# Стремительный вор. Skittering Thief Worm / Heroes

Аноним Shaynet

гуглоперевод +20-75главы ннемного отьебчено

Skittering Thief


Автор: ShayneT.


начало перевода(Гахат Сол, пролог, заброшен) здесь https://ficbook.net/readfic/6296885


https://forums.spacebattles.com/threads/skittering-thief-worm-heroes.590343/


1. Пролог.


- Это была случайная мысль, - сказала Контесса. - Но она изменит все.


Многие годы идея спасения мира стояла за их заговором. Они совершали такие вещи, которые бы кто угодно, не знакомый с альтернативой, счел бы как минимум предосудительными.


"Причинить боль нескольким во имя многих". Это было похоже на сделку, которую необходимо совершить. В такие моменты, Контессе казалось, что она невосприимчива к проблемам морали.


Но теперь, когда появилась альтернатива, мысль о превращении простых людей в монстров только ради шанса получить очередного парачеловека для битв с Губителями и Сыном, казалась неприятной, вынужденной.


- Я спросила Путь есть ли возможность создавать сверхчеловеческие силы, которые не связаны с Сущностями.


Александрия, Эйдолон и Доктор уставились на нее. Даже задуматься о таком вопросе было абсурдно. Способности даровались Сущностями, это аксиома, на основе которой был создан Котел. Они собирали силы мертвой Сущности, пока другие, еще живые, распространяли их по миру. Иногда, впрочем, с этим процессом были некоторые... проблемы.


- И? - Спросила Александрия. - Какое-то технарское изобретение?


Контесса покачала головой.

- Другой мир. Кейпы в нем возникают естественно, а люди нашли способы искусственно создавать способности. Наша генетика явно схожа, однако здесь не происходит ничего подобного.


- И ты нашла способ как повторить этот процесс? - Спросила Доктор.


Контесса вытащила дипломат и открыла его. Внутри лежали шесть шприцей.


- Насколько сильны эти способности? - Спросила Александрия.


Контесса вновь покачала головой.

- Одна сила одному человеку, обычно сравнительно слабая. Но некоторые из них куда более гибкие, чем какая-либо из наших. У них есть настоящие телепаты, путешественники во времени и люди, способные копировать чужие способности без каких-либо ограничений.


- Это звучит... полезно. - Сказала Александрия. - Особенно путешествие во времени.


- Их предсказатели тоже лучше наших. Некоторые могут предвидеть Губителей и Сына.


Осколки, дающие способности были ограничены так, чтобы их пользователи не могли атаковать Сущности. Предсказание же имело и того больше ограничений.


- Почему мы не рекрутируем их прямо сейчас? - Спросила Александрия.


- На данный момент это адское место, где вирус истребил девяносто процентов человечества. - Ответила Контесса.


- На данный момент?


- У них есть путешественники во времени. Из прошлого. Их настоящее... мерцает каждый раз, когда они меняют события. Местные не замечают этого, кроме, может, предсказателей, но если кто-то окажется в этом мире в момент очередного "мерцания"... Он исчезнет из истории как будто его никогда и не существовало.


- Можем ли бы использовать это против Губителей или даже Сына? - Вопрос Эйдолона прозвучал взволнованно.


- Мы не можем предсказать где и когда они будут. Кроме того, многие временные линии не длятся достаточно долго. Та, в которой они создали составы, продлилась двадцать две минуты. Нынешняя просуществует приблизительно шесть месяцев.


- Ты не смогла получить формулу? - Спросила Александрия.


Контесса покачала головой.

- Она слишком хорошо охранялась. Двадцати двух минут было недостаточно. У них был опыт со всеми типами кейпов и люди со способностями, сводящими на нет даже наши силы. Это было наибольшее, что я могла получить на тот момент.


- Так пусть наши лучшие технари анализируют формулу, - сказала Александрия. - И затем мы поменяем... бизнес-модель?


- В отличие от событий-триггеров, я могу понять, какие силы должна дать формула. Это не похоже на работу с осколками, их формула одинакова для всех. Способности зависят от генетики.


- В таком случае, мы предлагаем осколки всем, чья генетика предполагает слабую способность, - сказала Александрия. - А новый метод используем на тех, кто должен получить что-нибудь полезное.


Способности умника в комплекте с неуязвимостью... Такой набор Контессе всегда казался несколько нечестным, но она всегда умалчивала о своем мнении касательно этого. Александрия была очень полезным человеком и как кейп, и как публичная личность.


Она кивнула.

- Пять из этих сосудов необходимы для тестирования. На основе того, что я выяснила благодаря Пути, создание формулы не будет легким, но определенно будет бесценным.


- А последний? - Спросила Александрия.


- Путь нашел для него другое применение, - Ответила Контесса. - Дверь!


Портал открылся, и три человека вступили в комнату. Один из них был злодеем, получившим способности благодаря Котлу. Он был способен отключать эмоции, что он обычно использовал для воровства. Его жертвы обычно оставались несколько сконфужены произошедшим. Также, он мог заставлять людей уснуть. Часть его сделки включала в себя услуги. И это была одна из них.


Другие двое - обычные люди из СКП. Они были полностью лояльны и готовы забыть все, что они видели и слышали. Они надевали костюмы химзащиты, что, пожалуй, было чересчур. Но лучше перестраховаться.


- Вы понимаете свою задачу? - Она спросила.


Они кивнули.


- Дверь!


В следующий момент тонкий прямоугольник открылся в воздухе, размером не больше, чем обычный школьный шкафчик.


Покрытая мусором кричащая девчонка выпала в открывшийся проход. Она сразу огляделась.


- Александрия?


От портала в шкафчик было слышно звуки смеющихся и издевающихся над девушкой детей. Контесса подняла руку, жестом прося всех сохранять тишину. Портал закрылся и девушка тут же без чувств свалилась на пол.


- Она ничего не вспомнит, - сказал злодей. Он положил руку ей на лоб.


Контесса передала один из составов работникам СКП.


- Если у вас есть способности, то я не рекомендую вам касаться ее после инъекции. Не думаю, что вам понравится результат.


Через несколько мгновений все уже было сделано. Люди из СКП помещали бессознательную девушку обратно в шкафчик вместе со всем мусором. Похоже, это были использованные тампоны недельной давности и другие предметы женской гигиены. Запах был отвратителен.


Помещение девчонки обратно в этот ад было одним из необходимых действий. Потребности многих перевешивали страдания одного человека, даже если жертва напоминала Контессе ее саму в таком возрасте, всю такую нескладную и неуклюжую.


Настоящая причина того, что у нее не получилось добыть больше состава крылась в том, что она потратила часть от этих двадцати двух минут похищая одного из местных предсказателей. В отличие от кейпов с осколками, она была способна отслеживать Губителей.


У нее был рисунок в столе, описывающий именно этот момент. Детский, но все равно достаточный для того, чтобы определить на нем девушку из шкафчика.


Так только портал с ней закрылся, вновь запирая ее в отвратительном шкафчике, Контесса поняла, что они наконец-то сумели что-то изменить, получить какой-то прогресс в своей задаче.


Однако, за все была своя цена. Она устало спросила Путь о том, как удалить зловоние из внепространственного конференц-зала.


Похоже, это займет некоторое время.


***


- Мне казалось, что я знаю насколько ты слабая, - сказала Эмма. - Но ты вырубилась там быстрее чем за тридцать секунд. Какая же ты жалкая.


Другие девушки вокруг меня захихикали. Я хотела вырваться и сбежать, но я знала, что это будет возможно только если я ударю кого-то из них. И сразу же после этого они пойдут к директору Блэквелл и пожалуются, что это я была той, кто издевалась над ними.


По какой-то причине их жалобы против меня не требовали никаких доказательств, в отличие от моих. Им ничего не стоило доставить мне проблем, в то время как мне требовалось видео и свидетель в виде как минимум Легенды, чтобы заставить директора хоть что-нибудь сделать.


Все, что я могла сделать, это не дать им знать, что они как-либо задевали меня.


- Мне кажется, от нее все еще воняет, - хмыкнула Мэдисон. - Может, нам теперь стоит называть ее Скунс-Эберт?


На секунду мне захотелось, чтобы у меня были способности Скунса. Забрызгать всю эту толпу мускусом было бы невероятно приятно, даже если учитывать то, что атака людей с помощью сверхспособности давала верный билет в тюрьму. В один конец.


- Пахнет как бомж, - сказала Эмма. - Тебя с твоим папашей уже выгнали из дома? Ты что, снова доедала огрызки из мусорки?


- У тебя даже не будет месячных, если ты не питаешься нормально, - сказала Мэдисон. - Это значит, что ты никогда не будешь настоящей девушкой.


- А ты уверена что она вообще девушка? - Одна из девчонок в толпе наклонилась вперед. - Может она... Не совсем "она"? Может, ей стоит зависать в раздевалке для мальчиков?


- Они бы никогда ее не приняли, - подвела итог София. - Слишком слабая, малодушная.


- Как же должно было бы быть стыдно ее матери, - сказала Эмма. - Она работала на саму Люструм. Хм. Так вот что случилось с ее папашей.


Она сделала пальцами движение, обозначающее ножницы.


Люструм отправили в Клетку за то, что она побуждала своих последовательниц кастрировать мужчин.


Внезапно, я почувствовала ярость. Оскорблять меня уже было достаточно плохо, но моих родителей... Это было нечто совсем другое. Она была моей подругой когда-то, и мои родители относились к ней никак иначе как к своей дочери. Они любили ее и теперь она говорит о них подобное?


Я сделала шаг вперед и в следующий момент оказалась в захвате. Мою руку кто-то закрутил за спину, а после этого мое лицо вмазалось в один из шкафчиков. Мои очки погнулись и почти треснули.


- Ты неудачница, Эберт, - София прошипела мне в ухо. - И всегда будешь неудачницей.


Когда она сдвинулась, чтобы отпустить меня и коснулась моей руки, я внезапно почувствовала слабость. Я почти упала, когда внезапное чувство удовольствия пронзило позвоночник, вызывая сладкую дрожь.


София посмотрела на меня еще пару секунд, после чего она и все остальные двинулись прочь.


Я пошатываясь помчалась в туалет, чтобы взглянуть на мои разбитые очки. Я облокачивалась на раковину как вдруг я... что-то... в моем животе. В следующий момент мир вокруг меня выцвел и упала вперед, проходя сквозь раковину как-будто ее там не было. Я споткнулась, и упала на пол. Судя по всему, моя голова торчала из стены в мужском туалете.


К счастью, там никого не было.


Тут я почувствовала сильную, нарастающую боль. Это вынудило меня двигаться вперед.


Я проползла назад сквозь стену и оказалась на грязном полу женского туалета.


Я была кейпом!


Каким-то образом я инстинктивно понимала, что это не моя способность. Она не проявляла себя до тех пор, пока София не коснулась меня. Я подозревала, что эту силу я получила от нее.


Во всем Броктоне был только один кейп с такой способностью, и она была Стражем.


Внезапно, все встало на свои места. Протекторату были нужны герои. Злодеи превосходили их числом один к трем. Заставить Блэквелл и учителей покрывать все, чем занималась София, должно быть, было куда легче, чем найти кого-нибудь на замену Призрачному Сталкеру.


Я всегда хотела стать героем, но если настоящие герои позволяли людям вроде Софии делать все что они пожелают с беззащитными, то хотела бы я быть как-либо связанной с ними?


Я вспомнила чью-то цитату: "Единственное, что нужно для триумфа зла, это чтобы хорошие люди ничего не делали."


То, что делали они явно было больше чем ничего. Они позволяли Софии делать все что угодно со мной.


Теперь я была кейпом, но я не знала, как долго способности Софии продержаться. Большая часть копирующих способности паралюдей были ограничены во времени. Читала об этом где-то.


Интересно, насколько ограничены мои силы.


***


Я уставилась в экран компьютера передо мной. Уже прошла неделя, а способность все еще была со мной.


Я провела некоторые исследования. СКП разделяли кейпов на категории. Я, похоже, была так называемым Козырем. Кем-то, кто мог манипулировать чужими способностями.


Призрачного Сталкера никто не видел в течение недели, а этим утром СКП объявило, героиня взяла отпуск из-за семейных проблем.


Мой разум кипел. Никто не слышал ни о каких проблемах у Софии. Она отсутствовала в школе пару дней, а когда вернулась, выглядела очень злой и, наверное, даже испуганной.


Может ли такое быть? Могла ли я не копировать способности, а красть их?


Если это правда, то половина планов, которые я строила на будущее теперь ни за что не сработают. Если я крала способности и это был постоянный эффект, то планы по копированию сил Славы или Панацеи исчезали.


Мне придется ограничить себя, использовать способность только против злодеев. Но даже так это все еще было проблемой. Я не получила способности Софии, пока я не коснулась ее кожи. Большая часть героев и злодеев носили костюмы, покрывающие все тело.


Куда легче скрывать свою личность, если ты не оставляешь отпечатки по всему месту преступления. Кроме того, чем больше костюм покрывал, тем меньше была вероятность определения твоей личности на основе волос, татуировки или еще чего-то.


Кейпы, которые не волновались по поводу секрета своей личности, обычно были сильнейшими из нас. Такие как Лунг или Крюковолк. Они убьют меня раньше чем, чем я смогу коснуться их.


И это не самое ужасное. Как только они поймут, на что я способна, все они будут преследовать меня. Каждый кейп в мире почувствует невероятную угрозу от кого-то вроде меня, почувствует страх навсегда потерять свою силу. Это было в шаге от решения о моем убийстве.


Как только я использую свои способности публично, без костюма, все будет кончено. Каждый день меня будут преследовать снайперы, а другие кейпы вряд ли обратят внимание на неписанные правила в моем случае. Они придут за моим отцом, придут ко мне домой.


Даже герои... Если они собирались дать Софии возможность делать что угодно, кроме, разве что, моего убийства, как они поступят, как только поймут что я такое?


Я всегда считала, что если я стану героем, то это сделает все лучше, но почему-то казалось, что все становится только хуже.


Я Тейлор Эберт, и это жизнь, которую я получила.


Несмотря ни на что, я все равно чувствую волнение. Я кейп! Даже если я никогда не буду использовать мою основную способность, я все равно могу стать героем, которым должна была быть София.


Если бы я оделась как она, я могла бы даже заставить СКП думать, что она лгала им о потере сил. Это может сработать, ведь были слухи, что она на испытательном сроке в Стражах.


Это потребует много времени, но у меня возникло ощущение, что моя жизнь станет намного, намного лучше.


2.Гнев.


Попытка подражать костюму Софии была сложнее, чем я думал, и через некоторое время я полностью отказался от этой идеи. Я, вероятно, мог бы позволить маску для хоккея, которую она использовала, когда она сначала работала бдительным, но черный боди-костюм не был чем-то, что я мог себе позволить, учитывая, что мои сбережения в жизни составляли тридцать девять долларов.


Ее современный костюм был еще более опасным. Маска и металлические рукавицы были хорошо из моего ценового диапазона, и у меня не было навыков в металлообработке или по иронии судьбы, как портной.


Ее плащ был пугающим, но я мог думать о слишком многих способах, которыми его можно было схватить или даже использовать, чтобы задушить меня. Я не собирался оставлять себя уязвимым.


Лучшее, что я мог сделать, это черный капюшон и черные джинсы, которыми я уже владел. Я нашел металлическую маску для лица, которая покрывала нижнюю половину моего лица. У нее была нижняя половина черепа, нарисованная на ней, и, по-видимому, она использовалась для пейнтбола. Я сделал вид, что присоединяюсь к пейнтбольной команде несуществующего бойфренда, и владелец был полезен. С большими очками и капюшоном я был неузнаваем.


Еще лучше, когда я перешел в свою теневую форму, раскрашенный череп выглядел особенно тревожным. В свете это было не так плохо, но в темноте моей ванной это выглядело особенно гротескным.


Очки не повредили мое периферийное зрение, хотя толстовка сделала.


Были мотоциклетные шлемы, у которых были козырьки, которые не повредили периферического зрения. Когда я сделал больше денег, я планировал получить один и, возможно, даже некоторые мотоциклетные доспехи. Это не защитило бы меня от пуль, но это помогло бы в рукопашном бою.


В конце концов я надеялся получить настоящие кевларовые жилеты. Не было никаких ограничений для несовершеннолетних, покупающих броню в штате, и вам даже не нужно было показывать удостоверение личности. Однако, в то время как дешевые жилеты можно было заплатить всего за сто пятьдесят долларов, жилеты полицейских классов могли быть более трех тысяч долларов.


В общем, мой костюм был очень дешев и смотрел его. Хуже того, это не защитило бы меня вообще.


Без фазирующей силы у меня не было никаких особых навыков в бою, и я никогда не был в драке в моей жизни, если бы вы не считали, что ее регулярно ударяют Софией.


Это было бы не так плохо, если бы я был Учителем; Я искал классификации СКП. Как Учитель, я мог позволить своим миньонам сражаться за меня, и мне не пришлось бы все это делать самостоятельно. Иногда я фантазировал о таких силах, как Hellhound. Я не был уверен, вызвала ли она гигантских собачьих монстров, которые она использовала или трансформировала, но с такими миньонами я мог бы реально изменить ситуацию.


Поскольку это было, я собирался чувствовать себя голым, выходящим самостоятельно. У меня даже не хватило денег, чтобы купить перечный спрей, хотя мне удалось найти огромный, тяжелый ключ в подвале. Это должно было произойти.


Когда София становилась все более порочной, так как ее силы исчезли, становилось все труднее и труднее не сопротивляться. Поскольку у нее были годы боевого опыта, это, вероятно, привело бы к тому, что я сломал кости, если бы я не вышел из себя, как кейп, который украл ее силы.


Я чувствовал себя на грани, и желание выйти и сделать что-то еще до того, как я был полностью подготовлен, было почти невыносимо.


Все изучающие онлайн, глядя на местных парахуманов и законы парахумана, не собирались мне очень помогать на улице.


Мне удалось удержаться на неделю, прежде чем я, наконец, обнаружил, что сдаюсь.


**********


Папе потребовалось больше часа, чтобы уснуть. К счастью, я смог беззвучно скользить по лестнице в тени. Я бы прошел прямо сквозь стену; эксперимент показал, что я мог бы спуститься вниз со второго этажа, не повредившись, но спальня папы была той, что стояла перед задним двором, а мой столкнулся с улицей.


У меня были неприятные потрясения, пытавшиеся пройти сквозь стены раньше; видимо, силы Софии плохо работали с электричеством. Это сделало мой первоначальный план проскользнуть через стены и напасть на людей немного сложнее, но мне пришлось бы приспособиться.


Это было в семи кварталах от Лорд-стрит, и я сначала спустился по переулкам. Не исключено, что здесь я вижу преступление, но маловероятно. Я не хотел, чтобы меня видели, пока я не получил некоторое расстояние от дома.


Последнее, что я хотел, - это убить папу, потому что я пытался стать героем.


Даже если бы кто-нибудь увидел меня, все, что они увидели издалека, было подростком в капюшоне. Трубный гаечный ключ, который я носил, был почти четыре фута длиной, и я обнаружил, что использую его как трость, поскольку я устал ее носить. Мне нужно было подстроить какой-то держатель, потому что носить его всю ночь было утомительно.


Тем не менее, его прочность и вес дали мне уверенность, которых я бы не имел в противном случае. Я бы не хотел, чтобы это было поздно, без этого, или, по крайней мере, что-то вроде этого.


Когда я прошел сквозь темноту, я подумал, как я собираюсь найти преступление. Скорость могла проехать по городу, пока он не увидел что-то. У других героев, вероятно, были полицейские сканеры; Протекторат определенно сделал.


Каковы были шансы, что я даже увижу что-нибудь? Даже в таком городе, как Броктон-Бей, на каждом углу улицы не было преступлений. Если бы была Александрия или Легенда, или Эйдолон был бы отправлен в чистый дом.


Он казался длиннее, гулял в тишине, чем в течение дня, и я насторожился каждый маленький звук. Я слышал, как собаки издавали лай на расстоянии и звук автомобилей со смежных улиц. Последнее, что мне было нужно, - это получить грабеж, прежде чем моя героическая карьера начнется.


Почему я снова это сделал? Это было не так, как у меня была наступательная сила, и я не мог даже позволить себе арбалет, как у Софии, предполагая, что они все равно продадут его второму.


Наконец я добрался до улицы Лорда. Рынок не за горами, несмотря на то, что ларьки все закрылись на десять. Прогулка по заброшенному рынку была жуткой, как прогулка по пост-апокалипсическому миру, где все исчезли. Мне казалось, что я единственный, кто жив.


Торговцы были бандой, которая контролировала мой район, что было облегчением. Из всех банд они были наименее опасными, хотя это не говорило много. Было много убийств в темных аллеях, совершенных торговцами по поводу наркотиков, которые поступили плохо, но, по крайней мере, они не были так организованы, как Империя или столь же порочны, как банда Лунга.


Когда я покинул рынок позади, направляясь в сторону верфи, я наконец услышал то, что я не должен был слышать.


В переулке с пробитой дорожки я увидел, как двое мужчин избивали то, что выглядело как бездомный.


Я колебался. Кто-то, кто был по-настоящему героическим, призывал их остановиться, давая им шанс сдаться.


К сожалению, их было двое, и я даже не мог понять, вооружены они или нет. Я не мог позволить себе отказаться от роскоши удивления.


Я перешел в свое теневое состояние, и в темноте переулка я, вероятно, был почти невидим. Мужчины были озабочены тем, что они делали в любом случае, и легко подкрасться к ним.


Когда я начал качать трубный ключ, в последний момент я стал твердым, ударив ближайшего к мне человека в правом плече. Шок от удара почти заставил меня сбросить тяжелый гайковерт, но я услышал отвратительную трещину в плече мужчины. Он закричал и пошатнулся, как только другой повернулся и повернулся ко мне.


Я думал, что торговцы были бы слишком наркотическими, чтобы быть очень настороженными, но эти люди, казалось, знали, что они делают.


Человек, который был неповрежденным, бросил мне носок. По внешнему виду он был заполнен четвертными рулонами и был тем, что он использовал, чтобы победить бездомного человека, который лежал на земле, стонал.


Носок прошел через меня, и у меня было время подумать, было ли это чисто, и если это означало, что у меня как-то были частицы грязного носка, проплывающие сквозь мою кишку.


Я набросился на него, но он схватил гаечный ключ, почти вытащив его из моей руки. Потребовалось момент, чтобы я вытащил ключ из его хватки, и этого было достаточно, чтобы он ударил меня в верхнюю часть левой руки носком. Вся моя рука мгновенно онемела, и я запаниковал.


Проскользнув через забор сбоку, я оказался в чьем-то заднем дворе. Не было никаких огней датчика движения, за что я был благодарен. Не было собаки, за которую я был еще более благодарен.


Человек, который напал на меня, по-видимому, не хотел уходить. Он изо всех сил пытался подняться на забор. Я ждал, и как только я увидел его лицо поверх верха, я разбил его гаечным ключом. Он упал назад, стонал.


Я толкнул вперед через забор и прошел через своего спутника.


Он схватил меня, хотя его плечо выглядело не лучше моего.


Я повернулся и запустил ключ в его кишку. Он наклонился, стонал, даже когда я почувствовал, что меня схватили сзади. Человек, которого я ударил, обнял меня за шею, и я заткнул рот и изо всех сил пытался дышать на мгновение, прежде чем я вспомнил, что перешел в мое теневое состояние.


Разгневанный, я отступил назад и качнул трубку, ударив его по затылку с удовлетворительным хрустом.


Его друг бросился вперед, только чтобы попасть в него. Он спустился.


Я размахивал трубным ключом, который был у него в задней части бедра. Я услышал еще один треск. Я ударил его снова, и когда я услышал, как другой человек шевельнулся, я снова ударил его.


Часть меня хотела продолжать бить их обоих, но взгляд крови на мою руку остановил меня. Если бы я продолжил, я бы убил их, и мои шансы когда-либо стать героем исчезнут навсегда.


Похоже, ни один из них не скоро встал. Я наклонился, чтобы проверить; Я уже сожалел о том, что ударил их по голове. Повреждения головы могут убить, даже если это была трубка, которую качала девушка.


Они оба дышали, хотя я не был уверен, сколько урона я сделал.


Я внезапно почувствовал себя измотанным, хотя бой длился гораздо меньше минуты. Мне нужно было начать обучение; настоящие бои потребуют, чтобы у меня была выносливость.


"С тобой все в порядке?" Я спросил человека, на которого они напали.


Все, что он делал, лежало на земле и стонал.


Я присел на корточки и надел их в мужские куртки. У одного из них был мобильный телефон; это был один из новых смартфонов. Мне потребовалось больше времени, чем нужно, чтобы выяснить интерфейс; У меня были только флип-телефоны, прежде чем папа запретил их после смерти мамы.


Наконец, добравшись до полиции Броктон-Бэй, я попытался говорить глухим голосом.


"Двое мужчин избивали бездомного человека в переулке на две улицы к северу от рынка. Все трое нуждаются в медицинской помощи.


"Вы парахуман?" - спросил диспетчер по телефону. Это был необходимый вопрос, потому что СКП обладал юрисдикцией над любым случаем, в котором парахуман был даже вовлечен в периферию.


Последнее, что я хотел, это привлечь СКП. Они, несомненно, знали, что у Теневого Сталкера больше не было ее сил, и для того, чтобы герой внезапно появился с такими же силами, для них не потребовалось бы большого скачка, чтобы у меня были какие-то действительно острые вопросы.


"Только заинтересованный гражданин".


Прежде чем она успела что-то сказать, я закончил разговор.


Я уставился на телефон, задаваясь вопросом, смогу ли я получить номер телефона для Skidmark или Squealer. Они смогли отследить эти вещи, не так ли?


Через мгновение телефон в моей руке зазвонил. Глядя на номер, я понял, что меня вызвала полиция. Внезапно я понял, что я, вероятно, оставил отпечатки пальцев по телефону, поэтому, не обращая внимания на звон, я отчаянно потер его на рукаве моего капюшона. Я бросил его поверх человека, которого я избивал без сознания, и решил как можно быстрее выбраться.


Моя рука все еще была оцепенела, и я был уверен, что утром утром будет очень синяк. Я должен был бы помнить, чтобы носить длинные рукава, иначе Эмма собиралась начать говорить о том, что я - торговая шлюха.


Я схватил мой трубный ключ, на котором была кровь. Я потер его на спине рубашки первого мужчины, пытаясь убрать его, как мог. Я начал бегать из переулка. Последнее, что мне было нужно, это полиция, чтобы поймать меня с кровавым трубным ключом, особенно если мужчины были ранены хуже, чем я думал.


Что со мной не так? До сегодняшнего вечера я бы сказал, что у меня не было сильной кости в моем теле. Раньше меня атаковала Софья, и эта кипящая ярость не кипела под поверхностью, ожидая выхода.


Что-то случилось со мной? Это были силы? Именно поэтому Кейпсу суждено было сражаться друг с другом все время. Может, сила Софии была повреждена?


Я попытался подтолкнуть власть к другим людям, чтобы посмотреть, смогу ли я от нее избавиться, но я понятия не имел, возможно ли это, а тем более - как это сделать. Это, конечно, не сработало, когда я попробовал это у Грега Ведара.


Если бы я собирался выходить на улицу, мне приходилось много работать. Я злобно избил двух человек, и я не был уверен, произойдет ли это каждый раз, когда я выйду, или если это будет одна вещь. Тазерный и перечный спрей может быть самой доброй вещью, которую я мог бы получить для людей, которых я атаковал.


Кроме того, трубный ключ повредил мне руки, когда я ударил людей. Мне нужно было что-то более легкое и, возможно, менее вероятно, чтобы раздавить черепа.


************


Проснувшись на следующее утро, я понял, что все мое тело чувствует себя одним синяком. У меня болело плечо, и у меня были растянутые мышцы, которых я никогда раньше не использовал. Глядя на себя в ванную, я увидел тяжелую синяк на моей верхней левой руке. Мне повезло, что он не сломался, и моя рука не чувствовала, что она двигалась так же хорошо, как и должна.


Я должен быть осторожен с ним, особенно в классе гимнастики, пока он не исцелится.


Раздалось, прежде чем я был готов, был глуп. Я никогда не был спортивным, и только одна минута настоящего боя оставила меня истощенным. Проведение трубного ключа на всем пути домой было мучительным, тем более, что я не мог сменить оружие.


Мне нужно было начать работать на выносливость, и мне нужно было работать над моей верхней силой тела. Тот факт, что я был настолько слабым, вероятно, был единственной причиной, по которой люди, которых я напал, не умерли, но если бы они были более подготовлены, у меня были бы проблемы.


"Тейлор, - спросил папа, медленно опустившись по лестнице. "Ты хорошо себя чувствуешь?"


"Я чувствую себя немного больно", - признался я. Надеюсь, он подумает, что это от гриппа, а не потому, что я избивал случайных головорезов.


Насколько я ненавидел Софию, мысль о том, что она делала это с тех пор, как ей было тринадцать, не больше, чем арбалет, и нужно было уважать кишку, полную гнева.


"У вас нет лихорадки, - сказал он, подбегая ко мне и приложив руку ко лбу.


"Я вчера переусердствовал в PE, - сказал я. "Получил немного конкурентоспособности, споткнулся и упал. Даже не чувствовал этого до утра.


"Это снова были хулиганы?" - спросил он, его лицо потемнело. Он провел больше года полностью в темноте о том, что произошло, и я мог сказать, что он чувствовал себя виноватым.


Я покачал головой и улыбнулся. "На этот раз нет. На этот раз это была моя собственная ошибка ".


Он долго смотрел на меня, как бы пытаясь понять, верит ли он мне. Наконец он расслабился и спросил: "Вам нужно обратиться к врачу?"


Мы оба знали, что у нас нет денег, чтобы обратиться к врачу.


"Все будет в порядке", - сказал я, покачав головой.


Была суббота, поэтому у меня было бы несколько дней, чтобы залечить, прежде чем я должен был вернуться к Уинслоу.


"Я должен встретиться с Кутом и Лейси на Рынке; Лэйси покупает вещи на свадьбе, и Курт хочет, чтобы кто-то поговорил, пока он держит все пакеты. Вы хотите приехать?"


Я колебался. Я не был близок к папе долгое время, не с тех пор, как умерла мама, и он перерос в глубокую депрессию. Мы вряд ли провели какое-то время вместе, став Скрытниками в нашем собственном доме.


В то время как я действительно хотел ничего не делать, кроме как ложиться спать и одержимости своей внезапной насильственной последовательностью, я знал, что мне нужно провести время с отцом.


"Рассматривание ветрин? Это соответствует моему бюджету! ", - сказал я, заставив улыбнуться. "Позволь мне одеться".


Через час мы шли по рынку с Курт и Лэйси. Теперь стало совсем по-другому, что он был наполнен людьми, чем когда-либо, когда он покинул эту ночь прошлой ночью.


Лэйси пытался заинтересовать меня тем, что они покупают. Я улыбнулся и попытался притворяться причастным, но в основном я думал о звуках, которые сочинил труба, когда он набросился на людей накануне.


Разве я был таким же голодным, как София? Разве мне нравилось причинять боль этим людям?


Это она чувствовала, когда она причиняла мне боль?


Я слышал звуки крика, прежде чем я увидел, что случилось.


Стены из камня поднимались на обоих концах рынка, захватывая всех внутри. Над нашими головами появился массивный огненный шар, и я почувствовал жар.


"Все спускаются!" - сказал высокий черный человек.


С ним были двое других. Один из них был скинхедом, но татуировки, которые у него были, были не такими, как я видел с Империей 88.


Это не имело скейпла. Ни одна из банд не была бы достаточно смелой, чтобы атаковать рынок; Протекторат должен будет действовать в силе.


Ни один из них не был в костюме. Они даже не потрудились закрывать лица.


"Спускайтесь на землю и берете свои кошельки медленно и легко. Кто-нибудь пробует что-нибудь смешное, и мы увидим, как вам нравится быть заколдованным или похороненным заживо ".


Скинхед схватил мотоцикл и поднял его над головой. Он бросил его на стену, где он упал.


Мой ум мчался. У меня не было своего костюма, и с папой здесь я не мог участвовать. Шансы его получить травмы или убить были слишком велики. Я решил, что должен остаться и ждать Протектората, хотя это и терзало меня.


"Ты!" - сказал скинхед, указывая на меня.


Другие указали на нескольких других людей.


"Начинайте собирать кошельки", - сказал он. Он бросил мне многоразовую сумку. "И сделай это быстро. Вы не хотели бы, чтобы я начинал ломать некоторые кости на папу, не так ли?


Он указал на Курта вместо папы, так что, по крайней мере, он не был таким наблюдательным.


Я мог бы, вероятно, получить полномочия хотя бы одного из них, когда я вручил им сумку, но делать это перед толпой сотен не было бы точно, чтобы моя тайная личность была хорошей.


После этого мне пришлось бы иметь дело с двумя другими, и если бы они бросили мне огненный шар, и мне удалось проскользнуть в мое теневое состояние, люди позади меня все равно пострадали.


Я встал и схватил сумку, стиснув зубы.


"Не так страшно, как все остальные, ты девчонка?" Спросил скинхед. "Ну, ты должен быть".


Я почувствовал внезапную волну ужаса; глядя вверх, я увидел знакомую фигуру в белом платье. Слава плыла над рынком, а рядом с ней были Кид Вин и Эгида.


Скинхед поднял глаза и фыркнул.


"Что это, Хэллоуин?"


3. Заложник.


Прежде чем герои могли потребовать их сдачи, к ним вспыхнул огромный огненный шар. Кид Вин закричал, хотя он был за Эгидой и частично защищен.


"Сумасшедшие дети играют нарядом", - засмеялась кожаная голова. Он взглянул на меня. "Продолжайте собирать, дорогая, или мы дадим вашему папе то же самое, что мы дали этим идиотам в воздух".


Вспышка белого - это все, что я видел, когда внезапно появилась Слава. Он улетел назад, врезавшись в стенд.


Она повернулась, чтобы схватить огненную лапу, которая купала ее в огне. Я нырнул, когда огонь огня омыл мою кожу. Люди кричали вокруг меня, и они начали срываться.


Аура Славы не облегчала ситуацию. Я почувствовал, как страх омыл меня, и люди вокруг меня начали паниковать, бегать за стенами и стучать по ним, обращаясь за помощью. Я видел, как несколько человек падали, и казалось, что некоторые из них растоптаны.


Она внезапно исчезла, как дыра появилась на тротуаре под ней. Когда она упала в яму, земля изменилась в пространстве, где она была, и на мгновение была тишина.


Через мгновение тротуар взорвался наружу. Я видел куски щебня, летящие во всех направлениях. Я попал в руку, и я поморщился. Я бросил сумку и вскарабкался назад, когда Слава поднялась из ямы.


Эгида исчезла; По-видимому, Кид Вин был ранен, и он доставил его в безопасное место.


Контроллер земли полетит, и не похоже, что он скоро встанет.


Скинхед вытащил себя из щебня. Он усмехнулся. "Я не знаю, что ты делаешь, девочка, но продолжай. Все, что ты делаешь, делает меня сильнее.


Он мчался вперед, и он ударил девушку Славы. Это был тот, кто летал на этот раз, всю дорогу через стену.


Это оставило дыру, и люди начали гоняться, чтобы убежать.


"Остановитесь!" Крикнул скинхед. "Или мы просто убьем всех вас!"


Я наклонился и схватил сумку. Подойдя к нему, я сунул сумку в его руку. "Вот! Возьми это! Просто оставьте нас в покое!


Когда я вручил его ему, я сознательно почистил его руку. Я почувствовал внезапный прилив удовольствия, и я взял его власть. Его сила отличалась от власти Софии; очиститель как-то.


"Что ты ...?" Спросил он, выглядя ошеломленным, даже когда вспыхнула белая вспышка.


Он пролетел по воздуху, снова ударившись о стену с отвратительной трещиной. На этот раз раздался красный цвет, и он не выглядел так, будто он когда-нибудь снова будет двигаться.


Без его власти он был просто нормальным человеком, и Слава ударила его с полной силой. Я вдруг понял, что я только что работал в смерти человека.


Контроллер пожара потянулся и схватил моего отца. Он положил руку ему на лицо. Он был высоким мужчиной с большими руками, и его рука покрывала большую часть лица моего отца.


"Все успокоятся, или я собираюсь испечь голову этого парня изнутри".


Слава не выглядела так, как будто даже слышала слово, которое он сказал. Она смотрела на тело по другую сторону улицы, ее лицо побледнело как лист.


Она поняла, что она испугалась, и через мгновение я понял, что чувствую страх перед всеми за блоки во всех направлениях. Это было волнующе. Страх питал мою силу; Я знал это инстинктивно. Сотни людей вокруг меня, и все они боялись. Сила ворвалась в меня, и я почувствовал себя непобедимым. Это были силы, которые запустили Glory Girl через стену. С этими силами я мог делать почти все.


"Отпусти моего отца", - сказал я. Я долго смотрел на этого человека. "Тебе не обязательно это делать".


Если он повредит моему отцу, его спутник не будет единственным всплеском красного цвета на стене. Я бы убил его перед семьсот свидетелей, и его не хватило бы, чтобы соскочить с тротуара.


"Кто-то движется, и он мертв!" - сказал мужчина. Он дернул головой в направлении дыры в стене, которую сделала Слава.


"Мы проходим через эту дыру. Кто-то пытается остановить нас и все вокруг ".


"Возьми меня вместо этого", сказал я импульсивно. "У него плохая нога, и он тебя затормозит".


Папа уставился на меня и покачал головой. Он не понимал, что в тот момент, когда я коснулся человека, все закончится. У человека даже не было пистолета, и даже если бы он это сделал, я бы просто ускользнул в теневое состояние.


Мужчина ухмыльнулся, глядя на меня. "Думаешь, Блонди не нападет на меня, пока я его отдам?"


"Я не думаю, что она на некоторое время нападет на кого-нибудь", - сказал я. Теперь я почувствовал ее ужас, когда она на самом деле убила кого-то. Она просто стояла, застыла, и я не была уверена, что она знает о чем-то еще, что происходит. Я не получал никакого понимания причины ее страха; она беспокоилась о тюрьме, КЛЕТКА или просто о том, что люди будут смотреть на нее сверху вниз?


Где остальная часть протектората?


"Вы думаете, что люди будут заботиться о старике?" - спросил я. Позднее я извиняюсь перед папой. "Молодая девушка, теперь это заложник".


Я сделал шаг к нему. Еще пять - все, что нужно, и тогда все будет кончено. Одно касание и ...


"Вернитесь!" - сказал он, и он начал тащить моего отца к дыре в стене.


Мой отец поморщился, когда рука человека сжалась на шее, но он не сопротивлялся, когда его утащили.


Я сделал шаг к ним, только чтобы у меня на ногах вспыхнул маленький огненный шар. Я отступил и начал думать. С силой, которой я был теперь, я должен был бы прыгнуть к ним и ударить их обоих, прежде чем человек сможет отреагировать. Проблема в том, что я рискнул причинить боль папе.


Они подошли к стене, и мужчина осторожно посмотрел за угол. Мой отец воспользовался этой возможностью, чтобы внезапно стать мертвым весом, упав на землю, даже когда знакомый белый костюм протянулся и постучал по нему.


Он застыл, и папа отскакивал.


"Все в порядке!" - сказал часовой блок, шагнув за угол. "Все будет все ..."


Он остановился, увидев тело скинхеда и всю кровь.


Папа поднялся на ноги и направился к остальным из нас, даже когда агенты СКП бросились через зазор в стене.


Слава все еще не двигалась.


***********


"Мы просто должны получить ваше заявление. Это поможет в расследовании.


Человек в форме СКП был только одним из двадцати, кто делал подобные вещи людям в этом районе. Скинхед был облицован защитной пеной и вытащил, и земляной житель был отнят на подрамнике под тяжелой охраной.


"Мы ничего не можем сказать вам, что мы еще не говорили вам".


"Не было никакой причины, чтобы твою дочь выбрали из кошельков людей?" - спросил мужчина. "Вы уверены, что никогда не встречали никого из этих людей?"


Я покачал головой. Похоже, он обвинял меня в соучастии. После всего, что протекторат сделал, это было похоже на то, что они сделали бы.


Страх, который дал мне такую ??силу, почти исчез, но все еще были течения, достаточные, чтобы я был сильнее, чем я должен был, даже если бы он был в пределах человеческих норм.


"Он собирался сбить голову отца, и ты обвиняешь нас?"


"Это обычная тактика для преступников, чтобы в толпе были сообщники, которые притворяются заложниками", - сказал мужчина. Я не мог видеть его лицо из-за маски, которая только что сделала меня более раздражительной.


"Почему у вас есть два сообщника и оставить одного из них?" - спросил я.


"Мне просто нужно задать вопросы, мэм", - сказал он. "Я думаю, что это все, что нам нужно. Мы снова свяжемся с вами; нам может потребоваться, чтобы вы дали показания на суде ".


Я задавался вопросом, будет ли у Славы судебное разбирательство или если они просто собираются использовать это, чтобы заставить ее войти в палату.


Я не был уверен, как чувствовать себя в моей смерти. Я не собирался делать это больше, чем у Славы, но теперь, когда я подумал об этом, украсть чьи-то силы в битве на кейпе было так же опасно, как красть силы летчика в воздухе.


"Пойдем, Тейлор, - сказал папа, хватая меня за руку.


Я вздрогнул. Осколок с мостовой, взрывающейся, когда Слава вышла на улицу, ударила по той же руке, что бандит ударил его самодельным соком накануне.


Прежде чем я успел что-либо сделать, папа поднял мой рукав и прошипел, увидев огромный ушиб на моей руке.


Солдат СКП все еще был там, и он тут же шагнул вперед. "Вы не сказали, что получили ранения".


Я с удивлением подумал, может ли он сказать, что первая рана уже была часами.


"Я попал, когда Слава вышла с улицы", - сказал я. К сожалению, я не мог избавиться от собственного страха.


"Панацея помогает жертвам", - сказал мужчина.


Несколько человек получили ранения от действий Славы. Несомненно, "Новая волна" заключалась в том, что Панацея излечивает людей как способ уменьшить их шансы на подачу иска и уменьшить плохую прессу.


Агент СКП привел нас к Рыночной стойле, которой было поручено сформировать центр сортировки.


"Этот получил ранение от осколков", - сказал агент. Он передал новому агенту лист с моим именем и контактной информацией.


Другой агент СКП отодвинул меня в сторону и, прежде чем я успел что-то сказать, он поднял мой рукав и начал фотографировать.


Я почувствовал внезапный всплеск тревоги. Судебно-медицинские эксперты могли бы сказать, что травма уже начала заживать, не так ли?


Жаль, что я, по-видимому, не мог избавиться от собственного страха, или я мог бы надавить на мотоцикл. У власти не было никакого эффекта регенерации.


"Вы ранены где-нибудь еще?" - спросил агент. Я даже не мог сказать, были ли они мужчиной или женщиной, что с маской.


Я покачал головой, боясь, что они попросят меня снять рубашку.


Он взглянул на свою площадку. "Похоже, она только что закончила последний. Почему бы тебе не пойти с ней?


Прежде чем я успел сказать, папа втянул меня в комнату.


"Шрапнель от вашей сестры", - сказал агент СКП.


Панацея выглядела измученной. Несомненно, она беспокоилась о своей сестре, но она застряла здесь, имея дело с ранеными, в то время как остальная часть ее семьи имела дело с беспорядком, который вызвала смерть скинхеда.


"У меня есть ваше разрешение исцелить вас?" - спросила она. Она едва взглянула на меня.


"Да", - сказал мой отец, прежде чем я успел ответить.


Я внезапно замолчал. Что, если я украду ее силу, когда она коснется меня и не сможет вернуть ее? Кто-нибудь будет доверять кому-то, кто потерял Панацею?


Она наклонилась вперед, и все, что я мог подумать, это то, насколько я не хотел брать ее власть.


Не принимайте это, не принимайте, не принимайте это.


Ее рука была прохладной на моей коже. Я чувствовал ее силу под поверхностью ее кожи, но я понял, что у меня есть выбор: взять ее или нет.


Это было облегчение по нескольким причинам. Там были чудовищные накидки, люди, у которых были силы, которые постоянно деформировали их. Последнее, что я хотел, это взять власть, от которой я не мог избавиться. Я мог бы выглядеть похож на Crawler!


Через мгновение боль в моей руке исчезла. Боли и боли, которые я игнорировал, также исчезли.


По какой-то причине мое зрение стало размытым.


"Гм ..." - сказал я.


"Я устремил твои глаза", - сказала она, глядя на меня. "Это наименьшее, что я мог сделать. Я могу вернуть его, если вы захотите.


Она странно смотрела на меня, и когда я снял очки, мир вступил в центр, яснее, чем у меня даже с очками. Я подумал, может ли она увидеть что-то странное обо мне, может быть, даже если бы у меня были полномочия. Хотя все говорили, что она не может сделать мозги, это не значит, что она не могла видеть мозги.


"Спасибо, - сказал я.


Ушиб на моей руке исчез, и папа поблагодарил ее обильно.


Я мог касаться других кейпов, не крадя их сил! Это было большим облегчением. Я беспокоился, что случайно убил героя в их секретной личности и украл их силы, даже не имея скейпла.


Он вытащил меня из палатки, и Курт и Лэйси встретили нас.


"С тобой все в порядке?" - спросила Лэйси.


Я кивнула, не зная, говорила ли она со мной или папой.


"Думаю, на вечер у нас было достаточно, - сказал папа. "Я думаю, нам нужно уйти".


Курт и Лэйси выглядели с облегчением. В конце концов, что кто-то сказал об ужасающей травме, которая произошла менее чем за сорок пять минут в прошлом?


Из взгляда на лицо папы я подозревал, что мы поговорим об этом, когда мы вернемся домой.


Поездка домой была сделана в тишине.


Он ничего не сказал, пока мы не вошли в дом. Как только он повернулся и запер дверь, он повернулся ко мне.


"Возьми меня вместо этого?" - спросил он. "О чем вы думали?"


"Я думал, что не хочу, чтобы ты пострадал!" - сказал я. "Ты действительно думаешь, что он тебя отпустит?"


Я чувствовал его страх; это было не так, как на улице, но все еще были следы. Он вонял его, и мне стало стыдно осознавать, что мне понравилось ощущение.


Смогу ли я стать зависимым от страха людей? Что это за человек сделает меня?


"А что, если бы он принял ваше предложение?" - спросил он. "Как вы думаете, что я чувствую, если бы вы были тем, кого убили?"


"Меня бы не убили", - сказал я.


Он покачал головой. "Я думал, что я был бессмертен в твоем возрасте, но я думал, что ты лучше знаешь. После того, что случилось с твоей матерью ...


"Это несправедливо!" Я нахмурился. "Не привози маму в это".


"Не так ли?" - спросил он. "Что я должен думать, когда моя дочь попросила террориста сделать ее заложницей?"


"У меня был план!" - сказал я. "Все было бы в порядке".


"Какой у вас мог быть план, который бы не закончился с вами мертвым?" - спросил он. "И не говори, что ты ушел от него. Он был сильным ... не парахуманным, но у парня было шесть с половиной футов мышц ".


Его голос рос быстро, и я обнаружил, что мой собственный темперамент поднимается, чтобы соответствовать. Он был хорошим отцом, когда он не хрипел в отчаянии над смертью моей матери. Тем не менее, у него был характер, что-то, что я думал, что я не унаследовал. Однако, учитывая силу Теневого Сталкера, мой характер был близок к поверхности, более трудной для контроля.


Я задавался вопросом, как тяжело было бы заставить Эмму, Мэдисон и других бояться, достаточно, чтобы сделать меня достаточно сильным, чтобы ... нет.


Я был лучше этого.


"Я бы ушел", - сказал я. "И все было бы хорошо, если бы вы только что сотрудничали".


Это было глупое заявление, и я понял момент, когда я это сказал. В конце концов, не было выбора папы пойти с мужчиной. Ему не дали выбора.


"Как ты думаешь, я хочу потерять обеих женщин в моей жизни?" Спросил папа.


Я замерз.


Мы никогда не говорили о массивной дыре, которую смерть мамы оставила в нашей семье. Мы только что прошли через движения, как если бы мы продолжили долгое время, жизнь снова стала бы хорошей.


Этого никогда не было.


"Было бы хорошо, - сказал я. Я мог сказать, что он не согласится с этим. Он думал, что я в опасности, может быть, даже в том, что я был немного самоубийцей.


Я не хотел говорить ему, но не так рано, но взгляд в его глазах, и тот факт, что я ощущал страх в нем, заставлял меня понять, что у меня нет выбора.


Прежде чем он смог сказать другое слово, я перешел в свое теневое состояние и шагнул через стол за дверью.


"Я кейп".


Он уставился на меня, его рот был открыт. Весь гнев, который он собирал, казалось, рассеивался в мгновение ока. К счастью, страх тоже был, хотя было небольшое подводное течение.


"Когда это произошло?"


"Локер", - сказал я. "Вот как делаются кейпы ... все они. Один действительно дерьмовый день. Я думаю, именно поэтому большинство из нас так напуганы. Мы раненые.


Он поморщился и подошел ко мне. Через мгновение он схватил меня и обнял.


Он не обнял меня с тех пор, как умерла мама, и я забыл, как хорошо это чувствовалось. Я обнаружил, что дотянулся и обнял его.


Мы долго держали друг друга, прежде чем он снова заговорил.


"Итак, когда ты собираешься присоединиться к подопечным?"


4. Победа.


"Я не присоединяюсь к подопечным, - категорично сказал я.


Отступив от меня, отец посмотрел мне в глаза. "Ты хотел стать героем, так как ты была маленькой девочкой. Я знаю лучше, чем думать, что у тебя будут силы и просто ничего не сделаешь с ними ".


Я пожал плечами.


Он нахмурился. "кейпы недолго продерживаются сами по себе. Несколько месяцев в среднем, а затем они либо мертвы, либо работают на одну из злодеев. Вы хотите, чтобы?"


"Я не могу". Я покачал головой. "Не сейчас ... никогда".


"Зачем?"


Молча, я собрал свои мысли. "Теневой Сталкер - один из подопечных. Она тоже одна из девушек, которые посадили меня в шкафчик.


Он уставился на меня, потрясенный молчанием.


"Я всегда задавался вопросом, почему они ушли со всем, что они со мной сделали ... почему учителя смотрели в другую сторону независимо от того, насколько это плохо. Начальник Блэквелл прикрывал ее по приказу СКП.


"Может быть, они просто не знали?" - спросил он слабо.


Я фыркнул. "Может быть, им было все равно, но это не единственная причина, по которой я не могу присоединиться. Вы еще не спрашивали меня о моих полномочиях.


"Ты только что показал мне ...:


Качая головой, я сказал: "У кого есть такие силы в палатах?"


"Теневой Сталкер?"


Я кивнул. "Я краду силы ... навсегда. Первый случай был случайным. София подталкивала меня, и я украл ее силу. Они еще не знают, что это я, но если я зарегистрирую их, это будет только вопросом времени.


"Кто еще?"


"Скинхед ... прямо перед тем, как его ударила Слава".


Папа поморщился.


"Как вы думаете, что они сделают с тем, кто может украсть одно, что делает их особенными?" - спросил я. "Быть ??вынужденным присоединиться к подопечным - лучший сценарий. Мне было бы легко иметь "несчастный случай", пока меня перевозили ".


"Они герои ... они не ..."


Я понял его чувство разочарования. Я почувствовал это, когда понял, что люди, которых я боготворил всю свою жизнь, имели ноги из глины. Был ли я слишком сильно компенсировал другой путь? Я не мог быть уверен. Возможно, они могут быть сочувствующими моему делу. Может быть, они действительно не знали о том, что случилось со мной.


"Даже если они, присоединение к подопечным не спасет меня", - сказал я.


"Банды не атакуют подопечных, - сказал папа. "Это идеальный способ получить заказ на убийство".


"Как вы думаете, что СКП заставил бы меня делать, если бы я работал на них?" - спросил я. "Мне даже не понадобилась бы КЛЕТКА, если бы я был рядом. Одно прикосновение и плохой парень не сильнее любого другого человека. И я буду сильнее.


"Вы могли бы иметь реальное значение", - сказал он. "Измените баланс сил".


"Вы думаете, что злодеи этого не поймут?" - спросил я. "Я буду становиться все сильнее и сильнее, и в конечном итоге никто не сможет остановить меня. Я мог бы стать таким же сильным, как и Губитель. Не было бы способа остановить меня.


Он долго смотрел на меня. "Я не уверен, что вижу проблему с этим".


"Единственный способ остановить меня - до того, как у меня будет шанс стать слишком сильным. кейпы обычно не пытаются убить другие накидки, но я бы стал исключением. Вы даже не слышите звук снайперской пули, прежде чем она уже сбросила вас. Сомневаюсь, что я переживу пресс-релиз, представляющий меня.


"Вы подумали об этом", - сказал он. "Ну так что ты делаешь?"


"Никто не может знать, что у меня есть эта сила", - сказал я. "Но есть шанс, что рано или поздно они узнают".


Часть желающих стать героем хотела получить известность и признание, которые пошли с ним. Работа в тени не собиралась работать вечно.


"Если вы начнете использовать силы, которые исчезли, люди узнают".


"Мне нужно объединить силы", - сказал я. "Используйте их необычным образом и заставляйте людей думать, что это единственные способы, которыми я могу их использовать. Для этого мне придется украсть еще больше сил. Мне нужны деньги и информация.


Я уже думал о том, как использовать силы, которые у меня были. С моей способностью ощущать страх, я мог обнаружить местоположение всех в моем диапазоне из нескольких блоков, которые чувствовали себя. Другие люди были бы невидимы для меня, но при правильных обстоятельствах это было бы прекрасно.


Я мог даже использовать страх, чтобы помочь мне обнаружить ложь. Это было частью того, что сделал детектор лжи. Это не сработало бы для социопата или для кого-то, кто не боялся быть пойманным, но это заставило бы людей думать, что у меня есть какая-то способность мыслителя.


С небольшим усилием я мог начать себя в воздухе, а затем, когда я вошел в теневое состояние, я мог бы продвигаться далеко дальше, чем мог, либо с помощью одного набора сил.


Я подозревал, что я мог бы сделать другие вещи, если бы думал о них достаточно долго. Тактика и стратегии изменились бы, когда я приобрел новые полномочия.


"Так какой у тебя план?" - спросил он.


"Я должен стать достаточно сильным, потому что уже слишком поздно, когда они понимают, что происходит", - признался я. "Достаточно сильна, чтобы меня никто не мог остановить".


Это была сложная задача. Если бы Протекторат получил указ о смерти, Легенда могла убить меня с миль, прежде чем я даже знал, что он там. Александрия могла сражаться издалека. Эйдолон мог просто создать власть, которая вывела бы меня.


Они не поместили меня в "КЛЕТКУ". Шансы на то, что я украл силы многих сильнейших накидок в мире, а затем использовать их для побега, были слишком велики. Если они хотели, чтобы я умер, мне нужны были силы, чтобы противостоять этому, и я не нашел бы всего, что мне нужно в Броктон-Бей


Это потребует много исследований, даже когда я тренировался.


"Мне, вероятно, нужна подготовка к боевым искусствам", - сказал я.


"Вы можете украсть свои силы прикосновением", - сказал папа. "Зачем вам нужно знать, как бороться?"


Вспоминая битву, в которой я был с двумя членами банды, я вздрогнул. Я мог бы убить этих двух мужчин; для всех, кого я знал сейчас. Я не проверял сеть, чтобы узнать отчасти, потому что я не был уверен, что хочу знать.


"Я должен коснуться кожи", - сказал я. "И большинство накидных нарядов не показывают много. Даже если они это сделают, я должен нанести им удар, и я сомневаюсь, что они будут сидеть спокойно. Плюс, там много нетронутых головорезов ... "


"Это будет стоить", - сказал он. "Наверное, больше, чем у нас".


"В общественном центре проводятся занятия по 50 долларов в месяц", - сказал я. "Лучшие школы ближе к сто пятьдесят в месяц".


Он поморщился. Это было не так, как мы плавали наличными.


Я вдруг почувствовал, что взял деньги от членов банды, которых я избил. Я не думал об этом в то время и не хотел казаться злодеем, но не было никакого законного способа, которым я мог бы думать, чтобы использовать свои полномочия для зарабатывания денег.


Суперпрочность была в основном бесполезной в деловом мире; профсоюзы получили законодательство, запрещающее навязчивым предприятиям получать профсоюзные рабочие места.


Не то, чтобы я думал; дом Хеберт был стойко про-союз.


Прогулка по стенам казалась подходящей только для преступления. Это, конечно, не показалось полезным для чего-либо еще, если я как-то не начал службу для людей, которые оставили свои ключи в своих автомобилях.


Даже если бы я сделал ... у дверей не было всех видов электрического оборудования, проходящего через них? Мне нужно будет лезть через окна, и что бы я встал, чтобы туда добраться? Может быть, я мог бы пройти через сундук?


"Я кое-что придумаю", - сказал я. "Позвольте мне рассказать вам о моей другой власти".


************


Я провел большую часть дня в воскресенье с отцом. После того, что случилось, он не чувствовал себя в безопасности, позволяя мне скрыться от него, особенно теперь, когда он знал, что я был накидкой.


Как будто я выйду сам в воскресенье ... почти ничего не случилось по воскресеньям.


Еще один день не хватило, чтобы эмоционально подготовить меня к возвращению в Уинслоу. Даже с моими новыми силами я не мог столкнуться с Эммой или Софией. Если бы я напал на них без полномочий, они бы в школе обвинили меня в том, что я был хулиганом.


Кроме того, у Софии были годы умения сражаться, даже без ее полномочий. Я сомневался, что я даже смогу взять ее в руки.


У меня были бы больше шансов с моими полномочиями, но в тот момент, когда я показал себя, они назовут СКП. Вероятно, они заставили бы меня атаковать школу. СКП будет относиться ко мне как к школьному шутеру, и мне придется сбавлять героев, если я собираюсь убежать.


После этого я, вероятно, не продержался бы неделю.


Лучше всего было бы получить неопровержимые доказательства ... но это, скорее всего, потребует от меня видеозаписи ... и для этого потребуются деньги или, по крайней мере, какая-то сила Технаря. Я мог бы проникнуть в офис Блэквелла и искать инкриминирующие документы, но я не был уверен, что она оставит все вокруг.


Теперь у меня было больше власти, чем когда-либо, и я все еще был беспомощным.


Когда я приблизился к школе, я был поражен, осознав, что я чувствую низкий уровень страха в школе. Это было не похоже на то, что я чувствовал во время атаки на рынок; это был призрак сенсации, но он был распространен, и его было достаточно, чтобы я мог отслеживать отдельных людей, перемещающихся по всей школе.


Это не должно было меня удивить. В конце концов, Уинслоу каждый день заставлял меня бояться, что я поехал туда. Для других учеников было множество причин бояться. Я едва ли был единственным, кого можно было издеваться, хотя ни у кого из других не было так плохо, как я был, по крайней мере, насколько я слышал.


Даже ученики, которые не подвергались издевательствам, имели дело с бандами, с испытаниями, с опасениями быть высмеянными и потерять свое место в социальном порядке.


В меня вливалась сила. Этого было недостаточно, чтобы сделать меня парахуманом; у одного человека не было достаточно страха, чтобы иметь большую значимость, но в Уинслоу было три тысячи учеников. Даже те тени страха, которые они излучали, складывались.


Я не был парахуман, но теперь я был, вероятно, сильнее Софии.


Я забыл, как приятно было чувствовать страх перед другими, и это меня беспокоило. Одно дело - использовать страх вокруг меня, чтобы помочь мне делать что-то, чтобы помочь другим людям. Это было что-то совершенно для того, чтобы стать зависимым от него, чтобы заставить людей бояться, чтобы я мог получить следующий хит.


Это было так, как скинхед дошел до того, что в субботу утром он грабил людей средь бела дня?


Так начался Джек Слэш и Бойня Девять?


Я должен быть осторожен, чтобы я не позволял никому из этого идти мне на голову ... и я должен был быть осторожным, какие силы я украл. Если бы я украл силы кейпа с физическими деформациями, это бы заставило меня деформироваться? Я мог представить себе, что я попадаю как кто-то вроде Кроулера, амальгамы нескольких чудовищных кейпов, все больше мутировавшихся и неспособных жить вокруг других людей.


Копирование кого-то, как Канарейка, дало бы мне перья, что бы не упростило тайную идентичность.


Даже такой, как Лунг, будет проблематично. Он трансформировался всякий раз, когда попадал в конфликт. Что будет, если бы я был в середине школы, когда Эмма зажгла меня?


Уинслоу сгорел дотла.


Мысль о выражении лица Эммы, когда я превратилась в дракона, была невероятно заманчивой, но пуля мисс Милиция, несомненно, была бы у меня в голове гораздо меньше.


Поэтому я начал школьный день с трепетом. Теперь, когда я знал, что все учителя намеренно вносят свой вклад в то, что меня издеваются, а не просто некомпетентны, я чувствовал себя еще более в ловушке. За последние несколько недель школа еще хуже.


Мне было трудно смотреть на моих сокурсников в глаза, учитывая, что ни один из них не возражал, чтобы меня посадили в шкафчик или даже пошли навестить учителя. Тот факт, что я потерял сознание, должен был сделать хотя бы одного из них.


Однако чувство их страха заставило меня чувствовать себя странно лучше. Мысль о том, что они были трусами, вместо того, чтобы активно ненавидеть меня, не сделала меня счастливой, но это, по крайней мере, сделало меня немного более обнадеживающей.


Ничего не было сделано для меня в первые два периода, в одном из которых у меня даже не было ни одного из моих мучителей. Я использовал это время, чтобы посмотреть новости после окончания моей работы с компьютером. Я с облегчением обнаружил, что в первый же день я не убил двух торговцев, хотя я сильно ранил их обоих.


Тем не менее, когда я покидал свой класс, я почувствовал, как люди, у которых были чувства слабого страха, приближались ко мне. К моему удивлению, это были Эмма, Мэдисон и София и их вешалки.


Они окружили меня, и я увидел, как миссис Нотт посмотрела в мою сторону, а затем направилась в другую сторону.


"У тебя есть контакты, Тейлор?" Спросила Эмма.


Мои глаза были зафиксированы Панацеей ... предположительно, в попытке удержать папу в суде над Новой Волной. Я выглядел лучше без очков, поэтому, конечно, Эмма должна была бы прокомментировать их.


"Наверное, я знаю, на что вы потратили свою первую зарплату, - сказала Эмма.


"Что?"


"Я бы не подумал, что ты следишь по стопам твоей, Тейлор, - сказала Эмма. "Становится подручной злодея".


"Что?" - спросил я глупо.


Джулия позвала: "Вы не думали, что кто-нибудь из нас будет на Рынке, когда вы и ваши начальники терроризировали всех?"


Ой.


"Они буквально заставили вас держать сумку, - сказал Мэдисон. "Как ты, глупый, может быть?"


Как ни странно, у всех из них была та же тревога низкого уровня, что и у большинства людей, но я мог сказать, что они не беспокоятся об этом.


"Довольно умный, притворяясь, что ваш папа захвачен в заложники", - сказала Эмма. "Пытаюсь отвлечь внимание от тебя".


"Так я глуп, или я умный?" - спросил я негодующе.


"Довольно умный из ваших боссов", сказала Эмма. "Хотя, учитывая, что они были пойманы на десять минут в их большом дебюте, я думаю, они были довольно глупыми".


Никто из них не верил в то, что они говорили. Я мог сказать это, и я знал, что они знали. В моем пребывании не было никакого скейпла.


"Я думаю, что важно, чтобы школа знала, какого рода преступник у нас здесь, - сказала Эмма. "В конце концов, здесь есть невинные дети".


Зная Блэквелла, она найдет способ наказать меня, чтобы сохранить хорошую сторону Софии.


"Если бы я действительно была подружкой злодея, ты действительно думаешь, что мы стоим здесь сегодня?" - спросил я. Я видел, как Эмма вздрогнула от этого, с небольшим увеличением ее беспокойства, и я не был уверен, почему.


София захлопнула меня в шкафчик. "Это должно быть угрозой?"


Я имел в виду, что, вероятно, я бы бросил школу, но теперь, когда она упомянула об этом ...


"Это означало бы, что у меня была настоящая сила, а не как кто-то, кто был вымыт", - прошептал я в ухо Софии.


Она вздрогнула. Потеря ее сил должна была быть разрушительной. Однако я не мог допустить, чтобы она знала, что я знаю ... таким образом только приведет к плохому.


"Сколько времени прошло с тех пор, как вы выиграли трек?" - спросил я. "И что происходит, когда вы покидаете школу? Вы не совсем ученый-ракетоноситель. Вы недостаточно хороши, чтобы заниматься спортом в колледже, и вы не можете сделать это на своих академических навыках ".


Я чувствовал, что ее беспокойство поднимается на то, что я сказал, и это было похоже на амброзию для меня. София испугалась, даже немного опьяняла


Я наклонился вперед. "Тебе повезет, если Торговцы дадут тебе шанс стать их шлюхой".


У Софии был только один способ справиться с ее страхом, и это должно было поразить ее. Я знал это, и тем не менее, поддерживаемый страхом, который я чувствовал вокруг себя, я оказался не таким страшным, как раньше.


Когда она ударила кулаком, я ударил назад.


**********

Сидя в кабинете Блэквелла, я знал, что ухудшил бой. У меня, вероятно, были два черных глаза, и я чувствовал синяки на всем протяжении, но это все еще было не так плохо, как моя борьба с Торговцами.


Я был немного сложнее, чем должен был быть из-за всего боязни в воздухе, и все же мне удалось избежать прогулок в качестве кейпа.


Однако у Софии был черный глаз, и я хотел, чтобы ей повезло объяснить это Протекторату. Я почувствовал странное чувство удовлетворения. Может быть, агрессивность, которую я получал от своих новых сил, была не совсем плохой.


"У нас нет политики толерантности к издевательствам, Тейлор, - сказал Блэквелл, нахмурившись. "Или за преступную деятельность".


Сначала она поговорила с другими девушками, оставив их в группе, чтобы они могли подготовить свои рассказы, прежде чем говорить со мной.


Я горько усмехнулся. "В самом деле? Вы хотите, чтобы я позвонил в СКП?


Внезапный всплеск ее беспокойства заставил меня наклониться вперед. Возможно, Протекторат не знал, что делает их странствующий подопечный.


"В конце концов, это были те, кто расследовал случившееся со мной и очистил меня. Мне придется поговорить с ними еще до суда, и я уверен, что они с удовольствием узнают, что вы так ... поддерживаете ".


На самом деле она вспотела. Чувство ее страха было еще более опьяняющим, чем Софья.


"Их не интересовали бы дрессировки школьниц".


"О?" - спросил я. "Это были серьезные преступления минуту назад".


Я сузил глаза и наклонился вперед. "Что ты не хочешь, чтобы СКП расследовала?"


"Мы не говорим обо мне, - быстро сказала она. "Мы говорим о вас. София будет в ее правах, чтобы вы обвинили в нападении и батарее ".


"Она не будет", - прохрипел я. "Потому что это заставит ее выглядеть слабой. Разве банды платят тебе?


Ее беспокойство уменьшилось.


Я не мог допустить, чтобы она подумала, что я действительно что-то знаю, но я тоже не мог позволить ей взять верх.


"Или ты защищаешь парахуман?" - спросил я. Ее тревога снова испугалась. "У вас нет такого покерного лица, как вы думаете.


"Шантаж - серьезное преступление, - сказала она.


"Вы говорите, что у вас есть шантаж?" - спросил я. Я ухмыльнулся. "Я уверен, что СКП будет интересоваться тем, что вы защищаете кого-то. Это одна из девушек, которые меня запугивают?


Ее тревога еще больше увеличилась. Если бы я не знал, что София была парахуманом, прежде чем я был бы уверен в этом сейчас.


Она планировала изгнать меня, но в итоге я получил только один день заключения.


Еще лучше, София получила то же самое. Я собирался заплатить за это рано или поздно, но на данный момент я покосился в чувство победы ... особенно когда я увидел выражение на ее лице, когда она узнала, что ее тоже накажут.


Победа была сладкой.


5. Тяжесть.


Хорошо ... догнал сейчас


Оставив тушеное беспокойство и волнение в школе, которое было Уинслоу, я внезапно осознал, что моя сила уменьшает мою боль. Без этого опьяняющего страха, настоящую боль, которую я должен был чувствовать, все время стоял.


Быть грубым, по-видимому, имело меру толерантности к боли. К сожалению, сила не увеличивала мое исцеление, насколько я мог судить.


Я поморщился, когда пошел домой. Говорить папе было нелегко. Я читал ему лекцию о том, как важно, чтобы я оставался под радаром, и первое, что я делаю с моими полномочиями, было поражено Софией в лицо и почти вне себя до Блэквелла, шантажируя ее.


Мои силы делали что-то с моей личностью, и это было не просто удовольствие от пугающих людей. Раньше я никогда не был таким агрессивным. Было ли это неотъемлемой частью сил Софии, или я получал часть личностей людей вместе со своими силами?


Если бы это было так, то проблема, которую я поклялась себе в адрес злодеев, была проблемой. Сочетание личностей злодеев Броктон-Бэй у человека с моей силой создало бы кого-то такого же опасного, как любая из Бойцовской Девятки.


Конечно, я мог ошибаться. Возможно, я никогда не был агрессивным, потому что раньше у меня никогда не было реальной власти. Теперь, когда я это сделал ... ну ... эта идея не нарисовала мне очень лестную картину.


Все накидки казались вовлеченными в конфликт. Я изучал доски почти одержимо, так как я получил свои полномочия, по крайней мере, когда я мог попасть в библиотеку или когда наш ледяной медленный компьютер дома сотрудничал.


Теперь, когда мне не пришлось скрывать историю моего браузера от папы (за исключением некоторых парных кейпов, которые я бы не хотел, чтобы кто-то знал, что я читаю), я мог бы работать из дома, за исключением того, что мне не хотелось, чтобы что-то происходило назад меня.


Реально, мне нужен был мой компьютер, что бы не было связано со мной. Все нуждалось в деньгах. Лучший способ получить это - украсть его у преступников. Если бы я собирался украсть их силы, почему бы и их деньги?


С помощью папы я мог, вероятно, получить все, что мне было нужно. Наличие взрослого, который, очевидно, не была молодой девушкой, выходящей из людей, покупающих вещи, может быть полезной.


Проблема заключалась в том, что я понятия не имел, где злодеи держали свои наркотики или их деньги. Они, очевидно, не рекламировали, и мое чувство страха мне тоже не помогло. Предположительно, здания были бы хорошо укреплены, и люди внутри были бы хорошо защищены.


У меня мог бы быть шанс, если бы я наткнулся на один из публичных домов Лунга. Ходили слухи, что многих девушек там не было добровольно. Это была одна из областей, в которой АПП была хуже Империи или Барыг. Торговцы обычно использовали женщин, которые уже были наркоманами; им не нужны неохотные новообращенные. Империя использовала проституток, но большинство из них предположительно были готовы, хотя это могла быть просто пропаганда.


Лунг было достаточно мощным, чтобы не заботиться о том, что кто-то думал.


Однако набег на защитную зону АПП был бы суицидально глупым. В конце концов, я уже решил, что кража силы Лунга сделает мою тайную личность невозможной, и даже если бы я этого захотел, он, вероятно, зажег меня огнем задолго до того, как я доберусь до него.


Его регенеративные способности были бы удобны на данный момент, хотя даже это меня бы обогнало. Имея раздвоенную губу в начале разговора и будучи целым в конце, это было не нормально.


Я мог бы попробовать следовать за торговцами, хотя я был не уверен в своей способности скрываться. Вероятно, София имела многолетний опыт работы на крышах и оставалась вне поля зрения, но у меня не было повышенной ловкости. Сегодня я узнал, что София все еще так же быстро и смертельно без ее сил, что мне потребуются годы опыта.


Был накидк Империи, у которого была способность навсегда украсть навыки ... против обычных людей это было бы ужасное вторжение, но воровство боев Софии?


У него будет определенное чувство справедливости. Кроме того, ей было бы намного труднее продолжать запугивать людей, которые, по ее мнению, были слабыми.


К сожалению, я не знал, где найти кейп. Я даже не мог вспомнить, будет ли у его костюма места для меня, чтобы коснуться кожи. Если бы у него были всевозможные навыки боевых искусств (и если бы у меня была сила, у меня были бы все навыки, на которые я мог бы справиться), вероятно, я бы даже не положил на него руку.


То, что я бы не дал для мыслительной власти ... еще один, я думаю, так как мой скейпл гнева можно было считать одним.


Никто не мог читать мысли, кроме, возможно, Симурга, но некоторые накидки могли сделать следующее лучшее. Конечно, это были те накидки, которые видели бы, что я прихожу за милю.


Я задавался вопросом, почему я всегда был настолько отрицательным. Слава никогда не казалась отрицательной вообще ... конечно, никто не слышал от нее ничего за последние два дня. Я чувствовал себя виноватым в этом, но не было никакого способа освободить ее от вины, не раскрыв себя миру ... и это, скорее всего, принесло бы мне пулю в черепе.


Вероятно, это был результат более чем года издевательств. Я читал о чем-то, называемом "разоблаченная беспомощность", когда-то ... крысы в ??электрифицированной клетке, у которых был выход, быстро убежали, но не оставляли им спасения и мучили их достаточно долго, и они просто сдавались. Даже когда им предлагали побег, они просто позволяли себе электрифицировать снова и снова.


Я был немного похож на этих крыс. Возможно, я наконец-то увидел выход.


Я решил, что это будут Торговцы. Они были единственными, которые с меньшей вероятностью заметили меня, следуя за ними, и у них не было много кейпа. Еще лучше, их накидки не носили много одежды, поэтому, если бы я их нашел ... Я всегда хотел быть возиться.


Блуждание не собиралось много помогать, но последнее, что я хотел сделать, это попросить некоторых из учеников-стайкеров в школе, где можно купить наркотики. Мельбурн в школе был, как известно, плохим, и если бы он добрался до Софии и Эммы, они использовали бы это против меня.


Было несколько детей, которые, по слухам, были торговцами; Я подумал о том, чтобы следовать одному из них. Проблема в том, что они были, вероятно, только дилерами в то время, а в остальное время они были просто обычными детьми. Последний hing, который я хотел сделать, - сидеть за пределами какого-то дома, где можно было бы узнать улицу.


Я остановился, когда возникла новая идея. У меня была сила мыслителя, и был способ использовать ее, чтобы найти то, что мне нужно. Я не смог бы найти хранилища, в которых они держали свои наркотики, но я смог бы найти дилеров и аптеки, где он был распределен достаточно легко.


В конце концов, дилеры не будут бояться, но клиенты будут . Должно быть какое-то беспокойство при приближении к незаконной сделке, которая исчезла бы после совершения сделки. Еще лучше, если бы я опаздывал ночью, большинство людей спали, и это еще больше усугубило бы страх.


Дело в Броктон-Бей, которое я только начинал понимать, было то, что я никогда не обнаружил, что область полностью лишена страха. Люди боялись потерять работу или не получить другую работу. Они боялись банд или их собственных супругов. Все боялись Губителей.


Я так долго обволакивал свои страдания, что не понял, насколько несчастны все остальные. Я задавался вопросом, насколько лучше было бы в городе, где экономика действительно работала.


Сила, которую я получал сейчас, была только фоновым шумом, ничто не сравнилось с тем, что три тысячи гормональных учеников средней школы оказались в ловушке небольшого пространства и определенно ничего не хотели быть в испуганной толпе покупателей.


Меня так беспокоило, что меня обнаружили и убили, что я забыл причины, по которым я хотел быть героем в первую очередь.


Люди боялись, и это было неправильно. Мне нужно было превратить этот город в такое место, где люди могли двигаться без страха. Вероятно, было невозможно, чтобы там не было никакого страха, но у самого лучшего мира был бы минимальный страх.


Город, где рабочие места были для всех, где банды не охотились на слабых ... там, где людям не приходилось беспокоиться о парахуманных боях, которые выходили во все стороны. Это то, что я собирался создать для своего города.


Броктон-Бей ... город без страха. Это то, что мне нужно было создать. Город, в котором хулиганам не разрешалось процветать.


Это займет много работы.


**************

Папа был менее восторжен от моих черных глаз, хотя он был странно рад, что я встал для себя с Блэквелом. Я чувствовал себя беспомощным так долго, что мысль, что у меня может быть какое-то влияние на администрацию, была для меня чужой.


Он не хотел, чтобы я выходил на выходные, но я заверил его, что я планирую выходить на разведку. Наблюдайте и проверяйте. Он дал мне старую бинокль из подвала, которую я планировал использовать издалека.


Он хотел пойти со мной, утверждая, что я мог бы использовать свои чувства из машины так же легко, как с крыши. Я должен был объяснить ему, что его собственный страх затруднит чувство всех. Конечно, это была ложь, но я не хотел подвергать его риску. Если бы я должен был бежать, я мог бы просто пойти тень. Если бы он ушел, бандитам было бы тривиально отслеживать его номерной знак.


Я дождался часа, пока я не встал; они растянулись бесконечно. В конце концов папа предложил мне вздремнуть. В любом случае, мне нужен сон.


Вероятно, он надеялся, что я засыпаю и не просыпаюсь до утра. Я был измотан, но я проснулся около полуночи. Он уже спал, и я надел свой костюм и проскользнул через дверь в наш задний двор.


Теперь я меньше боялся, чем в последний раз. Любой, кто приближается к неизвестному плащу, по крайней мере немного страшит, что даст мне предупреждение, которое мне нужно было сразиться.


Когда я шел, я открыл свои чувства. Обычный страх, который я ощущал в радиусе из семи блоков, был скучным и приглушенным сейчас, когда большинство людей спали. Я мог чувствовать что-то на краю моего сознания, мимо Рынка.


Я направился в этом направлении на быстрый клип. Я все еще не был в такой форме, в которой мне действительно требовались длительные бои, и я все еще болел от избиения, которое Софья дала мне в школе, но я почувствовал волнение предвкушения.


Это был первый шаг к моему плану начать делать вещи лучше.


Страх рос, когда я пробрался через семь кварталов. Я прошел мимо Рынка, направляясь на юг, и я заметил, что они все еще не удалили стены с обеих сторон, которые были созданы Земным двигателем. Это была еще одна вещь, которая нанесла бы ущерб экономике города.


Страх, который я чувствовал, не чувствовал, чего я ожидал. Я ожидал мягкого страха, который ушел, когда люди покинули район торговцев наркотиками. Вместо этого я испытывал растущее чувство страха, которое двигалось.


Осталось три квартала, и я слышал это сейчас. Я слышал звуки боевых действий, которые объясняли, почему люди боялись. Мысские поединки всегда приводили к тому, что люди сжимались в своих домах, сжимаясь и боялись, что насилие перевернется на них.


Это был жилой район. Я почувствовал, что в меня льется сила, когда жители этой области проснулись, несомненно, наблюдая за окнами.


Я прыгнул и повернулся к тени, повернулся, когда я взлетел вверх. Я схватился за огонь и легко подтянулся. Я снова был силен; parahuman сильный, и боль от моих травм временно исчезала. Они не заживали быстрее, но они исчезали.


Как тихо, как я мог подняться по пожарной лестнице. Я увидел одну маленькую девочку, которая ужасно смотрела в окно. Я помахал привет, но моя маска и очки для черепа, вероятно, не сделали этого очень обнадеживающим.


Я поднялся на крышу, хотя мне пришлось снова заглянуть наверх и прыгнуть. Когда я поднялся на верхнюю часть здания, я увидел, что на другой стороне вспыхнул свет.


Я прокрался через гравийную крышу и пополз к краю здания. Не было уступа, чтобы спрятаться, всего лишь трехэтажное падение, и поэтому мне пришлось уложить склонность быть в основном невидимым.


Цифры на земле сражались. Феня и Менья были уже двадцать пять футов в высоту. Они вместе с Крюковолк и Руна сражались с Протекторатом.


Оружейник, Штурм и Батарея, Скорость и Виста и Кид Вин делали все возможное, чтобы сразиться с противниками Империи 88, хотя они выглядели так, как будто они были превзойдены. Мне было приятно, что они, по крайней мере, пытались.


В конце концов, я бы поверила, что все, что они сделали, это сидеть на своих основаниях, ожидая следующей возможности для следующего трюка с общественностью. Приятно было видеть, что они, по крайней мере, пытаются сделать что-то продуктивное.


Я не знал, что делать. Я попал в это, чтобы быть героем, но даже со страхом перед местными жителями я был недостаточно силен, чтобы взять Фенью, Менью или Крюковолка. Я был более жестким, чем обычно, но они разорвали меня на клочки.


Руна была в воздухе. Я мог бы добраться до нее, и ее костюм хотя бы показал некоторую кожу, но если бы она увидела меня, было бы трудно связаться с ней.


Что еще более важно, если бы Протекторат увидел меня, у них были бы вопросы. Я слышал, что в экипировке Оружейника были видеофиксаторы, которые он использовал для публичных испытаний и других вещей. Последнее, чего я хотел, было поймать на камеру.


Умная игра состояла бы в том, чтобы оставить достаточно достаточно одного и вернуться к поиску аптеки.


К сожалению, никто никогда не говорил, что любой, кто одет в глупый костюм, чтобы выйти и бороться с преступностью, даже не заплатив за нее, был умным.


Руна была ниже меня, всего в десяти футах. Она бросала большие куски камня в Оружейника, даже когда он колол в Фенхе ... или Менья ... Я не мог рассказать им обособленно.


Какой бы ни был близнец, он был пошатнулся назад и закричал, когда она упала на линии электропередач, сбив трансформатор с грохотом на землю.


Я задавался вопросом, сделал ли Оружейник намеренно, даже если все по соседству потемнело.


В небе была только лунка луны, а это означало, что темнота была почти полной в области ниже меня, учитывая, что у нее высокие здания со всех сторон. Я на мгновение забеспокоился, что я буду симулировать против звезд, но огни из остальной части города означали, что их все равно не видно.


Это должно было мгновенно поднять глаза, и это был мой шанс.


Я присел и прыгнул на то место, где я видел Руну только минуту назад. Я не стал терять тень; с затемнением каждого страха, и я мог легко пережить падение на землю.


Я проворчал, когда я что-то ударил; Руна была на платформе. Она закричала и попыталась вытрясти меня, но я взлетел, чтобы продолжить. Все, что мне нужно было сделать, это коснуться ее, и все будет по-другому.


Я схватил ее за ногу, но на ней был сапог. Моя хватка была сверхчеловечески сильной, хотя, и я знал, что она не сможет отбросить меня с платформы, не уронив себя.


Мы взлетели выше, и платформа пошатнулась, когда мы вышли из перекрестка, где происходила битва.


Теперь она видела меня, и она потянулась, чтобы коснуться моего толстовки.


Я внезапно задыхался, когда мое собственное снаряжение сжалось вокруг моего горла. Я не мог дышать, и я увидел массивный кусок скалы, следуя за нами, когда мы перешли на следующую улицу.


Если она ударит меня этим, я не думаю, что смогу продолжать удерживать ее. Теперь я был не так силен, как я был на Рынке; то я мог бы получить удар от Glory Girl. Теперь мне повезет, если я не уйду со сломанной ногой.


Я потянулся к другому и ударил ее ногу. Я услышал отвратительный звук, и она снова закричала. Платформа, на которой мы были, внезапно упала на улицу, и я почувствовал, как у меня перехватило капюшон.


Без моего страха повышенная долговечность, вероятно, я бы уже потерял сознание или уже мертв от задыхания. Как будто я задыхался, когда мы упали на землю. Ей удалось остановить падение платформы, хотя она упала на платформу.


Я пополз ее тело. Ее руки были голыми, и это то, что мне нужно было коснуться. Она пыталась оттолкнуть меня, но у нее была только сила девушки, которая была меньше и моложе меня. Даже без моих сил я бы мог легко бороться с ней.


С ними я должен был казаться непобедимым монстром.


Моя толстовка вдруг начала тянуть, на этот раз не задушить меня, а просто оттолкнуть меня от нее. Если бы ей удалось вытащить меня в воздух, она смогла бы сделать то, что она хотела со мной.


Я пошел в тень, и толстовка пошла позади меня.


Почему София не падала на пол любого здания, в котором она стояла, я никогда не понимал, но любой аспект этой власти позволил мне также позволить мне остаться на платформе сейчас. Я подозревал, что мог бы проскользнуть через платформу, если бы захотел, но я этого не сделал.


Я видел, как ее глаза расширились, когда толстовка улетела, и через мгновение я помахал ей рукой.


Только тогда я осознал глупость того, что я сделал. Мы были в двадцати футах в воздухе на платформе сплошной скалы, и ее силы внезапно исчезли.


Мы рухнули на улицу внизу.


6. Череп.


Мы были в свободном падении менее чем за секунду, прежде чем мы упали на землю. Мои колени и руки взяли большую часть удара, хотя мое тело раздавило Руну под мной. Я был достаточно силен, чтобы удержать голову от удара, но Руне было не так повезло.


Она была без сознания, и кровь выходила из ее носа. Я бы однажды прочитал, что это очень серьезный знак. Я проверил ее на мобильный телефон, и я не нашел.


Оглянувшись, я все еще слышал, как борьба за углом. Ни один из Протекторатов не смог уйти вовремя, чтобы помочь ей.


Взглянув на нее, казалось, ей было четырнадцать лет. Я почувствовал внезапный всплеск вины. Был ли я готов убить, чтобы получить эти силы? Если бы я был, разве это не сделало меня злодеем?


Я вошел внутрь, пытаясь найти свою силу. Я нашел его, и я внезапно понял, что мне нужно делать. Я подошел к куску каменной кладки под нами, и мои пальцы скручивались в серии движений, которые я не мог понять, почему я делаю. Все, что я знал, было чем больше объект, тем дольше он занимал.


Через мгновение мы были в воздухе, качаясь.


Я должен был привезти ее в больницу, даже если бы она могла рисковать мне как кейп. Я не выращивал свой капюшон, а под ним у меня была черная рубашка и брюки, маска для подбородка черепа и защитные очки.


Это было тяжелее, чем я думал, чтобы переместить платформу. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, что он рушится от удара падения.


С каждым днем ??все труднее и сложнее держать все вместе и летать одновременно, но я мог видеть свет больницы на расстоянии. Я заставил платформу летать быстрее, хотя это означало, что части падали и падали, когда мы летели.


К тому времени, когда мы были в двух кварталах, на платформе осталось немного. Когда мы были в квартале, я должен был позволить нам упасть на землю.


Я огляделся, и я не мог легко использовать его в качестве другой платформы. Я посмотрел на нее сверху вниз. Вы не должны позволять кому-то шею двигаться, если бы они были ранены, как вы, не так ли?


Ее костюм был красным и черным халатом, как волшебники из фильма с капюшоном. Она контролировала мою капюшон; возможно, я мог бы сделать то же самое с ней. Я опустил пальцы на грудь на мгновение, затем мантии подтянулись, подняв ее. Я контролировал это, и я сделал все возможное, чтобы не шевелиться.


Я побежал, неподвижная форма девушки, плывущая позади меня.


Одного блока не должно было быть много, но я чувствовал усталость к тому времени, когда я добрался туда.


Вокруг входа в больницу были камеры. Я вытащил свой бинокль, благодарный, что они не были разбиты в бою.


Затем я отправил Руну, плывущую к автоматическим дверям в подъезде скорой помощи. Я позволил ей осторожно опуститься на землю, а затем я выглянул так, как будто ее затащили ногами какой-то невидимый человек. В любом случае СКП и, надеюсь, банды будут искать кого-то невидимого вместо копира.


Когда ее тело дошло до автоматических дверей, они открылись. Я использовал бинокль, чтобы посмотреть, как тело выглядело так, как будто его затаскивали внутрь. Когда я увидел, что люди бегут, чтобы помочь ей, я расслабился. Я ничего не мог сделать; В любом случае я рискнул помочь нацистам.


Я решил отправиться домой. Я коснулся своих штанов и рубашки, думая, что смогу использовать свою одежду, чтобы помочь мне летать, так же, как у меня была руна Руна. Я поморщился, поняв, что летающий вертикаль должен дать мне ужасную клингу, и полет по горизонтали подарит мне боль в шее, когда я попытаюсь посмотреть, куда я иду.


На коленях я коснулся моих туфель на мгновение. Трудно было балансировать, но вскоре я обнаружил, что пролетел по улицам. Я мог бы сказать, почему Руне не выбрала этого. Использование ее власти стало более трудным, чем больше объектов она пыталась контролировать. Я сомневался, что она сможет контролировать более четырех человек за раз, и мои ботинки считались двумя. Это также было трудно на лодыжках; немного похоже на время, когда я пытался кататься на водных лыжах с папой и Эммой, когда мама была жива.


Я держался низко на случай, когда потерял концентрацию. У меня не было страха сделать меня достаточно жестким, чтобы выжить долгое падение, и последнее, что я хотел, было в конечном итоге, как Руне.


Плавая пять футов над землей, я ускорился, пролетев пятнадцать миль в час. Падение на этой скорости будет похоже на плохую велосипедную катастрофу, которую я мог бы выжить.


Когда большинство людей спали по соседству, я почти не боялся питаться.


Я почувствовал страх слева от себя, и я переключился на свою тень, повернув голову, чтобы посмотреть на бледное лицо, выходящее из окна в темноте. Я практиковал свою теневую форму в зеркале, а полумаска черепа выглядела ужасно, когда остальная часть тела исчезла в темноте.


Лицо быстро исчезло из окна.


Я знал, что должен был объединить свои действия. Я не знал, что я делаю, и я причинял людям боль. Все, с кем я контактировал, оказались в больнице или мертвы. Это был только вопрос времени, прежде чем я был в местечке Славы ... и я действительно был ответственным за это.


Как Защитник и Подопечные не убивали людей? Как злодеи? Вы почти никогда не слышали о том, что злодеи случайно убивали людей, хотя я предполагал, что если они их убьют, они притворится, что хотят сделать это все время.


Мне нужна была подготовка, и мне нужно было быстро.


По курсу, который я собирался, Протекторат собирался следовать по следам тел прямо к моей двери.


**********


Я не разбудил отца, чтобы рассказать ему, что случилось накануне, и когда я подошел к Уинслоу, я беспокоился, но не по обычным причинам. Обычно я боялся того, что Трио планировало для меня, но теперь у меня возникло совершенно новое беспокойство.


Если бы Руна проснулась. Разве она сказала властям, что случилось с ее полномочиями?


Я забыл о моей толстовке на месте преступления. Если бы Протекторат обнаружил в нем что-то противоречащее, это означало, что они будут ждать меня в школе.


Каждый шаг, который я сделал, заставлял меня чувствовать себя все более и более озабоченным, и я очень сожалел, что не смог избавиться от собственного страха. Я бы был достаточно силен, чтобы поднять грузовик.


Когда я вошел в школу, я с облегчением заметил, что не ждут никаких фургонов СКП. Я не чувствовал такого страха, что группа солдат может чувствовать себя ожидающим неизвестного парахумана.


Это немного облегчило мое беспокойство. Весь мой первый класс с тревогой ожидал моего второго. Я даже не заметил, что Мэдисон пытается раздражать меня спитболами и заостренными комментариями.


Класс компьютера был классом, которого я ждал. Я закончил свое задание в рекордные сроки, а затем я пошел в Интернет.


Я уставился на компьютер, потом почувствовал, как напряжение вышло из моего тела.


Руна была в коме.


Я чувствовал себя виноватым за то, что я чувствовал облегчение от этого, но это заставило мой день расплаты. Руна была молода, и перспектива ее выздоровления считалась охраняемой.


Правильно ли я сделал? Возможно, настоящая медицинская помощь могла быть близка. Я мог проскользнуть через стену и использовать чей-то телефон. Скорая помощь не любила приближаться к кейпам, но именно поэтому у СКП были свои медицинские работники.


Я неправильно обработал ее тело?


Даже если бы я все сделал правильно, я был в конечном счете виноватым. Я хотел ее силы, и я взял ее, не учитывая последствий, больше, чем я, к человеку, которого убила Слава.


ПТР знал о Теневом Сталкере. Они не могли быть уверены в скинхеде, которого убила Слава. Предположительно, его спутники расскажут им о своей силе, и они могут поверить, что люди перестали бояться, чтобы он не был жестким. Возможно, они даже подумают, что аура Славы противодействовала страху.


Дайте им третью точку данных, хотя, и джиг поднялся. Однажды Руна проснулась ... и с удачей Геберта было неизбежно, что она ... они будут искать вора власти. Они смотрят на людей, которые были в тот момент на скинхеде, и у них были показания людей.


У меня не было никаких иллюзий относительно того, как я буду бороться против полного Протектората. Они знали о слабости Софии к электричеству, а это означало, что они придут за мной с электрифицированными сетями или чем-то подобным. Они ударили меня тазерами и транквилизаторами. Они будут содержать меня.


Мне стало стыдно, когда я понял, что часть меня хотела, чтобы Руна просто умерла или не проснулась. Подобное мышление сделало меня более похожим на Софию, чем я хотел поверить.


Если бы они связали меня с двумя Торговцами, на которых я напал, они подумают, что я невероятно жестокий плащ. Я бы избил их обоих довольно плохо, и они оба были все еще в больничные дни позже. Я сознательно щелкнул ногу Руну.


Телепортация казалась очевидным решением, но, насколько я знаю, в Броктон-Бэйте был только один телепорт.


Они Ли был слишком опасен, чтобы иметь дело. Он перерезал мне горло или взорвал меня гранатами, прежде чем у меня был шанс нанести ему палец ... и его костюм полностью скрывался.


Если бы я просто копировал силы вместо того, чтобы красть их, я бы пошел за накидками с публичной идентичностью. В конце концов, их было легко найти, и я бы любил иметь славу и силы Панацеи, а тем более остальную часть их семьи. Я мог бы быть Кейпом, на которого люди смотрели, а не на прогулку в темноте, надеясь, что меня никто не увидит.


Касаясь случайных людей, куда бы я ни пошел, я бы в конце концов получил некоторые полезные способности.


Я не мог этого сделать сейчас. Я не был уверен, что если не воровать силы Панацеи, я должен активно попытаться их не брать. Возможно, у меня все еще могут быть несчастные случаи.


Пока все, что я должен был сделать, это попытаться изо всех сил не убивать и калечить кого-либо еще.


**********


"Что это?"


Папа поднял черный жилет.


"Я думал о вашей проблеме на всех выходных, - сказал он. "И я решил, что вам нужна больше защиты, чем просто толстовка".


"Мы ... мы не можем себе этого позволить".


"Я кое-что продал, - сказал он, глядя в сторону. "Это было всего пару сотен долларов. И если это сэкономит нам больничные счета, это будет стоить того в долгосрочной перспективе ".


Забежав над жилетом, я посмотрел на него. "Расскажи мне об этом."


"Он рассчитан на 9мм пули и стандартные лезвия", - сказал он. "Это пять с половиной фунтов, и это скрыто".


Я кивнул. Если бы головорезы могли видеть, что я надеваю жилет, они с большей вероятностью попытаются выстрелить мне в голову.


"Это начало", - сказал он. "Когда мы получаем больше денег, есть южноамериканская компания, которая выпускает бронеавтомобильные бронежилеты. В Польше есть компания, называемая Moratex, которая делает жидкую броню ... своего рода гелем, который более пуленепробиваем, чем кевлар. Технарь придумал это, но это не Тинкертех.


"Ты много думал об этом", - сказал я.


Больше, чем я. Я больше беспокоился о том, чтобы не избивать людей до смерти, и где я получу свое следующее решение. На мой взгляд, это была последняя защита.


"Я буду чувствовать себя лучше, если узнаю, что каждый бандит с ножом не может вас удивить и убить. Ничто из этого не имеет значения, если вы встретите Крюковолка или Лунга, но это заставит меня чувствовать себя безопаснее ".


"Я бы никогда не сражался ни с одним из этих парней, - уверенно сказал я.


В любом случае, если бы я был уверен, что смогу победить. Становилось все более ясно, что моя лучшая стратегия заключалась в том, чтобы засадить людей. Как только у меня были силы, они не были бы большой угрозой. В конце концов, большинство из более сильных кейпы даже не потрудились носить оружие.


Он вытащил еще несколько вещей из сумки.


Складная дубинка. Было бы гораздо меньше шансов убить кого-то, чем трубный ключ, и его было бы намного легче носить.


Вытащив перцовый аэрозоль и оглушающий пистолет, он улыбнулся мне. Я почувствовал, что становлюсь слезливым. Я был одержим тем, как избежать убийства людей, и он вручал его мне в подарок.


"Последнее, - сказал он. Он вытащил последнее, что я ожидал.


Телефон.


Мама умерла во время разговора со мной по мобильному телефону и вождению. С тех пор папа их запретил.


Это был мобильный телефон с подключением к Интернету.


"У него есть предоплаченные минуты, и вы можете получить доступ только к Интернету из мест, где есть бесплатные беспроводные соединения", - сказал он. "Я тоже получил себя. Я просто должен знать, что если тебя где-нибудь повредит, я смогу отследить тебя и достать тебя в безопасности ".


"Что ты продал за все это?" - спросил я, обнимая его. Он должен был потратить пятьсот долларов на все это, по крайней мере, и за исключением машины, я не мог себе представить, что он мог продать.


Он кашлянул и отвернулся. "У твоей мамы были украшения. Я даже не знаю, почему я держался за нее. Наверное, это напомнило мне о ней. Я тоже дал кровь.


Я слышал, как Эмма и другие высмеивали людей за кровь. Они сказали, что это было что-то бездомное для их следующего исправления ... и для печенья. Из того, что я слышал, он не мог дать ему более тридцати долларов.


Мне было стыдно. Я не делал достаточно, чтобы помочь во всем доме. Я должен был устроиться на работу ... в пятнадцать я не мог многое сделать, но я мог бы заняться нянькой или прогулкой на собачьих упряжках или, может быть, достать документы.


При выражении на моем лице он покачал головой. "Как ты думаешь, твоя мать хотела бы, чтобы я держал украшения, если это означало, что тебе больно?"


Он продолжил. "Я провел много исследований в выходные и на работе ... все говорят, что кейпы привлекают к конфликту, как пчелы, к меду. Есть причина, почему так мало мошенников, и дело не только в том, что банды и Протекторат подталкивают людей к участию. Мой первый импульс состоял в том, чтобы не дать вам выйти, но вы можете пройти сквозь стены. Мой собственный страх, вероятно, достаточно силен, чтобы вы могли сбить дверь.


Он встал. "Я решил, что если вы собираетесь быть в опасности и я буду делать все, что в моих силах, чтобы вы были в безопасности".


Я закашлялся и сказал: "Мне нужно кое-что сказать".


Спустив пальцы по поверхности мобильного телефона, я отпустил его, и он остался там, где он был, вися в воздухе.


"Я собрал больше сил, - сказал я. Я заставил себя улыбнуться. "Ура?"


***********


Мне повезло, что я не остался на всю оставшуюся жизнь. Борьба с гильдиями низкого уровня была одной вещью, но Империя Восьмая Восьмерка убьет меня и всех, кого я волнуюсь, если они узнают, что я сделал с Руной.


Мой довод о том, что они будут после меня, даже если я еще не украл ни одну из своих сил, не сильно повлиял на отца.


Он не хотел отпускать меня так скоро после того, что случилось, убедившись, что Протекторат будет искать меня, но я убедил его, что я убегу, даже если бы кейп танцевал ню с их назад обратился ко мне.


В этой ситуации я, вероятно , сбегу, тем более, что наиболее вероятным кандидатом для чего-то подобного был Муш.


У него были некоторые другие предложения о том, как сделать меня страшнее, чтобы я мог обнаружить людей и быть достаточно сильными, чтобы я не был таким уязвимым.


Сегодня вечером была тихая ночь, и поэтому мой план использовать страх, чтобы найти аптеку, наконец принес плод. Это был Торговый фронт, но меня это не волновало.


Вместо этого я был одет в старую кожаную куртку моего отца с броней под ним. Он заставил меня сиять в темной краске, и мы потратили вечернюю живопись на мою половину маски, чтобы череп светился. В моей теневой форме это выглядело еще более злым и тревожным.


Однажды мама работала в Lustrum, и она поговорила с папой о том, как быть кейплями о театре. Речь шла о создании образа и побуждении людей поверить в это. Не имело значения, был ли Кейп героем или злодеем, его образ был тем, что заставляло врагов стоять перед ними.


У меня снова был трубный ключ, но на этот раз он не ударил людей. Я собирался использовать его для чего-то другого.


У папы были карманные часы ... он сыграл странную мелодию. Папа сказал, что это было из фильма с предсказанием о путешествии Джека Потрошителя.


Казалось маловероятным, чтобы кто-нибудь узнал мелодию, но папа сказал, что я могу снова сделать это страшно, как только раздастся слово.


Я был в квартале, и я видел, как несколько людей висели перед домом.


Время, чтобы привести свой план в действие.


У меня было два больших шариковых подшипника в кармане. Я бросил их в воздух, и через мгновение они вспыхнули, разбив уличные фонари один за другим.


Я уничтожил огни в унисон, так что они исчезли в парах, все ближе и ближе к дому. С расстояния, на которых находились люди снаружи, они не могли точно видеть, как горели огни, и это должно было сделать их непростыми.


Прикоснувшись к трубному гаечному ключу, я заставил его двигаться по земле, издавая громкий шум, когда он царапал тротуар. Я чувствовал, что страх перед людьми растет, и один вошел внутрь, надеюсь, предупредить своих товарищей.


Как только все огни погасли, я выпустил шарикоподшипники, зная, что они упадут безвредно на землю. Я потянулся и коснулся моих туфель, мои пальцы двигались.


Затем я открыл свой pocketwatch и включил мелодию.


Я видел, как люди реагируют, особенно когда я переключился на свою теневую форму и начал плавать к ним. Я был темной плавающей фигурой с пылающим, деформированным черепом. Я должен был выглядеть как сама смерть.


Они начали стрелять в меня, и, когда я почувствовал, что пули, проходящие через меня, я кое-что понял.


Я мог бы это сделать.


7. Интерлюдия: Мисс Ополчение.


Мигающие красные огни подсвечивали окрестности.


СКП был призван к тому, что, как считалось, было сражением на кейпе. Вместо этого они нашли наркоторговля, где несколько мужчин были без сознания. Некоторые из них, очевидно, были перечеркнуты, а другие - странные синяки.


Это было бы обычным делом, если бы не истории, которые, наконец, пробуждали люди.


Ханна уставилась на стоящего перед ним человека. Он пахнул и был явно на что-то высоко, но он был одним из самых ясных людей там.


"Что случилось?"


Знаешь, я просто проходил мимо, - сказал мужчина. Он нахмурился, показывая пожелтевшие зубы. "Я не имел никакого отношения к тому, что эти парни делали в этом доме".


"Я уверен", сухо сказала Ханна.


"Просто не хотел, чтобы ты думал, что я был вовлечен или ничего ..." сказал мужчина. Он замолчал и начал смотреть в космос.


"Итак, что случилось?"


"Огни начали выходить, по два за раз. Было странно, как все было в порядке, один за другим. Обычно вы просто получаете перебои в подаче электроэнергии, когда все сразу выходит, но это было по-другому ".


"Другой?"


"Умышленно ... как будто что-то приближалось к нам". Юниор вздрогнул. "Прозвучал этот скрежет, а затем и эта музыка. Я уверен, что слышал это раньше, но я не знаю, где.


"Музыка?" Ханна узнала, что часть процесса собеседования заключалась в том, чтобы избежать вопросов, на которые можно ответить "да" или "нет". Это имело тенденцию заставлять тему закрываться. Открытые вопросы работали лучше, и вам даже не пришлось много говорить, если тема была разговорчивой.


Он напевал мелодию, покачиваясь на ногах.


Тон не казался ей знакомым, но она не была в стране до двадцати лет назад, так что, возможно, это было до ее времени. У нее был бы дракон, чтобы посмотреть на нее, когда она записывала эти интервью.


"Тогда мы увидели это ... плавающее в воздухе, сделанное из темноты, лицо черепа пылает. Мы ... Я имею в виду, что другие ребята стреляли и стреляли в него, но он просто продолжался, как будто его там даже не было ".


"Он бросил эти маленькие металлические шарики на нас, и они начали летать и ударять людей. У меня синяк на руке размером с кулак!


Мужчина вздрогнул. "Шарики ударили по рукам людей достаточно сильно, чтобы сломать их ... Я слышал, как пальцы ребят щелкали ... и тогда это было на нас. Он начал бросать людей в воздух, и когда люди пытались ударить его, его кулаки прошли прямо через него. Я видел, как парень сильно ударил, и казалось, что он чуть не сломал кулак.


Ханна могла поверить в это. Шесть человек были госпитализированы, а еще десять - в тюрьму.


"Я попал в фу ... Я имею в виду, тазер, и это последнее, что я помню".


Его заявление совпало с пятью другими, которые она уже взяла. Никто не знал, был ли таинственный плащ мужским или женским, но они ворвались, избили всех и, видимо, взяли все наличные на месте, прежде чем позвонить по телефону жертвы.


Колин сказал, что голосовой анализ звонка указывает на девяносто пять процентов матча на тех, кто на днях напал на двух торговцев-грабителей, включая маску черепа, хотя их костюм на этот раз казался гораздо более обширным. Он считал, что это голос женщины, молодой, возможно, возрастной.


Никто не скажет им, как сильно ушел Кап. Каждый из них утверждал, что они просто проходили мимо, и что кто-то еще владел домом.


На них все обвиняли в различных преступлениях, включая хранение оружия, обладание наркотиками и обвинения в хранении наркотиков. Некоторые из них, возможно, будут ходить, это опасно быть пойманным бдительным лицом, которого не было бы там, чтобы засвидетельствовать, но Ханна подозревала, что многие обвинения будут падать. Было много жалоб на этот дом, и, несомненно, были бы соседи, желающие дать показания.


Никто не был убит, и эта атака была менее жестокой, чем последняя атака Кейпа.


"Как ты думаешь?" Спросила Ханна Колина, поскольку последний из мужчин был загружен в фургоны СКП. "Как вы думаете, это наша девушка?"


На месте нападения Руны была девушка с капюшоном. Он имел коричневые волосы и анализ, исключающий любого афроамериканца или азиатского человека. Если бы волосы были вырваны из черепа человека, а некоторые из корней остались нетронутыми, они бы смогли определить больше, например, пол. Единственное, что они смогли определить, это тот, кто владел капюшоном, не использовал никаких наркотиков.


"Я не уверен", - сказал он. "У меня есть инфракрасные прицелы в моих козырьках; они полезны, когда мне приходится иметь дело с внезапной темнотой, а некоторые незнакомцы невидимы только для видимых длин волн. Я заметил, кто бы это ни был, кто напал на Руну.


Ханна увидела видео. Сканер Колина был недостаточно детализирован, чтобы видеть фигуры лица, но фигура была высокой и тонкой. Это был исключительный прыжок, одна Ханна не была уверена, что она сама могла это сделать.


"Какой-то грубый прыгнул так высоко, как она, и сделала то, что она сделала с этими людьми здесь", - сказала Ханна.


"Незнакомка, если видео из больницы есть какие-то указания. Учитывая время, прошедшее до того, как она была доставлена, я должен был сказать что-то вроде Мовера.


"Телекинетическая?" Спросила Ханна.


"Это мог быть Тинкертех ... большинство из них могло быть Тинкертех", сказал Колин. "Нет никаких доказательств того, что все маневрируется, кроме этих двух мячей, что бы они ни были".


"Какой-то экзоскелет?" Ханна уставилась в дом и покачала головой. Колин любил приписывать каждый кейп, как возможный Технарь, но это возможно. Оценки Brutes with Скрытник были довольно редкими, учитывая, что типы событий триггеров, которые их создали, казались совершенно разными.


"Это может быть кто-то, кто работает с Технарём, - признался Колин. "Некоторые из них принадлежат им и используют Тинкертех, чтобы они выглядели так, как будто они более мощные, чем они".


"Мы будем знать больше, когда мы поговорим с Руной", - сказала Ханна. "Врачи считают, что через пару недель можно будет вытащить ее из коматозной комы".


"Кто знает, что еще может сделать наш подозреваемый к тому времени", - сказал Колин. Он огляделся. "По крайней мере, она наращивает число, а не насилие".


Она намеренно разрушила ногу Руне, которая говорила о ее насилии в голове Ханны. Девочке было четырнадцать лет, и она была построена как веточка, даже если она была нацистом. Была надежда на реабилитацию девушки, когда она была вне ее комы и ребрендинг ее в другом городе, как Уорд. Ее выбором было бы это или тюрьма.


Ханна могла только надеяться, что работала лучше, чем у Теневого Сталкера.


"Есть ли прогресс в Сталкере?" - спросила она.


Оружейник покачал головой. "Пока ничего. У нее все еще есть ее гемма ... она просто не связана ни с чем. Все испытания, которые они сделали, не придумали, как это могло бы быть сделано ".


Он выглядел таким же обеспокоенным, как и она. Если бы враг нашел способ нейтрализовать кейпов, это было бы сменой игры. Они уже превосходили численностью вдвое. Если враг Технарь мог бы разделить их один за другим, злодеи имели бы свободное правление, чтобы взять на себя все.


"Это часть причины, по которой я думаю, что они могут работать с Технарём", - сказал Оружейник. "Каковы шансы, что несколько Технарей появляются в городе одновременно с нашим тайным кейпом?"


"У нас нет доказательств, что это она", - спросила Ханна.


Колин фыркнул. "У нас нет доказательств того, что это не так. Мы должны относиться к ней как к угрозе, пока не узнаем иначе ".


Было возможно, что тот, кто совершил набег на этот дом, был злодеем в качестве бдительности, хотя Ханна ожидала, что злодей возьмет наркотики, а также деньги


"Если она странная, она может быть здесь, наблюдая за нами прямо сейчас", - сказала Ханна.


"У меня есть датчики везде, - сказал он. "Вы можете сходить с ума от того, что если при работе с Скрытниками. Лучше взять что-то на веру.


Она уставилась на него, и он пожал плечами. "Это более эффективно".


Расслабляясь, она кивнула. По крайней мере, она не собиралась заставлять его подчиняться протоколам Мастер-Скрытник.


**********

"Музыка из фильма" Pre-Scion ". Time After time 1979, в главной роли Родди Макдауэлл, - сказал Дракон. Это не заняло много времени, чтобы найти музыку. Она играла музыку, то, что звучало так, будто это было из музыкальной шкатулки. "Он был основан на Chants d'Auvergne," The Spinner ".


"Это имеет какое-то значение?" Спросила Ханна.


"В фильме Джек-Потрошитель забирает машину времени у Х.Г. Уэллса, чтобы приехать в 1979 году, чтобы продолжить его убийство. Каждый раз, когда он убивал женщину, он играл эту мелодию из карманных часов.


Ханна почувствовала холод.


"Она пытается нам что-то сказать? Отправить сообщение с музыкой? "Сказала Ханна. "Последнее, что нам нужно, - это серийный убийца парахуман, особенно тот, который делает Джека Потрошителя примером для подражания".


"Я проверил отчеты о смерти в Броктон-Бей за последний год и не нашел никаких аномалий".


Ханна нахмурилась. В прошлом году было более шестисот убийств в Броктон-Бей, больше, чем в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе, и только немного отставали от Чикаго, хотя в Чикаго было в восемь раз больше населения.


"Как насчет моделей пропавших людей, особенно известных проституток?"


"Я уже проверил, - сказал Дракон. "Все они находятся в пределах нормальных различий".


"Значит, это вызов?" - спросила Ханна. "Найди меня, прежде чем я начну убивать? Если она планирует пойти за женщиной, зачем мириться с торговцами? Зачем идти за Империей Восемьдесят восемь? "


"Большинство новых кейпы атакуют членов банды либо по соображениям идеологии, либо потому, что они ищут ресурсы".


"Тот, кто начал атаку на Теневой Сталкер, уже хорошо финансировался", - сказала Ханна. "Это не работа кого-то, строящего инструменты из микроволновой печи и блендера. Мы даже не знаем, когда была запущена атака. Это мог быть вирус в воздухе, который уже покинул тело к тому моменту, когда мы смогли проверить ".


"Ты считал Панацею?" Спросил Дракон. "Я с подозрением относился к ее способностям, учитывая, что любая другая сила, похоже, предназначена для конфликта. Если бы кто-нибудь мог сделать что-то подобное, она могла бы это сделать.


"Сталкер не видел Панацею через два месяца", - сказала Ханна. Она покачала головой. "Пока мы не проверили ее, чтобы узнать, что случилось".


Панацея не была более полезной, чем лабораторные тесты, которые они сделали. По ее словам, гемма Софии Гесс перешла к тому же состоянию, что и человек, у которого никогда не было власти. Это означало, что она может снова начать игру, но это было возможно, что она не могла.


В конце концов, не все с аномалиями мозга. Некоторые люди просто пережили свою личную версию ада и прошли через нее, или они умерли.


Всюду были улики, и у Ханны было сильное чувство, что им не хватало единственного предмета, который объединил бы все это.


Расследование было молодым; прошло уже меньше недели с тех пор, как появился новый Кейп, и опыт сказал ей, что кейп не просто исчез в безвестности. Они были привлечены к конфликту, как мотыльки, к пламени. Рано или поздно новый кейпсовершил бы ошибку, и тогда у них их получилось.


"Мы не получили много от Барыг в первой атаке, не так ли?" Спросила она.


"Они отказались говорить, утверждая, что какой-то кейп в маске черепа набросился на них. Была потеря памяти от травм головы, которые они выдержали, но нападение считалось необычайно жестоким для кейпа, если только это не тот, кто еще не знал своих сил ".


"Даже опытные кейпы имеют эту проблему, - пробормотала Ханна.


Случай с девушкой "Слава" был хлопотным. Ее не обвиняли, учитывая, что несколько свидетелей сказали, что он сделал первый удар без каких-либо проблем. Однако из всех отчетов она очень тяжело принимала смерть. В течение последних трех дней ее не видели в школе, и все сообщения говорили, что она не выходила из своей комнаты дома в одно и то же время.


Были доводы Кэрол Даллон о том, как она тренируется с подопечными, но женщина была сердита и оборонялась.


Связи с общественностью, попавшие в New Wave, были намного хуже. В течение многих лет ходят слухи о чрезмерной силе у девочки Славы, хотя это никогда не было доказано. Теперь люди называли ее свободным каноном, и ее распяли в Интернете.


Некоторые люди в Интернете призывают к тому, чтобы ее обвиняли в уголовном преступлении, в то время как другие люди называли ее героем.


"У нас есть новая точка данных, - внезапно сказал Дракон.


"Да?" Спросила Ханна.


"Кто-то увидел, что наш подозреваемый движется на север от Лорд-Маркета. Сегодня экипажи обнаружили, что кто-то снял стены, мистер Далтон создал блокировку обоих концов улицы.


Ни один из выживших злоумышленников не смог сказать им ничего. Они оба утверждали, что имеют Амнезию, и Колин недавно завершил детектор лжи, который заставил его поверить им. Ни один из них не был Case 53, но оба они имели такие же изменения мозга, которые были замечены в Case 53s раньше.


Они утверждали, что их спутник стал сильнее из-за страха. Теперь рабочая теория заключалась в том, что присутствие Славы уменьшило уровень страха настолько, что он был уязвим. Ханна усомнилась в этом, потому что были сообщения о том, что люди кричали и убегали.


Часто в таких исследованиях был один момент эврики, когда связь между предыдущими выводами внезапно приобрела скейпл. Впоследствии часто было трудно понять, почему вы раньше не подключались.


Голос часовблока внезапно прервал ее мысли.


"Гм ... Мисс Милиция?"


"Да?"


"Оружейник просит вашего присутствия в Броктон-Бей-генерал. По-видимому, Руну убили.


**********


"Она насмехается над нами", сказал Колин, нахмурившись.


Комната больницы была кошмарным ужасным шоу. Труп девушки, которая была Руной, не тронута, и кровь пропитала постель и капала на пол.


Вершина ее головы была удалена. Было очевидно, что ее мозг был полностью удален из ее черепа.


"Срез слишком хорош, чтобы сделать что-то другое, кроме лазера или мономолекулярного клинка, - бесстрастно сказал Колин. "Или через власть, конечно".


Поскольку многие силы, как было документировано, всегда появлялись новые, чтобы удивить всех.


"Я думал, что мы оставили для нее защитное подразделение, а не рекламу своего места в средствах массовой информации?"


Всегда существовал небольшой риск того, что одна из других банд нацелилась на Руну, хотя на самом деле это был не стиль Лунга, и торговцы вряд ли позаботились о том, чтобы беспокоиться. Если бы кто-то из других банд бы оставил члена Протектората, чтобы охранять ее, так как Империя 88 с большей вероятностью ответила бы.


"Было десять человек, чтобы охранять ее, - сказал Колин. "Мы обнаружили органический остаток, соответствующий ДНК трех из них. Еще четыре просто исчезли.


"И еще двое?"


Колин поморщился. Он вытащил свой телефон СКП и перевернул его. "Мы удалили тела, чтобы не предупредить персонал больницы".


"Что это?"


Она узнала двух мужчин на картинке. Оба были заморожены, лед покрывал их трупы выражением ужаса на лицах.


Он перевернулся на другую фотографию, изображая красные окрашенные куски льда.


"Этот тоже был заморожен, но его тело было разбито".


"И никто ничего не видел?" Спросила Ханна.


"Ни один из сотрудников не видел ничего, и единственные, кто попал на камеру, должны были быть здесь".


"Это много сил, - сказала Ханна. "Либо телепортация, либо невидимость, чтобы попасть сюда, замерзнуть, распад ... маловероятно, что даже у кейпа с сумкой для захвата будет много возможностей. Либо мы смотрим на работу нескольких людей, либо на какую-то Технарь.


Колин мрачно кивнул. Обычно он с гордостью думал, что новый плащ был Технарём, но быть одним из убийц с этим уровнем разврата должен был огорчать его, хотя он никогда бы не признался в этом.


"Значит, ты думаешь, что это наш тайный плащ", - сказала Ханна. "Мы придумали имя для нее?"


"Мы называем ее Хароном, по-видимому, для изображений черепа".


"Если она хочет чего-то лучшего, я полагаю, ей придется выйти вперед", - сказала Ханна.


Она долго молчала. "Я не понимаю, почему она приложила все усилия, чтобы привести сюда девочку для лечения, если она собиралась сделать это с ней? Почему бы просто не убить ее и избавиться от тела?


"Это было бы эффективным делом, - согласился Колин. "И позволила бы ей продолжать нападать на людей из тени на некоторое время, прежде чем она была обнаружена. Я считаю, что она насмехается над нами. Этот орган - это сообщение ".


"Какое сообщение?"


"Я могу напасть на любого из вас безнаказанно", - сказал он. "Это предназначено, чтобы напугать и дезорганизировать нас. На самом деле это может превратить Империю 88 в нас, если они каким-то образом убедят нас в том, что мы каким-то образом причастны к этому убийству ".


"У нас всегда есть община, которая поверит в какой-то заговор", - призналась Ханна.


Были даже люди, которые верили, что Протекторатом управляет какая-то тайная кабала, которая контролирует все, управляя преступным миром так же, как они управляют правительством. В опыте Ханны фанатики и заговорщики не могли быть обоснованы.


"Действовать так, скорее всего, заставит ее убить, - сказал Колин. "Хорошо заслуженный".


Ханна покачала головой. "У нас до сих пор нет никаких доказательств того, что это она. Если это будет работа кого-то другого, мы будем делать серьезную несправедливость, чтобы атаковать новый кейп на предположении ".


"Новый Кейп играет песню Джека Потрошителя, - сказал Колин. "Даже Джек Слэш не делает этого".


"Если она должна стать Кейпом, который сделал это, - сказала мисс Милиция. "Я буду счастлив быть тем, кто пулит пулю между ее глазами".


8. Верчение.


"Это работало, как шарм!" Я сказал папе, когда я проскользнул через дверь. Я надел туфлю, наполненную деньгами, которые я украл у торговцев на столе.


Я был высоко над адреналином и остальным волнением от страха, которого я вызвал, так как я напал на аптеку, и я не мог перестать усмехаться. Моя карьера в качестве кейпа была одной из неудач за другой, и я начал думать, что я не вырезал все это.


Сегодня вечером, хотя ... это был неописуемый максимум. Я пропустил по меньшей мере двадцать человек, как будто они были ничем. Я причинил им боль, но не так уж плохо, и я получил там СКП, закрыв хотя бы одно место, где люди продавали наркотики и разрушали жизни.


Это было то, что должен был быть героизм. Борьба с хорошей борьбой, взятие имен и изменение. Я чувствовал себя сильным и компетентным, а не похож на маленькую девочку в костюме своего папы, чтобы поверить.


Планировалось, что это имело значение. Когда я ушел без плана, люди пострадали. Когда у меня была возможность работать с удивлением и предусмотрительностью, я держал всех относительно безопасными.


Я снял маску, когда увидел выражение папы. Он не выглядел взволнованным. Вместо этого он выглядел трезвым и серьезным. Он сидел на диване, и у него было стекло, наполненное джином.


Обычно он не пил по будням.


"Что это?" - спросил я. В последний раз, когда я видел это выражение на его лице, в тот день умерла мама.


"Это известие", - сказал он. "Руна мертва".


Моя маска упала на пол. Дыхание в моей груди внезапно исчезло, и радостная радость, которую я только что ощущала, была смыта с внезапным ужасом.


"Как?"


"Они не сообщили подробности, - сказал папа. "Кто-то из больницы выпустил новости еще до того, как у Протектората появилась возможность расследовать. Говорят, что более подробная информация будет доступна позже ".


Это была осень. Это было единственное, что могло быть. Она была молодой и здоровой и парахуман; это было не так, как будто она вдруг почувствовала странную болезнь и умерла в течение одного дня.


Я медленно сел в кресло рядом с диваном. Мой успех в вечеру казался пеплом во рту. Все, что я мог подумать, было то, что Руна была девочкой еще моложе меня. У нее были мать и отец, которые ждали дома. Власти даже знали, кто Руна? Были ли ее родители в ожидании дома для девушки, которая никогда не возвращалась домой?


Если бы я умер в шкафчике, возможно, за несколько дней до того, как меня обнаружили, дней, в которые мой отец искал бы меня напрасно.


Теперь ее родители могут проходить через то же самое. Она верила в некоторые ужасные вещи, но это не давало мне права убить ее.


Я поднял глаза. "Я должен включить себя".


Он покачал головой. "Империя Восемьдесят восьмая сделала заявление для прессы. Они назвали нападение на Руну трусливым и презренным, и они планируют мстить тому, кто ее убил ".


Они поедут после папы.


Неписанные правила никоим образом не были законами, и Империя Восьмерка Восемь, как известно, быстро и свободно играла с ними в прошлом. Если похищение или убийство папы заставили их поближе ко мне, у них не было бы никаких сложностей в этом.


Если они убьют папу, мне нечего терять. Я бы пошел за ними на полный рабочий день. Как только у меня не было никакой секретной личности, я бы пошел после Лунга после Скидмарка, после того, как я подумал, что сделает меня достаточно сильным, чтобы стереть их с лица земли.


Я уже отвечал за гибель двух человек. Сколько еще я убью, пока это не закончится?


Из выражения на лице папы он все понял так же хорошо, как и я.


"Беспилотные члены Империи Восемьдесят восемь беспорядков повсюду в городе", - сказал папа. Он кивнул в переднее окно.


Я проскользнул через спину.


Перейдя к окну, я посмотрел. Я видел огни на расстоянии, и теперь, когда я знал об этом, я чувствовал страх, растущий в конце моего диапазона.


"Я должен пойти туда и помочь, - сказал я.


"Разве вы не сделали достаточно?" - резко сказал он. Он поморщился. "Я не хотел этого. Это просто ... они будут искать тебя сейчас. То, о чем вы говорили раньше, о том, что они приходят за вами, было теоретическим. Теперь ... Я боюсь за тебя.


Как ни странно, я не испугался. Вместо этого я почувствовал странное оцепенение. Ничто из этого не казалось реальным; казалось, что это происходит с кем-то другим.


"Я не могу просто сидеть и ничего не делать", - сказал я.


"Вы готовы сразиться с Крюковолк и Kaiser самостоятельно?" - спросил он. "В ту минуту, когда вы начнете разрушать головы, головорезы будут называть своих боссов. Тебе повезет сбежать с твоими конечностями.


Я не мог с ним спорить. Я не был готов к Крюковолк или любому другому злодейству.


"Так что же нам делать?" - спросил я его.


"Ничего", - сказал он, прижимая палец к краю бокала. "Я прошел через это с твоей матерью, пока она работала с Люстром. Власти ждут, когда вы высунете свою шею. Они хотят, чтобы вы облегчили вам их найти.


"Я мог бы свалить костюм, попытаться быть кем-то другим", - сказал я.


Он кивнул. "Тем не менее, силы, которые у вас есть, слишком заметны. Кто-то собирается установить связь рано или поздно, особенно если вы продолжаете использовать силу Теневой Сталкер ".


Я угрюмо уставился на него. Мне нужна была эта сила. Без этого любой головорез с ружьем мог бы выстрелить мне в голову, и все закончится.


Мне нужно было больше сил.


Странно, что каждое решение имеет тенденцию быть более сильным, но так оно и было. Ловушка, как и я, я не мог видеть больше, что мог.


"Они не смогут долго продолжать беспорядки, - сказал папа. "Они действительно в основном для шоу. Они будут следить за тобой. Прямо сейчас они не знают, кто вы, но когда они узнают ... "


"И что ... я ничего не делаю?" - спросил я.


"Вы тренируетесь, - сказал он. "Пусть жара утихнет. Потребуется время, чтобы купить все необходимое оборудование, тем более, что мне нужно будет получить помощь от моих друзей, чтобы никто из нас не вернулся к нам ".


"Разве они не будут задавать вопросы?"


Маленькая улыбка появилась на его лице. "Как вы думаете, кто-нибудь будет подвергать сомнению мои желания получить кое-что для защиты, что со всеми беспорядками в бандах, особенно если я заплачу им немного больше?"


"И почему вы скажете им, что не можете просто купить его сами?"


"Я сделал некоторые одолжения для людей, достаточно, чтобы некоторые из них не задавали никаких вопросов, - сказал папа. "Получение любого из этих отслежённых назад к нам закончится довольно плохо, особенно сейчас. Я не буду использовать никого, кого я не могу полностью доверять ".


"Мне это не нравится", - сказал я. "Чем больше людей, которые находятся на этом, тем больше людей, чтобы случайно что-то проскользнуть. Они будут еще более склонны допускать, чтобы они скользнули, если они не знают, что они не должны ничего говорить ".


Пап нахмурился. "Я знаю некоторых парней, у которых есть некоторые контакты в Бостоне. Вы могли бы пойти туда в костюме и получить кое-что, что вам нужно на черном рынке. Мы, вероятно, не должны использовать эту информацию для вас.


"В городе есть группа ... Трещины, - сказал я. "Они наемники. Я бы поспорил, они были бы готовы быть посредниками для чего-то подобного, предполагая, что они получили приличный доход от прибыли ".


"И как только кто-то их заплатит, они закроют вас через минуту".


Я нахмурился, но в конце концов кивнул. Я не мог доверять никому в городе, и даже люди из города были заслуживают доверия только потому, что разговаривать с ними не давали бы людям никаких подсказок.


Я решил, что хочу, чтобы у меня действительно была сила невидимости, которую я притворялся, что затащил Руну в больницу.


В штатных тюрьмах были кейпы, и я бы держал пари, что я мог бы легко попасть в тюрьмы, если бы был неосязаемым и невидимым. Взять власть у таких людей, как стрельба из рыбы в бочке.


Скрытников силы были бы идеальны для кого-то вроде меня. С невидимостью и хорошей способностью ощущать конфликт я смогу украсть силы каждого злодея в Броктон-Бэй, прежде чем они узнают, что с ними случилось.


Я покачал головой. Я только что узнал, что я убил кого-то, и я уже дрейфовал и думал о том, чтобы украсть больше сил. Что со мной не так?


"Я нашел кого-то, кто обучил тебя, - сказал папа. "Это дорого, но одно на одном тренинге будет более эффективным, чем обучение в общественном центре со всеми детьми и пожилыми людьми ... если вы все еще хотите идти".


"Я собираюсь причинить боль большему количеству людей, если я буду продолжать крутиться, не зная ничего".


**********


"Зачем учиться драться?"


Человек, которого я собирался изучать боевые искусства, был короче, чем Эмма. Он был измотанным изюмом человека, жилистого, но облысения. Я не был уверен, что с ним делать. Помимо того, что он выглядел смутно азиатским, он не был похож на мои предвзятые представления о том, как должен выглядеть мастер боевых искусств. Из того, что я понял, он был на самом деле филиппинцем. Хосе Риза не был тем, чего я ожидал.


Папа начал говорить, но взгляд мужчины заставил его остановиться. Видимо, он хотел услышать мой ответ.


Прошло три дня с тех пор, как София дала мне черные глаза, и через два дня после того, как я узнал, что я убийца. Мои черные глаза все еще были видны, и я думал, что они должны были ответить на его вопрос, не открывая рот.


Меня довольно часто насмехались над ними. Эмма насмехалась надо мной, как Енот, хотя у нее и ее сторонников было все-таки слабое зловоние, возможно, он боялся, что я снова набросился.


"Меня издеваются над школой", - сказал я. Я указал на свое лицо. "Они сунули меня в шкафчике с биологическими отходами и оставили меня там часами. Они пытались подтолкнуть меня вниз, сломать мое имущество, сделать что-то ... "


"И ты хочешь отомстить?" Спросил он, его лицо было бесстрастно.


Я покачал головой. "Я хочу, чтобы они оставили меня в покое. В конце концов, это было слишком много, и я попытался сопротивляться в понедельник ".


"Это было так, как вы ожидали?"


"Меня избили", - признался я. "Дело в том, что София - это тот, кто любит эскалацию. Школа отказалась что-то сделать в шкафчике, поэтому следующая вещь, которую она сделает, будет еще больше. Боюсь, она соберет группу и нападет на меня.


Он пристально смотрел на меня, но то, что я говорил, было добродетелью быть правдой. Я подозревал, что София планировала эскалацию вещей, особенно потому, что она больше не могла взять свою агрессию на ничего не подозревающих преступников. Я был все, что оставил, чтобы сосредоточиться, это было только вопросом времени, прежде чем она обнаружила для меня что-то еще более ужасное.


"Более того", - сказал я, увидев, что он не выглядит полностью убежденным. "На прошлой неделе на меня напали несколько торговцев. Мне удалось отбить их с помощью гаечного ключа, но я думаю, что я сильно их обидел. Это становится все более и более опасным, и я хотел бы узнать, как удержаться от сокрушения чей-то черепа, все еще будучи в состоянии уйти ".


Старик наконец кивнул.


"Мне неинтересно учить кого-то, кто хочет похвастаться тем, какой пояс он достиг, или кто предпочел бы текст на своем мобильном телефоне, чем слушать то, что я должен сказать. Я не участвую в спортивных боях ... если вы хотите участвовать в соревнованиях, я могу отнести вас к нескольким авторитетным школам в этом районе ".


"Мне это действительно нужно", - сказал я.


"Американцы считают, что боевые искусства - это волшебство, что оно каким-то образом превратит человека в парахумана. Это не верно. Размер имеет значение ... сила имеет значение ... скорость имеет значение. Квалифицированный маленький человек может обыграть крупного человека, но он проиграет против столь же опытного крупного человека, если в тот день ему не повезло ".


Сосредоточив внимание на передо мной, я кивнул.


"Вы хотите узнать через несколько месяцев, что потребует нескольких лет. Это означает, что вам придется тренироваться дольше и интенсивнее, чем люди, которые тренируются в спорте. Это крупная инвестиция во времени и деньгах. Я ожидаю, что вы будете тренироваться со мной два часа в день, пять дней в неделю, но у вас также будет тренировочный режим и дополнительное обучение, которое вы, как ожидается, будете делать в свое время. Подождите два часа в день.


Он сделал паузу. "И ведь это никогда не будет так хорошо, как пистолет. За двести долларов вы можете сэкономить годы обучения. Зачем беспокоиться?"


"Я не могу точно взять пистолет в школу ... и я не могу легально носить его, будучи несовершеннолетним. Кроме того ... Я бы предпочел не обижать людей.


"Люди, которые лучше всего борется, - это люди, которые не прочь повредить людям", - сказал он. "Преступники получают больше опыта в реальных боях, чем кто-либо другой. Если вы боитесь причинить людям боль, вы смутитесь, и никакое количество навыков вам не поможет ".


Я нахмурился. "Я избил двух человек с трубным ключом. Я не сомневаюсь, что могу причинить кому-то боль, если придется. Я хочу, чтобы выбор был способен нанести им вред или нет ".


Он долго смотрел на меня, потом кивнул.


Я обдумал то, что он сказал мне. Он просил о больших капиталовложениях вовремя, но, к счастью, он учил Эскриму, уделяя особое внимание использованию палочек, ножей и импровизированного оружия. Это казалось мне более полезным, чем что-то, что опиралось на большую силу тела; в конце концов, если было возможно, что меня поймают в месте без какой-либо усиленной силы.


Четыре часа в день казалось безумным, но, по крайней мере, это мешало бы мне сосредоточиться на том, что произошло. Чем меньше времени мне приходилось обдумывать, тем лучше.


"Не по выходным?" - спросил я.


Он покачал головой. "Телу понадобится время, чтобы исцелить, и кроме того, у меня есть социальная жизнь".


Счастливчик.


"Это будет двести пятьдесят в неделю", - сказал мужчина. "С двухнедельным депозитом".


Я кивнул, потрясенный ценой. Хотя было правдой, что на вынос из аптеки было восемь тысяч долларов, я надеялся использовать другие деньги за деньги.


Эскрима не был его единственным боевым искусством; видимо, он был в армии до Энбрингерса, когда в армии действительно что-то значило. Надеюсь, он научил меня другим вещам, которые мне нужно было выжить.


***********

Я думал, что умру.


Мастер Риза верен своему слову, будучи хуже, чем любой инструктор по сверлению, который я видел по телевидению. Все мое тело чувствовал, что это был синяк, намного хуже, чем ночью, когда я вступил в настоящую битву.


Я думал, что мы начнем медленно, но он начал тяжело и не остановился. Он заставил меня забрать старую шину в мой подвал. Удар по шине, по-видимому, заключался в том, чтобы заставить меня привыкнуть к тяжелым вещам и помочь мне развить мою хватку.


Он настаивал на том, что каждый день я бегу от дождя или снега, и я меняю свою диету.


Мы еще не спарринги, но мои руки болели каждый день, и мои ноги дрожали. Он работал до истощения. Я собирался делать домашнее задание в послеобеденное время перед нашими занятиями, потому что, если я дождался потом, я просто устал, чтобы сделать что-нибудь еще.


Особенно тяжело работать на более длинных и длинных дистанциях; Мне приходилось каждый день вставать, прежде чем школа бежать, и это было непросто.


Прошло полтора недели, и я все еще чувствовал, что толкать себя нелегко.


По крайней мере, беспорядки утихли. Я провел несколько дней, чувствуя себя дорогой на краю своего диапазона, и я чувствовал себя разочарованным тем, что не мог выйти и что-то сделать. Я обещал папе, что не буду. Это не просто скрывалось от Протектората.


Нам не нужна Имперская Восьмидесятая Восьмерка, связывающая меня с таинственным кейпом, который напал на Руну.


Так что теперь я бежал в морозную погоду. Я сожалел, что бегал в своей новой белой куртке, потому что был слишком жарким и потным, но я знал, что если я сниму его, я замерзнет. На мне была белая шапочка, покрывающая мои волосы и уши, и у меня был платок мисс Милиция, чтобы вытереть мой пот.


Я споткнулся, когда я почувствовал внезапный всплеск страха.


Несмотря на то, что я изменил свой путь, чтобы приблизиться к нему. Хотелось бы подумать, что это была забота о моих согражданах, а не к тому, что я опасался, что через неделю я не накормлю.


Женщина прокричала в переулке, и я мог видеть прохожих, объединившись и продвигаясь быстрее. Никого не называли 911 или называли полицией. Никто не вмешался.


Взгляды на лица людей были похожи на то, как я представлял себе, на лицах некоторых учеников моей школы, когда меня заставили запереть в шкафчик. Некоторые из них наслаждались этим и насмехались над мной, но другие просто поспешили на их пути, как будто ничего не стоило.


Гримаси, я колебался. Никто не смотрел, сознательно думал я.


Я не мог позволить женщине получить боль, когда у меня была возможность остановить ее, независимо от того, пыталась ли я прятаться или нет.


Я потянул шапочку за уши, насколько это было бы, сожалею, что я не получил балаклаву. Я привязал к себе на голову мисс Милиция, и я вытащил из кармана разборную палочку и булаву от другого.


Не было достаточно страха, чтобы сделать меня особенно сильным, но я понял, что могу сделать за это время.


Мои пальцы танцевали по дубинке, когда я щелкнул ее до полной длины, и я наклонился, чтобы коснуться моих ботинок.


Используя телекинез, я мог бы воспроизвести эффекты сверхпрочности, даже если бы у меня его не было, что сделало мою дубинку сильнее.


Я устал, но мастер Риза настоял на том, чтобы научиться сражаться в то время, когда он был измучен, был важным навыком.


Войдя в переулок, я увидел трех мужчин, всех азиатов. Они пытались вытащить одежду у женщины, которая боролась и кричала.


"Стоп!" - закричал я.


Один из них повернулся и зарычал: "Ты хочешь этого, сука? Тогда присоединитесь к вечеринке! "


Я использовал свою силу, чтобы перескочить на тридцать футов между нами, и моя эстафета выскочила наружу. Он закричал, когда его бедро щелкнуло, и он упал на землю, крича.


"кейп!" - заорал второй человек.


Они оба бросили женщину и начали отступать, но вспышки света ослепили меня на мгновение. Когда я снова увидел, оба они были на земле.


Я отошел от члена банды на земле; Меня предупреждали о том, чтобы оставаться в пределах досягаемости у противника, и я повернулся.


Плавающий в воздухе над мной был женщина в белом костюме с красными линиями и рубиново-красный оголовье. Я сразу узнал ее. Это был кейповл Пелхэм из Новой Волны. Она пошла от Лазерного света.


"Это худший костюм, который я видел за всю свою жизнь", - сказала она.


9. Смрад.


"Я еще не собирался дебютировать, - сказал я с раздражением.


Я нахмурился. Избавиться от нового кейпа за их бедные костюмы казалось, что он должен быть против кода. Конечно, ей никогда не приходилось искать деньги в качестве кейпа второго поколения, поэтому, возможно, она не могла сопереживать.


"Значит, вы не самая модная племянница мисс Милиция?"


"Не у всех есть семья, полная людей, имеющих связи с производителями костюмов", - сказал я. "Или доступ к деньгам папы".


"Извините?"


Я был поражен, и я обернулся. Женщина, подвергшаяся нападению, закончила натягивать одежду на место. У нее были царапины на лице и слезы.


Я смутился, что забыл ее, тем более, что она меня удивила. Я слишком сильно зависел от чувства своего страха, и как только ее страх исчез, она исчезла из моего осознания.


Головокружение на земле застонал, и девушка ударила его по дороге. Он издал короткий крик.


"С тобой все в порядке?" - спросил я.


"Тебе нужна машина скорой помощи?" Спросил Лазердрим из-за меня.


Женщина покачала головой. "Я не могу этого себе позволить".


Она была азиатской женщиной в возрасте около двадцати. Она могла бы быть одним из моих учителей в школе, если Уинслоу фактически имел бюджет, чтобы нанять кого-то молодого.


"Я уже предупреждал СКП, - сказал Лазердрим. "Если вы останетесь здесь, чтобы сделать заявление, я уверен, что это поможет этим людям получить то, что они заслуживают".


Женщина коротко кивнула. Она отошла от людей и скользнула к стене. Она положила голову ей в руки и промолчала.


"Мне нужно идти", - сказал я. "Спасибо за помощь".


"Я боялся ударить ее. В конце концов, я бы подумал, но я рад, что вы пришли. Вы не собираетесь подавать заявление в СКП?


"Я даже не в костюме, - сказал я. Я подозрительно остановился. "Ты не видел, кто я, не так ли?"


Она покачала головой, но я заметил, что она осторожно отстранилась от меня. "Я сосредоточился на том, что происходит с девушкой. Я не видел тебя, пока ты не пришел в переулок.


Хотя она несколько беспокоилась о том, что я думаю, что она намеренно нарушила неписанный код, я не ощущал никакого беспокойства, связанного с тем, что она сейчас говорила. Конечно, она могла бы быть настолько уверенна в своих силах, что не беспокоилась о том, что я думал. Однако, учитывая, что я был неизвестен, это не показалось вероятным.


В конце концов, я мог бы стать следующим Лунгом, и, по-моему, я был.


"Значит, ты груб?" - спросила она.


"Вид", - сказал я, прежде чем я смог остановить себя. Подумав быстро, я сказал: "Это адреналин, что делает меня сильнее во время опасности".


"Чего я тебе позвоню?" - спросила она.


"Я еще не придумал имя, - признался я. Я захлопнул мою складную дубинку. "Все действительно хорошие имена Брута были взяты, а некоторые из других звучат как злодейские. Блуджон звучит так, будто я планирую разбить мозги людей. Воздействие уже принято ".


"Шиллела?" Спросила она.


"Я не ирландский, и у меня нет шиллелы. Кроме того, я не хочу одеваться, как счастливчик.


"Блэкджек?" Спросила она.


"Как карточная игра?" - спросил я, смущенный.


"Это также небольшой клуб, в который вы попали, - сказала она. "Ну, не вы, но вы знаете, что я имею в виду".


"Это нужно сделать, - сказал я. Вдали я услышал звук мотоцикла Оружейника. "Я думаю, это моя реплика, чтобы уйти. Спасибо за помощь."


Она вытащила из кармана маленькую карточку, которую я даже не понимал. На мгновение я подумал, что это может быть Тинкертех, прежде чем я присмотрюсь и понял, что это просто отлично скрыто.


"У вас есть визитные карточки?" - недоверчиво спросил я.


"Тетя Кэрол говорит, что это важно для сети, - сказала она. "Если вам нужен совет, просто позвоните мне".


Я взял карточку, и я старался не чистить ее руки, хотя на ней были перчатки. Искушение взять ее власть было в моей голове, и я проигнорировал это.


Вместо этого я сказал: "Я сожалею о твоей кузине. Как она?"


Она отступила и нахмурилась. "Все спрашивают об этом. Как вы думаете, что она? Через две недели она не вышла из своей комнаты. Я беру на себя дополнительные патрули, чтобы наверстать упущенное.


"Надеюсь, она поправится", - сказал я.


Я почувствовал резкий удар вины, когда я повернулся и начал бегать со сцены. Я стоял достаточно долго, чтобы остыть, и я был потный в подслое и неудобно. Это была моя вина, Слава была такой, но, сказав ей, что это не ее вина, вероятно, приведет к смерти папы.


Я видел, как она смотрела, когда я повернул за угол. Я убегал от звука мотоцикла Оружейника, поэтому я подумал, что со мной все будет в порядке. Я просто надеялся, что ничего не отдал.


Я вытащил шарф из моего рта, когда я был в квартале. Только когда я был на полпути домой, я понял, что просто случайно создал вторую персону Кейп для себя.

**********


Приближаясь к витрине, я глубоко вздохнул. После некоторого рассмотрения я решил сохранить новую идентичность, созданную Лазердрим, что означало, что мне нужен костюм. К сожалению, Эмма всегда была с чувством моды, и у меня не было никаких представлений о том, какой костюм нужно создавать.


"Тебе не нужно так беспокоиться, все будет хорошо", - сказал Лайтдмикс. "Париан действительно возлюбленный".


Я несколько раз звонил Лазердрим за неделю, когда я в последний раз видел, как она просила совета, в основном о том, где кейпы получили свои костюмы и как это сделать, не пытаясь разглашать секретные личности. Я был осторожен, чтобы всегда звонить откуда-то из дома, на случай, если она решит проследить звонок, и я взял, чтобы снять батарею, когда я был в доме по той же причине.


Вы бы подумали, что она не будет знать о сохранении секретности, считая, что ее семья давно стала публичной, но она знала много кейпы, и она слушала много своих историй.


Ее девушка-кузен-слава поклялась изгоем Париана, который иногда принимал заказы на разработку и создание костюмов для кейпов. Она еще не была создана, чтобы иметь свой собственный магазин, но иногда она работала сзади химчистки возле колледжа; она арендовала место в обмен на внесение изменений в режиме реального времени несколько дней в неделю.


Позвонив вперед, у меня была встреча, но я был немного обеспокоен. Лазердрим пообещал пойти со мной, чтобы помочь советом о возможных костюмах. Она сказала, что ее двоюродный брат был бы лучшим человеком, чтобы спросить, но, хотя она была вынуждена начать ходить в школу снова, она не делала много за пределами этого.


Я не знал столько о Париане, как и о других Наполеонах. Она была затворницей по сравнению с другими "Накидами" и не была в средствах массовой информации. Она в основном делала небольшие шоу для детей или анимированные талисманы для различных предприятий за определенную плату.


Я немного завидовал ей; было бы неплохо иметь власть, от которой я мог бы получить законные деньги. Кража от преступников была рискованной и не была технически законной. Я технически крал доказательства, на которые нахмурился, даже если закон часто сознательно закрывал на это глаза.


Сделав глубокий вдох, я убедился, что моя маска на месте, и я открыл дверь в химчистку. Лазердрим шагнул сзади. Мы оба прищурились в тусклость, и я подумал, что случилось с огнями.


На этот раз в середине февраля солнце опустилось до пяти тридцати. На улице было сумерки, и это сделало интерьер еще темнее, чем обычно.


Там странный химический запах. Я редко бывал в химчистке раньше, чем до похорон моей мамы. Мы были не совсем такой семейкой, которая использовала одежду, которая нуждалась в химической чистке. Теперь это пахнуло, и я почувствовал себя странно грустно, но это чувство было переполнено растущим чувством опасений.


Было темно и тихо ... слишком тихо. Я не слышал ни одной из машин в спине, и я не мог слышать звуки любого, кто двигался.


Мой страх не сказал мне ничего.


"Привет?" - спросил я. Мой голос повторился, и я почувствовал себя немного неловко. Если бы они были закрыты, дверь была бы заблокирована.


Лазердрим повторил то, что я сказал, а затем поднял одну руку. Ее рука начала светиться, бросая тени вокруг нас.


"Я не знал, что ты можешь это сделать", - удивился я.


Она ухмыльнулась. "Большинство кейпов не говорят все, что они могут сделать. Быть проблесковым светом не совсем разрушает землю ".


Она была не так хороша, как фонарик. Свет был только немного легче, чем свечи, которые я видел, когда люди иногда использовали Хэллоуин. Это оставило все, что было в тени, и мне было неудобно осознавать, какую цель она сделала. Я осторожно отошел от нее.


Когда мы пробрались сквозь стойки недавно прижатой одежды, химический запах усилился, но я также почувствовал запах чего-то еще, макияж, который сразу же поднял мои взломы. Это был медный запах, который я не узнал.


Я услышал хрустальный вздох, и я повернулся.


Париан была темнокожая молодая женщина, о чем я не мог бы сказать, кроме того, что ее маска лежала рядом с ней. Она прислонилась к стене, ее безжизненные глаза смотрели ужасно, как у куклы.


Ее голова исчезла, и кровь покрылась стенкой позади нее и в полушарии вокруг ее тела. Ее ноги были растянуты, и повсюду было зловоние смерти, когда мы были близки.


Я обнаружил, что завязываю рот; запах уловил мой нос.


Хрусталь с другой стороны стоял неподвижно, неподвижно. Для нее это должно было быть хуже, она, по крайней мере, знала женщину случайно. На мгновение она ничего не видела.


"Как Руне ..." - пробормотала она.


"Что?" - резко спросил я.


"Руну убили вот так в больнице. Также были убиты многие агенты СКП, направленные для охраны ее ".


"Я ничего не слышал об этом, - сказал я, чувствуя чередование чувств ужаса и облегчения.


Я не был убийцей! Вес, который я даже не осознал, был на моих плечах, когда я понял, что я не нес ответственность за смерть Руны.


Однако ... если бы это было сделано дважды, то там был парахуманский серийный убийца, вероятно, предназначенный для женских накидок.


"Отчасти причина, по которой существует СКП, заключается в том, чтобы сохранить спокойствие общественности в отношении кейпы", - сказала она. "Говорить им, есть злобный убийца, возможно, серийный убийца, преследующий улицы, будет дестабилизировать".


"Они сказали тебе?" - спросил я.


"Профессиональная любезность", - сказала она. "Особенно, если кто бы то ни было, нацелен на женские накидки".


"Итак ... что мы должны делать сейчас?" - спросил я. Единственными телами, которые я когда-либо был, были травмированные тела моих жертв. У мамы были закрытые похоронные гробы, и я не мог вспомнить другие похороны, в которых я был, потому что я был слишком молод.


"Мы ничего не трогаем, - сказала она. "Последнее, что мы хотим сделать, - это загрязнить любые доказательства".


"Что, если кто-нибудь это сделает?" - спросил я. Единственный страх, который я чувствовал, это то, что исходило от кейповла, но кто-то, кто мог бы сделать что-то подобное, не боялся бы многого.


"Нам нужно убраться отсюда и позвонить, - сказала она. "И на этот раз вам нужно оставаться рядом, чтобы его допросили. У них плохая история, предполагающая, что любой, кто бежит, виноват ".

**********


Оружейник в режиме расследования была немного ужасающей, и я почувствовал, что ухмыляюсь под его взглядом.


"Ты никогда не был здесь раньше?" - спросил он.


Я покачал головой. "У меня нет большого количества костюма, и Лазердрим убедил меня, что Париан сможет мне помочь".


"Значит, ты ее не убил?" - спросил он.


"Нет! Я даже не знаю, как это было сделано ... У меня нет никакой силы, которая позволила бы мне сделать что-то подобное ".


"И нет Тинкертеха?"


"Ты знаешь, сколько стоит Тинкертех?" - недоверчиво спросил я. "Я посмотрел. Если бы я мог позволить себе Тинкертех, у меня уже был бы отличный костюм.


"Значит, ты сам не Технарь?" - спросил он.


Я покачал головой. "Я не Технарь".


"Каковы ваши полномочия?" - спросил он.


Я слышал, что у него был детектор лжи в его костюме где-то, и поэтому я был осторожен, чтобы быть правдивым, не отдавая слишком много.


"Это вопрос, на который я должен ответить?" - спросил я. "Я уже говорил вам, что у меня нет никаких сил, чтобы отнять голову.


"Ты был тем, кто три дня назад напал на пару торговцев?"


Я холодно смотрел на него. "Если вы спрашиваете меня о вещах, которые не относятся к этому делу? Если вы это сделаете, я думаю, что мне нужен мой адвокат.


"Ты убил Руну?"


"Я не убивал Руну, - твердо сказал я. Мне было приятно сказать, что, честно говоря, даже если меня спрашивали в переулке за химчистками, я не думал о хорошем месте для допроса.


Оружейник хотел затащить меня в СКП, но я отказался. Последнее, что мне было нужно, это отпечатать пальцы и подвергнуть меня другим испытаниям. Он хотел настаивать, но вмешалась мисс Милиция.


Я видел достаточно телевизионных шоу, чтобы предположить, что они играют хорошего полицейского, плохого полицейского.


Казалось, он был недоволен всем этим, и теперь он казался раздражительным. Я подозревал, что он надеялся, что я был бы человеком, убившим Париана, что было бы легкой победой.


"Где вы были между 15 и 15 лет?"


"Вы просите меня раскрыть мою тайную личность?" - спросил я. "Потому что, если это так, у нас будет проблема".


"Это угроза?" - спросил он, шагнув вперед.


Я покачал головой, но, как и я, я понял, какие могут быть мои возможные ответы на него. Его Хэлберд был смертельным, и из того, что я слышал, он был смертельным спутником.


Тем не менее, я пошевелил пальцами в быстрой руне против его запястья, когда мы пошевелили руками раньше, достаточно легко, чтобы он не смог почувствовать это через свои доспехи. Если он набросился на меня, я намеревался запустить его доспехи в небо. Учитывая, что он, как известно, не мог летать, я подозревал, что это закончится довольно коротко.


Мисс Милиция была тяжелее. Она, несомненно, знала об уязвимости Теневой Сталкер, и она могла легко создавать все виды электрического оглушающего оружия. Мне пришлось бы проскользнуть через стену здания и надеяться, что не будет слишком много электрических проводов.


Тогда побег был бы вопросом использования моей силы в моем подвиге и улетающей. Последнее, что я хотел сделать, это нанести вред любому из них.


В качестве альтернативы я мог просто ударить ее мощной броней Оружейника, и он беспомощно поймал ее внутри. Это рисковало тем, что она была быстрее меня и стреляла в меня, поэтому бегство казалось лучшим планом.


"Я не угрожаю", - сказал я, зная, что его программное обеспечение для обнаружения лжи показало бы это как по крайней мере частичную ложь.


Театр, который я исполнял в своей другой личности, касался угроз, но это был не просто способ поднять мою силу. Я был более безопасным, если бы каждая из моих целей боялась, потому что это означало, что я знал, где они. Мне не нужно было беспокоиться о том, чтобы быть ослепленным парнем с пистолетом, прячась где-то в шкафу.


"Вы должны присоединиться к подопечным", - сказал он наконец. "Независимые накидки недолго остаются на улице".


Он просто обвинил меня в том, что я разрезал две женские головы и снял их мозги. Были ли они такими трудными, что они приняли бы кого-нибудь в программу?


Они приняли Теневого Сталкера, так что ответ, вероятно, был да.


"Я не думаю, что это для меня", - сказал я. Любая группа, в которой была Софья Гесс, была группой, в которой я не интересовался присоединением.


Объяснение, почему я не хотел участвовать, неизбежно приведет к моей собственной секретной идентичности. Хуже того, учитывая мою связь с Софией, они будут на один шаг ближе к пониманию того, что я сделал с ней. Я должен был держать свои ответы короткими и простыми и надеяться, что он не понимал, что я отвечаю на некоторые вопросы менее правдиво, чем другие.


"Мы просим вас не раскрывать то, что вы сегодня видели, - сказал он.


"Почему?" - спросил я. "Вы не думаете, что молодые женщины кейпы заслуживают того, чтобы кто-то пришел за ними? По крайней мере, дать им шанс защитить себя.


"Что произойдет, когда общественность решит, что парахуманы слишком опасны, чтобы их обойти?" - спросил он. "Поговорите о серийном убийце парахуман, и вы заставите людей паниковать".


"Может быть, они должны паниковать", - сказал я, но по его выражению вздохнул. "Хорошо. Я не буду рассказывать никому из Яйцев, которых я знаю, если я не буду абсолютно обязан.


"Вы не пойдете в прессу?"


Я покачал головой. "Я обещаю, что буду держать его в руках".


"Мне жаль сообщить, что Блэкджек уже принят", - сказал он. Он вручил мне визитную карточку. "Вы должны придумать свое имя или СКП назначит один, а некоторые из них не будут особенно лестными".


Учитывая, что в СКП были люди по имени Chubster и Стояк, я этому поверил.


В конце концов, они отпустили меня, хотя я чувствовал, что Оружейник хотел меня забрать. Я упустил всего несколько ужасных воспоминаний и знания о том, что кто-то там принимал мозги людей.


Я решил, что мне нужно найти настоящего скота, человека с хорошей защитой и быстрой. В конце концов, я был молод, парахуман и женщина, и я тоже был один.


Возвращение в игру было важно, даже если бы оно рисковало показать, что я могу сделать. Надеюсь, они верят, что я и моя другая личность были двумя разными людьми. Таким образом, если все стало слишком жарко, я мог бы просто отказаться от другой идентичности.


Когда я убежал от места преступления, мой ум гонялся, наполненный планами.


10. Сломанный.


Пригнувшись на крыше, я посмотрел на аптеку.


Я выходил почти каждую ночь за последнюю неделю и половину, выслеживая дома Империи. Я стал лучше скрываться, и теперь, когда я мог летать, было легче следить за людьми в автомобилях, когда они занимались своим делом.


Проводить неделю, ничего не делая, кроме как наблюдать за приходом и устремлением головорезов Империи, вызвало у меня нетерпение, но я обещал папе. Я не мог доверять себе силы Лунга, и Они Ли убил бы меня, прежде чем я даже смог бы реагировать, и поэтому я избегал территории АПП.


Торговцы, казалось бы, были самыми легкими целями, но у них не было много кейпы, и я не был уверен, что мне нужна сила Skidmark. Я бы не прочь воровать власть Скьялера, но Технарьс было трудно предсказать, и у нее могло бы быть что-то, с чем я не мог справиться.


Хотя Империя объявила войну кому-то, они не знали, что я был тем, кто напал на Руну. То, что у них было, было много кейпы ... мышей, которых я очень хотел взять.


Тот, кто раньше резал головы, приходил после моей другой идентичности рано или поздно, и я хотел быть готов защищаться. Мне пришло на охоту за Броктон-Бей, но я не знал, как найти Капюры в других городах лучше, чем я знал, как найти их здесь.


Я решил, что лучший способ найти кейпы - это заманить их мне. Если бы я напал на достаточное количество мест в Империях, они, в конце концов, отправили бы Кейпса со мной. Страшно было то, что они, скорее всего, отправят несколько кейпы, и я не был уверен, что смогу справиться с ними.


Имея это в виду, я работал над планами побега, прежде чем я даже напал на первое место. Один из уроков, которые я изучал в тренинге Эскрима, заключался в том, чтобы всегда иметь маршрут побега, который вы планировали, куда бы вы ни отправились.


Я купил ночной вид, прежде чем я начал наблюдать за местоположениями Империи вместе с каким-то другим оборудованием.


Когда я был готов, я начал атаковать места. Я старался играть музыку перед каждой встречей, зная, что это слово обойдет, и страх, с которым они столкнулись, заставит каждого из них засветиться до моего чувства страха.


Я надеялся, что мысль о встрече с неизвестным Мысом даст всем нападающим кейпа, с которыми я столкнулся, по крайней мере, с небольшим беспокойством, но я не рассчитывал на это.


Я разработал стратегию нападения на дома. У большинства из них были внешние электрические коробки, и незадолго до того, как я начну свою атаку, я использовал бы силы Руна, чтобы проникнуть в ящики, и я отключил всю власть.


В темноте, которая последовала, я телекинетически открывал свои часы, которые я скрывал снаружи.


Когда люди стреляли вслепую, я бы пошел на тень и вышел с крыши, на которой обычно не было таких электрических линий, что стены, и я запустил шариковые подшипники. Несмотря на то, что я не мог видеть лучше в темноте, чем мог, я всегда старался, чтобы мои глаза приспособились к темноте, пока их глаза все еще поправлялись.


Еще лучше, мне не нужно было видеть, потому что я мог просто использовать скейпл своего страха, чтобы найти их. Я даже не наткнулся на вещи в темноте, потому что я просто затенял их.


В темноте и замешательстве у них не было шанса.


Это была четвертая ночь, когда я выходил, и я еще не видел ни одного кейпа. У меня на кровати были трибуны, наполненные тридцатью тысячами долларов. Папа хотел получить сейф, но думал, что получение одного может предупредить преступников, что у нас есть что-то стоящее воровство.


Я сделал открытие, которое было новаторским три дня назад.


Чем больше страха я кормила, тем лучше работали другие мои силы. Очевидно, сила, которую я взял, заключалась не только в том, чтобы набраться сил через страх. Речь шла об увеличении силы. Поскольку скинхед не обладал никакими другими силами, сила была все, что было усилено.


На самом деле мне удалось телекинетически манипулировать пятым предметом, более чем моим обычным лимитом в четыре. Это был дом с необычным количеством людей, которые боялись, и они были более напуганы, чем обычно, но это все равно произошло.


Это имело огромные последствия для моих других держав. Когда-то я мог представить, где люди были бы самыми ужасными, это была бы ситуация с Губитель. Тысячи людей страшились до такой степени, чего я никогда не испытывал ... Я не мог себе представить, сколько энергии мне дадут. Если мне повезет, этого может быть достаточно.


Тем не менее, это также сделало страх еще более заманчивым. Сила одна была достаточно плоха, но быть способным, чтобы мои другие силы были более мощными или более универсальными? Это не займет много времени, чтобы стать наркоманией.


Наблюдая за очками ночного видения, я решил, что люди, на которых я нацелился, достаточно успокоились, чтобы начать свою атаку. Они смотрели блок предохранителей; по-видимому, даже расисты могли чему-то научиться, но у них было только два охранника, оба из которых выглядели бескорыстно.


Проблема с тем, чтобы быть охранником, заключалась в том, что невозможно было оставаться в полной безопасности в любое время. Люди не были предназначены для этого. Внимание помечалось, мысли блуждали, и людям не приходилось долго останавливаться, особенно тем, кто не был обученным солдатом.


Это не так.


Я лежал, присев на крышу позади них, достаточно близко, чтобы слышать, что они говорят. Люди старались не смотреть вверх, даже люди, которые ожидали "кейпы", и попасть на крышу дома было легко летать в тени. В темноте я был едва заметен.


Перейдя в теневую форму, я бросился за ними. Там было мало места, но я потянулся и коснулся спины своих рубашек; из-за погоды оба были одеты в толстовки. Меня не чувствовали, когда я прослеживал руны на куртках.


Через мгновение оба толстовки сжались. Власть Руны смогла поднять тонны, поэтому ни у кого не было изменений. Они затыкали рот и задыхались, и я бесстрастно наблюдал, как они пытались схватить за свое оружие только, чтобы их руки сжались в стороны, и они не могли двигаться.


Им не потребовалось много времени, чтобы они потеряли сознание. Я повернул их телекинетически, и молния связала их сзади.


