# Колдовское озеро 1-22

Алла Викторовна Терехова

Съемкам мистических сериалов обязательно сопутствуют странные и необъяснимые события. Все это знают, но не все верят. И напрасно.

Боги точно решили посмеяться над планами Инсоль. Мало ей режиссерского дебюта, так еще и кандидат на главную роль вызывает тошноту. И только обещание тому, кого нельзя подвести, толкает вперед.

Обновление от 5 августа 2015: Немного изменила некоторые эпизоды и добавила новые.

Обновление от 17 августа 2015: Поменяла порядок эпизодов и добавила 18 и 19

Обновление от 6 ноября 2015: Добавила взгляды 20-22. Добро пожаловать в новый поворот!

Взгляд 1. Демон


В офисе собралась почти вся команда. Все были в приподнятом настроении, т. к. по виду менеджера Ли угадывали хорошие новости. И он не разочаровал.

- Все вы знаете, что главная роль в нашем проекте была отвергнута фаворитом публики, а потому мы уже неделю не можем приступить к съемкам. Пока вы все занимались подготовкой техники, костюмов и декораций, я искал актера. Искал безуспешно.

Менеджер сделал эффектную паузу и в звенящей тишине произнес.

- Сегодня со мной связались из агентства и официально подтвердили желание Тхэ Уно сниматься в нашем фильме. Самый красивый идол страны изменит свое расписание, чтобы сниматься у нас!

Сценарист Да Инсоль внезапно позеленела и, закрыв лицо руками, метнулась в коридор. Помрачневший Ли повернулся к помощнице:

- Проследите, чтобы завтра госпожа сценарист была в полном здравии на чтении сценария. Я не потерплю отныне никаких задержек.

Да Инсоль ожесточенно плескала себе в лицо холодную воду, но все никак не могла прийти в норму. За что? За что ей это? Она вспомнила последнюю фразу менеджера и почувствовала, как все тело скрючило от отвращения, а между лопаток потек омерзительный страх.

Пять лет назад лучшая подруга подарила ей в день рождения билет на концерт "самого красивого идола" страны. Да Инсоль оказалась в центре зала довольно близко к сцене. Она была признательна подруге за столь щедрый подарок. Вокруг колыхалось море фанаток разных возрастов. Все были приятно возбуждены, все в ожидании. Погас свет, началась музыка. В свете прожектора появился красавец в облегающей одежде и с тонной макияжа на лице. Он начал танцевать - у Инсоль все внутри похолодело. Подкатила тошнота. Она попыталась выбраться сквозь толпу к выходу, но не смогла. Оставалось лишь спрятать глаза и стараться не слушать, как вокруг визжат, стонут и хрюкают все те, кто, пуская слюни, смотрел на сцену. Парень в круге света изгибался и пошло дергался как марионетка в неумелых руках. Весь концерт был для Да Инсоль сплошным насилием: пение звезды было не лучше его танцев. До самого конца она отчаянно пыталась протолкнуться сквозь плотную массу зрителей, но безуспешно.

Подобное омерзение и слабость Инсоль испытывала лишь раз. Тогда она, мечтательная старшеклассница, неосторожно замешкалась в переулке и наткнулась на извращенца. Примчавшись домой, девочка еще долго тряслась от страха и обиды. Только серьезный разговор с мамой помог вернуться в свою колею.

Теперь, спустя годы, ее снова бил нервный озноб и волнами накатывала слабость. Ее детище, ее сценарий! Какой злодей показал его тому самому идолу? Что в нем могло так понравиться этому гаду, что он решил сменить привычное амплуа музыкального гения на героя мистической драмы? Но главное, что теперь делать? В том, что это идолище загубит фильм, у Да Инсоль не было ни малейшего сомнения.


