# Гробы. Передвижная лавка

Вера Григорьевна Воронецкая

В небольшой город приезжает лавка гробовщика на колесах.

Мы отрылись (с).

Не может укрыться город, стоящий на верху горы. (Нагорная проповедь)


Надпись на маленьком вагоне на колесах гласила: "Передвижная гробовая лавка". Явление само по себе необычное, а для маленького провинциального городка - тем более. Даже приехавший на каникулы из столицы внук одной из горожанок, молодой человек, воплощение стереотипов о нынешнем поколении, не мог припомнить ничего похожего в родном городе. Не иначе, имело место установление нового модного веяния и начиналось оно именно с этого ничем не примечательного местечка.

К вагону примыкала маленькая водительская кабина, из-за чего он напоминал вытянутый грузовичок с прицепом. Внутрь прицепа вела складная металлическая лесенка в четыре ступени. Поднявшись по ним, посетителю предлагалось войти через пару металлических дверей. Дверной проем был крайне неудобным: слишком низкий для высокого человека и слишком узкий для склонного к полноте, однако, как вскоре выяснилось, прекрасно подходил хозяину лавки.

"Передвижные гробы" приехали ночью, потому что уже ранним утром они стояли на главной площади и на дверях висела табличка "Открыто". Среди нескольких лотков с цветами, сладостями и необходимыми в хозяйстве товарами вроде чайных ситечек, "Передвижная гробовая лавка" смотрелась несколько странновато. Шедшие на площадь за цветами, сладостями и ситечками невольно косились на вагончик, выглядящий самую малость мрачновато на общем фоне.

До полудня никто не поднимался и не спускался по металлическим ступенькам. Погода начала портиться, солнце скрылось за серым саваном облаков и теперь уже яркие прилавки не так хорошо вписывались в пейзаж, в отличие от похоронной лавки. Похолодало.

Когда двери лавки открылись и её владелец оказался на ступеньках, никто этого сразу не заметил. Лишь когда потянуло крепким и, откровенно говоря, вонючим дымом его самокрутки, люди вокруг обнаружили, что гробовщик обосновался у входа, сидя на самой верхней ступени.

Комплекцией хозяин "Гробов" напоминал небольшую птицу. Невысокий и худощавый, с торчащими коленями и локтями, лет сорока пяти на вид. Одет был просто: несвежая рубашка цвета топленого молока, на пуговицах, парочка из которых оторвалась, оставив после себя торчащие лохмотья ниток. Длинные мятые коричневые брюки, кожаная куртка оттенка сухой травы, с большими карманами по бокам, и остроносые черные ботинки.

Как следует затянувшись и выпустив дым через ноздри, гробовщик поднял ворот куртки и нахохлился, утопив шею в плечах. У тех, кто был поблизости, едва не заслезились глаза. Кое-кто усиленно чесал нос, чтобы не расчихаться.

- День добрый.

К углу вагона с гробами прислонился крупный бородатый мужчина.

- На гастроли к нам приехали?

Он обнажил большие белые зубы в добродушной улыбке.

- Так точно, - не менее добродушно, но сдержанно, ответил гробовщик. - Недавно открыл своё дело.

Его собеседник, явно довольный тем, что начало беседе положено, подошел поближе. Не дожидаясь просьбы, владелец лавки подвинулся:

- Присаживайтесь. Закурите?

Вокруг все делали вид, что заняты своими делами, и усиленно грели уши. Бородач уселся рядом с гробовщиком и протянул ему руку.

- Артур.

Гробовщик протянул узловатую, испещренную мелкими шрамами, ладонь. Рукопожатие у него было сильное, но деликатное.

- Бенджамин.

Покончив с обменом приветствиями и знакомством, гробовщик протянул Артуру самокрутку.

- Угощайтесь. Я сам выращиваю табак.

- Чем же Вы его удобряете? - усмехнувшись, мужчина прикурил и едва не закашлялся. Первые несколько мгновений в горле ужасно запершило, но практически сразу в голове приятно помутилось. - Сильная штука. Добавляете туда что-то, кроме табака?

- Нет. - Улыбка у Бенджамина оказалась приятная, хотя и слегка желтозубая. - Исключительно чистый табак. Сейчас такой уже не делают. Слишком мало осталось земли, на которой его можно выращивать. Большую часть растащили на сувениры.

- Я не понимаю, о чем ты - можно на ты? - но табак отличный. Хотя ведет с него... здорово.