Затем я повернулся к электрической распределительной коробке. Прикоснувшись к замку снаружи, я открыл его.


Услышав что-то позади меня, я обернулся. Я почувствовал огромный взрыв боли в моем солнечном сплетении, и я упал на землю. Мои ноги чувствовали, что они сделаны из свинца, и я не мог дышать. Я не мог понять, что происходит. Если бы меня застрелили? Если бы меня нашли Империи?


Я напрягся, чтобы заставить себя взглянуть вверх, и я увидел пару ног, одетых в темно-синий спандекс с алмазной печатью. Кто бы это ни был, это было массово мускулистым, и прежде чем я смог попытаться сделать что-нибудь, они потянулись вниз и схватили меня за плечи пальцами, которые походили на тиски. Я чувствовал, как мое плечо скрипело, напряглось почти до предела, когда он поднял меня одной рукой, так что мои ноги болтались.


Все еще неспособный перевести дыхание, я не был готов к удару по моим ребрам. Я почувствовал что-то перелом и ломаю в груди.


Я скривился в нем неэффективно, но мне было легче перемещать грузовик. Он был сверхчеловечески сильным, и не было страха, что я могу питаться где-нибудь поблизости, чтобы соответствовать ему.


"Почему ты это сделал?" - прошипел он. Его синяя маска охватывала все, кроме его глаз, но даже не видя его лица, я мог сказать, что он дрожал от ярости.


Я не мог говорить, все еще не мог дышать, и он потянулся и схватил меня за горло. Его рука начала затягиваться, и я схватил его за руку.


Внезапно я понял, что я умру, если ничего не сделаю. Я пощипывал свой перцовый аэрозоль и поднес его к глазам, распыляя его. Я почти закричала, когда какая-то спрей взорвалась на меня. Мое лицо горело, и мне вдруг стало еще тяжелее дышать, но у него было бесконечно худшее. Я распылял его прямо в глаза, и я сомневался, что его маска многое сделала для фильтрации спрея.


Он отпустил меня, и я упал на землю, задыхаясь. Он отшатнулся, заткнув рот, и его глаза сразу закрылись.


Это было всего лишь мгновение, прежде чем он встал, хотя это был убийственный взгляд в том, что я видел его глаза.


Он обвинил меня, и я покатился. Его кулак прошел через электрическую коробку, и все огни погасли.


Я почувствовал страх, внезапно прорастающий изнутри здания, и я задохнулся, когда почувствовал внезапную силу, текущую в теле. Как было повреждено, это было не так много, но этого было достаточно, чтобы встать на ноги. У нас были только минуты, прежде чем люди внутри вышли и стреляли в нас.


Переключение в теневую форму показалось мне единственным вариантом, но голова была безмолвной, и я не мог сконцентрироваться, чтобы сделать переход. Я попытался уклониться в сторону, когда снова схватился за меня.


Мы оба ошеломляли, как пьяницы, но я был тем, кто был более поврежден. Даже если бы ни у кого из нас не было сил, я был бы в огромном невыгодном положении просто размером с размер. Я схватил свою дубинку и попытался разбить ее по его руке, но он даже не заметил этого. Он снова пошел мне в горло.


Я почувствовал, что задыхаюсь и задыхаюсь. Люди шли, и они стреляли в нас обоих. Он выживет, но я этого не сделаю.


Схватив обеими руками за руки, я провел пальцами по материалу его костюма. Я попытался использовать его, чтобы вернуть его телекинетически, но он был сильнее материала своего костюма. Весь его костюм сорвался, оставив его стоять в маске для лица и в паре сумасшедших.


Я снова схватил его за руку, и я потянулся.


Его тело, казалось, сжималось прямо передо мной, переходя от массово бафф-фигуры мужчины к тощему мальчику, который не мог быть больше моего возраста.


Внезапно я почувствовал каждый орган в моем теле. Я инстинктивно знал, как я могу их изменить, исцелять, улучшать. Это потребует времени, но осознание было.


Он упал на землю, уставившись на свои вдруг тощие руки, даже когда я услышал резкие реплики пуль.


Я почувствовал, что что-то прислонилось к моей стороне, но я едва ощутил это. Я повернулся к людям, которые стреляли в меня, и я прыгнул на них.


Хотя я все еще мог двигаться, я летел в воздух. Я старался быть нежным, отчасти потому, что мне было больно двигаться, но мужчины, которых я схватил, полетели, ударившись о стену. Их было пять, и я бросил их через полминуты.


До сих пор было трудно дышать, и я мог чувствовать больше. Сгибание было агонией, но мне удалось прикоснуться к моим ботинкам.


Через мгновение я вернулся. Я схватил мальчика за руку, и я взлетел в воздух. Он издал мучительный крик, и я, несомненно, вытащил его руку из гнезда.


Мы прошли по дому, и когда люди внутри здания роились, я подтащил мальчика под меня, когда мы пролетели через небо.


Он продолжал кричать, поэтому я приземлился в парке в полумиле отсюда. В этот час он был оставлен. Когда я уронил его, он сбежал.


"Почему ты напал на меня?" - сказал я. Трудно было говорить, что мое горло ранено и ушиблено, и мой голос казался лошадью и странным.


"Ты убил Париана, - сказал он. "Оружейник предупредил меня о тебе".


"Что?" - спросил я ровно.


"Протекторат тихо рассказывал Кейпсу о том, что случилось с Руной и Парианом", - сказал он. "И Оружейник лично рассказал мне, что вы были лучшим подозреваемым".


На мгновение мой ум исчез. Они думали, что я сделал ...


"В течение последних нескольких дней вы атаковали дома империи. Я подумал, не дождался ли я у одного из них достаточно долго, чтобы поймать тебя.


"Теперь ты меня поймал", - прорычал я. "Чем ты планируешь заняться?"


Я рассердился на него. Мне было больно, и он напал на меня без провокаций. Тот факт, что он, казалось, думал, что он был героем, наверняка побеспокоил бы меня позже, но на данный момент все, что я чувствовал, было гневом.


Оружейник был всего лишь рывком для меня с самого начала.


"Что ты сделал со мной?" - спросил он. Он уставился на свои тонкие руки. "Все прошло ... Я ничего не чувствую".


"Я защищал себя", - сказал я.


"Он собирается вернуться?" - спросил он, испуганно глядя на меня. "Это какой-то временный эффект Трампа, верно?"


Я посмотрел на него на мгновение. Глаза у него распухли, и он выглядел так, словно едва мог видеть.


Медленно я покачал головой.


"Ты собираешься меня убить сейчас?" - спросил он.


Я наклонился вперед. "Я не атакую ??невинных. Я не убиваю беспомощных девочек.


"И я?"


"Вы глупы, но вы уже заплатили цену. Я больше ничего не сделаю тебе.


Был холодный вечер, и он уже дрожал бесконтрольно. Моя боль позволила игнорировать тот факт, что он был в основном голым.


Он издал маленький звук. Я вздрогнул, когда я наклонился вперед, пытаясь понять, что он говорил. Я внезапно выпрямился, когда понял, что он плачет тихо.


"Я буду летать к тебе куда-то ближе к дому", - сказал я, наконец, неловко.


Как выяснилось, при виде почти голого подросткового свадебного стиля в воздухе, когда вы были в боли, было невероятно неудобно и смущало.

**********


Вернувшись домой, я проскользнул через черный ход. Мне потребовалось почти минутку, чтобы сконцентрироваться, чтобы проскользнуть в мою теневую форму, и когда я это сделал, я почувствовал шок, почти как будто меня ударили ледяной водой.


Боль полностью исчезла. За тридцать минут я испытал это, по-видимому, я потерял след в том, сколько боли я был. Свобода от боли была похожа на бальзам.


В тот момент, когда я вернулся в свою нормальную форму, с другой стороны, боль снова рухнула, что было более шокирующим, чем когда-либо в течение короткого момента облегчения.


Мне удалось осторожно подняться по лестнице в мою комнату, чтобы не разбудить отца.


Расстегнув мою капюшон, мне было трудно передвинуть руку достаточно хорошо, чтобы вытащить из нее руку. Я знал, что снять руки над головой достаточно, чтобы вытащить рубашку, было бы невозможно, поэтому я снова сосредоточился, и моя одежда упала на пол, когда я стал без тени тени.


Я шагнул вперед, и пуленепробиваемый жилет ударился на пол. Я замер, но я не чувствовал тревоги от папы, которого я ожидал, если бы он услышал стук из другой части дома посреди ночи, поэтому я расслабился.


Теперь, когда у меня больше не хватало адреналина, мне стало хуже, но мне удалось достаточно наклониться, чтобы коснуться жилета и вытащить его из груды моей одежды.


Пластины на нем были сломаны и кратерами, и я понял, что это, вероятно, спасло мне жизнь. Мне повезло, что осколки керамики не пронзили мою сторону, проколов мое легкое.


Я подошел поближе, и увидел, что на краях осколков есть кровь. Я потянулся вниз и поморщился, чувствуя, как кровь сошла с моей стороны. Я кашлянул и чувствовал мучительную боль.


Ошеломляясь, обнявшись с моей кроватью, я закрыл глаза.


Тот, от кого я только что взял власть, смог контролировать свое тело. Это можно было использовать для исцеления, я знал инстинктивно, хотя он не был автоматическим. Вероятно, у него было время тренироваться, поэтому мне нужно было научиться управлять им самостоятельно.


Мой мир сжался во внутренности моего тела, органов и частей, о которых я даже не знал. Лёгкие и ребра были моим первым приоритетом, и после этого мое плечо и воспаление от перечного спрея на моем лице. Это должно было пройти проб и ошибок.


Через некоторое время я почувствовал, что благословенный кислород наполнил мое тело, и я наконец смог глубоко вздохнуть. Мой разум очистился, и все началось быстрее. Мои кости вяжутся, мои травмированные мышцы и сухожилия заживают.


Как только раны из ночи исцелились, я пошел вперед и исцелил множество мелких травм, которые я испытал на тренировке Эскримы.


Открыв глаза, я понял, что прошел час, когда я исцелился. Я начал дрожать, когда понял, как близко я пришел к смерти от героя.


Я был настолько уверен в том, что мог взять членов Империи, когда один герой чуть не избил меня до смерти, просто заставил меня врасплох. Я был слишком самоуверен в своем чувстве страха. Он был уверен, что он неуязвим и не боялся меня вообще.


Самое смешное, что теперь я, вероятно, смогу их взять. Наконец я был на самом деле грубым. Взглянув на себя голым в зеркале, я понял, что мне больше не нужно сохранять черты, которые я был недоволен.


Я сосредоточился на своем лице, и кости и кожа сдвинулись. Плоть на моем лице прижималась к моему черепу, заставляя меня выглядеть скелетом. Плоть изменилась, когда я еще больше манипулировал ею.


Мальчик заставил себя выглядеть огромным и внушительным.


Я собирался использовать ту же силу, чтобы выглядеть как ужас. Мне больше не нужна была маска, и отныне мне не нужна защитная одежда ... кроме очков. Перцовый аэрозоль был, по-видимому, еще болезненным даже с такими сильными силами.


У мальчика был какой-то странный вид телекиниса, который повторил массивную силу и сделал его чрезвычайно жестким. У него также был биокинизис, который позволил ему измениться.


Мне нужны были оба. Насколько я знал, мальчик сейчас зовет Протекторат, рассказывая им, что я с ним сделал, и они, по-видимому, полагали, что я убил двух женщин на вершине шляпы, крадя силы у одного из их подопечных.


Теперь все усилилось, и теперь я стал сильнее. Это был единственный способ выжить.


11. Костюм.


Костюм был идеальным.


После смерти Париана кейповл дал мне номер дизайнера костюмов в Бостоне, и у меня был папа, который отвез меня туда на прием. То, что она придумала, сделало меня невероятно довольным.


Я хотел создать столько разрыва между моей текущей идентичностью и личностью, которую СКП называл Хароном. Поскольку он был одет в черное, я решил сохранить белый, из которого я первоначально появился.


Мой новый костюм был сделан из белой кожи с кевларовыми вставками. Мне это больше не нужно, но я слышал, что в мире есть люди, которые отрицают власть. Если бы я встретил кого-то из них, я не хотел оставаться незащищенным.


Костюм состоял из белых кожаных брюк и белой кожаной ткани с капюшоном. Я продолжал носить платок на моем рту, но дизайнер предложил, чтобы я держал несколько разных для разных случаев. Я бы добавил маска домино, чтобы я был еще менее узнаваем.


Подслой существовал, как для удобства костюма, так и для поддержания чистоты костюма. Потная кожа, вероятно, не сделала бы меня особенно популярной.


У дизайнера был список инструкций для меня о том, как очистить костюм и как его поддерживать.


Впервые я на самом деле чувствовал себя супергероем, а не просто кто-то бегал в толпе, избивая людей.


"Это все, на что ты надеялся?" - спросил папа, когда я залез в машину. В течение последних сорока пяти минут он ждал блок в машине, когда я ускользнул от дизайнеров.


"Три тысячи долларов и каждая копейка", - сказал я.


Он поморщился, и я подумал, как он себя чувствует, если я скажу ему, что я получил два наряда по этой цене. У меня не было больно за деньги, и хотя он не хотел ее принимать, я бы посоветовал ему деньги, чтобы помочь с расходами.


Мы платили наличными за продукты и ели еще немного, и он оставлял деньги, которые мы не тратили в банке.


Покупка целой кучи новых вещей была бы красным флагом, что что-то не так, как для властей, так и для преступников в нашем районе. Последнее, чего мы хотели, - это увидеть картинг на большом экране телевизора, потому что вскоре я найду тридцать тысяч под моей кроватью и людей с вопросами у меня в дверь.


Мы уже были в театральной дизайнерской компании, которая продавала телесные упряжи, которые позволяли людям летать на сцене. Использование силы Руны на моих туфлях было неудобно, потребовало от меня наклониться и заняло два слота, которые могли быть сделаны только одним. Упряжь подходила под оба моих костюма, и с ним я мог бы летать. Тот факт, что это был еще одиннадцатьсот долларов, не был тем, что я поделился с папой.


"Теперь к нашей следующей остановке, - сказал он.


Я снял свой белый халат (я не носил свой новый костюм в машине с папой, даже если бы был в другом городе), даже когда я начал фокусироваться на изменении моего тела.


Когда мы проезжали по городу, я становился все более и более массивным. Из того, что я мог сказать, никто не смог рассказать пол моей второй личности, и я намеревался сохранить его таким образом. Я сосредоточился на своем лице в зеркале солнцезащитного козырька.


Дублирование лиц конкретных людей оказалось трудной перспективой. Это требовало уровня точности, на который я еще не был способен. Я подозревал, что он имеет меньше отношения к власти и больше связан с моим собственным отсутствием художественных способностей.


То, что я обнаружил, заключалось в том, что тонкое выражение лица вызывало тревогу висцеральным способом. Это было тревожным и тревожным.


Однако я мог взять родовые лица. Я сделал это, и к тому времени, когда мы двинулись на полпути через весь город, я выглядел как мужская фигура, хотя я не изменил своих гениталий или моих грудей, которые были достаточно малы, чтобы остаться незамеченными.


Полагая, что люди верят, что моя вторая идентичность была мужчиной, была бы еще более важной мысль о том, что мы были двумя отдельными людьми.


Я обнаружил, что как только я создал конкретное лицо и практиковал его несколько раз, я мог быстро переключиться на него. Создание нового лица заняло много работы.


Мой план состоял в том, чтобы тонко изменить мои черты даже в моей женской идентичности, чтобы я не ошибался за Тейлора Хеберта. Я сделал бы себя немного выше и немного более полно фигурировал в этой форме, чтобы сделать меня более безошибочно женственной, чтобы лучше контрастировать с моей мужской формой.


То, что это было немного лестно, тоже не повредит.


Папа остановился в двух кварталах от следующего места, остановившись в переулке. Я выскользнул из машины и быстро направился к мотоциклетному магазину. Мое тело в этой форме было размером, которое я запланировал для своей формы Харона, даже если лицо было нормальным, а не ужасно изменилось.


Потребовалось тридцать минут, чтобы найти то, что я хотел; черную броню мотоцикла, над которой я бы надел черную кожаную куртку и тугие кожаные штаны. В куртке был черный капот; Мне не нравилось включение подобных аспектов в оба костюма, но я подумал, что они были достаточно разными, что никто не заметил бы.


На самом деле я чувствовал себя более опасным в этом наряде, более мужественным, как бы это ни казалось.


На этот раз я вышел на солнечный свет в наряде. Это заставило меня чувствовать себя хорошо и мощно, но это не было особенно характерно без изменений моего лица.


Я направился обратно к машине, где папа ждал. Он слушал радио; Я слышал, как люди обсуждают права и обязанности парахумана, что меня особенно интересовало.


Он долго смотрел на меня, а потом сказал: "Я никогда не думал, что увижу тот день, когда я отведу сына в кожаный магазин".


Я нахмурился и высунул язык.


"Я мог бы получить мяч-кляп в составе костюма ... Я подозреваю, что это испугало бы людей по всем неправильным причинам".


Его голова закружилась. "Когда ты слышал?"


"Я сделал ошибку, глядя на кожаные наряды, когда пытался придумать костюм", - сказал я. Я вздрогнул. "Я видел кое-что, чего бы я не увидел. Они, конечно, ужаснули меня, но они, вероятно, не были тем изображением, которое я искал ".


Он выглядел явно неудобно. "Если у вас есть вопросы...?"


Я быстро покачал головой. "Я действительно не хочу знать. Я действительно не хочу этого знать.


Мышление о мальчиках не было даже на моем радаре; Мне было слишком много, чтобы беспокоиться о том, чтобы не иметь дело с вещами, о которых я действительно не понимал апелляцию.


Кроме того, я все еще был слишком занят, играя с моей новой силой, чтобы беспокоиться о чем-то постороннем. Каждый раз, когда я получал новую силу, это было похоже на Рождество.


Эта сила, в частности, открыла мне все новые миры.


Возможность испытать мою внутреннюю физиологию во все времена означала, что было легко отвлечься, так что мне пришлось активно обращать внимание на то, что происходило вокруг меня. Это было захватывающе, и мне пришлось устоять перед соблазном экспериментировать публично. Я мог поднять кость на поверхность моей кожи, создать химикаты, чтобы помочь мне исцелить ожоги ... возможности казались бесконечными, даже если никто из них не был так быстро, как хотелось бы.


Я почти умер, но компромисс стоил того. Теперь у меня была сила, которую я жаждал, и это означало, что у меня есть средства, чтобы получить больше. Мне нужно было только найти людей.


Даже если Крюковолк или некоторые другие могут повредить мне, я смогу исцелить, если я уйду. Мне больше не пришлось беспокоиться о том, что моя личность была раскрыта, потому что накануне вечером я был ранен каким-то мелким головорезом.


Я немного беспокоился о своих уроках Эскримы. Я должен был бы подделать свою реакцию на то, чтобы попасть в него, и возможно, что он мог бы это понять. Однако я тайно подозревал, что мой учитель уже что-то подозревал. Очень немногие девочки моего возраста пытались использовать палки и ножи в бою, что бы ни говорил мой отец.


Иногда он смотрел в глаза. Я задавался вопросом, может ли отсутствие боли ускорить тренировку или ухудшить ее. Мой учитель сказал мне, что боль сделала воспоминания более яркими, и я подозревал, что это правда.


Я не собирался полностью зависеть от чувства страха; среди Империйских насадок были социопаты, которые, вероятно, вообще не чувствовали страха. Я сомневался, что тоже Ли Ли или Лунг.


Торговцы могут быть слишком опьяненными или высокими, чтобы чувствовать страх, особенно их кейпы.


Папа продолжал смотреть на меня, и я мог сказать, что моя новая сила заставляла его беспокоиться. Очевидно, он пытался поддерживать, но видеть, как лицо его дочери превращается в лицо монстра, должно было его беспокоить.


Я планировал изменить свое лицо и тело на обратном пути в Броктон-Бей, надеюсь, не слишком беспокоит его.


Я не стал рассказывать ему, сколько стоит этот наряд; Я купил четыре из них, так как они были намного дешевле других. Я ожидал, что они все равно пострадают больше, чем другие.


В этой поездке было потрачено почти семь тысяч долларов, и все же я не чувствовал, что это было плохо потрачено. Впечатления были все в игре супергероя, и, согласно кейпову, люди смотрели на героев, у которых были дешевые костюмы. Они предположили, что они новички.


Как люди предоставляли костюмы без буквально грабят людей, как я, я был не совсем уверен.


"Вы хотите что-нибудь съесть?" Спросил папа.


Я кивнул. В Бостоне есть места, чтобы поесть, что Броктон-Бэй не сделал, и поэтому это будет редкое угощение, чтобы съесть где-нибудь новое.


Прежде чем я смог это обсудить, я услышал звук, из-за которого мой желудок упал.


В воздухе раздался звук, которым был знаком каждый человек на Земле, звук, который никто не хотел слышать. Сирены ругались, я видел, как люди уже начали паниковать.


Место следующей атаки еще не было объявлено, и поэтому все боялись. Тот факт, что сирены звенели, означало, что нападение было местным, а город в районе нападения еще не был идентифицирован. Не было бы много времени, чтобы добраться до приюта.


Мы все точно знали, где находятся приюты "Губитель", как в наших кварталах, так и в других частях нашего города.


К сожалению, нас не было в нашем городе. Бостон был незнаком мне и папе, и никто из нас не знал, где находятся приюты. Я даже не знал, где протекторат был в этом городе.


"Сначала мы должны доставить тебя в приют", - сказал я папе. "Я не смогу отправиться туда, пока не узнаю, что ты в безопасности".


"Тебе не обязательно идти, - сказал папа.


Я почувствовал, как испуганное чувство страха наполняет меня силой. Учитывая, что я уже был могущественным, я знал, что я достаточно силен, чтобы бросать автомобили к этому моменту.


"Я становлюсь сильнее, тем больше людей боятся. Люди никогда больше не боятся, чем когда наступают Энбрингеры ", - сказал я. "Я могу сэкономить много людей".


"Ты можешь умереть", - сказал он. "Никто не столь силен, как Губитель. Даже Александрия рискует от нее.


"Я смог бы."


При его взгляде я покачал головой. "Возможно, не сейчас, но в конце концов. Некоторые из моих сил умножают мои другие силы и укрепляют их. Я могу быть единственным человеком, который действительно может их остановить.


"Это еще лучшая причина для вас не умереть сейчас", - сказал он.


"У меня нет выбора, - сказал я. "Люди будут умирать, и если бы я мог их спасти, а просто остался там, где было в безопасности, какой бы я был герой?"


Он выглядел так, как будто хотел спорить, но я видел, как машины рушились, когда в панике люди совершали множественные ошибки в суде, пытаясь уйти домой в свои семьи или спасти себя.


Папа быстро потянулся. Было очевидно, что мы не сможем никуда ехать в машине, пока это не будет разрешено. Единственной причиной, по которой мы смогли найти парковочное место, был тот факт, что в панике люди пытались уйти.


Тревожные сигналы для конечных пользователей звучали не только как предупреждение для гражданских лиц, но и призыв к героям и злодеям, которые приходят в бой. Протекторат точно не имел числа злодеев, и злодеи не доверяли им номера, если бы они это сделали.


Было объявлено, что весь мир ждал придуманного вздоха, пока не был объявлен целевой город.


Мы вышли из машины и смотрели, где люди бегут. Местные жители знали бы, где находятся местные приюты, и туристы будут следить за ними, как мы и планировали.


Я схватил папу за руку, и я почувствовал его страх вместе со всеми остальными в городе. На мне был летающий пояс; Я хотел убедиться, что он поместится в мотоциклетных костюмах, которые я планировал носить. Я мог бы взять нас обоих, пролетая над городом, и я мог бы видеть, куда все идут, но с папой он рискнул бы показать кому-то свою личность.


Люди бегали вокруг нас, и я видел, как дети плакали в хаосе, отделенные от своих родителей, прежде чем люди подняли их и побежали. Надеюсь, люди, которые их подняли, были их родителями, но не было никакого способа узнать.


Я понял, где были убежища. Я вытащил Папу в другую аллею, и я закрыл глаза. Я чувствовал страх перед всеми в радиусе в семь блоков, а это означало, что я мог отслеживать движения десятков тысяч людей.


"Что?" Спросил папа, но я поднял руку.


Там. Я мог ощущать место, где все собирались. Люди собирались вместе в одном месте, место, которое я знал, должно было стать убежищем для Губитель.


"Я нашел", - сказал я.


Мы побежали тогда, я потащил папу позади меня, но когда мы дошли до приюта, они уже закрывали двери.


"Мы полны, - крикнул кто-то изнутри. "Иди в приют на 9-й улице".


Люди кричали, что меня пугают, но я знал, что это бесполезно. Люди внутри боялись, и из того, что я чувствовал, что убежище действительно было наполнено массой человечества.


Мы снова побежали. Надеюсь, не тратя время на споры с людьми, закрывающими двери, мы оставим нам время, чтобы заставить папу войти в один из приютов.


Я глубоко осознавал время. К тому времени, как мы достигли второго убежища, прошло двадцать минут. Они уже закрывали двери, но я толкнул отца вперед.


Он попытался привлечь меня к себе, но теперь я был достаточно силен, и ему было бы лучше ударить по грузовику.


Двери закрылись с окончанием, и я огляделся и увидел, что улицы быстро опустошаются вокруг меня. Несколько отставших уже бежали, предположительно, для следующего приюта.


Я позволил своему лицу переключиться в череп, как лицо, которое я решил для своей другой личности, и я добрался до себя в куртке, двигая руками знакомый набор движений над упряжкой.


Через мгновение я был в небе. К моему удовольствию, упряжь работала красиво.


Я не был полностью уверен, что хотел бы, чтобы эта идентичность была вокруг героев и злодеев. Часть его силы была тайной и страхом, который я пытался создать, и знакомство вырвало презрение. С другой стороны, люди могут умереть в то время, когда мне потребовалось вернуться в машину и найти место для изменения. Если бы это случилось, я бы не смог жить с собой.


Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я понятия не имел, где база Протектората находится в Бостоне. В Броктон-Бей это была очевидная вещь на горизонте, но базы Протекторат были не все построены одинаково.


У меня был телефон, но он был включен в интернет. Я огляделся вокруг, глядя на знакомые золотые арки. Я знал, что McDonald's начал предлагать бесплатный Wi-Fi всего четыре года назад, и я использовал его в разных местах в Броктон-Бей.


Вокруг были высокие здания, и я не мог видеть вещи так, как я их видел в Броктон-Бей.


Я даже не мог остановиться и спросить кого-нибудь о направлениях, потому что улицы сейчас выглядят как город-призрак. Я никого не видел, хотя я мог чувствовать, что они собрались в своих тысячах.


Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я могу использовать скейпл своего страха, чтобы найти Протекторат или, по крайней мере, СКП. Мне просто нужно было найти людей, которые боялись, которые не были собраны в крошечной области.


Прошло пять минут, когда я пролетел над городом, пробираясь между зданиями, когда искал мои чувства. В конце концов я нашел это, высокое здание, окруженное большим парком, по-видимому, чтобы сражения не повредили соседние здания.


Я приземлился у входа, где стояли два нервно выглядящих охранника. Хотя у них были маски, покрывающие их лица, это было очевидно по тому, как они стояли, так, как их руки дрогнули на их оружии. Тот факт, что я ощущал их страх, становился все более очевидным.


"Я пришел, чтобы отмстить Симургу, - сказал я. Я изменил свой голос, чтобы звучать глубоко и ужасно.


Они посмотрели друг на друга, и один потянулся к их наушнику, тихо бормоча.


Наконец один из них повернулся ко мне и сказал: "Бои начались пять минут назад; для транспортировки вас нет никаких телепортеров ".


Я был разочарован и разочарован. Столкнувшись с Губитель, я имел очень хорошие шансы умереть, но это должно было быть для моих сил. С таким количеством страха, которое я чувствовал сейчас, я мог делать почти все. В городе, на котором на самом деле нападают, у меня будет сила бога.


Разве было не так, что я хотел почувствовать это, по крайней мере, однажды?


Папа, по крайней мере, успокоился бы.


"Где?" - спросил я наконец.


"Провидение", - наконец сказал один из мужчин. Он заколебался. "Я тебя не узнаю. Кто ты?"


Теперь, когда я знал, что не пойду, я понял, что назвать мое имя будет худшим, что я мог бы сделать. Последнее, что мне нужно было для Оружейник и остальной части СКП, чтобы знать, что я был в Бостоне.


"Месть, - резко сказал я.


Я не был уверен, почему я это сказал; Я знал, что это было сверху, когда я это сказал. Мужчины, с которыми я разговаривал, казалось, воспринимали это всерьез.


Прежде чем они могли задать мне больше вопросов, я взлетел в воздух.


Я решил вернуться к машине и найти место, чтобы вернуться обратно в мою гражданскую одежду. Между тем ничего не было. Перемирие между конечными людьми среди накидок было частью неписаных правил, но были и юридические вопросы.


Преступления, совершенные во время нападений Губитель, были наказаны гораздо жестче, чем в другое время. В первые годы существования людей, оставшихся вне убежищ, возникали проблемы, чтобы они могли грабить, что заставляло других людей бояться покидать свои дома, увеличивая смертность.


Нападения во время нападений Губитель были особенно жестоко наказаны. Во время стресса нападения с огромными массами людей, запертых в крошечных пространствах, было легко начать драки, которые могут привести к сотням травм.


Сказав это, я мог ощущать людей в городе, которые не были в приютах; отдельные маленькие точки света в огромном море небытия.


Когда я услышал бум, я возвращался к машине. Одно из зданий было в огне, и я чувствовал, как минимум, десять человек внутри.


12. тьма.


Последнее, что мне нужно было, чтобы моя форма Харона была замечена как кто-то, спасая людей, а не терроризируя их, поэтому я сменил свое лицо, когда я полетел в воздух, надеюсь, что-то подходящее для общего. Вероятно, это выглядело смутно ужасающим, поскольку у меня не было времени разобраться во всех подробностях, но, надеюсь, связь не будет достигнута.


В конце концов, многие люди носили мотоциклетные наряды, даже герои.


Когда я приблизился к зданию, я понял, что это может быть к лучшему. Я не хотел, чтобы моя другая личность, как известно, тоже посещала Бостон, и был шанс, что агенты Boston СКП смогут идентифицировать мою личность Charon.


Какими бы ни были мои оправдания, не было времени менять наряды.


Чувствуя страх людей внутри, у меня не было бы проблем найти их даже в густом дыме или огне. Выживание дыма было бы чем-то совершенно другим. У меня не было особых способностей, позволяющих дышать дымом, и, хотя я мог бы, вероятно, использовать биокинизис, чтобы изменить свои легкие, чтобы сделать их более эффективными или, по крайней мере, создать фильтры, это потребует проб и ошибок и времени, которые у меня в настоящее время не было ,


Лучше всего было бы входить и выходить как можно быстрее. С этой целью, когда я подошел к зданию, я ускорился. Я положил руки перед моим лицом, и я вспахал окно.


Однажды я прочитал бы это, чтобы пройти через лист закаленного стекла, размер которого должен был составлять сорок миль в час. Мне было шестьдесят. Я мог бы пойти быстрее, но я не был уверен в своей способности быстро или легко маневрировать. Изображений, которые я полностью вырывал из своей упряжи, оставляя меня в нижнем белье, было достаточно, чтобы заставить меня замедлить ход.


Стекло разбилось на тысячи крошечных кусочков, как предполагалось, вместо зубчатых ножей, которые превратились бы в неровное стекло, и я был внутри здания.


Я почувствовал влияние на стену с другой стороны комнаты, и я прошел через нее.


Очевидно, остановка с шестидесяти миль в час в течение двадцати футов была чем-то, что потребовало бы гораздо больше практики или, может быть, даже специализированной власти.


Я, наверное, должен был просто пробить стекло и влететь, но я всегда хотел прорваться сквозь стену, как Александрия, в старых рассказах.


Теперь, когда я был, и никто не видел его, он казался немного пустым.


Я прорвался в какую-то столовую. Была ночь в четверг, и столовая была, к счастью, пуста. Это был не ресторан; у него было два двадцать столов с тяжелыми скатертями. Однако я мог обнаружить людей в соседней комнате, и я плыл по столу в шкаф.


Я легко открыл дверь; с усилием страха, которое у меня было, теперь я, вероятно, мог бросить его, хотя стена и весь путь до штаб-квартиры протектората.


Две женщины-латиноамериканцы, одетые в уборку, были зажаты в шкафу. Они закричали, увидев меня, и стали говорить быстрым языком, которого я не понимал.


Я еще не начал свои языковые классы в Уинслоу; Уинслоу предложил только обычный французский, немецкий и испанский ... у него не было бюджета для большего. Я слышал, что Аркадия также преподавала японский и мандаринский, иронично, так как Уинслоу был ближе к территории АПП.


Даже если бы у меня был выбор языков, я, наверное, изучил немецкий. В Бостоне было гораздо больше населения Латинской Америки, чем Броктон-Бей, и даже это было всего лишь на десять процентов. По крайней мере, с немцем я мог бы узнать, что говорили матросы Империи.


"Я здесь, чтобы помочь", - говорю я глубоким голосом.


Они снова закричали, и я не был уверен, был ли это их страх или проблемы с языком, который мешал им понять меня. В любом случае у меня не было времени на переговоры с ними.


Я смотрел на них на мгновение. Если бы я поднял их на руках, у меня был хороший шанс, что я сильно их обидел. Если бы я схватил их за рубашки, я мог их повесить. К брюкам привела бы к атомному клингу, которого я радовался, что не получил от Софии.


Материал их одежды был тонким и, вероятно, разорвался. Мне нужно было создать какую-то упряжь.


Я повернулся и вернулся в следующую комнату. Я слышал звуки звуков и стоны материалов. Я схватил первую скатерть и провел пальцами по ней. Он двигался по моей команде, даже когда я касался второй скатерти.


Я вернулся к женщине, ткани, завернутые в длинные, змеиные куски веревки. Они закричали, увидев, что позади меня поднимаются веревки, но они ничего не могли сделать.


Через мгновение мы вышли из-под тротуара, женщины кричали и рвались, что казалось мне плохим выбором жизни. Все, что было между ней и смертью, было тонким куском веревки, и если она извивалась, у нее были бы проблемы.


Как только они достигли земли, я снова возвращался в здание. На этот раз я просто разбил окно рукой. Я попытался лететь в комнату, но жара была достаточно интенсивной, и я чувствовал ее даже сквозь ауру, которая меня защищала. Когда я открыл окно, произошел взрыв, и огонь стал еще интенсивнее от кислорода, который вошел в комнату.


Люди в центре этого этажа боялись, но почти не боялись огня, который был вокруг них.


Я подошел к уровню выше и попытался прорваться через пол, чтобы добраться до людей в центре. Пол был легким, но я нашел твердую металлическую стену. Он должен был быть толщиной в несколько дюймов, потому что мне было слишком толсто, чтобы пробить.


Уполномоченный, телекинисон Руне, вероятно, будет достаточно, но я боялся, что у меня все ухудшится. Эти люди были в чем-то вроде огромного хранилища, и они были, вероятно, более безопасными, чем люди, находящиеся за пределами хранилища.


Я решил, что сосредоточиться на полах над огнем на теории о том, что люди на этажах под огнем могут выйти сами по себе. Люди в хранилище я бы сэкономил для последнего.


К счастью, их было мало. Несколько офисных работников, работающих поздно и пойманных в ловушку, когда лифт потерпел неудачу, хозяйка позвал работать на лифте, пару отрывочных людей, которых у меня не было времени, чтобы разобраться в деталях. Я проигнорировал сам огонь в пользу борьбы с людьми, которые оказались в ловушке выше него.


Я мог ощущать людей на этажах ниже побега, предположительно через лестничные клетки.


К тому времени, как я получил последний из них, дым был настолько густым, что я ничего не видел. Он дошел до пола, и последние люди, которых я вынашивал, выглядели так, как будто они нуждались в кислороде, но я ничего не мог сделать для них.


Как только я собрал всех, была толпа из почти двадцати человек, включая отставших с нижних этажей. Я сообщил людям, которых я оставил на том основании, что Симург нападал на Провиденс, а не на Бостон, понимая, что они будут в ужасе оказаться вне убежищ. Я решил атаковать сам огонь. Это был единственный способ связаться с людьми в хранилище.


У меня не было возможности контролировать огонь, но у меня были варианты. Даже необоснованные опасения, что силы Руны смогли поднять почти двадцать тонн, намного выше того, что, по мнению ПХО, она могла. Я подозревал, что, как и многие кейпы, она скрывала истинную степень своей власти в течение времени, когда она ввязалась в драку, которую она не могла победить.


Однако вода весила огромное количество. Двадцать тонн воды будет меньше пяти тысяч галлонов


Обычно власть Руны работала только на дискретных объектах, но теперь она улучшалась, я знал, что я не связан некоторыми из ее обычных ограничений.


Я упал на землю и предупредил группу людей, которых я спас, чтобы вернуться.


Обычно тридцать секунд было самым длинным, чтобы проследить руну за самые большие объекты, на которые могла повлиять Руна. Я продолжал отслеживать более двух минут. Сила, построенная и построенная внутри меня, когда я проследил на газоне перед зданием.


Огромное количество земли и земли поднималось с земли перед зданием. В то время как трава была легковоспламеняющейся, я был на земле, чтобы вытереть огонь, лишив его кислорода.


Страх угасал; очевидно, люди получали новости о том, что Бостон не был целью. Я знал, что у меня мало времени, поэтому я поднялся до уровня огня, земля и песок поднялись позади меня. Я махнул рукой, и каждое окно на этом уровне разбилось.


Цунами земли взорвался на уровне, покрывая все слоем песка толщиной в полфута. Хрупкие внутренние стены были разрушены, так как песок неизбежно пробивался во все. Мне было плохо, но я подозревал, что большинство этих стен уже сожжено.


Я старался не использовать столько сил, чтобы стены, несущие груз, были разрушены. Это заставило бы все здание спуститься, что я не планировал делать.


Взглянув вниз, я увидел, что пару людей, которых я спас, фотографируют с телефонами. Я вздрогнул. Я не сомневался, что СКП получит доступ к этим фотографиям, и они будут встревожены тем, сколько силы я демонстрировал, тем более, что они не знали, что сила, которую я показывал, была лишь временной.


Тщательно погрузился внутрь. Трудно дышать; открытые окна помогали дыму, но были частицы земли и песка, наполняющие воздух. Обычно я бы не входил довольно долго, но внутри меня были люди, и я чувствовал их страх.


Когда стены убрались, я увидел, что центр здания - это какой-то свод. Он был массивным, намного большим, чем любой банк-хранилище, которое я когда-либо видел, и от его размера все здание должно было быть спроектировано для поддержки его веса.


Плавая вокруг свода, я увидел, что была тяжелая дверь, которая была растаяла. Тепло от огня не сделало бы этого; в двери была дырявая дыра, и казалось, что она растаяла изнутри.


Это был источник огня; Я был уверен в этом.


Из лунки не было света; была только темнота. Я не поднес лицо к дыре, опасаясь, что все, что могло сделать дыру, может повториться. Был ли это еще один парахуман или неисправный Тинкертех, я не хотел его составлять.


Тем не менее, внутри были люди, которые боялись, и я не мог игнорировать это. Металл двери был настолько горячим, что чувствовалось жаркое даже сквозь ауру, которая меня защищала. Я провел пальцами по ее поверхности, несмотря на это, и через тридцать секунд вся дверь вырвалась из его места в стене. Сила Руны была бы достаточно сильной, чтобы сделать это сама по себе, но, несмотря на то, что страх угасал из приютов поблизости, все еще было достаточно, чтобы иметь значение.


Внутренняя часть хранилища была совершенно темной. Был небольшой коридор, ведущий к другой двери; все это было механическим и стерильным. Стены были сделаны из металла, и я почувствовал странное чувство предчувствия, когда я приблизился к нему.


У меня не было никакой силы, которая позволила бы мне осветить, но я не мог допустить, чтобы это остановило меня. Мне удалось двигаться, не видя дыма и огня, я мог бы использовать свой страх, чтобы найти выживших здесь.


С единственным светом, который отражался снаружи, все было тускло. Однако мои глаза отрегулировали быстрее, чем у человека, и я понял, что как биокинетику я могу что-то сделать о темноте.


Мне потребовалось почти десять минут детальной работы над моими глазами, ожидающими входа, увеличивая количество стержней в моих глазах и наблюдая, как цвет исчез, и мир стал черно-белым. Кошкам нужен был только шестой свет, чтобы видеть, что люди это сделали, и я мог чувствовать, что мои глаза становятся разрезанными.


Дополнительное время позволило дыму также сдуться, и, по крайней мере, часть пыли должна была оседать. Я пытался изменить свои легкие, чтобы быть более эффективными, но это было отвлекающим и трудным.


Страх, однако, исчез в то время, так что к тому времени, когда я был готов, я почти вернулся к нормальной жизни. Люди в приютах остались там, где они были. Хотя Симург обычно сосредоточился на одном городе, я догадался, что никто не хочет рисковать, чтобы она передумала.


Наконец я плыл в небольшой коридор. Я ожидал, что с течением времени страх исчезнет, ??но это только ухудшилось. Люди внутри двигались, некоторые довольно беспорядочно, и я знал, что что-то происходит, и мне нужно было войти.


Отодвинув внутреннюю дверь, я почувствовал странный запах, из-за которого я вздохнул. Это был запах рвоты, смешанной с мощным запахом немытого тела, смешанного с чем-то еще, что я не мог идентифицировать.


Это вызвало атавистические страхи, и часть меня хотела повернуть назад. Тем не менее, в нем все еще живы, и мне нужно было их найти.


Даже с ночным видением, в шесть раз мощнее обычного человека, я едва мог видеть свою руку перед моим лицом. Из-за меня шел свет, но это был только свет от города, и если бы я повернул за угол, я подозревал, что буду в абсолютной темноте.


Были животные, которые были биолюминесцентными; с достаточным временем и исследованиями, я подозревал, что смогу скопировать эту способность. На данный момент я понятия не имел, как это сделать, и я почувствовал разочарование.


Я повернул за угол, и я нашел другую дверь. Отодвинув его, я был рад видеть, что комната, в которую я входил, тускло освещен значком выхода, который мерцал. Здесь все еще была сила; комнаты для паники, как правило, имеют свои собственные принадлежности.


Мне казалось, что комната ярко освещена. Был стол для совещаний, и большое окно закрыло стену слева от меня.


Я осторожно поплыл к окну, и, глядя на меня, я напрягся.


На полу была большая тварь в комнате внизу. Комната, в которой я была, была в тридцати футах выше камеры, и было очевидно, что в большей части центра комнаты был какой-то лифт, достаточно большой, чтобы транспортировать транспортные средства через центр башни.


Существо было размером со слона, и это был ужас. Из него вырвались куски животных, а щупальца торчали из других частей.


На вершине появилась девушка, и я не был уверен, была ли она жертвой, которая была поглощена ужасной массой, или если она была похожа на кентавр с человеческим торсом и телом, которое ... не было, т человека.


Девушка упала, и казалось, что она спит. Вокруг ее тела были массивные ожоги, но я видел, как они восстанавливались, даже когда я смотрел.


Вокруг нее были тела. Они все были деформированы каким-то образом, и все они были совершенно, ужасно голые. Некоторые из них были относительно нормальными, но пропущенные конечности, в то время как другие были кронинбергскими чудовищами. Все они выглядели мертвыми, некоторые - от ожогов, а другие - от осколков и разрывов.


Там ничего не оживало. Я не мог использовать свое чувство страха в бессознательном, если у них не было кошмара, и даже тогда это было бы бледным отражением истинного страха перед бодрствующим миром.


Моя голова расплылась, когда я понял, что некоторые из людей, которых я отслеживал, исчезают из чувства страха. Страх не исчез сразу; он постепенно исчезал, оставляя следы и остатки позади. Эти люди внезапно исчезали, и это означало, что они умирают.


Я подтолкнул себя вперед, надеясь спасти хотя бы некоторых из них.


Разбежавшись в следующую комнату, я увидел комнату, похожую на военную зону. Хотя это была комната, похожая на комнату, которую я оставил, окно, смотрящее вниз в комнату внизу, было полностью разрушено. Стол переговоров был на куски, и на полу были тела. Все они были так же мутированы, как тела, которые я видел в комнате с монстром.


В комнате было полдюжины человек, все из которых были совершенно голыми. Они окружали человека, который был одет в черный костюм с красной маской и верхней шляпой. Все взгляды смотрели на меня, когда я вошел в комнату, и через мгновение я почувствовал момент дезориентации, когда я внезапно пересек комнату, откуда я был раньше.


Человек в верхней шляпе посмотрел на меня на мгновение, а затем сказал: "Извини, детка".


Через мгновение он исчез в комнате, из которой я только что вышел.


Я почувствовал руку на плече. Там была сила, но прежде, чем я смог потянуться, я почувствовал, что меня скрутили и потянули. Мир дрожал вокруг меня, когда я почувствовал, что меня вытащили из него и в другое место.


13. Зеркало.


Вокруг меня ничего не было, и все было. Я бы поклялся, что это была одна и та же комната, но окно с изображением на стене все еще было целым, и стол переговоров все еще был там. Ущерб, который я видел в комнате, полностью исчез, и свет в комнате был красным.


Свет, исходящий от выходов, уже был несколько красным, но в свете было что-то другое и жуткое. Воздух был тяжелым и неподвижным, и я почувствовал беспокойство, когда я огляделся и не видел ни одного голого человека, которого я видел раньше.


Хуже того, остаточный страх, который я чувствовал от всех в городе, полностью исчез. Осталось только страх перед пятью фигурами, которые быстро отступали от здания; Я не чувствовал никакого другого страха.


Либо все в городе исчезли сразу, либо я соскочил вовремя. Даже это казалось маловероятным, так как всегда было немного беспокойства, когда люди беспокоились о своей повседневной жизни.


Несмотря на то, что я больше не был в Бостоне. Я был где-то в другом месте.


Я левитировал и пробирался обратно через дверной проем, через который прошел мужчина в верхней шляпе. Посмотрев в окно, я не увидел монстра или любого существа, которое я видел на другой стороне; все, что я видел, было пустой комнатой с большим лифтом посередине.


Были огни, когда я проскользнул через проход, но когда я выскользнул наружу, я сразу заметил, что что-то не так.


Весь город был совсем темным. Единственный свет исходил от кроваво-красной луны в небе, и я не видел ни одной звезды.


Мне нужно было добраться до людей, которые все еще боялись. Возможно, у них могут быть ответы на вопрос о том, что произошло, и даже если бы они не были здесь, чтобы спасти их. Меня здесь пустили силой, и было возможно, что тот, кто сделал это, попытается прийти и допросить нас. Тогда я возьму его власть, и я смогу вернуться домой, надеюсь, с остальными.


Я полетел над домами внизу. Они выглядели по-другому в тусклом свете, чем в активном городе, освещенном, как море звезд. Я еще не успел летать; когда я использовал силы Руны на своих ботинках, я был слишком сосредоточен на балансировании и не грохотал, чтобы действительно наслаждаться моей силой.


Когда я вышел, я решил попробовать себя в полете. Это было то, о чем я мечтал как о ребенке больше всего, когда играл в Александрию, и даже если бы это был не тот рейс, на который я надеялся, это было самое близкое, что я получил бы.


С моей усиленной ночной жизнью я увидел пять фигур на широком шоссе внизу. Были машины, припаркованные, но в городе не было движения, кроме них.


Была девушка, бегущая; на ней был черный костюм, на котором были украшены красные солнца. Она толкала девушку в инвалидном кресле со скоростью, которая должна была быть небезопасной, и эта девушка упала. Я надеялся, что с ней все в порядке, но я не мог быть уверен. Я не испытывал к ней такого же страха, как и от других, поэтому я предположил, что она должна быть без сознания, по крайней мере.


Мужская фигура, одетая в черные доспехи, бросала что-то позади. Были взрывы, но я не мог понять, чем он сражается.


Последний член их группы даже не носил костюм. На нем была нормальная одежда, и у него был пистолет, который он стрелял позади него.


Я попытался посмотреть, на что они напали, но все, что я видел, было девятиметровым медведем, стоящим в квартале. Он рубил то, что я не мог видеть, и раны появлялись на его теле.


Через мгновение он ревел от боли, и он исчез. Я видела, как девушка в инвалидном кресле просыпалась от крика.


Я был осторожен, когда я полетел к ним. Я не был уверен, какие у них были силы, но их костюмы означали, что у меня было бы хоть немного проблемы с копированием трех из них. Я даже не был уверен, что у двух других даже есть силы.


"Я здесь, чтобы помочь!" - позвал я.


Несмотря на мою попытку успокоить их, девушка с красными солнечными лучами повернулась и взорвала меня огненным огнем. Я ослеп, так как глаза, предназначенные для тусклости, внезапно должны были справиться со светом, освещенным небом. Я успел вырваться в сторону как раз вовремя, и я почувствовал жар шара, когда он пролетел мимо меня. Мяч был больше моей головы.


"Эй!" - жаловался я, позволив себе упасть на землю. "Нам нужно работать вместе".


"Ты не из клонов!" - испуганно воскликнула девушка, которая стреляла в меня. "Сожалею."


Они остановились на мгновение, когда они повернулись, чтобы разобраться со мной. Мне все еще было не ясно, что происходит, но из-за звуков их задыхающихся дыханий и пота на мальчика без костюма казалось, что они бежали некоторое время.


"Они идут", - сказала девушка в инвалидной коляске. "Я не мог остановить их".


"Мы не можем оставаться и говорить", - сказала девушка, которая стреляла в меня. "Если у вас нет способа вытащить нас отсюда, нам придется бежать".


"Я даже не знаю, где это", - сказал я.


"Мы находимся по ту сторону зеркала", - сказал человек в черной броне. "И нет пути назад, если клоны нас не захотят".


"С чего ты бежишь?"


"Есть ... вещи ... здесь. Вы не можете их увидеть или повредить, но они могут причинить вам вред ", - сказала девушка в инвалидной коляске. "Я надеялся, что мой прогноз может повлиять на них, но это не сработало".


"Ничто не работает ... огонь, бросая машины ... они неосязаемы, и даже если бы они не были, мы не могли их видеть", сказала девушка из солнечных лучей. "Они никогда не останавливаются".


Мне пришла в голову идея. В теневом состоянии Софии я был более или менее неосязаемым; возможно, я смогу повлиять на то, что это было, что повлияло на них, по крайней мере, достаточно долго, чтобы они ушли.


Разумеется, не было никакой гарантии, что я смогу повлиять на них; возможно, что мы можем быть на двух совершенно отдельных состояниях действительности. Тем не менее, это был лучший вариант, который у нас был на данный момент.


"Я их отрисую", - сказал я. "Вы, ребята, бежите, и я догоню. У меня есть вопросы.


Они взглянули друг на друга и кивнули.


Я повернулся и приземлился, посадив ноги. Улица, с которой я стояла сейчас, была совершенно пустой, и не было никакого движения, кроме каких-то бумаг на улице, которые двигались на ветру.


Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я не чувствовал никакого ветра, так как я пришел сюда. Если эти существа были неосязаемы, они должны были делать это сознательно, как способ нервировать меня.


Невидимым существам было трудно победить, если они не смогли приблизиться к атаке. Лучше всего было убедиться, что они закрылись.


"Эй!" - закричал я. "Почему бы тебе не попытаться разобраться с кем-то своим собственным размером? Или ты боишься?


Мне жаль, что у меня были лучшие оскорбления, но я не знал достаточно о кейпы, которые создавали эти вещи, чтобы знать, что может заставить их атаковать.


Через мгновение они были на мне. Я почувствовал, как что-то ударило о грудь, после чего на меня напали руки и лицо. Это было похоже на то, что случилось с медвежьей конструкцией, за исключением того, что я был достаточно жестким, что атаки только ужалили.


Если бы они поняли, что они не влияют на меня, они просто течет мимо меня и снова идут за другими, поэтому я знал, что не могу позволить себе задержать.


Я перешел в тень и набросился. В тот момент, когда я ударил одного из них, я понял, что мы не совсем на одной частоте; удары по ним были похожи на то, что я двигал кулаком через густой гель. Я услышал крик; мой удар им был болезненным для них.


Однако, когда меня снова ударили, я понял, что превращение в тень сделало меня более уязвимым, а не меньше. Первый слэш на моей руке сделал больше, чем жало. Мой биокинизис сказал мне, что был создан небольшой разрез, меньше, чем то, что могло бы случиться с кем-то без моей власти, но все еще касалось.


Вслепую, вслепую, мне удалось поймать другого. Он взвизгнул и отшвырнул, даже когда другие атаковали.


Порезы не повлияли на мою одежду, а это означало, что доспехи не были бы против них.


Я накапливал сокращения с угрожающей скоростью, однако, на это был только вопрос времени, прежде чем они заставили меня где-то жизненно важным, как и мой глаз.


Тем не менее, я должен был дать другим время скрыться. Я чувствовал, что они все еще двигаются, и я должен продолжать идти, пока они не остановятся.


Это не было чем-то вроде моих классов Эскримы. Я не видел их вообще, и поэтому я просто крутился вокруг. Мне нужно было оружие, до которого дошло, что-то, что я мог бы крутить и использовать, чтобы поразить те, которые я не мог видеть.


Я уронил веревку веревки скатерти где-то по пути; Я не думаю, что они сделали переход к этому миру со мной.


Вернувшись к моему нормальному состоянию, я начал бежать в направлении, перпендикулярном тому, где другие бежали, надеясь отвести их от других. Как я и надеялся, нападавшие все время ругались, боль притуплялась, так как меня лучше защищали в этом состоянии, чем в моем теневом состоянии.


Когда я побежал, я искал все, что мог использовать. Я мог сделать вещи неосязаемыми и бросить их через стены, а это означало, что я мог бы использовать оружие, чтобы причинить им боль. Оружейник распространило бы мою досягаемость и оттеснило бы их от меня.


Я мог летать, но я подозревал, что они не могут. Они не приходили за мной, когда я летел, и если они решили, что я не в их распоряжении, они могут просто вернуться к своей погоне за другими.


Необходимость импровизировать оружие была чем-то, что подчеркивал мой мастер Эскрима. Маловероятно, что я собирался найти магазин оружия на любой случайной улице в Бостоне, но я мог бы найти что-то, что мог бы использовать вместо этого.


Когда я повернул в другой угол, я был благодарен, что держался в форме. Мне пришлось преднамеренно замедлить сейчас; Я подозревал, что все, что было за мной, было быстрее, чем я.


Я усмехнулся, увидев большой коробчатый магазин в полуквартале, окруженный большой парковкой. У Home Depot было все, что мне было нужно, и я мог бы заставить их думать, что я пытался скрыться.


Дайвинг через стену, я оказался в месте, которое было почти черным даже с моим улучшенным видением. Мне нужно было получить какой-то фонарик, если я собираюсь продолжать делать такие вещи.


Мне пришла в голову мысль и вытащила мой телефон из кармана. Я открыл его, и света с телефона было достаточно, что с моим взглядом на кошку я мог видеть вокруг меня довольно хорошо.


Я должен был продолжать постукивать по телефону, или это будет тусклым, и я увидел, что неудивительно, что нет баров. Я задавался вопросом, есть ли способ использовать вспышку на моем телефоне в качестве фонарика; возможно, было, но я был новичком с моим телефоном и был слишком вовлечен в изучение моих возможностей, чтобы сделать многое с моим телефоном.


Тот факт, что телефон немного походил на предательство памяти моей матери, по-видимому, не позволял мне полностью инвестировать в него. По этой причине она умерла в текстовых сообщениях и вождении, и мой отец запретил их из дома.


Я почувствовал знакомое жало, и я понял, что мне нужно продолжать двигаться, прежде чем они убили меня смертью тысяч разрезов.


Проезжая граблями и другим садовым инвентарем, я подумал об их использовании, но я подозревал, что у меня будет только одна возможность, и я хотел бы сделать все возможное. Я притворялся, что получил ранения больше, чем я должен был удержать невидимых нападавших. Если бы они знали, что я не пострадал, они бы уже давно отказались.


Наконец я нашел то, что выглядело так, как будто это было бы очень полезно. Кольцевая цепь с четырьмя футами. Согласно пакету, он сломался бы чуть меньше пяти тонн, но для этого мне это не понадобилось.


Я разорвал коробку и провел пальцами по цепи. Это было бы прекрасно.


Чувствуя, что остальные, наконец, остановились, я схватил цепь, а затем я превратил тень и взлетел прямо вверх и прочь от того, что напало на меня. Не было никаких оснований сообщать им, что я запланировал.


Я полетел так быстро, как мог, и повернулся к тени, чтобы пройти через здания. Предположительно, они не могли видеть сквозь стены или скрывать, что ничего хорошего не принесет.


Остановившись в двух кварталах от того места, где скрывались другие, я ожидал пять минут, чтобы снова атаковать. Когда этого не произошло, я продолжил рассказывать о том, где я могу почувствовать остатки следов своего страха.


Они были заперты в жилом доме. Я повернулся к тени и прошел сквозь стену. Один из них был отделен от других, и я подумал, что с ним легче справиться. У других были силы и были нервными.


Я вышел в ванную, и я побледнел, когда понял, почему этот был один.


Мальчик без костюма стоял. Он немного подергивался, увидев меня, но он едва ответил. "Эй, - сказал он, застегнув молнию.


Мое лицо было бы красным, как биение, если бы я не был биокинетикой. Как-то я потратил немного времени, пытаясь справиться с моей автономной реакцией, поскольку он безуспешно пытался вымыть руки. Не было воды.


Он не понимал, что я женщина. Я забыл об этом на мгновение.


"Привет, ребята!" - сказал он. "Наш посетитель вернулся".


Все остальные собрались в гостиной. Картины были на стене старшего может и их детей. Когда я прошел мимо зеркала в зале, я застыл. Я видел движение в зеркале; глядя сквозь нее, я видел, как пожилая женщина медленно двигалась по коридору.


"Где мы?" - спросил я.


Девушка с солнечными очками на ее костюме вздохнула и сказала: "Вы видели девушку в камере лифта, верно?"


"Монстр?" - спросил я. "Я не был уверен, было ли это частью ее или она ее ела".


"Она наш друг. Она может создавать клоны людей, которые либо обладают такими же способностями, либо искривленной личностью, либо искривленными версиями полномочий оригинала ".


"Тогда у них нормальная личность?"


"Нет ... они все еще скручены", - сказала девушка. "Первые, которые она делает, более жесткие, чем оригинальные, хотя они становятся слабее, чем больше из них она делает".


"У тебя с ней выпало?" - спросил я. "Почему она обратила их против тебя?"


"Клоны, которых она ненавидит оригинал, хотят уничтожить все, о чем заботились оригиналы", - сказала девушка. "И я не уверен, что она была в здравом уме, когда все спустилось".


"Что случилось?" - спросил я.


"Мы пытались получить помощь от Аккорда, парахумана, которому принадлежало здание, в котором мы находились, чтобы помочь исправить Ноэль. Она оказалась в ловушке, и со временем становится все хуже. Она просто продолжает становиться все больше и больше ... это не скоро, пока мы не сможем скрыть ее ".


Согласие ... название показалось знакомым, хотя я не мог его полностью разместить.


"Он обеспечил, что место было в ... лифте достаточно велико, чтобы перевезти грузовики, и он бежит прямо к середине здания, и он пообещал попытаться помочь ей в обмен на то, что мы работаем на него".


Я кивнул внимательно. Все выглядели истощенными и подавленными.


"Все шло хорошо, пока не прозвучали проклятые гребцы Губитель. Ноэль ... она испугалась Симурга, и когда она услышала сирены, она попыталась убежать. У Аккорда есть свои парахуманы, и когда они пытались помешать ей уйти, она их съела.


"Что?" - спросил я ровно.


"Парахуманы, которых она ела, все еще живы", - вмешалась девушка в инвалидной коляске. "Пока они находятся внутри нее, их силы нейтрализуются, и она может делать клоны с копиями своих сил. Как только они выйдут, она больше не сможет клонировать.


Они были осторожны, чтобы подчеркнуть слово парахуман. Значит ли это, что нормальные люди, которые были поглощены, не выжили? Сколько охранников пытались остановить женщину с размером слона, которая паниковала и пыталась убежать на улицы Бостона?


"Она начала есть все больше и больше мужчин и выплескивала их копии ... Я попыталась остановить ее, и она на самом деле съела меня, прежде чем она смогла остановить себя", - сказала девушка с солнцем на ее одежде. "Она остановилась после нескольких клонов и выплюнула меня, но я могу сказать вам ... это ад там".


Она вздрогнула, и, пока я не мог видеть ее лица, я мог сказать по ее голосу, что это был опыт, который никто не хотел повторять.


"Итак, как мы здесь?"


"Она сделала много копий Отелло", - сказал человек в черных доспехах. "Оригинал может войти в зеркальную вселенную и позволить его невидимому зеркальному изображению атаковать людей в реальном мире. Закрученные версии ввергают людей в зеркальную вселенную ".


"Как мы вернемся?" - спросил я.


"Мы этого не делаем, - сказал мальчик без костюма. "Если у вас нет какой-то способности к прыжкам, мы здесь долгое время. Клоны Othello уже убили оригинал, поэтому нам просто нужно надеяться, что он нас не очень любит.


Поскольку чем больше оригинал им нравился, тем больше клонов хотели бы, чтобы они были мертвы.


Дом был без света или воды. Это означало, что мы все были в глубокой беде; даже без невидимых сил, преследующих нас, нехватка воды убила бы всех нас за несколько дней. Даже с биокинизом было только столько, что я мог сделать, чтобы мое тело сохраняло воду.


"Эй ..." - спросил я внезапно. "Вы, парни, пахнете дымом?"


Мальчик без костюма начал говорить, но потом он упал. Кровь забрызгала стену позади него.


Они нас нашли.


14. Оковы.


Мне стало лучше реагировать на внезапные атаки. Как только я увидел, что тело мальчика падало, я переключился на тень и начал набрасываться, надеясь, что смогу отвлечь существ достаточно долго, чтобы остальные могли убежать.


У них, видимо, был большой опыт в подобных встречах, потому что человек в черных доспехах коснулся стены, и он взорвался наружу, создав огромный пробел, от которого все могли убежать.


С другой стороны, были три голые женщины. У всех были уродливые выражения на их лицах, и все они были в огне.


Девушка с солнечными очками на ее костюме застыла, и я догадался, что это были ее клоны.


Я решил быть уверенным, чтобы тебя не съела чудовищная женщина. Множество людей с моими силами и желание уничтожить меня и мою семью было бы кошмаром.


Все три женщины обвинялись, размахивая руками. По-видимому, они не смогли спроектировать огонь так, как она делала, хотя у одного из них был топор, и он горел без признаков его повреждения.


Я отказался от своих попыток сразиться с невидимыми фигурами, и я неохотно пронесся через других, направляясь прямо к ведущей женщине с топором. Я стал твердым, когда она размахивала топором, хватая ее и хватая ее за горло, когда я это делал.


Это было похоже на погружение моих рук в расплавленную лаву, больше боли, чем я когда-либо испытывал. Пламя, которое она производила, намного превосходило мое тело, которое ограничивало способность защищать себя, оставляя мои руки пузырями и сожженными.


Она закричала, когда я коснулся ее. Я почувствовал, как ее сила вошла в меня, и когда я ее лицо, она начала таять.


Часть ее власти просто существовала, и как только я убрал ее, она не могла удержаться. Пламя, окружавшее ее тело, подмигивало, и плоть начала ужасно отрывать кости.


Все остановились, глядя на заклинания. Ей потребовалось почти минутку, чтобы умереть, и она все время болела и мучилась. Когда это было сделано, все, что осталось от нее, было кучей шлама на траве.


Прежде чем другие двое могли отреагировать, я набросился и схватил их, и они тоже начали процесс растворения в ничто. Поскольку их полномочия были такими же, как и в первом, я не получил ничего нового. Пламя, которое я мог создать, было не в три раза мощнее, и я не был в три раза невосприимчив к пламени.


"Входи в машину!" - закричал я, указывая на одну из машин на обочине. "Я позабочусь о тебе."


Они не стали спорить. Человек в черных доспехах коснулся окна, которое разбилось, и через мгновение они все вошли в машину, даже когда я сражался с призраками. Они покидали инвалидное кресло девушки и несли ее, а мальчика бросили на мужчину в черном доспехах.


На этот раз умнее, только несколько из них помогли мне, а остальные пошли за другими. Человек в черных доспехах застонал, поскольку он, очевидно, был поражен.


Я снова бросил бой и бросился к машине. Я провел пальцами по машине в течение десяти секунд, даже когда другие кричали на меня, чтобы поторопиться.


Через мгновение мы все вышли в воздух, и мы были в отъезде.


Я слышал всхлипывание изнутри. Я не спрашивал, кто плачет, потому что я действительно не хотел этого знать.


Потребовалось пять минут, чтобы найти место по всему городу, чтобы остановить машину. Я знал, что тот, кто контролирует невидимые вещи, будет следить за тем, куда мы приземлились, и попытался бы оценить, откуда мы.


Нам не пришлось бы долго планировать то, что мы собирались делать, но у меня возникло подозрение, что мои новые полномочия будут иметь значение.


"Что, черт возьми, это было?" Спросил мужчина в черном костюме.


Они принесли мальчику, у которого перерезали горло, и отчаянно пытались выдержать кровь в машине, но они не увенчались успехом. Я слышал всхлипывание внутри машины.


"Что?"


"Вы растопили лица людей?" - спросил он. У него все еще была кровь по всему его костюму от его мертвого друга.


Я пожал плечами. "По всей видимости."


Лучше они думают, что я способен на что-то чудовищное, чем то, что они осознают мою действительную силу. Это может сделать их немного более осторожными в том, чтобы напасть на меня и в будущем.


Я попытался помочь им вытащить девушку из машины, коснуться ее одежды и левитировать ее.


Мы были у больницы, и поэтому найти другое кресло-коляск не заставили себя долго ждать. Остальные оставили мальчика в машине. Хотя они были явно расстроены его смертью, таща его, не помогли бы остальным из них выживать лучше.


"Мы не можем продолжать делать это", - сказала девушка в снаряжении для солнечных лучей. "Они нас найдут, или они оставят нас, и мы умрем от жажды".


"У меня есть идея", - сказал я. "Что-то, что должно купить нам хотя бы немного времени".


"Да?"


"Во-первых, кто ты, ребята?"


"Я баллистический, - сказал человек в черной доспехе. "Это Солнышко, а девушка на стуле -" Бытие ".


Я колебался. Я не хотел использовать имя Charon, которое СКП дал мне, а не с этим лицом, но я даже не выбрал имя для третьего лица.


"Я новичок", - сказал я. "На самом деле не принято имя."


"Тогда я позвоню тебе, Арк, - быстро сказал Баллистик. Он почти, казалось, ждал меня, чтобы спросить, и поэтому я вздохнул и стал его обязанным.


"Зачем?"


"Вы растопили лица, как Ковчег Завета, из фильмов Индианы Джонса", - сказал он.


"Хорошо, - сказал я. Я не видел фильм, даже если бы услышал, как папа об этом говорит, но не было времени спорить.


"Кто-нибудь из вас видел какие-либо доказательства того, что эти вещи могут летать?" - спросил я.


Они посмотрели на меня и покачали головами.


"Поэтому, когда придет время встретиться с ними, мы нуждаемся в вас где-то там, где они не могут добраться", - сказал я. "Я единственный, кто может сражаться с ними, и я не могу этого сделать, если они просто обойдутся, чтобы добраться до вас".


"Мы могли бы пойти на вершину гаража и уничтожить рампу, которая ведет к ней", - сказал Бытие. "Если они не могут летать, им придется взбираться вверх, что они, возможно, не смогут сделать, если они неосязаемы".


Я кивнул. "Вы все должны ждать в машине там; если мы ошибаемся, я смогу переместить вас в другое место, и мы сможем попробовать что-то еще ".


Между моей упряжкой и транспортным средством я мог только манипулировать одной или двумя другими вещами с помощью Руны. Мне нужно будет подсчитать.


Мы добрались до гаража. Он был заполнен автомобилями, и я подумал, не создала ли власть эти объекты целую ткань или все здесь было какой-то иллюзией. Я подозревал, что только ограниченная часть города была дублирована, и поэтому не было воды или власти; водонапорные башни и электростанции не были продублированы, поэтому воды не было.


В туалете была вода, а это означало, что в трубах была вода, но если бы это было иллюзорно, это не питало бы тело и могло бы нанести реальный вред, если бы тело попыталось интегрировать его.


В то время как другие были заняты своими силами, чтобы разрушить рампу, я сосредоточился на исцелении пузырей на руках. Они были плохими, и я сомневался, что к тому времени, когда придут призраки, я буду полностью излечен, но, по крайней мере, я смогу удержать вещи.


Я отметил те транспортные средства, которые они планировали использовать, пикап, а затем я подошел к нижнему уровню, чтобы подождать.


Борьба с невидимым врагом была расстраивающей. Мне очень пришлось подождать, пока они не нападут на меня, и если бы я был менее жестким, это было бы концом меня. Я читал, что СКП больше всего ненавидел "Мастеров и незнакомцев", вероятно, потому, что с ними было труднее защищаться.


В конце концов, даже с Брутом, столь же могущественным, как и Губитель, все, что вам нужно было сделать, это принести много огневой мощи. Рано или поздно что-то пройдет. С Мастером или Незнакомцем вы можете даже не знать, что вы были в драке, пока это не закончилось.


Помимо моей способности изменить свое лицо, у меня действительно не было никаких чужих способностей, что я хотел исправить, как только смог. Быть способным подкрасться к людям было бы неоценимым в том, что я должен был сделать.


Прежде чем я смог вспомнить, я услышал крик сверху. Грузовик был на краю дыры выше меня, в девяти футах над кучей щебня, созданного из-за разрушения рампы, и поэтому я мог видеть это, и поэтому путешественники могли мне помочь, если бы было больше клонов вместо просто невидимых призраков.


Прежде чем я смогла отреагировать, я почувствовала колющее ощущение в горле. По-видимому, они решили, что если перерезать горло не получится, они будут использовать то, что они используют, чтобы увидеть, работает ли это лучше.


Я почувствовал удары по лицу, у меня в горле, у внутренних локтей, и хотя ни один из них не наносил сколько-нибудь заметных повреждений, они причиняли боль больше, чем я привык. Я притворился больным больше, чем был; Я предупредил путешественников, что собираюсь это сделать. Как и я, я схватил цепь, которую я взял из Домашнего депо. Я обернул его вокруг моей руки, и я закрыл глаза на мгновение.


Через мгновение я был в огне. Огонь охватил меня с ног до головы, и, когда я вошел в свое теневое состояние, я развернул цепь вокруг меня на высоте груди, контролируемую телекинезом Руны, и освещенный мутантной версией пламени Солнышко.


Цепь пролетела сквозь тела призраков, и они закричали, потому что огня, которого хватило, чтобы плохо сожгать меня, было достаточно, чтобы сжечь их до глубины души, даже приглушенное, будучи немного отличающимся от неосязаемого.


Шесть голых мужчин появились вокруг меня, ошеломленные. Я схватил ближайшего ко мне и потянул к себе. Он начал кричать и растворяться, и я снова развернул цепь.


Остальные пять человек были мертвы, прежде чем у них появилась возможность проскользнуть в реальный мир.


Я задавался вопросом, нужно ли им бродить по улицам реального мира Бостон в обнаженном виде. Если это так значит, что сирены Губитель еще не назвали все ясно?


"Ты украл силы!" - вздохнул сверху сверху.


Я посмотрел на нее, мое тело все еще ярко вспыхивало от пламени, снятого с ее клонов, и на мгновение я решил оставить их в этом месте. Я мог принести им пищу и воду, и они могли бы легко выжить.


Все, что мне нужно было сделать, это ускользнуть, и они ничего не смогут сделать. Это было бы только временно, пока меня не выгнали в реальном мире. Учитывая то, что я сделал с биокинетическим ребенком, он, возможно, уже вышел из жизни и был известен.


Я покачал головой. Я не стал героем, чтобы посадить невинных людей, потому что они были неудобны. Не похоже, что эти люди были злодеями. Из того, что они сказали мне, что они наемники, и они были вынуждены в этом, потому что им нужна была помощь от их друга-монстра.


Я вздохнул и взлетел сквозь отверстие.


"Я не говорю, что это правда", - сказал я. "Но если это так, что ты собираешься делать?"


Солнышко снял маску. Под ним было лицо, идентичное лицу, которое я видел. Она была привлекательной молодой блондинкой с нежными чертами лица и длинной шеей. Вместо страха или отвращения я думал, что увижу, я только видел волнение.


"Ты можешь спасти Ноэль, - сказала она. На ее лице появилось выражение надежды, рассветное волнение при возможности, которая раньше была только академической.


"Что?" - спросил я ровно.


"Вы крадете силы ... вот почему клоны исчезли. Если вы возьмете Ноэль, она вернется к нормальной жизни. Я даже не хочу своей власти. Вы можете это сделать, если вы просто исправите Ноэль!


Я приземлился и отступил назад, шатаясь вплотную к краю ямы.


"Я не могу", сказал я.


"Почему бы и нет?" - настойчиво спросил Баллистикик, вылезая из грузовика. "Ноэль - хорошая девочка ... она никогда не просила об этом! Если бы она знала, что произойдет, она никогда бы не выпила этот флакон ...


"Какой флакон?" - спросил я, отчаянно пытаясь отвлечь разговор от мысли, что я становлюсь отвратительной женщиной-кентавром с буквальными ужасающими вещами, торчащими из меня.


"Мы получили наши силы от найденных флаконов, - признался Солнышко. "Для всех нас было недостаточно, и поэтому Ноэль и Оливер разделили флакон".


"Люди не получают силы от флаконов", - сказал я. Я колебался. "Вы имеете в виду, что есть люди, которые могут выдавать полномочия?"


"Были инструкции, которые поступали с флаконами", - сказал Баллистик. "Они выглядели довольно профессионально. Силы не были предназначены для нас, а это значит, что кто-то их раздает ".


Я почувствовал внезапный удар боли в голове. У меня внезапное видение того, что меня выпустили из моего шкафчика ... женщины в федерации?


Как только воспоминание мелькнуло у меня в голове, оно ускользнуло. Я покачал головой. Даже если это было правдой, я не мог найти этих людей или что-то сделать с ними.


"У вас нет причин для того, чтобы вы нам не помогали", - сказал Солнышко, уходя, поднявшись и схватив меня за руку. Пожары утихли, но я подозревал, что ее все равно не сожгли.


Учитывая то, что она видела, что я делала с клонами, я подумал, что это смело, даже позволить мне коснуться ее. Она не знала, что мне все-таки нужно коснуться кожи, и я, вероятно, был достаточно быстрым, чтобы коснуться ее лица, прежде чем она смогла отступить.


"Я не могу включить и выключить эти силы", мягко сказал я. Я отдернул руки от нее. "Если я возьму их, это будет то же самое для меня, как и для первоначальных владельцев".


"Итак, если вы возьмете ее власть ..." - сказал Баллистик.


"Я стану ей", - сказал я. "И мне очень жаль, но денег нет, и это будет стоить того".


Солнышко нахмурилась и плечи упали.


"Однако это не означает, что не может быть сочетания сил, которые могли бы ей помочь", - сказал я. "И я был бы счастлив сделать все, что не позволяло мне рвать людей клонов".


Они долго молчали.


"Вы считали Панацею?" - спросил я. "Однажды я ее исцелил, и я был близоруким. Она постоянно ремонтировала мое зрение.


"Изменение линз в ваших глазах - довольно маленькая вещь, - сказал Баллистик. "Я никогда не слышал, чтобы Панацея могла изменить людей по-крупному".


"Мысцы скрывают свою реальную силу", - сказал я. "Возможно, она тоже. Если бы люди знали, что она может сменить людей на все, что захочет, они будут гораздо более неохотно позволить ей исцелить их ".


"Ты знаешь, что она может?" Спросил Солнышко.


Я покачал головой. "Спросить ее тоже не получится, потому что она, вероятно, не хочет, чтобы люди знали".


"В любом случае это не сработает", - сказал Баллистик, его голос был мрачным. "Ноэль стремится втягивать в нее людей, когда ей угрожает опасность. Вы начинаете менять вещи, и у нее, вероятно, будет паническая атака, и как только Панацея окажется внутри нее, ее полномочия не будут работать вообще ".


"Значит, вы получаете мастера, или кто-то может парализовать ее, или Трамп, способный временно нейтрализовать ее полномочия", - сказал я. "Я не думаю, что это то, что может сделать любой человек. Даже если какие бы изменения Панацея не были временными, вы сказали мне, что потребовалось некоторое время для того, чтобы она выросла. Разве вам не лучше начинать с нуля?


"Мы должны быть осторожны, - сказал Баллистик. "Если Панацея так же опасна, как вы говорите, мне бы не хотелось видеть злую версию. Она будет хуже, чем Ампутация.


Мы долго молчали. Было неловко даже воспитывать имя одной из Бойцовской Девяти, как будто называть их каким-то образом вызывали бы их как призрак на вечеринке детства.


"Так ты сможешь вытащить нас отсюда?" - спросил Баллистик.


Я кивнул. "Нам нужна отражающая поверхность, чтобы войти или покинуть это место. Если я сделаю зеркало клоном здесь, и он будет убит, меня автоматически потянут, как эти ребята, но в противном случае мне нужна отражающая поверхность ".


"В комнате, куда нас сюда направляли, не было отражающей поверхности, - возразил Баллистик.


"По всей комнате были осколки стекла", - сказал я. "Я полагаю, что некоторые клоны наступали на них, когда они касались тебя".


"Будет ли зеркало грузовика?" Спросила Генезис.


Я кивнул.


"Меня трогают, - сказал я. "Мы едем домой."


Я коснулся зеркала, и через мгновение красноватая луна вокруг нас исчезла. На его месте была красивая обычная луна.


Грузовик исчез, и Генезис упала на пол с криком. Мы переместили грузовик, и его оригинал вернулся туда, где мы его нашли. Коляска, на которой она была на задней части грузовика, тоже исчезла.


По-видимому, я не мог создавать зеркальные изображения объектов и продавать их.


Несмотря на все, что мы были дома.


15. Схрон.


Освободив энергию, которая создала маленькую карманную вселенную, я вздохнул с облегчением.


Мне бы понравилось создавать несколько карманов, но для создания каждого из них было достаточно энергии. У меня были идеи, как использовать власть; Я искал еще одну мощь Скрытник, и это могло бы подставить счет.


"Твой друг, вероятно, окажется в больнице, - сказал я. "Но я не уверен. Быть в зеркальном мире, когда я стираю, это рискованно ".


Я не был полностью уверен, что произойдет, но у меня возникло ощущение, что это не понравится.


"Мы справимся с этим, - коротко сказал Баллистик. Он посмотрел на край парковки. "Похоже, люди выходят из приютов Губитель. Думаю, все должно быть кончено.


Я тихонько кивнул. "Мне жаль, что мы не смогли его спасти".


"Это произойдет рано или поздно", - сказал Солнышко. "Ты просто помог убедиться, что этого не случилось с остальными".


"Я имел в виду то, что я сказал о желании помочь", - сказал я. Я колебался. "У меня есть телефон ... это не персональный телефон, и я вынимаю батареи, поэтому СКП не может отслеживать меня, но продолжайте пытаться, и я вернусь к вам".


Я быстро обменялся номерами с Солнышко, положив их в свой телефон. Я не мог поступить по телефону по понятным причинам; если бы хулиганы сделали то, что они сделали с флейтой мамы, они сделали бы гораздо хуже для телефона.


Тем не менее, было хорошо осознать, что я не одинок во всем этом. Чувство, что я должен был скрыть то, что я опасался, что я подвергнусь остракизму, сделал невозможным искать других кейпов. Может быть, мне не обязательно быть одному.


"Хм ... Кр ... Трикстер может быть немного рывком, но не позволяйте этому отделять вас от остальных".


Я подумал о том, чтобы предложить им помощь, чтобы заставить Genesis спуститься, когда я понял, что папа должен был выбраться из приютов. Страх, который наполнил все, исчез, и я не был уверен, что смогу его отследить.


"Я увижу вас, ребята, позже", - сказал я.


Я упал со стороны парковки, и, когда я полетел, я подумал о том, куда буду идти дальше. Цепочка, которую я использовал, исчезла; он был сделан из эфемерного зеркального материала, который был реален только в этой другой вселенной. Мне понадобится большая, лучшая цепь ... длиннее и толще. С силой Руны я не ограничивался обычной физикой, и это позволило бы мне расширить силу забастовщика, которую я получил от клонов Солнышко.


Мой телефон зазвонил, и я поднял его. Это был папа.


"Я хорошо", - сказал я. "Я встречу тебя в машине. Хм ... где это было снова?


Чем скорее я смогу подобрать мыслительную силу, тем лучше.


***********


Провидение было полностью потеряно.


Он должен был быть покрыт куполом, люди внутри отброшены, как нежелательный мусор. Я не мог не чувствовать огромного чувства вины.


Объективно я знал, что, вероятно, не мог бы сильно повлиять, даже усиленный страхами целого города, силы, которые у меня были в то время, были бы недостаточными, чтобы остановить ее. Единственный способ, которым я мог это сделать, - украсть силы людей, которые были внизу, но еще не мертвы; и если бы было обнаружено, что я делаю это, в мире не было бы кейпа, который бы не пришел за мной.


Тем не менее ... возможно, я мог что-то сделать.


Атака была менее чем в ста милях от залива Броктон, и все же дети в школе действовали так, как будто ничего не случилось. Я мог бы подумать, что они совершенно невежественны, если я не видел напряженного взгляда на их улыбки, как их смех звенел немного фальшивым.


Все делали все возможное, чтобы притворяться, что все нормально; делать что-нибудь еще было бы признанием, что мы все были бы в ловушке в аду. Симург был худшим из Губителей. Другие будут убивать вас и вашу семью, но те, кто выжил, смогут забрать свои жизни и начать все заново.


Те, кого затронул Симург, хотя и стали париями ... был риск того, что мамы будут убивать сыновей, любовники будут убивать друг друга или, что еще хуже, вдохновит других убить. Люди в карантинных зонах никогда не могли полностью доверять своим семьям или даже самим себе.


Жизнь в карантинной зоне была похожа на КЛЕТКА, за исключением того, что она была предназначена для нормальных людей, и все внутри были невиновны в отношении любых преступлений. Все они были осуждены за преступления, которые они еще не совершили.


София была единственной, кто не удосужился притвориться. Она была злой и раздражительной, и на этот раз я был не единственным, кого она вызвала.


Должно быть, она убила ее, чтобы не принять участие в битве, хотя она была бы еще более бесполезной, чем я. В то же время ей нужно было облегчиться, и я подозревал, что она ненавидит это чувство, рассматривая это как признак слабости.


Тем не менее, мои новые силы ускользали, чтобы съесть обед. Уклонившись от альтернативной версии ванной для девочек, чтобы пообедать, я просто должен был быть спокойным, если бы был близок к любым зеркальным поверхностям. Я мог бы выбрать, был ли я замечен или нет, и насколько я был на другой стороне зеркала. Тем не менее, я не мог ощутить страх перед разнообразием, что означало, что я должен был слушать людей, а также следил за ними.


Быть пойманным, возвращаясь из зеркального царства, меня будет так же уверенно, как и все. Последнее, что я хотел сделать, - это сам по себе сэндвич с ветчиной и балои.


Если бы я хотел, я мог бы слушать вещи, близкие к зеркалам; плохо то, что эти вещи могли слышать меня по очереди.


Когда я почувствовал, что группа Эммы переживает страх быть отвергнутой толпой, я проскользнула через зеркало в другой мир.


Я сел на пол и открыл мой уволенный обед как можно тише. На этот раз у них не было бы шанса сбросить что-то вредное.


Мое жевание замедлилось, когда я услышал звук открытия двери с другой стороны.


Хихикание и шепот девушек заставили бы меня беспокоиться, если бы я оказался в ловушке. Как только я возобновил жевание, когда услышал, как они пытались запереть двери друг за другом.


"Вы уверены, что она здесь?" Спросила София.


Голос Эммы звучал подчеркнуто. "Где еще она ушла? Мы смотрели повсюду.


Прозвучал громкий треск, за которым раздался звук дверцы кабины. Я слышал, как София хрюкала, и я догадался, что она врезалась в дверь.


"Она уходит, - сказала София. Ее голос казался расстроенным. "Бег как жалкий слабак".


Я сопротивлялся желанию хихикать. Если бы я остановился, чтобы бороться с ней, она была бы первой, кто назвал бы Протекторат, как только она поняла, что у нее нет шанса на меня. Теперь она была нормальна, и я терял следы от того, сколько ящиков уже наняло.


Часть меня хотела поменять лицо на искривленную версию Эммы; с моими новыми силами, ужасающими кого-то, было бы легко. К сожалению, я знал лучше.


"Мы должны продолжить нашу игру, - продолжила София. "То, что мы делали, недостаточно."


В течение долгого молчания была тишина, и я почувствовал, что рассердился. В шкафу не хватало? Они сделали мой ад, и они хотели сделать больше?


"Что еще мы можем сделать?" - спросил Мэдисон, внезапно показав неопределенность. Кажется, она никогда не получала такого удовольствия, как издевательство над мной, как с другими, хотя ей нравились все мелкие неприятности.


"Если мы не сможем найти ее в школе, нам просто нужно снять ее с кампуса".


"Я не знаю", сказал Мэдисон. "Школа здесь на нашей стороне, но идти к ней домой скорее всего вызовет у нас много неприятностей".


"Мы даже не будем рядом, - сказала София. "Я знаю некоторых парней, которые должны мне оказать услугу. Они поедут за ней по дороге домой, и они научат ее урок ".


"Я ... я не знаю", сказал Мэдисон. "Что, если она действительно пострадала?"


"Что, если она это сделает?" Эмма наконец заговорила после того, как молчала в течение большей части беседы. "Этого не будет, чего она не заслуживает".


София рассмеялась, ее смех короткой, резкой лайкой. Некоторые из других девушек нервно трепетали.


Тот факт, что они говорили о том, чтобы меня нападали или хуже, и Мэдисон был единственным, у кого даже были сомнения?


Когда звуки девушек, выходящих из ванной, исчезли, я заставил себя закончить свой бутерброд. Я не собирался позволять им заставлять меня снова пустить желудок, даже если мой желудок напрягся и рассердился.


Мне нужно было найти способ превратить все вокруг. Даже если держать мой кейп и гражданскую жизнь отдельно, не стоит позволять им продолжать эскалацию.


Выяснив достойный план, который не заставил бы меня, КЛЕТКАd собирался взять некоторую работу. Если бы у меня не было плана, это закончилось бы очень плохим днем ??для всех.


Последнее, что я хотел, - это стать монстром, которого я изображал.

***********


Это был пятничный день, и я подозревал, что Софию понадобится время, чтобы устроить мое нападение. На всякий случай, когда она была более прилежной, чем я подозревал, я поскользнулся в ванной на третьем этаже, в то время как все остальные скучали, чтобы покинуть школу.


После проверки ларьков я коснулся зеркала и проскользнул. Я решил, что разумная вещь - нести маленькую отражающую поверхность, на которую я мог бы коснуться в любое время, но у меня не было времени ее купить. Как только у меня это получилось, я смогу скользить в зеркальную вселенную в любое время.


Как бы то ни было, я обнаружил, что поскользнулся в альтернативной версии Уинслоу. Это была жуткая прогулка по залам без единой одинокой души вокруг меня, единственный звук - это звуки моих ног.


Я мог бы немного изменить внешний вид этого места, деформируя его так же, как клоны создали красную луну, но я решил оставить Уинслоу так, как было, во всей красе.


Решив, что делать с Софией, и кто бы ни отправил за мной, я не хотел думать об этом прямо сейчас. София не была глупой. Наступит момент, когда она поймет, что я слишком хорошо уклоняюсь от нее и других, и когда она это сделает, она, вероятно, решит, что я парахуман.


В этот момент я бы принял решение. Софии не было бы никаких компромиссов о том, чтобы вывести меня к Протекторату, неписаным правилам или нет. Я должен был быть готов к мысли, что в какой-то момент мне придется оставить папу позади.


Это означало бы, что мне нужна база. Первой мыслью, которая пришла на ум, явилась разработка зеркальной вселенной, но я подозревал, что мне понадобится ее позже в других частях города, и если бы я закончил вселенную в одной части города, все, что я хранил, просто опустившись на землю.


Лодочное кладбище будет первым местом, где они будут выглядеть. Бездомные спали на лодках отчасти потому, что они не принадлежали кому-либо, и они сделали довольно хорошее убежище. Я слышал, что новые кейпы часто отправлялись туда, чтобы проверить свои силы, и различные банды следили за этим местом. Я не удивлюсь, если бы в СКП не было места для наблюдения, чтобы быть в безопасности.


Если бы мне пришлось бежать, мне понадобилось бы место с энергией и проточной водой. Это не должно было быть чем-то фантастическим, и с моими способностями идти в тень и переходить в зеркальный мир, он даже не должен был иметь рабочий вход. На самом деле было лучше, что это не так.


Лучшее место, вероятно, было бы одним из заброшенных складов у доков. Я мог бы проскользнуть в них, используя зеркальную вселенную, чтобы я был невидим и разыскивал перспективные логовища. Если бы я нашел что-то, что мне понравилось, я мог бы даже переместить мебель через зеркальную вселенную. Ни один бездомный человек или бандитщик не имел бы представления о том, что я занимаю место жительства.


Я даже не стал бы об этом беспокоиться. Было бы лучше, если бы он не знал, где я остановился, или даже если бы у меня было место, чтобы остаться, так как у Протектората были мыслители, которые могли бы вытащить его из него.


Если худшее пришло к худшему, и банды узнали, кто я, это даст мне отверстие для болтовни.


Все, что мне было нужно, это подобрать компактное зеркало, а затем смириться с вечеринкой, чтобы найти хорошее место для отдыха.


Как трудно это может быть?


**********


По-видимому, заброшенные владельцы складов не продолжали платить энергетическим компаниям после того, как их бизнес свернулся. Последние четыре часа я провел на двадцать разных складов, и никто из них не был подходящим.


У некоторых из них уже были жильцы. Я наткнулся на бездомных людей в пяти из них и доказал, что люди ходили в лагерь там еще в четырех.


Я начинал думать, что мне нужно немного переопределить свои приоритеты. Может быть, мне не нужна проточная вода, а не тогда, когда я мог бы использовать зеркальную вселенную, чтобы проскользнуть в местный бизнес, который был закрыт, и проскользнуть к использованию туалета.


Утечка была проблемой. Я мог бы, вероятно, сделать это в Уинслоу после нескольких часов, хотя я рискнул тогда быть пойманным уборщиком.


Электричество было другой историей. В это время года стало холодно, и, хотя я мог бы, вероятно, использовать биокинизис, чтобы сделать себя более устойчивым к холоду, у папы не было таких защит. Я мог бы использовать фонарики с батарейным питанием, но я был бы довольно несчастным. Быть бездомным не было чем-то легким.


Это было неприятно. Было несколько складов, в которых фактически были ливни в их ванных комнатах, вероятно, для их рабочих. Они были бы идеальны для того, что мне было нужно, если бы я знал, как снова включить воду и электричество, не предупредив власти.


Я мог бы позвонить Солнышко; даже если она не знала, как украсть власть у электрических компаний, она может знать кого-то, кто это сделал. Даже если бы она этого не сделала, я, вероятно, мог бы найти ее в Интернете. Если бы было достаточно легко, я бы пересмотрел некоторые из тех мест, на которые я уже смотрел. Тем временем я планировал посмотреть еще одно место, а потом я пошел домой.


В конце концов, я не мог позволить герою отнять меня у отца, а не тогда, когда я просто возвращал его обратно. Смерть моей матери опустошила его, оставила ему раковину человека. В тот день, когда я потерял ее, я тоже потерял его, но теперь я увидел новое чувство надежды в нем.


Он чувствовал, что он действительно является частью всего этого. У него был совет, и он делал все, что мог, чтобы убедиться, что я остался в безопасности. В этом процессе я увидел, что он возвращается к себе. У него было что-то, чтобы снова жить, и жизнь возвращалась ему в глаза.


Если бы мы снова были разделены, я хотел наслаждаться тем временем, когда мы были вместе, и каждый вечер было не лучшим способом сделать это.


Я вздохнул, когда снова погрузился в зеркальную вселенную. Я повернулся к тени и шагнул через стену склада. Это было совсем не то, что я искал. Еще один, и я бы назвал это днем.


Вернувшись в норму, я пошел по дороге в зеркальную вселенную. Вероятно, он был таким же безлюдным в это время ночи в реальном мире, как и здесь. Это был промышленный район, и с закрытыми доками, вероятно, с самого начала было не так много рабочих.


Броктон-Бэй умирал медленной смертью. Это было очевидно в граффити повсюду, в огромных выбоинах на дороге, которые никогда не собирались пополняться, в траве и сорняках, растущих повсюду. Кирпичные и минометные здания вокруг меня медленно рушились, как город.


Папа хотел изменить это, и я хотел его для него. Я просто не знал, как это сделать, кроме того, чтобы избить паразитов, которые еще быстрее разряжали город в своей смертельной спирали.


Склад находился в конце квартала. Когда я подошел, я вздохнул. Эта растущая надежда, что это будет тот, который мне нужен, в значительной степени исчез. У этого не было причин, чтобы он отличался от других.


Это было кирпичное здание, покрытое граффити. Большинство граффити связано с ABB, хотя были и независимые тегеры.


Я шагнул через стену, и мой кулак загорелся пламенем. Я больше никогда не должен снова споткнуться в темноте, если только я не буду на фейерверке или не буду замечен.


Сначала я исследовал место в зеркальной вселенной, а затем переключился на другую. Я узнал свой урок во время некоторых встреч с бездомными.


В этом есть душ, по крайней мере, вместе с небольшой кухней. Если бы сила работала, это было бы здорово, но если бы это было уже заражено бездомными, я должен был бы передать ему пропуск.


Я выпустил огонь на кулак, и я переключился на глаза моей кошки. Я сменил лицо после первой встречи с бездомными; нет скейпла иметь свидетелей, что Тейлор Хеберт ходил вокруг Доков.


Левитируя до потолка, я закрыл капюшон. Хорошая идея - отправиться домой, чтобы получить свой летающий пояс. Если бы были бездомные шансы, они бы не подняли глаза, и если бы они были, они бы увидели летающую фигуру в капюшоне.


Сделав переход к реальному миру, я застыл.


Я был не один.


16. Суд.


Тела лежали повсюду, кровь брызгала на стенах и на полу. Органы были в основном азиатскими, хотя среди них были белые.


Люди двигались с чувством цели. На восьми кавказских трупах должно было быть по меньшей мере пятнадцать убитых азиатов. Мужчины, которые были все еще живы, были все белые, и у них были татуировки, которые сделали их групповую принадлежность очевидной.


По меньшей мере двадцать членов империи собирали свои мертвые и загружающие поддоны что-то в грузовики. Я не мог быть уверен, что это было, но я знал, что это должно быть чем-то ценным для того, чтобы рискнуть переместиться так далеко на территорию АПП.


Человек в доспехах с десятифутовым копьем направлял некоторых рабочих, а другой с нагрудником, начертанным черным над кроваво-красной рубашкой в ??масках домино, находился в другой части уборки склада.


На задней части прицепа был установлен резервуар для воды, который они использовали для надувания некоторых контрразведочных пятен с помощью длинного шланга. Предположительно, они пытались удалить доказательства ДНК своих членов, оставив позади азиатов.


Казалось, что у второго человека на самом деле были люди, выкладывающие тела; из состояния тел оказалось, что трупы были купцами, все они свежие.


"Криг и другие держат Лунг занятым", - услышал я человек с копьем. "Нам нужно быть менее тридцати".


Они крали то, что было похоже на огромное количество наркотиков.


После смерти Руны Империя приняла удар по связям с общественностью из-за их неспособности защитить одного из своих членов. В последнее время они были более агрессивными, по-видимому, как способ успокоить своих рядовых, что они все еще сильнейшая банда в городе.


Это, хотя и было практически объявлением войны. Поддоны после поддонов наркотиков загружались на грузовики, а это означало, что это был не просто склад для наркотиков; это должно было быть распределительным центром.


Было бы неизбежное возмездие от Лунга и остальной части АПП. Я задавался вопросом, действительно ли Империя была готова ко всему кровопролитию.


Все это было моей ошибкой. Если бы я не получил жадность и не взял Руну, Империя, возможно, не чувствовала, что им нужно эскалироваться так. Каждая смерть, которая была результатом этого, должна была быть результатом моих собственных действий.


Я колебался. Я не привезла ни одного из моих костюмов, потому что не думал, что буду в них нуждаться. Я только привез из-за удобства упряжь и потому, что решил, что летать в зеркальной вселенной было бы намного проще, чем взять такси или автобус и гораздо менее заметным.


Кроме того ... Мне нужна была практика, и мне действительно нравилось летать.


Я полез в карман и коснулся зеркала, и через мгновение я вернулся в другую вселенную. Я затенял стену, и я полетел так быстро, как только мог. В городе две мили прошли долгий путь; Я сделал это менее чем за две минуты, когда ворона полетела, и я упал обратно в мир, когда я вошел в свою спальню.


Я слышал, как папа внизу, но времени не было. Я поколебался, когда добрался до моего шкафа ... какую личность я собираюсь взять? Я мог бы быть героем белой девушки или темным мстителем.


В итоге был только один выбор. Я поменял свое тело, когда потянулся за своей мотоциклетной кожей. Я планировал взять на себя полномочия обоих нарядов Империи, и я не хотел, чтобы это связано с моей личностью героя.


Кроме того ... учитывая то, как они обращались с людьми, они заслуживают небольшого страха.


Я оторвался от одежды, позволив им упасть на пол, когда я стал неосязаемым, оставив только мое нижнее белье и летающую упряжь. Затем я оделась так же быстро, как только смогла, почти упав и проклиная себя, как мне хотелось бы, чтобы был более быстрый способ сменить костюмы.


Если бы мне повезло, там был кто-то, обладающий силой, которая облегчила бы все это. К сожалению, мне никогда не было особенно повезло. Две минуты, которые потребовались, чтобы переодеться в мой костюм, выглядели так, будто они ушли навсегда. Я был слишком поздно, чтобы присоединиться к борьбе с Губитель; Я не собирался опаздывать на это.


Когда я вернулся на склад, прошло шесть минут. Я делал смену своего тела, когда я летел, и мой ум мчался, когда я пытался составить план, который позволил бы мне делать то, что нужно было сделать.


Наконец я придумал план. Мне стало лучше придумывать планы, поскольку у меня больше опыта; надеюсь, это будет продолжаться.


Огни не работали в зеркальной вселенной; Я использовал глаза кота на различных складах, которые я просматривал, или просто использовал мой огонь в тех местах, которые были слишком темными даже для этого. Тьма была полезна для всех, кто хотел использовать страх.


Крестоносцы были самыми опасными из всех. Он был одет в доспехи без открытой кожи, и он мог вызвать неосязаемые призрачные версии самого себя, которые могли повлиять на других. В отличие от версии, которую я получил от клонов, он мог вызывать кратные, и они могли атаковать сразу.


Виктор мог воровать навыки, но я сомневался, что у меня есть все, что он захочет, если только он не захочет украсть мои навыки фанфики. Он обнажил кожу, но как только он узнал обо мне, я усомнился, что могу наложить на него руку.


Несмотря на опасность, которую представлял крестоносцы, мне пришлось сначала взять Виктора. Из того, что я слышал, он украл всевозможные навыки боевых искусств, и вряд ли я смогу даже коснуться его, как только он узнает обо мне. Ему было бы слишком сложно поймать себя, и я сильно хотел его власти.


Я зафиксировал свое местоположение в своем уме с моего места в тени крыши склада, а затем перешел в зеркальную вселенную. Я упал, как камень, и полетел туда, где он был.


С одной стороны на зеркало я выскочил в другую вселенную, схватил его сзади на его голую руку и вытащил нас обоих в другую вселенную.


Для людей, которые смотрели в то время, это должно было выглядеть так, как будто я телепортировался туда и сюда, или, может быть, я стал невидимым и взял Виктора со мной. Люди были в ужасе от Незнакомцев почти так же, как и от Мастеров; этот страх был полезен не только потому, что он дал мне ментальную карту, где все были, а потому, что люди, которые испугались, склонны принимать плохие решения. Тренировка могла бы преодолеть это, но головорезы Империи не были точно такими же, как обученные солдаты.


Он развернулся, но я уже летал в воздухе. Теперь у меня была его сила, и все умения, которые он получил от нее, исчезли, хотя я подозревал, что у него останется остаток от них, просто вспомнив, что он сделал в прошлом.


Я уже был в тени крыши, и, прежде чем он смог посмотреть, я уже был в другом мире.


Меня видели, а люди внизу двигались как улей. Они кричали, и Крестоносцы уже создали полдюжины призрачных дубликатов, которые распространялись и просматривали склад, когда я смотрел.


Переключение моего видения на видение глаз кота сделало все почти болезненно ярким, хотя в реальном мире оно было тусклым. Я набросился на свои цепи, используя силу Руны, отправляя их к огню, уничтожая их взрывом искр.


Это привело к тому, что взгляд всех поднял вверх, но это не имело значения.


Я приземлился рядом с баком с сильным ударом, и все внезапно застыли. Прикоснувшись к танку с силой Руны, мои пальцы слегка коснулись пластика. Через мгновение половина танка исчезла, и через пол пробежало пятьсот галлонов воды.


Мужчины вытащили оружие и начали стрелять в меня, когда вода текла по полу, окружая их ноги.


Я опустился на колени и коснулся внезапно блестящего пола одной рукой, и через мгновение я и все, кто касался воды, неумолимо потянулись в другой мир.


Они даже не заметили переход, за исключением того, что вода внезапно исчезла, как и грузовики и тела. Когда я создал зеркальную вселенную, он копировал все неодушевленные объекты, которые были в области; все, что двигалось в промежуточный период, не изменилось, и все в этой вселенной было на четыре часа позади того времени, так как я не воссоздал его с тех пор, как начал заниматься складской охотой.


Погрузившись в темноту, все внезапно ослепнули, когда их глаза попытались приспособиться к тусклости. Единственный свет исходил из просвета сверху, и, поскольку в зеркальном мире не было уличных фонарей, они должны были зависеть от света Лунгы.


Пули вылетели дико, и я увидел, как призраки идут за мной, направились к тому месту, где я только что был. Я не был уверен, что они работают слепо или если они действительно могут видеть в темноте, но через мгновение я вышел из вселенной и вернулся в другую. Никто не остался здесь, и я решил попробовать другой аспект этой силы.


Я создал невидимое продолжение в другом мире, и, когда я стоял в этом, я мог видеть сквозь его глаза. Это то, к чему клоны использовали, чтобы преследовать меня и Путешественников, с которыми я так много боялся.


Это была копия меня, и поэтому я набросился на свою цепь. У этой формы не было моей огневой мощи, но я бы не хотел ее использовать. Вместо этого цепи набросились, и один из немощных головорезов закричал и схватился за его руку. Я не мог использовать свою силу в этой форме, но сила Руны все еще давала мне полный контроль.


Я набросился на цепь, ударяя людей в двадцати футах от всех сторон. Я был рад видеть, что призраки не могли видеть меня лучше, чем люди, с которыми я сражался, и поэтому они бросились к сторонам людей, на которых я нападал.


Перемещая мой аватар, я набросился снова и снова. Половина мужчин была внизу; Я не был уверен, было ли это от сломанных костей или от боли, но это не имело значения.


Я почувствовал внезапную сильную боль в груди. Мой аватар посмотрел вниз, и хотя я был невидим для себя, я мог видеть призрачное копье, торчащее из центра моей груди.


Непреодолимая сила втянула меня в другую другую вселенную. Я знал, что не смогу сделать еще один аватар в течение некоторого времени.


Я поднялся в воздух и завис, оставляя призрака, который ударил меня сзади.


" ТЫ ИМЕЕТСЯ СУДЬЯ" , - пробормотал я голосом, который, как мне казалось , был настолько пугающим, насколько это возможно. Чем больше я мог бы держать всех в равновесии, тем лучше.


Все мое тело охватило пламя, даже когда я видел, как призраки поднимались в воздух, чтобы идти за мной, указывая на копья.


Я отступил от Вселенной и позволил себе упасть. Я видел, где был Крестоносец, и я переехал в такое место, которое должно было быть рядом с ним.


Он переехал в короткое время, когда я был вне дома. Он уже размахивал копьем, но я схватил его и выдернул из рук. Я схватил его за горло и поднял в воздух, и, как и я, я коснулся зеркала в кармане и перевел нас обоих в реальный мир.


Ему потребовалось бы немного времени, чтобы реформировать его призраки, на которые я надеялся, достаточно времени, чтобы я сделал то, что должен был сделать.


Я коснулся его доспехов силой Руны, и он взорвался от него. Я смотрел на него с лицом, которое я выбрал, кожаная кожа натянута над моим черепом, и я положил руку ему на грудь.


" ВЫ ИСКЛЮЧАЛИ ЭНЕРГИЮ, КОТОРУЮ ВЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ", - сказал я. " ЭТО БУДЕТ УДАЛЕНО".


Я почувствовал, как призрачные руки хватают мою руку за горло, даже когда я почувствовал, как что-то пронзило мой желудок; он вообще не касался моих мотоциклетных доспехов, но у него были проблемы с тем, чтобы пройти через любое силовое поле или ауру, которые сделали меня более жестким, чем все остальные. Это только пробило короткие пути в мою плоть.


Через мгновение он исчез в небытие. Я мог видеть внезапное осознание на его лице, когда его связь с тем, что дала ему его власть, была удалена. Я наклонился вперед и заставил пламя извернуться от моих глаз.


" ВИЛЛЫ !"


Я никак не мог скрыть от этого. Империя уже знала, что кто-то убил Руну, но это был только вопрос времени, прежде чем мальчик, которого я спустил, вышел вперед. Я не был уверен, почему он этого не сделал, если это не было позором или страхом.


Я решил, что если я собираюсь опубликовать то, что я был, я бы сделал это большим. Нет скейпла стрелять в темноте, а не если я собираюсь взять власть у злодеев.


Мы оба вошли в другой мир, и я бросил человека, который был крестоносцем на землю.


" ВИНТЫ!" - сказал я.


Они собрались вместе, десять из них остались, в то время как остальные были на полу, хватаясь за себя. Они начали стрелять почти сразу, но я просто пошел в тень. Пули не пострадали бы меня, но они ужалили.


Через мгновение я был среди них, и у них не было шанса.


Я вытащил пламя назад, чтобы они только опустили мою голову; Я не хотел сжечь головорезов до костей, но страх, который они производили, был бодрящим.


Через мгновение все они были внизу. Все это заняло менее пяти минут.


Сбивать всех без сознания было не все так. Призраки крестоносцев знали, что я знал, но теперь они были похожи на меня. Они смогли использовать chokehold, которого меня учили во время уроков Эскримы, чтобы задушить людей без сознания.


Я убедился, что никто из них не видел призраков. Хотя скоро будет очевидно, что я принимаю силы, я не хотел, чтобы кто-то знал, что я беру их для себя.


Был один грузовик, который, очевидно, находился на складе, прежде чем туда привезли мужчин. У меня призраки загрузили всех двадцати двух человек в заднюю часть грузовика, завязав за собой руки застежками-молниями и собрав их вместе.


Некоторые из мужчин кровоточили от ран, которые они взяли; некоторые были расстреляны, прежде чем я даже попал туда, а другие были разбиты цепями. Возвращаясь в реальный мир, я огляделся и нашел лист бумаги на одном из поддонов; по-видимому, даже торговцы наркотиками должны были иметь счета-фактуры. Я вернулся в зеркальный мир. С другой стороны газеты я телекинетически окунул перо в кровь нескольких мужчин, и я написал адрес склада, в котором мы были.


Применение силы Руны и грузовика левитировали в воздух. Мы прорывались через верхнюю дверь, которая была закрыта в этом мире, и мы двигались в воздухе.


Если бы СКП собирался меня бояться, я бы тоже послал им сообщение.


Рог был виден из доков, и, к счастью, зеркальная вселенная простиралась достаточно далеко, чтобы получить часть ее внутри. Все, что было за этим, было иллюзией. Я достаточно экспериментировал с этой силой, чтобы знать.


Я прорвался через входную дверь в вестибюль. Конечно, он был пуст, но я быстро заставил призраков выгружать людей в середину пола. Я приколол записку, написанную кровью доспехи Виктора, телекинетически сокрушив копейки из моего кармана в форму штабеля и запустив его в его доспехи.


Затем призраки схватили два засаженных растениями из вестибюля. Они вспыхнули снаружи, и через мгновение они вернулись с морской водой, которую они начали льнуть по полу, пока вода не окружила всех мужчин. Некоторые из них начали просыпаться, чего я не мог допустить.


Я потянулся и коснулся пола, но когда я отправил их в реальный мир, я остался. Я почувствовал вспышку тошноты; сила не должна была работать так, и я почувствовал небольшое головокружение. Посылать людей, не задумываясь, было, по-видимому, плохой идеей.


Заявление, которое я делал, было опасным.


Я говорил им, что нигде не было в безопасности. Я мог проникнуть в сердце их внутреннего святилища и не было ничего, что они могли бы сделать для защиты от меня.


Это может привести к неприятным последствиям; хотя я просто доставил им злодеев, они могут попытаться убить меня. Я подозревал, что они все равно попытаются. Даже если бы человеческое руководство одобрило бы, люди, которые поддерживали Теневой Сталкер, все равно найдут для меня удобную аварию.


Нахмурившись, я понял, что мои силы не влияют на мой менталитет. Я решил, что это только свобода власти, а не что-то внутреннее для держав, но я вполне мог ошибаться. Я должен был следить за собой в течение следующих нескольких дней, чтобы увидеть, чувствую ли я больше предрассудков в отношении людей, которые не были белыми.


София не считала.


Теперь, когда у меня были эти новые полномочия, у меня были некоторые идеи о том, как справляться с проблемами, которые она вызывала у меня. Это потребует некоторой практики, но я подозревал, что одновременно могу позаботиться о нескольких проблемах.


Если бы я был прав, хулиганы не были бы проблемой намного дольше.


17. Интерлюдия: София Хесс.


"У нас проблема, - сказал Пиггот. "И нам нужны решения".


София уставилась на стол и задавалась вопросом, почему она здесь. Они покинули ее с тех пор, как ее полномочия пропали без вести, и она не позволяла ей делать что-то другое, кроме того, что ее ткнули и подталкивали ученые. Там были разговоры о том, чтобы барабанить ее, используя те же правила инвалидности, которые использовались для людей, у которых были неслышимые раны, нанесенные на работу.


Парахуманы не потеряли своих полномочий. Они их скопировали или временно нейтрализовали, но потерять их было беспрецедентно, и становилось все более очевидным, что София полностью потеряла ее.


Горечь была жесткой пилюлькой, чтобы проглотить.


Ее силы были частью того, что убеждало ее в том, что она была особенной, лучше, чем остальные проигравшие, которые бегали и скулили по поводу своей участи в жизни. У нее была цель в жизни, и теперь, когда она была всего лишь одним из скотов, ее ярости некуда было идти.


Если бы она когда-либо обнаружила, кто сделал это с ней, она бы убила их, силы или нет. У него не хватило сил, чтобы вытащить спусковой крючок пистолета, и, если бы ей приходилось, она знала, как получить доступ к некоторым из Тинкертеха в ограниченном хранилище.


Все собрались вместе в самом большом конференц-зале, который был СКП; на консоли не было даже никого; он был перехвачен обычным агентом СКП. Это были все руки на палубе, и София не знала, что так важно, что все должны были присутствовать.


"В 21:00 вчера в холле появилось двадцать два человека. Они были связаны с молнией, и один из них был в основном голым. К одному из них был приложен адрес, и в ходе расследования было обнаружено пятнадцать тел, а также пять тонн марихуаны, пятьдесят фунтов героина, десять тысяч оксикодоновых таблеток, а также множество других пилюли опиатов ".


"Люди, которые были доставлены нам, были членами Империи Восемьдесят восемь, включая Виктора и Крестоносца. Их всех избивали злобно, а затем задыхали без сознания. Склад, где происходили убийства, принадлежал АПП.


София медленно села. Казалось, что одна из банд совершила набег на другого. Если бы это было так, то это была бы прелюдия к войне. Зуд, чтобы вылезти в середину и сражаться, все еще был там, но она знала, что ей никогда не разрешат, и без ее силы она, скорее всего, погибнет.


Она пыталась заставить Оружейника построить ей костюм Брони, как он сделал для Галланта, но он отказывался. Она подозревала, что он не видит в ней того, что стоит усилий, и это сожжено.


"Происходит война, и мы поговорим об этом позже. Не потому, что мы здесь сегодня ".


Бандитская война, как правило, была бы самой большой вещью, с которой они имели бы дело, что не связано с Губитель. Сестра Софии сжалась, когда она подумала, приедут ли в город девять или четыре зуба.


"Все двадцать человек, включая Виктора и Крестоносца, появились без предупреждения в середине нашего вестибюля. Не было никакого предупреждения, и никто ничего не видел. Опрос показал, что мужчины были захвачены неизвестным плащом, один из которых был в мотоциклах и носил цепь. По словам мужчин, плащ был буквально в огне и, казалось, телепортировался повсюду ".


На экране появилась картинка; похоже, что он был взят из шлема агентов СКП, по крайней мере, с отметки времени на нем.


Стоя перед ними, большой, поскольку жизнь была накидкой в ??мотоциклетных коже. Лицо кейпа было покрыто костью, выглядя почти скелетом. кейпвыглядел почти чудовищным, уродливым и сердитым. Однако мышь не носила цепь.


"Этот кейп попытался присоединиться к бою в Провиденсе, но его отвергли, потому что он приехал слишком поздно", - сказал Пиггот. "Для него не было никаких телепортеров".


"Значит, он не может телепортировать большие расстояния, - сказала Эгис, - правильно? Провиденс находится менее чем в шестидесяти милях от Бостона ".


"Почему это проблема?" - спросил Стояк. "Парень вытаскивает двух парней из Империи, спасает нас от многих неприятностей".


"Это проблема, потому что у крестоносца и Виктора больше нет своих сил, - сказал Пиггот.


Шокированная тишина заполняла комнату, когда все пытались обработать только что выброшенную бомбы. София внезапно встала.


Это был ублюдок, который взял ее силы?


Она внезапно осознала, что все смотрят на нее, и она погрузилась в кресло.


"Он напал на палату, не дав ей возможности защитить себя, а затем он бросил более двадцати человек прямо в сердце нашей крепости. Это было послание, громкое и простое ".


"Он говорит, что может получить нас независимо от того, где мы, - сказала Эгис.


"Послание, которое он послал, было написано в крови трех человек, которых он послал нам, - продолжал Пиггот. "И вы все слышали об убийствах Руны и Париана. Наша рабочая теория заключается в том, что эти убийства были сделаны, чтобы скрыть тот факт, что их полномочия были устранены ".


"Зачем теперь раскрыть себя?"


"Он считает, что он достаточно силен, - внезапно сказала София, садясь. "Сильно достаточно, чтобы ему не нужно было прятаться, как трус".


Он не мог выглядеть так в своей повседневной жизни, или она бы заметила, когда он взял ее полномочия, если только он не смог взять их издалека. Если бы он наблюдал за ней из тени, ожидая, чтобы украсть ее способности? Его лицо выглядело реальным, а не как маска, поэтому, если он не был чейнджером, он должен был взять ее власть откуда-то, что не видела его.


"Что он может сделать?" Спросила Эгида.


"Он может летать и телепортироваться. Мы считаем, что он может стать невидимым ", - сказал Пиггот.


Видеоролик о том, что Руну затащили в больницу фигурой, которая не была видима для камеры.


"Считается, что он превратил Руну в кому, а затем передумал и решил закончить работу", - сказал Пиггот. "Взятие мозгов, возможно, было попыткой запутать следователей, поскольку он может, очевидно, удалить полномочия без убийства".


Все молчали в откровении. Слухи о серийном убийце Кейптата шли несколько недель, и все были обеспокоены. Группы, такие как Бойня Девять, существовали, но они, как правило, были в большом всплеске. Этот убийца атаковал теней, а затем исчез. Невозможно поймать кого-то такого и не узнать их мотивов.


Они предупредили всех независимых героев, которых они могли найти о возможной опасности; злодеи были оставлены на произвол судьбы. София одобрила это решение, когда оно было сделано, но теперь она задавалась вопросом, могла ли это быть ошибкой.


"Он скот; многие из членов Империи Восемьдесят восемь членов сообщили, что стреляли в него, и пули отскакивали. Он был сверхчеловечески сильным, и он телепортировался и вышел из боя ".


"Брут, Мовер, Незнакомец и Нападающий", - сказал Оружейник.


"Иисус, - сказал часовой блокер. На этот раз у него не было шутки или смешного выражения на лице.


"Это не самое худшее, - сказал Пиггот.


Экран снова загорелся, и на этот раз они увидели ту же фигуру на расстоянии, касающемся травы. Он повернулся и взмыл в воздух, и через мгновение с ним поднялось огромное количество земли.


Он взлетел сбоку от здания, взорвавшись через окна, и через мгновение был выпущен массивный огонь.


"Почва весит три тысячи фунтов за кубический ярд. Это стоило не менее пятисот тонн, - сказал Пиггот. "Мы не уверены, что это terrakinisis или телекинез, но в любом случае это проблема".


Кто-то издал низкий свисток. София не смотрела, кто.


Она почувствовала внезапное сильное ощущение в животе. Убийство этой вещи собиралось взять чуть больше, чем выстрел из пистолета в голову. Он собирался взять планирование и тяжелую работу, и она, возможно, нуждается в партнерах.


"Худшее - это силы, - сказал Пиггот. "Мы не верим, что он просто аннулирует полномочия ... мы думаем, что он их принимает . Хуже того, мы думаем, что он увеличивает их.


Она сыграла сцену, когда он снова коснулся травы. Он оказался в стороне от камеры, прижавшись одной рукой к траве. Piggot увеличен; голые пальцы двигались в знакомой болтовне.


"Я видел, как Руна это делала", - сказала София. "Там она получила свое имя".


"Пули, видимо, прошли через него", - сказал Пиггот со значительным взглядом на Софию. Она опустилась на сиденье и осознала, что все смотрят на нее. Сложно было разобраться с откровением, что кто-то еще обходил свою силу, не глядя на нее.


Она сопротивлялась желанию дать им салют с одним пальцем. Ей могут понадобиться некоторые из этих людей, если она собирается вернуться к этому .... Это означало, что ей нужно будет играть хорошо.


"Полет может быть результатом того, что он использует, чтобы усилить власть Руны", - продолжил Пиггот


"А как насчет других сил?" - спросила Баттон. "Где он их достал?"


"Его видели в Бостоне, а это значит, что он охотился за пределами города", - сказал Пиггот. "Нельзя сказать, где он получил свои полномочия".


"Какие у него ограничения?" - спросила Виста.


На этот раз у squirt, казалось, был достойный вопрос. Ограничения у врагов означали возможности. София уставилась на ее пальцы, сложенные на коленях. Для большинства из них в комнате она, возможно, выглядела так, как будто не слушала, но она слушала очень внимательно.


"Кажется, ему нужно прикоснуться к вещам и переместить пальцы в узоры, прежде чем он сможет использовать телекинез, как это делал Руне", - сказал Оружейник. "Он не может телепортироваться между городами. Наконец, он, кажется, нуждается в контакте с кожей, чтобы получить полномочия. Он не носит перчатки, когда костюм, похоже, потребует его, и он разорвал доспехи крестоносца, прежде чем он взял свою броню ".


"Это все?" - недоверчиво спросила Насо. "Как насчет проблемы Сталкера с электричеством?"


"Его способности Брута могут или не могут сделать их спорными. Мы останемся бдительными. Наблюдение, несомненно, покажет другие недостатки. У нас не так много информации. Оружейник выглядел запорным, но это не удивило Софию. Она всегда думала, что человеку нужно больше клетчатки в рационе.


"Брут, который может телепортироваться и превращаться в невидимого и летать, сам по себе станет кошмаром", - сказал Стояк. "Тот, кто может загореться и избить вас пылающими цепями ... затем украсть ваши силы? Давай!


В комнате не было унции юмора. Их силы были драгоценны для каждого из них, и мысль о том, чтобы их увезли, украли, поставили всех на грани. Софья чувствовала беспокойство в комнате, которое обычно вызывало только обнаружение Губитель.


"Какие рейтинги мы назначаем?" - спросила Баттон.


"Breaker 3, Brute 5, Striker 5, Скрытник 5, Mover 7, Shaker 9, Trump 9", мрачно сказал Оружейник.


Накладки с несколькими рейтингами, как правило, сложнее, чем их предлагаемые номера. В других категориях указывалось больше вариантов, и чем больше вариантов у противника было больше боли в заднице, с которой им пришлось иметь дело. Легко предсказать легкое, но кому-то нравится?


"Все, что ему нужно, это Мастер, возиться, бластер, мыслитель и чейнджер, и у них будет весь набор, - сказал Стояк.


"Если он действительно возьмет силы Крестоносца и Виктора, у него будет две из этих категорий", - сказала мисс Милиция. "И если он использует способности Виктора для принятия боевых навыков, он будет экспоненциально тяжелее биться".


"Мы должны получить крышку, прежде чем она станет еще хуже. Каждый раз, когда он берет новую силу, ему будет тяжелее биться. Как только банды начнут волноваться, они все пойдут за ним ", - сказал Пиггот.


"Может быть, они могут сделать нашу работу для нас?" - спросил Шатт, только наполовину шутя.


"Скорее всего, они передадут ему больше сил на тарелку, - кивнул Пиггот. "Если вы считаете, что Империя Восьмерка Восемь трудно справиться, представьте себе, что пытайтесь сражаться с кейпом со всеми своими силами сразу".


"Это походило бы на битву с Губителем", - сказала София.


"В отличие от других угроз такого уровня, мы не можем даже привести Триумвират. Представьте себе эту вещь с полномочиями Легенды или Александрии, или Бог поможет нам Эйдолон. Это было бы невозможно остановить. Мы должны остановить его здесь и сейчас, или это будет угрозой, более опасной, чем Бойня Девять ".


Пиггт нахмурился. "Я не думаю, что должен предупредить вас, чтобы вы не навязывали его, если вы встретите его в одиночку. Вывод и вызов для резервного копирования. Только способности Трампа гарантировали бы это, но с его способностью управлять землей возможно, что битва с ним может нанести больше вреда окружающей среде, чем битве с Лунгом ".


"И если он вступает в бой с Лунгом?" - спросил Штурм.


"Это зависит от того, знает ли Лунг, чтобы не позволить себе коснуться. Если он не ... ну, я сомневаюсь, что бой длится очень долго, и сражаться с ним будет сложно ".


"Что мы называем его?" - спросил Штурм. "Мы не можем просто продолжать называть его" Его ".


- сказал Оружейник. "У меня есть частная теория, что он каким-то образом связан с Хароном; в их методах работы есть сходство. Однако различий в размерах и полу достаточно, чтобы мы решили рассмотреть его как отдельного человека, по крайней мере на данный момент ".


"Мы называем его месть", - сказал Пиггот. "Мы не уверены, называет ли он себя этим или делает какое-то гиперболическое заявление, но пока это будет сделано".


"Итак, когда мы получаем резервную копию, как мы должны иметь дело с ним?" - спросил Штурм.


"Подавляющая сила, - твердо сказал Пиггот. "Лучшая тактика заключалась бы в том, чтобы заманить его в засаду и сбить его так быстро, как вы можете, прежде чем он успеет телепортироваться или стать невидимым. Использование вспышек и других тактик для дезориентации ".


"Есть ли заказ на убийство?" Спросила мисс Милиция.


"Официально, нет, - сказал Пиггот. "Неофициально, сдерживание, несомненно, приведет к тому, что он уйдет или еще хуже получит шанс вернуться к вам".


"Мы не можем использовать защитную плёнку?" Спросила Баттон, слегка потрясенный.


"У него есть способности Теневой Сталкер, - сказал Пиггот. Она посмотрела на Софию. "Как хорошо на вас работает сдерживающая пена?"


"Это не так, - сказала София, подняв глаза. "Если бы я захотел, я мог бы спрятаться в своей одежде; пена не была проблемой вообще ".


"Сказав это, - сказал Пиггот, - если вы его поймаете, нам будет очень интересно допросить его о том, сможет ли он вернуть силы, а также взять их".


София подняла голову, внезапно почувствовав надежду. Был шанс, что она сможет вернуть свои силы? Возможно, убийство парня из рук не было лучшей идеей.


"Не рискуйте самими жизнью или вашими товарищами по команде, - твердо сказал Пиггот. "Если это он или ты, значит, это ты".


София почувствовала, как ее губы сжались. Пиггот говорил им, что она скорее убьет этот кусок ... чем даже попытается вернуть силы Софии. Пока она могла понять настроение, это не могло не сгореть.


Никто из них никогда не любил ее. Оружейник не волновался ни о чем за пределами своей лаборатории, мисс Милиция была жесткой попкой, которая вообще не одобряла Софию. Даже "Штурм" и "Батарея" не учитывали ее.


Чем меньше говорят о своих товарищах по команде, тем лучше. Vista продолжала делать глаза щенка собакам на парня, который отправился бы в список регистрации как хищник, если бы он ответил взаимностью, а не хороший вид хищника. Галлант продолжал стучать летящей сукой, и он продолжал смотреть на нее смешно, когда думал, что она не смотрит.


Вверните его.


Вверните их все. Оглядевшись, София увидела, что у всех из них гораздо больше шансов положить пулю прямо в голову этого кейпа, чем дать ей шанс вернуть свои силы. Никто из них не думал о ней вообще.


Все, о чем они беспокоились, это то, что в следующий раз это могут быть они.


Она видела взгляды, которые все они давали ей за последние несколько недель, сочетание жалости и вины. Видя, как он горел, как кислота; София никогда не хотела жалеть. Все, чего она хотела, была оставлена ??одна, чтобы делать ее работу, но теперь ей даже отказали.


Все, что осталось, это школа, и даже это потеряло удовольствие.


Тейлор Хеберт становился все более неуловимым, до такой степени, что София стала убеждаться, что она - кейп. Она не переставала быть бессловесным неуклюжим для мастера хитрости и бежать за ночь.


Наиболее вероятным кандидатом был тот новый плащ, одетый в белый цвет, Брут, которого они называли Гэмбл, по-видимому, потому, что она хотела, чтобы его называли Блэкджеком, и это было принято.


Она не показала ее полного плана другим. У нее было четыре мальчика, которых она знала из штурма АПП Хеберт; все они были обязаны ей за то, что они не избивали их до целлюлозы. Она бы попробовала кого-то другого, но Империя не имела бы к ней никакого отношения из-за ее цвета кожи, а дети-торговцы были слишком ненадежны. Ей не хватало на каких-либо независимых лиц, чтобы заставить их совершить возможное уголовное преступление.


Она планировала следить за ними и видео атаковать. Если бы Хеберт избил их в мякоть или трансформировал или что-то у нее было бы доказательством. Если ее избили и не было накидкой, София планировала, чтобы кто-то опубликовал ее в Интернете, когда лица нападавших размылись.


Интернет-аудитории были идиотами. Было бы легко составить историю, которая заставила бы ее звучать так, как будто она заслуживает того, чтобы ее избили. С небольшой удачей она могла даже получить угрозы смерти.


Если бы она вытащила пистолет и застрелила их, София тоже использовала бы это. Получение Хеберт, брошенного в тюрьму, будет окончательным. Вимпс, такой как Хеберт, совсем не делал в тюрьме. Она была бы чья-то сука в мгновение ока.


София не могла не с нетерпением ждать понедельника.


18. ШАХ и МАТ.


Они не были тонкими вообще.


Весь день я видел, как девушки смотрели на меня, отвернулись и прошептали. Я видел это раньше, в день шкафчика, но я не знал, что это значит.


Каждый из них знал, что со мной будет, но никто из них не собирался ничего с этим поделать. Большая часть из них даже одобрена. Они сказали себе, что я заслужил это, что меня посадили на место.


Я давно удалил все социальные сети. Я даже не смотрел на свою учетную запись электронной почты из-за всех порочных записей, которые я получил, а не только от трех или их непосредственных последователей. Был какой-то эффект подхваты; когда вы были внизу, все решили вскочить и начать пинать.


Меня беспокоило, что мысль о том, что Кэрри пойдет на каждого, становилась все более привлекательной с каждым днем. Увидев таких людей, я удивился, почему я хотел быть героем в первую очередь. Кто я пытался спасти? Люди, которые не дали бы мне капли воды, если бы я умирал от жажды?


Активно напоминая себя, что есть хорошие люди, и что эти люди были такими, какими они были, потому что хулиганам было разрешено брать на себя ответственность, с каждым днем ??становилось все труднее.


К счастью, у меня был план.


Преследование Софии через зеркальный мир не было особенно тяжелым, хотя она почти поймала меня пару раз. Удивительно, сколько было зеркальных поверхностей; оконные стекла, лужи в воде, автомобильные зеркала ... Я мог видеть все, что на самом деле не было живым.


У меня была небольшая практика в хвосте людей, когда я следовал за торговцами наркотиками в их распределительные центры.


Мысль истощить Софию от всех ее навыков была соблазнительной по нескольким причинам. В некотором роде это было бы еще большим оскорблением, чем принятие ее полномочий, потому что он был предоставлен ей, но она заслужила свои боевые навыки и навыки скрытности. Это были результаты многолетней тяжелой работы, и отвлечение их от нее казалось бы идеальным возмещением за то, что она меня провела.


Однако в тот момент, когда я сделал это, СКП будет по всей школе. Она потеряла свои силы в течение дня, и в эти дни она проводила большую часть своего времени в СКП. Единственное логичное место, где она потеряла свои полномочия, была бы в школе, особенно потому, что полномочия Виктора требовали расширенного контакта, прежде чем потери навыка были постоянными.


Тем не менее, другая часть меня хотела одеться в мои мотоциклетные кожи, похитить ее и вытереть на суше по дороге домой из школы. Тем не менее, мыслители СКП могут решить, что у моего альтер-эго была личная обида на нее, и это, несомненно, подрывало бы мое возможное утверждение о том, что ее полномочия были случайностью.


Мне было нужно это правдоподобное отрицание, потому что у меня были все шансы, что меня поймают. Я был могущественным, но все, с чем мне пришлось встретиться, это кто-то вроде Валефор, Канарейка или Сердцеед, и я бы это сделал. Я даже не был уверен, существуют ли силы, которые противостояли этим. Была причина, по которой Властелин были самыми страшными из всех Накидок.


Нет, мне лучше ограничивать использование Виктором публично признанных злодеев. Я еще не получил навыков, но это изменится раньше, чем позже. Это было особенно вопиющее нарушение, поэтому я планировал использовать его только в худшем из худших. Нет причин брать компьютерные навыки того, кто только что был втянут в банду.


Я задавался вопросом, все ли моя этика изгибалась все дальше и дальше, когда я получил больше сил. Было бы время, когда я был бы в ужасе от идеи воровать десять долларов от кого-либо, а тем более от сил, которые были центром их жизни или навыков, которые они посвятили тысячам часов на приобретение.


Однако было легко оправдываться, чтобы рационализировать голод. Тем не менее, я должен был иметь хотя бы некоторые стандарты. То, что делало людей злодеями, заключалось в том, что они брали у других, независимо от последствий.


Несколько тысяч долларов купили мне несколько шпионских камер. Я не был настолько глуп, чтобы думать, что одного будет достаточно, чтобы делать то, что мне нужно, поэтому я поместил столько, сколько мог думать по всей школе в воскресенье вечером.


Один был в моем шкафчике, просматривая решетки. Я больше никогда не использовал свой шкафчик, но за его пределами это было одно из их любимых мест, которые мне нравились. Я думаю, Эмма хотела использовать это как психологическое запугивание.


Другой, который я положил под свои обычные столы на большинстве своих занятий. Уинслоу дворники никогда не чистили резину из-под стульев, и поэтому я предполагал, что никто не заметит ошибок.


Я тоже прослушивал офис директора Блэкуэлла. Если она активно вступала в сговор с Софией, я хотел доказать.


У меня было смутное подозрение, что по крайней мере некоторые из того, что я делаю, были незаконными, но на данный момент меня особо не волновало. Никакая нормальная тюрьма не могла удержать меня, и я сомневался, что даже большинство канадских тюрем за пределами КЛЕТКА могут остановить меня.


Мне нужно будет собирать информацию каждую ночь, и мне придется подождать, пока я не получу некоторые серьезные компьютерные навыки, прежде чем я смогу скомпилировать ее во что-то, что упрекнет, но в итоге у меня будет все, что мне нужно.


К сожалению, я не знаю, что было на лентах, до конца дня, и сегодня я собираюсь покинуть школу. Значительные взгляды между моими одноклассниками росли по частоте. Я даже видел, как некоторые из них улыбаются.


Надеюсь, я смогу разочаровать их и помочь себе в то же время.


На этот раз я не проскользнул в зеркальную вселенную, чтобы покинуть школу. Я вышел через передний вход. Я видел, как девушки смотрели на меня и тексты, несомненно, чтобы мальчики, планировавшие мое нападение, знали, где я.


Опять же, желание просто поджечь меня и запустить среди них было сильным, но я их проигнорировал. У меня были другие планы на вечер.


Я сел в автобус, чтобы отправиться домой, и я посмотрел в угол, когда четверо моих азиатских одноклассников вошли в автобус и направились обратно. Все они были большими и беспощадными, и все они имели татуировки банды.


Я спланировал свой маршрут изрядно вчера; это будет работать только в том случае, если оно снизится, когда и где я захочу. Если бы они пытались напасть на меня до этого, мне пришлось бы импровизировать.


Выйдя из автобуса, я оставил один глаз позади меня. Мальчики небрежно отошли от автобуса, осторожно не глядя на меня, но они пошли в том же направлении, что и я.


Очевидно, они не были профессионалами. Я видел, как София шла по маршруту, который она планировала для меня, чтобы следовать за ней, и она была скрыта даже без ее сил. Было бы трудно следовать за ней даже без ее полномочий.


Как бы то ни было, они приближались. Случайное отношение, которое они проявляли, внезапно исчезло. София планировала, чтобы меня атаковали здесь, и они собирались отвезти меня туда.


Я собирался дать им то, что они хотели, но я не собирался успокоиться.


Застыв, я оглянулся и притворился шокированным, что кто-то следил за мной. Мои актерские способности были не очень хорошими, но я надеялся, что с этого расстояния они не узнают разницу.


Мои шаги ускорились, и я продолжал оглядываться. Они купили его. Они внезапно бежали, и я был рад, что я бежал каждое утро, даже если бы не так долго. Тем временем я работал над своим телом, работая над тем, чтобы более эффективно поглощать усталостные яды.


Я повысил эффективность, с которой мое тело также поглощало кислород. Я наблюдал за изменениями, которые совершал мой организм, когда я тренировался, и я старался сделать все более эффективным. Это был обман, но последнее, что мне нужно было в середине битвы, - это упасть из-за истощения или болезненности.


Однако я не мог сообщить им, сколько у меня было выносливости. Когда я приблизился к складу, я замедлил ход. Я слышал, как София подарила мальчикам адрес. Здесь она хотела, чтобы меня атаковали.


Я даже видел, как она настраивала камеры, что я планировал использовать в своих интересах.


В верхней части моих легких я закричал о помощи. В этот час не было никого, и через мгновение я почувствовал, как кто-то схватил меня сзади. Они положили мне руку на мой рот, и я побил ее злобно, хотя я старался не использовать сверхчеловеческую силу.


Я притворился, что борюсь, когда они тащили меня в темноту склада.


"Почему ты это делаешь?" - закричала я, когда меня бросили вперед, чтобы упасть на землю.


"Суки, как вам нужно узнать их место", - сказал старший из них. Он был старшим и, по слухам, вскоре он оставил школу, чтобы присоединиться к АПП на полный рабочий день.


Если бы не мои уроки Эскримы, у меня, возможно, были проблемы с оценкой того, сколько силы нужно использовать, борясь с ними. Тем не менее, я уделял особое внимание в последнее время, и я точно знал, как трудно ударить и бороться.


К сожалению, это было не очень сложно.


К счастью, были и другие варианты.


Я полез в карман и у меня была небольшая канистра с перцовым аэрозолем; Я распылял тот, что был впереди, прямо в глаза, и он закричал. Канистра якобы была хороша в течение двадцати пяти быстрых всплесков или десятисекундных всплесков, но я сомневался, что другие позволят мне использовать их все.


Они этого не сделали. Они бросились мне, вырвав из моей руки брелок силой, которая могла бы сломать мои пальцы, если бы они не были суровыми.


Нога пошла за моей лодыжкой, и они захлопнули меня на пол. Они начали бить меня и пинать меня, трое. Четвертый все еще кричал и хватался за глаза.


Я все время кричал. Это то, что я бы делал, если бы у меня не было сил. Я был уверен, чтобы получить некоторые удары, ударяя каждого мальчика достаточно тяжело в лицо, чтобы оставить отметки. Я царапаю и царапаю.


Я заметил, как София прячется в стропилах. Она наблюдала со странной силой.


Было время.


Час назад я выскочил из класса, утверждая, что я плохо себя чувствую. Выскочив из ванной в зеркальный мир, я пришел сюда, и я использовал малоизвестный аспект сил крестоносца.


Привидения, которые он создал, выглядели так же, как и в тот момент, когда он их создал.


Они следовали его общим приказам, но они не были под его контролем с минуты до минуты. У них была автономия. Я надеялся, что мой призрак вспомнил, что он здесь должен был сделать.


Цепь вышла из ниоткуда, обернувшись вокруг шеи бандита, который нападал на меня и тащил его. Призраки крестоносца дублировали его копье, мои призраки дублировали мою цепь. Конечно, я создал только один призрак. Все больше и люди поймут, что это просто дубликат.


Увидев Тейлора Хеберта и одетый в мотоцикл, кейп в том же месте на видео сделаем многое, чтобы укрепить идею о том, что я не он.


Кроме того, это объясняло бы, почему я не пострадал ничем хуже, чем был. Я тренировался, когда на коже росли синяки, и когда пришла полиция, у меня было бы много для их фотографирования.


Мальчики, удерживающие меня, застыли, даже когда мальчик с цепью на шее захлебнулся и заткнул рот. Призрак бросил его на стену с треском, и я подумал, что слышу костяную хватку.


Я должен был признать этот угол на полу, он выглядел впечатляюще. Его голова загорелась, хотя призрак не мог воспроизвести эту часть моей силы и, поднявшись на шесть футов, выглядел еще выше отсюда.


Они поднялись на ноги, и я почувствовал что-то мокрое. Я проклял, когда понял, что один из мальчиков опорожнил мочевой пузырь.


Теперь я чувствую все свои страхи, даже Софию. Они были в ужасе, и это было именно то, где я хотел, чтобы они были.


Цепочки снова набросились, и призрак вытащил ноги из второго мальчика. Он упал вперед, разбив лицо в землю. Затем его тащили ногами и кричали на призрак.


Самый старый мальчик еще не был атакован. Он поднял глаза, которые были красными, и слезы текли по его лицу, и он вытащил выключатель. Он был храбрее других, когда он бросился к призраку.


Призрак поймал его за горло и поднял его с ног. Мальчик ударил его в нос, но его ножа не было ничего, чтобы купить его.


Мальчик уронил нож и схватил его за горло, даже когда призрак послал второго мальчика, летящего в темноту.


Последний мальчик, тот, кто, к несчастью, невзгоды, воспользовался этой возможностью, чтобы бежать за дверью. Когда он открыл ее, хотя в комнате появилась другая фигура.


Я был рад, что склад был настолько тусклым. В то время как полупрозрачная природа черного призрака не подвергалась сомнению, учитывая его способность взять власть Софии, другая не была тем, что я хотел признать.


Я дважды менял костюмы, пока был здесь. Призрак, одетый в мой белый костюм, бросился вперед, и трусливый мальчик отпрыгнул назад.


Мой женский призрак влетел в мой мужской призрак, и мужской призрак позволил мальчикам лететь.


Я слышал, как София отчаянно звонила в СКП, и мне почти хотелось хлопать в ладоши. Это не могло быть лучше.


Двое из мальчиков не вставали, но остальные трое вскарабкались на дверь.


Я бы очень долго занимался борьбой между двумя призраками в последний раз, когда я их создал, чтобы они знали, что делать.


Пусть битва закончится слишком рано, и Софи успела бы очистить камеры. Пусть это закончится слишком поздно, и СКП придет.


Когда они врезались в стену склада, я сузил глаза и сделал весь бум стены ударом. Я заранее подготовил стену с силой Руны, хотя ее поддержали в течение часа с этого расстояния.


Я быстро приступил к созданию синяков и опухолей, которые я планировал. Было важно, чтобы я выглядел так, будто меня избили до одного дюйма в моей жизни.


В тот момент, когда я услышал звук мотоцикла Оружейник, у меня был мотоциклетный кейп, захватив другой, и я уволил их обоих. Они оба исчезли.


Мое единственное беспокойство по поводу производительности было отсутствие звука. Я надеялся, что они приписывают его своей силе, а не всему, что не реально. Я знал, что камеры не записывают звук; Я проверил час назад. Я предполагал, что София не хотела никаких аудиозаписей, которые могли бы обвинить ее или Эмму. Мое единственное беспокойство заключалось в том, что София могла заметить отсутствие звука.


Я закрыл глаза, когда услышал, как дверь распахнулась. В дверях стоял армейстер, а за ним стояла скорость и мисс Милита. Время отклика было феноменальным, но Риг был виден из Доков, и мы не были так далеки от них.


Избиение детектором лжи Оружейника было бы трудным, но, надеюсь, мне показалось бы слишком истеричным вопросом, пока кто-то еще не задаст вопросы.


Мне нужно будет украсть силы актера рядом, может быть, кто-то, кто был коррумпирован.


Когда я лежал на земле и слушал "кейпы", которые распространялись и игнорировали меня, у меня внезапно вспыхнул вдохновение. Идея проникновения в тюрьмы, которые у меня были раньше, на самом деле была не такой уж плохой. Я мог бы исследовать нормальных людей с исключительными навыками, желательно убийцами, которые все время были в жизни.


Для поиска людей, к которым я стремился, нужно много исследований, но с моими способностями зеркального универсума я мог бы появиться прямо в своих камерах поздно ночью, когда все спали. Мне нужно было все время, чтобы украсть их навыки, и они, возможно, даже не узнают, что они ушли, если они никогда не вышли.


"Можете ли вы рассказать мне, как вам больно?" Спросила мисс Милиция.


"Софья Гесс, Эмма Барнс и Мэдисон Клементс говорили четырем моим одноклассникам в избиении меня", - сказал я. "И тут появился какой-то призрачный парень-мотоцикл и сделал то же самое с ними".


Даже несмотря на то, что я не мог видеть ее рот через свой шарф, я мог видеть, как все ее тело становится жестким при упоминании имени Софии.


"Что заставляет вас думать, что эти девушки это задают?" - спросила она.


"Они запугивали меня последние полтора года; Я уже был госпитализирован. У меня есть электронные письма, которые они мне прислали, и журнал о всех вещах, которые они делали со мной.


"Казалось бы, это вопрос школы, о которой нужно заботиться", - неуверенно сказала мисс Милиция.


"Школы покрывали их", - сказал я. "Я не знаю, почему".


"Даже если бы они ... все время злоупотребляли вами, что заставляет вас думать, что они установили этот конкретный инцидент".


"Ну, - сказал я. "София там, в углу, снимает все это".


Я указал на ее направление, спрятанное в углу; она спустилась с стропила. У нее был олень в свете фар. У меня было ощущение, что она сожалеет о своем желании оказаться на сцене, когда меня унижают.


Мат.


19. Допрос.


"Я пытался рассказать кому-нибудь полтора года", - сказал я. "Но никто не слушал".


Мои руки дрожали, и я схватил один с другим. Я изучал ответы моего тела после битв, в основном, чтобы попытаться найти способы сделать вещи более эффективными. Я увеличивал количество адреналина моего тела во время боя, которое увеличивало сердечный ритм и кровяное давление.


Я почувствовал себя холодным и липким; ответ на бой или полет, который я подражал, уменьшал приток крови к коже, чтобы обеспечить больше крови более жизненно важным органам. Я расширил свои ученики, надеюсь, недостаточно, чтобы заставить их думать, что я принимаю наркотики, но достаточно, чтобы быть очевидными.


Моя акция была бедной, но я мог бы компенсировать некоторые из них подлинными физическими реакциями.


Мисс Милиция выглядела отвлеченной. Я надеялся, что она будет. Мысль о том, что мое альтер-эго, возможно, вернется, вероятно, была достаточной, чтобы она не уделяла полного внимания тому, что я говорил. Я не мог получить слабость, потому что у нее была отличная память.


Я читал об ответах жертвы накануне. Многие полицейские, которые были новыми на работе, думали, что жертвы изнасилования и жертвы нападения, которые были спокойны, лежали. Более опытные полицейские знали, что это нормальный ответ на травму.


"Вы ранены?" Спросила она.


Если бы я был жертвой нападения, я бы даже не знал. Эндорфины тела, производимые часто, блокировали боль. Были даже случаи мужчин, которые даже не понимали, что их расстреляли до тех пор.


Я удостоверился, что мои глаза заметно опухают, и я разделил свою собственную губу своей силой. Я был уверен, что выгляжу как ад; Ночью я практиковал изменения в зеркале.


Папа собирался урод. Я не сказал ему, что я планировал, чтобы его реакция была подлинной. Конечно, он знал, что я не должен был пострадать от нескольких головорезов, и он был бы немного смущен, но, надеюсь, он будет продолжать шараду достаточно долго.


Я вздрогнул, когда я заставил себя сесть. Было интересно узнать, что я могу создать реальную боль в себе. Это было не то, что я планировал сделать очень, но это было исключением. Я также подумал об использовании этого, если бы часть моего мозга была свободна от контроля Властелин. Я не был уверен, что больное количество боли освободит меня, но я был готов попробовать.


"Я могу ходить", - сказал я. "Я не думаю, что что-то сломано".


Это был только вопрос времени, когда Оружейник пришел за мной со своим козырьком. Моя лучшая защита от этого заключалась в том, чтобы никогда не лгать. Пока я сосредоточился на самом нападении, а не на кейпках, сражающихся вокруг меня, они не думали задавать правильные вопросы.


Мисс Милиция, как мой следователь, была удачей; скорее всего, она была сочувствующей моему делу. Она была детским солдатом и была известна как защитник детей.


"Можете ли вы сказать мне, где на вашем теле вы попали?" Спросила она.


"Везде?" - сказал я.


Это правда. В смятении боя я не отслеживал, где именно меня ударили, ударили и ударили ногой. Я подготовил синяки по всему телу, но был шанс, что они могут не совпадать с тем, где камера сказала, что я попал.


Я надеялся, что они будут настолько сосредоточены на моей липкой идентичности, что они не обратят внимания на такие мелкие детали. Скорее всего, они не захотят, если они уже не придут к выводу, что что-то не в порядке с моей историей, и тогда они будут более внимательно смотреть на то, что происходит.


"Школа закрыла его, и я думаю, что у Софии есть кто-то на ее стороне, убедившись, что ничего не происходит. В январе они заперли меня в шкафчике с использованием тампонов и подушечек, которые они могли бы гнить в течение двух недель ... Я потерял сознание и не был найден в течение шести часов ".


Когда я заговорил, я почувствовал себя очень расстроенным. Возможно, это был частично адреналин, но у меня были месяцы мучений, и это был первый раз, когда я имел возможность поговорить с кем-то, кто мог бы слушать.


Конечно, если бы они покрывали это, как будто они охватывали все остальное, это запечатало бы мое мнение о них. Они сделали бы меня врагом, и я подозревал, что они не будут любить меня как врага.


Я мог бы даже осушить их все.


Конечно, это означало бы, что Александрия и Легенда и Эйдолон придут за мной, и это был путь, который я не хотел брать, если я не был абсолютно обязан.


"Не вставай, - сказала мисс Милиция.


Я задавался вопросом, интересно ли ей, почему я больше сосредоточен на запугивании, чем избиение, которое я только что имел. Я должен был установить отчет прямо.


"Она собиралась использовать видео, чтобы унизить меня", - сказал я. "Играйте в онлайне и в школе, используйте его, чтобы сделать мою жизнь еще хуже, чем она была. Я могу бить; Я занимаюсь занятиями Escrima в течение нескольких недель, а не тем, что они мне очень понравились. Но то, что она делает со мной ... то, что они делают со мной, съедает меня. Я не знаю, сколько еще этого я могу предпринять ".


"Тебе кажется, что тебе больно?" Спросила мисс Милиция, наклоняясь вперед.


Я потрясенно посмотрел на нее. "Нет! Я бы не стал ... Мама ушла, и я все папа ушел. Это просто ... ходить в школу - это ад, каждый день. Я думаю о том, чтобы все время выходить.


Это правда. Мысль о том, чтобы стать бдительным на всю жизнь, стала все более привлекательной, особенно потому, что у меня возникло соблазн положить руку на лицо Эммы и расплавить ее до костей.


Кроме того ... У меня уже было достаточно денег, чтобы начать учебу в колледже, и получить больше не будет проблемой. Я решил, что мой мотоциклетный облик, который носит личность, не потребует денег; зачем духу мести нужны деньги?


Это оставило мою другую идентичность, но этого было бы более чем достаточно.


"Что ты можешь рассказать мне о Кейпе, который спас тебя?"


"У него были цепи?" - сказал я. "Он был в огне? Я был немного занят, когда меня избивали. Появился цыпленок в белом, который появился и сражался с ним, и они оба исчезли ".


Чем меньше я говорил о том, что случилось с призраками, тем лучше.


Я вздрогнул. "Моя голова болит."


"Мы привезем вас в больницу, - сказала мисс Милиция. "Не вставай. Возможно, у вас еще есть травмы, о которых вы еще не знаете. Это будет недолго.


С этим разговор закончился, и она выглядела почти с облегчением. Мое предположение заключалось в том, что ей было над чем беспокоиться, кроме простого случая нападения; была моя другая личность, а затем была бомба, которую я рассказал ей о Софии.


Я убедился, что большая часть битвы между моими призраками была скрыта из-за этих двух камер. Чем меньше времени они видели в фильме, тем лучше. Надеюсь, это сделает их прозрачность и характер их борьбы менее очевидными.

*********


Меня посадили в ту же больницу, в которой я был, после шкафчика. Ирония этого на всем остальном была осязаемой. У меня даже была такая же медсестра, которая узнала меня.


Я ждал отца, который позвонил из СКП. Он звучал безумно по телефону; я предполагал, что он был обеспокоен тем, что я был ранен в битве на кейпе, и что я просто составлял остальную часть для СКП.


Это поможет продать его СКП.


Я чувствовал себя виноватым, как он, но я не видел другого выбора. Хулиганы превратили мою жизнь в ад, и рано или поздно я собирался щелкнуть, если что-то не изменилось. Если бы это убрало Софию с моей спины, это того стоило. Без Софии Эмма не имела бы достаточной силы. Мэдисон даже не попал в мой радар.


Он поймет. Я знал это, даже не спрашивая.


Мои планы не всегда были лучшими, но пока они работали, мне было все равно. Я только надеялся, что в больничном счете не обнаружено, что у нас есть другие источники дохода. Последний раз стоил более десяти тысяч долларов; надеюсь, на этот раз я выйду через несколько часов, и это обойдется всего в пару тысяч.


Я бы заплатил папе обратно каждые десять центов.


В дверь постучали, и я сел. Надеюсь, это был папа, а не Оружейник пришел, чтобы сказать мне, что они видели мою уловку и пришли за мной в тюрьму. Они не знали, кем я был, по крайней мере; если бы они это сделали, они бы боялись, и я бы почувствовал, что они идут из кварталов.


Я застыл, увидев, что Панацея входит в комнату вместе с врачом.


Панацея была единственным человеком, которого я не планировал. Я постепенно вносил изменения в свое тело, экспериментируя в свое время. Более эффективные способы борьбы с утомляющими ядами, способы тонко обострить мои чувства ... ни один из них не привел к парахуманским способностям сами по себе, но она заметила их почти сразу.


Она знала, что я тоже парахуман, и если она сообщила об этом Протекторату, все было кончено. Помимо моих двух идентичностей, которые я притворился творить своими призраками, единственным другим новым кейпом в Броктон-Бей был Харон.


У них были бы вопросы, особенно о том, почему я не защищал себя лучше.


Я чувствовал, как паника начинает пробиваться мне в горло, но я заставил себя успокоиться. Я остановил адреналин, который наводнил мою систему и компенсировал это.


"Я не думал, что вы делали мелкие случаи нападения", - сказал я. "Вещи, которые будут излечиваться сами по себе".


Она была похожа на ад. Ее сестра не преуспела во всех докладах, и, похоже, она тоже не сидела с ней. Ее волосы выглядели немытыми, и под глазами были сумки.


Я болен, чтобы схватить ее силу и использовать ее, чтобы исцелить ее. Это было бы легко; она даже не потрудилась прикрыть ее кожу. У меня было ощущение, что она не очень любит ее силу. Она всегда выглядела так запутанной и потупилась, чтобы исцелить людей.


Конечно, возможно, я просто ловил ее в плохие дни. В первый раз она беспокоилась о том, что ее сестра внезапно стала убийцей, и теперь она может просто устать.


Возможно, она любила свою силу и была просто сердитым человеком. Я не мог украсть у людей силы только для того, чтобы быть сварливым; если бы я сделал это, я бы украл силы каждого кейпа в Нью-Джерси.


"Протекторат попросил меня сделать специальное исключение", - сказала она. Ее взгляд сузился, когда она подняла глаза и увидела меня. "Я встречал тебя раньше".


Больше, чем она думала; она встретила меня в моем блэкджекском тоне ... или как там прозвал Протекторат в наши дни. Мне пришлось обойтись, чтобы назвать себя.


Было довольно сложно называть себя, когда в мире было десятки тысяч кейпов. Придумывать хорошие имена, которые не были приняты, было тяжелым делом. Придумать имена для двух или трех идентичностей было еще хуже.


"Вы устремили мои глаза", - сказал я. "На рынке."


Ее лицо потемнело от упоминания об инциденте, который привел к упадку ее сестры. Если бы у меня была сила, которая помогла бы с депрессией, я решил, что буду использовать ее на Glory Girl. В конце концов, я был ответственен за это.


"У меня есть ваше разрешение исцелить вас?" - спросила она, протягивая ей руку.


Я смотрел на нее, мой разум мчался. Какое оправдание я мог бы дать, это меня не упустило?


"Значит, они могут скрыть это?" - спросил я наконец. "Нет."


"Что?" Спросила она ровно, подняв глаза.


"У меня был некоторый опыт общения с людьми, покрывающими то, что они со мной сделали", - сказал я. "Что происходит, когда я говорю с настоящей полицией, и моя кожа выглядит великолепно? Я не знаю, кого они пытаются защитить, но это будет излечивать намного быстрее, чем позволить им уйти от него ".


Я полностью намеревался предъявить обвинения всем участвующим. Даже если бы они на самом деле не причинили мне боль, если бы они были готовы сделать что-то подобное, это не заставит себя долго ждать, когда они поедут за другой девушкой, как и я. Один из мальчиков носил нож; хотел ли он нанести мне удар или вырезать одежду, я не был уверен. В любом случае он заслужил все, что получил.


Там уже были женщины-агенты СКП, которые принимали унизительные фотографии. Мне пришлось полосаться, чтобы они увидели синяки, которые я создал на передней части моего тела. Я оставил заднюю часть своего тела разумно свободным от синяков, так как меня атаковали в основном лицом вверх.


"Они сделали это и после шкафчика", - сказал я. "Пыталась скрыть это, чтобы оно исчезло".


Я не мог показать, что я знаю, что София была Теневым Сталкерером. Если бы я это сделал, они хотели бы знать, как я знаю, и это привлекло бы внимание, которое мне не нужно.


Кто-то приближался; Я чувствовал их с чувством страха. Это был не тот страх, который имел бы СКП, если бы они шли за мной; это было скорее состояние высокого беспокойства.


Это был мой папа или адвокат школы.


Как выяснилось, это был папа, и его сопровождала мисс Милиция. Она была тем, кто сначала спросил меня, и поэтому она была тем, кому нужно было следить.


"Тейлор!" - сказал папа. "Мой Бог!"


Я, возможно, ушел с борта с травмами, которые я создал. Я выглядел как ад с опухшими глазами и разрезом на губе. Все мое лицо было в синяках; кровеносные сосуды, которые я намеренно разорвал под кожей, немного побольше, чем я планировал, и я не решил исправить это, поскольку это имело скейпл.


"Она отказалась от исцеления", - сказала Панакея мисс Милиция.


"Что?" Спросила мисс Милиция. Ее глаза сузились. "Зачем?"


"Они будут использовать его, чтобы покрыть это", - сказал я. Я знал, что я казался параноиком, но часть меня даже верила в это. В конце концов, ничего, что я сделал в прошлом, даже начал проникать сквозь синюю стену, которую они создали. Полицейские защищали свои собственные, даже если они были полицейскими из копья.


"Заговора нет", - сказала мисс Милиция. "Я лично спросил Панацею. Я понимаю, что фотографии уже сделаны?


Я угрюмо кивнул. Разделение перед несколькими людьми было бы невыносимым, если бы не с целью избавиться от Софии.


"Суды будут основывать то, что происходит на этих доказательствах, а не на то, как вы выглядите после того, как с вами панацея".


"И это не будет использоваться, чтобы уменьшить все предложения?" - спросил я. "Нет вреда, нет фола?"


Я действительно боялся этого. Казалось, что-то они сделают. Адвокат Софии, вероятно, сказал бы, что я был только временно недоволен.


"Дело не в том, как работает закон, Тейлор, - сказала мисс Милиция. "Они напали на вас, они заплатили".


"София не на видео", - заметил я. "Вероятно, она попытается сказать, что она просто пришла, чтобы попытаться спасти меня".


"Заговор для совершения нападения по-прежнему является преступлением", - сказала она. "Мы проходим через ее телефон и социальные сети, как будто мы просматриваем ваши учетные записи электронной почты. Твой отец был достаточно любезен, чтобы дать нам доступ к вашему компьютеру и привести свой журнал.


Они не просили разрешения пройти через мои учетные записи электронной почты. Я был рад, что сохранил более проблемные поисковые запросы в Интернете на своих телефонах.


Подозревая, что это может произойти, я удалил деньги и все другие инкриминирующие вещи, которые мог найти, и оставил их в зеркальной вселенной под зеркалом моей кровати. Мои костюмы, однако, все еще были в зеркальной версии склада. У меня не было времени отвезти их домой, создав призраков на складе. Зеркальная вселенная, которую я все еще поддерживала, была достаточно большой, чтобы покрывать как склад, так и мой дом.


Конечно, эта вселенная не покрывала больницу. Если бы мисс Милиция или Протекторат пришли сюда, у меня был бы выбор. Потеряйте два костюма, и мои деньги снова появятся в моем доме, когда агенты СКП искали его или не смогли исчезнуть, когда мне было нужно.


Это сделало меня беспокойным, хотя я мог только сделать зеркальные вселенные в течение пяти дней.


"Если вы вернетесь в школу, выглядите так, вы просто позволите им победить", - сказала мисс Милиция. Я мог сказать, глядя на нее, что она не понимает, почему я был упрям.


Я замерз.


Если бы я продолжал настаивать на том, чтобы не исцелиться, она стала бы подозрительно, что есть причина. Вся уловка, которую я установил, основывалась на идее, что они будут сосредоточены на очевидных проблемах. Как только они стали подозревать, что я парахуман, все это развалится, как карточный домик.


Однако, если бы Панацея изгнала меня, они узнали бы, что я парахуман. Мой разум мчался, пытаясь выяснить предлог, который я мог бы использовать.


Ничего не пришло в голову, и мне пришлось принять решение быстро.


Перила на стороне кровати были блестящими. Я потянулся и прислонил ногу к нему, даже когда я протянул руку, чтобы папа взял. Если бы Панацея изгнала меня, я бы была в зеркальной вселенной с папой на буксире, прежде чем мисс Милиция смогла бы нарисовать пистолет. Я потерял бы костюмы на складе и, может быть, деньги дома, но лучше, чем потерять свободу или позволить папе использовать против меня.


"Хорошо, - сказал я, - продолжай.


Панацея потянулась, чтобы коснуться меня на запястье. Через мгновение она застыла, и она посмотрела на меня с обвинительными глазами.


20. Откровения.


Ее глаза сузились, и я почувствовал ее напряженность на мгновение, прежде чем ее глаза метнулись назад в направлении мисс Милиция.


Она почти заметно заставила себя расслабиться, и через мгновение я почувствовал ее силу, когда она текла по мне, как теплая, нежная вода. Это было потрясающе. Я мог видеть все, что она делала, быстрее и совершеннее, чем могла.


То, что она делала за секунды, заняло бы у меня час, и мне пришлось поэкспериментировать, чтобы добраться до этого момента.


Это заставило меня больше хотеть ее силы. Ее сила была как моя, но все быстрее и лучше. Я знал, что она может сделать гораздо больше, чем исцеление. Она должна была сделать хотя бы столько, сколько могла, если бы не намного больше. Я подозревал это в прошлом, но теперь я знал.


Она смотрела на меня, и я знала, что она знала, что я парахуман.


Я подумал, будет ли она просто ждать, пока она не выйдет из комнаты, чтобы сообщить мисс Милиция. Размывание его передо мной было хорошим способом попасть в заложники, и Панацея не казалась глупой девушкой.