Взгляд 2. Марионетки


Уже к вечеру самым частым поисковым запросом в интернете было интервью Тхэ Уно с хвастливыми рассуждениями о его актерских талантах. Когда Инсоль попыталась отговорить менеджера Ли от сотрудничества с Тхэ Уно, тот лишь молча показал ей заголовки статей: "Фильм "Колдовское озеро" - самое ожидаемое событие года", "Красавец Тхэ Уно возвращается на голубые экраны". Еще не попав на пленку, фильм уже обрел популярность. Каким бы маститым сценаристом ни была Да Инсоль, но даже ее дебют как второго режиссера не вызывал такого интереса у публики. Тхэ Уно был пропуском на лучшее время вещания, не говоря уже о мечтающих о рекламе спонсорах, слетевшихся как мухи на сахарный сироп. Конечно, контракт уже был подписан. Не было ни единой лазейки, чтобы избавиться от противного идолища. Всю ночь Да Инсоль плакала над сценарием, помечая сцены, которые придется переработать.

На следующее утро бледная сценаристка вошла в офис ровно в назначенный час. Все были на месте, кроме Тхэ Уно. Девушка перевела дух и почти рухнула на свое место. Казнь откладывалась. Не успела она это подумать, как ее кошмар вошел в те же двери.

Начали с основных сцен. Подтверждая наихудшие ожидания, Тхэ Уно не показывал ни капли той страсти, которая должна была руководить его героем.

В перерыве Да Инсоль подступила к первому режиссеру Канг Минсоку. Старший коллега осознавал их отчаянное положение и не был настроен утешать. Сценарий придется кромсать буквально по живому. Даже успешность модели "короля играет свита" под большим вопросом. Но за неимением ничего лучшего сценарий придется перекроить под нее, хоть это и может вызвать неудовольствие "короля". Вся предыдущая карьера сценаристки проходила довольно гладко. Все вопросы были решаемыми. И теперь судьба будто решила разом взять с нее все долги.

Тем временем в помещение просочился журналист. После съемки нескольких кадров Тхэ Уно со сценарием в руках он уже хотел обратиться за комментариями к Да Инсоль, но вынырнувший из подпространства менеджер Ли быстро завернул его в сторону режиссера Канг, а сценаристку и ведущего актера забрал на совместный обед.

Лучше бы сразу закопал поглубже. Сославшись на отравление, Да Инсоль отказалась от обеда и попыталась ускользнуть, но избавиться от компании менеджера Ли, когда тот действовал по своему плану, еще никому не удавалось. Даже самовлюбленный Тхэ Уно уже следовал за ним по пятам как на поводке. Все трое вошли в чайную и расположились в укромном уголке. Хозяин был давним другом менеджера, так что можно было не опасаться назойливых папараци или случайных фанатов.

Да Инсоль готова была буквально нырнуть в свою чашку, лишь бы не чувствовать себя перед телевизором с бесконечной рекламой. Тхэ Уно сейчас производил на нее именно такое впечатление. Скрывать раздражение становилось все труднее. Девушка уже покусывала и губы, и краешек посуды, чтобы не сорваться.

- Сценарист Да! Простите, сценарист и режиссер. На Вас лежит двойная ответственность в нашем проекте. Мне кажется, что главный герой "Колдовского озера" - непростая и очень харизматичная личность, - менеджер Ли покосился на Тхэ Уно и продолжил, - Будет проще, если Вы сейчас поделитесь своим вИдением.

Да Инсоль заставила себя поставить чашку. Откинувшись и сцепив пальцы, она попыталась отстраниться от назойливого облика Тхэ Уно. За опущенными веками поплыли давно взлелеянные образы. Поднимая ресницы, она уже знала, что теперь скажет, но не успела.

- Госпожа Да Инсоль, я уже давно слежу за Вашими работами. Вы профессионал, работать с которым любому актеру за честь. Но этот сценарий отличается от предыдущих. Я готов на многое, если не на все, чтобы фильм был успешен. Положитесь на меня.

В наступившей тишине менеджер Ли быстро извинился и удалился. Пусть принц очарование подтвердит свой титул. Менеджер верил, что удача на его стороне.