- Это с непривычки. - Гробовщик снова затянулся. Запах от самокруток, тем временем, разнесся по всей площади. - Стало быть, раз назвал меня гастролером, сам-то ты - местный?

- Можно и так сказать, - Артур пожал широкими плечами. - Работаю на лесопилке. У меня здесь бабушка. И я за ней присматриваю.

- Давно?

- Почти два года.

- Хороший внук, значит.

В мозгах царила приятная дымка и мужчина только пожал плечами, улыбнувшись. Начал накрапывать дождь. Бенджамин встал.

- Заходи на стакан водки или чашку чая, Артур. Продолжим беседу.

- Буду рад. Вечерком забегу, как уложу бабку спать.

- Договорились. - Гробовщик коротко покачал головой, перед тем, как скрыться за дверями.


Когда Артур в следующий раз появился на пороге "Передвижной гробовой лавки", он обессиленно сел на свежевыструганный гроб и без предисловия напомнил:

- Ты обещал мне водку.

Гробовщик был занят. Он как раз обрабатывал очередной товар, склонившись над рубанком. Темные волосы были собраны на затылке в довольно жалкий пучок , а острое, с грубоватыми чертами лицо выражало сосредоточенность. Отвлекшись от работы, Бенджамин вопросительно взглянул на гостя. Тот выглядел хмурым, несчастным и озадаченным.В ответ на взгляд широко поставленных глаз гробовщика, махнул широкой рукой:

- Бабушка умерла. Так что я к тебе с заказом.

- А. Вот оно что.

Подсознательно Артур ожидал услышать приличествующую случаю фразу "Я тебе соболезную", но её так и не последовало.

- Ну что ж. Если есть гроб, в нём кто-то должен быть похоронен. Пустые гробы - воплощение незавершенности

- Мне не до философии, - раздраженно отозвался рабочий, - Скажи лучше, сколько будет стоить гроб и венок. Что-нибудь самое дешевое.

- Бесплатно. - Рука, смахивающая на птичью лапу, поставила перед мужчиной бутылку настойки, пахнущей травами и спиртом. - Ты мой первый клиент. С тебя всё начинается.

- Что еще начинается? - Артур настороженно смотрел на владельца лавки, подозревая подвох. - Я не такой нищеброд, чтобы не суметь оплатить дешевый старушечий гроб. Назови цену.

- Что ж, раз ты настаиваешь, - гробовщик казался невозмутимым. - Цена такая: рекомендации. Ты получишь гроб и венок для бабушки и пообещаешь, что, в то время, пока я здесь, всем будешь рекомендовать мои услуги.

- Подходить к людям на улицах и тащить их в твою лавку? - несмотря на давящее ощущение в груди, свойственное утратившим близких, Артур усмехнулся.

- Нет, конечно. - Бенджамин улыбнулся в ответ. - Только тех, у кого кто-то умер. Городок маленький. Смерть, как и слухи, здесь распространяется быстро. А одно нередко помогает другому.

- Ладно. По рукам, только не умничай больше. Охота работать за спасибо - воля твоя. - Артур сам не заметил, как поднес к губам бутылку и сделал большой глоток. Жидкость оказалась огненной и бородач закашлялся.

- Держи, закури. - Бенджамин протянул ему одну из своих самокруток.


Артур просидел допоздна. Закрыв за полупьяным гостем дверь, гробовщик зажег керосиновую лампу и огляделся. В главной комнате было полным полно гробов из самых разных сортов дерева. Здесь были гробы для ссохшихся от возраста стариков и новорожденных младенцев. Для рослых и широкоплечих, хилых и тощих, мужчин и женщин. Их нынешний владелец отлично знал, какой предназначался для бабушки Артура. Её гроб стоял особняком. Или вернее сказать - наготове.

Однако в этой коллекции не хватало одного изделия.

В большинстве похоронных контор принято считать, что материалом для изготовления дешевого

гроба может служить любая древесина: какая разница, чему гнить. Бенджамин вытащил на середину мастерской шесть дубовых досок. Для него разница в данный момент имела место.

Заготовленные как раз для такого случая доски всё еще не мешало обстругать до гладкости. Вооружившись фуганком, Бен склонился над станком. Он работал не спеша, со странной вдумчивостью, как будто сооружал не последнее пристанище, а что-то, чему найдется применение в более отдаленном будущем.