Когда она взяла ее руку с моего запястья, мисс Милиция кивнула.


"Это выглядит намного лучше", - сказала она.


Прозвучал звуковой сигнал, и она ненадолго отвернулась от нас, бормоча что-то на шее ее воротничка.


Отвернувшись, она сказала: "Меня хотят в другом месте. Мы не закончили ваш случай, Тейлор. Я обещаю, что вернусь, чтобы проверить вас.


Через мгновение она исчезла, оставив меня наедине с Панацеей и папой.


"Вы можете закрыть дверь, мистер Хеберт?" - спросил Панацея. "Нам нужно обсудить".


Папа посмотрел на меня, а затем на Панацею. Казалось, он поднял напряжение в комнате, потому что он кивнул. Он встал и подошел к двери, закрыв ее тихо.


"Что происходит?" - спросил я.


Выезд меня перед моим папой казался бы нарушением кода почти так же, как и меня, к Протекторату. Она не знала, что я уже сказал ему.


"Мне жаль говорить, что я не проделал хорошую работу в первый раз, когда я работал на вас", - сказал Панацея. "С моей сестрой было что-то, и было так много людей, что я не очень хорошо смотрел".


Что?


Она наклонилась вперед. "Но я помню достаточно, чтобы знать, что ты не такой, как сейчас. Я не видел ничего особенного в первый раз, когда я работал над вами, но были изменения, о которых я немного беспокоюсь ".


Она колебалась. "Я не занимаюсь мозгами, но вижу их. Вы еще не вызвали, но есть потенциал для этого. Я бы подумал, что что-то подобное сделало бы трюк, но я не думаю.


Что?!?


"Дело в том, что в вашем мозгу есть странный рост. Я видел только что-то подобное в другой раз, когда смотрел на тело мужчины, сестра ...


Она остановилась и отвернулась.


"Я не должен был. Они думали, что я слишком близко к делу, и они боялись, что я испортил бы доказательства или что-то в этом роде ".


"Я думал, что у каждого парахумана есть рост в их мозгу?" - спросил папа.


"Они делают", сказал Панацея. "И иногда они могут быть странно сформированы или в странных местах. Это все по-другому, и некоторые из Case 53's ... Накладки, которые выглядят бесчеловечными, имеют особенно странные. Дело в том, что у кого-то не более одного, и этот рост в вашей голове не выглядит совсем как Corona Pollentia ".


"О чем беспокоиться?" Спросил папа.


У меня с раком мозга будет вишня на вершине его депрессии. После всего, что мы пережили, это было бы худшим.


"Я вижу всевозможные странные изменения в ее теле, - сказала Панака. "Гормональные изменения, изменения нервной системы, глаз и ушей и легких. Это не рак или что-то еще, что я когда-либо видел ".


"Как вы думаете, это болезнь?" Спросил папа.


Панацея покачала головой и посмотрела мне в глаза. "Почему бы тебе не рассказать нам, что это такое, Тейлор?"


Я уставился на нее. Я все еще перерабатывал идею, что она не верила, что я вызвал. Я знал, что у меня есть; почему мой мозг не показал это?


"Я не знаю, что сказать..."


"У парня, с которым столкнулась моя сестра, не было Corona Pollentia или Gemma. У него не было сил, которые он проявлял. Он ударил мою сестру через стену! Единственный вывод состоит в том, что существует биоинтернет, который пытается дать людям полномочия. Это сработало ненадолго, но в худшее время для моей сестры.


"И ты думаешь, я, что, пошел к кому-то, чтобы попытаться дать мне силы?"


"Они не очень хорошо справились, - сказал Панацея. "Множество небольших изменений, которые на самом деле не значительны. Я мог бы иметь..."


Она колебалась.


"Мне нужно знать", - сказала она. "Кто это сделал? Полиция дошла до того же вывода, что и я, и они закрыли дело, но у Вики все еще есть кошмары. Если кто-то там экспериментирует с людьми, я должен найти их и заставить их платить ".


Я беспомощно посмотрел на папу. Я не был уверен, что делать.


Панацея искала чего-то, чего не было. Никто не дал мне этих сил; Я заработал их в одном и том же испытании огнем, который у всех был. Я не был уверен, почему у меня есть второй источник моих полномочий, но я планировал следить за ним.


Я избегал своего мозга по понятным причинам; это было там, где я жил. Ошибайтесь там, и все закончилось.


"Никто не экспериментировал со мной", - сказал я. "Я бы знал ".


У моей головы внезапно возникла боль, которую я не мог объяснить из-за нервных импульсов или гормонов или какого-либо физического повреждения.


Внезапное изображение иглы, ввернувшейся в мою руку, пришло мне в голову, только чтобы исчезнуть так быстро, как она появилась.


"Тейлор?" Спросил папа.


Рука Панацеи была у меня на руке. На этот раз она не спросила. Она посмотрела на меня с пристальным взглядом.


"У вас были головные боли раньше?" - спросила она.


Это был загруженный вопрос. Она хотела спросить, есть ли у меня симптомы опухоли мозга. У меня не было; с моим контролем над своей собственной физиологией, я давно бы знал, что что-то не так. Это казалось чем-то другим.


Я покачал головой. "Я просто подумал, что я что-то увидел ... как иглу".


Она возбужденно кивнула, наклоняясь вперед. "Возможно, вы не помните, что экспериментировали. Есть химические вещества, которые могут использоваться для предотвращения образования воспоминаний, и есть силы Кейса, которые могут подавлять воспоминания. Если вы пытаетесь вспомнить, это может причинить вам боль ".


"Это похоже на скачок, - сказал папа. "Может быть, вы просто положили идею в ее голову, и она просто пережила что-то травматическое".


Панацея нахмурилась. "В ее ранах тоже было что-то странное, но я был так занят, глядя на ее мозг, что я не обращал много внимания".


"Я могу исправить вещи, которые странны, если вы хотите, чтобы я", сказал Панака.


Она говорила о моих изменениях. Я много времени проводил над ними. Стоит ли все это делать снова, чтобы сделать ее менее подозрительной? Что, если мы встретимся снова?


"Кто-нибудь из них опасен?" - спросил я.


Она покачала головой.


"Тогда, может быть, нам следует оставить их", - сказал я. "По крайней мере на данный момент."


"Если кто-то сделал это с вами, вы должны пойти в полицию", - сказала она. "Возможно, даже СКП. У вас уже есть мисс Милиция на вашей стороне.


Я покачал головой. "Насколько я знаю, это те, кто сделал это со мной. У нас гораздо больше колдунов-злодеев, чем у героев кейпы ... Я бы подумал, что им понравится, чтобы выровнять счет ".


Она нахмурилась. "Зачем тогда экспериментировать с преступниками? Это было бы противоположностью того, что они пытаются достичь ".


"Может быть, они не знали, что он преступник", - сказал я. "Или, может быть, его мозг изменил его".


В тот момент, когда я сказал это, я понял, что совершил ошибку.


Мир никогда не был открыт или не принимал людей с психическими расстройствами. Безумный был жестоко обращен на протяжении всей истории человечества. Но после того, что Симург сделал для целых городов, у людей не было никакой толерантности к людям, которые не могли контролировать себя.


"Я в порядке", быстро сказал я. "В самом деле."


Если я продолжу эту дискуссию, девушка подумает, что я был серийным убийцей, который, по слухам, преследует город.


Герои в городе знали, что убийца только преследует Парахуманов, но как-то слухи вышли среди нормалей. Как-то детали перепутались; они каким-то образом смешались в моей музыкальной шкатулке с моими чаровыми днями с серийным убийцей, который отрубал вершины головок.


"Кто-то должен знать об этом", - сказал Панацея.


"Ты собираешься их рассказать?" - спросил я. Я поднесла ноги к груди. "Если кто-то что-то со мной что-то делает, я не хочу, чтобы кто-нибудь знал. Люди занимаются с тобой полтора года, и мне стыдно ".


Я где-то читал, что лучшая ложь была зажата в правде.


Панацея выглядела смущенной.


"Я не знаю, сделал ли кто-нибудь что-нибудь", - сказал я. "И если они это сделают, я не знаю, кто они, и где и когда это произошло. Я ничего не могу сделать, чтобы помочь твоей сестре.


Она выглядела нерешительно.


"Не разрушай мою жизнь за то, что может даже не быть реальным", - сказал я.


Она долго смотрела на ее руки, прежде чем вздохнула и кивнула. "Я немного обеспокоен тем, что любые изменения происходят в вас, возможно, будут медленными и кумулятивными. Я хотел бы снова увидеть вас через пару недель, чтобы убедиться, что ничто не ухудшается ".


Я вздохнул и кивнул.


Больше не экспериментируйте с моей физиологией; пока я не уберу Панацею с моей спины.


Стоило бы сохранить мой секрет еще на несколько недель. В конце концов, я с нетерпением ждал последствий того, что я основал с Софией.


Видя, что Эмма смущена или даже вытеснена со своего трона, поскольку королева пчелы в школе будет настоящим удовольствием. После всего, что она провела, она заслужила все, что получила.


"Ты готов уйти отсюда, детка?" - сказал папа.


Я кивнул. Моя одежда была взята у меня за доказательствами, но он привез с собой одежду из дома, по-видимому, после того, как они были отправлены с помощью тонкого зубного гребня агентами СКП.


Панацея кивнула мне и вышла из комнаты вместе с папой, когда я оделась.


Идея о том, что я не похожа на все остальные кейпы, беспокоила меня. Если обычная опухоль, которая дала кейпы свои силы, не была активной во мне, тогда логика заключалась в том, что мои силы исходили из другого роста, как бы мутировали это ни казалось.


Почему у меня был второй рост, у меня не было объяснений. Панацея несколько раз сражалась с Губителем, а это означало, что она когда-то видела мозги сотен кейпы. Если кого-то можно считать экспертом в том, что было бы нормально, это была бы она.


Медсестра ждала меня с инвалидным креслом. Учитывая, что я был по определению прекрасным после визита Панацеи, я не был уверен, почему они настаивали на том, чтобы сопровождать меня, если бы не было того, чтобы я не подделывал падение, поэтому я мог подать в суд на них, чтобы вернуть некоторые из непомерные ставки, которые они взимали.


Мы добрались до входа в больницу, и у папы была машина.


Когда мы вышли из автостоянки, он сказал: "Надеюсь, у вас есть объяснение для всего этого".


Внезапно я понял, что на самом деле я не сказал папе, что случилось. Вероятно, он был расстроен тем, что я не доверял ему достаточно, чтобы включить его. Тот факт, что все это получилось, по крайней мере до сих пор не хватило бы, чтобы он не рассердился на меня.


Хотя его голос был спокойным, и даже я мог видеть, что его лицо покраснело. У него был характер, даже если он редко обращался ко мне. У меня возникло ощущение, что он не захочет принять улыбку и пожал плечами.


Этого было достаточно, чтобы заставить меня пойти и украсть силу Канарейки и попеть ему мелодию, чтобы успокоить его.


Было ли плохо, что моя первая реакция на проблемы в моей повседневной жизни заключалась в том, чтобы спросить, чью власть я могу украсть, чтобы все это исчезло?


Была ли власть у меня в голове? Если бы это было, что я мог сделать с этим?


*********


Впервые за долгое время я почувствовал себя хорошо, когда я направился к Уинслоу. Разговор с отцом не был приятным, но он в конце концов согласился, что это было бы лучше, если бы у него были хулиганы с моей спины.


Это было не так, как если бы он мог на самом деле основать меня. У меня было больше денег, чем у него, даже до того, как он заплатил все счета.


Физически он ничего не мог сделать для меня, а не то, что он когда-либо проявлял склонность к тому, чтобы делать что-то подобное. Даже если он попытался запереть меня в своей комнате, я мог бы проскользнуть в другую вселенную, и я мог проскользнуть сквозь стены.


Даже если бы он избавился от всех зеркальных поверхностей, я мог просто сломать дверь.


Единственный авторитет, который он имел во мне, был моральным авторитетом, и я знал это. Тот факт, что он все еще хотел попробовать, все-таки означал что-то для меня. Он оставил депрессию и снова стал моим отцом, и я был готов выслушать его за это, даже если ни для чего другого.


Иногда у него были какие-то хорошие идеи. Он купил мне пару зеркальных сережек; мне потребовалось тридцать минут, чтобы мои уши разрастались надлежащим образом, но это стоило. Пока я носил их, мне не приходилось касаться чего-то зеркального. Мне нужно было бы найти что-то похожее для других моих идентичностей.


Может быть, что-то, что я носил против своей плоти ... кольцо желудка или что-то подобное. С биокинисисом мне даже не нужно было пирсинга; Я мог бы создать свой собственный с мясом.


Когда я подошел к школе, я подумал, как пройдет день.


Эмма собиралась быть расследована вместе с Софией, поэтому она должна была знать, что к этому моменту было что-то не так. Я подумал, что она даже появится в школе.


Когда я направился к входу в Уинслоу, я увидел, как ученики смотрели на меня и шептались про себя. Я не заметил ни одного необычного страха среди них, но взгляды, которые они мне давали, делали меня смутно непростым.


Разве что-то из того, что произошло, распространилось так быстро?


Это было не совсем триумфальное возвращение, о котором я думал. Я предположил, что Эмма собирается упасть в пламени и что я буду полностью оправдан, но никто так не поступал. Они действовали, на самом деле немного похоже на то, как они действовали в тот день, когда меня поместили в шкафчик.


Я сразу насторожился. Они знали что-то, чего я не делал, и это всегда было плохо.


Когда я вошел в зал, я увидел мистера Глэдли и миссис Нотт. Они выглядели так, как будто меня ждали.


"Вам нужно пойти в кабинет директора Блэквелла, - сказала миссис Нотт. На этот раз не было одобрения в ее глазах или даже сочувствия. Ее лицо было совершенно нейтральным.


Разве Панацея предал меня? Был ли СКП в ожидании меня в офисе?


Зачем принимать меня в школу? Здесь были тысячи невинных подростков, и борьба привела бы к тому, что кто-то пострадает, если они не поймут, что я был чем-то большим, чем видел Панацея.


Я думал, что бегу, но если бы это было не то, что я думал, что рискну сам себя выследить.


Вздохнув, я кивнул.


Я направился в офис. Секретарь меня никогда не одобрял. Я мечтал, что она изрекла мои заявления о Аркадии из-за злобы, хотя я знал, что более вероятно, что я не попал из-за влияния хулиганов на мои оценки.


Она указала на дверь офиса директора.


Я неохотно подтолкнул дверь и, к моему шоку, увидел, что Эмма и Алан Барнс сидят рядом с главным Блэквелл. На другой стороне стола был полицейский в форме.


На столе Блэквелла были записывающие устройства, которые я посадил.


Я почувствовал, как мой желудок упал.


"Закрой дверь, мисс Хеберт, - сказал главный Блэквелл. На ее лице была неприятная ухмылка.


Я сделал и обернулся.


"Знаете ли вы, что в штате Массачусетс преступление состоит в том, чтобы записывать кого-либо без согласия обеих сторон? Штрафы включают пять лет в тюрьме и штраф в десять тысяч долларов ".


Умрика Эммы все это сказала. Ее отец был адвокатом и, несомненно, советовал ей о том, как наилучшим образом использовать все, что она обнаружила, чтобы обвинить меня.


У меня даже не было времени, чтобы получить что-то действительно инкриминирующее. Блэквелл, несомненно, оказал давление на СКП, и она использовала это как способ удержать внимание от нее и вернуть ее мне.


Требование адвоката было совсем не то, чего я ожидал, когда я пришел в школу этим утром.


21. Адвокатура.


"Что все это имеет ко мне?" - спросил я. Я заставил себя казаться спокойным, несмотря на то, что я почувствовал, что мой гнев растет до медленного кипения.


Блэквелл подумал, что она может запугать меня, и я перекатился, как всегда. Имея здесь Алана Барнса и полицейского, была ясная игра в силовую игру, предназначенная для того, чтобы запугать меня в словах, которые могли бы быть использованы для изгнания меня или, что еще хуже, отправить меня в тюрьму.


"Эти устройства были найдены по всей школе, в том числе и в вашем шкафчике", - сказал Блэквелл. "Эмма была достаточно любезна, чтобы привести их ко мне".


По-видимому, я не был так осторожен, скрывая камеры, как я думал. Мой разум мчался на мгновение. Затем я расслабился. Когда я поместил камеры, у меня не было собственного лица; Я не хотел, чтобы меня зацепили за мою личность в школе, зная, что Блэквелл будет использовать ее против меня.


Я посмотрел на Алана Барнса на мгновение, и впервые я использовал силу Виктора, чтобы немного от него отделаться от его юридических навыков. Это не повредило бы ему, если бы я просто попил из колодца, хотя, если бы я решил высушить его, он был бы постоянным. Глазного контакта было достаточно для работы, хотя прикосновение было бы еще лучше.


Искушение высушить его было интенсивным. Он должен был знать, что делает его дочь, и его присутствие здесь сделало его частью. Потеря средств к существованию не позволит Эмме поступить в колледж. Это заставит ее жить той жизнью, с которой мы с папой жили в бедном районе.


Вероятно, это также принесет мне КЛЕТКАd. Моя уловка с СКП висела на проводе, в основном в зависимости от них, не задавая никаких вопросов. Все это разобьется, когда они поймут, что у меня есть силы.


"Тот же шкафчик, который я обвинил Эмму Барнс, Софью Хесс и Мэдисон Клементс в том, чтобы вталкивать меня вместе с двумя неделями, использовал женскую гигиеническую продукцию?" - спросил я через мгновение. "Тот, которого я избегал последние два месяца, потому что это был один из худших моментов в моей жизни?"


Полицейский с удивлением посмотрел на него. Он начал быстро набрасывать ноты на площадку.


"Я был госпитализирован, - сказал я с облегчением. "Это должно быть в записи, если вы посмотрите на это".


"Это должно быть достаточно легко разрешить", - гладко сказал Блэквелл. "Я бы предположил, что ваши отпечатки пальцев на всех предметах, о которых идет речь".


"Если бы Эмма привела их к тебе, у них тоже будут отпечатки пальцев", - сказал я. Я отчаянно начал использовать биокинизис на моих пальцах. Я не был осторожен при работе с камерами, потому что не думал, что мне нужно. К счастью, я мог изменить свои собственные отпечатки пальцев, учитывая достаточно времени и мотивации. "И я думаю, что если вы проверите мои отпечатки пальцев, вы обнаружите, что они не совпадают".


Обратившись к полиции, я сказал: "Госпожа Барнс и г-жа Блэквелл находятся под следствием СКП для подстрекательства в моем нападении и покушении на убийство вчера. Я был исцелен Панацеей. Это также вопрос публичной записи и легко поддается проверке. Я подозреваю, что это попытка привлечь внимание к своей собственной виновности ".


Блэквелл, вероятно, не подвергался расследованию за нападение, но были и другие вещи, над которыми она была бы расследована.


Мои речевые узоры были немного разными, чем обычно, вероятно, были частью набора навыков Алана Барнса. Надеюсь, никто не заметит. Я немного потягивал свои юридические навыки, и я понял, что это почти так же увлекательно, как принятие полномочий.


"Что более вероятно, что у меня есть секретный фетиш для записи моих одноклассников или что эти двое пытались установить доказательства в попытке скрыть вымогательство и покушение на убийство? Софья Хесс вчера использовала камеры для видео моего нападения; может быть, она и Эмма любят пересматривать ужасные вещи, которые они говорят обо мне.


"Вы полагаете, что я посадил камеру в своем кабинете?" - недоверчиво спросил Блэквелл. "Я не тот, кого расследуют здесь".


"Президент Никсон записал записи в своем кабинете", - сказал я. "Насколько я знаю, вы шантажировали людей".


Она выглядела оскорбленной; она открыла рот, по-видимому, сказать, что я был тем, кто шантажировал ее, прежде чем она поняла, что это будет инкриминировать ее.


Обратившись к офицеру, которого явно привезли в школу, чтобы вывести меня в коридоры в наручниках, я спросил: "Кажется подозрительным, что я в комнате, где у другой стороны есть родительский подарок, и у меня нет даже спросили, что моя привезла сюда? Без моего родителя вы не можете использовать какие-либо заявления, которые я здесь делаю, чтобы попытаться преследовать меня в любом случае, а это значит, что они привели вас сюда, пытаясь запугать меня, чтобы признать то, что я не делал ".


"Папа?" Спросила ее Эмма. Она выглядела расстроенной; видимо, дискуссия не собиралась вообще, как она предполагала.


Алан Барнс казался нехарактерно потерянным для слов, вероятно, потому, что я просто истощил хотя бы некоторые из его знаний о законе. В любом случае эта часть закона не была его специальностью. Он был адвокатом по разводам по профессии, и я вдруг понял, что знаю больше о вхождении в закон о разводе, чем хотел.


Это было грязное дело, в основном построенное вокруг обмана людей, которых клиент внезапно ненавидел со страстью.


"Вы можете видеть мою одежду", - сказал я офицеру. "Эмма любит насмехаться над тем, насколько бедна моя семья. У меня едва есть деньги, чтобы заменить одежду, которую Эмма рушится своими шалостями. Скорее всего, я купил все это, или что семья с деньгами купила это ... как семья адвоката или школьный чиновник ".


Блэквелл уставился на меня кинжалами.


"Я бы не удивился, если бы кто-то даже использовал растраты школьных фондов, чтобы сделать это", - сказал я. Несмотря на то, что я не верил в Блэквелла, возможность того, что она может быть проверена на все это, стоила обвинения.


В конце концов, даже злодеи боялись Службы внутренних доходов. В отличие от СКП, они не знали о поддержке. Они могли превратить чей-то мирный мир в ад.


"Значит, вы говорите, что не сажали эти камеры?" - спросил полицейский.


Я покачал головой.


Несмотря на то, что я не был особенно хорошеньким лжецом, был аспект власти Виктора, о котором никто никогда не говорил.


Я осторожно потянулся за способностью офицера ощущать ложь во время разговора. Я боялся сделать это мисс Милиция, опасаясь, что она каким-то образом ее обнаружит, но против обычного полицейского, которого я чувствовал довольно уверенно, я мог бы с этим справиться. Я почувствовал внезапное осознание языка тела. Блэквелл был гораздо более напряженным, чем я знал, в то время как Алан Барнс казался смущенным.


Эмма была возмущена и боялась. Это было очевидно в том, как они стояли, в маленьком рассказывает, что люди развивались, тики, которые показывали, лежали они или нет.


Полицейский нахмурился. Не имея возможности читать язык тела, он понятия не имел, лежал я или нет. Часть законных навыков Алана Барна пришла с повышенной способностью лежать в любом случае.


Когда я купил камеры, я не использовал свое лицо; это было не потому, что я беспокоился о чем-то подобном. Я просто не хотел объяснять, как Тейлор Хеберт вдруг получил столько денег. Я не потрудился изменить свои отпечатки пальцев, о чем я сейчас сожалел.


Мне пришлось бы создавать уникальные наборы отпечатков пальцев для других моих идентификаторов.


"Нет никаких доказательств того, что я это сделал", - сказал я. "Ни один свидетель, никаких физических доказательств, ничего, кроме чистой спекуляции. Главный Блэкуэлл барабанил это в моей голове последние полтора года каждый раз, когда я жаловался на пытки, Эмма Барнс, Софья Хесс и Мэдисон Клементс пропустили меня ".


Я положил руки на спинку стула, и я наклонился вперед.


"Слушай, я ничего не говорю, если бы мой отец был здесь, допустим. Разговор со мной без него - пустая трата времени. Я был бы счастлив спуститься на вокзал и дать свое заявление и отпечатки пальцев сегодня днем ??", - сказал я. "Мне все еще нужно идти в класс. Уинслоу достаточно привязан к деньгам, не теряя скудный доход, который они получают, когда я появляюсь ".


Полиция могла разговаривать с несовершеннолетними, которых они хотели, даже без родителей, но ничто из того, что они сказали, было бы приемлемым в суде. Это была единственная причина, по которой я хотел поговорить с офицером вообще, а не просто призвать к отцу.


Другая причина заключалась в том, что офицеры склонны думать, что виновные были виновны, даже если они просто пытались отстаивать свои права. Если бы я смог убедить этого офицера, я был невиновен, тогда дело могло бы умереть, прежде чем он даже сошел с земли.


Риск был абсолютно достоин награды, а в качестве несовершеннолетнего, даже если это было не так, это было недопустимо. Это было беспроигрышным для меня.


"Откуда ты все это знаешь?" - спросил полицейский, смущенный. Я, возможно, потянул немного больше своих способностей к чтению языка, чем я хотел.


"Мой отец работает в Союзе", - сказал я. "И он научил меня, как заставить людей ходить по нам".


Коп на мгновение нахмурился, затем кивнул. "Полагаю, все будет хорошо, если вы придете позже этим вечером, чтобы сделать заявление. Приведи своего отца.


Он начал собирать камеры вместе.


Камеры стоили мне двух тысяч долларов, которые я никогда не верну. Тем не менее, это почти стоило того.


В конце концов ... взгляды на лица Эммы и Блэквелла? Это было бесценно.


Они, без сомнения, подумали, что я смиренно сдадусь, как я всегда делал раньше, или что я буду кричать и кричать и заставить полицейского думать, что я нестабилен. Как я разозлился, правовые навыки Алана Барнса сказали мне, что спокойной и разумной было гораздо больше, чем можно было верить.


Однако я не мог не почувствовать какое-то мстительное удовольствие от их ужаса. В конце концов, они давно превратили мою жизнь в ад. Я был более чем счастлив вернуть эту услугу.


Я ухмыльнулся в Мэдисоне, когда вышел из офиса. С небольшой удачей моя ошибка только ухудшит ситуацию для Эммы и других, а не лучше.


Когда я ушел, я услышал, как Эмма громко ругалась о своем отце за то, что не стояла со мной.


Я уже подумывал поехать в тюрьмы, чтобы получить мои навыки. Я подумывал о том, чтобы идти за членами команды и членами банды, но теперь адвокаты тоже казались хорошей мишенью. Они были отличными лжецами.


********


"Тебе нужно быть более осторожными, - сказал папа, когда мы вышли из полицейского участка.


В то время как навыки Алана Барна исчезли вскоре после того, как я покинул офис Блэквелла, учитывая мой ограниченный контакт с ним, я все еще помнил несколько вещей, которые я узнал из него.


"Они не последуют", - сказал я. "Они получат отпечатки Блэквелла и Эммы и, возможно, Алана, и они позволят ему упасть. У них нет рабочей силы, чтобы беспокоиться о чем-то подобном ".


Когда мы сели в машину, папа сказал: "Это не имеет значения. Они будут продолжать пробовать такие вещи, пока они не получат то, что хотят, или пока они не уйдут. Вы не можете облегчить им жизнь ".


"Хорошо, за исключением пятнадцати минут сегодня, я не совсем юрист", - сказал я. "Как я должен был знать, что это преступление?"


"У нас есть Интернет по какой-то причине, - сказал папа в скором времени. "Или, может быть, мы просто позволим вам вампирически утешить адвоката; это будет поэтическая справедливость ".


Я усмехнулся ему. "Ты шутишь, но я действительно думал об этом".


"Что?" - спросил он. Машина немного отступила.


"Я подумывал о посещении тюрьмы поздно вечером, возможно, найти кого-то, кто вряд ли нуждается в их навыках снова".


"О каких навыках мы говорим?" - подозрительно спросил он. "Осужденные не совсем известны, будучи учеными-ракетологами".


"Некоторые из них знают, как бороться. Некоторые из них были кривыми адвокатами ... конны ... даже кривыми полицейскими. Мне нужно какое-то умение расследовать, чтобы идти с возможностью лгать.


Папа осторожно вытащил машину в парковочное место на полсекунды впереди, и он остановил машину. Он повернулся ко мне.


"Вы слушаете себя?" - спросил он. "Я был в порядке с вашими полномочиями от людей, которые используют их, чтобы причинять людям вред, а воровать навыки у людей?"


"Как все иначе?" - спросил я. "Если я возьму боевые навыки у бандита, я не украл его способность жить в обществе. Я на самом деле сделал его более безопасным!


"И украсть чей-то закон?"


"Если они будут в тюрьме, они когда-нибудь снова захотят использовать закон?" - спросил я. "Если нет, зачем они нужны?"


"Я беспокоился о том, что сказал Панацея, - сказал папа. "О том, что вы предложили. Что, если эта вещь в вашем мозгу действительно влияет на вас? Это не похоже на Тейлора, которого я знаю.


"То, что Тейлор умер в тот день, когда мама сделала", сказал я холодно.


Я поморщился через мгновение. Я не хотел быть таким суровым. Взгляд на его лице не заставил меня чувствовать себя лучше.


"Эмма и другие с тех пор отрываются от этого Тейлора, немного больше каждый день, пока не останется только скелет", - сказал я. Сроки не совпадали точно, но это не имело значения. "Я должен стать новым человеком".


Я посмотрел на свои руки. "Я задавался вопросом, влияют ли на меня мои силы, но я думаю, что это просто реальная сила в первый раз в моей жизни. Вы знаете, власть развращает.


"И абсолютная власть развращает абсолютно, - сказал папа. "Твоя мама любила говорить об этом".


"Как могу я получить?" - спросил я. "Потому что я не думаю, что я был бы готов просто остановиться с злодеями Броктон-Бей. Было бы слишком заманчиво искать людей с способностями, которые я мог бы использовать ".


"Они тебя остановят", тихо сказал папа.


Он не должен был говорить, кто. Даже неважно, кто. Будь то банды или СКП или даже Триумвират, мне, вероятно, придется столкнуться со всеми из них.


"Нет, если я получу достаточно сил, - сказал я. "Они остановили Лунга? Девять? Nilbog? Все они были более или менее одинокими, потому что они достаточно сильны, что никто не хочет сражаться с ними ".


"Они идут за Девятью!" - возразил папа.


"Потому что Девять продолжают атаковать. Если я больше похож на Лунг и оставлю статус-кво в одиночку, они оставят меня в покое ".


"Я думал, ты сказал, что они убьют тебя".


"Если они думают, что они могут это сделать, - сказал я. "Я просто должен убедиться, что они не думают, что это сработает".


Мне нужно гораздо больше оборонительных сил, чтобы заставить их поверить в это. Многие из лучших принадлежали героям, но я нашел бы хороших, которые могли бы держать меня в безопасности. Хорошо, что СКП имел тенденцию к владельцам КЛЕТКА. Человеческие контролеры были достаточно редки, что мне действительно приходилось беспокоиться о том, что злодеи придут после меня.


"Хочешь обедать?" - спросил папа.


"Если я смогу заплатить", сказал я. Он должен был заплатить счета больницы от моих последних махинаций и с повышенным вниманием полиции и СКП, я не мог точно позволить ему вложить намного больше наличных денег в банк.


В последние несколько дней я занимался лжесвидетельством, подделывал доказательства и препятствовал правосудию. За последние несколько недель я был вовлечен в нападение и батарею, а также несколько случаев непреднамеренного убийства. Я задавался вопросом, существовал ли Тейлор, который я был до этих сил, все это было бы обеспокоено.


Я, конечно, не был.


Было какое-то удовольствие уйти от него, перехитрить людей, которые превратили мою жизнь в ад. Это было больше, чем только три девочки, которые меня издевались все это время. Это был СКП, который закрыл его, и Блэквелл и всю коррумпированную систему. Это был каждый злодей в городе, который заставил других студентов бояться встать на меня. Это были люди, которые сделали улицы моего города настолько опасными, что даже хорошие люди стали плохими.


Возможно, месть не была таким плохим названием. Это соответствовало моей философии.


"Мы, вероятно, не должны слишком сильно менять свое поведение, - сказал папа. "В конце концов, есть те новые больничные счета".


"Люди думают, что бедные люди глупы, - сказал я. "Раздувание после стрессового события, вероятно, не будет похоже на характер, если оно не слишком непомерно".


"Ну, есть кафе, в котором мы с матерью ездили, когда дела шли лучше, - сказал папа. "Она всегда хотела отвезти тебя туда, когда ты был достаточно взрослым".


"Пошли, - сказал я. При его взгляде я пожал плечами. "Тебе не нужно приносить мне вина. Даже если бы вы это сделали, я мог бы превратить его в сахара в моей системе, прежде чем возникла проблема ".


Это было технически верно, хотя я действительно не хотел думать о том, что я мог бы сделать с моим телом, если бы я был уже пьян. Вероятно, я проснусь с огромными сиськами, похожими на Викторию Даллон.


"Мы не получаем вам вина", сказал он категорически.


Я кивнул. Вероятно, было бы неплохо дать подростку парахуман, способному уничтожить большую часть городского блока, что уменьшит ее запреты.


Мы дошли до места, и они усадили нас на улицу. Я подозревал, что это была наша одежда. Люди, которые были одеты красивее, сидели внутри.


Конечно, это не имело значения. На этот раз погода была не такой холодной; это было даже немного приятно. Даже если бы это было непринужденно, я мог бы позвать мой внутренний огонь. Папе было бы не так повезло, но на нем была куртка, которую мама получила.


Когда мы сидели, папа извинился, чтобы пойти в туалет обратно в ресторан. Я сидел, глядя на меню, размышляя, как пасты и вегетарианские блюда могут стоить его дорого.


Я застыл, услышав знакомую мелодию. Это была мелодия из часов Jack the Ripper, та, которую я использовал в своей идентичности Charon. Я обернулся и оглянулся.


Рядом со мной стоял красивый мужчина. Он, очевидно, только что закончил еду. Он смотрел на часы, которые выглядели намного дороже, глядя на часы, которые я купил.


Он увидел, что я смотрю. "Вам это нравится? Я слышал слухи о мелодии, и я подумал, что было бы иронично иметь ее.


Почему кто-то хочет иметь часы из фильма Джек-Потрошитель, если только они не преднамеренно запугивают?


По какой-то причине, несмотря на мои полномочия, я чувствовал, что этот человек опасен. Возможно, это было полное отсутствие страха. У большинства людей были крошечные следы страха на протяжении всей их повседневной жизни, но этот человек был полностью лишен этого. В его глазах была холодность, которая была тревожной.


"Мой отец был часовым мастером, - продолжал он. "Я всегда находил часы интересными. Каждый кусок идеально сочетается в гармонии, сложности и хаосе. Мне нравится знать, как все работает ".


Я медленно кивнул. Большинство мужчин были бы немного обеспокоены тем, как это было связано с девочкой-подростком. Он совсем не беспокоился. Значит, он был хищником?


Я решил, что папа вернется, хотя я был бы объективно менее безопасным, потому что он сделал бы легким заложником.


"Простите мои манеры", - сказал он. "Меня зовут Габриэль. Габриэль Грей.


22. Голод.


"Недавно я встретил кого-то, кто сказал, что мне здесь понравится, - сказал он. "До сих пор я не был разочарован".


"Броктон-Бей?" - спросил я. Хотя человек был тревожным, возможно, я слишком много читал в этой ситуации. В конце концов, каковы были шансы, что кто-то ужасно завяжет разговор с одной молодой девушкой в ??ресторане.


Ой.


"Люди здесь живут, - сказал он. "Как будто никто не думает, что мир продлится более двадцати лет, так почему бы не воспользоваться этим днем?"


"Я думаю, что это везде, - сказал я, нахмурившись. "Что с Губителем".


Это было грубо говорить об Губителе. Большинство людей избегало говорить о них, как о чуме, как будто даже заявив, что их имя может свести их к вам. В случае с Симургом это может быть даже возможно.


Для большинства людей, говорящих об Губителе, было похоже на разговоры о Волдеморте. Этот человек даже не вздрогнул. Это было неестественно.


"И накидки", - сказал он. "Играет полицейских и разбойников, пока мир рушится повсюду. Это похоже на то, что они активно пытаются не наказать виновных ".


На самом деле я чувствовал это, хотя мне было интересно, куда он идет.


"Такие люди, как Бойня Девять и Нилбог, вы чувствуете, что все, что вы делаете, не может сравниться. Это почти дает вам разрешение заниматься чем угодно ".


Он говорил обо мне или о себе? Чувство беспокойства, которое я почувствовал в животе, росло.


"Мы должны привести пример", - сказал я. "Если мы не можем быть лучше, то почему люди вокруг нас?"


"Я старался быть лучше", - сказал он. "Но у меня ... есть ... голод. Это как быть алкоголиком. Даже когда вы идете по вагону, он всегда скрывается в глубине вашего разума, ожидая момента слабости. Я уверен, что ты можешь сочувствовать.


"Я не знаю, о чем ты говоришь, - сказал я.


Конечно, я. Я все больше убеждался, что этот парень был накидкой, и я чесался, чтобы прикоснуться к нему и слить его силу.


Вероятно, не было бы дня, когда я встретил кейп и не имел бы по крайней мере мягкого желания его истощить.


От взгляда на его лице, хотя это, вероятно, было больше.


"Дело в том, что они предупредили меня о вас", - сказал он. "Предупреждал, чтобы я избегал тебя. Мне не особенно нравится принимать заказы, поэтому я решил найти тебя ".


Чувство тревоги превратилось в пылающий огонь. Кто предупредил его обо мне. Кто знал ? Что они хотели со мной, и почему они поставили этого человека на меня? Папа только решил по этому прихоти ресторана. Как ему удалось добраться до нас. Был ли он какой-то преког?


Кто-нибудь из меня вывел меня? Кто знал, кто я? Что они сказали ему?


"С кем ты разговаривал?" - спросил я небрежно.


"Кто-то заинтересован в нас обоих, - сказал он. "Тот, кто хочет, чтобы мы убили бога. Вы когда-нибудь думали о такой силе? Вы представляете, как это может быть?


"Никто не должен обладать такой силой", - сказал я.


"Один из нас, - сказал он. "Я был разочарован тем, что вы уже достигли одной из моих целей, прежде чем я это сделал. Слил ее, пока не осталось ничего.


Руна. Он говорил о Руне.


Я почувствовал, как ужас внезапно пульсирует по моему позвоночнику. Это был человек, который разорвал мозги у Париана и Руны, серийного убийцы, который не убивал парахуманов.


Он увидел внезапное признание на моем лице.


"Человек, с которым я разговаривал, казалось, думал, что мы будем вдохновлять друг друга. Я не уверен, но я готов дать ему шанс. Казалось, она знала, что сказать, чтобы я не мог от нее сразу же и там.


Он сделал глоток напитка и созерцательно посмотрел на меня.


"Я мог бы взять вас прямо здесь и сейчас, и вы не могли бы сделать этого, - сказал он. "Даже перед всеми этими людьми вы были бы беспомощны. И если бы вы ничего не могли сделать, то ничего из местных жителей не могло бы сделать ... мы находимся на другом уровне, чем они есть ".


"Зачем ты это делаешь?" - спросил я. "Зачем убивать людей?"


"То же самое, что и вы, что делаете", - сказал он. "Голод ... я должен знать ".


"Вы принимаете силы", - сказал я, в ужасе.


Он скромно пожал плечами. "Я делаю все, что могу. Есть причина, что вы, возможно, единственный человек в мире, который может дистанционно понять, каково это быть для меня ".


"Я совсем не похож на тебя!"


"Я могу скопировать силы, не убивая вас, - сказал он. "Но это мягко и безжизненно, и я не понимаю такого глубокого понимания, которого требует жажда. Я могу использовать силы лучше, чем это делают оригинальные пользователи, если я получу хороший взгляд. Без него ... ну, это похоже на тофу, когда вы жаждете настоящий стейк. Рано или поздно вы отступите. Вы могли бы тоже сдаться.


"Кто-то тебя остановит", - сказал я. "Я остановлю тебя".


Я попытался дотянуться, чтобы схватить его и истощить его силу, но я вдруг понял, что не могу двигаться. Мне казалось, что у меня есть вес в десять тонн. Даже с моей усиленной силой я не мог двигаться достаточно, чтобы переместить пальцы, чтобы использовать телекинез Руне.


Он не указал ни на что, и у него был полный контроль.


"Не сегодня", сказал он. "Возможно, никогда."


Он огляделся, и однажды он увидел, что никто не смотрит, как он улыбается мне. Его лицо переменилось и легко изменилось. Через мгновение я посмотрел на своего близкого человека, в той же одежде, что и я.


"Если я решу приехать за тобой, ты никогда не увидишь, как я приду".


Его лицо и тело вернулись к тому, что было раньше. "Станьте сильными, как только сможете, потому что я, конечно, намерен наслаждаться всем, что может предложить этот мир".


"Я возьму твою силу", - выругался я. "Если это последнее, что я делаю".


"Молитесь, не делайте этого, - сказал он. "У меня были годы обучения тому, как управлять голодом. Кто-то вроде тебя ... ты будешь как конкурсант в буфете. Вы бы съели весь мир, и я не думаю, что вам это понравится ".


Он бросил немного денег на стол и встал.


"Прошло некоторое время с тех пор, как меня развлекали, так развлекай меня, маленький вор". Он улыбнулся.


Он переместил два листа бумаги на стол передо мной. Одним из них был рисунок меня и его, сидящего за столиками, название ресторана явно над нашими головами. Наряд, на котором я был одет, был таким же, как тот, на котором я был одет.


Другой заставлял мой желудок падать. Левиафан был в середине того, что было ясно Доками, и я столкнулся с ним в своей идентичности мщения. Ковры были повсюду.


У него были все эти бумаги, когда мы разговаривали. Они были нарисованы, прежде чем я даже получил здесь. Правильно ли был человек? Если бы это было так, то Левиафан шел в Броктон-Бей.


Когда он ушел, он свистнул мелодию, которую я узнал. Это была старая песня Rolling Stones ... Время на моей стороне.


Я сидел в шоке. Его сила не освободила меня, пока он уже не упал в квартал и не повернул за угол ... и он мог быть на чьем лице. Вдали толпились толпы; Я никогда не смогу его найти.


Его телекинез не ограничивался, как Руне, и от его ощущения он мог быть еще сильнее. Вероятно, он использовал, чтобы взломать черепа.


Если он предупредил меня или он бросил мне вызов в больную игру? В любом случае я не видел выбора. Мне нужно было стать сильнее, и скорее, чем позже. У меня не было времени в мире, чтобы преследовать членов банды и терроризировать нормали; Мне нужно было надеть свои плащи, прежде чем он это сделал.


Где-то в глубине души я был уверен, что я самый сильный кейп в заливе. Если бы я не был, это был только вопрос времени. Рано или поздно я превзошел Александрию, и когда я это сделаю, я смогу изменить ситуацию.


Прямо сейчас, однако, я понял, что я не самая большая рыба в заливе. Там был кто-то с такими силами, как мой ... может быть, даже лучше, чем мой. У этого человека не было таких же сомнений, что у меня было и хуже, он точно знал, кем я был, и, предположительно, где я жил.


Я не чувствовал этого неловко, так как перед шкафчиком.


Он даже не потрудился угрожать моему отцу. У меня создалось впечатление, что он действительно не видел людей без полномочий как вообще важных. Даже люди с властью были в основном жертвами.


Теперь, когда я подумал об этом, я мог сделать все, что мог сделать, даже перед лицом его телекинеза. Я мог бы переместиться в зеркальную вселенную или исчезнуть. Я мог бы поджечь меня и попытаться сорвать его концентрацию.


Я ничего не сделал, потому что он запугал меня. В следующий раз, когда мы встретились, я должен был быть готов. Это означало, что больше не сглаживается. Я должен был начать собирать силы и навыки быстрее, чем я был, потому что у меня было ощущение, что у него началось значительное начало.


Он уже пытался взять власть от злодея и изгоев. Это был только вопрос времени, прежде чем он начал идти за героями. Герои были на самом деле более легкими мишенями, чем злодеи, потому что злодеи скрывались. Ему было бы легко убить агента СКП, а затем проскользнуть в Риг, нося его лицо. Некоторые герои действительно спали на базе; он сможет убить их один за другим, пока они не поймут, что происходит.


Злодеи хотя бы оставались скрытыми, что было частью того, с чем я столкнулся. У меня не было никаких реальных способностей мыслителя, кроме чувства страха, и это было недостаточно для того, чтобы отобрать людей.


Мне нужно было что-то, что позволило бы мне определить кейп, чтобы я мог их снять. Мне нужна была сила, которая позволяла мне отслеживать кейпы ... либо через запах или прямое обнаружение мощности. Мне нужны были следственные способности, чтобы я мог узнать тайные личности кейпа и украсть у них силы, передавая их на улице. Я не мог позволить себе играть в игры полицейских и грабителей, которые играли все остальные, а не когда он просто продемонстрировал, что он вообще не заботится об этом.


Чтобы сразиться с монстром, мне предстояло стать монстром. Проблема заключалась в том, чтобы убедить папу, что нам придется ускорить расписание.


************


"Ты должен сказать кому-то, - сказал отец, наклонившись вперед.


"Скажите им, что?" - спросил я. "Я даже не уверен, что это его настоящее имя. Наверное, это было даже не его настоящее лицо ... он не мог так хорошо выглядеть. Что касается Левиафана ... это не то, что он надел на него отметку времени. Это может произойти через двадцать лет. Он, возможно, только что насмехался.


Он казался тем человеком, который хотел бы издеваться над своими врагами.


Папа странно посмотрел на меня, и я покраснел. Говорить о красивых врагах, вероятно, не то, что девушка должна делать перед своим отцом.


"Ты знаешь, что я имею в виду", - сказал я. "Все, что у меня есть, - это телекинетическое решение некоторых довольно диких заявлений. Тот факт, что я ему верю, не имеет значения ".


"Им нужно знать, что он крадет силы, - сказал папа. Он выглядел явно обеспокоенным. "Он будет приходить за ними, и если они не знают, что там есть фигурка, они будут сидеть утки".


Я кивнул через мгновение. "Как я им скажу?"


"Позвоните по горячей линии?" - сказал папа.


"Они получают тысячу звонков в день, - сказал я. "Зачем они меня слушали?"


"Заставьте их слушать", - сказал он. Он уставился на свою тарелку. "Если вы не сделаете все, что сможете, и они умрут, вы пожалеете об этом всю оставшуюся жизнь".


Он говорил о маме.


Некоторое время мы молчали. Наконец я снова заговорил.


"Моя тюремная идея сейчас не так уж плоха, не так ли?"


У меня не было тысячи часов, чтобы научиться драться рука об руку или научиться стрелять оружием или лгать или расследовать, отслеживать или скрывать себя. Мне нужны эти навыки вчера, и у меня была власть взять их.


Неохотно он кивнул. "Я бы сказал, чтобы пойти за заключенными в тюрьму Смерти, но это будет долгий путь к ближайшему, и я не уверен, что мы получим что-нибудь полезное".


Многие заключенные, приговоренные к смертной казни, были людьми, у которых не хватало интеллекта и способности откладывать удовлетворение. Очень немногие из них были специалистами, которые мне нужны. Мне нужны были хакеры, мошенники и бывшие шпионы. Мне нужны были боевые художники и зеленые береты ... люди, которые были бы опасны даже без кейпа.


"Как ты собираешься найти людей, которые тебе нужны?" Спросил папа. "Это не похоже на то, что Интернет собирается дать вам номер ячейки, в которой они находятся, или планы этажей в тюрьме".


"Тюрьма не будет проблемой", - сказал я. "Мне просто нужно проскользнуть в зеркальный мир, и я могу исследовать все, что хочу, прежде чем я пойду в реальность".


Я собираюсь по ночам; меньше опасности быть обнаруженным.


"Тем не менее, это будет не так просто, как просто получить список заключенных, которых вы хотите", - сказал папа.


Нам повезло, что мы были единственными, кто использовал внешние столы в кафе. Если бы я не знал лучше, я бы подумал, что сотрудники пытаются остракизировать нас за то, что они бедны. Это не казалось очень ярким в мире легко оскорбленных Мысов.


В конце концов, я мог легко вернуться после закрытия и сжечь весь свой ресторан ... не так, я бы, конечно. Это привело к скользкому склону к тому, чтобы быть похожим на человека, который только что ушел.


"Мне понадобится совет", - сказал я. "И единственные люди, с которыми я могу поговорить, - это Путешественники".


"Наемники, о которых вы говорили?"


Я кивнул. "Они знают, что я могу сделать, и не судили меня за это. Я не могу спросить кейповла; она никогда не одобрит. Я тоже не могу спросить протектората. Кража навыков людей должна быть своего рода нарушением их основных прав человека ".


"Лучше, чем их мозги", пробормотал папа. "Ты уверен, что он знал, кто ты?"


"Он проследил нас здесь", - сказал я. "Это означает, что мне нужно заняться поиском места для проживания. В крайнем случае мы можем оставаться в зеркальной вселенной, но это означало бы, что я не смогу использовать его, чтобы убежать, если бы я был в других частях города, и, кроме того, я думаю, что вода и электричество необходимы. "


"У меня есть пара идей об этом, - сказал папа. "Мы просто должны думать нестандартно".


На улице никого не было, поэтому отец наклонился вперед.


"Там есть старый театр, в котором я учился в детстве. У него было только два экрана. Он не был открыт через двадцать лет. Никто не хочет его покупать, потому что экранов недостаточно, а здание не соответствует современному кодексу. С экономикой, как никто не хочет даже снести ее и добавить что-то более полезное ".


"Вы думаете, что это сработает?" - спросил я с сомнением. "Это звучит не очень безопасно".


"Переднее использование должно быть покрыто стеклом, но теперь все заколочено. В задней части есть вход, металлическая дверь. Это две истории.


Я медленно кивнул.


Склады были там, где все предпочитали приседать. Они были бы первым местом, на котором Протекторат решил посмотреть, пришли ли они ко мне ... или Грей.


"Мы должны были бы получить электричество и воду", - сказал я.


"На самом деле очень легко влить душ, - сказал папа. Он посмотрел на меня скромно, как будто он был чем-то большим мастером. Он даже не зафиксировал шаг на нашем крыльце, и он был там годами.


"Мы не знаем, работает ли водонагреватель", - сказал я. "И я буду держать пари через двадцать лет, когда место просто ползает с ошибками. У меня нет власти, которая избавится от скорпионов или ос.


Ну, всегда был огонь, но после этого не оставалось места для жизни.


"Район, в котором он находится, на самом деле довольно активен, - сказал папа. "Люди приходят и уходят все время. Обычно я бы сказал, что это создаст плохую укрытие, но ...


С моей силой зеркала мы могли проскользнуть и выйти, не будучи замеченным. Мы могли бы даже перетащить вещи, как душ или новый водонагреватель, без проблем. Мы могли бы даже подключиться к власти и воде здания по соседству, предполагая, что я украл навыки электрика или водопроводчика.


Были ли там криминалисты? Мне показалось, что серийный убийца похож на Марио или Луиджи, которые сражаются с людьми с трубным ключом.


Да. Я бы это сделал. Это было менее маловероятно, чем казалось.


"Мы должны проверить это", сказал я нейтрально. "Есть много вещей, которые могли бы сделать его непригодным для жизни. Для всех, кого мы знаем, она полна черной плесени. Даже если это здорово, мы, вероятно, хотим больше, чем одно отверстие для болта; нам захочется по крайней мере еще два места, куда мы можем пойти, если все отправится на юг ".


До этого все закончилось, мне понадобятся навыки механика и строителя дома. Были ли злые подрядчики?


По словам Алана Барнса, все подрядчики были злыми, но я не стал бы принимать его слово ни с чем, кроме тонны соли.


Было так много дел и так мало времени, что я не был уверен, что делать сначала. Все это было немного подавляющим, даже без призрака психопатического серийного убийцы с такими сильными способностями, как мое собственное ожидание на заднем плане.


У меня было ужасное чувство, что единственная причина, по которой он хотел, чтобы я вышел и нашел больше сил, так что я сделал лучший буфет, когда он наконец добрался до меня, чтобы убить меня. Мне нужно было сделать это как можно труднее.


Случайно бегая и набирая силы, когда я сталкивался с людьми, до сих пор был достаточно хорош, но теперь мне нужна была более сплоченная стратегия.


Даже без этого человека Габриэля мне пришлось беспокоиться о приближении Левиафана. Мне нужен был правильный набор сил, и мне нужно место, где папа был бы в безопасности.


Все это казалось немного подавляющим.


23. Схватка.


"Это место беспорядок, - сказал я.


Я действительно хотел сказать что-то гораздо хуже, но я никогда не проклинал перед папой, и я не собирался начинать сейчас. Прокрасться в старый театр через зеркальную вселенную, было легко, так как я мог просто прорваться через входную дверь, и это никак не повлияло бы на реальный мир.


"Если бы было хорошо, кто-то уже переехал бы", - напомнил он мне.


Это займет много работы, чтобы очистить это место, и мои призраки на самом деле не повлияли на неорганическую материю. Мне нужно было пройти путь ученика Волшебника и использовать силу Руна на чистящих средствах, и даже с этим это займет некоторое время.


"Нам не нужно все это чистить", - сказал он. "На самом деле, наверное, лучше, если мы этого не сделаем. Все, о чем мы должны беспокоиться, это офис менеджеров и стенд для кинооператоров, и мы можем оставить остальных в покое ".


Я неохотно кивнул. Это был не совсем чистый склад, который я бы хотел, но он находился в одном из самых высоких мест в Броктон-Бей. Если бы Левиафан прибыл, многие города были затоплены, и если бы мы выжили до этого, нам понадобилось бы место для проживания. Наш собственный дом был слишком близок к докам, чтобы предположить, что он не будет в плохом состоянии. Это место было бы не так хорошо, как убежище для Губитель, но я в основном надеялся использовать его, чтобы спрятаться от банд и протектората.


Мы могли бы даже спать в зеркальной вселенной, как только место было очищено. Нам просто нужно вернуться в реальный мир, чтобы использовать ванную комнату и принять душ, предполагая, что я нашел каких-нибудь злых водопроводчиков, чтобы их скопировать.


Папа предложил нацелиться на неизлечимо больных. Их было бы легче достичь, и в ближайшее время они не будут использовать свои навыки. Конечно, всегда был шанс, что Панацея придет и изменит их болезнь, поэтому это не идеальное решение.


Возможно, дома для престарелых; насколько я знал, Панацея не может ничего сделать по поводу старения.


Нетрудно было бы взять другое лицо и посещать дома престарелых. Попросите некоторых людей поговорить о работе, которую они сделали, и у меня были бы цели. Я мог бы даже украсть их навыки прямо на открытом воздухе перед всеми, и никто даже не заметил бы.


Цели могут даже не заметить себя. Маловероятно, что в ближайшее время они будут заниматься любой сантехникой или электриком, и если они потеряют навык, они предполагают, что это было просто из-за старения или деменции.


Это были не единственные вещи, которые мне нужны. Если бы я столкнулся с Левиафаном, мне нужна была бы скорость больше всего. Не имело значения, если бы у меня была какая-то мировая кончающая атака, если бы я не смог его ударить. Двумя самыми опасными силами Левиафана были его скорость и контроль над водой.


Я уже собирался научиться делать себе жабры. Это заняло бы некоторое время, но последнее, что мне было нужно, - это Левиафан утопить меня, прежде чем я доберусь до него.


Он мог бы извлечь весь кислород из воды, но я ничего не мог с этим поделать. Даже биокинизис мог только зайти. Я мог бы работать над тем, чтобы еще более эффективно использовать мой кислород. Это означало бы, что я должен был быть осторожным, когда снова увидел Панацею.


Скорость была бы идеальным кандидатом, чтобы дать мне скорость, в которой я нуждался, но он был героем, и я пообещал себе не брать героев независимо от того, насколько удобны их полномочия. Я уже заставил одного подростка плакать, когда я взял его силы; последнее, что мне было нужно, это снова вина.


Крикет должен был стать моей следующей целью. У нее были улучшенные рефлексы и какая-то эхолокация, обе из которых были бы полезны при ориентации Левиафана. Проблема заключалась в том, что она даже положила руку на нее.


"Разве у Империи нет боевых матчей?" - спросил я внезапно.


"Собаки или бои в клетке?" Спросил папа. Он сместил двадцать лет пыли с столешницы и кашлял. "Они делают оба, я думаю. Я говорил с рабочими-доками, которые пошли к ним обоим. Зачем?"


"Я не собираюсь получать боевые навыки от стариков или случайных головорезов в тюрьме. Мне нужны навыки от людей, которые их используют ... желательно плохих людей ".


"Ты не можешь просто так сражаться ... кому-то нужно направить тебя".


Я кивнул. Банды имели тенденцию удерживать людей от проникновения в их операции, удерживая тех, кто отнес их к ответственности за действия нового парня. Если бы меня направили, я бы рискнул убить доковщика. Кроме того, под пыткой парень, скорее всего, отказался от моего отца.


"Я уверен, что смогу что-то выяснить", - сказал я. "Пока я могу найти, где проводятся бои".


Я колебался. "Как вы думаете, было бы слишком рискованно спрашивать?"


"Если я спрошу, и бой сразу будет атакован, возможно, - сказал папа. "Если вы дадите ему пару ночей, прежде чем атаковать, возможно, нет".


Я подумал. "Может быть, было бы лучше, если бы вы только узнали, кто идет. Я знаю, где я могу купить некоторые устройства GPS-слежения, которые я могу надеть на свои автомобили, чтобы я мог их отслеживать ".


"Это законно?" - спросил он.


"По сравнению с некоторыми другими вещами, которые я сделал?" - спросил я. Я покачал головой. "Возможно нет. Но они даже не узнают, что я сделал это, и я верну их позже ... эти вещи составляют пару сотен долларов за штуку, и я, вероятно, захочу использовать их снова ".


У Крюковолка даже была машина?


"Ты мог бы просто спрятаться в сундуке", - сказал папа.


"Эти ребята, как правило, пакетики", - сказал я. "Может быть, если бы я мог сжиматься до размера енота, который мог бы работать, но, возможно, нет".


"Хорошо, - сказал он. "Давай приступим к работе."


Я коснулся метлы и проникся силой Руны. Мне вспомнился старый мультфильм Диснея, и я поклялся не выпускать уборку из-под контроля. В конце концов, было бы смешно, если бы бич Броктон-Бэй был срублен пылью.


Тем не менее, двадцать лет грязи будет сложным противником.


********


Интернет был замечательной вещью. Это было похоже на самую большую в мире продажу гаража. Люди предлагали всякую бесплатную мебель для всех, кто хотел ее снять.


Папа сделал это своего рода семейным проектом. Хотя у нас были деньги, которые я украл из банд, это не будет длиться вечно. Что еще более важно, я подозревал, что это будет беспокоить папу для нас, чтобы купить целую кучу новых вещей для логова, которые мы не планировали использовать.


Его природа сказала, что у нас не должно быть лучшей мебели в нашем корпусе, чем у нас дома, и мы не могли позволить себе получить новую мебель дома, если бы СКП все еще смотрел. Это был один из красных флажков для торговли наркотиками и других криминальных предприятий.


Я пытался спорить, чтобы мы получили хорошие вещи для подвала; телевизор с большим экраном или, по крайней мере, хороший диван, но он отказался. Вместо этого мы ездили в дюжину разных домов в течение трех дней.


В итоге мы заменили несколько предметов, используемых в нашем доме, на предметы, которые мы получили бесплатно. Таким образом, если бы нас спросили СКП о том, почему мы ехали по городу, у нас был бы ответ на них.


Изделия из нашего дома ушли в заднюю часть грузовика, который мы заимствовали у Выверта и Лейси. После того, что случилось на Рынке Господа, я не был уверен, что они захотят снова провести с нами время. Нам пришлось казаться неудачей.


Я смог скользить весь грузовик в зеркальный мир, когда мы шли под эстакадой; к внешнему наблюдателю грузовик исчез бы. Эстакада была только на краю зеркального мира, который я мог бы создать, пока кинотеатр был на другом.


Поставка предметов в зеркальную версию театра, а затем падение их в реальном мире означала, что никто не видел, как мы приносили мебель к месту. У него все еще не было воды или электричества, но у меня был план на это.


Приведение грузовика обратно в реальный мир под эстакадой было чем-то, что я сделал, только после того, как погрузился в реальный мир и внимательно посмотрел на наблюдателей. Нет скейпла поражать бездомного человека, который может пойти в СКП или хуже одной из банд. Продавцы, как известно, платили бездомным за информацию, часто в торговле.


Папа расспросил его, и мы узнали, что следующие бои состоятся в четверг.


Когда я лежал под грузовиком одного из докеров, я подумал, что сделал бы превосходный мафиозный автомобиль-бомбардировщик. Самая опасная часть, в конце концов, помимо случайного взрыва, была замечена людьми, когда вы приближались и уходили под машину.


Я смог проскользнуть в зеркальный мир, проскользнуть под машину и снова появиться в реальном мире под настоящим автомобилем, и все это не видно. После этого было просто ждать, когда люди оставят работу, а затем последуют за ними.


К моему отвращению и раздражению они решили пойти в стриптиз-клуб на два часа, прежде чем, наконец, отправились в драки. Я много не знал о стрип-клубах, но, проскользнув в зеркальный мир, обнаружил, что у них много отражающих поверхностей, больше, чем я бы предпочел, поскольку я мог видеть их. Я не потрудился, давая звук пройти; музыка была такой громкой, что я слышал ее с улицы.


Папа однажды сказал мне, что обычные клубы играют в музыку громко, чтобы люди не могли говорить, а не пить больше. Я предположил, что для клуба это вдвойне.


Последнее, что мне было нужно, это посмотреть, что я увидел через зеркала в этом клубе; это еще больше усугубило мою сложность в моей нехватке активов.


Хотя я мог бы, конечно, сделать мои активы более заметными, я подозревал, что это только побудит Эмму насмехаться над тем, чтобы набить мой лифчик. Если бы Панацея увидела, что я вносил коррективы, она бы знала, что это я меняю. Тщеславие, в конце концов, было женским атрибутом.


В конце концов, я все еще прятался в багажнике, раздавленном между запасной шиной и грудами контейнеров для быстрого питания, которые он, по-видимому, слишком ленив, чтобы полностью избавиться. Мой рюкзак неудобно сжался в мою сторону. Без моих сил я знал, что это было бы невыносимо.


В течение следующего часа и сорока пяти минут я сосредоточился на внутренней части своего тела, работая над созданием жабр. Я уже занимался исследованиями жабер в Интернете, но их было сложнее сделать, чем вы думаете. Тот факт, что у меня не было воды, чтобы проверить мою работу. Мне придется подождать, пока я не вернусь домой с ванной.


Наконец я услышал звук двух мужчин, которые разговаривали, когда они приближались к машине. Их голоса были приглушены, но я слышал их раньше. Через мгновение раздались звуки обоих дверей, после чего они погрузились в машину.


После того, как двигатель захлопнул дверь, за ним запустил двигатель.


Я быстро понял, что находиться внутри ствола не так удобно, как я бы подумал. Каждый раз, когда на дороге возникал удар, я обнаруживал, что подпрыгиваю только, чтобы захлопнуться в нижней части ствола. Каждый раз, когда машина поворачивалась, меня бросали в сторону. Если бы я не был суровым, я был бы сильным ушибом к концу пятнадцатиминутной поездки.


Как бы то ни было, я был рад, когда двигатель, наконец, отключился, и ребята вышли из машины. Я перешел в зеркальную вселенную, затем вышел из машины в тени.


Мы были вне большого склада, и везде были машины, припаркованные везде. В зеркальной вселенной не было людей, но я представлял толпы людей, идущих к событию.


Как они могли бы держать что-то вроде этого секрета от полиции, а тем более СКП. Единственное, о чем я мог думать, это то, что СКП предпочла оставить эти бои.


Крикет был экс-бойцом, который часто посещал эти вещи. Мой лучший шанс добраться до нее - это взять ее силы, прежде чем она узнает, что я там; как только она узнала обо мне, я никогда не положил на нее руку. Говорят, она была достаточно быстрой, чтобы увернуться от пуль.


В зеркальной вселенной я затенял стены склада. Помимо его ценности как маршрута эвакуации, зеркальная вселенная была также полезна для разведки. В этой версии склада было темно, но ловить мою руку в огонь и использовать глаза кота позаботились об этом.


Одной из первых вещей, которые я искал, были отражающие поверхности, которые позволили бы мне взглянуть на реальный мир. В отличие от стрип-клуба не было зеркал на стене или блестящих отражающих полюсов стриппера.


Не было много отражающих поверхностей, но я мог видеть две воздушные затычки в воздухе, которые должны были быть длиной в два фута каждый. Из их форм я догадывался, что они были очень полированными лезвиями. Вглядываясь в них, я увидел, что в комнате очень много людей.


На самом деле даже не было кольца, просто круга людей.


Я нахмурился. Самое простое - это кисть Крикета в толпе. Ее костюм показал немного кожи, а это означало, что у меня будет моя возможность.


К сожалению, я не мог видеть достаточно хорошо, чтобы знать, где все были или где они будут искать.


Оглядев зеркальный склад, я понял, что на фронте есть офис. Это, вероятно, было бы самым безопасным местом для меня, и если бы кто-то там, я мог бы вытащить их, а затем проскользнуть на другой склад, не заметив.


Я достал свой рюкзак. Я принесли свой костюм Vengeance, а также черный капюшон. Оставив костюм Vengeance в зеркальной вселенной, я надеялся, что мне это не понадобится. Сменить мое лицо стало легко, и я направился в бэк-офис.


Была комната с пыльной оргтехникой. Я проскользнул в него и, глубоко вздохнув, проскользнул в другой мир.


Я забыл избавиться от глаз моей кошки и так легко взорвался в моем видении.


Из-за меня раздался звук тяжелого дыхания. Я закрутился, а затем обнаружил, что краснею темно-красным цветом, когда я понял, что старый стол раскачивается, пытаясь повредить пыль. Ни один из пассажиров стола не заметил меня вообще. Вместо того, чтобы прерывать то, что они делали, я поспешил к двери.


Выскочив из двери, я увидел одного скинхеда. Он ухмыльнулся мне. Видимо, он знал, что происходит внутри комнаты, и думал, что я был частью этого. Я почувствовал желание разбить его головой в стену, но я сопротивлялся.


Я был здесь, чтобы взять силы, которые мне нужны, чтобы спасти город.


В центре комнаты находилось сто человек, окружавших бойцов. Они кричали взволнованно, и я слышал, как мясистые звуки кулаков поражают плоть.


Моя толстовка поднялась, хотя мое лицо не было никому, кто бы узнал, и я пробился сквозь людей, пока не смог увидеть, что происходит.


Женщина с двойными мечами наблюдала за поединками с глазками. У нее было покрытое шрамами лицо и клетка на голове. Это был какой-то глупый костюм, но он хотя бы дал мне знать, кто она.


Там был и Крюковолк. Даже мой ленивый костюм был не таким плохим, как его. Он носил джинсы и шел без рубашки, и его единственная уступка идее о том, чтобы иметь костюм, была металлическая волчья маска, которую он носил.


Я не мог видеть, была ли там какая-либо другая Империя Восемьдесят восьмых кейпов; толпа была слишком толстой. Я не мог позволить себе предположить, что они не были такими.


Все, что мне нужно было сделать, - пробиться по кругу и почистить их обоих. Я бы лишил Империю двух своих тяжелых нападающих, даже когда я сделал свои собственные шансы на выживание лучше. Если повезет, они даже не узнают, что произошло, пока они не попытались использовать свои силы, и они исчезли.


Люди вокруг меня громко вздохнули, когда тело ударило о пол. Деньги начали обмениваться руками, и в хаосе я потерял из виду Крикет и Крюковолк.


Я пытался пробиться мимо большого потного скинхеда, который был покрыт всеми видами татуировок. Он взглянул на меня и зарычал. Раздражительно он оттолкнул меня назад. Я обнаружил, что споткнулся назад в кольцо.


"Похоже, у нас есть другой соперник!" Я услышал крик Крюковолк, и толпа разозлилась.


Им было все равно, что я похож на женщину. Все, что они хотели, это кровь.


Человек, который вышел на бой, был покрыт татуировками. Он был массивным, почти семи футов в высоту, и он выглядел как человек, который не хотел бы избивать женщину.


Если бы я сражался с ним, я сразу обнаружил бы, что у меня нет боевых навыков. Я не был уверен, что сила Виктора была достаточно быстрой, чтобы убедить его. Если я выиграю, они поймут, что я накидка.


Потеря тоже не была вариантом; они отталкивали неудачников дальше и дальше от Крикета и Крюковолк.


Мне нужно было импровизировать.


24. Сожжение.


Я закрыл глаза с человеком, которого я должен был сражаться, и тут же начал рисовать свои боевые навыки с такой силой, насколько я мог.


Насколько я могу судить, он не парахуман. Я был достаточно силен, чтобы нанести удар от любого, кто был без помех без проблем. Учитывая, что на нем нет рубашки, я не беспокоился о том, что он тоже парахуман.


Трюк состоял в том, чтобы провести хорошее шоу. Мне нужно было сделать правдоподобным, что я избил его, не забивая всех, что я парахуман. Это привлекло бы меня достаточно близко к Крюковолк, чтобы делать то, что мне нужно, без каких-либо проблем.


Для кого-то из моих размеров это означало, что мне пришлось избегать ударов. У меня была тренировка Эскрима, как это было, но несколько недель обучения не могли сравниться с навыками уличного бойца с предположительно многолетним опытом.


Моим единственным вариантом было сосредоточиться на уклоне, пока я не набрал достаточного количества боевых навыков, чтобы подделать его.


"Начинай!" - крикнул Хуквольф.


Когда человек бросился вперед, я попытался споткнуться. Я слышал, как члены толпы начали бурить. Я смотрел на него, изо всех сил изогнув свои навыки.


Кто-то из-за меня толкнул меня в круг, и человек, с которым я столкнулся, ударил меня. Я едва успел вовремя поглядеть, чтобы это был острый взгляд. Я заставил себя упасть на пол, как будто меня обидели.


Я слышал об этих боях. Никто не был допущен к выходу; Империя презирала трусость. М.И. мог попытаться притвориться, что его нокаутировали и с биокинисисом я мог бы фактически справиться с этим. Победа в этом бою не была моей целью. Все, что мне действительно нужно было сделать, это добраться до двух человек, и когда я это сделаю, все будет кончено.


Я заставил себя вскочить на ноги. Толпа вокруг меня приветствовала.


Желание воровать навыки было частью причины, по которой я пришел сюда, и сила Виктора работала лучше, чем при контакте с глазами.


Я бросился вперед, но он был быстрее меня, и он откинулся назад. По-видимому, он был смешанным боевым художником, потому что из-под меня выскочила нога, и я снова упал на пол. Никакой контакт с кожей, потому что я был в штанах.


Когда он пытался топать, я катался, и я схватил его за ногу. Контакт ... Я вытащил боевое умение в десять раз быстрее с контактом. Я тяжело дернулся, и он споткнулся, упав на пол.


Я был на нем, одной рукой на груди, а другой ударил его по лицу. Я не использовал ничего, как моя истинная сила, но настоящий шок был утечкой, которую я делал с рукой, которая не ударила его.


Он отбросил меня, но теперь я получил больше своего мастерства. Я чувствовал себя более уверенно, когда мы оба поднялись на ноги.


Швыряя его, я споткнулся вперед. Он уклонился и обнял меня по голове. Я притворился, что упал на одно колено.


Он бросился вперед, и я ударил его в пах.


Толпа замолчала, когда он пошатнулся. Такой удар был законным игровым чейнджером, даже для кого-то из моих размеров.


Я вскочил на ноги и прижал мое преимущество. Я был на нем, и, когда я ударил его по лицу одной рукой, я все сильнее и сильнее усваивал свои навыки с другим.


Тяжелые навыки были приятными, и я чувствовал, что люди пытаются меня вытащить, поскольку я продолжал ударять его. Я почувствовал, что последнее его умение связано как будто струной. Я потянул. Еще несколько, и он сломался.


Его умение было моим, теперь и навсегда.


Я перестала его бить. Его лицо выглядело как гамбургер, и он, вероятно, нуждался в медицинской помощи, но я получил то, что хотел.


Тишина заполнила комнату, и люди вокруг меня начали отступать.


Я не должен был быть таким тонким, как я надеялся на бой, потому что Крюковолк уже тренировался, и Крикет шел, чтобы сразиться со мной.


Глядя на них, я пожал плечами, и я нырнул в толпу, когда я ударил толпу в тени. Через мгновение я был в зеркальной вселенной.


Если бы они хотели драки, я бы дал им бой.


Я застрял в одежде, и я схватил свой другой наряд. Мне стало легче переключаться на него быстро, но я надеялся, что в итоге все быстрее. Возможно, скорость Крикета может помочь в этом.


Мое лицо переместилось, и мое тело стало больше и мускулисто. Я долго прятался в тени, опасаясь, что банды придут за мной. Тем не менее, мне было хуже, чем беспокоиться, чем банды, и пришло время узнать о себе.


Это было не просто несколько наркоманов, занятых наркотиками, в темноте; здесь было достаточно людей, что слово моего присутствия взорвалось бы на месте происшествия.


Через мгновение я сделал именно это, появляясь посреди запутанной толпы. Крюковолк уже поднялся, и он зарычал.


Единственный способ, которым я собирался получить его власть, - добраться до центра этой кружащейся массы лезвий. Разумным было бы просто уйти и вернуться в другой раз, но я устал от осторожности.


" HOOKWOLF ", - сказал я своим гробовым голосом. "ВЫ СУДЬИ".


Массивный волк вихревых металлических лезвий обвинил меня, когда люди закричали и начали бежать из комнаты. Люди топтали друг друга, чтобы уйти от нас. Мне было бы плохо, но все в комнате были трагедией человеческих страданий, понимали ли они это или нет.


Крикет что-то сделал, и я почувствовал на мгновение дезориентированность.


Было достаточно времени, чтобы Хьюквольф захлопнул меня, как поезд, хлопнув меня назад через стену склада и выйдя на улицу. Он был тяжел, достаточно, чтобы я не мог выбраться из-под него. Хуже того, его клинки двигались так быстро, что я не мог дотронуться до него достаточно долго, чтобы использовать силу Руны на нем, предполагая, что ее сила будет работать над ним, поскольку она может рассматривать лезвия как часть его тела.


Люди садились в свои машины и врезались друг в друга в отчаянии, чтобы уйти. У меня не было времени беспокоиться о них; Лопатки Крюковолк пострадали так, что я не чувствовал себя в то время. Их страх опьянял, и это приносило мне новые силы, но я не мог зависеть от него, потому что люди, которые боялись, делали все возможное, чтобы уйти. В машинах не хватило бы времени, чтобы выбраться из моего диапазона.


Я закрыл свои болеутоляющие рецепторы, когда я заставил пламя осветлить. Его лезвия начали таять так быстро, как они появились, и пока он рычал и пытался рухнуть мне в лицо, я поднялся и схватил его волчьи челюсти и оттянул их.


"Гори", - сказал я.


Знать, сколько урона, которое принимало мое тело, было тем, чего я не хотел. Это остановило бы меня от того, что я должен был сделать. Это было соревнование между двумя из нас, чтобы увидеть, кто будет наносить больший урон другому, до того, как он сдастся. Даже без реальной боли от лезвий, ударяющихся о мой торс, я все еще ощущал огромное давление. Я мог вообще отрезать чувства, но это было опасно.


Я не причинил ему никакого реального вреда, только его раковине, когда он наносил мне очень больший ущерб. Однако, хорошая вещь о металле заключалась в том, что это был отличный проводник, как электричества, так и тепла. В его центре Крюковолк был очень плотным и кровавым человеком, и жара приходила к нему.


На мгновение я подумал о том, чтобы исчезнуть в зеркальном мире, но он был тем, кто первым уступил.


Он отпрыгнул от меня. Я посмотрел вниз и увидел, что сундук моей брони был разрушен. Ему удалось превратить плоть сундука в гамбургер, который, если бы я все еще мог чувствовать боль, потерял бы меня и потряс бы меня.


Уже мое тело работало над исправлением ущерба, но я не был настоящим регенератором, а не как Лунг. Этого не будет достаточно быстро, чтобы эта битва имела значение. Я мог бы сделать это быстрее, но это займет концентрацию, роскошь, которой у меня не было.


Я был на ногах в одно мгновение. Крикет хлестал вперед своими лезвиями, но у меня была цепь. Пыла, он набросился. Она перепрыгнула через нее только на микросекунду, прежде чем она дошла до нее. Telekinetically я заставил его зацикливаться, чтобы он ударил ее по спине. Она не ожидала, что я брошу вызов физике, и она закричала, когда она полетела вперед. Был треск, когда конец цепи ударил ее, и я подозревал, что у нее сломаны ребра.


Однако, как уличный боец, она привыкла к болью, и она заставила себя подняться.


Крюковолк уже выходил вперед в момент невнимания. Держась за меня, я не собирался работать, поэтому он решил попробовать и запустить тактику. Мне было слишком жарко, чтобы он долгое время прижимался ко мне, но, набрасывая на меня, он надеялся нанести достаточный урон, что я истекаю кровью.


Я уже заблокировал кровотечение из ран, которые он дал моей груди. Это было не истинное исцеление, но я не собирался истекать кровью в ближайшее время.


Если бы я был слишком жарким для Крюковолк, я определенно был слишком горячим для Крикета, с которым можно было бы справиться. Она изо всех сил пыталась приблизиться ко мне, но она явно ощущала жар на лице и теле. Она была так близко, что могла добраться.


Понимая это, она снова начала что-то делать, оставив меня чувство дезориентации.

С Крюковолк, обвиняющим меня, у меня был только один выбор. Я погрузился в зеркальную вселенную, позволил моим пламенам погибнуть, пока они не покрыли мою голову, а затем я нырнул на место, которое она только что была.


Возвращаясь к обычной вселенной, я был встревожен, увидев, что она уже переехала.


Жары, которую я создал, чтобы противостоять Крюковолк, было бы достаточно, чтобы сжечь ее до костей, чего я не хотел. Идя вслед за ней, пусть оставит меня уязвимым для него. Он уже обвинял меня, возможно, надеясь, что я смогу удерживать только огонь в течение ограниченного времени.


Я заметил Крикет; она уже двигалась по комнате далеко от нас обоих. Она быстро.


На мгновение я подумал о том, чтобы послать к ней крестоносцы клонов, но это была сила, которую я не хотел, чтобы Протекторат знал, что у меня есть. Они могли предположить, что у меня это было, но они не знали наверняка, и я мог видеть, как люди останавливали блок, чтобы взять видео о битве.


Крюковолк бросился на меня, и я снова поскользнулся к зеркальной вселенной.


Мне нужно было пересмотреть мою стратегию. Моя тактика против Крикета не работала. Ей было слишком быстро, чтобы я положил руку, и она была достаточно быстрой, чтобы увернуться от пуль. Травма ее ребер была недостаточной, чтобы заметно замедлить ее. Я должен был обернуть цепь вокруг нее, когда у меня была такая возможность.


Она собиралась быть настороже, а это означало, что мне нужно было попробовать что-то другое.


Интернет предположил, что у нее есть гидролокатор. Я не был уверен, что он проник в стены или нет. К счастью, у меня были варианты, которых она не делала.


Я попытался запустить себя в воздух, но это не сработало. Лопатки Крюковолк прорезали мою летающую упряжь. Я проклял себе под нос, затем коснулся моих штанов, которые, к счастью, остались по крайней мере частично неповрежденными.


Буквально летящий на сиденье моих штанов был неловко, но он выполнил свою работу. Я добрался до вершины склада, а затем снова появился в реальном мире.


Крюковолк преследовал плазу под мной, больше похожую на большую кошку, чем на волка. Крикет смотрел дико вокруг нее из места рядом со стеной склада.


Я повернулся к тени, подозревая, что это не будет проверять радиолокационную способность Крикета, и я бросился через крышу Склада, опустившись на пол внизу. Я бросился через стену склада, и, когда я добрался до другой стороны, я снова стал твердым, когда я коснулся ее.


Знакомый прикосновение удовольствия, которое я ощущал, когда я брал ее энергию, был подкреплен внезапным взрывом в моей голове, когда я вдруг услышал все . Были звуки, которые я никогда не испытывал на площадках, которые люди просто не могли слышать.


Это было не так, что у меня было изображение в голове от сонара, так как я просто знал, где все было от эха звуков, взаимодействующих с вещами вокруг меня. Мне не нужно было ничего делать; звуков моего собственного тела было достаточно, чтобы я мог получить изображение, и чем больше звуков было на заднем плане, тем яснее получилось изображение.


Крюковолк обвинял нас обоих, и на этот раз я не стал пытаться спрятаться. Я побежал к нему, понимая, что мир внезапно движется в замедленном темпе. Было почти смешно легко крутиться, когда он прыгнул на меня и избегал его мигающих клинков.


Прежде, чем его клинки вспыхнули так быстро, что они размылись. Теперь я видел картину движения лезвий, и я набросился на свою цепь, проникая дальше в его массу, чем это было возможно раньше. Искры пролетели, когда конец моей цепи был отрезан, но я мог сказать, что это поразило его.


Он был непобедимым монстром для жителей города на протяжении всей своей карьеры, но теперь я был монстром. Мои огни вспыхнули, и я вскочил на спину.


Его ножи нарезались ногами, но это не имело значения. Я вложил руку в пространство между его лезвиями, и я позволил разгореться .


Он закричал и попытался оттолкнуть меня, когда я начал готовить его живым. Несмотря на то, что его лезвия отрывались у меня на руке, они таяли почти сразу, как только они касались его.


Если повезет, он сдастся, если я сделаю это достаточно горячим. Боль, в конце концов, была великим мотиватором, и я сомневался, что он может отрезать себе боль так, как только мог.


Прыгая в воздух, он попытался прикрыть меня к стене, но я держался со смертельным прикосновением. Он скоро должен был сдаться; для него это не имело скейпла. Я уже ранил его; Я могу сказать из-за все более отчаянной борьбы его формы волка.


Я чувствовал, как в нем растет страх. Я не мог понять, почему он продолжал сражаться; становилось все яснее, что ничто из того, что он сделал, не сможет выбить меня, и если он продолжит это, я собираюсь убить его.


Он внезапно упал вперед, и его клинки начали отступать. Я был осторожен, опасаясь, что это был трюк, но я заставил пламя отступить, оставив только огонь на моей голове.


Чудесный запах, похожий на сожженную свинину, наполнял воздух, и я видел, что его брюки тают в его кожу. У него не осталось много кожи; его волосы были сожжены, а то, что осталось, было вздуто и пузырилось.


Он не кричал, когда я коснулся его. Отвлечение его силы от него было еще приятным, но это было почти горько, так как я смотрел на руины его тела. Я сделал хуже, чем убил его; Я его сжег.


Звук его дыхания был игривым и странным; Я подозревал, что тепло повредило его легкие. Я слышал его сердцебиение, и когда я взял его силу, я вытащил металл из его мышц. Это было большим шоком для его системы.


Мне нужна сила целителя, если я буду продолжать сражаться вот так. Мой костюм падал от меня, почти полностью разрушен. Я больше похож на зомби, чем на человека; глядя на то, что я видел, больше походило на измельченное мясо, чем на человеческую плоть.


Знакомый звук мотоцикла наполнил воздух, и я почти почувствовал облегчение. Оружейник мог бы помочь сохранить жизнь Хьюквольфа, хотя без Панацеи я сомневался, что он продержится долго.


Покровители боев уже давно ушли, хотя их транспортные средства, несомненно, будут вести бизнес в кустах по всему городу. Я чувствовал, как последний из них выходил из диапазона моего чувства страха в быстром клипе.


Даже люди, которые снимали видеосюжеты, исчезли; Я не уверен, когда.


Оружейник взревел за углом в квартале и закричал передо мной менее десяти секунд спустя.


"Прекрати и воздержитесь от того, что делаешь", - сказал Оружейник. "Вы арестованы!"


Я встал и уставился на него. Часть меня хотела указать, что Крюковолк нуждался в медицинской помощи, что я был тем, кто был героем. Из его выражения я мог сказать, что ничто из того, что я сделал, не передумает. Пока я был рядом, он не обращал внимания ни на что другое.


"Борьба с Оружейник" не будет продвигать мои цели. На самом деле это только заставило бы меня выглядеть еще больше как злодей, которого они, вероятно, считали.


" ОНИ ОТКАЗАЛИ ЦЕНУ" , - сказал я. Несмотря на то, что мне было больно, что я сделал, мне пришлось продолжать шараду. Страх, который я породил, может быть единственным, что удерживало меня или город в будущем в будущем.


Или, может быть, я просто пытался найти способ оправдать то, что только что произошло.


Он запустил у меня алебарду, но, похоже, он замедлил движение. Я проскользнул через границу в зеркальную вселенную, а затем пошатнулся до одного колена.


Мне удалось сохранить внешний вид неуязвимости во время боя, но теперь, когда это было связано с огромным ущербом, который был нанесен мне, он начал наносить урон. У меня не было сил встать, а тем более надеть одежду.


Все, что я мог сделать, лежал на тротуаре и смотрел на небо зеркальной вселенной, зная, что это ложь, когда я пытался починить себя.


Я подозревал, что это займет некоторое время. Я надеялся, что Арксмастер получил помощь Хьюквольфа, но я не собирался его берется. Почему я был так настроен победить его? Было ли это влияние Софии или была власть, просто идущая в мою голову?


Отпустить его было бы тактической ошибкой, но это бы не заставило меня заклеймить как злодея, который сжигал людей в живых.


Мне придется переоценить себя. Мысль о том, чтобы встретиться с моим отцом, когда он услышал о том, что я сделал, был почти таким же болезненным, как мое тело, если бы я позволял себе чувствовать боль, а не просто слабость и струйка моей крови, попадающей под поддельное покрытие ,


Это был скользкий склон; сколько мне понадобилось бы так же плохо, как Габриэль Грей? Он сказал мне, что со своей силой я буду есть мир.


Что, если это даже не так много?


Возможно ли, что я смогу оправдать любое действие, если оно будет соответствовать моим долгосрочным целям? Я всегда хотел стать героем, и часть этого делала то, что было правильным, а не тем, что было удобно.


Сейчас я не очень похож на героя.


25. Телефон.


Я позвонил в больницу в школу в пятницу.


Ущерб, нанесенный Хуквольфу, потребовал больше времени, чтобы исцелить, чем я подозревал, и мне нужно время, чтобы мысленно разобраться с тем, что произошло. Интернет не ожидал, какова была судьба Хьюквольфа. Я до сих пор не знал, жил он или умер.


Я был уверен, что чувствовал себя виноватым. Я мог бы отойти от боя в любое время; Я уже получил власть Крикета, которая была моей главной целью. Получение власти Крюковолк было удобным, но в тот момент это не было необходимым, хотя я относился к нему так, как будто это было.


Был ли я так же одержим победой, как и с новыми силами? Потеря зрения долгосрочных целей для краткосрочных побед была верным способом проиграть войну. Последнее, что мне нужно было, чтобы люди относились ко мне как к злодею, потому что я убил кого-то во время моего большого дебюта.


Из того, что я слышал, так Хуквольф присоединился к Империи. Он убил кого-то и бежал в банду, чтобы спасти себя.


Я был так уверен, что он собирается сдаться. Я не мог понять, что он будет продолжать сражаться, даже когда он горит. Я не мог спать всю ночь, потому что я снова и снова переживал то, что случилось, пытаясь понять это.


Взглянув на Крюковолк в Интернете, я узнал, что у него есть особая философия борьбы. Тем не менее, это не объяснило бы, почему он будет продолжать сражаться.


Только ранним утром я пришел к потрясающей реализации.


Он продолжал сражаться, потому что я не дал ему очевидного выхода. У него не было оснований ожидать, что я дам ему возможность жить, и если он все равно умрет, он, вероятно, был бы настроен пойти на бой.


В конце концов, он даже не пытался меня драться; он пытался убежать.


Его смерть, если он не был еще жив, был на моей голове, потому что я не дал ему возможность сдаться. Я мог бы дать такую ??возможность, даже если это не соответствовало персонажу, который я создал в Отмщении. То, что я не был моей ошибкой.


Я не хотел быть убийцей, и если бы я хотел сделать лучше в будущем, я должен был знать, что люди не всегда будут реагировать так, как я.


Я не мог не чувствовать, что моей маме было бы стыдно за меня. Я боялся рассказать отцу, и поэтому я избегал разговаривать с ним.


Часть меня была убеждена, что все, что мне нужно, это стать достаточно сильным, чтобы не убивать, но я понял, что это скользкий склон. Было ли время, когда я был таким могущественным? Какую комбинацию полномочий мне нужно было сделать?


Как Империя будет отвечать? Они потеряли Крестоносца, Руну, Виктора, Крюковолк и Крикет для меня - всего треть их Навесов, а с Крюковолк и Крестоносец ушли Я взял некоторые из их самых тяжелых нападающих.


Теперь я собираюсь быть более жестким; одна из вещей, которые я не ожидал, когда я взял власть Крюковолк, заключалась в том, что металл всегда был под поверхностью моей кожи. Я сомневался, что смогу избавиться от него даже с биокинисисом, потому что он просто реформировался всякий раз, когда пытался.


Добавив к силовому полю или ауру, или что бы это ни случилось с моей биокинетической силой, я был бы невероятно жестким. Ни одной власти не было достаточно, чтобы иметь дело с Губителем, но вместе они приблизились. К сожалению, не было никакого способа узнать, как хорошо это будет работать, пока Губитель не разорвет вас пополам, и в этот момент было уже слишком поздно.


Металл под моей шкурой означал, что мне придется начать сбрасывать Эми Даллон. Она была бы встревожена резкими физическими изменениями, которые она произвела на меня, и она почти наверняка предупредила кого-то. В конце концов, если бы я мутировал в какой-то монстр, меня можно было бы считать предметом общественного здравоохранения и безопасности для меня, чтобы меня привлекли к экзамену.


Если бы я сам покончил с ней, она бы повернула меня; почти наверняка ее вызвали, по крайней мере, попытаться спасти Крюковолка.


Мне нужны были люди, которым я мог доверять, чтобы вытащить меня из края, или я собираюсь упасть в темноту. Папа сделал бы какую-нибудь страшную ссылку на "Звездные войны" о Темной стороне, или что-то вроде гнева и ненависти и чего бы то ни было.


Мне нужно было делать лучше.


Тот факт, что Интернет волновался о моей встрече с Крюковолк и Крикет, не помогал. Было много сравнений с старым персонажем комиксов, о котором я даже не знал. Взглянув на него, я увидел, где можно провести сравнение, хотя даже с биокинизом я бы никогда не смог получить полностью костный череп.


Конечно, с мощью Крюковолка я мог бы создать реальную металлическую грань черепа. Это заставило бы меня выглядеть немного как опечаленный Терминатор, фильм, который Папа заставил меня смотреть, когда я был моложе. Я не возражал так сильно, как я притворялся.


Я постепенно позволял моим рецепторам боли вернуться к осознанию, а это означало, что все мое тело пульсировало. Было небезопасно идти без боли, и это почти чувствовалось справедливостью, учитывая боль, которую я дал человеку накануне.


Были легенды о людях, которые были сожжены заживо в бронзовой статуе быка; некоторые ранние христианские мученики, как говорили, были убиты таким образом. Тот факт, что я сделал это непреднамеренно кому-то, заставлял меня болеть.


Я одержим это до полудня. Я все больше беспокоился о разговорах, которые я собирался иметь с отцом, когда он придет домой. Я не был уверен, видел ли он Интернет или нет, но какой-то Доклер или другой должен был рассказать ему о борьбе.


В полдень зазвонил мой телефон. Это был телефон, который я использовал в своей идентичности Gamble; Я был поражен и немного встревожен. Я думал, что я вытащил батарею, чтобы СКП не смог отследить меня домой.


Я поднял его неохотно.


"Гэмбл ... ты в порядке?" Голос кейповла Пелхэма подошел по телефону, и я почувствовал, что расслабляюсь.


"Что?" - спросил я.


Она помолчала. "Наверное, ты все еще жив. У вас все еще есть свои силы?


Я замерз.


кейпов сказал мне, что СКП не всегда делится информацией с New Wave; гораздо меньше, чем предполагалось большинством людей. Тот факт, что она изменила мою альтернативную идентичность, означала, что информация была публичной.


"Да", - сказал я наконец. "Я до сих пор довольно избит, но он не принял ничего постоянного".


Я знал, что мне нужно будет оправдаться, почему Гэмбл ушел с силами без изменений, в то время как у всех остальных месть не было. Самый простой способ сделать это - сразиться с другими героями, а затем не взять их силы. К сожалению, попасть в драки с героями не казалось самой яркой вещью, которую я мог бы сделать.


"Я думал, что он крадет силы у всех, - сказал кейпов. "Почему не ты?"


"Он принимал власть от злодеев", - сказал я. "Я много думал об этом, и я думаю, что он просто пойдет за теми, кто злоупотребляет своими полномочиями".


"Париан не сделал этого, - сказал кейпов.


"Что?" - резко спросил я.


Мы оба наткнулись на тело Париана, и я не совсем понял, что это касается моей другой личности.


"СКП считает, что он убил Париана, чтобы скрыть тот факт, что он взял ее полномочия".


Я был в оцепенении.


Они обвиняли убийства Габриэля Грея в Отмщении?


Папа предупредил меня, что мне нужно пойти в СКП, чтобы предупредить их о нем, но я уволил его из-под контроля. В конце концов, как я собирался рассказать им, что я знал о убийце?


Они хотели бы знать, почему я позволил ему уйти, почему он нацелился на меня. У них было бы сотни вопросов, на которые я не мог ответить.


"Это не похоже на него", - сказал я. "Я некоторое время отслеживал его, прежде чем я догнал его на складе, и он кажется довольно простым. Я не думаю, что он даже считает себя злодеем.


"Он сжег человека почти до смерти, - сказал кейпов. "Эми едва могла спасти свою жизнь, и она говорит, что он перенес церебральную гипоксию ... это означает, что он задыхался внутри и не получал достаточного количества кислорода в своем мозгу".


Хотя я почувствовал облегчение, что этот человек на самом деле не умер, я беспокоился о том, что на самом деле произошло с ним.


"Возможно, он будет лучше?"


"Они не узнают, пока он не проснется", сказал кейпов. "Возможно, Оталла может лучше исцелить его, чем Эми, так как ее власть работает немного по-другому".


"Они собираются позволить ей попробовать?"


"Нет, но это только вопрос времени, прежде чем Империя по крайней мере попытается освободить его. Никто не знает, есть ли у него еще силы или нет, но они, по крайней мере, попытаются получить его из-за всех секретов, которые он держит. Если у него больше нет своих полномочий, он не будет использовать Империю, и у него может возникнуть соблазн превратить доказательства государства в более легкое предложение ".


Непослушание было мыслью, что они могут убить его, а не иметь дело с ним без полномочий. Империя казалась типам, которые могли бы это сделать.


"В любом случае, после того, что произошло вчера, СКП хочет связаться с вами. Они ищут любую информацию, которую они могут получить от этого ... Месть.


"Мне действительно не нравится разговаривать с кем-то", - признался я. "Я все еще не исцелился, и я чувствую себя глупо, что сам что-то сделал. Я начинаю думать, что мне нужно присоединиться к команде ".


"Есть не так много вариантов, если вы не хотите покинуть город. Новая волна не принимает больше членов, и я сомневаюсь, что вы захотите разоблачить, если у вас есть люди в вашей жизни, которые могут пострадать ".


"Да ... я не думаю, что я к этому готов".


Папа был бы мертв в течение шести часов после моего разоблачения, независимо от того, сколько я собрал власть. Это было частью причины, по которой я пошел на то, чтобы настроить отверстие в театре. Если все отправится на юг, нам может понадобиться место, чтобы лежать низко.


"Тогда это в значительной степени подопечные, если вы не хотите стать наемником, как Faultline", - сказал кейпов. "Вы сражались с торговцами и Империей 88, и я сомневаюсь, что АПП возьмет неазиатский".


"У меня есть причины не вступать в палаты", - признался я. "А как насчет создания собственной команды?"


"Почти все независимые люди в городе уже были захвачены СКП или бандами", - сказал кейпов.


"Кажется, это не оставляет мне много вариантов. Это не похоже на то, что у меня есть деньги, которые я должен был нанять кучу наемников из города, чтобы быть моей командой ".


Я отлично поработал с Путешественниками, хотя у меня было чувство, что их лидер Трикстер не был особенно приятным человеком. Я задавался вопросом, могу ли я убедить их приехать в Броктон-Бей в качестве героев вместо того, чтобы работать на злодеев.


"Наемники Парахуман довольно дорогие, и вы никогда не сможете им доверять", - сказал кейпов. "Если они работают за деньги, что произойдет, если другой парень согласится заплатить им больше?"


"Там должны быть почетные наемники", - сказал я.


"Я ничего не слышал, - сказал кейпов. "Конечно," Новая волна "действительно не связана с наемниками. Это не будет хорошо для нашего имиджа.


Говоря об изображении ...


"Как делает Виктория?"


"Она видела терапевта, - сказал кейпов. "Учимся не причинять вреда людям в мире, который должен казаться, будто он сделан из картона. Думаю, это то, что никогда не приходило в голову остальным из нас, потому что наши силы немного легче контролировать ".


"Это что-то, чему может преподавать терапевт?" - спросил я. "Я тоже грубый, и мне иногда трудно понять, как тяжело тяжело ... вы знаете?"


"Она тренируется с подопечными, - сказал кейпов. "Часть их обучения - это обучение тому, как вывести из строя, не причиняя вреда людям".


Как правительственные агенты, они, вероятно, хотели избежать пиар-катастрофы, вызвавшей ненужную шероховатость. Вероятно, люди буйствовали, если бы они думали, что агенты СКП бьют головы так, как я делал.


"Для этого есть одна серебряная подкладка", - сказал кейпов.


"О?" - спросил я.


"После того, что случилось вчера, люди наконец перестали говорить о том, что она сделала", - сказал кейпов. "Месть - это все, о чем можно поговорить в школе".


Я внезапно обнаружил, что рад, что решил пропустить класс. В то время как тушение в моих собственных соках, вероятно, не было здоровым, слушание людей говорит о Мстительности было бы еще хуже.


Что, если они говорили точные вещи, которые я говорил себе? Разве они отбрасывали Месть как ужасное чудовище?


Хуже того, всегда была часть студенческого населения, у которого, казалось, не было ни малейшего сочувствия никому, кроме своего социального круга. Что, если они аплодируют тому, что я сделал?


Разве я мог бы слушать все разговоры, не позволяя мне одолеть меня? Я не был уверен.


Я не решался спросить кейповла, что все говорили. Отчасти потому, что я боялся узнать. Я видел видео в боях в Интернете, но я избегал комментариев, таких как чума.


Другая часть заключалась в том, что я не был уверен, что персонаж, который я проецировал, был бы заинтересован. Будет ли кейповл странным, что я был одержим интересом к тому, что люди говорили о бдительности, которая якобы избивала меня до мякоти?


По телефону я не мог точно утешить ее способность обнаруживать ложь.


"Я не уверен, что буду готов на какое-то время, - сказал я наконец. "Мне было очень плохо. Если я это сделаю, я позвоню тебе. Может быть, мы когда-нибудь соберемся.


кейпов сказал: "Мы все избиваем в этом бизнесе. Не позволяйте ему заставлять вас сдаваться. Помните, почему вы начали делать это в первую очередь, и это поможет вам продолжать ".


Я начал это, потому что хотел стать героем. Я хотел, чтобы люди не могли пройти через то, что я пережил с хулиганами. Я хотел, чтобы кто-то еще не мог жить без матери, по крайней мере, если бы я мог остановить это.


"Я рад, что вы позвонили", - сказал я. Я колебался. "Иногда я чувствую себя здесь один".


Папа был великолепен, но он не был тем, кому приходилось иметь дело с тем, с чем мне пришлось иметь дело. Ему не приходилось иметь дело с чувствами, что одна ошибка может означать, что кто-то умер, а не только потому, что я использовал слишком много сил, но также потому, что не использовал достаточно.


В конце концов, каждый раз, когда я позволяю злодею идти на свободу, можно утверждать, что я отвечал за каждого человека, которого он причинил в будущем. По крайней мере, Крюковолк не причинил вреда другим людям, и даже если бы у него была какая-то реабилитация, по крайней мере, я его не убил.


Я почувствовал себя немного лучше о предстоящих разговорах с папой. Мне все еще было неловко объяснять, но у меня действительно не было других методов, которые я мог бы использовать, чтобы добраться до него внутри его раковины. София, видимо, смогла проникнуть внутрь вещей и, по крайней мере, частично переделать, поскольку она смогла украсть мою флейту из моего шкафчика, но я еще не понял этого.


У нее было намного больше времени, чтобы экспериментировать со своей властью, чем я, и когда я набирал все больше и больше сил, это становилось все труднее, поскольку у меня было все меньше и меньше времени, чтобы проводить практику с каждой силой.


В любом случае мне нужно было больше времени тренироваться, а также планировать, как я собираюсь иметь дело с отдельными членами Империи и другими злодеями в городе. Лучшее планирование означало бы, что я с большей вероятностью выиграю с меньшим количеством людей.


"Все, что вам нужно сделать, это позвонить, - сказал кейпов. "Мы превосходим численностью, наши герои. Мы должны держаться вместе.


"Спасибо, - сказал я.


Телефонный звонок закончился, и мне стало лучше. Возможно, оставаться дома и одержимы не то, что мне нужно было делать. Может быть, мне нужно было выбраться и получить солнечный свет, сделать что-нибудь для удовольствия, а не просто преследовать боевых и убийственных и сумасшедших серийных убийц.


Возможно, мне нужна была небольшая нормальность.


Я решил попросить папу выйти после того, как он вернулся домой; возможно, в кино или, возможно, просто для мороженого. Предполагая, что он не навел меня на то, что я почти сжигал живого человека, я думал, что нам будет полезно провести время вместе, что не было бы супергероем.


Кроме того, мои мотоциклетные доспехи и летающие упряжи были уничтожены. Мне нужно было заменить их, прежде чем месть могла снова появиться.


Телефон снова зазвонил. Это был номер, который я не узнал.


Неохотно я поднял его. Надеюсь, это был не СКП, который хотел бы допросить меня по поводу моей предполагаемой встречи с Vengeance.


"Это Тейлор Хеберт?" - спросил голос на другой линии.


Учитывая, что это был телефон Гэмбл, я почувствовал внезапный острый страх, спускающийся по моему позвоночнику.


"Меня зовут Сплетница", - сказал голос на другой линии. "И нам нужно поговорить".


26. Сплетница.


"Я думаю, у вас неправильный номер, - сказал я.


Внутри я паниковал; Никакой кейпне должен был знать мою личность, и если бы они это сделали, они не должны были противостоять мне с этим. Тот факт, что я смутно помнил Сплетница как злодея, делал это хуже.


Я схватился за свой другой телефон и начал отчаянно печатать папу, чтобы посмотреть, с ним все в порядке. Если они планируют приехать после папы, я сделаю то, что я сделал, чтобы Крюковолк выглядел как детская игра.


"Я не собираюсь угрожать тебе, - сказал Сплетница. Видимо, что-то от моей паники было выражено по телефону: "Я звоню, чтобы просить о вашей помощи".


"Что?"


"Два месяца назад я был вынужден работать над суперзлодой под прицелом", - сказала она. "И у него есть сверхдержава, что означает, что он всегда побеждает. Ничто из того, что я сделал, чтобы уйти, помогло ".


"Даже если бы это было правильное число, что бы это со мной связано?" - осторожно спросил я.


Папа ответил на текст, сказав, что он заканчивает профсоюз Докера. Все было в порядке, хотя я не был уверен, что могу доверять этому.


"У него кроты в СКП, - сказал Сплетница. "Я мыслитель, и он заставляет меня изучать то, что он получает от них ... включая видеоматериалы о новых кейпах".


Она говорила о моем видео на складе с моими двумя призраками; глубоко в моей кишке я знал это. Было ошибкой делать это все время.


"Он хотел знать, смогу ли я обнаружить личность двух новых кейпов в городе", - сказала она. "Представьте мое удивление, когда я обнаружил, что они были одним и тем же человеком".


"Я думал, что угрожать людям своей тайной личностью - хороший способ причинить себе боль", - сказал я. Я начинал сердиться. Неписаные правила существовали по какой-то причине, и ее приведение ко мне вообще было скрытой угрозой. "Плохо."


"Я не угрожаю тебе, - сказала она поспешно. "Я знаю лучше. Я видел, что вы сделали с Крюковолк вчера.


Это, конечно, была лучшая причина не называть меня и угрожать мне в моей тайной личности. У меня было ощущение, что она думает, что она умна, может быть, даже самый умный человек в комнате. Это совсем не показалось умным. Казалось, это хороший способ сделать меня врагом, и с силой девяти кейпов плюс мой собственный я был особенно опасен.


"Если вы знаете, на что я способен, тогда почему вы нарушаете правила?" - спросил я. "Это не кажется очень ярким".


"У него есть способы узнать, что я знаю, прежде чем я даже скажу ему. Почему-то он не просто знает, что произойдет, но что может случиться. Я пробовал лгать ему раньше или не рассказывать ему все, и он всегда знает .


Это ... будет силой, с которой нужно считаться. Способность смотреть вперед и видеть, какой вред я мог бы сделать, прежде чем я это сделал ... такие вещи, как Крюковолк, возможно, не должны повториться, если я заранее узнаю о них ".


"Это делает его скользким, как ад. Вы идете напасть на него, и его там нет. Это главная причина, по которой моя команда настолько успешна. Если работа не пойдет хорошо, он прикажет нам встать ".


"Я все еще не понимаю, что все это имеет отношение ко мне".


"Он дал мне видео о вашем складском бою и попросил меня узнать все, что мог, обо всех ваших альтернативных тождествах, включая их секретные личности. То, что знает СКП, он мне дал.


Я нахмурился. Я думал, что хорошо поработал во время шарады на складе. Если бы это было быстро распущено, возможно, мне следовало бы, чтобы папа остался в кинотеатре уже. СКП может быть у меня в любую минуту. Даже если бы они этого не поняли, если бы у кого-то, у кого она работала, были кроты, возможно, тоже сделали другие банды.


Мне нужно было быть более осторожным.


"Не волнуйся, - сказал Сплетница, казалось, читая мой разум. "Мне нравится рассказывать людям, что я экстрасенс, но на самом деле моя сила делает меня очень похожей на Шерлока Холмса на стероидах. Были всевозможные подсказки, которые Гэмбл и Месть, которые мы видели на пленке, не были реальной сделкой, по крайней мере для меня. Учитывая, что Месть недавно украла силы Крестоносца, а фигуры, которые я видел на пленке, имели все отличительные черты призраков крестоносцев, было очевидно, что они, скорее всего, были созданы одним и тем же человеком ".


"Почему ты думаешь, что это человек?" - спросил я. "Я почти не отвечаю физическому профилю ни одного из них".


"Зачем создавать шараду в первую очередь, если вы не пытаетесь что-то скрывать?" - сказала Сплетница. "Если это просто факт, что они - один и тот же человек, почему бы не появиться в одной личности и притвориться, что сражаетесь с призраком? У Отмщения есть способности Теневого Сталкера, чтобы он мог даже уйти от того, чтобы быть немного несущественным. Быть на самом деле может только помогло бы уловке выглядеть более реальным, так почему же вы не сделали этого?


Покачав головой, я сказал. "Я не могу представить, почему".


"Вы создаете двух призраков, чтобы заставить третьего человека казаться, будто они не разделяют личность, - сказал Сплетница. "И так как это был не один из азиатских мальчиков, которые напали на вас ..."


"Ты предполагал, что это должен быть я", - категорично сказал я. Я думал об этом, но это казалось бесполезным. "Как долго мне до того, как ПТТ бьет по моей двери?"


"Я почти уверен, что СКП купил его, по крайней мере, из меморандумов, к которым у меня есть доступ, но я бы не дал им никаких причин пересматривать кадры. Люди, которые предполагают, что они знают эту историю, делают предположения. Это ограничивает то, что они видят. Дайте им другую историю, и они будут намного умнее об этом ".


"Итак?" - спросил я.


"Он попросил меня узнать вашу личность, и у меня есть. Он узнает, говорю ли я ему или нет, - сказал Сплетница. "И он не заботится о неписаных правилах".


Я почувствовал холод. Суперлидер с моей личностью имел бы много рычагов, если бы он хотел, чтобы я что-то делал. Он мог угрожать сделать мою личность публикой или похитить моего отца. Он мог бы разобрать мою часть жизни по частям, просто передав информацию в СКП.


Единственная причина, по которой банды не пришли за мной до сих пор, заключалась в том, что они не знали, где меня найти. Я попал бы в засаду справа и слева, и я не нашел бы мирного мира вне зеркальной вселенной.


"Вы могли бы встретиться со мной лично", - сказал я. "Телефон кажется немного безличным для чего-то подобного".


Татлетейл усмехнулся. "Мне нравятся мои силы, даже если они иногда являются буквальной головной болью, и у меня есть чувство, что вы возьмете их и зададите вопросы позже, если мы встретимся лично. Я могу быть немного ... раздражающим некоторых людей, и вся эта разоблачающая вещь - хороший способ зарыться в могилу без знака ".


Учитывая, что она была злодеем, даже если она якобы была нелюбимой, это было не плохое предположение. Я бы, наверное, почувствовал еще большую угрозу, если бы она показалась в моем доме, и у меня был хороший шанс, что я причиню ей боль.


"Почему ты так открыто об этом?" - спросил я. "Вероятно, вы могли бы получить то, что хотели, с гораздо меньшей информацией".


"Моя сила говорит мне, что это лучший способ удержать вас от истощения меня, - сказал Сплетница. "Мне очень нравится болтаться с людьми, но я читал файлы СКП о том, что случилось с вами в Уинслоу, и я подозреваю, что вы действительно не преуспели в предательстве".


Это было правдой. Я был напуган достаточным количеством людей, что у меня были бездельные мысли о том, чтобы пойти в школу Кэрри. Быть ввернутым суперзлодеем может не закончиться хорошо.


В конце концов, Крюковолк даже не сделал ничего для меня лично. Он просто мешал мне. Насколько это было бы хуже, если бы он причинил мне боль или кого-то, кого я беспокоил? Возможно, я совсем не остановился.


Возможно, она была права, чтобы быть немного осторожной.


"Я подозреваю, что у вас тоже есть способности Виктора, и если вы сойдете с ума, это может быть не просто моя сила, которую я потеряю", голос Сплетницаа был серьезным.


"Так что ты от меня хочешь?" - спросил я.


"Я хочу, чтобы ты украл власть Выверта и помог мне разобрать его империю".


"Что?"


"Взамен я помогу вам найти" Приправы ", - сказал Сплетница. "Тебе не понравится моя сила, это дает мне головные боли, которые оставляют меня прикованными к постели в течение нескольких дней, если я слишком сильно ее использую. Но я бы с радостью использовал его, чтобы помочь вам очистить этот город ".


"Выучите соревнование, вы имеете в виду?" - сухо спросил я.


"Как только мы возьмем Выверта, я намереваюсь украсть все его деньги", - сказал Сплетница. "Зачем мне мешать мелким преступлением, когда я смогу уйти на пляж где-нибудь с миллионами долларов?"


Я колебался.


Помощь в краже преступника казалась неправильной. Помогать преступному кражу у другого преступника казалось ... менее ошибочным?


"Что, если вы использовали часть денег, чтобы помочь городу?" - спросил я наконец. Папа всегда продолжал рассказывать о том, сколько работы у Докеров не хватало.


"Десять процентов, - быстро сказал Сплетница.


Я почти заподозрил, что она ждала, когда я спрошу. Была ли у нее такая сила или она просто исследовала меня и мою семью, чтобы знать, что это вероятно?


"Двадцать пять", - сказал я. Я был дочерью Дэнни Хеберт, и я не собирался быть втянутым в переговоры.


"Пятнадцать процентов".


"Двадцать", - сказала она.


Когда я колебался, она сказала: "Ты не знаешь, сколько денег мы говорим здесь. Это много. Двадцать процентов будет более чем достаточно, чтобы создать рабочие места и немного разобраться в местной экономике. Этого не будет достаточно, чтобы полностью исправить город .... пять раз общая судьба Выверта не сделала бы этого, но этого достаточно для начала ".


"Нам нужно встретиться", - сказал я наконец. "Переходите к тому, что именно вы ожидаете от меня".


"Я немного расстроен, встречаясь с тобой в одиночестве, - признался Сплетница. "Я бы хотел довести остальную часть моей команды".


Планировала ли она какую-то ловушку? Я перешел к тому, что знал о подражателях и их силах в моей голове. За исключением собак Хеллхаунда и того, что было, что сделал Регент, не было похоже, что у них было много, что могло бы навредить мне.


Конечно, группы, как известно, постоянно добавляли новых членов. Последнее, что мне было нужно, было быть ослепленным каким-то Учителем.


В этом отношении у меня было только ее слово, что ее сила была своего рода наддувом дедуктивных навыков. Он пошел с именем суперзлодея, которое она выбрала для себя, но люди, как известно, раньше обманывали имена.


Насколько я знал, она сама была хозяином, чтобы привести меня в Выверт. Конечно, если бы она была мастером, ей нужна моя помощь против Выверта?


Может быть, сама она была. У меня было только слово, что она была даже Сплетница. Насколько я знал, она действительно была Оталла, которая пыталась заманить меня в ловушку, поставленную Империей.


Нет ... если бы она была с Империей, они бы не хотели давать мне это предупреждение. Они заманили меня в путь в школу, и если бы они убили меня, я заявила, что это был несчастный случай, а не другое нападение на кейп в их доме.


Или, может быть, они не хотели другого инцидента, такого как Флер, и в этом случае они могут попытаться соблазнить меня. Я обнаружил, что меня обманывают нерешительностью. Если бы я предполагал, что это была ловушка, и она была честна, тогда она сказала бы Выверт, и моя жизнь развалится. Если бы это была ловушка, меня бы атаковали.


Лучшим вариантом было пойти, но предположим, что это ловушка и быть готовым к этому.


"Если я решит пойти за тобой, это не поможет", - сказал я.


Она долго молчала, потом вздохнула. "Мы можем встретиться где-то публично, только вы и я".


"Как долго вы можете его остановить, прежде чем рассказывать ему?" - спросил я.


"Несколько дней", сказала она. "Больше не надо. И если у нас будет время пойти за ним, это будет меньше времени ".


"Позвони мне завтра утром в девять", - сказал я. "Я дам вам место для нас, чтобы встретиться тогда".


Учитывая приманку, которую она висела, способность совершать какие-либо ошибки, которые я совершила, я едва мог отказаться от нее. Если бы она настраивала меня на ловушку, было бы лучше, если бы я знал это сейчас, а не позже. В конце концов, она говорила о партнерстве, и мне нужно было бы доверять ей, прежде чем двигаться вперед.


Я колебался. "Я знаю, что СКП думает, что я тот, кто ворует мозги, но я нет".


"Если бы я верил, что я буду на первом самолете из города, - сказал Сплетница. "Тот, кто это делает, серьезно опасен".


"Я встретил его", - сказал я.


"Что?"


Приятно было на самом деле удивить Сплетница на этот раз. Казалось, она контролирует весь разговор, и я был счастлив, что смог сказать ей, что она не знает.


"Он тоже крадет силы, убивая ... и он может выглядеть как никто".


Она так долго молчала, что на мгновение я подумал, что мы потеряли связь.


"Вы пережили встречу с ним?" - спросила она. "Я видел отчет о том, что он сделал с охранниками СКП ... там было много сил, что СКП не указала вам, что у вас есть".


"Они не знают, что я могу сделать", - признался я.


"Я думаю, что это связано с тем, что СКП так сосредоточен на вас, как на убийце. Если не считать Мясника или Эйдолона, у одного кейпа не будет столько сил, каких он продемонстрировал или как у вас. Мысль о двух людях, которые сидят в городе, пугает их ".


"Рассказывать им о нем может помочь, - сказал я. "Но я не знаю, как не дать им больше информации, чем я хочу, чтобы они имели".


"Удостоверьтесь, что информация поступает от третьего лица, - быстро сказала Сплетница. "Если мы собираемся работать вместе, я уверен, что мы можем понять что-то еще".


Я кивнул, потом понял, как это глупо, когда она не могла меня видеть.


"Я позвоню тебе завтра утром", - сказал я. Я колебался. "Я не думаю, что я должен сказать вам, что произойдет, если это окажется ловушкой".


"Ты меня освободишь, истощи меня от всех моих навыков, пока мне не понадобится носить подгузники для взрослых, а потом ты убьешь меня", - сказала Лиза.


Я моргнул.


"И остальная часть вашей команды тоже", - сказал я. "Предполагая, что они все в порядке".


"Они не знают, - сказал Сплетница. "Есть один из них, я бы не стал не предавать меня боссу. Я бы не привел его, если бы привел команду. Я бы не стал приносить суку, потому что это, вероятно, пошло бы ... плохо.


Если она называет ее товарища по команде сукой, она, вероятно, не могла ожидать от нее такой лояльности.


Хорошо, - сказал я. "Завтра тогда".


"Спасибо, что не собиралась убивать меня", сказала она ярко.


" Посмотрим" , - сказал я, используя голос Мстительности.


Я слышал ее глоток. Через мгновение телефон погас.


**********


Ожидание возвращения отца домой было трудно по нескольким причинам. Я все еще немного беспокоился о том, как он будет реагировать на вещи Крюковолк.


Я долго обманывал его; вина была бесполезной эмоцией. Прошлое не могло измениться, и единственное, что я мог сделать, это сделать лучше в будущем. Все избиение себя было бы отвлекать меня от моих целей.


У меня также было ощущение, что он не будет особенно заботиться о встрече с Сплетница, предполагая, что это она. Он подумал, что это ловушка, и он не хотел бы, чтобы я подвергался опасности.


Дело в том, что в выборе, который она мне предложила, был подразумеваемый ультиматум. Работа с ней, или Выверт, будет иметь всю необходимую ему информацию, чтобы полностью разрушить мою жизнь.


Наконец дверь открылась. Папа вошел в вход, бросив ключи в миску у двери.


"Я слышал, что вчера у вас был напряженный день", - сказал он. Он посмотрел на меня значительно. "Я не знал, насколько он занят, пока некоторые из парней не начали говорить об этом на работе сегодня".


"Это было не так плохо, как кажется людям, - сказал я. "Он не мертв".


"Когда это стало нашей мерой успеха?" Спросил папа. " Он не мертв ?"


"Я узнал мой урок и обещаю не пытаться сжечь кого-либо живого снова, если они действительно этого не заслуживают?" - сказал я слабо.


"Я думаю, нам нужно поговорить о нескольких вещах", - сказал он.


Я вздохнул. У меня было чувство, что я участвую в длинной лекции. Не то чтобы я этого не заслужил, это было просто сложно.


На мгновение я подумал, что умышленно затуманиваю слух, но в итоге я решил просто взять мои комки.


В конце концов, быть героем иногда означало делать то, что вы не хотели делать, особенно если это было хорошо для вас.


Может быть, это создаст характер ... Я не надеялся, но был небольшой случай.


27. Ресторан.


"Я видел бой, - сказал папа. "И есть вещи, о которых я беспокоюсь".


Я попытался объяснить всю горящую вещь, но он, похоже, не хотел слушать. Как только я не смог поймать Крюковолк в его обычной форме, горел был единственной силой, которую я имел, которая бы работала иначе, чем просто уйти.


"Я сожалею о том, что пытаюсь его сжечь", - сказал я за то, что было похоже на пятидесятый раз.


"Я знаю", - сказал папа. "Но это не то, о чем я говорю. Когда вы позволили ему прыгать на вас, вы знали, что сможете выжить его клинки?


"Он точно не дал мне выбора, - сказал я защищенно. "Он вскочил на меня".


Прыжки на людей должны были быть номером один в списке боевых игр каждого вихревого клинка. Это было эффективно, и это испугало людей.


Пап нахмурился. "Я дал тебе эти серьги по какой-то причине".


Правильно. Я мог бы прыгнуть в зеркальную вселенную раньше, чем я, избегая всей конфронтации. Учитывая, что у меня были силы человека, борьба не была абсолютно бесполезной. Я лишил Империю одного из их главных оставшихся нападающих.


Я покраснел. "Я не думал об этом. Я попал в бой и потерял голову ".


Взгляд, который он мне дал, заставил меня спрятаться сильнее. Он даже не должен был говорить, что держать голову в бою может быть единственным способом, которым я мог буквально держать голову. Я не мог позволить себе потерять контроль, потому что мне может быть больно, или я мог бы навредить кому-то другому.


"Похоже, больно", сказал он тихо. "Обрезаться так".


"Сначала это было, но я не могу перестать ощущать физическую боль", - сказал я. "Силы удобны именно так".


"И как близко вы пришли к нему, пережевывая прямо к вашим жизненно важным органам?" Спросил папа, почти бескорыстный.


Его тон голоса дал мне понять, что это была ловушка. Это было то, что он был действительно расстроен ... кроме всего, что искалечило людей.


"У меня это было под контролем", - сказал я.


"Ты снова прыгнул на него и вложил в него свою руку ... было бы, если бы я засунул руку в турбину".


Я указал на свою безупречную руку. Я был рад, что он не видел его накануне; это выглядело как искаженный гамбургер.


"Вы могли бы потерять руку", - сказал он.


"Тогда я стал бы новым, - раздраженно сказал я. "Когда вы там, вы должны принимать решения быстрее, чем вы можете думать, и вы должны доверять своей кишке".


"Вы должны помнить, что вы не бессмертны, - сказал папа. "Независимо от того, насколько вы сильны, всегда будет кто-то более мощный или, по крайней мере, с одной конкретной силой, которая может вас убить".


Он был прав, конечно. Полномочия были не всегда справедливыми, и иногда не было защиты от чьей-то власти, независимо от того, сколько вы могли бы там хотеть.


"Люди становятся глупыми, когда они паникуют, - сказал папа. "Вот почему солдаты так много тренируются, поэтому им нужно что-то отпасть, когда их сознательный ум отключится".


Я уставился на него, размышляя, не подумал ли он об этом.


"И где бы я получил такую ??подготовку?" - спросил я. "Если бы все, о чем я должен был беспокоиться, был парень с ружьем, было бы легко узнать, что делать, но у каждого кейпа разные".


"Кажется, что СКП справляется с этим", - сказал он. "Даже банды. Вы не видели, как Крюковолк ранил людей, которых он не хотел причинять боль, и с его силой вы думаете, что это было неизбежно ".


"Я пытаюсь", - сказал я. Я нахмурился. "Это не так просто, как кажется. У всех остальных Насаждений было много времени, чтобы привыкнуть к этому, и у них были другие кейпы, чтобы показать им веревки ".


"Может быть, вам нужно больше союзников, - сказал он. "На некоторых героев вы можете положиться. Разве вы не сказали, что хорошо ладили с этими Странниками или кем бы они ни были?


"Путешественники", - сказал я. "Да. Я не слышал от них в Бостоне. Вероятно, они имеют дело с чудовищной девочкой, убивающей половину своего начальства ... Я готов поспорить, что они уже ищут работу. Невозможно сказать, где они появятся.


По крайней мере, он не настаивал на присоединении к палатам. Он знал, почему я против, и он не толкал. Неподтвержденным был тот факт, что незадолго до того, как Месть была общеизвестна как кража силы. Если бы Протекторат был так же полно кротов, как, казалось, подумал Сплетница, тогда он не заставит себя ждать.


Говоря о Сплетница ...


"Я связался с кейпом, желая, чтобы я помог ей уйти от суперзломера", - сказал я. "С ней работают другие ребята. Если я смогу убежать от Выверта, у меня могут быть некоторые люди, с которыми я могу работать ".


"Вы можете им доверять?"


"Я не знаю", признался я. "Но Выверт пытается выяснить, кто я, и он узнает раньше, чем позже. У меня нет выбора, кроме как идти за ним.


"Катушка?" - спросил он. "Разве он не мелкий лиги?"


Это был правильный вопрос. Вы не слышали о нем столько, сколько слышали о других крупных бандах. Если бы Сплетница говорил о своих силах, он был прав, хотя, вероятно, он мог оставаться под всеобщим радаром.


"Я думаю, он просто очень хорош в том, чтобы заставить людей думать, что он слаб, а он работает за кулисами ... как какой-то криминальный вдохновитель".


"Так что ты собираешься с этим делать?"


"Завтра она позвонит. Я дам ей место, и она встретит меня там через тридцать минут. Надеюсь, у нее не будет много времени, чтобы создать ловушку.


Он подумал об этом на мгновение.


"А если это ловушка?"


"Она знает, кто я такой", - сказал я.


Его глаза расширились от откровения. Он знал, как плохо было, чтобы Кейп знал мою личность. Флер была убита дома, потому что "Новая волна" настаивала на том, чтобы публиковать ее. У нее были, по крайней мере, полномочия; он был бы почти полностью незащищенным. У нас даже не было пистолета.


Даже если бы у него было бы неприятности, если бы после него вышли дюжина беспилотных членов банды, а тем более Кайзер.


"Это означает, что я должен убедиться, что вы где-то в безопасности перед встречей, на случай, если они придут за тобой".


Мне было стыдно признаться, по крайней мере, для себя, что я, возможно, не рассказал ему о встрече вообще, за исключением одного небольшого факта. Это было бы легче, и он бы расстроил его меньше, просто как показать ему мою изможденную руку ночью, было бы ошибкой. Если бы он видел истинную степень повреждения, которое сделал Хуквольф, он бы не выпустил меня из моей комнаты, пока мне не исполнилось сорок.


Он долго смотрел на меня, потом сказал: "Я предполагаю, что нам нужно разработать план".


Мне понравилось, когда отец подумал, что он полезен. Это отвлекало его от моих ошибок, и иногда у него были хорошие идеи.


Было забавно, что, когда я был один, я мопед почти убил Крюковолк. Однажды меня вызвали на ковре об этом папой, моя подростковая реакция заключалась в том, чтобы придумать все причины, по которым это было не так плохо. Я уже чувствовал себя лучше и был готов двигаться дальше.


Он был так преднамеренно? Один мудрый человек сказал, что лучший способ заставить подростка сделать что-то, это сказать им сделать наоборот.


"Итак, вот что мы собираемся делать", - сказал я.


Он был готов слушать, что больше, чем я думаю, что многие папы будут, когда их ребенок будет вовлечен в то, что может убить их в любой день, и у него даже были хорошие советы. В итоге мы придумали план, с которым мы оба могли жить.


***********


Сплетница оказалась девушкой на пару лет старше меня. Она была красивой, хотя и не в модели красивой, как Эмма, и блондинка с веснушками. Ее волосы были завязаны в булочке.


Она также была полностью покрыта с шеи, одетая в черные джинсы, черную длинную рукавицу и черные перчатки. Это было необычно, учитывая, что сегодня погода была немного теплой.


"Не правда ли мне доверять, не так ли?" - спросил я.


"Я не думаю, что мы на самом деле пока еще качались, - призналась она.


Мы были в ресторане. Это было итальянское место за пределами моего нормального ценового диапазона, а не в той части города, в которой я обычно проводил много времени. Я думал, что она ожидает, что я пойду туда, где я был знаком, но были очень хорошие причины этого не делать.


Насколько я знал, СКП все еще обращал на меня внимание. Последнее, что мне нужно было увидеть в компании известного супер злодея. Мне не нужно было видеть кого-либо в школе, потому что это вызвало бы больше вопросов, чем я хотел бы ответить.


Используя зеркальную вселенную, я смог изучить это место заранее. Мне удалось получить еще один мотоциклетный костюм, хотя встать в семь утра было раздражающим. Самое приятное в биокинизе было то, что я учился уменьшать последствия отсутствия сна, хотя я еще не научился полностью избавляться от сна.


Может быть, если бы я мог получить Панацею и мог наблюдать, какие ночные куры я мог бы сделать с собой. Как бы то ни было, гормональные корректировки, которые я сделал себе, были лучше, чем выстрел из Expresso.


"Это хорошее место", - сказала она.


Мы попросили сидеть в кабине сзади, из поля зрения большинства покровителей. Он был близок к кухне и обычно не считался одним из лучших столов, но конфиденциальность была важнее, чем столовая.


В десять тридцать утра не было много других покровителей; место только что открылось. Они не увидели бы своего обеденного порыва, по крайней мере, еще на сорок пять минут.


"Угадайте, кто оплачивает счет?"


Она поморщилась. "Быть ??суперзлодеем не платит столько, сколько вы думаете. У босса мы работаем для него на несколько тысяч человек. Это большие деньги для подростка, но это не так много, учитывая риски, которые мы принимаем ".


"Хорошо, что я тогда не хотел становиться суперзлодеем", - сказал я. Я колебался. "Я все еще немного раздражен, что вы позвонили мне дома".


"Я мог бы солгал и позвонил Гэмбл и сделал вид, что не знаю, но ты бы сделал ... что бы ты ни делал сейчас, и перестань доверять мне".


Я оглядывался и смотрел на меня с несколькими другими покровителями, которых я мог видеть, вытягивая их способность понимать язык тела и обнаруживать ложь. Получение одного и того же навыка у нескольких людей было не очень эффективным, но я не хотел так сильно тянуть кого-либо из тех, кого они подозревали.


Части навыка, которые были одинаковы, меня больше не привлекали, но некоторые люди были лучше в одном аспекте умения, чем другие, и я получил это улучшение.


"Ты меня боишься, - категорично сказал я. "Зачем?"


"Почему бы мне не быть?" - спросила она. "Моя сила великолепна при выяснении фактов. Люди намного сложнее. Я очень верю в то, что вы хороший человек. Раньше я был неправ. Если бы ты хотел, чтобы я умер, ты мог бы убить меня, чтобы кто-нибудь на всем месте мог так сильно поднять палец ".


Я нахмурился и подумал, правда ли это. Я мог бы, вероятно, превратить отдельные части моего тела в лезвия, а это значит, что я мог бы быстро погубить ее. Я мог бы сжечь ее или задушить ее собственной водолазкой. Я мог бы даже окружить ее призраками и заставить их убить ее.


"Вы думаете обо всех способах, которыми вы могли бы убить меня прямо сейчас?" - спросила она.


Я пожал плечами. "Ты вложил это мне в голову".


"Хуже всего то, что ты подросток".


"Горшок, чайник", - сказал я, указывая на нее.


"Я могу досаждать людям до смерти. Вы могли буквально прогнать их и приготовить то, что осталось, - сказал Сплетница. "Подростки эмоциональны, и они не думают о том, что они делают".


Я задавался вопросом, намеренно ли она меня про Крюковолк. Казалось, это не очень хороший гамбит, если она пытается набраться сил. Конечно, она тоже призналась, что была раздражающим человеком.


Признался ли он раздражать просто оправдание, чтобы продолжать раздражать?


"Нацисты, как правило, имеют сильные силы", - сказал я, пожав плечами. "Я стараюсь не брать силы людей, которые могут вызвать единорогов и стрелять в радуги".


"Возможно, тебе нужно", - сказала она. "Не все герои действительно герои ... Я думаю, вы знаете это лучше, чем кто-либо. Не все злодеи все это плохо ... хотя некоторые из них ужасные ".


"Если я обнаруживаю, что Vista использует свою силу для утопления щенков, я позабочусь об этом", сказал я снисходительно.


Мы оба молчали, когда официантка приходила с нашими салатами.


"Надеюсь, у вас есть план", - сказал я. "Потому что я даже не знаю, где этот парень. Гораздо меньше того, что он может сделать или кто у него работает для него. Разве вы не рискуете сюда, если он все знает?


Это был вопрос, который я задал себе, когда она все это решила. У меня были полномочия, о которых она не знала; надеюсь, она не понимала, что я чувствую страх. Любой, кто знал, кто я и что мог, окаменел, если бы они собирались напасть на меня, по крайней мере, если бы они не были социопатами.


К сожалению, у этих банд, несомненно, были социопаты, работающие на них. Я узнал, прежде чем не полностью зависеть от чувства гнева, но теперь, когда я услышал Крикет, я был немного уверен.


"Я могу ему немножко солгать, - сказала она. "Я просто скажу ему, что я пытаюсь тебя нанять. Он, вероятно, накажет меня, если вы не решите присоединиться к нему, но он не убьет меня сразу. Я слишком ценен.


То, как она говорила о нем раньше, сделало его непогрешимым. Что это было?


Знания языка тела, которые я украл у других покровителей, сказали мне, что она сама не уверена. Она боялась его и ненавидела его даже больше, чем позволяла. Она казалась честной, хотя и противоречила ей.


Иногда даже честные люди это делали.


"Так что ты можешь мне дать?"


"Место его основной базы", ??- сказала она. "Сколько людей он работает для него и их наиболее вероятное оружие. Его тайная личность.


"Я не нападаю на него в его доме", - сказал я. "Большинство насадок не так просты, как я, и я уже должен иметь почти весь город после меня, когда они узнают, что я могу сделать".


"Я могу помочь вам сократить свои ряды, не сражаясь, - сказал Сплетница. "Босс заставил меня взглянуть на личности всех в Империи; Я еще не закончил, но я уверен, что он хочет сделать их публичными ".


Я созерцал идею просто пройти мимо кейпы на улице, чистить их и взять свои силы, не зная кого-либо. Я бы избегал всех возможных побочных повреждений боя Крюковолк.


"Это хороший способ оказаться в КЛЕТКА", - сказал я.


"Как долго, по-твоему, вам понадобится выпить всех в КЛЕТКА?" - спросил Сплетница. "СКП не глуп. Они никогда не ставят вас в такое место, где вы можете продолжать становиться все сильнее и сильнее ".


"Итак, порядок убийства", - сказал я. "Не делает меня уверенным в этом плане".


Я нахмурился, услышав, как звуки автомобильных тормозов быстро закрылись за пределами ресторана. Люди внутри были взволнованы и взволнованы, это была комбинация, которую я изучал в связи с подготовкой к бою.


Сплетница увидел мое лицо, и она побледнела. "Это был не я".


Я слышал, как звук двери скользит; они должны были быть в каком-то фургоне. Двигатель отключился, и я услышал, как звучат пушки.


Мир начал замедляться вокруг меня, когда мой адреналин шипнул. Я взглянул на Сплетница, и насколько я мог сказать, она была искренней. Конечно, я не воспринял много возможностей людей ощущать эмоции и читать язык тела, чтобы я мог легко ошибаться.


Я был достаточно быстрым, чтобы уклониться от пуль, но если бы я это сделал, это было бы как кейп. Конечно, с металлом под моей кожей я мог бы легко выжить, когда стрелял, поэтому не уклонение тоже не было вариантом.


Пока я обсуждал свои варианты, дверь в ресторан распахнулась, и пять человек в балаклавах ворвались в комнату.


"КАЖДЫЙ ПОЙТИ НА ЭТАЖЕ!"


Я смотрел на них с недоверием. Какие идиоты пытались ограбить ресторан, когда он едва открылся? Планировали ли они ограбить завсегдатаев или открыть до тех пор, пока схватка не станет лучше ждать полдень.


Рестораны были не лучшим местом для грабежа в любом случае. Даже банки только уступили несколько тысяч; это вряд ли стоило усилий.


Я спрятал свои костюмы в зеркальной версии ресторана, намереваясь отправиться в Месть на Сплетница и ее спутников, если они напали на меня. У меня не было времени заменить летающую упряжь, но это не имело бы никакого значения.


К сожалению, я был тем, кто стоял перед входом, а это означало, что я был в прямой видимости головорезов, когда Сплетница был спрятан. Она скользнула под стол, даже когда один из головорезов указал мне на меня пистолет и заорал: "Вот она!"


28. Гуннар.


Гуннар, глядя на пол фургона, подумал, как он себя внял. Присоединение к Империи казалось разумным шагом, когда Софья Гесс разрасталась через школу, избивая людей, которые даже выглядели скандинавскими, за то, что они смотрели на нее смешно.


Он никогда не был таким, как против чернокожих и евреев, но была сила в численности, и защита от Гесса и от детей АПП была важнее, чем удержать какую-то фантазию о том, что все равны.


Это было поучительно, отправляясь на собрания Империи. Узнав о секретных планах о том, что власти должны были иметь, что белые мужчины не имели места в новом мировом порядке ... пугающая вещь заключалась в том, что чем больше он слушал ее, тем больше она имела скейпл.


Он знал, что некоторые из них, вероятно, были преувеличены, но это казалось разумным, особенно когда он видел, как азиатские дети избивали людей без причины, и когда он увидел, что Гесс засунул еврейского мальчика в шкафчик.


Услышав ее крики, он был стрессован, но Гесс и раса Предатель Барнс ясно дали понять, что произойдет, если кто-нибудь скажет учителю или отпустит девушку. Когда она перестала кричать, это было еще хуже; он задавался вопросом, видел ли он только что наблюдал и участвовал в убийстве.


Он никак не мог помочь, потому что помощь еврейке вызвала бы его лояльность к Империи. Быть нелояльным к Империи было хуже, чем быть предателем расы, и это может привести к тому, что ваша семья проведет серию несчастных происшествий незадолго до того, как вы окажетесь в нижней части залива.


Тем не менее, Гуннар не очень сожалел о вступлении в Империю, хотя он знал, что в конце концов ему придется заплатить за безопасность и безопасность. Татуировки были больны, но он знал, что он всегда сможет выращивать волосы и прикрывать их, если придется.


Теперь, однако, его вызвали, чтобы сделать следующий шаг, тот, который надолго сварил бы его в Империи.


Он сожалел о том, что позвонил своему начальнику в Империю, когда увидел, как она входит в ресторан. Когда они не нашли ее или ее отца у себя дома, они вызвали призыв к членам по всему городу. Это было только вопросом времени, пока они не заметили ее.


Будучи ее участником, он имел "привилегию" вступить в команду, которая была отправлена ??после нее.


У него никогда не было ничего против Тейлора Хеберта, даже если бы она была евреем. Она была немного странной и спокойной, но, увидев, что сделала с ней эта сука, Хесс всегда вызывала у него чувство симпатии. Это было странно, когда член одной гонки, которую он должен был ненавидеть, злоупотреблял другим членом.


Должен ли он быть возмущенным или самодовольным? Он не был уверен, поэтому всегда избегал думать об этом, насколько мог.


Переход за ней казался неправильным, тем более, что в основном это было отвлечением. Империя собиралась забрать свои кейпы из Протектората, и они создали несколько ситуаций заложников по всему городу. Они надеялись вытащить протекторат и подопечные из штаб-квартиры, в то время как они устроили атаку своими самыми мощными капюшонами.


Страшная вещь, за исключением идеи о том, что длительный тюремный срок он может получить, если их поймают, было то, что их группа имела особую цель.


Страшный новый "кейпместь" был в основном известен тем, что он атаковал кейпы. Он не вовлекал себя в жизнь нормалей, по крайней мере, исходя из того, какую информацию Империи удалось вытащить из ПНТ.


Тот факт, что он решил спасти нормальную девушку, был разрыв в шаблоне, а это означало, что она важна для него. Если бы она была важна для него, это означало, что она была ценна как заложница, и идеально подходит для сценического шоу, которое они собирались выступить.


"Наденьте маску, - сказал Ларс грубо. "Мы почти там."


Гуннар поспешно натянул лыжную маску на лицо. Его желудок почувствовал, что он хотел вылезти из горла. Он даже не справлялся с оружием за пределами нескольких сеансов в ареале подвалов империи.


Он надеялся, что его лицо не проявляет страха. Всю оставшуюся часть времени он будет высмеян в школе, полагая, что Тейлор Хеберт не попал в мозги, забрызганные по всему полу, и их в тюрьме с мужчинами, которые думали, что они привлекательны.


Ван остановился, и Ларс сказал: "Иди, иди, иди!"


Гоннинг из Ван, Гуннар сделал все возможное, чтобы не споткнуться. Он слышал свое дыхание в ушах, и маска заставляла его лицо попотеть. Было немного трудно видеть сквозь глазные отверстия, и его руки были потные на ружье.


Ларс пошел первым, пробираясь сквозь фронт


Следуя за ним, Гуннар обнаружил, что хочет, чтобы Тейлор уже ушел, но он заметил, что она сидит в кабинке сзади, потрясенно глядя на ее лицо.


"Вот она", - пробормотал он Ларсу.


Тейлор уставился на него, как будто он кричал, и он не мог не чувствовать себя виноватым. Ларс не был таким, чтобы испытывать какую-либо симпатию к еврею, и Гуннар слышал, что уже совершил несколько убийств, хотя никто и не подтвердил это.


Если они собирались это сделать, ему нужно было выглядеть лояльно. Империя была геморрагирующей членами с тех пор, как Месть нацелилась на их кейпы. Империя знала, что это было всего лишь вопросом времени, когда АПП совершило свой шаг и напало на их территорию.


"Принеси ее, - сказал Ларс, кивая Гуннару и крупному скинхеду, которого Гуннар не знал очень хорошо.


Неохотно Гуннар направился к стенду с Тейлором. Он осторожно остался, так что это был тот, кто первым добрался до нее и вытащил ее из кабины.


Она не боялась. Если бы Гуннар был на ее месте, он бы позорил себя, буквально размахивая штанами.


Вместо этого она выглядела почти злой, когда ее сажали в центр комнаты. Ее бросили на колени перед Ларсом.


"Если у вас есть номер для Vengeance, я бы предложил вам позвонить прямо сейчас", - сказал Ларс. Он протянул ей мобильный телефон.


Она смотрела на нее так, как никогда раньше не видела.


"Что?" Спросила она.


То, как Ларс объяснил это, СКП был хитрым, захватив месть. Получение отмщения здесь было бы отличным способом получить максимальное количество СКП кейпы вдали от штаб-квартиры.


"Скажи нет, скажи" нет ", скажи" нет ", - пробормотал Гуннар. Если бы она действительно знала Месть, это было бы ужасающим ужасом для всех. Он видел, что сделала Месть для Крюковолк; нормальный человек был бы сожжен до хрустящей корочки.


Отмщение было ужасающим.


Она резко взглянула на него, как будто она как-то слышала, что он сказал. Это было невозможно, конечно; он сказал это слишком тихо.


Глядя на Ларса, она покачала головой. "О чем ты говоришь? Сумасшедший кейп с огнем? Я его не знаю.


Что беспокоило Ларса, так это то, что она казалась не совсем убедительной. Она не выглядела достаточно испуганной, тем более, что у скинхеда была пистолет, направленный ей в голову. Вид уверенности, которую она показывала, была чем-то, что он видел только в Empire кейпы и больших париках.


У кого-то вроде Vengeance в качестве ангела-хранителя, вероятно, было довольно легко.


"Я боялся, что ты это скажешь", - сказал Ларс.


Остальные трое закончили округлять кухонный персонал и официанты и заперли заднюю дверь. Они заставляли других посетителей ресторана удалять столы со стены, чтобы они могли прислониться к стене. Всего было всего пятнадцать человек во всем ресторане, не включая Гуннара или мальчиков.


"Получите это, - сказал Ларс.


Гуннар сглотнул и побежал снаружи. Его руки дрожали, когда он получил оборудование для камеры. Взгляд вниз по улице показал, что люди на самом деле не начали выходить в это время утром. Никто, казалось, не заметил, что он носит лыжную маску, тащащую штатив и камеру внутри ресторана.


Другие покровители плакали, хотя девушка, которая пряталась в кабинете Тейлора, не казалась почти такой же страшной, как и другие. Гуннар не знал, что у Тейлора были друзья, а тем более такие же красивые, как у этой девушки.


Девушка посмотрела на него и нахмурилась, глядя в сторону.


Гуннар почувствовал желание проверить свою муху и посмотреть, открыто ли это. Вместо этого он начал настраивать штатив.


"Закрепите спину", сказал Ларс.


Кивнув, Гуннар направился обратно на кухню. Было окно слишком маленькое, чтобы даже Виста пройти и дверь, Он вытащил канистру из одного из мешков на стороне штанов. Это выглядело как пистолет Calk, но его предупредили, чтобы он ни при каких обстоятельствах не получал его. Это был вариант сдерживающей пеной. В отличие от обычной пены он никогда не растворялся. Вместо этого он держался сильнее, чем сталь.


Тщательно разбрызгивая его вокруг тюленей в дверь, он задавался вопросом, почему он даже беспокоился. Было несколько палат, которые могли просто пройти через стену. Он предположил, что это в первую очередь для неработающих членов СКП.


Для безопасности он распылял некоторых на окно; возможно, что Vista может сделать окно больше, и последнее, что он хотел сделать, это лицо Ларса, если все это пошло боком, потому что он забыл распылить окно.


Он проверил обе ванные комнаты, отметив, что Ларс почти закончил настройку камеры для загрузки в Интернет.


Это происходило прямо на ПХО. Это был лучший способ получить замечание, поскольку на досках всегда появлялись агенты СКП, надеясь поймать новые накидки или поймать старые накидки, говоря что-то противоречивое.


"Отойди от камеры", сказал Ларс, когда Гуннар вернулся в комнату.


Гуннар почувствовал облегчение. По крайней мере, он не собирался быть на картинке, и по крайней мере ему не нужно было делать все, что они планировали сделать с Тейлором.


Посмотрев на тот момент, когда Ларс указал, Гуннар нажал на камеру, когда Ларс указал.


"Добро пожаловать, друзья, - сказал Ларс. "Сегодня у нас есть особое удовольствие для вас. Слишком долгое время членам младших расов разрешалось высаживать наш честный город. Они делали все возможное, чтобы вести хороших, трудолюбивых нормальных американцев ".


Он указал на Тейлора.


"Сегодня мы делаем первый шаг в возвращении нашего города. Эта еврейка и ее отец пытались подорвать Докеров, хороших честных людей, которые заслуживают лучшего ".


Тейлор напрягся. "Я не J-"


Ларс обнял ее, затем поморщился, удивленно согнув руку. "Заткнись. Мы слышали достаточно от вас.


Она откинулась на пол и посмотрела на него с ненавистью.


Гуннар подумал, почему в комнате вдруг стало тепло. Неужели он так сильно его беспокоил?


"Мы решили сделать ей пример, - сказал Ларс. "Учить других ублюдков, чтобы они оставались на своих местах. Это прискорбно, но необходимо.


Нет, место определенно становилось теплее. Если бы кто-то выключил кондиционер? Он собирался сделать лыжную маску особенно неприятной.


- закричал Тейлор, когда коленчатая рука внезапно появилась между ее ног. Она вскарабкалась назад, когда что-то начало вырываться из-под пола.


Когда знакомая выглядящая голова оторвалась от пола, уже охваченного пламенем, Гуннар вдруг понял, почему так жарко.


Это было под полом все время.


Он почувствовал теплую жидкость, стекающую по его ноге, и он пошатнулся. Монстр уже вышел из-под пола, и он схватил Ларса, который качался безрезультатно, его руки прошли через него.


Монстр схватил руку, от которой он качался, и она вырвалась . Прозвучал ужасный треск, и внезапно рука Ларса была скручена под неестественным углом.


Ларс закричал, как у умирающего кролика.


Гуннар взглянул на дверь. Стоит ли то, что ему придется бежать из Империи всю оставшуюся жизнь, если он побежит? Если бы он остался, он не оставил бы всю жизнь.


Монстр бросил Ларса, даже когда другие начали стрелять в него. Он ударил стену с отвратительной трещиной, оставив огромную вмятину в гипсокартоне. Он не выглядел так, будто собирался встать снова.


Тейлор исчез; она, вероятно, попыталась спрятаться, чтобы спрятаться в ванной, что бы Ларс с радостью сделал, если бы подумал, что это поможет.


Как бы то ни было, он вместо этого вскарабкался на свой мобильный телефон.


"Он здесь", - пробормотал он в телефон, затем закрыл его.


Дежурство с Империей, он упал на пол, когда отраженная пуля оказалась опасно близкой к удару. Он обнаружил, что хочет, чтобы СКП действительно появился.


В конце концов, удобная тюремная камера была намного лучше, чем сожжена заживо.


Один из других, казалось, понял, что пули не принесли пользы. Он схватил блондинку и положил пистолет ей в голову.


Вещь уставилась на него на мгновение, а затем она исчезла.


"Тебе не обязательно это делать", - сказала девушка. "Ты действительно этого не делаешь".


"Заткнись, сука", - сказал самый крупный из трех оставшихся головорезов. Они дико озирались по комнате. Вещь могла выйти из любой стены или даже пола, или она могла просто появиться позади вас.


В тот момент Гуннар знал, что все они мертвы. Существо не исчезло; это позволяло им тушить, заставляя их бояться. Ожидание было невыносимо. Секунды растянулись на минутку, и пистолет, который он понял, держал в руке, был тяжелее и тяжелее.


Он слышал сирены по всему городу. План Империи работал. В пяти разных местах драмы, подобные этому, разыгрывались в одно и то же время. Причины, по которым они составляли, были бы разными в каждом случае, но настоящие причины были одинаковыми.


С этой точки зрения ждать было именно то, что им нужно. Если бы монстр убил их всех, тогда у ППТ не было бы причин для прихода.


Внезапно это казалось совсем неважным.


Прошло три минуты, и Гуннар увидел, что другие начинают расслабляться. Камера все еще работала, хотя она не показывала ничего важного. Он слышал всхлипывание других заложников, и он задавался вопросом, может ли он каким-то образом сдаться без того, чтобы один из других стрелял в него.


Он почти закричал, увидев монстра снова. Внезапно он тут же протянул руку в руке в храме девушки. Пистолет ушел, но монстр уже оттянул его, а через мгновение раздался еще один треск и крик.


Теперь монстр выглядел более твердым, даже не потрудившись стать несущественным. Он набросился цепью, и цепь как-то невероятно обернулась вокруг горла второго члена их группы, тащив его к существо без даже намека на напряжение.


Последний член их группы стрелял в вещи, пули летали из его пистолета. Гуннар не знал никого из них, кроме Ларса, но этот казался более опасным, чем другие. Он, разумеется, не пофазировал, что его друга тащили по полу за шею, ноги ногами неумолимо, руки хватали цепь и затыкали.


Штурм на монстра с пулями не показалось, что он делал все возможное. Ганнар внезапно понял, что он все еще держит свой пистолет, хотя он не выстрелил.


Монстр потянул человека, который он держал за шею, и он поднял его, удушав его. Он долго смотрел на него, даже когда пистолет, стрелявший в него, щелкнул пустым.


Он презрительно бросил человека своими цепями, хотя это было бы невозможно. Его тело врезалось в человека пустым пистолетом, и они оба пролетели через комнату, ударились о камеру и сбили ее и пролетели в противоположную стену с другой отвратительной трещиной.


Единственным, кто остался в комнате, был Гуннар. Он попытался повернуться и подойти к двери, но он почувствовал огромную боль на шее. Через мгновение он почувствовал, что его тащит. Его пистолет был где-то потерян, и он скрестил пол.


Монстр подтянул его, и через мгновение лыжную маску вытащили из его головы.


Казалось, он каким-то образом узнал его, и он почувствовал, как еще один поток мочи опустился по его ноге, когда он понял, что он умрет.


" ВАША ДУША ЗАЩИТАНА" , - говорилось в голосе, который звучал так, будто он принадлежал к могиле.


Пламя начал ползти по цепочке, направляющейся к его шее. Гуннар начал кричать и бороться еще тяжелее.


Внезапно он был где-то в другом месте. Его создавали огромные существа; чудовищные вещи размером с маленькие планеты. Он не мог понять, каковы они или даже как они могут существовать. Части их, казалось, двигались в и из реальности.


НАЗНАЧЕНИЯ .... СОГЛАШЕНИЕ .... ТРАЕКТОРИЯ ... ДОГОВОР ...


Внезапно он снова оказался на полу, и он пытался понять, что только что произошло. Он не мог этого запомнить.


Монстр стоял над ним, глядя на него с непонятным выражением, в то время как блондинка, которая была с Тейлором, была на полу, с изумленным видом.


Две двери стояли у двери. Гуннар почувствовал, как он с облегчением опустился.


Из двери раздался хлопанье. На входе стояла мужская и женская фигура, мужчина в сером костюме без одежды, женщина в таком же черном костюме.


Империя отчаянно нанимала новые шапки, пытаясь остановить кровоизлияние своих собственных. Это были два худших.


Несмотря на себя, Гуннар почувствовал облегчение.


"Не играй с добычей, монстром. Уничтожьте его, - сказал человек.


С этим борьба продолжалась.


29. Дыхание.


Мечтание чего-то глубокого произошло, когда мальчик потерял сознание. Сплетница рухнул, но у меня было странное ощущение, что оба находятся в комнате и где - то в другом месте . Я бы отпустил мальчика, потому что я не был уверен, что происходит.


Я знал его из школы, и он никогда не поднимал палец, чтобы помочь мне. Он никогда не уходил с дороги, чтобы навредить мне, но похищение и попытка пыток вывели его за пределы простого школьного издевательства. Он заслужил все, что получил, хотя у меня было беспокойство, что я только что дал ему худший день.


Все, что я должен был сделать, это снова тронуть его, и я знаю.


Когда он просыпался, в дверях появился мужчина и женщина. На них были костюмы, которые я не узнал, и я подумал, что изучил все накидки в Броктон-Бэй.


"Не играй с добычей, монстром. Уничтожьте его, - сказал мужчина.


Я не обнаружил никакого страха ни с одним из них, а это означало, что они были либо очень уверены в своих силах, либо были социопатами. По тому, как они действовали, оба они были.


"Ночь и туман", - услышал я, когда Сплетница бормотал. Усиленное слушание крикета было действительно очень полезным. "Катушка держит нас в курсе всех новобранцев. Он становится ядовитым туманом, который может съесть на ваших внутренних поверхностях. Она становится могущественным монстром всякий раз, когда у кого нет глаз. Она не может контролировать это.


Я замерз.


Это означало, что я не мог взять ее власть, а не если бы я хотел вести нормальную жизнь. Его сила может быть сложной. Могу ли я взять его силу, если он недостаточно тверд, чтобы коснуться? Что, если я возьму его силы, когда он уже в моих легких? Я бы взорвался, когда он вернулся к нормальной жизни?


Что бы ни случилось, мне нужно было отбить битву с заложниками. Эти двое не выглядели так, как будто они заботились о том, что случилось с нормами.


Я проскользнул в зеркальную вселенную, когда человек вздымался вперед, превращаясь в густой туман, который блокировал мой взгляд на женщину. Так это был их план; Пока я не мог видеть ее, она была бы каким-то монстром, вероятно, очень опасным.


Скорость сверчка была очень полезной для меня; Я прыгнул через промежуточное расстояние в зеркальной вселенной, и я повернулся.


Я поймал взгляд на что-то ужасное, прежде чем женщина изменилась. Мои цепи набросились и поймали ее вокруг горла, и я начал тащить ее спину ко мне.


Туман был быстрее, чем я думал, и через мгновение мои цепи были на куски, когда женщина была окутана и приняла другую форму.


Она была быстрой; даже быстрее, чем Крикет. К тому времени, когда я был готов реагировать, она уже пересекла промежуточное расстояние, опережая своего партнера, который был не так быстро.


Я схватил ее, но она что-то бросила, и вспышка света оставила меня ослепленной.


Внезапно у меня была огромная боль. Это было похоже на то, что я сражался с Крюковолк, но еще хуже.


Я прыгнул из вселенных, оставив ее позади. Все, что она превращала, было массово мощным и массово опасным.


Подняв мое тело к исцелению с ускоренной скоростью, я обнаружил, что сожалею о том, что не заменил свой летающий пояс.


Кража ее власти была бы самым простым способом справиться с ней, но я остался бы в ловушке, как бы она ни была на всю оставшуюся жизнь. Единственная сила, которая у меня была, вероятно, была бы эффективной, были моими пламенами, и я обещал папе, что я больше не буду сжигать людей.


Папа сказал бы мне просто уйти. Я уже мог превратиться во что-то вроде тумана, и я не хотел ее власти. Это означало бы оставить Сплетница позади, но они не угрожали ни одному из заложников. Он шел против зерна, и он немного походил на поражение, но это был, наверное, самый умный курс.


Я вернулся в ресторан, немного прихрамывая. Я мог появиться и украсть Сплетница, но это было бы у нее, и была вероятность, что она была на видео, которое было загружено онлайн.


На одной стене было зеркало; Я замолчал и позволил зеркалу мерцать, чтобы я мог услышать, что говорится.


"Мы будем казнить одного заложника каждую минуту, пока вы снова не увидите", - говорила женщина холодно.


У человека были судороги на полу, в то время как другие заложники кричали. Мужский плащ повернул руку к туману и вытолкнул ее за горло заложников. Он убивал его изнутри.


Прежде чем я смог что-либо сделать, безумное движение заложника внезапно стало ужасно.


Человек позволил своей руке реформироваться, спокойно глядя на свою холодную жертву.


"Кто следующий?"


Двигаясь позади них, я мог сказать, что я вряд ли коснусь их, прежде чем они смогут реагировать, даже со скоростью Крикета. Женщина, с которой я мог касаться, когда ее голова была в основном раскрыта, кроме маски домино, но у мужчины была маска и капюшон, и я планировал напасть на них сзади.


Если бы я мог убрать их от заложников, все было бы проще.


Когда я переступил к месту, где они были, мир замедлился. Я коснулся их обоих по плечу, и я переместил нас в зеркальную вселенную.


Прежде чем кто-либо из них мог отреагировать, я вернулся в другую вселенную.


Я обратился к заложникам и сказал: " ПОЛУЧИТЕ ".


Они закричали, но это не вызывало у них особого желания освободить комнату. Я заметил, что мальчик из школы уже исчез. Я должен буду найти его позже и дать понять, что его внеклассные мероприятия не были оценены.


Сплетница уставилась на меня с непостижимым выражением, когда она проходила мимо меня. Через мгновение я услышал, как начинаются звуки двигателей, поскольку все они мчались, чтобы уйти от сумасшедших Мысов, как могли.


Обратившись к зеркалу, я позволил себе посмотреть, как два накидки огляделись вокруг, явно поразив, что заложников уже нет.


"Я не знал, что он был массовым телепортером, - пробормотала женщина.


У меня не было причин разрушать зеркальную вселенную, и если бы они не заметили, что некоторые вещи отстали, они даже не знали бы, что они переехали.


Последнее, что мне нужно было, чтобы Империя узнала о моей болтовой дыре. Я нахмурился и сконцентрировался, и через мгновение в моей комнате образовался невидимый коллега. Это было то же самое, что и клоны, которые использовались, чтобы завладеть Путешественниками в другом мире.


Они не были такими могущественными, но они были несущественными и могли воздействовать на других, не причиняя вреда. Таким образом, я мог бы повредить их обоих, пока мое собственное тело продолжало заживать.


Я посмотрел на свою руку; из него выскочил металл, чтобы сформировать длинные когти. Я закрыл глаза и посмотрел глазами на то, что я создал.


Через мгновение я набросился. Женщина вскрикнула, когда из ее бедра появилась кровь. Я не собирался причинять ей вред; когти были новыми.


Человек сразу же повернулся к туману, заткнув мой взгляд, и через мгновение он вернулся в норму.


Она полностью исцелилась.


Так что превращение в вещь исцелило ее. Внезапно ее сила казалась гораздо более привлекательной. С таким исцелением я был бы очень могуществен. Все, что мне нужно было сделать, это скрыться от моих врагов, и я буду восстановлен.


Человек, вероятно, не был настолько устойчив. Я начал атаковать его, соскабливая невидимые когти по его груди, но не пытаясь проникнуть в что-то жизненно важное. Если бы я мог заставить его достаточно кровоточить, он мог бы потерять сознание.


Он перешел на туман, и через мгновение из темноты вышла вещь. Видимо, чтобы следить за ним было недостаточно, чтобы заманить ее в ее обычную форму.


Мое желание ее власти внезапно умерло, когда я увидел, к чему она обратилась. Это выглядело немного как чернильное пятно, если у чернильницы были многочисленные инсектильные ноги, торчащие из нее когтями повсюду. Это было быстро; даже быстрее, чем Крикет, и это было на моем невидимом аватаре, прежде чем я мог даже реагировать.


Я пытался бороться с ним, но это было похоже на борьбу с ураганом. Ничто, что я нарезал, не сделал ни одной вмятины, но, к счастью, это существо не проникло в мою неосязаемость аватаров.


Мы были в тупике. Ничто из того, что я на них наложил, ничего не повлияло на меня. Мы могли бы делать это весь день, и из этого ничего не вышло.


Мне нужна сила человека, но получить его было бы трудно, пока он был в его туманной форме. Сила женщины была бесполезной для меня. Лучше было просто оставить и бросить зеркальную вселенную, когда я был далеко.


Надеюсь, они не найдут одежду Тейлора Хеберта в зеркальной ванной.


Я проклял про себя.


"Месть ... это СКП. Мы окружили вас. У вас есть один шанс сдаться, или мы будем использовать смертельную силу ".


Я проклял про себя. С Ночью и Туманкой в ??другой вселенной мои обычные способы побега были отрезаны. Я видел снаружи и мерцал.


Виста, вероятно, сделала какую-то хитрость с пространством, которое было бы полностью на мой счет. Стояк, возможно, ждет меня, и, предполагая, что он может коснуться меня, прежде чем я смогу взять его власть, я проснулся с пистолетом мисс Милиция в моей голове.


Я нырнул в ванную, так как пули Тинкертех начали завораживать ресторан. Добравшись до ванной, я переключился на зеркальную вселенную, и затем я отправился в темную форму, ныряв сквозь стену.


Самое приятное в зеркальной вселенной заключалось в том, что без электричества каждая стена была легко пробита властью Софии. Ее слабость к электричеству в реальном мире была действительно калекой, поскольку это означало, что большинство стен были вне ее власти. Какой скейпл только в том, чтобы проходить сквозь стены и полы и окна?


Все, что мне нужно было сделать, это выйти за пределы кордона СКП, а затем я мог бы оставить две ампианские накидки на тушение, запертые здесь, пока я не был готов их освободить.


Я вернулся в нормальную форму, и я начал бежать, только чтобы упасть на лицо, когда что-то начало утихать у меня за спиной.


Это меня сбило, а затем что-то вошло в мой нос и рот, а затем я был совершенно другой болью. Хуже всего то, что я мог ощущать именно тот ущерб, который он наносил, когда его усики все глубже и глубже проникали в мои легкие.