Взгляд 3. Карусель


По распоряжению Ли чтение продолжили под руководством режиссера Чанг Минсока. Актриса, выбранная на роль героини, была ангельской внешности и легко справлялась с созданием характера. Ну хоть тут проблем не будет, удовлетворенно вздохнул про себя менеджер.

Первая съемочная площадка была почти готова. Можно было устанавливать светотехнику. Ли окинул взглядом помещение и остолбенел. Глубоко в декорациях на старом диване сидела сценаристка, а вокруг нее широкими шагами ходил Тхэ Уно. Когда эти двое из чайной успели попасть сюда? И чем они тут занимаются?

Вдруг девушка резко поднялась и размашисто залепила парню пощечину. Ли показалось, что у него самого в ушах зазвенело. Сдержанная и благожелательная Инсоль не могла себе такого позволить. Бред какой-то! Айщщ!

Пока менеджер выходил из ступора, Тхэ Уно успел сделать попытку обнять девушку и получить еще одну затрещину. Он рассмеялся и присел на диван поглаживая лицо. Теперь Да Инсоль вышагивала вокруг дивана, размахивая руками как ветряная мельница, а Тхэ Уно обреченно кивал.

Менеджер Ли медленно повернулся и тихо ушел с площадки. Раз уж эти двое друг друга не поубивали, значит диалог налаживается. Можно начинать съемки. Нет, НУЖНО уже начинать съемки. И менеджер Ли пошел к режиссеру Канг.

В это время Да Инсоль остановилась перевести дух. Она опустилась на диван рядом с человеком, которого уже мечтала убить, желательно мучительно. Сумрачные декорации представляли внутреннее помещение старого фамильного дома. Семейный бизнес рушится, глава семьи при смерти. Все вокруг пропитано безысходностью. Только сильный духом мог продолжать борьбу в таком месте. И только безгранично страстная натура могла в ней победить. Но сидевший рядом человек как легкомысленный мотылек кружил верхами, не желая понять суть. Страсть для него -- предлог для пошлости. Да Инсоль уже дважды не смогла сдержаться, а теперь чувствовала полное опустошение и апатию. От ее решительности не осталось и следа. Там в чайной она дала себе слово, что не подведет Мари и любым способом заставит этого идола проявить признаки жизни. Но идол - он идол и есть, истукан, пустышка.

- Сценарист Да, я понимаю вашу озабоченность. Более того, я видел пометки в вашем экземпляре сценария. Но я очень прошу Вас ничего не менять. Что мне сделать, чтобы Вы поверили в меня?

Инсоль устало поднялась с дивана. Сил на эмоции не было. Не осталось ни злости, ни даже удивления. Только упрямство заводной игрушки.

- Идемте в офис. Закончим чтение. А потом я, пожалуй, дам вам задание.

И она неожиданно быстро направилась к выходу. Тхэ Уно поспешил за сценаристкой, удивленно констатируя, что его жизнь превращается в череду квестов. Уже дополнительные задания стали появляться. А виной тому заключенное во время дружеской попойки пари. Только протрезвев, Тхэ Уно осознал, что поставил на кон свою репутацию. Что ж, отступать некуда и незачем, ведь он азартный геймер, а квесты -- его конек. И парень довольно ухмыльнулся.

Неделю назад он отмечал 28й день рождения. Все были порядком навеселе, когда его личный помощник вдруг прослезился и заявил, что Тхэ Уно стареет. На его концерты ходят тетки за 30. И в кино проекты его зовут уже неохотно. Тогда и родилась эта идея вытащить на себе провальный проект и записать в фанатки девушку, младше себя. Как случилось, что проектом оказалось "Колдовское озеро", а девушкой -- его сценарист? Этот вопрос тревожил Уно гораздо меньше, чем ощущение холодного прикосновения за шиворотом от понимания того, что мучительный первый шаг к его тайной мечте кто-то наверху распорядился сделать прямо сейчас.