Закончив обстругивать доски, добившись от дерева практически идеальной гладкости, гробовщик приступил к сборке. Вначале соединив дно и стенки, мужчина вставил половинки боковых шестиугольников. Затем, следуя тому же принципу, занялся крышкой. Во время работы он ни разу не прерывался, трудясь над гробом, и только когда основа была сделана, позволил себе передохнуть.

Впрочем, отдыхая от "грободелия", Бенджамин не забывал о других своих делах. Обещанный венок для бабушки, небольшой, но аккуратный, был готов к середине ночи. Искусственные белые и светло-розовые лилии, закрывшие проволочный каркас, смотрелись неброско и одновременно нежно, а у создателя венка были мелко исколотые проволокой пальцы.

Отполировав внутри и обтянув новый гроб лаконичной черной тканью, Бенджамин критически осмотрел свое детище.

Кажется, получилось не хуже обычного.

"Да нет, очень даже неплохо".


Артур стоял на ступенях лавки. Висела табличка "Открыто" и остальные лоточники уже торговали вовсю, но он всё не решался войти. Дело кончилось тем, что, после пятиминутного стояния на пороге, рабочий только собрался постучать, как двери, тихо скрежетнув, открылись и он нос к носу столкнулся с гробовщиком.

- Доброе утро. - Бенджамин выглядел спокойно-жизнерадостным и ничуть не уставшим. Артур усомнился в реальности вчерашнего разговора: не похоже было, чтобы владелец "Гробов" трудился всю ночь над чем-либо, кроме как давить подушку.

- Доброе. Мой заказ готов?

- Конечно. Проходи.

Гробовщик посторонился, пропуская посетителя. Когда тот вошел, ему в глаза сразу бросился новый черный гроб, стоящий на столе посреди мастерской.

- Этот? Уж больно мрачен. Она ведь была милой старушкой. - Артур усмехнулся.

- Нет, конечно. Этот... для другого человека. А вон тот - для твоей бабушки.

Почесывая пятерней бороду, Артур прошел в дальний угол, где, прислоненный к стене, стоял небольшой аккуратный гроб, обтянутый тканью оттенка шампанского.

- Ну как? - поинтересовался из-за его плеча гробовщик.

- Весьма... достойно, - пробормотал мужчина. - Не разбираюсь я в этом, но, наверное, ей бы понравился.

- Вот и отлично. Посмотришь венок?

Артур обернулся и увидел, что невысокий гробовщик держит в руках переплетение проволоки и искусственных цветов.

- Больше бы подошло невесте, но и бабуле сойдет, - несколько ворчливо заметил он, забирая венок. - Значит, как и договаривались - рекомендации в уплату?

- Всё верно. - Гробовщик достал из кармана куртки флягу и сделал несколько глотков. Рабочий ощутил уже знакомый травянисто-спиртной запах и заметил, что краешки ноздрей Бенджамина слегка покраснели, а в глазах появился присущий выпивохам влажный блеск. Вытерев мокрые губы тыльной стороной ладони, похоронных дел мастер протянул флягу собеседнику. Тот отказываться не стал.

Выпив и вернув флягу владельцу, Артур уже собирался выйти, как с улицы раздался крик. Распахнув дверь, он выскочил на улицу и увидел, что в небольшом отдалении от "Передвижной гробовой лавки", на земле, лежит девочка-подросток лет четырнадцати. Вокруг столпились люди. Местный врач суетился над ребенком. Лицо девочки стало синюшным, губы почернели, а кисти рук и стопы странно подергивались. Артур дернулся было, но знакомый голос заставил его остановиться.

- Не успеет, - заметил Бенджамин. Он стоял за спиной своего посетителя, прислонившись к дверному косяку. - Крышка. Каюк. Дуба даст.

Артур замер, сжимая венок так, что проволока под цветами впилась в ладони. Язык вдруг показался тяжелым и распухшим.

Толчея вокруг ребенка становилась всё более прозрачной. Большинство зевак поспешили разойтись, и стало видно, что конечности девочки больше не дергаются, а доктор с выражением усталого удивления и скорби на пожилом лице встает с колен. Кондитер из соседнего лотка вдруг стал заикаться:

- Только что... вот только что ле-леденец купила. Только что ж-живая б-была! - он сжимал и разжимал кулаки, беспомощно глядя по сторонам.