Крошечный воздушный шар, как мешочки в легких, быстро умирал. Без них я был бы мертв за считанные минуты, несмотря на изменения, которые я сделал с моей физиологией.


Я попытался перейти в теневую форму, но это еще больше усугубилось, когда он разошлись по всей моей системе. Все мое тело превратилось в боль, и я вернулся к твердому состоянию.


Однако я переместил позиции, и теперь я увидел женщину. Металл выскочил из-под моей кожи непроизвольно, когда я изо всех сил пытался дышать. Я набросился на руку, которая была покрыта лезвиями и когтями, которые крутились, как пилы.


Вся кровь разбрызгивалась кровью. Была какая-то причина, по которой мне следовало это беспокоило, но борьба за дыхание занимала каждую мою мысль.


Биокинизис был недостаточно быстрым, чтобы исцелить нанесенный им ущерб. Telekinisis не мог повлиять на него. Я должен был пойти за Штормгигером; это было бы идеальной встречей с этим.


У меня была только одна сила, которая могла бы иметь какой-то эффект.


Я позволил огню моего огня, горячее, горячее, чем я когда-либо позволял ему гореть, и, как и я, я сделал глубокий, невозможный дым, который не дал мне кислорода. Вместо этого я вдыхал жидкий огонь.


Он быстро вырвался из меня, крича, когда он исправился, когда часть его тела была сожжена. Я набросился, потрошил его своими лопастями, и когда он упал, я позволил своей руке вернуться к нормальной жизни. Я потянулся, и его сила была моей.


Кровь наполнила его рот, и я страстно посмотрел на него и его жену.


Все, что я должен был сделать, чтобы спасти ее, это отвести взгляд, но это означало бы пережить все это снова и снова. Она и ее партнер убили человека прямо передо мной, и они не моргнули глазом.


Несмотря на то, что они умирали, они испытывали очень мало страха. Это было почти так же, как если бы они были такими же бесчеловечными внутри, как женщина была снаружи.


Моя грудь чувствовала, что тиски сжали ее; ущерб, который он нанес бы, был бы постоянным для кого-либо еще. Поскольку я едва хватало кислорода, чтобы оставаться в сознании.


Проседью по краям, мое видение мелькнуло, но я упорно провел в сознание. Если бы я отвел взгляд, женщина вернулась бы в норму, и вскоре я бы умер.


Я слышал, как их сердцебиение и телесные процессы замедляются. Умирать было намного дольше, чем я думал; мучительно длинный.


Еще было время; Я не должен был стать убийцей.


Человек был опустошен, а это означало, что теперь он не был более опасен, чем любой другой нацист. Вероятно, он попадет в тюрьму. Его приятели могут или не могут поднять его, в зависимости от того, насколько полезны они, как он думал.


Женщина, хотя ... она была слишком опасной.


Я мог видеть, как она слабо подходила к одной из вспышек на ее поясе. Если бы она могла уйти от моего зрения хоть на минуту, все закончилось бы.


Слабость наполнила меня, оставив меня неспособным даже встать, а тем более вернуться к бою.


Я полез в карман и вытащил шариковый подшипник. Это было реликтом моего времени, как Харон, которого я редко использовал, но содержался в таких чрезвычайных ситуациях.


Мои пальцы двигались по привычной схеме, и через мгновение шарик опустился.


На лбу появилась дыра, и она отступила. Я не был уверен, как долго ее сила будет продолжаться даже с повреждением мозга; большинство выстрелов в голову не были сразу же фатальными, даже если они были недееспособны,


Я вытащил пулю из ее головы, оставив еще одну рану. Я смотрел на нее, даже когда увидел, что он пытается поползти ко мне. Он был сильно сожжен, и теперь без его сил он должен был испытывать сильную боль, но он пытался прийти ко мне.


Должен ли он попытаться побороть меня еще или намеревался заблокировать мое зрение, я не мог этого допустить. Я послал шариковый подшипник, парящий через затылок.


Он остановился и упал на землю. Он тоже не умер, но он больше не будет за мной.


Я изо всех сил старался оставаться в сознании, пока не услышал их последний пульс, а затем я потерял сознание.


Не было никакого способа узнать, как долго я отсутствовал; небо в зеркальном мире отражало момент, когда оно было сделано, и не продвигалось нормально, если только я этого не пожелал. Само по себе искусственное солнце просто висело на небе неподвижно и неуступчиво.


Мое дыхание не было лучше. Я боролся за каждое дыхание, и я начинал задаваться вопросом, может ли быть легче вырастить новые легкие.


Переход в мое теневое состояние облегчил ситуацию; по-видимому, раны в одной форме не переносятся на другую. Я вернулся к ванной в ресторане, и я вернулся к своей нормальной форме. Я снова переместился, позволив разрушенным клочкам моих мотоциклетных копыт упасть на пол.


По курсу, который я собирался, мне пришлось покупать их оптом, и в этом случае мне нужно было бы гораздо больше денег.


Я начал медленный, болезненный процесс возвращения моей одежды. Без способности дышать все было сложно.


Схватив кожаные вещи и вталкивая их в рюкзак, я держал мотоциклетные козы, прежде чем я впервые вошел в ресторан, я пошатнулся в главном ресторане. Я ползал сверху одного из столов, и я позволил пальцам побродить по его поверхности. Я не использовал такую ??мощь, как Руне, изначально имевшуюся в течение долгого времени, но я не видел, что теперь у меня есть выбор.


Сосредоточение достаточно, чтобы сделать не только меня, но всю таблицу несущественной болезненной. Затем я поднял его с силой Руны, и через мгновение я летел по поверхности улицы.


Я подождал, пока не доберусь до края зеркального царства, а затем я позволил себе и столу попасть в реальный мир.


На расстоянии дыма и пожаров; Я создал еще одну зеркальную вселенную, прежде чем кто-нибудь увидит меня, и я вскочил.


Я не был уверен, что происходит, но я не был в форме, чтобы исправить это. Пока я не отремонтировал свои легкие или не стал новым, я бы ничего не делал.


Мысль о том, что Панацея могла это исправить, мгновенно пришла мне в голову, а также мысль, что это хорошая причина не брать ее власть. В конце концов, если бы я это сделал, я не смог бы использовать его сам.


Позже я добрался до кинотеатра двух созданных вселенных. Я затенялся сквозь стену и взлетел вверх, пока не добрался до места, которое я сделал для себя и Папы, для времен точно так.


Позволяя зеркальному миру исчезнуть из-за меня, я увидел, как папа сгрудился над маленьким портативным телевизором, которое мы купили. Это был аккумулятор, поскольку нам еще не удалось украсть электричество. У него на ухе был наушник; играя громкий электронный, просто просил кого-то подслушать нас и начать расследование.


Я упал со стола с треском.


Он обернулся и бросился ко мне, наушник вырвался из уха.


Я уставился на него, задыхаясь. В тот момент, когда я позволю первой зеркальной вселенной исчезнуть, трупы Ночи и Тумана появятся в реальном мире.


Это было не то, что я сделал в разгар гнева. Я решил убить их, потому что решил, что они слишком опасны, чтобы остаться в живых. Я был судьей, жюри и палачом.


Прямо сейчас все, что я видел, касалось лица папы, но я боялся его выражения, если бы знал, что я сделал.


Но была глубокая, темная, холодная часть меня, которая повторила бы то же самое. Они были убийцами, которые убили человека только по причине удобства. Неужели мне так же плохо, как и делать то же самое и по той же причине?


Я менялся, и меня это немного беспокоило.


На данный момент все, что я мог сделать, это исцелить.


30.Интерлюдия СКП.


"Это не совсем победа, на которую мы надеялись, - сказала Эмили. Она не сводила голос с низким тоном, даже несмотря на ее желание кричать в лицах таким образом, чтобы ее старый сержант сердито-красавца.


Спасание Крюковолк, Крикет, Крестоносец и Виктор не было их лучшим часом, но люди до нее знали, что это не то, о чем она говорила. Тот факт, что банды теперь знали, что их люди были опустошены, отразилась на их потере интеллекта.


"Стандартная процедура работы с Trumps заключается в том, чтобы позволить СКП принять точку", - отметил Оружейник. "И насколько нам известно," Месть еще не подобрала дальнобойную атаку ".


"Он может телепортироваться", - сказала она. "Ему не нужна дальняя атака. Он просто появится за вами, как что-то из фильма ужасов.


"Мы не знаем, каковы ограничения на это, - сказал Оружейник. "Поскольку мы не знаем, от кого он это получил. Он может быть ограничен прямой видимостью или местами, которые он был, или местами, в которых есть тени. Мы просто не знаем, и нам нужно, прежде чем мы осмысленно навлечем его ".


"Значит, вы делаете обычных приманки СКП?" Спросила Эмили, глядя на него.


"Месть сосредоточилась в основном на парахуманах и членах банды", - сказал Оружейник. "Я предположил, что он легко пойдет на них?"


"Он точно не стал спорить с членами СКП, охраняющими Руну, не так ли?" - кисло сказала Эмили. "Я должен был позвонить и проинформировать всех своих семей. Меня это не особенно интересует.


Оружейник посмотрел на свои руки. "Я не совсем уверен, что это месть".


"Что?"


"Существуют различия в методологиях между некоторыми из смертей и дебаев, которые меня волнуют".


"Ты был тем, кто думал, что все убийства были совершены им", - напомнила ему Эмили. "Вы говорите, что теперь неправы?"


"Следуя доказательствам, это то, что делает хорошего ученого и хорошего правонарушителя", - сказал Оружейник. "Зачем убивать других и убивать других?"


"Вы думали, что это должно было скрыть депутации, пока он не станет достаточно сильным, чтобы это не имело значения".


"Это было до Гурмана и Тэлона", - сказал он.


Гурман и Тэлон были двумя бездомными накидками, с такими слабыми силами, что банды их не беспокоили. У Тэлона была способность расти ног ногтями ног, но не имела усиленной силы или выносливости. Так как она была в начале семидесятых и пахла, как смерть согрелась, большинство людей просто избегали ее.


Гурман был еще хуже. У него была власть есть что угодно, но его привычка есть мусор оставила у него потный токсичный осадок, который был особенно острый. Он был бывшим наркопотребителем, но его способности оставили его иммунным к наркотикам. Это заставило торговцев не интересоваться им, и никто больше не хотел его.


В течение последних двух недель оба появились в переулках без их мозгов. СКП скрывала свою тайну отчасти потому, что мало кто знал или заботился о том, что они были парахуманами. Они были неприятностью.


"Теперь нет причин, чтобы покрывать вещи, так зачем убивать невинных и просто людей, которые объективно намного хуже?"


"Он убил Ночь и Туман, - мрачно сказала Эмили.


Она была на месте происшествия, когда тела просто появились из ниоткуда, прямо в середине сотни тех, кто занял место преступления.


"Учитывая характер своих полномочий, я не уверен, что у него был выбор. У него постоянно были проблемы с более мощными капями, такими как Крюковолк ".


"Он пропитал ее мозг", - подчеркнула Эмили. "Похоже, это было через блендер".


"Она могла мгновенно исцелить, что у нее были минуты, - сказал Оружейник. "Обезглавливание было бы единственным другим верным способом убить ее, особенно если ему было больно".


"Он не просто взял ее власть?"


"Либо он не мог, либо не хотел. Возможно, у него есть все ограничения каких бы то ни было сил, которые мы можем использовать ".


"Он не хотел становиться монстром в повседневной жизни?" Спросила Эмили. "Полагаю, это означает, что мы можем собрать команду Кейса 53, чтобы пойти за ним".


"Я уже отправил запрос на Weld для подопечных, до вашего одобрения".


Она кивнула. Весь фиалок предположил, что у них есть утечки, что-то, что ей придется коррумпировать, если она захочет сохранить свою работу. Хуже того, это сделало ПНТ слабым, на него напала банда, потерявшая половину своих членов.


"Пока еще нет ордена убийства на Месть", - сказала она. "Говорить ему, что только сделает его более опасным, не меньше".


"Пулями были Тинкертех", - сказал Оружейник. "Специально разработан, чтобы быть нелетальным при попадании в твердую живую мишень, но высвобождать электрический заряд при прохождении через вещество с той же консистенцией, что и бритва Теневого Сталкера".


"Вы надеялись напасть на него и сделать его неосязаемым", сказала Эмили. Она нахмурилась. "Это не работало так, как вы думали, не так ли? Эти пули не совсем безболезненны, не так ли. Я бы предположил, что если бы там была девочка Хеберт, мы бы столкнулись с судебным процессом ".


Иногда он был идиотом. Паника телепортера просто привела к тому, кто бежал или просто атаковал с другого направления. Из того, что они знали о возможностях Мстительности, он мог взять маленькую команду кейпы, назначенную ему, прежде чем они могли бы остановить его.


Если бы Эмили знала наверняка, что Месть только собиралась когда-либо нападать на преступников, она бы дала ему тот же неофициальный пропуск, который СКП дала Лунгу. Дело не в том, что Лунг был достаточно силен, чтобы запугать СКП; Протекторат мог бы вытащить его, прежде чем он когда-либо успел разгоняться.


Вместо этого он был нужен для Губителей. Всякий раз, когда Лунг сражался с Губителем, десятки кейпы, которые были бы убиты, выживали просто потому, что он отвлекал Губителя от их кровавого волнения.


Отмщение сделало бы отличное отвлечение и предложило сражаться.


Проблема заключалась в том, что она не была уверена, когда он включит их всех. В СКП были силы, которые бы идеально сочетались с Vengeance's. Только скорость дала бы ему возможность разделить целые команды парахуманов, прежде чем они могли бы реагировать.


Убийство двух из самых опасных набережных Империи и грубый способ, которым он сдавал их прямо в середине СКП, были последней каплей, насколько она была обеспокоена. Месть не могла доверять.


"У нас есть представление о том, кто он?" - спросила она.


Неписанные правила были неписаны по какой-то причине. Каждая сторона предпочла игнорировать то или иное правило, когда им было удобно. Пока никто не попался, не было никаких последствий.


"Лучшей теорией, которую мы имеем до сих пор, является Дэнни Хеберт, - сказал Оружейник. "Месть, похоже, заинтересована в защите Тейлора Хеберт, и у нее нет других известных партнеров".


"Теневой Сталкер позаботился об этом", - кивнула Эмили.


"Возможно также, что месть - это проекция, созданная Тейлором Хебертом, возможно, бессознательно. Мы не узнаем, является ли она парахуманом, пока у нас не будет возможности получить ее под контролем мозга ".


"Говоря, наверное, неразумно пустить пулю в голову Дэнни Хеберт, не убедившись, - сказала Эмили. "Независимо от того, сколько вы захотите. Если Месть действительно является проекцией младшего Хеберта, смерть ее отца будет означать, что перчатки отключены ".


Оружейник вздрогнул.


"Он показал, что без проблем может попасть на базу", - сказал он. "Это означает, что он мог просто телепортироваться и украсть силы всех на базе, прежде чем у нас появилась возможность окутать его защитной пеной".


"Что бы его не остановило, особенно сейчас", - сказала она.


Это было плохо, когда у него были только способности Теневой Сталкерs и способность телепортироваться. Теперь, когда он, по-видимому, обладал силой Тума, с ним было бы труднее справиться.


"У нас еще есть заказ на убийство?" - спросил Оружейник.


Она покачала головой. "Недостаточно прямых доказательств. Официально мы должны относиться к нему так же, как к любому другому преступнику. Неофициально ..."


"Противодействие ему было бы нецелесообразным", - сказал Оружейник. "Мы должны избегать конфликта с ним, если мы не хотим и не можем использовать подавляющую силу".


"Придет время, - сказала Эмили. "Надеюсь, прежде чем он ... или не дай бог, они должны быть правы, истощили каждого парахумана в бухте".


Ни один из них не хотел, чтобы Месть была другой Гластиг Уэйн. Люди запаниковали, когда они обнаружили ее силы. Несколько команд пошли за ней, и тридцать два кейпа умерли. Еще пятьдесят было отправлено в группу, и им пришлось отступить, а тринадцать из них были мертвы.


Гластиг Уэйн мог только проявлять способности четырех Насаждений одновременно. Месть еще не достигла предела того, сколько он мог проявить, что сделало его бесконечно более опасным, чем ее, насколько это касается Эмили.


Однако по какой-то причине она не смогла убедить директора Коста Брауна или любого из ее более высоких уровней. Если бы она не знала лучше, Эмили почти заподозрила бы заговор. Вещь, которая мешала ей всерьез обдумать это, заключалась в том, что она не могла понять, как кому-то будет выгодно покинуть Броктон-Бэй, чтобы сжечь.


Ни одна из злодеев не захочет, чтобы бдительный набирал силы города, полного накидок. Это была прямая угроза авторитету Протектората. Там нигде не было правительственного чиновника, который хотел бы, чтобы что-то вроде Месть бродила по их городу.


Они молчали в течение долгого времени. Эмили наконец заговорила.


"Неужели нам удалась найти Тейлора Хеберта или ее отца?"


В то время как откровенно действующие против Мстительности, вероятно, заставили их убить или уничтожить, поиск Хебеттов был чем-то, что они могли бы разумно сделать, действуя так, как будто они делали должную осмотрительность. Хебетты были возможными жертвами преступлений, и они, вероятно, собирались стать мишенями, как только банды осознали, что месть действительно заинтересовалась ими.


Было бы легко получить их в защиту свидетелей, предполагая, что один из них не был действительно мщением. Это может быть даже разумно, учитывая, что вызов Империи транслировался по всему Интернету.


"Мы поразили нашу репутацию, - сказала Эмили. "Нам нужна победа".


"Теперь, когда Империя потеряла более половины своих насадок, у нас может быть шанс продвигаться против них", - сказал Оружейник. "И отсутствие ответа на их действия на днях будет рассматриваться как слабость всех банд".


Это может даже побудить других, более компетентных или порочных групп войти в Залив. Последнее, что нужно было, - это найти Зубы или, что еще хуже, Сломать Девять в городе. Уголовный преступный мир любил вакуум, и всегда были выскочки, готовые заменить злодеев, которые упали.


"Нажатие Империи будет поощрять АПП", - сказала Эмили. "Но я думаю, что на этот раз это того стоит. Нам нужно заставить ублюдок платить за то, что они сделали. Покажите им, что Протекторат - это не то, что они могут безнаказанно бегать ".


Ни один из них не хотел признавать, что Протекторат был так вовлечен в поддержание баланса в течение многих лет, что он был эффективно кастрирован. Если бы они это сделали, им пришлось бы спросить себя, почему они вообще занимаются спасением людей.


Тем не менее, после того, как Элисберг Эмили не собиралась отказываться от идеи о том, что нужно бороться. Ни один человек не был законом для себя, независимо от того, сколько у него было власти. Все они должны были преподавать этот урок, и она чувствовала, что это ее долг помогать им учиться.


"Нам понадобятся некоторые успехи в этой области", - признался Оружейник. "Мораль все время низка".


************


Виста нахмурилась и уставилась на консоль. Все прошло с тех пор, как Теневой Сталкер ушел, и она не могла не обидеть ее на это.


Расследования деятельности Теневого Сталкера были оскорбительными и оскорбительными. На вопрос, знают ли они о ее внеклассных мероприятиях, либо в школе, либо в нерабочее время. Она поняла, почему они должны были спросить, но это было не так, как София решила включить кого-либо из них во что угодно.


Это заставляло ее думать, что люди думали, что она потворствовала бы или даже участвовала в некоторых вещах, за которые обвинялся Теневой Сталкер. С тех пор люди смотрели на все подопечные по-разному; уважение, которое они раньше бывало, исчезло, поскольку пятно от того, что она сделала, распространилось на них.


Галлант получил наихудший контроль. Люди, как эмпат, говорили, что должны знать, что она нестабильна. Она слышала, как люди прошептали в коридорах, и она хотела кричать на них. Возможность обнаружить эмоции не помогла, если человек не испытывал их, когда вы были рядом.


Виста не была уверена, что Софи когда-либо испытывала подлинные эмоции в ее жизни.


Поскольку СКП удалось сохранить мероприятие частным в отношении семьи Софии и репутации СКП, единственными людьми, которые смотрели на них, были члены СКП, но этого было достаточно.


Теперь София исчезла. Испытания для ночных нападений, которые она совершила, скорее всего, займут месяцы. Издевательства, вероятно, были бы полностью проигнорированы, потому что стрельба в кого-то с арбалетом рассматривалась как более откровенно агрессивная, чем набивка их в шкафчик, наполненный кровью и насекомыми.


Однако отмена условно-досрочного освобождения не требовала почти такой же правды, и поэтому она собиралась спуститься. Что касается Vista, она могла там сгнить.


Несмотря на весь свой гнев на своего бывшего товарища по команде, Виста не могла не пожалеть ее по поводу потери ее сил. Стоимость получения полномочий была настолько ужасной, что кейпы вообще не говорил об этом даже со своими ближайшими друзьями. Убрать это, даже не имея шанса на него бороться? Это было ужасно.


Теперь, когда она была такой же нормой, как и все остальные, и СКП чувствовал, что они получили все данные, которые они могли от нее, они отбрасывали ее, как будто она внезапно не имела никакого значения.


Отмщение было ужасающим.


Одно касание и все, что она совершила, каждый шрам, который она хранила в качестве гордого напоминания о боях, которые она имела бы ... все это ничего не значило бы. Она была бы не более чем еще тринадцатилетней девочкой, вынуждена сидеть за кулисами, пока злодеи шли по обычным людям.


Будет ли она тоже отброшена в ту минуту, когда она потеряет свои полномочия? Самое лучшее, что она могла бы надеяться на них, было походить на Пиггота, старого и горького и решительного, чтобы заставить мир заплатить за то, что с ней случилось.


Глядя на других парахуманов, было бы больно, если бы она потеряла свои силы. Она никогда не сможет избежать зависти или боли от того, что она потеряла.


Ей не нужно было иметь способности Галланта знать, что все ее товарищи по команде чувствовали то же самое. Их силы были частью их, и потерять их было бы как потерять конечность.


На днях она поднялась против Мстительности, хотя она даже не видела его. Она создала пространственные искажения, которые заперли его, хотя она задавалась вопросом, будет ли это работать против телепортера.


Очевидно, ответ был отрицательный.


Теперь публика критиковала всю операцию, задаваясь вопросом, почему они больше заинтересованы в том, чтобы захватить явное бдительность, чем спасти ресторан, полный заложников, включая школьницу, которая уже была жертвой.


"Медленная ночь?"


Вздрогнув, она огляделась.


Она улыбнулась, увидев нового агента СКП. Он только начал работать на прошлой неделе, и он уже был фаворитом среди женщин-агентов. Он был красив по-разному, и в нем была определенная угроза опасности, что, по-видимому, пожилые женщины были интригующими.


Он тоже был прилежен; каждый раз, когда она видела его, он изучал "кейпы в заливе", узнавая все, что знал о них. Если бы все агенты имели свое видение в глазах Vista, агентство было бы намного более эффективным.


Она заставляла его смотреть на нее время от времени, но не с такой жуткой сексуальной вибрацией, которую она иногда получала от пожилых людей, когда они думали, что она не смотрит. Он дал всем Накидкам тот же самый взгляд, мужчина или женщина. Он почти выглядел голодным.


Было жаль; многие люди хотели быть кейпы, и для некоторых людей СКП был самым близким, которым они могли стать самим самим кейпом.


"Вот кофе, - сказал он, улыбаясь. "Я знаю, что по вечерам долгие годы".


Кофе был горячим, но, как и у большинства правительственных кофе, не было достаточно хорошего вкуса, чтобы его можно было использовать как нечто, кроме красок. Она с благодарностью взяла его.


Она пожала плечами. "Я предпочел бы быть там, но, по крайней мере, мне платят".


Он кивнул и сделал глоток собственного кофе. Он переворачивал пальцы вокруг пальцев. Она видела его раньше, но она никогда не видела, чтобы он открыл ее.


"Это работает?" - спросила она.


Он взглянул на нее и покачал головой. "Это просто удачный шарм. Мой отец был часовым мастером, и это всегда напоминало мне о нем ".


"Хорошо, спасибо за кофе, Гейб", - сказала она. Он снова смотрел на нее, на макушку. "Было ли что-нибудь еще?"


Он покачал головой и повернулся. Когда он ушел, он свистнул мелодию, о которой она никогда не слышала.


Он был таким хорошим парнем.


31.


Выращивание новых легких оказалось проще, чем восстановление повреждений, которые Туман сделал для старых. Несмотря на это, это заняло два долгих, болезненных дня.


Убежище, которое мы создали в старом театре, было не таким хорошим, как мы надеялись. У нас не было ничего, кроме простых вещей; Раменская лапша и консервы не были достаточными, чтобы поддерживать дух. Я поклялся тогда, чтобы убедиться, что у вас есть сахар, даже если я должен их заменить.


Мне все еще нужно было слить водопроводчика. Мы были вынуждены использовать зеркальные вселенские туалеты, у каждого из которых было достаточно воды для одного флеша. Это означало, что нам приходилось все дальше и дальше двигаться, что было трудно, когда дышать было тяжелой работой.


Как только я понял, что могу просто выбросить вселенную и воссоздать ее, я чувствовал себя глупо.


Мы тоже должны были есть в зеркальной вселенной, чтобы запахи кулинарии не предупреждали людей в соседних зданиях, что кто-то там был. Маленькая кемпинговая печь, которую мы получили из подвала, была не настолько быстрой, чтобы нагреть больше, чем одна, за раз, что было неудобно в лучшем случае.


Несмотря на все наши жалобы, мы оставались неоткрытыми, что было хорошо. Я знал, что как только мы вернемся в мир, у ППТ возникнут вопросы, возможно, для нас обоих. Хуже того, время, в течение которого Выверт должен знать, с кем я приближаюсь.


Было полтора дня, прежде чем у меня хватило духа и хватило мужества, чтобы рассказать о том, что случилось с папой.


"Папа ... все прошло хорошо".


Он ничего не сказал; он просто посмотрел на меня, когда он засунул еще одну тарелку с горячими бобами в бумажную миску.


"Сплетница не предал меня ... или, по крайней мере, я думаю, что она не ... Империя пришла за мной".


Его глаза расширились. Если бы моя личность была известна, то наши жизни в Броктон-Бэй закончились. Мы никогда не сможем выйти за пределы нашей двери, не атакуя членов банды.


"Они думали, что Месть меня защищает", - сказал я. "Они все еще думают, что, насколько я могу судить".


"Значит, они не знают?"


"Это почти так же плохо", - сказал я. "Если они думают, что могут добраться до него через меня, они никогда не остановятся. Они будут продолжать, пока один из нас не умрет.


Он посмотрел на свои бобы. "Вы никогда не говорили, что случилось с этими кейпами ... теми, кто пытался вас убить".


Я нахмурился. "Они больше не пойдут за нами".


Мы молчали почти минуту. Он знал, о чем я говорю, но ни один из нас не хотел говорить это вслух.


Учиться, что твоя дочь убила, даже в самообороне, нелегко было бы отцу. Последнее, что я хотел, - это знать, что я не должен был этого делать.


Я не чувствовал себя виноватым, как я думал, что почувствовал бы. Я чувствовал себя более виновным в Крюковолк. Может быть, это стало легче, или, может быть, я просто отрицал.


Я гулял босиком по снегу один год, удивляясь, что это было не очень больно. Я думал, что, возможно, это была моя парахуманская сила. Только когда я вернулся к теплу, я почувствовал, что боль в коленях вернулась к моим оцепененным ногам.


Был ли я просто онемение, или я решил, что нацисты не заслуживают жизни? Любая возможность была тревожащей. Один из них означал, что у меня было много боли.


Другой означает, что я был потенциально на пути к тому, чтобы быть похожим на Габриэля. Это было так, как это началось для него?


Если он сначала почувствовал себя виноватым, когда взял первые головы, но со временем стало легче и легче? Неужели я когда-нибудь ничего не почувствую, потому что я убил людей, которые были неудобны для меня или чью повестку дня я не соглашался?


После того, как они убили этого свидетеля, их было легко убить. Я бы рационализировал, что если бы они убили так легко, они должны были это сделать раньше. Они должны были быть социопатами, меньше людей. Но теперь я убил, почти так же легко, как и они.


"Вы хотите поговорить об этом?" - спросил он наконец.


Я покачал головой. Я хотел, чтобы у него была иллюзия, что я все еще его маленькая девочка, по крайней мере, немного дольше.


"Что нам тогда делать?" - спросил он. "У властей возникнут вопросы для нас, и вы сказали, что у" Оружейника "есть какой-то способ узнать, врали ли мы".


"Я мог бы подделать это, - сказал я. "Это Тинкертех, поэтому я не могу быть уверен, но он скорее всего использует микровыражения, чтобы судить, лежит ли кто-то или нет. Я могу контролировать тех, с небольшой работой ".


"Они собираются задаться вопросом, куда я тоже пошел, и у меня нет удобных лётных способностей", - сказал он.


"У меня нет ни малейшего шанса дать вам, - сказал я. "Еще нет. Я мог бы найти кого-нибудь, если я посмотрю достаточно серьезно.


"Мы всегда могли просто сказать им правду, - сказал он.


Мы смотрели друг на друга на мгновение, а потом мы рассмеялись. Было здорово дышать достаточно хорошо, чтобы смеяться, хотя мое тело все еще поглощало мои старые, мертвые легкие. Это был отвратительный процесс.


С убийством Ночи и Тумана я запечатал свою судьбу. СКП был закрыт для меня сейчас, и все мои доводы были спорными. Не имело значения, хотел ли я присоединиться к палатам; в то время как они были готовы принять насильственного Вигиланте, они, разумеется, не собирались принимать двухкратного убийцу и убийцу мужчин.


Я все ближе и ближе приближался к КЛЕТКА или приказу убивать. Это был лишь вопрос времени.


"Мы могли бы двигаться", сказал папа.


Я уставился на него. Он любил этот город. Его друзья были в профсоюзе Докера, и он потратил более десяти лет, пытаясь убедиться, что у них было справедливое встряска. Его мечта всегда заключалась в том, чтобы вернуть город к своей прежней славе, очистить банды, сделать их безопасными для семей.


Он был причиной, по которой я хотел стать героем.


Это было не потому, что Александрия была такой классной ... ну, может быть, немного. Это было не потому, что я хотел славы или признания. Это потому, что, видя, как мир избивает моего отца немного больше, каждый год причинял мне боль, и я хотел дать ему немного искры, которую я видел в нем, тем более, что он почти полностью умер после смерти мамы ,


Теперь он предлагал оставить все это позади.


Деньги не будут проблемой. Я хранил почти двадцать тысяч долларов здесь, в кинотеатре, скрытых под массивной старой проекционной машиной. Я мог бы получить более легко. Создание жизни в новом городе было бы нелегко, если бы мы не получили совершенно новые личности.


Правительствам было слишком много способов отслеживать нас. Банкоматы, операции с кредитными картами ... из нескольких поездок, которые мы совершили, когда мама была еще жива, я не думал, что вы даже можете арендовать гостиничный номер без кредитной карты.


Вы, конечно, не смогли найти чемодан с наличными деньгами и купить дом, по крайней мере, не за то, чтобы на следующий день у вас появились представители правительства. Мы оказались бы в адской жизни, всегда глядя на наши плечи, пока однажды они не пришли за нами.


Я покачал головой.


"Это не сработает, - сказал я, - если мы не зайдем в Программу защиты свидетелей, и у нас точно не будет никакой информации, в которой они нуждаются достаточно отчаянно, чтобы дать нам святилище".


"Так что же нам делать?"


"Я просто должен позаботиться обо всех них", - сказал я.


Он встревоженно посмотрел на меня. "Как вы позаботились о последних двух?"


"Нет, я сказал. "Тогда у меня не было выбора. Я сейчас. Мне просто придется сворачивать всю свою организацию, чтобы они не пошли за нами ".


"Должно быть не менее восьмисот немощных членов", - сказал он. "Даже если вы получите все свои накидки ..."


"Если я получу все свои накидки, они перестанут приходить за мной", - сказал я. "И я знаю Мыслителя, который знает, где они живут".


"Это ... против правил, не так ли?"


"Они нарушили правила, когда они пришли за мной", - сказал я. "И если бы они знали, кто я и где я живу, вы думаете, что они не придут за мной?"


Он устало кивнул. "Я просто волнуюсь. Я все время говорю вам, что вы не бессмертны, и вы возвращаетесь, едва можете дышать и выглядеть как смерть, согретая ".


"Если все начнет плохо, я просто возьму Лунг", - сказал я. "У него есть возрождение. Я не хотел брать его из-за школы, но если они уже идут за нами ... "


"Я могу уйти с работы, - сказал папа. "Если вы пойдете и, возможно, получите нам что-нибудь вкуснее, чем бобы. Вы можете управлять своим телом после того, как вы съедите это вещество, но это делает меня довольно газированным ".


Другое, что нам понадобилось, было ливнем. Через два дня мы оба стали довольно зрелыми, и даже если бы в зеркальной вселенной была вода, не было бы никакой силы.


Я мог бы, наверное, придумать что-то ... старая стальная бочка, может быть, наполнилась шлангом, где-то никто не заметил бы, а затем разогрелся с моими пламенными способностями, хотя, если повезло, я бы, наверное, ошпарил папу настолько, что он должны пойти в больницу.


Знать, когда что-то было слишком жарко, не было тем, что я все еще мог сделать. Я, казалось, был невосприимчив к теплу, а это означало, что, хотя я чувствовал, что все было приятно тепло, что-то на определенном пороге все чувствовало то же самое для меня.


Тем временем нам, вероятно, придется принять душ в Уинслоу посреди ночи. Я знал, что Уинслоу не может позволить охранникам следить за этим местом, а ливни были только теплыми, но они были бы лучше, чем ничего.


"И СКП?" - спросил он.


"Они могут подождать, пока я не покончу с Империей", - сказал я. "И Выверт. Похоже, я учу неделю.


В СКП, несомненно, был бы Блэквелл, ожидающий позвонить им в тот момент, когда я появлюсь в школе. Я бы больше беспокоился о своей академической карьере, если бы чувствовал, что у меня ее есть. Все больше и больше у меня было чувство обреченности, как ловушка закрывала меня.


Он нахмурился, но не стал спорить. Переход в школу просто поставил бы под угрозу моих одноклассников или заставил бы меня захватить или выследить.


"Все готово?" - спросил я. "Мне нужно позвонить".


Он кивнул и нахмурился. Он уронил банку в мусорную корзину и начал собирать лагерную печь. Как только я уронил зеркальную вселенную, еда появлялась в корзине в реальном мире, поэтому я только планировал сделать это поздно ночью.


Надеюсь, у Tattletale будут хорошие новости для меня. С именами членов Империи избиение их не займет много времени ... предполагая, что они не добавили более смертоносных кейпы, как последние два, с которыми я сражался.


Работа с устаревшей информацией была наихудшей, когда вы были хищником засады. Это был лучший способ попасть в засаду.


********


"Собрание собирается, - сказал Сплетница. "Все банды называют перемирие, чтобы выяснить, как с вами бороться".


"Где и когда?" - спросил я.


Она долго молчала. "Даже вы не можете взять всех членов всех банд в городе сразу".


"Ты бы так не подумал", - сказал я. "Готов поспорить, они тоже так не думали".


Я не был так уверен в себе, как я прозвучал, но возможность получить, что многие кейпы в одной комнате было слишком хорошо, чтобы уйти. Моя самая большая проблема с бандами заключалась в том, что я не знал, где они живут. Слежение за отдельными капюшонами было трудным и трудоемким.


С угрозой папе не было времени заняться много времени.


"Нарушение такого перемирия может заставить меня убить", - сказала она нервно.


Кажется, она не нервничала. Я подозревал, что она пыталась меня разыграть, что заставило меня исцелить ее силу, чтобы я мог понять, что она знала сама.


Услышав ее глоток, я подумал, какой знак я дал ей, чтобы рассказать ей, что я думаю. Конечно, не нужно было много понимать, что я думал о других Накидках.


Я был немного похож на женщину, завидовавшую к чужой одежде; Я не мог не вообразить, что я их пытаюсь.


"Ты хочешь мне сказать", - прошептал я. "Это от твоего имени. Разве ты не хочешь посмотреть на их лица?


"Когда они тебя убивают?" Спросила она. "Не особенно."


"Если у меня будет достаточно хороший план, они даже не увидят, что я приду", - сказал я. "Особенно, если вы расскажете мне, как добраться до пары кейпы заранее. Я знаю, ты изучал их для Выверт.


Она долго молчала, прежде чем вздохнула.


"Цирк работает на катушку ... если вы возьмете свою власть, он узнает, что я помогаю вам".


"Их?"


"Даже я не знаю, мужчины или женщины. Есть что-то в их силе, которая позволяет им иметь совершенно другой язык тела в каждой личности ".


Сила цирка была бы полезна, даже если бы это было все, что было. Я завидовал ее предполагаемому молотом. Быть способным сохранить мои костюмы со мной во все времена было бы невероятно полезным, и если бы я мог сохранить в нем все, я бы мог иметь гораздо больше возможностей.


"Тогда дайте мне Stormtiger", - сказал я.


Для меня сила тумана была для меня. С этим и моим иммунитетом к пламени я был бы смертелен почти на каждом кейпе в заливе, за исключением Штормигера. Это означало, что я должен был вытащить его до наступления атаки.


Она вздохнула. "Это вопиющее нарушение правил".


"Как связаться с бдительным лицом в ее гражданской идентичности?" - спросил я. "Если бы я был кем-то другим, я бы потрошил тебя".


"Ты никогда не позволь этому уйти, не так ли?" Спросила она. Она нахмурилась. "Если вы пойдете за Штормигером и возьмете его силы, этого будет достаточно? Или ты собираешься беспокоить меня о месте их встречи.


"Если бы вы не хотели, чтобы я знал, что вы не сказали бы мне", - сказал я. "Шутки в сторону."


Она вздохнула. "Встреча завтра в Сомерской скале ... это паб. Он установлен на семь вечера после наступления темноты.


Сплетница долго молчал. "Ты не украдешь у Подросток, не так ли?"


"Мне бы очень нравились силы Грю", - признался я. "Все было бы здорово со всем моим страхом. Я постараюсь не делать этого, но я не могу обещать. Если они нападут на меня, я пойду за ними ".


"Я не могу предупредить их заранее, - сказал Сплетница. "Катушка как-то знала. Я сомневаюсь, что он действительно будет там лично. Несомненно, у него будет двойное тело, чтобы представлять его.


"Опять же, я не могу давать никаких обещаний, но я попробую".


Насколько я когда-то завидовал силе суки, узнав, что она не позволяла ее хозяину собак понимать, что в лучшем случае это будет неудобно. С моей удачей те собаки, которых я бы предоставил, придут после меня. Я даже не знал собак.


"Дай мне то, что мне нужно, чтобы взять Штормгигер, и я перестану беспокоить тебя", - сказал я.


Она вздохнула. "Ты хочешь его адрес?"


"Пожалуйста."


Она дала это мне, а также некоторые предложения о том, как с ним бороться.


Часть меня была немного неохота об атаке людей в их домах. Это был хороший способ заставить всех последовать за вами.


К сожалению, с моими полномочиями все уже собирались преследовать меня. Лучшее, что я мог сделать, это собрать силы как можно быстрее и эффективнее, и это было лучшее, что я мог придумать.


Его сила дала Стормтигеру сильное одобрение и обоняние, и ветры приносили ему звуки и запахи. Мне было интересно, как это будет синергизировать с слушанием Крикета. Важно то, что он услышал бы, что я приеду, независимо от того, что произошло, если я не появлюсь прямо на него.


Я мог бы, вероятно, уменьшить запах моего пота и запах моего тела с биокинизом, но я не мог ничего сделать с запахом моего костюма или звуками, которые я произнес, когда я двигался, если я не остался совершенно неподвижным, и даже тогда звуки моего дыхания или моего сердца.


Мне нужно было найти способ подкрасться к человеку, который сделал карьеру застенчивым и избегал нападений, прежде чем они даже произошли.


Это будет кусок пирога. Я уже мог подумать о трех или четырех способах сделать это, и я был уверен, что в ближайшие шесть часов мне придет больше способов.


Империя объявила войну, когда они похитили меня, когда они угрожали моему отцу и пытались пытать меня в Интернете. Это были те, кто первым нарушил неписаные правила. Я просто следовал их примеру.


Если они напали на меня ножом, я напал на них топором. Если бы они напали на меня топором, я бы напал на них пистолетом. Если бы они принесли пистолет, я бы привезла более крупную пушку или, может быть, бомбу.


Они собирались узнать, что значит пытаться разрушить мою жизнь


Я собирался показать им, что такое война.


32.


Работа в Империи была не всегда легкой, особенно в эти дни с их числами, и их репутация ударила в ад. Тем не менее, преимущества были хорошими, и было хорошо видеть, как меньше гонок сидят, когда они поняли, с кем они столкнулись.


Клаус нахмурился, слушая микроволновую печь.


Он начал думать, что у руководства нет плана. Спасание всех их товарищей должно было стать мастер-броском, призванным вернуть Империю в известность и убедить своих покровителей за рубежом, что они все еще актуальны.


Вместо этого они получили людей, которые были бледными тенями своих бывших "я", в значительной степени бесполезными, за исключением информации о Кейсе, который сделал это для всех.


На самом деле не так много было, и мероприятие с девушкой Хеберт получило два из их самых ценных Набегов, убитых и презрительно брошенных в центр расследования СКП. Их заводы в СКП предположили, что СКП тоже начнет отталкивать назад.


Никто не нуждался в СКП, чтобы опередить себя. Клаус понимал важность репутации, как и любой другой, но СКП была прежде всего беззубой организацией, более заинтересованной в общественных отношениях, чем фактически контролируя города, которые они якобы охраняли.


Им нужно было показать свое место, но Клаус начал задаваться вопросом, действительно ли нынешнее руководство действительно могло пройти. Им нужно было нанимать наемников, если им приходилось, чтобы защитить свои территории и оттолкнуть врага.


Вместо этого Кайзер говорил о том, чтобы совершить перемирие со своими врагами, чтобы идти за кошмаром.


Клаус не видел, как это поможет кому угодно. Они уже собирались идти за ним; никто не нуждался в поощрении. Все перемирие должно было бы дать вражескому времени, чтобы подготовить свои силы. Лунг и его приятели собирались воспользоваться всеми возможными преимуществами, и если бы Империя больше кровоточила, в течение всего этого они были бы в состоянии атаковать.


Быть человеком привычным было хорошо и хорошо. Каждый раз Клаус любил есть в то же время каждую ночь. Он редко менялся от одной из нескольких замороженных обедов, пока он не вышел и не работал. Привычки были удобны. Они обеспечивали структуру, когда жизнь была хаотичной и сложной.


Когда он открыл, микроволновый пар взлетел через это лицо. Он нахмурился, поскольку ему казалось, что он что-то пронзил, но запах пищи был непреодолимым.


Скорее всего, ничего не было.


Только жить было выбором, о котором он никогда не пожалел. Женщинам было достаточно сложно жить для нормальных мужчин. Способность чувствовать запах духов и физических функций и разнообразных ароматов была бы безумной. У него было достаточно контроля, чтобы он мог не понюхать их, но это оставило бы его уязвимым для нападения.


Не то, чтобы в его окрестностях ничего не происходило. Он слушал банальные жизни своих соседей по среднему классу достаточно долго, чтобы знать, что тупик, в котором он жил, был одним из самых скучных мест. Всю оставшуюся жизнь ему это нравилось.


Он несла еду к столу, позволив ей остыть, наблюдая за новостями.


СМИ были невероятно предвзяты против людей, которые просто пытались отстаивать свои права против хищных полчищ. Без Империи меньшие расы могли бы победить в бухте. Они были последней строкой защиты от варваров у ворот.


Клаус сел и поднял вилку к губам. Он внезапно застыл.


За ним что-то было.


Немного известная часть его силы заключалась в том, что он мог обнаружить движение через движение воздушных потоков. Все должно было проходить сквозь воздух, и он мог ощущать их движения.


Он крутился со скоростью 5 лет боев в ямах. Он поднял руку и ничего не было.


Прищурившись, он попытался посмотреть, есть ли что-то в тени. Он обычно держал свет внизу перед сном, потому что было легче спать. Теперь он пожалел об этом; тени тряслись в его голове. Он почти подумал, что видит, что что-то пригнулось в углу.


Небольшое усилие создало сильный порыв ветра, чтобы перевернуть выключатель света. Он выбросил пыль, но это стоило того, когда загорелись огни, открывая, что пригнутая фигура была просто его костюмом, брошенным на стул.


Он прищурился, и свет немного побледнел. Вероятно, было нехорошо есть в темноте, но он обнаружил, что это помогло ему игнорировать низкое качество пищи.


Жест и свет выключены.


Тени снова были там, но теперь он знал, кто они. Он был глуп, позволяя себе испугаться. Новый кейпбыл почти как городская легендарная версия классического boogieman, за исключением этого времени специально для кейпы.


Когда он начал возвращаться к еде, он подумал, что он видит, как тень движется краем глаза.


Он нахмурился.


Его сила говорила ему, что ничего не двигалось, а это означало, что ничего не двигалось.


Тем не менее, лучше безопасно, чем жаль. Он набросился на свои когти, пытаясь ударить по области над своим костюмом. Если бы кто-то там был, им было бы жаль.


Ничего.


Он немного рассмеялся и повернулся к обеду.


Перед ним стояло лицо от ночных кошмаров, и, прежде чем он смог отреагировать, он почувствовал, как его горло. Он боролся с этим, и он пытался использовать свою силу, но что-то было ужасно, ужасно неправильно. Он не мог почувствовать связь с ветром с момента его срабатывания. Он чувствовал себя глухим, со звуками, внезапно невероятно скучными и безжизненными. Богатые запахи, которые обычно наполняли воздух, исчезли. Все казалось безвкусным и мягким.


Рука на горле, казалось, была сделана из железа.


" ВЫ ИСКАЛИ СВОЮ МОЩНОСТЬ ", - говорилось в голосе, который звучал так, как будто из могилы. " ТЕПЕРЬ ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ЭТО".


Клаус был бойцом задолго до того, как он был парахуман. Просто потому, что он потерял свои силы, это не значит, что он не пошел бы вниз.


Часть его задавалась вопросом, не потеряла ли жизнь Ночь и Туман.


Он набросился, ударив по лицу. Он даже не вздрогнул. Наносит удар по суставам, к жизненно важным нервам, ничего ему не важно. Казалось, что вещь не ощущала боли, или, может быть, он просто не причинил ей никакого вреда.


Единственное, что вызвало реакцию, было попыткой пойти на глаза. Он почувствовал, как ткань на его руках внезапно сжалась в мощную хватку, до такой степени, что ему казалось, что он был в тисках.


Вещь смотрела ему в глаза, и на мгновение он не понимал. Это задушило его, но недостаточно, чтобы сделать его бессознательным. Он держал его, но он ничего не делал.


Только когда он попытался задуматься о том, как извиваться, и не мог понять, что происходит.


Вещь взяла Виктора.


Ужас его ситуации был внезапно подавлен, и он начал кричать.


Каким-то образом ветры не выносили его крики дальше, чем четыре стены его дома. В течение десяти минут Клаус Мюллер потерял все, что сделало его жизнь ценной, а затем и некоторых.


Это было еще больше кошмаром, чем ему сказали, и он мог только молиться, чтобы он оставил его живым, когда все было сказано и сделано.


Даже если бы он был, он не был уверен, сколько от него останется.


**********


Войдя в Скалу Сомер, Сплетница почувствовала, что она идет к ее собственной казни. Ресторан был погружением, и он был относительно небольшим. Как только власти начали летать, шанс попасть в перекрестный огонь будет интенсивным.


Это не помогло, чтобы Выверт подозрительно относился к ней. Ей пришлось рассказать ему, что она знала, утверждая, что она была на видео с Empire, потому что она пыталась сделать предложение Тейлору присоединиться к Undersiders. Она попыталась убедить его, что Тейлор делает для него свою работу, нанося ущерб другим бандам в городе, которые оставляют для него вакуум.


Казалось, он покупал, если на данный момент, но она не могла не заметить, что он наблюдает за ней. Он должен был подозревать, что она что-то сделала, и, как бы она ни старалась не показать, как она нервничала по поводу этой встречи, она не была уверена, что она полностью успешна.


Она даже не могла предупредить других, хотя она сказала им, что она беспокоится о встрече и что они должны быть как можно ближе к выходам. Ложь, которую она сказала им, была в том, что она боялась, что Империя отчаялась и могла нарушить перемирие и атаковать.


В задней части стоял стенд, который они взяли; он был рядом с кухней и был тем маршрутом, который они собирались сбежать, если все пошло боком. Тейлор отказался обсуждать свой план нападения с Лизой, утверждая, что знание заставит ее слишком вероятно отдать что-то.


Лиза не понимала скейпла, так как вскоре узнала, что началась атака. Возможно, это был способ убедиться, что Выверт не узнал об этом.


Они поселились, и Лиза написала свой заказ на слайде. Владелец зарабатывал на жизнь глухой, хотя она не удивилась бы, если бы они могли читать на губах.


Другие начали фильтровать. Империя была первой, и казалось, что они принесли большую часть своих оставшихся членов.


Кайзер, Феня, Менья, Штормигер, Криг и Отала были там. К ее удивлению, крестоносцы и Виктор тоже были в полном костюме. Она подумала, что они оба опустели.


Как ни странно, Чистота не была среди них. Сплетница подумала бы, что Кайзер сделал бы все, что мог, чтобы вернуть ее обратно, но, видимо, он не добился успеха.


Она нахмурилась. Ей казалось, что Тейлор планировал двигаться против Штормигера. Присмотревшись, ее глаза расширились.


Объяснить, как она не попала в "Выверт", будет сложно, но она справится.


Тело двойной катушки приходилось в одиночку; Лиза предположила, что он был в контакте с реальной катушкой, хотя возможно, что Выверт уже знал, как эта встреча должна идти, и уже сказал ему, что сказать. Это расстраивало, не зная точно, что такое власть Выверта, несмотря на все ее предположения и подозрения.


Затем последовала неудача вместе с ее командой, а затем Skidmark и Squealer и Mush. Никто не хотел сидеть рядом с любым из них.


Лунг пришел в конце концов вместе с Они Ли. Это было свидетельством его личной власти, что, хотя его группа имела наименьших парахуманов любой группы в заливе, и их превосходило численность Империи в невластных членах, а также он все еще сидел во главе стола, а Кайзер на другой конец.


Все были любопытно спокойны. Даже Скидмарк, как правило, тот, кто не упустил бы возможности сделать грубое замечание за чужие деньги, просто смотрел на стол кабины, в котором он был.


"Мы все знаем, почему мы здесь, - начал Кайзер.


"Слухи", - сказал Дефект. "Руны о том, чего не может быть".


"Слухи верны, - сказал Кайзер. "В заливе Броктон есть кейп, который постоянно крадет силы".


"Тот же самый, который полностью разрушил вас, рубильников?" - спросил Скидмарк из угла, в котором он был. "Если он только пойдет за тобой, почему мы должны заботиться?"


Кайзер усмехнулся, но вопрос нельзя просто игнорировать.


"Предположим, они все нас забрали, - спокойно сказал Кайзер. "Что тогда? Будет ли их аппетит к власти насыщен или им захочется больше ... всегда больше? "


За столами раздался неудобный шорох. Сплетница знал, что все они думают о ответе, который они дали бы, если бы это была сила, которую они получили.


"СКП ничего не сказал о кейпе, как это", - сказал Faultline. "Наша первая информация была видео о неудачной попытке похищения вашей организации".


"Этот кейп не только украл наше право первородства", - сказал Кайзер. "Он также серийный убийца. За последние несколько недель он убил по меньшей мере шесть парахуманов, и он предполагает, что он также не посещает соседние города ".


"Ты говоришь о Хранителе, - сказал Груй. В отличие от остальной группы, он сидел за столом, хотя он позаботился о том, чтобы посидеть как можно скорее на кухне. "Это просто городская легенда".


Слухи шли вокруг убийственного кейпа, у которого были музыкальные часы. Сплетница не знал, как начались слухи, но она была вполне уверена, что Тейлор не тот, кто совершает большую часть убийств.


"Скажи это Руне, - выпалил Кайзер. "К ночи и туману ... Париану, Талону и Гурману".


"Кто?" Спросил Регент, шепча ей.


"Если мы не будем стоять вместе, мы упали", продолжил Кайзер. "Мы отбираемся один за другим, как овцы для убийства".


Легкий был бесстрастным на другом конце стола. Они Ли стоял позади него.


"Я сожгу этого Вочмана, прежде чем он когда-нибудь коснется меня", сказал Лунг. "И я буду славить, когда он приведет к вашему крушению".


Кайзер покраснел. "Ты дурак".


Сплетница почувствовала, что напрягается. Учитывая характер Лунга, вполне возможно, что ее предсказание насилия может сбыться даже без вмешательства Тейлора.


Чего она ждала?


"Что вы предложите мне за это перемирие, о котором вы просите? Территория Деньги? Девушки? Лунг откинулся на спинку стула.


Кайзер покраснел еще глубже. "СКП отказался от нас. Они передали слово всем героям в городе, но не сказали ни одному злодейу, что там был серийный убийца. Они ждут, чтобы мы самоуничтожились, чтобы они могли забрать кусочки ".


"Я слышал, что у вашего ублюдого есть Уорд", - сказал Груй. "Это правда?"


"Снято, не убито", сказал Кайзер. "Это единственная причина, по которой СКП не рекламирует этого монстра как героя".


"Итак, что мы будем делать?" - спросила Faultline. "Одно только перемирие не приблизит нас к убийству или захвату этой вещи".


"Мы работаем вместе, - сказал Кайзер. "Мы обмениваемся информацией ... ресурсами пула".


Вокруг стола раздался шорох, когда люди разговаривали с низким голосом между собой. Первый, кто мог говорить, был неожиданностью.


"С тобой?" - фыркнул Скидмарк. "Я бы не поделился используемой туалетной бумагой с такими, как вы".


"Вы используете туалетную бумагу, - сказал Кайзер. "Как показывает ваше имя. Из всех нас вы, наверное, самые безопасные. Ваша сила вряд ли стоит, ваша территория - шутка, и члены вашей группы, например, это вряд ли лучше, чем наркобизнес.


"Вверните вас тоже!" - сказал Скейлер. "Мы не должны это принимать".


"Но в конце концов он придет за вами так же неизбежно, как и сама смерть. Когда залив будет пуст другими парахуманами, он найдет вас везде, где вы можете спрятаться, и он возьмет вас ".


"Ты говоришь, как трус, - сказал Лунг. "Как будто этот мифический кейп - это Губитель в человеческой форме".


"Это так", сказал Крестоносец. "Когда это пришло за мной, я ничего не смог сделать".


Кайзер резко взглянул на него, но ничего не сказал.


"Если они уже не среди избранных, почему они здесь?" Спросил Лунг. "Ты пытаешься скрыть свою слабость?"


"Они здесь как пример", - сказал Кайзер. "Пример того, что может случиться с любым из нас, если мы это разрешим".


"Вы просите нас рискнуть защитить вашу организацию. Это явно выгодно для вас, но как насчет остальных из нас? - спросила Faultline.


"Мы готовы нанять вашу команду для этого", - сказал Кайзер. "Хотя империя, возможно, потеряла некоторые из ее более сильных членов, мы по-прежнему финансово пополняем деньги".


Они не были бы однажды, когда Сплетница справится с ними. В тот момент, когда Империя начала падать, она собиралась грабить каждый банковский счет, который она получила, исследуя их для Выверта.


Неисправность нахмурилась. "Штурм на кого-то, кто принимает полномочия, не кажется особенно мудрым".


"Никого не ждет, когда ты придешь за тобой", - сказал Кайзер. "Эта вещь даже не уважает неписаные правила. Это было для Штормигера, и он едва сбежал.


Он повернулся, и Штормигер вышел вперед. Он хлопнул ладонью по плечу Кайзера, и Кайзер застыл.


"Вы действительно скрылись от этой вещи?" - спросила Faultline.


Кайзер внезапно застыл, а затем начал кричать, как что-то происходит с рукой Штормигера на плече, которую Сплетница не мог видеть.


" Я НЕ УДАЛСЯ", - сказал Штормигер голосом, который звучал так, как будто это произошло из могилы. " И НИКАКОГО ВЫ НЕ МОЖЕТЕ".


У Штормигера был самый ленивый костюм, когда-либо рядом с Лунгом; пару штанов с цепями и маску тигра. Tattletale задавалась вопросом, как Тейлор заключил мир с без рубашки, даже если у нее в настоящее время был знакомый мужской торс.


Металл маски Штормигера распался, открыв лицо, которое было чем-то вроде кошмара. Пламя поднялось от головы существ, даже когда металл взорвался от его кожи. Металл формировался в близком приближении к мотоциклетным кожам. Месть обычно носила.


Через мгновение среди них стоял монстр.


"Это наша реплика, - прошептал Сплетница. Как только власти начали летать, шансы стать случайными или, возможно, даже лукаво преднамеренными, пострадали экспоненциально.


Все сидели на мгновение, ошеломленные тем, что только что произошло.


Через мгновение царствовал Pandemonium.


33.


Кровь взорвалась от плеча Кайзера, и Сплетница поняла, что вихревые клинки взорвались от запястья Мстительности, вырывая его доспехи в суставе, чтобы ее рука могла добраться до плоти ниже. Он опустился, и под углом, в котором она находилась, она не могла понять, был ли он мертв или просто потерял сознание.


Лиза знала, что ей нужно думать о Мстительности как о ком-то, полностью отделенном от Тейлора. Продажа идеи о том, что она не знала, что произойдет, будет легче, если она сохранит разлуку в своем уме.


Люди пытались отскочить от стола, но Месть была ослепительно быстрой. Он начал замедляться, когда он приблизился к Кригу, замедлив контроль над Кинетической энергией Крига, но через мгновение он подмигнул.


Прежде чем стулья ударили по полу, хотя она вернулась, ее рука без лопастей, хватавших Крига за его голую шею. Криг напрягся, и окружающее его поле внезапно рухнуло. Через мгновение Криг пролетел по воздуху к Лунгу.


В отличие от всех остальных, Лунг не отпрыгнул. Он даже не поднялся со стула. Он просто бесстрастно смотрел на внезапный хаос. Когда Криг полетел к нему, он мощно взмахнул рукой, и Криг полетел в сторону, ударившись о стену. Когда он упал на пол, его шея была искажена неестественным углом, и его ноги внезапно вступили в судороги.


Лунг дернул голову в сторону Оли Ли, который внезапно появился на сторонах руки Месть на гранате. Рука Мстителя набросилась, но Они Ли уже телепортировалась.


Он Ли был невероятно быстрым, телепортировался взад и вперед вокруг Месть, но почему-то гранаты, которые он бросал, всегда отбрасывали в сторону Лунга с внезапными порывами ветра. С чувствами Штормигера и Крикета Месть всегда точно знала, где была Они Ли.


Взрывы начались. Лиза нырнула на пол, зная, что лучший способ избежать шрапнели состоит в том, чтобы представить, как мало о себе, чтобы поразить осколками, насколько это возможно. Звук взрывов заставил ее уши звенеть, и на мгновение она оказалась оглушенной.


Месть закричала; так громко, как взрывы были для Лизы, они должны были быть бесконечно громче, с усилением слуха Крикенса. Она Ли воспользовалась ее внезапной неподвижностью, чтобы создать три клона, которые бросились вперед, пытаясь ударить ее.


Смущение месть продолжалось всего лишь мгновение. Ее рука снова набросилась, и снова Они Ли телепортировалась. Другие клоны исчезли во время взрыва пепла. Однако на этот раз в руке отмщения была небольшая булавка.


Они Ли на мгновение уставилась на штырь, прежде чем гранату на его талии взорвалась. Он был отброшен назад к стене, но прежде чем он смог упасть на пол, там находилась отмщение, вложив руку в рану.


Они Ли вскрикнула от боли, а затем его тело распалось, но не в его обычном облаке пепла.


Месть внезапно остановилась, выглядя в ужасе.


Сила Сплетницаа дала ответ. Настоящий Они Ли был давно мертв, его сила убила его после того, как он создал свой первый клон. Сила была всем, что держало его вместе, и каждая итерация потеряла немного больше того, кем он был.


Не было преемственности сознания, и использование его власти было по существу самоубийством. Мир не знал бы разницы, но оригинал был бы мертв, как если бы его застрелили в голову.


Как только Месть украла его силу, ему не оставалось ничего удерживать.


Сила Они Ли была единственной способностью, которую Тейлор никогда не использовал, потому что это было равносильно самоубийству.


Паузе было достаточно, чтобы Спитфайр размахивал жидким огнем в отмщении, все еще присел на корточки, где упал Они Ли. Огонь был достаточно горячим, чтобы Сплетница почувствовал это со всех сторон. Он распылялся вокруг Мстителя, и стена позади нее внезапно загорелась.


Гранаты уже взорвали передние окна, и даже Лунг выглядел немного ошеломленным. Большая часть команды Faultline была защищена от взрывов греческими колоннами, которые каким-то образом появились из ниоткуда.


Лиза предположила, что сила Лабиринта позволяет ей вносить в мир другие сферы. Когда она неуклюже поднялась на ноги, она заметила, что ее теленок истекает кровью. Теперь она ничего не могла с этим поделать. Им нужно было выбраться, прежде чем все ухудшилось.


Оталла касался Алебастра на плече, вероятно, каким-то образом его уполномочил.


Экипаж команды направился к двери, и Лунг стоял, на его лице появилась ярость. Он был кровавым, и осколок торчал из его груди. Он схватил за собой стол и бросил его за собой в ярости. Передняя стена ресторана взорвалась наружу, когда тяжелый стол распался, когда он прошел.


"Иди, иди, иди", - пробормотала Сплетница к остальным. Они вскарабкались на ноги, направляясь к двери на кухню, даже когда темнота Грю покрыла их отступление.


У Сплетницаа внезапно возникло непростое чувство в ее животе, когда теплая, привлекательная темнота омыла ее. Что, если Тейлор потерял контроль и последовал за ними? С полномочиями Крикета и Стормтигера тьма Грю не была бы никакой защитой.


Она была рада, что заставила Сука остаться. Возможно, она попыталась атаковать, и это только их повредило.


Рука на стене, она начала, когда она почувствовала руку на плече. Это была Грю, ее сила сказала ей, и она расслабилась, когда он повел ее к задней части ресторана.


Каждый шаг казался милю, и, не имея возможности увидеть, что происходит, она почувствовала запах. Она слышала крики и звук дерева.


Звуки клинков Хьюквольфа, врезавшиеся в плоть, ее раздражали. Как страшно, как был Лунг, он не продержится долго с такой же обнаженной плотью, как у него. У Тейлора был боевой опыт двух лучших бойцов ямы империи, в то время как Лунг никогда не должен был быть экспертом в борьбе, в зависимости от силы и силы, чтобы выиграть день.


Сегодня он столкнулся с тем, у кого была еще больше власти, чем у него, кто-то, кто становился сильнее для каждого человека, который спустился перед ней.


Несмотря на ее браваду в контакте с Тейлором, Лиза никогда не видела ее в действии до дня похищения. Теперь она была гораздо более ужасающей, возможно потому, что ей больше не нужно было сдерживаться, чтобы защитить личность или зрителей.


Тьма внезапно исчезла, и они были на кухне. Сплетница вздрогнул, когда ее силы рассказали ей о гигиене кухни, которую она не хотела знать. Она пообещала бы больше не есть здесь, но она сомневалась, что будет много ресторана, оставленного после того, как все это будет сделано. Структурный ущерб, нанесенный месту, должен был быть огромным, и по крайней мере одна стена была в огне.


Быть местом встречи злодеев было выгодно для владельцев, но Лиза надеялась, что они сохранили свою страховку. По курсу дела шли по обеим сторонам ресторана, вероятно, будут либо повреждены, либо уничтожены.


"Иди!" - крикнул Груй, когда они подтолкнули серверы к ним, направляясь к переулку в спину.


В ресторане стало жарче и жарче, достаточно, чтобы Сплетница кашлял от дыма и потел, когда дверь в переулок открылась. Она присела низко, вспоминая, что многие люди погибли в результате пожаров, потому что потеря видимости и затрудненное дыхание заставляли их дезориентироваться. В любом случае воздух был теплее.


Холодный, свежий воздух снаружи был облегчением. Еще больше облегчения было видение Рэйчел и собак. Они уже были увеличены до чудовищных размеров, и Лиза никогда не чувствовала облегчения видеть их.


Изнутри произошел взрыв, и Лиза почувствовала сильную жару на спине. Она побежала к собакам, и она почувствовала что-то жидкое, смятое в обуви.


Ей, вероятно, понадобилось, чтобы это выглядело раньше, чем позже. Когда она подняла собаку, она потянулась, чтобы попытаться оказать давление на рану рукой. Она подавила крик, так как внезапно стало больно.


"Иди", крикнул Брайан, когда они садились на собаках так быстро, как только могли.


Она чувствовала, как мускулы на подножках собаки напрягались, когда задняя часть ресторана взорвалась наружу. Они оказались в ловушке.


Там, где был месть, был смерч от торнадо.


Мир смещался вокруг них, превращаясь в адский пейзаж. Они оказались в ловушке в одном из миров Лабиринта с отмщением и Грегором Улиткой, Ньютером и Алебастром.


По очевидным причинам Тейлор не хотел бы никого из своих сил, поэтому ей пришлось бороться с ними более обычным способом.


Теперь она двигалась медленнее, чем раньше, хромая, и из ее ушей вытекала кровь. Очевидно, она была ранена так, что Лиза не могла видеть.


Лезвия вырвались из земли, поднимая Алебастр в воздух. Неуязвимость, которую Отала предоставила, все еще действовала, и Алебастр скатился с лезвий и приземлился на тротуар с кошачьей ловкостью. Он уверенно бросился в торнадо пламени, короткое лезвие в руке многократно набрасывалось, пока оно не начало таять.


Это была впечатляющая попытка, но через мгновение неуязвимость исчезла, и его кожа стала чернеться и призрака. Лиза вдруг почувствовала запах сожженной свинины, когда Алебастр споткнулся и упал на землю мертвым.


Через несколько секунд он был полностью восстановлен и снова начал действовать. Его сила оставила его невосприимчивым к боли и с уверенностью, что ничто не убьет его, он был бесстрашен в попытке атаковать или, по крайней мере, медленно отступить.


К несчастью для него, он не был настоящим Брутом и Месть. Ничто из того, что он сделал, не имело большого эффекта, кроме остановки мести. Однако, учитывая, что месть продолжала замедляться, это было не совсем бесплодно.


Лиза поняла, что что-то повлияло на Тейлора. Она выглядела как слон, который был успокоительным и пытался не спать. Ее движения становились неряшливыми и менее точными. На самом деле она немного покачивалась, хотя огонь и ветры вокруг нее не уменьшились.


Грегор попытался плюнуть пеной в торнадо. Сила Лизы сказала ей, что пена была огнезащитной.


Он исчез на ветру, брызнув на кирпичную стену здания за рестораном. Сам ресторан теперь явно загорелся, и дым был настолько плохим, что он делал кашель Лизы с ее позиции в конце переулка.


Ньютер не мог подойти достаточно близко к Месть, чтобы поразить его своими паралитическими выделениями кожи. Однажды он это сделал, Лиза внезапно поняла, и Тейлору пришлось противодействовать химическим веществам в ее системе на лету.


Однако она замедлялась; химические вещества в ее системе подавляли ее биокинизис.


"Мы будем сражаться?" - спросила Сука. Это был типичный для нее вопрос; Лиза никогда не была уверена, что ее сила создала свое необычное мышление или просто дополняла нечто уже существующее. Она подумала, как собака. В ее сознании борьба и бег были единственными двумя вариантами, кроме капитуляции и проявления живота.


"Против этого ?" - спросила Лиза.


Пока Тейлор обещал попытаться не навредить своим товарищам, ей было больно сейчас, и если на нее напали, Лиза не знала, что она будет делать. Последнее, что ей нужно было, чтобы ее товарищи были убиты или опустошены, потому что они бросились импульсивно в битву, которую они не смогли победить.


Хуже того, если бы они каким-то образом победили через какое-то чудо, Лизе не было бы Тейлора, чтобы помочь освободить ее от Выверта. С другими бандами, потрошенными, у Выверта будет железный захват в городе, и он даже с меньшей вероятностью позволил Лизе пойти сам по себе.


"Мы собираемся отпустить это?" Потребовала Груй.


"Это сожжет собак Рейчел до смерти, прежде чем они даже доберутся до нее, - срочно сказала Лиза. "И все остальные не сделают ничего лучше".


"Я могу", сказал Регент. Его нормальный вид скуки исчез, и он пристально смотрел на таблицу перед ним.


Месть внезапно споткнулась, ее нога подергивалась. Она повернулась, и на мгновение его лицо появилось из вихря, чтобы взглянуть на них.


Спайки снова появились с земли, пронзая Алебастра. Алебастр дернулся, когда его тело само по себе восстановилось. Он оторвался от металлических копьев, торчащих из-под земли, и бросился к Мстительности.


Он был брошен огненными ветрами в сторону, чтобы врезаться в стенку горящего ресторана. Каким-то образом часть ресторана была в адском субдиминсионе, в котором они находились. Остатки стены рухнули на него, слишком тяжелые для него, чтобы двигаться, даже когда его сила исцелила его.


Месть внезапно начала расти больше, семь футов, восемь футов, десять. Она схватила Грегора за голову и потрясла его. Его уникальная биология сделала его более жестким, чем обычный человек, но Лиза не была уверена, что Тейлор знал это или даже заботился.


Когда ее ум был опустошен наркотиками в ее системе, она была бы еще более опасной и менее контролируемой, чем обычно.


Был крик, и вокруг них внезапно упал пейзаж. Очевидно, Лабиринт беспокоился о Грегоре.


Через мгновение они услышали звуки знакомого мотоцикла на расстоянии. Месть бросила Грегора на кирпичную стену и споткнулась. Каким бы ни был секретный генератор, он был, по-видимому, очень сильным. Месть споткнулась и упала на одно колено. Огонь и ветер, окружавший ее, внезапно исчезли, и Ньютер бросился вперед, пытаясь закончить работу, которую он начал, успокаивая ее.


Прежде чем он смог дотянуться до нее, Отмщение исчезло.


Внезапная тишина была оглушительной. Единственными звуками были растрескивание огня, когда загорелся ресторан, и звуки Алебастра изо всех сил пытались выбраться из-под нескольких сотен фунтов кровельной черепицы.


"Нам нужно выбраться, прежде чем он вернется или до того, как ПТТ попадет сюда", - сказала Лиза.


Груй коротко кивнул, и через мгновение их собаки бежали мимо двух Кейсов 53 и шипов, которые разразились с пола переулка.


"Удачный перерыв", пробормотал Груй, когда они бросились по улице.


Когда Лиза услышала звуки сирен, взрывающихся сзади, и увидела огонь на горизонте на спине, она могла только надеяться, что это того стоило.


***********


"Вы знали", - сказала Выверт.


Они вернулись на его базу, и один из его наемников подошел к ноге Лизы. Она чувствовала себя немного одурманивающей, несмотря на то, что ей давали только местную анестезию. Ей, вероятно, не нужно было сдавать кровь в ближайшее время.


Лиза покачала головой."Я знал, что что-то случилось о Штормигере, но она способна контролировать свое тело настолько хорошо, что это подделало мою силу".


Она, конечно, лежала; Тейлор был не так хорош, по крайней мере, пока. Глядя на катушку, она могла сказать, что он не совсем ей поверил. Несмотря на это, он, казалось, был в хорошем настроении.


Тот факт, что большинство его соперников исчез за одну ночь, вероятно, был частью этого.


"Во всяком случае, вы должны быть счастливы", продолжила она. "Она просто обезглавила каждую другую банду в городе. Без руководства это должно быть легко подхватить контроль, как вы хотели.


Катушка нахмурилась.Своими силами она могла сказать, что он делал это даже под маской.


"Кажется ... слишком легко". "


Легко - это лучше, - успокаивающе сказала Лиза. "Со всем этим оставалось только беспокоиться о непривязанных членах банды и СКП ... и без кейпы, чтобы противостоять им, я держу пари, что СКП будет делать большой толчок, чтобы вытереть банды


". Природа не терпит пустоты, - сказал Выверт. "Это не заставит себя долго ждать, пока другие войдут."


"Вот почему тебе нужно ударить сейчас, а железо горячее. У вас будет нога на любых выскочек, которые ищут территорию.


- И что вы получите от всего этого?


Лиза усмехнулась."Восходящий поток поднимает все лодки. Я ожидаю, что быть ценным агентом в банде номер один в Броктон-Бэй должен иметь свои собственные награды.


Он подозрительно посмотрел на нее, а затем вздохнул.


"Я должен расспрашивать вас больше, но все это сработало к лучшему", - сказал он. "Хотя, если я обнаружим, что ты повернул ее против меня, у тебя не будет шанса предать меня снова".


Лиза покачала головой."Я знал, что это двойное тело. Даже если бы я поставил ее на всех из них, все было бы в порядке. -


"Получать репутацию человека, который нарушил бы перемирие, - это хороший способ получить пулю в голову", - сказал он. "Или хуже."


Он знал.Лиза могла сказать, но поскольку результат был настолько благоприятным, он решил игнорировать его в пользу более насущных вопросов.


Как только слово получилось, что Броктон-Бей был городом без кейпы, было бы кормящим безумием, поскольку кейпы приходил со всех сторон, чтобы занять территорию и взять под контроль существующие банды. Вполне вероятно, что борьба будет ухудшаться, а не лучше, когда люди стекаются в одну группу или другую, ищущую защиты.


Лиза не была уверена в количестве жертв, но она подозревала, что это не то, что хотел бы Тейлор.


Предположительно, Тейлор был там, где она телепортировалась, чтобы спать. Когда она проснулась, это будет новый мир. Что бы ни случилось, она отвечала.


Лиза могла только надеяться, что она готова принять ответственность за людей, которые собирались умереть, прежде чем все это закончится. Последнее, что ей нужно было, чтобы Тейлор был искалечен виной. В конце концов, ей все еще пришлось ликвидировать Выверт, и для этого ей понадобился ясный ум.


После того, как Тейлор сделал это, Undersiders станет последней бандой в Броктон-Бей. У этого были возможности, предполагая, что Лиза может заставить Тейлора играть в мяч.


В конце концов, как трудно было бы ее убедить?


34.


На следующее утро в школу началось нервное расстройство. Я, наконец, спал от какой-то нечестивой смеси, которую использовал Ньютер, и я медленно приспосабливался к своим новым способностям. Больше всего меня беспокоила сила легкого.


У меня не было выбора. Мало того, что регулярный бой между нами быстро стал несостоятельным, но оставив его с его силой, он оставил бы АПП единственной оставшейся группой злодея во власти, чего я не собирался допускать.


Чувство силы Шеклера, шепчащее мне в голове, было раздражающим. Только теперь я вспомнил, почему я избегал брать власть Технарьов. Они все время строили вещи, и из того, что я слышал, они иногда входили в штаны фуги, пока они это делали. Мысль потерять такой контроль над моими действиями была ужасающей, особенно учитывая силу, которую я имел сейчас.


У меня была сила двадцать разных кейпов, хотя для меня это было бесполезно. Сила Они Ли ужасала меня на глубоком уровне. Хуже было то, что я был вполне уверен, что он не понимал, что он делал на протяжении многих лет. Сколько раз он совершил самоубийство? Тысячи?Каждый клон был его собственным, уникальным человеком, и каждый из них неосознанно выбрасывал свою жизнь, думая, что это просто телепорт.


Сплетница был достаточно любезен, чтобы позвонить мне и предупредить меня об этом. Я был благодарен, что у меня не было причин использовать его во время битвы накануне. У меня было так много новых способностей, что становилось все труднее и труднее выбирать, какие из них использовать, и поэтому я в основном отступал от тех, кого знал лучше.


Я задавался вопросом, как мой клон ответил бы на то, что было меньше, чем один день, простой экземпляр, который, возможно, не имел бы души.


Согласно Tattletale небольшие ошибки, накопленные в процессе клонирования, так что Oni Lee теряла все больше и больше себя на каждой итерации. Ужас этого был почти таким же плохим. Потеря моих эмоций и воспоминаний была бы почти такой же плохой, как просто смерть.


Экипаж экипажа был ранен, но неповрежден. В любом случае, я бы не хотел, чтобы большинство их полномочий были ограничены, учитывая, что они оставят меня неспособным прожить нормальную жизнь и с СКП у моей двери.


Когда я прошел через двери школы, я увидел, как люди смотрят на меня и шепчут. Видео о моем похищении, очевидно, распространилось еще до известий об коллективной имплозии банд прошлой ночью.


Я пропустил только два школьных дня, но я видел, что школа была пуста. Ни одна из Империи или детей АПП не появилась в классе. Все остальные казались тревожными и смущенными. Когда лидеры банды ушли, никто не знал, чего ожидать.


Услышав шепот моих одноклассников, мои новые способности только усугубили его. По-видимому, СКП собрала оставшихся депортированных членов банд, хотя было несколько убитых. Я видел крестоносцев и Виктора, убитых гранатами, которые я направлял, когда они пытались бежать за передней частью ресторана.


Сам ресторан был полной потерей, как и здания по обе стороны от него.


Я должен был напомнить себе освободить Штормигера из буквальной дыры, в которую я его бросил. Я оставил ему немного воды, но еда и утилизация отходов, вероятно, будут проблемой раньше, чем позже.


Пройдя первые два периода, я был удивлен, что звонок в кабинет главного Блэквелла не дошел до третьего.


Все выжидающе смотрели на меня, когда я схватил свою сумку и поднялся со своего места.


Когда я шел по коридору к офису, я заставлял свой сердечный ритм замедляться, и мое дыхание успокаивалось. Я не был уверен, что на это повлияли силы Лунга; возможно, что только конфликт был тем, что он сделал, чтобы превратить его в летающего монстра.


Я подозревал, что я тоже буду в ярости, поэтому я должен был держать свои эмоции под контролем, насколько мог.


Секретарь широко открыл глаза.


Оружейник и мисс Милиция уже ждали меня вместе с главным Блэквелом. Я впервые почувствовал раздражение и понял, что мне нужно будет лучше справляться с собой, если я собираюсь пройти через это.


"Тейлор, мы все беспокоились о тебе", - начала мисс Блэквелл.


То, что она здесь, в этом офисе, было достаточно, чтобы рассердить меня. Было время, когда я думал, что расследование СКП обойдется ей в ее работе, но здесь она снова оказалась на своем месте, выглядя почти самодовольным.


Часть меня хотела вырастить когти и буквально разорвать лицо ее черепа. Страшно было то, что я был в полной мере способен это сделать и достаточно быстро, чтобы ни один из кейпы в комнате не смог остановить меня, хотя впоследствии они попытались бы наказать меня за это.


Разве она беспокоилась обо мне, когда меня вытащили, крича от шкафчика, полный грязи? Где ее забота была полтора года, когда меня неоднократно подвергали насилию?


Я почувствовал, что мое возмущение растет, и я внезапно понял, что было даже ошибкой даже прийти сюда. У меня была долгая история с Блэквелом, и единственные люди, которые были бы хуже кандидатами на меня, были бы трио.


"Я вышел нормально", - заставил себя сказать, даже если мой тон звучал угрюмо.


"Мы заинтересованы в том, чтобы знать ваше местонахождение в течение последних нескольких дней", - сказал Оружейник. "Возможно, вы или ваш отец может оказаться в опасности".


"Я слышал, что Империя потеряла все, что есть, - сказал я. Когда я увидел его и мисс Милиция, взглянув друг на друга, я сказал: "Это все, о чем все в школе могли бы рассказать ... как один Кейп сделал больше, чтобы очистить город за одну ночь, чем СКП сделал в течение многих лет".


Я мог видеть щетину Оружейника, хотя мисс Милиция, похоже, лучше себя контролировала.


"Это ... существо причинило миллион долларов на ущерб предприятиям, которых отчаянно нуждается в бухте", - прозвучал голос Оружейника, как будто он взял все это как личное преступление.


Я бы более серьезно относился к его словам, если бы не знал, что были бои, в которых участвовал СКП, что привело к большему ущербу, значительно меньшему эффекту. Оставшиеся в живых могут перестраиваться, но в стабильной бухте было бы намного легче, когда люди не были вынуждены постоянно защищать деньги.


Кроме того, залив нуждался в магазине спиртных напитков и в магазине одежды с пропуском?


Теперь, когда я подумал об этом, поджечь ликер-магазин, наверное, не был моим лучшим часом. Я не был особенно осведомлен о конце, и я прыгнул в зеркальную вселенную, прежде чем меня поймали, но задолго до того, как здание по соседству взорвалось пламенем.


"Вы, кажется, одобряете действия Vengeance, - сказала мисс Милиция. "У тебя с ним отношения?"


Я застыл и взглянул на Оружейника, который выжидательно наклонился вперед. Я представил себе, что все, что он использовал, как детектор лжи, работает на полную мощность.


"Что ты пытаешься сказать?" - спросил я. "Меня обвиняют в чем-то ... снова, когда я явно жертва здесь? Папа и я должны были скрываться в течение последних нескольких дней, потому что Протекторат не смог выполнить свою проклятую работу.


- Тейлор, - сказала мисс Блэквелл.


Из-за двух героев она использовала только мое имя и актерское чум. Я чувствовал, как мое сердце ускоряется, когда в моем животе начинает расти ярость. Я боролся с биокинисисом, чтобы заставить мои зубы оставаться такими, какими они были, и мои глаза не изменились, но это была тяжелая битва.


"Допросить меня здесь без моего отца - попытка запугивания", - сказал я. Я кивнул в сторону Блэквелла. "Это любимый Блэквелл. Она даже позволила Эмме привезти сюда своего отца-адвоката, пока я был один. Я был слишком запуган.


Я встал и подошел к двери.


"У нас есть основания полагать, что вы и ваш отец, вероятно, будете в опасности, - сказала мисс Милиция.


Я не обернулся, просто стоя, положив руки на дверную ручку. Мои зубы превратились в клыки, не зависящие от меня, и я знал, что должен выйти, прежде чем что-то действительно выйдет из-под контроля.


Это было недостаточно, чтобы повлиять на мою речь.


"Ты думаешь, они собираются пойти за мной за приманкой для этого монстра?" - спросил я. "Теперь, когда у них больше нет шапочек?"


Я рассмеялся. "Даже неонацисты не так глупы. Если Месть не защитит меня, то все похищения меня заставят их плохо рекламировать. Если он есть, тогда они умрут. У них есть больше вещей, о которых можно беспокоиться, чем я ".


С этими словами я вышел из кабинета, не отвлекая мое лицо от секретаря. Она мгновенно вышла за меня как парахуман. Она никогда не была моим величайшим поклонником.


Я мог бы сдержать СКП, но это был только вопрос времени.


Рано или поздно они превратили меня в драку, и мне пришлось планировать, как я собираюсь идти против них. Я не хотел красть силы у героев, но если бы они меня заставили.


Я бросился к ванной, где я вошел в стойло и закрыл за собой дверь. Это было во время занятий, поэтому, надеюсь, ни одна из девушек, которые меня издевались бы, не пошла бы за мной; если бы они это сделали, им не понравилось бы то, что они нашли.


Ветер доносил мне звуки дискуссии Оружейника и мисс Милиция, хотя они, очевидно, покинули школу и стояли перед ней.


"Она что-то скрывает, - сказал Оружейник.


"Если у нас нет доказательств, вы готовы заставить ее и ее отца войти?" Спросила мисс Милиция. "Потому что, если она есть он, или если ее отец, мы будем сталкиваться с одним кейпом с двадцатью двадцатью, кто сердится на нас".


Я должен был убедиться, что в какой-то момент меня увидит отец в присутствии Мстителя, на случай, если какой-то дервившийся агент СКП положит в голову пулю. Если они это сделали, учитывая силу Лунга, я подозреваю, что я действительно окажусь злодеем.


Теперь с моими полномочиями я мог бы нанести почти такой же ущерб городу, как и Губитель.


"Если она невиновна, она должна захотеть прийти, чтобы ее протестировали", - сказал Оружейник, его голос был раздражен.


"Это оправдание моей родной страны, чтобы притеснять десятки тысяч", - сказала мисс Милиция. "Виноват, пока не окажется невиновным. Нам просто нужно будет найти лучший способ приблизиться к ним.


- Вероятно, лучше порекомендуйте его какое-то время, - сказал Армсмейстер. "В течение следующих нескольких дней у нас будут большие руки".


"Давайте обсудим это где-то еще", - сказала мисс Милиция. "Если она действительно месть, то у нее есть как минимум два капюша с усиленным слухом, и она может слушать все, что мы говорим", -


проворчал Оружейник.


Через мгновение я услышал звук его мотоциклетного рева. Было что-то звуковое, что меня беспокоило.


Я посмотрел вниз и обнаружил, что вытащил блокнот из сумки, не понимая этого, и делал чертежи. Проблема с мотоциклом Оружейник заключалась в том, что он был недостаточно громким. Кроме того, это было слишком ограничено.


С помощью простого устройства можно было бы изменить направление гравитации, и в этом случае можно было бы подняться по сторонам зданий. Возможно, даже можно будет добавить к нему телепортационное устройство, хотя для людей это небезопасно. Вы сможете вызвать автомобиль с заданного значения и отправить его обратно.


Я проклял, когда моя рука нацарапала быстрее. Стремление выйти и начать строить сейчас было почти неуправляемым. Это было даже подавляющим яростью дракона; мои зубы окончательно вернулись к нормальной жизни.


Проблема с желанием заключалась в том, что у меня не было лаборатории или даже гаража для работы. Я не хотел тратить время, но я мог сказать, что рано или поздно мне придется это сделать.


Я мог бы использовать мои пламени на нем, не заставляя его взорваться; то же самое, что позволило моим мотоциклетным коже рассматриваться как часть моего тела, будет распространяться достаточно далеко, чтобы покрыть мотоцикл. Возможно, это не с чем-то связано с размером автомобиля, хотя, возможно, и тогда.


Заставив себя вытащить ноутбук, я вздохнул, когда встал. Мне все еще нужно было пройти остаток учебного дня, и я мог только надеяться, что Мэдисон не был настолько глуп, чтобы что-то начать; Я сомневался, что ей понравится то, что произойдет, если она это сделает.


*********


Когда я шел домой той ночью, я поморщился под маслом под пальцами. Я нашел заброшенный гараж, и я провел большую часть дня на спасательном дворе, покупая запчасти для мотоцикла, который планировал создать. К сожалению, ни одна из моих полномочий не была разработана, чтобы сделать все быстрее, и поэтому я едва успел сделать что-то.


Это займет время, раз я не был уверен, что у меня есть. Мне все еще приходилось находить Гейба и противостоять ему, и даже с теми силами, которые у меня были, я беспокоился. Его телекинез был сильным, и его было бы трудно победить, хотя у меня были некоторые идеи о том, как противостоять ему.


Протекторат был еще одной проблемой. Я не смог бы отложить их навсегда, и рано или поздно они придут ко мне.


Левиафан был даже на горизонте. Если рисунок Габриэля был предсказуем, он шел, и не было никакого способа узнать, когда это произойдет. Даже со всеми моими полномочиями теперь я не был уверен, что у меня был шанс даже отгонять его гораздо меньше, чтобы победить его.


В конце концов, я все еще мог утонуть, и ничто, что у меня было бы, не победит приливной волной, содержащей миллиарды тонн воды. Левиафан мог сметать целые города с карты, и я, вероятно, мог бы уничтожить несколько блоков, по крайней мере, если их не усилить страх.


Когда я шел по своей улице, я застыл, когда понял, что у белого фургона в конце улицы было несколько человек.


Из ропота людей внутри я понял, что это был фургон СКП, отправленный, чтобы посмотреть мой дом. Предположительно, они надеялись, что Месть придет или уйдет.


Как глупо они могли быть. Они думали, что Месть может телепортироваться. Зачем ему все-таки открыто покидать дом?


Они утверждали, что они были там, чтобы защитить нас, но я знал лучше. Они были там, чтобы шпионить . Чем больше я думал об этом, тем злее я чувствовал себя.


Как Лунг контролировал это?


Как он не закончил разрушать Starbucks каждый раз, когда барриста неправильно назвала его имя? Каждый раз, когда он был отключен в трафике или должен был идти в DMV?


Обычно я не думал о том, что злодеи имеют нормальную жизнь, но они, вероятно, пошли в продуктовый магазин, как и все остальные, если только они не доверяли своим лакеям делать покупки за них.


Возможно, Лунг превратился в дракона каждый раз, когда его любимая футбольная команда проиграла, и мы просто не слышали об этом, или, может быть, он был просто тайком действительно холодным парнем.


В конце концов я собирался либо взглянуть на управление гневом, либо украсть его у кого-то, и я не знал никого, кто был бы особенно хорош в этом.


Я заставил себя не топать к моей двери. Они знали, что они были тем, что я хотел. Они задавались вопросом, как я знаю, и это может привести их к тому, что я могу сделать.


Вставив ключ в замок, я открыл дверь и вошел внутрь.


Когда я установил ключи в миске у двери, зазвонил мой мобильный телефон. Это был тот, который я использовал в своей идентичности Gamble, поэтому я поднял его.


На мгновение все, что я слышал, было нюхательным и рыдающим.


"Привет?" - осторожно спросил я.


"Гэмбл ..." Это был голос кейповла по телефону. Она плакала.


"Что случилось?" - спросил я, встревоженный.


Она всхлипнула еще несколько секунд, прежде чем смогла собраться вместе, чтобы ответить.


"Это тетя Кэрол и дядя Марк", - сказала она. "Вики и Эми пришли домой и нашли их ..."


"Да?" - спросил я.Я не был уверен, где она собирается с этим, но у меня было беспокойство в моей кишке. Очевидно, случилось что-то ужасное, и теперь был только один вероятный подозреваемый, что я уничтожил почти любого другого злодея в городе.


"Они нашли их ... как Париан".


Я ахнул, несмотря на себя. Я был занят и не беспокоился, предупреждая Даллонов о том, что сменяемый парахуманский серийный убийца бродит по улицам.


Защита моего отца и моего отца была моим главным приоритетом, достаточно, чтобы я не успел позвонить по телефону, который мог бы спасти жизни людей.


"Хочешь, чтобы я приехал?" - спросил я.


Она долго молчала. "Да."


"Я буду там, как только смогу".


Когда я повесил трубку, я понял, что я все еще не заменил свой летательный аппарат. Было ли неправильно, что я тайно позавидовал Габриэлю за то, что он украл настоящую летную мощь наряду с энергичной атакой дальнего боя?


Я мог многое сделать с этими силами, и мне было ужасно думать так.


Я собирался предупредить всех, или довольно скоро он собирался сделать то же самое с героями в городе, что я сделал с злодеями.


Это было бы незадолго до того, как Броктон-Бей был городом-призраком.


35.


Когда я подошел к нему, дом Пелхем был совершенно темным. Я почувствовал чувство беспокойства, хотя я знал, что возможно, что большая часть семьи закончилась в доме в Даллоне, занимающемся полицией.


кейповл был из костюма, сидящего на ступенях крыльца, глядя на землю. Она не подняла глаза, даже когда я подошел к ней. Она выглядела изможденной, и под глазами были сумки. Бодрость, которая обычно заполняла всю ее рамку, полностью исчезла.


"С тобой все в порядке?" - спросил я.


Несколько секунд она молчала. Наконец она посмотрела на меня, и ее глаза выглядели влажными.


"Не должно было быть так, - сказал кейпов. "Новая волна должна была что-то понимать. После Флер, хотя ...


Она посмотрела на землю и вздохнула. Она посмотрела на меня.


"Ты боролся с ним, верно?" Спросила она. "Монстр? Тот, кто убил Париана ... Кэрол ... Марк? "


Она смотрела на меня, и я вздрогнул. СКП все еще считал, что Месть и Габриэль - одно и то же. Объясняя, что они не собирались вести очень неудобную дискуссию о том, почему я никого не предупреждал.


"Я сражался с ними обоими", - сказал я. "И я едва успел жить".


"Что?" Спросила она.


"Там двое из них. Месть идет за злодеями ... Я думаю, что это единственная причина, по которой я держал свои силы. Другой - тот, кто берет мозги.


- Я думал, что он взял Теневого Сталкера. Она героиня. -


Не в ее личной жизни, - сказал я. "Она сделала кое-что ... почти убила людей. Может, на самом деле убили людей ... Я не знаю. Наверное, она не соответствовала его критериям стать героем. "


Гэмбл не должен был знать эти вещи, но мне было все равно. кейповл был больно, и мне нужно было быть там, тем более, что я был хотя бы небольшой ответственностью за то, что произошло.


"Почему ты никому не сказал?" - спросила она. "Если бы у вас было, возможно, это могло бы пойти по-другому."Ее глаза сузились, когда она смотрела на меня с такой интенсивностью, которая вызывала у меня дискомфорт.


"Я недавно узнал. У меня не было времени ... "


Конечно, это было неправда, но это была лучшая ложь, которую я мог придумать в ответ на этот момент. Мне действительно нужно было обойти, чтобы убедить людей доверия или профессиональных политиков в их способности лгать. Это облегчило бы мою жизнь.


"Вы должны были сделать время", прошипела она. "Может быть, моя семья не погибнет!"


Жалобы никогда никому не помогали. Все избиение себя было бы сделать меня менее эффективным в долгосрочной перспективе. Я попытался сказать себе, что, хотя это и не казалось таким убедительным. У меня уже было достаточно мертвых людей на моей душе. Тот факт, что я даже не был полностью уверен в смертности от прошлой ночи, гораздо меньше, чем количество убитых людей, было немного тревожным.


"Я не уверен, что это изменило бы", - сказал я. "Он сильный, и он может принять форму любого. Кто-то вроде этого мог бы отбирать людей один за другим, и вряд ли кто-то мог это сделать ".


" Ну и что, мы должны просто сдаться? Подождите, пока он придет, закончив нас, как слэшер из фильма? Возможно, у них был шанс, по крайней мере, - угрюмо сказала она. "Вместо того, чтобы быть убитым, как телятина".


Я мог понять ее гнев. После смерти мамы я хотел наброситься и обвинить кого-то ... кто-то за то, что произошло. Я, конечно же, стал обвинять себя; в конце концов, я по телефону с ней, когда она умерла.


"Вы можете сказать СКП, - с надеждой сказал я. "Пусть они будут следить за ним".


Это было бы прекрасно. Если бы я мог загнать на себя обязательство предупредить их о ней, я мог бы избежать всякого беспорядка, когда их допрашивали, и им пришлось лгать им. С ней, не зная правды, детектор лжи Оружейника не обнаружил ничего необычного.


"Они мне не поверят", - сказала она. "Им нужно прямое подтверждение от оригинального источника, а не понаслышке. Тебе придется это сделать.


Я нахмурился."Я не совсем в хороших книгах СКП прямо сейчас".


Они все еще хотели задавать вопросы, на которые я не был готов или не мог ответить, начиная с того, что случилось с Vengeance, и заканчивая каким бы то ни было доказательством, что были два нападавших , Я не был уверен, что я не превращусь в гневного монстра, если допрос будет слишком нагретым, и я до сих пор не успел украсть навыки у людей и лжецов в тюрьмах и домах престарелых.


Часть меня все еще колебалась из-за этики этого. Что, если я навсегда уничтожу того, кто был невиновен, и был несправедливо заключен в тюрьму? Если бы он был позже освобожден, у него была бы зияющая дыра в его жизни, где навыки, которые он так усердно трудился, просто исчезли.


Я бы не стал воровать любые навыки, которые я мог бы иметь на кейпах Империи; они совершили достаточно преступлений, которые я мог бы оправдать почти тем, что я сделал с ними. Однако не было времени.


Она вздохнула и сказала: "Вы хотите выпить?"


Я поколебался и кивнул. Мне действительно не нужно было выпить, и даже если бы я мог, я бы регулировал свои чувства жажды биокинисисом. Но когда я пережил боль потери мамы, это были маленькие ритуалы, возвращение к нормальности, которая меня утешила.


Если бы она хотела играть в хозяйку, кто я, чтобы остановить их.


"Меня даже не должно было быть здесь", - сказала она. "Я должен был вернуться в колледж, но после всего этого с Викторией ..."


Когда она вошла в затемненный дом, я остановилась у порога. Мои дважды расширенные слушания сказали мне, что никто не был в доме; не было никакого движения, никаких сердечных сокращений или дыхания.


Но ветер принес мне медный запах. От него пахло немного гнилой и немного отвратительной сладкой. Я не был уверен, что это было, но чем дальше я вошел в дом, тем хуже он.


Что-то пошло не так.Она не включала ни одного из огней, просто прогуливаясь по темному дому. Я переключил взгляд на глаза кота, хотя это опасно, что она увидела что-то неладное, если она должна включить свет.


Когда мы подошли к кухне, я почувствовал замедление. Оттуда появился запах.


"Вы были в доме?" - спросил я с беспокойством. Было бы ужасно, если бы она оставила тела тети и дяди только для того, чтобы вернуться к чему-то еще хуже.


Она оглянулась и посмотрела на меня. "Я живу здесь.Конечно, я был здесь.


- Нет ... Я имею в виду сегодня вечером.


"Почему?" Спросила она.


Я остановился и уставился на нее. Что-то случилось, как она стояла. Было что-то в том, как она шла, что казалось неправдой.


На краю моего сознания я почувствовал тонкое чувство ожидания. В окрестностях было много людей, и они были поблизости. Мягкий страх был повсюду.


Она повернулась и сказала: "Все будет хорошо, Тейлор".


Я замерз.


кейповл не знал моего настоящего имени, а это означало, что это была не она. Был только один человек, которым это могло быть, и я не был уверен, как он знал мое имя, если у него не было таких умственных способностей, как таттлетэйл.


Она ухмыльнулась и сказала: "Ой!" Это было уродливое выражение на ее лице, которое напомнило мне Эмма.


"Габриэль", - сплюнул я. "Почему ты назвал меня здесь? Вы готовы к нам бороться? "


" Я был впечатлен тем, что вы совершили прошлой ночью ", - сказала она. "Употребление всех злодеев в городе за одну ночь. Жестокий ход. Я понял, что должен был закончить игру, если бы я не отставал.


- кейповл еще жив? - спросил я.


Она улыбнулась, но она не доходила до ее глаз. Она указала на кухню. "Почему бы тебе не пойти?"


Медный запах, который я пахнул, должен был быть запахом крови. Гнилым запахом был запах распада. Я понятия не имела, что заставило его почувствовать запах сладкого, но, возможно, это было так, как пахло такой смертью. Я уже видел, что случилось с Парианом, мне не нужно было видеть еще одну сцену ужаса и агонии. Я обнаружил, что мне интересно, был ли там только кейповл или другие члены ее семьи были там. Неужели он получил всю новую волну?


Я потянулся, чтобы схватить ее, но она уклонилась. Это было невозможно, учитывая, как быстро я был сейчас, но я понятия не имел, сколько или сколько сил она взяла. Она не двигалась особенно быстро, но она как-то ожидала, что я собираюсь делать. Может быть, боевой предлог или какая-то другая сила мыслителя.


"У меня было почти столько же сил, сколько у вас сейчас, прежде чем я даже пришел сюда", - сказала она. Выражение на ее лице выглядело испуганным, и она отпрянула от меня, ее язык тела полностью расходился с тоном ее голоса. "Теперь у меня есть вдвое больше."


Она сделала шаг назад, и, когда я бросился вперед, я почувствовал, как моя рука внезапно взорвалась от боли. Меня застрелили ... и не с каким-то обычным оружием.


"Я могу контролировать звук", - сказала она. Ее лицо было отвернуто от окна, и она снова ухмыльнулась. "Вот почему вы не могли слышать, что происходит на улице, и они не могли слышать, что здесь происходит".


"Она пытается убить меня!" - закричала она внезапно. "Она убила всю мою семью".


Она повернулась и нырнула в окно, пробираясь сквозь него, когда пули начали пробивать дом. Я мог слышать их сейчас; СКП окружила дом, и мисс Милиция призывала к моей капитуляции после того, как она уже застрелила меня.


Я нырнул на пол и в зеркальную вселенную, и я проклял. Моя рука уже заживала, даже без использования биокиниза; Сила легкого была хороша для чего-то хотя бы.


СКП считал, что есть два парахуманских вора во власть; проблема заключалась в том, что они считали, что оба они были мной. Несомненно, он наложил другие свидетельства на место преступления, и все, что я сделал, чтобы убедить их, упало бы глухо.


Они подумают, что я убил семью кейповла, и я ждал кейповла, чтобы вернуться домой, чтобы я мог ее получить. Вероятно, это означало, что тело кейповла на самом деле не было на кухне. Вероятно, он не появлялся до поздней, вероятно, на льду, чтобы смутить время смерти.


Это было похоже на хулиганов снова и снова. Я чувствовал, что мои зубы удлиняются, когда я выражала свою ярость, выбирая стены стенда зеркального вселенной. Когда я закончил, дом исчез, снесенный до основания.


Он убил кейповла и, возможно, всю Новую Волну, и что было хуже, он, вероятно, не сохранил бы ее формы. Он где-то оставил свое тело, и мне казалось, что я убил ее в отместку.


Они должны были подозревать, что есть два убийцы. Как он знал, что я не уверен; возможно, у него была какая-то сила мыслителя. Отвлекая внимание на меня, он заставил людей смотреть на настоящую угрозу, пока он продолжал есть у людей из тени.


Полиция может быть немного близорукой; когда у них были подозрения, что они иногда игнорируют доказательства, ведущие к кому-то другому. У меня не было оснований подозревать, что СКП не отличается.


Я мог бы попытаться создать четвертую идентичность; Я на самом деле не прилагал столько усилий во всей идентичности Gamble. Я скоро отпустил Харона после того, как получил полномочия сделать что-то другое. Я не был особенно привязан к этой личности, но сожгли, что он уйдет с убийством и обвинит меня в этом.


Часть проблемы заключалась в том, что у меня не было возможности узнать, какие у него были силы. Он мог просто посмотреть на большинство кейпов, которые я взял; кроме клонов, все остальные были предметом публичной записи. Это дало бы ему надежду на планирование против меня.


Но если бы он действительно взял на себя полномочия почти двадцати человек в другом мире, я бы не знал, что он сделал. Даже если бы силы были не такими сильными или хорошими, как у меня, они все равно были бы опасны. Например, способность управлять звуком была очень мощной; Я был настолько сосредоточен на том, что слышал, что проигнорировал свой страх.


Я ощутил нарастающую тревогу окружающих людей, но я был отвлечен, полагая, что моего слуха будет достаточно.


Мне, вероятно, следовало бы составить список полномочий, которые, как известно, были использованы им различными атаками, которые он совершил. Чтобы найти это, мне нужно узнать, что знал СКП.


Лучшим человеком для этого был, вероятно, Tattletale, который якобы имел внутреннюю информацию от СКП. Она уже знала о Габриэле, по крайней мере абстрактно, и я была уверена, что она захочет помочь. Если бы не она, мне пришлось бы опереться на нее.


Уничтожающая катушка, вероятно, была бы тем, чего она хотела для информации. Учитывая, что он все еще угрожал папе, я не был против этого. В конце концов, я когда-то хотел стать героем, и независимо от того, что думает СКП, я чувствовал, что это так.


В конце концов, я был тем, кто очистил город. Это было бы незадолго до того, как банды перестали быть проблемой. Как только это было сделано, все, о чем я должен был беспокоиться, это Выверт, Габриэль, СКП и Левиафан. Если бы я позаботился о Габриэле, тогда СКП мог бы упасть в линию. Если бы я сражался с Левиафаном достаточно хорошо, чтобы оттолкнуть его, что, вероятно, помогло бы мне с СКП.


Получение силы Выверта помогло бы мне таким образом, чтобы эти другие не имели. Мне нужны были больше мыслителей и больше незнакомцев ... может быть, даже мастер или два в моем репертуаре. Мне определенно нужен бластер.


Я должен был передать слово некоторым из героев. У меня была идея или две о том, как это сделать. Если бы ветра могли нести звуки для меня, они могли бы, вероятно, нести звуки другим людям. Я все равно должен был быть достаточно близко, но я, вероятно, мог уйти, прежде чем они могли что-либо сделать, скользнув в зеркальную вселенную.


Не объяснение зеркальной вселенной было неожиданным благом. Мисс Милиция была достаточно хорошо выстрела, чтобы снять серьги прямо с моей головы, и это уложало бы меня так же, как Лабиринт, когда бы она ни делала ... что бы она ни делала с этим альтернативным измерением. Если бы они знали об ограничениях, они могли бы выяснить, радиус, который мне пришлось пройти, прежде чем я смогу создать еще одну вселенную, каждый раз бросаясь в реальный мир.


Захватив кусок щебня, я сел на борт, позволив ему левитировать меня. Получение времени, чтобы получить еще один летающий упряжь, становилось раздражающей трудностью, тем более, что СКП наблюдал за нами. Мы не сможем легко совершить еще одну поездку в Бостон, и в Броктон-Бэй не было похожей театральной компании.


Я не удивлюсь, если СКП даже будет проходить через нашу почту. Известно, что федеральные судьи дают невероятные возможности агентам СКП, намного больше, чем другим ветвям власти. Это было похоже на то, что парахуманы имели свой собственный набор законов, которые были одновременно выгодными, а иногда и противоположными.


Когда я добрался до края своего диапазона, я выпал из зеркальной вселенной.


Я видел огни огней на расстоянии. Я посчитал, и я мог видеть по крайней мере семь мест на горизонте, которые были освещены достаточно ярко, чтобы стереть звезды.


Вскочив в другую вселенную, я ускорился, как только мог. Папа все еще был скрыт в театре, и я не знал, как близко к нему были некоторые огни. Мы должны были начать создавать те альтернативные места, которые я планировал найти.


Я начинал думать, что промедление было моей самой большой ошибкой. Я все время хотел что-то делать ... посещать тюрьмы и дома престарелых для навыков, разыскивать новые укрытия, рассказывать СКП о том, что мозг, питающийся серийным убийцей, наверняка придет и убьет их всех, но в тот день не хватило времени чтобы сделать все это.


Может быть, со мной что-то не так, когда я позволил получить новые полномочия, мешающие тому, что было важно.


До того, как я наконец появился в театре, потребовалось еще три вселенных. К моему огромному облегчению он не был в огне. Папа присел на переносном телевидении, и он дернулся, когда я появился рядом с ним.


"Что происходит?" - спросил я.


"Новый Азиатский Кейп занял АПП", - сказал папа. "И она бомбит ад из всего. Видимо, есть новый кейп, ведущий Империю ... Наводчик или что-то в этом роде. Обе группы сражаются друг с другом и с СКП ".


Я нахмурился.Может быть, предполагая, что сотни нормальных людей в бандах просто уйдут, когда накидки, ведущие их, исчезнут, были немного высокомерными. Это сделало меня немного лучше, чем СКП, предполагая, что кейпы были единственной важной вещью в мире.


Выяснилось, что это поставит меня в опасность. Вполне возможно, что СКП мог иметь указ о убийстве на меня, как Gamble, и они, конечно, были недовольны мной как Vengeance. У меня не было времени на создание новой идентичности.


Теперь, когда я вернулся в реальный мир, я уже чувствовал, что в меня вливается сила. Несмотря на то, что в это время ночи это была относительно пустынная часть города, люди боялись.


Я собирался быть очень осторожным.


"Мы должны вытащить тебя из города", - сказал я. "Может быть, тебе стоит пойти к Граму".


"И оставь тебя?"


"У меня есть регенерация Лунга, некоторые случайные парни, биокинизис, доспехи Крюка и Кайзера. Я достаточно быстр, чтобы уклониться от пуль, и я могу использовать ветер, чтобы отклонить их. Если все остальное не удается, я могу ускользнуть в другую вселенную, чтобы убежать. Ты намного лучше, чем я. -


Ты хочешь получить этот летающий пояс из Бостона, - сказал он. "Возможно, я смогу подобрать еще несколько вещей, пока я нахожусь в этом".


"Они, вероятно, сейчас не смотрят на машину", - сказал я. "Если я отведу вас до края города, я дам вам пять тысяч долларов, и вы сможете купить то, что вам нравится".


Он кивнул.


Я безмолвно смотрел на пустую стену передо мной. Вдали я слышал звуки более взрывов, и я не мог не чувствовать, что некоторые из них были моей ошибкой. Попытка сделать город лучше, чем я думал.


Сегодня вечером я должен был быть в своей игре; надеюсь, я смогу контролировать часть Лунга, чтобы я не создавал больше разрушений, чем я предотвратил. Последнее, что мне нужно было сделать, это сжечь четверть города, пока я пытался его спасти.


Сегодня вечером будет расплата.


36.


Джейд задумался, что он думал о переезде в Броктон-Бей. Быть евреем в городе с одной из крупнейших наций-национал-организации в стране уже было рискованным предложением. Хуже было число парахуманов, а это означало, что бои были эндемичными, а не только между людьми с полномочиями, но и между бандами.


Это было за пределами того, что он когда-либо видел. Обычно банды держали свое насилие в основном для себя, но казалось, что перчатки теперь выключены. Вместо кулаков и ножей они использовали пули.


Он держал рядом с ним сына Иосифа. Он чувствовал, как его сын дрожал от страха, и он почувствовал, что сердится. Он чувствовал себя бесполезным, неспособным защитить свою семью.


Кровь стекала с его плеча, и он почувствовал, как он простудился. Это не должно было закончиться таким образом. Ему так много нужно было делать.


Внезапно он услышал звуки крика. Стрельба усилилась на несколько мгновений, а затем внезапно остановилась.


Опасаясь, он взглянул под машину, наиболее близкую к головорем Империи. Он моргнул, увидев тела на земле.


Он начал, увидев, как из-за угла выскочила фигура из кошмаров, голова пылает и носит какую-то металлическую версию мотоциклетного снаряжения. Он пристально посмотрел на него, и он крепче сжал его сына. Он закрыл глаза, чтобы почувствовать руку на плече.


" ТЫ НЕДОСТАТНЫЙ ", - сказал голос из могилы. " ЖИВИТЕ И РАСПРОСТРАНЯЙТЕ СЛОВО".


Рука на плече, и он вдруг почувствовал тепло и благословенную свободу от боли. Он открыл глаза, и фигура уже исчезла. Кровотечение остановилось у него на плече, и он снова смог снова использовать его руку. Если почувствовать себя лучше каждую секунду.


"Кто это был, папа?" Спросил его сын.


Видимо, он выглядел, хотя Иаков сказал ему не делать этого.


"Азраил", - пробормотал он. "Ангел смерти. В этот день он не выбрал нас.


Это помогло бы, если бы он сказал, какое именно слово он хотел распространить. Проблема с загадочным состояла в том, что было легко ошибиться в толковании.

Когда он осторожно встал, он увидел, что фургоны СКП кричат ??за углом. Он поднял руки, благодарный за внезапную свободу передвижения в его плече. Получив дар жизни, последнее, что ему нужно, - это расстрелять триггером счастливых, нервных офицеров.


Гриль, который он получал от СКП, продолжался дольше, чем битва, которая почти стоила ему жизни.


************


Пламя было повсюду, и Уильям Тан знал, что для него это сделано. Стоя у окна, он подумал, что прыгает. Несмотря на то, что это была бы столь же мучительная смерть, падение было бы лучше, чем горения.


Он увидел фигуру внизу с горящей головой. Он уставился на него, и он подумал, не придет ли ему сама смерть. Когда он взобрался на уступ, он увидел, как он огляделся.


Он нашел один из мотоциклов, припаркованных спереди. Он сделал что-то с мотоциклом, видимо, согревая его, потому что в тот момент, когда он поднялся, автомобиль заволновался.


Весь корабль ворвался в огонь, и через мгновение фигура ревела к краю здания.


Он моргнул, увидев, как он прыгнул, и он поднялся по сторонам здания к нему.


Пламя позади него было невыносимо жарким, и он почувствовал, что его ноги скользят. Через мгновение фигура схватила его, и его рука почувствовала, что ее вытаскивают из гнезда. При прикосновении монстра пламя больше не болело.


Через мгновение они направились к земле.


Монстр опустил его на землю и долго смотрел на него.


"Внутри есть другие, - сказал Уильям.


Монстр кивнул и сказал: " РАСПРОСТРАНЯЙТЕ СЛОВО".


Спустя несколько мгновений он вернулся в сторону здания. Он врезался в окно, которое выглядело так, будто оно должно было быть слишком маленьким для гонщика или мотоцикла; может быть, всадник что-то сделал с ним, потому что в кирпичной кладке была дыра, где она вошла.


Время от времени монстр появился со своими друзьями и соседями. Некоторые из них уже были сильно сожжены огнем, но они начали заживать до глаз Уильяма, даже когда монстр бесцеремонно бросил их на землю.


Когда монстр вывел последний из них, он смотрел на них, а затем на мотоцикл. Металл начал формироваться на мотоцикле, стилизованных черепах и стилизованных пламенах.


К моменту прибытия СКП в здание остались только мертвые. По меньшей мере двадцать человек были обязаны своей жизнью монстру. Последнее, что он видел, было как мотоцикл в небе.


************


"Невозможно разрядить его, - сказал Оружейник, стиснув зубы. "Не в наше время. Как проходит эвакуация?


"Слишком медленно", сказала Velocity. "Я рассказывал как можно больше людей, но есть много людей, которые слишком боятся подойти к двери. Те, кто это делает, пытаются собрать свое имущество. Этого не произойдет.


"У нас больше минут, - сказал Оружейник. "Может, меньше."


"Эй, - сказал Кид Вин. "Это должно быть так?"


"Дерьмо", Оружейник смотрел на таймер, который внезапно двигался в десять раз быстрее, чем он был. "Робин, уходи. Хорошо работать с тобой.


Кид Вин посмотрел на него, его выражение показало, что он точно знает, что должно произойти. Не было времени, чтобы уйти даже с навесом Armscycle или Kid Win. У Робин, возможно, есть шанс уйти, если он будет быстрым.


Звук визжащих шин в конце блока привлек его внимание.


Это была Месть.


Обычно Оружейник готов был сражаться с ним, с нетерпением ожидал этого. Его доспехи затрудняли бы потерю сил, и он всегда с нетерпением ждал, чтобы бросить вызов самому сильным противникам.


Теперь, однако, не было особого скейпла.


Месть взревела к ним, и, прежде чем Оружейник смог что-то сделать, он наклонился к боку своего мотоцикла и протянул руку, чтобы коснуться бомбы. Он, его мотоцикл и бомба исчезли.


Через мгновение он снова появился, но бомба исчезла.


Оружейник смотрел.


Через мгновение раздался грохот, который потряс землю, и куски металла начали материализоваться вокруг них. Месть покосилась на сиденье его мотоцикла. Затем он повернулся к "Оружейнику" и сказал: " МОЗГОВОЙ СОБОР СООТВЕТСТВУЕТ ВАМ. IT TOOK ФОРМА КРИСТАЛЛИЧЕСКОГО ПЕХАМА ОТКАЗЫВАЕТ ВНИМАНИЕ ОТ ЕГО СОБСТВЕННЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ. ЕГО ИМЯ - ГАБРИЕЛЬ, И ОН МОЖЕТ БЫТЬ ЛЮБОЙ .... ДАЖЕ ОДИН ИЗ ВАШЕГО СОБСТВЕННОГО. НЕ ДОВЕРЯТЬ НИКОМУ."


Прежде чем Оружейник смог ответить, мотоцикл поймал пламя, и через мгновение он ехал в небо.


"Что только что произошло?" Спросил Кид Вин.


Оружейник не был уверен в себе. Он знал, что не может игнорировать предупреждение. Даже если это была попытка отвлечь внимание от истины, это было лидированием личности личинки.


"Рассмотрите этот секретный секрет, пока у нас не будет возможности изучить его", - сказал он. "То же самое для тебя, Виста".


Голос Виста ответил на ком. "Десять четыре".


По крайней мере, она знала, как быть профессионалом, несмотря на ее небольшие размеры и молодой возраст. Он только пожелал, чтобы некоторые другие подопечные последовали этому примеру.


********


Когда он встал утром, Ганс не понял, что сегодня был день, когда он умрет.


"У нас заканчиваются боеприпасы", - закричал Пирс. "Мы не можем больше этого делать".


С сожалением о вступлении в Империю было что-то, что происходило вокруг в последнее время. Когда-то они были бесспорными правителями города. У них было больше кейпы, чем Протекторат, и ABB, их единственное реальное соревнование было небольшим и связано с силой одного нечеловека.


Теперь все это исчезло. У них все еще были свои деньги и оружие, но ничто из этого не имело значения у сумасшедшей азиатской женщины, которая положила бомбы в головы белых и азиатов.


По крайней мере, у них все еще остался один кейп, и, как эта война шла, они, вероятно, собирались в конечном итоге получить больше от всех ужасных переживаний, которые испытывали люди.


Уволив свой АК-47 за капот машины, Ганс не застрелил короткие выстрелы. Патроны не продержались долго, так как это было без его спуска на курок и распыления на все. Ганс поморщился, чувствуя, как горит вдоль его теленка. Блок цилиндров автомобиля, сделанный для хорошей защиты от пуль, таким образом, что двери и боковые стенки не были выполнены, несмотря на то, что Голливуд. Некоторые из подонков были достаточно умны, чтобы стрелять в открытые ноги и ноги.


Рев мотоцикла на расстоянии был почти облегчением. Армистмейстер заставил бы их остановиться, и даже небольшое ограничение времени в тюрьме было бы лучше, чем быть приколотым большей силой. Они были численностью, превышающей три к одному у азиатов. Многие из них даже не были членами АПП; они были просто жертвами, которые были имплантированы бомбами и дали пистолет.


Хотя это означало, что они не могли сравниться с Империей для обучения, цифры были важны в борьбе с оружием.


Мотоцикл сорвался по дороге. Он небрежно посмотрел на него, и он проклял. Это был не Оружейник. Это был урод с пылающей головой.


Монстр потянулся между двумя группами, и стрельба заикалась до упора.


" ОСТАНОВИТЕ И ОБРАЩАЙТЕСЬ ИЛИ ПРОВАЙТЕ".


Скучающий Ганс указал на АК-47 и забыл о своем решении через несколько мгновений, он нажал на курок и держал его. Это был монстр, который отвечал за все это. Это был монстр, который уничтожил свой шанс вернуть свой город людям, которые на самом деле имели значение.


Азиаты тоже стреляли в него. Пули полетели, ударяя по нему, и он просто стоял там, позволяя себе биться пулями почти минуту.


Ганс быстро выбежал из пуль, а его товарищи чуть позже. Азиаты продержались намного дольше, но в конце концов даже их пушки заикались и замолчали.


Он рискнул снова взглянуть на машину. Монстр не сдвинулся ни на дюйм, хотя лицо изменилось; зубы выросли, и лицо стало еще более ужасающим, чем раньше.


Монстр смотрел прямо на него. " ВЫ СУДЕБНЫ ".


Через мгновение в руке монстра появилась цепочка. Цепь набросилась, и она удлинилась и продолжала удлиняться, пока она не обернулась вокруг автомобиля, который он прятал сзади. Он почти отнял голову.


Автомобиль, который он прислонялся, отворачивался и посылал по воздуху, чтобы разлететь на вершине машины, где прятались азиаты. Они рассеялись, как тараканы.


Длины цепи начали выходить из рук монстра, пролетая сквозь воздух и обертывая вокруг одного человека за другим, пока они не были обернуты вместе.


Ганс первым осознал эту проблему.


"Не связывай нас с этими уклонами! У всех есть бомбы в головах; когда они взорвут, они возьмут нас с собой ".


" БУДЕТ, ЧТО НЕ БУДЕТ ЮСТИЦИИ ?" - спросил монстр, но он остановился и, казалось, что-то рассматривал.


Через мгновение он исчез.


Ганс начал кричать о помощи вместе с другими. Он боялся, что никто не придет.


Прошло почти десять минут, прежде чем мотоциклист вернулся. Это было самое длинное десять минут жизни Ганса, поскольку он был вынужден смотреть на людей, которые собирались убить его, даже не имея скейпла. Когда они не сообщили своему хозяину, она удалила бы бомбы и убила их всех.


****************


София нахмурилась, глядя на телевизор. С тех пор, как она вышла на улицу, все ушло в ад. Город разорвал себя на части, и она чесалась, чтобы быть там, беря имена и избивая бандитов, которые ужасали всех.


Вместо этого она застряла в дживе ... даже не было специального юниора для паранормальных явлений, кроме обычного юнита, со слабыми, нормами, идиотами. У нее все еще были боевые навыки, поэтому она делала все правильно, но это было унизительно.


Ни одна из ее товарищей по команде не приходила к ней. Насколько они были обеспокоены, она упала с карты. Хорошо завинтите их. Она могла бы сделать лучше. Она вернулась, и когда она это сделала, у нее был список людей, на которых она могла отомстить. Хеберт был наверху списка.


Каким-то образом Хеберт поставил ее. Она взяла то, что должно было быть маленьким предметным уроком, и превратила его в федеральный случай. Она даже не пострадала от всего этого. Азиатские мальчики явно не были так преданы своей работе, как они были в прошлом.


Тогда Эмма. Эмма бросила ее под автобус, как и Блэквелл, который утверждал, что понятия не имел, что делает София, лежащей суки. Она бы поставила печать одобрения на маленькие игры Софии с Хеберт и другими.


Весь Протекторат заслуживал того, что получил. Они бросили ее, как горячий картофель, как только она сделала что-то, что не соответствовало их чистой игре с общественными отношениями. Вы должны были быть грязными, если вы собираетесь сражаться на улицах; до тех пор, пока они не понимают, что они никогда ничего не добьются.


Чудовище, разрушавшее город, уничтожило больше злодеев за одну ночь, чем протекторат. Как бы она ни презирала его, она тоже ненавидела его.


Это было неумолимо и мощно, даже если это был трус, чтобы взять ее силы, не сталкиваясь с ней в реальной битве. Если бы она не полностью наделала свою жизнь, она бы даже полюбила ее.


Вместо этого она ненавидела все, что она видела. Она следовала за ней так же хорошо, как и с ограниченным доступом, которым они располагали снаружи, и она поняла, что она одержима этим.


Она вздрогнула, услышав вздохи в дневной комнате. Она повернулась и стояла посреди комнаты, и сам монстр.


Прежде чем она успела что-то сделать, он бросился вперед. Она схватила ее, и внезапно мир переместился вокруг них. Все люди исчезли, как и огни, до тех пор, пока не был только свет, проходящий через окно на стене.


Монстр схватил ее за горло; она пыталась увернуться, но это было сверхчеловечески быстро, и руки были как пороки.


"У ВАС ЕСТЬ ЧТО-ТО, ЧТО Я НУЖДАЮ", - сказал монстр. Он смотрел на нее в течение следующих пяти минут, и, сколько бы она ни боролась, она не могла освободиться. Она чувствовала, что все это оставляет ее; все трюки, которые она открывала на протяжении многих лет о том, как использовать свою силу.


Пути, которым ей удалось добраться через шкафчик Хеберта и материализовать достаточно, чтобы схватить ее флейту. Трюки, о которых она никому не говорила, что она держала в запасе день, когда Оружейник и другие повернулись к ней.


Трюки, которые она никогда не использовала.


Она закричала, и она царапала, но все могло быть сделано из камня для всего, что было хорошо.


Через какое-то время он остановился и уставился на нее.


" Я ДОЛЖЕН ПРИНИМАТЬ ВСЕ, - сказал он. Она не знала, что это значит, пока ее глаза не расширились. Это означало ее другие навыки ... сражения и хитрости. Единственное, что она оставила для нее, сделала ее способной выжить как одна из сильных, а не одна из слабых.


" БУДЕТ ЛИ БЫТЬ, СОФИЯ ?" - спросила она, все еще глядя на нее.


Она плюнула ему в лицо. "Я бы не просил таких, как ты, за грязь за мой гроб".


" НИКАКИЕ ДРУЗЬЯ, НИКАКИЕ СЕМЬИ ... КТО БЕСПОКОЙ СЕЙЧАС, СОФИЯ ?" Она насмехалась. " Я БУДУ ТАНЦЫ НА ВАШЕМ ГРАВЕ, И ВЫ УБИТАЕТСЯ БЕСПЛАТНО".


Горечь и гнев в его голосе означали личную обиду. Единственные, кто ее ненавидел, были гангбэнгеры, и из того, что она слышала, он напал на всех сторонников всех групп. Единственными остальными были дети в школе, которые она давала урокам, тем, которые она пыталась ужесточить.


Из них только один был связан с мщением.


"Хеберт?" Спросила она.


Мир мерцал вокруг них, и монстр опустил ее в середине пола комнаты. Вся другая девушка уже бежала, и повсюду раздавались тревоги.


Монстр уставился на нее, где она упала на пол, и она сказала: " ВЫ ВСЕГДА НЕ БУДУТ НИЧЕГО СОФИИ, БЕСПЛАТНОЙ И ОДНОЙ. ВЫ РЕАГИРУЙТЕ, ЧТО ВЫ СКАЗЫВАЕТЕ .


Он снова исчез, и София посмотрела, где она была. Хибер сделал это, украл всю свою жизнь. Она украла свои силы, свою позицию с СКП. Она взяла ее семью и своих друзей. Она все испортила, и теперь у нее были лучшие способности никого, кроме Эйдолона.


София увидела красный, и через мгновение она оказалась на обширной равнине между двумя невообразимыми существами.


"НАЗНАЧЕНИЕ .... ДОГОВОР ..."


*************


Велосипедист действительно вернулся, отошел от велосипеда и приблизился к первому из азиатов.


Ганс даже не был уверен, что наклонный разговор по-английски. Он просто смотрел в ужасе на приближающегося к нему монстра.


Прикосновение от монстра и цепей, связывающих одного человека. Монстр схватил его и потянул его через дорогу.


" Я ПОЛУЧИЛ НАВЫКИ, КОТОРЫЕ Я НУЖДАЮ , - сказал он.


Через мгновение он опустил руку в череп человека, вырвав что-то из головы. Он исчез, и через мгновение он снова появился, объект исчез.


Он повторил процедуру с одним азиатским после следующего. В двух случаях было слишком поздно; звук взрыва изнутри головы Азии однажды не казался важным.


Гансу потребовалось мгновение, чтобы понять, что у монстра была сила Оталлы. Это делало азиатов неуязвимыми, прежде чем они вырвали бомбы.


Второй азиатке не повезло. Несмотря на неуязвимость, вокруг тела Азии раздался стук и стакан, превратив его в стеклянную статую.


Стекло распространилось даже до руки монстра, подползая до локтя, прежде чем он просто отряхнул руку и подождал, пока она оправится, прежде чем начинать процесс снова и снова.


Он закончил и оставил без единого слова.


Через час прибыло СКП. Ганс не был уверен, чувствовать ли это облегчение или разочарование.


Это была долгая ночь для всех.


36.


Это была ночь, которая никогда не заканчивалась.


Спасение людей было легким сначала, но даже с моим множеством истощения сил начали появляться после первых нескольких часов. Мне не нужно было просто бить несколько банд, сражающихся друг с другом и полицией, но мне приходилось избегать патрулей СКП.


Несмотря на то, что я сказал Оружейник, СКП все еще считал меня врагом. Единственное, что спасло меня, было то, что я мог слышать вещи с огромного расстояния, если я решил позволить ветру усилить уже потрясающий слух Крикета. Способность ощущать страховщиков СКП также была полезной; в то время как я не мог отличить страх одного человека от другого, они, как правило, меньше боялись, чем большинство членов банды, и они путешествовали в клочья.


Бомбы в головах людей становились все труднее и труднее удалять. Я считал, что украл навыки хирурга, но не думал, что городу нужен каждый хирург, который он мог бы получить сегодня вечером.


Горящие здания, люди, оказавшиеся в автомобилях, ядовитые газы взрываются и убивают всех во всем здании ... ужасы, которые я видел, казались бесконечными. Чем больше я увидел, тем злее я получил.


Это должно было прекратиться, и это не произойдет, пока Бакуда не закончится.


Сплетница обещала позвонить мне в тот момент, когда она определила ее местоположение. Кажется, этого недостаточно. Я допросил некоторых из жертв, но никто не смог сказать мне, где была имплантирована лаборатория. Их привезли с мешками над головой и вывели так же.


Я попытался дать свои оценки времени Сплетницау в надежде, что она сможет триангулировать этот район или что-то в этом роде, но она сказала мне, что оценки людей во времени были глубоко ошибочными и им нельзя доверять. Она была благодарна за информацию, хотя и сказала мне, что каждый бит новой информации может сделать разницу между городом, который должен пройти через ад еще на несколько часов или свободу.


Я даже встречался с ней, и мне дали наушник и телекамеру, которые она могла использовать, чтобы попытаться получить как можно больше в реальном времени. По-видимому, Выверт знал, что она работает со мной, если не потому, почему и он одобрил ее это.


В конце концов, не было никакого скейпла править над тлеющим кратером города. Если бы у него был город, чтобы управлять, он нуждался в ее закрытии так же плохо, как и я.


Когда Папа благополучно выехал из города, это было единственное, что позволило мне пройти через все это. Я смог сосредоточиться на людях, а не на то, чтобы беспокоиться о том, что наш дом подвергнется бомбардировке или что театр собирается загореться, потому что азиат с бомбой в его голове блуждал слишком близко.


Может быть, в другом мире это все было бы проще, но я изо всех сил пытался сделать все возможное.


Были времена, когда я терпел неудачу, когда люди были пойманы в областях нулевого времени, которые, как я понял, поймали бы меня так же легко, как кто-то другой. Однажды мне пришлось оторвать свою руку, чтобы избежать расширяющейся сферы нулевого времени. Только рефлексы Крикета и тот факт, что я ожидал этого, позволили мне убежать.


Я хотел, чтобы мой биокинизм был быстрее, поэтому я мог создать руку длиной в двадцать футов для использования на людях. Это было бы тревожно, но гораздо безопаснее для меня.


Поскольку я потерял счет того времени, я был действительно подвержен риску своей жизни. Я не мог не задаться вопросом, что сделал бы папа, если бы я был пойман в ловушку в области мертвого времени или втянулся в черную дыру или выброшен в черноту пространства через портал.


Признание того, что я его дочь, заставит его убить только члены банды, обижающиеся на то, что они потеряли свое место в мире. Я даже не был уверен, что СКП позаботится о его спасении; они, конечно же, не делали ничего от альтруизма.


Было почти три часа ночи, и я дошел до конца своей силы, когда моя удача наконец закончилась.


Бомба в голове мальчика взорвалась, и я был чуть медленнее, чем я, вероятно, от истощения. Вместо того, чтобы просто рука, у меня была хорошая часть моего торса, и я был вынужден отправить кусок металла, чтобы вырезать меня почти вдвое, даже когда я дернул телекинетически на свои доспехи, чтобы вытащить меня из пути.


Я почувствовал себя неуклюжим, когда понял, что мое сердце и мои легкие были выставлены на открытом воздухе. Даже с возрождением Лунга это заняло бы некоторое время, когда я был уязвим для всех, кто шел за мной.


Беспокойство обогнало меня, и когда я проснулся, я был в воздухе.


"Если ты украдешь мои силы, мы оба опустимся до наших смертей", - сказала девушка в белом платье. Мой ум был нечетким, вероятно, от истощения и всего урона, который я получил. Я сомневался, что даже Лунг мог бы выживать, будучи сокращенным пополам, но страх расширил возможности его возрождения, а также все остальное.


Я даже не был уверен, где мое тело собирается получить массу, чтобы восстановить недостающую половину моего тела. Это было не так, как будто у меня была такая избыточная масса. Я подумал, не собираюсь ли я восстановить свое тело, чтобы выглядеть как истощенный скелет.


К сожалению, я делал все, что мог всю ночь, чтобы уменьшить страх, и я делал разницу.


Моя голова улеглась, когда я уставился на нее.


У нее были мешки под глазами, и она выглядела так, будто не спала днями. Я не мог винить ее, учитывая все, что она пережила. Мне приходилось задаваться вопросом, насколько из того, что сказал мне Габриэль, было правдой. Была ли вся ее семья мертвой, кроме Эми, или это был блеф?


Я не мог видеть, как он отказывается от буфета, что группа накидок с общеизвестным адресом дома будет. Это было бы легко для него. Все, что он должен был сделать, это убить одного, а затем взять остальных членов семьи один за другим, когда они вернутся домой, никогда не ожидая предательства от людей, которых они любят.


"Слава Гурл?"


Мой рот, похоже, не работает правильно, и мой мозг, похоже, пропуски. Я был в шоке. Я даже не мог сконцентрироваться, чтобы использовать свой биокинизис для ускорения моего исцеления.


Я подумал, смогу ли я умереть, если Слава заставила меня слишком далеко от страха, который меня внушал, или я уже достаточно исцелил, поскольку это не имеет значения.


"Я бы этого не делала, но настояла, - сказала она. "Я потерял почти все, что когда-либо любил, и не могу не обвинить вас в этом".


Знала ли она, что я был тем, кто заставил ее убить этого парня? Я не был уверен, как иначе я ее обижу.


"Моя сестра солгала, когда она сказала, что впервые не посмотрела на ваш мозг. Она так много ложится.


Эми же тогда знала. Она все время знала, кто я, и она не сказала Протекторату. Зачем?


"Почему?" - спросил я, и мой голос все еще продолжался.


"Ей не нравятся люди, зная, что она умеет делать мозги. Она говорит, что слишком много власти, что у нее будет соблазн зайти слишком далеко. Она помолчала на мгновение. "Мы много говорили за последние пару дней".


"Нет ... почему я?"


"Она вам полезна", - сказала Слава. Она посмотрела на меня с презрением. "Я бы скоро бросил тебя, но она говорит, что ты единственная надежда".


Я бы сказал что-то еще, но я снова потемнел.


Когда я проснулся, я почувствовал себя намного лучше. Я почувствовал, как что-то коснулось моей руки, и я почувствовал тепло и целость. Она касалась чего-то другого другой рукой; мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это была большая мертвая собака.


Я где-то слышал, что ей нужна биомасса, если она должна заменить запасные части. Было немного ужасающе осознать, что часть меня должна была быть сделана из roadkill, но это было лучше, чем быть изможденным скелетом по-настоящему.


"Ты не вернулся ко мне, - сказала Эми нейтрально.


"Я не думал, что ты знаешь", - сказал я. "И после того, как я получил" Крюковолк ", я не думал, что вы этого не сделаете".


Она долго молчала. "Я все еще работаю на ваших ногах, поэтому не смотри вниз".


Я посмотрел вниз на пни ног; пальцы ног в конце пней были едва ли не кусками. Я попытался их уничтожить.


"У меня биокинизис", - сказал я. "Не так быстро, как то, что у вас есть, и, вероятно, не так сильно, но я привык к отвратительным вещам".


Слева от собаки было мало; на данный момент это была главным образом кожа и мех.


"Мне нужно будет использовать часть вашего жира, чтобы закончить", - сказала она. "Прости."


Я чувствовал, что она сейчас делает, и это было потрясающе. Изменения никогда не шли так гладко и плавно для меня; это всегда было много проб и ошибок и требовало реальных усилий. Это было безупречно и потрясающе.


Стремление достичь и взять ее власть было почти подавляющим. Может быть, если бы я мог взять ее власть, то такое понимание могло бы быть применено к моей собственной власти. Я хотел бы иметь возможность быстро вносить изменения с таким интуитивным пониманием.


"Ты бы этого не хотел", - сказала она, не поднимая глаз. "Моей силой я имею в виду".


Я понял, что моя рука была всего в дюйме от ее запястья.


"Это скорее бремя, чем благословение", - сказала она. "Каждый всегда хочет чего-то от вас, ваше время никогда не будет вашим. Чувствуя, что каждый зародыш все, что вы касаетесь, и едите ... Я мог бы рассказать вам о ресторанах в городе, которые сделают вас больными ".


"Я видел, как ты ел в этих местах, - сказал я, позволив моей руке упасть.


"Я убиваю все вредные бактерии во всем, что я ем, и о том, что Вики ест, по крайней мере, когда она меня пугает".


"Почему ты меня спасаешь?" - спросил я. Теперь мой разум очищался, и я все еще не мог понять.


"Ты единственный, кто может сразиться с ним", - сказала она. Она смотрела вдаль. "Он убил остальных один за другим и спрятал их в задней части дома. Мы не понимали, кем он был вначале; он был в форме кейповла. Я знал, как только я почистил ее, хотя.


Она долго молчала. "У людей есть свои уникальные микробы, вы знаете. Он приходит в облако, которое охватывает всех, как ауру. Это так же уникально, как отпечаток пальца. Я пытался сделать его больным, чтобы изменить его, но что-то о нем возвращает изменения почти так же быстро, как я их сделал. Если Вики не вытащила меня оттуда ...


Я кивнул.


"Все еще", сказал я. "Почему я?"


"Ты похож на него", - сказала она. "Кроме того, что вы не убиваете ... в основном. Вы нацелились на злодеев .... вы были другом кейповла. Самое главное, что в заливе нет никого, у которого есть даже отдаленная сила, с которой им нужно столкнуться. Ты ближе всего к Эйдолону.


"Я не могу его найти", - признался я. "У меня есть силы от двадцати кейпов, но нет мыслителей, никаких предков или сверхчувств, кроме слуха. Я чувствую запах, потому что ветер приносит их мне, но это не делает меня лучше идентифицировать ароматы, чем обычный человек ".


"Тогда тебе придется путешествовать", - сказала она. "Получайте союзников, которые могут думать о вас. Если вы не остановите его, он станет для него всем, кого мы заботимся ".


"Я действительно не знаю Уордов", - сказал я. "И я думаю, что Протекторат пытался стрелять в меня по голове".


Она нахмурилась. "Тогда сделай это, потому что он серийный убийственный поп. Единственная причина, по которой он не идет за нормальными людьми, состоит в том, что им нечего предложить. Как вы думаете, что он сделал бы с силой Виктора?


"Он будет истощать всех в городе, который был необычайно хорош в чем-то ... даже если это было для него чем-то бесполезным, как пение".


"Он собирает силы, и он собирает навыки одинаково", - сказала она. Наконец она сняла ладонь с моей ноги, что на удивление вернулось к нормальной жизни, хотя было необычно тонким. Мэдисон, вероятно, начнет слух, что я делаю мета или что-то еще, когда я возвращаюсь в школу, если не буду осторожно заполнять.


"Что ты и твоя сестра делаете?" - спросил я. Я понял, что мы находимся на складе, который, похоже, был оставлен. Все было пыльно.


"Мы скрываемся", - сказала она. "Мы не можем доверять никому, пока это не будет сделано, поэтому мы идем в бег".


"Ты мог бы пойти в СКП", - сказал я.


"Если он умный, он уже там", - сказала она. "Однажды утром я проснулся, когда моя голова забрызгала всю стену ... они заставили меня быть частью вскрытия Париана, поэтому я точно знаю, что он делает с телами".


"Тебе нужны деньги?" - спросил я.


Она покачала головой. "Вики разграбила пару кошельков, когда поняла, что нам нужно. Мы не могли вернуться домой; она почти уверена, что СКП ищет нас ".


"Куда вы пойдете?" - спросил я.


"Канада", - сказала она. "Это вне сферы прав СКП, и Вики думает, что она может заставить Дракона забрать нас".


"Если кто-нибудь сможет найти способ идентифицировать его, это будет она", - признался я. "Если вы поговорите с ней, вы думаете, что можете заставить ее помочь мне?"


"Она довольно лояльна к СКП, - сказала Эми. "Мы не скажем ей, кто вы, пока мы не уверены, что она поможет вам вместо того, чтобы пригласить вас".


"Спасибо за это", сказал я.


"Я слышал, что вы делали для города, - сказала она. "Радио не говорит ни о чем кроме атак и ответов от вас, СКП и любых других независимых героев".


"Есть ли они?" - спросил я. Было бы неплохо иметь некоторых союзников.


Она покачала головой. "Я не знаю."


Я понял, что мое лицо снова нормализуется. "Ты сделал это?"


"Каждый раз, когда я использую свои способности больше, чем просто исцеление, мне стало лучше", - призналась она. "Вы знаете, что можно превратить сорняки в растения, съедобные и даже вкусные? Я даже сделал хлебный хлеб.


"Я слышал об этом", - сказал я.


"Не то, что я сделал", - сказала она. "Хлеб тоже хорош, хотя разочарование не в том, чтобы готовить что-нибудь".


"Вы уверены, что не хотите оставаться рядом? У вас здесь друзья, даже если у вас нет семьи.


"Мы окажемся в приемной семье или, что еще хуже, с тетей Мардж", сказала Эми. Она вздрогнула. "Кроме того, даже если вы спрятали нас где-нибудь, как мы узнаем, что возвращающийся человек был на самом деле вы или кто-то, кто носил ваше лицо?"


"Вы недостаточно взрослые, чтобы арендовать гостиничные номера или автомобили", - сказал я. "Или даже устроиться на работу.А как насчет вашего образования? -


Если бы у меня все еще была мать, она могла бы задать эти вопросы, - кисло сказала Эми. "Но я этого не делаю. Мы кое-что выясним.


Как только они доберутся до Дракона, все будет в порядке. Они были двумя из самых сильных насаждений в заливе, каждый по-своему. Не дожидаясь визита из Бойня Девяти или самого Габриэля, они должны быть в порядке.


"Если бы я знал, где этот бомбардировщик, я мог бы хотя бы избежать всего этого", - сказал я, указывая на мои ноги.


"У тебя есть звонок", сказала Эми. Она подняла коммуникатор, который я использовал, чтобы поговорить с Tattletale. "Кто на другой стороне линии, похоже, знает, где находится бомбардировщик".


Я вырвал у нее коммуникатор.


Боясь вскочить на ноги, я покачнулся, когда привык к новым ногам. Было странно думать, что мои первоначальные ноги ушли навсегда, где-то в пустоте нулевого времени. Странно, что на самом деле это были не мои ноги, хотя они в конце концов были бы.


"С тобой все будет в порядке?" - спросил я.


Слава Девушка вышла из тени, нахмурившись. Конечно, я знал ее о периферии, но я позволил ей подумать, что она меня обманывает, потому что она прошла достаточно. Ее сердцебиение было очевидным для чувств Крикета и Стормтигера. Теперь она не была одета в свой ослепительный белый костюм; вместо этого на ней была черная толстовка. Эми была одета так же.


"Я могу позаботиться о своей сестре без всякой помощи от вас".


Я коротко кивнул и начал менять форму. Я был все еще немного слабым из-за отсутствия массы, но было многое, что нужно было сделать, и не так много времени для этого. Я протянул руку за коммуникатором, и Эми передала мне и наушник.


"Удачи, - говорили мы оба одновременно.


Повернувшись, я всунул наушник в ухо и сказал: "Сплетница, ты там?"


Я добрался до склада и оглянулся, но они уже исчезли, по-видимому, выскользнули обратно. Я надеялся, что им повезло больше, чем у них.


Я надеялся, что все мы это сделаем.


"Где ты была?" - спросила она немедленно. Ее голос казался напряженным: "У нас сложилась ситуация".


Очевидно нет.


37.


"В чем проблема?" - спросил я.


Я огляделся вокруг, чтобы заменить мой мотоцикл. Сила Squealer предсказуемо пришла с возможностью горячих проводных транспортных средств, и, хотя я обычно никогда не украл бы у кого-то автомобиль, я мог бы хотя бы оправдать его, пока я не спасал жизни.


"СКП узнал, где Bakuda был заперт, - сказал Сплетница. "И они атаковали. Проблема в том, что что-то пошло не так, и все они были втянуты в расширяющийся пузырь ... что-то.


- Если это один из тех нулевых пузырьков времени, я ничего не могу сделать, - сказал я. "Я пробовал, но Пискер не был таким возиться".


Даже устройства телепортации, которые она могла создать, работали только в том случае, если они были связаны с каким-либо транспортным средством. Если бы я не знал, что все, что он сделал, надуло его, я бы пошел за Литом. Я все еще могу взять Убера.


"Есть ... кто-то здесь, кто говорит, что есть хороший шанс, что вы можете что-то сделать. По-видимому, это пузырь, а не сфера, что бы это ни значило. Сплетница почему-то звучал очень неуютно, и мне было интересно, почему.


Мне также приходилось задаваться вопросом, почему ее босс позволил мне помочь ей спасти членов Протектората. Если бы его план состоял в том, чтобы захватить город, не избавиться от героев, чтобы начать? Или он думал, что национальный протекторат отправит вдвое больше героев, если команда будет уничтожена?


Это означало, что все, что угодно, это держать их, но они не были приостановлены, как мухи в Янтаре. В зависимости от того, насколько велика сфера, я мог бы проскользнуть в зеркальную вселенную и спасти их, хотя это могло бы показать мне природу моей силы для них.


Проще всего было бы оставить их. В конце концов, меньше героев вокруг Габриэля, чтобы поесть, означало более легкую битву, когда мы, наконец, столкнулись с нашей конфронтацией. С другой стороны, это может быть мой шанс получить СКП на моей стороне или, по крайней мере, со спины. Члены Протектората, по крайней мере, некоторое влияние на них, и, может быть, они были бы менее раздражительными для моего отца.


Я слышал, как машина пробиралась по дороге в двух кварталах. Люди внутри громко колотили ключ, и они бросали что-то из окон, заставляя людей кричать.


Придя вниз, я коснулся крышки люка. Движение моих пальцев и задергивание болтов произошло взрывоопасно. Он всплыл, и я сел на него.


Используя силу Крюковолк, я принял форму того, что я видел однажды в фильме Стивена Кинга. В центре я сидел на корточках на крышке люка, но окружающая меня была форма, которая была кошмаром, сфера с ртом, полным вращающихся зубов.


Через мгновение я отправился бежать, и вскоре я увидел, что происходит. Два пьяных скинхеда бросали бутылки, наполненные пылающей жидкостью, проходя мимо азиатов.


В тот момент, когда один из них увидел монстра, которым я стал, он закричал и застрелил его машину. Это была Импала 1969 года, не такая, какая была у моего собственного дедушки.


Я последовал за ними, когда они убежали. В то время как телекинез Руне был мощным, это было не всегда так быстро или маневренно, как мне хотелось бы, и сначала они продвигались вперед.


Тем не менее, факт, что я мог отправлять клоны вперед, был полезен. Я создал клон-призрак на заднем сиденье автомобиля, и через мгновение он остановился. Клон вышел из машины, двух клоунов в бессознательном и вытащил из машины.


Он исчез, и через минуту я вернулся к своей нормальной форме. Я презрительно посмотрел на них. Если бы они на самом деле ударили кого-нибудь, я бы сделал намного хуже для них, но похоже, что у них было несколько сломанных костей в середине квартала, где они атаковали людей. Я подозревал, что справедливость позаботится о себе.


Когда я сел в машину, двигатель все еще бежал. Сила скрипача говорила мне, что автомобиль был сохранен в отличном состоянии, а это означало, что два клоунов, которые его вели, вероятно, не были первоначальными владельцами.


Однако в машине были нацистские украшения, поэтому я предположил, что автомобиль принадлежал одному из их товарищей. Я сосредоточился, и металл пророс, покрывая эти украшения. Я добавил череп к капоту и к колпакам.


Кайзер мог бы сделать гораздо больше своей силы, чем металлические шипы и доспехи. Я задавался вопросом, почему он этого не сделал. Было ли это нехваткой воображения или просто отсутствием мотивации?


В любом случае, сила Squealer пришла с возможностью быть сверхъестественным хорошим водителем с любым автомобилем. Ее причины не использовать ее силы лучше я понял. Наркотики страдали от аспектов жизни, особенно интеллекта и часто творчества.


Пламя поднялось со стороны машины, и оно не взорвалось. Хорошо;Я не был уверен, но лучше было бы узнать, чем позже, когда все будет похоже на волосатое.


Рев двигателя, когда я проскользнул на передачу, успокаивал, но часть меня думала, что двигатель недостаточно громкий. Я почувствовал желание пойти под двигатель и дать ему больше силы, чтобы действительно заставить его рев, чтобы все знали, кто я.


Власть Технаря раздражает. Это было раздражающим зудом в глубине моего сознания, что я не мог поцарапать, потому что у меня были другие дела. У меня было подозрение, что, если я подберу другие силы Технаря, это только ухудшится.


"Ты должен вести меня к этому", - пробормотала я в Татлетале.


"Нет, я не буду", - сказала она. "Подходите к докам, и вы найдете это достаточно легко".


Я поставил машину в движение и ускользнул от полицейского рядом с дорогой. Когда он включил свет, я ухмыльнулся и дал машине дополнительный телекинетический толчок.


К тому времени, как он начал, я уже исчез. Лучше всего, если он решил поставить ордер на ускорение, скорее всего, он пойдет к владельцу автомобиля ... или, может быть, нет. Власти скрипача пришли со знанием о том, как двигаться, а не законов о дорожном движении.


Учитывая, что я еще не начал работу с драйвером, возможно, это была одна из вещей, которые мне нужно было исправить.


Незадолго до этого я понял, что она имела в виду. Здания на доках были по большому счету одноэтажными, со случайным складом, простирающимся на полторы этажа. Светящийся фиолетовый глобус стоял на высоте пяти этажей, и, согласно Сплетницау, он медленно рос, разлагая все на своем пути.


Вокруг был полицейский кордон, хотя полиция держалась подальше от сферы. В тот момент, когда я должен был наблюдать, похоже, что СКП использовали регулярных полицейских агентов, чтобы поддержать их количество.


Они просто замечали меня, когда я переключился на зеркальную вселенную.


Я почувствовал разочарование, когда понял, что здесь есть и искажение, а также в другой вселенной. Если бы эффект зеркалирования предполагал, что он был частью ландшафта так же, как деревья и дома и автомобили? Или эффект каким-то образом был пандиминансом?


Все, что происходило, не похоже на тот же твердый барьер, который существовал в другом мире. Это выглядело проницаемо.


Я остановил машину, и я вышел, оставив ее бежать. Когда я подошел к барьеру, я поморщился, и я коснулся его, надеясь, что это не просто распадет все мое тело.


Было сопротивление, но я мог прорваться. Я не был уверен, что тот, кого я пытаюсь спасти, будет так же легко; в конце концов, у меня было много скотов под моим поясом.


Я вернулся в свою машину, и я закрыл глаза. Металл начал прорастать по всему автомобилю, бронируя его так, чтобы он мог лучше проталкивать. Это никогда не прокатилось так быстро, как маневренность, и я пожалел об этом.


Добавление спайков помогло удовлетворить способности Squealer к определенной эстетической привлекательности.


Я открыл глаза, и я накачал пламя. Поставив транспортное средство в обратном порядке, я сделал резервную копию блока. Через мгновение я переключил шестерни и пристегнул акселератор.


Прохождение через барьер ощущалось как прохождение через толстую грязь. Он омыл меня, и я почувствовал, как время на мгновение замедлилось, пока я не вышел на другую сторону. Я чувствовал, как зеркальная вселенная разлетается вокруг меня, когда я проходил мимо.


Я мог видеть членов Протектората передо мной; по-видимому, я не потерял ни одного из моих импульсов, независимо от того, как это чувствовалось, и поэтому я был вынужден использовать улучшенные навыки вождения Squealer и повышенную ловкость и скорость крикета, чтобы заставить машину вращаться, чтобы я пропустил их все.


Там стояли армейстер и мисс Милиция, а также Velocity, Assault и Battery. Я не видел Триумф, но Стояк и Vista были там.


Мисс Милиция внезапно сформировала ракетный пусковой аппарат, в то время как Оружейник подготовил свою алебарду. Остальные выглядели так, как будто они были готовы к битве.


Я медленно повернул окно машины, когда все смотрели на меня.


Опираясь головой, я сказал: "Пойдем со мной, если ты захочешь жить".


Я хотел сказать, что с тех пор, как мой отец показал мне этот фильм "Алеф Земли". По-видимому, участники Протекторат получили ссылку, хотя подопечные выглядели смущенными.


"Ты здесь, чтобы сражаться с нами или украсть наши силы?" - крикнул Оружейник.


" НЕ СЕГОДНЯ" , - сказал я.


"Вы можете нас вытащить?" - спросил Назар, глядя на мою машину, как будто это было чудо. Полагаю, это выглядело как нечто апокалиптическое.


" Да , - сказал я.


"Можете ли вы нас найти?" - спросил Оружейник.


По-видимому, в сферу было два слоя, и Протекторат оказался между ними. Внутренняя сфера покрыла старое многоквартирное здание, предположительно место, где Бакуда держала свою лабораторию.


"Она внутри с заложниками, - мрачно сказал Оружейник. "И нет никакого способа узнать, какие ловушки будут внутри".


" ПОСМОТРЕТЬ АВТОМОБИЛЬ" , - сказал я.


Ни один из них, за исключением Батареи, не был таким жестким, хотя доспехи Armmsmaster могли предложить некоторую защиту. Я мог бы улучшить это время с силой Оталлы, но только по две минуты за раз, и с таким количеством из них, как здесь, я все время проводил обновление своих защит, не оставляя времени ни на что другое.


" ТЫ" , - сказал я, указывая на Оружейника. Имея возиться на моей стороне, кто был хорош в вещах, кроме транспортных средств, может быть благословением. Как только я получил полномочия Бакуды, я пойму, как разоружить ее бомбы и избежать их.


Прежде чем он успел ответить, я схватил его за руку. Он вздрогнул, но потом спросил: "Что ты только что сделал?"


" ОКАЗЫВАЕТ ВАС БЕЗМЕРНОСТИ", - сказал я. Он уставился на меня, и я продолжил. " ДЛЯ СЛЕДУЮЩИХ ДВУХ МИНУТ".


"Оталла, - сказал он сознательно.


Прежде чем он успел что-то сказать, я переключил нас обоих в зеркальную вселенную. Он уставился на него. "Где мы?"


" ВЕДУЩИЙ , - сказал я, -" ОТРАЖЕНИЕ ПАРЫ МИРА, КОТОРАЯ . "


" Значение барьера здесь слабее ", - сказал он.


По крайней мере, он не был медленным. Я кивнул и схватил его за руку. Потянув его через барьер, мы оказались внутри, хотя на этот раз зеркальная вселенная не разрушилась. Вместо этого все было искажено и ошибочно.


" ГДЕ ОНА ?" - спросил я.


"Верхний этаж", - сказал он. "Мы думаем, что у нее есть заключенные. Там будут ловушки. "


Схватив его, я создал металлическую платформу на земле. Я сделал это больше, чем мне нужно, и я добавил рельсы. Когда он шагнул на платформу, мои пальцы переместились через перила.


Он смотрел."Итак, ты был тем, кто взял Руну".


" НЕ ВТОРОЕ ВРЕМЯ" , - сказал я. "ЭТО БЫЛО ДРУГОЙ. Я НЕ ЗНАЮ, ЕСЛИ Я УВИДЕТЬ ЕГО ИСТИННУЮ ЛИЦУ .


- Тот, кто уничтожил новую волну? - спросил он.


Я кивнул.Мы начали плавать вверх.


"Зачем скрывать это от нас, если это правда? Мы лучше сражаемся против него ", - сказал он.


" КАК ВЫ БОРЬБА С ЭНББРЯМИ ?" - спросил я. " С ХОРОШИМ ДЕНЬОМ, ОДИН ИЗ ЧЕТЫРЕ МЕРТВ?"


"У нас есть Триумвират", - сказал он. "Ничто из этого не может победить".


" Он может появиться как никто. ПРИНИМАЙТЕ ЭЙДОЛОНУ СЮРПРИЗОМ, И ДРУГИЕ БУДУТ ПАДЕНИЯ. С этим падет мир " .


С такой силой, как Габриэль Эйдолона, мог бы что-либо сделать; телепортировать, обнаруживать кейпы, которые пытались спрятаться, может быть, еще хуже, и в отличие от Эйдолона он не ограничивался бы сразу несколькими силами. У него будет постоянно растущий арсенал.


Прежде чем он успел ответить, мы были там. Я взорвал окна, открытые силами Стормтигера, и я увидел лабораторию внутри. Это выглядело как что-то из логова безумного ученого, хотя я узнал некоторые инструменты с навыками Скейлера.


В центре комнаты было то, что выглядело как бомба размером с Volkswagon. Это была только копия с этой стороны, но она все еще выглядела зловещей.


" РЕПЛИКА" , - сказал я. " НО ТОЧНО. ЧТО ВЫ МОЖЕТЕ УЗНАТЬ? "


Следующие пять минут он просмотрел бомбу. "Что-то такое, вероятно, достаточно мощное, чтобы вывезти Восточное побережье", - сказал он. "И у меня нет навыков, чтобы обезвредить это, по крайней мере, не со стопроцентной точностью".


" Тогда я ДОЛЖНЫ ПРИНИМАТЬ НАВЫКИ, КОТОРЫЕ ВАМ НУЖНЫ" , - сказал я.


Я надеялся избежать необходимости добавлять еще один вора, но похоже, что у меня не будет выбора. Желание строить бомбы, вероятно, будет проблематичным, но я бы как-то справился.


Если бы я продолжал добавлять воровщиков, хотя наступил бы день, когда я не смог бы сопротивляться; как только это случилось, я попаду в лабораторию, возможно, на всю оставшуюся жизнь.


Фактическая лаборатория, вероятно, была захвачена в ад. Единственный путь - войти и выйти, прежде чем Бакуда узнает, что поразило ее. Для этого мне пришлось прибегнуть к раскрытию еще одного из моих секретов для Оружейника.


Над раковиной было зеркало. Я подошел к нему, и Армсмейстер последовал за ним. Я приложил пальцы к губам, а затем сцена в зеркале закрутилась и изменилась.


"Мы заставим их отпустить нас, или я взорву всю страну в ад!" - сказал приглушенный женский голос.


Женщина в противогазе читала лекции нескольким людям, которые были связаны. По всей видимости, он был в середине операции на своем мозгу.


"Или, может быть, я просто отправлю вас всех туда, и пусть СКП справится с вами ... и вы справитесь с ними", - сказала она. "Как ты думаешь, они начнут стрелять в тебя мертвыми, прежде чем взорвать их?"


Приглушенные крики исходили от ее жертв, все из которых были, по-видимому, завязаны ртом и привязаны к столам.


Я внимательно следил за тем, где она была по отношению к комнате, и шагнула в область позади этого. Я появился в реальном мире и со скоростью Крикета я схватил ее за горло, и мы внезапно оказались в другом мире.


"Какого черта?" - закричала она. "Ты не посылаешь меня в" КЛЕТКУ "!


Очевидно, она пыталась активировать свои бомбы, но ничего не происходило. Радиосигналы и лазеры не пересекали мерные барьеры. Возможно, что-то из того, что она сделала.


Через мгновение мир вспыхнул вокруг меня в огне и ярости. Очевидно, если бы она не могла уничтожить других, она была готова уничтожить себя. Бомба пострадала, прежде чем я отбросил свою больную реакцию, но это было не так плохо, как некоторые, которые я уже испытал сегодня вечером.


Я пытался подтолкнуть ее к регенерации, но я понял, что будет слишком поздно. Я видел, как ее сердце замедлилось, и я мог видеть ее позвоночник. Как и раньше, в тот день ей не хватало своей нижней половины. В отличие от меня, у нее не было удобных восстановительных способностей, и это было за пределами способности Отталлы исцелять.


Было одно, что я мог сделать.


Я потащил ее на пол, снял маску и коснулся ее лица. Я вытащил ее способности и начал тянуть как можно больше ее навыков. Это было не так много, потому что свет в ее глазах умер почти сразу.


Понимание наполнило меня, и я знал, что смогу отменить ее ловушки с наименьшими подсказками. Оружейник смотрел на меня с выражением, которое я не мог понять.


"У меня есть навыки, которые нам нужны" , - сказал я. Я протянул руки и неохотно взял его.


Через мгновение мы были в другой вселенной. Люди все еще кричали, но никто не был мертв, кроме одного человека в углу, который, вероятно, реагировал на некоторые лекарства, которые она использовала.


Тело Бакуды появилось рядом с Оружейник, когда я отпустил зеркальную вселенную.


"Нам нужно работать, - сказал я. "Кроме того, оставайтесь очень спокойными. Есть область размером в шесть дюймов справа от вас, что создаст миниатюрную черную дыру и втянет вас, если вы ее отключите ".


Потребовалось почти тридцать минут, чтобы отменить все ловушки. Для снятия бомб с головы людей потребовалось сорок пять. Удивительно было внезапно получить хирургические навыки, и я использовал регенерацию Оталлы у каждой жертвы, когда я закончил с ними, вместо того, чтобы шить их.


" Я ОБОРОТЬ БАРЬЕРОВ" , - сказал я. " И ТОГДА Я ОСТАВУ ."


"Вы не можете уйти!" - сказал он. "Вы арестованы!"


Я пожал плечами." Я МОГУ ОСТАВИТЬ ВАС ЗДЕСЬ ИЛИ УСТАНОВИТЬ ВАС И ДРУГИХ БЕСПЛАТНО? ВЫБЕРИТЕ ".


Он нахмурился. "Хорошо.Мы можем считать это перемирием. Это не означает, что у нас будет сделка в следующий раз, когда мы встретимся.


- Я НЕ ВРАГ, - сказал я.


"Тогда спуститесь и сделайте заявление", - сказал он. "Приходите в здание Протектората как друг или, по крайней мере, союзник, а не враг".


" ВАШ ЛЮДЕЙ НЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ДОВЕРЕННЫ", - сказал я. " Мисс Милити


попыталась убить меня еще раньше" . " Вы, кажется, пытались убить кейповла Пелхэма, - сказал он. Он помолчал. "Мы нашли ее тело".


Я поморщился.Я ей понравился. Мы не были друзьями, но я чувствовал, что мы могли бы быть, если бы было больше времени, и все было по-другому.


" МОЖЕТ ПОЗЖАТЬ , - сказал я. " Я свяжусь с вами в будущем" .


У него не было выбора, кроме как позволить этому уйти.


38.


