# Ритуальные Танцы вокруг Менгиров. Глава 10

М Пол

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ.


В племени сначала не поверили тому, что Бхрагрх им рассказал. Про то, что новый вид охоты изобрёл, такой, чтоб сразу все с утеса вниз срывались. Про то, что запасов теперь у племени будет сколько угодно. О том, что божество неизвестное к нему спустилось и рассказало - как соорудить новый тип приманки для охоты. Про то, что надо всему племени срочно собирать мешки заплечные и разные салазки - и идти к тому утёсу, а потом спускаться вниз по тропинке и собирать всех диких съедобных животных, которые туда сверху незадолго до этого сорвались. Пока их какие-нибудь другие дикие животные не съели, или пока сами они не протухли от слишком жаркого солнца, которое сверху на них светит, и температуру внутри их мертвых тел поднимает.


Не поверили и даже слегка побили ногами и дубинками разными, и просто кулаками, но не до совсем смерти, а так, чтобы говорить еще мог - чтобы еще раз спросить:


- А расскажи-ка нам, самый обычный охотник на мамонтов Бхрагрх, еще раз всё то, что ты нам до этого рассказывал. Потому что кажется нам, что всё это ты на самом деле выдумал, потому что уж слишком всё это невероятно и есть у нас подозрение, что нажевался ты в нашей полусвященной роще каких-то не тех ягод, и вот поэтому и городишь такое, чего раньше мы никогда от тебя не слышали.


И в другой бы ситуации Бхрагрх бы очень сильно обиделся бы на своих соплеменников и вообще отказался бы с ними дальше разговаривать, но не в этот раз. Потому что понимал - насколько же эта история и впрямь невероятной кажется, особенно той части, где про божество говорится. И по этой причине рассказал всё подробно еще раз. Но не сбивчиво - как в первый, а более обстоятельно. И на этот раз старшие охотники из племени к его рассказу прислушались тоже более внимательно, и когда он закончил, то порешили так - сейчас вся взрослая часть племени действительно возьмет заплечные мешки и салазки со специальными креплениями, чтобы с них туши животных не падали, и пойдут вместе с Бхрагрхом в то место, о котором он рассказал. И если там всё окажется именно так, как Бхрагрх им рассказал, то станет Бхрагрх самым знаменитым охотником на мамонтов за всю историю. А если не так, то его самого с того утёса сбросят, чтобы больше не рассказывал невесть что, после того как пропадал где-то три дня и три ночи. И в последний раз спросили Бхрагрха - так ли всё на самом деле - как он рассказал. И после того, как Бхрагрх это подтвердил кивком головы, то быстро все собрались и туда пошли, куда Бхрагрх их повёл.


И по дороге ничего не говорили¸ и даже между собой не говорили. А прошло шли за Бхрагрхом, куда он их вёл. И когда мимо болота проходили, где небольшое зеленое животное сидело и звуки издавало, то Бхрагрх остановился и сказал всему племени - это животное не просто животное, а лягушка. А звуки, которое оно издает называется квакать. И всё племя вдруг неожиданно поняло, что это и впрямь лягушка, а звуки которое оно издаёт - называется квакать. И это хорошо, и так гораздо удобнее, чем когда просто пальцем показывать и похожие звуки издавать, чтобы обозначить - кто это именно. А еще Бхрагрх так сказал - мы вот после того, как к тому утёсу придём, и вы все убедитесь, что так всё оно и было, как я говорю, то мы после того, как все запасы к себе на стоянку перетащим, то дадим и всем остальным окружающим вещам и явлениям в мире свои названия и обозначения. Потому что станет у нас всех отныне очень много времени для этого, а там и о культуре поговорить можно будет и подумать тоже. Но сразу все ему на это ничего пока не ответили, потому что сначала хотели убедиться, что так все оно и есть, как он им рассказывал. И поэтому пошли дальше по дороге, и через некоторое количество времени дошли до той тропинки, которая вела вниз сбоку от утёса. И уже когда на верху этой тропинки стояли, то увидели, что внизу самом - на острых камнях - и впрямь валяется целое стадо сорвавшихся сверху животных. И очень этому удивились с одной стороны, а с другой стороны обрадовались, потому что теперь им не придётся сбрасывать со скалы самого Бхрагрха, а то кто же вместо него на мамонтов охотится и дальше будет? А перед тем, как вниз спускаться, заметили на противоположном утёсе трещотку с шестью глиняными свистульками, которая пирамидками из камней окружена была, и спросили у Бхрагрха:


- А что это такое там стоит, на противоположном утёсе?


А Бхрагрх ответил:


- Это трещотка с шестью глиняными свистульками, с помощью которой мы и дальше станем охотится на целые стада диких съедобных животных. Мне ее советский нарк... тьфу, Божество неведомое соорудить помогло и рассказало - как именно она работает. Но всем я об этом рассказывать не стану, а только одному, кто наиболее достойным окажется и после меня сам сделается главным по этой трещотке и в случае чего сможет ее починить, а если сломается - то новую - такую же сделать.


И все удивились таким его словам, но ничего не сказали, а только новые слова запомнили - трещотка, божество, свистульки глиняные. И подумали, что эти вещи так дальше и надо называть, потому что это хорошо. И пошли вниз по тропинке.