- Вот леденцом и подавилась, - пробормотал Бенджамин. - Ладно. Артур, не забудь про рекомендации. - И прежде, чем рабочий успел что-то ответить, исчез за дверями своей лавочки.

Девочку унесли. Артур так и продолжал стоять столбом на ступеньках, пока его не потормошил за плечо один из приятелей, вместе с которым им предстояло нести гроб.


Хоронить бабушку пришло полгорода. Женщина она была прямолинейная, поэтому с половиной горожан у нее были хорошие и честные отношения, а с другой половиной она грызлась, так как любовь к прямоте распространена настолько же, насколько и нелюбима.

Впрочем, на поминках разговоров было больше не о старой покойнице, а о свежей.

- И смерть-то какая глупая.

- А врач-то, врач?

- Да не успел он, она, видать, быстро задохнулась.

- А кто хоронить будет?

- Местный гробовщик, наверное. Приезжий-то черт знает, что наворотит и сколько возьмет.

Артур мрачно сидел в углу и слушал соболезнования. Краем уха уловив чужой разговор, он вдруг вспомнил, что обещал Бенджамину рекомендовать его. Делать это, впрочем, не хотелось: слишком сильно, почему-то, задело странное пренебрежение гробовщика к погибшей девчушке. Однако отплатить за гроб и венок всё же следовало.

- Зря вы так. - Тяжело встав, мужчина подошел к обсуждавшим следующие похороны гостям. - Приезжий мне и венок этот сделал, и гроб. И ни я, ни старушка не жалуемся, - он натянуто усмехнулся.

- А денег сколько взял? - последовал недоверчивый ответ.

- Да так... немного совсем, - уклончиво проговорил Артур. - Ну а вообще... - У него как-то резко кончились силы. - Как знаете.

- Ладно, друже, не переживай так. - Кто-то из компании, как видно, наиболее жизнерадостный, хлопнул его по плечу. - Бабулька упокоилась, и тебе посвободнее будет. Она женщина была добрая, так что наверняка сейчас угощает хересом ангелов.

Всем было невдомек, что за бабушку Артур сейчас не особенно волновался. Скучал, конечно, но придерживался мнения "все там будем", так что встреча обещала рано или поздно случиться. Мысли рабочего то и дело возвращались к недавно умершей девочке, похороны которой назначили на следующий день. Словно подхватив его размышления, кто-то заметил:

- Две смерти подряд для такого маленького городка - повод слегка удивиться.

- Точно.

Артур откликнулся прежде, чем сообразил, с кем говорит, и резко обернулся. Напротив стоял Бенджамин с уже знакомой флягой в руке.

- Не ожидал? - приподняв темную клочкастую бровь, гробовщик-из-передвижной-лавки усмехнулся, очередной раз показав крупные, желтоватые зубы. Только сейчас Артур заметил, что один из клыков собеседника вырос неровно и торчит вперед. - Пришел проверить, как усердно ты меня рекомендуешь.

- И поесть за чужой счет, само собой. - Шутка получилась грубая, неудачная, но Бенджамин вроде как не обиделся.

- Как и большинство здесь, - пожав плечами, похоронных дел мастер поправил воротник своей потрепанной куртки.

- Большинство здесь доверяют местному гробовщику, так что вряд ли кто-то прислушается к моим рекомендациям.

Бенджамин порылся в кармане и достал портсигар. Это был довольно старый и потрепанный портсигар, обтянутый кожей. Он извлек из него самокрутку и, зажав ее между зубами, исподлобья взглянул на собравшихся вокруг стола. Убрав портсигар, чиркнул спичкой и прикурил, затем, привычно, выдохнул дым через слегка покрасневшие ноздри.

"Интересно, он запойный или потихоньку квасит постоянно?"

- Кто стрижет парикмахера?

Вопрос вывел Артура из состояния задумчивого ступора, но ничего ответить он не успел. Бенджамин поднял воротник и быстрым шагом направился к своей лавочке.


Ранним утром следующего дня, когда рассветный туман еще не развеялся, в двери "Передвижных гробов" постучали. Стук был нервозный, дробный и настойчивый. Владелец магазина долго не открывал и, когда стучавший уже собирался уйти, появился на пороге во фланелевой пижаме, к которой пристала стружка.

- Чем могу?

Женщина средних лет, закутанная в серую вязаную шаль, стояла на средней ступеньке и смотрела на гробовщика снизу вверх сухими, покрасневшими глазами.