"Вы позволили пойти на самый опасный кейп в Северной Америке за пределами Триумвирата?" - спросил Пиггот.


"Я заключил сделку, чтобы остановить угрозу S-класса и потенциально остановить разрушение восточного побережья", - сказал Колин. "Предварительные оценки бомбы предполагают, что она имеет эквивалентный выход тератона".


Он мог видеть, что это число ничего не значило для нее, поэтому он бросился объяснять. "Это больше, чем сто пятьдесят раз больше энергии всего ядерного оружия на Земле до разоружения. Ветер в пятьсот миль в час ударял бы на расстояние до двухсот пятидесяти километров. Это уменьшилось бы до трехсот миль в час в радиусе 400 км. Что касается шестисот пятидесяти километров, то было бы сто шестьдесят миль в час ветров и ветер семьдесят миль в час до тысячи миль. "


" Достаточно ", коротко сказала она. "Знаете ли вы о бомбе, когда вы заключили сделку?"


"Нет", - сказал он."Но я знал, что мы оказались в ловушке, и у нас было очень мало шансов выйти. У меня была ответственность перед членами моей команды, а также мирных жителей внутри."


"Я бы предпочел, если бы не позволить ему полномочия лучшей бомбы решений повозиться в западном полушарии."


Вероятно, Мир, сказал Колин, хотя он был достаточно ярким, чтобы не говорить об этом. Он знал о тактическом неудобстве, которое имело место, когда бомбардировщик имел возможность доставлять бомбы в любом месте, где почти невозможно проследить.


"Навыки, которые он приобрел, сыграли важную роль в разоружении основной бомбы, а также в освобождении заложников и освобождении всех нас от двойных сфер. Возможно, они продолжали расширяться, хотя и медленно, и в конечном итоге сделали бы весь залив необитаемым ".


Она вздохнула."Я не думаю, что у вас были очень хорошие шансы взять его с собой в любом случае, даже если вы сражались с Губитель".


Колин ощетинился. "У меня был такой же хороший шанс, как и у всех. Учитывая время, чтобы придумать контрмеры, я уверен, что я ... "


" Пока он продолжает перекусывать остальную часть кейпа в заливе ", - сказала она. "Для этого потребуется еще больше контрмер. Это проигравшая битва. -


Я получил ценную информацию о его возможностях, - сказал Колин. "Как и информация, которую он предоставил, это может быть или не быть правдой".


"Ой?"


"Он не телепортер, - сказал Колин. "Он скользит в другое измерение, которое является имитацией этого, движется через это пространство и появляется в этом".


"Я думал, что это то, что думают многие телепортеры".


"Ему приходится физически перемещаться по этому пространству , - сказал Колин. "Это требует времени. Это и недостаток, и преимущество. -


Потому что это означает, что он может заранее разведать места. Пиггт нахмурился. "Хотелось бы, чтобы мы наняли кого бы он ни получил эту власть; это была бы идеальная сила для использования против банд. "


" Он также мог видеть сквозь отражающие поверхности, - сказал Колин. "И послушайте их".


"Вот почему вы заставили нас удалить все картины со стен".


"Возможно, отражения от света может быть достаточно для его использования, я не уверен", - нахмурился Колин. "Но нам, скорее всего, придется продуть зеркала и т. Д. Повсюду, кроме ванных комнат".


Она коротко кивнула и сделала заметку.


"Я не уверен в свете событий ночи, что мы обязательно должны относиться к Мстительности как к врагу, - сказал Колин. "Он, казалось, хотел помочь."


"Вы не думаете, что он отвечал за убийства Париана и других?"


Некоторое время, Колин покачал головой. "Месть утверждала, что был второй кейп, мощный чейнджер, который также был вором власти. Если это правда, я должен предположить, что удаление мозга является требованием этой власти.


- Вы не думаете, что Гэмбл - тот, кто виноват?


"Мы нашли тело кейповла Пелхэма, и вскрытие уже сделано. Она умерла не менее чем за пять часов до нашей конфронтации с ней и Гэмбл.


- Скейпл был, по крайней мере, одного чейнджера. Разве это может быть Месть? Мы знаем, что его лицо обычно не выглядит так.


- Он не утверждает, и я ему верю, - сказал Колин. "Мой детектор лжи не является непогрешимым, особенно со всеми способностями, которые у него есть, у него может быть способ обмануть его ... но программное обеспечение, похоже, полагало, что он был искренним. Кроме того, средства нападения были слишком разными ".


Он встал и уставился в окно. "Все, что мы видели, говорит о том, что Теневой Сталкер был первой жертвой Мстительности или почти так. В его методах есть логическое продвижение, поскольку он приобрел одну силу за другой. Атака на больничную комнату Руны была совершена кем-то с множеством полномочий, большинство из которых "Месть никогда не использовалось ни в каком записанном виде".


"Каковы шансы наличия двух людей с такими способностями, которые появляются за такое короткое время .


"Возможно, что их полномочия могут быть связаны между собой. Члены семьи часто вызывают силы, похожие на друг друга.


- Дэнни и Тейлор Хеберт? - спросил Пиггот. "Может быть, Дэнни Хеберт пытается удержать дочь от монстра?"


"Я сомневаюсь, что он рассказал бы нам о нем, если бы это было так. Он, казалось, верил, что вторым вором власти был кто-то по имени Габриэль. "


Если они не союзники, то откуда он знает?"


"Я предполагаю, что он встретил этого Габриэля, прежде чем он был достаточно силен, чтобы встретиться с ним, но после того, как он был достаточно силен, чтобы уйти. Это объясняет его внезапную эскалацию в последнее время. Если он думает, что ему нужно больше сил для борьбы с этим Габриелем, он может пойти на риск, чтобы получить их. -


Возможно, он захочет перекусить больше героев, - кисло сказала она. "Вы не можете предположить, что месть - это герой. Он напал на Софью Гесс, Уорд.


"Возможно, это было случайно, - сказал Колин. "Возможно, одна из жертв Софии набросилась, не зная, что они делают. Возможно, это было преднамеренно, и месть просто не увидела Теневого Сталкера как героя, потому что он знал о ее внеклассных мероприятиях.


- Любой случай предлагает Уинслоу, - сказал Пиггот.


"Я просматривал все кадры из каждой встречи, которую мы имели с мщением, - сказал Колин. "И я подозреваю, что Тейлор Хеберт на самом деле как Месть, так и Гэмбл".


"Что?"


"У нас не было большого количества битв между Gamble и Vengeance на складе, - сказал Колин. "Однако более пристальное изучение показало, что оба показателя были несколько прозрачными. По-видимому, силы Крестоносца более универсальны, чем мы думали.


Пиггт проклял себе под нос.


"Просто подросток с обидой", - сказала она. "Я бы сказал вам попробовать принести ее, но мы все еще держимся за банды, и есть новый лидер Империи, по-видимому, один из рангов и файлов, которые вызвали".


"Удивительно, что он hasn "За последние несколько дней произошло больше", - сказал Колин. "Как вы думаете,попробуем освободить их лидеров, хотя у них больше нет полномочий? "


" Мы заставили Страйдера убрать их в тюрьму строгого режима в северной части штата Нью-Йорк, ожидая суда по нескольким обвинениям ".


При его шокированном взгляде она сказала: "Теперь, когда у нас нет никакого потенциального использования для нас во время битв в Губитель, перчатки отключены. Они не получили никакого специального лечения от меня.


- Нам нужно убирать дом, - сказал Колин. "Должны быть родинки из банд в наших рядах, и если" Месть прав ", возможно, этот Чейнджер мог быть прямо посреди нас.


" Есть процедуры ", - сказала она.


"Ни одно из них не предназначено для кого-то, кто может быть Чейнджером, Незнакомцем и мыслителем сразу, - сказал Колин. "Мы должны будем двигаться осторожно, если мы поймаем их, и чем больше людей узнают, тем больше вероятность, что они поймают".


"Если мы углубим их, у них не будет причин не брать головы".


"Они могли даже сыграть так, как они, по-видимому, с Пелмамами и Даллонами, - сказал Колин.


Судебная экспертиза показала проклятую картину. Члены семьи были убиты один за другим, большинство из них не имели признаков большой борьбы. Двое младших пропали без вести, но Колин подозревал, что это всего лишь вопрос времени. Потеря Панацеи для битв с Губителем была бы ужасным ударом для всего мира. За последние несколько лет она имела реальное значение.


"Приходите ли мы под видом людей, которым мы доверяем? - спросил Пиггот."Есть процедуры для этого". "


Только если мы подозреваем, что что-то происходит".


Эти процедуры были трудоемкими и неэффективными. Они были необходимы, но сделали всю организацию менее эффективной, пока они использовались. Колин ненавидел неэффективность, но он ненавидел предателей среди них.


Он также предпочел бы, чтобы его мозг оставался на месте. У него все еще было слишком много применений. Нельзя было сказать, что он не считал, что в какой-то момент он загрузил свое сознание.


"Теперь мы в этот момент?" - спросила она.


Он кивнул."Я сомневаюсь, что Габриэль взял бы на ранней стадии личность одного из парахуманов; слишком много внимания уделяется каждому из нас из-за беспокойства о том, сколько урона мы будем делать, если бы нас освоили. Он мог бы в какой-то момент, но, вероятно, это было бы, когда он был готов разыграть свою конечную игру и начать принимать как можно больше голов, как он это делал с "Новой волной".


"У нас гораздо меньше контактов с рангом и файл, - кивнул Пиггт. "Мыслитель сможет проникнуть в них легче, чем Уорд или член команды".


"Мы согласны?" - спросил Колин.


Она коротко кивнула. "Мы сообщим только парахуманам, тихо. В противном случае существует слишком большая опасность слова о том, что происходит, и в этом случае смена может быть слишком легкой.


"Я сделаю это", сказал Колин. "Я проверю каждого участника, прежде чем сообщить им, на случай, если я ошибаюсь".


"И как я могу быть уверен, что вы тот, кем вы себя называете?" - сказал Пиггот.


"Ты бы не позволил мне войти, если бы ты думал иначе", сказал Колин. "Кроме того, я просто попросил Дракона провести сорок семь очков, чтобы убедиться, что я тот, кого я говорю. Результаты приведены в приложении 2. "


Она коротко кивнула.


Ее телефон зазвонил. Колин знал, что она предпочитает наземную линию, потому что она была немного более безопасной, но он предпочитал удобство сотовой сети.


Подняв ее, она сказала: "Я на встрече. ... что? "


Она слушала больше минуты, делая заметки, прежде чем она наконец положила трубку.


"В юном зале была атака. Чудовищное существо с несколькими головами из тени начало атаковать других заключенных, прежде чем оно исчезло. И пропала, София Гесс.


Они долго смотрели друг на друга.


Разделенный Теневой Сталкер был заключен в тюрьму, и вскоре после этого появился теневой монстр? Возможная связь была очевидна для обоих из них.


"Как ты думаешь, она вернула свои силы, но они почему-то вернулись неправильно?" - спросил Пиггот. "Если это так, тогда нам нужно вернуть всех жертв Мстительности до того, как в тюрьме будет кровопролитие".


"Это может быть несвязанным, - мягко сказал Колин. "Или это могла быть атака, направленная на Теневого Сталкера. Бог знает, что девушка нашла способ сделать много врагов всего за несколько лет. -


"Тем не менее мы не можем рисковать, чтобы это было правдой".


"Если да, то как вы думаете, есть люди, которых нам, возможно, нужно будет предупредить?" - спросил Колин. "Возможно, Хебетты? Хотя я думаю, что Тейлор Хеберт номинально сейчас на нашей стороне, это может сильно измениться, если Теневой Сталкер идет за отцом, особенно если бы мы могли предупредить ее и не сделали этого ".


Она мрачно кивнула.


Последнее, что им было нужно, - это вторая сила, сдерживающая угрозу S-класса после них, особенно сейчас, когда она обладала способностями самого лучшего производителя бомбы в западном полушарии. Она могла бы нанести гораздо больший урон, чем Bakuda, просто потому, что сможет доставить бомбы, которые почти невозможно проследить через это другое измерение. Колин подозревал, что Пиггот знал это так же хорошо, как и он.


"Нам также нужно будет рассказать своим бывшим товарищам по команде. Вполне возможно, что она может попытаться связаться с ними ... или так же, как возможно, она может пойти за ними, если она думает, что они предали ее ".


" Ее бывший созаговорщик и директор школы, если это критерии мы используем ", - сказал Колин. "Учитывая, насколько это важно, я расскажу о команде, и мы доставим предупреждения лично, как только сможем."


"Считайте ее опасной до тех пор, пока она не будет доказана", - сказал Пиггот. "Она знает наши процедуры, и у нее может быть обида на нас". "


Я думаю, вы должны оставаться на базе в настоящее время", сказал Колин.


"Когда идет дождь, она льет", - сказала она. Она нахмурилась и кивнула. "У меня здесь оборудование для диализа, и это не похоже на то, что я не провожу здесь половину ночи".


Колин нахмурился. Он не собирался рассказывать другим. Столько, сколько он ненавидел, чтобы признать это, никто не ожидал, что снова столкнется с Теневым Сталкере, в любом качестве, либо как жертва, либо злодей.


***************


"Главный Блэквелл, - крикнул Колин, громко стуча в дверь. "Нам нужно поговорить."


Он уже отправился в дом в Геберте, но ни один из них не был дома. Вполне возможно, что младший Хеберт подозревал, что они увидели бы ее попытки скрывать свою личность, но также возможно, что они просто не были дома.


Он оставил записку, но ему предстояло предпринять более согласованные усилия, чтобы предупредить ее после того, как он отправил раунды в другие дома. Мисс Милиция занималась своими созаговорщиками, и подопечные собрались вместе, чтобы понаблюдать за спиной друг друга. Известие никому из них не понравилось.


Техники сцены преступления СКП уже были на сцене в зале для несовершеннолетних. Камеры, которые должны были работать, не были, но сообщения от других испуганных заключенных указывали, что Месть посетила Софию Гесс незадолго до того,d изменено.


По словам девушек, Хесса оставили целыми и невредимыми, и он не начал меняться до тех пор, пока не исчезла Месть.


Она вызвала .


Единственными причинами, которые она могла бы вызвать, было то, что Тейлор Хеберт испугал ее до такой степени, что она не могла ее принять, что казалось маловероятным, учитывая то, что он знал о Гессе и ее истории. Скорее всего, Хесс каким-то образом понял, что Хеберт был Месть.


Если она это сделает, она поймет, что инцидент, который приземлился на нее в детском зале, почти наверняка был организован Хеберт, который, вероятно, был ... эмоционально травматичным.


Хотя Колин не был так хорош в межличностных взаимодействиях, он понимал триггеры и почему они были персональными для каждого героя и, возможно, даже более того для каждого злодея. Они были худшими днями в жизни людей и обнаружили, что человек, которому она наслаждался биться больше года, несет ответственность за большую часть ее проблем, было бы достаточно плохо.


Узнав, что она теперь, возможно, самая могущественная парахуман в заливе, была бы невыносимой.


Это было только спорно , так как уровень мощности этого Габриэля не было количественно еще. В противном случае в сознании Колина не было бы никаких сомнений.


Он снова постучал, и он услышал движение внутри.


Слушая внимательно, это звучало как бульканье.


Отступив назад, он открыл дверь, поморщившись, чувствуя напряжение на коленях. "Оружейник здесь; Я расследую подозрительные звуки в доме директора Блэквелла.


- Десять четвертых начальников, - сказал Стояк. На этот раз он не выглядел особенно веселым.


Ханна однажды сказала Колину, что Стояк действовал как клоун, чтобы разоружить людей, снять напряжение группы и попытаться заставить людей нравиться ему. Он не работал с Колином, но никто никогда не обвинял Колина в хорошем чувстве юмора.


Он мог видеть, как это может помочь во время стресса. Ханна показала ему исследование. Его собственные попытки шуток были ... менее успешными.


Видимо, хорошая шутка, в которой говорилось о времени, которое он еще не понял.


Тот факт, что Стояк теперь был серьезным, был признаком того, как повлияли на это Wards. Они все выглядели смущенно, и некоторые из них даже казались сердитыми, особенно Виста.


У Виста были свои идеи о том, что должен быть герой, и Теневой Сталкер никогда не встречал эти критерии.


Осторожно Колин провел свою комнату через дом, пока не добрался до спальни. Он заколебался.Если бы он неправильно понял ситуацию, ситуация может смущаться быстро. Раньше это случалось дважды.


Женщина, которая сделалась ему неудобной, была женщиной, которая не была недовольна тем, что он появился. Это на самом деле помешало ему.


Скрежев, он открыл дверь.


Первое, что он увидел, это кровь; это было повсюду.


39.


Это было несправедливо.


Вся ее жизнь ушла в ад, потому что Тейлор Хеберт не знал ее места. Эмма не была точно уверена, когда все пошло не так, но она знала, что она начала меняться задолго до того дня, когда СКП появился в ее доме с вопросами.


В конце концов, бросать Софию под автобус следовало только философии Софии. Победители поднимаются на вершину, а проигравшие падают на свое законное место. Самое главное, победителей не поймают.


София зашла слишком далеко, и ее сожгли.


Тот факт, что она поставила вещи так, как это было неудобно, как собственный травматический опыт Эммы, ничем не помогла. Штурм на нескольких азиатов, где никто не хочет помогать, и Теневой Сталкер смотрит из тени?


Это было похоже на пощечину. Даже наклеивание на видео не улучшило бы ситуацию. Столько, сколько Эмма приехала, чтобы насладиться их небольшими взаимодействиями с Тейлором, это напомнило бы ей слишком много о том, что произошло.


София должна была использовать кавказцев или чернокожих; Империя была по очевидным причинам, но было много других, которые бы сделали все, что захотели, даже если бы это было просто для знакомства с Эммой или даже с Мэдисоном.


Вместо этого она почти ушла с дороги, чтобы копаться в Эмме, как будто она сомневалась, что Эмма стала победителем.


Эмма просто следовала философии в письме, и, как всегда, она была вознаграждена. В обмен на ее показания в качестве свидетеля и ее показания в предстоящем судебном процессе Софии они решили не настаивать на обвинениях.


К сожалению, ее отец напугался и перевел ее в другую школу. У нее не было оценок для Аркадии, но ее отец вытащил струны, чтобы забрать ее в Иммакулату, хотя она не была технически жила в этом районе.


Ее отец, казалось, думал, что на него повлияли плохие элементы в Уинслоу. Он не понял, что она была на вершине пачки. Начиная со дна в новой школе было мучительно, хотя ее внешность и статус модели уже помогли ей подняться.


Помочь создать этот статус было то, почему она была здесь, в конце концов, пригласив некоторых ключевых игроков в школьную социальную сцену на пижамную вечеринку.


С тех пор, как она дружила с Тейлором, у нее не было пижамной вечеринки, что ей не нравилось думать ни о чем больше, чем нужно. Тейлор был слабым и получил все, что заслужил. Неизбежно, что Тейлор собирался оказаться мертвым в переулке или, может быть, где-то в каком-то загородном доме АПП, дешевом, так как у нее не было возможности привлечь более дорогой тариф.


"Все готовы?" Весело спросила Эмма.


Остальные четверо девушек уставились на нее, как будто они никогда не играли в те игры, которые были сыграны на таких вечеринках. Возможно, этого не произошло.


"Ты уверен, что нам следует это делать?" Спросила Аманда. "Кажется, это немного жутко".


"В этом весь скейпл", - сказала Эмма. "Получение ползучего - это весело ... это намного лучше, чем беспокоиться о реальных вещах".


Они все вздрогнули. На улицах вспыхнул пылающий монстр, самый жуткий парахуман со времен Бойня Девяти. В то время как несколько человек думали, что это был герой, большая часть их социальной группы была в ужасе от этого, особенно из видео его спасения Тейлора.


Почему это беспокоило Эмму, не была уверена. Она почти разочаровалась, когда услышала от Мэдисона, что Тейлор появился в школе после того, как все это произошло. Получение съеденного монстром было, по крайней мере, интересным способом умереть, в отличие от того, что его убили члены банды.


"Почему это должно быть так темно?" Спросила Аманда.


"Вот в чем скейпл полуночи, - сказала Эмма. "Вы вызываете Полуночного Человека, и он только появляется в темноте".


"Но кровь? Это не очень гигиенично, - сказала Сара. "Разве мы не можем обманывать и просто писать наши имена?"


"Не сработает, если мы не будем следовать ритуалу, как написано", - сказала Эмма. "Что, ты боишься?"


"Мне просто не нравится боль, - призналась Сара.


"Все это делают, - сказала Эмма. Оглядевшись, она увидела, что никто больше не возражает. Хорошо. Привлечение их к участию в чем-то подобном было важным первым шагом в том, чтобы заставить их привыкнуть к тому, что она сказала им.


Когда люди что-то сдавали, даже если это было что-то маленькое, они с большей вероятностью уступали бы большему. Привлечение их к тому, чтобы следовать за ней в этом, заставили бы другие вещи, которые она просила у них, казались менее смешными.


Кроме того, всем понравился хороший страх.


Были небольшие вопли боли, когда кровь капала на бумаге, по одной капле от каждого из них. Каждый из них подписал свои полные имена на своих листах бумаги.


"Теперь зажгите свои свечи", - сказала Эмма, когда они все применили вспомогательные средства. В конце концов, нет скейпла получать кровь на ковре.


Один за другим они зажгли свечи и положили их на листы бумаги у подножия двери.


"Стучите в дверь, - тихо сказала Эмма. "Это должно быть двадцать два удара точно".


Они каждый постучали в свою очередь, считая удары. Окончательный поступок был в полночь, как предполагалось в игре.


Эмма взорвала свечу, а остальные последовали ее примеру. Она закрыла дверь в комнату.


"Мы позволили ему войти, - сказала она жутким голосом. "Отрежьте свечи, и мы начнем игру".


Они были в доме Сары, что было идеально для этой игры, потому что она была такой большой. В этом доме было двадцать тысяч квадратных футов пространства, и это сделало дом Барнса похожим на лачугу Хеберта. Здесь было бы легко заблудиться, из-за чего блуждали свечи атмосферные и жуткий.


Она не была уверена, что сможет удержать девочек в ожидании до 3:33 утра, но она попытается. Эти девочки казались такими, кто никогда не рисковал в их жизни. Они, конечно же, не прицепли супергероя и смотрели, как она жестоко избивает головорезов, членов банд, а иногда люди, которых подозревала Эмма, были случайными прохожими.


Броктон-Бей ночью был гораздо более страшным, чем какой-то мифический теневой монстр.


"Если ваша свеча погаснет, это означает, что" Полночный человек рядом ", - сказала Эмма. "У вас есть десять секунд, чтобы забрать его или окружить себя солью. В противном случае..."


Сара скрипела.


Первоначальная легенда заключалась в том, что Полночный человек дал вам галлюцинации до 3:33, но Эмма немного преувеличила эту историю. В конце концов, галлюцинация вашего величайшего страха не была наихудшей, что могло случиться.


Она видела ее самый большой страх почти каждую ночь, когда она спала.


Хотя дом был огромным, он также был старым, построенным во времена Броктона Бэй. Дома, большие, как правило, были тянущимися, что означало, что будут времена, когда свечи выходили самостоятельно без какой-либо помощи от нее. Настройка настроения сделала девушек восприимчивыми.


"Пребывание в одном месте будет означать, что он найдет тебя", сказала Эмма. "Не включайте свет, не используйте фонарик и не ложитесь спать. Что бы вы ни делали, не провоцируйте его.


"Провоцировать его?" Спросила Сара, ее голос напрягся от беспокойства.


"Таинство его, - сказала Эмма. "Притворяясь, что он не существует. Довольно много, если вы кричали кому-то в фильме ужасов за это, не делайте этого ".


"Вы имеете в виду, что блуждаете посреди ночи со свечами?" - сердито спросила Аманда.


Эмма проигнорировала ее. Важно было создать правильную атмосферу, а другие будут есть из ее руки.


"Если вы почувствуете внезапное падение температуры, он может быть рядом с вами", - сказала она. Она сделала заметки о том, где вентиляционные отверстия были в начале дня. Если повезет, кондиционирование будет продолжаться, так как в последние несколько дней он стал неимоверно жарким.


"Если вы видите фигуру гуманоида в темноте, вам лучше двигаться, - продолжила она. "Потому что он придет за тобой. Если вы услышите мягкий шепот в темноте, он может засыпать ".


В темноте даже нечеткие силуэты мебели могли выглядеть как фигуры, лежащие в ожидании. Особенно для девочек, кроме Сары, поскольку это был не их дом, и они не были знакомы с макетом.


Шепот будет легко подделать.


То, что родители Сары не были дома, сделало бы это еще проще. Эмма хотела заставить Сару пригласить мальчиков, но она не хотела; она все еще была слишком хорошей обуви. Эмма планировала скоро ее разбить.


Она открыла дверь, а остальные пошли за ней, прислонившись к стене.


"Твой дом выглядит жутким в темноте", - призналась Аманда Саре.


"Вы должны были увидеть это, прежде чем мы ремонтировали", сказала Сара. "Были комнаты, в которых все еще был оранжевый коврик".


Они все вздрогнули от этого.


Свет Эммы внезапно погас. Она нахмурилась и схватила ее зажигалку. Она не почувствовала ветерок, который это сделал.


"Страшно", сказала она, снова зажег свечу.


"Что ты сказал?" Спросила Сара.


"Страшно", повторила Эмма.


"Я слышал эту роль, - спросила Сара. "Что ты сказал потом?"


"Я ничего не сказал", сказала Эмма. Она нахмурилась. "Как ты думаешь, что я сказал?"


"Я просто слышала, как вы что-то бормотали", сказала Сара.


Эмма почувствовала, что ее позвоночник немного охладился. Они просто участвовали в игре, вот и все. Они пытались напугать ее и, может быть, друг друга немного, как целенаправленно подталкивая планшету на доску.


"Давайте двигаться дальше", коротко сказала она.


Когда они двинулись по коридору, Эмма почти подумала, что сама это слышит, шепотом нескольких голосов в темноте. Никто из них ничего не сказал, и поэтому она продвинулась вперед. В конце концов, нечего было пугать себя.


"Куда нам идти дальше?" - спросила она.


От нее не было ответа, поэтому она обернулась. Девочек не было.


"Это не смешно, - хмурилась Эмма. Если бы они бросили ее, пытаясь напугать ее? Это не сработало. В конце концов, она была выжившим. Она пережила ужасы АПП, она пережила ночь в Броктон-Бей, и она выживет в игре с глупой школьницей.


Вдалеке она увидела в темноте четыре огня, мерцающих.


Напомнилось, что это был прихожей старого стиля с картинами и стульями. Она почти подумала, что увидела фигуру в темноте, сидящую на стуле. Она осторожно двинулась вперед, и свет ее свечи ничего не показал.


Она двигалась так быстро, как только могла, к огню в темноте, но независимо от того, как далеко она шла, они всегда казались подальше.


Шепот, казалось, становился все громче. Иногда это было позади нее, иногда это было из комнаты в сторону. Тени вокруг нее, казалось, взяли на себя злонамеренную жизнь.


Разве девочки все это намеревались? Если бы они намеревались издеваться над ней? Эмма считала, что ее попытки закрепиться на социальной арене укореняются, но если они захотят это сделать, она должна была ошибаться.


Она не выдержала бы этого. Она притворялась, будто она была хорошим видом спорта, но она помнит, что они сделали, и рано или поздно она заставит их заплатить за это. Она украла своих бойфрендов, начала бесцельные слухи, превратила их жизнь в ад так, как они даже не начали рассматривать.


Они пожалели бы об обращении против Эммы Барнс.


Она услышала, как что-то бормочет невнятно близко к ее уху. Вдалеке осталось еще четыре свечи, но было бы легко, чтобы двое из них дали свои свечи друг другу с двумя, крадущимися назад, чтобы поддразнивать ее.


Она нахмурилась и набросилась на нее. Она не ударила ни о чем, кроме стены.


Оглядевшись, она не видела ни одной девушки, но она увидела движение в дверном проеме в ванной.


Тьма была чем-то глубже, чем в другом месте. Это было похоже на человекоподобную фигуру, но пропорции были неправильными. Там, где его голова должна была почти почистить верхнюю часть дверного проема, она была неестественно тонкой.


Его руки свисали почти до того места, где стояли Эмма, с руками, которые казались неестественно длинными и раздутыми.


Лицо было самой темной частью всего.


Если бы Эмма была кем-то другим подростком в возрасте, она бы бежала, но она была выжившим. Она знала, что девушки все равно ее подшучивают.


Она не обратила внимания на то, как ее руки дрожали, когда она приблизилась к дверям. Когда свет от ее свечи дошел до двери, темнота испарилась в обычную темноту. Однако она все еще не была убеждена.


Она вбежала в ванную. Она была большой и роскошной по сравнению с ее собственной, и она почувствовала мгновенную зависть. Ее отец просто не зарабатывал достаточно денег, чтобы поддерживать такой образ жизни.


Может быть, ей следовало больше сражаться с Уинслоу. Там она была маленькой рыбой в маленьком пруду. Она была самой богатой девушкой во всей школе. Здесь она не могла сравниться.


Когда она повернулась, она увидела что-то, движущееся в зеркале. Вспышки света уловили угол ее глаза.


Это были девушки, все еще держащие свои свечи; они стояли вместе, разговаривая молча. Эмма уставилась на них, ошеломленная. Она не могла понять ничего, что они говорили; она не могла их вообще услышать. Они вообще не шумели.


Эмма не понимала. Это окно вместо зеркала? Если бы это было так, то почему они не могли увидеть ее?


Внезапно она почувствовала руки на плечах. Она попыталась повернуться, но хватка была похожа на железо. Она не могла двигаться, как бы она ни старалась.


" Привет, оставшийся в живых".


Голос, шепчащий в ухо, звучал не как София, не так, но это не могло быть никем. Эмма внезапно почувствовала холод в ее позвоночнике, когда поняла, что София может обидеться. Она видела, как она использовала настоящие стрелы для людей, которые ничего не делали против нее. Что бы она сделала с Эммой, которая планировала превратить доказательства государства в то время, когда начался ее судебный процесс.


Возможно, никто еще не сказал ей об этом. Эмма не была достаточно глупа, чтобы поверить в это, и поэтому она попыталась уйти.


Все любопытно длинные пальцы вокруг ее плеча затянулись, пока она не закричала от боли.


" Не рад меня видеть? - продолжал голос. " И после того, как мы были такими хорошими друзьями ".


"Я думал, что ты потерял свои силы, - выпалила Эмма.


" Я сделал, но теперь у меня лучшие , - сказал голос. Она чувствовала дыхание на ее ухе, и она чувствовала что-то зловонное и гнилое.


"Ты снова вызвался?" Спросила Эмма. Она моргнула. "Это было так плохо?"


" У меня было хуже ", - сказал голос. " Но быть преданными всеми ... товарищами по команде, семьями ... людьми, которые должны были быть моими друзьями ... это была худшая часть ".


Руки снова затянулись, но на этот раз Эмма не кричала. София ненавидела слабость, и, если она собиралась выбраться из этого, она должна была проявлять уважение.


"Я не собирался на самом деле свидетельствовать", солгала она. "Я собирался сделать его похожим на ошибку Тейлора".


" ЭТО ОШИБКА БЕРЕГА! - сказал голос. " КТО ВЫ ДУМАЕТЕ ЭТО К МЕНЯ ?"


"Дал тебе силы?" Спросила Эмма, смущенная.


" Она сделала меня уродством ", - сказал голос. " Подними меня. Притворяется бессильным, когда она на самом деле является самым могущественным кейпом во всем заливе ".


"Что ... Тейлор?"


" Именно она украла мои силы на первом месте ".


"Что?" Каким-то образом, хотя Эмма слышала эти слова, она не могла понять их. София, казалось, говорила, что Тейлор был каким-то мощным кейпом, но это было неправильно.


Тейлор был слабым. Вот почему ее пришлось оставить, как другой детрит детства Эммы. Для нее это был какой-то парахуман ... это означало, что весь мир был чем-то неправильным.


"Кто?" Спросила Эмма. "Кто она?"


" Тот, у которого пылающая голова ", - прошептал голос. Она усмехнулась, и это был мокрый, флегматичный звук, который звучал ужасно неправильно. " Она называет себя" Месть ".


София продолжала не беспокоиться, ожидая Эммы. " Я тот, у кого будет месть. Я уже посетил Блэквелл. Я скоро побываю у других ... всех тех, кто думал, что они были лучше меня. "


"Как насчет меня?" Спросила Эмма.


" Мы все еще друзья, не так ли ?" - лукаво спросил голос.


"Да-да", сказала Эмма. Может быть, был способ выйти из этого в конце концов. В прошлом они объединили свою ненависть к Тейлору, может быть, они снова это сделают.


" Ты останешься здесь со мной, по эту сторону зеркала", - сказал голос. "У меня есть только один вопрос для вас. "


Руки на плече ослабли, и Эмма отступила и быстро повернулась.


То, что когда-то было Софией, уже не было отдаленно человеческим. Было несколько головок, в том числе главного Блэкуэлла, который смотрел из ее живота и выглядел так, как будто он пытался кричать.


Эмма заставила себя сохранять спокойствие. Она была достаточно сильной, чтобы пройти через это.


"В чем ваш вопрос?" - спросила она. Ее голос даже не дрогнул.


" Глаза, рот, нос или уши ?" То, что когда-то было Софией, размахивало несколькими конечностями, у которых были ножные когти.


Эмма начала кричать, но ее никто не слышал.


40.


Это было почти сделано.


Я очистил почти всех парахуманских злодеев в Броктон-Бэй, и, хотя до сих пор были столкновения между СКП и полицией и бандами, казалось, что он умирает.


Как только я очистил Выверт, было бы только несколько отрывков, таких как Убер, Леет и Цирк, люди, которые были едва злыми людьми.


После этого это будет просто вопрос о том, чтобы не допустить новых злодеев ... и кто собирался рискнуть попасть в город, где кто-то может украсть ваши силы?


Только Габриэль оставался реальной угрозой после Выверт. Я добился некоторого прогресса в работе с Оружейник, и, надеюсь, СКП не попытался бы убить меня или папу, по крайней мере, до того, как я смог закончить то, что нужно было сделать.


Тот факт, что Габриэль, казалось, думал, что Левиафан идет, не был обнадеживающим, но у меня были надежды, что я, по крайней мере, смогу его замедлить. У меня было несколько способностей сделать себя более жестким. Использование Fenja или Menja в сочетании с Лунгs вместе с моей основной биокинетической аурой сделает меня более жестким, чем кто-либо в заливе. Легкий выжил в Левиафане только с его базовой силой.


Мой мобильный телефон зазвонил, когда я ехал по задним дорогам. Однажды я обещал отцу, что никогда не буду использовать свой мобильный телефон во время вождения, так как именно так умерла мама. Наверное, теперь мне не было никакой опасности, но я вытащил машину и поднял трубку.


"Мисс Хеберт, я так рада, что ты ответил". Голос по телефону был маслянистым и гладким. "Я имею в своем распоряжении кого-то, кого ты очень любишь".


Мои руки напряглись на руле. На самом деле меня никто не интересовал, кроме папы. Мама была мертва, у меня не было друзей ... даже Сплетница был скорее союзником удобства.


"Я сделаю для тебя все", - сказал я. "Вы были бы удивлены, что может сделать кто-то с моим набором навыков".


"Я уверен, что вы можете делать ужасные вещи", - сказал голос. Он рассмеялся. "Но ты ничего не сделаешь для меня, пока у меня есть твой отец".


"У меня есть сила Оталлы", - сказал я. "Это означает, что я могу продолжать причинять тебе боль снова и снова, и когда ты думаешь, что все закончится, я начну снова".


"Он не пострадает, пока вы делаете то, что я говорю", - сказал он.


"Чего ты хочешь?" - спросил я.


"Напасть на протекторат, слить их, делать то, что вы делаете лучше всего", - сказал он.


"И тогда ты отпустишь папу?" - спросил я.


"Да", сказал он.


Для меня было очевидно, что он лгал, даже без каких-либо истощенных умений по чувствительным мотивам. Я был слишком силен, чтобы освободить меня, и, как только у меня был отец, я был бы готов заплатить за него недовольство.


Я переключил передачи и поскользнулся в другом мире. Как и я, мне показалось, что я слышал, как мой телефон начал звонить, но не было никакого приема в зеркальной вселенной, поэтому мне пришлось бы поймать его позже.


Катушка, скорее всего, будет держать папу в глубине своей базы. Насколько он знал, я не знал, где это было, и он был тщательно охранен от того, что сказал Сплетница.


Найти папу, хотя и не обязательно было бы легко. Я сомневался, что Сплетница рассказал Выверту о моей зеркальной вселенной, но это звучало так, будто она была не единственным Мыслителем, которого он имел в штате. Я собирался прорваться сквозь зеркальную вселенную и посмотреть, смогу ли я найти Папу через зеркала. Это было маловероятно, учитывая то, что мне рассказывали о макете.


Тем не менее, способность принимать форму тумана была хороша для более чем удушающих людей.


Когда я добрался до входа в логово Выверта, я припарковал машину снаружи. Я еще не показал папе свой адкар, и я был взволнован.


Когда я дошел до зеркальной версии внешней двери, я просто пробился сквозь дверь. Я мог бы превратиться в туман и проскользнуть под дверь, но возможно, что мне, возможно, придется вернуть папу или даже Сплетница обратно через этот путь, и если бы мне пришлось это сделать быстро, скажите, что из-за травмы сила Оталы не была достаточно сильная, чтобы остановиться, возможно, она должна быть быстрой.


Я вернулся в адский автомобиль и припарковался на стоянке внизу.


Некоторые из дверей, на удивление, были слишком толстыми, чтобы я мог пробить. Те, с кем мне пришлось сжечь свой путь, что было удивительно легко, хотя иногда требовалось больше времени, чем хотелось бы.


Ни один из зеркал, которые я видел, никого не блуждал по ним; зеркала были почти исключительно в вестибюле. Казалось, что Выверт не вышла за дорогой декор. Его логово было украшено утилитарно.


Добравшись до ванной, я проверил зеркало, увидев, что он не занят. Затем я проскользнул в стойло и прыгнул обратно в реальный мир. Через мгновение я был в форме тумана и проскочил через систему вентиляции.


В отличие от систем вентиляции фильмов, вы должны были быть размером с крысу, чтобы пройти через эти туннели. Когда я начал двигаться по туннелям, я почувствовал сильный ветер, пытаясь рассеять меня. Силы Штормигера помогли нейтрализовать эти ветры легко, хотя, если бы я оставался здесь достаточно долго, возможно, какой-то датчик споткнулся где-то, говоря им, что что-то не так с системой.


После комнаты были комнаты, которые были пустыми и незавершенными. Казалось, что это когда-то было убежищем для Губитель, хотя я был в замешательстве относительно того, как он мог перепрофилировать одного из них, учитывая, насколько важны все их.


Я занимался упражнениями Губитель с четырех лет, и я и каждый другой человек в городе знали, где все приюты; вы никогда не знали, когда вас поймают во время атаки.


Иногда я видел то, что меня беспокоило. Я увидел маленькую девочку, привязанную к IV сумке. Она выглядела так, как будто у нее были проблемы, бросая и поворачиваясь, и она выглядела так, словно испытывала боль.


Наемники охраняли тайники ящиков. Я предположил, что они должны быть оружием с маркировки на коробках.


Комната за комнатой я искал, и ни у кого из них не был папа. Если бы я не нашел отца, у меня были проблемы. Я не мог рисковать своей безопасностью, а не когда он был моим последним звеном в нормальности. Он был всем, что я оставил от своей семьи, и без него у меня больше не было причин сдерживаться.


Наконец, ветер носил для меня запах, который был почти таким же знакомым, как и мой собственный. Как я мог чувствовать запах, не имея носа, я не был уверен; возможно, силы вообще не использовали мой нос, чтобы вообще пахнуть.


В любом случае я проскользнул по каналам, когда услышал тревогу. По-видимому, мой проход через каналы интерпретировался как нападки на биотерроризм, потому что решетки начали запечатываться.


Я попытался прыгнуть в зеркальную вселенную, но не смог; в тумане мои серебряные серьги не существовали.


Достигнув тюремной камеры папы, по крайней мере, от запаха, я перешел в теневое состояние, все еще находясь в тумане. Это было странно и в отличие от всего, что я сделал, и когда я проходил через решетку, я бы кричал, когда обнаружил, что решетки были электрифицированы.


Папа был в кресле, его лицо опухло и сморщилось. У трех мужчин были винтовки, указывающие на него.


Через мгновение я был внутри всех троих, задыхаясь и царапая их внутренности в форме тумана. Они пытались схватить себя за горло, и даже попытались указать на свою винтовку папе, но я взорвался от него. Используя силы Штормигера на что-то столь же хрупкое, как легкие, было похоже на использование кулака по крему для бритья.


Через несколько минут все трое были мертвы. Мне было бы хуже, но они отняли у отца, и у меня было мало сочувствия к ним. Они выбрали свой путь, и теперь им придется умереть на нем.


Папа смотрел, и я был уверен, что мы поговорим об этом позже. Проблема заключалась в том, что даже с моим набором сил я бы не обязательно смог остановить их от стрельбы по нему, причем не сразу.


Я снова появился рядом с папой, и я коснулся его плеча. Через мгновение мы были в зеркальной вселенной.


Когда я заставил шипы стрелять из пола, чтобы разрезать его узы, я спросил: "Как они вас поймали?"


"Они ждали меня в Бостоне", - сказал он. "Я не знаю, как они знали".


У них должна была быть своя заработная плата; Я сомневался, что Сплетница смог бы выяснить, где папа окажется, по крайней мере, не увидев нас. Возможно, таинственная сила Выверта была виновницей, но я был бы осторожен, чтобы не делать предположений.


Отодвинув дверь, я сказал: "Мне все еще нужно кое-что сделать. В гараже есть машина; вы не можете пропустить это. Я оставил ключи в нем. Если вы забрались в настоящую вселенную, выезжайте и не оглядывайтесь назад.


Если бы он ворвался в настоящую вселенную, это произошло потому, что зеркальная вселенная рухнула. Это означало бы, что со мной случилось что-то серьезное. Хотя я не ожидал, что что-то плохое произойдет, единственное, что я узнал в свое время в качестве кейпа, было то, что кейпцы были непредсказуемы.


Возможно, что Выверт нанял мастера, например, то, что у меня не было сил защищаться. Кто-то, как Серый Мальчик, мог вытащить меня с прикосновением, возможно, даже до того, как я смог его слить. Тот факт, что я не хотел бы прекращать свою жизнь, выглядя как фильм с 1930-х годов, не помог бы.


Он оглянулся в комнату, и я мог сказать, что он был разорван тем, что я сделал; возможно, намного больше, чем я. Страшная вещь об убийстве заключалась в том, что стало легче, чем больше вы это делали. Я ничего не знал о людях, которых я убил; потому что я знал, что их шантажируют.


Однако я сомневался. Они были похожи на наемников.


Через мгновение после того, как я отправил папу, я снова появился на базе Выверта. На этот раз я не потрудился использовать любые трюки зеркальной вселенной. Мне дали макет Tattletale, и я знал, что Coil вряд ли будет на базе. Его сила обеспечит это. Это не имело значения, хотя; Сплетница выяснил, кто он, и как только я уничтожу свою силовую базу, я пойду за ним, тайная личность будет проклята.


Первый шаг - уничтожить его базу. Сплетница сказал, что есть другие, но большинство из них находятся в процессе создания. Это была его основная база, и это была единственная база, где потерять ее было бы для него самой навредить.


Катушка не была рискованным, если только он не знал, что он победит, по крайней мере, согласно Сплетницау. С его силой, вся концепция риски была спорным вопросом. Если бы он был на самом деле предком, он заранее знал, победит он или нет.


Первый из людей Койла прибыл с автоматами. Я позволил себе сформировать доспехи с силой Крюковолк, и, когда они взорвались, я использовал силы Штормигера, чтобы взорвать их. Затем я взорвался в действии, используя навыки похищенных истребителей в момент, когда я был среди них.


На этот раз я не убивал, вместо этого решил сломать кости и вывести из строя. С скоростью Крикета и моей усиленной силой это было легко.


Тревоги ругались, и из-за угла шли люди, потому что последний из мужчин, которых я сражался, падал на пол. Больше пули пришли мне навстречу, и на этот раз я уклонился от них, просто чтобы узнать, правда ли слухи о возможностях Крикета.


Они были, и я почувствовал, что дикое удовольствие захватывает. Моя челюсть была смешной, и я почувствовал, что становлюсь сильнее.


Так или иначе, я собирался уничтожить базу; почему бы не увидеть, что я мог на самом деле сделать? Зачем сражаться с силой Лунга, когда я знал, что когда-нибудь придет Левиафан, мне все равно нужно обнять его?


Потеряться в борьбе было любопытно приятным. Я бы подумал, что устану, но по мере роста я стал сильнее и сильнее.


В Капоте был костюм с красным и золотым костюмом. Они действительно поставили задачу, по крайней мере, так же быстро, как и я. Это была радость, сражавшаяся с ними; они напали на меня кувалдой и с моей силой я почти не ощущал этого. Чем дольше я боролся, тем легче это получилось, пока, наконец, они не допустили ошибку, позволив мне схватить их за горло.


Я разорвал их костюм и коснулся их, и внезапно мне стало известно, как имитировать мужской язык тела. Я внезапно понял, как целенаправленно стрелять в воздухе, и я почувствовал, что у меня есть целый ряд мелких сил.


Я уронил кейп, который упал на землю и заплакал. Они хорошо сражались, поэтому я не потрудился сломать кости. Я просто оставил их на полу позади меня.


Теперь я был достаточно большой, чтобы почистить голову потолком. Если бы я все увеличивался, я бы начал разрывать структуру, которая меня не беспокоила, но последнее, что я хотел, было раздавить, потому что я слишком большой.


Когда я вошел в другую область, я обнаружил, что завязываю рот. был выпущен газ, из-за которого трудно дышать. Ветры Стормтигера отдалили от меня газ, и я почувствовал, как растет ярость.


Катушка похитила моего отца. Он угрожал одному человеку, которого я оставил в мире, который для меня что-то значил. Я собирался заставить его заплатить, и это было частью этого.


Я оказался у порога комнаты маленькой девочки. Ее собирали люди, которые пытались ее унести. Я не позволил им.


К этому моменту говорить было трудно, но девушка посмотрела на меня, ее голова скользнула в сторону.


"Было девяносто восемь процентов шансов, что вы спасете меня, если ваш отец будет схвачен, - пробормотала она. "Прости."


Я чувствовал, как у нее струится энергия, но я также могу сказать, что с ней что-то не так. От следов на руках у нее было похоже, что она была наркотикой, и было очевидно, что ее здесь не было.


Мое ярость против Выверта только ухудшалось, когда я скользил в зеркальную вселенную, и я побежал через коридоры вместе с ней. Я нашел папу, который боролся с дверью, что без электричества нельзя было открыть. Я вручил ее ему, и я открыл дверь.


Я провел их по коридорам, и мой гнев медленно исчез. Я чувствовал, что я сжимаюсь, и к тому времени, когда мы дошли до автостоянки, я почти вернулся к себе.


"Двигайся как можно дальше", - сказал я. "У меня все еще есть работа".


Когда я появился в другом мире, я застыл, увидев везде везде фургоны. Прежде чем я смог что-либо сделать, зазвонил мой телефон.


Агентства СКП смотрели на меня, когда я взял звонок.


"Я позвонил в СКП, - раздался голос Сплетницаа по телефону. "И сказал им, кто он. Видимо, он решил, что арестовать лучше, чем оказаться перед вами в его базе.


Я внезапно вспыхнул. Катушка должна была быть моей. Он сделал это лично, когда он напал на моего отца, когда он забрал ребенка. Мне нужно было видеть, как он извивается под моей рукой, когда я разорвал силы из его костей.


Таттлетэйл должен был доверять мне. Вместо этого она позвонила в СКП, пока она была где-то в другом месте.


Я отпрыгнул обратно в мир зеркал, прежде чем агенты СКП могли окружить меня защитными пеногасителями. По-видимому, не все получили сообщение о том, что я должен был стать героем.


Три убитых, которых я убил, вероятно, не улучшат эту репутацию.


Папа все еще привязывал девушку к месту, когда я его остановил. Я вытащил девушку из машины, затем кивнул, чтобы он вышел.


Я появился в реальной вселенной, хотя и не там, где я исчез. У меня была девушка на моих руках.


"У него есть заложник", - услышал я один агент, шепчущий в коммуникатор, встроенный в его костюм.


Я осторожно положил ее на заднюю часть фургона СКП с открытыми дверями, а затем подняв руки, я переключился на другую вселенную.


Я слышал стрельбу на расстоянии, прежде чем я переключил вселенные. По-видимому, СКП напала на логово Выверта.


С точки зрения Сплетницаа это был переворот. Заставляя меня и СКП выполнять ее грязную работу для нее, она вышла, пахнущая, как роза. Я не сомневался, что она растратила зверь Выверта за несколько часов до того, как она позвонила в СКП. Когда они доберутся до его записей, не будет доказательств того, что у него когда-либо было финансирование.


Она получила бы добрую волю от СКП, разобрала бы преступную Империю Выверта, и у нее были бы миллионы долларов.


Все это стоило моей личной мести и моего душевного спокойствия.


Я не мог не почувствовать себя преданным, и если бы я снова ее увидел, я не был уверен, что буду делать. Я понял, что она сделала с утилитарной точки зрения, но было трудно не чувствовать, что она предала меня.


В течение двух лет ценность предательства за всю жизнь сделала меня особенно чувствительной.


Единственное утешение, которое у меня было, было то, что в Броктон-Бэйте больше не было злодеев, о которых мне пришлось беспокоиться, кроме Габриэля. Я совершил больше за несколько коротких недель, чем Протекторат, когда-либо с тех пор, как они были основаны в этом районе.


По крайней мере, вещи наконец-то подняли глаза.


41.


"Мы должны забрать вас и вашего отца под стражу, - настаивала мисс Милиция.


Тот факт, что они послали Оружейник, Assault и Dauntless, а также взять двух якобы бессильных людей, сказал мне, что они знают или, по крайней мере, подозревают, кто я.


"Что вы нас обвиняете?" - спросил мой отец. Учитывая, что он видел, как я убил троих мужчин меньше часа назад, он не должен был спрашивать.


Мы даже не успели поговорить об этом.


"Ничего", - гласила мисс Милиция. "Нам нужно взять тебя в защитную опеку".


Папа усмехнулся. "Вы должны взять нас за идиотов".


Я положил руку ему на плечо, и я тонко предоставил ему неуязвимость. Если бы они сделали шаг, мы были бы вне этого измерения, прежде чем кто-либо мог что-нибудь сделать, но всегда существовала вероятность того, что все может пойти не так быстро, чем я мог бы ожидать.


"София Хесс убежала из тюрьмы, - сказала мисс Милиция. "После того, как я посетил" Отмщение ". Мы не совсем уверены, какие у нее силы, но они кажутся неприятными ".


Я замерз. Я должен был ожидать, что у героя, основанного на страхе, будут свои недостатки. Запуск кого-то не был тем, что я когда-либо хотел сделать.


Предоставление Софии новых сил заставил меня почувствовать себя немного больным.


"Она уже убила главного Блэквелла, обезглавив ее, и она похитила Эмму Барнс", - сказала мисс Милиция.


Она показала нам фотографию. Лежа на незнакомом прилавке для ванной комнаты были два кровавых уха, которые выглядели так, будто они были оторваны от чьей-то головы. В одном из них была знакомая серьга.


Я вдруг почувствовал боль в животе. Насколько я ненавидел Эмму все это время, мы были друзьями однажды. Я бы никогда не хотел, чтобы что-то подобное было для кого угодно.


"Мы уже взяли Мэдисон Клементс и ее семью в защитную опеку, и мы следим за ее бывшими ... друзьями".


Она говорила о подопечных. Акцент, который она произнесла на слово, означала, что это не может быть чем-то еще.


Кто еще мог бы обвинить Софию в этом?


Мисс Милиция глубоко вздохнула и сказала: "Мы знаем, что вам, вероятно, не о чем беспокоиться, но ваш отец - совсем другая история. Наш анализ личности мисс Хесс таков, что мы верим, что если она не сможет тебя достать, она пойдет за людьми, которых ты волнуешь.


Они знали, кто я. Тот факт, что Оружейник и другие расстались по периметру дома, а не угрожали мне, предположили, что все это так.


"Даже если то, что вы говорите, верно, мы не можем точно войти в защиту свидетелей", - сказал папа. "У меня есть работа ... без этого мы не можем даже позволить себе жить здесь, а тем более где-нибудь еще".


У нас еще осталось пятнадцать тысяч долларов наличными в театре; теперь, когда у меня было свое удобное карманное измерение, нам даже не нужно было этого.


"Есть программы, которые помогут", - сказала мисс Милиция. "Мисс Гесс была вовлечена в программу послепродажного обслуживания, в которой есть юридическая программа помощи".


Папа и я посмотрели друг на друга, даже когда я снова применил его неуязвимость.


"Почему она придет после Тейлора?" Спросил папа.


Я прищурился. Я сказал кое-что на нашей последней встрече, которая показала, кто я к ней, и она собиралась прийти за мной и моей семьей в результате. Когда я собирался научиться держать язык за зубами?


"Она, кажется, обвиняет многих людей в ее прежней жизни за ее нынешнее затруднительное положение, - сказала мисс Милиция. "Мы работаем с ... новым мыслителем, который разработал психологический профиль".


Это должен был быть Сплетница. Я все еще обижался на нее, чтобы настроить меня так, как она, но я видел телефонный звонок, который она пыталась сделать мне, прежде чем я прыгнул в миры. Видимо, она пыталась меня что-то предупредить. Это не значит, что я прощал ее, но это заставляло ее гореть чуть меньше.


Маленькая девочка, видимо, имела какое-то отношение к тому, чтобы манипулировать Вывертом, чтобы оказать на меня давление; Я не был уверен, как, потому что я не был уверен точно, какова была ее сила, но она звучала как предлог. Я задавался вопросом, могу ли я заставить ее отказаться от ее власти добровольно. Не было никакой возможности, чтобы она могла сохранить свою власть, а не с тем, как Габриэль обошел атакующих людей.


Кроме того, она уже давно похитила и пристрастилась к наркотикам. Я должен был дать ей некоторое возрождение, но я не думал об этом. Надеюсь, теперь, когда большинство кейпы исчезло, я получаю шанс уладить все свои силы и привыкнуть к их использованию наиболее эффективным образом.


"У меня есть неудобное чувство, что сдача вам заставит меня захлопнуться в цепях или окружить сдерживающей пеной", - сказал я. Я посмотрел мисс Милиция в глаза. "Я не думаю, что вам это очень понравится".


"Мы отсудим тебе штаны, - согласился папа, взглянув на меня. Взгляд, который он мне дал, был недоверчивым. Последнее, что нам нужно было, чтобы я признал, что я мстить, когда нам это не нужно.


"У нас нет ничего против тебя, Тейлор, - сказала мисс Милиция. "На самом деле мы начинаем думать, что это может быть к лучшему, если мы будем работать вместе".


"Работать вместе?" Спросил папа. "С людьми, которые активно помогали держать мою дочь в аду на два года?"


Мисс Милиция удивленно посмотрела на него.


"Мы знаем, кто такая девушка Гесс, - сказал он. "Мы знаем какое-то время. Мы ничего не сказали, а мы не будем, но если вы попытаетесь заставить нас исчезнуть, мы будем использовать его ".


"Угрожать выявлением личности Уорда является преступлением, - сказала мисс Милиция. "Даже бывший. У нее все еще есть семья, которую нужно учитывать ".


"Вы так же хорошо сказали, что девушка сейчас монстра, и вы все еще ее защищаете?" - недоверчиво спросил отец. "Она бегает, обрезая уши и головы. Сколько лояльности она заслуживает?


"Та же лояльность, что и твоя дочь, если она присоединится к нам", - сказала мисс Милиция. "Мы знаем, что Гесс - не единственная угроза. Месть сообщила нам, что есть серийный убийственный кейп, названный Габриэлем. Мы - последняя линия защиты против него.


Я усмехнулся. "У вас нет таких новых членов, как" Новая волна ", а не на самом деле. Насколько тяжелее, по вашему мнению, ему будет делать то же самое с вами, что он с ними сделал?


"У нас лучшая операционная безопасность", - сказала она. "У нас есть процедуры, компьютерное наблюдение, и мы приглашаем новых членов на время кризиса".


"Напугай тебя", - сказал я.


"У вас уже было три личности, - сказала мисс Милиция. "Как тяжело было бы вам создать четвертый?"


Конечно, они не хотели бы, чтобы Месть была такой, какой он был. Он был слишком страшен, слишком PR недружелюбен. Им хотелось бы, чтобы моя новая идентичность была чем-то вроде Vista. Они попытаются сделать меня симпатичным.


"А что, если я скажу" нет "?" - спросил я внезапно. Мысль о том, что они связаны документами, правилами и ограничениями, не особенно привлекательна. Они не могли заставить меня, насколько я знал. Даже если Триумвират придет за мной, я просто уйду в другую вселенную, и мне придется найти меня, когда я вернусь.


"Не могли бы вы отменить предложение о защите моего отца?" - спросил я.


Использовали ли они безопасность моего отца, чтобы заставить меня войти в их организацию?


"Наш мыслитель предположил, что это будет иметь неприятные последствия", - сказала мисс Милиция. "Очень плохо. Тогда ответ - нет.


Это означало, что они, по крайней мере, подумали об этом. Они пытались убить меня в прошлом; эта женщина фактически застрелила меня. Если бы не мое беспокойство о моем отце, я бы даже не слушал ее.


Проблема заключалась в том, что я не мог точно поставить папу в шкафчик, пока все не будет в безопасности, насколько я хотел.


Случайная мысль о бомбе стазиса мелькнула у меня в голове, но я не собирался раздавать папу бомбу и просыпаться через шесть месяцев. Мы потеряем наш дом, и он потеряет работу, которую он любил.


Если бы не его любовь к заливу и доклургам, мы бы, вероятно, переехали после смерти мамы.


Тем не менее, я мог бы сохранить идею застоя для последней чрезвычайной меры. Можно было сделать один размер брелка, и если бы у него было это, он мог бы стать неуязвимым, пока кто-то, кто знал, что они делают, отпускает его.


"Я ни на что не признаюсь", - сказал я. "Но если бы я был парахуманом, я мог бы работать с СКП. Я бы не работал на них. У меня с ними серьезные жалобы.


"Еще есть проблема безопасности вашего отца, - сказала она.


"У меня есть идеи, как с этим справиться", - сказал я. "Он будет в порядке".


Она пыталась меня убедить, но я был непреклонен, и, к счастью, отец поддержал меня. Учитывая, что он был тем, кто был в опасности от безумной Софии Гесс, я думал, что это особенно смело.


Тем не менее, в конце концов они ушли.


"Надеюсь, у вас есть план, малыш, - сказал он.


"Мне нужен доступ в лабораторию", - сказал я. "И я подниму некоторые вещи, которые будут держать вас в безопасности, пока я не смогу добраться до вас".


"О?" Спросил он.


"Я могу воспроизвести силу Стояк в форме бомбы", - сказал я. "Кроме того, я могу сделать это до тех пор, пока я хочу, опираясь на силы, лежащие в основе Вселенной".


"Так же, как сила Серого Мальчика, - сказал он сомнительно.


"Жертва ... это был бы ты, не знал бы об этом времени", - сказал я. "А тем временем было бы неважно, если Левиафан решил попытаться уничтожить тебя, ничего не произойдет".


"И ты мог бы отменить это?" - спросил он.


"Легко", - сказал я. "Я даже могу установить близорукий предохранитель, привязанный к парахуманам, которые не я. Все, что вам нужно сделать, это носить его на цепочке и все будет в порядке.


"Сколько времени потребуется, чтобы сделать что-то подобное, и не будет ли это дорогостоящим или потребует сложной лаборатории?"


"Я собираюсь запугать пару идиотов, чтобы позволить мне использовать их лабораторию", - сказал я. "И я могу сделать это через пару дней, если буду осторожен с моим временем".


"Это поразительно."


"Bakuda был лучшим создателем бомб современной эпохи", - сказал я. "Это делает меня еще лучше, потому что я не психотик".


В любом случае, я не думал. Знают ли они, что это психотик? Я не был уверен.


"Как вы их найдете?"


"Сплетница мне обязана", я сердито посмотрел на него. "Она работала над всеми группами злодеев в городе для Coil, а Убер и Леет работали в Coil в прошлом, а это значит, что она знает, как с ними связаться".


"Наверное, мне придется провести еще пару выходных, - сказал он.


"Мне, возможно, придется вложить в вас бомбу, - размышлял я. "В конце концов, она может прийти за тобой, когда ты в ванной или в постели; Софии это не понравилось бы.


"Ты не вживляешь в меня бомбу, - сказал папа, я чувствовал себя необоснованным. Это было бы тем, что спасло бы его жизнь. Не было никакого способа узнать, какая часть монстра Софии стала умственной или физической. Хуже того, никто не знал ничего о своих силах, кроме того, что она казалась какой-то живой тенью.


"Это не повредит", - пообещал я, возможно, немного беззастенчиво. "С силой Оталлы не будет даже шрама".


"У вас нет медицинской степени, - сказал он. "У вас даже не было ничего, кроме одного курса КПП".


"Бакуда выполнял операцию на мозге, и она была крупной политической наукой!" - запротестовала я.


"Должен быть другой путь", - сказал он.


"Вы хотите, чтобы я позволил вам оставаться в сейфе СКП?" - спросил я. "Как птица в клетке? Они будут использовать тебя, чтобы контролировать меня!


"Может быть, вам нужно управлять, - сказал он.


"Что?" - спросил я.


"Я видел, что ты сделал с этими тремя мужчинами, - сказал он. "И ты даже не выглядишь так, как будто ты плохо себя чувствуешь".


"Они планировали убить вас хладнокровно", - сказал я. "Что ты хочешь, чтобы я сделал?"


"Вы могли бы сделать меня неуязвимым, а затем атаковать, как вы обычно это делаете".


"Я не могу использовать силу Оталлы в форме Тумана", - сказал я. "В ту минуту, когда я появился, был шанс, что они выстрелили".


"И со всеми своими силами вы не можете остановить три нормала с оружием?"


"Нет, когда они находятся на расстоянии от вас пальцами на курок, - сказал я. "Я мог бы попытаться вас моргнуть, и я, возможно, не был бы достаточно быстрым".


"И удушение их было безопаснее?" - недоверчиво спросил он. "Что, если один из них потянул спусковой крючок, пока они задыхались?"


"Есть риски", - признался я. "Но в то время я не видел ничего, что могло бы вытащить тебя в безопасности".


"Вы не обучены, - сказал он. "Вы яркие, и у вас есть множество удивительных способностей, но я боюсь, что вы начнете ошибаться, чтобы убивать людей, если вы не замедляетесь и не думаете о том, что делаете".


"Я очистил целый город, и я даже не делал этого в течение трех месяцев", - возразил я. "Насколько ты хочешь, чтобы я сделал?"


"Я просто не хочу, чтобы вы сожалели", - сказал он. "Теперь вы можете быть в порядке, может вернуться, чтобы преследовать вас позже".


СКП должен был знать, что я убил этих мужчин, и они были более чем готовы подметать его под ковриком, потому что было удобно иметь меня как союзника. Я не был удивлен.


Я думаю, папа просто волновался, потому что это была его природа.


Если бы он не хотел иметь имплантат, мне просто нужно было бы использовать успокоительную бомбу, которую я знал, как сделать, и я мог бы сделать это без его ведома. С силой Оталлы он даже не знал, что это было сделано.


Иногда родителям приходилось защищаться, нравится им это или нет.


**********

Изучив их базу через зеркальную вселенную, я появился прямо за Убер и Литом, когда они играли в видеоигры на своем диване.


Я обнаружил, что у меня был примитивный вид восторга в театральности, из-за чего люди боялись. Это была художественная форма, как создание фильма ужасов в реальной жизни.


Взять силы Убер было заманчиво, но я хотел их сотрудничества, и я не хотел, чтобы власть Лита вообще. Я не мог быть уверен, что это не будет сочетаться с моими другими силами Технаря способами, которые я не хотел. Взрыв бомб был тем, чего я хотел; последнее, что мне не нужно было сделать, чтобы сделать больше одной копии бомбы, не взорвав ее в лицо.


Я зажгла голову, и я услышал, как Убер понюхал.


"Чувак, ты снова что-то оставил на плите?"


"Нет", - сказал Лит. "Клянусь, я узнал свой урок после последнего времени. Здесь чисто микроволновая печь.


"Тогда почему я чувствую запах чего-то горящего?"


Они повернулись, чтобы оглянуться назад на свою кухонную кухню, только чтобы увидеть, как я присел на корточки у дивана, с головой на уровне глаз.


Лейт закричал, как маленькая девочка, и бросил своего диспетчера в воздух.


Убер спрыгнул с кушетки и повернулся, в боевой позиции, которую я узнал благодаря способностям похищенных истребителей.


Я стоял, и я возвышался над ними обоими. Я должен признать, что я добавил три дюйма к моим ногам, используя силы Крюковолк.


"Это тот парень, который получил всех", - пробормотал Ли. "Ты не получишь моих сил!"


Как будто я хочу их.


"У ВАС ЕСТЬ ВЫБОР", - сказал я. " РАБОТАЙТЕ ДЛЯ МЕНЯ".


"Или?" Спросил Убер. Он казался гораздо более сложным, чем его партнер.


" ИЛИ НЕ", - сказал я. " ВЫ НЕ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ С ЭТОЙ ВАРИАНТ ".


"Что нам делать?" - спросил Убер.


Лит возился с гаджетом на поясе. Я двигался так быстро, как только мог, с увеличенной скоростью Цирка и Крикета, и я вырвал устройство из его руки. Я сунул его в личный карман. Они оба застыли, ошеломленные моим показом скорости.


"У меня есть люди из капель в заливе Броктон, - сказал я. " ДВЕ БОЛЬШЕ НИЧЕГО НЕ ПРИНИМАЮТСЯ. "


"Что бы вы хотели от нас?" - снова спросил Убер.


" ВАША ЛАБОРАТОРИЯ" , - сказал я. " Я ДОЛЖЕН ТИНКЕР ".


"И что бы мы получили?" Спросил Ли. "Если бы мы работали на вас?"


" ЗАЩИТА", - сказал я. " ИЗ МОНСТРА, КОТОРАЯ НАПРАВЛЯЕТ МОЗГ ПАРАНА. "


"Я думал, что это ты", - сказал Лит. Теперь он выглядел спокойнее, когда мы говорили о сроках. Видимо, для него это была старая шляпа. "Знаешь, есть много видеороликов с ужасом, которые мы могли бы сделать, если бы у нас была помощь от кого-то с большим количеством сил".


Прежде чем я пришел, я потратил тридцать минут, чтобы избавиться от способности ощущать мотивы у нескольких юристов в юридической фирме Алана Барнса. Это было мелочно, но я все еще винил их за то, что позволил ему сделать то, что он сделал со мной. Я ничего не делал навсегда, но мне нужны были навыки.


Важно было знать, смогу ли я доверять этим двум клоунам. У меня не было никаких сил, которые бы облегчали мастеринг, но Убер имел большой опыт работы с Технарями, и он мог использовать свои способности для получения навыков в механике и т. П.


" Я МОГУ ПОМОЧЬ", - сказал я. " НО НЕ В ЭТОЙ ФОРМЕ".


Если бы я мог помочь, никто не собирался издеваться над Мстительностью. Последнее, что мне нужно, было превращено в низкий бюджет Skeletor.


" ВЫ ПРИНИМАЕТЕ ?"


Они посмотрели друг на друга, потом на меня. Они подошли друг к другу и низложили голоса, не зная, что я слышу все, что они говорят.


"Мы должны будем принять", - сказал Лит.


Я позволил себе свернуть в версию моей формы Gamble, за исключением металлического наряда вместо белой кожи.


"Я думаю, что это станет началом прекрасной дружбы", - сказал я, улыбаясь всем навыкам пяти адвокатов.


Наконец у меня были миньоны. Я боролся с желанием смеяться маниакально и должен был напомнить себе, что я собираюсь стать героем.


Надеюсь, они не были идиотами, которые они изображали на YouTube.


42.


Удивительно, но ни Убер, ни Лит не были идиотами. Они напомнили мне, как Грег Ведар, социально низкорослые, хотя ни у кого из них не был фактор ползучести, который всегда вызывал у меня дискомфорт вокруг них.


Как оказалось, оба они сделали отличных помощников. Большинство Технарьов вообще не были хороши в Технарьинг за пределами своих полей, но поле Леэта было всем . Это означало, что даже если бы он сам не мог что-то построить, потому что в прошлом он строил нечто подобное, он был более чем способен понять это и больше, чем способен знать лучшие способы помочь.


Мой график для создания бомб, таким образом, оказался пессимистичным, так как я не учитывал, насколько легче они могли что-то сделать.


Когда я сказал им цель бомб, они оба решили, что они этого хотят. Они слышали о том, что случилось с Парианом, Руной и Новой Волной, и как независимые накидки, они знали, что они следуют на измельчительном блоке. У них даже не было никаких глупых возражений отца на имплантацию, как только Лиет проверил мою работу.


Габриэль рано или поздно приблизится к Протекторату, но, скорее всего, он подождет, пока не подумает, что они уязвимы, а затем занять много. Он должен был быть несколько осторожным, потому что, если его поймают, Триумверат может зайти в Броктон-Бей за относительно короткое время. Я не был уверен, имел ли он телепортацию или что-то подобное, но если бы он этого не сделал, это должно было быть еще более осторожным. У СКП была тактика, чтобы использовать против шейпинга в конце концов.


Создание трех или более из них не занимало гораздо больше времени, чем создание одного. Большую часть времени было потрачено на создание инструментов. Я поймал, что Леет с завистью смотрит на меня один или два раза; он должен был убить его, чтобы я мог массово производить бомбы, когда он мог только сделать один надежно.


Я обсуждал свою идею о телепортации мотоцикла с Leet, пока я работал. Мое карманное измерение не было достаточно большим, чтобы держать весь мотоцикл, а не и удерживать другие вещи, которые я собирался удержать.


Ему понравилась эта идея, и он признал, что ничего подобного не сделал. Он продолжал приставать ко мне о сходстве моего альтернативного "я" со старым персонажем комиксов; Я настаивал на том, что это был результат моих полномочий. Как только я увидел фотографии, которые он показал мне в Интернете, я должен был признать, что мне понравился внешний вид.


Я до сих пор не смог создать полный череп с биокинисисом; Мне нужно было иметь плоть над моими костями. Хотя я мог бы сделать металлический череп с мощью Крюковолк. Оба мальчика одобрили.


Учитывая мою способность делать бомбы, Лит настоял на том, чтобы рассказать мне о злодеи-паука, который летал на механическом планере. Я должен был признать, что я видел фильм "Алеф Земли". Я не был уверен, что изготовление бомб в форме тыкв будет особенно страшно ... или, по крайней мере, не страшнее, чем просто бросать бомбы.


Тем не менее, с моим карманным измерением я мог бы держать много бомб, и я полностью намеревался использовать это. Мне до сих пор не удалось получить никаких бластеров, кроме Штормигера, и с его способностью ветра я мог бы проектировать бомбы на гораздо большее расстояние, чем я мог бы их бросить ... и я мог бы бросить их долгий путь. Используя телекинис Руне, я мог бы даже сделать бомбу в самонаводящейся ракете.


Мне предстояло сразиться с Левиафаном и Габриэлем, и я почувствовал, что мне нужно все, что я могу получить.


Рассказывать мальчикам о предстоящей атаке Левиафана было достаточно, чтобы укрепить их лояльность, или, по крайней мере, моя способность исчезать, чтобы понять мотивы, сказанные мне. Это был их город, и они хотели сохранить его в безопасности.


***********


"Нам понадобятся деньги, если вы планируете сохранить это", - сказал Леет. "Трюки не дешево".


"И работая над зарплатой You Tuber, вы почти не платите за то, что будете делать".


Я нахмурился. Разумеется, они были правы. Я работал над материалами, которые я нашел в лаборатории Leet, но сырье быстро заканчивалось, и вскоре нам нужно было найти другие источники. У меня были идеи для всех видов экзотических бомб, но для некоторых из них требовались редкие материалы, которые нельзя было найти только на свалке.


Если бы я был другим Технарём, я бы построил трансмутер материи, возможно, превратил морскую воду во всевозможные полезные материалы. Однако у меня не было таких навыков, и Лит говорит, что строительство одного из них было первым, что он сделал. Он давно потерял машину, и строительство другого не могло быть и речи.


Вы не создали нестабильный трансмутер материи. Даже я знал, что это была очень плохая идея. Поворот воды в антиматерии был хорошим способом уничтожить большую часть Северной Америки. Одна чайная ложка была бы эквивалентна ядерному оружию в четыре мегатонны, когда она коснулась материи, и я бы занимался десятками килограммов.


Думая о силах, которые у меня были, я не был уверен, что любой из них можно легко превратить в зарабатывание денег. Я мог бы использовать мой огонь для запуска генератора, но это было бы высшей тратой моего времени ... и власть Руны была бы намного более эффективной при этом.


Я мог бы, вероятно, продать регенерацию Оталы людям, но жители Броктон-Бей привыкли к Панацее, предоставляя исцеление бесплатно. Они могут быть стойкими к идее, думая, что она может вернуться в любое время, хотя я знал, что она, вероятно, не вернется, пока ситуация с Габриелем не будет решена и, возможно, даже не тогда.


Тем не менее, сначала было бы сопротивление, пока люди не были уверены, что мое исцеление безопасно, и я не был уверен, что у нас такое время.


С тем, что СКП оказывает давление на банды, нормальный метод получения денег также не будет распространяться. Торговля наркотиками в городе была с благодарностью нарушена, что я слышал сообщения о наркоманах, которые детоксифицировали из-за отсутствия наркотиков, которые купались в больницах.


Я думал об этом в течение долгого времени, а потом у меня была злая мысль.


"Кто-то, кто мне задолжал, - сказал я. Я дал Лейту злую усмешку. "Я не думаю, что деньги будут проблемой".


Неудивительно, что Tattletale не отказалась от того, чтобы у меня был банковский счет с десятью миллионами долларов. В качестве второстепенного мне обычно понадобилось бы разрешение моего отца на создание учетной записи, но кейпский закон был немного иным, и она использовала кого-то по имени человека номер, который, как я подозревал, не был точно на высоте и выше.


Тот факт, что я мог бы вывести ее в СКП, и они заставили бы ее отказаться от всех ее плохо полученных денег, вероятно, были учтены ее быстрым решением. Тот факт, что я все еще сердился на нее и мог просто всплыть позади нее в любое время и, возможно, уничтожить силы прямо из ее головы, вероятно, и в ней.


Тем не менее, я рассказал ей о предстоящем нападении Левиафана, и у нее была такая же заинтересованность в том, чтобы избежать этого, как и я. В конце концов, она создавала отношения с СКП здесь, и ее товарищи по команде все еще были здесь.


Она призналась, что пыталась завести своих товарищей по команде в палаты. По-видимому, у одного из них были проблемы с опекой, которые, по ее мнению, они могли ему помочь, а у другого были юридические вопросы. Последняя была единственной, которая, по ее мнению, была бы устойчивой.


Помимо Убер и Лета, и команда Faultline, они были последними из оставшихся независимых в Броктон-Бей, хотя Сплетница сказал мне, что у Империи появился новый триггер.


Я подумал, не связан ли я с этим. В конце концов, я ходил вокруг ужасающих головорезов в правую и левую. Я видел больше, чем один мокрый сам. По любому определению я давал им плохой день. Но я не собираюсь чувствовать себя плохо. В конце концов, они провели всю свою криминальную карьеру, давая всем окружающим плохой день.


Когда я успею, я пойду, чтобы отслеживать, кто бы ни упал на этот новый плащ, и я бы позаботился о нем, предполагая, что Протекторат или СКП не добрались до него первым.


Конечно, если бы у него была очень желательная сила, я бы выбрал его в верхней части списка. В конце концов, хороший Мастер, Бластер или Мыслитель стоил своего веса в золоте.


Тем не менее, я думал, что могу доверять Уберу и Литу, чтобы сделать некоторые покупки для меня, если я перечислил деньги на специальный счет для них. Когда они увидели количество, которое я выделил, их глаза расширились комично. Я щедро согласился предоставить им оставшиеся материалы, хотя они должны были бы дать мне изменения.


Лейт казался счастливее, чем весь день.


Тот факт, что деньги Койла, наконец, будут использованы для чего-то, что было действительно полезно для города, было добавленным плюсом.


Я был менее рад, когда Сплетница сказал мне, что Выверт уже избежал СКП. Видимо, он просто исчез из запертой комнаты, когда свет погас. Она не думала, что он убежал сам по себе, но она также не думала, что Выверт стал одной из жертв Габриэля. Это не соответствовало его профилю. Габриэль оставил бы безмозглый организм, как гордый трофей, вместо того чтобы скрывать его.


Конечно, возможно, что он хотел скрыть свою причастность от СКП, но все это должно было сделать всю организацию на высоком уровне.


************


Я только что закончил имплантировать бомбу в шею Убера с наблюдением Лита; Лейт первым занял первое место, когда Убер взял на себя медицинские навыки, чтобы работать вторым и без каких-либо плохих последствий. Регенерация Оталлы сделала все безболезненным, и я был счастлив, что у меня было два предмета, которыми я занимался, прежде чем я работал над папой.


Стук в дверь был неожиданным.


Я взглянул на Лита. "Мы ждем кого-нибудь?"


"Мы на лодке, - сказал Лит, поморщившись. "Кто может стучать?"


Он схватил пульт дистанционного управления, и приостановленный экран видеоигр на большом экране телевизора переключился на несколько видов снаружи; они устанавливали ненавязчивые камеры безопасности повсюду.


На улице стоял темноволосый мужчина. Он выглядел так, будто плакал. У него было кожаное портфолио, крепко сжатое под мышкой.


Мы взглянули друг на друга, а затем на бессознательную форму Убера. Это было не лучшее время для посетителей, тем более, что казалось, что это была ловушка.


"Мы лучше ответим на это, - сказал Лит. "Прежде чем он начнет привлекать внимание".


Они много инвестировали в лаборатории внутри лодки. Приступить к началу было неудобство, которое никому из нас не нужно.


Я последовал за ним через лабиринт коридоров. На мгновение я подумал о том, чтобы появиться за человеком, использующим зеркальную вселенную, но здравый скейпл удерживал меня. Последнее, что мне было нужно, это использовать силы в поле зрения берега. Это привлекло бы нежелательное внимание.


"Могу я вам помочь?" Спросил Ли.


"Мне нужно, чтобы ты взял это у меня", - сказал мужчина. Он бросился вперед и схватил Лита за переднюю футболку. "Они сказали мне, что могли!"


"Чувак, откинься!" - сказал Лит, слегка толкнув мужчину. "Кто сказал, что мы можем что-то взять?"


Мужчина оглянулся и сказал: "Люди дали мне силы, но они плохие. Меня послали сюда. Они сказали, что вы можете лучше их использовать, чем я.


Кто знал, что я здесь, подумал я. У меня было некоторое представление о людях, продающих силы, но это был первый человек, с которым я познакомился, который мог бы что-то узнать об этом и мог бы рассказать мне, что мне нужно знать.


Лиет отступил. "Если это трюк, вы пожалеете об этом. Мы можем поговорить в каюте прямо здесь.


Он взглянул на меня, приподняв бровь, как бы спросив, слышал ли я что-нибудь. Конечно, он знал силы, которые, как я подозревал; ПХО спекулировал. Они, конечно, не знали о силе страха, или о зеркальной вселенной, или от кого я получил свое пламя, но в остальном у них был довольно хороший список.


Вероятно, он знал о моем усиленном слушании. Я слушал, и я не слышал ничего необычного; просто звук ветра и волн, а бездомные люди рвут пирсом.


Иногда сумасшедшие чувства были скорее проклятием, чем благословением.


Я слегка покачал головой, и он повернулся, чтобы вести человека по коридору. Я заметил, что он доверял мне, чтобы посмотреть на его спину. Это было потому, что я был товарищем Технарём, или было что-то еще обо мне, что заставляло его доверять мне. У меня не было никаких способностей к доверию, и это было не так, как будто я украл чью-либо харизму или лидерские навыки ... хотя подумать об этом, что может быть чем-то, что мне нужно будет изучить.


Может быть, были некоторые культовые лидеры, которых я мог бы отсидеть в тюрьме. Это может быть полезно, будучи способным манипулировать людьми, следуя за мной. Если бы я не смог их найти, я бы взял бывших политиков. Это будет иметь дополнительное преимущество, позволяющее им вернуться в офис.


Когда мы подошли к маленькой каюте, Лиет вошел в комнату и стал ждать, когда тот добрый человек.


"Хорошо, - сказал он. "О чем это все?"


"Я хотел быть героем", - сказал мужчина. Он уставился на портфель, который он носил. "И ходят слухи, что есть люди, которые могут это сделать. Их было нелегко найти, и они пытались убедить меня, что это не для меня, но я все равно пошел вперед. Мне жаль, что нет.


Из того, что он говорил раньше, он хотел, чтобы я взял его власть. Если бы у него был какой-то причудливый хвост ящерицы, мне пришлось отказаться.


"Какую силу вы получили?" Спросил Ли. Я не был уверен, действительно ли он был хорош в том, чтобы скрыть свое удивление от людей, продающих силы, или если он слышал об этом уже откуда-то.


"Я рисую будущее", - сказал мужчина. "Если бы это было все, я был бы разочарован, но я мог бы справиться. Возможно, СКП использовал меня в не боевой способности. Проблема в том, что я испытываю то, что рисую, а будущее не хорошо ".


Под стенами стоял полуразрушенный конференц-стол. Мужчина подошел к нему и поставил свой портфель. Пыль и плесень вздымались, и я использовал ветры Штормигера, чтобы слегка отразить запах от меня, а не ко мне.


Открыв портфель, мужчина начал вытаскивать бумаги.


Они были похожи на газету, которую показал мне Габриэль, за исключением того, что стиль искусства был другим. Вместо того, чтобы рисоваться как мультфильм, это было втянуто в очень реалистичный стиль, с выражением ужаса на лицах людей.


Они сделаны в цветном карандаше вместо черно-белых, как у Габриэля, они были яркими и тревожными.Сцена после сцены мертвых членов Протектората, лежащих перед Левиафаном, из убежища Губитель распалась, и тела мертвых свалились так высоко, как мог видеть глаз.


Я знал, что атаки Губитель были плохими, но я не понимал, что разрушения были такими же плохими, как я видел здесь. Я подозревал, что СМИ, вероятно, преуменьшали разрушения, чтобы люди не теряли надежды и становились жертвами отчаяния.


Но были и другие картины. Фотографии из стекла разбиваются, раскалывают людей на куски, чудовищного червя и с ужасно знакомой полосатой фигурой на расстоянии. Фон был определенно залив.


"У меня даже нет временной шкалы или не знаю, в каком порядке должно произойти какое-либо из этих событий", - сказал мужчина. "Но единственное, что я знаю, это то, что меня будут мучить эти видения, пока я не избавлюсь от них, так или иначе". "


Бойня идет в залив", - выдохнул Лит, его лицо истощилось все цвет.


"Что?" Я слышал, как сказал Убер. Он, очевидно, оправился от операции. "Даже не шутите об этом". "


Этот парень - предлог, - сказал Лит. "Он говорит, что может прекодировать Эндрингерс и другие вещи".


Я просматривал страницы быстрее и быстрее. Их было много.


"Почему все сражаются с Сквионом?" - спросил я. "Почему я сражаюсь с Сквионом?"


"Все думают, что он хорош", - сказал мужчина. Глаза у него были красные, лицо бледное. "Но он хуже, чем Энбрингеры ... намного хуже. Он собирается закончить мир "


. Картины, которые я смотрел, теперь заставили атаку Левиафана выглядеть как детская игра. Это было похоже на само определение ада. Убер и Лейт смотрели мне через плечо, и я был рад, что я вспомнил, что они невосприимчивы к тому, чтобы сбросить бомбы друг друга.


"Чувак, никто не может предсказать Энбрингерса, - сказал Убер. "Если бы они могли, кто-то уже сделал бы это".


Я вытащил следующую картинку, и я застыл.


Были серии фотографий; этой лодки, человека, который садился на лодку, и стучал в дверь, и мы отвечали на дверь. У меня была точная одежда на картинке, на которой я теперь был. Так было и Леет. Его выражение было даже правдой.


"Так вы нас нашли?" - спросил я.


Он кивнул."Они даже не должны были мне рассказывать, они сделали копии всех моих картин, хотя они, вероятно, знают".


Я вытащил следующую страницу, и я застыл.


В этой комнате была закейпловатая картина всех нас. Словно воздушный шар над головой Убера, точно говоря: "Чувак, никто не может предсказать Энбрингерса. Если бы они могли, кто-то уже сделал бы это ".


Без слов я передал газету Уберу, который стал белым как лист.


Precogs были не такими точными. Если бы этот парень был, то это означало, что возможно, что другие вещи, которые он показывал нам, были законными.


"У тебя нет причудливых уродств?" - спросил я мужчину.


Он покачал головой.


Если бы человек был прав, тогда мне понадобилось бы все, что я мог бы получить, если бы я помог спасти всех.


"Вы хотели, чтобы я взял его у вас?" - спросил я.


Он кивнул.


Я протянул руку. "По рукам."


43.


Когда я получил силу, чтобы набраться сил от страха, у меня не было большого опыта принимать силы. Я знал, что власть несколько отличается, но я точно не знал, как это сделать. Теперь, когда я взял двадцать разных сил, у меня была гораздо лучшая идея.


Эта сила была чистой, и все остальные силы, которые я использовал, казались испорченными каким-то образом. Я не был уверен, что понял это различие даже сейчас, но было что-то совершенно неправильное в отношении обычных сил, которые я получил.


Он посмотрел на меня на мгновение, затем согнул руку.


"Он ушел?" - спросил он.


"Вы не можете сказать?"


Он покачал головой.


Я колебался."Знаете ли вы, что вещи, которые вы видите, это вещи, которые должны быть, или только то, что может быть?"


"Ребята, у меня есть полномочия сказать мне, что все может измениться ... но только в результате того, что вы делаете с измените их. Ты ничего не делаешь, и все получится именно так, как написано.


- Твоя сила исчезла, - сказал я. Я чувствовал это, ярко сия среди всех других более темных сил. "Кстати, я буду держать фотографии".


Кивнув, он вздохнул.


"Что ты собираешься делать, мужик?" Спросил Лит.


"Я собираюсь взять свою семью и найти место в горах, так далеко от кого-либо другого, что я могу найти", - сказал он. "И я собираюсь взорваться и дождаться конца".


"Я думал, ты хочешь стать героем, - сказал Лит.


"Я не отрезаю за это", - сказал он. "Я даже не мог взять несколько видений, как бы я отреагировал, когда начнется реальная вещь?"


"Вам нужна помощь, чтобы вернуться?" - спросил я.


Он покачал головой."У меня есть лодка, и у меня есть машина, ожидающая доков".


Через мгновение он исчез.


Убер одержимо просматривал страницы. "Этого не может быть".


"Я сказал тебе, что Левиафан идет", - сказал я. "Это делает два предлога, которые говорят одно и то же. Что это говорит вам? -


Нам нужно передать их Протекторату, - сказал Лит. "Им нужно знать, что произойдет".


"Копии", - сказал я. "Не последние страницы, конечно. Я бы так же скоро никто не знал, что мы работаем вместе, пока нам не придется.


- Стыдно, что я работаю с командой выродка? - спросил Лит.


"Любой, кого они знают, что они могут нацелиться, становится для меня ответственностью", - сказал я. "Это включает Габриэля, бывшего Теневого Сталкера и даже Протектората".


"Э ... подождите ... Теневой Сталкер?" Лиет уставился на меня.


"Я знал ее в ее личной жизни", - сказал я. "Она была моей первой жертвой. С тех пор, как мне стало лучше, я даже не потрудился использовать ее силы. Похоже, она тоже поправляется, и она идет за людьми, которые, как она чувствует, предает ее. Она уже убила директора школы Уинслоу и похитила одноклассника.


- Великие ... более сумасшедшие накидки, - пробормотал Убер. "Раньше она была не самым стабильным кейпом. Я слышал рассказы о ней и ее арбалета ... -


Она обезглавила директора школы, - сказал я, прерывая его. "И отрежь ушей ее одноклассника. Есть причина, что я дал вам имплантаты, и Габриэль был не единственным.


"Вы должны держать нас в курсе этих вещей", - сказал Лит. "Знать, что вас преследуют два сумасшедших серийных убийцы, может быть приятно узнать, прежде чем мы подпишем вам".


"Мы собираемся спасти мир или умереть", - сказал я.


"Каковы другие варианты?" Спросил Ли.


"Умереть ... не пытаешься?"


"Когда ты так выразился ..." Леет нахмурился. "Это не то, во что мы ввязались во все это, понимаете? Мы просто хотели, чтобы люди смотрели наше шоу. Присоединение к Энбрингерс и бойни намного выше нашей зарплаты.


- Кто ушел, если не ты? - спросил я. Я указал на бумаги: "Вы можете увидеть, что произойдет с Протекторатом, если никто ничего не сделает, и этот человек сказал, что ничего не изменится, если мы ничего не сделаем".


"Возможно, они могут сделать что-то другое, если видят картины", - сказал Лит.


Я уставился на стол и покачал головой. "Может быть.Я не уверен, насколько это поможет. Вы можете видеть, кто умирает, и иногда вы даже можете увидеть, какие у них раны, но в основном вы не можете точно видеть, что произошло ... кроме этого ".


Оба мужчины поморщились и отвернулись. Даже в качестве картины это было ужасно.


"Он сказал, что тот, кто дал ему силы, имеет копии фотографий", - сказал Убер. "Значит ли это, что нам нужно двигаться?"


Я нахмурился."Как долго это займет?"


"Дольше, чем у нас, - сказал Лит. "Посмотрите на фотографии".


Он указал на разные места. "Посмотри на деревья. Это еще весна. Деревья разные летом, осенью и зимой.


- Это может быть в следующем году, - сказал Убер.


"Ты действительно так думаешь?" Спросил Ли. "Посмотрите на Vista в этой картине. Ты думаешь, она больше не заполнила бы через год?


- Чувак ... не круто, - помогала Убер.


Однако у него был момент. Несмотря на то, что я едва ли была самой сладострастной девочкой, год внес большой вклад в мое развитие, особенно в возрасте Vista.


"Если еще весна, - медленно сказала я, - значит, это может случиться завтра, или у нас может быть еще два месяца. В любом случае, у нас нет времени переместить лабораторию ".


Мысль о создании действительно огромного двигателя и перемещении всего корабля обратилась ко мне на висцеральном уровне, но у меня определенно не было времени на это, даже если бы я знал несколько способов сделать корабль действительно крутым. По какой-то причине идея пылающего адского корабля действительно понравилась мне.


"Тогда вам нужно передать их Протекторату, - твердо сказал Ли. "У них много мыслителей, и даже если большинство из них не так уж велико, они могут многое сделать".


Я мрачно кивнул. "Я избавлюсь от тех, кто показывает корабль".


Они кивнули."Спасибо за это. Я не думаю, что я мог бы многое сделать с помощью Оружейника, смотрящего через мое плечо. -


Похоже, нам понадобится много бомб, - сказал я. " Много бомб. Если Бойня придет, у них есть парень, который может отрицать силы, и я хотел бы иметь оружие, которое может помочь мне сразиться с ним, даже если ничего не работает.


Лит нахмурился. "Мы можем сделать много подготовительной работы, но я не думаю, что мне лучше строить любые бомбы. Вещи, как правило, идут боком, когда я это делаю. -


Купите материалы и настроитесь на массовое производство, - сказал я. "У вас, ребята, цветной копир?"


Они кивнули. Конечно, сделали.Вероятно, они использовали его для воспроизведения фан-плакатов или чего-то еще.


"Я получу их для людей, которые могут их использовать", - сказал я.


***************

Сидя за столом от меня, Армсмейстер и мисс Милита уставились на меня. Эмили Пиггот оказалась не такой толстой, как я слышал, что люди говорят онлайн, хотя она бежала к семенам.


"Вы все время избегали говорить с нами, - сказала она. "Зачем разговаривать с нами сейчас?"


"Недавно я приобрел это у кого-то, кого я считаю прекодом великой державы", - сказал я. "Были и другие ... личные фотографии, которые показывали будущее в мельчайших подробностях, и эти совпадения со вторым предлогом, с которым я разговаривал".


"Для тех, кто утверждает, что не является парахуманом, вы, кажется, знаете много людей с силы, - сухо сказал Пиггот. "Ты знаешь, что мы знаем, по крайней мере, три твои личности".


"Если бы у меня был адвокат, он сказал бы мне, что у вас нет доказательств ни одного из них", сказал я гладко. Я бы уничтожил Алана Барнса до этой встречи, но он, очевидно, находился в психиатрической больнице после того, как уши его дочери нашли в ванной друга.


"Мы могли бы утверждать, что, - сказал Пиггот. "И учитывая ваши другие идентичности" ... склонность к краже сил других, я должен предположить, что у вас теперь есть сила этого предлога? "


Я пожал плечами."Я могу получить больше фотографий. Учитывая то, что должно произойти, я думаю, нам нужно будет работать вместе.


- Кто бы вы ни были, не имеет значения, - сказала мисс Милиция. "Что важно, если картины являются подлинной статьей. Вы можете показать их нам?


Я передал фотографии. Я бы поставил их в какой-то порядок, хотя я не был уверен, в каком порядке все будет происходить.


"Знаете ли вы заказ?" Спросил Армасмастер, глядя на фотографии.


Я покачал головой."Для некоторых событий есть очевидная прогрессия, но нельзя сказать, покажет ли Бойня до или после Левиафана". "


Меня беспокоит мысль о том, что мы закончим борьбу с Scion", - сказал Пиггот. "Это кажется ... маловероятным ... и он ставит под сомнение правдивость этих других картин". "


По словам человека, которого я получил от этого, Сьюон на самом деле является последним и худшим из Губителей", - сказал я.


Это не совсем то, что он мне сказал, но это была основная идея. Он собирался положить конец миру так, как не мог, и намного быстрее.


"Очевидно, что атака Scion является последней в последовательности, - сказал Оружейник. "Здания не оставлены стоящими, которые все еще присутствуют во время атаки Левиафана".


"Все еще ... откуда мы знаем, что это",- сказал Пиггот.


"Можем ли мы позволить себе не верить?" - спросил я. "Если Левиафан и Бойня придут, мы сможем подготовиться к этому. С этими фотографиями мы даже знаем, кто, скорее всего, упадет. Все на фотографиях можно изменить. -


Это может быть ловушка, - заметил Оружейник.


Я ждал, когда он это скажет.


Я вытащил последний снимок со дна кучи. Я не хотел ждать, прежде чем попробовать свои новые силы, и то, что у меня было, было образ того места, в котором мы были сейчас. Они изменили комнаты в последнюю минуту, потому что встреча длилась долго в комнате, которую мы собирались взять.


Они смотрели на фотографию, которую я сделал. Видимо, талант рисования пришел с талантом, потому что картина выглядела в том же стиле, что и другие.


Я дал им еще одну фотографию. Он показал, что Velocity открывает дверь и говорит: "Извините, что прервали, но директор Коста Браун по телефону".


Они долго смотрели на картину.


Дверь открылась, и Велик наклонился. "Извините, что перебил, но директор Коста Браун по телефону".


Пигготи долго смотрел на картину, а затем вздохнул. "Мы должны признать, что это может быть настоящим предчувствием. Мы должны серьезно относиться к этому. "


Что она хотела ... выиграть лотерейные номера?


На мгновение я подумал, могу ли я действительно произвести выигрышные номера лотереи, но я знал, что это маловероятно. Человек не сказал мне, что рисунки картины произошли в трансе, и что я не буду иметь никакого контроля над тем, что я видел в будущем.


Эта сила была намного более мощной и детализированной, чем любая другая предзнающая сила, о которой я когда-либо слышал, кроме, может быть, Выверт. Конечно, у него были ограничения. Все силы.


"Можем ли мы взять их?" Спросила мисс Милиция, когда Пиггот поднялся, чтобы позвонить по телефону. "У нас есть новый Мыслитель, который мог бы узнать от них намного больше".


Я уже получил обещание Сплетницаа, что все, что она почерпнула из них, она мне скажет. Учитывая, насколько это важно, я сомневался, что она попытается предать меня.


"Это копии", - сказал я. "Не стесняйтесь их брать".


Миссис Милиция колебалась. "Я все еще думаю, что мы должны работать более тесно. Я не знаю, почему вы все еще отрицаете, кто вы.


"Это вежливая фантастика, - сказал я гладко. "Это позволяет мне жить, как обычные люди. Может быть, я тот, кого ты говоришь, я ... может быть, я не. Вы знаете, что я не обычная девушка, и этого достаточно. "


Я совершил убийства в некоторых своих личных лицах. Признание того, кто я был, равнозначно признанию того, что я совершил эти убийства. Я не был достаточно самоуверенным, чтобы поверить, что я был непобедим. Насколько я знал, Протекторат держал Мастеров в тайне, чтобы иметь дело с людьми, с которыми нельзя было иметь дело иначе.


Пробуждение в КЛЕТКА, потому что я был слишком самоуверенным, не то, что я хотел увидеть. Я подозревал, что в конце концов я смогу убежать, по крайней мере, однажды я выплюнул всех на место, но мне нужно было кое-что сделать, и я не сделал этого,у вас есть время, чтобы волноваться о побеге из Алькатраса.


Я мог бы даже иметь достаточные силы, чтобы убежать от КЛЕТКА сейчас, между зеркальной вселенной, силой Теневой Сталкер и моей способностью превращаться в туман и использовать биокинез, чтобы выжить в вакууме в течение определенного периода времени.


"Важно то, что у меня есть доступ к дальнейшему пониманию будущего", - сказал я. "И это кажется более подробным, чем обычно". "


Если этот ваш предшественник сможет надежно предсказать Губительs, это будет сменщик игры, - сказала трезвая мисс Милиция. "Будучи в состоянии узнать, в каком городе они могут нанести удар дальше, и когда мы дадим нам шанс эвакуироваться заранее. Это спасло бы жизни тысяч людей ".


Я знал это, конечно, и человек, который отказался от власти, должен был это знать. Он сказал, что хочет быть героем, но когда толчок наступил, он убежал, а не стал смотреть на вещи, с которыми он не хотел иметь дело.


Его можно было отпраздновать как величайшего героя, так как ... ну, Герой, но вместо этого он убегал, чтобы спрятаться в хижине где-то в ожидании конца.


Я не мог этого понять.Быть героем было все о том, чтобы иметь возможность изменить ситуацию. Увидев ужасное будущее, я заставил меня больше работать, чтобы изменить его. Будущее не было установлено в камне, и если бы оно могло изменить все, это означало, что вам нужно было найти один путь, который привел к победе на уровне .00001 процента.


"Девушка ... Дина все в порядке?" - спросил я.


Если бы я не был мщением, я бы ничего не знал о ней, но мы поддерживали только вежливую фантастику.


"По-видимому, она почти такая же хорошая, как и ваш друг, но ее способность вызывает изнурительные головные боли", - сказала мисс Милиция. "Вот почему мы не имеем ее в программе" Детокс ", контролируемой с медицинской точки зрения."


"Надеюсь, она поправится", - сказал я. Я нахмурился."Она считает, что ее способность - это благословение или проклятие?"


"Я уверен, что она не готова, чтобы кто-то вырвал ее у нее посреди ночи, - сухо сказала мисс Милиция. Я мог видеть по тому, как она смотрела на меня, что она не верила, что у прекога еще есть свои силы.


Я не знаю, почему это немного обидело меня, хотя я действительно съел его силы. Возможно, это была главная вещь.


"Человек, с которым я получил фотографии, не считал силу большей частью подарка, - сказал я правдиво. "Его мучили то, что он видел в будущем, и он чувствовал, что это безнадежно. Он думал, что Скион был лигой за пределами любого из Губителей, и что ничто из того, что мы сделали, никогда не изменит ситуацию ".


"Некоторые люди думают то же самое об Энбрингере", - сказала мисс Милиция. "Но если мы просто ляжем и сдадимся, где мы будем? Они могут бесполезно бороться с ними, но в конце концов мы все там, чтобы спасать жизни, и мы это делаем. Поскольку мы откладываем жизнь, сотни или тысячи людей не умирают. Некоторые из этих людей могут быть теми, кто срабатывает с правильной властью, или тот, у кого есть идея, о которой никто еще не подумал.


- Предполагая, что манекен не получает их, - сказал я кисло. "Есть люди, которых нужно вынимать, прежде чем мы даже доберемся до Губителей"


. Бойня Девять, Зубы, другие монстры в человеческой форме. Нечестным было то, что у них были лучшие силы, чем герои, как правило, по-видимому, потому что, если бы они этого не сделали, их уже поймали.


"Возможно, вы дали нам ключ, который помогает сделать это, - сказала мисс Милиция. "Если наш мыслитель может сузить время и место, в которое прибывает Бойня, мы можем ждать от них. У нас может быть шанс на самом деле сделать разницу на один раз, а не всегда играть на догоняющем уровне. "


Сила может даже дать мне преимущество в Софии или Габриэле. Несчастная вещь о Габриэле заключалась в том, что у него была собственная версия власти, а это означало, что она может превратиться в постоянную игру одного из нас.


"Левиафан идет, - сказал я. "И Девять. Если в городе останутся какие-то злодеи, я уверен, что они были бы готовы работать против тех вещей, которые вторглись в наш город.


- А вы не имели ничего общего с нехваткой злодеев в городе? - спросила мисс Милиция.


Я пожал плечами."Сейчас не время назначать вину. Нам просто нужно работать вместе. -


Мы будем держать тебя в курсе, - сказала она.


Мне почему-то даже не нужна была украденная способность обманывать, чтобы знать, что она лжет. Они возьмут информацию, которую я им дал, и сделайте все, что с ней сделали, и они сделают все возможное, чтобы вырезать меня из петли, если они не подумают, что они могут использовать меня.


Однако, насколько я знаю, они не знали о моей связи с Сплетница, которая обещала, что она будет держать меня в курсе.


На данный момент мне пришлось вернуться к строительным бомбам и небольшую недифференцирующую операцию с папой, когда он не смотрел. Может быть, когда-нибудь люди научатся доверять мне.


44.


Зная, что временные рамки были такими же плотными, как и я, я знал, что должен закончить игру. Мне нужны были планы по борьбе с бойней и с Левиафаном, и мне нужно было их реализовать, прежде чем кто-либо из них попал в Броктон-Бей.


Я разглагольствовал о воровстве, потому что, несмотря на все оправдания, которые я сделал для себя, это было очень неэтичное нарушение человека. Кража навыков у пациентов с болезнью Альцгеймера сделало бы меня так же плохо, как Виктор, возможно, даже хуже.


Вернувшись на корабль, я встретил Убера.


"Ты уверен, что это не оставит меня слюноотделом?" - спросил Убер.


"Это только постоянный, если я слишком многого", - сказал я. "И все, что мне нужно сделать, это немного посмотреть, не будет ли это вообще работать".


Получение навыков от Убера было бы наименее неэтичным, что я мог бы сделать, учитывая все обстоятельства, и учитывая, что он мог получить доступ к любым навыкам под солнцем, мне не потребовалось бы много времени, чтобы быть экспертом во всем ... и я подозревал, что Мне нужно было быть.


"С чего нам начать?" - спросил он.


"Хм ... выберите навык, которого у тебя обычно нет. Я не хочу ошибаться в ваших обычных навыках для производства и в конечном итоге истощать вас ".


"Это было бы плохо, - сказал Убер. Он задумался на мгновение. "Я никогда не делал балетных танцев".


"Это сработает", - сказал я.


Даже если бы это было не что-то, что мне было нужно, это было бы идеально для практики, и у меня был неожиданный образ себя, как балет Vengeance, танцующий перед бойней. Я подозревал, что они заставят даже остановиться и посмотреть.


Он сосредоточился на мгновение, затем сказал: "У меня это есть".


Поклонившись мне, он начал крутиться по комнате. Учитывая, что у танцоров обычно были специальные ботинки, он был очень талантлив внезапно.


Я потянулся к власти Виктора, и это было похоже на схватку в воздухе. Там просто ничего не было. Я чувствовал его другие навыки, которые были у него в повседневной жизни, но танцы тоже не могли существовать.


"Дерьмо", пробормотал я. "Это не сработает".


Он остановился и уставился на меня. "Я не уверен, что я недоволен этим. Что случилось бы, если бы ты навсегда овладел навыком, и я не получил его обратно?


Это было бы пустой тратой. Было бы намного лучше просто взять его способность обладать всеми навыками и покончить с этим.


Он резко взглянул на меня, как будто он мог понять, о чем я думал. Подняв руки, он сказал: "Я все еще могу быть полезен вам даже без этого".


"Все будут нужны, чтобы быть полезными", - сказал я. "Учитывая, что произойдет".


Мне нужно было найти другое решение, и это будет связано с загрязнением рук. Мне это не нравилось, но это были те решения, которые собирались держать людей в живых.


Это означало, что мое стремление к тривиальным навыкам должно было пойти на обочину. Не было никакой необходимости воровать навыки видеоигр, чтобы я мог победить Лита. (Убер обманывал, я подозревал, знал ли он, что я все равно использую силы).


Я должен сосредоточиться на способности читать язык тела, на харизму и лидерство, на боевые навыки и скрытность. Компьютерные навыки могут быть полезны, хотя Убер и Лит оба были такими же, как и Tattletale. Вероятно, были бы другие навыки, которые я даже не знал, что мне нужно, пока не стало слишком поздно.


Схватив мой мобильный телефон, я быстро набрал номер.


"Сплетница", - сказал я. "Ты можешь говорить?"


***************


Сплетница была удивительно хороша в том, что она сделала.


Я сомневался, что мне удалось бы найти список осужденных с наборами навыков, которые я хотел, а тем более нашли точные ячейки, в которых они находились.


Моя первоначальная идея отправиться за заключенными в камере смертников была быстро прикована к Tattletale. В Нью-Хэмпшире был только один заключенный смертной казни, и ни у одного из других государств в регионе даже не было смертной казни. Этот заключенный считался не очень ярким в любом случае и вряд ли имел бы какие-либо навыки, которые мне нужны.


Были, однако, люди, у которых была жизнь без права условно-досрочного освобождения. Дозорные дети, культовые лидеры, многочисленные убийцы ... все они люди, которые были бы опасны для общества, если бы их оставили с их навыками и каким-то образом смогли снова выбраться.


Я был не совсем уверен, но я не мог найти никаких альтернатив. Кража у пациентов с болезнью Альцгеймера казалась излишне жестокой, тем более, что у них вряд ли были какие-то навыки, которые я отчаянно нуждался.


Для этой операции я решил не использовать ни одну из моих установленных удостоверений. Последнее, что мне нужно было сделать, это антагонизировать Протекторат, когда мне нужно сотрудничество. Поэтому я купил полный черный комбинезон, надел лыжную маску, и я поехал на украденном мотоцикле в шестидесяти милях до Ланкастера, чтобы добраться до тюрьмы.


Найти было нелегко. Это была тюрьма строгого режима и была одной из самых технически совершенных тюрем в Соединенных Штатах, по крайней мере, тех, кто не имел дело с парахуманами.


Мужчины здесь нуждались в такой безопасности, а это означало, что они были именно такими людьми, которые мне нужны.


Зеркальная вселенная была идеальна для разведки тюрьмы заранее. Последнее, что мне было нужно, было неожиданностью. Я поменял лицо под лыжную маску на случай, если произойдет что-то неловкое.


Тогда это просто вопрос ожидания до трех утра. Я потратил время на создание картин; это был отличный способ сделать время летать, так как я вообще не знал о времени, когда я делал картины. Сползая предметы искусства и готовые картины в мое личное карманное измерение, я оставил зеркальную версию офиса Уорденда, и я проскользнул через зеркальные залы.


Были металлические двери, но без электричества сила Теневого Сталкера означала, что они меня не мешали. Датчики не обнаружили меня в другой вселенной, и охранники не видели меня.


Достигнув первой из ячеек, я целенаправленно коснулся моего снаряжения. Я импровизировал ряд ремней, чтобы удерживать меня, пока мой заказ на еще четыре летающих упряжь был заполнен Бостоном. Когда я добрался до камеры и заглянул в дверь, я поднялся к потолку.


Мои глаза были кошками, как прорези, и я мог видеть в темноте. Когда двое мужчин появились на кровати ниже меня, я пристально посмотрел на них обоих, проверяя фотографии, которые я привез с собой. Я бы использовал свой мобильный телефон, но я боялся, что свет разбудит кого-то.


Последнее, что я хотел сделать, это утешить не того человека.


С ним все в порядке. Аарон Фелпс ... он начал культ, поклоняющийся Энбрингерсу, который не включал Зубы. Он приставал к девушкам и женщинам в своей конгрегации, некоторые из его последователей насильно кастрировали, и он участвовал в четырнадцати убийствах. Он попытался заказать удар по федеральному судье.


Было мало шансов, что он когда-нибудь выйдет, и он был идеальной первой жертвой.


Я не был уверен, что мне что-то нужно от кого-то подобного, кто-то, кто сделал нацистов в Броктон-Бей, кажется почти разумным по сравнению, но мне нужно было где-то начать, и он был худшим из группы, которую Сплетница дал мне.


Я смотрел на него со своего положения на потолке, и я подумал, что он увидит, если он откроет глаза. Будет ли он видеть темную фигуру, скрывающуюся в темноте, нависшую над ним и глядя на него?


К счастью, он не проснулся, и мне потребовалось двадцать минут, чтобы получить то, что мне было нужно.


Я проскользнул в зеркальную вселенную, и я снова начал двигаться. Надеюсь, вся ночь пойдет так. В этой тюрьме было в общей сложности пять человек, у которых были навыки, в которых я нуждался, и, если повезет, я буду дома до того, как папа даже заметил, что меня нет.


Он даже не заметил, когда я заложил бомбу посредине его спины. Это было в месте, куда он не мог легко дотянуться руками, и поэтому вряд ли он заметил небольшую комочку, которую он оставил. Он все равно был бы уязвим для нормальных людей, но возможность быть убитым случайным бандитом существовала для всех.


Второй человек был не более сложным, чем первый. Он был смешанным военным художником, который был приговорен к пожизненному заключению за похищение, избиение и сексуальное насилие над бывшей девушкой и нападение на своего друга-мужчину. Он мог иметь право на условно-досрочное освобождение в свои семидесятые годы, но я сомневался, что ему нужны его боевые навыки к тому времени.


Не имея их, он мог бы усложнить свою жизнь, пока он был внутри, но я не мог принять это во внимание.


Снова я завис в дюймах от потолка, глядя на спящую форму мужчины, когда я высасывал каждый последний отброс, который я мог от его навыков. Я понимал вещи сейчас, когда я не был, когда все, что у меня было, было навыками борьбы с ямой. Хотя было много общих навыков, были другие навыки, которые не были отдаленно похожи.


Я мог видеть, как это может вызвать привыкание. Получение знаний и навыков без необходимости проходить через всю изнурительную работу. Я подумал, что следа печали, которую Виктор, вероятно, оставил после себя, поскольку он украл силы с гораздо меньшей осторожностью, чем я делал. Если бы он в первую очередь был похищен у чернокожих и азиатских людей, или его нацистские идеологии заставили его отказаться от "испорченных" навыков?


Как только я закончил, я перешел к третьему человеку. Тюрьма, по-видимому, была изнурительной, потому что первые двое мужчин почти не двигались, кроме как иногда храпеть.


Я появился в комнате третьего человека на потолке, чтобы посмотреть на человека, который смотрел прямо на меня.


Он закричал, и его сосед по комнате мгновенно поднялся.


Я слышал, как звуки ног мчались по залам, а также звуки других заключенных, просыпающихся. Нахмурившись под моей лыжной маской, я проскользнул в другой мир. Я был явно на ночь.


В комнате были камеры, но ни один из них не был направлен к потолку, поэтому таттлетэйл предложил мне эту стратегию. Без каких-либо доказательств в отношении камеры, была вероятность того, что тюремные власти посчитают, что это был кошмар, по крайней мере, до тех пор, пока боец ??ММА не вступит в бой, который он внезапно не смог победить.


К тому времени я бы давно ушел, и без каких-либо доказательств, что я был вовлечен, не было бы никаких оснований для участия Протектората.


Надеюсь, того, что я получил, было бы достаточно, чтобы помочь мне. Третий человек был уголовным адвокатом ... не защитником, а фактическим адвокатом, который был преступником. Разумеется, правовые навыки были бы очень полезны для меня, особенно если бы мы все выжили, что было, и мне пришлось найти способ жить потом.


Проскользнув через зеркальную вселенную, я направился к мотоциклу снаружи. Если бы это был бюст, мне нужно было как можно быстрее вернуться домой. Было слишком много шансов, что что-то случится, когда я уйду, и некоторые из видений, которые у меня были, были тревожными.


Мне нужно было показать их Протекторату и Сплетницау.


Самой тревожной из всех было подробное изображение Джека Слэша и Костяного, стоящего над расчлененным трупом маленького ребенка. Джек Слэш говорил: "Три монстра в Броктон-Бей ... интригующие. Как вы относитесь к небольшой поездке?


Ответ на Bonesaw не был на странице, но выражение ее слова все сказало.


У меня возникло непростое чувство, которое означало, что бойня идет перед Левиафаном, и если бы это было так, скорее всего, скоро.


Нажимая мой мотоцикл на более высокие скорости, я напомнил себе, что новая версия, которую я создавала, должна быть быстрее, чем любой обычный мотоцикл. Часть меня продолжала хотеть добавлять к ней все больше и больше штук, чтобы сделать ее громкой и гордой, хотя, вероятно, это было не то, над чем мне нужно было работать.


Мне нужно было найти кейп, который не спал. Мне удалось уменьшить количество сна, которое мне было нужно на двадцать пять процентов, но я не мог идти дальше, не работая над своим мозгом. Учитывая, что мой биокинез работал в основном методом проб и ошибок, работа над моим мозгом была бы ужасной ошибкой.


Я подумал, может быть, Панацея могла бы это сделать, если бы убедила ее, прежде чем она ушла.


Как бы то ни было, мне нужно было расставить приоритеты в свое время. Школа должна была занять место во всем остальном; каждый час, когда я был в классе, было время, когда я мог строить больше бомб или гаджетов, что может означать разницу между спасенными или потерянными жизнями.


Теперь, когда Блэквелл умер, я, вероятно, мог быть переведен в программу домашней школы. Возможно, я даже смогу заставить Сплетница помочь мне оказать давление на школу, чтобы пробить ее.


Свет, вспыхивающий позади меня, предупредил меня, что у меня на хвосте полицейский. Я ухмыльнулся, и через мгновение я оказался в зеркальной вселенной.


Даже если бы он уже записал мою лицензию, они поедут после первоначальных нацистских владельцев.


Когда я спустился по пустынному шоссе, я подумал, не нравится ли мне так часто нарушать правила, потому что власть меня разлагала, или потому, что я возмущался властями на все времена, когда они подводили меня. Это была моя версия подросткового мятежа?


Я должен был снова появиться в реальном мире, но на этот раз мои огни погасли. Я ехал так до тех пор, пока не был уверен, что офицер был далеко от меня, а затем снова включил свет. Обычно это была бы невероятно опасная и безответственная вещь, но мои полномочия позволяли мне слышать, как машины поднимаются даже над ревом двигателей.


Когда я перебрался в Броктон-Бей, я молча шел по улицам. В этот час почти никто не поднимался, даже преступники, и можно было ехать почти где угодно в невероятно короткое время.


Я переключился в зеркальную вселенную, когда я подошел к моему дому, стоя в передней части дома в зеркальной вселенной.


Когда я вошел в дом, я внезапно почувствовал себя неловко. Что-то пошло не так. Я не мог потрогать его, но я не чувствовал, что я один. Конечно, это было невозможно; никто не смог войти в мою зеркальную вселенную, кроме меня и, возможно, клона, подобного тому, с которого я получил власть.


Внутренняя часть дома была крушением. Похоже, кто-то попытался сбить стены и пробить дыры в стенах. Мебель была разрушена повсюду, и казалось, что кто-то все это сделал в ярости.


Внезапно в панике я переключился в реальный мир, и я увидел, что это было так же плохо или хуже.


Папа стоял посреди комнаты, выражение лица ужаса на лице. Все его тело было серым, замороженным в потоке времени точно так же, как я планировал. Он не выглядел так, будто был ранен, но было очевидно, что тот, кто пришел за ним, был в ярости, когда не мог повлиять на него, и они уничтожили все, что могли, в ярости.


По внешнему виду у них была сверхчеловеческая сила.


Я закрыл глаза и прислушался. Я ничего не слышал, кроме звука моего собственного сердца и крови, пронесшейся по моим жилам, по крайней мере, не в моей собственной собственности.


Достигнув контроля на моем поясе, я нажал переключатель.


"НЕ ДЕЛАЙТЕ!" - крикнул папа. Он на мгновение уставился на меня, не понимая.


"Кто это сделал?" - спросил я.


"Монстр", сказал он. "Сделано из дыма и тумана и тьмы".


"София, - нахмурился я. Это должно было произойти рано или поздно. Однако сейчас было не лучшее время. Удержать папу в безопасности было бы сложнее, если бы она поняла, что все, что ей нужно было сделать, это атаковать его издалека, и у него не будет никакой защиты от него.


Именно такая защита лучше всего срабатывала, когда враг не знал, что он существует. Как только они это сделали, они придумают способы обойти это.


"Что случилось?"


"Помнишь этот маленький проект, о котором я говорил?" - спросил я. Я уставился на него.


"Хирургия?" Он уставился на меня, а затем медленно сказал: "Почему у меня болит спина между лопатками?"


"Это спасло тебе жизнь", - сказал я. "Теперь нам нужно уйти раньше ..."


Я остановился, увидев что-то внезапное, истекающее кровью через стены. Это было послание, написанное тем, что пахло кровью. В то время как ветер Стормтигера мог переносить запах к моим ноздрям, он не мог позволить мне определить, откуда взялась кровь.


Я задавался вопросом, было ли это от Эммы или от Блэквелла.


" BITCH Я НАЙДЕТ ВАС И ПРОВЕРЬТЕ ВАШИ ГЛАЗА".


"Здесь небезопасно оставаться, - сказал я ему. "Мы убираемся отсюда".


Хотя я ничего не слышал и не чувствовал никакого страха, я все еще чувствовал, что за мной следят. Я пошел с папой к его комнате, но вся его одежда и моя были разорваны в клочья.


Картины мамы исчезли, и у меня были все сентиментальные вещи, которые у меня были в моей комнате. Дикость, с которой она все это делала, говорила. Софии не было в здравом уме.


Я задавался вопросом, как много осталось от ее ума. Была ли ярость и ярость от всего, что осталось от нее?


Когда я коснулся папы, и мы скользнули в зеркальную вселенную, ощущение того, что меня наблюдали, не покидало меня. Мне стало неудобно, что я не пошел в кинотеатр. Вместо этого я направился к логово Уберу и Литу.


Я собирался снова поднять еще одну бомбу у папы, а может быть, некоторые другие. У меня была идея, чтобы бомба повторила целительную силу Оталлы, которую я хотел попробовать.


Если София будет следовать за нами, мне хотелось, чтобы папа закрылся.


Я потерял чувство следования на полпути, но это не изменило моего мнения. Пока мы собирались обходить вагоны.


Она уничтожила мое детство, прежде чем она получила эти новые силы, и теперь она уничтожила последние остатки этого. После того, что она сделала со мной, Эмме ... всей моей школе действительно ... может быть только одно обращение.


Папа никогда не был бы в безопасности, пока она была рядом. Ни друзей, которых я сделал в будущем.


Чтобы у меня было будущее, мне пришлось ее закончить.


45.


Вы не могли спорить с результатами.


Мальчики не были особенно рады, что папа был неожиданным домашним гостем, но они не могли спорить, когда я рассказал им, что произошло. Я доверял им довольно много, зная личность моего отца, и они это знали.


Они также знали, насколько я могу мстить, если они злоупотребляют этим доверием. Я сделал это совершенно ясно, и они не казались удивленными.


Отправка новых фотографий в Tattletale дала нам временные рамки; у нас было меньше недели до того, как появилась бойня. У нее был список мест, в которые они, вероятно, попали, в какой-то момент, хотя и не имели возможности точно знать, когда это было только ограниченной полезностью.


У меня были планы. Даже когда я работал над бомбами и моим мотоциклом, я думал о Бойню Девяти и о возможной тактике, которую я мог бы использовать против них. Некоторые я не мог видеть никаких недостатков; Сибирский и Гусеничный были бы самыми трудными из всех, кто сражался бы. Я мог бы переключить их в зеркальную вселенную, пока я имел дело с остальными.


Кость была бы легкой или кошмарной. Лейт подумал, что она, возможно, поймала себя в ловушку, чтобы, если бы она умерла, биологическая чума была выпущена. Однако он не был уверен.


Учитывая ее способности, мне нужно было взять ее власть, а затем надеяться, что чума не достала меня или не убила много людей, прежде чем я нашел лекарство. Конечно, если бы она была вызвана ее смертью, все, что мне нужно было сделать, это сохранить ее жизнь, и все будет в порядке.


Shatterbird Я был уверен, что могу взять, хотя ущерб, который она может причинить городу, тем временем беспокоил меня. Когда мальчики предпринимают меры для защиты лаборатории, это сократило время, которое нам пришлось строить, но это нужно было сделать. В лаборатории было достаточно стекла, чтобы разбить обоих мальчиков и моего отца, прежде чем я смогу что-нибудь сделать.


Манекен не был тем, кого я ожидал иметь с большим трудом. Я был достаточно быстрым и достаточно сильным, чтобы схватить его, и я сомневаюсь, что его раковина подсчитала пределы Мантона. Хуже, хуже, я всегда мог готовить его мозг.


Burnscar меня совсем не беспокоил, хотя Лит думал, что ее сила может иметь какой-то неврологический эффект. Я мог бы подумать об избежании его принятия, если бы это произошло; последнее, что нужно миру, было для меня стать социопатом.


Единственное, что я беспокоился, кроме сибирских и гусеничных, были Hack Job и Jack Slash. Без моих полномочий я был бы ограничен гаджетами, и, хотя известная сила Джека Слэша была непоколебима, он каким-то образом сумел убежать от каждого героя на континенте на протяжении десятилетий. У него должно было быть что-то еще.


Я мог бы это сделать, полагая, что они не выбрасывают мне кривую. К сожалению, это был их modus operandi. Они специализировались на том, чтобы никогда не быть там, где кто-либо ожидал и непредсказуем. У них был многолетний опыт, и у них было то преимущество, что мораль не мешала им вообще. Если бы они служили им, они бы это сделали.


Если бы я продолжил этот путь достаточно долго, я бы стал таким же, как они? Я уже делал то, что никогда не думал, что я бы это сделал.


Я украл бы навыки людей; единственное, что должно было быть неприкосновенным. Я взял силы людей; единственная награда за то, что вы пережили наихудший день. Я даже заставлял людей срабатывать, а это означало, что я был тем, кто дал им худший день.


Как долго это будет, прежде чем я начну оправдывать принятие полномочий от героев? Если бы это было сделано, чтобы остановить Левиафана или Сквиона, я бы это сделал? Что, если мне понадобилось умение, которым обладал только тот, кто был невиновен?


Когда закончилось прекращение оправдания средств?


Навязчивая идея, похоже, не принесла мне никакой пользы. Меня это только расстроило, особенно после моего разговора с папой о всей операции. Он был расстроен, но я предпочел бы, чтобы он был расстроен и жив, чем мертв.


Однако он согласился на более имплантированный. Сделать их без какого-либо вещества, которое мог затронуть Shatterbird, было более сложным, и мне также пришлось модифицировать бомбы мальчиков, но это было необходимо.


Получение перевода на учебу на дому не было высоким по моим приоритетам, но папа настоял. Мы оказались в школе, и однажды они не причинили нам никаких проблем, хотя секретарь дал мне вонючий глаз.


Я подозревал, что многие люди в этом офисе были обеспокоены тем, что они собираются быть рядом со списком Софии, и я сомневался, что СКП готова расходовать ресурсы, пытаясь защитить их всех. По какой-то причине я не испытывал к ним большого сочувствия.


Если бы отца там не было, я бы дал пальцем Уинслоу, когда я последний раз выходил из дверей. Это была адская дыра, и никто там даже не поднял палец, чтобы улучшить мою жизнь. Если повезет, я останусь с ними на всю оставшуюся жизнь.


************

"Ты должен шутить, - категорично сказал я.


"Я самый новый Уорд!" - сказал он, улыбаясь мне. "Разве это не самая крутая вещь?"


Голос, язык тела, жуткий вид, который он смотрел на меня; самым новым Уордом был, очевидно, Грег. То, что я не понял, было то, как он вызвал. Он даже часто уходил из дома, чтобы иметь что-то плохое для него?


Если бы кто-то начал с ним пламенную войну, и это все, что нужно?


"Что ты можешь сделать?" - спросил я.


"Назовите меня спекуляциями", - сказал он. "У меня есть рентгеновское зрение".


О Боже. Мои руки непроизвольно скрестили мою грудь, и я обнаружил, что борюсь с желанием протянуть руку и схватить его.


"О, не волнуйся!" - сказал он. "Я этого не делаю ... не тебе. Они предупредили меня о том, что вы можете сделать, и вы, вероятно, сделаете что-то действительно ужасное для меня ".


Я немного расслабился и сказал: "Значит, вы делаете это с другими людьми, кроме меня?"


Он покраснел. "Я должен был испытать свою силу".


"Это не очень полезно ... не в драке", - сказал я. Я нахмурился. У большинства держав, казалось, было какое-то боевое применение. Это было почти как правило. Я опустил голос. "Вы купили свои силы?"


Его глаза расширились, и он сделал шаг назад. "N..no. Зачем ты спрашиваешь?


Мое новообретенное умение читать язык тела показало мне все, что мне нужно было знать. Какую бы власть он ни получил, пришли от таинственных людей, продающих силы. Учитывая его ограниченные ресурсы, возможно, рентгеновское зрение было всем, что он мог себе позволить.


Я задавался вопросом, получили ли больше денег лучшие полномочия или если процесс был менее контролируемым, чем это.


Тем не менее, даже со слабой силой Протекторат позволял ему входить в палаты. Это был признак того, насколько они были отчаянными.


Дверь позади меня открылась, и Пиггот вошел в комнату вместе с Оружейником и мисс Милитией.


"Я вижу, вы встретили наш последний Уорд", - сказала она. "Хотя у вас может быть какое-то представление о его гражданской идентичности, я бы напомнил вам, что раскрытие этого факта является уголовным преступлением".


Я нахмурился. Кого бы я даже рассказать?


"Мы надеялись, что вы встретитесь с другими подопечными, возможно, с ними согласятся о том, что произойдет".


Они надеялись, что я хочу, чтобы они были достаточно, чтобы отказаться от всей моей свободы и присоединиться. Мое новообретенное понимание значений слов заставило все это понять.


Тот факт, что они все еще хотели меня, заставил меня меньше думать о них. Я знал, что они больше заботятся о власти, чем мораль, из-за того, что они наняли Теневого Сталкера, но у них, скорее всего, были доказательства того, что я убил людей, и они все еще хотели меня.


Я заставил себя улыбнуться. Теперь было легче создать внешний вид соответствия, скрыть мои настоящие эмоции. Прежде чем мои эмоции были бы похожими на мигающий неоновый знак всем, кто обращал внимание. Вероятно, это было частью того, что заставило меня так легко запугивать. Теперь, хотя я мог лгать, и это был навык, который был бы очень полезен.


"Меня больше интересует выяснение того, что ваши мыслители выяснили о сроках и месте атаки".


"У нас есть четыре дня", - сказал Оружейник. "Если что-то не изменится. Бойня должна атаковать через четыре дня, и у нас есть список из шести мест, в которых они, вероятно, будут замечены. К сожалению, нет никакого способа узнать, какой порядок или когда эти места будут удалены ".


"Мне больше всего нравится останавливать" Шаттерберд ", прежде чем она получит шанс убить и калечить сотни или тысячи людей в городе", - сказал я. "Я подозреваю, что Месть может творить чудеса на других после этого".


"Не становитесь слишком самоуверенными", резко сказал Оружейник. "Бойня Девять уже действует десятилетиями, несмотря на усилия героев по всей стране. Они считаются угрозой только превосходящей Энбрингерс, Нилбог и Спящий ".


"И последние два только, может быть", - кивнул Пиггот. "По крайней мере, двое других не двигаются. Девять показывают, где их меньше всего хотят, и где они могут нанести наибольший урон ".


"Кто-нибудь из героев заранее предупреждал это или где Девять будет заранее?" - спросил я.


Мисс Милиция говорила. "Были времена, когда Девять объявляли себя заранее. Это не помогло.


"Тогда нам нужно будет сделать лучше", - сказал я. "Приоритет должен заключаться в сокращении числа погибших и нанесении ущерба людям, даже если это означает, что некоторые из них уйдут".


"Каждый, кого вы отпустили, может означать тысячи мертвых в будущем", - сказал Оружейник.


"СКП установит приоритеты по своему усмотрению, - твердо сказал Пиггот. "Мы не будем продиктованы бдительности".


Я поднял руки и пожал плечами. "Это было всего лишь предложение. Залив достаточно пострадал, и при приближении Левиафана это только ухудшится ".


"На этот раз у нас не будет много доступных кейпы, чтобы сразиться с ним", - сказал Пиггот. Она подняла глаза и посмотрела на меня. "И мы все знаем, кто виноват".


"Меньше шапок умрет", сказал я гладко. "И, может быть, несколько, более сильные накидки лучше, чем много слабых накидок".


"Ты не был в битве с Губителем, - сказал Пиггот. "Ты не знаешь, что это такое".


У нее тоже не было; нормы мира давно оставили боевиков "Энбрингерс" парахуманам. Пока я хотел протестовать, мои новые найденные социальные навыки говорили мне, что это не принесет мне никакого пользы. Пигготу явно не нравились парахуманы в целом, и у нее было еще меньше уважения к подросткам.


Военная женщина, несомненно, предпочла бы, чтобы только люди в армии обладали полномочиями, предполагая, что у кого-то были полномочия вообще.


Витаясь или делая что-то, что укрепило ее мнение обо мне, как еще один подросток с большей властью, чем скейпл, только затруднит мою позицию в будущем.


"Я буду служить, когда придет время", - сказал я. "Точно так же, как любой человек с совестью".


"Возможно, вам захочется встретиться с подопечными, - снова сказал Пиггот.


Ее высказывание заставило меня почувствовать, что меня отбросили на стол для детей из-за моего возраста, хотя я был, возможно, самым могущественным кейпом в заливе, и только Габриэль мог быть единственным исключением.


"Зачем мне вообще встречаться с ними?" - спросил я. "Разве это не конфликт с Девятью, точно то, что не должны делать Уорды?"


"Когда Девять нападений не будет большого выбора, - сказал Пиггот. Она нахмурилась. "Мы превосходим численностью здесь, в заливе ... или, по крайней мере, мы были, и поэтому палаты должны были быть гораздо активнее здесь, чем в других городах".


"Дети-солдаты", - сказал я.


" Нет ", резко сказала мисс Милиция. Я вдруг вспомнил, что это может быть чувствительным предметом для нее, считая, что я слышал о ее происхождении. "Подопечные - герои в обучении. Такие вещи, как битвы с Губительом, и это с Девятью, являются строго добровольными ".


"Как говорится, подопечные, которые у нас есть, скорее всего, будут добровольцами по той же причине, что и вы", - сказал Оружейник. "Это их город и их семьи в опасности. Мысль о том, что кого-то, кого вы беспокоите, пострадала, потому что вы ничего не сделали ... это больше, чем могут переносить многие герои. Не ошибитесь, подопечные - герои.


Это было гораздо более громкое одобрение, чем я ожидал от Оружейник. Я чувствовал, что у него мало терпения иметь дело с большинством подопечных и что некоторые из них активно его раздражают. Однако он был верен им.


Неудивительно, что у лидера культа было так легко убедить людей; он был мастером холодного чтения. Это умение, используемое предполагаемыми экстрасенсами задолго до того, как существовали сверхдержавы.


"Нам нужно будет координировать любые атаки, которые мы совершаем на Девяти", - сказал он. "Вот почему вас приглашают на совещания по стратегии с обоими палатами и членами Протектората. Раньше мы пригласили новую волну, но ... "


Правильно.


"Для этой операции Протекторат уполномочил средства нанимать экипаж Faultline", - сказал Оружейник. "Обычно мы не прибегаем к использованию наемников, но обстоятельства считаются настолько ужасными, что это оправданно".


"Они будут считаться гражданскими подрядчиками, - сказал Пиггот. "Мы нанимаем их так же, чтобы держать бойню нанимать их, как за их фактическую помощь".


"Если они будут работать на" Бойня Девять ", разве мы не должны их снимать сейчас?" - спросил я.


"Бойня прекрасно согласна использовать посредников для скучной работы ворчания, хотя они предпочитают оставить само убийство".


"Поэтому вы боитесь, что Faultline может использоваться для создания отвлекающих факторов", - сказал я.


"Были проблемы между экипажем Faultline и Vengeance, - сказал Оружейник. "Как вы думаете, вы можете работать с ними?"


"Я не хочу, чтобы они знали, что связь между мной и мщением - это нечто большее, чем мое представительство", - сказал я. "У меня нет личной обиды на них, но они могут иметь против меня".


Я не смог получить свои полномочия, отчасти потому, что был сосредоточен на других злодеях и частично потому, что они были слишком скользкими. Однако скользкие люди были именно тем, что нам нужно в борьбе с бойней.


Пиггт кивнул, затем посмотрел на часы. "Встреча начинается через десять минут. Как вы думаете, мы можем отложить здесь?


Я кивнул. Говорящая стратегия с полным Протекторатом казалась очень хорошим использованием моего времени.


Мы все поднялись, и я позволил Пигготу уйти впереди меня, а Оружейник и мисс Милиция отстали в конференц-зале.


Оружейник заговорил в своем коммуникаторе.


"Операция Медуза хороша".


Я был начеку немедленно. Они планировали попытаться меня сбить? Почему бы им это сделать сейчас, а не после того, как показал бойня Девять, если бы они не боялись, что к тому времени я смогу еще сильнее и сильнее победить.


"Пожалуйста, не надо", - прошептала мисс Милиция. Вероятно, она знала о моем усиленном слушании, и она явно видела, как я напрягаюсь, несмотря на меня.


Мне нужно было работать над этими навыками владения языком. Удивление, по-видимому, сделало их немного сложнее в использовании, или, может быть, культовый лидер должен был подумать о том, чтобы манипулировать людьми, а не быть естественным для него.


"Мы не за тобой ", - сказала она.


Акцент сказал мне, что они были за кем-то. Учитывая, что я уничтожил большинство злодеев в заливе, это означало, что наиболее вероятным кандидатом был Габриэль.


Если бы они были после Габриэля в здании СКП, это означало, что он был здесь, и что он, вероятно, заменил кого-то, или Кейп, или рядовой член СКП, возможно, более одного.


Если бы он имел доступ к файлам СКП, это означало, что у него было огромное преимущество против кейпов в городе. Я подозревал, что СКП почитал невысказанные правила больше в казенной части, чем в принципе.


Я не оставил в городе много насадок, но в окрестных городах, в Бостоне, были накидки, которые были бы так же уязвимы для баз данных СКП. Габриэлю было бы легко отбирать людей в этих городах, и если бы они были независимыми накидками, никто бы даже не знал, что они пропали без вести в течение нескольких дней.


Неужели он становился все более сильным, когда я был самодовольным в стороне?


Я слышал, как мисс Милиция догнала меня. Она прошла мимо меня, и я увидел дверь, открытую для большого конференц-зала.


Там был весь Протекторат, вместе с по крайней мере дюжиной агентов СКП в полной форме. В конце комнаты стоял подиум, к которому подошел Пигбот.


"Мы здесь, чтобы поговорить о Бойню Девяти", - сказала Пиггот, входя в комнату. "Планирование и подготовка. Никакая идея не будет считаться слишком диковинной, и все будет рассмотрено. Мы здесь, чтобы спасать жизни, и как только мы заранее предупреждаем о том, что может произойти ".


Мисс Милиция подошла к подиуму.


"Есть как минимум шесть мест, в которых они, вероятно, будут. Бойня, скорее всего, разбросает сначала, пока они пытаются набрать; это будет наша возможность вытащить их, прежде чем они смогут работать вместе. Единство - наша самая большая сила ".


Когда она сказала, маленький нож в руке превратился в массивный пистолет. Она плавно двинулась и выстрелила в сторону женщины рядом с ней, стреляя десять раз подряд в сторону Эмили Пиггот.


Пули были подвешены в воздухе.


Пигг ухмыльнулся. "Отмщение - это не единственное, у кого усиление слуха".


Через мгновение ее лицо изменилось, и наступил пандемоний.


46.


Он вернулся к лицу, которое я видел раньше, в кафе. Стоя перед всеми шестью членами Протектората и всеми пятью ... шестью, подопечными и дюжиной военнослужащих СКП с защитной пеной, он, похоже, не беспокоился.


Маленький жест и пули шли повсюду. Два удара мисс Милиция в туловище, и она споткнулась и упала на одно колено. Стояк и Vista были поражены каждый раз в торсе. Триумф ударил дважды.


Он мог легко поместить пули в головы людей, но я полагал, что он хочет, чтобы все были живы, чтобы он мог взять свои силы позже. Названия "Яблоков", которые я взял, были в значительной степени общедоступными, как и некоторые из моих подвигов. Вероятно, он знал, что одни пули не будут мне очень полезны. То же самое можно было бы рассмотреть в отношении брони Оружейника, избыточной физиологии Эгиды или доспехов Галланта. У него было много времени, чтобы изучить способности каждого и потенциальные недостатки, играя своего босса.


Штурм на небронированных людей, которые были для него самыми опасными, было отличным планом. Однако в комнате все еще было несколько человек, которые не пострадали, и я видел, как Штурм и Батарея уже двигались к нему, как будто она была в замедленном темпе.


С ожиданием боя мои усиленные рефлексы забили.


Я увидел, что Оружейник уже двигался к нему. Его скорость была на самом высоком человеческом уровне, но она по-прежнему казалась мне медленной.


Прогнувшись вперед, я протянул руку, надеясь схватить его. Он уже обидел людей; был риск получить его Голод, но я был достаточно силен, чтобы противостоять ему; Я должен был быть.


Я опустился, когда пол под мной внезапно был покрыт льдом. Я был не единственным. Штурм, Батарея и Армистмейстер все врезались на пол, пока я едва успевал удержать ноги с повышенной ловкостью, которую я получил.


Я поднял ноги и начал скользить к нему, протянув руку. Одно касание, и все будет кончено.


Прежде чем я смог добраться до него, хотя я почувствовал, что пролетел назад, чтобы сильно врезаться в стену. Он держал меня там с вытянутой рукой, телекины, которые он использовал, чтобы держать меня, прежде чем держать меня у стены.


Один из агентов СКП достиг его, несмотря на то, что он скользил, отталкивая стену, чтобы он скользнул к Габриэлю на живот. Агент скользнул ему в ноги и попытался вытащить свой опрыскиватель для пены. Габриэль потянулся к руке, которая не была направлена ??на меня, и тот вдруг начал кричать. Крик превратился в бульканье, когда он мерцал и застыл на месте. Его кожа внезапно превратилась в золотой цвет вместе с его одеждой и всем остальным.


Ни один из других агентов СКП не был столь проворным, как первый. Они споткнулись и упали на лед, некоторые из них случайно распылили пена сдерживания, которая поразила Specs и Kid Win, которые громко ругались.


Я чувствовал страх в комнате; к сожалению, людей было недостаточно, чтобы дать мне большой импульс. Хуже того, у этих людей не было такого же страха, как и гражданское население. Они сражались до и даже перед лицом, казалось бы, непревзойденных шансов, что они могли держать голову.


Несмотря на огромную телекинетическую силу, привязывающую меня к стене, я смог переместить мое запястье, указывая рукой на его сторону. Я набросился на когти Стормтигера, сделанные из воздуха, на лице и теле Габриэля появились слеши, и он скользнул по комнате. Телекинетическая сила, удерживающая меня на стене, исчезла.


Я не был беспомощным новичком, которого он держал в открытом кафе. Теперь у меня была власть, и я не боялся. Клоны появились вокруг меня, все подражания тому, как я был одет сейчас. В отличие от меня, они плыли, и они приступили к нему, даже когда он сам левитировал в воздух.


Клыки начали появляться у меня во рту, когда меня наполнил гнев. Он играл всех нас за дураков, как будто мы ничего.


Когда двое моих призраков развернулись к нему, он телекинетически протянул руку и бросил на них двух агентов СКП. Они были вынуждены прекратить спасать людей, даже когда к нему продолжались два других клона.


Раны на его лице уже заживали. Скорость, которую он исцеляла, была невероятной, намного превосходящей все, что я мог сделать, как Лунг даже на более высоком уровне. Это было пугающе.


Я использовал силы Хьюквольфа, чтобы сформировать коньки на ногах, и я начал к нему. Я довольно часто катался с Эммой во время зимы, что, вероятно, мог бы справиться с ней даже без улучшенных рефлексов. С ними это было легко. Я мог бы справиться даже без них, но с ними я был более изящным и мог быстро меняться.


Оружейнику удалось наткнуться на ноги, и он неловко катался в сторону Габриэля.


Штурм летал по воздуху, движимый силой, которую я не мог видеть. Его внезапно приостановили в воздухе, и через мгновение он врезался в Оружейника.


Силовое поле моргнулось вокруг него, так как сдерживающая пена, наконец, сделала ему путь; Я задавался вопросом, кто из членов "Новой волны" внес вклад в эту власть. Пена сдерживания сдвинулась сразу.


К сожалению, силовое поле также, казалось, блокировало мои призраки.


Я врезался в поле силы и споткнулся назад, хотя мне удалось сдержать ноги. Экспериментальный удар сказал мне, что я не смогу пробиться. Форма Shifting Теневой Сталкерs тоже не работала.


Как и я, его силовое поле мерцало, и он указал на меня, посылая в моих указателях световой поток. Сила крикета спасла меня; Я смог уклониться от пуль, и хотя освещение было намного быстрее, я смог предвидеть его атаку. Я соскользнул с дороги как раз вовремя, вернувшись в твердую форму и выпрыгнув вперед, надеясь попасть внутрь, пока силовое поле не восстановится.


Я провалил.


Перейдя в газовую форму, я поплыл к нему. Возможно, что силовое поле не было воздухонепроницаемым; если бы я мог попасть внутрь, я мог бы попасть в его легкие. Несмотря на то, что с его возрождением он не убьет его, мы надеемся, что он вывел бы его из строя достаточно долго, чтобы я мог получить его силы.


Взглянув на меня, поплыл к нему, Габриэль ухмыльнулся.


"Было приятно вести дела со всеми вами, - сказал Габриэль. "И я уверен, что скоро увижу тебя снова. Я думаю, что с этого момента я бы хотел узнать имя моего кейпа.


Он укоризненно посмотрел на меня. По-видимому, он думал, что я сохраню его существование в тайне между нами. Почему он думал, что я буду таким глупым, что не был уверен.


"Назовите меня Силар", - сказал он.


С этим он потянулся за ним, и он коснулся стены. Он внезапно распался, и он внезапно исчез.


Я закричала и достигла отверстия в стене. Я видел, как он вылетает в сторону города. Он летал быстрее всех, кого я видел за пределами Триумвирата. Это было намного быстрее, чем я мог. Я ударил стену, и ее часть треснула и упала на тридцать футов к полу платформы внизу.


Мы были на триста, и даже если бы я носил летающий пояс, это не имело бы значения. Мне действительно нужно было украсть силу Чистоты.


Он уже был вне диапазона Стормтигера.


"Мы ранены, - коротко сказал Оружейник. "Помогите сейчас или оставьте это".


Без Панацеи они были бы ограничены естественным исцелением. Это близко к нападению Бойня Девяти, которое было бы катастрофой. К счастью, у меня была сила, чтобы помочь.


Я проклял себе под нос, когда я обернулся. Я показал силы Протекторату, даже не подумав об этом. У них было только подозрение, кто я был раньше, теперь они знали.


Само по себе я мог бы использовать мою жару, чтобы растопить лед. Эта высокая жара могла бы сжечь здание вокруг нас, но здание стоило бы жизни серийного убийцы.


Я нахмурился и вернулся к мисс Милиции. Применение регенерации Оталлы на ней и на других не занимало много времени.


Я ничего не мог сделать для парня, который был превращен в золотую статую. Насколько я мог судить, это было настоящее золото. Это было даже невероятно тяжело, и я подумал, откуда взялась лишняя масса.


"Он ушел", - сказал я, коснувшись его.


Все казались злыми, хотя, к счастью, ничто из этого не было направлено на меня.


"Как долго вы знаете, что он заменил вашего босса?" - спросил я после того, как мы отступили в другую комнату, которая не была покрыта льдом и сдерживающей пеной, и у нее не было ветра, проходящего через отверстие в десять футов в стене.


"Через неделю", - сказал Оружейник. "Мы начали протоколы Master Скрытник, и он прошел почти все из них. Он упустил лишь несколько вопросов, и нам было достаточно исследовать. Два дня назад мы нашли ее тело на дне залива ".


"Если бы ты сказал мне, что происходит, я мог бы сделать лучше", - сказал я, нахмурившись.


"Мы надеялись, что не будем ее опрокидывать", - сказал Армсмейстер, - "И вы не знаете, насколько хорошо умеете лгать".


"Видимо, вы были не так хороши, как держать его от него, как вы надеялись", - сказал я.


"У нас есть больше информации о тех способностях, которыми он обладает, - сказал Оружейник. "И мы отрезали его от повреждения информации и ресурсов СКП. Это не совсем потеря.


"Это стоило Эдварду Джеймсону его жизни", - сказала мисс Милиция. Она была бледной, вероятно, после того, как ее дважды выстрелили в желудок.


"Это могло стоить вам всех, - сказал я. "Если бы он не спасал тебя за завтраком".


"Мы приняли это во внимание, - сказал Оружейник. "Какой бы процесс он ни применял, чтобы взять власть, нужно время, и вряд ли он успел бы сделать это с любым из нас в середине боя".


"В отличие от меня", сказал я. "Попробуйте что-то подобное со мной, и я сомневаюсь, что вам понравится результат".


Я избегал брать власть от героев, но самообороны были чем-то, к чему я верил довольно сильно. Если бы они пришли за мной, я бы пожалел об этом.


"Ты нужен нам, - сказал Оружейник. "Ты оставил нас без защиты от Левиафана, в зависимости от того, кого мы можем нарисовать из-за города".


"Добро пожаловать на то, чтобы избавиться от преступного элемента в городе", резко сказал я. "Ты хочешь начать обвинять кого-нибудь в этом, или ты тоже будешь винить меня за это?"


Я злился на то, что произошло. Я был убежден, что с лучшей подготовкой я мог бы сделать лучше против него.


Тем не менее, я узнал, что могу сразиться с ним. У меня было намного больше власти, чем в последний раз, когда я встречался с ним, и у меня были варианты, которых у меня тогда не было. У меня, несомненно, было бы больше возможностей в будущем, особенно если бы я был тем, у кого был элемент удивления.


"Нам нужно преодолеть те способности, которые мы знаем, - сказал Оружейник. "Пока он еще свежий в нашем сознании".


Мы добрались до другого конференц-зала, вдвое меньшего размера, но агенты СКП не преследовали нас.


"Телекины, - сказал я. "Изменение формы. Усиленное слушание по его собственному признанию. Криокинизис, предвидение, регенерация, дезинтеграция, полет ... полномочия Новой волны и Париана ".


"Золотая трансмутация", - сказала Виста.


Я вздрогнул. Я почти забыл.


"Я встречался с ним раньше, - сказал я. "И он сказал мне, что у него было почти двадцать сил, прежде чем он даже приехал в Броктон-Бей".


"Значит, у него может быть восемь неучтенных сил, - мрачно сказал Оружейник. "Предполагая, что он не лжет, чтобы пугать вас".


"Я не хочу верить, что у него есть вдвое больше сил, чем я", - сказал я. "Но я ему верю".


Конечно, даже с моими улучшенными языковыми навыками я не уловил тот факт, что он не был Пигготом. Учитывая, как я был в первый раз, он мог бы сказать мне все, и я бы поверила в это.


"Он знал вещи, - сказала мисс Милиция. "Вещи, которые он не должен был знать".


"Тогда какая-то способность мыслителя, - сказал Штурм. На этот раз он не выглядел так, будто был в хорошем настроении. "Может быть, он читает воспоминания, когда берет мозги?"


"Он не принял мозг Эмили Пиггот, - сказал Оружейник. "Возможно, у него есть какая-то способность читать воспоминания с объектов ... это сила, которую мы видели раньше. Если он это сделает, он мог бы собрать изображение своей личности из того, что было у нее дома и в офисе ".


"Это объясняет, почему он почти мог передать протокол" Мастер-незнакомец ", - сказала мисс Милиция. "Но это также означает, что ему будет невероятно сложно раскрыть".


"У него есть способность преследовать, - сказал я. "Это был тот, кто предупредил меня, что Левиафан атакует в первую очередь. Возможно, он знал об этом нападении задолго до того, как это произошло.


Я почти видел это в своем уме. С серией картин он мог угадать наиболее вероятный план атаки и сделать все возможное, чтобы противостоять этой атаке. Это было то, что мы надеялись сделать с Бойня Девять, только в другом масштабе.


"Разве плохо, что я как бы желаю, чтобы мы вернулись к тем дням, когда все, о чем мы должны были беспокоиться, были Кайзер и Скидмарк?" - спросил Стояк.


Он был одним из этих выстрелов, и он выглядел испуганным. По-видимому, он никогда не сталкивался со своей собственной смертностью, и я подумал, не продлится ли он с подопечными.


Конечно, уход не будет иметь большого значения.


"У него есть адреса каждого члена Протектората и каждого Уорда", - сказал я. "Я сомневаюсь, что в чьи-то семьи есть опасность; Я не думаю, что он действительно заботится о нормальных людях вообще, если они не мешают ему. Дело в том, что я был бы неудобным, если бы я был кем-то из вас.


"А ты нет?" Спросил часовой блок. Он рассердился и испугался.


"Он не единственный монстр, который у меня есть после меня", - сказал я. Я подумал об этом на мгновение. "На самом деле вам, вероятно, придется беспокоиться о том, что София будет после ваших семей. Она уже ушла за моей, и, хотя я, вероятно, возглавляю ее список, я слышал, что она не особенно нравилась вам.


"Кроме того, - сказал я. "Я предпринял шаги, чтобы защитить свою семью, и у меня есть способы убежать, если он идет за мной, предполагая, что я не получу его первым".


Одним касанием было бы все, что потребовалось бы, даже если бы я превратился в худшего монстра, чем он. Я мог только надеяться, что у меня была умственная сила и стойкость, чтобы избежать того, что он называл Голодом.


"До тех пор, пока Бойня Девяти не потерпит поражение, все наши семьи находятся в опасности", - сказала мисс Милиция."Я бы посоветовал, чтобы семьи начали принимать отпуск из города, но это может сделать очевидным, кто подопечные".


"Нет, если они продолжат ходить в школу", - сказал я. "И не позволяйте своим друзьям посещать свои дома в течение нескольких дней".


Отправка отца в отпуск казалась отличной идеей сейчас, когда я подумал об этом. С деньгами из Tattletale я мог отправить его куда угодно; Я задавался вопросом, как Гавайи были в это время года. Чем дальше, тем лучше.


Конечно, по курсу, который мы собирались, у папы не было бы работы в ближайшее время из-за его отсутствия. Тем не менее, это может быть так или иначе в зависимости от того, сколько урона Девяти и Левиафану сделали для города. Экономика уже боролась; вероятно, были бы увольнения тысячами, если бы целые предприятия были уничтожены.


Таинственное исчезновение лидера Медхолла уже вызывало проблемы для экономики.


"Правильно ли нам, чтобы наши семьи были в опасности, не предупредив всех остальных?" - спросила Виста. "Люди будут беззащитны". "


Позволяя им знать, мы знаем, что они придут, потеряет у нас важное тактическое преимущество", - сказал Оружейник. "Каждый член скотобойни, который мы убиваем ... или депо, спасет тысячи жизней в будущем. Это наш единственный, лучший шанс окончательно прекратить их навсегда ". В


очередной раз они говорили об отбросе человеческих жизней ради целесообразности и тактики. Меня отвратило то, что они не совсем ошибались. Предстоящая битва была бы достаточно сложной, если бы Бойня не знала, что мы придем.


"Я буду ответственным до тех пор, пока не будет выбрана замена Пиггота", - сказал Оружейник. "Скорее всего, этого не произойдет, пока эта вещь с Бойцом Девять не будет решена. Высшие эшелоны вряд ли отправят зеленого режиссера в зону боевых действий. -


Нам еще нужно говорить о стратегиях борьбы с грядущими угрозами, - сказала мисс Милиция. Ее цвет вернулся к норме, и она, казалось бы, восстановила равновесие. "Бойня Девять, эта Силар, София Гесс и Левиафан".


"Это наши приоритеты, - сказал Оружейник. "Нам нужно будет приостановить действия против того, что осталось от Империи, пока не будет решена ситуация на бойне".


"Хорошо, - сказал я."Давайте поговорим о тактике"


. Иллюзия о том, что я не мстительна, исчезла, и я не сомневался, что, пока они теперь будут жить, пока я буду им полезен, в будущем это может измениться. Даже если они искренне хотели стать моими союзниками, они должны были ответить начальству. У нового директора Броктон-Бэй могут быть разные приоритеты.


Тем не менее, было высказывание, которое я видел на телешоу однажды; Я забываю, какой из них. Это было так; держите своих друзей ближе, а ваши враги ближе.


Габ ... Силар сделал это, и мне нужно было последовать его примеру.


Перчатки должны были оторваться, если я собираюсь выиграть предстоящие битвы. У Силара был больше опыта, чем у меня, и Бойня и Левиафан. Это означало, что я собираюсь быть более умным, чем они, и мне придется больше работать.


Больше всего мне понадобились союзники, хотя бы временно, и эта встреча была первым шагом к этому.


47.


Когда папа встал на ноги в безопасности, я направился к ванной в аэропорту. Как только я вскочил в стойло, я исчез в зеркальной вселенной, и я выскользнул в пустую копию аэропорта. Я привык к его преодолению, даже если я иногда беспокоился, что София может ждать меня за любым углом.


К счастью, в аэропорту Броктона-Бэй было много зеркальных окон, поэтому я мог сидеть и наблюдать за папой, когда он нетерпеливо ждал прибытия самолета. Он заслужил это, хотя я бы предпочел пойти с ним. Он и мама всегда говорили о поездке на Гавайи; было бы горьким для него теперь идти в одиночку. Это было самое отдаленное место, куда я мог отправить его без его получения паспорта, на который ушло бы времени, которого у нас не было.


Семьи по крайней мере четырех из подопечных воспользовались возможностью и для отпусков. Я до сих пор не знал их гражданских лиц, хотя я мог догадываться, увидев подростков, желающих своих родителей покинуть школу в середине школьного дня. Это была небрежная защита для их личности, но я не мог винить их. В конце концов, я был здесь с папой.


Я смотрел, пока Папа не сел в самолет, и он взлетел, наблюдая за зеркальными отражениями стеклянных окон снаружи. Я не был бы доволен, пока он не позвонил мне из Оаху.


Сползая обратно в туалет, я проверил ноги под ларьками в зеркале, прежде чем соскользнуть в ту, что была незанятой. Я появился через минуту, пока дверь стойла не открылась, и женщина уставилась на меня, открыв рот.


"Я закончил", пробормотал я, протискиваясь мимо нее. Я не потрудился вымыть руки, которые достали мне грязные взгляды от других женщин.


Во всех камерах были камеры, и мне нужно было увидеть, что вы покидаете аэропорт, чтобы я не вызвал какую-то тревогу. Это было последнее, что мне нужно.


Я почувствовал рывок на моей рубашке, когда шел по коридору. Маленькая блондинка с волосами, намотанными на локоны, смотрела на меня.


"Ты будешь моей мамой?" - спросила она.


Она была слишком стар, чтобы задавать такой вопрос, поэтому я раздраженно покачал головой. "Мы можем попросить безопасности помочь найти вашу мать. Вы потеряли?"


"А ты ?"Спросила она. "Работая с СКП, который предал вас, кто создал вашу адскую жизнь. Разве вы не хотите отомстить людям, которые наделили ваш любимый монстр? Кто пытался тебя убить. Кто убил твою мать ?


"Что?"


Мне потребовалось мгновение, чтобы получить его, а затем я выпрыгнул вперед. Они были на день раньше; если бы у них было какое-то предупреждение или фотографии не были достаточно конкретными для Tattletale, чтобы сделать точный прогноз?


"Если вы возьмете мои силы, будет выпущен вирус, который убивает всех в этом аэропорту. Даже с моими навыками вы не сможете спасти всех вовремя.


Я застыл, мои руки в нескольких сантиметрах от ее лица.


"Кроме того, я буду кричать, что вы пытаетесь похитить меня, и все эти милые люди будут пытаться меня спасти. Это будет веселое кровопролитие. -


Думаешь, они могут остановить меня? - спросил я.


"Ты все еще думаешь, что ты герой", - сказала она. "Наивный, бедный маленький Тейлор. Все еще привязан к обычной морали ".


"Я думал, вы, ребята, любили пытать своих новобранцев", - сказал я, глядя на нее и размышляя о том, где были остальные члены Девяти. Был ли сибирский, ожидающий только с глаз долой?


"Некоторым из нас все еще нравится, но я думаю, что это может стать немного скучным", - сказала она. "Не то, чтобы пытка не имела своего места, но подумайте о том, что мы могли бы сделать вместе ... украсть то самое, что заставляет парахуманов думать, что они особенные. Они уже пострадали от худших вещей, которые они могут себе представить, а затем вы берете одно, что компенсировало это ... это вкусно.


- Я все равно могу взять тебя, - сказал я. "СКП скажет мне, что стоит убить несколько тысяч человек по сравнению с тем, что вы будете делать в будущем".


"А как насчет вашего отца?" - спросила она. "Как ты думаешь, я не поместил что-то в самолет, на котором он?"


"Сделайте что-нибудь моему отцу, и я не просто возьму ваши силы", холодно сказал я. "Я получу ваши знания и умение держать всех вас в живых независимо от того, что я делаю с вами".


"Вы даже не хотите знать, что я имел в виду, когда СКП убивает вашу мать?" - спросила она.


Я покачал головой.Джек любит мысленно манипулировать людьми. Он делает это через тебя, а это значит, что он меня немного боится.


- Не будь самоуверенным, - сказала она. "Я просто хотел собрать несколько сувениров в сувенирном магазине до того, как Броктон-Бей потухнет".


"Вы действительно должны отдавать свои полномочия мне", - сказал я. "Я сомневаюсь, что вам понравится, что произойдет, если вы встретитесь с моим коллегой".


Силар была так же плоха, как и была, если не хуже. Он не ударил меня как человека, который бы любил работать под руководством кого-то другого, и я сомневался, что Джек слэш отложит новичку.


"У нас есть планы для него ... и ее", - сказала она.


"Идти после Теневого Сталкера?" - спросил я. Я знал, что они были, конечно, из рисунка, который я нарисовал. "Она всего лишь головорез".


Она не удивилась, что я говорю. Предположительно, кто бы ни получил их информацию, рассказал им о моей обиде на Теневого Сталкера.


"Он принимает все виды", сказала она примитивно. "Кто я такой, чтобы судить, чего хочет Джек?"


"Чего ты от меня хочешь?" - спросил я. "Ты знаешь, я собираюсь истощить тебя всех так же сухо, как виноград. Как, по-твоему, дорогой Джек будет в тюрьме без его сил?


- Он очень находчив, - сказала она. "Кроме того, он никогда не увидит тюрьму".


Это правда.У всех у них были приказы о смерти. В тот самый момент охранник мог подойти к Боунсоу и положить пулю в затылок, и он получал бы ничего, кроме огромного денежного вознаграждения, хотя она была технически ребенком.


Я услышал звуки крика с другого конца зала, и моя голова щелкнула в этом направлении. К тому времени, когда я оглянулся на Костяную, она исчезла. Что было хуже, я даже не слышал ее сквозь крики и звуки бегущих ног.


Войдя в ванную, я вытащил свой костюм из пространственного пространства. Перелистывание моих пальцев, и это левитировало передо мной, и я оторвался от одежды. Я вошел в свой костюм, и через мгновение я был прочно внутри него.


Это было то, что я должен был практиковать давно, но у меня было так много на моей тарелке, что я никогда не думал об этом. Пальцы моих пальцев и одежды были изгнаны в другое измерение.


Научиться делать это после того, как Протекторат знал, кто я был, расстраивает, но я надеялся по-прежнему жить в этом городе с папой после того, как все это закончилось. Имея нормы, знаю, кто я был, это рецепт катастрофы; все, что требовалось, было одним бандитом с обидой, а папа был тостом.


Я позволил миру замедлиться вокруг меня, и я мчался по широким проходам. Люди падали, как мухи по всему театру, их кожа кипела, когда они подвергались воздействию чего-то неприятного и вирулентного.


Когда я мчался вперед, я использовал силы Стормтигера, чтобы создать барьер воздуха вокруг меня. У меня не было никакой гарантии, что я невосприимчив к тому, что это было, и болезнь прогрессировала быстрее, чем мог бы справиться мой биокинизис.