А когда вниз спустились, то поразились - как же много там на камнях животных разбившихся валялось. И всех их на куски порубили, на салазки положили, и мешки заплечные тоже набили, и вот уже после этого обратно к себе на стоянку пошли. И впереди всех шел теперь Бхрагрх, и никто больше побить его не пытался, а всем наоборот стыдно было, за то, что до этого побили. И чтобы вроде как примириться, все время у него спрашивали, как только что-нибудь им по дороге попадалось:


- А вот скажи нам, Бхрагрх, как это вот называется? А как называется вон то? И тому подобные вопросы. Но сам Бхрагрх ничего им об этом не говорил, а сказал только, что названия всем вещам и явлениям они уже потом придумают все вместе, а пока им надо для начала до стоянки дойти и все припасы сгрузить, а большую часть этих туш порубленных сушится на ветру повесить, чтобы они хранились подольше. И все с Бхрагрхом опять согласились, и пошли они дальше к стоянке.


А когда дошли, то встретили их те, кто там на стоянке оставался, и многие обрадовались, когда Бхрагрха живым увидели, потому что сразу поняли, что значит он правду рассказал, потому что если бы неправду, то они бы его не увидели, потому что иначе его со скалы бы сбросили. И все их приветливо встретили, и одни пошли сразу пищу готовить, а вторые занялись тем, что начали заготавливать большое количество запасов на долгий период их жизни.


А уже потом - ближе к вечеру - всем племенем, когда вокруг костра сидели, решили, что на следующий день необходимо им всем отправиться к менгирам, чтобы отметить этот знаменательный день. И необходимо будет нарядится в свою самую нарядную и праздничную одежду, и долго водить хороводы вокруг этих менгиров, а те, кто умеет петь песни - станут петь песни.


И так они поступили на следующий день, и целый день вокруг тех менгиров водили свои ритуальные танцы, а Бхрагрх, помня о том совете, который менгир ему в самом начале дал, свой ритуальный танец танцевал не вокруг всех менгиров, а исключительно только вокруг одного. И вот, когда он этот самый ритуальный танец исполнял, то почувствовал, что снова к нему менгир этот обращается - точно так же, как и в прошлый раз - так, что кажется он Бхрагрху его собственным внутренним голосом. И вот что говорит ему этот менгир:


- Ты правильно сделал Бхрагрх, что про тот мой совет не забыл, и теперь не танцуешь ритуальный танец так, как все остальные танцуют - сразу вокруг всех менгиров. Но не кажется ли тебе, что кое о чем ты забыл? Или может не кажется?


И тогда попробовал вспомнить Бхрагрх о чем же это он мог забыть за такое короткое время? И сразу у него не получилось, потому что вроде как он все сделал. А менгир ему как будто назло ничего не подсказывал и молчал, чтобы Бхрагрх сам вспоминал. Но Бхрагрх так сразу и не вспомнил, и когда все после праздника шли обратно на стоянку их племени тоже не вспомнил. А вспомнил уже когда шкурой накрытый лежал, а в пещере темно было, потому что все спали, и только Бхрагрх никак заснуть не мог. Вспомнил он, о чём просил его советский наркоман Петров после того, как они на берегу реки глиняные свистульки сделали. Или перед этим. Вспомнил он про того зверя, который ночью из реки выходил, но их не загрыз. О том, что надо этому из реки выходящему зверю имя особое придумать, и что именно он - Бхрагрх - его и должен придумать. И как только подумал об этом, то вспомнил отчего-то, как за день до этого лягушка в пруду квакнула, когда он обратно от утёса на стоянку племени возвращался, чтобы радостную новость всем сообщить. И как про это вспомнил, так сразу понял - что и имя для зверя того мгновенно придумалось.


- Фаундоргатхитиз, - прошептал он тихо, - Его зовут Фаундоргатхитиз.


И после этого практически сразу он и заснул, потому что сразу ему сделалось хорошо и спокойно, и понял он - как сильно устал за последние несколько дней.


А как только он тихо прошептал это имя, то в советском времени на лавке малоизвестный накроман вполне осмысленным взглядом посмотрел на проходящую мимо его лавки пенсионерку и отчетливо произнёс:


- Бряу.

- Простите, что? - удивленно спросила та и по причине того, что и язык этот был ей неизвестен, и после первого взгляда на советского наркомана Петрова, еще издалека - она считала, что он вообще не заговорит, потому что он вроде как мертвый там на лавке сидел.


Однако Петров был жив, и разговаривал, хотя и странно, и вроде как на неё не бросался.


- В переводе с языка каменного века, - произнёс он, - это означает - Я за пивом пошёл. Но не только это. Потому что это вроде как такое самонапоминание мне, о том, что я про что-то забыл.


Он поднялся с лавки и двинулся в сторону магазина, который уже час как был открыт. Пройдя несколько метров, Петров остановился и обернулся:


- Но я вспомню, - сказал он. - Я обязательно вспомню. Уж я вам обещаю.


После этого он перешел дорогу и скрылся в подворотне. А соседка посмотрела ему вслед, пожала плечами и отправилась дальше по своим делам - в сторону совсем других дворов.