Аннотация: -Кто ты? - спросил он неосторожно у Белого, который вошел через окно. - В человеческом языке нет слов, чтобы объяснить кто я, попробуй почувствовать.
I Пришествие
-Кто ты? - спросил он неосторожно у Белого, который вошел через окно.
- В человеческом языке нет слов, чтобы объяснить, кто я, попробуй почувствовать.
И он закрыл глаза. Меня охватили странные чувства: шелестение ветра; мягкие лучи осеннего солнца, уже недостаточно жаркого, чтобы согреть тело, но еще способного взволновать душу; яркое, невозможно яркое небо, настолько, что даже два небольших облачка кажутся неуместными здесь, хочется взять эти кусочки и убрать с голубого-голубого пространства; запах безумно зеленой травы, - и, вдруг, все оборвалось.
Я смотрел на него, понимая, что это существо вмешает так много живого, сколько есть на свете. Потом мы долго молчали, зная, что нужных слов нет. Затем я посмотрел ему в глаза и что-то навсегда изменилось.
Наступал рассвет. Взгляд в окно заставил понять, что такие цвета бывают только здесь, а птицы поют для меня. Потом, я обнаружил пустоту, там где раньше сидел Белый, хотя заранее знал, что увижу, все же хотелось проверить, это как чья-то ссора, знаешь, что нельзя смотреть и все же смотришь.
Ночь показалась бы сном, если бы не ощущения всколыхнувшие душу.
Я живу на краю леса, в каком-то смысле являюсь его сторожем.
С наступлением утра все меняется, приходится идти и проверять, что случилось с моим "подопечным".
В этот раз было все иначе, казалось, что не я смотрю за парком, а он наблюдает где-то из самых глубин за мной. Что-то говорило мне бежать отсюда, но что-то более близкое уговаривало остаться и прислушаться к себе. Второй голос звучал гораздо более увереннее и громче, поэтому мне ничего не оставалось, как, отринув все понятия о безопасности, идти в дикую часть леса, где как, говорили, собирались стаи волко-медведей. Они разрывают человека на куски и всегда передвигаются вместе. В этом нет ничего странного, на нашей планете последние 10 столетий творилось такое, по сравнению с чем, эти звероподобные создания кажутся лишь мелкими пушистиками с зубами.
Двадцать веков...много ли это?
Но на Дженюсе это обычная продолжительность жизни среднестатистического человеческого существа. Поэтому первые из Нас, прибывшие осваивать эту планету и назвали ее Jennuse - молодость.
Здесь нет старости, нет биологических болезней, есть лишь постоянная форма. Мы застываем в своем физиологическом развитии в 20-25 лет по стандартному космическому времени.
Мы - пришельцы с других планет, живем здесь уже более двух тысяч веков. Раньше многие очень быстро умирали.
Теперь проще. Местную флору и фауну почти уничтожили, а те из местных существ, что все еще оставались живы, стали бродить в такого рода лесах. Вот зачем нужны Стражи.
Но сейчас основная опасность сконцентрировалась совсем в другом, как нам говорили в Кодбо (Кадетский отряд дзенуситов по безопасности и охране)- местные аборигены (старинное слово, на планете Земля, использовалось в середине эпохи Прогрессоров, для обозначения исконных жителей земель, означало коренное население)- вот кто стал нашей основной проблемой.
Они стали приходить к людям и те исчезали, без следа, без борьбы, дома оставались пустыми и словно заснувшими посреди сказки.
Никто не знал куда уходят люди, но эти случаи стали происходить все чаще и чаще за последние 10 столетий и плотность населения резко упала, что посчитали серьезной проблемой. Дети на Дженюсе рождались редко, к тому же за последние 2 столетия они почти все сразу же исчезали с местными. Как говорят у нас в Кодбо, забирают лишь тех, кто способен поменяться, адаптироваться к чему-то новому, у кого горят глаза...
Я родился ровно восемь веков назад, за несколько лет до эпохи Поэтов. Эта была четвертая стадия в истории человечества.
Эпоха Прогрессоров кончилась после того, как люди применили на Земле и других заселенных планетах - Веге, Альфа Центавре, Марсе - ядерное оружие, почти стерев, все население, всю жизнь в своих домах.
Дальше началась Эпоха Созидателей, выжившие медленно, но верно создавали жизнь в других открытых планетарных системах, заселяясь, адаптируясь и учась жить заново.
После заселения всех известных нам на тот момент планет настала Эра Мыслителей.
Именно в эту эпоху умерли мои родители, братья и сестра и я остался один...
Их убила местная фауна, так мне сказали в Кодбо, но что-то внутри меня твердило, что все это ложь, обман, который лопнет, стоит лишь присмотреться повнимательнее, что я и стал делать.
Однажды мне удалось достать секретные файлы, вскрыв их, я узнал, что вся моя семья участвовала в экспериментах, проводимых Кадетским отрядом, последний, незавершенный имел кодовое название "Moving into the future".
В этом документе я узнал свое истинное имя - Кевин и много других интересных фактов: жив, благодаря случайности, внезапная потеря памяти, зачислен в Кодбо, чтобы имелась возможность всегда держать меня под контролем и исследовать любые изменения, происходившие со мной.
Многое дали бы эти люди, узнай, они, что я видел местного, - на лице расползалась довольная ухмылка.
Все эти мысли неслись в моей голове, пока я пробирался вглубь леса, по дороге в самую его дикую часть.
Что-то всегда подсказывало, как нужно идти, куда можно наступить, где опасность. Вот и сейчас, нечто звало меня вперед, буквально тащило, и под напором этого энтузиазма я почти летел.
Дорога заняла весь день, и даже не делая остановок, я смог остановиться лишь в полночь, дойдя до странной хижины, светящейся изнутри странноватым изумрудно-шартрезовым светом - все во мне возликовало от этой картины. Меня накрыло ощущение, будто я вернулся домой после долгих скитаний.
Зайдя, я почувствовал тепло, окутавшее меня со всех сторон, хотя и атомных батарей не было заметно. Кровать в комнате казалась такой удобной, что, несмотря на все внутренние рефлексы, вбитые за годs службы, я лег на нее и удобно устроился, сам не заметив, как буквально через минуту провалился в сон.
Проснулся я от того, что почувствовал, что вот-вот произойдет нечто очень важное. Открыв глаза, и проморгавшись, я снова увидел Его.