# Из пыли времен. Глава 17

Павел Александрович Васильев

Глава 17. 7 Эон 483 Виток 14 День Весны.


- Значит, Немирани существуют, - тихо повторил Кригар, крутя перед собой на столе кружку эля.

Наследник с Твеиром прибыли в Феердайн незадолго до Марена, и дождались принца на постоялом дворе, в таверне которого сейчас и расположились. За окнами смеркалось, и гул в таверне медленно, но возрастал.

Среди посетителей обнаружились туни Дома Ваин. Они громко приветствовали своего эрфинга привычным "Ом натт ругаден", а завидев кольцо Атеом, поднимали кубки: "Слава Великому Воину!"

Кригар, улыбаясь, прикладывал руку "к сердцу".

Но, несмотря на то, что все юноши провели в дороге полный день, еду заказал только Марен.

Принц отправил в желудок очередную порцию горячей каши - после пайка из вяленого мяса и сыра, она казалась просто восхитительной.

- А Звери - это Кровавые Боги, - продолжал Кригар рассуждать вслух, все так же, играя с посудой.

Он задумчиво следил за своими пальцами, полностью сосредоточившись на этом занятии.

Марен отпил воды, отодвинул пустую тарелку и сложил руки перед собой на краю стола, вглядываясь в лицо наследника. Перевел взгляд на Твеира.

- Вижу, у вас тоже есть какие-то вести.

- Есть, - кивнул Твеир, и щеки напряженно дернулись.

- Пришли в день испытания, - заговорил Кригар, не поднимая глаз. - На Арнстал напали Звери. Во всяком случае, по описанию очень похожи. Стража Арнстала понесла большие потери, и вряд ли справилась бы, не подоспей Орден.

"Даже петляя, Линия Жизни ведет нас к определенным моментам..." - вновь поднялся из глубин памяти голос Дарса Летар.

"Перворожденные не отступают..." - добавил баритон отца.

- Если время терпит, мой принц, - произнес Твеир, - я бы проведал мать с сестренкой, а утром - в путь.

- Это не ваш путь. - Марен обвел глазами обоих.

Кригар усмехнулся:

- Тогда Инниут не стоило сводить нас вместе. Богам виднее.

И оба Перворожденные выглядели решительно.

...Юноши, под предводительством Твеира, двигались к окраине Феердайна. Шум главной улицы постепенно остался позади, и в воздухе более явственно проступили ароматы леса.

Дом Твеира оказался последним, на отшибе. В пяти десятках шагов за невысокой изгородью столпились деревья. Земля постепенно повышалась и, переходя в каменистые склоны, сменялась Низкими Ущельями. Не столько высокие, сколько трудно проходимые, эти горы, единственное, что отделяло владения дома Летар от земель Латтрана. Острые камни чередовались с глубокими расселинами, и бездонными провалами, уходящими, как считалось, в само знойное Ифре.

С этой стороны, в отличие от остальных, Феердайну ничего не угрожало.

Впрочем, присутствующий гарнизон Темной Стражи прекрасно справился бы, возжелай Смертные напасть на торговый пограничный городок.

Лучи Эриана померкли, и тьма полностью застила небо, но Элес, как всегда не торопился. И только масляные лампы едва подрагивали вокруг, пронзая сгустившийся сумрак.

Но даже в этой почти кромешной темноте, Марен видел дом, к которому вел Твеир. Видел женщину у поленницы, что согнувшись набирала дрова. Видел, как она выпрямилась и двинулась к крыльцу. Как голова повернулась в сторону юношей...

Женщина замерла у ступеней, пристально вглядываясь. Свет "плененного огня", явно мешал ей. Но разве мать не узнает свое дитя?

- Сынок! - воскликнула женщина, рассыпав поленья и бросаясь навстречу. - Вернулся!

- Вернулся, мама, - Твеир нежно заключил Перворожденную в объятья.

И хотя женщина всхлипнула, ни слезинки не показалось на лице.