- Я... хочу заказать у Вас гроб и два венка.

- Проходите. - Бенджамин посторонился. - Для кого будете заказывать.

- Для... Ады. - Женщина вошла в вагончик и смолкла. Гробовщик, закрыв двери, вопросительно смотрел на нее, ожидая пояснений. - Девочки, которая умерла вчера. Прошу Вас... мы хотели похоронить ее сегодня вечером, всё уже готово, кроме...

- Гроба? Надо же, странно, что о нем позабыли. Присаживайтесь.

Гостья села на шаткий стул около станка, аккуратно подобрав полы длинной юбки. Запах струганого дерева витал в воздухе, смешиваясь с табачным осадком и ароматом сухой травы.

- Так почему Вы решили обратиться именно в мою контору, уважаемая? Я слышал, в этом городе уже есть неплохой гробовщик.

Уголок рта женщины нервно дернулся.

- Видите ли, со вчерашнего вечера он не открывает двери. Вывеска замазана, окна наглухо заперты, и, если честно, я думаю, он просто сбежал. Мы уже заплатили ему задаток, еще вчера днем, но...

- Что ж, ясно. Думаю, что смогу Вам помочь. - Бенджамин одернул рукава пижамы и прошелся по лавке, иногда останавливаясь возле того или иного гроба, словно оценивая. - Что скажете, например, вот об этом? - Он протянул ладонь, коснувшись изящного небесно-голубого изделия. - Внутри бархат цвета топленого молока.

- Да, очень... очень красиво. - Пробормотала безутешная мать, комкая в руках подол юбки. - Правда, не знаю, подойдет ли он по размерам.

- Уверяю, он подойдет идеально. - Женщина хотела было спросить, почему мастер так уверен, но что-то в его интонациях заставило её промолчать и просто бессильно кивнуть. - Венки будут готовы к полднику. Приходите.

- Я приду. Обязательно. - Снова кивнув, гостья встала и направилась было к звери, но на полпути обернулась. - Простите, Вы не назвали цену...

- Учитывая, что Вы уже расплатились с городским гробовщиком, я не вправе брать с Вас деньги. - На губах Бенджамина появилась до странности сочувствующая полуулыбка. - В конце концов, мы, как представители одной гильдии, должны нести ответственность за промахи коллег по цеху... так что будет достаточно рекомендаций и корзины пирожков, если Вас не затруднит.

Не найдя в себе сил на ответную улыбку, женщина опустила глаза и, слегка запнувшись, проговорила:

- Вы весьма любезны. Я... с радостью Вас порекомендую, если представится возможность.

- Вот и славно. А теперь идите, дорогая, у Вас наверняка много забот с организацией похорон. Не забудьте: я жду Вас к полднику. Всего хорошего.

- До свидания.

Когда дверь за женщиной закрылась, Бенджамин стянул с себя пижаму и переоделся в свой обычный костюм. Гроб для Ады он перетащил поближе ко входу, а затем взял два небольших проволочных каркаса возле стены, принес из дальнего угла охапку искуственных цветов и приступил к работе.


Лавка городского гробовщика представляла собой унылое зрелище. Вывеску чья-то трясущаяся рука замазала белой краской. Окна скрывали наглухо запертые деревянные ставни. На рассохшейся двери висел здоровенный амбарный замок.

Артур стоял напротив и пытался понять, что могло случиться. Местный похоронных дел мастер отличался пристрастием к выпивке, но работу свою делать умел, и всегда успевал точно в срок. К тому же, его знал почти весь город - и все в один голос повторяли: господин Альтер был кристально честен, долги возвращал вовремя, пил преимущественно на свои, и никогда не пытался продать товар дороже, чем он на самом деле стоил. Поверить в то, что этот человек взял с безутешных родственников задаток, заранее планируя сбежать, было трудно.

И тем не менее, внешний вид лавочки ясно говорил об отсутствии хозяина. Стоял полдень, но серые облака едва пропускали блеклые солнечные лучи. При такой погоде зрелище было еще более унылым.

Мужчина почесал бороду и взвесил в руке металлический лом. Он не знал, правильно ли поступает, но фраза о парикмахере, оброненная приезжим, никак не желала покидать сознание Артура, вновь и вновь повторяясь, словно заевшая, прилипчивая мелодия; скреблась в голове, словно жаждая объяснения. И теперь, когда он стоял с ломом напротив лавки городского мастера, зудела в мозгу с утроенной силой.

