмедшина Р.Л по криминалистике

Р.Л. АХМЕДШИН


С.Э. ВОРОНИН


Моделирование в криминалистической деятельности


Красноярск - 2019


ББК 67.522


А 75


Одобрена Учебно - методическим советом Сибирского института бизнеса, управления и психологии


Рецензенты:


доктор юридических наук, профессор И.В. Никитенко


кандидат юридических наук, доцент О.Х. Галимов


Ахмедшин, Р.Л. Моделирование в криминалистической деятельности. Монография/ Р.Л. Ахмедшин, С.Э. Воронин. - Красноярск: АНО ВО "Сибирский институт бизнеса, управления и психологии", 2019. - 281 с.


ISBN 978-5-94969-087-1


В монографии исследуются актуальные проблемы современной криминалистики и судебной экспертологии. Моделирование как универсальное средство научного познания находит широкое отражение в криминалистических исследованиях, поэтому в монографии предпринята попытка исследовать отдельные проблемы криминалистики и судебной экспертологии с помощью метода ситуационного анализа, который в литературе получил название ситуационного моделирования. Это позволило авторам достаточно полно раскрыть сущность и природу криминалистического моделирования.


Монография предназначена для студентов и преподавателей высших учебных заведений юридического и экспертного профиля.


No АНО ВО СИБУП, 2019.


Авторы выражают глубокую благодарность


Забуга Суфие Шафиковне и


Сумароковой Валентине Семеновне


за оказанную ими помощь


при подготовки монографии


ВВЕДЕНИЕ


Борьба с преступностью на современном этапе проходит в России в условиях развивающегося системного экономического и социально-политического кризиса. Наблюдаемая при этом стойкая тенденция абсолютного и относительного роста латентной преступности при одновременной тенденции абсолютного и относительного снижения зарегистрированной преступности склонна дезориентировать даже исследователей-юристов.


"У нас народ подает около 27 - 30 млн. заявлений о совершённых преступлениях и правонарушениях. Из них уголовных дел возбуждается только около 2 млн., расследуется только около 50% от этих дел, а до суда доходит примерно 4% от реальных правонарушений и преступлений". Подобное положение объясняется комплексом причин.


Во-первых, не потеряла актуальности проблема высокой текучести кадров из оперативно-следственных аппаратов МВД и СК РФ, несмотря на перманентно продолжающуюся в государстве реформу правоохранительных органов, причем некоторые профессионалы оперативно - розыскной деятельности уходят в криминальную среду, обогащая ее знаниями розыскной и агентурной работы. Решение этой проблемы выходит за пределы данной работы, в том числе и в силу нашей убежденности в её непервостепенности по сравнению со следующей проблемой.


Во-вторых, и это более значимо, продолжает оставаться актуальной проблема дальнейшей разработки оптимальных методов раскрытия и расследования преступлений на основе научного исследования типовых криминальных ситуаций и соответствующими им следственных ситуаций. Полагаем, именно исследование под таким углом зрения составляет суть ситуационного подхода к изучению криминалистических явлений, в основе которого лежит знание о природе моделей.


Моделирование как универсальное средство научного познания находит широкое отражение в криминалистических исследованиях. Учитывая ретроспективную природу криминалистического познания, широкое использование приемов моделирования в процессе исследования преступного события объективно предопределенно. Неудивительно, что согласно сказанному большинство криминалистических понятий эффективно раскрываются исследователю при применении им метода моделирования.


Ситуационный анализ (ситуационное моделирование), наряду с предметно - деятельностным и системным методами, уже давно прочно занял свое место как в методологии криминалистики, так и частных криминалистических теорий. Особый вклад в разработку данного метода внесли А.Н. Колесниченко, В.К. Гавло, Л.Я. Драпкин, И.Ф. Герасимов, Р.С. Белкин, Н.А. Селиванов, А.Н. Васильев, И.М. Лузгин, И.А. Возгрин, Т.С. Волчецкая и др. Концептуальной основой большинства трудов, посвященных данной проблеме, является положение о существовании двух самостоятельных понятийных блоков в криминалистической методике расследования преступлений - криминалистической характеристики преступления и криминалистической характеристики расследования. Каждому элементу первого блока корреспондирует элемент второго. Понять механизм взаимодействия всех этих элементов - значит, понять диалектику соотношения объективного и субъективного начал в генезисе следственной ситуации.