Барьера было бы недостаточно, чтобы отклонить атаки, но, надеюсь, это изолировало бы меня от любой болезни, которая убивала бы людей слева и справа.


Сила Оталлы не обязательно требовала контакта кожи с кожей, поэтому я сформировал скрежетную метку вокруг моей руки, настолько тонкую, насколько это возможно. Я потянулся к женщине, лежащей на земле в тридцатые годы, и я применил регенерацию.


Она закричала и булькала, и все ее тело, казалось, впало в себя, поскольку регенерация только ускорила то, что с ней происходило.


Я уронил перчатку и повернулся, глядя на окружающих людей. Некоторые из них уже растворялись в скелетах, а другие умирали медленнее. Они были в ужасной боли. Я видел семьи, матери и детей. Матери сжимали своих детей, несмотря на то, что их плоть объединялась и объединялась в одну ужасную массу.


Несмотря на это, почти все выглядело нормально. Они по-прежнему выглядели так, как будто их можно было спасти.


Если бы у меня была сила Панацеи, я бы мог что-то с этим сделать, но ...


Маленькая девочка смотрела на меня, произнося слова, которые я не мог понять. Люди видели кого-то в костюме, и они думали, что помощь придет. Когда я был ребенком, я верил, что если Александрия появится, все будет в порядке.


Я видел то же самое доверие к глазам маленькой девочки. Вероятно, она даже не знала, кем я должен был быть. Все, что она видела, было в костюме, а не только пятнадцатилетнем возрасте, который едва знал, что она делает.


Нахмурившись, я посмотрел на свою голую руку. Я поклялся быть героем, чтобы быть лучше Протектората, который позволил концам быть более важными, чем средства. Я жаловался, по крайней мере, на мысль о том, как они позволяют людям умереть, потому что они соответствуют их тактическим целям.


Эти люди заслужили возможность жить так же, как и мой отец, насколько я знаю.


Мне нужно было быть лучше, или я был на пути к тому, чтобы стать Силаром.


Я вытащил свой мобильный телефон из кармана размера. Я нажал один номер, и голос Оружейника вышел на линию.


"Это началось", - сказал я. "В аэропорту. Принесите Haz Mat костюмы. Есть, по крайней мере, сто человек, умирающих от чего-то, что было приготовлено из кости. Я посмотрю, есть ли что-то, что я могу сделать.


- У тебя есть сила, чем может помочь? - спросил он. "Othalla ..."


"Делает это хуже. Я собираюсь изучить его, закрыть и личным. -


Подождите ... что?


Я выключил телефон и уронил его в карман. Глубоко вздохнув, я опустил воздушный щит.


Касаться кого-то было бы слишком опасно; все, что я хотел, было небольшой экспозицией. Как только я глубоко вздохнул, я снова щелкнул щитом, отталкивая болезнь.


Я чувствовал, как вирус перемещается по моему телу, повторяясь со скоростью, неизвестной ничем в природе. Я сосредоточился на том, что происходило внутри моего тела, что я едва заметил, когда мир наклонился, и я упал на бок.


Люди умирали; если бы я мог выжить, это был шанс, что я смогу помочь хотя бы некоторым из них. Было очевидно, что, хотя болезнь прогрессировала очень быстро, у некоторых людей другие делали гораздо лучше, хотя, вероятно, никто из них не выжил в долгосрочной перспективе.


У меня была улучшенная скорость от нескольких кейпов. Это означало, что я думал быстрее, и это означало, что я мог бы делать что-то с моим биокинезом, которого я раньше не мог.


Мир сжался вокруг меня, и все стало черным, когда я сосредоточился на задаче сдерживания и ликвидации. Выяснить, как уничтожить вирус, было только первым шагом. Следующим шагом было сформулировать что-то в моей крови, которое могло бы помочь другим людям. Это была монументальная задача, я не был уверен, что смогу.


Это было единственное, что я должен был спасти людей, и весь мой мир перешел к моим внутренним чувствам.


Как на поле боя борьба была сложнее, чем все, что я испытал. Вирус взял стратегию выжженной земли, сжигая все вокруг, поскольку это продвигалось вперед.


Я считал повышение температуры тела достаточно высоким, чтобы вирус не смог выжить. В случае необходимости я мог бы отправить огонь, проходящий через мою кровь, буквально кипящую его. Я выжил бы, но он уничтожит любой вирус или бактерии, возможно, включая некоторые хорошие, которые помогли бы функции организма.


Тем не менее, это победит всю цель этого. Я сделал это, чтобы спасти людей, и это будет работать, только если я это сделаю. Я бы спасла пламя как последнее усилие, если все остальное было потеряно.


С тех пор, как я получил свои полномочия, я стал темнее. Использование их заставило меня почувствовать себя немного грязным; казалось, что каждая сила, в которой я участвовал, украл нечто драгоценное. Независимо от того, какие оправдания я сделал, какие оправдания, это было неправильно. Кража сил, воровство навыков ... Я крал жизни людей, и даже злодеи были людьми.


Девять, хотя ... у меня не было бы вины за то, что я сделал с ними. Они были меньше, чем люди, и они не заслуживали ничего, кроме как столкнуться с той же болью, которую они доставляли другим людям с таким ликованием.


Потеряв время, это казалось вечным, прежде чем я победил. Потребовалось еще дольше, чтобы превратить мою кровь в то, что будет искать и убивать вирус. Мое единственное беспокойство заключалось в том, что все было бы напрасно, чтобы все были мертвы, прежде чем я закончил свою задачу.


После вечности я проснулся. Я был голым под больничным халатом, и я почувствовал сильный запах дезинфицирующих средств.


Оружейник сидел в кресле напротив меня.


"Моя кровь", - выдохнул я. Мое горло сухое, и мои губы потрескались.


"Мы знаем", - сказал он. "Наш мыслитель смог выяснить ваш план. Вы выкачивали лекарство почти так же быстро, как нам удалось прокачать кровь в вас.


- Помогло ли это? - спросил я, закрывая глаза. Я внезапно осознал, что я на руках. Должно быть, я подсознательно позволил им встать, иначе они никогда бы не смогли пройти через мое силовое поле.


"Пятьдесят человек", - сказал он. "Ты спас пятьдесят человек".


"Сколько умерло?" - спросил я. Я подумал, была ли маленькая девочка среди людей, которых я спас, или если она умерла, все еще ожидая, когда герой сохранит ее.


"Пятьсот", - сказал он, поморщившись. "Большинство из них до того, как мы смогли туда добраться. Ты ничего не мог сделать.


Я закрыл глаза.Пятьдесят человек из пятисот пятидесяти ... Я спасла менее одного из десяти.


"Иногда вы не можете спасти всех, - сказал Оружейник. "Я должен был узнать, что это трудно. Я был в каждом сражении с Губитель с тех пор, как начал, и я видел больше смерти, чем могу рассчитывать.


- Как вы справляетесь с этим? - спросил я.


"Быть ??героем - это не спасение всех, - сказал он. "Это не отказ от попыток. Пока люди знают, что кто-то там делает все возможное, они не теряют надежды.


Его руки сжались в кулаки, и он посмотрел вниз, прежде чем оглянуться на меня.


"То, что вы сделали, было невероятно глупо ... и невероятно храбрым. Были те из нас, кто поставил под сомнение вашу приверженность даже быть героем. Это отвечает на вопросы, которые у нас были ".


"Я не чувствую себя героем, - сказал я.


"Настоящих героев нет", - сказал он. "Быть ??героем - это не продвижение по службе, слава или фигуры действий ... хотя это и есть льготы, которые некоторые из нас тратят слишком много времени на достижение".


Он поморщился, и я подумал, о ком он говорит.


"Как долго это было?" - спросил я.


"День", - сказал он. "Никаких других наблюдений за Девятью не было, хотя у нас есть все области, которые они должны были находиться под наблюдением. Конечно, если они обнаружат наше наблюдение, то они не пойдут в эти места "


. Проблема с моим предвидением заключалась в том, что будущее всегда менялось и менялось.


"Мой папа?" - спросил я. Костик угрожал развязать что-то в самолете, на котором он был.


"Он в карантине", - сказал Оружейник. "Каждый, кто был в полете, улетая из этого аэропорта в этот день, был помещен под карантин на случай, если Бонсоу решил принять ... креативный"


. Биотопливо, попавшее в крупный аэропорт, было катастрофой, которую мир не мог себе позволить. Я понял тревогу, которую все об этом позаботились.


"И как он?"


"Пока нет никаких признаков того, что кто-то болен. У нас были наши лучшие биоинтекторы, работающие над этим делом, чтобы исключить что-либо прежде, чем люди на рейсах разойдутся в публику. "


Я почувствовал облегчение в этом. Его отпуск не был таким, каким он мог быть, но я сомневался, что он действительно мог бы наслаждаться тем, что знал, что я здесь вернулся.


"Как они узнали?" - спросил я внезапно. "В первую очередь, о Броктон-Бей, но что еще более важно, о том, что я буду в этом аэропорту с отцом?"


"Три агента СКП сегодня не появлялись на работу. Мы находились в процессе расследования, когда вы звонили. Они и их семьи были подвергнуты пыткам до смерти, а их коды доступа использовались для доступа к базам данных СКП.


"Я начинаю задаваться вопросом, почему я говорю вам, ребята, что угодно", я - сердито сказал.


"Проблема с работой с группами заключается в том, что такие вещи случаются. Если у нескольких людей есть секрет, тогда все, что вам нужно, чтобы мы атаковали самое слабое звено, и вы его получите.


- Итак, куда мы пойдем отсюда? - спросил я.


"Мы продолжаем этот план", - сказал он. "Такой, какой он есть. Мы ожидаем, что вы, Силар и Теневой Сталкер, свяжетесь в течение следующих нескольких дней как часть набора для вербовки. Возможно, они могут быть нацелены на меня и, возможно, на Vista. Могут быть и другие.Будут нападения, используемые в качестве отвлекающих факторов, и они попытаются создать хаос и террор. -


Мы их остановим, - сказал я, но мой голос не был полон уверенности.


Сегодня я спас пятьдесят жизней, но я не мог не думать о пятистах, которых у меня не было. Если бы я не был в этом аэропорту, они бы там напали? Был ли я частично ответственен за все эти смерти?


Я собирался быть лучше, чем это, если я собираюсь их победить.


48.


"Сколько они могут знать о наших предзнашительных фотографиях?" - спросил я. "Если они знают о тех, что мы почти потеряли все наше преимущество".


Оружейник сказал: "Мы ограничили это знание Протекторатом и Подопечными и двенадцатью агентами СКП, которые были на собрании. Дракон предположил, что было бы полезно разделить эту информацию и сохранить ее в автономном режиме. "


Я рад, что кто-то там имеет какой-то скейпл", - сказал я. "Разве девочка и Панацея когда-либо достигали Дракона?"


Он кивнул."Мы также не делаем этого общественного знания. Считается, что нужно знать по понятным причинам.


- Панча могла вылезла из "Костяного костяка", - сказал я. "Наверное, даже не нужно много работать над этим. Имея ее в том же городе, что и ... ну, это может быть не самая яркая идея. "


" Есть некоторые признаки того, что Джек Слэш промывает мозги членам Девяти ", - сказал Оружейник. "Конечно, это не оправдывает все, что они делают".


"Разве я был освобожден, чтобы встать с постели?" - спросил я.


"Я думаю, вы бы знали лучше, чем мы. У нас не было биокинеза в списке ваших известных способностей, но наш Мыслитель смог понять, что у вас это есть.


Я пожал плечами."Я думаю, все кейпы любят держать в полной мере свои силы в секрете. Мне просто нужно немного спрятаться, чем большинство. -


Количество энергии, которое у вас сейчас, ужасно, - сказал Оружейник. "Идея о том, что двое из вас в одном городе со схожими силами прошу всех понять. Ты уверен, что Сайлар не связан с тобой?


Я покачал головой."Я даже не уверен, что он из этой вселенной. Он сделал несколько замечаний в первый раз, когда я встретил его, что заставляет меня думать, что он откуда-то еще. Я не думаю, что он единственный. -


Он один из тех, у кого странный рост мозга, - сказал Оружейник. Он нахмурился."Вы знаете, что у вас нет активной геммы? У вас такой же рост, который мы наблюдали на нескольких мертвых островах. "


По-видимому, они воспользовались тем фактом, что я был без сознания, чтобы изучить свое тело, пока я не был в состоянии спорить. Вероятно, они сказали бы, что с медицинской точки зрения необходимо поддерживать меня в живых, хотя это действительно послужило их повестке дня.


"У меня нет объяснений, - сказал я. "Панацея сказала мне. Я понятия не имею, что это значит; Я, конечно, не из другой вселенной.


- Мы знаем, - сказал Армсмейстер. "Ваша теория о других, происходящих с кем-то еще, кажется, подтверждается некоторыми из них, но не с другими. Некоторые из них явно доморощенные, а другие - призраки, не имеющие истории и вообще не имеющие данных ".


Я вытащил IV из руки. Регенерация легких заметно медленнее, чем у Силара, но кровь все равно текла почти сразу.


"Я предполагаю, что я вылечен". "


Твой костюм должен был быть уничтожен", - сказал он. "Это было слишком плохо загрязнено для очистки". "


Значит ли это, что аэропорт больше нельзя использовать?"


"Твердые поверхности легче продезинфицировать", - сказал он. "Более насущным вопросом является то, будут ли люди доверять аэропорту достаточно, чтобы использовать его больше. Экономический эффект от этого будет глубоким. "


Будет хуже, если они решат использовать Shatterbird", - сказал я.


"Люди уже паникуют и покидают город. Есть пробки, люди вступают в драки; полицейские силы перегружены ".


Штурм на аэропорт не просто отвлекало тогда; он, вероятно, был создан для создания именно этого результата.


"Они будут использовать это как отвлечение", - сказал я. "Держать нас слишком занятыми, чтобы знать, что они делают или почему, пока не стало слишком поздно".


"Я знаю", - сказал Оружейник. "У нас был опыт общения с ними раньше, и это всегда кошмар. Есть причина, что они не были побеждены через тридцать лет ".


Это было неприятно.Незнание всегда было моей самой большой слабостью. Мне жаль, что я не нашел кого-то, у кого была полезная сила Мыслителя, может быть, что-то вроде способности видеть глазами животных. Возможность просмотра через камеры движения тоже была бы хороша, за исключением того, что большинство камер в Броктон-Бей были подвергнуты вандализму или уничтожены.


"Нам нужна дополнительная информация", - сказал я.


"У нас наш мыслитель скрыт в секретном месте", - сказал Оружейник. "Далеко от окон."


"Она была неправа в то время", - сказал я. "Они появились на день раньше". "


Это не точная наука, - сказал он. "Мыслители обладают такой же способностью, как и полученная ими информация".


"Пойдем немного, - сказал я. "Можете ли вы достать мне бумажные и угольные ручки?"


"Таким образом, вы приняли власть предзнавательного", - сказал он.


Я вздрогнул.Прошла еще одна вежливая фантастика. Мне нужно было лучше следить за ложью, о которой я рассказывал, или у меня не осталось никаких секретов.


"Он умолял меня взять его власть", - сказал я. "Он не мог справиться с видениями, которые он получал". "


Не все подходят для такого рода жизни, - признался он. Он заколебался. "Как дела?"


Он казался неуклюжим к моим новообретенным социальным навыкам, почти так же, как если бы он не умел разговаривать. Как он смог продвинуться в политической организации в конечном итоге, не будучи ловким политиком, я не был уверен, если только он не был так хорош в том, что он сделал, что ему продвигали, несмотря на себя.


"Последние пару лет моей жизни были живым адом, в котором я был беспомощным, чтобы что-либо сделать", - сказал я. "По крайней мере, теперь у меня есть сила отбиваться. Я на удивление хорошо. "


Я даже не повышал уровни эндорфинов или не делал несколько других вещей, о которых я читал, что может повлиять на мой мозг. Изменение моего собственного ума казалось рискованным.


Он кивнул и, казалось, с облегчением двинулся дальше.


"Наш мыслитель предположил, что вам может понадобиться альбом," он сказал.


Сплетница раздражался в лучшие времена, но были времена, когда она была полезна. Это был один из них.Когда он протянул мне инструменты, Оружейник сказал: "Не возражаете, если я останусь и посмотрю?"


"Вы не потрудились делать?" - спросил я.


"Я построил все, что могу придумать, чтобы подготовиться к этому", - сказал он. "И Дракон говорит, что сделать тридцатую настройку на моей Халберде, чтобы получить десятитысячное процентное улучшение, не очень полезно для моего времени."


"И сидеть у моей постели?" - спросил я.


"Вы, возможно, самый сильный кейп на этой стороне Триумвирата ... и вы можете превзойти их рано или поздно. Культивирование вас как союзника - это хорошее использование нашего времени, или так говорит Дракон. "


Я был удивлен, что он был настолько откровенен. Я бы ожидал какого-то уклонения, а не смелого признания, что я был им полезен. Странно, это сделало меня как он больше.


"Она рассказывала мне, что я должен уделять больше внимания человеческому стилю", - сказал он. Он заколебался."Кроме того, мои лаборатории в настоящее время ремонтируются после аварии, когда я позволяю Kid Win использовать часть моего оборудования."


"Знаете, я взял Bakuda, верно?" - спросил я. "Могут быть некоторые вещи, которые я могу сделать, которые могут помочь".


"Время всегда является величайшим врагом Технаря, - сказал он. "Учитывая достаточное время, Технарь может воспроизводить почти любую силу, по крайней мере, в пределах своей специальности. К сожалению, мы вряд ли получим такое время ".


Я колебался."Полагаю, было бы здорово смотреть".


Держа руки, я взял эскизный блок, который он предложил. Он протянул мне набор цветных древесных ручек.


Я позволил своему разуму исчезнуть, и через несколько мгновений мир исчез. Меня всегда беспокоило, насколько я уязвим, когда я использовал эту особую силу, но я действительно не мог ничего сделать, кроме как использовать силу. Проблема заключалась в том, что, хотя я мог бы инициировать власть по своему усмотрению, если бы я слишком долго не использовал ее, я бы оказался в трансе, не осознавая этого. Это была требовательная сила, которую я почти жалел, что не взял.


Когда кто-то пытается отдать свою власть, должны быть недостатки.


Видения будущего мелькнули у меня в голове. Я мог только предположить, что мой ум замедлился, потому что всегда казалось, что у него есть только несколько секунд, но когда я проснусь минут или даже часов, прошло бы.


Когда я вышел из транса, я понял, что Оружейника нет. Я слышал звуки тревоги повсюду, и я чувствовал запах дыма. Окно рядом со мной полностью исчезло, и хотя у меня не было ран, на меня была кровь.


В других частях комплекса я слышал крики и стоны боли.


Это должен был быть Шаттерберд. Даже несмотря на то, что СКП лихорадочно работали над тем, чтобы удалить из их как можно большего количества стекла, так как предупреждение о том, что Девять вышло, всегда были немного удивлены; вещи, которые вы не думали считать стеклом, или что вы даже не подозревали, что это стекло.


Работая с ними всего на несколько дней, они заменяли окна большими армированными пластиковыми листами, но компьютерные мониторы с трудом менялись.


Страх был очевиден повсюду, хотя Рог был отдельно от города настолько, что я не должен был испытывать большой страх.


Взглянув на бумаги в руках, я понял, что знаю, где и когда они собираются быть следующим. У меня было несколько часов, поэтому мне нужно было сделать все возможное, чтобы помочь людям. Исцеление людей с мощью Оталлы принесло бы мне добрую волю с агентами СКП, которые, надеюсь, заставили бы их стесняться убить меня, если следующий директор подумает, что нужно.


Я осторожно уронил страницы в кармане, когда встал и направился к звукам ближайшего стона. Это звучало так, будто у меня была какая-то работа.


************


Преимущество удивления было ошеломляющим в тех случаях, когда силы были хорошо сопоставлены. Я видел это с обеих сторон; когда я был удивлен, люди ушли с вещами, которые у них никогда не было бы, если бы я был готов.


Когда у меня была неожиданная неожиданность, я смог полностью победить целую злодейскую злодею.


На этот раз я планировал воспользоваться неожиданностью и планированием. Я знал, где будут некоторые члены Девяти, и я собирался заставить их заплатить за то, что они сделали.


Я решил связаться с Протекторатом, но они все еще были заняты, пытаясь сохранить порядок в городе, который перешел в хаос. Из того, что я слышал, повсюду происходило активное разграбление, а некоторые владельцы магазинов должны были защищать свои магазины пушками и ружьями. СКП был ранен, но не так сильно, как все остальные, и поэтому они вмешались, чтобы помочь местным правоохранительным органам справиться с хаосом.


Исцеление агентов СКП заняло больше времени, чем я планировал, и я пообещал пойти в больницы, чтобы помочь раненым. На данный момент я делаю обход.


Вернув мой мотоцикл через зеркальную вселенную, я пробрался к заброшенному складу. Я был здесь раньше; это был вид моей первой крупной битвы с Империей. Я предполагал, что Джек выбрал это, потому что это было в базах данных СКП и потому, что у него было чувство иронии.


Этот скейпл иронии, надеюсь, заставил его и других убить.


Я уже знал это местоположение, но я позаботился о том, чтобы исследовать его в зеркальной вселенной, чтобы увидеть, были ли какие-либо изменения. По-видимому, они создали кровати и детские кроватки, а в углу был большой телевизор и компьютер.


Не было обнаружено никаких зеркальных поверхностей. Вероятно, это было частично связано с тем, что Шаттерберд уничтожил все стеклянные поверхности в городе. Я должен был подумать, было ли это частично тактикой, чтобы калечить меня; ведь Оружейник знал о моей способности к зеркальной вселенной, и она предположительно попала в базу данных СКП, касающуюся меня и моих способностей.


Без зеркальных поверхностей я шел вслепую. Это может закончиться катастрофически. Я почувствовал волнение, но искушения могущества, которые я получил, было более чем достаточно, чтобы успокоить мои заботы. Как только я приобрел сибирскую власть, я был бы больше чем матч для Александрии, и в этот момент телекинизм Силара не был бы чем-то большим, чем раздражение.


Я мог бы закончить все это в одной попытке, как и в случае, когда преступники встретились, чтобы решить, как со мной обращаться. Когда-то у меня были силы Бойня Девяти, я был бы непревзойден ничем, кроме Губитель. В конце концов, только сибирский смог победить Александрию; с полномочиями восьми других я смог бы превзойти любого из Триумвиратов за возможным исключением Эйдолона.


Тем не менее, они должны были заплатить. Я был в костюме "Отмщение" не потому, что думал, что это запугивает их, а потому, что я чувствовал себя более уверенно в этой форме.


Заставляя себя левитировать к потолку, я моргнул в реальный мир. Надеюсь, они не заметят меня, пока я не упаду посреди них и не начну красть силы справа и слева.


Я закричала от боли, когда меня поразила огромная сила, захлопнулась к земле. Взглянув вверх, я увидел, что сибирский ждет на стропилах. Я ударился о землю, и через мгновение я обнаружил, что моя сила покидает меня.


Моя форма не изменилась, но это оставило меня в металлических доспехах, которые внезапно стали слишком тяжелыми. Хатчефт стоял над мной во всей его славе, выглядя как отказ от фильма ужасов. Он держал клевер.


"Ты слишком предсказуем, - сказал Джек Слэш, глядя на меня. Он щелкнул языком."И я думал, что у вас было столько обещаний".


У них были записи СКП обо всех интервью, сделанных злодеями, которых я напал в прошлом; они, вероятно, заранее задумали мою тактику.


Схватив маленькую бомбу из моего кармана, я попытался бросить ее в Хэтчефт, только чтобы механический паук вырвал ее из моей руки. С моими силами я не мог получить доступ к моему размерному карману.


Пауки навалились на меня, вырвав у меня бомбы и не давая мне двигаться. Я застыл, и они долго смотрели на меня, прежде чем, наконец, ушли.


"Ампутация хотел посмотреть, как вы клещи, - сказал Джек. "Кто-то с силами без рабочей геммы".


Это было правильно ... моя сила была из другого, таинственного источника. Я почувствовал внутри и понял, что я все еще чувствую страх от зданий вдали. У меня все еще были свои познавательные способности. Этого было бы недостаточно, чтобы спасти меня, но это увеличило бы мою силу и скорость выше ожидаемых.


" Вас судили, - сказал я. Мое горло было сухим, и я чувствовал себя невероятно слабым по сравнению с тем, что я обычно чувствовал. Тем не менее, я сражался в прошлом, едва имея силы, и мне удалось выйти вперед.


"Вы не можете никого судить, - сказал он. Он ухмыльнулся."Ты больше никого не будешь судить. Bonesaw нуждается в исследовательском проекте; она получает муравей, если ей становится слишком скучно ".


Я заставил себя встать, несмотря на вес моих доспехов. Я не был бы достаточно силен, не испытывая слабости от страха.


Я видел, как они стояли вокруг меня, весь экипаж. Ампутация взгляд смотрел на меня с безошибочной скупостью. Она, несомненно, хотела увидеть, как у меня есть силы без рабочей геммы.


Джек выглядел почти скучно. Shatterbird выглядел так же. Кроулер был ужасом, который смотрел на меня с другим видом жадности.


" ВЫ СУДЕБНО",Я сказал, медленно вставая на ноги. Больше, чем любой из Империйских накидок, больше, чем Лунг, это люди, которые нанесли вред их ближнему. Они причинили больше страданий, чем почти любой человек на планете, и они заслужили все, что могли бы дать им.


"Она не самый яркий кейп, - сказал Костя. "Может быть, все ее силы подошли к ее голове?"


" ВЫ ПОБЕДИЛИ ВАШИХ ПОЛНОМОЧИЙ, И ОНИ ОТВЕЧАЮТ ОТ ВАС", - сказал я.


"Я учу ей урок", - пробормотал Кроулер. С его голосом было что-то неладное, почти так же, как голос, который я дал себе.


"И разрушить все наши развлечения?" - сказал ему Джек. Он повернулся ко мне."Разве вы не хотите знать, как СКП убил вашу мать?"


Я уставился на него, мое тело дрожало от ярости, которую я испытывал. Он не имел права пытаться манипулировать мной, используя мою мать. Тот факт, что он говорил о ней, вообще осквернил ее память.


Когда я долго не говорил, он вздохнул. "Может быть, ты будешь немного приятнее, когда тебя разоружили".


Он посмотрел на Хэтчетфейд и сказал: "Отрежь руки. Тебе не нужно держать ее в живых; В наши дни кость может творить чудеса с трупом. Просто не забудь оставить ее голову неповрежденной.


Я стоял на своем месте, когда Хэтчетфем хмыкнул и поднял свой кливер. Когда он спустил его, я поднялся и схватил его за руку. Это было похоже на удар кувалдой. Тем не менее, я почувствовал знакомое удовольствие от силы, протекающей через меня, когда я его осушил, и вдруг он обнаружил, что не может пошевелить рукой.


" ВЫ ВИЛЛЫ!" - сказал я. "И ПРЕДЛОЖЕНИЕ - СМЕРТЬ!"


Мое лицо и голова внезапно оказались в огне. Я повернул руку в ослепительную массу извитых металлических лезвий, и я погрузил ее прямо в грудь Харчелфайла, что привело к взрыву крови, которая распылялась по комнате.


49.


"Хорошо дерьмо, - сказал Джек.


Я дернул пальцы ног и все бомбы, которые удалили из меня пауки Бойнсау, сразу же уничтожили пауков и создали ослепительные вспышки света и неожиданных областей, где не было звука, в то время как в других областях был подавляющий шум.


Создание областей нулевого времени не было вариантом, если бы у меня был шанс попасть в него. В конце концов, я не смог бы освободиться, если бы не время для меня. Мои бомбы с нулевым временем были безопасно сохранены там, где их нельзя было использовать против меня.


Вместо этого я сосредоточился на обычных взрывах и бомбах, предназначенных для смущения и отвлечения.


Я бросил тело Хэтчетля в сторону Гусеницы. Он с готовностью схватил его за бомбу,d, материализованный внутри туловища из моего мерного кармана, взорван в область нулевого времени.


Область расширялась один раз, дважды, затем снова. Части его, которые были вне зоны, содрогнулись, а затем они поехали. Даже с его полномочиями я подозревал, что эти части не могут выжить, будучи отделенными от основной части его тела. Если бы они могли, я не сомневался, что Кроулер разделился бы на несколько существ, как мифический червь.


Мир медленно двигался вокруг меня. Из всех них только сибирский, казалось, двигался во что-то похожее на реальное время. По направлению ко мне летали осколки стекла, но я легко уклонился от них. Возможно, они не нанесли большого урона, но я не мог рисковать тем, что раньше меня ослабил.


Осколки стекла перевернули курс, следуя за мной, но я был быстрее, чем любой из них. Когда я попал в зону действия Шаттерберда, стекло позади меня внезапно упало на пол. По моей скорости они все еще падали, когда я вскочил вперед. Мой кулак ударил Shatterbird в горло, пробивая вращающееся стекло, которое она использовала для доспехов. Эта броня уже рушилась из-за силы Хэтчетфейда. Я истощил ее, даже когда она внезапно упала, не могла дышать и сломанной шеей. В ее спине было какое-то подкрепление, но против силы силы Хэтчетфа, усиленной силой лёгкого и ее биокинетической силой, она измельчалась, как папиросная бумага.


Сибирский почти дошел до меня, поэтому я отразился на другой вселенной. Я побежал через комнату, и я снова появился рядом с Ожогом. Ее огонь взорвался вокруг нее, но она уже высыпалась, когда я ее развязал, а не то, что это имело бы значение. Огонь никогда меня не беспокоил. Была какая-то меша, защищающая ее органы, но это было не более чем незначительное раздражение.


Я чувствовал, что на моей спине появляются порезы; По-видимому, Джек пытался причинить мне боль. Я ухмыльнулся.Порезы уже исцелялись, и по мере того, как борьба продолжалась, они только заживали бы быстрее. Если он не поймал меня на глаз, я сомневался, что он мог бы сделать со мной многое.


Но я мог с ним многое сделать.


Внезапно мое лицо было разбито в стену. Хатчефт был намного сильнее, чем любой кейп, который я взял раньше, за исключением нарастающего Лунга. Но по сравнению с сибирским я был так же слаб, как и ребенок. На мгновение я подумал, что могу использовать силы Феньи или Меньджи, но я уволил ее из-под контроля. Это сделало бы меня сильнее и жестче, но это меня замедлило, а Сибирский был не намного медленнее, чем я.


Я схватил сибирскую руку и попытался потянуть с моей силой. Вместо ожидаемого спешки все, что я чувствовал, было пустотой, как будто ничего не было.


Что?


Как сибирский иммунитет к силе, которая работала над каждым парахуманом, с которым я когда-либо сталкивался? Он даже работал над Hatchetface. Я не понял, и это заставило меня немного испугаться.


Однако этот страх легко стряхнуть. Если бы я не мог ее истощить, я мог бы обойти ее. Я сомневался в том, что сибирский человек может держать Бойня Девять самостоятельно. Она не была лидером или катализатором, как Джек Слэш, и она не могла построить свою собственную армию домашних животных, таких как Bonesaw. Убейте остальных, и она была просто одиноким монстром, так что весь мир успел бы понять, как закончить.


Сибирский схватил меня за горло, но я использовал способности Теневого Сталкера тень прямо через ее когти. Если бы я не мог повлиять на нее по какой-то причине, тогда мне просто пришлось бы взять всех остальных, а потом убежать, пока я выясню, что делать.


Манекен двигался ко мне, менее быстро, чем сибирский, но быстрее, чем можно было по-человечески. Учитывая, что он был киборгом, и большинство его полномочий были механическими, я не мог зависеть от его способности остановить его.


Когда я исправился, он набросился на меня с конечностями, которые были привязаны к его телу цепями.


Я позволил себе вспыхнуть от жары. Теперь, когда у меня была мощь Burnscar в дополнение к моей, я мог бы пойти еще горячее. Я схватил его за руку и попытался потянуть его ко мне, но цепь продолжала расширяться. Я набросился на лопатки Крюковолк, и искры пролетели, когда лезвия прорезали его цепь, оставив его за вычетом руки.


Едва уклонившись от удара Сивы к моей спине, я развернулся цепью, которая внезапно загорелась. Это не имело никакого значения. Казалось, что сибирского не было.


Когда я это сделал, я схватил стекло, окружающее тело Шаттерберда, и я запустил его к Джеку Слэшу и Костяку. Хотелось бы надеяться, что мне удастся подкопить их обоих, чтобы они не могли бежать. Все, что я слышал о Джеке, сказал, что он был скользким клиентом.Однако было бы трудно убежать, если бы вы не могли ходить.


Джек Слэш выглядел потрясенным, как будто он не думал, что я на него нападу. Несмотря на это, ему удалось уклониться от него, но это не имело значения. Вокруг комнаты стояли огни и с Ожогом. Я обнаружил, что мог телепортироваться через огонь.


Телепортация была единственной силой, которую я жаждал все это время. Помимо силы Они Ли, которая была буквальным самоубийством, у меня не было этой способности. У меня до сих пор не было надежной дистанционной дистанции для телепорта, но была радость только в использовании этой силы.


В пламени тоже была радость. Они почти гипнотизировали. Я набросился на огонь в манекене, хотя пламя в основном, казалось, отплевывалось от него. Это не удивительно;Сфера планировала отправиться в космос и специализировалась на защите уязвимых людей от враждебных условий.


Однако я подозревал, что, если я продолжу его достаточно долго, тепло в конечном итоге приготовит его снаружи. Ни он, ни сибирский, похоже, не собирались это делать. Он начал танцевать, пытаясь избежать моих взрывов, в то время как сибирский снова бросился за мной.


Клыки появлялись у меня во рту, и я становился сильнее. Это было волнующе, начиная с более сильного места. Это означало, что когда я обострится, я смогу достичь высот, о которых я даже не подумал. Продолжайте битву достаточно долго, и я, возможно, даже смогу победить сибирскую в ее собственной игре.


Однако этот момент не был сейчас. Сибирский бросился на меня, прорезав мои доспехи, как будто это была бумага, и прорезал кожу моего туловища, глубоко врезаясь мне. Любой другой был бы искалечен болью, но я давно уже уменьшил свои боли, и у меня было достаточно эндорфинов, которые пробегали меня от радости битвы, которую я мог бы не заметить до тех пор, пока все это не закончится. Я засмеялся, и через мгновение я телепортировался через комнату, где горел стен.


Вид огня вызвал внезапную дикую радость в моей груди. Это то, что я должен был делать, используя свои силы так, как они должны были быть, используя их в полной мере. Я был огнем и пламенем! Яростно пылаю, как падающая звезда. Никто не мог меня взять, и никто не мог бы.


Отразившись в другой вселенной, я появился за манекеном. Я коснулся его и потянул его в другую вселенную. Пока сибирский продолжал нападать на меня, я не мог расколоть манекен, как орех.


Вдали от пламени мой разум начал проясняться, но мои намерения не изменились. Я получил это, чтобы убить их, и именно это я и собирался сделать.


Манекен был лучше, чем я мог подумать, когда он уклонился от моих атак. Потенциальные способности Хэтчетфама, вероятно, отрицали его способности как возителя, но его технологические достижения не были затронуты вообще.


Я набросился на него гудящими руками; он попытался обернуть свою хорошую руку цепью вокруг нее, но это была ошибка.


Еще большая ошибка не выглядела позади него, где появились четыре версии меня. Призраки крестоносцев смогли пройти сквозь броню, как будто ее там не было. Эти призраки смогли коснуться плоти, но не материя, а это означало, что все доспехи в мире были бесполезны против них. Момент был всем, что им потребовалось, чтобы они погрузили руки в его тело, смешивая его органы с пюре.


Он внезапно застыл и упал назад с громовым ударом.


В то время как я сомневался, что у него уже была кожа, я знал, что мне нужно коснуться хотя бы одного из его органов до его смерти. Я хотел его силы, и ничто иное, казалось, не имело значения. Мысль о том, чтобы тратить силы одного из героев, которые имели шанс изменить весь мир, была почти больше, чем я мог вынести.


Или, может быть, я был просто жадным.


Прорезать его раковину было сложно, но мне удалось взломать ее, погрузив мою руку в его интерьер. Я действительно коснулся его мозга, даже когда он истекал, и знакомый пик, который я получил от сил, наполнил меня удовольствием. Было время, когда прикосновение к живому мозгу наполнило бы меня отвращением, но теперь это меня даже не беспокоило.


В конце концов, прошло меньше двух минут с тех пор, как я засунул руки в серийного убийцы и прочистил его внутренние органы. Было время, когда я бы мучился из-за преднамеренного убийства, но теперь я ничего не чувствовал.


Возвращаясь в пылающий ад, который был тем, что осталось от склада, я не удивился, увидев Джека и Костяного, и сибирский ушел. Пока я еще не понял, как сибирский смог противодействовать не только моей власти, но и Хэтчетфайлу.


Я слышал, как они убегали в том, что казалось фургоном, но мерцающие огни вокруг меня казались несущественными. Они были гипнотическими, пламя, загипнотизировало таким образом, которого я никогда раньше не испытывал. Я почувствовал, что застыл на месте, очарованный их красотой. Это было потрясающе.


Все мои заботы, казалось, смывались. Мои страхи неудачи, мои страхи за моего отца, за город, за мир. Я не осознавал, какое бремя были такие чувства, пока я не освободился от них. Ничего не имело значения, ничего, кроме пламени.


Если смотреть на вещи, которые горели, было достаточно, чтобы заставить меня почувствовать это хорошо, мне было интересно, если бы увидели больше вещей, которые горели бы, было бы еще лучше.


Возможно, это было похоже на силы Лунга, экспоненциальные. Если бы больше, чем горел, я бы чувствовал себя лучше, тогда не было бы скейпла сжигать столько, сколько я мог?


В любом случае, Доки были в ягодицах, это был ужас в городе. Огонь означал обновление, шанс построить снова. Это означало шанс на новую жизнь, шанс удалить мертвую древесину.


В городе было много мертвого леса, теперь я подумал об этом. У меня были глупые заботы в прошлом об убийствах головорезов и бандитов, хотя они были теми, кто превращал город в адскую дыру.


Возможно, пришло время взять их в ад, заставить их гореть так же, как они заставляют жизнь окружающих их людей гореть. Леса нуждались в огне, чтобы сжечь мертвую древесину и кисть, чтобы оставшиеся здоровые деревья могли расти здоровыми и процветать. Может быть, я должен был быть таким агентом перемен.


Теневой Сталкер подумал, что она охотник, потому что она вытащила нескольких головорезов и гангбэнов. У меня была власть уничтожить сотни. Я уже уничтожил парахуманских преступников в городе; Я мог бы легко уничтожить и обычный человеческий элемент.


Люди могли свободно ходить по улицам ночью, не беспокоясь о том, что их атакуют. Я мог убить людей, которые причиняли боль людям. Месть уже назначила себя судьей и жюри ... почему не палач?


Я слышал, как звуки мотоцикла Оружейник приближаются, наряду с отличительными звуками нескольких автомобилей СКП.


Они попытаются остановить меня в поисках справедливости. В то время как я сомневался, что они могут многое сделать для меня, мисс Милиция могла бы замедлить меня. Я сомневался, что у меня есть что-то, о чем можно беспокоиться из Стояк, учитывая, что аура Hatchetface должна снимать его полномочия.


Мне внезапно пришло в голову, что я был глуп в своем отвращении к тому, чтобы взять власть от "героев". Просто потому, что они были санкционированы правительством, они не превращали их ни в какую банду, кроме других банд в городе. У них не было никаких сомнений в том, чтобы забрать злодеев в свои ряды, что было бы одобрено другими бандами.


Кроме того ... в конце концов я бы не использовал свои силы лучше, чем они? С силой Стояк я мог приблизиться к Левиафану и остановить его в одно мгновение. Стояк будет убит задолго до того, как он даже получит шанс использовать свою силу.


С навыками Оружейника я был бы на один шаг ближе к тому, чтобы иметь такую ??власть, как Лит, без ограничений. Все, что мне нужно было сделать, - это достаточное количество возиться, и в итоге я смогу покрыть все базы. Я'd смогите построить что угодно.


Мисс Милиция дала мне диапазон, который мне не хватало, прежде чем я взял власть от Shatterbird и Burnscar. Ходили слухи, что она способна создать небольшую ядерную ракету.


В Протекторате не было ни одного героя, чьи полномочия я не мог использовать лучше, чем они, и чем выше пламя, тем лучше идея.


Я не был уверен точно, когда в моем сознании возникло решение, что я их возьму, но я знал, что удивление их было ключом к тому, чтобы избежать лишних сюрпризов. Я все еще не мог выжить в мини-ядерном оружии, даже если бы Хатчефт был более жестким, чем мой биокинез или базовый уровень Лунга.


Удивление их было очевидным выбором. Главной угрозой была мисс Милита, поэтому я сначала ее вытащу. У Оружейника были большие боевые навыки, поэтому я готовил его в его доспехах, а затем принимал его, когда он умирал. У других не было возможности остановить меня.


Они были беспомощны против Силара, и теперь я был лучше его. Я был огнем и пламенем.


Перейдя в зеркальную вселенную, я внезапно оказался в темноте. Утешающие огоньки исчезли, и это было похоже на холодный всплеск воды, который облил мое тело.


Что я делал?


Я планировал напасть на своих союзников, пытаясь получить несколько сил, хотя это означало, что весь мир будет против меня? Легенда могла убить меня из-за горизонта, и я даже не увижу, как это произойдет. Эйдолон мог создать силу, которая противостояла моей, и оставила меня беспомощной, как прежде.


Александрия ... Я сомневался, что на самом деле мне о чем беспокоиться.


Я уставился на мои руки, покрытые кровью и внутренностями. Даже сейчас, не пламя, я больше беспокоился о том, чтобы поймать, чем о том, правильно ли нападать на союзников.


Когда я сидел неподвижно, чувствуя, что мои клыки убираются, и мое тело и ум начинают остывать, я чувствовал, что мои мысли возвращаются к нормальной жизни.


Это должны были быть способности Burnscar, которые делали это со мной. Я смутно слышал, что ее силы повлияли на нее, но я забыл. Даже если бы я этого не сделал, я бы предположил, что смогу справиться с этим. Сочетание гнева Лунга с пожарной стражей Burnscar было монументально плохой идеей.


Вместо того, чтобы пройти через, я позволил бы самым опасным членам Девяти бежать. Кость была ходячей пандемией в ожидании. Сибирский был непобедимым. Джек был, возможно, самым опасным из-за его способности набирать и переводить других в тех же психопатов, что и он.


Тем не менее, я убил Hatchetface, Burnscar, Shatterbird и Mannequin, и я бы нейтрализовал Crawler. Бойня Девять уже была членом, когда они прибыли в Броктон-Бей, что, возможно, было причиной их вербовки. Теперь им было до трех, и они были в бегах.


Если бы не тот факт, что я становился настолько опасным, как любой из них, мне пришлось бы считать это победой. Если бы я уничтожил Девять, но стал им, мир не был бы лучше. Это было бы хуже, потому что у меня была сила, чтобы получить экспоненциально более мощный, и без нравственности это может произойти очень быстро.


Я вытащил бумагу из своего кармана и уставился на нее. Появилась фотография моего погружения моей руки в торс Хэтчетфайд, у меня была масса металла и лопастей. Если бы я сделал это исключительно из-за предчувствия, сделав его самореализующимся пророчеством, или это была лучшая тактика, и пророчество просто сообщило о том, что, скорее всего, произойдет?


Если это правда, то то, что я видел на других бумагах, наполнило меня страхом.


50.


У меня все еще были свои первоначальные способности пламени; Мне просто нужно избегать слишком большого использования Burnscar, если только я не должен был этого делать. По-видимому, слишком много вещей, связанных с огнем, могло вызвать его, но я знал, что мне все равно придется избегать слишком многого. Я пришел в это, чтобы спасти Броктон-Бей, чтобы он не сгорел.


Не было никакого удобного способа узнать, где три оставшихся члена Девяти были в этот момент. Я знал, что увижу их снова; У меня было доказательство.


Единственное, что я знал, что я не мог сделать, это вернуться на место преступления. Потеря моего ума будет означать нападение на Протекторат и потерю любого из союзов, которые я создавал навсегда. Хотя я мог украсть навыки у людей, что не означало, что у меня был свой опыт, и у них был многолетний опыт во всем: от борьбы с Энбрингерсами до переговоров по политическим сделкам с национальными правительствами.


Кроме того, на всю мою силу я был не таким сильным, как Конек. Если бы весь мир повернулся против меня, я не сомневался, что они могут найти какую-то комбинацию сил, которые могут меня сбить. Несомненно, парахуманы, что я никогда не слышал о том, кто имел полномочия, которые обошли бы любую из защитных мер, которые у меня были, и уничтожили бы меня.


Я должен был что-то сделать, чтобы напомнить себе, для чего я все это делаю. Мне нужно было заставить себя чувствовать себя хорошо о том, что я делаю, напоминая миру, что я не просто боюсь.


Поставить огонь, который я установил, было бы хорошим началом, но на этот вопрос сейчас не могло быть и речи. Огонь был слишком бодрящим, слишком завораживающим.


Вместо этого я прыгнул на свой мотоцикл, все еще оставленный в этой версии реальности, и я ускорился так быстро, как мог, на край царства.


Достигнув конца строки, я позволил реальности обрушиться вокруг меня, когда я появился в реальном мире. Выезд из склада позади был облегчением. Я мог видеть свет на горизонте и слышать пожарные машины, но это было достаточно далеко, чтобы я мог игнорировать его соблазнительный призыв.


Остальная часть города была кошмаром. На улице были разбиты машины, как от первоначального взрыва стекла, который оставил сотни ослепленных и искалеченных, так и от предыдущей паники, когда люди пытались покинуть город после чумы в аэропорту. Ни один городской рабочий или вредители не потрудились прийти и очистить разрушения.


Когда я проезжал через город, стекло стало подниматься с улиц вокруг меня, превращаясь в мяч. Сначала это был размер бейсбола, но вскоре это был размер боулинга, а затем баскетбол. Я сжал стеклянные осколки так сильно, как мог, но был предел. Вскоре это был размер мяча для медицины.


Так же быстро, как я вел мяч, я не беспокоился за мной. Shatterbird смог контролировать все стекло в городе, а это значит, что я должен был бы сделать то же самое. К тому времени, когда мяч позади меня вырос до кубического метра, он весил более двух с половиной тонн.


Он только увеличился, чем дальше я пошел. Я обещал помочь в больнице, но никто не сказал, что я не могу убрать город, пока я ухожу. Я оставил стекло в местах, которые я не мог видеть один; шансы на то, что я посылаю осколки стекла, летящие через чей-то яремный, были слишком велики, если я не знал, что они там.


К тому моменту, когда я добрался до больницы, сфера была диаметром в шесть футов, весом более 13 тонн. Я не был уверен, что с этим делать, поэтому я бросил его перед больницей. Я выясню, что я хотел с этим сделать, когда я закончил.


Попадая в зеркальную вселенную, я быстро переключился на другую личность. Я купил несколько копий своего костюма, когда получил Сплетница вливание денег, зная мою историю разрушения костюма после костюма.


Пришло время перейти в режим "Панацея".


Выйдя в больницу, это была ужасная сцена. Слыхали люди, засорявшие полы, оставляя едва достаточную комнату, чтобы обойти их. У многих людей были бинты вокруг глаз и шеи, и я видел, как каталки покрыты листами. Очевидно, не всем так повезло, как раненым.


"Я здесь, чтобы помочь", - сказала я даме, признавшись. "Я могу исцелить".


Сразу же люди начали роивать меня, протягивая руку и умоляли меня громко помочь им сначала, потому что их боль была явно больше, чем у кого-либо еще.


Я поморщился и почувствовал, как мой гнев поднимается. Эти люди были слабы, недостойны, чтобы их защищали. Они не выжили.


Качая головой, я заставил эту мысль прочь. Сочельник подумал. Я думал, что я изгнал ее мысли в темные уныния моего разума, но травма Бернскара, должно быть, принесла часть ее обратно.


По курсу, который я собирался, я не был уверен, насколько мой ум будет моим собственным к тому времени, когда все это закончится. Будет ли у меня сотня разных сил, тянущих меня во всех разных направлениях, и если бы я сделал, кем бы я стал?


Я почувствовал, как дергается за руку. Медсестра-зарядка кричала и отталкивала всех. Лицо медсестры было перевязано, как и все остальные, если несколько больше. У нее был патч на одном глазу.


"СКП связался с нами. Они ручатся за ваши целительные навыки. Надеюсь, это все, что они говорят.


Я послал взрыв силы Оталлы через ее руку, когда она коснулась меня. Вероятно, забота о медсестре была, вероятно, хорошей идеей.


"Я не так хорош, как Панацея", - сказал я. "Но я сделаю все возможное".


Огни мерцали и выключались, и она поморщилась. "У нас были проблемы с сохранением власти с тех пор, как это произошло. Генераторы изо всех сил старались не отставать от нагрузки, и нам нужно экономить топливо. У нас есть люди по жизнеобеспечению, которые умрут без власти, но дороги непроходимы ".


Я не был уверен, что сказать.


Она вернула меня в отделение неотложной помощи; почему-то они нашли мне занавешенное пространство для работы. Через несколько мгновений они привели своего первого пациента.


Это была маленькая девочка из аэропорта, тот, кто смотрел на меня так, как будто я собирался ее спасти.


Оставший гнев внутри меня внезапно умер. Я был рад видеть, что она жива, даже если у нее была повязка, покрывающая один глаз. Ее лицо было покрыто небольшими линиями, из которых разбитое стекло разрезало ее кожу. Они даже не потрудились покрыть разрезы, несмотря на риск заражения, скорее всего, потому, что они фокусировались только на самых тяжелых ранах.


Она уставилась на меня, когда я улыбнулся и потянулся, чтобы прикоснуться к ней, отдав подарок Оталлы. Предоставление ее регенерации в течение двух минут может не вылечить все, но я бы отдал все, что у меня было.


"Привет, - мягко сказал я. "Меня зовут Геймбл. Кто ты?"


Она смотрела на меня с ужасом и ничего не говорила. Маленькие травмы на ее лице были заметно заживо, как я наблюдал, хотя ничего подобного скорости реставрации Силара. В контексте нормального человека, хотя это было чудо.


"Твоя мама вышла нормально?" - спросил я. Это был опасный вопрос, я знал. Если бы ее мать умерла, я бы, скорее всего, имел дело с маленьким ребенком, кричащим из-за поврежденного глаза. Но часть меня хотела узнать. Была ли ее мать одной из пятидесяти, которую я спасла?


Она кивнула, затем поморщилась, ее рука дотянулась до повязки на ее глазах.


"Я исцеляю ваш глаз", - сказал я. "Это может показаться немного забавным. Не выбирай.


По прошествии двух минут я начал разворачивать ее повязку и оглядываясь под глазом под меня, я поморщился и применил еще один пример силы Оталлы. Еще две минуты, прежде чем она полностью исцелилась.


Я нахмурился. Через четыре минуты у больного я даже не вдался в больницу; В ближайшие десять часов я исцелю сто пятьдесят человек.


Было одно, что я мог сделать лучше, чем Панацея.


"Медсестра", - крикнул я.


Она вошла и взглянула на девочку, ее глаза расширились. Она сняла повязки с лица, и она выглядела намного лучше, чем раньше.


"Для меня, вероятно, потребуется от двух до четырех минут, чтобы исцелить людей, но я могу излечить более одного человека за раз. Если мы сможем это устроить, я думаю, что смогу быстро пройти через людей ".


Она кивнула.


Потребовалось пятнадцать минут, чтобы врачи могли отфильтровать, чтобы получить исцеление, в то время как другие занимались прихожей для меня, чтобы излечить людей.


Они дополняли меня и казались впечатленными. Для всей силы Панацеи она никогда не лечила больше двух пациентов одновременно, и каждое исцеление требовало времени.


Были вещи, которые она могла исцелить, что я никогда не смогу. Рак, например, будет ухудшен благодаря моей способности к регенерации. Я обсуждал это с врачом, который согласился, чтобы все подписали отказ и освобождение от ответственности. Это замедлит работу, но последнее, что мне нужно, было массовым судебным процессом, когда я пытался спасти мир.


Наконец все было готово. Я вошел в коридор, где на полу сидели более ста человек. Многие стонали; какие болеутоляющие средства в больнице были сильно нормированы. Я слышал горячие дискуссии между врачами и медсестрами, над которыми пациенты больше всего нуждались в лекарствах.


Они тоже говорили о проблеме в морге. В морге не хватало места для всех тел, многие из которых приходилось складывать друг на друга в морозильной камере, как кордная древесина. Это была не процедура, но если бы они этого не сделали, органы начали бы вонять, и они стали бы риском для здоровья.


Это было хаотично и беспорядочно из всего, что я слышал, что усугублялось тем фактом, что до нескольких минут назад медицинские работники были в числе раненых раненых.


Я потянулся вниз, и когда я шел, я начал прикасаться к людям, чистил руки руками или плечами. По-видимому, этих людей предупредили, чтобы они не хватали меня или не жаловались, потому что все они были такими же тихими, как церковные мыши, когда я переходил от одного к другому.


Это напомнило мне игры Duck Duck Goose, которые я играл в начальной школе, когда я был счастлив и беззаботен.


Мне потребовалось полтора минуты, чтобы спуститься по одной стороне зала, а затем поддержать другого. Как и я, я слышал крики удивления от людей, когда их раны начали заживать. Я сделал еще один проход после ожидания тридцать секунд, и через две минуты люди начали подниматься на ноги с радостными и облегченными криками. Некоторые из них обнимали друг друга.


Три доктора стояли в конце зала, глядя с недоверием.


Я добрался до них и сказал: "С небольшой организацией, я думаю, мы можем контролировать это".


Они кивнули и начали выкрикивать приказы медсестрам, которые начали взбираться, чтобы договориться. Не все могут быть перемещены. В конце концов было решено, что при массовых исцелениях я буду посещать этих людей индивидуально. Таким образом, мое время будет наиболее эффективно использоваться.


В течение следующего часа я совершил еще два массовых исцеления. Теперь, когда дело двигалось, большая проблема заключалась в том, чтобы иметь достаточное количество работников, чтобы увидеть, что люди, чьи проблемы усугублялись моей силой, не были включены.


Мне удалось исцелить более десятка людей с тяжелыми ранениями, некоторые из них так сильно пострадали, что потребовали четыре или даже пять применений моей силы, чтобы исцелить их.


Поскольку я ждал следующей массы людей, чтобы быть готовым, я сидел у постели одного человека, который был настолько ранен, что считалось, что он не выживет.


Он крепко сжал мою руку, когда я дал ему силу в шестой раз подряд. Ни один дюйм его тела не был ранен. Части его кожи, которые не были покрыты одеждой, почти были отброшены. По словам врачей, у него были только часы, чтобы жить из-за вероятности массовых инфекций.


Даже сейчас я не был уверен, что он вышел из леса. Я не был уверен, как сила Оталлы работала против болезней. Это просто ускорило иммунную систему или обеспечило некоторую защиту от болезней? У меня не было возможности узнать, что было еще одним сообщением врачей.


У них были добровольцы, помогающие информировать каждую новую группу о том, что я лечу. Некоторые из добровольцев были из предыдущих групп, которые я исцелил, а это означало, что все стало легче и быстрее, когда дела шли.


Я слышал, как копир наверху изо всех сил старался не отставать от объема документов, которые им приходилось подписывать. Не было достаточно ручек буферов обмена.


Хуже того, хотя я уже исцелял почти двести человек, которые все чаще приходили, поэтому площадь была на высоте.


Человек, стоявший на передо мной, схватил меня за руки и сказал: "Ты - находка".


Он был белым, и теперь большая часть его ран была закрыта. Он забрал кожу, и я подозревал, что он, вероятно, выглядел моложе, чем раньше, чем был ранен.


"Как ты так сильно пострадал?" - спросил я.


"Я стакан, - сказал он. Он нахмурился. "Я никогда не думал, что кто-то повернет мою жизнь против меня".


Я нахмурился, и в голове появилась идея. "Как бы вы хотели отплатить мне?" - спросил я.


Весь этот фиаско повредил город, который я любил, уничтожил жизни и заставил людей бояться. Если бы я мог вернуть людей, я бы сделал все, что мог, чтобы это произошло.


"У меня мало денег, - сказал он, заикаясь. "Меньше теперь, когда мой магазин был разрушен".


Я улыбнулся ему. "Мне не нужны деньги. Мне нужны твои навыки.


Когда я объяснил, что я имел в виду, его глаза стали шире и шире, но его рука никогда не отрывалась от моей.


*************


После изнурительных двенадцати часов работы началось истощение. Я исцелил двадцать пятьсот человек, насколько я мог судить, и больница начала возвращаться в бегущие ордера. Они резервировали кровати для людей с раками или другими условиями, которые я мог бы сделать хуже.


Вероятно, что больше людей придут в отставку, так как пожарные команды и полиция смогут вернуться к работе. Я излечил десятки людей, у которых были обе работы, и это, скорее всего, изменило ситуацию.


"Ты уверен, что с тобой все в порядке?" - спросил я старика.


"Ты остановил женщину, которая сделала это, исцелила моих соседей и не дала мне умереть. Почему я не должен помогать городу?


Я кивнул, когда грузовик остановился. Это было вызвано Убер в его гражданской идентичности.


"Вы получили все, что мне нужно?" - спросил я.


"Вы знаете, как трудно было получить часть этого материала в это утро?" - спросил он. "Мне почти приходилось прибегать к внеклассным методам, чтобы получить это".


Я посмотрел на него и сладко улыбнулся. "Я рад, что тебе не нужно".


"Я знал некоторых людей, - признался он. "Я нанял некоторых людей, которых знал ваш папа в прошлом. Это оставило меня с некоторыми связями, когда они получили другую работу ".


Некоторые из докеров работали в качестве приспешников в прошлом, когда дела стали особенно плохими. Они, как правило, занимали временные рабочие места, поэтому меня не удивило, что некоторые из них были в ночной смене в химических компаниях.


"Я потратил ваши навыки на последние несколько минут, - сказал я старику рядом со мной. "Не пытайтесь делать стеклянные изделия не менее пяти часов".


"Все мои запасы были уничтожены", - сказал он. "Что я буду пытаться сделать? Это не похоже, что люди все равно будут доверять стеклу в городе.


С этим я начал вытаскивать стакан с мяча, который я оставил перед больницей. Она полетела ко мне и покрыла меня, создавая наряд из стекла. Shatterbird использовала свой контроль над стеклом в своем костюме, чтобы летать, и я не понимал, почему я не мог сделать их одинаковыми.


Через мгновение я поднялся в небо, и я поднял руки.


Со всех сторон стекло стало расти, каждая часть города показывала, что почти похоже на рои сверкающих насекомых в свете рассвета. Я держал силу, которую я осторожно подтягивал к стеклу; любой, кто был поражен стеклом, был бы не более чем мягко неудобным, если бы не поймал их в глаза.


Потребовалось почти двадцать минут, чтобы стекло сошло на меня, толкнуло в сверкающий шар. Вдали я слышал звук мотоцикла Оружейник. Вероятно, он приступил к расследованию того, что могло бы паниковать несколько человек после того, что было раньше.


Когда он подошел ко мне, я указал на газон перед больницей. Металл начал извергаться с земли, глубоко укоренившейся внутри. Я осторожно начал использовать огонь Burnscar на стекле, когда он приходил ко мне, нагревая его до тех пор, пока он не расплавился. Я не мог позволить ей управлять мной, и я думал, что лучший способ избежать этого - начать с ограниченного воздействия.


Когда стекло расплавилось, я отправил расплавленное стекло, чтобы смешаться с растущей башней. Знания манекена говорили мне, что есть способ использовать образцы микротрещин в стекле, смешивая их с некоторыми другими веществами, чтобы стекло в два сотни раз было более долговечным, чем обычное стекло. Я также знал Манекен о том, как создавать солнечные элементы из силикатов.


Я использовал стакан для переправки материалов из грузовика в конструкцию.


Шаттерберд никогда не использовал свои силы в полной мере, но я был настроен делать лучше, чем она. Мне нужно было использовать эти силы для чего-то конструктивного, а не разрушительного.


Башня развивалась перед больницей, состоящей из проточного стекла и металла. Я использовал художественные способности стеклодува, чтобы превратить это в нечто прекрасное. Не все стекла, которые я использовал, были ясны; некоторые из них были разноцветными, и я использовал это, чтобы создать радугу цветов.


Люди собирались снаружи, и Оружейник останавливался. Он сошел с мотоцикла и уставился, когда я заканчивал.


Это была башня более двухсот футов в высоту и девять футов в ширину.


"Что это?" - спросил он.


"Памятник", - сказал я. "Каждому, кто умер. Это также солнечная башня, которая будет обеспечивать питание для больницы в течение дня. В солнечный день он вырастет около девятисот киловатт, и я полагаю, что в больнице используется только около семисот. Я собираюсь подстроить хранилище энергии, чтобы они не зависели только от генераторов ".


"Вы спросили разрешения на это?"


"Нет, - весело сказал я. "Я сомневаюсь, что они меня отбросят, и если они это сделают, я смогу переместить его в другое место. У манекена было удивительное количество архитектурных знаний, я думаю, он мог бы построить космические места обитания ".


"Таким образом, вы выбрали большую часть Девяти", - сказал он.


51.


Вы уверены, что это безопасно? - сказал администратор больницы, глядя на башню, которую я построил.


"Это было сделано с использованием знания одного из величайших мастеров мира", - сказал я успокаивающе. "И СКП согласилась рассмотреть его, прежде чем мы подключим его к электрическим системам больницы".


"И тебе не нужны деньги?" - спросил он подозрительно.


Я мог понять его нерешительность. За последние несколько лет Броктон-Бэй, похоже, не очень понравился альтруизму, и во многих странах мира этого не произошло. Манекен обрезал мир Технарьов, которые на самом деле пытались изменить ситуацию или даже получить прибыль. Размер ущерба, который он нанес человеческому прогрессу, был несметным.


Это уже закончилось.


"Мне это ничего не стоило", - сказал я. "За исключением, может быть, трех тысяч долларов за некоторые химикаты и оборудование, в которых я нуждался. Это не то, что я пытаюсь продать тебе ... это пожертвование ".


"Почему?" Спросил он ровно.


"Город умирает", - сказал я. "И люди умирают в вашей больнице из-за нехватки электричества. Это будет препятствовать тому, чтобы это происходило, даже если в остальной части города нет власти ".


Также больница была сердцем города; города без хороших больниц, как правило, умирают. Предоставляя хотя бы одно место, где свет, освещенный в темноте, обеспечивал бы надежду. Надежда была чем-то вроде того, что было в дефиците, как из-за него, так и из-за Левиафана.


Внезапная мысль пришла мне в голову. Я когда-то слышал слух, что Энбрингеры были привлечены к местам, где кейп был в конфликте. Я не был уверен, правда ли это, но было возможно, что прибытие Девяти было тем, что собиралось привлечь Левиафана.


"Если СКП говорит, что это безопасно, я думаю, мы сможем принять этот подарок", - сказал он. "В любом случае это поможет в энергетическом бюджете".


"Я собираюсь предоставить единицы хранения энергии, когда получаю время", - сказал я. "До тех пор существуют программы, в которых вы можете продавать электроэнергию избыточную энергию, которая должна помочь немного больше".


Он улыбнулся в первый раз, с облегчением.


"На самом деле это красиво", - сказал он.


В течение пяти часов с тех пор, как я построил, толпы людей пришли к резиновой прокладке и посмотрели, что я сделал. Стеклодув, казалось, был рад узнать, что его мастерство было тем, что создало этот памятник, и все остальные, казалось, были довольны тем, что они называли радужным памятником.


Полиция была и была обеспокоена отражениями, вызывающими проблемы для водителей, но я учитывал это с помощью навыков манекена.


Я все еще был в шоке от моего разговора с Оружейником. По-видимому, щедрость членов "Девяти" составляла пять миллионов долларов за голову, за исключением Джека Слэша, который стоил в четыре раза больше. Я теперь была богатой женщиной, даже без украденных денег Сплетницаа.


Как только все это закончилось, если предположить, что мир не кончится, я смогу уединиться где-нибудь с пляжем, и мне никогда не придется работать день в моей жизни.


Конечно, имея возможность строить такие вещи, чтобы получить прибыль, я мог бы разбогатеть даже без денег, но было приятно иметь.


После появления Левиафана я решил купить папу дома в прекрасной части города. Не было никакого скейпла покупать его до этого, потому что большие части города, как правило, разрушались всякий раз, когда Левиафан приходил в гости.


Я улыбнулся этому мужчине и сказал: "Я не думаю, что Броктон-Бэй действительно будет жить до тех пор, пока люди не начнут отступать. Я хотел сделать что-то хорошее из всей этой трагедии ".


"Ты сделал больше, чем можно было ожидать вчера вечером", - сказал он. "Еще несколько таких целителей, как вы, и мы были бы неправы".


"Последнее, что нам нужно в заливе, - это больше людей из бизнеса", - сказал я. "Но я готов помочь, пока я не занят, пытаясь удержать больше людей от травм".


Он кивнул. "Я поговорю с юристом. Там могут быть документы, необходимые для того, чтобы подписать свою личность на кейпе, превратившуюся в башню в больницу ".


Я кивнул. В глубине души у меня были мысли, что я могу создать больше этих башен вокруг Броктон-Бей. Было бы много стекла, но у меня были деньги, чтобы купить его прямо, или я мог бы вытащить стакан с свалок. Были и другие вещи, которые я мог бы сделать, чтобы дать Броктон-Бей ногу, предполагая, что после визита Левиафана ничего не осталось.


Если бы у меня был свой путь, я бы восстановил город как яркий маяк надежды, место, где были созданы новые технологии, которые привели человечество в будущее. Если бы я когда-либо смог победить людей и существ, пытающихся сбить все с ног, я бы смог это сделать.


"Я должен идти", сказал я. "Я поговорю с вами позже обо всем этом, когда юристы составят юридические документы".


С этим я поднялся в воздух, и меня не было.


Мне нужно было пересмотреть мое снаряжение; платье из стекла, которое я теперь носил, перемещалось как обычная ткань, но оно сверкало, как бриллианты на солнце. У меня была маленькая девочка, которая подошла ко мне раньше в тот же день, спрашивая меня, была ли я Принцессой Диснея.


Объясняя, что ни одна принцесса Диснея с платьем из стекла или даже льда была больше, чем меня беспокоило, поэтому я просто улыбнулся и пошел с ним.


Я полетел в сторону бухты, позвонив по телефону, когда я направился в их сторону, чтобы они могли опустить свое силовое поле. Я мог обойти его через зеркальную вселенную, но было грубо появляться без предупреждения в домашней базе того, кто был номинальным союзником.


Я достаточно исцелил агентов СКП, что меня узнали, когда я приземлился.


"Новый наряд, мэм?" - спросил один из агентов.


У всех у них были безликие маски, из-за которых их трудно было идентифицировать, но я слышал его голос раньше.


Я заставил себя улыбнуться.


"Мне не нравится смотреть на слишком много. Если мы собираемся изменить мир, почему бы не изменить себя первым? "


С моими полномочиями я был сущностью перемен. Теперь я смог сделать что-то, что я никогда не мог сделать, поэтому почему бы мне не воспользоваться этим?


"Кто-то довезет вас до третьего конференц-зала", - сказал он. Он заколебался. "Вчера ты излечил моего племянника и его мать в больнице. Я хочу поблагодарить вас за это.


Я пожал плечами. "Кто-то должен искать город".


Панацея воспринималась как само собой разумеющееся, когда она была здесь, возможно, из-за того, что она выглядела такой забитой и измученной. Тот факт, что она могла только излечить одного человека за один раз, также, возможно, способствовала. Ей потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы вылечить так много людей, как я прошлой ночью, хотя она была бы гораздо более тщательной и, возможно, исцеляла людей от рака и всего, кроме мозгов.


Прошло менее пяти минут, прежде чем кто-то сопроводил меня наверх. Они уже отремонтировали дыру, которую Силар оставила в стене наверху, вероятно, используя какую-то трюков Тинкертеха, которую они не предоставили публике. Способность быстро строить вещи может иметь огромное значение в таком месте, как Броктон-Бей, особенно после атаки Губитель.


Мне пришло в голову, что я, вероятно, должен найти Аккорд в Бостоне и взять его силы. Ходили слухи, что у него есть все планы по ремонту страны, планы, которые утверждали теоретики заговора, игнорировались, потому что толстые кошки у власти не хотели потерять свое место в мире, который был лучше. Сколько из этого было просто распространено Аккордом и его миньонами, я не был уверен, но, предположительно, у Аккорда были удивительные навыки планирования.


Мне это понадобилось, если я собираюсь изменить ситуацию.


Лифт, казалось, ушел навсегда, когда мы дошли до конференц-зала.


Когда я вошел в комнату, я был удивлен, увидев там несколько мужчин в деловых костюмах, которых я никогда раньше не видел, вместе с человеком с тяжелым видом, который выглядел так, как будто он был главным. У него были густые брови и военная поддержка.


Моя украденная способность читать язык тела предполагала, что он мне не особенно понравился, хотя я не был уверен, почему.


Оружейник, мисс Милиция и Штурм тоже ждали меня вместе со статуей латиноамериканской женщины в деловом костюме.


Мисс Милиция выглядела испуганной, когда кинжал в руке исчез, когда я приблизился.


"Извини, - сказал я. Я сосредоточился, и кинжал снова появился в ее руке. "Я все еще привык к некоторым из моих новых способностей".


"Вы собрали целую коллекцию сил", - сказал тяжелый человек. Когда я посмотрел на него, я понял, что он на самом деле не толстый; вместо этого он был мускулистым, но бочкообразно грудью. "Мы хотели бы знать, что вы собираетесь с ними делать".


Взгляд латиноамериканской женщины, и он кашлянул. "Я Джеймс Тагг, новый директор СКП. Это директор Коста Браун, главный директор ".


"Главный директор?" - спросил я. Мои исследования в прошлом были сосредоточены на парахуманах, а не на людских политиках или бюрократах.


"Она большой босс, - сказал Штурм. "Большой сыр ... большой Кахуна".


Взгляд мисс Милиция заставил его заткнуться, но я почувствовал, что напрягаюсь, когда понял, что я столкнулся с лидером всего СКП.


Директор Тэгг уставился на меня, как будто ожидал ответа.


"Я собираюсь убить Губителей и спасти мир".


"Это было суждено", - сказал директор директора Коста Браун. "И это никогда не срабатывало".


"Меня это не испытало", - сказал я. "Возможно, я не смогу сделать это в следующем сражении с Губитель, но я становлюсь все сильнее каждый день ... не только силы, которые я набираю, но и опыт. У меня есть три Технаря под моим поясом, причем два из них являются лучшими на своих полях. Чем больше я добавлю, тем больше я смогу добиться чего-то, чем никто из них не смог бы достичь в одиночку ".


"Вы почти уничтожили этот город сухим из парахуманского таланта", - сказал директор Tagg. "Что происходит, когда вы проголодались?"


"Я поеду в Бостон", - сказал я. "Тогда в Нью-Йорке, затем в Вашингтоне, округ Колумбия, я выплю каждого злодея, которого я могу найти, а потом, когда они будут против меня, я их всех истощу".


"Никто не непобедим", - пробормотал главный директор Коста Браун. "Есть силы, которые могут противостоять кому-либо при правильных обстоятельствах".


"Есть причина, по которой мы не отправляем Триумвират для уборки городов один за другим", - сказал директор Тагг.


"Потому что тебя превосходит три на один?", - спросил я. "Или потому, что тебе нужны тела, чтобы бросить в Энбрингерс?"


"Потому что даже Триумвират может быть снят людьми, имеющими правильные силовые установки, и они слишком важны, чтобы проиграть", - сказал главный директор Коста Браун. "Что произойдет в следующем сражении Губитель, если Легенда или Эйдолон умерли?"


"В конце концов, - заметил я. "Они много лет борются с проигравшей битвой против Энбрингерса, но все, что нужно, - это один плохой день, и вы потеряете одного из них".


"Тогда они умрут за что-то, что означает что-то, а не в бессмысленной драке за спиной", - сказал главный директор Коста Браун.


В ее языке тела было что-то неестественное. Она была хороша в том, чтобы скрыть это, но мои похищенные навыки говорили мне, что в ней что-то есть, что было неправильно.


"Что все это имеет отношение ко мне?" - спросил я.


"Несмотря на то, что мы сказали, мы думаем, что вы можете быть полезны во время боев Губитель. То, что ты сделал прошлой ночью, было ... за пределами того, что мы когда-либо думали, что Отала могла бы сделать с ее силой ".


"Мы думали, что она ограничена одним человеком за раз", сказал Тэгг, Он уставился на меня.


"Я взял несколько сил, которые могут ... открыть весь потенциал некоторых других моих сил", - сказал я.


Вчера вечером было достаточно страха, что я мог бы исцелить весь город. Это все еще ощутимо по всему городу, знающие, что Девять были в городе. Я задавался вопросом, что знало бы, что так много из Девяти упало, сделает с этим страхом.


Только костяной был кошмар неописуемых пропорций, как она показала в аэропорту. Джек был менее опасен для групп сам по себе, но он был потрясающим в промывании мозгов новыми членами, и он был ужасной угрозой для обычного человека.


Сибирский был угрозой для каждого человека на планете. Даже Триумвират не представлял для нее угрозы. Мне нужно было найти способ забрать ее и уничтожить.


"Вы не хотели бы предоставлять полный список полномочий по вашей команде?" - спросил Тэгг гладко. "Это поможет Протекторату координировать маневры с вами".


"Это помогло бы протекторату планировать нападения на меня, что вы имеете в виду?" - спросил я. Я покачал головой. "У меня есть угрожающая сила, и мне сложно управлять. СКП - это политическая организация, и я уверен, что в какой-то момент они решат, что я слишком сильно угрожаю, чтобы не отставать ".


"Тебе?" - спросил Тэгг, его лицо потемнело.


"Я становлюсь достаточно сильным, чтобы любому, кроме Триумвирата, было сложно унести меня", - сказал я. "И даже тогда у меня будет хороший шанс, что я смогу взять их силы".


Однажды я бы подумал, что это была определенность, но если бы Сибирский был невосприимчив к моим силам, тогда было возможно, что Эйдолон или Александрия были бы такими же.


"Люди будут думать, что они могут использовать моего отца против меня, поскольку он является очевидным слабым звеном. Он менее прочен, чем я, и ему было бы легко увязнуть с нераскрытым местом и остаться в секретном месте.


"Я хочу быть героем", - сказал я. "Но любой, кто пытался использовать моего отца против меня, пожалеет об этом. Я переведу небо и землю, чтобы заставить их заплатить. Я сделаю все возможное, чтобы уничтожить их с планеты, даже если это означает конец света ".


"Если это означает конец света, ваш отец все равно не сделает этого", - сказал Тагг.


"Я не веду переговоры с террористами, - твердо сказал я. "Если вы хотите, чтобы мое сотрудничество просило об этом. Я хочу быть героем, и я готов работать с тобой, но если ты пойдешь за мной, я буду сражаться.


"Никто не собирается нападать на вас, - гласил главный директор Коста Браун. "Существует лишь небольшая озабоченность тем, что некоторые из ваших полномочий можно считать ... дестабилизирующими".


"Burnscar был отправлен в психиатрическую больницу, потому что ее способности повлияли на ее здравомыслие, - прямо сказал Тагг. "Вы можете представить себе нашу ... озабоченность тем, что кто-то с вашим потенциалом может иметь их сейчас, тем более, что вас подозревают в нескольких убийствах с того момента, когда ваш ум был, по-видимому, полностью вашим".


Тот факт, что они знали, вызвал холодный холод по моему позвоночнику. Я надеялся скрыть это от мира, но здесь они столкнулись со мной по этому поводу. Хуже того, он поднимал мои убийства, несомненно, как угрозу и тактику ведения переговоров. Если бы они действительно хотели подвести меня к ним, я бы столкнулся с совсем другим ответом.


Учитывая, что они не могут позволить себе даже отправить Триумвират после меня, и любой конфликт между мной и их меньшими героями, вероятно, закончится моей победой, у них не было большого рычага вообще. Это была просто уловка.


Ярость вспыхнула у меня в голове. Я не был нестабилен, и для него подразумевалось, что я был оскорблением. Часть меня хотела просто очистить комнату огнем. Это было бы успокаивающе, устраняя чувство вины и страха, и это заставит этих бюрократических насекомых исчезнуть.


Я видел, как Оружейник и мисс Милиция напрягались. Я задавался вопросом, не дал ли я что-то прочь через свой собственный язык тела. Я заставил себя расслабиться и вздохнуть.


"Я не был полностью осведомлен о недостатках ее власти, прежде чем я взял ее. У меня есть другие полномочия, которые я решил никогда не использовать; это может быть один из них ".


"Она была отмечена как страдающая от депрессии, если она ушла, не используя свою силу", сказал Тагг, наклоняясь вперед. "Ты действительно считаешь, что можешь пойти, не используя его?"


"Тогда я сделаю с ней что-то полезное!" - резко сказал я. "Я использовал это сегодня утром на башне Радуги без каких-либо последствий".


"Ты это понимаешь, - сказал Тэгг. "Планируете ли вы провести другие обновления местного ландшафта, не спрашивая кого-либо о получении надлежащих разрешений? СКП контролирует мошенников по какой-то причине; все они, кажется, думают, что их последнее изобретение будет тем, которое изменит мир, но всегда есть непреднамеренные последствия ".


"Одно из преимуществ того, чтобы вы не работали для вас, это то, что мне не нужно отвечать вам", - сказал я холодно. "Я теперь довольно богатая женщина, поэтому мне не нужны ваши деньги. У меня достаточно силы для целого города кейпы, поэтому мне не нужна ваша резервная копия. Вопрос, который я должен задать себе, - это то, почему я даже здесь вообще. Что вы можете мне предложить?


"У нас есть опыт, - гласил директор Коста Браун. "Десятилетия опыта собраны сотнями преданных людей".


Я осторожно кивнул. Это была одна из главных причин, по которой я обратился к ним в первую очередь.


"Кроме того, вы не можете быть в нескольких местах сразу", - сказала она. Она колебалась. "По крайней мере, насколько нам известно".


С призраками крестоносцев, которые были несколько спорными, но были пределы диапазона.


"У нас есть глаза везде, как физически, так и электронные. Правоохранительные органы - наши глаза и наши руки. У нас есть ресурсы, которые даже с такими деньгами, которые у вас сейчас есть, займут время для вас. У нас есть лабораторное оборудование и сырье уже на складе ".


"Мне потребовались месяцы для того, чтобы собрать мою первую лабораторию, - сказал Тревожник Оружейник. "И хотя у вас нет бюджетных проблем для большинства новых мастеров, компаниям потребуется время, чтобы отправить вам то, что вам нужно. Я не уверен, что у нас такое время.


"Наши прегоги не могут видеть Энбрингерс напрямую", - сказал Тэгг. "Но они могут видеть их влияние на мир. По их словам, у нас меньше времени до нападений Левиафана, чем мы думали ".


"У нас меньше недели", - сказал главный директор Коста Браун.


52.


"Я думал, что мы не должны были патрулировать", - сказал Спец. "О блокировке, что с Силаром и Девятью".


"Директор Tagg говорит, что для нас важно видеть на публике, - сказала Виста. "Люди издеваются над этой бойней, и им нужно видеть, что мы там защищаем их".


Увидев его скептический взгляд, она сказала: "Кроме того, я могу убрать нас, если что-нибудь случится".


Виста умоляюще посмотрела на него. Она смеялась с ума, так как директива пришла к ним, чтобы окружить вагоны. Быть героем было важно для нее таким образом, что это никогда не было для него.


Грег всегда думал, что быть героем было круто, потому что это был бы хороший способ заставить девушек обратить на него внимание. Однако в своих фантазиях у него всегда была сила, которая имела значение. Он был Технарём с такими навыками, как оригинальный Герой. Он был мужей Александрии или был следующей легендой, напал на людей за несколько миль.


Когда люди пришли к нему, предлагая сверхдержавы, он чувствовал, что выиграл в лотерею. Он наконец получил шанс стать чем-то большим, чем просто проигравшим в школе, который был на шаг выше Тейлора Хеберта на полюсе тотема.


Почему он думал, что власть изменит ситуацию, он не был уверен. Он был трусом в школе; он любил Тейлора, но он никогда не поддерживал ее. Он даже не пошел к учителю в секрете, когда ее набивали в шкафчик и ужасно тишили. Она могла бы умереть там, и он был бы таким же тихим, как и все остальные.


Грег посмотрел на свои руки. Кид Вин дал ему какую-то футуристическую лучевую пушку, и он тренировал его, используя его, но его способности были не такими, какие были полезны вне групп.


Он мог видеть сквозь вещи, но гангстер с бейсбольной битой мог дать ему очень плохой день. Даже Виста, молодая, как она могла, могла засунуть лицо в пол, не используя никаких своих способностей. Избиение тринадцатилетней девочкой было унижением, о котором он никогда не думал, что он будет страдать снова, но это случалось каждый день на тренировках.


Vista была хардкор. Он видел некоторые шрамы, которые у нее были, когда она думала, что он не смотрит; было ужасно думать, что она сражалась с Крюковолк всех людей, назад, когда Крюковолк был чем-то вроде. Физически она была слабее, чем была, даже если ее сила была впечатляющей. Тот факт, что Крюковолк получил достаточно близко, чтобы дать ей шрамы, и она все еще жила, чтобы рассказать об этом, была невероятно впечатляющей.


Приближаясь к Вордсам, казалось, что это не проблема, как только Месть уничтожила почти всех злодеев в заливе. Получайте еженедельную зарплату и деньги для колледжа, чтобы ничего не делать, как позировать для пресс-конференций и расхаживать в костюме, поражающем всех девушек.


Никто не рассказал ему о безумном серийном убийце, бродящем по городу. Опыт, который они имели с собой в Штаб-квартире на днях, был ужасающим. Все были так быстро . Грег все еще пытался обработать то, что происходило, когда Силар положил дыру в стену и убежал.


Все произошло менее чем за минуту. Он был поражен тем, как быстро отреагировал Оружейник и этот один мертвый парень СКП, но Тейлор был похож на смазанную молнией.


Теперь она запугала его. Она двигалась, как ничто, что он когда-либо видел, даже в кино. У него были проблемы после того, что она делала, за все, что он сделал. Она двигалась как молния, и если бы она не была на их стороне, она была бы ужасающей.


Он все еще не мог не задаться вопросом, не обидела ли он его. В конце концов, он оставил ее в шкафчике. Он не был уверен, что у него есть силы, которые он имел бы почти сдержанность. Было бы легко, если бы кто-то вроде нее заставил людей исчезнуть, чтобы бросить их на дно залива, где их никто никогда не найдет.


У нее были все силы кейпа, который уничтожил все остальные насаждения в городе, и серийный убийца избил ее легко.


В то время как все остальные говорили о Джеке Слэше и Девяти, персональный богинг Грега был Силаром. Он никогда не встречал других, но он видел, что мог сделать Силар.


"Я просто не уверен, что смогу многое изменить", - признался он в Vista. "Я просто нормальный парень".


"Нормальные парни делают девяносто процентов изменений в мире, - сочувственно сказала Виста. "Большая часть того, что мы делаем, построена на их спинах".


Когда он был нормальным, чувствовалось, что нормы ничего не достигли. ПНТ почувствовал себя скоморохами, и когда люди говорили о бандах, это были только парахуманы, которые, казалось, имели значение. Было общепризнано, что сто норм не имеют значения ни у одного могущественного парахумана.


Парень с рентгеновским зрением, который даже не мог видеть сквозь металл, если он был очень толстым, был едва ли даже парахуманом.


Грег нахмурился. "Хорошо."


Он не был уверен, что Тагг действительно заказал их на патрулирование, хотя это звучало как нечто бюрократическое. Виста была его товарищем по команде, хотя, и она просто продолжала досаждать ему, пока он не согласится.


В любом случае, будучи запертым в колгот, все это время было напряженным. Ему нужен был немного свежий воздух.


Если бы Силар пришла, Виста могла бы просто сбить их с ног или что бы она ни делала. У него на самом деле не было таких шансов увидеть свои навыки в действии, так как он присоединился непосредственно перед блокировкой. Конечно, он видел это на тренировках. Некоторые из вещей, которые она сделала с властью, были потрясающими.


По крайней мере, у его костюма была небольшая броня. Пока гангстер не стрелял в голову, он должен быть в порядке, достаточно, чтобы Виста дала им очень плохой день.


Он последовал за Виста на вершину буровой установки, подтвердив свои подозрения, что это не официально санкционированная миссия. Если бы они собирались патрулировать, они ушли бы с фронта, что означало бы передачу действительными охранниками СКП. Охранники, несомненно, сообщат, что они делают с их начальством.


Ну, Виста была его начальником, и если бы у них были проблемы, он мог бы честно сказать, что она солгала ему. Он слышал, что у Оружейника был какой-то детектор лжи в его костюме; если бы у них были проблемы, это было бы на голове Виста, а не на его.


В любом случае, он с нетерпением ждал, когда он снова набросится на город в своем новом костюме. Он был синим, с такими же глазами, как глаза. Он не был уверен в том, чтобы рекламировать его отсутствие реальных сил как от своего имени, так и от его костюма, но маркетинг настаивал.


Он получал фигурку с маленьким ружьем!


Тот факт, что пистолет только ошеломил, а не наносил какой-либо реальный ущерб, не был бы утешением, если бы они встретили выжившего члена Девяти. К счастью, Тейлор уничтожил большинство из них.


Виста жесты, и мир внезапно повернулся вокруг них, беря их к берегу. Это был не тот плавный переход, который он ожидал бы от того, когда раньше видел возможности Виста, но, возможно, перевозка людей была другой.


Они начали ходить. Виста была нехарактерно спокойной и устремленной, глядя на окружающий мир.


"Так мы должны делать что-нибудь?" - спросил Грег.


Он надеялся, что они спустится на променад, куда пошли все богатые привлекательные девушки. В конце концов, они должны были быть замечены, но до сих пор он никого не видел. Все, что он видел, были сцены опустошения; разбитые машины, оставленные на улице, окна, которые были пустыми от стекла.


По крайней мере, стекла больше не было. Тейлор, очевидно, позаботился об этом утром, когда она построила какую-то причудливую башню перед больницей.


Vista коротко покачала головой. То, что она искала, он не был уверен, но ей казалось, что она активно ищет.


Наконец она остановилась. "Что ты видишь внутри этого здания?"


Она остановилась в определенном здании, и Грегу пришлось задаться вопросом, какова ее цель со всем этим. Здания были металлические, но стены были достаточно тонкие, чтобы видеть сквозь них. Он напрягся.


Внутри он видел Джека Слэша, Костяного и Сибирского, а также пожилого человека, которого он никогда раньше не видел.


"Нам нужно убраться отсюда", сказал он срочно. "Девять там".


Его радио вдруг включилось.


"Спекуляции!" Это был голос Виста по радио. "Вы не в базе? Мы все еще находимся в затруднительном положении, и новый режиссер кажется настоящим хардсом ".


Он почувствовал, как внезапно холод пробежал по его позвоночнику. Он повернулся, чтобы посмотреть на Виста, которая ухмылялась.


Через мгновение радио было вырвано из его костюма, и он почувствовал себя в тисках силы, которая чувствовала, что он был в тисках. Он не мог двигаться, и он не мог дышать.


Vista жестом указала другой рукой, и на стороне склада раздался громкий звук.


Сибирский взорвался от стены только, чтобы остановиться, глядя. Вид двух Подопечных, стоящих там один, вероятно, сделал ее подозрительной.


Vista вытащила антикварные карманные часы.


"Выходите, выходите, где бы вы ни были, - сказала она своим сладким голосом, открывая часы.


Джек Слэш и Ампутация шаг прошли через отверстие.


"Два подопечных приходят, чтобы предложить себя нам?" - спросил Джек. Он огляделся. "Где остальные пушечные корма".


"Это только мы вдвоем, - ухмыльнулась Виста. Она достала лист бумаги из сумки на поясе. Она взглянула на него и кивнула.


Она перешла в форму Силара, и Грег почувствовал внезапную влажность перед своим костюмом.


"Если вы простите меня на мгновение, - сказал Силар. "У меня есть кое-что, что мне нужно сделать".


Через мгновение Грег закричал, чувствуя худшую боль в своей жизни. Кровь затуманила его видение, но он смог увидеть то, что было похоже на то, что его голова упала на землю.


Сайлар проиграл ему, и Грег почувствовал, как его тело упало частично на землю. Силар уставилась на то, что его дыхание нахмурилось. Взгляд на его лице был клиническим и отстраненным.


Все начало исчезать, и Грег почувствовал внезапное, горькое чувство сожаления. Он даже не хотел поцеловать девушку, а не быть героем.


Вместо этого, как и все остальное в его жизни, он оказался жертвой.


Все исчезло до черного.


***********


Звук хлопания прервал его удовлетворение.


Кормление голода всегда давало ему глубокое, неизменное удовольствие, которое не могло сравниться ни с чем другим в жизни. Не секс, не любовь, даже личные достижения не могли сравниться с простым удовольствием понимания вещей.


Это, однако, было бы в последний раз, когда люди должны были умереть за него, чтобы иметь такие острые ощущения. С помощью этой способности он мог получить силы других без очень мягкой вины от необходимости их прекратить.


Конечно, все равно потребуется время. Изучение и понимание мозгов было чем-то, что занимало умеренно продолжительный период, а не то, что можно было бы сделать в бою, например. Но, учитывая его способность изменять форму, не должно быть слишком сложно приблизиться к людям, чтобы взять их силы, не причинив им вреда.


Например, ему нравились некоторые из подопечных. Виста было приятно быть рядом, даже если Стояк был досадой. У него было искушение закончить его просто за качество его шуток.


Самая сложная часть была скрыта от Галланта. Тот факт, что он больше ничего не чувствовал, особенно большую часть времени, вероятно, помог с этим, а также тот факт, что он пытался как можно меньше в его присутствии.


Он старался быть хорошим человеком в прошлом, но призыв к голоду всегда был в его голове. Он был похож на алкоголика в фургоне. Когда-то алкоголик, всегда алкоголик, даже если прошло тридцать лет.


Быть вынужденным делать то, что он делал, было тяжело сначала, но с течением времени убийство стало легче и легче. К настоящему моменту он ощущал остаточную вину, скорее чувство, что он чувствует себя виноватым, чем фактическую вину.


Тем не менее, это было главным преимуществом в его соревновании с Тейлором Хеберт. Он мог бы получить такие силы, как она, без усилий и без следа. Он мог бы посетить другие крепости Протектората в других городах, и к тому времени, когда он вернется, он будет намного сильнее, чем она, что с ее моральными неуверенностями и нежеланием брать власть из четверти парахуманского населения.


Он даже не был бы здесь, если бы проклятая бумага, которую он рисовал, не сказала, что будет.


Тем не менее, получение сил остатков Девяти было бы хорошим началом для его новой жизни. Он мог бы даже принять другую форму и собрать щедрость на них. Форма Питера Петрелли была бы восхитительной иронией.


"Какой восхитительный способ сделать ваше заявление в нашей группе, - сказал Джек. "Мы хотели встретиться с тобой с тех пор, как мы услышали о твоей работе".


"Богигер из Броктон-Бэй", - сказал Боунсал своим сладким, ребяческим голосом. "По крайней мере, среди парахуманов. СКП не хотел, чтобы нормы слышали, что вы даже существовали, не так ли? "


Сибирский ничего не сказал. Тесный взгляд на нее и Сайлара начался.


"Проецирование?" - сказал он. "Вот почему никто не смог победить ее все это время. Я предполагаю, что у вас есть человек, настоящий сибирь.


Она зарычала и шагнула вперед, но Силар не дрогнул. Он ухмыльнулся.


"Я думаю, что вы оба ошибаетесь во мне, - сказал он.


"О?" Спросил Джек.


"Вы уничтожаете ради удовольствия разрушать, причиняя людям вред без всякой причины", - сказал Силар.


"А ты нет?"


"Я причинил людям боль, потому что я должен, - сказал Силар. "Потому что я голоден, и единственный способ удовлетворить мой голод - это накормить".


"Поезжайте с нами, и мы накормим вас больше, чем вы могли себе представить", - сказал Джек. Он заискивающе улыбнулся.


"Почему ты мне понадобишься?" - сказала Силар. "Особенно сейчас?"


Он указал на труп, который теперь лежал на земле, и вся кровь сбивалась с останков его головы.Ампутация взгляд был очарован, как будто ей хотелось поработать над трупом.


Возможно, в его резюме было еще три убийства.


"У нас есть опыт, - сказал Джек. "Десятилетия опыта уклонения от СКП, жизни, такой как короли в мире пешек".


Они думали, что это какой-то новый плащ. Как странно.


Он всегда слышал, что Джек был экспертом в манипулировании капюшонами. Он задавался вопросом, было ли это частью его власти, которую никто не заметил. Просто быть способным убить людей лезвиями на расстоянии, казалось, не было достаточно для того, чтобы мужчина правил некоторыми из самых страшных монстров, каких когда-либо видел мир на протяжении десятилетий.


Он ухмыльнулся.


"Я не пришел за твоим опытом , - сказал Сайлар.


Он открыл глаза. Музыка из этого фильма начала играть, эхом звучала в воздухе. Сначала он получил часы, чтобы троллировать Тейлора Хеберт, но он очень любил его. Его отец был часовым мастером, и он обнаружил сложность часов, которые успокаивают его силу. Иногда он смотрел на внутреннюю работу часов, чтобы успокоиться, когда почувствовал стресс или расстройство.


"Хотя вы могли бы сказать, что я здесь, чтобы забрать ваши мозги".


Джек выглядел испуганным, как будто не мог поверить, что Сайлар не падал за его линию.


"Я не думаю, что ты понимаешь, где стоишь, - сказал Джек. "Сибирский проложил дыру в Александрии ".


"Но я знаю ее слабость", - сказала Силар. "Все, что мне нужно сделать, это добраться до хрустящих кусочков, и я буду в полном порядке".


Ампутация бросил что-то на него.


Она пристально посмотрела на него, словно что-то должно было случиться.


"Я невосприимчив к болезням и ядам, - сказал Сайлар. "Дар от бессмертной девушки, которую я когда-то знал".


Она внезапно разочаровалась и топнула ногой.


"Ты уверен, что не хочешь присоединиться?" - спросил Джек. "С таким количеством немногих из нас, оставшихся после испытаний, не все так сложно". Он, конечно, лгал. У Девяти было всех в мире, чтобы убить их. Для всех требований Джека о том, чтобы жить как король, Девять лет были в бегах на протяжении десятилетий. В то время как они'd были успешными в своих случайных террористических актах, их численность постоянно сокращалась.


Я никогда не присоединяюсь к группе, где я подчиняюсь никому, - холодно сказала Силар. "Если вы хотите уйти в отставку, как лидер, я могу подумать об этом".


Доступ к файлам СКП для большинства известных парахуманов был находкой. Теперь он знал, куда идти к вишне, чтобы выбрать парахуманов с лучшими силами.


Например, он знал адрес Легенды. Было бы легко позировать как его личный повар, чтобы накормить его и его мужа. Он повернулся к сибирскому только, чтобы закричать, когда на лбу появилась кровь. Сибирский прыгнул в действие, даже когда Боунсау начал оттаскивать Джека с удивительной силой для такого маленького ребенка. Силар сделала заметку, чтобы в ближайшее время недооценивать маленьких девочек. Виста произвела на него впечатление. Битва продолжалась.


Эйдолон был особенно интересен. Обладание каждой силой, пусть даже ограниченным образом, было бы святым граалем для такого человека, как он.


"Полагаю, если вы полны решимости умереть, что мы должны вас обязать, - сказал Джек.


53.


Я тщательно обдумывал свои слова.


Я был так же раздражен, как и со своим очевидным хорошим полицейским, я больше беспокоился о тонких намеках на ошибочность, которую я получал от главного директора Коста Брауна. Сначала я не смог перенести его на пальцы; она была просто странно странной.


Прошло почти десять минут встречи, которая стала все более скучной, прежде чем я понял, что это такое. Она была слишком спокойна.


Обычные люди двигались немного все время, исправляя себя, поскольку их тела частично двигались, потому что их мышцы имели более низкий порог обнаружения отклонений. Они перешли бы из положения, и их мышцы сократились бы, чтобы исправить это.


У Коста Брауна ничего не было. Она сидела неподвижно, как статуя, ее единственным движением было то, что ее грудь поднималась и опускалась. Однажды она не переставляла позиции на протяжении всей встречи. Был ли у нее удобный стул? Мой не было, и у меня была металлическая оболочка, покрывающая мою задницу под моей кожей.


У меня внезапное осознание. Я никогда не смогу снова пройти через безопасность в аэропорту, а не сохранить свою тайную личность. Возможно, были обходные пути; возможно, я мог бы получить силу, чтобы создать нормальное тело клонирования.


Дверь внезапно распахнулась, и мы все напряглись, даже Коста Браун.


"Силар и сибирские борются за доки", - сказала Виста. Она задыхалась, словно бежала. "Джек Слэш выглядел раненным по свидетельствам свидетелей. Спецификации ушли с базы, и трекер в его костюме имел его там же, где сражались в последний раз ".


Грег Ведар был четвертым проклятием моей жизни, хотя и по-другому, чем трио. Он сделал его привлекательным для меня откровенно очевидным, но он никогда ничего не сделал, чтобы защитить меня, даже не рассказывать учителю о шкафчике. Несмотря на это, я не хотел, чтобы он умер.


Кроме Софии и Девяти не было никого, кого я хотел бы убить.


"Это была хорошая встреча людей", - сказал я. "Но у меня есть тигр для приручения и серийный убийца, чтобы принести ему удовольствие".


"Почему ты думаешь, что сделаешь лучше, чем в прошлый раз?" - спросил Оружейник.


"У меня не будет комнаты, полной героев для защиты", - сказал я. В последний раз, когда я боялся использовать зеркальную вселенную, потому что уйдя хоть на короткое время, он позволил бы ему добраться до остальных. На этот раз у меня не было бы такого ограничения.


"Подожди", сказал Коста-Браун, но я уже перешел к зеркальной вселенной.


Я быстро переключился на свой меморандум. Мне давно не хватало времени, когда меня недооценивали, так что мой лучший вариант был ужасным.


Перспектива столкнуться с сибирским снова была сложной. Облицовка Сайлара также была сложной. Облицовка обоих в то же время была невозможна, за исключением того, что они не работали вместе ... надеюсь.


Это может быть уловкой, чтобы вытащить меня. Если бы Силар присоединился к Девяти, они бы очень хорошо планировали засадить меня в тот момент, когда я высунул голову.


Конечно, если бы я начал думать так, я бы никогда не стал покидать свою спальню. Я навсегда собирал силы, полагая, что я не стал таким параноидальным, что я думал, что каждая возможность была ловушкой.


Я пробился сквозь пластиковое окно комнаты, и через мгновение я был в воздухе. Я тоже наполнил этот костюм стеклом, и это легло легко.


Через мгновение я перешел в обычный мир, когда я вышел за пределы поля силы протектората.


В какой-то момент мне нужно было забрать кейп с улучшенным зрением, но на данный момент слуха было достаточно. Я слышал, как кто-то врезался в стену здания, хотя он был в кварталах.


Добрался до меня почти минуту. К тому моменту, когда я поднял верхнюю часть склада, чтобы увидеть Силара и Сибирского, похоже, что Силар не очень хорошо справлялся. Один из рук Силара был сорван, и сибирский избил его.


Он возвращался с поразительной скоростью, но не похоже, что Силар выигрывал бой.


Сибирский отбросил руку.


"Обезглавить его!" Я услышал крик Джека откуда-то на складе.


Над ним появилось силовое поле, но оно всплыло, когда он был поражен сибиряком. Силар внезапно взорвался наружу, горячий ветер дул на меня. В тот момент, когда он ударил меня, я почувствовал, что мои клетки начали умирать. Он был радиоактивным!


Склад не был почти таким же. Стены рухнули, и изнутри раздался крик.


Сибирский вспыхнул и вышел из жизни, прежде чем появиться.


Мой ум мчался. Была ли у нее вариация способности зеркального универсума, или она была телепортером.


Была ли она проекцией? Если бы это было так, то ее контролер находился внутри склада, и он был ранен взрывом.


Сибирский бросился вперед, ударив Силара в глаза и разрывая его.


Я прыгнул в зеркальную вселенную и направился к складу. Если бы я мог нанести им прыжок, возможно, я смог бы получить Bonesaw и Jack Slash и, возможно, даже контролера сибиря, прежде чем она сможет добраться до меня. Если бы мне повезло, она обезглавила Силара, и я был бы двойным победителем.


Мигнув внутри склада, я увидел, как Боунсаус лихорадочно работал на джеке, который выглядел так, как будто его мозги падали из его головы.


Человек средних лет, который выглядел так, будто не заботился о себе, метался, тяжело опираясь на фургон.


Я мог чувствовать, что мои собственные клетки умирают, хотя между регенерацией легких и моим собственным биокинезом все будет хорошо. Они были в пять раз ближе, чем я был к источнику взрыва; это означало, что я получил меньше сотой первоначальной радиации, которой они подвергались. Закон обратного квадрата был спасателем.


Кроме того, у меня был слой металла под кожей. Большая часть урона была нанесена моей коже; мои внутренние органы были защищены. У них не было никакой защиты, кроме тех изменений, которые были сделаны им Bonesaw, и я подозревал, что она не планировала облучения.


Они были мертвыми людьми, ходящими, если Бонсоуз быстро не вылечил.


Казалось, что она все еще двигается, хотя мужчина явно умирает. Может быть, она сделала что-то для себя, что защитила ее лучше других. Это то, что я сделал бы, если бы был ею.


Это не имело значения. Я появился рядом с Джеком и схватил его за ногу.


Я попытался взять его власть, но было уже слишком поздно; он уже был мертв. По какой-то причине Бонсаль по-прежнему работал над ним, поэтому я схватил ее за руку и потянул.


Ее сила внезапно оказалась моей. Я мог понять вещи о теле, которые я никогда не понимал, и путь до того, чтобы делать удивительные вещи с моим биокинезом, был изложен передо мной.


Она уставилась на свои руки, и она закричала.


Это подтолкнуло умирающего к фургону. Если он действительно был сибирским проектором, мне нужно было спешить. Он не выглядел так, будто у него все хорошо.


Я мчался к нему только, чтобы почувствовать огромное влияние, поскольку что-то ударило меня сильнее, чем грузовой поезд. Я пролетел через всю комнату, пробираясь сквозь стену по другую сторону склада.


Сибирский ограничил меня, но она не соответствовала ее обычным стандартам. Иногда она останавливалась, выглядя так, будто хотела бросить.


Я переключился на зеркальную вселенную, и я мчался внутрь.


Кость сидела на полу, как будто она не знала, что делать. Человек подполз под фургон, но это не изменило ситуацию.


Я бросился вперед, и, когда сибирский попытался схватить меня сзади, я затенял ее кончики пальцев.


Она ничего не могла со мной сделать, если бы я не хотела, чтобы мне наносили вред, и сейчас у меня не было никого, кого я должен был защитить. Потребовалось бы время СКП, чтобы организовать себя и добраться сюда, предполагая, что они потрудились прийти на все, учитывая, что сибирский был вне их лиги.


Я снова стал твердым, на этот раз схватил нижний край фургона и вздымался. Сибирские когти пронзили меня в сторону, измельчая мои внутренние органы.


Он смотрел на меня, его выражение было нечитаемым, почти как будто ожидало моего выражения страха или боли, прежде чем это закончило меня навсегда. Это были когти вокруг моего сердца.


Я знал, однако, что силы Лунга позволили мне выжить даже без моего сердца какое-то время; достаточно долго, чтобы выжить, особенно если мне удавалось оставаться в сознании достаточно долго, чтобы знания Bonesaw усилили мой биокинез.


Его глаза расширились, когда он посмотрел на мою руку, которая покоилась на ноге создателя. Через мгновение он выскочил из существования.


Услышав звук приближающегося мотоцикла Оружейник, я вытащил свой мобильный телефон и быстро набрал номер. Я должен был бы заменить его после этого; поглощенная металлом, и сама стала радиоактивной. Мне пришлось бы ликвидировать металл под моей кожей и заменить его новым металлом, который теперь стал тривиальным вопросом с моими новыми знаниями.


"Да?" - раздался голос Оружейника.


"Держись подальше", - сказал я. "Силар вызвал небольшой ядерный взрыв, и область охвачена смертельным количеством радиации. Девять мертвы. Я еще не проверил Силара.


"Даже сибирский?" - спросил он, удивляясь.


"Она была проекцией", - сказал я. "Ее хозяин мертв".


Он проклял себе под нос, вероятно, в количестве кейпы, которые теперь были бы живы, если бы они знали, что сибирский был проекцией.


"С тобой все будет хорошо?" - спросил он.


"Я был дальше от взрыва, - сказал я, - и комбинация регенерации и других способностей помогает справиться с ущербом".


"Найдите Силару и поговорите с ним", - сказал он. "Сделайте это, и мы сможем сегодня назвать огромный успех".


Я кивнул.


Я слышал, как он шевелился на улице. Он не умер.


Поднимаясь ко мне, я раздавил свой телефон в руке. Облученное теперь было бы опасно для всех, с кем я приближался. Мне, вероятно, понадобится ванна для дезактивации; Я почему-то точно знал, как это сделать.


Взгляд на маленькую девочку показал, что она упала на тело Джека. Какая бы защита, которую она имела против радиации, наконец-то не сработала, или, может быть, она просто продолжала испытывать силу воли.


Выйдя на солнечный свет, я увидел, что Сайлар встает на ноги. Ему не хватало руки и ноги, и, пока они возвращались, казалось, что это происходит не так быстро. Казалось, он изо всех сил пытается удержать сознание.


Я думал о том, чтобы взять его власть, но риск его голода был слишком сильным для кого-то, у кого была моя сила. Кроме того, если бы мой опыт с Виктором был каким-то руководством, я бы получил только его базовую силу, а не любую из многих полномочий, которые он скопировал.


Риск не стоил награды.


Массивный тиски, казалось, схватил меня, когда его телекинизис снова ухватился. Несмотря на то, что я немного вырос от моего взаимодействия с сибиряком, я все еще не мог двигаться.


Я переключился в зеркальную вселенную, и давление ушло. Я нырнул обратно на склад, и я подошел к стене, на которой Силар наклонялась.


Вернувшись в реальный мир, я сформировал массивный шип с силой Крюковолк. Я слышал его сердцебиение по другую сторону стены; несомненно, он мог услышать и мою. Однако, в отличие от меня, у него не было повышенной скорости; к тому времени, как он отреагировал, было уже слишком поздно.


Пробив шип через стену, я почувствовал, что это воздействует на что-то мясистое.


Осторожно подошел к двери. Регенерирующие способности Силара были феноменальными, и если бы я ударил его только в плечо, я не сомневался, что он мог напасть на меня.


Он застрял у стены, всплеск шел через его голову. Это ужасало, когда всплеск исходил из его глаз, но это нужно было сделать. Борьба с Силаром на равной основе была глупой. Он был очень успешным, атакуя из тени; если бы он мог это сделать, я мог бы это сделать.


Кроме того, нападение после того, как кто-то был ранен из другого боя, был классической техникой многих хищников в животном мире. Тот факт, что я немного разочаровался в том, что не смог действительно развязать свои силы и посмотреть, что я действительно мог сделать, был омрачен тем фактом, что я был очень рад получить проблему, которую он представлял.


Он убил кейповла, и теперь я его убил. Справедливость была подана.


Я ждал почти две минуты, но его прежняя скорость регенерации полностью прекратилась. Я потянулся вперед и щелкнул шипом со стены, затем поморщился. Его тело по-прежнему было радиоактивным, и скорость, с которой клетки моего тела начали умирать, увеличивалась с огромной скоростью, когда я приближался к его телу.


Я быстро отступил, осознав, что мне придется сделать серьезную работу над своим телом или у меня возникнут проблемы с радиационным отравлением. К счастью, способности Боунсау имели всевозможные знания о том, как бороться с радиацией.


Тем временем ... Мне нужен был способ передвинуть тела. Сделать СКП для них в центре горячей зоны не принесло бы радости.


Экспериментально я вызвал сибирский. Я застыла, когда она появилась.


Она поделилась поверхностным сходством с женщиной, которую я только что победил навсегда. У нее все еще были черные и белые полоски по всему телу, и она все еще была полностью голая. Тем не менее, это привело к тому, что сходство закончилось.


Она была выше, чем старая сибирская, и была более ивовой. Садистский взгляд, который был на сибирском лице, не был на ее месте, заменен чем-то, что меня больше расстраивало.


Сибирский был похож на мою мать.


Я ужасно уставился на нее. Полностью обнаженная она была бы объявлением миру моей идентичности, предполагая, что все знают, что она была проекцией. Даже если бы они этого не сделали, мой отец никогда бы не простил меня за то, что я выставил обнаженную версию моей матери, чтобы весь мир заглянул.


Вид сочувствия на ее лице был самым худшим из всех. Это был именно тот вид, который мама дала мне, когда мне было больно.


Я отмахнулся от нее жестом. Я не мог использовать ее, если это не было абсолютно необходимо.


Появились призраки крестоносца. Видимо, они могли справиться с живой плотью так же легко, как и в нынешней живой плоти, потому что они собрали тела Джека Слэша, Костяного, Сибирского контролера и Силара и поместили их в фургон. Я положил фургон в нейтральное положение, и я использовал силу Руна, чтобы подтолкнуть фургон на несколько кварталов к краю территории.


Я видел издалека мотоцикл Оружейник. Я использовал силы Стормтигера, чтобы нести свой голос к нему.


"У этого фургона есть тела Девяти и Силар. В частности, Силар очень радиоактивен, поэтому при их вскрытии необходимо будет проявлять особую осторожность. Вся эта область должна быть оцеплена для блока во всех направлениях. Я сама радиоактивна, поэтому мне нужно принять меры. Я увижу всех вас, когда смогу.


Чувствуя, что клетки моей кожи умирают, я понял, что мне нужно уйти. Радиационный ущерб был кумулятивным, и хотя металл под моей кожей первоначально защищал меня, он теперь был радиоактивным. Со временем это могло бы даже подавить восстановительные способности Лунга.


Я переключился на зеркальную вселенную, и я вернулся к виду первоначального взрыва. Эта территория уже загрязнена, поэтому сброс загрязненных материалов в этом районе не будет иметь большого значения.


Я вспыхнул огнем, полностью сжигая одежду. Я мог бы выбрать, была ли моя одежда защищена или нет, и на этот раз я не выбрал. Моя одежда была бы опасной для меня и для всех вокруг меня.


Частицы моей одежды тоже были бы опасны, но вся эта область была на какое-то время ограничена, по крайней мере до тех пор, пока вора не сделала бы что-то, чтобы обратить вспять эффект.


Я заставил металл под моей кожей на поверхности, где я позволил ему упасть на землю, заменил кусок на кусок новым металлом. Я считал, что просто очищаю свою кожу и кожу и позволяю ей восстанавливаться самостоятельно. Это решит мои проблемы с дезактивацией, хотя мне придется делать то же самое с моими волосами.


Я задавался вопросом, связано ли мое внезапное отсутствие заботы о том, чтобы сорвать мое собственное лицо, что-то связанное с силами Боунсоу. Я кратко подумал о добавлении кибернетических имплантатов, но я не мог представить себе, что я не мог бы сделать лучше для себя биокинезом.


Наконец, решив, что отторжение моей кожи было не намного хуже, чем вытащить металл, я сделал именно это, оставив кучу радиоактивной плоти, которая должна была отвратить, но вместо этого я нашел смутно интересным. У меня были некоторые идеи о том, что я мог бы сделать с этой плотью, предполагая, что она не была радиоактивной.


Конечно, мне нужно было бы создать механических помощников-пауков; В конце концов, больше рук означало ускоренную хирургию. Возможно, я мог бы вырастить себе дополнительные руки; Я всегда мог прятать их под курткой, пока мне не понадобилось их использовать.


Возможности были бесконечными!


Я мог бы использовать его у своих союзников; Оружейник казался практичным человеком, который не возражал бы против нескольких улучшений. Я бы не прочь взглянуть на любые улучшения, сделанные Костями для тел Девяти. Я должен был бы попросить СКП предоставить копии вскрытий, которые они уже сделали.


Я мог бы, возможно, сделать Армейстер быстрее и сильнее даже без его доспехов. Я мог бы уменьшить его потребность во сне и немного замедлить процесс старения.


В Протекторате могут быть и другие, которые разделяли сходное практическое мышление. Я однажды решил, что не могу взять их силы, но никто не сказал, что я не могу их улучшить.


Я даже мог бы взять сигнал от Путешественников и создать клоны героев, у которых были силы, которые я хотел. Я мог бы освободить силы от клонов вины, особенно если бы я сделал клоны без умов.


Конечно, единственный способ, которым я знал, как сделать клоны, потребовалось время, чтобы созреть. В Бостоне был плащ, Бласто, о котором я слышал, знал более быстрый способ.


Конечно, СКП не возражал бы, чтобы я просил членов протектората за мазку щеки в обмен на мою помощь.


Когда я закончил, и моя кожа вернулась, все стало чистым и новым. Я осторожно отошел от радиоактивной кучи мусора. Я позаботился о том, чтобы переместить пару кварталов, прежде чем я позвонил в свой карманный гаджет.


Я снова появился в реальной вселенной.


Это было облегчение, когда Силар умер. Никто не вернулся с трехфутового шипа, проецирующего их мозг. С Левиафана было бы плавным.


54.


Люди сошли с ума. Мне было трудно понять это. Взрыв не составил более одной или двух тонн тротила, менее десяти тысяч бомб, используемых в Хиросиме. Радиационные эффекты распространяются только в радиусе трех блоков во всех направлениях.


Тело Силара все еще было слишком жарко, но правительственные мыслители выяснили, что все, что вызывало его излучение, имело половину жизни одного дня. Вскрытие было установлено в течение девяти дней, и в это время радиация была бы на пятьсот от того, что она была сейчас, уменьшилась до безопасного уровня. Тем временем он был в морозильной камере СКП. Вспышки других уже выполнялись с помощью ботов-пауков, которые я любезно предоставил. Тот факт, что боты-пауки также отправили копию того, что происходило в аутопсиях на мой персональный компьютер, было то, что СКП не нужно было знать.


Легион агентов СКП, окружающих район, в костюмах Hazmat и размахивающих таймерами Гейгера, был достаточным, чтобы предупредить даже самого оскорбленного гражданина, что что-то ужасно неправильно. Я мог бы рассказать им, что оба Bonesaw и Mannequin знают, что взрыв, вероятно, был очень чистым и ограниченным по объему.


Неинформированной общественности, которая не имела никакого скейпла. Любой ядерный взрыв был ужасающим. Люди стали покидать город толпами, и, хотя СКП пытались успокоить публику, они этого не сделали.


В конце концов, Левиафан должен был пройти через три дня, а город с меньшим количеством людей был городом, который легче защищать.


Манекен знал о том, как очистить радиоактивные проливы от его дней как Сфера. Как Сфера, у него были знания для создания пространственных местообитаний и космических аппаратов. Я теперь унаследовал это знание, и я планировал использовать его, чтобы помочь всем.


К сожалению, некоторые из СКП, похоже, обвиняли меня в фиаско. Я попытался объяснить, что я был простым свидетелем, но у Тэгга этого не было. Он разрешил только одобренные СКП решения Тинкертех, даже когда я разумно протестовал, что у Протектората не было никаких кейпок, насколько я был.


Я думал о строительстве бомбы, которая поглотила бы излучение, а не излучать его. Я не был уверен, как бы люди отреагировали на звук второго взрыва в том же районе.


Мужчины в темных костюмах появились вечером второго дня. Это были правительственные эксперты по борьбе с терроризмом для расследования. Их отдел был не таким уж большим в плане вещей; Терроризм никогда не был так популярен, как это было на Земле Алеф, возможно, потому, что люди слишком беспокоились о нападениях Губитель, чтобы беспокоиться о том, чтобы убить своих собратьев.


Это изменится, если я уничтожу Губителей?


Единственное, что я узнал о мире, было то, что на все были непреднамеренные последствия. Одна из причин, по которой СКП так контролировала изобретения, была именно по этой причине. Они были убеждены, что следующая вещь, которую изобретал вора, всегда была серой слизью, которая собиралась поглотить планету.


К счастью, за исключением Squealer, все Технарьы, из которых я украл силы, были вершинами их поля. Я создал план радиационной очистки, подготовил его и отправил в СКП. Надеюсь, они будут слушать. Если бы они этого не сделали, я бы позаботился об этом в середине ночи.


У меня были Убер и Лит, собирающие материалы для противорадиационной бомбы. Это было трудно, поскольку они были заняты подготовкой корабля к морскому судоходству. С приближением Левиафана была почти уверенность в том, что корабли в заливе будут разрушены. Потеря лаборатории была неприемлемой, поэтому план состоял в том, чтобы Убер и Леет отправились на юг во Флориду на пару недель, пока все не успокоилось.


Внешняя часть корабля по-прежнему выглядела как крушение, но я создал ботов-пауков, которые работали бы на внешнем уровне, пока они были в пути. Когда они доберутся до Майами, они будут похожи на любой другой корабль.


Тем временем спайдерботы помогли отремонтировать интерьер корабля, чтобы сделать его пригодным для мореходства.


***********


"Я не имел никакого отношения к взрыву, - сказал я в седьмой раз. "Это был эффект, созданный человеком, известным как Силар".


"И ты заставил его принять этот шаг, возможно, от отчаяния?" - спросил мужчина.


Я покачал головой. "Он сделал это сразу после того, как я добрался туда. Сибирский собирался убить его, и это было последнее средство, я думаю.


"Но это был ваш шип, который убил его", сказал мужчина в черном.


Я чувствовал, что он хочет арестовать. Жизнь в мире посттеррористического мира не была доброй к членам целевой группы по борьбе с терроризмом, тем более, что большинство террористов было совершено парауханами, и это также было преимуществом СКП.


"Я напал на него, когда он был ранен, - сказал я. "Он был слишком опасен, чтобы жить".


"Официального порядка убийства не было", - сказал мужчина. "И ты напал на него сзади".


"СКП уже очистил меня", - сказал я. "Он столкнулся с группой из двенадцати героев Протекторат вместе с агентами СКП и мной, и он едва сломал пот. Вы хотите, чтобы я позвонил ему и атаковал с двадцать шагов?


Я наклонился вперед. "Даже если вы думаете, что я сделал что-то не так, что вы собираетесь с этим делать? СКП очистил меня. Я думаю, вы не в своей юрисдикции.


ФБР не могло ничего для меня сделать без помощи Протектората, за исключением того, что, возможно, украшало мой выигрыш на бойню Девять.


Было приятно осознать, что я теперь на пятьдесят миллионов долларов богаче, считая деньги от предыдущих членов бойни, но не за деньги в Сплетницае.


"Люди вроде тебя думают, что они выше закона", - пробормотал мужчина. "И ты уйдешь с ним".


"Ты будешь там перед Левиафаном или Симургом? Я сделаю это, - холодно сказал я. "Пока вы держитесь в укрытии, надеясь, что такие люди, как я, будут держать вас в безопасности".


На встрече главный директор Коста Браун сказал мне, что СКП был создан, чтобы держать больше людей от такого отношения, как этот человек. Это было там, чтобы успокоить страхи людей и заставить их думать о парахуманах как о героях, а не о монстрах, которые планировали захватить мир.


К сожалению, многие парахуманы были именно таким монстром, и подобный инцидент мог только разжечь обиды, хотя район был пуст, и реальных жертв не было, хотя были два бездомных, которые получили радиационное отравление.


"Фактический ущерб был всего около четырех миллионов долларов", - сказал я. "Я бы сказал вам, чтобы выставить мне счет, но я ничего не делал. Если ты попытаешься выставить мне счет, я увижу тебя в суде.


"Это был ядерный взрыв на американской земле", - сказал он. "Это беспрецедентно. Соединенные Штаты имеют право защищать себя ".


"Были другие взрывы", - сказал я. "В Неваде и Нью-Мексико. Люди наблюдали за взрывами из Лас-Вегаса.


Человек казался разочарованным, что я не мог видеть его точку зрения. Я должен был признать, что мои отношения менялись с тех пор, как я получил полномочия Боунсау. Было время, что я был бы в ужасе от мысли оторвать свое лицо. Теперь это казалось совершенно разумным, чтобы избежать рака мозга.


Не то чтобы я не мог это исправить. Просто, что мозг не мог казаться намного более удобным.


"Тем не менее, люди в ужасе, и кто-то должен платить", - сказал он.


Я недоверчиво уставился на него. Казалось, у него было огромное мнение о его важности; по-видимому, в Вашингтоне, округ Колумбия, все было по-другому. Я слышал, что здесь было не так много кейпы, как здесь.


Что ж, больше кейплей здесь перед Силаром, и я включился.


Он не привык иметь дело с капями; очевидно, он больше привык допрашивать нормальных людей, запугивать и запугивать их в признаниях.


"Сколько вам рассказывали о моих способностях?" - спросил я его.


"Ты украл силы, - сказал он, глядя на меня.


"Прямо сейчас у меня есть полномочия из двадцати семи разных Навесов. Только один из кейпы, чья сила у меня была в состоянии удерживать местный СКП и каждую другую банду в городе в страхе годами, просто из-за страха перед его могуществом. У меня есть полномочия целого города с капюшоном, а это значит, что я немного запугана ".


"Вы не сильней, чем правительство Соединенных Штатов!" - сказал он.


"Я не сражаюсь с правительством Соединенных Штатов. СКП освободил меня от ответственности за это. Я делаю это интервью как услугу для вас, когда по всем правам у меня должно быть представление, потому что я несовершеннолетний. На самом деле, потому что я не могу на самом деле не использовать что-либо, что я говорю здесь, против меня ".


Меня удивило то, что СКП позволил этой заднице поговорить со мной, а не с более опытным исследователем. Мое подозрение состояло в том, что они пытались сделать себя лучше по сравнению. Это был классический подход; показать что-то совершенно неприемлемое, а следующая лучшая вещь будет выглядеть намного лучше по сравнению.


Тот факт, что я хотел его кидать, как рыба, вероятно, не был частью их расчетов.


"На самом деле, - сказал я, - это пустая трата времени. Я помогаю с препаратами Губитель, и это просто уходит от этого ".


"Подготовка?"


"У меня есть навыки нескольких Технарьов", - сказал я. "Лучшие в своих областях. Это первый случай, когда у нас есть конкретные доказательства того, где и когда Губитель собирается атаковать заранее, и мы будем использовать его наилучшим образом ".


Лицо его лилось цвета. "Вот?"


"Завтра, скорее всего", - сказал я. "Хотя это может быть до трех дней. Наслаждайтесь пребыванием в убежище Губитель. Тебе лучше надеяться, что кто-то вроде меня ждет, когда Левиафан стучит в дверь.


Видимо, все федералы не разговаривали друг с другом. Мне было интересно, почему так много людей ФБР были готовы приехать в город накануне атаки Губитель.


Я поднялся на ноги. "Это интервью закончилось. Удачи вам в жизни.


С этим я прыгнул в зеркальный мир, а затем вышел из комнаты. Я вернулся в реальный мир, а затем направился в лаборатории. Оружейник любезно разрешил мне использовать свою вторую лабораторию с Кидом Вин в качестве ассистента, так как Убер и Лит выходили из состояния.


Конечно, они этого не знали, но я сказал им, что временно передислоцирую свои лаборатории.


Я даже построил генератор голограмм, чтобы он выглядел так, будто корабль все еще находился на своем месте, созданный из буя. Если Левиафан напал на то, как я думал, что он, несомненно, может быть уничтожен, но это было дешево и легко сделать. После разрушения кто-то предположил, что недостающий корабль был на дне залива.


Создание бомб для спасения жизней вместо того, чтобы брать их, вероятно, привело бы к тому, что голова Бакуды взорвалась, но это был мой шанс изменить ситуацию.


**********


С четырьмя часами до тех пор, пока Левиафан не появлялся, люди начали собираться в штаб-квартире СКП. Сбор в Риге был бы плохой идеей, учитывая, что он сидел в заливе и мог быть одной из первых целей Левиафана.


Я был удивлен и ошеломлен, увидев, что появляется Слава и Панацея. Прошло несколько недель с тех пор, как я их видел, и они выглядели намного лучше, чем в последний раз, когда я их видел. Оба они подняли загар, который казался удивительным в зимней канадской пустыне.


Панацея потеряла этот охотничий, угнетенный взгляд. Вместо этого она, казалось, светилась здоровьем. Сила костяка прошептала мне на ухо, что получение ее силы сделает то, что мы сделали невероятно легко. Это было похоже на тягу, но я проигнорировал это.


Их глаза расширились, когда они увидели меня.


Слава Девушка помчалась, улыбаясь. Она выглядела так, словно собиралась схватить мою руку, прежде чем она поймала себя. Я мог понять, почему она не хочет прикасаться к ворам власти. Мне пришлось активно подавлять силы Хэтчетфайла, что я должен был бы сделать во время битвы. Я не сомневался, что Левиафан был невосприимчив и подавлял полномочия других наций, был бы смертным приговором.


"Я слышал, ты его взял!" - сказала она. "Человек, который убил Маму и кейповл и всех".


Панацея последовала более спокойным темпом, но она действительно выглядела рада видеть меня на этот раз.


"Я ударил его по голове в мозг", - сказал я. "Он упал в морге".


- Спасибо, - сказала Панацея. "Мы не могли бы вернуться, пока он был здесь".


"Дракон устроил это", сказала девушка Славы. "Им понадобится Эми, хотя из того, что я слышу, ты не сумасшедший, чтобы исцелить себя".


"Ты должен сказать мне, как ты справился с этим, - сказала Эми. "Придется признать, что я немного ревнив. Просто касаясь сотен людей один за другим, а затем делаешь с ним ... это похоже на сон ".


"У меня есть сила, которая может улучшить мои другие силы в определенные моменты", - сказал я. Я был немного странным в разговоре о моей силе страха, так как СКП знал о большинстве моих других. "Я, наверное, не мог сделать это большую часть времени".


Это было квалифицированным преуменьшением. В любой ситуации, где были сотни раненых, вероятно, было много страха ходить. В то же время я не смог бы излечить даже трех человек за раз, если бы мы были изолированы и одиноки. Это было плохое из-за исхода из города; с меньшим количеством людей, которые я получил от страха, который они создали, будет меньше.


В то же время мне пришлось бы защищать меньше людей, поэтому я не был уверен, как это закончится. Лунгь сражалась с Левиафаном раньше в Азии; он не выиграл, но выжил. Тот факт, что я теперь намного сильнее, чем Лунг, мог только хорошо играть в мою пользу.


Однако я не сомневался, что я буду в центре наступления, а это значит, что я буду подвергаться большему риску, чем кто-либо другой. Я собирался подойти к носу с монстром, чем был кошмар миллиардов людей, и все, на что я мог надеяться, состояло в том, что я преуспел.


"Я слышал, что ты в значительной степени взял весь город, - сказала Слава. "Крюковолк и Kaiser и все они. Трудно представить себе город без Империи и АПП ".


"Есть какой-то новый парень, который работает, - сказал я. "Некоторые плащи, о которых я раньше не слышал. Он их единственный Кейп, хотя, поэтому они не будут почти такой же угрозой, как и в прошлом ".


Я слышал, что Империя поглощала старые территории Барыг и АПП. Новая Империя фактически ассимилировала некоторые из АПП в себе, с рационализацией, которую Гитлер связывал с японцами.


По-видимому, это был не простой переход, и в рядах были сообщения о боях и фактических убийствах.


Как только все это закончилось, предполагая, что бухта все еще стоит, я позабочусь о бандах раз и навсегда. Они были сорняками, которые нуждались в обрезке, и я был единственным, кто это сделал.


"Я хочу!" Сказала Слава.


Я понял, что, должно быть, сказал об этом вслух. Мне нужно было посмотреть, как я отвлекался. Постоянное издевательство над последними тремя днями уменьшило часть моего стресса, но это сделало некоторые из них хуже. Я надеялся, что мои дополнения изменили обычно ужасную смертность поединков Губитель.


"Вам, ребята, не приходило, - сказал я. "Для этого я имею в виду".


"У меня много друзей в Аркадии, - сказала Слава. "Люди с домами и семьями и столько, сколько мне понравилось, оставаясь с Драконом, это мой дом".


"Я был бы счастлив жить где угодно", - сказал Панацея. "Но я не хочу, чтобы люди умирали здесь, если бы я мог их спасти".


"Я сделал некоторые вещи, которые могут помочь вам сделать меньше работы", - сказал я.


В комнату входили фильтры. Мне говорили, что во время большинства нападений Губитель большинство защитников были местными жителями. Это было обычно потому, что обычно не было достаточно предупреждений о том, чтобы отправить больше, чем ограниченное число людей в город, подвергшийся нападению, прежде чем все были слишком заняты.


Но теперь большинство защитников собирались быть иностранцами. Это было отчасти потому, что между мной и Силаром было всего лишь дюжина других Навесов в заливе ... четырнадцать теперь, когда Слава и Панацея вернулись.


Многие из них смотрели на меня с подозрением, и я заметил, что наша часть комнаты была предоставлена ??широким местом для всех остальных. По-видимому, никто другой не захотел принять хоть малейшего риска, что я мог бы случайно украсть их силы.


Или, может быть, они не доверяли мне. Мне нужно было позвонить в Сплетница и посмотреть, какие слухи вокруг меня обошли. Надеюсь, ничего, с чем мне пришлось бы иметь дело. Последнее, что мне нужно было, было обозначить как девушку, которая отправила бы ядерный взрыв.


"Мне нужно измениться", - сказал я.


Прежде чем они успели что-то сказать, я вскочил в зеркальную вселенную и стал переключаться в свой месть. Если бы я чувствовал только на пять процентов больше уверенности, как Vengeance, как в Gamble, это могло бы сделать разницу, которая спасла бы жизни.


Когда я вернулся, я заметил, что толпа внезапно стала намного больше, пока меня не было, и теперь вокруг не было никого.


Вся комната пробормотала разговорами. Волна тишины распространилась по комнате, когда в комнату вошли еще три человека.


Александрия, Легенда и Эйдолон вошли в комнату, и внезапно стало достаточно тихо, чтобы услышать штифт.


55.


"Обычно наличие одного из четырех комбатантов, погибших в битве с Энбрингергом, - хороший день", - сказал Легенд. "Но это не обычная битва. У нас было беспрецедентное предупреждение, дающее нам дни, чтобы подготовиться вместо более обычных минут или даже никакого предупреждения вообще ".


Его голос был тем, кого вы слушали, и я мог почувствовать базовое понимание того, почему от лидера культов, чьи навыки я усвоил. В лесу и каденции его голоса было что-то почти гипнотическое.


Однако это были не все трюки. Тот, кем он был и что он имел в виду для всего мира, был столь же важен. Люди слушали его, потому что он был тем, кто имел значение. Они доверяли ему, потому что он был тем, кто доказал, что заслуживает доверия.


В то время как у Александрии были полномочия, у Легенды была харизма Супермена или Капитана Америки, вымышленных кейп, о которых я знал, из-за фильмов о Земле Алеф, которые Папа заставил меня посмотреть.


Я был рад, что он был на Гавайях, вдали от всего этого.


"Это не значит, что это будет легко", - сказала Легенда. "Концовка никогда не бывает. Они являются вершиной того, что значит быть парахуманом. Если вы считаетесь героем или злодеем в повседневной жизни, здесь и сейчас вы являетесь героем ".


Все уставились на него.


"У нас получится удача и совместная работа, но теперь у нас есть преимущества, которых мы не имели в предыдущих битвах, преимущества, которые, как мы надеемся, уменьшат количество жертв. Несмотря на это, я не хочу, чтобы кто-то недооценивал Левиафана. Их называют Энбрингерс по какой-то причине, и если вы никогда их не испытывали, они ужасают таким образом, что на планете нет ничего ".


Он взглянул на меня и сказал: "Некоторые из вас могут подумать, что вы сильны, и в вашем родном городе вы можете быть самой большой рыбой в пруду. Ничего из этого не имеет против Губитель. Нам никогда не удавалось убить одного, и это вовсе не означает, что нам даже удалось повредить его каким-либо реальным и фундаментальным способом. Они чувствуют боль, и они истекают кровью, но ничто, кажется, не проникает очень далеко. Лучшее, что мы когда-либо делали, это отгонять ".


В толпе раздался бормотание, и я уставился на него, удивляясь, пытался ли он заставить людей потерять мужество и уйти.


"У Левиафана нет силы Бегемота или гения Симурга, но это не значит, что он не могущественный, и это определенно не означает, что он не умный. Он хитрый, и он покажет тактику, которая вас удивит, и это заставит вас остерегаться ".


Он продолжил. "Вы можете подумать, что вы быстры, но он быстрее, чем любой скорость, которая когда-либо была замечена на планете. Он мастер манипулирования водой, способный использовать его для удара, как бетон. На поле битвы будет вода, и он будет использовать ее способами, которые убьют ".


"В прошлом были неудачи ... Ньюфаундленд, Кюсю. Миллионы людей погибли из-за ошибок в стратегии со стороны героев. Есть места, где мы можем позволить себе просто содержать Левиафана до появления Scion. К сожалению, это не один из них.


Напоминание о неудачах прошлого бросило мгновенный покров по комнате. Все мы помнили ужас каждой атаки. Некоторые из нас, включая меня, никогда не знали мир, который не был бесконечной кавалькадой ужасов.


Он махнул рукой, и изображение Броктон-Бэй мерцало на экране.


"Броктон-Бей построен над водоносным горизонтом, который по сути является подземным озером под городом. Мы считаем, что он будет использовать свой контроль над водой, чтобы начать подрывать город. Он будет изнашиваться на почве, песке и камне, даже когда он создает трещины и цунами выше. Учитывая достаточно времени ... "


Мы все знали, что он имел в виду. Он попытался бросить весь город в воронку. Если бы он это сделал, ни одно убежище Губитель не выжило бы, и люди внутри них утонули бы, оказавшись в темноте, не имея шансов даже спасти себя. Он убивал каждого человека в городе.


Я не собирался позволять этому случиться. Это был мой город. Я мог видеть подобное выражение на лицах большинства других, хотя большинство из них были аутсайдерами.


Несмотря на то, что это был не их дом, они были здесь, решив держать линию. Каждый город, которого принял Энбрингер, был на один шаг ближе к человечеству, достигая той последней ночи. Это было на один шаг ближе к краху цивилизации. Я был рад узнать, что есть люди, желающие сражаться, даже если кто-то скажет, что это не их дело.


Легенда пристально смотрела на нас, пока он не покачал головой.


"Мы должны закончить этот пост. Каждая волна, которую он приносит, будет сильнее последней. Это означает, что нам нужно постоянно держать его в поле зрения. Мы должны ударить его и продолжать бить его. Каждый раз, когда он убегает от нас, и мы должны преследовать его, больше времени, когда он должен закончить то, ради чего он пришел сюда ".


"Как важно, мы должны причинить ему боль. Убить его - это дурацкий сон, но он может быть настолько ранен, что отступает назад, откуда он. Потерпи его достаточно, и ему может потребоваться больше времени, чтобы атаковать в другом месте. Если у вас достаточно сил, чтобы навредить ему, мы нуждаемся в вас на линии фронта. Если вы этого не сделаете, поддержите тех, кто может.


Дождь шел, и дождь становился все труднее. Мы слышали, как ветер дует в окна из плексигласа. Даже с угрозой исчезновения Shatterbird СКП не вернулась к стеклянным окнам. Они продолжили переход на дюйм толщиной пуленепробиваемые пластиковые окна. Я не мог не думать, что это было направлено на меня.


Дождь был признаком того, что мои предсказания и предсказания Сплетницаа были правильными. Они были предвестником прибытия Левиафана.


"Мы никогда не проходили через одну конфронтацию с Энбрибергом без страшных потерь. Иногда мы теряем мирные жизни тысячами или миллионами. Иногда мы теряем целый город. Иногда наши величайшие герои падают ".


"Но это величайшая задача, которую нам дано, причина, по которой общество терпит парахуманов вообще. Мы - свет против тьмы, бастион, против которого падает поток. Мы - линия, которая сохраняет жизнь цивилизации, и без смелых мужчин и женщин, подобных вам, мир будет потерян. Каждый из вас сегодня является героем, каким бы вы ни были в своей повседневной жизни. Вас запомнят.


Он взглянул на Оружейника, который шагнул вперед.


"Те из вас, кто участвовал в битве в Губитель, узнают об этом", - сказал он. Он поднял одну из повязок, над которыми я работал последние несколько дней. "Эти повязки конструкции дракона настраиваются, и их нужно носить на запястье. Кнопка слева позволяет вам общаться с другими носителями оружия. Кнопка справа используется для оповещения людей о вашем местоположении, если вам причинен вред или в чрезвычайной ситуации ".


Он продолжил. "Только участники Протекторат и ветераны Губитель смогут отправлять сообщения по всей стране. Все остальные будут проверены программой, разработанной Драконом, чтобы сократить беспорядок. Если вам нужно переопределить эту задержку с задержкой на три-пять секунд, выберите "Hard Override". Злоупотребление системой будет означать, что привилегии будут отменены ".


"В этом году, однако, - сказал он. "У этих повязок есть дополнительная особенность. Каждая повязка предназначена для контроля признаков жизни. Если признаки жизни прекратятся, небольшой заряд взорвется, оставив пользователя в момент приостановленного времени ".


кейп, которого я не узнал, поднял руку. "Что это значит?"


"Это означает, что вы будете находиться в застое, невосприимчивы ко всему дальнейшему ущербу даже самому Левиафану, пока кто-то не освободит вас. Если вы только что были обезглавлены, то, вероятно, это будет не очень полезно. Если, однако, у вас будет менее сильный урон ... "


"Тогда кто-то сможет вернуть нас", - выдохнул кейп. Он взглянул на Панацею, которая покраснела.


"Возможно, вы слышали, что в городе есть вор власти. Один из Кубков, из которых она украла, - "Ампутация". Не исключено, что даже обезглавливание можно отменить, предполагая, что она выживет и у вас будет достаточно времени для работы над вами ".


"Если это сработает, это может означать революцию в битве за Губитель на будущее. Это может означать, что виды жертв, которые мы видели в прошлом, могут быть реликтом ушедшего века. Это также может означать, что Энбрингеры меняют свою тактику. Это невозможно понять.


Легенда заговорила. "У нас есть надежда, что эта битва может иметь более низкие потери, чем битвы в прошлом. Даже Левиафан займет некоторое время, чтобы приспособиться к чему-то новому.


"Те, кто столкнулся с Губителем, прежде чем встать!"


Все члены протектората стояли. Стояла третья часть Уордов. Была команда корпоративных кейпы, и половина из них тоже стояла. Я не видел никаких злодеев, которых я узнал, хотя я не изучал многие накидки из-за залива.


"В сомнении, подчиняйтесь Протекторату. У нас есть подготовка к этому, и у нас есть десятилетия планирования для этого. Остальные, которые стоят, также являются теми, кого вы должны слушать, если мы прямо не противоречим им. Они пережили ситуации точно так же, и у них есть опыт и инстинкты, чтобы помочь вам выжить ".


"Вы будете разделены вашими способностями. Те, кто думает, что могут взять хиты из Левиафана и выжить, или если вы можете производить одноразовых комбатантов, вас возглавят Александрия и Дракон ".


Это все, что мне нужно было знать.


Я встал.


Я долго думал о том, что мне нужно сделать, прежде чем я ускользнул прошлой ночью на склад Downtown, который был до сих пор под охраной ГВП. Я проскользнул внутрь и освободил поле нулевого времени, выпустив "Гусеницу" как раз вовремя, чтобы я украл силы, которые сделали его тем, кем он был.


Он вернулся к мужчине, мертвая плоть обрушилась вокруг него, прежде чем я его убил.


Долгое время я беспокоился о его силе, но теперь я не мог позволить себе сдерживаться. Люди и весь город зависели от меня, если бы я захотел выжить, чтобы снова увидеть папу, мне нужно все, что я мог получить.


Теперь я почувствовал его силу, ползая под моей кожей. Он почти казался нетерпеливым, ожидая в ожидании, чтобы начать изменять меня в конечном существе, независимо от того, что это означало для моей способности жить нормальной жизнью.


Надеюсь, я смогу уменьшить любые изменения, которые мне не понравились, с навыками Bonesaw и моим биокинезом.


Я подошел к Александрии, которая смотрела на меня сверху вниз.


"Вы думаете, что можете взять удар от Левиафана?" - спросила она.


Я кивнул, удивляясь, почему она должна была спросить. Если Левиафан не убил меня немедленно, я только собирался стать более жестким и опасным, так как бой продолжался.


"У меня есть полномочия Лунга" , - сказал я. " Гусеница, Крюковолк, Феня. "


Я махнул рукой, и через мгновение сибирский появился рядом со мной. Я подумал, как изменить свою проекцию, чтобы на ней была простая туника и маска домино. Это было не так много, но было намного лучше, чем позволить миру видеть маму обнаженной. Папа не простил бы меня за это.


Александрия замерла на мгновение, и я мог сказать, что у нее возникло искушение сделать шаг назад, но держался от нее.


Остальные кейпы в комнате тоже застыли.


" Я взял сибирскую власть" , - сказал я. " Она была проекцией, и теперь она будет сражаться рядом с нами ".


"Можешь сражаться, направляя ее?" - нейтрально спросила Александрия. Это был трудный взгляд на человека, который убил ее друга, который ранил ее.


"Я не думаю, что тот, кто контролировал ее раньше, мог", - сказал я. "Но у меня есть другая сила, которая создает призраков, которые имеют некоторую независимость. Я могу дать ей это и продолжить борьбу ".


"И она не вернется к ней ... предыдущие склонности?"


Я покачал головой. " Она - мое существо ".


Все в комнате расслабились, и вдруг настроение, казалось, облегчилось. Наличие сибиряка на нашей стороне на этот раз означало, что шансы каждого на выживание только увеличились, возможно, совсем немного.


Пришел часовой блок и протянул мне одну из повязок. Он продолжал смотреть на сибиряка, и я заметил, что он старался держаться так далеко, насколько возможно. Она не получила повязку, поскольку она была просто продолжением меня.


Я работала над повязками в течение нескольких дней, поэтому я был глубоко знаком с их функциями. Я быстро ввел свое имя и получил ответ на распознавание.


СКП был предупрежден о том, как отменить поля застоя на всех этих устройствах, хотя средства, которые они использовали, были заметно отличны от других моих бомб застоя. Последнее, чего я хотел, - это то, что СКП сможет взять папу, потому что я дал им ключи от королевства.


Легенда продолжала направлять людей к группам, в которых они были в лучшем случае. Некоторые пошли за поддержкой, особенно с Movers. Я мог бы согласиться на это, кроме того, что мои услуги лучше использовать в других местах. Некоторые из них были боевыми, но неспособными пережить удар Левиафаном, а некоторые из них были дальними атакующими. Каждый из них был направлен к соответствующему набору лидеров.


Сирены начали издалека, и все напряглись.


"Пока мы не уверены, когда Левиафан будет точно атаковать, - спокойно сказал Легенда, - наши мыслители считают, что это, скорее всего, произойдет через двадцать-тридцать минут. Сейчас мы отправляем сигналы тревоги, чтобы предоставить гражданским лицам, которые решили остаться в городское время, чтобы добраться до ближайших приютов ".


Я кивнул. Была попытка заставить людей эвакуировать город за последние три дня даже больше, чем они уже имели, предположительно из-за ядерного взрыва. Им сказали, что будут предприняты усилия по очистке и что в то же время может быть опасность. Они никому не говорили о предстоящей атаке "Энбрингер", потому что это породило еще большую панику, чем небольшое ядерное оружие.


Бомба просто убьет вас; Энбринер был бы жесток в этом. Хуже того, был опасение, что информирование общественности может заставить Губительса появиться в другом месте, чтобы позорить всех нас. Были параноики-протектораты-мыслители, которые считали, что Симург контролирует других Губителей и что она знает гораздо больше о человеческой деятельности, чем она позволяла.


Я нахмурился, глядя в окно из плексигласа. Я видел здесь бухту. Хотя это место было немного безопаснее, чем "Риг", из того, что я знал о цунами, которые Левиафан создал это место, было совершенно небезопасно.


Изучение предыдущих боев с Левиафаном из кадры Протекторат было хорошим использованием дополнительного времени, которое я получил, не спал. По-видимому, силы Скаулера считали, что спать не будут, и теперь я мог продержаться всего пару часов в сутки.


" Было бы хорошо, если бы я создал Seawall ?" - спросил я в Александрии тихим голосом.


"Что?" Спросила она.


" Если он ударит нас приливной волной, есть хороший шанс, что мы недостаточно далеко отсюда, чтобы иметь какое-то значение ".


Для защиты этой структуры существовали силовые поля, но они были предназначены для защиты от обычного оружия, а не миллионов тонн воды. Нам повезет, если все здание не рухнет на нас сверху.


"И вы думаете, что можете что-то сделать?" - спросила она. "В ближайшие двадцать минут?"


"У манекена были архитектурные знания, когда он был Сферой; Я думаю, что это было предназначено для создания внесолнечных колоний. У меня есть способности Кайзера ... Я не уверен, что это полностью остановит его, но я думаю, что это поможет удержать нас от утопления ".


Она тихонько заговорила в своем коммуникаторе. Через мгновение я смотрел за окном, и металл начал прорастать с земли. Я начал создавать стену, которая выросла на десять, двадцать, тридцать футов в высоту. Затем я начал его сгущать. Это должно было выдержать энергию тысяч или даже миллионов фунтов воды. Многие каменные морские стены были толщиной в пятьдесят футов. Я не был уверен, что у меня будет достаточно времени, чтобы создать что-нибудь грозное.


Стена стала толще и толще. Даже с силой Крига потребовалось почти минуту, чтобы развить вещь на ногу.


Тем не менее, это было всего лишь пятнадцать футов, когда я почувствовал что-то вибрирующее под мной. Это был звук меньше, чем ощущение, нечто настолько массивное и сильное, что пол и стены вибрировали. Без усиленного слуха никто бы не заметил этого, но для меня это было так же очевидно, как и все.


Через несколько мгновений ветер пронесся к нам, как вода.


" Это идет !" - закричала я.


Все уставились на меня, и я подумал, почему они не реагируют. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я перешел в режим повышенной скорости. Все вокруг меня переключилось на замедленное движение, и только скорость и еще несколько других кейпов ответили.


Теперь все услышали это, звук, который расширялся, пока это не звучало как конец света.


Все начали реагировать, но этого было недостаточно. Я видел страх и ужас на лицах людей.


Как тысячи тонн воды ударили по моей стене, звук был похож на конец света.


56.


На мгновение я подумал, что стена будет держаться. В металле раздался массивный стон, когда на него повлияло невообразимое давление. Я слышал, как звуки металла разрывались глубоко внутри, и я понял, что это не удержит.


Александрия обратила внимание. "Страйдер!" - рявкнула она.


Через мгновение мы оказались на вершине холма, смотрящего вниз на Бордуолк, который был полностью опустошен, превратился в массу древесных пород и вод. Я не был уверен, как Бэй собирался оправиться от этого, и это было всего лишь открытие Сальво.


Во всем мире была вода, несущая мертвые деревья и разрушенный лес. Я увидел труп собаки, плывущей в воде; животные не получили предупреждений Губитель, как люди.


Я тоже его видел. Это было почти так, как если бы он знал, где мы будем, и это подтвердило мысль о том, что Симург общался с ним.


Он был ростом тридцать футов, но почему-то он казался стройным и жилистым, за исключением того, что его плечи были густо мускулистыми. Плечи были сгорблены, а руки и ноги не были построены до нормальных человеческих пропорций. Его телята и предплечья были неестественно длинными, а хвост был длиннее, чем я думал, растянувшись на сорок или пятьдесят футов позади него.


Вода текла повсюду вокруг него, создавая слепоту, которая казалась поразительно похожей на него. Герои были обмануты этим раньше, и поэтому я должен был быть осторожным.


Его лицо было асимметричным, одним глазом на правой стороне и тремя глазами слева. Он смотрел на нас с поразительно зелеными глазами.


Мои глаза поймали его, и это было похоже на признание там. Он напрягся, его голова щелкает вперед и назад быстрее, чем остальная часть.


Через мгновение он взорвался. Это было быстро, даже для моих усиленных чувств. Это было немного быстрее, чем я, хотя у меня было два кейпы с повышенной скоростью. Это было достаточно быстро, чтобы бегать по воде, что он и сделал, когда он начал мчаться к нам.


Мне казалось, что это зацепило меня, и я почувствовал одновременно чувство тревоги и облегчения. Я чувствовал беспокойство, потому что это будет борьба моей жизни. Я почувствовал облегчение, потому что чем дольше он был сосредоточен на мне, тем меньше других людей погибло.


Для любого нормального Мыса казалось бы, что он почти появился среди нас, но у меня было время, чтобы он приблизился к нему и напрягся, готовясь.


Мои пальцы танцевали по моему бедру, образуя Руну, которую мне нужно было для того, что будет дальше. Сибирский явился рядом со мной, и она коснулась меня мгновение, прежде чем Левиафан ударил меня.


Обычно девять тонн рептилий, ударяющих по любому кейпу со скоростью более ста миль в час, отправили бы его в полет. Тем не менее были люди позади меня, и я сделал бы такую ??же рацию, чтобы убивать людей, как любой шрапнель.


Вместо этого я выкопал ногу и поместил всю силу телекинеза Руне с целью держать меня там, где я был. Хотя это не повлияло бы на живое вещество, у него не было проблем с обработкой металла моего костюма.


Несмотря на мою собственную незначительную силу, я соскользнул на десять футов, когда он столкнулся со мной, но усиленный сибирской силой, мне не было никакой боли.


Я видел, как глаза Левиафана расширились, и он взмахнул хвостом, чтобы разлететься на остальных. Сибирский был внезапно там, и в этот момент непобедимая сила встретила неподвижный объект.


Сибирский должен был полететь, но одной из ее сил было то, что она игнорировала законы физики. Она схватила его за хвост, и, когда он смог вытащить его, он не смог сдвинуть ее с места.


Если бы на его лице могло быть выражение, это выглядело бы возмутительно. Люди, стоявшие за мной, только что начали двигаться, времена человеческой реакции не могли не отставать от всех скоростей, в которые мы все двигались.


Левиафан посмотрел на меня, и он сразу же понял, что сибирский трогательный я был частью моего иммунитета. Пока сибирский нападал на хвост, она не могла защитить меня. Тот факт, что это было так быстро, никому не сулит ничего хорошего для любого из нас.


Когда он бросился вперед, лазеры Легенды закружились вокруг меня, чтобы ударить его в определенные области, заставив его проскользнуть и продвинуться вперед.


Огромная волна воды скользнула мимо меня, направляясь к Чудесам позади меня. Даже если бы он каким-то образом не смог пройти мимо меня и сибиряков, я ничего не мог сделать, чтобы остановить его водную тень от вспашки через массы защитников позади меня.


Я услышал громкий звук из-за меня; видимо, Александрия навела на меня водяную тень.


Призраки крестоносцев появились вокруг меня, рубясь на него. По-видимому, они, похоже, не наносили никакого ощутимого ущерба. Я бы сам пошел за его глазами, но Сплетница наблюдал за кадром предыдущих боев со мной, и она сказала мне, что не думала, что он видит глазами. Она подозревала, что видит воду. Если это было правдой, то его видение ничего не сделало бы.


Летчики были в воздухе. Мои руки превратились в массивные лезвия, пронзающие его толстую шкуру, даже когда он схватил меня. Я уклонился, но он был немного быстрее, чем я, даже с усилением страха, который я испытывал от ближайшего приюта Губитель.


Его хватка была похожа на тик, сильнее, чем телекинез Силара. Он схватил меня за руку и положил еще одну когтистую руку на мое горло, пытаясь задушить меня, даже когда он пытался оттянуть мою руку. Я не мог дышать, и на мгновение я почувствовал, как мир потемнел вокруг меня.


Я взорвался наружу, ростом в тридцать футов в мгновение ока, и, как и я, я стал в сто раз более долговечным. Сила его хватки была еще интенсивной; Я сомневался, что Менья, возможно, выжил сам по себе, но это была не единственная власть в моем распоряжении. У меня была моя биокинетическая аура, естественная долговечность Лунга и металл под моей кожей, даже если он быстро раздавливался.


Я чувствовал, что моя трахея меняется, но, становясь сильнее. Моя кожа тоже менялась, позволяя мне извлекать из нее кислород, даже не нуждаясь в моем горле.


" ВАШ ЗАВЕРШЕН, МОНСТЕР !" - прошипел я. Я сунул свою лезвию ладонь ему в лицо, и я поднял свое пламя так же горячо, как и пошло.


Я слышал крики тревоги от людей позади меня. Они только начали организовываться. Жара, которую я производил, была такой же горячей, как и солнце, но все, что она делала, заключалось в том, что кожа Левиафана светилась немного, как это было, когда она была поражена лучами Легенды.


К сожалению, вся жара, по-видимому, беспокоила людей, стоящих позади меня, нагревая их и отводя их.


Вода кипела вокруг моих ног и лодыжек, горячий пар поднимался вокруг нас, когда мы с ним внезапно схватились. Мы, должно быть, были похожи на гигантов. Он был все еще сильнее меня, но всякий раз, когда он, казалось, получал преимущество, Сибирский резак у него сзади.


Александрия защищала людей позади меня от тени воды, борясь, несмотря на то, что ее удары должны были проскользнуть через воду, подобно воде.


По крайней мере двадцать Набедров начали стрелять, лучи вспыхивали на коже Левиафана и иногда ударяли меня. Я почувствовал радость, когда мое тело начало меняться, приспосабливаясь как к энергетическим лучам, так и к сильному давлению силы Левиафана.


Я становился сильнее, и я не был уверен, что это были силы Кроулера, или Лунг. К сожалению, чем сильнее я становился сильнее Левиафана, тем лучше. Разве он играл со мной в начале?


Если повезет, я заставлю его пожалеть об этом. Моя сила только продолжала расти, и пока он останавливался, чтобы разрушить город, я был уверен, что моей силы будет достаточно, чтобы быть реальной опасностью для него.


Сибирский был единственным из нас, причиняющим ему какой-либо реальный ущерб. Ее когти действительно врывались в его плоть, в то время как даже сила Легенды, казалось, мало влияла. Мои лопастные руки не изменили ситуацию. Я ничего не делал, кроме того, что я покупал время для остальных.


К сожалению, в затяжной битве он победил. Нам нужно было нанести реальный ущерб или все, что мы здесь делали, было бесполезным.


Мисс Милиция стреляла боеголовками в нас обоих. Казалось, она пыталась получить Левиафана, но она не слишком беспокоилась, если она ударила меня. Некоторые из попаданий пострадали, но каждый раз, когда она взорвала меня, они немного болели. Я приспосабливался, и это не заставит себя долго ждать, пока они меня не затронут.


Девушка с арбалетом выстрелила в Левиафана, и ее болты действительно глубоко погрузились в него. Левиафан оттолкнул меня от моих ног, прежде чем я смог использовать свой телекинизис, чтобы удержать меня на месте, и я почувствовал, как пронзили меня, как будто я был из масла. Вся моя сила ни к чему. Болт пролетел через меня и глубоко погрузился в Левиафана.


Грохот невероятной массы бегущей воды пронесся сквозь мои ноги. Обычно это далеко в борьбе Левиафана убило бы, по крайней мере, двадцать человек, но на самом деле он еще не убил ни одного кейпа.


Это не устоит; Я видел, как приливная волна приближается.


Я сосредоточился, и позади меня появилась железная стена. Это было толще, чем то, что мне удалось в штаб-квартире СКП;Мне не нужно было защищать все здание.


Несмотря на это, я знал, что этого будет недостаточно. Я почувствовал сожаление о потере Новой волны. У них было несколько членов с силовыми щитами, которые могли защитить других. Теперь я не был уверен, что они собираются делать; Я не знал о силах всех загородных островов позади меня.


Вода ударила меня, как ворс. Несмотря на то, что мой рост теперь должен был быть похож на меня с Левиафаном, меня вырвали из его рук, и мне потребовалось некоторое время в воде, чтобы восстановить мою ногу. Он отпрыгнул от меня. Казалось, что вода для него даже не существует, и я полагаю, что это не так, если он был ее хозяином.


Власть Руны восстановила меня, и я левитировал, направляясь к Левиафану, даже когда вода отступила от меня. Я не стал прислушиваться к жертвам, какими бы они ни были. Все, что я чувствовал, это растущее чувство ненависти.


Это был монстр, который испугался поколений, которые разрушили мир, который когда-то был относительно безопасным. Я видел этот ужас на лице моей мамы, на отца, на одноклассников.


Левиафан и его братья и сестры украли надежду у человечества. Как только звезды казались почти доступными, но они заставили нас вернуться на землю, доведя цивилизацию до краха.


Из фотографий, которые я видел, это был только вопрос времени, если что-то не было сделано. Человечество находилось на пути к исчезновению, а Эндрингеры были служанками Скиона.


Он прыгнул на вершину здания, пристально глядя на меня, приседая.


Я был выше, чем был, когда мы начали, теперь немного выше самого Левиафана. Я почувствовал, как у меня перехватило горло.


Левиафан внезапно двинулся, пытаясь уклониться от меня, чтобы добраться до уязвимых людей позади меня. Я мог сказать, что это расстраивалось из-за отсутствия количества тела. Я смог удержать его от продвижения, но я тоже не выигрывал.


Я был сильнее, чем когда-либо, но этого было недостаточно. Чем я сильнее, тем сильнее. Если бы у него не было такой силы, как Лунг, это означало одно: все эти годы он играл с Кейпом. Это было намного сильнее, чем кто-либо догадывался,и единственная причина, по которой я мог думать, что она притворяется слабостью, заключалась в том, чтобы побудить кейпы сражаться и умереть.


Если бы он раскрыл свою истинную силу, человечество просто отказалось бы от любого из своих прибрежных городов, которые были нацелены, а не бросали Капы в бесконечную мясорубку. Вместо этого он делал вид, что был слабее, чем это было так, что у людей была бы надежда. Люди, которые имели надежду, продолжали сражаться, и тем больше, что сражалось с тем, что умерло.


Из-за этого, если бы Энбрингеры держали Триумвират живым? Без них человеческая надежда была бы ушла в прошлое, но, видя, что они сражаются год за годом, не умирая, вероятно, вдохновили Народы сотнями, чтобы рисковать своей жизнью.


Каждый четвертый мертвый был хорошим днем ??в соответствии с легендой. Были ли они целенаправленно отбраковывать нас? Если да, то почему?Были ли парахуманы, которые в значительной степени угрожали их окончательным планам или были просто садистами?


Я бросился к Левиафану, но он скручивался, выйдя за пределы даже моей незначительной скорости. Он двигался, как футболист, избегая схватки с умением грациозной балерины. Я мог только позавидовать такой скорости, хотя я, вероятно, был единственным, кто смог ее оценить, кроме Velocity.


Сибирский моргнул, появляясь прямо перед Левиафаном. Это затормозило его достаточно долго, чтобы я мог схватить его за хвост. Он пытался отбросить меня, но я был больше, чем сейчас, и, хотя он пытался бросить меня в массу испуганных защитников, я смог удержать меня. Я послал лезвия, соскользнувшие со спины моих пятки в землю, опустившись на четыре фута или даже дольше в бетон ниже меня. Это привязало меня к земле и удерживало Левиафана от меня.


Сибирский когтистый вперёд, оставив глубокие зазоры. Люди в толпе взрывали Левиафана всем, что у них было, но ничто из того, что они делали, казалось, не имело никакого значения. Даже Эйдолон, казалось, использовал что-то вроде копии полномочий Легенды. Я видел, как он смотрел на меня с чем-то вроде зависти, и мне было интересно, почему.


Я мог только украсть силы, но у него была каждая сила. Он мог стать любым Технарём, любым Учителем. С такой силой, как он, я не сомневался, что могу изменить мир навсегда. Я делал все возможное, чтобы сделать это с моей собственной силой.


Мои лезвия даже не смогли проникнуть в шкуру Левиафана раньше. Теперь, усиленные силой эскалации Лунга, они, наконец, делали небольшие зазоры. В конце концов, я смогу сделать так, как сибирский,глубокой и, возможно, значимой.


Однако мои похищенные боевые навыки говорили мне что-то тревожное. Ничто из нас, казалось, не вызывало у существ никакой боли. Это было почти так, как будто у него не было жизненно важных органов. Если бы я взял такое избиение, которое принимал, я бы всюду кровоточил, даже когда мои раны изо всех сил пытались исцелить.


Казалось, что это почти не заботило, когда он когтировал сибирский. В каком-то скейпле это напомнило мне о борьбе с самой сибирской. Был ли Левиафан просто проекцией? Если да, то кто-то проектировал ее? Я не мог никого ощущать поблизости, но кто-то, кто мог создать Губитель, должен был быть более мощным, чем член Девяти.


Мне что-то не хватало.


Несмотря на то, что я копал лезвия в хвост, я терял хватку. Каждый раз, когда я становился сильнее, Левиафан сравнивал меня с силой. Было ли это со мной так же, как и с другими?


Левиафан освободился от меня, но сибирский бросился вперед и схватил его за ноги.


Я оставил свои бомбы позже в бою, опасаясь, что наступит момент, когда возникнет необходимость замедлить Левиафана. Он смог адаптироваться с пугающей скоростью. Она перестала беспокоиться о сибирском, вероятно, потому, что выяснила, что она была проекцией, и она поворачивалась, чтобы вырваться на меня.