Рука коснулась щеки Твеира, словно желая убедиться, что это не морок, и ладонь кольнула щетина. Глаза скользили по лицу, так изменившемуся и возмужавшему. И во взгляде читалась тоска: сын так сильно походил теперь на мужа.

Юноши не вмешивались, скромно ожидая поодаль. И только Альтран, похоже, устал ждать - слегка стукнул копытом, привлекая внимание.

- Мама, - повернулся Твеир, не выпуская Перворожденную из объятий. - Позволь представить, принц Марен Летар и эрфинг Кригар Ваин.

На лице женщины отразилось удивление и растерянность от столь "высоких" гостей.

- Ом натт ругаден, мой принц, эрфинг, - поочередно склонила она голову. - Кинеа, мать Твеира. Для меня честь принимать вас.

- Натт годео, - ответили юноши, а Марен шагнул вперед: - Честь познакомиться с женщиной, воспитавшей из мальчика мужчину.

Скрипнула входная дверь, и в проем высунулась маленькая девчушка шести витков от роду - сестра Твеира, Илана. Он часто вспоминал о ней в Мор де Аесир. И в одно время даже хотел отказаться от поступления, чтобы помогать матери по хозяйству, но та настойчиво отправила его в Атеом.

- Мама, ты где? - раздался детский голос. - Тебе помочь?

Девочка вышла на крыльцо. Настороженно прищурилась, увидев мать с тремя мужчинами. Но лицо тут же просияло.

- Твеир! - звонко вскрикнула она, бросаясь к брату, как есть, босиком.

Юноша пригнулся, позволяя сестренке обвиться вокруг шеи.

- Совсем большая уже, - улыбнулся он, откидывая волосы с девичьего лица. - Познакомься с моими друзьями...

Он хотел представить ее, но девочка громко зашептала:

- Отпусти, отпусти меня! - и соскользнув с рук, поклонилась. - Принц Летар, эрфинг Ваин. Для нас честь принимать вас.

Голос прозвучал так официально, что губы Марена невольно растянулись в улыбке. Детская преувеличенная серьезность так напоминала Дею.

- Натт годео, юная принцесса, - низко поклонился принц Летар.

И девочка зарделась от подобного титулования из уст принца крови Королевского Дома.

- Илана, иди в дом, - Кинеа подтолкнула дочь за плечи. - Холодно.

- Но мама... - начала дочь, но остановилась, видимо, передумав спорить при посторонних. - Хорошо мама.

Босые ноги протопали по крыльцу и скрылись за порогом.

- Вы тоже, проходите, - женщина нагнулась за рассыпанными дровами.

- Позвольте помочь.

- Нет-нет, - запротестовала она.

Но Марен уже поднял несколько поленьев.

- Пойдемте, эрфинг, я покажу стойло, - обратился Твеир к Кригару.

Альтран довольно фыркнул, словно понимая, что настало, наконец, время отдыха.

...Ни сам дом, ни его убранство, не выделялись особой роскошью. Обычный, двухэтажный, ни чем не примечательный, сложенный из бруса местных деревьев. Если закрыть глаза на разницу в оформлении, он выглядел таким же, как и большинство домов Перворожденных.

Но, когда Марен вошел внутрь, что-то шевельнулось в груди.

Он вспомнил заботу, какую чувствовал в родном Мелестане. Вспомнил, как Дарс Летар учил их с Колленом держать меч, как рассказывал истории из жизни Мира, мифы о Богах и Крылатых Змеях, и, конечно, легенды о Великом Воине. Вспомнил темные подземелья замка, где они с кровным братом пропадали - часто, от рассвета до заката, - представляя себя близнецами Элкеромом и Раэнсиром. И вспомнил, как появилась Деа - о ней он всегда заботился с особой нежностью... С самых ранних лет, еще, когда девочка не умела ни ходить, ни говорить, стоило принцу взять ее на руки, как вся тяжесть, давящая на плечи, оставляла - фиалковые глаза забирали всю щемящую пустоту.