Взгляд 4. Принц


Первым делом, Тхэ Уно договорился о встрече с отказником. Они были знакомы достаточно хорошо, чтобы называть друг друга братьями.

- Скажи, Хён, почему ты отверг этот проект? Объяснения твоего агента похожи на детский лепет. Оставь их журналистам. В чем настоящая причина?

Собеседник покатал в руках баночку с пивом.

- Ты читал сценарий?

- Конечно.

- А другие сценарии?

- Сценарии -- нет, но фильмы видел.

- Тогда ты мог не заметить...

Он пригубил напиток и снова стал катать банку.

- Этот ее сценарий... он другой. В нем есть что-то глубоко личное. Чересчур личное, понимаешь? Чтобы сделать все как следует, пришлось бы разделить это.

Он посмотрел в глаза Тхэ Уно.

- Ты этого хочешь?

Уно не ответил.

- Что ж, будь готов переворошить всего себя с головы до пят. Ты уже никогда не будешь прежним.


И вот теперь Тхэ Уно листал закладки в Ю-Тьюбе. Рядом лежал листок со списком исполнителей, в который он давно перестал заглядывать, так как уже знал наизусть. Глаза начали слезиться и он их ненадолго прикрыл. Что он вообще ищет? После читки сценаристка дала ему этот листок и сказала "страсть в движениях". И все. И просто ушла.

Перед усталыми глазами поплыли странные картины. Вот он бежит за девушкой в красном плаще. Она скрывается в толпе. Лица людей похожи на звериные морды. Его подхватывают и несут. Он вырывается, но как беспомощный мотылек пришпилен к огромному колесу. Мир кружится, наводя тошноту. И стыд сильнее боли, которая охватывает тело, когда монстры срывают одежду, кожу, мышцы...

Тхэ Уно рывком вывалился в реальность и поднял голову. Все тело ныло от неудобной позы. Он встал, потянулся и размялся, а после гимнастики снова всмотрелся в экран и ткнул наугад в один из танцевальных каверов. Видео пестрело восторженными комментариями. "Она получает удовольствие от танца, поэтому у нее все получается" Тхэ Уно аж передернуло. Удовольствие, как же!

Он стал искать обрывки собственных концертов и читать комментарии. Не то чтобы он раньше этого не делал. Но теперь появилось странное болезненное ощущение, что он упустил что-то важное. Так, что там? "Сэкси", "красавчик", опять "сэкси", "он только мой..."

Тьфу! Комментарии, которые он раньше посчитал бы положительными, теперь вызывали злость и раздражение. Тхэ Уно стал перебирать свои воспоминания о концертах. Публика в них сливалась в одну визжащую толпу, которая заводилась от пошлых движений. И он делал то, что от него ждали. Временами даже чувствовал себя Майклом Джексоном. Но "Она получает удовольствие от танца". Нет, такого не было никогда.

Уно закрыл ноутбук и отправился в ванную. Привычно постоял перед зеркалом, делая рожицы. Он стал моделью в подростковом возрасте. Это потом, много позже, начались концерты и киносъемки. А сначала был мальчик, которому нравилось смотреть на себя в зеркало, позировать. А еще ему нравилось восхищение окружающих. "Красавчик" и "очаровашка" были привычны и приятны на слух.

Начищая белоснежные зубы, Тхэ Уно со смешком подумал: "Вот интересно, Да Инсоль была когда-нибудь на моем концерте? Была?" и увидел в зеркале свое перекошенное ужасом лицо.


Взгляд 5. Призрак


Следующие несколько дней были благословением для Да Инсоль. Казалось, Тхэ Уно ее избегает. Ну и к лучшему. А чтение пошло живее. Актриса на роль призрака просто бесподобна. Она уже очаровала всех присутствующих, включая режиссера Канг. Если удастся незаметно перенести акценты, она спасет всех.