Лом обрушился на замок, но сразу сбить его не удалось: пришлось ударить еще три раза, прежде чем он упал, ударившись оземь с глухим лязганьем. Артур взялся за ручку двери и потянул на себя. Петли, давно несмазанные, протяжно заскрипели и мужчина вошел внутрь, оказавшись в полумраке. Из-за закрытых окон свет не проникал в дальнюю часть комнаты, а дверной проем освещал слишком скудно. На ощупь пройдя к первому окну, рабочий отодвинул щеколду и распахнул ставни. Тусклый свет пролился в центр помещения.

У стен стояли грубо, но добротно сработанные гробы и заранее приготовленные венки. Несмотря на то, что хозяин мастерской исчез совсем недавно, отовсюду веяло влажной затхлостью. В самом дальнем углу всё еще было темно и смутно вырисовывались неясные очертания чего-то, словно припрятанного на сладкое. Пройдя чуть дальше, Артур открыл второе окно.

Теперь вся комната была освещена настолько, чтобы в ней не осталось темных пятен. В углу стоял деревянный табурет. К балке крепилась петля из грубой, толстой веревки. За мгновение до того, как свет проник в эту часть лавки, мужчина мог поклясться, что видел болтающееся в петле тело, но сейчас в ней никого не было, поэтому вся картина выглядела так, словно в ней недоставало завершающего штриха.

Сердце заколотилось о ребра, язык вдруг стал тяжелым и сухим. Артур попятился, не сводя глаз с композиции в углу. Даже если на веревке уже болтался труп, кто-то заставил его исчезнуть. И кто-то снова поставил табурет вертикально, чтобы тот словно ожидал следующего смертника.

Всё так же пятясь, не в силах заставить себя повернуться спиной к этому зловещему зрелищу, мужчина вывалился из мастерской, жадно глотая ртом воздух. После прокисшего духа комнаты аромат улицы показался ему живительным. Пальцы, сжимавшие лом, побелели от напряжения, и Артур прислонился спиной к фонарю, пытаясь выровнять дыхание. И когда ему это почти удалось, дверь мастерской вдруг сама собой резко захлопнулась, будто сквозняк изнутри захлопнул её. Это словно было завершающим аккордом: "Ушёл? Радуйся. Петля подождет. И, надо признать, некая часть Артура, та, которую он предпочел бы не замечать в силу её слабости и чрезмерного желания обезопасить себя, действительно радовалась.


- Пожалуй, я здесь задержусь, - вполголоса пробормотал Бенджамин, стоя у раскидистой сосны на кладбище, где как раз шла служба по безвременно ушедшей Аде. - Чертовски милые люди. И конфеты вкусные. - Он перекатил леденец во рту за другую щеку и смачно причмокнул, глотая сладкую слюну. Гробовщик разговаривал сам с собой, держась в стороне от прощающихся.

- Любуетесь своей работой? - Артур подошел к нему и встал за плечом, пристально рассматривая сутуловатую фигуру.

- Звучит самую малость двусмысленно, не находите? - не оборачиваясь, поинтересовался Бенджамин. - Но, что бы это ни значило, могу сказать: своим участием в происходящем я доволен. Я, разумеется, про гроб и венки.

- Конечно. - Пару мгновений рабочий медлил, но потом спросил напрямик. - Вы знаете, куда делся Ваш конкурент из города?

- Понятия не имею. Мать девчонки сказала, что он сбежал, присвоив задаток. Позор, позор для нашей братии. От смерти нельзя бегать, тем более - от чужой.

Голос у него был на удивление спокойный - для человека, которого почти прямо обвинили. Артур, однако, так просто сдаваться не собирался.

- Я был в его лавке. Там под потолком висит петля.

- Хм. - Более развернутого ответа со стороны гробовщика он не дождался.

- И табурет под ней. Странно, не находите?

- Уважаемый. - Бенджамин, наконец, соизволил повернуться к мужчине лицом. Выражение на этом лице было весьма скучающим, но глаза блестели недобрым, живым огоньком. - Я могу удивиться, если петля лежит на полу, а табурет приделан к потолку. Однако в данном случае всё весьма логично. Если есть веревка, будет и петля. Если есть петля, найдется и висельник.

Усмехнувшись, гробовщик достал уже знакомый Артуру портсигар и вытащил две самокрутки. Одну протянул собеседнику, но тот проигнорировал ее, продолжая пристально разглядывать Бенджамина.