Следственная ситуация так или иначе является объектом исследования многих наук - криминалистики, теории оперативно-розыскной деятельности, юридической психологии и научной организации труда, что безусловно, способствует дальнейшей интеграции их предметов, которой особенно отмечен конец ХХ столетия.


Особое место в понятийном аппарате криминалистики, на наш взгляд, занимает проблемно-поисковая следственная ситуация, как одна из ее классификационных ветвей. При этом проблемно - поисковая следственная ситуация - это тип следственной ситуации, в которой в качестве объектов исследования выступают познавательные и психологические аспекты ее развития. Представляется очевидным, что анализ психологических и гносеологических аспектов позволяет по-другому взглянуть на сущность данного криминалистического явления - с позиции субъекта, познающего следственную ситуацию; понять механизм трансформации следственных ситуаций в зависимости не только от этапов и обстановки расследования, но также психических свойств и процессов различных познающих субъектов.


Другим, не менее актуальным вопросом, тесно связанным с проблемой следственной ситуации, является проблема установления истины в уголовном судопроизводстве. Проблема установления истины является краеугольным камнем в теории доказательств, интегрирующим в себе предметы философии, уголовного процесса, криминалистики и ряда других наук. Каким образом разрешение проблемно-поисковых следственных ситуаций способствует установлению истины в уголовном судопроизводстве - вопрос до настоящего времени в научной литературе недостаточно исследованный. Между тем, очевидно, что процесс установления истины экспертом, следователем, судьей, оперативным работником характеризуется особенностями мышления и предметной направленности познавательной деятельности каждого из них, что, безусловно, требует их самостоятельного изучения. Эту задачу можно решить через анализ оперативно - розыскных, экспертных и судебных проблемно-поисковых следственных ситуаций, что как раз и составляет сущность метода ситуационного моделирования. Такое исследование, на наш взгляд, является ключом к пониманию природы следственных, экспертных, оперативно-розыскных и судебных ошибок, а также их влияния на процесс установления истины по делу.


## Глава 1.

Основные проблемы моделирования в криминалистике


•


О природе моделирования и базовых свойствах моделей


Изначально феномен модели относился только к объектам материального мира, но в последующем пришло понимание, что понятие модели может распространяться также на такие формы абстрактного знания, как законы, теории и гипотезы. Теоретическая модель будет включать в себя модели гипотезы более низкого уровня, представляя собой единую познавательную систему.


Чтобы не плодить новые сущности, мы приведем основные исследовательские выводы, которые предопределяют природу модели:


•


Сначала в сфере научных дисциплин информационного, кибернетического, системного направления, а затем и в других областях науки модель стала осознаваться как нечто универсальное, хотя и реализуемое различными способами. Модель есть способ существования знаний.


•


Модель понимается широко: модели бывают не только материальные, но и идеальные. Например, все наши знания представлены моделями. Модели - это специальные системы. Целесообразная деятельность невозможна без моделирования.


•


Модели имеют целевой характер: один из принципов классификации моделей состоит в соотнесении типов моделей с типами целей; примером такой классификации служит деление моделей на познавательные и прагматические, выделяемые в рамках соответственно теоретических и прикладных задач.


•


Познавательные модели являются формой организации и представления знаний, средством соединения новых знаний с уже имеющимися. Поэтому при обнаружении расхождения между моделью и реальностью встает задача устранения этого расхождения путем изменения модели. Познавательная деятельность ориентирована в основном на приближение модели к реальности, которую модель отображает


•


Прагматические модели являются средством управления, средством организации практических действий, способом представления образцово правильных действий или их результата, т.е. являются рабочим представлением целей. Поэтому использование прагматических моделей состоит в том, чтобы при обнаружении расхождений между моделью и реальностью направить усилия на изменение реальности так, чтобы приблизить реальность к модели.


