# Своё место. Глава 14

Александр Улыбкин

С учётом периода восстановления, я провёл под присмотром Шрама ещё почти два года. То было странное время. Иногда я мнил себя всемогущим, а порой - полнейшим ничтожеством.

Похоже, Шрам специально всё так подстраивал. Видимо, хотел показать все стороны жизни того, кто способен влиять на мир.

Я не всё понимал тогда, и наворотить успел всякого...

В рамках обучения контролю стихий, он предложил мне испытание штормом.

На этом самом месте следовало бы остановиться на минутку, и выбрать как можно более удобный вариант. Но нет, стремление к простоте - удел более разумных людей.

Это было круизное судно с двумя сотнями пассажиров на борту. Шрам легко согласился на моё предложение, даже оплатил "люксовый" номер. Всё из-за прозрачного купола на крыше - ведь на каком-то этапе понадобится хороший обзор.

Шраму хотелось, чтобы я прочувствовал шторм, особенно, как в нём переплетаются различные в своей сути силы.

Пассажиры, кто от страха, а кто от сумасшедшей тряски, прямо сейчас скорее всего избавляются от недавнего ужина. Их психическое здоровье наверняка пошатнулось бы, узнай они, что происходит за бортом.

Это, разместив своё седалище в удобном кресле кинотеатра, думаешь, будто "экранному" шторму присущи красота и величие. А вот нежной человеческой плоти не до восхищения подобными силами.

В настоящий шторм тебя болтает из стороны в сторону так, что даже мысли о смерти куда-то исчезают. Не до них просто! Ты бьёшься лбом о стены и мечтаешь, поскорей бы всё кончилось.

Конечно, страх-то присутствует, но он размыт, рассеян. Ты лишь страшишься стихии под названием "вода", а любая протяжно стонущая нота, которую "берёт" корпус корабля, обязательно кажется предсмертной.

Но, к счастью, дар позволяет выйти за грани обычного восприятия и посмотреть на всё иначе, изнутри.

Я нырнул в Тень, быстро прошёл нулевой этап и якорь, и только потом осмелился ворваться в шторм.

После отстранённого и упорядоченного уюта убежища, пространство вокруг показалось абсолютным хаосом, сплетением завитков стихий, что не ведают покоя и неустанно бурлят. Они плясали вокруг, накачивались энергией и тут же её теряли, щедро разбрызгивали мощь в пространство. Это смертоносное великолепие стало вершиной всего, что доводилось видеть ранее. Я смотрел, пытался дышать красотой и не осмеливался даже подумать о каком-то действии. Казалось, будто бурное тело шторма, что раскинулся на сотню километров, составлено из тончайшего хрусталя. Нечаянное движение, - и всё рассыплется в порох. Но такое сравнение не вполне удачно, ведь хрупкость эта - статична.

Передо мной - навечно застывшая картина. Её можно внимательно рассмотреть, и не спешить, проникнуться каждой точкой, оценить значимость и красоту запечатлённого момента. Но да, неосторожность - и всему конец. Это нужно помнить. В том и прелесть - ведь ты контролируешь нечто прекрасное. Оно целиком принадлежит тебе, и не ведает о своей запредельной уязвимости.

Контроль шторма, будь он "хрустально" недвижим, наверняка породил бы эйфорию и непревзойдённое ощущение всевластия. Но ведь он - другой! Его хрупкость оказалась несравненно сложней, чем мог я себе представить. Осознание это пришло не сразу. Сперва я чуть не угробил пассажиров.

Сначала я боялся и просто наблюдал, как бурлит пространство вокруг. Иногда я менял "слои", погружаясь до атомного уровня или выныривая до уровня тысячетонных солёных волн. В какой-то момент даже показалось, будто вот оно, то самое единственное, что нужно в жизни - стать частью чего-то прекрасного, частью силы.

"Бездумной силы!" - возникла нечаянная мысль и разорвала яркой вспышкой темноту первобытной радости.

Я на миг возненавидел мир и саму жизнь. Меня грубо лишили дара быть частью всего сущего.

И что же дальше?

Пришло отчаяние, затем и злоба.

На сколько смог, я отдалился от шторма. Хотел сбежать от него, лишиться воспоминаний о том, во что мне довелось превратиться. И я увидел его красоту иначе.

Мягкая серо-белая спираль медленно ползла по синему фону. Стихии на этом уровне сплетались совсем иначе, и мне показалось, что время застыло, а движение исчезло.

Я потянулся к центру, надеясь ощутить нечто вроде касания к легчайшему перу.

Всё резко перевернулось с ног на голову. Меня небрежно сдёрнуло на самый грубый слой, человеческий, и я понял, что мы под водой.

Сперва показалось - я не могу войти в Тень. Лишь запоздалое осознание, что прямо сейчас я смотрю на своё же тело "со стороны", вернуло разум к правильной точке отсчёта - я и так, где нужно.

Мы не глубоко. Пока что. Да и работа в этом слое хорошо знакома. Но моё истощение - запредельно.