Всплыли и краткие воспоминания о матери с отцом...

- Присаживайтесь к столу, мой принц, - сквозь мысли пробился голосок Иланы. - Будем ужинать.

На белой скатерти уже красовалась ваза с фруктами и кубки для напитков. Девочка прибежала в очередной раз, разложив приборы, и вновь скрылась на кухне.

Принц сложил дрова у камина, подбросил несколько поленьев в огонь, и занял место напротив главы стола, как того требовала традиция. Вскоре появились и Кригар с Твеиром.

За ужином разговор шел в основном об Атеом: мать расспрашивала сына, а он рассказывал про обучение. Иногда истории поддерживали и принц с наследником.

И все же оба юноши старались не мешать матери и сыну.

***

В дорогу юноши собрались затемно, чуть задержавшись на конюшнях. Хозяин недолго поворчал, сетуя на столь неурочный визит, но сине-белый герб Дома Ваин на плаще Кригара не позволил ему отказать.

Как и большинство коней, выбранный Мареном скакун, принца побаивался, но оказался слишком горд, чтобы демонстрировать это открыто. И потому лишь нервно переступал с ноги на ногу, в отличие от пятившихся четвероногих собратьев. И даже боевой жеребец, который приглянулся Твеиру, напрягался, когда принц оказывался на расстоянии вытянутой руки.

Альтран презренно фыркал на обоих, надменно отворачивая голову.

...Широкий тракт от Феердайна в Латтран змеей полз за горизонт.

Вскоре горы окончательно отступили, и началась равнина. Снег с полей в низине почти сошел, но в ночном воздухе до сих пор чувствовался морозный оскал уходящей зимы.

По правую руку, вдоль тракта медленно бежала река Хегур, которую как раз за медлительность и называли Спокойной. От дороги ее отделяла всего полоса редкой поросли в десяток шагов, что вновь плавно переходила в голый грунт.

Противоположный берег, наоборот, сплошь затянуло зеленью. Лес местами доходил до кромки воды, окуная ветви в неспешно бегущую влагу, местами сменялся подлеском, а иногда и вовсе отступал. На таких полянах часто громоздились валежины, и чернели пепельные следы костров - дело рук рыбаков, предпочитавших ночную ловлю.

И чем дальше юноши удалялись от Феердайна, тем реже встречались подобные поляны. И тем плотнее деревья смыкали ряды. До слуха все громче доносились копошения: и птицы, и звери становились смелей, скрывались все меньше.

Показался форт Соинлег - пограничный пост Латтрана. Небольшая крепость Смертных высилась в стороне от дороги; стражи на башнях проводили юных Перворожденных ленивыми взглядами. Никто не вскидывал арбалетов, никто не кричал, поднимая тревогу: три юноши - это не войско, в конце концов. Да, и мир никто не отменял, несмотря на все старания ордена Нового Света...

- "Бордовые", наверняка, заняли Арнстал, - заговорил Кригар, покачиваясь в седле рядом с Мареном. - Может, стоит появиться более... хмм... официально? Как послам короля, к примеру? А то и эттар Темной Стражи захватить?

- Явись туда Темная Стража и Орден истолкует все в свою пользу, - ответил принц. - Перворожденные не вмешиваются в дела Равнины, если помнишь.

- Помню, - вздохнул наследник. - Только сомневаюсь, что одиноких Перворожденных пустят в город. Как бы мечи обнажать не пришлось... - он усмехнулся. - Потом ведь скажут, что напали со всех сторон под покровом ночи.

- В городе Зверей не осталось. Перейдем Средние горы, осмотримся и... пойдем дальше.

- Дальше? В смысле, в Потерянные земли?

Марен кивнул, глядя на горизонт.

- Только там они могли скрываться так долго.