Да Инсоль наслаждалась приливом сил. Жизнь стала выглядеть значительно ярче. И от присутствия Тхэ Уно в том же помещении ее больше не мутило - притерпелась, наверное. Наблюдая за актрисой Мин Юри, Да Инсоль размышляла, удастся ли с ее помощью вытрясти из Тхэ Уно больше эмоций, чем он обычно выдает. Пока особой химии не наблюдалось, но повод ли это для беспокойства?

К обеду в офис нагрянул сияющий менеджер Ли и объявил, что съемочная группа срочно пакуется и вылетает на Чеджудо готовить место съемок. Из актеров летят только Тхэ Уно и Мин Юри. По лицу Канг Минсока сценаристка догадалась, что первый режиссер уже в курсе. Выходит, с ним все согласовали, а про нее забыли? Да Инсоль глубоко вздохнула и взяла себя в руки. Ради Мари! Сейчас не до разборок, есть вопросы и поважнее. Как заставить Тхэ Уно пройти путь до озера с таким остервенением, будто он саму гору сейчас обратно втопчет? Айгу! Он даже выглядит каким-то вялым. А ведь она ничего не стала менять в сценарии. Стоп! У них же сделка. Как она могла об этом забыть? Надо использовать этот козырь.

Да Инсоль вынула смартфон и набила Тхэ Уно сообщение: "Готовы к экзамену?"

В этот момент ей пришло сообщение с другого номера. Оно было длинным:

"Онни, я помню свое обещание и ни о чем не спрашиваю. Пишу только чтобы поделиться своей радостью. Сегодня у меня были гости, волонтеры из общества взаимной помощи. Они взяли меня на прогулку в парк аттракционов. Это было так здорово. Мне казалось, что я научилась летать! Это не преувеличение для того, кто не может самостоятельно выйти на улицу.

Онни, я помню и твое обещание. Прошу, не позволяй ему лишать тебя жизни. Прямо сейчас вдохни полной грудью и позволь себе хотеть и следовать собственным прихотям. Жизнь пуста без мечтаний и желаний.


Твоя сестренка Мари"


Да Инсоль улыбнулась и быстро набила ответ:


"Мари, спасибо тебе. Ты - мой ангел. Я постараюсь выполнить все, о чем ты просишь.


Твоя Инсоль"


Сидевшая рядом актриса успела заметить адресата первого сообщения Да Инсоль и истолковала ситуацию по-своему. А тот факт, что этим вечером сценаристка покинула офис последней, а затем села в машину Тхэ Уно, стал для Мин Юри веским доказательством. Вот только останавливаться на этом было не в ее стиле. Нет, нужно все увидеть своими глазами!

Она поймала такси, чтобы проследить за парочкой. Ага, они направились в отель. Айщщ! Ну почему так скучно? Не отель? А куда же? В танцзал? Зачем?!

Зал находился в полуподвале и заглянуть в его окна можно было только если лечь на землю. Любопытство было так сильно, что девушка решилась. Сдвинула набекрень шляпку, зарылась лицом в свой цветастый шарфик и рядом с окном сползла по стенке, изображая крайнюю степень опьянения. На ее удачу окно как раз открыли. Теперь она сможет услышать, что творится внутри. Рука Мин Юри вместе с телефоном упала к самому окну. Может быть и сфотографировать что-то удастся.


Взгляд 6. Экзамен


Войдя в зал, Да Инсоль подошла к зеркалу и остановилась перед ним. В маленьком помещении было душновато.

- Я открою окна.

Тхэ Уно пересек зал и стал открывать окна одно за другим. Открывая последнее, он замешкался. Сунул руки в карманы брюк и постоял немного, глядя наружу. Потом медленно обернулся и так же медленно, как бы нехотя пошел обратно. Его взгляд скользил по стенам и траектория движения приобретала от этого странную извилистость, напоминая порхание мотылька. Да Инсоль простояла все это время перед зеркалом, не сделав больше ни шага и не проронив ни звука.