•


Понятие модели относится не просто к объекту, который мы так называем; оно включает: субъекта, организующего моделирование, и задачу, ради решения которой проводится моделирование; объект-оригинал, который моделируется; средства, из которых создается модель; а теперь и среду, в которой модель должна функционировать.


•


Наиболее полно необходимость алгоритмизации моделирования осознана там, где проблема эффективности действия стоит особенно остро: ... в изобретательском поиске, в имитационном моделировании.


О ценности модели свидетельствуют её упрощенность, приближенность, адекватность и ингерентность.


Под упрощенностью модели целесообразно понимать наличие качественных различий между исходным объектом и его моделью.


Отдельно затронем оригинальный аспект природы упрощенности моделей. "Почему-то оказывается так, что из двух моделей, одинаково хорошо описывающих данное явление, та, которая проще, оказывается ближе к истинной природе отображаемого явления. В истории науки имеется немало замечательных примеров этого, и, возможно, самый яркий из них - переход от геоцентрической модели Птолемея к гелиоцентрической модели Коперника. Ведь и геоцентрическая модель позволяла с нужной точностью рассчитать движения планет, предсказать затмения Солнца - хотя и по очень громоздким формулам, с переплетением многочисленных "циклов". Этот пример выявляет разницу между эффективностью и правильностью (истинностью) моделей. У физиков имеется неформальный, эвристический критерий: если уравнение "красивое", то оно, скорее всего, правильное - эстетическая оценка простоты и истинности модели. Можно предположить, что простота правильных моделей отражает некое глубинное свойство природы, и, видимо, именно это имел в виду И. Ньютон, говоря, что природа проста и не излишествует причинами вещей, или древние схоласты, которые подметили эвристически, что простота - печать истины".


Под приближенностью модели целесообразно понимать наличие количественных (больше-меньше) или как минимум ранговых (лучше-хуже) различий между исходным объектом и его моделью. Понятно, что чем в меньшей степени изучен объект, тем сильнее в процессе моделирования отражена ранговая приближенность, которая таким образом выступает индикатором состояний исследования объекта.


Под адекватностью модели целесообразно понимать её детализированность (полнота, точность и объективность) в контексте решения поставленной задачи.


Под ингерентностью модели целесообразно понимать её согласованность с культурной средой, прежде всего её востребованность обществом, социальной группой, профессиональным сообществом. Проблема ингерентности крайне значима для общественных наук, которые всегда отрицают ценность выводов, не укладывающихся в существующую парадигму, Догматизм есть неотъемлемое свойство гуманитарного знания. Учитывая же, что криминалистическое знание является составляющей частью правового знания, которое по природе своей предельно гуманитарно, решение проблемы ингерентности моделей становится неотъемлемым элементом криминалистического познания.


Выводы


•


Модель есть системное отображение оригинала.


•


Моделирование есть разновидность познания, в котором искусственно созданный объект или образ в определенной степени адекватен исследуемому объекту или образу.


•


Эффективному моделированию, определяемому целью исследования, способствует достижение оптимального уровня упрощенности, приближенности и адекватности модели.


•


Моделирование в криминалистических исследованиях личности


"Объектом исследования является деятельность по ...", "предметом исследования являются закономерности, проявляющиеся в деятельности ..." - стандартные для диссертационных исследований фразы, определяющие познавательную ценность всех кандидатских и докторских диссертаций по специальности, в которую входит криминалистическая наука. Не абстрактные отношения, которые являются объектом исследования всех нормативно-правовых отраслей, которые, как известно, выступают искусственными системами, часто противоречащими не только законам общественным, но и здравому смыслу, а деятельность - конкретная и определённая.


