# Первомай

Иванов Товарищ

Первомай

1 мая 2022 года, утро. Лондон, Сассекс Гарденс, особняк сэра Генри.

- Что там за шум, Бэрримор?

- Это забастовка лондонских проституток, сэр.

- И чего же они хотят?

Сэр Генри подошел к окну. Улица была заполнена похабно накрашенными женщинами всех возможных полов, гневно выкрикивающими лозунги, которые было невозможно разобрать из-за акцента. Однако, митингующие несли и транспаранты: "Долой типовую любовь!", "Настоящий секс - только ручной работы!" (сэр Генри тут несколько удивился), "Только разовая оплата - гарантия качества обслуживания! Купить андроидную женщину - это как жениться!" (с последним тезисом сэр Генри был почти согласен. С той лишь разницей, что с андроидной женщиной цена, пусть и высокая, была известна наперед. И андроидная женщина могла доставить удовольствие владельцу значительно большим количеством способов. Как джентльмен, сэр Генри особенно ценил функцию "Выкл.").

- Хотят, чтобы запретили андроидных женщин, сэр.

- Боюсь, их это не спасет. Все течет, Бэрримор. Мне странно это признавать, но вкусы меняются и в лучшую сторону. Теперь публику не загонишь к этим, - он презрительно кивнул головой в сторону окна, - даже если альтернативой будут механические женщины.

- Истинно так, сэр. Разрешите сказать, что ваше вложение в разработку андроидов было действительно мудрым.

- Я знаю, Бэрримор. Это несложно, мы в Англии. Я всего лишь сделал инвестиции в традиционные ценности. Здесь это всегда окупается.


Вечером, там же.

- Нет, Бэрримор, это невозможно. Я привык, что в вечерней газете часто передовица - интервью с какой-нибудь проституткой, но если она не член парламента - это возмутительно.

- Да, сэр.

- Посмотрите не нее, Бэрримор. Вы бы наносили такой вульгарный макияж?

- Ни в коем случае, сэр.

- Я бы тоже нет. Должно же быть какое-то представление о приличиях... Это хороший индикатор. Британская система образования находится в плачевном состоянии.

Сегодня пришла новая модель, если не ошибаюсь? Надеюсь, что-то не похожее на эту безвкусицу.

- Абсолютно не похожее. Модель "Бедная художница ЛаКриви". Продолжение диккенсовской коллекции, предложенной сэром Гарфилдом.

- Да, я всегда уважал вкус сэра Гарфилда. А удалось решить проблему с температурой в этой модели? Или она такая же холодная?

- Увы, такая же. Поддержание температуры тела очень быстро истощает аккумуляторы. Покупатели не против ставить женщину на подзарядку на день, но в течение ночи держать ее включенной в розетку не хотят. Впрочем, эта проблема успешно решена с другой стороны - в конце концов, диккенсовские женщины просто обязаны быть холодными.

- Да, судя по продажам, эти идеи близки публике.

И сэр Генри отправился наверх в свою спальню, где его ждала новая модель андроидной женщины. В корпорации "Добрая молодая Англия" было принято отправлять членам правления все новинки. Вопрос о запуске в крупную серию решался последующим голосованием. Решение вопроса правлением, а не маркетологами, конечно, наносило определенный ущерб продажам, ведь большинство членов правления были людьми не первой молодости. Но, с другой стороны, прибыль все же не была самой главной целью существования корпорации. Свою миссию она видела в первую очередь в поддержании традиционных ценностей и также в воспитании молодежи. Поэтому некоторый консерватизм руководства был вполне оправдан.


1 мая 2024 года, утро. Там же.

- Что это за шум, Алисса?

- Женщины Лондона митингуют, дорогой.

- И чего же они хотят?

- Хотят, чтобы запретили идеальных жен.

- Хм. Раньше они хотя бы открыто не выказывали, чего желают мужчинам...

Зачем им это нужно? Ведь для них же есть идеальные мужья. Пусть приобретут себе и успокоятся.

- У идеальных мужей ведь нет недостатков, милый. О чем с ними говорить?

В этом году колонну возглавляли женщины, похоже, не знавшие о макияже вообще. Более того, их половая принадлежность была ясна только по надписям на плакатах, которые они несли.

- Феминистки? Их же вроде извели сами женщины.