Я должен был замедлить его; скорость, которую он использовал сейчас, затруднит мне использование сцепления с ней. Сила Крига расцвела во мне, позволив мне увидеть силовые линии, которые окружали все. Я смог поднять кинетическую энергию у Левиафана, но сила была достаточно сильной, и, хотя я бы замедлил кого-либо еще до ползания, он только замедлил Левиафана.


Эта фракция была достаточной, чтобы даже шансы. Я ударил его лицом со всей силой, которую я мог собрать. Хит создал такой звук, как треск грома, и я слышал, как за мной кричали люди.


Казалось, я даже не ударил его. Сейчас я был ростом тридцать пять футов, и мой самый сильный удар едва сбил его.


Он бросился вперёд, и на этот раз это было не так сильно, как песок. Это было не просто немного сильнее, чем я; это было намного сильнее. Он использовал свои мощные руки, чтобы отмахиваться от меня с силой, к которой я не привык. Я не имел дело с кем-то, что намного сильнее, чем я был в течение долгого времени, если вообще когда-либо.


Внезапно мне пришло в голову, что причина, по которой я предполагал это, была проекция, заключалась в том, что я не мог чувствовать свою силу под его кожей, как я мог большинство парахуманов. В отличие от сибиряка, с которым я ничего не чувствовал, хотя с Левиафаном я мог почувствовать слабый намек на что-то, хотя мне казалось, что он находится далеко.


Мне нужно было бы спуститься внутрь, чтобы добраться до этой точки; какова бы ни была его кожа, это блокировало мою силу.


Потеря внимания на битве передо мной не была моей самой умной идеей. Левиафан проскользнул мимо моей защиты и начал хватать меня за горло.


Позади меня кричали люди.


57.


Отбросьте вниз, Frentic вниз, Good Neighbor down, Impel Down, Harsh Mistress.


Я слышал, как голос Дракона повторяется через коммуникаторов других; мой был как-то оторван в середине битвы.


Оторвавшись от хватки Левиафана, я сумел отразить телекинетически, хватаясь за горло, когда я вернулся к солидности. Я подтолкнул ноги к его позвоночнику, даже пытаясь перевернуть его голову. Может быть, это что-то сделает; ничто другое, что я делал, казалось.


Теперь, когда я изменил направление, я увидел, что Левиафан отказался от единственного клона воды, с которым он сражался с Александрией. Вместо этого он создавал десятки меньших клонов для воды, большинство из которых были человеческими. Несмотря на это, они ударяются силой бетона, достаточно, чтобы сломать кости и удалить конечности.


Люди мерцали в нулевое время один за другим, когда клоны вывели их из битвы. Было более сотни клонов, каждый из которых атаковал отдельного героя.


Раньше Левиафан никогда не демонстрировал такого контроля. Это всегда был единственный клон воды и массивные цунами. Никто никогда не видел такого уровня утонченности, такого уровня многозадачности. Всегда предполагалось, что ему не хватает контроля над его гидрокинезом. Самое большее, что он когда-либо делал раньше на небольшом уровне, было создание щита, подобного гейзерам или маленьким волнам. Он никогда раньше ничего подобного не делал.


Все, что мы знали о нем, было неправильным.


Я заставлял его заниматься своей игрой так, что в Александрии не было?


Мистер Эминант, Ой, вниз, Скальдер, Углимуг Даун.


Люди оказались в ловушке, но смертей еще не было. Я почувствовал, что Левиафан напрягся под меня.


Я увидел, как клоун воды набросился на повязку, отрывая ее от руки. Черт.


Он приспосабливался слишком быстро, и я не смог удержать его, а не так. Люди собирались начать умирать, и это будет моей ошибкой. Я должен был создать более тонкое устройство.


Я перевернулся, опустившись на землю перед Левиафаном.


Пригнувшись, я коснулся воды, которая достигла всех лодыжек, и я собрал свою волю.


Через мгновение Левиафан и его клоны исчезли. Оглянувшись позади меня, я увидел, что сотня героев пришли со мной. Только люди, которые были в воздухе, не были доставлены в зеркальную вселенную.


Ни один из этих людей не изменил ситуацию, и я не собирался позволять им отбрасывать свою жизнь без причины.


Я видел, как Оружейник смотрел на меня, вид предательства на его лице, но я не собирался сдвинуться с места. Он был добр ко мне, и он заслуживает того, чтобы жить так же, как и все.


Прежде чем я смог что-то оставить, он ударил меня своим Хэлбердом. Я почувствовал острую боль, когда его клинок прорезал мои доспехи, как будто это было масло. Это было отвратительное предательство, и я почувствовал, что я соблазн убить его.


Лезвия на моих пальцах исказились и изменились, сузившись до молекулярной толщины. Это было блестяще.Как он знал, что многое из-за сил Скаулера меня удивило.


Через мгновение я вернулся.


Александрия и Легенда пытались сразиться с Левиафаном, но тактика, которая в прошлом была успешной, едва ли работала.


Было полдюжины летчиков.


Сибирский исчез в тот момент, когда я был в другой вселенной, но теперь она вернулась. Сила Крига вскочила, и внезапно Левиафан был немного медленнее, достаточно медленным, чтобы я мог нанести хороший удар. Мои когти вырыли, намного дальше, чем раньше, хотя и не так далеко, как сибирские.


Это не имело значения.Я видел, как Александрийский жест отбрасывал летчиков.


Теперь, когда мне не нужно было защищать кого-либо, я мог бы изо всех сил. Я все еще рос, и, когда мы сражались с землей, тряслись под нами. Я чувствовал страх перед людьми в приютах, страх, который поддерживал меня, и добавил к силам, которые я уже выращивал.


Я взломал ногу Левиафана, даже когда сибирский взломал ее спину. Мы использовали ту же тактику, которую использовали волки. Ударьте его с одного направления и, пытаясь защитить себя от этого направления, атакуйте его от другого.


Внезапно вода окружила мое лицо, и я не мог дышать. Я вдохнул воду, и я начал взламывать ее, пытаясь ее изгнать. Это была тактика, которую я боялся, что Левиафан будет использовать с самого начала, и это было частью причины, по которой я решил взять власть Кроулера в первую очередь.


Через мгновение я смог дышать просто отлично. Сила гусеницы пыталась создать жабры, но я наложил вето на это с помощью Bonesaw и моего биокинеза. Вместо этого власть теперь позволяла мне поглощать кислород через мою кожу.


Я загорелся, и вода вокруг меня кипела и сожгла, испарившись, как только она ударила по моей коже перегретым паром.


Чем больше я получаю, тем сильнее у меня. Я чувствовал, как меняется мое лицо, рыло расширяется, весы растут. Хиты, которые сломали бы кости, теперь стали мешать мне гораздо меньше. С ударами силы Феньи меня ударила сотая сила, которую они в противном случае хотели бы. Крюковолк и моя биокинетическая аура дали мне прочность, и Лунг тоже. Моя долговечность росла.


Другая волна, больше, чем другие, начала вокруг нас. Летчики все поднялись выше в воздухе, даже когда я увидел здания, измельченные в лес. Я почувствовал землетрясение под нами.


Борьба была фикцией. Он делал свою настоящую работу под нами одним аспектом своей власти, даже когда он создавал сотни клонов и приливные волны. Насколько мощным был этот монстр?


Мы внезапно оказались под водой, но теперь я был достаточно силен, и это не имело большого значения. Я мог легко дышать.


Когда вода отступила, я понял, что город не может взять гораздо больше. Левиафан больше не мешал сдерживаться. Ему не нужно было подрывать город, хотя это, вероятно, означало, конечно.


Чем глубже я врезался в плоть Левиафана, тем быстрее он восстанавливался. На поверхности было не так много регенерации, но она заметно увеличивалась, когда я копал глубже.


Используя навыки Bonesaw, мой ум мчался. К центру регенерация была бы невероятной, но еще хуже ее плоть, казалось, становилась все более плотной по направлению к центру ее тела. Я смог сделать математику, и это было ужасно; удвоение снова и снова.


Ни один герой не мог прорваться сквозь эту броню. Это был обман. Даже с новыми когтями, которые я прорастал с помощью Оружейник, я не был уверен, что смогу достичь ядра, где бы оно ни было.


Даже если бы я смог пробиваться к центру, не было никакого способа узнать, попал ли я в нужное место; был шанс, что я буду истощаться, даже когда ядро ??находится в кончике хвоста. Ничто из того, что я делал до сих пор, казалось, не имело большого значения.


Я почувствовал боль в спине, и металл в моей спине взорвался. Крылья из серебристого металла взорвались от моей спины, и я внезапно смог летать.


К настоящему времени у меня было почти шестьдесят футов, мои пальцы больше двух футов. Когти на моих пальцах выросли до двора. Левиафан был так же силен, как и я, но он был скользким, и по мере того, как он становился все меньше по сравнению со мной, мне предстояло удержать его.


Он набросился, и я почувствовал плоть на животе, но мое исцеление стало почти таким же быстрым, как и его исцеление. Исцеление легкого было сильным, особенно когда оно обострилось так далеко, но добавив к нему способность Кроулера усилить страх?


Мне нужно было спешить или скоро это было бы так мало, что я не смог бы даже добраться до его центра, где бы он ни находился. Если бы я отпустил власть Феньи, Левиафан меня измучил; мои другие силы по-прежнему не были достаточно сильными, чтобы компенсировать.


Когда Лунг воевал с Левиафаном, я не сомневался, что Левиафан сдерживался. С учетом его могущества он мог бы обмануть Левиафана без всякой мысли, даже как крылатый дракон.


Вода ударила меня силой, подобной бетону, но я проигнорировал ее. Мое тело приспосабливалось, усиливалось с каждым мгновением, адаптация Гуснера увеличивалась силой Страха и эскалацией Лунга.


Где ядро?


Я почувствовал глубокое сожаление. Я должен был красть силы у Мыслителей, как многие из них, как я мог найти. Сосредоточение внимания на Brutes и Strikers не было лучшим из стратегий.


Летчики парили высоко, но у меня слышались крики и легкие, усиленные ветрами. Я услышал голос, доносящийся через коммуникатор на руку Александрии.


Холод прошел по моему позвоночнику.


"Это в центре сундука", - раздался голос Силара над громкоговорителем.


Я сомневался, что кто-то из героев в воздухе слышал голос Силара раньше, но это было невозможно. У кого-то не было достаточно регенерации, чтобы справиться с черепно-мозговой травмой, которая была тяжелой.


"Кто-то выпустил меня, - сказал он. "Но это то, что я должен сделать, чтобы возместить это. Моя сила позволяет мне понять вещи, и эта вещь - марионетка. Любой урон, который вы делаете с ним, является иллюзией. Только ядро ??реально, и оно находится в центре сундука.


Я почувствовал ярость в груди. Он убил кейповла, убил Девочку Славы и всю семью Панацеи. Он убил по меньшей мере двадцать человек в любом мире, из которого он пришел, и кто-то намеренно позволил ему освободиться?


"Спроси себя, какая большая угроза. Мне больше не нужно убивать, но то, что вы боретесь, ни для чего другого. Даже когда я был в худшем положении, я убил только людей. Эта вещь убивает города. Если вы не закончите это, человеческая цивилизация закончится.


Голос Силара шел только через коммуникатор Александрии. Меня беспокоило то, что она не выглядела особенно удивленной или смущенной.


Дракон никогда бы не разрешил кому-то несанкционированный доступ к сети. Это означало, что тот, кто выпустил Силару, имел право отменить свое влияние. Только кто-то с официальными правительственными полномочиями мог это сделать.


Тем не менее, я убил его один раз, и я снова мог это сделать. Я имел дело с тем, кто его выпустил позже.


В следующий раз я бы удостоверился, что ему нечего лечить.


Левиафан начал борется на моих руках; очевидно, что бы он ни использовал вместо слуха, дал понять, что я знаю.


Он царапал мои бедра, но я вытащил несколько бомб из моего кармана и, когда я отпрыгнул от него, я их бросил.


Сила цирка включала способность бросать вещи с сверхъестественной точностью, поэтому Левиафан внезапно оказался с оружием и ногами, заключенными в поля нулевого времени.


Сибирский внезапно оказался перед ним, ударившись в центр груди.


Я тоже удалился, нанотрубные когти изо всех сил старались срезать плоть в груди. Обычно двое из нас, цепляясь за одно и то же место, попадали бы друг в друга, но сибирский был такой же частью меня, как и моя собственная рука. Мы работали мрачно, вырываясь на чудовище, которое сделало человеческую жизнь таким ужасом.


Левиафан потянулся, и нога сошла. Это не должно было быть возможно, но через мгновение его другая нога появилась бесплатно.


Это действительно была марионетка; Я сомневаюсь, что на самом деле он почувствовал какую-то боль, несмотря на то, что он притворялся во время предыдущих битв в Губитель.


Я продолжал копать. Сибирский был фактически более эффективным, чем я, даже с лезвиями наноторнов на моих пальцах. Это становилось экспоненциально сложнее, хотя я продолжал расти. Я был теперь ростом в семьдесят футов, размером с здание.


Здания рушились по обе стороны от меня, когда я махал крыльями против них. Теперь я был сильнее Александрии, сила умножалась силой, эскалация лёгкости усиливалась из-за страха, увеличенного по размеру Феньи.


Несмотря на то, что интерьер Левиафана становился все сложнее, чем я становился сильнее. Это было похоже на то, что я двигался через тяжелую грязь, и я почувствовал, как один из моих ногтей щелкнул, только чтобы отраститься почти сразу. Однако Сибирский продолжал преследовать его.


Вопреки физике Левиафану удалось сразу же снять оба оружия.


Вода внезапно окружила нас, и когда он отступил, у Левиафана образовались конечности воды. Он отпрыгнул от меня, и я знал, что, если я на мгновение отпущу его, его возрождение изменит все, что мне удалось добиться.


Было только одно, что я мог сделать.


Сила Крига потянулась, поглощая кинетическую энергию. Раньше этого было достаточно, чтобы немного замедлить Левиафана, но теперь между силой эскалации и страхом было намного мощнее.


Должно быть, он чувствовал, что двигался через грязь к Левиафану. Он достаточно замедлил, что у меня не было проблем с ним.


Если бы мои когти были недостаточно сильными, чтобы достичь его ядро, тогда я должен был сделать что-то еще.


Я позади него, и я схватил его, держа его неподвижно. Вода распылила меня в лицо, заслоняя мое зрение, но через мгновение на моих глазах образовались специальные линзы, и мне больше не приходилось видеть, несмотря на это.


Сибирский копался, рвал и царапал.


Тело Левиафана становилось все плотнее, чем дальше, чем все происходило, увеличиваясь экспоненциально более жестким. Физика подразумевала, что это означало, что ничего, кроме силы, достаточной для уничтожения всей планеты, не может достичь центра.


К счастью, сибирский проигнорировал физику.


Несмотря на это, он медленно двигался поближе к центру. Вода снова и снова поднималась вокруг меня, приливная волна после приливной волны.


Теперь мое слушание было усилено за пределами того, что я когда-либо испытывал. Теперь я мог слышать все за десятки миль. Я слышал звуки ржавчины из приютов Губительа, звуки детей, плачущих и их родителей, связывающих их, чтобы замарать их. Я слышал гоночные биения людей, которые не были уверены, что они собираются увидеть на следующий день.


Я слышал звук стремительной воды.


Он шел.Приливная волна, которая была за пределами Земли, когда-либо видела. Самая большая естественная приливная волна в истории человечества составляла более 17 тыс. Футов. Это было чем-то, что затмевало это, стену воды, которая не просто уничтожила бы Броктон-Бей, а уничтожила бы Бостон и большую часть восточного побережья.


Левиафан скривил голову и уставился на меня со сложным взглядом. Это было очевидно. Пусть он уйдет, или он убьет миллионы людей. Я был бы ответственен за больше смертей, чем кто-либо в недавней истории человечества.


Это был выбор дурака. Я видел будущее, и Левиафан был одним из Всадников апокалипсиса. Конец света был бы принесен им и его братьями и сестрами. Это был мой последний, лучший шанс закончить его. Если бы я отпустил это, не было никакой гарантии, что у меня когда-нибудь будет шанс снова сразиться с ней.


Левиафан, освобожденный от необходимости играть с человечеством, просто бил бы по берегам, разрушая город за городом от безопасности океана. У нас никогда не было бы шанса на бой, поскольку он уничтожил большую часть человечества.


Учитывая, что почти сорок процентов американцев жили на побережье, а многие другие страны имели аналогичные цифры, он мог бы убить сотни миллионов.


Могу ли я рискнуть смертью всех, кого я когда-либо знал, каждого ребенка в школе, всех моих соседей? Приюты Губитель не были предназначены для такого рода власти; вода заполнила бы их, и все люди внутри утонули бы в темноте.


На мгновение я колебался.


Моя хватка немного ослабела. Несмотря на то, что у Левиафана не было рта, похоже, что он ухмылялся мне.


Ярость наполнила меня. Он думал, что человечество является его игрушкой. Я бы научил его другим.


Затянув мою хватку, я снова приказал сибирскому рытью. Я должен был достичь ядра, прежде чем вода дошла до нас. Я мог видеть это сейчас на горизонте, стена воды высотой три четверти мили. Как только это ударит, в Броктон-Бэй не останется ничего. Я даже не был уверен, что некоторые летчики могут летать так высоко.


Через мгновение сибирский застыл, когда он что-то ударил. Я почувствовал, что моя связь с ним разрушилась, и шок от этого был достаточно, чтобы мой взгляд на зеркальную вселенную рухнул.


Внезапно вокруг меня стояло сто пятьдесят человек, которые смотрели на стену воды, которая тянулась к нам, как к концу света.


Обняв Левиафана, я потянулся к груди. Было больно; Мне казалось, что кожа на моей руке сбрасывается.


Он боролся, но я был сильнее, чем сейчас, и ничего не могло сделать.


Там.


Я нашел ядро, и я начал его истощать. Это была не какая-то сила, о которой я когда-либо чувствовал. Все наборы, которые я собирал раньше, были похожи на капли дождя, в то время как это был бушующий океан власти. Это было потрясающе, поток такой силы, что я чувствовал, что я тонул.


Все замерзли, глядя на меня, теперь на девяносто футов, затмевая Левиафана. Люди вокруг меня выглядели так, как будто они были ростом в четыре дюйма, но я мог видеть их выражения.


Я тоже ощущал в них воду.


Внезапно я почувствовал все. Вода была повсюду во всех живых существах, в воздухе, в море.


Я почувствовал, как Левиафан рухнул в пыль.


Стена воды была почти на нас. Я повернулся и жестом, и даже с огромной силой Левиафана это все, что я мог сделать, чтобы остановить его.


Вода замерла там, где была, стенка воды, как никто никогда не видел. Через мгновение он начал отступать.


Я застыла, когда почувствовала внезапную боль в центре груди. Мое тело начало рушиться вокруг меня, когда я потерял контакт со своей собственной плотью.


Во мне что-то формировалось, ядро, которое было сущностью настоящего. Это было болезненно, но приятно одновременно.


Когда мое тело упало вокруг меня, куски отброшенного мяса, которые больше не нужны, я начал создавать свое новое тело.


Время, казалось, потеряло всякий скейпл, но когда я впервые открыл свои новые глаза, люди все еще стояли там, где были, когда я их последний раз видел.


Я стоял ню перед ними, а не как месть, а как Тейлор Хеберт. У меня было смутное чувство, что это меня беспокоило бы однажды, но я не мог вспомнить, почему.


Эйдолон летал неподалеку, открытый рот.


Я чувствовал, как его сила тянет меня. Теперь у меня была цель в жизни; Я должен был продвигать конфликт, чтобы обеспечить хорошую борьбу. Я был воплощением смерти, и я бы выполнил эту цель.


58.


"Что случилось?" Спросил Деннис.


Однажды он напал на клон воды, который был его размером. Он принимал все, что мог, чтобы бросить время запертые кусочки бумаги перед собой, чтобы использовать в качестве щита, и он видел, как окружающие его люди бросались в застой, который был похож на то, что он мог делать с собственной силой, но каким-то образом другой.


В следующий момент они исчезли. Левиафан и вода полностью исчезли.


Только Месть оставалась такой же большой, как любой Энбрингер, и смотрела на них с непостижимым взглядом. Внезапно на него набросился армейстер, и Деннис задумался, не обернулся ли Месть. Чудовище застыло, и на мгновение казалось, что он собирается атаковать, но затем он повернул голову и исчез, как будто этого никогда не было.


"Что происходит?" Спросил Вистас из-за него. "Куда пошел Левиафан?"


Левиафан.Деннис пытался не думать о нем. Чудовище было гораздо страшнее, чем он себе представлял. Это было невероятно быстро, достаточно, чтобы у него были проблемы даже после его движений. Месть была столь же быстрой, хотя.


Если ему приходилось сталкиваться с любым из них, он никогда не смог бы вовремя бросить щит.


"Отмщение выбрало нас из-за вреда в другом измерении", - крикнул Оружейник. "Дракон не сможет общаться с нами отсюда, поэтому нам нужно оставаться вместе".


"Он просто вывел нас из боя, даже не спросив?" - недоверчиво спросил герой.


"Предположительно, он решил сохранить нашу жизнь, а не тратить их бесполезно", - сказал Оружейник. "По-видимому, Левиафан был сильнее, чем мы когда-либо представляли".


Деннис молча смотрел на Виста. Если бы он знал, что Левиафан будет таким могущественным, он никогда бы не решил сражаться; он был бесполезен против кого-то слишком быстро, чтобы его когда-либо касались. Возможно, он мог поддерживать поддержку, замораживая людей до тех пор, пока их не доставят целителю, но усовершенствования повязки Gamble сделали даже это устаревшим.


"Нам нужно остаться вместе", - крикнул Оружейник. "Заблудиться здесь, вероятно, не очень хорошая идея". "


Это было не то, за что я подписался", - сказал один из надувных, которых Деннис не признал.


"Насколько я понимаю, эта карманная вселенная создана, а не существовала раньше; поэтому он выглядит точно так же, как и наши собственные минуты назад ", - сказал Оружейник. "Либо отмщение отпустит нас, когда все закончится, либо она упадет, и в этом случае вселенная рухнет вокруг нас, и нам нужно будет быть готовым".


"Любой, кто нуждается в исцелении здесь, - крикнул Панацея. Ее сестра защищала ее.


Ни один из них не должен был быть здесь, но Деннис был рад, что они были.


Прошло пять минут, и Панацея исцеляла столько людей, сколько могла, а все остальные говорили в низком, мрачном тоне. Те, кто был в боях против Левиафана, казались самыми взволнованными. По-видимому, он никогда раньше не был таким, никогда не проявлял такой силы.


Когда это случилось, Деннис собирался поговорить с девушкой-славой.


Мир разрушился вокруг них. Это было болезненно, и ему казалось, что его кожа снимается, хотя в этом нет ничего плохого.


Внезапно шел дождь, и они снова стояли в воде.


Деннис услышал крики, и он поднял глаза и застыл. Гигантский месть, размер здания боролся с Левиафаном.


Больше криков заставил его повернуться, и он почувствовал, как его ноги ослабевают. Стена воды, приходящая к ним, была похожа на конец света. Кто-то крикнул Страйдеру, но, по-видимому, он был одним из тех, кто раньше был помещен в застой из-за ран.


Все они были мертвы.По скорости приближалась волна, Деннис даже не был уверен, что скорость может ускользнуть вовремя. Он думал, что у них будет первая атака Губитель в истории, чтобы быть свободным от несчастных случаев. Вместо этого они были бы еще одной сноской в ??истории.


Вздохнул, и он повернулся.


Тело Левиафана разваливалось, рушилось, как будто оно было сделано из глины. Месть стояла, сгорбившись, и сибирской нигде не было видно.


Через мгновение Месть подняла голову. Его глаза теперь светились тем же цветом зеленого Левиафана. Он поднял одну руку, и раздался долгий грохот, который Деннис почувствовал в своих ногах глубоко в его костях.


Оглянувшись на побережье, он увидел, что воды просто замерзают, прежде чем двигаться назад.


Тогда тело Мстительности начало рушиться, как было у Левиафана, за исключением того, что оставшиеся части были дымящимися кучами мяса.


Был ослепительный свет, а потом была девушка.


Тейлор Хеберт.


Деннис моргнул. Ему сказали, что она, скорее всего, подозревается в отмщении, но он никогда в это не верил. Теперь, увидев ее обнаженной, он не был уверен, что он видит.


Она открыла глаза, которые были зеленым от Левиафана, и через мгновение она была среди них.


Хотя она была не больше, чем высокая девушка, она ударила, как Левиафан, ломая кости и конечности, куда бы она ни отправилась. Люди были окружены цветами стазиса быстрее, чем они могли даже защитить себя.


В течение минуты тридцать героев были опущены. Это было ужасно. Она двигалась так быстро, что она была просто размытой, быстрее, чем Velocity когда-либо двигалась. Деннис не мог даже быстро придвинуть голову, чтобы посмотреть, что происходит. Все остальные просто понимали, что происходит, когда Александрия ударила Хеберта в сторону.


Вместо того, чтобы лететь, как она должна была, она просто остановилась, откинулась назад от удара, но едва поэтапно. Она отшатнулась от Александрии, которая полетела над горизонтом. Когда она отошла, Деннис увидел, что дыры остались на тротуаре, где длинные металлические шипы были загнаны в землю, чтобы закрепить ее.


Легенда взорвала ее, но в то время как лучи вздымали кожу, и она сожгла его, он исцелился почти так же быстро, как и его удар, гораздо быстрее, чем вспышка Левиафана.


Эйдолон просто замерз, глядя на нее. Он больше не был самым могущественным кейпом на планете, что теперь было очевидно для всех. Тейлор Эбер был , бесспорно , что, если ее тайна личности не было, это было маловероятно , что кто - то будет достаточно глуп , чтобы попытаться использовать его против кого - то с силой в Губитель.


Голос раздался из повязки Дениса, которую он не узнал.


"Тейлор, это я, пап, - сказал голос. "У меня есть женщина, которая говорит, что мне нужно поговорить с тобой. Она говорит, что больше не может тебя читать, но что она может читать меня, и это лучший результат для всех нас."


Монстр, который был Тейлор Хеберт, застыл от голоса ее отца.


"Ты все еще ты", - сказал ее отец. "Тебе не обязательно это делать.Ты не бесскейпленный монстр.


Герои вокруг Денниса застыли, наблюдая за ней осторожно. Один герой поднял руку, как будто она взорвала ее сзади, а кто-то другой схватил его за руку, чтобы остановить его.


"Ты хотел стать героем", - сказал ее отец. "Спасти мир. Вы хотели сделать людей счастливыми и не бояться. Дело в том, что вам никогда не приходилось быть героем для меня. Ты всегда был светом моего мира.


Она перестала двигаться, и это было чем-то благодарным Деннисом. Каждый раз, когда ее отец продолжал говорить, ему было еще дольше жить.


Он медленно указал на Vista; с ее полномочиями было возможно, что они смогут транспортировать несколько людей далеко, хотя, учитывая ее скорость, было возможно, что не было никакого расстояния, на котором они могли бы идти туда, где она не могла следовать.


Голова Тейлора щелкнула в его направлении, двигаясь так быстро, что почти выглядела так, как будто она телепортировалась. Деннис серьезно подумал о том, чтобы замерзнуть, но это было бы трусливо. По-прежнему стоит рассмотреть Vista.


Вместо этого он замер и внимательно посмотрел вниз. Собаки считали, что смотреть им в глаза бросают вызов, и, хотя Тейлор не был собакой, глядя на ее наготу, вероятно, не выиграл бы ее.


Он задавался вопросом, почему он не был более поэтапным ее наготой. Возможно, это потому, что она не проявила никакого стыда или, может быть, потому, что она больше не казалась человеку. Она была больше похожа на одну из этих греческих статуй, кроме ... цветной.


"Вы здесь не для этого, - продолжал ее отец. "Ты здесь, чтобы спасти всех. Не обижайте людей, которые здесь, чтобы помочь всем ".


Александрия вернулась, но она не напала.


Тейлор просто стоял, глядя на всех, как будто она никого не узнала. Через мгновение раздался дрожь, которая, казалось, повредила все ее тело.


"Что?" Спросила она, ее голос звучал так, будто это было немного хриплым от изъятия.


"Тейлор, я люблю тебя", - все еще говорил ее папа.


Деннис подумал, может ли он даже услышать, что здесь происходит, или если он просто транслирует, надеясь изменить ситуацию.


Она оглядела пятьдесят человек, оказавшихся в застое.


"Мы победили?" - спросила она.


Люди вокруг Денниса смотрели на нее на мгновение, прежде чем все начали расслабляться.


Через мгновение она посмотрела на себя и вскрикнула. Видимо, она только теперь понимала, что она голая.


Она сморщилась от существования, по-видимому, обратно в эту зеркальную вселенную, чтобы переодеться.


"Мы кого-то потеряли?" - спросил Деннис, обращаясь к Виста.


"Я так не думаю", - сказала Виста.


Если бы это было правдой, то с гуманитарными науками впервые столкнулись бы с Губитель, которые не привели бы к одному человеческому несчастному случаю.


************


"Как мы с ней будем иметь дело?" - спросил Тагг.


Деннис сидел в конференц-зале в гостинице; Штаб-квартира Rig и СКП были в значительной степени разрушены различными цунами и нуждаются в обширной реконструкции. Они были временно размещены в отеле, который был самым удаленным на суше, и по крайней мере не повредил верхние этажи.


"Мы мало что можем сделать, - сказал Сплетница. "Теперь она более могущественна, чем Левиафан, и силы, которые синергируют с ним. Попытка угрожать ее отцу приведет к немедленному возмездию, и, откровенно говоря, она может нанести нам больше урона, чем мы с ней можем.


- У нее есть возможность, - сказал Армсмейстер. "Левиафан - самый слабый из Губителей, но она может быть бесценной в борьбе с остальными".


"Не Симург, - сказал Тэгг. Он вздрогнул."Если она должна схватить Хеберт, это будет конец всего".


Все кивнули, выглядя немного больным. Обычные жертвы Симурга были достаточно плохими; была причина, по которой они обычно были помещены в карантин. Они вызвали разбросанную рябь безумия, куда бы они ни пошли, действуя как тикающие бомбы замедленного действия и ужасно влияющие на других.


Тейлор Хеберт был бы буквальной ядерной бомбой, не только из-за силы Левиафана.


"Меня немного беспокоит реакция других Губителей, - сказал Дракон. "Спутниковые снимки показывают, что траектория полета Симурга стала неустойчивой и взволнованной. Возможно, мы получим какое-то возмездие за убийство одного из них ".


"Может быть, нам стоит позади, вместо того, чтобы думать, как управлять ею, как угрозой, - сказала мисс Милиция. "Каждое указание состоит в том, что Тейлор хочет быть героем.


"Она сильно ранила тридцать героев, - сказал Тэгг. "За меньшее время, чем мне понадобилось бы пройти через эту комнату". "


Если бы она хотела, чтобы они были мертвы, она могла бы оторвать свои повязки", - сказала мисс Милиция. "Поручи, которые она сама создала". "


Это первый раз, когда мы когда-либо выигрывали у Губитель", - сказал Оружейник.


"Что происходит, когда она истощает Бегемота?" - спросил Тагг. "Кто сможет остановить ее тогда?"


"Может быть, мы должны просто дать ей то, что она хочет", - сказал Деннис, удивляя всех.


"И что она хочет?" Спросил Тэгг.


"Быть ??героем", - сказал Оружейник. "Это означает, что мы обращаемся к публике таким образом. Пока она думает, что все ее боготворят, она, вероятно, будет вести себя так, как все ожидают. "


Герой, обладающий могуществом Губитель, был бы невероятным.


"Как вы думаете, она будет расстроена из-за Интернета?" Спросила Виста тихим голосом.


"Что?" Спросил Тагг.


"Кто-то сумел снять весь бой и поместить его в Интернет, включая ту часть, где она голая".


"Она несовершеннолетняя!" - сказал Тагг. "Включение этого онлайн-преступления является уголовным преступлением. У нас есть какие-то идеи, кто это сделал? "


" Они размыли ее кусочки, - сказал Деннис. "Наверное, по этой причине. Главное, чтобы не смущать ее, главное, что это означает, что ее личность раскрывается всему миру ".


"Положите столько ресурсов, чтобы выяснить, кто сделал это, как вы можете безопасно, не причиняя вреда другим операциям", - сказал Тагг. Он колебался, оглядываясь по гостиничному номеру, из которого они работали. "С другой стороны, было бы лучше делегировать компьютерную часть этого в Бостон. Я сам сделаю это. -


Как вы думаете, кто-нибудь был бы сумасшедшим, чтобы использовать его против нее? - спросил Тагг.


"Мы не знаем, как Fallen отреагирует, - признался Оружейник. "Они поклоняются Энбрингерсу, и они могут убить ее как оскорбление. Или они могут принять ее как новое воплощение Конечного и начать поклоняться ей ".


"Ее отец, по-видимому, будет лучшим рычагом, который у нас есть против нее", - сказал Тэгг. При внезапном недружественном взгляде каждого он поднял руку. "Он смог отвести ее назад от грани любой психической нестабильности, которую она испытывала. Я не предлагаю надавить на него, просто используя его, чтобы убедить ее принять гуманные действия.


- Мы должны будем защитить его, - сказал Оружейник. "Я подозреваю, что она не отреагировала бы хорошо, если Fallen захватит его или убьет его".


Тэгг трезво кивнул. "Я уже назначил членов СКП на Гавайях, чтобы защитить его тайно".


"Я не уверен, что есть какой-то способ предсказать, что она будет делать", - сказал Сплетница. "Даже с моими способностями это будет сложно. По-видимому, есть какой-то умственный эффект, когда она принимает определенные полномочия. Это делает создание поведенческой модели намного сложнее, чем вы думаете. Хуже того, теперь у нее такой же иммунитет, как и предчувствие того, что делают остальные его Энбрингеры. -


Даже если наши проблемы с ней решены, это не поможет нам с нашей другой проблемой, - сказал Тагг. "Как помочь городу восстановиться, когда у нас даже нет штаба для работы". "


Невозможно провести перепись, а не с нарушениями власти, продовольствия и безопасности", - говорит Оружейник."Но у Дракона есть дроны в небе, и если трафик - это какой-то признак, мы в настоящее время до четверти нашего предыдущего населения".


"Это девяносто тысяч человек, полагая, что это точно", сказал Velocity. "Но это может быть не так. У многих людей были автомобили, которые были разрушены или вымыты в море, а пешеходная дорожка не соответствует нормальным стандартам, потому что, куда люди пойдут? Ни один бизнес не открыт, поэтому большинство людей, скорее всего, останутся дома "."


Таким образом, мы можем смотреть на целых сто пятьдесят тысяч человек ", - сказал Тэгг. "Правительства отказались от нападений на Губитель в городах раньше, а не только на тех, кого атаковал Симург".


"По крайней мере, нам не придется мириться с мемориалом", - сказал Штурм. "Были потеряны некоторые люди, которые не добрались до приюта Губитель вовремя, включая некоторых людей в доме престарелых, но в целом от нападения погибло всего несколько десятков человек. Мы заранее потеряли больше людей в эвакуации."


Батарея стояла, глядя в окно.


"Я не думаю, что Герберт разрешит это", - сказала она.


"Что?" Спросил Тагг.


Она махнула рукой.


Отель был высоко расположен на вершине холма с видом на город; это была одна из структур, которые были наименее повреждены из-за ее высоты, и именно поэтому она была выбрана.


В руинах района Доков поднималась башня. Он был похож на тот, который был поставлен перед больницей, хотя этому не хватало красоты или художественной привлекательности.


"Она использует песок со дна залива, - пробормотал Оружейник. "Я подозреваю, что, если мы сможем получить команды с электрическими навыками, по крайней мере некоторые из наших проблем с властью будут решены по крайней мере в течение дня".


"Центральная власть не будет иметь никакого значения, если все линии передачи исчезнут", Kid Победа не согласилась. "И даже если мы вернем власть, будет ли иметь значение, если разрушены дома людей?"


"Три четверти домов в городе остаются стоящими", - сказала мисс Милиция. "В различных состояниях небрежности. Мы должны что-то сделать, чтобы восстановить город, или она будет. -


Ей даже не придется пытаться это передать, - сказал Тагг. "Люди стекаются к тем, кто способен обеспечить пищу или иллюзию безопасности".


"Кто говорит, что это должна быть иллюзия?" - спросил Деннис. Он не мог оторвать глаз от структуры снаружи.


"Она не может быть везде. На земле будут сапоги, чтобы люди не могли пить друг у друга. Есть бывшие члены банды, которые не будут думать о том, чтобы собирать или даже нажимать на грузовые автомобили, чтобы они могли монополизировать распределение продовольствия ".


"У них нет насадок, - сказал Тагг. "Это означает, что мы можем принять их, полагая, что мы получаем достаточно ресурсов. Тот факт, что наш новый союзник Губитель, кажется, считает, что это важно, должен хорошо сыграть в Вашингтоне.


- Где вы позволите сидеть восемьсот фунтов? - тихо спросил Деннис.


"Куда бы она ни хотела", сказала Виста рядом с ним.


59.


Я чувствовал, как они шепчут мне в глубине души.


Это была не только она, хотя она была главным среди них. Это были все, особенно шпалы. Было время, когда я был бы в ужасе, узнав, что вместо двух других Губителей было почти двадцать.


Тот факт, что мы все командовали, чтобы обеспечить конфликт для Эйдолона всех людей, поразило мой разум. Я мог бы сопротивляться его влиянию, если бы едва держал себя занятым. Перемещение в зеркальную вселенную дало сладкое облегчение от всего этого, но я не мог оставаться там навсегда.


Тот факт, что мне больше не нужно было спать, означало, что время в зеркальной вселенной сокрушало меня от скуки. Это было не так, как если бы я мог позволить себе сидеть сложа руки с книгой.


Симург в моих кейплях шептал угрозы. Видимо, она обижалась на то, что я убил ее брата. Я не думал, что она была в состоянии свести меня с ума с этого расстояния, хотя я не собирался делиться с кем-либо еще; в то время как мне больше не приходилось беспокоиться о физических атаках со всего мира, я подозревал, что все еще могу быть освоен.


Протекторат не стал бы мешать держать меня как Освобожденного раба. Даже если им это почему-то не удавалось из-за аспекта физиологии Губитель, я еще не обнаружил, что сама борьба уничтожит больше людей, которых мне нужно будет победить Scion.


В конечном счете мне нужен был план, и неудачная часть заключалась в том, что я в глубине души знал, что мне нужно делать. Левиафан был мощным в человеческом масштабе, но по сравнению с Бегемотом, а другие - маленьким мальчиком.


Мне нужны были силы других Губителей, может быть, все они, если бы я попытался атаковать Сквиона. Хуже того, сила Левиафана повлияла на меня мысленно, так как я еще не был полностью уверен. Это было бы только нарастающим итогом, поскольку я украл все больше и больше сил.


Другой вариант - взять власть Эйдолона; он каким-то образом овладел Губитель, а это означало, что он имел власть сделать это снова, на этот раз для сил добра. Он вскоре исчез после битвы, хотя, возможно, еще до того, как я восстановил контроль над собой. Кто-то помогал ему, и я не был уверен, почему.


Либо они знали, что он делает, либо попустительствовали, или они не прекращали мир и не прекращали мир без всякой некомпетентности. В любом случае мне нужно было найти его и закончить, пока новые Энбрингеры не начнут просыпаться.


Получение его могущества позволило мне контролировать других, хотя я не был уверен. Я не был уверен, что Эйдолон даже знал, что он делает.


Мне нужна была Власть Власти, возможно, больше одного, и мне нужно было подготовить мой город к тому, что могло бы прийти. Возможно, Симург мог прийти за Броктон-Бей из-за меня, и мне не нравились мои шансы против нее.


Я был быстрее, чем она была на суше, но она могла летать быстрее, чем любой из моих силовых установок. Более того, ее предвидение было совершенным. Если Левиафан был каким-то признаком, все Энбрингеры притворялись слабее, чем они, а это означало, что она, вероятно, не должна была позволять себе кого-либо ударять, если она этого не хочет.


Еще важнее было ее умение перекручивать умы. Я не был уверен, что у меня есть какая-то естественная защита против него, и без шляпы я мог бы победить против нее и стать намного хуже, чем Левиафан или Симург.


Завершая мою третью башню в равных точках по всему городу, я начал работать над своим следующим проектом "Солнечные дороги". Каждая дорога была сделана из стекла и других веществ, которые я присваивал с местных фабрик, многие из которых даже не имели персонала для охраны материалов.


Хотя солнечные дороги не были лучшей идеей генерации энергии, они отлично работали бы для передачи мощности, а это означало бы, что расстояние до какого-либо конкретного силового трансформатора будет близко. Я уже убирал улицы с нежной мойкой воды, которая не вошла в какие-либо дома.


Никто еще не видел подходящего, чтобы попытаться поговорить со мной, понятным после того, что я сделал. Однако я слышал, как люди по всему городу спокойно сидели в своих домах, и из нескольких радиостанций, которые работали, я слышал, что люди празднуют по всему миру.


Это было более подавлено в Броктон-Бэй, потому что большая часть города была разрушена и, вероятно, потому, что я был здесь. Люди немного боялись меня, и, к сожалению, я не был полностью уверен, что они были неправы.


Получение мобильного телефона от агента СКП было странно легким. Он заверил меня, что это не прослушивается, и я этому поверил.


Когда я начал плыть по городу, покрывая сверкающий черный цвет поверх существующего тротуара, я взял телеканал, и я набрал номер.


"Привет?" - услышал я голос подозрительно.


"Пришло время вернуться", - коротко сказал я. "У нас есть работа".


"Босс!" - сказал Лит. "Это босс!"


Я слышал, как Убер прошел через телефон, который, видимо, переключился на динамик.


"Вы все, о ком говорили все, - сказал Лит. "Ты на самом деле врезался в Интернет".


"Что?" - спросил я.


"Есть видео о битве, - сказал Леет, - мне жаль, что это не мы, но, видимо, эти люди работают в CNN, которые выяснили, как работать беспилотные летательные аппараты из убежища Губитель. Они должны были подгонять его заранее; эти вещи практически являются клетками Фарадея ".


"Они получили последнюю часть?" - тихо спросил я.


Лейт, должно быть, слышал что-то в моем голосе, потому что он начал заикаться.


"Они размыли все, что вы не увидели бы на бикини", сказал Убер, взяв верх. "Что с тобой было несовершеннолетним и всем. Возможно, они боялись, что вы уничтожите их сеть, если они зашли слишком далеко ".


Вот почему все были так покорены здесь. Они видели, как я атакую ??героев, по крайней мере тех, у кого были рабочие сотовые телефоны. Я не был уверен, насколько хорош прием в большей части города; телефон СКП, который я использовал сейчас, был спутниковым телефоном.


"Они были бы правы", - сказал я. Я колебался. "Что большинство людей говорят обо мне?"


"Многие из них вас боятся, - сказал Лит. "Но большинство людей надеются. Если Левиафан ушел, это означает, что доставка может начать снова. Это многое сделает для мировой экономики; это будет означать работу для многих людей ".


"Сейчас я собираюсь работать с СКП", - сказал я. Я сделал паузу. "Или, скорее, они будут работать со мной. Я хочу, чтобы вы вернулись, и я сделаю вас законными.


"Мы хотим за много преступлений, - нерешительно сказал Леет. "Это великое воровство в одиночестве ..."


"Это было не круто, и нам нужно будет поговорить о уважении к женщинам", - сказал я. "Но вы действительно думаете, что они не дадут вам полного прощения, если я попрошу об этом".


"Нет ...?" Спросил Ли.


"Им она нужна, чувак, - сказал Убер. "Они позволили Теневому Сталкеру, и она не была даже такой ценной. Как вы думаете, что они будут делать с Губитель со всеми видами других сил?


"Верно", сказал Ли. "Мы вернемся через три дня. На корабль больше работы, чем мы думали, и не все это может быть отремонтировано в море. Завтра мы выйдем из сухих доков.


"Сделайте корабль респектабельным и получите поддельный реестр. Я убираю бухту, и когда я закончу, не будет никаких заброшенных кораблей ".


"Нет?" Спросил Ли. "Что ты с ними сделаешь?"


"Вырвите все, что кажется полезным, а затем превратите их в коралловые среды обитания в океане".


"Разве кораллы растут так далеко на север?" Спросил он осторожно.


"Не уверен, но рыба, вероятно, понравится", - сказал я. "Мы могли бы снова начать рыбную промышленность".


Одно из преимуществ правления Левиафана заключалось в том, что после десятилетий людей, которые в основном избегали воды, рыболовство в основном заселялось. Дельфины, киты и другие существа, находящиеся под угрозой исчезновения на Земле Алеф, в основном вернулись сюда.


Надеюсь, это была одна тенденция, которую я бы не отказался.


Долгое время это не было проблемой. Рыболовные флоты большинства стран были основаны вслед за Левиафаном. Мало время рыбалки было возобновлено, но крупномасштабная рыбалка никогда не возобновлялась.


Некоторые из них опасались, что места, где собралось большое количество лодок, станут лучшими целями для Левиафана. Никогда не было никаких доказательств этого, но как только эта идея распространилась, люди не хотели ее отпускать.


Стоимость свежей рыбы выдержала это.


Я вдруг понял, что мне больше не нужно есть, если я этого не хочу, хотя мог бы, если бы сделал определенные коррективы в своей физиологии. У Левиафана даже не было рта. Еда не поддержала бы меня, но я, конечно, мог бы попробовать ее, если захочу. Моя новая форма ответила на мой биокинез с легкостью, которую мой старый никогда не имел.


"Спасибо, ребята, - тихо сказал я. "Спасибо, что не странно относитесь к делу Губитель".


"Только представьте, какие взгляды мы получим, если мы соберем вас, - радостно сказал Лит. "Мы снова сломаем Интернет!"


"Я подумаю об этом", - сказал я. Внезапно я почувствовал усталость, несмотря на мою потребность во сне. Вероятно, не помешало бы успокоить мир, что я не собираюсь стать обновленным Губитель.


"Мы вернемся, как только сможем, - сказал Лит. Он помолчал. "Мы рады, что с тобой все в порядке".


"Я только начинаю", - сказал я. "Мне предстоит пройти долгий путь, прежде чем я смогу попасть на этот пляж в бикини".


"Ждем его, - весело сказал Лит. Он помолчал, потом сказал: "Э ... расслабляющая часть, а не часть бикини. Вы знаете, что я думаю о вас, как о сестре, которой у меня никогда не было, не так ли?


Я усмехнулся.


"Похоже, что весь мир так много видел", - сказал я. "Мне просто нужно привыкнуть".


"Мы вернемся, как только сможем", - вмешался Убер. Похоже, у Лита все еще была тревожная атака. Случайно ударил по несовершеннолетнему Энбрингеру, что это пугало?


Видимо так.


"Удачи, - продолжал Убер. Через мгновение телефон погас.


Я вздохнул, глядя на телефон. Я откладывал следующий звонок по множеству причин, и мой призыв к мальчикам только что добавил еще один.


Мысль о том, чтобы позвать папу, имела силу заставить мой живот закручиваться в узел, который должен был быть психосоматическим, потому что я знал, что у меня не было настоящего живота в данный момент.


Зная, что он знал, что мир казался мне обнаженным, даже если части были покрыты, было достаточно плохо. Сложнее было то, что он должен был меня отговорить от уничтожения всех героев. Я знал, что он должен быть разочарован и обеспокоен, и чем дольше я буду ждать его, тем хуже будет.


Мне было стыдно, что я не был сильнее. Были моменты смятения, моменты, когда я едва помнил, кем я был, и он услышал свой голос, чтобы пройти ко мне.


Я не хотел никого убивать. Если бы у меня был, я бы разорвал их нарукавники, прежде чем превращать их в месиво. Несмотря на это, я сломал кости и нанес тяжелые ранения людям, которые никогда не заживали бы с панацеей.


Тем не менее, я не был в здравом уме, и это меня испугало. С силой, которой я располагал, я мог нанести большой урон за очень короткое время.


Глубоко вздохнув, что мне действительно не нужно, я начал нажимать кнопки.


"Папа?" - сказал я, поднимая трубку.


Я слышал приглушенный звук крика на заднем плане.


"Тейлор?" - спросил он. "О, слава Богу. Леди, которая приходила ко мне, сказала, что с тобой все будет в порядке, но я не был уверен.


"Что это за шум в фоновом режиме?" - спросил я.


"Каждый репортер на острове находится за моей дверью", - сказал он. "СКП здесь, чтобы держать меня в безопасности от любых сумасшедших, но все отчаянно хотят получить интервью. Я действительно должен был увидеть остров на пару дней, прежде чем я заперся таким образом ".


"Являются ли агенты СКП держать вас в заложниках?" - спросил я. У моего голоса было опасное преимущество, которое я не осознавал.


"Нет", - сказал папа. "Они были действительно хороши. Фактически женский агент действительно помог. Ее зовут Саманта. Думаю, ты ей понравишься.


Саманта?


Я не слышал, чтобы папа говорил о другой женщине, так как мама умерла. Был ли это какой-то сюжет по СКП или он действительно получил повезло и встретил кого-то, кого он любил?


Мне действительно нужно было начать собирать силы Мыслителя. Жизнь становилась немного запутанной, и мне было бы очень легко быть похожим на быка в фарфоровом шкафу, когда небольшая утонченность получала бы намного больше.


Сила, подобная симургу, даст мне то, что мне нужно.


Я чувствовал, как от нее раздался сердитый ропот, когда она почувствовала мое желание истощить ее от всего, что не оставило ничего, кроме шелухи.


Это то, чего она заслужила, сука.


"Вы в порядке?" Спросил папа. "Я должен был поговорить с тобой, и ты напал на героев".


"Сила была немного, - сказал я. "И все обнятые Освободители".


"Что?" - спросил он, потрясенный. "Кем?"


"Эйдолон, - сказал я. "Я не уверен, что он знает, что он это делал. Я думаю, у него есть четвертый слот мощности, который он использовал все это время, что он даже не знает, что у него есть.


"Ты должен сказать кому-то, - сказал папа.


"Я надеялся, что ты сделаешь это для меня", - сказал я. "Пока я еще не чувствую себя в безопасности вокруг других Накидок".


"Ты в порядке?" - спросил он.


"Я буду", сказал я. "Однако, Губительs Gone Wild видео точно не помогло".


"Ну, я уверен, что это сделает вас более популярными в школе, - сказал папа. "Если ты когда-нибудь вернешься".


"У меня есть еще сорок миллионов от бойни Девять", - сказал я. "И я могу сделать эти солнечные башни великолепными. Я делаю их бесплатно в Броктон-Бэй, но я полагаю, что могу получить пару миллионов за штуку для них на улице, и люди быстро вернут свои деньги. У меня никогда не будет недостатка в деньгах.


"Образование - это не просто деньги, - сказал папа. "Разве ты не хочешь учиться в колледже, встречаться с кем-то?"


"Кто бы никогда не заставил меня меня не запугать?" - спросил я. "Я достаточно силен, чтобы победить Александрию в замазке. Какой нормальный парень мог бы быть вокруг меня, не смачивая штаны.


"Возможно, кейп?" - спросил папа.


"Между мной и нормальным человеком и мной и нормальным кейпом нет большой разницы. Может быть, кто-то на уровне Триумвирата, но Эйдолон старый и задница. Легенда - это хорошо, легенда, но проблема с геем - это проблема ".


Вероятно, я мог бы вырастить пенис, если бы захотел, но я действительно не качался таким образом, и, кроме того, Легенда была замужем.


Если бы я был в девушках, я мог бы отправиться в Александрию, несмотря на ее возраст. В конце концов, она не выглядела такой старой.


Я тоже не собирался стареть, понял я внезапно. В следующий раз, когда я его увижу, мне придется внести некоторые коррективы в папу. В последний раз я видел его несколько серых волос. Были вещи, которые я мог бы сделать, чтобы остановить процесс старения, хотя несчастный случай или болезнь заставили его рано или поздно.


Может быть, я должен укрепить свой скелет и дать ему иммунные стимуляторы. Я мог бы получить от него несколько сотен лет с тщательным применением технологии.


Вероятно, я мог бы это сделать, пока он спал, и он даже не знал, кроме нескольких болей и мук, которые кто-то из его возрастов может уволить.


Папа долго молчал, прежде чем он наконец заговорил. "Я горжусь тобой. Вы сделали то, чего никто никогда не мог сделать в истории человечества. Вы спасли тысячи людей, и даже если журналисты немного раздражают меня, у меня не было бы другого пути ".


"Мне просто повезло в той силе, которую я получил. Кто-нибудь сделал бы то, что я сделал, - сказал я.


"Три из четырех парахуманов - злодеи, - сказал папа. "И даже у людей, которые получают хорошие способности, не всегда есть темперамент, чтобы выходить на улицу и рисковать своей жизнью ради других. Большинство людей либо использовали бы такую ??власть, как ваша, чтобы сделать себя богатым, или они помещали ее в ящик где-то и притворялись, что у нее ее нет ".


Я ... на самом деле не ответил на это. Это была поистине злодейская сила, которую можно было бы злоупотреблять более легко, чем ее можно было использовать справедливым образом. Я не был полностью уверен, что всегда поступал правильно.


Нехорошо, я сказал: "Вероятно, это хорошая идея, если вы не вернетесь на пару недель. Я прошел мимо нашего дома, и ничего не осталось, только доски и фундамент. Я нашел несколько фотографий и несколько других сувениров, но все.


"Я собрал их до того, как ушел, и поместил их в сейф в Бостоне", - сказал папа.


Я недоверчиво уставился на телефон.


"Вы меня отсылали, это было довольно хорошим показателем того, что все должно было стать плохим", - сказал он. "И так же, как вы были в последние дни, это был город, разрушающий плохо".


Я пытался думать, когда у него было время, но я был озабочен.


"Ну, это по крайней мере. Плохая сторона заключается в том, что я не думаю, что у вас уже есть работа. Здание ассоциации Dockworker было разрушено. Однако они никого не потеряли.


Он помолчал. "Возможно, что-то я могу сделать по телефону отсюда".


"Я не уверен, что кто-то будет работать пару недель", - сказал я.


Я подозревал, что это было дольше, но я не хотел его беспокоить. Если бы была реконструкция, профсоюз Докерщика был бы частью этого.


"Я люблю тебя", - сказал папа.


"Я тоже тебя люблю", - сказал я. Когда я повесил трубку, я подумал, к какому городу вернется отец, если он вообще захочет вернуться. Если бы Симург напал, там ничего не оставалось.


60.


Перемещение кораблей с корабля-кладбища не было проблемой, и поэтому я продолжал превращать основные магистрали в солнечные дороги. Это удовлетворило потребность Burnscar в стрельбе, не слишком сильно влияя на мои психические процессы, по крайней мере, насколько я мог судить.


В течение следующих трех дней меня никто не беспокоил. Я снова позвонил папе, и его ситуация с репортерами не изменилась, но я не подходил ни к одному. Я предположил, что должен быть немного запуганным, учитывая силы, которые у меня были сейчас, и тот факт, что меня видели на камере, уничтожая группу героев.


Учитывая, что все уже знают, кто я, я даже не собирался скрывать свою личность. Я просто носил наряд блестящего металла и стекла, когда я плыл по городу.


Когда я работал, я лениво слушал радио по всему городу. Пока телевизоры не работали из-за отсутствия мощности и разрушенных кабельных линий, радиостанции работали отлично, и большинство людей слушало радиостанции в Бостоне.


Услышав о суде над Канарью, я раздражал меня. Звучало так, будто ее направляли в КЛЕТКА, и никто, казалось, не заботился.


Тот факт, что я хотел бы иметь ее власть, не помог. Он будет синергировать с силой Стормтигера, ветры несут мой голос дальше, чем оригинальный певец может когда-либо петь. Мне нужна была сила, которая позволила бы мне осваивать других; даже если бы это было только для контроля толпы, если бы она приехала Симург. Люди склонны вести себя глупо, когда сталкиваются с опасностью в ситуациях, когда они не обучены.


Чем больше я думал об этом, тем больше я хотел ее власти.


В конце концов я решил, что смогу спасти жизнь женщины и получить то, что хочу всех в одном случае. У нее было дополнительное преимущество перед большинством мастеров, с которыми я мог столкнуться; она была намотана. Облицовка Сердцеед могла легко закончиться результатом, которого я не интересовал, но взять ее власть было бы, как брать рыбу в бочке.


Быстрое плавание привело меня в Бостон поздно ночью. Изменив мои функции и вытащив одежду из моего кармана, я нашел интернет-кафе, и я провел ночь в Интернете. Была целая страна парахуманов, у которой были силы, которые могли бы быть полезны для меня. Многие из них были злодеями, которых я не должен был испытывать угрызения совести.


Я все еще сталкивался с той же проблемой, что и в Броктон-Бэй; большинство злодеев позаботились о том, чтобы их не было легко найти, и у меня не было способности Мыслителя сделать эту незначительную проблему.


Мысль взломать КЛЕТКА была привлекательной для меня по ряду причин, buI не был до такой степени, что я должен был это сделать еще. Возможно, я мог бы проскользнуть через зеркальную вселенную, но я не был уверен, насколько Дракон руководил злодеями внутри. Штурм на КЛЕТКА может привести к тому, что я буду считаться враждебным Протекторатом.


Хуже того, Властелин, как правило, были непропорционально отправлены в КЛЕТКА, а это означало, что у меня была настоящая причина, чтобы не принимать его, пока у меня не будет лучшей защиты.


Когда я ждал утро, я плавал вокруг океана, наслаждаясь своим новым взглядом на мир. Сила Левиафана позволяла мне видеть все в воде, чувства распространялись на огромные расстояния. Я мог видеть рыбу, дайверы, лодки ... все. Если бы мне когда-либо понадобились деньги, мне было бы легко найти и выкопать кораблекрушения.


Когда я плавал, я подумал о том, чтобы называть путешественников. Если бы я мог найти кейп с силой, чтобы заставить людей забыть что-то, я смогу использовать своего любимца-монстра, чтобы воспроизвести способности кейпы, которые я хотел. Из всех счетов ее стороны были эмоционально травмированы, но если они не помнили, что произошло, это было бы не так уж плохо.


Я получил местонахождение суда Канары из Интернета. Она должна была быть приговорена сегодня, и если бы она была приговорена к КЛЕТКА, я должен был быть там, чтобы сделать мое предложение публично.


Невидимость была еще одной силой, которая была бы неплохой.


Вместо этого я ждал на крыше здания напротив здания суда, слушая слушания внутри. Я слушал звуки обсуждений жюри, и я знал, каков будет приговор.


" Они найдут тебя виновными ", прошептал я. Ветер несли мой голос сквозь толпу и в зал суда, где слышала только женщина.


Я слышал, как ее сердце билось в гонке.


" Я могу убедиться, что ты никогда не пойдешь в" КЛЕТКУ " , - сказал я. " Возьми свою силу, и тебя никогда не заставят идти туда ".


Она не могла говорить, потому что она была намотана, но это не имело значения. Я мог слушать ее сердечный ритм и дыхание, и я мог сказать, что она была заинтересована.


Я подождал, пока жюри не вернется, прежде чем я перееду.


Спустившись до входа в здание суда, на виду сотней репортеров я подошел к входной двери.


Охранник попытался перешагнуть передо мной; возможно, он не узнал меня с моей одеждой. Я поступил через него, и я поступил через дверь. Я плыл в шести дюймах от пола, и когда я подошел к детектору металла, я увидел, как один из офицеров поспешно заговорил в своем коммуникаторе.


Ни один из них не попросил мой идентификатор, когда я проплыл через металлоискатель. Он прошел, когда я проходил, вероятно, из-за моих металлических доспехов, но ни один охранник ничего не сказал.


"В каком зале суда прошел суд над Канарью?" - спросил я одного из мужчин.


"Куртоум три", сказал один из офицеров. Он быстро дал мне указания, и, когда я плыл по коридору, я слышал, как они спорили позади меня.


"Пусть на нем протекторат справится, - сказал он другому человеку. "Что мы собираемся делать, кровь на ее ботинке?"


Это был замечательный прагматичный подход, который я полностью одобрил.


Когда я подошел к дверному проему в зал суда, у меня появились три протектората.


"Почему ты здесь?", Единственная из трех, которую я узнал. Бастион был в битве Левиафана, поэтому он должен был знать, что он не может победить меня. Его сердечный ритм был высоко поднят, хотя его лицо было бесстрастным.


Был какой-то скандал, в котором он произносил какое-то расистское замечание. Его карьера никогда не восстанавливалась.


Я не говорил, я просто продолжал плавать к ним.


Он создал силовые поля над тремя из них и дверью. Я мог бы прорваться через них легко, но я не был здесь, чтобы причинить кому-либо боль. Вместо этого я просто повернулся боком и затенял стену.


Теневой Сталкер был уязвим для электричества, но я едва ощущал течение, когда я затенял стену.


Судья говорил с присяжными, когда вздохи некоторых людей в комнате заставляют его смотреть вверх.


Все в комнате повернулись, чтобы смотреть на меня, когда я плыл по центру прохода. Никто ничего не сказал, и хотя трое членов Протектората отступили в комнату, они ничего не сделали, чтобы остановить меня.


Я остановился возле стола ответчика.


Пейдж Макаби выглядела несчастной. У нее были тяжелые ограничения, и лицо ее было намотано. Они сделали все возможное, чтобы заставить ее выглядеть виноватой. Я задавался вопросом, был ли у нее общественный защитник; компетентный защитник возразил бы против того, чтобы ее изображали так.


В обычном испытании она, возможно, даже имела возможность подать апелляцию, но как только она была в КЛЕТКА, ни одна апелляция не была возможна.


Я протянул руку и посмотрел на меня.


Она поднялась и взяла меня за руку, и через мгновение я почувствовал, как знакомое удовольствие от истощения силы.


Перья в ее волосах сразу же упали на пол.


Я коснулся ее наручников, и я пригласил их в зеркальную вселенную. Они исчезли. Я сделал то же самое с ее мордой. Они снова появятся, когда я урочу вселенную, но тем временем она была свободна от них.


"Она больше не парахуман", - обернулся я, обращаясь к безмолвному судье. "Приговорить ее к КЛЕТКА будет смертный приговор".


Через мгновение я летел прямо вверх, затеняя, когда я достиг потолка.


Ниже я слышал, как из зала выходил приказ, и судья требовал приказа.


Я почувствовал удовлетворение. У меня была сила, которую я хотел, и невинная женщина была бы свободна от КЛЕТКА. Вероятно, она все равно столкнулась бы с большим сроком тюремного заключения, но на этот раз у нее будет возможность получить несколько обращений.


Я мог бы даже скрытно подсунуть ей немного денег в фонд защиты, если бы я мог сделать это незамеченным.


В конце концов, если все пошло по-другому, это было бы хорошо, если бы я был в этом зале, ожидая окончания моей жизни, потому что меня боялись люди.


Удача была в том, что даже с моей новой силой они вряд ли могли больше бояться меня.


Возможно, я ошибаюсь. При этом мне нужно было взять силы, которые я мог, прежде чем некоторые люди стали мудрыми к тому, что я планировал. Как только они узнали, что они разбегаются на ветру, и мне будет трудно их найти.


Путешествовать семь тысяч миль под водой было удивительно легко. Я должен был оставить массивный след, но с гидрокинезом на моем уровне мне не пришлось. Скольжение в воде было отличным от того, что я принимал силы или настраивал огонь, но мне приходилось бороться с стремлением исследовать, когда я сталкивался с кораблекрушениями и странными созданиями, которых я не знал, когда-либо каталогизированных учеными.


Я должен был потеряться, но я чувствовал, что она составляет самый близкий мне континент через воду, и по мере приближения я просто должен был следовать по линии берега на юг.


Несколько раз нанизавшись, я вырвал свой телефон СКП из объемного хранилища и проверил GPS, чтобы дважды проверить свое местоположение.


Последние сто пятьдесят миль должны были быть на суше, и там у меня не было почти той скорости, которую я имел в воде. Несмотря на это, мне удалось проехать по грязным дорогам и через африканскую саванну, проверив мой телефон, чтобы убедиться, что я на правильном пути.


Добравшись до города Виндхук в Намибии, я изменил свое лицо и форму, когда я приблизился к городу. Я бросился в зеркальную вселенную и переоделся в черный капюшон.


Я вернулся в реальный мир, и я запустил машину, проезжающую по грунтовой дороге.


Это было в ужасном состоянии, выглядя еще хуже, чем машины в Броктон-Бей, но человек внутри выглядел достаточно дружелюбно. Намибия имела английский как официальный язык, поэтому я подозревал, что смогу общаться.


"Вы говорите по-английски?" - спросил я.


"Могу я вам помочь?" - спросил он на совершенно исправном английском.


Я прочистил горло и начал напевать песню из "Русалочки", один фильм, который не изменился между моим миром и землей Алеф. Это была бессловесная песня, но почему-то мой голос, казалось, сверкал так, как раньше.


"Возьми меня к Моорду Нагу", - пропел я, и мой голос внезапно был таким же потрясающим, как у обученного бродвейского певца.


Его глаза застеклены.


"Б ... но ты похож на такую ??милую девушку. Зачем?"


Некоторое время он колебался, комплимент своей силе воли, прежде чем он махнул рукой. Я прыгнул в заднюю часть пикапа, и мы были в пути. Я смотрел, как город приближается широко открытыми глазами.


Это был мой первый выход из залива Броктон, если вы не считали поездки в Бостон, и все выглядело экзотично.


Виндхук был самым красивым столицей в Африке, или, по крайней мере, до тех пор, пока Моорд Наг и другие военачальники не превратили части Африки в бесплодную пустыню. Вполне возможно, что теперь было еще лучше по сравнению с другими городами; Я не знал.


Удивительно, но он выглядел почти таким же крупным, как Броктон-Бей, до недавней серии бедствий, которые преследовали город. Он выглядел гораздо более современным, чем я ожидал. Голливуд всегда делал Африку похожей на примитивную адскую дыру, которая выглядела как почтовая апокалиптическая пустошь. В Голливуде в Африке даже не было городов.


Видимо, это была ложь.


Люди, которых я видел, когда мы ехали по городу, не выглядели так страшно; вместо этого они просто выглядели поданными в отставку. Тем не менее, я ощущал остаточный страх, который все они чувствовали. Я, вероятно, мог бы найти крепость просто, следуя повышению уровня страха; чем ближе они добирались до ее крепости, тем больше волновало всех.


"Они убьют меня, если мы приблизимся", - сказал человек, ведя машину.


"Спасибо", - сказал я. "Почему бы тебе не пойти по твоему дню".


Я подумал об этом, и я вытащил стодолларовую купюру из своего габаритного кармана и вручил ее ему. "Надеюсь, это сделает вас немного лучше для вас".


Я подумал, что стоит стоить здесь десяти десятин, хотя это может быть больше, чем Голливуд продавал меня. Выражение лица, казалось, указывало на то, что он был доволен, поэтому я не стал подвергать сомнению это.


Я начал идти к комплексу, в котором у них были большие каменные стены и люди наверху с пулеметами и ракетными пусковыми установками.


"Остановитесь, или мы будем стрелять!"


Я продолжил ходьбу, и через мгновение я почувствовал, как пули пускают дыры в мою капюшон. Возбужденная речь на языке, который я не понимал, сопровождалась пулеметами, измельчившими мою капюшон, и за ней последовала ракета-носитель.


Я потянулся и вырвал ракету из воздуха, с любопытством глядя на нее, прежде чем я повернул ее, отправив ее обратно тем, кто стрелял в меня. Они даже не знали, кто я, и они пытались убить меня. Они точно знали, что их хозяин, и они все равно решили служить ей.


Они заслужили все, что получили.


Тем не менее, не было необходимости в более кровопролитии, чем должно было быть.


Я убедился, что ветер несет мою песню по всему комплексу.


" Открой двери и впусти меня" , - пела я. " Положите руки, и вам не будет нанесен вред. Пришло время отдыхать, пришло время спать. Пришло время остановить твою жизнь от греха.


Эта мелодия была из фильма "Алеф Земли" о ведьмах, песня, которую одна из ведьм использовала для заманивания детей от своих родителей в канун Нового Завета.


Тексты песен были не самыми лучшими, но я импровизировал. Тем не менее, никто из мужчин не был критиком. Пули, ударившие меня, зашатались, и через несколько мгновений двери в комплекс открылись. Я мог бы просто пройти сквозь стены, но я хотел, чтобы каждый человек в комплексе помнил, что я вошел, и они не могли ничего сделать, чтобы остановить меня.


Я продолжал петь, и люди вокруг меня начали опускаться и скользить на пол, отрываясь. Это не займет много времени, чтобы разбудить их, но это не имело значения.


В любом случае, они ничего не могли сделать против меня, и я действительно хотел испытать свою новую силу в боевых условиях. До сих пор он работал как шарм.


Это была мощная способность, возможно, одна из самых мощных магических способностей там, и, учитывая, что я мог бы усилить диапазон, который он слышал, помог бы мне выиграть время от времени, когда убийство было не лучшей идеей.


Я умел убивать, но я хотел быть лучше в строительстве, создании, создании лучшего мира. Это потребует сотрудничества, и теперь я смог его получить.


Прогуливаясь медленно по всему комплексу, я неспешно заметил десятки людей, вооруженных АК-47. Большинство из них выглядело ожесточенным, как люди, которые не стеснялись убивать своих собственных бабушек, если бы плата была права.


Большинство из них были свалиты на пол, но я продолжал петь тихо, когда шел через комплекс. Нелегко было найти Moord Nag, поскольку она была единственной, кто каким-то образом сумел противостоять эффекту моей песни. Я слышал, как ее сердце гоняется с ускоренным темпом, и привлекательность ее власти вызвала меня.


Люди собирались умереть в предстоящих конфликтах. Если бы я мог использовать это, чтобы стать еще сильнее, это может повлиять на успех и неудачу. Это также освободит страну от власти монстра, который потребовал бы своих лучших и самых ярких, как жертвы.


У нее на самом деле была тронная комната, как будто она была какой-то настоящей королевой, а не мелким деспотом. Двери были массивными, высотой не менее двадцати футов и, вероятно, толстыми.


Самый маленький акт воли заставил сибирский появиться. Она отбросила двери, и они упали с громовым крахом. Несмотря на мою песню, это, вероятно, разбудило некоторых охранников, но мне все равно. Они ничего не могли со мной сделать.


Только у Моорда Наг был самый маленький шанс причинить мне боль, и она собиралась получить ее шанс.


Она говорила на языке, который я не узнал. Я видел ее существо рядом с ней, опухшее украденными жизнями. Интернет не был специфичен в отношении своей власти, но я знал, что должна быть причина, по которой она требовала жертв и смертей. Ей не нужны были, чтобы контролировать свою страну, и она не уничтожала своих политических врагов. Наиболее логичная мысль заключалась в том, что ее сила нуждалась в этом, чтобы стать сильнее.


Она посмотрела на меня свысока, и я подумал, узнала ли она, кто я.


Я пожал плечами и упал в зеркальную вселенную, бросившись через комнату со скоростью, с которой никто не сможет следовать. Я появился рядом с ней и схватил ее за лицо. Я чувствовал, как ее существо отрывается от моей плоти, двигаясь быстрее, чем я ожидал.


На самом деле это немного больно, что было многообещающе.


Я осушил ее, а затем я щелкнул ей по шее.


Вызов ее существа был разочарованием. Существо было больше лошади, но тот, кого я вызвал, был достаточно мал, чтобы вписаться в ладонь моей руки.


Ну, не беспокойтесь. Я был уверен, что он будет расти.


61.


Оглядываясь на горящие остатки комплекса Моорда Нага, я задавался вопросом, почему я даже потрудился. Обнаружив девушек, которые держали в подвале, я отстранил от меня все колебания. Были ли они там в качестве награды для мужчин или в качестве закуски для домашнего монстра Moord Nag, это не имело значения. Мужчины, охраняющие комплекс, были замешаны в том, что происходило.


Чудовище на моей ладони едва выросло, хотя, несмотря на десятки смертей. Сколько было принято, чтобы достичь размера, где он мог бы повредить Губитель, даже немного?


Освобождение девочек было легко, когда все были мертвы. Простая песня, и они игнорировали бы то, что происходило вокруг них. Я вывел их за пределы комплекса, и я дал им часть денег и оружия, из которых я получил сибирское лут из тел.


Не все из них знали, как использовать пистолет, но достаточное количество из них сделали, что я был достаточно уверен, что они не будут немедленно возвращены в рабство в тот момент, когда я уйду.


После этого возвращение домой сопровождало не более чем приятный пробег по городу. Я остановился на рынке и купил еще дюжину hoodies за отличную цену. Некоторым потребуется время, чтобы понять, что произошло, и поэтому я наслаждался рынком в течение полутора часов.


После этого я пробежал серию зеркальных вселенных, появляясь и появляясь, пока я не вышел из города, и в этот момент я бежал по всей земле, бегая достаточно быстро, чтобы никто в машине не смог поймать меня, особенно кросс.


Каждый документальный фильм, который я когда-либо видел, показал, что тысячи животных бегут повсюду по всей Африке. Это, по-видимому, тоже ложь. Мне удалось увидеть болезненную зебру. Я остановился и попытался перезвонить мне, но он был пугливым и убежал.


Я намеревался дать ему немного вкуса к возрождению Оталлы, но, судя по всему, некоторые существа были неблагодарными.


Я добрался до моря и погрузился. Я был бесконечно быстрее морем, чем я был на суше, и я был менее заметен со спутника. Я пробрался по побережью со скоростью, которую ничто в мире не могло под водой. То, что я сделал с Moord Nag, несомненно, было замечено к настоящему времени, и могут быть люди, которые были менее чем рады этому.


Меня это не волновало. Не было никого, кто мог бы это сделать, особенно если бы я ограничился угрозами. Будут люди, которые были встревожены моей растущей силой, но эти люди уже будут беспокоиться. Другие люди подумают, что я делаю мир одолжением, избавляясь от худшего из худших. Тот факт, что я консолидировал свою силу и крепче с каждым днем, будет иметь меньшее значение, чем тот факт, что все остальные были немного более безопасными.


Все, что я сделал сейчас, должно было вызвать рябь, и пока я не получил силу Симурга, я не собирался знать, что это такое. Моим единственным вариантом было попытаться сделать самое лучшее, что я мог, в кратчайшие сроки, и все сильнее и сильнее.


Взятие Ash Beast было бы услугой для всего мира, но он казался силой, которая была неконтролируемой, и не так, как это может быть изменено силой Боунсау. Его никогда не видели, чтобы он оставил свою форму взрыва, и я предполагал, что он мог бы, если бы мог, хотя бы для того, чтобы отдохнуть.


Лучше избегать этого, пока я не получу больше мыслителей или, по крайней мере, больше Трампсов. Его сила казалась одной из тех, кто оставил бы меня проигрывать, даже когда я выиграл.


Возвращение в Броктон-Бей было легко; океан был моим домом. Было странное очарование; У меня было ощущение, что было бы очень легко просто отступить к морю, когда на земле все стало слишком сложно. Я задавался вопросом, было ли пространство для Симурга одинаковым.


Nilbog был очевидным вторым выбором, но мне не пришлось беспокоиться о том, чтобы он ушел; он был пойман в ловушку в своем городе и имел слишком много существ с ним, чтобы легко перемещаться, в отличие от большинства других серьезных угроз.


Когда я добрался до залива, я подумал о создании своего собственного логова под городом. Там был подводный резервуар; я мог бы создать логово, которое никто не мог легко достичь, кроме, возможно, дракона в своих костюмах. Возможно, я мог бы даже сделать это незамеченным.


Это было не так, как если бы я нуждался в логове для себя; в конце концов, я мог просто отдохнуть на дне бухты. Дело не в том, что мне нужно было физически спать, но мысленно мне нужно было время, чтобы расслабиться и созерцать.


Я мог бы даже сделать гигантский Пенни и создать статую динозавра. Папе это понравилось бы. Я подозревал, что, хотя он никогда не хотел быть бдительным, пробивающим умственно неустойчивые люди ночью, он не хотел бы быть Альфредом. Ему всегда нравились крутые машины, и теперь я мог бы сделать его одним, предполагая, что я могу царствовать в своих желаниях, чтобы стать большим и гордым.


Мысль о том, что он едет в специальном спектакле, заставил меня захотеть хихикать.


К сожалению, не было времени беспокоиться о строительстве Batcave, или в моем случае Leviathan Lair. После нападения люди пытались собрать остатки своей жизни. На западе Броктон-Бэй был огромный и растущий палаточный городок. Город пытался создать портовые поты и снабжать едой и водой, но у города едва хватало ресурсов, чтобы открыть свои двери.


Я чувствовал себя немного виноватым. Мое вмешательство побудило Левиафана снять перчатки для малышей, и, хотя мне удалось спасти большую часть жизней, которые он взял бы, ущерб, нанесенный персоналу, был намного больше. Сегодня были люди, которые потеряли все, потому что я выбрал Броктон-Бей как место, где я собирался встать.


Теперь я мог слышать боевые действия из лагерей, сражаясь, что угрожало разрастаться.


Пробегая по городу, я посмотрел на пейзаж. Я был высокомерным. Люди нуждались в власти, но то, что им нужно было быстрее, чем еда, вода и хорошая санитария.


Им также нужна была надежда.


Я услышал оценки СКП, что в лагерях собралось тридцать тысяч человек, но я не понял, что это плохо. Возможно, это было не тогда, когда я работал раньше, но какие порты были доступны, теперь переполнены, и люди злятся.


Многие люди делали все возможное, чтобы помочь своим соседям, но Броктон-Бей никогда не испытывал недостатка в головорезах, которым было легче брать то, что было у других, чем зарабатывать по-своему. Некоторые из них были среди других законопослушных людей, делающих то, что они всегда делали.


К сожалению, многие люди были менее охотно, чем раньше. Они были горячими и потными. Они потеряли все, что у них было. Они были голодны и жаждали и, прежде всего, устали.


Многие считали, что их забыли так же, как и жители других городов, которые были опустошены.


Вместе он создавал пороховую ракетку, в которой требовалась только самая маленькая искра для зажигания, а в СКП и полиции не хватало людей, которые могли бы сыграть большую роль.


Когда я добрался до края лагеря, я был в ужасе. У большинства людей даже не было палаток; спальные мешки были более распространенными, но было очевидно, что только часть людей имела их.


Я слышал, как люди кашляли; близкая близость и воздействие канализационной воды уже заставляли некоторых людей болеть. В близких условиях, таких как эта болезнь, может распространяться как лесной пожар.


Это были мои люди, люди Броктон-Бей, и я слышал драку на расстоянии. Я мог видеть, как люди бегут в мою сторону, несомненно, пытаясь уйти от боя. Многие остановились, увидев, что я плаваю; Я снова переоделся в мой костюм из стекла и стали.


Я поднялся выше, и я увидел, что здесь есть члены Протектората, но против толпы сотен, которые они не хотели причинить вред, было трудно. Они были на краю толпы. Как правило, они повсюду распыляли пенополиуретан, но это было в критической нехватке. Химикаты, которые растворяли его, были еще короче.


Хотя люди, которые были за пределами массированной толпы, увидели меня и быстро отвернулись, убегая так быстро, как только могли, комбатанты были слишком заняты, избивая друг друга.


Сначала я начал петь, тихо, но ветер Штормигера доносил звуки на каждое ухо, неся звуки борьбы от людей. Люди боялись, а это означало, что ветры несли мою песню дальше и с большей утонченностью, чем это обычно было возможно.


" Положи руки, - начал я. " Пришло время для мира. Ваши соседи не ваши враги.


Люди замедлили ход, и многие из них остановились и начали поворачиваться. Было несколько отставших, но все стали поворачиваться ко мне.


" Пришло время отдыхать, пора играть, все будут заботиться" , - пела я.


Он даже не рифмовал, но я никогда не был особенно музыкально талантливым, и я бы никогда не написал ни одной песни. Я не мог придумать песню в поп-культуре, в которой были правильные миры, и поэтому я должен был сделать свой собственный.


Кажется, никто не заботился. Звук моего голоса заставлял людей повсюду поворачиваться и слушать меня. Даже члены Протектората, казалось, были в восторге, хотя я заметил, что оба Дракона в ее костюме и Оружейнике казались неуязвимыми. Я не удивлюсь, если они не установили какую-то технологию для защиты от такого рода нападений.


Когда все молчали, я говорил.


"Если вы не стоите вместе, вы умрете", - сказал я. На мгновение я подумал, можно ли считать, что я говорю, угрозу? Я не имел в виду так. "Здесь слишком много людей, чтобы сражаться друг с другом над едой и водой и убежищем".


Один храбрый человек посмотрел на меня и заговорил. "Недостаточно воды, туалетов или туалетной бумаги. Некоторые из нас не ели через два дня.


Я закрыл глаза и глубоко проник в землю. С добавлением страха людей, и я, и борьба, которая только что произошла, власть Кайзера ответила более плавно, чем когда-либо. Вместо того, чтобы создать металл, который вскочил, я заставил его отказаться.


Гидрокинез Левиафана не нуждался в дополнительном усилении.


Людям в толпе, должно быть, казалось, что вокруг них разрастается земля. Люди кричали, но никто не побежал, вероятно, из-за влияния моей песни.


"Вода предоставляется", - сказал я.


Я переместил столик под городом, заставляя воду подниматься так, чтобы треснуть камень выше. Я мысленно вытащил осадок, даже когда металлические трубки ранили их вниз.


Природные источники прорастали, десятки из них. Вода под городом была чистой и чистой; Я чувствовал это отсюда. Я создавал воду, которая текла без насосов и без дополнительного ввода от меня.


Построение патрулей с сырыми силами Кайзера, как правило, было трудным, но теперь у меня было больше силы и утонченности с тысячами страшных людей вокруг меня.


Через несколько мгновений вода вышла из фонтанов.


Это было лишь временное решение. Без людей, чтобы очистить фонтаны, они в конечном итоге стали загрязненными, но на данный момент это спасло бы людей.


Я снова сделал жест. Стены металла начали подниматься, и люди начали срываться, когда я начал создавать примитивные металлические хижины. Каждый из них был достаточно большим, чтобы содержать двадцать человек, и я создавал по пятьдесят из них за раз.


Мне потребовалось полторы тысячи из них.


К счастью, знания Манекена включали оптимальное расстояние между структурами, а также некоторые примитивные решения, чтобы сделать их более пригодными для жизни. Вызывая стекло из разрушенного города, я начал создавать солнечные трубки, чтобы осветить интерьер сооружений. Воронки, в которых были бы окна, могли бы снизить температуру внутри почти на двадцать градусов.


Я начал создавать большие солнечные печи, каждая из которых была достаточно большой, чтобы готовить пищу для сотен человек, предполагая, что это не было облачно. К счастью, я контролировал это с силой Левиафана.


Люди отступали, когда я делал все это одновременно. Силы Левиафана помогли мне многозадачность в той степени, в которой я раньше не мог.


Я подумал. Люди неохотно разговаривали со мной по понятным причинам. Мне нужны были люди, которые были готовы поддерживать порядок в лагерях, люди, которые обладали бы определенной властью.


"Члены профсоюза Докерщика продвигаются вперед, - сказал я.


Потребовалось почти тридцать минут, чтобы триста из них шагнули вперед. Некоторые из них уже эвакуировали город, а другие - в городе. Тем не менее, докеры столкнулись с разрушением Левиафана, потому что большинство из них жили вблизи берега.


Я узнал большинство из них из моей работы папы. Многие из них были людьми, которых мой отец считал друзьями. На данный момент это было удобно. Они с меньшей вероятностью были запуганы мной, и они, как правило, были практичными людьми, которые знали, как это сделать.


"Эти люди - друзья моего отца", - сказал я. "Это значит, что они мои друзья. Я возьму его лично, если кому-нибудь из них будет больно ".


Ветер нес мой голос всем в массивной толпе.


"Если у вас есть проблемы, приведите их к одному из этих людей, и они принесут их мне в следующий раз, когда я приеду".


Я жестом и использовал огонь и контроль над стеклом, я приступил к созданию трехсот стеклянных роз, каждый в сто раз жестче обычного стекла с металлическими штифтами.


"Они будут носить мой символ", - сказал я. Я выбрал розы, потому что им было бы сложнее подделать, чем нечто вроде оловянной звезды. Последнее, что мне нужно было, чтобы банды требовали, чтобы я работал от моего имени, вымогая у людей или пользуясь преимуществами.


"Те, кто умеет готовить на кострах, идут вперед", - приказал я, мой тихий голос доносился до каждого уха.


Никто не шагнул вперед, поэтому я снова повторил команду, на этот раз, пока напевал. Dockworker вступил в действие с контролем толпы, и вскоре люди вступали в движение. Пока я ждал, я продолжал строить приюты и солнечные плиты.


Вскоре у меня было пятьсот добровольцев. Кто знал, что кемпинг так популярен? Когда я продолжил строительство вокруг, я объяснил особенности приготовления на солнечной плите с добровольцами, когда я снова набросился на свою волю.


Структура после структуры я строю, используя огонь и пламя, стекло и металл. Люди молчали, уставившись на меня задолго до того, как это было скучно.


"Это мило и все", - сказал один из Докеров, два часа спустя: "Но нам нечего готовить".


Я махнул рукой, и металл начал распространяться вокруг моих ног, распространяясь на пятьдесят футов во всех направлениях. Люди задыхались, когда на горизонте появился чудовищный шар воды. Он медленно плыл по воздуху, приближаясь к нам.


Я левитировал, и через мгновение мяч был по вогнутой пластине. Тонны рыбы начали выпадать из шара на большую вогнутую металлическую пластину.


"Боюсь, что это все, что я должен предложить сегодня вечером", - сказал я. "Я не могу предложить вам одеяла или лекарство или туалетную бумагу. Я могу вам сказать, что если FEMA не будет иметь запас для всех утром, я лично раскрою свои склады. Я буду следить за тем, чтобы каждый мужчина и ребенок получали еду и воду и приют ".


Я поднялся немного выше, чтобы люди могли лучше взглянуть на меня. Солнце было высоко в небе, и свет поймал осколки стекла на моем костюме, заставляя меня искриться и сиять.


"Теперь стало темно, - сказал я. "У вас все потеряно имущество и средства к существованию. Некоторые из вас потеряли домашних животных. Но в первый раз Губитель не смог забрать жизнь более чем нескольким людям. Человечество боится с того момента, как появились Энбрингеры ".


Теперь у меня было все внимание.


"Клянусь, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы закончить свое царство раз и навсегда. Люди больше не будут сидеть в страхе ночью, задаваясь вопросом, будет ли их город рядом. Больше компаниям не избежать доставки, опасаясь вызвать гнев Левиафана. Мы стоим на пороге нового века, одного из беспрецедентного процветания для всех ".


Я колебался. "Сейчас это может показаться не слишком приятным, не после того, как вы потеряли все, что у вас есть. Но сражаясь друг с другом, вы лишаете вас единственной вещи, которую вы все еще оставили, вашей человечности. Вместе вы можете создать сообщество, которое будет поддерживать вас достаточно долго, чтобы вы могли восстановить свою жизнь. Я не знаю, сколько времени это займет; Я не думаю, что кто-то может, кроме некоторых людей в правительстве. Я знаю, что вы можете выбрать, чтобы жизнь, в которой вы живете, теперь живым адом, или вы можете сделать все возможное ".


Обратившись к Оружейнику, я сказал: "Скажи правительству, что я ожидаю, что Порт-а-порты, одеяла, свежие продукты и вода. Я был бы признателен, если бы у вас была бы Кид Вин или другая помощь Технаря, которая могла бы прибегнуть сюда с ближайшей солнечной дороги ".


"Ты мой народ", - сказал я, возвращаясь к толпе. "И я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Вы не будете забыты.


Я был уверен, что буду гудеть, когда я произнес последнее предложение, чтобы сообщение дошло до них всех.


Спустившись на землю, я сказал Докерам: "Принесите мне своих больных, и я их исцелю".


Когда люди начали выстраиваться в линию, я знал, что собираюсь побывать на этом несколько часов. По крайней мере, к тому времени, когда я закончил, ужин был бы готов.


Наблюдая за работой докеров, чтобы заставить людей забирать рыбу в солнечные плиты, я знал, что сделал правильный выбор.


62.


Она, по сути, взяла город, не выпустив ни единого выстрела ", - сказал директор Tagg.


"Я уверен, что она так не думает, - сказал Дракон. "Она остановила бунт и предоставила гуманитарную помощь, помощь, которая должна была уже прибыть".


Тагг нахмурился. "FEMA играет в политику с другими организациями, и есть некоторая путаница в том, кто имеет юрисдикцию".


"Я надеюсь, что это было решено, - сказал Дракон.


Тэгг кивнул. "Имея Губитель угрожают посетить зажег некоторые пожары под людьми, чтобы привести в порядок. Появляются грузовики; многие из них прибудут в одночасье, и к утру у людей будет по крайней мере часть того, что им нужно ".


"Тогда она достигла цели, которую мы все должны разделять".


"Она овладела тридцатью тысячами человек", сказал Тагг. "С меньшими усилиями, чем потребовалось бы выпить чашечку кофе".


"Если бы политика СКП на Властелинх отличалась, было ли это иначе, чем то, что мы бы сделали?" - спросил Дракон.


"Мы не должны были даже быть там, в первую очередь", - сказал он. "Наша юрисдикция строго ограничена парахуманскими событиями, и в Броктон-Бэйне осталось почти никаких парахуманов. Если другие агентства думают, что мы вмешиваемся в их поручительство, они начнут отталкиваться ".


Правда заключалась в том, что, когда обе их штаб-квартиры ушли, на самом деле не было особого протектората или СКП. У них возникли проблемы с организацией своих людей, которые в меньшей степени помогли сообществу.


Тагг делал оправдание, которое было бы стороной партии, но Дракон знал его достаточно хорошо, что она знала, что это очень беспокоило его, чтобы он не смог помочь людям.


"Мы все были там в свое время", - гласил Дракон. "Из них у других теперь есть достаточный запас, потому что злодеи в основном ушли".


"А ты?" Спросил Тэгг.


Дракон сделал ее аватар краснеть. "Я проводил день с Колином. Так как он пытался помочь в лагерях, где я оказался.


"Вы знаете документы, которые вам придется заполнить, если что-то изменится в определенный момент", - сказал Тэгг в ближайшее время.


Он никогда не становился физическим по причинам, которые Дракон никому не знал.


"Я все еще не настолько уверен, что все так расстроены", - сказала она. "Все, что сделал Тейлор, помогало людям, которым мы должны служить. СКП был создан, чтобы помочь человеческим парахуманским отношениям; каковы могут быть более хорошие отношения с общественностью, чем что-то вроде этого? "


"Она угрожала правительству Соединенных Штатов, - устало сказал Тагг. Он поднял одну руку, чтобы предотвратить ее аргумент. "Вероятно, у меня возникло бы желание сказать что-то похожее на то, что она сказала, но если бы я сказал, что люди будут знать, что это была гипербола. Она полностью способна это сделать, и никто ничего не может с этим поделать ".


Дракон должен был признать, что она не была полностью уверена, что Тейлор не был серьезен. Часть ее была глубоко убеждена в том, что она была.


"Кроме того, она создала свою собственную полицию на почве Соединенных Штатов Америки", - сказал Тагг.


"Она попросила добровольцев, - спокойно сказал Дракон.


"Добровольцы, у которых есть личная поддержка, с предполагаемой угрозой, которой они должны пострадать, она примет личную мести", - сказал Тэгг. "Она могла бы попросить полицейских, пожарных, всех с унцией настоящей власти".


"Без ее личной поддержки я сомневаюсь, что кто-нибудь последует за каждым, кто пытается сохранить порядок. Полиция так же бездомна, как и все, и потому, что их семьи с ними, существует скрытая угроза, которая не позволяет им быть полностью эффективной ".


Тагг сжал кулак. "Это не должно быть так. Я не думаю, что она пытается взять на себя больше, чем ты; если бы правильные власти смогли сохранить контроль, она бы не играла с китами или что бы она ни делала в свое свободное время ".


Он вздохнул. "Несмотря на это, Вашингтон обеспокоен. Конголезцы уже вступают в Намибию, которая сама впадает в гражданскую войну, поскольку военачальники, которые работали над Моордом Нагом, все соперничают за превосходство. Вероятно, это приведет к большему количеству смертей, чем ей удалось спасти до сих пор ".


Дракон заставил ее аватара пожать плечами. "Значит, мы не должны ничего делать, опасаясь последствий? Есть причина, по которой критики СКП жалуются годами, что мы ничего не добиваемся. Мы так обеспокоены тем, что избегаем вакуума власти, что мы фактически не захватываем злодеев ".


"То, что она сделала в зале суда, можно считать препятствием для правосудия", - сказал Тэгг. "Предполагая, что вы можете найти прокурора, суицидального, чтобы попробовать дело".


"Это была справедливость, и ты это знаешь, - сказал Дракон. "Я подал протесты в связи с тем, как ее суд обрабатывался с самого начала. По крайней мере, сейчас у нее будет шанс получить настоящий суд.


Мысль о том, что она была вынуждена ее программировать, чтобы отправить невиновного в КЛЕТКА, ужасала ее.


"Это не так, как если бы кто-нибудь отправил ее в КЛЕТКА", - сказал Тэгг. "Она либо съела бы всех там, либо одному из них удастся овладеть ею, что является величайшим кошмаром в мире, кроме Скиона, превращающего зло".


Он взглянул на нее, и они оба вздрогнули. Они оба видели фотографии и получили подтверждение, что некоторые части правительства знали об этом годами. Это было ужасное знание, которое заставило Дракона ночью, если бы ей действительно нужен был сон.


Непропорциональное количество мастеров в КЛЕТКА долгое время беспокоило Дракона. Преступления, которые приведут к тюремному заключению для Брута, приведут к тому, что на первом ударе получит птицу-птицу.


Тэгг вздохнул. "Вашингтон хочет получить рекомендации о том, как с ней справиться. Как будто мы не пытались убить Левиафана на протяжении десятилетий. Как справиться с кем-то, кого вы не можете убить, кому не нужно есть или пить или даже носить одежду, если она не хочет? Попытка использовать ее отца, вероятно, закончится очень плохо в соответствии с Tattletale, и у нас нет ничего, что она хочет ".


"Дай ей то, чего она действительно хочет, - предложил Дракон. "Имена и адреса угроз S-класса, которые она может стекать по своему усмотрению".


"Она просто усложнит все силы, которые мы ей кормим", - сказал Тэгг. Он поморщился. "Вашингтон будет ожидать военной рекомендации, и у меня ее нет".


"Я думаю, вы должны сначала подчеркнуть, что она, по крайней мере, номинально на нашей стороне и рекомендует не делать ничего, что ставит под угрозу это", сказал Дракон. "Я перейду через список способностей парахуман и составят список людей, которые могут иметь хоть какой-то шанс повлиять на нее. Мы можем переходить к стратегиям, как только этот список будет завершен ".


Тэгг трезво кивнул. "Что-нибудь еще?"


"Помогать людям Броктон-Бей стать парахуманской проблемой в тот момент, когда она вмешалась. Теперь у нас есть юрисдикция, и с ней никто не может спорить".


Он просветлел. "Есть много наших людей, которые натыкаются на то, чтобы сделать что-то продуктивное, пока мы пытаемся создать временную строительную установку. Любой прогресс в этом?


"Мы летим во временных зданиях, которые могут быть объединены вместе, как кусочки головоломки", - сказал дракон. "Мы должны иметь временные помещения к концу недели, хотя Протекторат и СКП должны будут делиться кварталами".


"Все было бы лучше, чем остаться здесь", сказал Тэгг. "Стены бритвы тонкие, и я не спал прошлой ночью, так как пара по соседству решила провести нокдаун, вытащить бой, прежде чем заниматься тем, что звучало как марафонская сессия горизонтальных танцев в спальне".


"Разве ты не занимаешься рядом с заместителем директора Реником?" Спросил Дракон.


Тэгг выглядел отвратительным. "Это означает, что я должен был смотреть ему в глаза на следующее утро и притворяться, что ничего не знаю".


"Я уверен, что одна из затрат на лидерство", - сказал Дракон примитивно.


"Я переключаю комнаты с солдатом по другую сторону отеля, - сказал Тэгг. "Нехорошо, чтобы мы оба были настолько близки друг к другу в случае нападения в любом случае".


Он не мог просто попросить другую комнату, потому что все комнаты были заняты. Тот факт, что он был готов понизить свои комнаты, говорил.


Дракон сделал заметку, чтобы ускорить работу модулей, которые она отправляла, чтобы построить новую временную установку. Мораль уже была достаточно плоха, и последнее, что нужно было, было для битв, чтобы разразиться между людьми, которые должны были поддерживать мир.


Собрание прошло недолго после этого.


Пока Дракон не одобрял то, что случилось с Эмили Пиггот, было приятно работать с кем-то, кто не был закрытым фанатиком против парахуманов. Тот факт, что Пиггот, вероятно, был бы еще более недоверчив ей, чем обычные парахуманы, сделал их отношения более напряженными, чем это должно было быть.


Тагг был прагматиком. Он не всегда принимал правильные решения, но он был готов выслушать хороший совет, и он не хотел отбрасывать жизнь по поручению дурака.


Переключив ее аватар в другую комнату в отеле, она обнаружила, что хочет подключиться к Rig. Там у нее был доступ ко всем камерам внутри, а также к системам безопасности и удобно расположенным терминалам в каждой комнате.


В отеле у нее были только терминалы, где она специально разместила их; в противном случае она должна была пойти в один из своих бронированных костюмов, которые были достаточно тяжелы, чтобы беспокоиться о полах в отеле, который был старым и ветхим.


Она заставила свой терминал дать предупреждение за тридцать секунд. Она обнаружила, что сожалеет о том, что девочки-подростки имеют проблемы с изображением тела и взволнованы, когда в их комнате внезапно появились люди, даже если они только в голографической форме.


"Девушки?" Спросила она.


"Дракон!" Сказала девушка-слава. Панацея была в гостиничном номере, оглядываясь на то, что было ее домашней работой. Она подняла голову и немного помахала.


Учитывая, что Дракон был ее учителем в течение последних нескольких недель, она полностью одобрила. Почему катастрофа и разрушения препятствуют образованию?


"Как вы, девочки, держитесь?" Спросил Дракон. "Мне нужно отправить шаттл, чтобы доставить вас домой?"


Ее заставили стать матерью двух девочек-подростков. Хотя это была не та роль, которую она когда-либо планировала войти, она нашла себе удовольствие. Это было гораздо более непосредственным, чем попытка изменить мир широкими ударами.


Девушка Славы покачала головой. "Ты был отличным для нас ... лучше, чем наша собственная мать, но люди нужны нам здесь".


"Есть свидетельства того, что Силар не так мертв, как все первоначально предполагали, - сказал Дракон.


"Он сумел спрятаться в СКП в течение нескольких недель, никого не убив, - сказал Панацея. "И он сказал Тейлору, что, поскольку он получил рентгеновское зрение этого ребенка, ему больше не нужно убивать".


"Это не значит, что мы не заставим его заплатить за то, что он сделал с нашей семьей, - мрачно сказала девушка-слава.


Она уже была подавлена ??до того, как ее семью убили. Ее депрессия стала темной, прежде чем она наконец начала поправляться. Обе девочки все еще были в консультации, хотя Панацея справлялась со смертью всей своей семьи намного лучше, чем ее сестра.


Может быть, это был факт, что она постоянно подвергалась смертной казни с тех пор, как проявилась ее сила. Или, возможно, именно так ее лечили в доме Даллона. Он потратил несколько недель Дракона, чтобы заставить ее открыть об этом, и она не была уверена, что Эми когда-нибудь полностью расскажет о своих чувствах.


Тем не менее, они оба расцвели в Канаде, и Дракон только надеялся, что возвращение сюда не отменяет некоторые успехи, которые они сделали.


"Что люди говорят о Тейлоре Хеберт?" Спросил Дракон. Она знала, что девочки были в контакте со своими друзьями, тем более что ученики Аркадии жили в районах, которые были менее затронуты приливами.


Никто в городе не был затронут, но, по крайней мере, у учеников Аркадии были дома, которые все еще стояли.


"Люди ее боятся, - сказала трезвая девушка. "Но надеюсь. Там она действительно хороша, даже если, как она это делает, это не всегда лучше ".


"Я бы помог людям, - сказал Панацея. "Если бы СКП не волновался, кто-то меня похитил".


Она посмотрела на ее руки и нахмурилась. "Я не какая-то драгоценная маленькая снежинка. Я могу защитить себя довольно легко.


"Как будто я позволил кому-то похитить тебя", - сказала Слава. "Хеберт уже съел большинство парахуманов в городе. Мы должны помогать нуждающимся!


"Директор Tagg согласился дать вам ограниченные операции завтра", - сказал Дракон. "Предполагая, что вы закончите домашнюю работу".


Панацея самодовольно усмехнулась. Слава нахмурилась и что-то пробормотала в Панацее о том, чтобы вскочить. Ее лицо было отвернуто, так что Дракон не видел все это, но она была уверена, что сможет предсказать контекст.


Если бы только Тейлор Хеберт был так же легко предсказать. Ее сообщения с Tattletale нарисовали тревожную картину. Хеберт был определением неустойчивости. Некоторые из новых сил, которые она принимала, оказали явное влияние на ее личность, а не на других.


В то время как сейчас она была доброжелательна, это могло измениться, когда она получила власть, которая исказила ее непредсказуемым образом. Дракон пытался разработать прогностическое программное обеспечение с помощью Оружейник, доктора Ямады и Tattletale, но он шел медленно.


"Завтра утром прибудут грузовики, чтобы раздавать еду и одеяла, - сказал Дракон. "Хотя Тейлор Хеберт сделал то, что она сделала, чтобы излечить людей, есть много людей, у которых есть условия, для которых ее способности не предназначены для этого".


"Диабетики, люди с болезнью печени и почек, раковые больные", - сказал Панацея скучающим голосом. "Люди, которым нужны хронические, долгосрочные лекарства. Если я их вылечу, это будет означать, что правительство должно предоставить людям меньше ".


"Эми!" Сказала Слава. "Вы становитесь героем в массы! Люди будут любить тебя!


"Как они любили меня последние два года?"


"Они просто привыкли к тому, что ты рядом. Теперь, когда вы ушли достаточно долго, они вас оценят больше ".


"Значит, мне нужно больше отдыхать?"


"Да!" Сказала Слава. "Разве это не то, что доктор Ямада рассказывал нам все это время?"


Дракон понимал страшный страх установить ее бремя, вред, который случится, когда она возьмет время для себя. Она обижалась на своего создателя за то, что она помогала ей; в справедливом мире она бы выполнила сто задач прямо сейчас, вместо того, чтобы делегировать их менее способным программам.


Ей нужно было усердно учиться, что ей нужно время для себя почти так же, как и живого, настоящего человека. Ее время с Колином позволяло ей расти как человек таким образом, что годы Тинкинга и последующих направлений никогда не были.


"Тебе не мешало, чтобы она овладела всеми этими людьми?" Спросил Дракон.


"Я сам Мастер", - сказала Слава, пожав плечами: "По крайней мере, по мнению некоторых людей. Если бы я сделал то же самое, никто бы ничего не сказал об этом ".


"Потому что ты бы овладел ими, чтобы нравиться тебе", сухо сказала Панацея.


Обнаружив, что Панацея не была застрахована от ауры ее сестры, она была частью исцеления. Дракон не имел отношения ко всем деталям; Доктор Ямада был скрупулезным в отношении конфиденциальности и старался хранить все свои записи в системах, которые не подключены к сети. Однако она слышала достаточно, чтобы получить базовое понимание.


Работа над некоторыми из них была частью того, что привело к тому, что девочки стали казаться более умственно здоровыми, хотя Дракон знал, что им еще предстоит пройти долгий путь.


Ни один из них не был в хорошем месте после того, как они сбежали из Броктон-Бей, и ему потребовалась большая работа, чтобы сделать их умственно здоровыми, как сейчас. Дракон мог только надеяться, что возвращение в знакомые места не принесло старых, знакомых чувств.


"Тейлор Хеберт проявил интерес к беженцам, - сказал Дракон. "Как вы с ней справитесь?"


"Однако она хочет?" Сказала Слава. "Я в основном простил ее за то, что заставило меня убить парня, и даже если бы я этого не сделал, что я мог сделать теперь, когда она - Энбрингер?"


"Она была другом кейповла, - тихо сказала Панацея. "Я постараюсь быть хорошим из-за этого".


"И не потому, что она могла сосать тебя сухим, как изюм, а затем использовать силу Боунсау, чтобы превратить тебя в зомби?" Спросила девушка.


"Я видел, как она иногда смотрит на меня, несколько раз мы были вокруг друг друга. Я думаю, она действительно хотела бы иметь мою силу, поэтому я буду особенно к ней относиться ".


Было время, когда Эми с благодарностью отдала бы ее власть, но это время было давно.


"Сейчас она довольно изолирована, - сказал Дракон. "Ее отец ... прочь, и у нее больше нет никого. Люди обеспокоены тем, что они не могут быть психологически здоровыми. Если у вас будет возможность дружить с ней, это может быть хорошей идеей взять ее ".


"Хорошая идея для нас?" - спросил Панацея.


"Хорошая идея для всех, - сказал Дракон. "Помните, как вы чувствовали себя несколько недель назад, Виктория, тогда представьте, что вы не можете убить себя и знали, что вы никогда не станете стареть, не должны есть, не болеть или даже умереть. Вечность твоей семьи и друзей умирает и стареет вокруг тебя, как ты остался, как и ты.


Слава Девушка поморщилась.


Дракон заставил ее взглянуть на Эми. Она не указала свое заявление на Эми, потому что Эми знала, что это значит, что она способна уничтожать города и цивилизации. Возможно, она могла уничтожить человечество даже быстрее, чем Тейлор Хеберт.


В конце концов, Тейлор мог уничтожить города один за другим. Эми могла создавать пандемии, которые уничтожали бы миллиарды дней.


Возможно, общение с людьми, которые были ее собственным возрастом, которые имели подобные ситуации, были бы хороши для Тейлора.


Драгу нужна была надежда вернуть правительство, прежде чем они сделали что-то глупое. Конечно, учитывая, как работают бюрократия, они, возможно, не будут действовать, пока мир не закончится.


Всегда была серебряная подкладка.


63.


"Кажется, все идет хорошо", - сказал я.


Появились новые переносные туалеты, даже когда десятки грузовиков тянули в область с одеялами, подушками и блюдами, готовыми к употреблению. Возможно, это был бунт с людьми, которые сражались за предметы снабжения, но Докеры поддерживали порядок.


Поставки были распределены по зданиям, которые я создал, и в настоящее время я тщательно загружаю второй из двух машин для льда, которые были пожертвованы компанией в Грузии. Каждый из них был размером с небольшой контейнер для перевозки, каждый из которых каждый день производил до 13 тысяч фунтов льда.


Кид Вин уже проложил линии к ближайшим солнечным дорогам, которые я распространил в лагерях. Теперь он был занят построением конвертеров, которые будут принимать энергию с дорог и безопасно использовать ее для питания любых устройств, необходимых сообществу.


Разумеется, в течение дня они могли бы поставлять энергию, а Кид Вин имел дело с лабораторией, которую он собрал в подвале Holiday Inn, но планы были отправлены Дракону, который производил то, что он придумал, и собирался отправить образцы позже этим днем.


Я был немного обеспокоен тем, что это сделало бы пространства, наиболее близкие к солнечной дороге более ценными для людей, в то время как пространства, расположенные дальше, были бы гетто. Однако у меня кончился хороший песок со дна залива, и если бы я продолжил, мне нужно было начинать двигаться дальше.


Представление планов для массивных батарей, чтобы сдерживать энергию от солнечных дорог, заняло у меня большую часть часа, используя спутник, оснащенный ноутбуком Dragon, который отправил меня. Она обещала построить их через три дня, что впечатлило меня. Это займет Убер и Леет неделю.


Докингер, который был избран, чтобы говорить за остальное, смотрел на меня неловко. Я знал его раньше; он был другом моего отца, который был в нашем доме за барбекю, прежде чем мама умерла.


"У нас есть все под контролем, - сказал он. "После прошлой ночи большинство людей делают то, что мы говорим. Мы заставили людей очистить дерьмо от земли, положить мусор в груды ... "


Правильно. Я забыл сделать трашкан. Моя угроза создать пауков-ботов, чтобы очистить, если люди, вероятно, не помогли.


"Так в чем проблема?" - спросил я.


"Дети пропали без вести. Люди пошли спать, и их дети были просто ... ушли ".


"У вас есть список?" - спросил я.


Он кивнул и передал его. Письменная бумага, как и все остальное, была драгоценна, но, будучи главой бригады Хеберт, ему были предоставлены особые привилегии.


Тот факт, что Dockworkers отправили команды в город для уборки, было чем-то, о чем никто не говорил. Видимо, они ударили по руинам Wal-Mart и вернулись с сотнями кусочков слегка заплесневелой одежды, которые люди использовали в качестве подушек и импровизированных одеял. Я мог видеть, как часть этой одежды вывешивается, чтобы высохнуть по краям зданий, которые я сделал. Я не был уверен, как они разобрались, как их удержать.


Очистка, по-видимому, закрепила их положение в сообществе, как людей, которые могли бы сделать все, и я видел, что большинство из них были выше и действовали гордо, чем я когда-либо видел их. Докеры были чем-то вроде шутки в заливе надолго.


Почему у докеров, если корабли даже не могут добраться до пристани?


Я взглянул на список, а затем снова взглянул. По меньшей мере двадцать детей пропали без вести, и я узнал хотя бы половину имен. Те, кого я знал, были все от Уинслоу.


Вытащив мобильный телефон из воздуха, я набрал Tattletale.


"Да, Господи, Владыка Морей, Власть Власти, стартер войн и сторонников полевых командиров, как я могу служить твоим приказам?"


"Вы знаете, что я способен разработать зуд, который не исчезнет", - сказал я. "Что-то в труднодоступном месте и неизлечимо современной медицинской наукой".


"Ой", - сказала она. "Я бы спросил, на какой стороне кровати ты встал, но я слышал, ты больше не спишь".


"Сон переоценен", - сказал я. "Я просто рад, что раньше не был пьющим кофе. Теперь я невосприимчив к этому.


"Мир уже закончился бы, если бы это был" Оружейник ", - сказал Сплетница. "Он на самом деле разработал способ, чтобы его броня вводила кофеин прямо в его вены, прежде чем надзор захлопнул его".


"Скажи ему, что я могу исправить его, поэтому ему не нужно спать, если он этого не хочет", - сказал я. "Есть определенные шансы на участие психоза, но это может стоить ему".


"Я обязательно скажу ему, - сказала она тоном, который сказал мне, что почти наверняка не будет. "Что тебе нужно от меня, великий Учитель?"


"Взгляните на этот список", - сказал я, щелкнув быстрой картиной и отправив ее ей. "Это группа детей, пропавших без вести в лагерях за одну ночь. По крайней мере, половину этих детей я узнаю от Уинслоу.


"Вы хотите, чтобы я увидел, есть ли тенденция, - сказала она. "Положите меня на спикера с кем бы вы ни разговаривали".


Я даже не спросила, как она догадалась. Я просто постучал по экрану пару раз. Использование сотовых телефонов стало легче. Я почти никогда не думал о смерти моей матери при их использовании сейчас.


"Кто-нибудь видел, что случилось?" Ее жестяной голос перешел через громкоговоритель телефона.


Взглянув на меня, Бруно кивнул.


Я указал на него, и он сказал: "Да, никто не знал ничего до утра. Вчера вечером в лагерях было довольно темно. Прожекторы, которые она сделала, помогли немного, но у нас даже не было света из города. Это было главным образом из луны и звезд, и большинство из нас едва могли видеть руки перед нашими лицами. У некоторых людей были собраны травы, но они вышли после полуночи.


Мне нужно было предоставить огни


"Никто не закричал или не закричал?"


"Никто ничего не слышал", - сказал он. "Некоторые люди думают, что они подкрались к маленькой новичке, но никто не знает, почему они еще не вернулись. Родители очень расстроены ".


"Я уверен", - пробормотала Сплетница. Я слышал звуки ее клавиатуры, постукивая в фоновом режиме, когда она задыхалась. "Все в порядке, чтобы снять его с диктора".


Я это понял. Я использовал ветер, чтобы заглушить то, что я говорил от Бруно. В то время как я доверял Доклургам, последнее, что я хотел сделать, это создать панику, потому что меня услышал кто-то, стоящий в пяти футах от него.


"Школьные компьютеры были уничтожены, - сказала она, - но в облаке есть определенная информация. Доступ к социальным сетям из подростков в списке, сопоставление с местами фотографий ... похоже, что каждый студент отправился к Уинслоу ".


Я нахмурился. "Кажется, это немного совпадение".


"Это не так", - сказала она. "Я получил доступ к документам Эммы Барнс и текстов Софии Хесс, которые были сделаны во время расследования СКП. Восемьдесят процентов студентов в этом списке соотносятся с некоторыми из этих текстов как с людьми, которые подвергались издевательствам, или с людьми, которые пересекли одну из них или другую ".


Смотря на мой телефон, я сопротивлялся импульсу раздавить его в порошок. "Ты думаешь, это она?"


"Кажется, она сохранила темную тему для своих способностей, - сказал Сплетница. "Она одна из немногих парахуманов, оставленных в городе. Ей удалось заставить Эмму Барнс в основном исчезнуть, не увидев девушек, которые были не так уж далеки.


В основном исчезают только потому, что она оставила сувениры.


"Гесс, похоже, был тем, кто держится за обиды, даже если мы не можем понять ее психическое состояние, кроме ее привычки ходить Ван Гога на людей, которых она больше не любит".


"Ты думаешь, она оставила трофеи?" - спросил я.


"Думаю, она возьмет трофеи, - сказал Сплетница. "Не оставит ли она меня, я не уверен. Это зависит от того, почему она это делает. Если она просто собирается заселить старые оценки, она может оставить трофеи, чтобы издеваться над людьми. Однако ее сила может потребовать смерти, чтобы стать сильнее.


"Думаешь, тогда она убила других людей", - сказал я. "Может быть, много людей".


"Может быть, все, что она делает, занимает больше времени, чем тот маленький карманный монстр, который у вас есть".


Как она знала о маленьком существе, которого я получил от Моорда Нага, я понятия не имел. Он где-то нашел крошечный череп мыши и был одет в это, пытаясь выглядеть запугивающим. Я нашел его восхитительным, и это заставило меня задаться вопросом, отличается ли мое определение восхитительного, чем у других людей.


"Мне нужно помочь найти ее", - сказал я. "Я не удивлюсь, если она перейдет от детей к другим людям, которые важны для меня".


Я взглянул на Бруно, который смотрел на меня. Его сердечный ритм не ускорился, поэтому использование ветров, чтобы заглушить то, что я говорил, работает.


"Это не будет легко, - сказал Сплетница. "Она все еще чужой, и у нее могут быть способы выскочить из этой вселенной".


Я должен был проверить зеркальную вселенную, я понял. Если София сработала, и она дала ей силы даже касательно связанных с теми, которые я собрал, она могла бы спрятаться в зеркальной вселенной так же легко, как и всегда.


"Делай, что можешь", - сказал я. Я нажал на телефон и исчез в своем собственном карманном измерении.


Бруно все еще смотрел на меня. Я отклонил ветры и сказал: "Что?"


"Иногда ты казался таким нормальным", - сказал он. "Как маленькая девочка Дэнни, а потом ты просто делаешь, и все помнят, что ты нет".


Тот факт, что он был достаточно спокоен, чтобы сказать такие вещи кому-то, у кого была сила, которую я имел, несомненно, почему он был выбран для этой должности. Тем не менее, это раздражало меня.


Прежде чем я успел что-то сказать, я почувствовал два приближающихся присутствия. В то время как мое чувство того, где люди были в моем чувстве воды, было достаточным, чтобы я мог ощутить все тридцать тысяч пятьсот двенадцать человек в лагере на данный момент, только двое из них были в воздухе на данный момент.


У костюмов Дракона было очень мало биологического вещества внутри, если только она не была чем-то вроде случая 54, который не использовал воду в своей биологии. Власти Бонсауса сказали мне, что с ограниченной даты, когда я имел о содержании воды в ее костюмах, это был, вероятно, биологический компьютер.


Тот факт, что это заставило меня чесаться, взломать ее доспехи и осмотреть внутреннюю часть, не было чем-то, что я делил с кем-либо.


Я слышал, как Панацея сердито бормотал Девочке Славы, хотя я еще не видел их. Здания, которые я сделал, заслонили вид. Панацея делала хорошую работу с раннего утра, защищая отряды охранников СКП, которые на самом деле не были необходимы.


Запах MREs, приготовленный с использованием собственных заранее подготовленных химических упаковок, уже доносился по лагерю. Люди были благодарны за морепродукты, которые я предоставил вчера, но наличие настоящих паст и хлеба и риса было чем-то благодарным людям. Я почти не слышал, чтобы кто-то жаловался.


"Эй, Тейлор!" Сказала девушка-слава, летящая ко мне. Я ощущал ее ауру, когда она приближалась, хотя и с определенным видом отряда. Это не повлияло на меня так, как раньше, вероятно, потому, что у меня больше не было отдаленного человеческого мозга. Это было облегчением от моих опасений по поводу того, что меня осваивали, хотя все еще возможно, что Властелин не все использовали одни и те же методы. Может быть, только некоторые мастера могут повлиять на меня, поэтому я не мог позволить себе наглость.


"Я не могу поверить, что вы все это сделали за одну ночь", - сказала она, приземлившись, отложив Панацею. По-видимому, СКП решила, что ей не нужны стражи, когда она была рядом со мной и Glory Girl, или они решили, что в краткосрочной перспективе они ничего не смогут сделать, если я отвлекусь.


Она, очевидно, преодолела все обиды, которые она испытывала ко мне, полностью разрушая ее жизнь. Быть обвиненным в случайном убийстве было, по-видимому, менее важным, чем убить всю вашу семью и угроза удаления вашего черепа.


"Я удивлен, что вы, ребята, застряли", - сказал я. "Силар все еще вокруг, из того, что я слышу, хотя он утверждает, что был добрее и менее убийственным".


"Это наш город, - сказала Слава. "У наших друзей были поврежденные дома, и люди нуждаются в нас здесь. Мы не были бы героями, если бы не встали, когда будем нужны.


"Плюс СКП попросил нас подружиться с вами", - сказал Панацея.


Девушка Слава обернулась и уставилась на нее.


"Она не глупа, - сказала Панацея, пожав плечами. "Дело не в том, что мы не хотим дружить с тобой. Я имею в виду, я знаю, что на Марсе была катастрофа, но на какое-то время я был довольно обижен. Я был в терапии, хотя и я отпустил его по большей части ".


"Эми держится за такие недовольства, как" Армейстер "держится за свою Алебарду, - поморщилась Слава. "Я стараюсь жить и жить".


Мне показалось, что они мне нравятся немного больше, чтобы быть честными, а потом подумали, были ли они рекомендованы, чтобы быть честными мыслителями Протектората, которые меня профилировали.


Игнорирование проблемы должно было стать лучшей политикой. Если бы я начал задаваться вопросом, кто замышляет, кто я никуда не пойду.


"Почему вы здесь, ребята?" - спросил я.


"Во время эвакуации многие наши друзья пропали без вести, - сказала Эми. "Эта ядерная вещь, в которой вы были особенно вовлечены. Множество людей были ползти и планировали уйти, но они никогда не появлялись в своих местах. На дорогах все еще есть машины ... те, которые не смыты, а соседние, которые все еще рядом, не видели их вообще ".


"Сколько людей мы говорим?" - спросил я.


"Включая их семьи?" - сказала Слава."Около сотни".


Часть меня хотела спросить, как многие люди могли пропасть без вести в течение этого короткого времени, но эвакуации были хаотичными, и люди рассеялись по всем частям страны, большинство из них остались за городом родные.


"Большинство ваших друзей отправились в Аркадию, верно?" - спросил я.


Слава Девушка кивнула.


"Кто-нибудь из вас знал Софью Гесс?" - спросил я.


"Шад ..." сказала Слава, затем резко взглянула на Панацею, которая ударила ее в руку.


"Я знаю о ее другой личности, - сказал я. "Есть некоторые свидетельства того, что она похитила хотя бы одного из моих одноклассников из Уинслоу, и вполне возможно, что она могла напасть на большее количество людей".


"Я слышала, что она была опустошена, - сказала Слава.


"Она снова вызвала", - сказал я. "Вокруг меня". "


Черт, - сказала Эми. "Это означает, что ее полномочия могут быть связаны с вашими, или ваша базовая сила некоторых из тех, кого вы собрали".


"Есть причина, по которой так много людей в Новой Волне имели схожие силы", - сказала Эми.


Она не упоминала, что причина, по которой ее полномочия были настолько разными, заключалась в том, что она была усыновлена. Ей не нужно было.


Или были силы, которые у вас были не генетические, а вместо этого были связаны с ближайшими кейпами? Если это так, разве она не была бы жестокой или бластером?


"Есть шанс, что она могла бы забрать детей в этот лагерь, которые она знала в школе. У нее много контактов с детьми Аркадии? "


" Она была конкурентоспособной и не любила некоторых парней и девушек в команде треков ", - сказала Эми. Она нахмурилась."На самом деле, некоторые из них отсутствуют.


"Никто из палат не заметил?" - спросил я.


"Они были заняты, - коротко сказала Слава. Она выглядела раздраженной, и я подумал, было ли это что-то, что я сказал, или что-то особенное для подопечных. Ходили слухи, что она обманывала своего бойфренда Дин с одним из подопечных, возможно, Галлантом.


"Это не значит, что мы официально знаем, кем подопечным, - сказала Эми. "Хотя мы можем сделать некоторые догадки". "


Если это действительно София, есть шанс, что она снова нападет", - сказал я. "Возможно, уже сегодня". "


Я здесь, - сказала Слава.


"Что?" - спросил я.


"Ты собираешься поставить это место сегодня вечером и попытаться поймать того, кто это сделал, - сказала Слава. "Я хочу быть здесь, чтобы помочь".


Я смотрел на нее на мгновение, учитывая. Мысль о том, что кто-то такой, как она, может помочь кому-то вроде меня в битве, поскольку ничего, кроме отвлечения, было смешно. Однако было возможно, что не все заложники были мертвы, и в этом случае было бы хорошо иметь больше, чем сибирский и мои клоны, чтобы помочь защитить людей.


"Я не пойду", сказал Панацея. "Я не совсем готов к фронтовым боям. Я готов подождать поблизости, если кто-то нуждается в исцелении ... больше, чем вы можете предоставить в любом случае ".


Я вздохнул и кивнул. Я много времени проводил с тех пор, как получил полномочия Левиафана и, возможно, разбился с кем-то, кто мог бы помочь моему возрасту.


Конечно, Слава всегда поразила меня как девушку, которая больше интересовалась мальчиками и одеждой, чем чем-то последним, поэтому мне пришлось задаться вопросом, как много у нас было общего.


"О, и спасибо, что не съел меня", - сказала Панака.


Я уставился на нее, и она начала краснеть. "Я имею в виду не красть силы". "


Оказывается, Панацее нравятся дамы, - сказала Слава. "Я сам этого не понимаю, но по крайней мере сейчас я могу попытаться остановить ее с каждым Томом, Диком и парахуманом, которых я могу найти".


Панацея теперь не смотрела на меня, что было забавно.


"Не думайте, что вы так раскачиваетесь?" Спросила девушка.


Голова Панацеи вспыхнула, и она толкнула Девочку Славы, которая усмехалась над ней. Часть меня задавалась вопросом, были ли они таким образом, чтобы разоружить меня. Если бы мыслители Протектората решили, что мне нравится такое взаимодействие, потому что это напомнит мне о днях, когда Эмма была моим лучшим другом?


"Я только встречаюсь с Губитель", - сказал я, мое лицо было невозмутимым.


Они оба застыли, глядя на меня.


"Что, ты не думаешь, что Бегемот будет хорошей датой?" - спросил я. "Я имею в виду, вам нужно было бы открыть кафе под открытым небом, поскольку он не мог вписаться ни в какие двери, и он точно не ел ничего кроме городов ... Думаю, вы могли бы отвезти его на дискотеку в театр, если другой покровители, кричащие и убегающие, не испортили фильм ".


"Я думаю, что шипы станут поворотным, - медленно сказала Панацея. "Плюс все излучение". "


Вы будете удивлены, что девушка может сделать с парнем с шипами", - усмехнулась Слава. "Это просто еще один признак того, что у вас нет никакого вкуса".


Возможно, разбивка будет не такой плохой, как я думал.


64.


"Это мило, - пробормотала Слава.


Мы сидели на одном из зданий, которые я делал, жуя попкорн и глядя на экран перед нами.


Я потратил большую часть времени на то, чтобы сделать лагерь более пригодным для жизни местом. Я помог подключить больше электрических соединений. Я поплыл в Бостон и купил десять проекторов, предназначенных для езды в кинотеатрах. Они возвращались по всей стране, и в Бостоне был склад. Тридцатифутовые надувные экраны были дороже; все сказали, что я потратил триста тысяч долларов.


Видеоролики для экранов были предоставлены бесплатно компаниями, которые, по-видимому, желают моей доброй воли.


Kid Win удалось собрать некоторые батареи, используя ограниченное лабораторное оборудование, которое ему удалось собрать, и я зацепил экраны в разных частях лагеря. Этого не будет достаточно, чтобы все могли посмотреть, но я предполагал, что не все будут в настроении.


Удивительно, как быстро люди выздоравливали. Я мог видеть, как дети преследуют друг друга, когда люди выкладывают на траву поверх государственных вопросов одеяла, поедающие попкорн, которые также были бесплатно предоставлены компанией из Бостона.


Насколько я освобождался, было удивительно, насколько скудными были люди-проекторы.


"Это хороший фильм", - признался я, хотя в фильме были элементы фильма, которые вызывали у меня дискомфорт.


Это был фильм о волшебнике-мальчике с Земли Алеф, который занимался войной. Это было то, что я мог понять, потому что все рисунки, которые я рисовал, сказали мне, что именно там я и направился. Люди собирались умереть, если я ничего не изменил, но из того, что Сплетница рассказывал мне, что мир закончится через два года или, возможно, меньше, и часть этого была из-за того, что я уже сделал.


"Да, но я имею в виду это", - сказала она. "Нет борьбы, никто не умирает, просто находясь под звездами. Небо выглядело так в Канаде.


"Обычно вы не видите звезд в городе", - признался я. "Слишком много огней. Наверное, всегда есть небольшая серебряная подкладка.


Город внизу был все еще в основном темным. Люди в более богатых, менее затронутых кварталах имели солнечную энергию в течение дня из-за дорог, которые я совершил, но ночью они были ограничены мощностью генератора, и у большинства людей не было генераторов. Там были маленькие очаги света, окруженные огромными облаками тьмы.


Было еще слишком рано в этом сезоне, чтобы там было много ошибок, и хотя некоторые жертвы привезли своих питомцев в приюты "Энбрингер", их было не так много, учитывая все обстоятельства.


Вероятно, было бы лучше, если бы было еще несколько собак. Я спросил об этом, и в данный момент в лагерях было как минимум триста детей из Уинслоу. Многие из тех, кто не был выбран, были в приютах с домашними животными.


Он предложил мне, что это была София или другой хищник, они выбрали приюты, в которых были люди, которые вряд ли были бы разбужены животным с превосходными чувствами.


"Ты собираешься хорошо спать всю ночь?" - спросил я. "Мне больше не нужно спать или есть, так что немного сложно судить о том, что нужно людям".


Учитывая, что мне нужно было есть и спать не так давно, это не должно было быть трудно, но я, как правило, забывал, участвовал ли я в других вещах.


"Ты контролируешь все это?" Спросила она, глядя на меня. "Нет жидких носов или менструальных судорог или периодов или чего-нибудь еще?"


"Я могу притворяться, что имею такие вещи", - сказал я. "Но я больше не полностью биологический. Мое тело больше похоже на марионетку, которой манипулируют все, что превратилось в мой мозг ".


"Но ты все еще чувствуешь, верно?"


"Я все еще чувствую", - сказал я.


Хотя мое тело было марионеткой, оно по-прежнему считалось частью меня для расширения моей власти. Я чувствовал силу Власти Славы каждый раз, когда я чистил ее руку, хватаясь за попкорн.


Мне не нужно было есть, но я все еще мог наслаждаться вкусом попкорна и сладких воспоминаний, которые он привел в кино с Эммой.


"Значит, я не получу после тебя какие-нибудь кошечки из Губитель?" - спросила она.


"Вы должны были спросить, прежде чем мы начали делиться ведром", - усмехнулся я. "Вы сразу же не начнете выращивать жабры, но вы можете начать пахнуть немного подозрительно".


"Ну, у меня есть Эми, чтобы исправить любую ужасную вещь, которую ты делаешь со мной, поэтому я считаю, что со мной все в порядке".


Я услышал звук кого-то снизу, пытаясь отбросить нас, прежде чем они поняли, кто мы. Я переместил ветры, чтобы нести наши голоса вверх и в небо, что делает нас почти неразборчивыми для окружающих нас людей.


"Скорее всего, мне придется убить Софию", - сказал я. "Из того, что я слышал, ее сила не такая, которую я собираюсь взять для себя. С тобой все в порядке?


"Она всегда была сукой, - сказала Слава. "Но похищение или даже убийство моих друзей и их семей над трофейным трофеем? Я задержу ее, если ты мне понадобишься.


По-видимому, она закончила любую травму, которую она испытала, случайно убив парня ... или, по крайней мере, она думала, что это так.


"Она, вероятно, не будет атаковать, пока все не лягут спать, и стемнеет", - сказал я. "Я могу ощущать воду в теле каждого во всем лагере, и я могу услышать большую часть лагеря, если захочу".


"Даже люди идут в ванную?" - спросила она.


"Сейчас в лагере живут двести человек, - сказал я. "Наверное, потому что дети смотрят фильмы, и это первая конфиденциальность, которую они имели".


Она сделала лицо.


"Это вас не извращает?"


Я пожал плечами. "Я не смотрю на них. Я могу просто понять, где их тела связаны друг с другом, и я могу слышать, что они делают ... все в порядке, да, это немного грубо. Но слышать, как каждый пердит в радиусе трех блоков, тоже не является пикником. Вы привыкаете к нему через некоторое время.


"Ты должен быть настоящим криком при ночлегках", - сказала Слава.


"Я никогда не был с одним человеком, - сказал я. При ее взгляде я пожал плечами. "У меня был один хороший друг, и я действительно никому не нужен. Он отлично работал, пока она не повернулась против меня, и после этого у меня не было много возможностей. Теперь ... Я сомневаюсь, что кому-нибудь будет комфортно, если бы со мной будет спать.


"Учитывая, что вы не можете спать и будете слушать всех, кто будет в ванной и сплетничать о вас, плюс может уничтожить весь дом, если кто-то обманывает вашего парня".


"Как вы думаете, Энбрингеры были вовлечены?" - спросил я внезапно. "Я имею в виду, где бы они ни были, прежде чем они пришли сюда?"


Слава выглядела потрясена. "Вы имеете в виду Симурга и Бегемота?"


"Или Левиафан", - сказал я. "или оба."


"У них нет ... частей, - сказала Слава.


"Это вы знаете", - сказал я. Она недоверчиво посмотрела на меня. "Я могу вырастить любую часть, которую я хочу, и, возможно, у них просто есть обложки для их частей или их в странных местах".


"Симург сделает величайший мошенник в мире, - задумчиво сказала Слава. "Она могла сказать, будет ли ее поймать, прежде чем это произойдет, а затем изменит ее".


"Вы думаете, что Бегемот когда-либо завидовал Левиафану?" - спросил я, усмехаясь.


Большинство людей избегало темы Губителей, таких как чума. Это было суеверие, так как говорить о них могло бы привести их к спикеру. Это было немного похоже на фильм, который мы смотрели на самом деле, с злодеем, которого люди боялись назвать.


После этого разговор разложился. Почему я думал, что Виктория Даллон будет скучной, я не знал. У нее на самом деле было чувство юмора, которое было больше, чем я мог сказать о большинстве взрослых кейпов, которые я знал. Факт, что она была удивительно похотливой, была приятно удивлена.


Фильмы закончились, и я молча смотрел, как темнота спустилась в лагерь. Солнечные фонари были привезены, по-видимому, потому, что правительство не знало о моих солнечных дорогах, когда был сделан заказ. Они были способны варьировать цвета, а некоторые оттенки продолжались до одиннадцати часов, а белые длились всего три.


Большинство фонарей внедрили красный или синий оттенок, потому что это были режимы сохранения энергии, хотя я видел несколько расточительных желтых и белых.


Один за другим, однако, фонари выключены. Я чувствовал, как люди повсюду двигались беспокойно, но со временем они начали расти, и стало тихо.


Конечно, люди все еще двигались. В группе из более чем тридцати тысяч всегда были люди, направляющиеся в ванную или выкурив. Но через час после окончания фильмов было менее ста человек, которые казались бодрыми, разбросанными по всему лагерю.


Виктория отшатнулась, несмотря на ее утверждения, что она вздремнула и все будет в порядке. Это не имело значения. Уединение напомнило мне немного о мире и спокойствии океана. Мне иногда казалось, что я жажду этого, когда люди слишком много меня переполняют. В основном я избегал этого чувства, сохраняя себя занятым, но было меньше делать, когда люди все спали.


Я вытащил свой СКП ноутбук и начал работать. Было бесплатное программное обеспечение для изменения яркости экрана, которое я использовал, чтобы уменьшить его до такой степени, что большинство людей не смогли бы увидеть много даже в темноте ночи.


Это не имело значения. Я смог изменить свои глаза еще лучше, чем раньше, с мощностями Боунсау, лучше, чем видение кошки. Это означало, что я мог бы работать на вершине крыши, не выделяясь как маяк всему лагере.


Работа над дизайнами воланов, когда я ждала, была наилучшим использованием моего времени. Между моим ощущением воды и моим слухом мне не нужно было смотреть или даже уделять такое внимание. Левиафан даже не использовал глаз.


Прошел еще час, и даже последние сотни человек в основном улеглись. В мире, где сотовые телефоны не работали, и телевизоров не было, люди быстро успокоились после наступления темноты.


Я застыл, приближаясь к полуночи, протянул руку и схватил ногу Виктории.


Она вздрогнула и уставилась на меня.


Осторожно я закрыл свой ноутбук и отослал его. Я тихо кивнул ей, и мы оба поднялись с крыши рука об руку, потому что Виктория выглядела так, как будто она не могла видеть много. Он выглядел таким же ярким, как дневной свет, просто со старта.


Я заставил мужчин составить список всех приютов, в которых содержались дети Уинслоу. Многие из них были в юго-восточном углу лагеря, вдали от удобства солнечных дорог и зарядных устройств. В их части лагеря было меньше фонарей, и они находились дальше от точек падения FEMA.


Я не одобрял, как лагерь уже сегрегал себя, но Докеры сказали мне, что это не поможет. Люди склонны собираться вокруг людей, похожих на себя, и они склонны остракизировать тех, кто был другим. Вытеснение их вместе могло бы привести к раздорам всякий раз, когда меня не было рядом, вызывая больше проблем для тех, кто пытается сохранить мир.


Приближаясь к краю лагеря, я отпустил руку Славы. Я чувствовал нечеловеческую форму внутри одного из приютов, у которого было достаточно воды, чтобы обнаружить меня, но это показалось странным.


Прежде чем я смог добраться до двери, хотя фигура исчезла из моих чувств, как и прежние жители этого места.


Она прыгнула мирами!


Я схватил Девочку Славы и перешел в зеркальное измерение.


Что-то пошло не так. Проскальзывание в этом измерении не было плавным переводом, когда я создал свои собственные карманы; это измерение было создано кем-то другим, кто имел больше контроля над ним, чем с моими зеркальными размерами.


Было так же темно, как и дома, но здесь здания в лагере выглядели полуразрушенными, как будто они были здесь годами, а не только прошлой ночью. Металл стен был покрыт ржавчиной и плесенью, а некоторые потолки упали.


В темноте я слышал шум, но я не мог точно определить, откуда он.


Кровь красные виноградные лозы покрывали землю, излучая из города, которая была такой темной, как на самом деле, но казалась гораздо более предчувствующей. Если бы у меня было обычное зрение, они бы выглядели черными в темноте, но мои улучшения позволили мне увидеть сероватые версии нормальных цветов.


Звезды каким-то образом казались неправильными, хотя я не мог на нее наложить свой палец.


Это было неестественно тихо, без звуков более тридцати тысяч человек, тихонько дышащих и двигавшихся тихо, когда они смещались во сне. Поскольку я получил расширенные слухи, я никогда не слышал ничего такого тихого.


"Куда они пошли?" Тихо спросила Слава.


Они должны были оставаться в этом районе, как только они пришли сюда, но я их не ощутил. Мои чувства вообще были закрыты. Казалось, фильм покрывал все. Я мог ощущать воду в направлении города, но это был капля; Я не мог ощущать отдельные формы.


"Следуй за мной", тихо сказал я Девочке Славы.


Левитируя, я направился в город. Я медленно двигался так, чтобы Слава не потеряла меня в темноте, а также потому, что я общался с моими чувствами, пытаясь понять, что было так неправильно в этом месте.


Он был намного больше, чем зеркальные вселенные, которые я создал, которые обычно были достаточно большими, чтобы покрыть несколько городских блоков в каждом направлении. Это покрывало площадь, по крайней мере такую ??же большую, как весь город плюс лагерь беженцев. Я не мог сказать, была ли область снаружи иллюзией, как в моих зеркальных вселенных, или если эта вселенная была намного больше.


Когда мы пролетели над развалинами домов и улиц, я заметил, что некоторые улучшения, которые я сделал за последние несколько дней, не были отражены в этой версии реальности. Не было солнечных башен и солнечных дорог. Корабли все еще находились на кладбище кораблей.


Но в лагере были здания, которые я построил. Означает ли это, что этот мир был построен по частям, добавленный к одной части за раз? Это то, что делала София, воссоздавая мир, где она была единственной живой?


Мы были на полпути к месту назначения, когда я понял, где была масса; это было в месте, где когда-то стоял Уинслоу. В реальном мире Уинслоу был полностью разрушен цунами. Здесь он все еще стоял, мрачный и предчувствующий, как всегда.


Я почувствовал странное чувство трепета. Плоть, которую я ощущал, была под Уинслоу, хотя некоторые из них были в самой школе.


"Это твоя старая школа?" Спросила Слава.


"Домой милый ад", сказал я.


"Как ты думаешь, она знает, что мы здесь?" Спросила девушка.


Я чувствовал движение от массы под школой. Он был огромным, почти таким же большим, как и сама школа. Я все еще не мог точно прочитать, что это было; казалось, сдвинулся и изменил момент, который я начал понимать.


"Пошли, - сказал я.


Внутри Уинслоу были реальные огни, хотя они были тусклыми и сияли красным. Они мерцали и выключали, придавая всему адский оттенок.


Ходить по главному коридору было похоже на отступление во времени, за исключением того, что здесь тоже повсюду сидели странные красные лозы. Я чувствовал себя странно, почти так же, как будто я был версией самого себя, прежде чем я начал, просто ожидая следующего ужаса, который будет навязываться мне Трио и другими.


Мои силы все еще были доступны; это был психологический эффект возвращения сюда, который все еще беспокоил меня.


Двигаясь по коридорам, я заметил, что виноградные лозы растут толще, а некоторые из них действительно пульсируют с ритмом, который был странно знаком. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это был ритм биения сердца.


Я присел на корточки и коснулся одной из лоз. У него было жирное чувство, и я почувствовал отдаленное эхо власти, хотя и недостаточно, чтобы я мог твердо понять это. Вина были частью более крупного организма, что вызывало у меня беспокойство, что я знал, что находится под школой.


Вина были все ведущими в одном направлении. Я кивнул Девочке Славы, и мы оба плыли на два фута над полом. Ходить по виноградным лозам казалось смутно плохой идеей.


Открыв дверь в столовую, я застыл.


Пол в столовой исчез, и на его месте была крутая масса черноты, и лица появились внутри и напрягались против того, что их держало, с выражением агонии и безумия.


Некоторые из них заметили нас, и их руки растянули мембрану, содержащую их, отчаянно схватившись к нам, прежде чем они были отброшены внутри размахивающей массы.


Сама масса сформировалась в форме, сделанной из черноты, головой на большой стол. Это показало лицо Софии. Сначала она смотрела на меня без единого намека на признание, но потом была искра. Ее лицо скривилось от гнева и гнева, и я услышал грохот в земле под нами.


Использование моей способности обнуление ауры, похоже, не имеет большого значения. По-видимому, мне нужно было бы приблизиться к тому, к чему она должна была стремиться изменить свою силу.


Стены Уинслоу начали дрожать, и через несколько мгновений все обрушилось вокруг нас.


65.


Мир замедлился вокруг меня, но София уже двигалась, уклоняясь под пол. Я полетел вперед, мой разум мчался.


Многие мои силы были слишком опасны для использования, когда у нее все еще были настоящие люди внутри нее; и теперь, когда я был близок, я чувствовал, как по меньшей мере сто человек в отчаянном страхе под мной. Все, что она делала, чтобы смутить мои чувства, все еще работало.


Моя огненная аура сжигает людей до хрустящей корочки; Железные копья Кайзера будут копаться через головы и тела так же легко, как через протоплазму Софии. Хотя я мог бы использовать его, чтобы железные стены попирали ее.


Она была достаточно большой, чтобы ветер Стормтигера не сделал бы многого, и стеклянные осколки Шаттерберда либо не сделают достаточно, либо слишком много сделали бы.


Сибирский мог прорезать ее плоть, но я мог бы это сделать так же хорошо. Несмотря на все это, я сомневался, что София действительно может навредить мне.


Если бы я мог подойти достаточно близко к ее силе с помощью способности Хэтчетфейса, возможно, вся конструкция развалилась бы, выпустив всех. Возможно также, что все они утонули в ее эффлювии.


Нахмурившись, я нырнул в дыру, оставленную позади. Слава Девушка была позади меня, все еще не отреагировав на все, вероятно, потому, что ее скорость реакции была недостаточно быстрой. Мы с Софией двигались со скоростью, с которой нормальные люди не могли сравниться.


Туннель был глубже, чем я ожидал, и настолько темным, что я не мог видеть ничего даже с моим улучшенным видением. Я должен был зависеть от моего водного чувства и моего слуха, который каким-то образом беспокоил меня меньше, чем я мог бы подумать.


Дно океана было темным, и я почти не заметил. Теперь, когда я был здесь, я чувствовал, что туннели обширны, распространяясь далеко за пределы всего, что я мог себе представить; возможно, по всему городу.


Она не могла подумать, что я потеряю ее; Я легко чувствовал запах ее запаха, и с силой Левиафана я был быстрее, чем любой скорость, находясь в воде. Даже из воды я быстро молниеносно.


Я приближался, и стратегии бросились мне в голову. Сила тумана была бы идеальной, если бы у нее все еще были легкие; от взгляда, который у меня был, это было не совсем уверенно.


Вытащить воду из ее тела было бы здорово, но сила Левиафана, столь же сильная, насколько это возможно, была ограничена Мантоном. Кроме того, с чем бы она ни запутала мои чувства, я могла бы вытащить воду из жертв вместо нее.


Я почувствовал ее теперь, черный конец аморфного блоба, уходящего в массивную пещеру. У меня была она, хотя я не был уверен, что с ней буду делать.


Когда я подошел к входу в пещеру, я застыл. Здесь были фосфоресцирующие водоросли, которые по моему усиленному видению были почти такими же хорошими, как дневной свет. Я мог видеть ее, и то, что я увидел, ужасало меня.


Она была больше, чем я думал. Растянувшись сотней футов во всех направлениях, ее тело было аморфным блобом на дне пещеры с красными усиками, простирающимися во всех направлениях. Должно быть, это было так, как она тянулась, и я подумал, сможет ли она достичь другого измерения, оставаясь здесь.


Мои призраки начали образовываться вокруг меня. Они должны быть способны взорвать Софию просто прекрасно. Сибирский появился рядом со мной.


"Отдай Софию, - крикнул я. "Я слишком могущественна, чтобы ты даже думал о боевых действиях".


В протоплазме появилось лицо; Я мог сказать, что это было даже не ее оригинальное тело, предполагая, что она все еще была однажды.


" Ты разрушил мою жизнь ", - сказала она, ее голос звучал как хор голосов от боли. " Взял все у меня".


"Ты сделал это для себя", - сказал я. "Если бы вы действовали как человек, вы все равно были бы в прикладе Уордов и взяли имена. Вместо этого вы здесь играете в темноте.


" Ты послал меня в тюрьму, взял мою семью, взял моих друзей", - сказала она.


"У тебя не было друзей, - сказал я, - на самом деле. Ты видел, как быстро Эмма уронила тебя, как только ты не был крутым Кап?


Я подумал, была ли Эмма уже мертва. Если она не была, она была частью этой массы и была в течение нескольких недель. Даже после всего, что она сделала со мной, я бы этого не хотел.


Она взревела от гнева. Псевдопод набросился на меня, и, когда он врезался в меня, я проигнорировал его.


"Ты не можешь причинить мне боль", - сказал я. "Теперь у меня есть способности Левиафана и многое другое. Ты должен был убить меня, когда у тебя был шанс. Теперь ты слабый.


Было приятно издеваться над ней. Она так сильно владела над мной так долго, и теперь я был наверху. Она всегда охотилась на слабых, презирала их, и как только я была сама картина, насколько она была обеспокоена.


Теперь никто не мог назвать меня слабым.


Она взревела, и вся пещера задрожала. Песок и пыль обошли вокруг нас. Мне было все равно.


" Люди раньше болели Энбрингерс! "


"Они притворялись, чтобы люди не переставали сражаться, когда они понимали, насколько они превзойдены", - сказал я. Я помолчал. "Я дам вам один шанс, чтобы эти люди ушли. У СКП есть мыслители и возители, которые могут помочь вам снова обрести нормальную жизнь ".


Я, конечно, лгал; кроме кого-то вроде меня, вероятно, не было никакой надежды на то, что она вернется к нормальной жизни, и она это знала; ее рев сказал мне столько же. Даже если бы я был готов взять на себя бремя любого ужаса, которым ее тело теперь стало, я бы этого не сделал. Она была монстром снаружи, точно так же, как она когда-то была монстром внутри. Кажется, это было как-то подходящим.


Я задавался вопросом, была ли она в ужасе от того, кем она стала, или если она так далеко ушла, что ей все равно. Тот факт, что она была готова отрезать уши Эммы, устранила любую симпатию, которую я, возможно, имел к ней. Эмма, возможно, мучила меня годами, но однажды она была моим другом. Ее внешность была той, которой она гордилась.


Прежде чем я смог сделать что-нибудь, Слава была у входа в пещеру. "Ты меня оставил".


"Она уходила, - нетерпеливо сказала я. "Я собираюсь попытаться вытащить людей из нее, и я хочу, чтобы вы их защитили, когда я это сделаю".


Прежде чем она сказала что-нибудь, что я взорвалась, отталкивая стену пещеры позади меня и вздымаясь к ней. Я мог видеть, как она реагирует оборонительно, двигая тела на позиции, где я буду раздавить их, когда я проходил мимо.


Я проглядывал сквозь них, наслаждаясь иронией, что я использовал ее собственную силу, чтобы победить ее. Проскальзывание внутри нее было подобно движению через грязь, но я чувствовал, как ее сила приближается через ее усики. Я не собирался его принимать, но это была дорожная карта для меня, чтобы убить ее.


Вероятно, она ожидала, что я сделаю то, что я только что сказал Девочке Славы, попытаюсь спасти заложников, но до тех пор, пока она жила, заложники были в опасности, и с таким количеством людей, как было, не было никого, может защитить их всех. Мне лучше было прекратить Софию, а затем остальные последуют естественным образом.


В ней было черное черное, но я был достаточно близко, когда мои водные ощущения могли разглядеть версию лиц, оказавшихся внутри. Все они нуждались бы в обширной терапии, предполагая, что они не были каким-то образом неразрывно связаны с Софией и умрут без нее.


Сила Bonesaw была очень заинтересована в том, какой точный метод использовался для поддержания их жизни. Были ли пупочные шнуры, которые я не видел, или это жидкость, которую они суспендировали каким-то образом кислородом?


Это не имело значения. Несмотря на то, что прошло гораздо больше времени, чтобы пройти через массу ее тела, чем я думал, я добирался туда. Это было неизбежно, когда солнце поднималось, и я собирался найти все, что осталось от Софии, и я собирался ее закончить.


Я был взорван лучом света, который на самом деле причинил мне боль, хотя я был несущественным. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что я мог видеть сейчас. В темноте была одна светящаяся фигура, которая выглядела странно знакомой.


Чистота.


Я знал, что забыл кейп из двух, как я взял Капюшеры залива. С тех пор, как я появился, у нее был низкий профиль, поэтому я по существу отвлекся, что было плохо, поскольку ее сила была, вероятно, той, которую я хотел бы получить больше, чем кто-либо из других в заливе.


Прежде чем я смог отреагировать, тело переместилось передо мной.


Эмма.


Она уставилась на меня, ее лицо исказилось в ужасе. Я был потрясен, и я невольно вернулся в свое нормальное состояние.


" Я беру на себя всю силу во мне, - прошептал голос Софии у меня на ухе. " Это включает вас ".


Я внезапно обнаружил, что ударился в бок с силой, которая была чем-то еще, что я чувствовал в течение долгого времени, достаточно сильным, чтобы на самом деле повредить. Пули чистоты поразили меня, и они пострадали, но гораздо меньше, чем то, что ударило меня.


Это было похоже на то, что он был поражен силой Левиафана, когда вы сами были Левиафаном?


Я набросился на губы между телами, но у него была консистенция толстой грязи. Хуже того, он внезапно затянулся, и мне показалось, что я ударяю о стену, прежде чем у меня появились полномочия. Это было чем-то большим, чем прочность Левиафана.


Меня полюбила знакомая форма Славы, направляясь в центр. Была ли она достаточно сильной, чтобы взять удар от Левиафана? Очевидно, София могла многозадачно, как я мог.


Призрачные фигуры предстали передо мной, похожие на то, что когда-то была Софию, за исключением того, что их глаза были холодными и мертвыми. Они начали отрываться от меня, даже когда меня окружали сотни рук и рук. Я мог легко их прорвать, но если бы я это сделал, я бы убил десятки или даже невинных людей.


Лучи чистоты дважды набросились, пропуская мое лицо, но я укусил мои уши. Я поморщился. Если София украла мои силы, потому что я был внутри нее, я просто не должен был находиться внутри нее.


Я попытался перейти к настоящей вселенной, но ничего не произошло. Чистота сожгла зеркальные серьги от моих ушей! Хотя мои уши были прекрасны, серьги, которые дали мне легкий доступ к реальному миру, исчезли.


"У меня был бы твой отец, - пробормотала София в моих ушах. " Показывал ему, какой вы неудачник ".


Я снова переключился на тень и проскользнул через кордон окружающих меня тел. На самом деле я был более уязвим к пучкам Чистоты, чем в реальном мире, но это не имело значения.


Взрываясь к ней, я потянулся, и в последний момент я стал настоящим. Её сила взорвалась на моем лице, достаточно, чтобы укусить и сжечь верхние слои моей кожи, но этого недостаточно, чтобы остановить меня, и через мгновение я взял ее руку на запястье.


Чистота была нацистом, но мне все еще было жалко ее. Я давно хотел ее власти, и это помогло бы мне обрести справедливость для всех, кто был ранен. Я смутно слышал, что она пытается превратить свою жизнь, но я не был уверен, что это надолго преследовало людей как нацистов. Я тоже был нечетким по времени. Если бы я только пришла?


Искупление через страх не было реальным искуплением.


Плавание было сложнее, когда я приблизился к тому, что было похоже на ядро ??Софии, но у меня была сила Левиафана, и плавание было тем, что он сделал лучше всех. Я снова затенялся. Она не копировала мою силу, пока я не покинул свое теневое состояние, вероятно, потому, что, когда я использовал эту силу, я не был полностью полностью во вселенной.


Эмма снова предстала перед мной. Ее глаза не узнавали меня, только тревожное безумие. Ее волосы были струны, и были огромные отверстия, где когда-то были уши. Я видел это своим чувством воды, и я был рад. Увидеть это моими глазами было бы намного хуже.


Тем не менее, если София подумала, что этого будет достаточно, чтобы остановить меня, она сильно ошиблась. Эмма предал меня, и сочувствие, которое у меня могло бы быть для нее из-за того, что мы когда-то были, было недостаточно для того, чтобы удержать меня от спасения более ста других людей, включая Девочку Славы. У Девочки Славы были все основания ненавидеть меня, но она простила меня и была самым близким, что я имел к другу, так как я получил эту силу, кроме ее кузена.


На самом деле это было немного грустно. Мои силы изолировали меня так, как я не думал. Из-за Софии и Эммы я был так одинок, что было нормально оставаться в одиночестве. Теперь, однако, между мной и другими людьми всегда будет разрыв. Я задавался вопросом, когда-либо чувствовали себя Александрия и Эйдолон.


Внезапно черный круг вокруг меня растворился, и я упал, поймав себя силой Чистоты. Я не был уверен, почему София будет развивать тактическое преимущество наличия моих сил, но я не собираюсь позволять ей жить, чтобы сожалеть об этой ошибке.


Я застыл, когда понял, что вокруг всех людей вокруг меня тянулись усики, и эти люди теперь кричали от боли. Эмма, в частности, была сотрясающей, как будто она была в изъятии. Теперь, когда я увидел ее глазами, я понял, что она выглядела еще хуже, чем я думал.


" Убей меня, и они тоже умрут" , - сказала София. " Они чувствуют любую боль, которую я чувствую. "


"Конечно, да, - пробормотал я. Мой ум мчался, а потом я замер. Была сила, которую я еще не пробовал, которая позволила бы нам пройти через это без какой-либо смерти или кровопролития.


Я открыл рот, и я начал петь.


" Ты пробовал свои силы ", - начал я. " Воевал, но пора отдыхать ".


Захватывающее движение толпы более сотни замедлилось. Люди становились все еще и молча, и их головы начали поворачиваться в мою сторону. На самом деле это немного расстраивало, но оно работало. Все кричащие тела замедлялись и успокаивались. Я все еще не мог сказать, кто из них был Софией, но они слушали, более сотни из них.


Я не сомневался, что она где-то в центре. Несмотря на то, что она была самоуверенной, она не была глупой.


" Ты хотел стать героем" , - сказал я, и, как я, все мое тело начало светиться светом Чистоты. " И это не становится вам. Ты лучше этого знаешь; пусть эти люди уйдут ".


Я был ужасен, как автор песен, хотя сила Канарья сделала мой голос чистым и удивительным, и влияние, которое оно держало, затмило все проблемы в моих навыках написания песен.


Я не мог на самом деле оправдывать истощение автора песен только потому, что мне было стыдно петь скелет. Были ли такие вещи, как криминальные поэты-песенники?


Жидкость начала стекать с тела. Мощность Канарейки была удивительно мощной. Была причина, по которой СКП объявила ее Учителем 8.


Мне нужно было думать о том, чтобы делать больше таких вещей, как всегда, просто бульдозеров. Просто потому, что у меня была лучшая грубая сила в мире, это не значит, что я должен был действовать как грубый. Тонкость иногда была лучше чистой силы.


Тем не менее, она все еще была связана с ними усиками.


" Отпустите их, отпустите их , - пел я, - не могу больше их удерживать . Отпусти их, и ты будешь свободен .


Тендрилы начали уходить, и люди начали падать на пол.


Один за другим они падали, не конвульсивные, но не сознательные. Только Чистота и Слава, казалось, сохраняли какой-то скромный уровень сознания.


Наконец только София была оставлена ??в центре толпы людей. Это были люди, которых она терроризировала, людей, с которыми она делала ужасные вещи. Но она была беспомощна. Я сказал, что собираюсь убить ее, но это было правильно?


Могла ли она быть удержана правоохранительными органами? В лучшем случае она может быть отправлена ??в КЛЕТКА, которая была судьбой хуже смерти, насколько это касается большинства людей. И все же, если бы я убил ее, я бы всегда задавался вопросом, сделал ли я это как месть за то, что она сделала со мной на протяжении всех этих лет?


Было ли убийство милосердия действительно оправданным, если вы ненавидели человека, которого вы убивали?


Прежде чем я смог решить, я понял, что девушка Славы стоит за Софией.


В пещере раздался резкий треск, когда шея Софии щелкнула, руки Славы обняли ее шею. Я почувствовал внезапную боль глубоко в моих костях, когда мир обрушился вокруг нас, оставив нас в реальном мире.


Она посмотрела на меня, когда София упала на землю. Глаза у нее были твердые и холодные.


"Справедливость обслуживается. Разве это не то, что вы всегда говорите?


С этим она рухнула, как и все остальные, упав на пол и оставив меня единственной, сознательной в массивной группе людей. Тоннелей Софии, сделанных в зеркальной вселенной, здесь не было. Я мог бы получить достаточно легко, но это займет время.


Я повернул вокруг меня окружающих? Девочка славы когда-то впала в депрессию в течение нескольких недель, потому что она думала, что она кого-то убила. Теперь она на самом деле была.


66.


"Ты не знаешь, как там было, - тихо сказала Слава. Она вздрогнула, ее выражение отвращение и ужас. "И я был там на минутку. Я не могу представить, что это было для них.


Две трети жертв Софии выздоравливали, хотя тех, кто, по-видимому, был с ней самым длинным, не было. Они клали кататоническую, по-видимому, ошеломлен ужасом того, что они пережили.


Глядя на них, Слава Девушка сказала: "У меня есть друзья здесь, которые я знаю с начальной школы, люди, которые знали меня до того, как я был Славой девушкой. Эти люди были моими друзьями ... мои друзья. Мысль о том, что она была здесь в течение нескольких дней или даже дольше ... Я не представляю, как это было.


Я мог бы, если бы чуть-чуть. Я провел несколько часов в шкафчике, и я был без сознания на протяжении большей части этого. Быть пойманным в темноту было больше, чем я мог вынести, особенно мысль о том, что никто не заботится обо мне, чтобы даже рассказать учителю.


Эти люди пережили что-то еще хуже.


"Она была сумасшедшей, - сказала Слава. "Ненависть и ярость - это все, что она оставила. Мы слышали ее в глубине наших умов, прошептали сумасшедшие вещи. Я не уверен, что она поняла, что мы можем ее услышать.


Быть пойманным в ловушку, слушая Софию, было бы еще хуже, чем просто оказаться в ловушке.


"Я рад, что убил ее, - сказала ей Слава. Я сомневаюсь, что она поняла, что я слышал ее. Она обняла себя, как будто она была холодной. Может быть, она была; Я больше не был лучшим судьей. Нормальные колебания температуры почти не регистрировались у меня в новом корпусе Губитель.


Я только надеялся, что это не привело ее обратно к тому же фанку, в котором она была, после того, как она убила последнего человека. Последнее, что мне было нужно, было еще больше вины на моей тарелке.


В конце концов, я был на телефоне, когда умерла моя мама. Я был тем, кто угрожал Левиафану, пока он не достиг уровня своего обычного уровня. Я задавался вопросом, как многие из этих людей потеряли дома, которых не было бы, если бы я не вмешался.


Хуже того, я был тем, кто вызвал Софию. Я был ответственен за всю боль, которую эти люди страдали. Это был урок, который мне нужно было изучить и скоро. Были последствия для того, что я сделал, и чем сильнее я ухудшал последствия ошибки.


Теперь у меня была сила создавать язвы, которые могли бы уничтожить человечество. Я мог бы сделать бомбы, которые могли бы уничтожить половину крупных стран. Все, что я делал сейчас, имеет значение, и я должен был это помнить.


Конечно, одержимость прошлыми ошибками также не была конструктивной. Более непосредственная забота заключалась в том, чтобы вытащить сотню человек из пещеры, застрявшей на земле, без выходов.


Закрыв глаза, я разыскал пути прохождения воды. Они показали мне, где поверхность была на тысячу футов. Я мог бы вырыть наш путь достаточно легко, но был шанс, что скала над нами будет нестабильной, и все это рухнет.


Я мог бы использовать воду, чтобы вернуть нас обратно в зеркальную вселенную, но София уже рухнула.


"Переместите всех назад", - приказал я, и люди начали таскать кататонику с места, которое я указывал.


Я начал рыть, грязь опрыскивала позади меня. Резка сквозь твердую скалу была удивительно легкой с мощью Крюковолк, хотя после этого мне понадобилась ванна. Началось думать, что я могу что-то сделать с геотермальной энергией или в строительстве подземных убежищ для людей.


Я был сосредоточен на том, чтобы заботиться о людях в лагерях частично, потому что я колебался в следующих вещах, которые мне нужно было сделать. Взятие Губительs, когда вы были самыми слабыми, не было самой умной. Но если я должен был победить Scion, мне нужна была такая сила.


Честно говоря, я подозревал, что Scion сможет легко разрывать Endberingers. Я знал, где были спящие Энбрингеры, но им было бы трудно добраться до моих нынешних сил, до сих пор под землей, что для меня могут потребоваться недели.


Симурга было бы легко найти, но она была тем, кого я больше не хотел встречать. Если бы я сошел с ума, у меня были все шансы, что я начну атаковать мир, и, в отличие от других Губителей, я никогда не остановлюсь. Я мог бы спровоцировать крушение цивилизации самостоятельно, менее чем за год, если бы я изо всех сил.


Мне было бы легко уничтожить все прибрежные города, а затем перебраться вверх по рекам. Большинство городов исторически находились вблизи источников воды, а это означало, что я мог бы использовать водоемы для нападения на города.