...Мутный диск солнца только начал восхождение, когда в поле зрения показались: мост и перекресток, где дороги разбегались на все четыре стороны Серого Мира. Западное направление уходило в Латтран, а восточное в Грансен - там темнели горы Стенсваар. Они-то как раз и отделяли владения Ваин от земель Мангерета - еще одного крупного города Смертных, куда вел северный тракт, что дальше, по границе Потерянных земель, огибая Средние горы, поворачивал в Арнстал.

Но северным трактом за Мангеретом пользовались редко. Дурная слава Потерянных земель тысячелетиями отваживала всех желающих. Живых там встретить - чаще всего, себе на беду. Там обитали, в основном, Свободные Охотники - изгои и среди Смертных, и среди Перворожденных. Немало попадалось и безумных Обращенных, что в прежние времена часто тревожили рубежи Королевств Равнины.

В отличие от Кригара, принц еще ни разу не бывал на Равнине и всю дорогу с молчаливым интересом взирал по сторонам.

Но сейчас интерес сменился настороженностью - впереди, чуть ближе развилки и моста через Хегур, царила суета. Свет поблескивал тусклыми зайчиками, выдавая начищенную сталь.

Марен поправил ножны на поясе и проверил насколько легко достается меч. Все же, хоть весна и пришла раньше обычного, утренний воздух достаточно прохладен, а рядом с рекой еще и насыщен влагой - не хотелось, чтобы в самый нужный момент оказалось, что клинок примерз.

- Похоже, нас встречают, - медленно произнес Марен, раньше других разглядев, что там происходит.

- А нас ли? - неуверенно произнес Кригар, но все же проверил, насколько удобно расположен хедмор, притороченный к седлу.

Рука, сжимающая поводья Альтрана, напряглась, и наследник слегка приподнялся, вглядываясь вдаль.

Твеир, двигавшийся позади, по обыкновению, промолчал. И все же и его дахондир шаркнул по устью.

А впереди, двое ближайших мужчин в непримечательных кожаных доспехах размахивали руками, указывая в сторону юношей. Один воин вскочил на коня, а остальные выстроились в ряд, подняв перед собой щиты и копья - все в кольчужных хауберках, темно-бордовых туниках и плащах, а на щитах золотое солнце с пятью лучами.

Наследник зло прищурился, узнав гербы Ордена, ладонь стиснула рукоять хедмора.

Но Марен видел больше.

Четыре неподвижных тела чуть в стороне ни разу не шевельнулись за то время, что юноши приближались к перекрестку. Голову одного накрывал плотный мешок.

Кони Перворожденных мерно цокали по дороге. Расстояние медленно сокращалось. А "бордовые" ждали, скалясь копьями.

"Может, разъедемся?" - мелькнула и так же быстро угасла мысль в голове принца, потому что двое вскинули луки...

Но разве испугает трех Перворожденных, прошедших Мор де Аесир, тинар [тактическая единица войска, 12 итларов] Смертных?

- Похоже, твои цвета пришлись им не по нраву, - неожиданно поддел Марен наследника.

И в следующий миг пришпорил коня, срывая того в "карьер", и пригибаясь к холке. Встречные потоки откинули капюшон на спину, взъерошивая иссиня-черные волосы.

Наследник скрипнул зубами, растягивая злую ухмылку; скрежетнула сталь голодного клинка. Вот он - шанс поквитаться за Эрминхайд, и никто после не скажет, что Слово Короля нарушено.

Альтран встал на дыбы, с шумом выталкивая из ноздрей воздух, и хвостом хлестнув себя по бокам. Предки его рода участвовали почти во всех крупных войнах Серого Мира, настал и его черед проявить себя! Его не придется подгонять!

Боевой жеребец Твеира не спешил рвать жилы, ему не угнаться за резвыми скакунами. Но уж в бою он покажет, на что способен!

Неприметный гнедой Марена, неожиданно для всех, резво набрал скорость, тракт замелькал под копытами - долго ему не выдержать этого темпа, но долго и не нужно! Слух уловил знакомый звон спущенной тетивы, оперенье "пропело" в воздухе и унеслось за спину; вторая стрела с легким свистом пропорхнула ближе, в локте над головой.