Способов выйти из возникшей ситуации не осталось.

Вот оно - наконец я сотворил настоящее бедствие...

Я сидел в Тени и смотрел как медленно прибывает вода в каюту. Купол покрылся сеткой трещин и вот-вот грозился сдаться, дать стихии прикончить моё тело.

Что будет дальше? Каково это, переселяться? Шрам ничего ведь не рассказывал об этом... он лишь показал.

Это - страшно. Тело агонизирует, сознаёт и гибель, и рождение. И если разделить ощущения, приглушить смешанный ток чувств, то останется величайший из страхов - страх исчезновения исходного "я". Страх этот не обоснован - личность обычного человека ведь полностью подавляется нами. И кто мы в итоге? Избранные? Или всё же проклятые?

Подсказка пришла из реального мира. Моё тело лежало в кровати, уткнувшись в подушку лицом. Правая рука свесилась вниз, и уже по локоть погрузилась в воду. Та прибывала и грозила затопить всё в считанные минуты.

Мой разум сбежал с низших слоёв, и не мог вернуться обратно. Верней, не мог вернуться так быстро, как хотелось. Нормальный контроль отсутствовал. А ещё не покидало ощущение непревзойдённой силы и красоты спирали. И я вернулся к ней. А когда понял свою ошибку, стало до боли обидно за такое безрассудство.

Какое-то время я смотрел на шторм уже совсем иначе. Он - гораздо сложнее, чем может показаться. А сила его является лишь маской, что скрывает под собой непредсказуемую изменчивость. И последняя граничит с шансом полного исчезновения. Нужно лишь верное воздействие.

В какое-то мгновение над спиралью застыла рука "великана". Она поглощала скрытую от глаз энергию, разбивала её на множество более мелких "завитков". Когда последние разошлись в стороны, рука уменьшилась в размерах, нырнула в толщу воды, ухватилась за какой-то "предмет" и осторожно перенесла его на ближайшую сушу.


***


Первой мыслью, когда вернулось сознание было: "Жить!".

Я остро чувствовал повреждения. Опасней всего было рассечение возле уха, и тело всё ещё могло умереть.

Как позже выяснилось, я поспешил. "Слишком сильно испугался смерти", - скажет потом Шрам.

Я потянулся в окружающее пространство, и что есть сил начал "захватывать" материал для исцеления.

Ко мне устремились живительные нити из органики и минералов. Недостающие компоненты синтезировались на ходу, раздражая общий поток лёгкими волнами едва уловимого тепла.

Пару мгновений спустя я почувствовал, что вместо раны осталась слабая царапина. Оставшиеся силы едва дали возможность исследовать повреждение более детально.

Я снова выпал из реальности, и оказался где-то между сном и Тенью.

Контроль по-прежнему отсутствовал. Сколько после этого прошло времени - не знаю.

Жара. Вдалеке слышался слабый звук шелеста волн. Рядом роились люди. Они о чём-то спорили. Судя по тону, ещё чуть-чуть и в ход пойдут кулаки.

Я осмелился открыть глаза.

Где-то глубоко в мозгу вдруг загорелась боль, и не сразу удалось сфокусировать взгляд.

Надо мной склонилось прекрасное создание. Девушка лет двадцати, слегка перепачканная и потрёпанная, но с живыми глазами и уверенными движениями. Она промывала мою рану, ничуть не смущаясь вида крови и рассечённой до кости плоти.

Стоп! Какой ещё кости? Я должен был исцелиться! Столько людей... видел кто или нет?

- Привет, - сказала она, внимательно меня разглядывая. Она смотрела в глаза, почти не отрываясь. Странный, испытующий взгляд. Несколько раз она не удержалась и покосилась на рану.

- Где мы? - решил я начать разговор, надеясь, что тайна моя до сих пор никому не известна.

- Побережье Африки, - отвечала девушка. - Где мы точно - не знаю, но спасатели уже в пути.

Что-то странное было в её манере разговаривать. Так ведёт себя тот, кто знает всё о тебе. Она знает?

- Что случилось? - будет полезно узнать, как же всё сотворённое мной выглядело для обычных людей.

- Неужели не помнишь ничего? - переспросила она, буравя меня глазами. Но я мог лишь отрицательно кивать. Неужели она и правда что-то видела? Хотя... моё исцеление, пожалуй, то ещё зрелище для посторонних. Я вполне мог впитать в себя и частички плоти окружающих людей.

И тут я увидел жутковатую ссадину у неё на бедре. Девушка пыталась скрыть её повязкой, но с фиолетово-бурым синяком размером в две ладони сделать это всё же затруднительно. Точно знает!

- Прости, - пробормотал я и тупо уставился на её ногу. Что делать дальше было неясно. Пока Шрам среагирует, весь мир может узнать обо мне. Вот натворил так натворил.

- Это больно, знаешь ли, - обиженно сообщила она. - А ты... я же правильно поняла, рану залечил? - в словах её не было и намёка на страх. Чистый лабораторный интерес. Даже обида накатывает из-за такой вот обычной реакции. Подумаешь, встретился человек с супер способностью.