- Я продолжу Вашу мысль. - Собственный голос показался мужчине чуть хрипловатым. - Если есть гробовщик, будет гроб. Если есть гроб, найдется и покойник. Верно?

- Абсолютно! - Неожиданно ухмылка на губах похоронных дел мастера превратилась во вполне открытую и жизнерадостную улыбку. - Вы верно улавливаете мысль. А сейчас прошу меня извинить. Лавка простаивает закрытой, а я ведь заглянул на минутку, повидать малышку Аду.

- Разумеется. - Выдохнул Артур почти против воли . Ему хотелось схватить собеседника за плечи и как следует ударить спиной о ствол дерева, чтобы тот перестал так скалиться на чужих похоронах. Но по спине то и дело пробегал предательский холодок. Бенджамин, в довершение всего, дружески похлопал его по плечу, прежде, чем направиться в сторону площади. Артур смотрел ему вслед, пока тот не свернул за угол.


На следующий день дождь лил до позднего вечера. Туманно-серые облака превратились в свинцовые тучи и на улице случился настоящий потом. Дом бабушки опустел с её смертью, и Артур чувствовал себя неуютно, бродя по пустым комнатам. Однако эта прогулка имела, как выяснилось, и свои плюсы: мужчина обнаружил спрятанную старушкой бутылку крепкого, жгучего виски, который приятно согревал изнутри и позволял справиться с мрачными мыслями, заполонившими голову. Однако, после очередного бокала, он вдруг подумал, что этот виски не идет ни в какое сравнение с настойкой приезжего гробовщика. То варево не просто пьянило, оно каким-то образом расширяло сознание, словно давая возможность взглянуть на привычные вещи под другим углом.

Сжав горлышко бутылки, Артур накинул дождевик и вышел из дома. Его слегка шатало, но рабочий упрямо двигался к вагончику на ярмарке, то и дело едва не падая в лужу. К концу его пути бутылка совсем опустела и была выброшена в ближайшие кусты. Поднявшись по четырем ступенькам, мужчина гулко постучал в запертые двери.

Хозяин открыл не сразу. Спустя несколько минут, когда Артур уже собрался брести домой, дверь все же распахнулась и он увидел Бенджамина - тот стоял на пороге в своей фланелевой пижаме.

- Собирались лечь спать? - не дожидаясь приглашения, мужчина ввалился внутрь. - Ну и ливень сегодня.

- По-моему, Вы влили в себя больше, чем Господь сегодня на этот город, - заметил гробовщик, закрывая двери и подталкивая Артура к свободному стулу. На длинном столе рядом все так же стоял массивный дубовый гроб. - На ногах едва держитесь.

- Да бросьте, - тяжело опустившись на стул, проговорил тот заплетающимся языком. - Лучше ответить мне на вопрос: как это случится со мной?

- Что именно? - гробовщик чуть наклонил голову к плечу, внимательно глядя на собеседника с почти исследовательским интересом.

- Да будет тебе, Бен, не юли, - кулак Артура с грохотом опустился на край стола. - Стоило тебе приехать, и в этом городе тут же начали умирать люди. Наш собственный похоронщик куда-то бесследно исчез. Я не знаю, что ты за фрукт, но вижу, что ты здесь неспроста. Так ответь мне, Бен: когда я умру и как?!.

Некоторое время Бенджамин молчал, а потом открыл дверцы висящего на стене шкафчика, вынул оттуда мутный стакан и наполнил его до краев своей настойкой, затем поставил стакан рядом с кулаком гостя.

- Я вижу, ты мастер искать совпадения. - Меланхолично покачав головой, гробовщик придвинул к себе свободный стул и сел. - Видишь ли, люди умирают везде и всегда. И всегда в городе есть гробовщик. Но это не значит, что гробовщик хоть как-то влияет на уровень смертности. Моя беда, Артур, в том, что я приезжий. - Он слегка развел руками. - Людям свойственно с недоверием смотреть на незваных визитеров и приписывать им все напасти.

- Ты меня дуришь. - Покачав головой, Артур все же взялся за стакан и, зажмурившись, опустошил его на треть. -Твою-то мать, что это? На каком дерьме ты бодяжишь эту ведьминскую отраву?