Сердце разгоняло кровь все быстрей и быстрей. И с каждым ударом время лилось все гуще, все медленней, позволяя чувствам улавливать происходящее вокруг...

Вот - лучники вновь тянутся к колчанам, пальцы сжимают белый перья. Глухой удар - "бордовые" щиты сбиваются плотнее, щетинясь стальными наконечниками копий. Всадник крепче стискивает эфес своего меча, освобожденного от мягких объятий ножен... Топот копыт позади - Альтран набрал скорость... Ровная быстрая рысь боевого жеребца Твеира...

Левый стрелок почти наложил очередную стрелу, когда принц направил на него коня, выскользнув из седла. Мужчина попытался увернуться, но, несущийся на полном ходу жеребец, грудью ударил его в плечо, сбивая с ног. Второй потянулся за мечом на поясе, но Марен успел раньше - грубо схватил за горло, отрывая от земли и отбрасывая на копья, что опустились под тяжестью тела. Больше он не поднимется...

Чуть правее пронесся Альтран. Взмахнул над замешкавшими воинами, и хедмор Кригара упал сверху; кровавые брызги взлетели фонтаном.

Твеир врубился в левое крыло "поплывшего" строя...

И в то же мгновение "во весь голос" грянула сталь.

Незатейливый маскат Марена выпорхнул из ножен, сходу перерубая древки, устремленные в грудь. Принц с размаху налетел на щит ближайшего воина - тот отшатнулся и, потеряв равновесие от неожиданно сильного удара, завалился на спину. Выпад влево - и клостенхемская сталь впилась в открытое горло "бордового"; кровь хлынула из перебитой артерии, окропляя зеленый луг алой росой.

Но меч не остановился, и капли веером последовали за клинком - правый успел все же поднять меч и парировать выпад. Но принц, не прерывая движения, крутанул маскат в ладони, и опустил острием в лицо воину, что пытался выбраться из-под щита. И тут же вскинул вновь, отражая удар...

Справа раздался глухой треск: Альтран ударил копытами в "золотое солнце". На другого - наследник, соскакивая с коня, обрушил хедмор; клинок соскользнул с покатого шлема, на мгновение оглушив "бордового". Но Кригар быстро завершил начатое - сталь вошла под челюсть, и изо рта мужчины хлынула алая пена.

Не отставал и Твеир - первый же удар дахондира брызнул бордовой щепой, сломав воину руку. И когда боевой жеребец обрушил на него подковы, его уже ничто не могло спасти...

Юноши секли быстро и безжалостно. Каждый выпад сопровождался тихим вскриком, сладкий запах все плотнее забивал ноздри и разносился окрест. "Багрянец" щедро орошал стебли, отходившие от ночного холода; под ногами начало хлюпать...

И бой закончился.

Перворожденные попросту смяли воинов, показав, на что способна острая сталь в руках выпускников Атеом.

Один воин все же поднялся, но не прожил достаточно долго, чтобы порадоваться этому. Последний хрип, и Кригар выдернул меч из бессильно оседающего тела - "бордовый" присоединился к бездыханным собратьям, что раскинулись в багровой луже.

Заржал Альтран, выражая недовольство столь скоротечной схваткой, белые щетки копыт пестрили багрянцем. Ему не терпелось пуститься вдогонку удирающему всаднику, что, не жалея коня, гнал на север - белый жеребец косился на хозяина, призывая прыгнуть в седло и покарать презренного беглеца.

Но наследник лишь небрежно тряхнул окровавленный меч. Провел ладонью по груди, взглянув на пальцы, и раздосадовано покачал головой - совсем недавно чистый кожаный жилет украшал алый крап.

Воцарившуюся на мгновение тишину нарушил знакомый шелест.

Марен задрал голову. И там, под облаками, мелькнула знакомая тень. Мелькнула всего на мгновение, и тут же скрылась в непроницаемом белом тумане, оставив после себя разбегающиеся круги. Но этого мгновения Марену хватило, чтобы узнать сапсана.