Деятельность -- процесс активного взаимодействия субъекта (в криминалистике прежде всего человека) с объектом (окружающей действительностью. Исходным для исследования деятельности является понятие человека (личности как понятия интегративного для биологической, социальной и индивидуально-психологической составляющей). Оперировать категорией "человек" возможно только при построении его криминалистической модели. Какую же модель личности использует современная криминалистическая наука? Для того чтобы ответить на этот вопрос, необходимо обратиться к истории криминалистического исследования личности.


Пересмотр взглядов на необходимость изучения личности преступника в криминалистическом аспекте произошел в начале 1960-х годов. Решив принципиальный вопрос о целесообразности изучения личности в криминалистике, исследователи объективно перешли к следующему познавательному этапу - построению общей модели личности. Неудивительно, что поначалу основные дискуссии, особенно в 1960-1970-х гг., в криминалистике сводились к определению необходимого объема изучения личности преступника. "Суть мнений, которые высказывались в криминалистической литературе об объеме исследования личности обвиняемого, сводится или к попытке дать общую формулу данных об обвиняемом, или к конструированию перечней и классификаций сведений о личности обвиняемого, подлежащих исследованию".


Попытка дать общую формулу личности провалилась, впрочем, так же, как и у тысяч исследователей, начиная с возникновения человеческой цивилизации. Отметим, что попытки построения максимально абстрактной модели личности в криминалистике встречаются и сегодня, хотя и оцениваются несколько скептически.


Гораздо более успешными были попытки построения структурной модели личности преступника, предопределившие сегодняшний уровень развития исследований этого сложнейшего объекта познания.


Так, Н.Т. Ведерников предлагал положить в основу структурной модели тип темперамента и черты характера. С ним впоследствии согласилась В. Е. Коновалова. Забегая вперед, отметим, что данная позиция, высказанная в середине XX века, оказалась наиболее перспективной с позиции сегодняшнего дня.


И.А. Матусевич, считая, что "посредством действий проявляются эмоциональные, волевые и интеллектуальные качества личности", предлагала включить их в содержание личностного анализа. П.П. Цветков полагал, что содержательно модель личности должна включать признаки, свойства и состояния лица. Н.С. Лейкина утверждала, что "помимо социальных характеристик в содержание предмета исследования должны входить тип нервной системы и темперамент". Л.В. Васильев значительно расширял содержание исследования, включая в модель личности мотивы поведения, характер, эмоционально-волевую сферу, особенности интеллектуальной деятельности. Ф.В. Глазырин также моделировал личность через большое количество элементов её структуры, включая в неё "потребности, интересы, мотивы, эмоционально-волевые качества, характерологические черты и прочее".


Заметим, что попытки дать список свойств, характерных для личности преступника, в сконструированных перечнях и классификациях часто основывались в большей степени на уголовном и уголовно-процессуальном аспектах изучения личности преступника, реализуя тем самым традицию криминологической науки акцентировать внимание на статусных характеристиках личности в целом (пол, образование, семейное положение, профессия и т.д.), а не на свойствах, проявляемых достаточно стабильно в различных сферах деятельности, - поведенческих параметрах.


Обобщая сказанное, отметим, что исследования оптимальной криминалистической модели личности не просто сформировали начальный пласт знаний, но и способствовали появлению исследовательской установки о том, что "криминалистический аспект проблемы изучения личности обвиняемого заслуживает право на самостоятельность в курсе криминалистики".


Ретроспективный анализ проведенных исследований личности в криминалистике показал научно-познавательную ценность использующихся приемов моделирования, которую мы можем оценить с позиции сегодняшнего дня. Авторами использовалась одна из четырех структурных моделей личности - модель с пирамидальной, взаимопроникающей, радиальной и ветвистой структурой. На рис. 1-2 показаны структурные модели, состоящие из элементов A, B, C, D.


Модель с пирамидальной структурой - модель, в которой элементы модели структурируются по принципу от базового к производному, в силу чего в ней наиболее четко демонстрируются взаимосвязи между элементами. Сказанное предопределяет её теоретическую завершенность и высокую практическую ценность. Тем не менее уровень знания о человеке на данный момент не предполагает построение моделей этого типа, но эта схема представляется своеобразным идеалом структурирования криминалистически значимой информации о личности. Уровень упрощенности данной модели - средний, приближенности - высокий, адекватности - высокий.