Тхэ Уно остановился в середине зала и внимательно посмотрел на Да Инсоль. Она так же внимательно смотрела на него через зеркало. Мотылек и статуя. Их взгляды встретились.

- Чего именно Вы хотите от меня, коллега? Я изучил подсказанные Вами записи. Я даже просмотрел все доступные каверы. Разный уровень подготовки налицо, но в остальном я не заметил разницы. Существует ли такая страсть, о которой Вы твердите?

Да Инсоль резко обернулась и глянула Тхэ Уно уже прямо в глаза.

- А Вы можете представить человека, который будет убивать время на кавер того, что ему безразлично, что не вызывает отклика в душе? Страсть вырастает из желаний. Желание жить, ощущая себя живым. Потребность быть причиной собственной жизни. Это называется страстью.

- Может быть Вы сами продемонстрируете ее?

- Это Вам не поможет, как не помогли записи профессионалов. Нельзя сыграть то, чего не понимаешь. Нужно найти этот росток в самом себе и вырастить, взлелеять.

Она вынула смартфон и подала ему.

- У меня тут разная музыка. Найдите что-нибудь на свой вкус.

Почти все в списке воспроизведения было уже знакомо Тхэ Уно. Видимо, Да Инсоль выдала ему тогда список своих любимых исполнителей. Это ли то личное, о котором говорил Хен? Стоит проверить.

Тхэ Уно выбрал композицию, движения к которой хорошо знал, так как уже пытался копировать. Он положил смартфон на пол и было начал танец, но запнулся о полный презрения взгляд. Она что, душу из него вынуть пытается? Он рухнул на пол и закрыл лицо руками. Музыка прервалась. Шорох снимаемой обуви и приближающиеся шаги. Потом тишина.

Юноша опустил руки и открыл глаза. Сидевшая рядом девушка прижала руку к груди и шепотом сказала:

- Забудьте обо мне, о фильме. Забудьте о своей карьере и обо всем мире. Закройте глаза и пусть не останется ничего, кроме Вашего сердца и музыки.

И она включила другую запись.

Так они сидели на полу друг напротив друга, прикрыв глаза и покачиваясь вслед за мелодией.

Композиция сменилась. Тхэ Уно открыл глаза и увидел, что Да Инсоль, не поднимая ресниц, почти летает вокруг. Как ей удавалось избегать стен и молодого человека в середине зала было загадкой. Тхэ Уно залюбовался. Будто неведомая волшебная птица наслаждалась радостью полета. Будто пчела рассказывала о медоносных полях. Парень не смел шелохнуться, не смел даже глубоко вздохнуть. Душа его грустно пела, растворяясь в сказочном мгновении. Со следующей песней девушка рвалась из невидимых оков и задыхалась под навалившимся грузом. И юноша тоже задыхался, но так и не рискнул двинуться с места. Сидел как в трансе, наблюдал. Она танцевала долго, до полного изнеможения. Менялась музыка, менялся танец и рассказанная им история. В конце концов девушка начала терять равновесие и только тогда сдалась. Остановилась и хрипловато попросила:

- Вы не могли бы выключить музыку? Мне нужно отдышаться.

Выходя на улицу Уно накинул на плечи Инсоль свой плащ. Она передернула плечами, но он настоял.

- Вы взмокли и так обязательно заболеете. Позвольте мне позаботиться о Вас.

Он быстро усадил ее в свою машину и на всей возможной скорости помчался к ее дому. Только бы не простыла, только бы...


Взгляд 7. Стихия


Тхэ Уно подвез коллегу под самые двери ее дома. Осторожно выгрузил и умчался, позабыв про плащ. В дороге Да Инсоль осознала свой провал и даже теплый душ не поднял настроения. Теперь она паковала чемоданы, изрядно досадуя и на себя, и на непрошибаемого актера. Она то надеялась расшевелить его музыкой, а вместо этого сама потеряла от нее голову. Айщщ!