Мой рытье достигло поверхности. Я заставил сибиря расширять отверстие, когда я стоял, и уставился на обломки Уинслоу. Я попытался представить себе Аркадию, как и сейчас; люди даже захотят поговорить с живым Конечным дебютом, и я даже хочу поговорить с кем-то, кто это сделал?


Люди поднимали путь вверх, некоторые проскальзывали, многие взывали в счастье, что они, наконец, свободны. Более сильные из них помогали тянуть кататонику вверх.


Я вытащил свой мобильный телефон из моего карманного измерения, чтобы обратиться за медицинской помощью. Я набрал Оружейник.


"Где ты был?" Спросил он коротко.


"Работа с Софией и сотнями заложников у нее была", - сказал я. "Многие из них теперь нуждаются в медицинской помощи. Мы рядом с развалинами средней школы Уинслоу.


"Вам нужно сразу же прийти, - сказал он.


"Что происходит?" - спросил я.


"Симург обходит гавайские острова, - сказал он. "Достаточно далеко от них, что никто еще не должен был быть помещен в карантин, но достаточно близко, чтобы быть определенной угрозой".


Папа. Знала ли она, что он был там, через какое бы то ни было отношение к ней? Была ли это угроза, направленная на меня, или была частью другого долгосрочного плана, который она имела.


"Как долго она там была?" - спросил я.


"Пять часов, просто кружил", сказал он мрачно. "Никто не может решить, чего она ждет".


"Принесите машины скорой помощи для сорока кататонических людей и, вероятно, наполовину этого числа с меньшими травмами, а также транспорт еще на восемьдесят. Мне понадобится Страйдер, чтобы доставить меня на Гавайи и вытащить оттуда моего отца.


"Ты думал об этом?" - спросил он.


"Мне придется рано или поздно сражаться с ней", - сказал я. "И Конечные люди не защищены от предвидения. Если мне повезет, это может сделать меня неуязвимым для нее, по крайней мере частично. Я подобрал силы Чистоты, поэтому я могу летать довольно быстро ".


"Она может летать на орбитальной скорости", - сказал Оружейник. "Максимальная скорость Чистоты работает на скорости двести пятьдесят миль в час".


Я закусил губу. Если бы у меня была лаборатория и время, я бы смог создать что-то, чтобы помочь мне двигаться быстрее. Мне нужно было импровизировать.


"Это не имеет значения, - сказал я. "Либо она захочет драться со мной, либо нет. Если она этого не сделает, она побежит, что является победой для человечества ".


Он был спокоен.


"Я устрою это. Боевая сила Губитель собирается в Оаху, когда мы говорим. Я приведу туда твоего отца, готового к перевозке.


"Я не думаю, что есть какие-то кейпы, невосприимчивые к психическому влиянию Симурга, от которого я мог бы взять власть?"


"Александрия - единственная, о которой мы знаем, - сказал он. "Хотя Эйдолон способен сделать себя невосприимчивым".


"Эйдолон овладел Губитель в атаку на мир", - сказал я. "Скорее всего, бессознательно. Возможно, он мог бы сделать то же самое сознательно и остановить все это ".


"Вы уверены?" - спросил Оружейник. "Я слышал, как слухи шли от того, что утверждал ваш отец".


"Я чувствовал это", - сказал я. "Я все еще чувствую это в затылке, призывая меня убить всех".


"Ты уверен, что это не просто часть природы Губитель?" - спросил он.


"Нет. Это от него, - сказал я. "Это то, с чем мы должны иметь дело, и скоро, или я буду иметь дело с этим, и я не думаю, что кому-то это понравится, включая меня".


Получение полномочий Эйдолона может быть окончательным решением всего. Это даст мне большие силы, которые мне нужны; Мыслители, которых я отсутствовал, и телепортации, которые мне нужно было бы получить везде, где я планировал быть.


Однако это превратило бы остальную часть Триумвирата и, возможно, весь Протекторат против меня, что было чем-то, что мне не нужно.


"Отметил", - сказал он. "Я попытаюсь сообщить их по каналам, хотя я сомневаюсь, что он этому поверит".


"Я заставлю его поверить в это".


Я нажал на свой телефон и поскользнулся обратно в карман. Я повернулся к Девочке Славы.


"Симург угрожает Гавайям, где мой папа. Можете ли вы позаботиться обо всех? - спросил я.


"Да", сказала она. "Я уже звонил Эми, и она собирает некоторых людей из лагеря".


Она колебалась. "Ты собираешься что-нибудь сказать?"


"О чем?" - спросил я. По ее взгляду я сказал: "Насколько я понимаю, все, что произошло, было полностью оправдано, и я сомневаюсь, что кто-нибудь скажет вам по-другому".


Я не мог обвинить ее в том, что она сделала что-то, что я сделал бы через несколько секунд, даже если бы я немного поколебался, чтобы сделать это холодно. София долгое время была частью моей жизни, и убийство ее было бы еще одним шагом на пути к моему неизбежному отходу от человечества.


Через мгновение я ушел, наслаждаясь своей способностью летать быстрее, чем все, что я летал раньше, хотя это было бы недостаточно, по словам Оружейника. У нее была одна из самых сильных бластерных способностей на Восточном побережье, уступающая только легенде, и она была сильнее на солнце. Мне нужно подождать до рассвета, чтобы узнать, правда ли это. К сожалению, в то время как было два утра, здесь было всего лишь немного после 9 вечера, а это означало, что они были еще дальше от рассвета, чем мы были.


Если бы Симург спланировал это так? Даже если бы она не могла напрямую предупредить меня, она могла бы обучить всех людей, которых я затронул, что было почти так же хорошо.


Если бы я собирался победить Scion, мне нужна была сила. Меня это немного беспокоило, что, несмотря на все, что она сделала с миром, моя жажда ее власти была более важной мотивацией, чем прекращение того, что она делала. Только тот факт, что она угрожает моему папе, действительно зарегистрирована эмоционально.


Был ли это признаком того, что я стал бесчеловечным или был тем, что каждый испытывал после того, как так долго жил в мире ужасов. Были ли люди несимпатичными после нападений, потому что они были просто счастливы, что это были не они?


Я слышал, что благотворительные организации в Алефе были более успешными, чем они были здесь. Я подозревал, что это происходит потому, что люди больше беспокоятся о собственной безопасности и безопасности своих семей. Это может сделать их более неохотно отдавать деньги, которые им могут понадобиться в будущем.


Здесь и экономика была хуже. Это был не просто Броктон-Бей; Экономика Алефа была более устойчивой во всех аспектах, чем наша, возможно, из-за воздействия летних нападений Губитель как на экономику, так и на уверенность людей в экономике. Люди просто не так охотно тратили деньги, что депрессия повсюду.


Тем не менее, я подозревал, что несколько месяцев назад я бы об этом подумал. Быть героем, как правило, делало вас грубее, когда вы испытывали все больше и больше ужасов.


Добравшись до отеля, протекторат остановился, я попытался сдвинуться в зеркальную вселенную, чтобы не тревожить персонал. Я поморщился, когда понял, что мои серьги растаяли у меня.


Попав на крышу, я заглянул в нее.


Солдаты ПТР стреляли, чтобы предупредить, пока они не увидели, что это я. Они выглядели бесстрастными и профессиональными, хотя я слышал, как их сердце билось в сундуках, как отбойные молотки.


"Отвези меня к Оружейнику", коротко сказал я. Один из них кивнул и махнул мне вслед.


Папе нужен был мне, и мне нужно было сосредоточиться на том, что было впереди меня. Это был единственный способ, которым я собирался пройти.


Я шагнул вперед, чтобы внезапно почувствовать выбор. Был портал передо мной, и я мог выбрать, чтобы пройти через него, или я мог бы не делать этого.


Если это была атака, мне было нужно кое-что решить. Если это не так, мне нужно было посмотреть, в чем дело. Я решил, чтобы портал взял меня, а через мгновение я был в белой комнате.


Александрия и Легенда стояли там вместе с двумя женщинами, которые были странно знакомы, хотя я не мог вспомнить, откуда я их знал.


"Директор, - сказал я, кивнув Александрии.


Она застыла. "Что?"


"Я смущен, что это заняло у меня столько времени, сколько выяснилось, кто ты", - сказал я. "Есть все виды подсказок в языке тела, сердечный ритм, отсутствие движения ... У меня было время подумать об этом, и я понял, что вы должны быть парахуманом".


"И ты решил показать это перед другими людьми?" - спросила она, ее голос стал холодным.


"Я предполагаю, что эти люди уже знают", - сказал я. "Они ничуть не удивлены. Кроме того, я понимаю, что СКП должен управляться нормальными людьми, а не такими, как мы ".


"Такие люди, как я, вы имеете в виду", - сказала она. "Мы с тобой не совсем то же самое".


Я уставился на нее. Она говорила, что она лучше меня? С точки зрения многолетнего опыта она, безусловно, была, но с точки зрения силы она не могла сравниться со мной ничем, кроме скорости полета. В реальной битве я бы истощил ее, прежде чем она успела отреагировать.


"Я не уверен, что вы имеете в виду", - сказал я.


"Ты не запустила", - сказала она. "Не похоже на большинство людей. У вас была возможность, но мы вмешались.


Мой ум мчался. "Вы - люди, которые дают полномочия".


Александрия указала рукой, и в стене появился дверной проем. С другой стороны были остатки разрушенного шкафчика, с открытым небом, выходящим за руины Уинслоу.


"Ты меня вытащил, а потом отложил и отпустил?" - спросил я. Я почувствовал, как внутри меня начинает расти гнев. "Я мог бы умереть".


Вероятно, я преувеличивал, но шкафчик все еще был чувствительным предметом.


"Меня зовут Концесса", - сказала одна из женщин, которых я не узнал. "И я самый мощный прегон на Земле. Мы потратили последние несколько десятилетий на спасение мира ".


"От Скиона, да? Он действительно огромный гигантский космический червь.


"Как ты это узнал?" - спросила Контесса. Она выглядела смущенной и несколько удивлялась самой себе.


Я вырвал фотографии с моего размерного портала и бросил их на стол перед ними. Они смотрели на них, побледнев.


"Я предполагаю, что ты был тем, кто послал мне живописца", - сказал я. "У меня было много времени, чтобы использовать его силу, и вы можете видеть, что я получил от этого".


"Моя сила не работает на Губительs или Scion", - сказала Контесса. Она смотрела на картины. "Но это касается всех остальных. Он рассказывает мне о том, какие шаги я должен предпринять для достижения своих целей. Я не всегда знаю, почему мне нужно делать то, что я делаю, но я их делаю ".


"И так мне нужно было упереть меня в шкафчик?" Я не мог не выразить гнев в голосе. Шкафчик был мучительным для меня.


"Что бы случилось, если бы мы этого не сделали?"


"Я бы предположил, что я парахуман", - признался я. "И банды приходили за мной, пока я не был готов".


"Или СКП", - сказала Александрия. "И они вряд ли дали бы такую ??власть, как ваше свободное правление".


"Ты нуждался во мне, чтобы меня перерасти, - сказал я. "Зачем?"


Концесса жестом указала на бумаги перед ней.


"Я немного растеряна за слова", - сказала она. "Обычно я точно знаю, что сказать, чтобы убедить кого-то в том, насколько искренне важно слушать меня".


"Можете ли вы открыть портал, чтобы спасти моего отца?" - спросил я.


У нее был прекрасный взгляд в глазах, затем кивнул. "Я могу перевезти его в любую точку планеты, на которой вы любите, или даже здесь, внеземную базу, которая, вероятно, безопаснее, чем где бы то ни было на планете".


"Но под вашим контролем и в месте, к которому я не могу получить доступ, по крайней мере, не без большого труда или мучения".


"Наши люди посвящены, - резко сказала она. "Они знают цену за неудачу. Весь мир завершится менее чем за два года, возможно, намного меньше, и все из нас готовы отдать свою жизнь ".


"Или жизнь кого-то еще?"


Она кивнула. "Любая стоимость стоит выживания нашего вида. Если Scion уничтожит нашу планету, он не просто уничтожит Землю. Он уничтожит все Земли, заставив нас потухнуть в каждой вселенной в мультивселенной ".


Я нахмурился.


"Поднимите моего папу в безопасное место, и мы можем поговорить, по крайней мере, до тех пор, пока Симург не нападет. После этого я попытаюсь взять ее.


"А если да, то что тогда?"


"Я возьму других", - сказал я. "Постарайтесь собрать как можно больше сил, прежде чем Scion решит повернуться против нас наконец".


"Возможно, у нас будет другая идея", - сказала Графиня. "Скажем вам, что мы знаем".


67.


Мне было бы противно.


Сотни людей, искалеченных в попытке создать людей с полномочиями, с теми, кто не успел заперты. Некоторые были лишены своих воспоминаний, оставленных как уроды в мире, который всегда будет смотреть на них боком.


Было холодно и бессердечно, но я мог понять их логику.


Часть меня даже одобрила. Сила костяка заставила меня пощупать взглянуть на дело 53. Вероятно, были некоторые из них, которые я мог смягчить и обратить вспять эффект на мое тело, возвращая им нормальную жизнь, делая меня более универсальным, если не самым мощным.


Человеческие затраты были ужасающими, но с их логикой было трудно спорить. Причинение страдания для сотен даже десятков тысяч было пятном на душе, но если оно спасло жизни десятков триллионов, разве это не стоило?


Мне приходилось задаваться вопросом, насколько моя собственная жадность окрашивала мой мыслительный процесс. То, что они предлагали, - это сила карликов всего, что я испытал до этого момента, включая Левиафана. Они отдавали полномочия тысячам людей, но то, что они предлагали, затмевало даже это. Они предлагали мне все, что у них было.


Возможно, этого было достаточно, чтобы спасти мир, но была цена. Многие из осколков, которые я использовал до сих пор, изменили мою индивидуальность, иногда поэтапно, иногда на более глубоком уровне. До сих пор я занимал менее тридцати осколков.


Что произойдет, если я возьму тысячи или десятки тысяч? Если бы я сделал это, то, что появилось, даже имело намек на оригинальный Тейлор Хеберт?


Люди думали, что гусеница стала бабочкой, но на самом деле гусеница умерла и стала пищей для совершенно нового существа. То, что появилось у "Крисалиса", не имело никакого отношения к тому, что произошло. Я боялся, что это произойдет со мной.


Возможно даже, что я могу быть второй Сущностью, воскрешенной. Взятие достаточного количества ее первоначальной личности может привести к превращению меня в ее копию. Если бы это произошло, вместо спасения мира я бы закончил.


Хуже всего то, что не было никакого способа узнать. Власти Шарда не могли предсказать Сущности, естественную предосторожность, чтобы популяции, которых они охотятся, не могли восстать против них. Большинство ограничений по мощности были по той же причине.


Причина, по которой их накидки были самыми сильными, заключалась в том, что Сущность, которая пожертвовала Осколки, еще не имела возможности их ограничить.


Я осмотрел комплекс и увидел дело 53. В частном порядке я думал, что они могли бы лучше работать с ними; по крайней мере, дали им пустой мир, чтобы распространиться в них, учитывая их нормальную жизнь, пока что-то о них не будет сделано.


Просто потому, что они должны были быть созданы, это не значит, что к ним нужно относиться бесчеловечно.


Был еще один филиал комплекса, один из которых создан недавно. Это было место для людей, которые обретали другой, более новый вид сил, который мог предложить котел. Результаты этого обычно были намного слабее других сил, которые мог предложить котел, но не всегда.


Иногда наблюдались впечатляющие успехи, и так же, как эти силы могли предсказать Сущности, они, в свою очередь, могли быть предсказаны.


"Я не уверен", - сказал я наконец. "Это рискованный план".


Контесса поморщилась. "Я не привык к рискованным планам. Я уверен в этом. Но все, что я знаю, говорит о том, что мир рано или поздно закончится, и все указывает на то, что скорее гораздо более вероятно ".


"Менее двух лет", - сказал я. "Наверное, намного меньше".


Даже их фантазийная экстраразмерная база не была бы безопасна, если бы Сквион решил закончить все это.


"Дело в том, что мы думаем, что вы можете быть спусковым механизмом, насколько вы можете быть тем, что спасает нас", - сказала Контесса. "Scion нельзя предсказать, но влияние, которое у него есть на мир, может быть катастрофическим".


"Если это правда, возможно, вы не должны были давать мне эти полномочия", - сказал я.


"Это случилось бы с тридцатью годами", - сказала Графиня. "Вы родились или нет. Это просто наша градация Мэри, единственная возможность, которую мы смогли увидеть, чтобы на самом деле пойти в пользу человечества ".


Я нахмурился. "А если он не собирается планировать?"


"Тогда это заканчивается так же, как если бы мы ничего не делали", - сказала Графиня. "Только раньше. Мы жертвуем тридцатью дополнительными годами, чтобы шанс на наш вид, имеющий жизнь ".


"Я мог бы вывести некоторых людей из солнечной системы", - сказал я. "У меня есть сила Манекена, когда он был Сферой. Я мог бы обойти Симурга.


"Мы думали об этом", - сказала Контесса. "Это не могло быть сделано менее чем за пять лет, а не и иметь колонию, достаточно большую, чтобы поддерживать себя и находить устойчивую планету. Если бы вам пришлось терраформировать планету, потребовалось бы еще больше времени ".


"Менее двух лет, правильно".


Концесса не проявляла какого-то подсознательного страха перед мной, что было у большинства Нападающих. Возможно, это был результат многолетней работы с Triumverate. Возможно, это был результат того, что он всегда знал, что нужно делать. Даже теперь, когда она не чувствовала доверия, все еще оставалось.


Если бы она знала, сколько я чесалась, чтобы истощить каждую последнюю каплю ее силы, она не стояла бы почти так близко от меня. Очарование этого, всегда зная шаги, предпринятые для достижения моих целей, было пьянящим.


Именно по этой причине я хотел получить власть от Симурга. Знание наиболее возможных фьючерсов в деталях позволило бы мне выбрать лучший. Ведь все знали, что Симург был почти всеведущим; иначе как она могла превратить людей в бомбы на время жизни, способные вызвать проблемы, такие как домино лет через дорогу.


Не все ее жертвы были террористами-смертниками террористов. Некоторые из них просто были в правильном месте, чтобы сказать правильные слова, которые привели к ужасам, когда их услышали правильные люди.


"Мне нужно время подумать об этом", - сказал я. Я колебался. "Если мне удастся взять Симурга, я бы предположил, что наши шансы на благоприятный исход немного возрастут".


"Или она может привести вас к безумию, прежде чем у вас даже будет шанс потерпеть неудачу в том, что мы делаем".


"Хорошая причина не делать это заранее. Мне будет достаточно сложно остановиться, как я сейчас, а тем более после того, что вы предлагаете ".


"Что заставляет вас думать, что вы даже будете уязвимы перед ее способностями, как только вы превзошли?" - спросила Контесса.


"Вы готовы сделать ставку на мир?" - спросил я. "Если я пойду полностью изгоем, по крайней мере, есть шанс, что Scion может унести меня, прежде чем я закончу мир завтра. Как только я делаю то, о чем вы спрашиваете, нет возврата.


Она помолчала. "Ты не можешь ждать вечно. Временная шкала тикает.


Я кивнул. "У меня будет ответ на вас, как только я приму решение. У вас, ребята, мой папа?


Она кивнула. "И мы не будем пытаться использовать его, чтобы надавить на тебя. Мы нуждаемся в тебе слишком сильно, чтобы рисковать отчуждением тебя.


Это показалось мне ложью. Это были не люди, которые беспокоились об отчуждении кого-либо. Пока я шел со своим планом или, по крайней мере, предлагал один, который они приняли, они будут играть в мяч. Если я полностью откажусь, я подозреваю, что их отношение изменится быстро.


"Я бы посоветовал вам этого не делать", - сказал я. Я колебался. "Не относись к нему так, как к делу 53. Фактически, позвольте мне увидеть его, прежде чем я уйду, поэтому он не думает, что его похитили люди, чтобы использовать вас против меня.


"Это будет сделано".


"Кроме того, - сказал я. Я немного поколебался и сказал: "Что-то нужно сделать с Эйдолоном".


Впервые Контесса выглядела неясной. "Мы понятия не имели, что он был частью того, что заставило Губительs продолжать атаковать".


"Неважно, делали вы или нет, - сказал я. "Важно то, что в глубине души я хочу вернуться к разрушению городов, и это из-за того, что он все еще делает".


"Он нам не поверит", - сказала Графиня. "Я искал Путь, чтобы убедить его, и все, что я получил, было сообщением об ошибке. Он совершенно убежден, что он предназначен для спасения мира, и мысль о том, что он мог быть ответственен за смерть миллионов, может разорвать его ".


"Если это произойдет, я возьму его силы, и ты сможешь делать с ним все, что хочешь", сказал я холодно. "Ты пожертвовал слишком много незнакомых людей, чтобы не пожертвовать собой, или все ли лицемеры?"


"Александрии и Легенде это не понравится", - сказала Графиня.


"Если они этого не сделают, я тоже могу использовать их силы", - сказал я. По ее взгляду я сказал: "Ты дал мне эти силы. Вы не имеете права удивляться тому, к чему они превратили меня.


"Монстр, который спасет мир, - тихо сказала она.


"Ты говоришь обо мне или о себе?" - спросил я.


Она перестала ходить по коридору. "Вы думаете, это не то, о чем я думал за последние несколько десятилетий? У меня была жизнь, прежде чем все началось, и я все бросил. Моя душа настолько черна, что даже экономящие триллионы не могут ее выкупить ".


Часть меня верила в нее, хотя часть меня интересовалась, дала ли она мне немного правды, пытаясь заставить меня доверять ей больше. Это была классическая техника, используемая лидером культа, из которого я украл навыки.


"Позвольте мне стать хозяином Эйдолона", - внезапно сказал я.


"Он видел это как предательство, - осторожно сказала Графиня, хотя она выглядела задумчивой.


"Это то, что я его истощаю. Теперь его сила разбудит больше братьев и сестер Симурга, когда я убил Левиафана, и образцы могут даже измениться. Возможно, что может появиться более одного из них, что было бы катастрофой. Мир находится на жизнеобеспечении, и это может быть просто напряжением, которое передает его за край ".


Учитывая природу Эйдолона, вряд ли он согласился бы скрыться здесь; он был человеком, которого заставили стать героем, чтобы сразиться с хорошей борьбой. Если бы он не был, у меня не было бы настоящих побуждений.


Она вздохнула и кивнула. "Я устрою это".


Contessa жестом и перед нами появился дверной проем. На другой стороне двери был папа, который выглядел испуганным, когда я вошел.


"Что происходит?" - спросил он. "Люди бежали за приютами Губитель, и кто-то привел меня сюда".


Его взгляд смотрел мимо меня на Графику. "Вы! Это многое объясняет."


Она была тем, кто сказал ему, что сказать, чтобы поговорить со мной, когда я был поражен силой Левиафана.


"Это Симург", - сказал я. Его лицо побледнело.


Даже имея 4 Симурга в том же полушарии, люди стали параноиками. Им приходилось задаваться вопросом, не просыпаются ли они однажды, стоя на кровати с женой или ребенком с капающим ножом. Папе не нужно было об этом беспокоиться, хотя он мог бы с новой женщиной Самантой.


О чем он должен был беспокоиться, был другой, более тонкий эффект ее силы, тот, который был еще более извращен. Правильное слово в правом ухе в нужный момент может создать ужасы несказанно. Если бы Contessa смог удержать меня от уничтожения Броктон-Бей несколькими словами через него, кто должен был сказать, что обратное тоже нельзя было сделать?


"Саманта будет в порядке?" - спросил папа Графство.


"Она работает для нас", - сказала Графиня. По его выражению она сказала: "Ее отношения с вами были совершенно не связаны с работой, которую она сделала с нами, хотя я не могу сказать, что я совершенно недоволен".


Я не был уверен, что я был полностью доволен этим. Подобная работа, которую сделал Котел, была очень серной в лучшие времена, и я не был уверен, одобрил ли я папу, который знаком с такими людьми.


Хуже того, возможно, что отношения были подлинными, но Графиня установила его, попросив ее силы, как получить влияние на меня через моего отца.


Люди влияли друг на друга, и иметь линию в отцом самого мощного кейпа на планете было чем-то, что любая организация была бы в восторге от этого. Я был удивлен, что у папы не было женщин, бросающихся на него со всех сторон.


Или, может быть, одна из вещей, на которых Contessa защищала СКП, заключалась в том, что женщины пытались повлиять на него.


"Дело в том, что я хочу, чтобы ты остался здесь с этими людьми некоторое время", - сказал я.


"У меня есть работа, чтобы вернуться", - сказал он. "Люди позаботятся".


Я покачал головой. "Ты еще не вернулся в Залив. Пока нет рабочих мест, пока нет. Когда-то люди начнут восстанавливаться, но инфраструктуры еще нет. Кроме того, все, что вы делаете, это угрожало им.


Он посмотрел на меня на мгновение, прежде чем вздохнул. "Потому что, даже если бы они знали, что ты убил их за то, что я взял меня, они думают, что я буду делать то, что они говорят, если они похитят моих друзей".


"У нас очень эффективный предлог, который может дать вам шансы", - сказала Графиня. "Я подозреваю, что они вам не понравятся".


Он нахмурился.


"Я едва мог наслаждаться Гавайями", - проворчал он. "До того, как я был под домашним арестом СКП с репортерами, идущими за мной".


"Если острова все еще стоят, когда я с ними, я пойду с тобой", - сказал я. При его взгляде я пожал плечами. В боях Губитель не было никаких гарантий. "Если они потонут, я отведу вас к Карибскому морю или, возможно, в Полинезию".


"Кто будет рад иметь вас после того, как вы потопили еще одну цепочку островов, - сухо сказал папа.


"Готов поспорить, они не жалуются", сказал я, невесело улыбаясь.


Я сомневался, что у меня возникнут проблемы с безопасностью в аэропорту, даже если бы существовало бесконечно прочное металлическое вещество, наполняющее мое тело, которое было сделано из кристаллической матрицы. Я изучал его с моим биокинезом во время простоя, ища слабости.


Грег Ведар когда-то говорил о ролевой игре, размышляя о вещах, которые я едва понимал. Одна из вещей, которые он сказал, которые застряли у меня в голове, - это обсуждение стеклянных пушек. По его словам, стеклянные пушки были персонажами или силами, которые были чрезвычайно мощными, но оборонительно слабыми.


Властелин были классическим примером. Они могут уничтожить целую армию, но сами они могут быть захвачены врасплох и убиты ребенком с камнем.


К сожалению, у меня было ощущение, что Эндрингеры были обратным. Для обычного кейпа они казались невыносимо мощными, но я подозревал, что они сильнее защищались, чем они были оскорбительными.


Если бы это было так, то борьба с Симургом была бы сложнее, чем я думал. Ей было дьявольски тяжело ударить. Тем не менее, я подозревал, что смогу добраться до ее ядра, как только я ее удержу. Бегемот был другой историей.


"Я увижу тебя снова, когда все закончится", - сказал я папе. Взглянув на графиню, я сказал: "Возьми меня в Эйдолон".


Она кивнула, затем повернулась к обычным дверям.


На этот раз в космосе не было дверного проема. Вместо этого она провела долгий путь, предположительно, чтобы тот, кто пытался подготовить Эйдолон, убедить его согласиться с тем, что нужно сделать.


Я слышал этот аргумент издалека.


"Это настройка, - говорил Эйдолон. "Я не знаю, какова ее повестка дня, но я не могу отвечать за этих ... монстров. Может быть, Левиафан ее крутит, или, может быть, она общается с Симургом. Есть некоторые свидетельства того, что она все их руководит.


"Она говорит, что может чувствовать это от тебя", - говорила Александрия. "Ты видел, что она сделала, когда она впервые получила свою силу. У нее не было никаких оснований для того, чтобы она хотела напасть на всех нас, и она вернулась к тому моменту, когда она получила эту силу ".


"Это еще больше оснований думать, что она - тот, кто не в своем уме, - сказал Эйдолон.


Мы, наконец, подошли достаточно близко, что даже без усиленного слуха Консесса мог услышать аргумент.


"Александрия невосприимчива", - пробормотала она. Через мгновение появилась дверь, и она исчезла.


Я подошел к двери и глубоко вздохнул.


Открыв его, я увидел, как он отреагировал, его ученики расширились от страха. Прежде чем он смог двигаться, я начал петь.


" Нам не нужен еще один герой, нам не нужно знать дорогу домой, все, что нам нужно, это жизнь за гранью ".


Мне даже не пришлось сильно менять песню. Изменение намерений позади слов было более чем достаточно.


Его лицо ослабело, и его защитная осанка исчезла. Александрия сделала осторожный шаг назад, очевидно, незатронутый. Это заставило меня больше хотеть ее силы.


Я чувствовал необходимость убить угасание из глубины моего сознания. Я был уверен, что он не постоянен; Мне, вероятно, придется повторять его несколько раз и заставить его получить терапию, чтобы он принимал какой-либо постоянный путь.


Когда это было сделано, он стал слабым челюстью. Это займет немного времени, прежде чем он вернется в себя.


Обратившись к Александрии, я сказал: "Как бы вы хотели, чтобы я зацепил глаза?"


"Этого не может быть сделано", - сказала она. Она даже не спросила, как я заметил ее искусственный глаз. "Люди пытались. Мое тело исправлено, и оно не может исцелить ".


"У меня есть сила Хэтчетфайнда", - сказал я. "И хотя я не уверен, что этого будет достаточно, чтобы сделать вас мясистым, как нормальный человек, мне может быть достаточно, чтобы дать вам регенерацию Оталлы".


Она выглядела задумчивой, затем посмотрела на часы. "Еще есть немного времени, и я думаю, что еще один провал не повредит".


68.


"Это больно намного больше, чем я думал, - призналась Александрия.


Это сработало, если только чуть-чуть. Это потребовало нескольких применений силы Оталлы, и даже теперь ее взгляд не совсем выглядел так, как раньше. Конечно, до того, как он был простетическим глазом и не выглядел совершенно правильным, по крайней мере, если бы вы обращали внимание.


"Я не испытывала боли через тридцать лет", - сказала она. Она выглядела задумчивой. "Даже не нормальная боль, которую испытывают большинство людей, например, сидеть в одном месте слишком долго. Это было неприятно, но это напомнило мне немного о том, что значит быть человеком снова ".


"Я уже забываю", - признался я. "Как девочка, мой возраст должен беспокоиться о нормальных вещах ... мальчиках, школах, знаменитостях. Я не был этим в этом, даже когда я был нормальным, но теперь я почти не думаю об этом ".


Признание такой слабости женщине, которая занималась защитой мира от таких людей, как я, вероятно, не была самой яркой идеей. Если бы кто-нибудь мог придумать способ противостоять мне, это были люди, которые могли бы это сделать.


"У тебя есть больше, о чем нужно подумать", - сказала она. "Все мы делаем. Я долгое время не делал ничего, кроме как попытаться понять, как удержать мир вместе. Это не оставляет времени для нормальной жизни ".


Учитывая, что она жонглировала тремя ролями, я не удивился. Быть главой СКП в одиночку было бы достаточно работы для любого человека без необходимости быть Александрийской медиа-иконкой и Александрией заговорщиком.


Глаза ее все еще поливали, но, наконец, она покачала головой и сказала: "Я думаю, что да".


Власть Хэтчетфа лишила силы других, но я все еще был свободен использовать свои собственные, и предоставление регенерации было применением моей власти. Если бы я полностью уничтожил Александрию силой с моей первоначальной силой, я подозревал, что ее тело полностью вернется к нормальной женщине. Власть Хэтчетлей не была достаточно сильной, чтобы изменить ее тело, но она была достаточно сильной, чтобы поддерживать ее тело в сохранении застоя, на котором он был так долго.


Отключив его, я спросил: "Итак, как вам сохранить свою человечность?"


"Я не уверен, что имею, - серьезно сказала она. "Но я думаю, что важно сохранить то, что привязывает вас к миру. Ваш отец, друзья, даже наслаждаясь едой, фильмами и вещами, которые могут показаться тривиальными. Все они напоминают нам, что, хотя мы сильнее всех, мы все еще являемся частью их мира ".


"И мы не можем принимать решения для них только потому, что считаем, что знаем лучше", - сказал я.


Учитывая, что я просто сказал моему отцу, что он собирается делать в течение следующих нескольких дней, не предлагая ему выбора, у меня едва ли было места для разговора. Легко было быть нетерпеливым людям, которые хотели чего-то другого, чем я хотел.


Может быть, Александрия была права, и мне нужно было снова подключиться к моим пробным камням. Может быть, отпуск будет хорошей идеей.


Котел, вероятно, сделает мне дверь, куда бы я ни захотел. Мама всегда хотела побывать в Париже; Я уверен, что папе тоже понравится.


Я вздохнул. Я задержался достаточно долго.


"Наверное, нам лучше идти".


Она кивнула.


Я все еще был амбивалентен, не просто принимая власть Эйдолона. Было бы невероятно полезно для меня иметь любую способность Мыслителя, которую я хотел, и, вероятно, были бы силы, которые могли бы поразить синергию с теми силами, которые у меня были сейчас.


Но его сила, как и большинство из них, имела свои недостатки. Он делал с ним все, даже не осознавая, что он их делает, что привело к уничтожению миллионов людей. Возможно, если бы он никогда не получил свою силу, миллионы людей были бы живы сейчас, и мир был бы сильнее в подготовке к предстоящему конфликту.


Также возможно, что Энбрингеры проснулись бы сами по себе и просто были менее агрессивными. Я не мог быть уверен,


Учитывая мои собственные психологические неустойчивости, такая сила может делать то, что я не мог предсказать, что может быть еще хуже для всего мира.


"У меня есть четвертый слот, - внезапно закричал Эйдолон. "Четвертый слот!"


На мгновение он выглядел возбужденным, как ребенок в конфетном магазине. Как могущественный, как он, ограниченные тремя силами, должно быть, расстраивали его.


Я мог видеть момент, когда осознание поразило его. Если у него была четвертая власть, это означало, что одна из его полномочий была установлена, делая то, что я сказал. И если это правда, то это означало, что вместо того, чтобы быть спасителем мира, он был его разрушителем.


Вздохнув, я начал тихонько петь. " Иногда неправильно, не знаю, что они неправы. Иногда сильные не всегда такие сильные ".


Эта песня была не такой, как на носу, как мой последний, но изменить текст было не так уж сложно. Этого не будет достаточно, чтобы повлиять на его подавляющее чувство вины, а не в конечном итоге, но этого было бы достаточно, чтобы провести его в следующем бою.


Я бы, наверное, был нетерпелив, если бы мне приходилось делать это слишком часто. Вина, которую он чувствовал, была только отсрочена, а не полностью избежала.


Наверное, не помешало бы, чтобы Сплетница посмотрел на него. Я где-то слышал, что Эйдолон нельзя преподнести. Конечно, это могло быть связано с его связью с Губитель, и это, возможно, уже не так.


Если бы он собирался сделать что-то ужасное для себя, я бы взял его власть первым. Это было слишком дорого, чтобы быть потерянным миру.


Когда я закончил, он снова выглядел ошеломленным. У меня не было времени ждать его, чтобы избавиться от него, поэтому я схватил его за руку и повернулся к Александрии.


"Пора."


Через мгновение мы прошли через портал и на пляж. На пляже было сотня Навесов, глядя в небо. Легенда говорила с ними.


"Из всех Энбрингеров симург худший. Остальные могут забрать ваши жизни, но она может принять ваше здравомыслие ".


Мне стало интересно, почему кто-то позволяет ему давать речи. Пока у него была техника, богатый голос, скейпл в том, что все, что он сказал, важно, каждый раз, когда я слышал, как он произносил речь в Губитель, он был ужасным человеком.


Армистмейстер был в глубине толпы. Его голова закружилась, и как только он увидел нас, он подошел к нам. Его ноги глубоко погрузились в песок, и я подумал, не станет ли вес его доспехов проблемой в предстоящем бою.


Ему действительно нужно было научиться летать.


Члены толпы заметили наш приезд. Раньше они бормотали, но теперь они молчали, глядя на меня. По крайней мере, четверть из них были в битве с левиафаном, который считал, что я сломал конечности на многих из них, было понятно.


Я также спас бы их жизни, которые, по моему мнению, должны были быть более важными.


"Где ты был?" - спросил он. "Вы были на базе, а затем вы исчезли. Твой отец тоже исчез.


"Он в безопасности", - сказал я. "Я наткнулся на Эйдолон и Александрию ... у нас были о чем поговорить. Какая здесь ситуация?


"Без изменений", - сказал он. "Никто не знает, почему она так долго кружала острова, но все воздушное движение было отвлечено, что является проблемой для некоторых самолетов, которые не имеют топлива".


"Она ждала меня", - сказал я, и мой голос отвлекся. Это гораздо ближе к ней, теперь я мог слышать ее голос.


"Шаблон изменился", - раздался голос Дракона из повязки, надетых на Оружейника. "Она движется по прямой линии в вашем направлении".


"Повязка", сказал Оружейник, предлагая это. "Для общения и позволения Дракону следить за тем, сколько вы подверглись Симургу".


"Тебе не должно быть даже здесь, - сказала Александрия. "СКП обычно строг о том, кто может участвовать в боях против Simurgh".


"Правильно ... психологические оценки, отказ от ответственности, карантинные соглашения", - сказал я. "Я сделал исследование".


"Если это пойдет не так, это может пойти очень не так".


Я задавался вопросом, почему она вдруг спорила с моим участием сейчас, когда она не допрашивала его раньше. Внезапно мне пришло в голову, что это был немного театр для Оружейник и других кейпы, которые внезапно прислушивались.


"Если бы я не пришел, она бы отправилась в Броктон-Бей, и я не думаю, что город выживет", - сказал я. Глядя на повязку, я покачал головой. "Я не собираюсь это делать".


"Это требование сражаться", - сказал он.


"Обычная повязка не сделала бы ничего для меня, а это значит, что это загружено одной из моих. Ты поймаешь меня в районе нулевого времени.


"Это может быть единственный способ уберечь вас от вытирания нас всех", - сказал он.


Я покачал головой.


"Как вы думаете, кто-нибудь из вас может заставить меня носить это?" - спросил я. Я посмотрел на Александрию, мое выражение было темным. "Вы?"


"Все, что мы можем сделать, это попросить вас быть разумным", - сказала она.


Я посмотрел на нее на мгновение, потом вздохнул. Все смотрели на меня. Если бы я продолжал отказываться от всего, что я делал, это ухудшало бы мораль всех людей.


Принимая повязку, мои пальцы плясали над ней, когда я ее надел. Я знал их конструкции, и это было просто, чтобы телекинетически отключить в нем нулевую бомба замедленного действия, оставив остальную повязку неповрежденной.


Мне все еще нужно было что-то делать, и застревание в нулевое время, в то время как остальная часть мира была разрушена вокруг меня, не принесла бы ничего хорошего.


Кроме того, мой мозг уже не был строго человеком. Я знал это лучше всех. Возможно, Симург не мог меня затронуть.


Если бы я мог получить эту удачу.


"Пляж - лучшее место для встречи с ней, - говорила Легенда. "Есть меньше вещей, которые она может использовать против тебя телекинетически".


Она была самой мощной телекинетикой на планете, способной выкорчевывать здания и бросать их на людей. Это была одна из главных сил, которые она могла бы использовать против меня. Ее психический крик был второй силой, о которой я беспокоился, поскольку я не собирал никаких сил, которые защитили бы меня, кроме, возможно, Левиафана.


Ее предчувствие было тревожным, потому что это затрудняло бы удар. Было сказано, что Энбрингеры были невосприимчивы к предвидению, что могло бы быть в моих интересах, но она, скорее всего, компенсировала бы, закрепил бы людей вокруг меня и то, что они видели.


С этой точки зрения, вероятно, было бы лучше для меня просто бороться с ней в одиночку.


Последнее, что меня беспокоило, было несоответствие нашей скорости. Я слышал, что она способна летать на Махе 20, в шестьдесят раз быстрее, чем моя самая быстрая скорость. Я мог бы ударить ее лучом Чистоты, если бы мог избежать ее предков, но умная игра была бы для нее просто держаться подальше от меня и использовать ее телекинизис и кричать, как только могла.


Это будет техникой, с которой мне было бы трудно сражаться. Я не был уверен, что даже сибирский сможет ее поймать.


Вполне возможно, что она не сможет физически причинить мне боль и что это просто предлог для того, чтобы достать ей психические когти, либо как месть за то, что я сделал с Левиафаном, либо как способ продвинуть любые непостижимые заканчивается у нее.


Я собирался быть умным, если бы я должен был взять ее руку, и мне нужно было это сделать, если бы я получил ее полномочия.


Ее полномочия были теми, которые помогли бы мне выиграть войну, чтобы спасти мир. Мне нужно было знать, каким образом она должна была знать лучший путь.


Звезды появлялись в небе, когда мы наконец увидели ее вдали. Я улучшил свое видение, чтобы увидеть ее.


Пятнадцать футов в высоту, она была самой человеческой фигурой всех Губителей. Ее платиновые белые волосы были почти такими же длинными, как она была высокой, и она плавала вокруг нее почти так же, как она была в воде, а не в воздухе. У нее были крылья, три больших комплекта, а затем многочисленные более мелкие. Хотя она была обнаженной, у нее было так много крыльев, что она была покрыта местами, которые имели значение.


Ее холодные серые глаза смотрели прямо на меня, хотя она не должна была видеть меня с той дистанции. Я не сомневался, что ни один из героев вокруг меня даже не видел ее. Это не имело значения.


Не говоря ни слова, я взорвался с песка, летящего прямо к ней. Чем быстрее я закончил это, тем менее вероятно, что она должна была использовать меня в качестве прокси в ее усилиях по прекращению мира.


Я слышал, как остальные жаловались позади меня, но, за исключением Триумвирата, они все равно были чем-то вроде помехи, чем помощь, просто для того, чтобы убить ее.


Ее выражение было пустым, когда она полетела ко мне на скорости намного быстрее, чем я мог бы справиться.


Так же, как я думал, мы столкнулись, она повернулась в сторону со скоростью, с которой я не мог сравниться, особенно когда молния взорвалась из-под поверхности воды, ударив меня ударом, который на самом деле повредил больше всего, что я испытал так как я получил большую часть своих полномочий Брута.


Вода кипела вокруг него, и теперь, когда он поднялся из-под пола океана, я почувствовал Бегемот, от которого он ждал, чтобы засадить меня.


Борьба с двумя Энбрингерс сразу была больше, чем кто мог, даже я.


Так и думал Симург. Но они сделали тактическую ошибку, выбрав это место во всех местах для битвы.


Вода была моей стихией, сила, которую у меня была, была сильнее любой другой. Я схватил Бегемота с собой. Он мог перенаправить энергию от ударов и энергетических взрывов, если бы знал, что они придут, но это было простое постоянное давление.


Я подтянул его ко мне. Без какого-либо рычага, потому что его ноги не касались земли, большая часть его массивной силы была бесполезной. Он взорвал молнию ко мне, но я в последний момент развернул его, чтобы луч набросился на Симурга, который легко уклонился от него.


Когда я вытащил его на вершину волн, он хлопнул в ладоши, создавая ударную волну, которая послала меня упасть назад.


Я нырнул в волны, здесь было удобнее, чем я был выше воды. Здесь я был намного быстрее, чем был в воздухе, и это была моя стихия.


Вытащив его под волны, я полетел к нему со скоростью, с которой он не мог следовать. Он начал светиться ярким белым светом, взрываясь радиацией и теплом во всех направлениях.


Выше я видел, как Триумвират сражается с Симургом.


Моего иммунитета к теплу было достаточно, чтобы мне не пришлось беспокоиться о его жаре, и излучение не беспокоило мою рамку Губитель. Тем не менее, он был достаточно силен, что, если бы он на меня надел, он, возможно, разорвал бы меня на части.


Я должен был это сделать.


Я уже чувствовал, что сила Лунга изо всех сил пытается работать с моей физиологией Губитель. Это было не так просто, как было, когда я был полностью человеком; Плоть конечной рыбы сопротивлялась изменениям. Однако он работал. Я чувствовал, что становлюсь все сильнее и сильнее с каждым проходящим мимо мгновением.


Самая большая проблема заключалась в том, что я не знал, где находится его ядро.Любые нападения, которые я сделал, которые не были посвящены копанию, были бы полностью потрачены впустую и просто дали бы ему больше возможности, чтобы закончить меня.


Сибирский появился в воде, казалось бы, незатронутой и не освещенной присутствием тонны воды, надавливающей на нас со всех сторон.


Он был больше и толще Левиафана, и он затмевал меня. Это меня не беспокоило, потому что разница в размерах также затруднит его ударить меня. Моя скорость в воде усиливалась не только Крикетом и Цирком, но и самим Левиафаном. Я был самым быстрым в мире в воде, и он не смог бы прикоснуться ко мне, пока ему не повезет.


Я уклонился от его хватающихся кулаков, и я подошел к его спине. Сибирский уже копал в спину. Если бы я не знал, где его основное ядро, самым умным делом было бы сократить его пополам. Часть его, которая все еще двигалась, была бы той частью, которая имела его ядро.


Сократите это пополам снова и снова, и в конце концов я найду ядро. Если бы это был только я против него, это было бы просто, но я знал, что не могу зависеть от Симурга, чтобы он оставался оккупированным другими.


Фактически, я слышал звук ее крика в глубине моего разума. Это было не все потребляющее давление, о котором я слышал, о котором говорил Кейпс, но он существовал. Вероятно, это означало, что у меня не было времени в мире.


Как можно быстрее я начал рыть. Если бы я получил силу Бегемота, мои шансы против Симурга улучшились. Его сила была достаточно сильной, чтобы нанести вред Энбрибергу таким образом, что Чистой не было.


Это будет гонка против времени, я боялся, что у меня не было большого шанса на победу. В конце концов, Симург увидел будущее. Она бы начала бой, который она не думала, что сможет победить?


69.


Следить за героями выше меня было легко; Я чувствовал их страх. Именно благодаря этому я мог ощущать прогресс в борьбе с Симургом.


Из того, что я чувствовал, что все идет не так хорошо. Капли падали, и дизайн повязки, который я создал, не работал, потому что Симург разрывал их с оружием, а не позволял людям упасть в безопасное время.


Возможно, это был интересный способ захватить ее. Поля нулевого времени плавали в воздухе везде, где они были активированы. Достаточно больно людям, возможно, сформировало вокруг нее сферу, в которой она была.


Если бы я попытался использовать мои бомбы таким образом, хотя она просто использовала свой телекинез, чтобы отправить их мне, возможно, поймав меня в поле нулевого времени вместо нее. В то время как СКП знал, как дезактивировать их, не было никакой гарантии, что они действительно подумают, что некоторые из политиков меня боятся.


Тем не менее, вырезать Бегемота слишком долго. Несмотря на то, что у меня было намного больше власти, чем когда-либо, когда я нападал на Левиафана, Бегемот был намного толще и сложнее. Сокращение его пополам собиралось взять навсегда, и он делал все возможное, чтобы кипятить вокруг него воду в пар, хотя всегда было больше воды.


Я ненавидел думать, что это будет делать с местной экологией. Излучение, которое он испустил, вероятно, вызвало неописуемый ущерб; жара только ухудшала бы ситуацию.


Вырывая бомбы из моего кармана, я едва успел уйти с дороги, когда они активировались самостоятельно. По-видимому, Симург предвидел, что я их использую, и пытался заставить меня поймать их.


Как бы то ни было, сибирский выскочил из существования, а правая нога Бегемота и левая рука были пойманы в отдельных полях. Учитывая его полномочия контролировать энергию, он, вероятно, мог бы прекратить образование полей, если бы знал, что произойдет. Как только поля были сформированы, хотя он был бы беспомощен.


К сожалению, я не осмелился использовать больше бомб, а не пока Симург не мог взорвать их преждевременно.


Я отпустил его и взлетел вверх. Пока я не выходил из поля его огня, теперь я не был бы в опасности, если бы он оказался в ловушке. Это дало бы мне время, необходимое мне для работы с Симургом.


В воде я был самым быстрым на Земле. Из этого я чувствовал себя медленным и громоздким, хотя я все еще был быстрым, и я не был таким летчиком, что Александрия была, и определенно не такой, какой был Симург. С любым другим противником я бы нашел способ засадить их, исчезнуть в зеркальной вселенной и появиться, пока они этого не ожидали.


Проблема заключалась в том, что Симург будет знать каждое мое движение, прежде чем я это сделаю. Если бы она не могла видеть меня прямо, она могла видеть, какое влияние я оказал на мир, как невидимый камень, оставляющий рябь в пруду. Вероятно, у меня будет больше шансов добраться до нее, чем кто-либо другой, но даже этого было не так много.


Учитывая то, как Губитель's скрывал свои реальные силы, я подозревал, что единственный раз, когда Симург был поражен в прошлом, она хотела, чтобы его ударили.


Чтобы добраться до нее, мне пришлось бы создавать ситуации, в которых у нее не было хорошего выбора. Она всегда выбирала выход, который причинял ей наименьший вред, а это означало, что я должен был сделать так, чтобы каждый исход был поврежден.


Когда я подбежал к поверхности воды, я закалил воду под собой, используя ее, чтобы подтолкнуть меня вперед со скоростью, которую я не мог бы достичь сам по себе. Я вылетел из воды, летящей прямо к Симургу.


Она быстро двинулась назад, быстро на уровне, на котором я не мог поверить. Как только я попал ей в руки, она не смогла бы соответствовать моей реакционной скорости, но с ее способностью летать ей не нужно.


Сибирский появился позади нее и набросился, но ее не было, где она была, когда сибирский начал атаку. Она быстро вышла из сибирского хребта, и я позволил сибирским исчезнуть. Наличие ее там, где я хотел, было более полезным, чем оставлять ее на той части поля, где она не использовалась.


Это было почти как телепортация, которая была той мощью, которая мне действительно нужна в данный момент.


"Дракон, вложи меня в Александрию, - сказал я.


Ответа не было. Посмотрев вниз, я увидел, что излучение от первоначального взрыва Бегемота обжарило повязку, оставив ее немного больше, чем бесполезный шлак. Я почти не заметил.


На самом деле, я снова был обнажен. Мое снаряжение еще раз не пережило контакта с противником.


Это была мысль, чтобы моя кожа стала скалистой и покрытой шипами, как Бегемот. Никто из других Губителей не носил одежду; все, что мне нужно было сделать, было довольно нечеловеческим, что это не имело значения. Я оставил лицо и руки похожими на себя, чтобы мои союзники не предполагали, что я был новым врагом и напал на меня.


"Александрия!" Я крикнул, когда я приблизился к тому, где она безуспешно пыталась торговать ударами с Симургом.


Она взглянула на меня, и Симург воспользовался этим, чтобы бросить в нее большой плащ. Она увернулась, и человек полетел в море.


Момент воли заставил море выбросить человека на далекий берег, где, предположительно, его союзники будут работать над тем, чтобы его исцелили.


"Я не достаточно быстро летаю, чтобы добраться до нее", - крикнул я, используя ветры Штормигера, чтобы нести мои слова в уши. "Но если бы я был вынужден контактировать с тем, кто мог бы получить меня достаточно близко ..."


Она сразу поняла, и она полетела, чтобы схватить меня за плечи. Через мгновение мы вспыхнули в воздухе.


"Два раза, - пробормотала она. "Они должны сильно тебя убить".


"Я не уверен, - сказал я. "Бегемот атаковал меня с моря, то, что Симург должен был знать, было глупо".


"Она не делает тактических ошибок, - пробормотала Александрия. "В какую игру она играет?"


Когда мы приближались, ее крик становился все громче, и мне стало немного больно. Однако мы закрыли пробел, и если бы я мог подобраться достаточно близко, все закончилось бы. Она вряд ли была бы такой же сильной, как я, и у нее не было той массы, которую имел Левиафан, и тем более Бегемот.


Мысленно подсчитав расстояние вниз, я почувствовал, как сотня вещей полетела в мою сторону.


"Дерьмо", пробормотал я, когда понял, что это такое.


Все повязки, которые удалил Симург, летали ко мне. Если бы они подошли достаточно близко, они бы взорвались, и я был бы в ловушке, как Бегемот. Если бы они поймали мое ядро, я был бы в ловушке наверняка, пока СКП не смог бы освободить меня, предположив, что она дала им время.


Отмена нулевого времени была непростой задачей, и, конечно же, это не то, что можно было сделать в середине битвы.


Металл взорвался от моих шипов, достаточно быстро и достаточно сильно, чтобы на самом деле это немного повредило. Металл Крюковолк обычно не был таким блестящим, но теперь мой контроль был лучше, и металл светился в лунном свете.


Мир исчез вокруг нас, когда взорвались бомбы с нулевым временем.


"Что?" - спросила Александрия.


"Мы дали ей идеальное оружие", - сказал я. "Она будет держать тех, кто плавает вокруг нее, как Руне, со скалами, готовых взорваться в любое время, когда кто-нибудь приближается".


Нам нужно было уничтожить повязки, прежде чем мы сможем добраться до нее. Я не был уверен, сколько из повязок она использовала, но в рое было почти сто роя, которые я видел.


Я посмотрел вниз, и я увидел ее отражение в воде ниже меня. Вернувшись в реальный мир, она уклонялась от легенд, хотя ей, вероятно, и не пришлось. Его взрывы были достаточно сильными, чтобы повредить, но, если он не знал, где находится ее ядро, он не сможет нанести какой-либо серьезный ущерб.


Хуже того, она могла бы предсказать, где мы появляемся в реальном мире.


Я вытащил воду из океана. Это исчезло бы после того, как мы вошли в реальный мир, но, надеюсь, это продлится достаточно долго, чтобы мы не оказались в ловушке.


"Задержите дыхание", сказал я Александрии.


Она посмотрела на меня, и через мгновение вода текла по ней и мне.


Водные клоны появились вокруг нас, десятки одновременно. Немного помолившись, я вернул всех в реальный мир.


Повязные повязки взорвались вокруг нас, оставив воды, которые должны были исчезнуть в ловушке пузырьков, таких как янтарь. Каждый из них был теневым изображением меня или Александрии.


Однако нам удалось пройти. Вода, окружающая нас, сделанная из зеркальной материи, испарилась в мгновение ока.


У нее по-прежнему было шестьдесят повязок, которые плавали в сфере вокруг нее. Она посмотрела на меня, и на этот раз я подумал, что вижу на ее лице выражение лица. Похоже, она ухмылялась. Легенда взрывалась в повязках, но она смогла переместить их мгновение, прежде чем он взорвал их.


Меня охватил гнев. Сегодня она убила кейп, и она разрушила жизни миллионов людей. Она уже пыталась войти в мою голову, надеясь использовать меня в качестве бомбы, которая уничтожила мир.


Акт воли - это все, что нужно. Я намеренно разработал повязки с кремниевыми схемами. В то время это было из-за того, что я боялся, что СКП попытается превратить мои собственные устройства против меня. Им пришлось бы сделать большой редизайн, чтобы не использовать схему, и не было времени на что-либо подобное.


Нулевые бомбы взорвались вокруг нее. Симург смог уклониться от взрывоопасных бомб, поместив одно пятно, которое не было покрыто нулевым временем, которое она могла проскользнуть.


Теперь моя очередь ухмыляться. Без бомб, чтобы дать ей обложку, и с Александрией, чтобы дать мне скорость, в которой я нуждался, это будет намного ближе, чем она могла бы подумать.


"Держи нас близко", - сказал я Александрии.


Через мгновение мир взорвался в свете. Мое видение вернулось почти мгновенно, и я почувствовал, что Бегемот был на дне океана. Ему удалось оторвать его руку и ногу, и он сумел наброситься на меня, чтобы ударить меня.


Александрия отваливалась от меня, ошеломленная силой, которая поразила нас обоих. Я надеялся, что она не нанесла никакого постоянного ущерба; Мне нужно было, чтобы она приблизилась к симургу.


Тем не менее, поскольку Бегемот использовал свою силу, чтобы снова взорвать меня, я использовал воду, чтобы повернуть его к симургу, который уклонился. Сам по себе он был тяжелее воды и не плавал, но я смог использовать гидрокинез, чтобы подтолкнуть его вверх, пока он не плывет по поверхности воды.


Он изо всех сил боролся.


Она меня практически отдала, но почему? Разве я не был ее целью?


Удержание назад, как обычно, было только для того, чтобы убить ее, и дать мне силу Бегемота было только затруднить мне работу.


Никакое количество воды не было достаточно сильным, чтобы раздирать Губитель, но это, безусловно, могло удержать его на месте.


"Я вернусь", - сказал я Александрии, которая выздоравливала, хотя она выглядела так, что это фактически вызвало ее боль, несмотря на то, что она сказала мне раньше.


Мигнув обратно в зеркальную вселенную, я сел туда, где был Бегемот. Мой гидрокинез не распространялся на другие вселенные, поэтому он сразу же начал падать к дну океана.


Я мог видеть сквозь отражение поверхности воды, хотя, по крайней мере, до тех пор, пока не добрался до глубины, где не было света.


Вытащив бомбы из моего мерного кармана, я заставил их уйти, а затем бросил их туда, где будет бегемот. Я их отодвинулся и позволил зеркальной вселенной рухнуть вокруг меня.


Это было неприятно, но бомбы взорвались, удерживая его на месте части его туловища. Даже если бы он смог оторваться от этого, для меня просто было бы меньше массы, чтобы разобраться, чтобы добраться до его ядра.


Тем временем он стоял лицом к полу океана. Хотя он, вероятно, мог бы нанести большой ущерб ландшафту, если бы он выбрал, он вряд ли будет угрожать мне в ближайшее время.


Конечно, это то, что я думал в последний раз.


В отличие от Симурга я не имел преимущества как дальновидности, так и дальновидности, поэтому я мог работать только с тем, что знал в данный момент. Нарисовать картину в середине битвы было не совсем практично, если я не сражался с людьми, которые не могли бы повредить мне вообще, и даже тогда мне пришлось бы убежать от них.


Когда я возвращался на поверхность, я понял, что Симург должен был все это предвидеть; поскольку большинство людей было обеспокоено, она была практически всезнающей. Я не мог понять ее мотивацию ко всему этому, если бы это было так.


В конце концов, я был более устойчив к ее крику, чем большинство кейпы, и физически я сомневался, что она для меня очень подходит, за исключением ее телекинеза, который я мог бы прощупать, если бы я не защищал людей. Я ее схватил, я подозревал, что это будет в значительной степени закончиться, и она тоже должна это знать.


Поднимаясь по воздуху над водой, я оказался лицом к лицу с Симургом. Александрия изо всех сил пыталась дистанцироваться, по-видимому, сдерживаясь телекинезом Симурга. Однако ее не держали под водой, что я и сделал бы, если бы я был настоящим Конерниром.


Взглянув на нее, я попытался вырваться на нее, но внезапно обнаружил, что не могу двигаться. Видения начали переливаться мне в глаза.


Дождь скользнул по дороге, когда Аннет поехала домой. Она не закончила сортировать все свои бумаги, но она устала, и это не то, что она должна была делать сегодня вечером.


Дэнни и Тейлор, вероятно, получат удовольствие; появилось новое китайское место, которое Дэнни хотел попробовать, и Аннетт услышала об этом хорошие вещи. Дэнни хотел показать Тейлору старый фильм, который он нашел в детстве. Он был так же взволнован, как ребенок в конфетном магазине.


Аннетт, взглянув на свой мобильный телефон, заметила, что Тейлор отправил ей текст.


" Как стать китайцем", - написала она. "Что ты и папа хотите?"


Дождь был не так уж плох, конечно, ничего, что могло бы вызвать какие-то реальные проблемы.


Аннет слегка отклонилась, чтобы избежать фургона СКП, идущего в другую сторону. Технарь, казалось, был взволнован что-то, и она надеялась, что это еще не битва в бандах. Последнее, что ей было нужно, - это вогнать в парахуманскую войну.


Взглянув вниз, она увидела ответ Тейлора.


Оглянувшись, она задохнулась, увидев женщину в ферме, стоящую посреди улицы. Она резко потянула свое колесо вправо, и ее скользкие шины скользнули, неумолимо подталкивая ее к телефонному столбу.


Ей едва удалось пожалеть о том, что она слишком отвлекалась, чтобы надеть ремень безопасности, когда она летела через лобовое стекло.


Ее мир превратился в боль, когда асфальт выскочил из ее лица. Ее последнее зрелище, когда мир затуманился вокруг нее, заключалось в том, что женщина разговаривала по телефону, когда дверь открывалась в космос.


Женщина выглядела так, как будто авария не пошатнула ее, как будто все это происходило с ней все время.


Ее последняя мысль была о ее муже и ребенке, желая, чтобы она снова увидела их.


Когда мир вернулся к реальности вокруг меня, я почувствовал такую ??ярость, какую не ощущал в своей жизни. Возможно, Симург лгал мне, но это имело скейпл.


Как объясняла Графиня, "Путь к победе" рассказал ей о шагах, которые нужно предпринять для достижения ее целей, и это редко давало ей какие-либо указания относительно того, почему. Иногда ей приходилось делать то, что казалось бесскейпленным, например, стоя в центре пустой дороги в дождливый день.


Без смерти мамы я остался бы тем, кем был. Маловероятно, чтобы Эмма отвергла меня так же резко, как и она. Возможно, я бы просто оказался на краю Эммы и маленькой клики Софии.


Я бы не был в шкафчике, и я бы не почувствовал ничего более, чем смутное желание стать героем.


Герои были людьми, которые чувствовали необходимость изменить мир. Люди, которые довольствовались своим миром, никогда не испытывали необходимости выходить в забавный спандекс и сражаться с незнакомыми людьми.


Генетический коктейль-котел, созданный из того, что они украли из другого мира, только дал людям силы, которые уже были встроены глубоко в их камеры. Вполне возможно, что независимо от того, сколько людей они пробовали это ни у кого другого, у меня был бы тот же самый набор власти, который у меня был.


В таком случае им пришлось бы зависеть от Силара, чтобы спасти мир, а механизмы его полномочий были разными, чем мои. Хуже того, ему было бы трудно заставить людей работать с ним, учитывая его привычку снимать черепа.


Если бы судьба мира зависела от того, что одна мать никогда не увидит другого восхода солнца, Котел не колеблясь, чтобы это произошло. Хуже того, возможно, что Контесса даже не помнила, что сделала это. Для нее случайным убийством был еще один день в офисе.


Симург смотрел на меня так, как будто она ожидала, что я немедленно вернусь в Котел и начну разрывать их.


В этот момент у меня возникло соблазн сделать именно это.


70.


Свет взорвался вокруг меня, сила Чистоты, усиленная Лунгом. Он был достаточно ярким, чтобы осветить ночное небо, и он ослепил других героев.


Мне нужно было то, что я собирался сделать. Если Симург следовал за рисунком Левиафана, она бы на самом деле ничего не пыталась использовать. Она будет полностью зависеть от своего предвидения, чтобы уклониться от атак. Пока наблюдали за мной другие люди, она могла бы отслеживать меня через их реакцию.


Пока никто не смотрел, она была бы в ужасе от способности уклоняться от меня, и с точки зрения скорости она не могла сравниться со мной на расстоянии вытянутой руки.


Я бросился вперед и схватил ее. Она боролась, но я был уже сильнее, чем когда-либо был Левиафан, и хотя ее крылья бьют меня, они не могут нанести достаточный урон материю.


Я взобрался на ее тело, а затем все мое тело превратилось в губку, лезвия наноторна на каждой поверхности.


Она показала мне видения, которые она мне показала, чтобы мучить меня и превратить меня в Котел.


Хотя я, конечно, собирался отомстить им, у меня было достаточно присутствия, чтобы знать, что безопасность человеческой расы была первой. В конце концов, папа был частью мира, и если бы он умер, у меня не было бы никого. Кроме того, я не мог представить себе ничего худшего, чем каким-то образом выжить, когда погибли все люди на планете. Вечность одиночества не оставила бы меня в здравом уме очень долго.


Здание разбилось обо мне, попытка Симурга заставить меня отпустить. Однако кирпич рухнул вокруг меня, и я не отпустил его.


Я искалечил ее со скоростью намного лучше, чем то, что я сделал с Левиафаном; Я был намного мощнее, чем был тогда, и я только усиливался.


Она попыталась отойти от меня, и мы оба пошли на невероятные скорости, мир пролетел под нами. В течение десяти секунд мы были в сорока милях от того места, где мы начали, теперь над одним из гавайских островов.


Скала от края большого вулкана начала меня забрасывать, подталкивая высшую телекинетическую силу, достаточно жесткую, чтобы жало, хотя камень разрушался каждый раз, когда он ударил меня. Крошечные частицы плавали вокруг нас.


Мы внезапно упали, и я был вынужден поддержать нас полетами Чистоты.


Услышав крики ниже меня и чувствуя массивный всплеск страха, я увидел, что должен был быть приют Губитель, вырвавшийся из земли. Он был массивным; это должно было состоять из пяти тысяч человек. В какой-то момент я понял, что ее план; она собиралась использовать свою власть, чтобы удерживать этих людей в заложниках, чтобы я их отпустил.


Все, что ей нужно было сделать, это поднять их в воздухе на несколько сотен футов, а гравитация сделает все остальное. Число погибших было бы отвратительным, и смерть каждого человека в приюте была бы уложена мне в голову.


Если бы я был действительно героем, я бы отпустил ее тогда и там. В конце концов, разве я не должен был спасать людей?


Если бы Пассажиры всех этих злодеев меня сильно изменили, я бы скорее убил эту вещь, чем спасение жизней тысяч невинных людей?


Она выбрала убежище глубже в глубь страны, достаточно далеко от воды, чтобы я не смог использовать свой гидрокинез, чтобы спасти их. Тысячи людей, но если я отпущу ее, появился шанс, что она никогда не позволит мне снова приблизиться к ней.


Но если бы я позволил этим людям умереть, я был бы лучше Котел? Пожертвовать немногими, чтобы спасти многих? Это был расчет, который сказал, что жизнь моей прекрасной матери имела значение меньше, чем судьба мира.


Это было не для меня.


Другое соображение заключалось в том, что даже если я отпущу ее, у нее был шанс, что она не отпустит убежище. Я ничего не мог сделать, чтобы остановить ее. Даже увеличиваясь до размеров Меньджи и с силой Лунга, которая усиливала меня и страх, у меня не было шанса, что я буду достаточно силен, чтобы поднять структуру, которая весила тысячи тонн.


Приют еще не полностью очистил землю; он был массовым, не поверившим.


Вытащив одну из моих более крупных нулевых бомб замедленного действия из моих карманных размеров одной рукой, а я схватил ее за меня с другой, я стиснул: "Опусти их".


СКП знал, как освободить нас от поля нулевого времени; если бы я активировал его сейчас, и это охватило нас, то и укрытие вернется на землю, и люди будут ранены. Но был также шанс, что СКП выполнит математику и решит, что лучше оставить нас обоих погребенными навсегда, а не столкнуться с риском получения Симурга и, по общему признанию, моего господства к власти.


Если бы они продолжали бомбить Бегемота, тогда все известные Энбрингеры были бы побеждены, и большинство из ПНТ либо не знали о том, что не верили в существование других. Мир будет в мире впервые за многие десятилетия ... пока мое Освоение Эйдолона не исчезнет.


Я не сомневался, что Contessa поместит пулю в затылок, прежде чем это произойдет. Если бы он отбросил смерть человечества еще на несколько месяцев, я не мог сомневаться в том, что она хладнокровно убила свою мать.


Насколько это было фанатизмом и насколько она обычно превращала свое решение в свой Пассажир. Была ли она даже способна принимать собственные решения?


Ничего из этого не оправдало того, что она сделала, полагая, что это произошло даже так, как она показала мне. Единственный способ узнать - это взять ее власть и искать себя.


Она посмотрела на меня, ее лицо было непостижимо, и она почти выглядела так, как будто она взвешивала решение. Продолжайте, и мы оба снимаем с игрового поля. Какими бы ни были сюжеты, которые ей приходилось продолжать без нее.


Возможно, это то, что она планировала все время, надеясь заставить меня снять себя, пока она позволяет событиям играть, как она решила вначале.


Она смотрела на меня твердыми серыми глазами, и хотя я знал, что она не может видеть меня с ними, похоже, она взвешивала мою решимость.


"Вы никогда не сможете победить Scion", - сказал я. "Или закончите свой бой с Эйдолоном. Ваши сюжеты могут работать, но вы никогда не увидите их.


Ее оценивающий взгляд продолжался. Я подозревал, что она ищет будущее для одной возможности, которая заставит ее выйти из этого. Проблема для нее заключалась в том, что в будущем не было никакой будущей вселенной, где я ее отпустил, пока она держала много заложников.


Наконец, приют начал медленно и осторожно снижаться.


Я не переставал копать лезвия, покрывающие все мое тело в течение всего этого времени. Я отклонил нулевую бомбу замедленного действия и вернулся к тому, что делал, выкапывая ее тело, пока не добрался до ее вкусного центра.


Опять она подтащила нас обоих. Я чувствовал, что она пытается перетянуть то, что осталось от моего костюма, но он отстранился. Это не имело значения; Я был покрыт мигающими лезвиями, которые были частью меня. Она не могла повлиять на меня напрямую, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить то, что я делаю.


Она закричала мне в лицо.


В моей голове появилось огромное давление. Обычно крик Симурга был направлен на тысячи или десятки тысяч людей, но у него была полная власть над ним.


Видения самого себя, сливающегося с Концессой, и пробегающие по коридорам Калдрона, убивали всех, кого я видел, мелькнули у меня в голове. Это был не очень неприятный образ; это были люди, которые разрушили всю мою жизнь. Они убили мою мать, разрушили мою дружбу с Эммой, украли мое детство и превратили меня в депрессивное крушение.


Они оставили меня настолько слабым, что мой единственный выбор для выживания - стать бесчеловечным монстром, который никогда не сможет взаимодействовать с нормальными людьми.


Александрия никогда ни с кем не связывалась. Некоторым людям нравилось думать, что это было потому, что у нее было что-то для Героя, но на самом деле это было потому, что все были запуганы ею. Я был на порядок более мощным, чем она, более опасным в масштабе, который мир только начинал понимать.


Я собирался провести остаток своей жизни в одиночестве, и вполне возможно, что я буду жить веками или даже тысячелетиями. Я знал, что могу жить вечно.


Котел превратил меня в урод. Даже если бы я был каким-то образом принят людьми, я всегда был бы отделен от них. Однажды я был бы частью музея, любопытством от давно ушедшего. Все, кого я знал, были бы мертвы и исчезли, и я остался бы продолжать.


Я покачал головой и крепче сжал. Это может быть все правдой, или я, возможно, не переживу свою первую встречу с Scion. Что бы ни случилось, Котел не существовал в вакууме. Они совершили бесчисленные преступления, но причина, по которой они это сделали, могла быть уложена у ног Скиона и того, кем был его партнер. Они создали Энбрингеры, как маленький мальчик, используя увеличительное стекло, чтобы сжечь муравьев.


Никто не знал, почему они сделали то, что сделали, а не действительно, хотя у Кольдра были свои теории. Но то, что они делали, было жестоким, и мы не были первым, или пятым или даже десятым миром, который эти существа полностью уничтожили.


Они делали это в течение долгого времени, и если бы они не остановились здесь, они покинули бы этот мир и продолжили бы с другим.


Симург вспомнил другие миры и другие народы? Или Существа создавали новые супероружия каждый раз, когда они находили новый мир?


Это не имело значения. Эндрингеры были Всадниками Апокалипсиса, призванные донести голод, войну и смерть обычным людям. В конечном счете, если бы они не пришли, Котел никогда бы не существовал. Если бы котел никогда не существовал, моя мать все еще была бы жива.


Скион и Энбрингеры были так же ответственны за крах моего мира, как кто-либо в Котеле. Если Contessa контролировал ее пассажир, и пассажир был буквально частью Сущности, тогда Сущность буквально убила мою мать.


Это не означало, что я не поддержал ответственную Грацесу; у нее был выбор, следует ли следовать Пути или нет. Это просто означало, что я отсрочу свою месть, пока не выполню свои другие цели.


Я ухмыльнулся ей. Чем больше она заставила меня хотеть убить Котел, тем больше я хотел убить ее взамен. Я увеличил скорость, с которой мои лопасти вращались. Мне стало тяжелее, чем дальше, но это не имело значения. Я рано или поздно получу ее, и как только у меня будут силы, никакая сила на Земле не сможет остановить меня, за исключением Сквиона.


Она снова закричала, и на этот раз это почти звучало так, будто было небольшое отчаяние. Это может быть просто антропоморфирование ее. Вполне возможно, что Энбрингеры вообще не были разумными, что они просто живые компьютерные программы, которые были лучше всего человечества или даже Технарькинд когда-либо создавались.


Я почувствовал давление в голове. Воспоминания о боли мелькнули у меня в голове; время, когда у меня была боль в ухе, зубная боль, из-за которой меня не выпускали из школы, даже из-за необходимости вырвать мою руку из поля нулевого времени Бакуды. Я испытал все это одновременно, и потому, что они не были настоящими болями, только психосоматический мой биокинез не мог их уменьшить.


Всякая боль, которую я когда-либо испытывал в своей жизни, возникала внезапно. Я забыл, какая боль была, немного, и это было даже не так долго для меня.


В моем уме мелькнули образы; СКП поздравлял Софию, когда они знали, что меня подвергают пыткам, Софья и Эмма хихикают, что меня заперли в шкафчике. Папа игнорировал меня, когда я страдал молча.


Весь мир причинил мне боль, и теперь у меня была власть заставить их заплатить. Я мог заставить каждого из них заплатить, и это было бы не так уж сложно. Начните здесь, место, где буквально вода со всех сторон. Я мог бы легко взять Бегемот, и как только я смогу оттуда, земля тоже не будет в безопасности.


Я мог бы убить мир, и это было бы славно, о мести, о которой мне следовало мечтать после Уинслоу. Сам Уинслоу уже был уничтожен, поэтому моя месть должна была распространиться на весь остальной мир.


Что все-таки сделали для меня маленькие люди? Дети в школе наблюдали, как меня набивают в этот шкафчик, и ни один из них не поднял руку, чтобы помочь мне. Я мог бы умереть там, и никто из них не позаботился бы.


Система тоже меня подвела. Это подтвердил главный Блэквелл. Когда я был еще одним учеником, меня считали ниже, чем грязь. Эмма, Софья и Мэдисон были Избранными, и все, что они сделали для меня, и, возможно, включая убийство, было бы терпимым.


Даже СКП знал, что такое София. Они поставили бы насильственного социопата в старшей школе, потому что ее силы были полезны для них. Нормальные люди действительно не обращались к ним.


Завершение их всех было бы почти милостью. Они не смогли бы совершить такую ??несправедливость никому другому.


Я смущенно покачал головой. Они не смогли бы этого сделать, потому что там никого не было бы обидно.


Я не мог защитить людей, если бы убил их.


Боли, которые в реальном мире были короткими и преходящими, продолжались и продолжались, и реальный мир исчез, пока я почти не осознавал, что у меня есть тело.


Изображения будущего внезапно обрушились на меня. Я видел, как Сквион разрушал города и города, люди не могли ничего с ним сделать, поскольку он медленно уничтожил всю человеческую расу. Это было не то, что я еще не рисовал, но все было иначе, когда я увидел его в полном техническом цвете.


Там, где должен был быть Scion, был пробел. Я видел вещи с точки зрения простых людей, и я почувствовал их ужас в последние минуты их жизни. Страхи набросились на меня.


То, что я не мог видеть, было собой. Я никак не мог позволить этому продолжать, не пытаясь побороться. Разве я уже побежден? Если бы СКП повернулся против меня и удерживал меня в пузыре нулевого времени?


Если бы Симург повернул меня, и я теперь помогал Сьону в его стремлении уничтожить мир?


Возможно, я взял предложение Калдрона, и даже теперь я был партнером Scion в преступлении, ожидая уничтожить все Земли, которые когда-либо были, чтобы я мог перейти к следующему ничего не подозревающему миру, где я бы снова сделал то же самое.


Было ли это будущее каменным? Могу я его изменить?


Знание, что это была моя ошибка, внезапно поразило меня, как грузовой поезд. Сьюон был доволен жизнью своей жизнью, как и на протяжении десятилетий; не было причин думать, что он не будет на протяжении десятилетий. Тем не менее, я был единственным в мире, который мог даже стать для него угрозой, что было более чем достаточным основанием для начала апокалипсиса, особенно если бы я, казалось, рос у власти.


Вещь, подобная Scion, имела многолетний опыт. Он видел способы, с помощью которых цивилизации пытались защитить себя, и он, несомненно, вычислил для них счетчики.


Счётчик для чего-то вроде меня заключался в том, чтобы закончить все это до того, как я стал настолько сильным, что с ним не справиться. Он бы лучше покончил с собой, когда я только начал, но даже Scion не был всезнающим.


Убить всех трех Губителей было то, что он не смог бы игнорировать. Убийство Симурга будет началом конца, триггером, который означал бы конец света.


Разве мне не было бы лучше остановиться сейчас, чтобы позволить Симургу отступить и исцелить ее раны, чтобы мир мог жить, чтобы увидеть другой день?


Убийство Симурга приведет к гибели миллиардов или даже триллионов.


Время было самым драгоценным из всех товаров. Сохранение Симурга было таким же, как спасение моего отца.


Я напрягся. Эти мысли не были моими; они были последними вздохами умирающей птицы, которая увидит, как мир горит. Сохранение Simurgh спасло бы миллионы? Она убила миллионы или, по крайней мере, отправила их в жизнь, которая была живым адом.


Быть мертвым лучше, чем жизнь, которую она планировала для людей. И даже если бы меня здесь не было, мир закончился бы менее чем за тридцать лет.


Возможно, я мог обречь мир, но мир уже был обречен, единственный вопрос был бы тогда. Однако было также возможно, что я мог бы спасти мир, и если бы была даже мельчайшая вероятность, что это могло случиться, я не мог бы лишить мир этого проблеска надежды.


Внезапно мир обернулся вокруг меня. Я прорезал половину тела Симурга, и теперь я что-то ударил; ядро.


Он раскололся, и если бы я не принял это скоро, ее сила исчезла бы навсегда.


Она уставилась на меня, ее выражение почти умоляло.


Металл вокруг моей руки исчез, когда я схватил ядро, и я потянулся. Остальная часть тела Симурга превратилась в пыль.


Я закричала, когда мой ум был залит изображениями, слишком много для моего человеческого разума. Прошлое, будущее, какие шаги он предпримет, чтобы заставить людей влюбиться, убить, стать террористами.


Я все знал, и мой ум не мог справиться с напряжением.


Мой ум сломался.


71.


"Это не худшая публикация, которую мы могли бы иметь", сказала Мисси.


Стоя здесь в гражданской одежде с Деннисом, летнее солнце согревало ее кожу, а приятный бриз, омытый всем, не был худшим местом, где она могла бы быть. Ее тело было покрыто шрамами, которые показали, насколько хуже все может быть.


Расход летом на Гавайях был неожиданным перком, который до сих пор наслаждался. Прошло три месяца с тех пор, как последний из "Губителей" был побежден, и празднования по всему миру едва начали умирать.


В Конгрессе даже звонили, чтобы назначить этот день Национальным праздником.


Мисси и другие члены Протектората знали правду. Конец света все еще был выдающимся, даже если Энбрингеры больше не участвовали в нем. Там были другие Энбрингеры, но они все спали, и они не шевелились, так как Симург был убит.


В любом случае они останутся спать до конца света.

Броктон-Бэй медленно восстанавливался. Многие люди ушли, но солнечные башни и солнечные дороги, созданные Тейлором Хебертом, обеспечивали свободную энергию. Кроме того, был достигнут общий консенсус в отношении того, что Тейлор Хеберт хотел бы, чтобы город был восстановлен, и поэтому были предоставлены средства FEMA.


Впервые навсегда были рабочие места для тех, кто хотел их, даже если они были только в строительстве. Это был процесс, который должен был занять годы, если только какой-то Технарь не придумал что-то лучше.


Когда Манекен ушел, Технарьы начали появляться с идеями, которые могли бы сделать мир лучше. Многие из них, по-видимому, были под землёй, опасаясь, что Бойня Девять не только на себя, но и на свои семьи и города.


"Это все еще жутко, просто наблюдая, как она плавает вокруг, - пробормотал Деннис. "Что она там делает?"


Два раза в день им требовалось проверить Тейлора, который все еще парил там, где она была с тех пор, как она убила Симурга. Маленький памятник был помещен под ней над теперь разрушенным убежищем Губитель.


Вокруг нее были установлены датчики, но некоторые неуважительные люди, как известно, пытались подняться и взять себя в руки с ней или погладить ее тело другими способами. Последнее, что хотел, было для нее, чтобы проснуться с граффити по всему телу.


Большинство людей приняло участие в этом разговоре, чтобы смотреть на нее тихо, почти так же, как это был мемориал. Тот факт, что она была ростом в 15 футов и каменистой, никого не беспокоила. Для самых распространенных людей ее имя было воспринято почетнее, чем у Героя. В конце концов, именно она закончила пробуждающий кошмар человечества.


СКП сбросил бомбы с нулевым временем на Бегемота, который разрывался на части, чтобы освободиться. У людей, находящихся у власти, были спокойные разговоры о том, чтобы сделать то же самое с Тейлором; когда она проснулась, не было никакой гарантии, что она даже умрет. С силой Левиафана и Симурга сразу она была почти непобедима.


Тем не менее, презервативы Cauldron и preogs Протекторат согласились, что она сыграет важную роль в эндшпиле. Без нее шансы на исчезновение человечества были на сто процентов больше или меньше. С этим шансы все еще были невелики, но они не были равны нулю.


Пляж и бухта Бегемот были заключены в тюрьму, были оцеплены от общественности. Ущерб окружающей среде от излучения, которое он испускал, продлится тысячи лет, если только Технарь не найдет решение до этого. Большая часть морской жизни в этом районе была полностью мертва. Большинство людей считало, что небольшая цена должна платить за то, что они получили.


"И почему мы это делаем?" - спросил Деннис.


Он каждый день спрашивал, что вызывает раздражение у Мисси


"Они думают, что знакомые лица могут помочь ей, когда она вернется", сказала Мисси. Это казалось растяжкой. Тейлор Хеберт не имел большого контакта с палатами. Проблема заключалась в том, что Оружейник и мисс Милиция были заняты остатками империи 88 и имели дело с периодическими атаками со стороны Павших.


Гюнтер, их новый лидер, оказался умным и хитрым. Никто не знал, каковы его полномочия, но ему удалось остаться на шаг впереди Протектората. Империя имела только четверть своих предыдущих чисел, но теперь это была единственная крупная банда в городе.


Маленькие банды появлялись все время от времени, но без необходимости бросать тела против Энбрингерс, Протекторат получил зверскую эффективность при захвате или убийстве любых новичков.


Наихудшей частью были террористические нападения Павших, но смерть или заключение всех Губителей поколебали их убеждения в том, что они были богами, и они кровоточили членов. Протекторат и Триумвират, в частности, были дикими, помогая их отслеживать.


Это было плохое время для всех злодеев. Теперь, когда они больше не нуждались в боях с Энбрингрином, детские перчатки отрывались. Правительства всего мира стали серьезно запирать их и отбрасывать ключ. В некотором скейпле теперь было больше боев, чем было до того, как Симург был побежден, но Протекторат медленно побеждал.


Равновесие сил смещалось к хорошим парням, и люди мира замечали.


"Эй, мы получаем бесплатный пляжный отдых", - сказала она. "Почему ты хочешь спорить с хорошей штукой?"


С ближайшей базой СКП, расположенной на расстоянии более ста миль, они должны были остаться в красивом отеле. Поскольку они были противоположного пола, у них были свои комнаты, а весь остров шириной всего в двадцать шесть миль было легко добраться до пляжей, особенно с ее силой. У нее никогда не было такого загара.


Самая сложная часть всего этого была связь с Дэнни Хеберт. Он уволился с работы в ассоциации Докера и купил дом, где Тейлор теперь витал. Мисси была там, и это было прекрасное место.


Построенный на стороне горы, у него были огромные окна и вид на океан. Он имел сводчатые потолки высотой более двадцати футов и открытые колоды, бассейн и спа-центр.


Учитывая цены, которые стоимость земли на Гавайях, это должно быть многомиллионное здание, но, по-видимому, Дэнни Хеберт в какой-то момент получил доступ к деньгам своей дочери. Мисси подозревала, что он не выбрал бы такое дорогое место, если бы это было не самое подходящее место для его дочери, которую он мог приобрести.


Она была видна из окна гостиной. Мисси удивлялась, как это выглядело, глядя на бесчеловечную фигуру, которая когда-то была его дочерью, и задавалась вопросом, сколько ее осталось бы, когда она проснулась. По крайней мере, она не была мертва, и это было больше, чем большинство людей могли сказать о людях, которые столкнулись с каким-то одним Губителем гораздо меньше двух раз.


Он любил свою старую работу, и он чувствовал себя чрезвычайно виноватым за то, что отказался от докеров, но он чувствовал, что его долг должен быть здесь для его дочери, когда она проснулась.


Учитывая, что он был единственным человеком, который смог поговорить с ней в последний раз, когда она проснулась после того, как взяла власть у Губитель, все остальные подумали, что это тоже хорошая идея.


Мисси подумала, что именно по этой причине у них теперь есть женщина-агент СКП. Неужели они действительно пара, или СКП поставил ее там, чтобы следить за ним? Мысль о том, что СКП может попросить своих агентов на самом деле заняться сексом, кем-то было то, во что она не хотела верить, но она не могла полностью отказаться от этого.


Возможно, это было подлинное отношение. Дэнни Хеберт, конечно, казался более приятным, чем папа Мисси, и проводить время с ним было не так уж тяжело, чтобы проводить время со своей семьей.


На самом деле весь этот отпуск был не чем иным, как приятным. За последние несколько десятилетий туризм в основном пропал из-за опасений людей, но теперь, когда злодеи держали нижний профиль, и никто не боялся увидеть Симурга вне окна, люди снова начали выходить на улицу.


У людей была надежда, чего не было в людях в течение долгого времени. Список медалей Тейлора должен был быть присужден, когда она проснулась, до тех пор, пока рука Мисси, предоставленная большинством правительств мира. Ей никогда не придется беспокоиться о деньгах; щедрости на Симурге и других Энбрингерсах были достаточно высокими, чтобы сделать ее достойной сотни миллионов.


Это предполагало, что она, конечно же, не решила закончить мир.


Взглянув на фигуру над ней, Мисси покачала головой. Она не была уверена, что готова к тому, чтобы Хеберт проснулся. Ни один человек не должен обладать такой силой, и она не понимала, как это абсолютно не испортит ее. Некоторые из вещей, которые, как полагали Симург, могли сделать, заставили ее просыпаться ночью с кошмарами.


На поверхности правительства предлагали медали, но в глубине души все боялись ее. Никто никогда не доверял бы ей, а не этим силам. С Левиафаном и Симургом она была Брут 9, Мыслитель 10 +, Учитель, который знал. С ее множеством других сил не было ничего, кроме ее собственных нулевых бомб замедленного действия, которые могли бы вытащить ее, и она могла видеть, как они приближаются.


Ее коммуникатор гудел.


"Что случилось?" Спросила она.


Поскольку здесь не было никаких злодеев, кроме туристов, которые не искали ничего, кроме хорошего времени, здесь не было присутствия протектората, хотя была база СКП. Мисси показалось странным иметь безымянных агентов СКП, которые занимаются запятой, хотя этого и не было.


"Бегемот ушел, - коротко сказала женщина по другую сторону микрофона. Ее голос звучал почти так же, как она плакала.


"Что?" Спросила она. Весь мир, казалось, вращался вокруг нее, когда ужас посылал озноб по ее позвоночнику. Это было похоже на пробуждение от кошмара только для того, чтобы понять, что вы все еще в кошмаре.


"Он исчез за одну ночь. Датчики, установленные для наблюдения за ним, все таинственно провалили все одновременно ".


Взглянув на плавающее тело Тейлора, Мисси покачала головой. "Вы хотите, чтобы мы вошли?"


"Заходите с Хеберт старшим, а затем заходите", - сказала женщина. "В 1500 году состоится экстренное совещание".


У них еще было пять часов.


Ужас на лице Денниса, вероятно, был ее собственным зеркалом. Последние три месяца уже казались мечтой, как, например, Атлас, наконец, был свободен от неба, но ему нужно было снова забрать его.


Этого не должно было быть, все датчики не последовали последовательно. Они были предназначены для того, чтобы обнаружить, что люди приближаются слишком близко, почти так же, как они должны были убедиться, что Бегемот никогда не мешал. Хотя никто не думал, что кто-нибудь попытается выпустить Губитель, все еще осталось несколько членов Fallen.


С сотней различных датчиков, даже один отказ должен был вызвать тревогу, которая была больше, чем может сделать большинство Технарьов. Это звучало очень похоже на то, что Симург сумел вернуться в тот же день.


Глаза Мисси сузились.


"Я собираюсь взглянуть, - сказала она, указывая вверх.


Он не задавал никаких вопросов. Было забавно, насколько его странное чувство юмора исчезло, так как мир затих. Это было почти так, как если бы все плохие шутки были его способ уменьшить постоянное напряжение и страх, о которых никто из них даже не знал тогда.


Сократить расстояние в тридцать футов между ней и плавающим монстром было не так уж сложно. Она потянулась, а наблюдателям снаружи, вероятно, было похоже, что ее руки были извращены и растянуты, когда это было действительно пространство, которое это сделало.


Поднявшись, она осторожно попыталась прикоснуться к скалистым шипам, которые составляли ее плоть. По словам Оружейника, острые части ее шипов были предназначены для прорезания плоти Губитель, поэтому было бы очень легко вырезать ее руку, если бы она не была осторожна.


Ее рука исчезла в шипе. Она не чувствовала ничего, кроме открытого.


"Это голограмма, - сказала Мисси. "Она ушла."


"Мисс, тебе нужно отступить", - услышала она из-за спины Деннис. Количество ястребов было постоянным сначала, но числа упали, и у них обычно не было никого до позднего вечера.


" Вы не скажете СКП, что вы нашли ", - услышала она голос из-за ее слова.


Она обернулась и уставилась на него.


Перед ними стояла девушка в черном капюшоне. Она была немного высокой, но под капотом ее черты были не теми, кого признала Мисси. Ее глаза, однако, были сплошными серыми и холодными.


"Тейлор?" Спросила она осторожно.


Вызов СКП будет лучшим вариантом; если Тейлор Хеберт был свободен, мир должен был знать. Но почему-то Мисси не захотела добраться до кнопки.


" Меня много что называют , - сказала девушка. Ее голос звучал как хор, но это было как-то красиво и одновременно привлекательно. Мисси могла сидеть и слушать ее весь день.


Выражение Денниса показало, что он чувствовал то же самое.


"Что ты хочешь, чтобы мы сделали?" - спросила она.


" Ничего не говори, пока не будет правильно", - сказала она. " Как только станет известно, что я просыпаюсь, Scion начнет заканчивать мир".


Если бы кто-нибудь знал, она бы это сделала. Тем не менее, он не подходит к Мисси, лжет людям.


"Твой отец ждал тебя, - сказала она. "Как долго ты проснулся?"


" Две недели ", - сказала она.


Две недели она отсутствовала, и никто не заметил? У нее было множество почти столько сенсоров, сколько у Бегемота. Как ей удалось что-то построить и получить ее на месте, не заметив никого?


Ответ был очевиден. У нее был телекинез, который мог бы работать везде, где она могла бы чувствовать, и ее чувства распространялись на расстояние, которое никто не мог понять. Она, несомненно, выбрала тот момент, когда кто-то смотрел в сторону от монитора, чтобы внести изменения, уже построив то, что ей нужно в другом месте.


" Сегодня утром я увидел моего отца , - сказал Тейлор. Ее выражение было пустым и безмолвным, как будто она говорила о погоде. " Через два года у меня будет сестра, если мир выживет. Ее зовут Энн.


Мисси уставилась на нее. Значит ли это, что она увидела это далеко вперед, что она знала, когда ее отец и его новая подруга будут ... что-то делать?


Знала ли она, с кем Мисси закончила? Как далеко вперед ее предикция растянулась?


Что она делала за последние две недели? Она не могла покинуть остров, не увидев Дракона, если только она не использовала какое-то устройство невидимости Технаря, чтобы скрыть ее. Хотя никто из Технарьов, которых она занимала в прошлом, специализировался на такой технологии, было много Технарьов, которые приходили, чтобы исследовать ее тело за последние несколько месяцев. Симург смог скопировать силы Мыслителей и Технарьов в ее диапазоне.


Симургу не приходилось кричать никому. Она сделала это просто, чтобы тронуть всех, по крайней мере, согласно Сплетницау.


Как долго Тейлор должен был изменить мир незамеченным. Она могла пролететь над Вашингтоном, Пекином, Москвой и другими крупными центрами власти, которые изменяли умы политиков и военных умов, и никто не знал.


Если бы она работала всего две недели, она могла бы взять мир, если бы захотел. Ошеломление позвоночника Мисси ухудшилось.


"Что ты делал все это время?" - прошептала она.


" Было восемнадцать Энбрингерс , - сказала она беззвучно. " Теперь их нет. "


"С Бегемотом как последним?" Спросила мисси. Огромность власти, перед которой женщина должна была быть к настоящему времени, была огромной. Была ли вообще хоть какая-то ее человечность?


Тейлор Хеберт просто смотрел на нее, не отвечая. Это был ответ. Она не позволила Бегемоту бежать, а не когда его силы были настолько полезны.


"Люди будут расстроены, - сказала Мисси. "Почему ты не сделал голограмму Бегемота?"


" Лучшие шансы на успех зависят от определенных действий в определенное время" , - сказал Тейлор. Она смотрела в космос, как будто она видела то, что никто больше не видел. " Это то время ".


Он не ответил на вопрос Мисси, не совсем. Но Симург был известен тем, что создал практически ситуации Рубе Голдберга. Иногда люди, которых она заразила, не сошли с ума, они просто оказались в нужном месте в нужное время, чтобы сказать слова, которые заставили бы кого-то, кто никогда не был вокруг Симурга.


Если Тейлор подумал, что некоторым людям нужно расстраиваться, чтобы выполнить свои цели, она, вероятно, была права.


"Я не уверен, что мы сможем лгать", сказала Мисси. "У Оружейник есть свои устройства обнаружения лжи, а некоторые из них довольно хорошо разбираются, когда мы не говорим правду".


Как подросток, пытающийся уйти с чем-то, это раздражало. С другой стороны, лицо Александрии с ее способностями мыслителя было ужасающим.


" Это не проблема , - сказал Тейлор. Через мгновение она начала петь, и мир вокруг Мисси начал вращаться.


Ложь не будет проблемой, совсем нет.


72.


Так много дел и так мало времени.


Политик бежит, чтобы встретиться с Бегемотом. Через пять лет он будет спонсировать антипарамское законодательство, которое приведет к перемещению тысяч людей. Небольшая манипуляция тормозной колодкой отталкивает его из-под контроля в реку. Его тело не будет замечено в течение почти пяти часов, потому что серия отвлекающих факторов заставляет людей скучать по сельской дороге, на которой он ехал, достаточно долго, чтобы никто не видел несчастного случая.


Проливной кофе приводит человека к случайной встрече с молодой бариста. Через пять лет у них появится ребенок, который в конечном итоге создаст мирную технологию, которая может быть воспроизведена без помощи Технарьса. Это произведет революцию в мире и поставит мир на путь к чему-то большему, чем кто-либо поймет.


Тонкое изменение в химии мозга приводит к спору между человеком и его девушкой. Она оставит его в результате, запустив роман с сенатором в течение шести месяцев, который сорвет его карьеру. Этот сенатор будет спонсировать законодательство, ликвидирующее Протекторат в мире после освобождения.


Поворот головы слегка заставляет одного человека видеть мерцание в подлеске. Это приводит к тому, что он находит тело. Обнаружение тела рано приведет к тому, что полиция прекратит серийный убийца, прежде чем он убьет беременную женщину, которой суждено родить ребенка, который должен был стать великим миротворцем.


Миллиардер натыкается на статью журнала, которая приведет его к инвестированию в космические исследования. За двадцать лет это приведет к первому межчеловеческому кораблю человечества, что станет первым шагом в обеспечении того, чтобы человечество не исчезло, когда следующая Сущность найдет Землю.


Обычный ученый, оказывается, просматривает микроскоп, поскольку определенная спора загрязняет слайд. Это приведет к революции в антибиотиках, что понадобилось бы через семь лет, поскольку чума должна была начаться путями, которые не так легко остановить.


Рябь в пруду; жизнь человечества была открытой книгой. Тысячи различных возможностей повсюду я смотрел, и так мало времени. Изменения, которые необходимо было сделать, были очевидны, и большую часть времени они были небольшими.


Небольшая настройка в чьих-то отношениях здесь, небольшой телекинетический толчок там, и изменения распространяются со временем, крылья бабочек растут в ураганах с течением времени. Огромный объем информации нарушил меня, и мне потребовалось время, чтобы научиться контролировать поток информации до простого бушующего потока, а не прекращения цунами в мире.


Все предсказания ни к чему не приведут, если я проиграю против Сквиона, но я должен был подготовиться к победе, потому что поражение означало бы, что все приготовления ни к чему не привели.


Заставляя некоторых людей влюбляться, а другие люди разбиваются, это была детская игра, когда вы могли видеть все шаги по пути. В отличие от Contessa, я не только знал, какие шаги нужно предпринять, я знал почему .


Были слепые пятна; некоторые прегоны и Scion, но были обходные пути. Рисование картинок было более выгодным, когда вы знали контекст вокруг них, и вы могли бы выяснить, что эти слепые пятна были связаны с их воздействием на мир. Это было похоже на невидимую скалу, бросающуюся в пруд; в то время как вы не могли видеть сам камень, вы могли бы следить за рябью и дать образованное предположение о том, что происходит.


Дело было не в том, что многие из них я больше не мог видеть. Eidolon, Scion, некоторые из самых мощных предшественников и мыслителей. В свое время Эндрингеры были бы в группе, но это уже не проблема.


Я знал, что мои мысли больше не являются людьми, но ничего не было сделано. Человеческие умы не были предназначены для такого ввода, поэтому мне пришлось переделать собственный разум. Это было похоже на видение мухи; вместо единого взгляда было восемь тысяч.


Помогли навыки заимствования у мыслителей всего мира. Теперь я был почти стабилен, почти готов принять одно действие, которое на самом деле было бы для меня риском.


Ирония заключалась в том, что я мог видеть все время и пространство, и все же судьба человечества все еще опиралась на азартные игры.


Часть меня хотела начать мировое строительство уже, но это было бы преждевременно. Мало того, что Scion будет предупрежден о моем присутствии, но я знал, как отреагируют люди в силе.


Никто не поверит, что я знал, что им нужно, лучше, чем они. Они увидели бы угрозу, и, хотя они не были для меня угрозой, они были бы в моих проектах. Даже если мне удастся позаботиться о Scion, мне нужно будет работать за кулисами.


Это была не азартная игра, если бы вы знали, что произойдет в конце концов.


Но это было нелегко, несмотря на всю мою силу. Измените одну вещь и измените ряд других вещей, некоторые из которых будут угрожать вмешаться в другие ваши изменения. Для того, чтобы это не происходило, потребовались бы дополнительные помехи, но это вмешательство само по себе вызовет другие ряби.


Симур было легче; хаос был естественным состоянием Вселенной, и разрушение не мешало предпланированию.


С другой стороны, создание было гораздо сложнее. Это требовало постоянного обслуживания и ухода. Люди должны были быть обрезаны, а прополка должна была быть сделана, с плодородной почвой, тщательно посеянной семенами, которые прорастали бы в изобилии времени.


Человечество имело право подняться до величия. Если бы Скрион был побежден, были бы другие Сущности, особенно если человечество достигло звёзд. Они должны были быть готовы учиться достаточно, чтобы они могли сражаться и побеждать, и ничтожная информация, которую Существа не позволили Технарьсу, была бы недостаточно.


Люди должны были создавать свои собственные технологии, и это требовало денег и инфраструктуры и, самое главное, волю и стремление к успеху. Это потребовало множества условий, которые были очень конкретными.


Трудно было вспомнить, что такое человеческие эмоции. Я все еще чувствовал гнев, но страх теперь казался чужой концепцией. Надежда и любовь все еще были во мне.


Но мелкие проблемы, которые одержимы мной, когда я был более человечным, как будто проскользнули мимо меня сейчас.


Почему хулители беспокоили меня? Мне не удалось вспомнить.


Было ли немного ревности, что мой отец был связан с новой женщиной? Я не мог себе представить, почему. Возможно, видеть мою новую сестру в будущем было частью того, что унесло это.


Боязнь Силара казалась совершенно разумной, когда я был человеком; теперь это казалось почти странным. Я знал ту роль, которую ему суждено сыграть, и это было необходимо.


Разве я беспокоился о том, чтобы найти романтику? Теперь я не мог себе представить, зачем мне нужен кто-то другой, а не когда у меня было все время и пространство, как моя умственная площадка. Я мог бы заниматься сексом, путешествуя по головам.


Тот факт, что люди будут чувствовать себя под угрозой, был простым фактом, но это не имело значения. У меня были планы на мир, и никто не смог бы остановить меня. Я уже видел, как все их планы развернутся.


Я даже знал, почему Симург пожертвовал собой. У нее не было обиды на человечество; она только следила за ее программированием. Она вообще не была разумной, но, несмотря на это, у нее было что-то вроде любви к Эйдолону. Она видела его ужас, когда Скион уничтожил мир, и она предсказала его смерть.


Предоставление мне ее полномочий было единственным способом, которым она знала, возможно, предотвратить обе судьбы. Она даже не боялась.


Однако ее программирование также не позволило ей убить себя. Ей пришлось сражаться, и ей пришлось надеяться, что я выиграю, как только Левиафан уйдет, и она больше не могла меня видеть.


Оставив Виста позади, я пролетел невидимо по всему миру.


Пришло время для эндшпиля, и это требовало определенных вещей, которые нужно было сделать.


Выйдя за пределы неописуемой двери в Испании, я снова стал видимым, и я постучал.


Лицо, которое он взял, было у среднего бизнесмена, но он знал меня в тот момент, когда он увидел меня, несмотря на то, что у меня не было собственного лица. Возможно, это были глаза, или, может быть, это был тот факт, что он не мог видеть сквозь мою плоть, как он был в состоянии со всеми остальными.


Он вздохнул. Видимо, он знал, что я приеду, даже если он не знал точно, когда.


"Мы должны это сделать?" - спросил он. Он сделал шаг назад в свою квартиру, когда я вошел внутрь, дверь закрылась позади меня. Я чувствовал, что он пытается подтолкнуть меня к телекинису, но я отмахнулся, как будто бы летал. Мне показалось невероятным, что однажды я обнаружил, что эта мощь может быть огромной, когда мой телекинизис в настоящее время по крайней мере в тысячу раз сильнее его.


Лицо Силара снова изменилось, когда я кивнул. Он поморщился. Он знал, что будет, и он не просил и не умолял. Это заставило меня уважать его немного больше, что было непросто, так как я его раньше не уважал.


Используя силу Тоху, я скопировал силу Силара; Я был в состоянии скопировать полномочия трех Приложений одновременно без ограничений, включая полномочия людей, которые даже не были парахуманами. Вероятно, это была версия власти, которую Существа использовали, чтобы дать Осколкам новые силы.


Схватив его телекинезом, который намного превосходил все, что он когда-либо мог создать, я скопировал его силу, а через мгновение начал кричать, когда на его голове появилась кровь.


Удаление его черепа было простым, и через мгновение я осмотрел его череп. Это казалось более грубым и менее эффективным, чем просто украсть его силу, но я использовал его для будущего.


Как только я получил свою власть, я мог отпустить силу Тоху. Я понял его силу, и теперь я мог использовать его для загрузки других полномочий от людей, которых я не хотел лишать своих сил. К сожалению, мне удалось получить базовую силу, и без рентгеновского зрения или чего-то подобного я был бы вынужден принять неудачные действия.


К счастью, Калдрон выпустил других людей с рентгеновским зрением в города мира; Я бы выбрал худшего из них, последовательного сексуального хищника, и я бы взял его власть. Я был уверен, что это было частью пути Концессы.


Заменив череп, я увидел, что он почти мгновенно восстановился.


"Ты не собираешься меня убивать?" - спросил он. "После всего, что я сделал".


" Я знаю ваше будущее" , - сказал я. " Вы все еще можете быть погашены. Если вы этого не сделаете, я могу сделать вашу жизнь бесконечной. "


Его лицо побледнело. Он просто удалил свой череп, и это был лишь намек на боль, которую я мог вызвать. Учитывая, что он мог восстановить любой ущерб, пытки могут длиться вечность.


На мгновение я решил закончить его, несмотря на будущее, которое я видел для него. У него был потенциал сделать волны в мире, которые могли бы привести к большому благу, но действительно ли это восполняло все плохое, что он совершил? Он был серийным убийцей, и даже если он больше никого не убивал, он не мог компенсировать боль, которую испытывали все семьи.


Нахмурившись, я отвернулся. Я все еще возмущался его тем, что он сделал с кейповлом и ее семьей, но в будущем я планировал мир, он сыграл бы важную роль в качестве моего агента. Он сможет делать то, что я делаю, чтобы сделать то, что я пытаюсь сделать легче.


Силарская сила пела во мне. Это была не просто репликация власти; У меня уже были лучшие версии этого. Это было понимание , сила, которой не был даже Сцион, со всеми его тысячами сил. Это был важный компонент того, что я должен был делать, и без него никто из остальных не работал.


Его сила жаждала знания, и сила Симурга обеспечивала все знания в мире. Но теперь, когда у меня была сила Силара, знание начинало меня понимать так, как раньше. Я бы мог вносить изменения с меньшими настройками здесь и там, и мой контроль над всем будет более эффективным.


Найти сексуального хищника было вопросом моментов. Попасть к нему заняло несколько минут. У него хватило сил и хватало шею.


Теперь, когда я имел власть брать силы других, не лишая героев критических сил, у меня возникло то, что мне нужно, чтобы закончить все это.


У Флетшетта была власть, которую Существа использовали, чтобы убивать друг друга. Мантелл мог скрыться от других осколков. Даже зная, что он существует, было трудно, но с силой Силара я понял о нем вещи, что Котел не сделал этого. Несмотря на то, что я не мог его видеть, я видел, как рябь, которую он произнес в пруду, сотнями альтернативных фьючерсов, и я мог понять, что это значит.


Взять силы Домодерейка и Ясновидца было очевидным шагом еще до того, как я получил Силарскую власть. Мне понадобился бы Домработницы, чтобы попасть в место, где Сьон скрывал свое истинное тело, и Ясновидящий, чтобы найти его.


Уничтожение всего населения КЛЕТКА, за исключением немногих, кого я знал, было относительно невиновным, не было строго необходимым для того, что я собирался делать, но это казалось справедливым. Это были люди, которые не заслуживали тех полномочий, которые им давали, и в любом случае они не были частью моего окончательного плана для мира.


Копирование силы Сплетницаа было дано. Синергия с силой Силара была бы невероятной. Было еще дюжина других мыслителей, которых я хотел взять, но не было времени, а не до финальной конфронтации.


Однако, несмотря на все мои полномочия, это все еще не было чем-то определенным. Если бы Scion все еще находился на полной мощности, это было бы невозможно. Он отказался от большей части своей власти раздавать осколки десяткам тысяч людей, хотя это означало, что он был намного слабее, чем был бы в полной мере.


Тысячи возможных фьючерсов, и это не имело значения, имея дело с тем, кто мог видеть будущее так же хорошо, как и мог. Это была игра в шахматы, в которой каждая сторона могла видеть всю игру от начала до конца, каждый шаг менял правление, а другая сторона меняла свои собственные движения в ответ.


Разумеется, я планировал обмануть. Я бы не стал бы мной, если бы я этого не сделал, и, кроме того, можно было бы утверждать, что все Существа были обманом. Они совершили фаустовские сделки с гонками, которым даже не разрешили увидеть мелкий шрифт.


"Дверь меня, - сказал я.


Когда дверной проем появился в космосе передо мной, я ухмыльнулся. Я уже установил серию событий, которые сделают жизнь Концессы живым адом. Ни одна из частей не вступила в силу до тех пор, пока мир не был спасен.


Ее сила дала ей Путь к Победе, но она потребовала, чтобы она задала правильные вопросы, и я знал, как удержать ее от этого.Здесь крошечное отвлечение, чтобы отвлечь ее внимание, когда она собиралась установить связь, которая привела бы ее в упадок.


Кто-то прерывает ее в другое время, заставляя ее справляться с проблемой, а не думать о ней.


Она сделала бы то, что я попросила, потому что это то, что ей сказал Путь, было необходимо, чтобы мир выжил. Я не был уверен, что она даже заботится о том, выжила ли она сама. В конце концов, она была такой фанатичной. Она давно продала свою душу, и она была готова заплатить пипецу.


Хотя я все еще любил свою мать, я мог понять, почему она должна была делать то, что она делала. Герои были людьми, которые были недовольны миром, людьми, которые были готовы делать все, что, по их мнению, было правильным, чтобы сделать это лучше.


Счастливые люди не делали хороших героев, и, пока у меня были мама, папа и Эмма, я был бы доволен прожить свою жизнь как нормальный человек. Выйти и искать опасность было бы чуждо мне, и даже если бы Контесса предоставила мне силы, которые у меня были, у меня не было бы желания использовать их.


Мир закончился бы, и моя мать все равно погибла бы.


Это было отношением Калдрона и кем я должен был спорить. Я позволил бы серийному убийце уйти с убийством только потому, что я знал, что он может сделать больше добра, чем мертвых. Концесса убила невиновную женщину, потому что ее смерть принесла бы больше пользы, чем ее жизнь.


Меня это нисколько не раздражало.


Графство появилось передо мной, и я долго и пристально смотрел на нее. Вполне возможно, что в thPath к Викторy были некоторые вещи, которых не было у моего собственного видения, хотя Scion, казалось, был невосприимчив.


" У меня есть список людей, чьи полномочия мне нужно приобрести" , - сказал я. " Я понимаю, что у вас есть регенератор среди тех, кого вы уполномочили. "


Регенерация легких была сильной, но исцеление, предоставленное миру Силара, было невероятным. Мне нужна такая устойчивость для борьбы впереди.


Хотя ее Путь не могла сказать ей, что мне нужно, она, казалось, догадалась, потому что она просто кивнула. Возможно, это потому, что она знала, что у меня есть все причины в мире, чтобы убить ее, и потому что ничего, кроме Эйдолона со скрытой нулевой бомбой, не сможет остановить меня.


" Когда мы закончили собирать эти силы , - сказал я. " Думаю, придет время посетить сад. "


Истинный скейпл быть героем был готов пожертвовать собой ради других. В то время как я больше не был человеком отдаленным, как только я собрал силы от трупа сбитой Сущности, я не был уверен, помню ли я даже человека.


Пока я помнил, кем я должен был сражаться, и кого я должен был защитить, неважно, перестану ли я быть мной. Я мог только надеяться, что я не стану большей угрозой, чем то, над чем я пытался бороться, и, несмотря на все мои предсказания, не было возможности сказать, что произойдет.


Так или иначе, это было началом конца.


73.


Сидя в своем кабинете, Мэтт Паркмен считал изгибы и превращал свою жизнь в жизнь. Он был полицейским, он помог спасти мир, и теперь он работал против своего рода. Телепатия в каком-то скейпле была проклятием; он отвлекся от человеческих взаимодействий, и возможность контролировать умы сделала все слишком просто.


Его сила росла, и работа над женщиной, которая по общему признанию была расистской по отношению к нему, не была идеальной. Тем не менее, мир должен был закончиться, и у нее было решение, которое спасло бы его семью, что сделало ужасы, которые он должен был подвергнуть людей, чтобы это стоило того.


В конце концов, не было ли то, что человечество выжило? Независимо от того, было ли это обычным человеком или человеком, люди должны были выжить, и это стоило какой-то боли, которую нужно было причинить другим.


Он так долго боролся с Компанией, но теперь он работал на людей, которые были еще хуже.


Мэтт напрягся, чувствуя присутствие в комнате. ,


Девочка-подросток прошла через дверь в космос. Без его ментальных чувств Мэтт считал бы ее обычным и довольно неописуемым, кроме того, что ее глаза были молочно-серыми. Она молча смотрела на него, и он попытался войти в ее ум.


Тысячи изображений бросились ему в голову сразу; прошлое, настоящее и будущее, все обернутые вместе и переплетенные цепочками причин и следствий и возможные триггеры, которые могут изменить мир с одной возможной временной шкалы на другую.


Это было потрясающе, и один образ покорил всех остальных; чудовищного, охватывающего весь мир червя, который вращается среди звезд, разрушающих мир после мира, в попытке предотвратить неизбежную смерть Вселенной.


Больше ощущений, чем он мог справиться, было похоже на то, что он тонул.


У него разразился ум, и он упал на стуле. Позднее тестирование показало бы, что у него было несколько крошечных штрихов в его мозгу.


Девушка уставилась на него; она была полностью способна исцелить его, но она предпочла не делать этого. Через мгновение мир мерцал, и она исчезла.


**********

Хиро Накамура услышал в дверях зуммер.


Правительство стало более жестким в вопросе регистрации журнала evos, и он думал о том, чтобы двигаться снова. У него были предложения от женщины, которая напомнила ему немного людей, которые работали в компании. У него было подозрительное подозрение, что она не захочет сказать "нет", хотя он не был уверен, как они собираются заставить его делать то, что они хотят.


Когда он открыл дверь, он остановил время. Это было не совсем время; это было невероятно замедленное время, но для всех целей и задач это могло бы быть и так. В течение всего времени, когда он использовал его, только один человек оказался стойким, девушка, которая была скоростной машиной. Даже она была сведена к движению с нормальной скоростью, находясь внутри нее.


Он изучал девочку-подростка в черном хаусе, стоящем перед ним. На ней были солнцезащитные очки, и ее лицо было неописуемо.


Он взглянул на улицу. Не было никаких признаков того, что оперативники компании или люди могли ударить его дротиками транквилизатора.


Он оглянулся, и он был расстроен, увидев, что девушка изменила свои позиции. Она повернула голову, и она смотрела на него. Это не должно быть возможным.


Через мгновение она исчезла, как будто ее никогда не было. Он был в ужасе.


Он позволил времени рухнуть вокруг него, и когда он повернулся, чтобы вернуться в свой дом, он почувствовал, как дротики ударили его по шее.


Он пытался телепортироваться или вернуться вовремя, что-то, но его сила требовала сосредоточения, и все, что они использовали, оставило его слишком неудобным для любого из этого.


Кто-то появился из воздуха, этот человек, скорее всего, был невидим.


Хиро упал на землю, когда человек заговорил в своем коммуникаторе. Его голос казался напряженным, но профессиональным.


"У кого-нибудь есть глаза на девушку?"


Новая версия компании наконец-то получила то, что она хотела. Они собирали людей с полномочиями по причинам, которые он еще не знал. Когда он упал без сознания, Хиро подумал, кто такая девушка и почему она была у его двери.


Он никогда не узнает, что она сделала ряд небольших изменений, которые гарантировали бы, что в конечном итоге он будет освобожден. Только тот факт, что его тюремное заключение помогло бы больше в долгосрочной перспективе, чем его свобода.


***********


Клэр Беннетт уставилась в океан.


Выявление существования Эвоса миру не получилось так, как она думала. Она предположила, что как только все выяснится, что правительство и компания больше не смогут делать ужасные вещи людям просто потому, что они родились разными.


Вместо этого правительство пошло по-другому. О, они помогли расширить сотрудничество между обычными людьми и Специальными предложениями, но они приняли законы, требующие от людей регистрации. Клэр была подвержена достаточно комическим книгам, чтобы знать, к чему это привело.


Хуже того, ее отец не одобрил то, что она сделала. Он долгое время был частью Компании, и часть его по-прежнему верила в идеалы Компании. Клэр все еще не верила, что заботливый человек, который ее воспитал, сделал людям ужасные вещи просто для того, с чем они родились. Он убил, и люди, которых он убил, не всегда были жестокими.


Питер пытался начать сопротивление, но он боролся с волной общественного мнения. Когда обычные люди могли стрелять в лучи смерти, когда у вас с ними был изгиб крыла, другие люди заметили. Тот факт, что у большинства Эвосов были безвредные силы, не изменило умов людей.


Кто-то со сверхсознанием никому не угрожал, кроме, может быть, шантажиста, но он был бы распят так же, как телепат или контроллер освещения. Это не имело скейпла для Клэр. Кто-то стрелял в вас молнией или пистолетом, вы были одинаково мертвы, поэтому с ними следует обращаться иначе.


Она пыталась использовать слабую славу, которую ей приходилось предлагать законодателям, но они неоднократно выбирали игнорировать их в пользу более драконовских мер, направленных на разжигание мнений и приводят к тому, что они либо убегают из страны, либо восстают.


Услышав шаги позади нее, она оглянулась. Корабль, на котором они были, был старым, а моря неспокойны. В результате ее способности она была в значительной степени невосприимчива к морским болезням, но других пассажиров не было.


Она застыла, поняв, что она не признает фигуру позади нее. Молодая девушка в черном капюшоне с чужими серыми глазами.


Она попыталась открыть рот, чтобы выкрикнуть тревогу, но она не могла. Она тоже не могла двигаться.


В течение долгого времени девушка просто смотрела на нее. Девушка нахмурилась, и она почти выглядела так, словно жалела Клэр. Через мгновение она кивнула себе, и Клэр почувствовала на себе давление.


Девочка исчезла, и Клер повернулась к морю, и память о том, что все это произошло, как будто этого никогда не происходило.


********


"Правительство врет, - сказал Мика. "Регистрация - это не разумный вариант, необязательный для Evos, который хочет подчиниться. Я выпускаю документы, свидетельствующие о том, что правительство планирует сделать это обязательным в течение следующих шести месяцев. Они планируют создать новое агентство, единственной целью которого является выследить и посадить в тюрьму Эвоса, единственным преступлением которого было то, что они не хотели подвергать себя тем, у кого не было интересов.


Ему не нужна камера или модем или даже компьютер для загрузки своего сообщения в Интернет. Машины были его контролем, а Интернет был его игровой площадкой. В другое время он, вероятно, будет делать то, что каждый его подросток делает с ним в Интернете; смотреть видеоролики с кошками и смотреть порно.


Но теперь у него была причина. Его мать умерла, и если он не был осторожен, он потерял бы еще больше людей. Он должен был раскрывать правду людям, но это была тяжелая битва. Несмотря на то, что он мог овладеть Интернетом, он не мог справиться с этим. Это не было ограничением его власти, проблема была в том, что Интернет был слишком обширен, чтобы понять человеческий разум.


Ни один человек не мог доминировать в Интернете, а это означало, что корпорации и правительственные структуры, созданные против него, имели все преимущества.


Иногда он чувствовал себя проповедником, стоящим на углу улицы, проповедующим о конце света. Никто не поверил ему, но нужно было сообщить об этом.


Хотя в комнате было темно, он услышал звук сзади. Он обернулся, и он застыл.


Девушка в черном туфее стояла в углу комнаты. Он не мог видеть ее лица, но ее глаза почти казались сияющими. Ему казалось, что он должен встать, бежать, что-то сделать, но он почувствовал, что он замерз.


Она долго смотрела на него, затем кивнула.


Через мгновение она исчезла, и он вернулся к своему сообщению, не подозревая, что кто-то там был. Но в его сознании возникли новые идеи, способы получить его сообщение, которого раньше не было. Он был взволнован. Эти идеи, если они подходили, заставили его послание обратиться к миллионам людей, которые не видели бы их иначе.


Это беспокойство, которое он испытывал до этого в будущем, исчезло, заменив что-то вроде мира.


********


"Мы уверены, что мы должны это делать?" - спросила Александрия. "Силы, которые она принимает, ее не остановить".


"Мы потеряли момент, когда взяли Левиафана, - сказал Эйдолон. Его лицо выглядело изможденным. По мере того, как хныканье Канарейки исчезло, истинная чудовищность того, за что он был ответственен, переполнила его. Из-за его собственной потребности в конфликте, быть героем, миллионы людей погибли или были извращены.


Весь мир упал в хаос, и это было его виной.


Александрия знала, что он несколько раз думал о самоубийстве, но в итоге он пришел к выводу, что это не помогло бы. Он создал этот мир, и если бы он хотел лучшего, он должен был быть частью решения.


Это не улучшило вину; в некотором скейпле это усугубляло ситуацию.


Депрессия была его постоянным спутником, и, хотя у него были силы, которые он мог использовать для временного подавления, они только ухудшали ситуацию, когда он прекратил использовать их, напоминая ему, насколько сильно он был на самом деле.


Дело в том, что она знала, что не знала, как ему помочь.


У подросткового бывшего суперздорода Tattletale, вероятно, был больше шансов, даже если ее отношение постоянно раздражало Александрию. Имея ее здесь как человека, который имел некоторый опыт с Тейлором, даже если бы он был минимальным, и полезная сила Мыслителя была чем-то, с чем Александрия только неохотно согласилась.


"Мы могли бы что-то сделать уже тогда", - сказала Графья. "Но теперь у нее есть сила Симурга и копия Пути к Победе. Теперь, когда у нее есть сила Домодерейка и ясновидца, это из наших рук ".


"А что будет, когда она победит?" - спросила Александрия. "Мне она понравилась достаточно хорошо, но кто-нибудь действительно думает, что в этом мире должна быть пятнадцатилетняя девочка?"


"Она не девушка, - сказала Легенда трезво. "Не сейчас. По мнению наших лучших мыслителей, она едва ли даже человек.


"И когда она посещает сад и берет все, что она будет тогда? Мы просто воскрешаем то, что пытались убить? Александра покачала головой. У нее были свои способности мыслителя, но мысль о том, что девушка способна и пытается предсказать ее будущие действия, была вне их.


Прежде чем кто-нибудь мог ответить на вопрос, девушка, которая была Тейлором Хебертом, появилась рядом с Александрией. Она безмолвно посмотрела на нее.


" Пришло время пожинать сад ", - сказала она. " Я закончил подготовку ".


"Подготовка?" - спросила Александрия. "Больше, чем просто бегать и красть силы".


Обычно ее полномочия облегчали чтение людей. Она всегда была на шаг впереди. Тейлор, однако, был таким же непрозрачным, как камень. Это было неприятно, и она задавалась вопросом, так ли это, как люди ее нашли.


" Я строил ", сказал Тейлор. " Вещи, которые необходимы, чтобы сохранить всех. "


"Когда у вас было время?"


" Время больше не ограничивает меня ", сказал Тейлор. " Объедините способность понимать с помощью естественного контроля над технологией, помимо всего, что предоставляет Пассажир, а также знание о том, что сами Существа собрались, и можно сделать что-то неожиданное ".


"Мы будем бороться?" - с надеждой спросил Эйдолон.


" Если ты хочешь умереть , - сказал Тейлор. " Это не битва за таких, как ты ".


Александрии не нужна была ее сила, чтобы сказать ей, что весь мир Эйдолона рухнул в тот момент. Это было на его лице. Он выглядел потрясенным и в ужасе. Все существование Эйдолона сосредоточилось на том, чтобы быть лучшим, самым сильным, героем. Быть случайно отклоненным как несущественным должно быть так же ужасно, как и все. Он бросил все, дети, семью, шанс любить всех, чтобы он мог быть тем, кто мог бы изменить ситуацию.


Тейлор Хеберт только что сказал ему, что он был свидетелем. Он не имел никакого значения, как обычный человек на улице. Он


Быть единственным человеком в мире, полностью невидимым для силы Симурга, должно было стать причиной того, что Тейлор не выбрал ее слова более тщательно. Или было преднамеренное наказание за то, как он эффективно и единолично уничтожил мир.


Тейлор неловко похлопал его по плечу. Затем она сузила глаза, и через мгновение Эйдолон расслабился.


"Я помогу с уборкой, - сказал он. Он улыбнулся и почти был в восторге от этого, его прежнее недомогание почти полностью исчезло.


Александрия почувствовала внезапное ощущение ужаса. Телепатии в мире не было, не совсем. Симург смог сделать для себя самое близкое в мире, но даже на самом деле это не было умением читать мысли.


Но люди в этом мире, мир Силара, некоторые из них смогли читать мысли. У них были способности, которые не были ограничены в способе, которым принадлежали кейпы of Earth Bet.


И теперь Тейлор Хеберт мог прочитать каждую мысль, которая была у них до того, как они их достали.


Хеберт повернул голову и на мгновение уставился на Александрию, прежде чем ее губа скривилась в мельчайших ухмылях. Он был настолько мал, что любой, кто без мыслителей Александрии, не заметил бы этого, но он должен был быть преднамеренным.


Для кого-то еще ее лицо выглядело бы совершенно бесстрастным. Александрия не знала, как она себя чувствует. Некоторое время она беспокоилась о психической стабильности Хеберта. Было ли это признаком того, что она сохранила некоторые из ее гуманности или это было намеком на то, что она почему-то почувствовала, что она выше человечества?


Боги не должны быть мелкими. Это было то, что Александрия была вынуждена время от времени повторяться, когда ее раздражали все мелочи повседневной жизни. Было бы легко отвлечь ее разочарование от людей, которые не могли защитить себя, но это было то, что она отказалась делать. Дело не только в том, что это повредит ее репутации или потому, что это не героическая вещь.


Это была не очень хорошая человеческая вещь.


Хеберт посмотрел на нее на мгновение, потом слегка пожал плечами. Видимо, она слушала, или, может быть, она использовала силу Симурга, чтобы догадаться, что Александрия была соблазн сказать ей.


" Я возьму на себя все человеческие связи , - сказал Хеберт. "И предупредить людей о том, что происходит, и сообщить им, что им самим придется делать ".


"Ты будешь паниковать людей, - сказал Эйдолон.


" Это будет необходимо ", сказал Тейлор. " Я установил защиту на месте, но я смог защитить крупные города. Люди, которые убегут, не будут защищены ".


Как она могла бы защитить крупные города от Scion, подумала Александрия .


"Тебе нужна помощь?" - спросил доктор Мать. "У нас есть связи с крупными СМИ ..."


Хеберт покачал головой. " Я сам справимся ".


"Когда все это произойдет?" - спросил Эйдолон.


" В тот момент, когда я начну сбор урожая, Скион почувствует осквернение тела своего партнера" .


"Мы десятилетиями собирали Пассажиров, - сказала доктор Мать. "Почему он только заметил это сейчас?"


" То, что вы сделали до сих пор, простирается до глубины ногтя. Я возьму все это и подойду к нему, нося труп его возлюбленной ".


"Я единственный, кто думает, что мы не должны этого делать?" - спросил Сплетница. Она огляделась. "Кто-нибудь?"


Они смотрели друг на друга с мрачными лицами. Они готовились в течение десятилетий, и все же почему-то казалось, что не хватило времени. И все же, если бы они этого не делали, то теперь предсказания состоят в том, что Scion будет беспорядочно бегать, в то время, когда они были менее подготовлены.


"Все наши активы на месте, - неохотно согласился Эйдолон. "Мы можем обеспечить людей безопасностью, пока она это делает".


"Согласны ли мы тогда?" Спросила Контесса.


Это было притворство, притворяясь, что их уступка означает что угодно. В тот момент, когда Тейлор получил полномочия ясновидящего и домохозяина, для них все кончилось; они ничего не могли сделать, чтобы остановить ее.


Она заставила себя остаться без выражения, и она кивнула. Остальные тоже кивнули. Не было особого голосования, за исключением Tattletale, который не получил его.


Как только это закончилось, предполагая, что Сквион не уничтожил все, все будет кончено. У них не было бы больше пассажиров, чтобы имплантировать в людей, и у них была бы только новая формула, которая, как отмечалось, имела заведомо пятнистые результаты со многими слабыми силами для каждого исключительного.


Это была массовая азартная игра с человечеством в качестве неудачника, если они потерпели неудачу.


" Пусть начнется Урожай" , - беззвучно сказал Тейлор Хеберт.


74.


Сущность молчала, когда она плыла по небу Броктон-Бей.


Ничего не изменило. За все годы после потери своего партнера, спасения людей, прекращения пожаров, игры с этим миром муравьев, ничто не начало успокаивать его горе за ее смерть.


Он думал о том, чтобы закончить все это надолго. Казалось, что люди играют с муравьями, и видели, как их сжигают дети. они, казалось, приняли непристойное удовольствие в уничтожении существ, которые были непостижимыми богами для них.


Почему бы не пользоваться такой же привилегией? Ничто другое не сработало, чтобы ослабить волну горя, которая сделала этот мир серой несчастью для него.


Так или иначе, все было близко к времени; люди каким-то образом сумели уничтожить все супероружия, а это означало, что они стали угрозой для Сущности, чего она не могла позволить. Если они каким-то образом непонятно убили Сущность так же, как они убили Мыслителя, было возможно, что они могут разрастаться у власти, чтобы угрожать всему их виду.


Они могут даже расти, чтобы угрожать цели. Это невозможно.


Начало здесь, при виде смерти первого Губитель, казалось уместным. У людей была концепция, которая заставила Девять десятилетий осознать. Ирония не была чем-то вроде того, что когда-либо нуждалось в ее разновидности, но теперь это было то, о чем начиналось.


Пусть люди пожинают то, что посеяли. они осквернили труп Мыслителя, и они, очевидно, что-то планировали, хотя и не совсем уверены.


Мышление никогда не было его сильным костюмом; это была роль Мыслителя. Легче было позволить людям дать ему руководство в течение последних двух десятков поворотов вокруг солнца этой планеты. Слушание Кевина Нортона дало его цель существования; хотя и пустой и невыполняющий.


На самом деле это было едва разумнее человека. В некотором скейпле это было меньше. Все запутывание и скремблирование и передача информации, которая, казалось бы, не имела какой-либо внутренней ценности, была запутанной. Людей было трудно понять. Сущность знала целые цивилизации на кончиках пальцев, но собрать все это было больше, чем могло бы быть.


Тем не менее, Сущность сама принимала решения. Уничтожение людей теперь не приведет к дальнейшему циклу; осколки еще не были готовы, и Мыслитель не смог выполнить свою роль. Тем не менее это было бы удовлетворительно.


Хотя он никогда не был уверен, что люди уничтожили своего партнера, у него были подозрения. Их нынешнее осквернение сделало эти подозрения более действенными.


Он может сделать это сам по себе; инопланетный член вида Существа, который врезался в своего партнера в начале всего этого, был один в конце концов. Это было не то, что он когда-либо видел, а не потому, что его виды начали путешествовать парами, но это было доказательством того, что это можно сделать.


Когда солнце поднялось над городом, Оно подняло руку. Пришло время увидеть, как муравьи горят. Возможно, это дало бы ему некоторую долю удовольствия, которое было потеряно для него, поскольку Мыслитель был отправлен в вечную тьму.


Первые лучи солнца поразили хрустальные башни, которые он не помнил, увидев в прошлом. весь город Броктон-Бей мерцал, и через мгновение он исчез, оставив лишь пустой пейзаж, который только показал предыдущее существование человечества из-за отсутствия растительности.


Разве он уже уничтожил город и просто забыли его? Потеря памяти будет касаться, указывая, что где-то вдоль линии жизненно важные осколки были потеряны. На своей родной планете Существа, которые были сильно повреждены, были бы быстрой добычей для других, их осколки быстро делились между голодными братьями.


На лице появилось хмурое выражение. Думая никогда не было его сильным костюмом, но это было то, чего Он не понимал.


Он переместился в ближайший крупный город, быстрее, чем могли наблюдать люди или даже самые парахуманские глаза, только чтобы увидеть, что этот город тоже исчез.


Меньшие города все еще существовали, но по мере того, как он все больше и больше двигался по всему миру, было поразительно видеть, что каждый человеческий мегаполис с более чем ста тысячами жителей исчез с планеты в одно и то же время.


Более четырех тысяч городов исчезли в мгновение ока.


Раньше это никогда не было, и он не представлял, как это было сделано. Он заметил, что вращение Земли было замедлено на два процента, что свидетельствует о том, что энергия, которая должна была это сделать, должна была произойти откуда-то.


Ничто из гонок, в которое он раньше не подвергался, делал что-либо даже близко к этому.


Двигаясь по планете, он искал любые населенные пункты. Она достигла другой стороны планеты в мгновение ока, луна планеты высоко в небе.


Прежде чем он смог исследовать дальше, перед ним появилась фигура.


Ее кожа была такой же золотой, как у тела Тело сущности, и она была такой же обнаженной, как когда-то, прежде чем она узнала о человеческих приличиях и решила следовать им по прихоти. Она смотрела на него бесстрастно.


" Цикл нарушен", - сказала она. " Тебе нечего делать здесь".


Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что он чувствует. Это расширило чувства, которые он не удосужился использовать в течение тысячелетий и был потрясен, поскольку понял, что теперь его партнеры осколки. Это существо взяло осколки Мыслителя почти так же, как если бы она была членом его собственной расы.


Это было то, что никакие виды не управляли во всех видах, с которыми когда-либо сталкивалась Сущность. Он сталкивался с такими же людьми, как и они, и они делились осколками. Никто из них не испытывал ничего подобного.


Тем не менее, вид существа был разработан, чтобы справиться с неожиданностью.


Он послал это ум, мигающий сквозь мерные слои, ища место, где этот узурпатор поместил свое реальное тело. Меньшим видам нельзя было позволить делать что-то подобное, чтобы они не стали угрозой сущностям и их Целью.


Боль внезапно поразила его, боль, которую она не испытывала, так как она покинула родной мир. Другая Сущность каким-то образом вторглась в мир, в котором она спрятала свое реальное тело, и даже теперь скользила против него, вытаскивая от него отскоки.


Обычно сущности разделяли осколки, торгуя, когда они ударяли друг друга. Однако у этой сущности, казалось, была неприличная способность держаться за свои осколки. Вместо этого он потянулся, и осколки, которые были с Существом с момента последнего цикла, ушли болезненно.


Сущность открыла рот и закричала. Каждый человек в пределах тысячи миль слышал звук; те, в пределах двадцати миль, были оглушены.


Немногие люди, которые были достаточно близки, чтобы на самом деле увидеть их тело, скелеты вибрировали из их тела, взрывающиеся глазные яблоки, а плоть таяла от силы вибрации, которая также вызвала землетрясение.


Они были недалеко от океана, и землетрясение уже распространялось на массивное цунами.


Инстинктивно Сущность набросилась, движение ее тела сотрясало бесплодную землю, на которой оно было скрыто. Он соскользнул со стороны другой Сущности, но оболочка другого Существа была любопытно устойчивой, потеряв лишь несколько осколков вместо того, что было потеряно.


Осколок, которые он сделал, было достаточно, чтобы понять, что произошло. Иностранная Сущность была человеком, плавающим перед ним, ее тело раздулось сотнями тысяч мертвых осколков от его партнера. Она была самозванец, узурпатор, и она собиралась полностью поглотить Сущность, чтобы защитить ее вид.


Он повернулся и отправил взрыв, уничтожив маленький человеческий город в мгновение ока. Большинство людей, которые там жили, даже не успели проснуться. Теперь они никогда этого не сделают.


Снова Сущность почувствовала боль, когда истинное тело женщины перед ней снова потерлось против своего истинного тела. На этот раз он был готов к боли, и он набросился. У него была своя версия Стинга; это было не так глупо, чтобы передать все из них. Если он достигнет своего ядра, нанеся удар по ее жизненно важным осколкам, он сможет собрать урожай, который у нее остался жизнеспособным.


Рука, которую она использовала для уничтожения человеческого города, внезапно исчезла. Он смотрел на него непонимающе, а затем на нее.


" Это мой мир ", - сказала женщина. " И как только я закончу это, я уничтожу весь ваш вид ".


Она издевалась над ним. Была ли она еще достаточно человеческой, чтобы поверить, что у нее были такие человеческие слабости? У людей была неприятная тенденция антропоморфизировать все, от меньших видов, которые они держали в качестве компаньонов к объектам.


Это была слабость, которую он мог использовать?


Его понимание человеческой психологии было минимальным. Он не удосужился учиться, потому что после своих партнеров смерть ничто не показалось важным. Роль Мыслителя заключалась в понимании видов. Роль Воина заключалась в том, чтобы сражаться.


Думая, что она может заставить его совершать ошибки, используя гнев, которого не было, было ошибкой, которая привела бы к ее концу.


Поворот, он взорвался в движении, со скоростью даже человеческие технологии не смогли бы следовать. У женщины, однако, не было никаких проблем. Казалось, она предвосхитила то, что планировала Сущность, и когда она достигла места крупной разлома на восточном побережье одного континента, она уже там ждала его.


" Настало время уйти ", - сказала женщина. " Тебе не нужно умирать. "


Она лежала. Сущность испытала ее недоброжелательность, решительность, желание уничтожить ее и все, что она представляла. Она пыталась смутить его, говоря об уничтожении своего вида на одном дыхании, а затем о милости в следующем.


Уничтожение его видов было ее реальной целью. Сущность как-то знала это, не зная, как она это знает. Мысль о том, что идея могла быть имплантирована внутри, была чужда ей; реальная телепатия не существовала ни у какого вида, изучаемого сущностью до сих пор, и Сущность была невосприимчива к тому, чтобы быть Освоенным или имеющим свои полномочия, скопированные любой силой в ее арсенале.


Страх не был эмоцией, которую испытывали Сущности, поэтому не было уверенности в том, какое ощущение, которое оно испытывало сейчас. Все, что он знал, было то, что было неприятно, даже более неприятно, чем его сущность вырывалась каждый раз, когда женщина тянула его.


" Или, возможно, это ваше желание", - сказала женщина.


Ее выражение не изменилось, но идея была потрясающей для Сущности. Почему он хочет прекратить существование?


Хотя было правдой, что это место в Великой Цели было закончено, что цикл больше не может продолжаться, у него должны были быть причины продолжать существование. В конце концов, самоограничение было таким же чуждым своим видам, как страх.


У него все еще осталось несколько циклов. Прекращение рано не будет служить своей цели вообще.


Боль снова поразила его, но на этот раз, вместо того, чтобы прекратить его, продолжалось. Женщина обертывала свое массивное тело вокруг собственной сущности, и на этот раз она не отпускала. Из тела женщины двигался усик, зарываясь в Сущность, направляясь к ее ядру.


Мир начал дрожать, когда сущность боролась.


Внезапно проекция женщины стояла перед Сущностью. Она наклонилась вперед и заговорила ему на ухо.


" Я альфа и омега, конец и начало. Я Шива, разрушитель миров. Я смерть звезд и конец всего ".


Мгновение спустя ее ум проник в сознание Сущности, и она поделилась с ней памятью.


Время больше не было постоянным. Благодаря способности видеть прошлое и будущее, а теперь возможность путешествовать туда с наименьшей прихотью, было просто определить, когда все это началось.


Люди взяли больше осколков от трупа, чем она думала. Даже будучи поглощенной силой Мыслителя, она была меньше, чем Воин, слабее. Ей нужно было больше сил, если бы ей пришлось столкнуться с этим, власти, которой не было нигде в мире.


Человек отчаялся бы, но она выросла за пределы человеческих процессов. Причин и последствий больше не было ограничений, чем руководящих принципов, и она увидела решение в одно мгновение.


Мыслитель когда-то был намного крупнее и намного более сильным, опухшим от осколков, которые он взял из другого мира. Он потерял эти осколки, прежде чем он когда-либо ударил по земле, украденной другой, странной Сущностью.


Тысяча тысяч перестановок вспыхнули через ум, способный обрабатывать миллиард, и было принято решение.


Прыжок назад во времени был простым волеизъявлениям, хотя приведение всей ее массы было более сложным. Она появилась за время до того, как Существа достигли края солнечной системы, и она подождала.


Хотя причина и следствие были ориентирами, парадокс не был. Уничтожьте Воина, и сама причина, по которой она существовала, исчезнет. Это, в свою очередь, означало бы, что Воин не был уничтожен. Если это произойдет, она снова будет существовать, и она снова нападет на воина. Это будет происходить снова и снова, пока сама ткань пространства и времени не станет странной, вынуждая ее покинуть свое существование в другие временные рамки и силу, которая привела ее туда в спячку.


С другой стороны, мыслитель не имел такой защиты. Она врезалась в Мыслителя на огромных скоростях, срывая осколки так быстро, как могла, и раздувалась. Мыслитель читал ее намерения и был в ужасе.


Мыслитель врезался на землю, ослабленный до предела выносливости, достаточно слабый, чтобы один член вида ниже мог найти жизненно важный осколок и вытереть свое существование в одно мгновение.


Сущность снова закричала, когда ее откинули назад.


Это было то, что убило Мыслителя. Это было то, что убило своего партнера. Он был преднамеренным и преднамеренным. Убийство было сделано просто потому, что у Мыслителя были осколки, которые хотела женщина.


Субъекты не поступали так, как это было сделано после соглашения о родном мире, соглашения, которое привело их к побегу, чтобы распространиться во вселенную, сотрудничать в попытке продолжить. Ни одна сущность не убила другого, даже если они пировали на трупы друг друга.


" Она была восхитительна , - сказала женщина. Она ухмыльнулась, выражение, которое Сущность могла понять, потому что она вложила в это понимание.


Ярость наполнила его, ярость, которую он никогда не знал. Это собственное существование больше не имело значения до тех пор, пока женщина была уничтожена им. Он набросился на нее, взорвав ее со Стингом.


Если бы это повлияло на ее тело, оно пробило бы размеры, пока не достигло ее сердца. Вместо этого она увернулась от него, невероятно быстро. Это не должно было быть возможно; Сущность была невосприимчива к предсказанию осколков, и взрыв Стинга двигался со скоростью света.


Но каким-то образом она не была там, где была, когда раньше нацеливала пикосекунду.


Даже в разгар своих сил мыслитель никогда не мог победить воина в бою. Это не была его цель. Но у этого существа были полномочия, которых не было у Мыслителя.


Женщина внезапно оказалась на стороне Сущности. Он набросился, схватил ее в сундук Стингом, пронзив ее глубоко в сердце. Каким-то образом она достаточно скрутила, что ничего не наделала, и мертвые осколки, которые Стинг оставил на своем пути, внезапно, таинственно возрождались.


" Я был до конца вселенной, и я знаю секрет последнего вопроса ", прошептала она в ухах Существ. " И я гарантирую, что ваш вид не выживет, чтобы увидеть этот ответ".


У нее был ответ, конец энтропии, способ, которым его вид мог пережить жаркую смерть Вселенной? Возможно, она солгала. Этот вид, казалось, делал это все время.


Однако Сущность не могла отказаться от возможности, которую эта женщина знала.


Он должен был знать. Он должен был знать, что эта женщина, способность исцелять осколки, которые должны были быть мертвы. Его срок службы ограничивался тридцатьюстамистами оборотами солнца, но он смутно ощущал, что это существо, эта женщина перед ним может выжить в течение вечности, пока у нее есть энергия.


Даже если бы она этого не сделала, она, скорее всего, просто исчезла бы, пока не появится энергия.


Он был как можно ближе к бессмертию, как когда-либо испытывал Сущность, и вместе с ним Сущность могла бы найти ответ на вопрос. У него была бы такая цель, что он пропал без вести.


Если бы он больше не мог путешествовать с Мыслителем, он бы украл творчество этой женщины и стал чем-то новым.


В своем волнении Сущность забыла о крошечной боли, проникающей глубже и глубже в нее. Он боролся с существом в бесплодном мире, даже когда он взорвал ее в этом.


Огромный взрыв был уволен ею, пролетел мимо нее и оставил массивную выемку на Лунге.


" Ты не заслуживаешь этих сил ", прошипела она. " Вы и весь ваш вид судимы".


Прежде чем он успел ответить, пронзительный пронзительный путь в него ударил.


Сущность напряглась, внезапно не могла двигаться. Это жизненно важные осколки разрушались один за другим, и он ничего не мог сделать.


Он был изъят изнутри, как один из восьми ножных паукообразных пауков, съеденных изнутри яйцами осы.


Города начали появляться во всем мире, и внезапно они никогда не уходили; они просто были скрыты из виду. Такого рода технологии не были в их базах данных; это могло произойти только из человеческого будущего.


По мере того как мир потемнел, он задавался вопросом, какой монстр создал этот мир. Если бы его виды в своем собственном настроении спровоцировали собственное падение?


Смерть была почти облегчением, когда женщина продолжала кормить.


75.


"Говорят, она умерла, - говорила Лейси, наклоняясь вперед. "Как, она спасла нас всех, а затем она умерла. Разве это не трагично?


Мэдисон отчаянно надеялся, что это так. Тейлор Хеберт не видел со времен битвы в Китае, которая, по всей видимости, привела к смерти Сквиона. Это было плохо, когда Хеберт убил Левиафана. Мэдисон не спал целую неделю, имея кошмары Хеберт, появившиеся в ее спальне, и тонул ее в использованные тампоны и пролитый фруктовый сок.


Она умоляла родителей двигаться. Если бы у нее была своя дорога, она бы переехала на эти азиатские острова в Тихом океане, самые удаленные от Броктон-Бэй, насколько это возможно. С другой стороны, прятаться на острове от кого-то с силами Левиафана, вероятно, не было бы очень ярким.


Вероятно, Канзас работал бы, но родители отказались. У ее отца были активы


После Бегемота и Симурга она вздохнула с облегчением. Не только ужасы, угрожающие миру, но и Хеберт был в коме. Кошмары остановились, и мир, казалось, снова имел скейпл.


Теперь она собиралась в Аркадию, и школа была намного лучше, чем когда-либо был Уинслоу.


Город возвращался на ноги, особенно теперь, когда Убер и Лит вышли в роли героев. Они откуда-то получали финансирование и теперь спонсировали молодых Технарьов, у которых были идеи, которые собирались изменить мир. Разумеется, это был процент. Как-то их проблемы с законом были решены за одну ночь.


Тем не менее, в тот день, когда раздался звонок каждого телефона, было утро ужаса. Она лежала в постели и сонно потянулась за своим телефоном, только чтобы услышать голос Хеберт.


Это была песня на языке, который она не понимала, красиво и душа двигалась так, что ей все еще приходилось сталкиваться. Послание песни было простым.


Оставайтесь в тишине, спрятайтесь, или умрите, и возьмите с собой своих друзей и семью. Песня была мольбой и командованием, и Мэдисон оказался без голоса.


Когда красная аура поднялась над городом, весь трафик остановился. Люди молчали, едва могли дышать, когда титаны сражались выше.


Конечно, не было кадры, хотя СКП утверждал, что имеет спутниковые доказательства. Гигантская выемка на Лунге была доказательством того, что это произошло. Тот факт, что мир никогда не был бы таким же, был очевиден для всех, и некоторые люди тихо начали говорить о ней с почти религиозным почтением.


Мэдисон глубоко надеялся, что Тейлор мертв. В конце концов, если бы ее не было, это означало, что Мэдисон терзал кого-то с силами Левиафана, Бегемота, Симурга и Сёона, а также многих других.


Хотя было возможно, что она забудет ее, это не показалось вероятным. Она спасла Эмму от судьбы хуже смерти, но она не исцелила ее так, как она исцелила некоторых из других. Панацея отказалась заменить уши Эммы на основании того, что это было косметическое изменение, и у нее было больше важных дел.


Другие целители тоже отказались, хотя никто не дал бы причины. Мэдисон старалась поддерживать связь так, как только могла, потому что хотела получить любую информацию, которую могла бы рассказать о том, что такое Тейлор. Затем она поняла, что Эмма, скорее всего, станет более крупной мишенью, и быть где-то вокруг нее было рецептом катастрофы.


Эмма была в долгосрочной психиатрической больнице, и никто не знал, когда она выйдет. Ее семья исчезла, и никто, кто знал, что случилось, хотел ее взять. Возможно, она будет жить там, пока она не выйдет из системы, и в этот момент ее выбросят на улицу.


В конце концов, Мэдисон решил, что единственный способ выжить - стать лучшим человеком, каким она могла бы быть. Удивительно, но оказалось, что это было почти так же просто, чтобы быть популярным, потому что на самом деле это было хорошо, как быть хулиганом и плевать на людей под вами на полюсе тотема.


Если предположить, что Тейлор не появился и не убил ее однажды, у нее были планы стать учителем.


Тем не менее, она почувствовала бы себя намного лучше, если бы знала, что Тейлор мертв.


*********


"Нет никаких признаков того, куда она отправилась после битвы", - сказал Эйдолон. Он выглядел немного лучше, что было удивительно в мире после Губитель.


Возможно, больше не хватало веса мира на его плечах. Он был последней строкой защиты от Губителей так долго, что забыл любую другую жизнь. Теперь ему удалось выйти на пенсию, и его наследие оставалось без внимания, поскольку его роль в деятельности Губительs тщательно контролировалась.


"Все дело 53 исчезло, - трезво сказала доктор Мать. "Самое лучшее, что мы смогли выяснить, они вернулись в свои собственные миры в своих оригинальных телах".


"Так что же нам делать?' - спросила Контесса. "Я ... я даже не уверен, что спросить" Путь ".


"Мы выясняем, как с ней бороться, - сказала Александрия. "Как мы всегда это делали. Сила у нее слишком много для любого, а тем более для пятнадцатилетней девочки ".


"Она больше не пятнадцать", - сказал Третий человек. "Я нашел ссылки на нее на протяжении всей истории. Недавно была обнаружена ее картина, которая является подлинным Леонардо да Винчи. Мы тщательно контролируем новости, чтобы не паниковать людей ".


"Или сделать ее культы хуже, - кисло сказала Александрия. "По крайней мере, Падшие были людьми, с которыми мы могли сражаться. Эти люди просто ошибаются ".


"Есть ссылки на нее в гробницах фараонов, в руинах Ацтеков. Она исцелила людей во время Черной Смерти, помогла Испанской Инквизиции взорваться сама по себе ".


"Итак, мир, в котором мы живем сейчас, может быть, это не тот мир, в котором она выросла?" - встревожена Александрия. Идея о том, что ее можно стереть из истории, возможно, никогда не родится, потому что ребенок, играющий со временем, был очень тревожным.


Человек номер пожал плечами и сказал: "Мы никогда не узнаем. Я подозреваю, что это не может быть слишком разным, потому что риск парадокса и стирание из истории будет слишком велик ".


"Она тоже сделала это в других мирах", - сказала доктор Мать. "Мы определили по крайней мере шесть других миров, история которых она изучила. У всех из них были истории, которые сильно отличались от наших.


"Не хотелось бы скучать, - сказал Сплетница. При взгляде каждого она пожала плечами. "Что? Если бы у меня была такая сила, я бы тоже посещал забавные места.


Как она стала неофициальным членом Котел, Александрия не была уверена. Каким-то образом она пробралась туда, и никто не хотел жаловаться, потому что она была полезна.


"Вопрос, - сказала Александрия, - что мы с ней делаем".


"Ничего", - сказала Графиня. "Если мы двинемся против нее, она сдержит Домодерейка и Ясновидца, возможно, всех нас, и это не займет у нее много времени".


"Мы не можем просто позволить ей править миром, не без борьбы. Разве не было парахумана в другом мире, который смог подавить силы? - спросила Александрия.


"Она увидит это задолго до того, как мы сможем развернуть его. Хуже того, вполне возможно, что она выросла выше своих возможностей. Графиня покачала головой. "Я проверил Путь, и мы ничего не можем сделать".


Насколько действителен Путь, когда Тейлор Хеберт не мог быть предрешен Александрия не была уверена, но она была готова обсудить этот вопрос.


"Хорошо, что она не кажется враждебной. Если что-то ее цели, похоже, приблизились к нашим, - сказала Легенда. "Кажется, она пытается подготовить человечество в следующий раз, когда атакует Сущность".


"Она продвигает технологии через Убер и Леет, и есть доказательства того, что она манипулирует политической ситуацией, чтобы побудить страны работать вместе", - сказала доктор Мать. "Злодеи, которые были пограничными, имеют изменения в сердце и превращаются в хорошую сторону. Неправдоподобные злодеи, похоже, страдают от расстройств ".


"Мир меняется, и нам нужно быть на переднем крае изменений", - сказал Эйдолон. Он повесил голову. "У меня есть так много, чтобы искупить, что я даже не знаю, с чего начать, но я думаю, что попытка сделать мир лучше, это хорошее начало".


"Почему, по-твоему, она позволила нам продолжать существовать?" - спросила Легенда. "Мы выполняем свою цель в ее плане, иначе она давно закончила бы нас".


Это звучит неловко, как Гебертолог, думающий Александрии. Культ рос таким образом, что он заглядывал.


Некоторые люди верят в то, что это дает шанс.


"Я даже не знаю, какова должна быть наша цель, - признался Эйдолон. "Мы пытались спасти мир так долго, что я забыл, что значит делать что угодно, кроме битвы".


Там были еще монстры, человеческие монстры, которые не играли по всем правилам. Однако, по сравнению с острыми ощущениями борьбы с Губитель, эти люди не были проблемой вообще. Даже когда его силы ослабевали, Эйдолон мог сражаться с девяносто девятью процентами злодеев в мире одним закрытым глазом.


Теперь, когда у него будет четвертый слот, это будет еще проще.


" Так не надо ", сказал Тейлор.


Все отреагировали, внезапно поняв, что она была среди них все время, и они просто игнорировали ее.


" Я возьму Contessa , - сказал Тейлор. " Остальные могут решить, что вы собираетесь делать по своему усмотрению ".


Александрия шагнула вперед, хотя знала, что это бесполезно. Она не смогла победить Левиафана гораздо меньше, чем Сквион и сила двадцать Губителей.


"Ты никуда ее не ведешь".


" Я даю вам знать, как любезность ", - сказала она. " За подготовку к Моему пришествию. "


"Куда вы меня везете?" - спросила Контесса. Казалось, она смирилась с ее судьбой.


Очевидно, одна из задач, которые Путь дал ей, заставила мать этой женщины умереть. Александрия могла понять необходимость мести, даже если это было необходимо для победы. Ни одна из их рук не была чистой, даже Тейлора. В конце концов, она совершила собственные убийства и приняла решения о смерти.


" Я изучаю природу человеческой совести , - сказал Тейлор. " Одна из вещей, которые ни одна из моих сил не дает мне. Я пытаюсь выяснить, можно ли культивировать людей, у которых их нет. "


"Если ты собираешься наказать ее, ты мог бы наказать всех нас", - вздохнула Александрия.


Сплетница внезапно встревожилась. По-видимому, она считала, что она достаточно хороша, чтобы присоединиться к группе для принятия решений, но не для последствий этих решений.


" Это Путь, который она выбрала" , - сказал Тейлор. " Я включаю в себя несколько других ... Силар и некоторые другие злодеи, которые, я считаю, могут быть искуплены. Им не причинят вреда, если они не причинят им вред ".


"И ты не ... творчески призываешь их сделать это?" - потребовала Александрия. В конце концов, у нее была сила Симурга.


" Это лишит нас возможности провести эксперимент ", - сказала она. " Остальные останутся в качестве контрольной группы. Можешь ли ты выращивать совесть самостоятельно, или ты останешься так, как ты был, жалкими бесполезными раковинами людей ? "


"Говорить нам, что цель эксперимента недействительна, - мягко сказала доктор Мать.


" Он устанавливает только начальные параметры" , - сказал Тейлор. " Ты стал монстром, потому что считал это необходимым. Можешь ли ты снова стать человеком по той же причине ? "


"Это необходимо", - спросила Александрия. "Ты угрожаешь нам?"


" Мир создает свои собственные наказания" , - сказал Тейлор. " Особенно сейчас. Я только помогаю процессу работать более плавно ".

"Будем ли мы под вашим игом навсегда?" - спросила Александрия.


" В конечном счете я узнаю все, что могу, от этого мира и миров, к которым он привязан" , - сказал Тейлор. " И тогда я покину этот мир и посещу родственников Скойна и покажу им, что действительно может быть монстром ".


Прежде чем Александрия смогла сказать еще одно слово, Тейлор и Контесса исчезли во вспышке света.


***********

Концесса оказалась на острове. Погода была приятная, и ветер был сладким.


"Где мы?" Спросила она, глядя на Тейлора.


" Полинезия, в пятьдесят тысяч до нашей эры ", - сказал Тейлор. " Никто не сможет исследовать это место еще на десять тысяч лет, что означает, что мы все время в мире узнаем друг друга. "


Прогуливаясь по пляжу, она увидела причудливый замок на стороне пляжа. Это выглядело немного как замок Диснея, и он выглядел неуместным здесь, в середине тропического рая.


" Моя мать любила Диснея , - сказал Тейлор. " Хочешь с ней познакомиться ?"


"Что?" Спросила Контесса. Было так странно, что за десятилетия, когда я всегда знал, что сказать, было сложно потерять слова. Путь не работал на Тейлоре, что делало разговоры странно интересными.


" Вы не думали, что я оставлю свою мать мертвой, а не когда я смогу вернуться вовремя, остановить время и использовать биотопливо, чтобы создать идеальные дублирующие тела для поиска полиции? "


"Разве это не рискнет парадокса?" - спросила Контесса.


" Если бы я изменил ситуацию, мир понял, что она не умерла", - сказал Тейлор. Она поморщилась. " Насколько я ненавижу это признавать, некоторые вещи являются фиксированными точками времени. Спасание моей матери в мире разорвало бы дыру в ткани реальности, достаточно большой, чтобы проглотить планету ".


Вот почему они здесь стояли. Если бы Тейлор спас ее мать, тогда мир закончился бы.


"Почему бы не привести твою мать к настоящему?" - спросила Контесса.


" Потому что мой отец снова нашел любовь", - сказал Тейлор. "Через тридцать лет его супруг умрет, и как только он закончит скорбь, я отменим его старение и приведу его сюда. Для моей матери это будет выглядеть несколько недель или месяцев. "


Это было слишком оптимистично для Contessa. Думая, что родители, которые не видели друг друга за сорок лет, снова смогут найти любовь, даже если это не было долго, если бы один из них казался рецептом катастрофы.


Конечно, у Тейлора было много способов увидеть, будет ли это работать или нет, так что было бы возможно, что все будет хорошо работать.


"Почему ты хочешь, чтобы я встретил твою мать?" - спросила Контесса.


"Я хочу, чтобы вы столкнулись с замечательным человеком, которого вы убили" , - сказал Тейлор. " То же самое, что я делаю с Силаром. Знаешь, Ампутация может воскресить мертвых, и у меня есть ресурсы, которых у нее никогда не было. "


Это была игра, которая заставляла их иметь отношения со своими жертвами, чтобы они могли понять, насколько ужасно то, что они сделали? Контесса спас мир. Она не понимала, как любое количество рук, сидящих или сидящих вокруг костра, будет делать что-то другое.


Эксперимент Тейлора провалился.


" Я сделал свою мать и других безжизненными , - сказал Тейлор, словно читала ее мысли. " И Силар уже есть. Вы, однако, нет. Чем дольше это займет меньше времени, тем больше у вас будет перед вами, когда мы закончим. "


Контесса попыталась представить, что застряла на острове пятьдесят лет, в окружении людей, которых она должна была спасти, вместо того, чтобы убить. Она вздрогнула от этой мысли.


Тейлор взглянул на нее и сказал: " Пятьдесят лет кажутся оптимистичными, не так ли ?"


Когда они окружили изгиб, она увидела, как члены "Новой волны" разговаривали с высокой темноволосый женщиной, которая казалась флеш-жизнью. Все они выглядели здоровыми и счастливее, чем когда-либо видела их Концесса. Для людей, которые открыли череп, они казались удивительно здоровыми.


Контесса задавалась вопросом, удалил ли Тейлор эти воспоминания или они просто были здесь достаточно долго, чтобы научиться справляться с ними.


" Для некоторых это будет рай" , - сказал Тейлор. Взглянув на графиню, она сказала: " Меньше для других. "


"Какова твоя конечная цель?" Спросила Контесса. "Не со мной; очевидно, это ваша идея иронического наказания или чего-то еще. Что вы планируете делать с человечеством?


" То же, что и следовало делать, - сказал Тейлор. " Приготовь их сражаться с Существами в следующий раз, когда они вернутся. Продвижение технологий, распространение человечества по всему миру. К тому времени, как Существа узнают, человечество будет настолько широко распространено, что у них есть надежда уничтожить его. "


Она превратилась в городскую легенду, работающую из тени. Что касается мира, то она исчезла бы навсегда, даже когда она сделала небольшую корректировку, чтобы привести людей по пути, который она предпочитала.


Во всем, кроме имени, Тейлор Хеберт теперь был Императрицей человечества, с империей, которая продлится до тех пор, пока звезды не станут холодными. Если бы она ответила на окончательный вопрос, который задавали Сущности, это могло бы даже зайти дальше этого.


" Есть линия из мультфильма, который когда-то любил мой отец , - сказал Тейлор. " Это похоже на ... Быть Богом нелегко. Если вы делаете слишком много, люди становятся зависимыми от вас, и если вы ничего не делаете, они теряют надежду. Когда вы все сделаете правильно, люди не будут уверены, что вы вообще что-то сделали ".


"И ты думаешь, что ты Бог?" - спросила Контесса.


" Пока нет ", сказал Тейлор. " Но когда-нибудь ... кто знает? Я сделаю все возможное. "


У Контессы внезапное ощущение, что это будет долгие пятьдесят лет.


" Двадцать семь лет, семь месяцев и три дня ", рассеянно сказал Тейлор. " Ты умираешь во вторник ".


Она неожиданно махнула рукой на высокую женщину, ее лицо внезапно потеряло бесчеловечный взгляд и наполнилось внезапной радостью. Она улыбнулась, ее лицо засветилось, когда ее мать заметила ее.


Почти все ее бесчеловечность отвалилось от нее, по крайней мере, некоторое время, и она была маленькой девочкой, которой она когда-то была перед лицом новой матери.


У Концессы внезапно возникло непростое чувство, что это будет не так просто, как она думала.


Хотя она и не удивилась, что она умрет во вторник. Во вторник не было ничего хорошего.


76.

ShayneT , 16 февраля 2018 г