- Все в порядке, мой принц? - подошел Кригар.

Глаза наследника поднялись и, ни за что не зацепившись, вновь вернулись к Марену.

...Тук-тук, тук-тук...

- Альтран, хватит... - коротко бросил принц Летар.

Конь, усердно превращавший щит одного из убитых в щепки, замер с занесенным, для очередного удара, копытом. Недовольно фыркнул и нехотя опустил ногу, сковырнув напоследок землю.

- Этих зарубили незадолго до нашего появления, - донесся голос Твеира.

Он склонился над тремя телами, лежащими в стороне. Перевернул одного, осмотрел.

- Свободные Охотники, - уверенно заключил юноша, и кивнул в сторону распластавшейся фигуры с мешком на голове. - Смертная еще жива.

И девушка тут же забилась, засучила ногами, стараясь не то подняться, не то уползти. Но связанные за спиной руки не позволяли сделать ни того, ни другого, и все, что у нее выходило, это нелепые трепыхания мухи в сетях паука.

Марена дотронулся до нее, желая снять грубую ткань, и девушка стала вертеться и извиваться пуще прежнего.

- Тише, мы не враги.

Она замерла, вслушиваясь в спокойный бархатный баритон, которому сложно не подчиниться.

- Я сниму это, - принц вновь потянул за край.

Черные волосы высыпались, накрыв лицо. Девушка мотнула головой, раскидывая их по плечам.

- Кто вы?.. - послышался мягкий сдавленный голос, а встретившись взглядом с мерцающими сапфирами принца вновь заколотила ногами, но, несмотря на страх, слова звучали с угрозой: - Не троньте меня! Отец живьем вас скормит воронам!

- Мы - не враги, - спокойно повторил Марен. - Не дергайся, я разрежу веревку.

Окровавленная клостенхемская сталь приблизилась, и девушка опасливо замерла; меч легко рассек путы. Смертная тут же отползла, потирая запястья. В глазах все еще читалось недоверие, но страх, похоже, ушел - теперь она поглядывала на своих спасителей с любопытством.

- Надо бы сжечь мертвых, мой принц, - во всеуслышание заявил Кригар.

И легонько пнул лучника, сбитого жеребцом Марена.

- Не надо! Смилуйтесь! - разразился испуганный хриплый вопль. - Мы даже не с ними!

- Великая Ночь! Ожил! - брови наследника взлетели, разыгрывая величайшее удивление.

- Я не с ними! Я не с ними! - мотал головой лучник, приподнявшись на правом локте и подбородком указывая на "бордовых".

Левая сломанная рука, по виду, доставляла ему немало страданий, заставляя кривить лицо.

- Не лги мне, - прорычал Кригар, схватив мужчину за горло и слегка сжав. - Я слышу, как бьется твое сердце. Тук-тук... тук-тук...

Он смотрел в испуганные глаза, и с каждым "тук-тук" они становились все шире, наполняясь безумным ужасом.

- Это правда! - отчаянно хрипел Смертный. - Я говорю правду! Нам заплатили, чтобы мы похитили принцессу! И только!

Кригар разжал ладонь.

Лучник зашелся кашлем, хватаясь за горло и падая на траву. Глаза зажмурились от пронзившей боли.

Марен перевел взгляд на мертвых Охотников, на воинов Ордена. И остановился на освобожденной пленнице.

- Принцесса Раулет из рода Анвер, дочь Эйнара, короля-над-королями Равнины, - гордо вскинула подбородок Смертная.

Принц учтиво склонил голову.

- Марен, принц крови Дома Летар.

Он неторопливо приблизился к раненому. Рука до сих пор сжимала меч, и капли, падающие с лезвия, оставляли на траве кровавую дорожку.

- Это Орден? Для чего им понадобилась принцесса?

Наемник заговорил, не открывая глаз. И голос звучал натужно, хрипло.