- Так что же произошло? - всё же хотелось понять, как мы здесь оказались.

- В шторм мы попали. Потом, говорят, под воду ушли... И вот мы здесь, - она провела рукой, будто открывая панораму за шторой. Взгляду открылась картина множества людей, что копошились и нервничали. Кому ж понравится отправиться в круиз и потерпеть крушение?

Как ни странно, но других пострадавших я не заметил. Ну, хоть с этим повезло.

- Кто-нибудь погиб? - спросил я с опаской.

- Меня Лена зовут, к стати, - непринуждённо представилась она. - Все живы-здоровы, капитан уже всё проверил.

- Хорошо.

- Представиться не хочешь?

"Странная она какая, напористая", - мелькнуло в голове.

- Максим.

- Ты черепаху убил, Максим.

- Какую ещё черепаху?

"О чём она говорит вообще?"

- Довольно молодую. Вон, погляди, - ответила она и указала на застаревшую мумию несчастного земноводного.

- Похоже, она умерла пару лет назад, - проговорил я медленно. До последнего теплилась надежда, что девушка всё же блефует.

- Хорошая попытка. Максим. На, смотри, - возразила она и ткнула мне под нос телефон. Там проигрывался ролик, секунд на тридцать, не больше. Без труда было видно, как животное пытается сбежать, но конечности, предназначенные для плаванья, вязнут в песке, а затем и вовсе исчезают, превращаются в размытый поток, что устремился к моей ране. Это - прокол.

- Я еле успела, между прочим.

- Кто ещё знает? - на мгновение мною овладел животный страх. Я мигом представил себе, как сотни высоколобых чисто из академического интереса втыкают в меня свои адские инструменты, всё пытаясь понять, откуда же я такой взялся. Но вскоре картины мучений подопытного сменяются побоищем. Это Шрам пришёл ко мне на выручку и крошит всех без разбору...

Странные перспективы рисует мозг пессимиста... Ну, а если реально, кто или что меня вообще может сдержать?

- Всё может быть, - отвечала девушка. - Что такое тайна в нашу цифровую эпоху? Может, кто и видел, почём мне знать? - она ехидно улыбалась, явно наслаждаясь моей беспомощностью. Вот же я вляпался.

От дальнейших терзаний и допросов меня спас гул моторов лодок спасателей. Те как раз подплывали к берегу, вызвав множество криков радости в толпе.

Когда меня укладывали на носилки, я понял, что могу передвигаться и сам. И пошёл, тихо проклиная свою беспечность да думая, как же отвязаться от назойливой спутницы.

Нас погрузили на борт. Настроение людей ежеминутно улучшалось, аура обречённости уверенно рассеивалась.

Спустя час нас доставили на материк.

Быстрый осмотр у медиков, выдача новой одежды и гигиенических принадлежностей, ускоренная регистрация в отеле, недовольные физиономии персонала, ещё бы - чаевых от нас же не дождёшься, и, наконец, вот оно - одиночество. Отличная возможность всё хорошенько обмозговать и решить, как быть дальше.

А вот и нет!

В дверь постучались, и пришлось открыть. А ведь я прекрасно знал, кто там за ней стоит.

Девушка вошла, по-хозяйски осмотрелась, схватила пару стаканов и какую-то бутылку в баре, а затем плюхнулась в кресло.

Пока я заворожённо смотрел на происходящее, она плеснула по паре "булек", подлила какого-то зелья, набросала кубиков льда и "половинок" лайма.

- Угощайся! - сказала она. - И садись. Я не кусаюсь.

И я сел...

Вот интересно, как бы всё повернулось, если бы наши пути разошлись?

Всего за пару часов я выложил ей всё, что знал. К концу беседы бутылка оказалась на половину пуста, диктофон гостьи полностью разряжен, а ещё в аккуратной чёрной папочке имелось с десяток исписанных красивым почерком страниц.

Она ушла, а я отрубился. Позже Шрам назовёт меня идиотом. Так и есть.

Контроль пищи, управление метаболизмом в случае поглощения алкоголя или стимуляторов... и всякое другое. Я всё знаю. Да. Так бы и сделал, если б точно знал, что после всего этого ей ничего не грозит. Хотя... контроль еды я всё же произвёл. "Химия" для развязывания языка там точно присутствовала.

К моменту появления Шрама, у гостиницы собралось с десяток микроавтобусов со спутниковыми антеннами на крыше, а у окна то и дело пролетал чей-то "дрон" с глазом оптики на борту.

Я всем по очереди давал интервью. Не постеснялся даже сделать несколько "фокусов" перед камерой.

От степени публичности моего феномена зависела жизнь человека. Всего одна. Но всё же жизнь.

Чтобы Шрам сделал на моём месте? Повредил память, убил бы?

Нет. Не моё это!

Пусть знают все. Хуже мне от этого точно не будет.