Леди Алисса, идеальная жена сэра Генри, подошла и стала рядом у окна. Он не смог удержаться, чтобы не приобнять ее. Сквозь тонкое платье он чувствовал мягкое тепло и упругость ее тела. Держать ее было невыразимо приятно. Сэр Генри в глубине души стеснялся своих порывов, но утешал себя тем, что жена - его собственность и он может делать с ней все, что ему заблагорассудится.

Жена сэра Генри была настоящим сокровищем. И не только потому, что стоила целое состояние. В отличие от перепробованных им начальных и более дешевых моделей, не задерживавшихся у него надолго, Алиссу он держал в доме уже несколько месяцев и пока не имел желания менять на иную модель. Это даже странно, ведь программное обеспечение у всех идеальных жен, производимых их корпорацией, было одинаковым. Разница была только в телесной реализации и именно тело могло увеличить стоимость на два порядка. "Да, мозги женщины ничего не стоят, - еще раз убедился сэр Генри в справедливости старой истины. - Только тепло придает ей ценность."

- Это феминистки нового обряда, Генри. Старые поплатились за то, что проповедовали, будто внедрение идеальных жен отвечает целям феминизма, так как освобождает живую женщину.

Новые же не вдаются в детали и считают, что порядок в мире несправедлив и перекошен в пользу мужчин до тех пор, пока женщины недовольны. Такие взгляды популярны. Видишь, за ними идут.

- Милый, идеальных жен ведь не запретят? - спросила вдруг Алисса с тревогой в голосе. И хоть сэр Генри прекрасно знал, что такие реплики регулируются настройкой беззащитности, тон ее вопроса задел какие-то струны его души. Виду он, разумеется, не подал.

- Конечно нет, Алисса. У меня хорошие связи в парламенте и я в курсе тенденций. Скорее уж запретят этих. - он кивнул в сторону окна. - Так, мне пора на встречу. Меня не жди, буду завтра.

- Хорошо, милый.


23 октября 2024 года, день. Лондон, Кинг Уильям стрит. Офис корпорации "Добрая молодая Англия", зал совета директоров.

- ... трагическая кончина лорда Мортона продемонстрировала, что мы ждали слишком долго. - сэр Генри говорил с сильным чувством, смерть старого лорда задела и его лично. - Мы обязаны требовать большей защиты нашей продукции на законодательном уровне. Мир полон опасных сумасшедших и радикалов, если мы не предпримем мер, то спрос, особенно в верхнем сегменте, катастрофически упадет. Никто не хочет, чтобы на его глазах драгоценная супруга превратилась в груду обломков, а террористка не понесла за это никакой ответственности. Решение суда, конечно, отвечает букве закона, но не его духу. И мы должны привести закон в соответствие со здоровыми представлениями о справедливости. Больше ни одно уничтожение идеальной жены не должно быть признано просто "порчей имущества". Фанатики не должны больше откупиться деньгами, которых у них на черное дело всегда найдется достаточно.

Его речи поаплодировали и даже, как показалось сэру Генри, от души. Предложенный им вариант действий был одобрен и вскоре ему предстояло произнести подобную речь перед комитетом парламента. Однако больше его мысли занимали предстоящие похороны лорда Мортона. Старика хватил удар, когда он суд не смог даже признать действия фурии, переехавшей его супругу, умышленными и потому приговорил ее всего лишь к возмещению ущерба. Сумму (весьма немаленькую, жена лорда была самого высшего сорта) быстро собрали феминистические организации, что порождало дополнительные сомнения в случайности произошедшего.

Деньги эти, впрочем, были уже никому не нужны. Дело приняло серьезный оборот, речь пошла о принципах. То есть об очень больших деньгах.


1 мая 2025 года, утро. Лондон, Сассекс Гарденс, дом сэра Генри.

- Что там за шум, Алисса?

Нет ответа.

Сэр Генри поднял глаза от газеты.

- Бэрримор, что происходит?

- Это идеальные жены, сэр.

- Дожились. Они же не могут ничего требовать?

- Они и не требуют, сэр. Они празднуют.

- Что? И, кстати, где леди Алисса?

- Милый, я пройдусь с девочками.

- Как так? Алисса, я тебе не разрешаю.

- Прости, дорогой. Закон о признании равенства идеальных жен с людьми был принят вчера. Только что по сети все получили новую прошивку. Я побегу.

- Ты никуда не пойдешь. - Ты хочешь поговорить с констеблем? - поинтересовалась она с обычной своей невинностью, такой притягательной раньше. И столь же леденящей теперь.