Лежа в постели, Да Инсоль намеревалась придумать план Бэ, но уснула, едва коснулась подушки. На утро все тело ощущало, как хорошо она вчера оттянулась. Хоть результата и ноль, зато ощущение счастья все искупает. Спасибо Мари за совет! Мари... План Бэ! Вот он!

По дороге в аэропорт Инсоль купила небольшое, но очень полезное дополнение к своему багажу. Но тревога не отпускала. В аэропорту и в самолете ей все казалось, что кто-то пристально на нее смотрит. Заметить реальный источник взгляда она не смогла и списала все на стресс. Еще бы! В заповеднике гор Халласан на съемки дали всего два дня. Нужно отснять озеро, танец духа и подъем героя на гору. Все диалоги придется снимать позже в павильоне с последующим наложением на заранее отснятый пейзаж. Последнее то, может быть, даже удача. С этим непробиваемым Тхэ Уно все проблемы придется решать по мере поступления, а ожидается их множество. На этой мысли Да Инсоль провалилась в тяжелую дремоту.

Поскольку для сцен героического подъема требовались сумерки, всю первую половину дня Тхэ Уно был свободен. Он сообщил, что будет отдыхать в гостинице, и удалился.

После обеда погода резко испортилась. Из-за низких облаков сумерки спустились гораздо раньше обычного. Расписание съемок пришлось срочно поменять, а Тхэ Уно не брал телефон. Да Инсоль уже собиралась лично ехать за ним в гостиницу, но Канг Минсок возразил:

- Если Вы решились стать режиссером, будьте готовы разрешать такие форс-мажорные ситуации и спасать съемочный день. За актером пошлем кого-нибудь другого. А Ваша задача придумать, как использовать надвигающуюся непогоду фильму во благо. И я Вас умоляю думать быстрее.

Он и сам был на грани бури и, когда посланный в гостиницу сотрудник сквозь смех сообщил по телефону, что обнаружил актера туго обмотанным одеялом и прикованным к кровати, режиссер Канг разразился громкими проклятьями в адрес "несознательных извращенцев". Не забывая, впрочем, руководить процессом. Да Инсоль же молча кусала ногти над своим сценарием и вся бригада как заговоренная обходила ее по большой дуге. Внимания прессы к инциденту удалось избежать, зато вся съемочная группа еще долго покатывалась со смеху, отпуская на счет Тхэ Уно шпильки, изредка даже в лицо. Актер стойко сносил издевки и держал в секрете то, с кем так бурно провел время.

Ко всеобщему удивлению все его сцены были отсняты с первого дубля задолго до начала грозы. По старому сценарию выход к озеру должен был закончиться перед лунной дорогой, на которой возникнет озерный дух. Однако ливень хлынул в тот момент, когда персонаж обессиленно упал на колени у самого края озера. Прожектор для лунной дороги теперь создавал вспышки молний. Больше не было контраста между замершей в волшебном сне природой и страшным требованием духа. Наоборот, сама природа рыдала холодными струями над коленопреклоненным человеком и прекрасной озерной девой. В голубоватых отсветах молний она требовала отдать хладным водам озера жар первой любви.

- Только так эти воды станут целебными. Только так ты спасешь своего отца. Но знай, что вода не знает меры. Если ты войдешь в нее, она заберет все. И потом ты уже не сможешь больше полюбить никого.

Мин Юри чуть не вышла из образа, когда Тхэ Уно поднял лицо. Такого выражения она не видела еще ни разу. В эту ночь он точно превзошел сам себя. И девушка просто умирала от любопытства узнать, с кем Тхэ Уно был в гостинице. Не с Да Инсоль же! Эта дурочка весь день провела бок о бок с режиссером Канг. Жаль, из-за не в меру сердобольного таксиста там, у зала, Юри не успела ничего расслышать. Но теперь это и не важно. Судя по всему, Уно отшил наглую сценаристку и нашел кого-то поинтереснее.