Модель с взаимопроникающей структурой - модель, в которой элементы модели структурируются по принципу общего и частного.


Взаимопроникающая структура направлена в основном на вычленение и демонстрацию типичного для всех элементов, её составляющих. Как правило, типичное в элементе характеризуется качественным отличием от общего содержания этого элемента. Примером подобной структуры могут служить представления о характеристиках личности, где элемент A - биологические, элемент B - социальные, элемент C - индивидуальные и элемент D - духовная составляющие личности. Проблема в том, что ни один исследователь не сможет развести эти группы характеристик, что предопределит абстрактность (фактически негодность) выводов.


Не отрицая идею взаимообусловленности всего, отметим, что описанное структурирование грозит уходом в эклектику, так как, "не умея фиксировать определенность отношений, в которых совершаются переходы противоположностей, страшась релятивизма и не желая быть односторонним, эклектик ищет спасение в формуле "и то и другое"". Ценность данной модели познания в её незаменимости на самом первом исследовательском этапе, фактически на этапе пилотных исследований, исследований, производимых "на ощупь". Можно сказать, что использование данной модели было актуально для криминалистических исследований личности начала и середины XX века. Уровень упрощенности данной модели - средний, приближенности - низкий, адекватности - высокий.


Модель с радиальной структурой - модель, в которой её элементы определяются вне контекста их взаимодействия. Рассматриваемая модель - достаточно специфическая форма структуризации, используемая в тех случаях, когда определенная совокупность элементов характеризуется скорее статическим, нежели динамическим единством.


Связи между элементами здесь малозначимы, так как значимость элементов, набор которых обеспечивает "жизнедеятельность" структуры, определяется свойственной им функцией. Преимуществом радиального структурирования выступает возможность включения в структуру элементов, не находящихся между собой в строгих логических связях.


Радиальная структура непригодна для изучения сложноорганизованных объектов или явлений с многочисленными логическими связями между элементами, так как элементы, выделяемые в ней, равнозначны и не определяемы друг через друга.


Рассматриваемая модель противоречит одному из основных принципов систематизации - принципу исходного минимума элементов системы. Содержание указанного принципа сводится к первоначальному зачислению в систему минимума элементов, не определяемых друг через друга. Ценность данной модели познания в её незаменимости на этапе генерирования идей, поиска существенных составных исследуемого объекта. Можно сказать, что использование данной модели было актуально для криминалистических исследований личности второй половины XX века. Уровень упрощенности данной модели - высокий, приближенности - низкий, адекватности - высокий.


Модели с пирамидальной, взаимопроникающей и радиальной структурой можно назвать базовыми, порождающими более универсальные, комбинированные модели (рис. 1).


Рисунок 1. Базовые структурные модели: 1 - модель с пирамидальной; 2 - взаимопроникающей и 3 - радиальной структурой


Ветвистая структура - модель, в которой её элементы структурируются, образуя иерархию моделей, является своеобразной разновидностью пирамидальной и радиальной структуры, предназначенной для исследования сложноорганизованных объектов, элементы которых изучены не в полном объеме (рис. 2). Уровень упрощенности данной модели - средний, приближенности - высокий, адекватности - высокий.


Актуальность использования ветвистой структуры как исходной модели для криминалистического исследования личности определяется тем, что в её рамках возможно:


•


исследование составляющих личности, имеющих разную природу;


•


выделение ряда блоков, которые напрямую друг с другом не связаны либо такая связь только начинает прослеживаться (что также характерно для радиальной структуры);


•


использование применительно к каждому элементу первого уровня (A, B, C, D) пирамидальной структуризации его субэлементов (субмоделей), если объем соответствующего научного знания позволяет это сделать;


•


в силу выраженной иерархичности субэлементов (субмоделей) рассматриваемая модель легко позволяет разрабатывать как теоретические, так и прикладные модели.