- Основной ингредиент - полынь. - Усмехнувшись, гробовщик чуть запрокинул голову, из-за чего нос его еще сильнее стал напоминать клюв. Отдышавшись, рабочий снова смотрел на Бенджамина.

- Что за странный бизнес - передвижная лавка с гробами? А?

- Я всегда любил нестандартный подход. - Слегка пожав плечами, гробовщик вдруг взглянул ему прямо в глаза. - Ты хотел знать, причастен ли я к случившимся смертям и куда подевался ваш старый мастер Шнеер. Верно?

- В точку. - Артур прищурился. - Так что же? Я прав?

- Я мог бы сказать тебе, что это всего лишь совпадение. Но завтра, и послезавтра, и в течение всего времени, что я здесь пробуду, люди будут умирать. Один за другим. И ты снова вернешься ко мне с этим вопросом, и, возможно, в тот момент будешь стоять во главе разъяренной толпы с вилами и факелами. - В голосе Бенджамина вдруг прорезались железные нотки. - Так вот, я скажу тебе сразу. Ты не ошибся. Я - Предтеча Смерти.

- Что? О чем ты, черт тебя дери, говоришь? - Артур и сам до конца не верил в то, что предполагал. И услышать вдруг подтверждение из уст этого странного типа было удивительно и пугающе.

- Предтеча Смерти. Посланник Бледного Всадника. Если угодно, я - как крыса, несущая на спине чумных блох, крыса, способная заразить всю округу, ничего для этого не делая. - Глаза гробовщика вдруг забегали по сторонам, а губы исказила фанатичная усмешка. - Я тот, кто убивает одним своим присутствием. Не знаю, как это получается, но профессию я выбрал себе под стать. Теперь тебе ясно? А?!

Артур вскочил, опрокинув стакан. Терпко пахнущая настойка разлилась по столу и тонкой струей потекла на пол.

- Я ожидал всякое, но не такой бред. Хотя, я сам не знаю, чего я ожидал услышать. Наверное, я просто пьян, а ты надо мной глумишься. - Он отчаянно хотел, чтобы всё было именно так. Перед глазами поплыло, и мужчина вынужденно оперся о стол ладонью. А затем его вдруг толкнули в грудь чужие, исполненные необъяснимой силы худые руки. Мужчина опрокинулся назад, падая в открытый дубовый гроб. Он едва мог сопротивляться, будучи вусмерть пьян: настойка Бенджамина оказала поистине убийственное воздействие.

- Всё так и есть, сэр, только так и есть, - будничным тоном бормотал гробовщик, закидывая на дно гроба ноги рабочего. - Но мне нужен помощник. Я устал блуждать один. И, знаешь, я нашел его. Чувствовал, что найду его здесь, и нашел. И это ты, Артур.

- Пошел ты к дьяволу! - Мужчина застонал, пытаясь отбиться, но не тут-то было. Он понимал, что происходит нечто ужасное, непоправимое, но сил сопротивляться не мог в себе найти даже тогда.

- Нет, друг мой. К Дьяволу или к Богу - решать не нам, это будет потом, позже. А пока - отдохни. Еще несколько смертей, и я оставлю этот город. Нас с тобой ждет большое путешествие! - После этих слов крышка гроба захлопнулась и воцарились тишина и темнота.


За четыре дня умерло еще шесть человек. Среди них был кондитер, который повесился потому, что юная Ада скончалась, подавившись его леденцом, две старых леди, приходской священник и двое возлюбленных, решивших навеки соединиться путем общего самоубийства. По иронии судьбы, похоронили их в разных концах кладбища.

Фургон с гробами неспешно ехал по грунтовой дороге. Ближе к вечеру он остановился возле небольшого лесочка на отдалении от населенных мест. Владелец лавки вошел внутрь и откинул крышку гроба, стоявшего на столе. Труп, лежащий там, уже разлагался. К счастью, теперь, вдали от пристального внимания горожан, от него можно было избавиться без лишней суеты.

- Ох, Артур. - Сокрушенно покачал головой Бенджамин, рассматривая мертвеца, обложенного сильно пахнущими сухими травами. - Нельзя было так много пить. А ведь выглядел совершенно здоровым... Подвел ты меня, понимаешь? Придется искать новую кандидатуру, а жаль... жаль. Спустя пятнадцать минут тело отправилось на дно придорожной канавы, а "Передвижная лавка" уже катила по направлению к ближайшему на карте городку. Из кабины водителя клубился веселый, терпко пахнущий дымок.