- Я не знаю... для чего она им. Нам хорошо заплатили, чтобы... доставить ее. Те трое были уже мертвы,.. когда мы прибыли.

Кашель вновь содрогнул его тело, и на уголке губ появились багровые пузыри. Он повернул голову, и бессильно сплюнул кровавый сгусток, что заляпал подбородок.

Кригар встретился глазами с Мареном и, поджав губы, помотал головой - рана наемника серьезнее, чем просто перелом ключицы. Мужчине недолго осталось, но сам он еще не подозревал об этом.

Лучник приподнял голову, смотря в сторону Марена, но уже не в состоянии сосредоточить взгляд.

- Мы простые наемники... - раздался слабеющий голос. - Они хорошо... платили...

И грудь, судорожно вытолкнув из горла очередную порцию крови, окончательно замерла. Стеклянные глаза уперлись в затянутое плотными облаками небо Серого Мира.

Кригар коснулся пальцами шеи мужчины и аккуратно прикрыл распахнутые мертвые веки.

- Мой принц, - раздался голос Твеира. - Мне кажется, все мы понимаем, для чего Ордену понадобилась принцесса. И для чего мертвые Охотники... Смертные не отличают их от Перворожденных...

Да, принц прекрасно помнил убийство наследника Мангерета и последовавшую атаку на приграничный городок Перворожденных. Дарс Летар запретил тогда Ториндару, отцу Кригара, ответить на нападение... Но неужели Орден настолько глуп? Эйнар и тогда не поверил, что убийство организовали Перворожденные. С чего в этот раз должно быть иначе? Он, скорее, признал бы причастность Ордена, к которой в прошлый раз отнесся с сомнением...

Разве что, этот план "бордовых" отличался... Эйнар не поверил бы, а вот принцесса - другое дело! Может ее не собирались убивать?

Три пары глаз обернулись к сжавшейся на холодной земле девушке. Она растерянно переводила взгляд от одних синих глаз к другим. И понимание ползло по спине сырым леденящим ужасом...

- Похоже, здесь наши пути все-таки разойдутся, - задумчиво протянул Марен.

- Но, мой принц... - начал Кригар, но оборвал себя на полуслове.

За полтора витка в Мор де Аесир, он успел понять, что принц не меняет принятых решений. Несмотря ни на что.

- Это важно, Кригар. Ты должен отправиться в Асторват. Тебе предстоит убедить отца - что бы ни произошло, он не должен выдвигать войска на Мангерет! Слово короля не должно быть нарушено! - принц повернулся к Твеиру. - Отправляйся в Мелестан. Расскажи королю все, что видел. И... что знаешь.

Твеир коротко кивнул непререкаемому тону.

- А вы, мой принц? - удивился Кригар. - Вам не стоит отправляться в Латтран одному. Если Эйнар...

- Я отвезу принцессу домой, - Марен взглянул на девушку. - В Латтране должны знать, что Перворожденные - не враги... по крайней мере, Латтрану.

Он бережно "погладил" меч о бордовый плащ.

- Мой принц... - начал наследник, но взглянув на Марена, понял, что спорить бесполезно; вздохнул: - Пойду, наберу дров для костра.

- Оставь, - остановил Марен.

Принцесса сдавленно охнула. И даже Перворожденные на мгновение опешили. Не очищенные огнем, ни Смертные, ни Охотники не пройдут за Серые Грани, не предстанут перед Богами. Скитаться им вечно на границе Миров... в лучшем случае...

А на краю леса, на юго-востоке, уже серело. Запах свежей крови привлекал хищников, как рыбу хлебные крошки. "Лесные псы" стягивались из глубины чащи, лишь почуяв манящий сладкий запах. Осторожно приближались, скаля зубы, и с каждым мгновением их становилось все больше.

И следом тянулся мрак клокочущий черными крыльями...

- В Бездну им путь, - тихо добавил Марен, убирая клинок в ножны.