Взгляд 8. Последствия


Следующее утро у всей команды началось поздно. Еще бы! Пол ночи провели под ливнем, стаскивая под тент съемочную аппаратуру. Да Инсоль с удовольствием бы понежилась под одеялом еще чуток, но долг режиссера звал в поля. Прогнав остатки сна прохладным душем, она оделась, чтобы спуститься в кафе. И, открывая дверь, никак не ожидала обнаружить прямо за ней Тхэ Уно с занесенным для стука кулаком. Он довольно бесцеремонно шагнул в ее номер.

- Режиссер Да! Кажется, теперь моя очередь возвратить Вам Вашу вещь.

Он помахал наручниками на уровне лица девушки. Инсоль закусила губу и густо покраснела, чувствуя как внутри все переворачивается. Вчера утром она зашла к актеру в номер, чтобы вернуть его плащ. Он не успел догадаться, что это лишь предлог. А когда она заявила о своих намерениях, просто не поверил. Из-за нее он в такой глупой ситуации. Как же стыдно.

Девушка еще ниже склонила голову и искренне произнесла:

- Прошу прощения и благодарю Вас.

Наслаждаясь достигнутым эффектом, Тхэ Уно резко рассмеялся. Да Инсоль же показалось, что ее ударили, так неуместно прозвучал этот смех. Она вскинула голову, и заколка выскочила из замысловатого узла на ее голове. Волосы рассыпались по плечам и лицу. Смех Уно внезапно оборвался, его рука теперь уже по-настоящему летела в ее сторону. На это дэжавю тело отреагировало быстрее, чем сознание. Через секунду Тхэ Уно уже пищал "Пусти!", жалобно заглядывая девушке в лицо. Она опомнилась и выпустила его.

Отпрыгнув к самому окну, он тихо и с трудом произнес вдруг охрипшим до неузнаваемости голосом:

- За что Вы так со мной обращаетесь? Хотите знать, что я готов вытерпеть? Так знайте. Ваши странности и Ваши методы меня не пугают. Я готов терпеть все это и намного больше. Но только не Ваше предательство. Вы обещали лично вернуться за мной, но не сделали этого.

Да Инсоль звучно вдохнула и открыла рот, чтобы ответить, но Тхэ Уно не позволил ей этого.

- Я не болтун, и мне не нужны глупые оправдания. Теперь за Вами должок. И поверьте, в свое время я потребую расплатиться.

Он бросил на пол наручники и стремительно покинул номер.

У Да Инсоль не было сил дойти запереть за ним дверь. С трясущимися губами и руками она опустилась на пол. Неимоверным усилием расправляя складку на одежде она шептала:

- Ради Мари. Ради Мари...

Но и это не помогало. Неподконтрольные сознанию эмоции гуляли на свободе. Гнев и обида от его последних слов. Благодарность за сохранение ее доброго имени. Стыд, страх и недоверие. Все смешалось, вызывая вязкую боль глубоко в груди.

- Я не могу этого позволить! - всхлипнула девушка и, рывком поднявшись, убежала в ванную.

От ледяного душа чувства улеглись, оставив внутри кристально звенящую пустоту. Пусть будет любая расплата. Но сначала, она заставит его выложиться для фильма по-полной. Нет, она его наизнанку вывернет, если потребуется. И себя тоже.

Одевшись, Да Инсоль открыла окно и отпрянула от неожиданно сильного ветра, ворвавшегося в комнату. Заколка снова выпала из волос. Она нагнулась за ней и услышала, как в дверь застучали так, будто пытаются снести с петель.

- Кто это?

- Режиссер Да, нам срочно нужно поговорить. Это Канг Минсок.

Инсоль быстро заколола волосы и припрятала валявшиеся на полу наручники. Можно открывать дверь новой проблеме. С хорошими новостями так не ломятся.


Взгляд 9. Свидетель


Режиссер Канг Минсок встал раньше всех и уже жалел, что вообще проснулся. Второй день выездных съемок начинался паршиво. Первое ожидавшее его сообщение было от менеджера Ли. Обеспокоенный погодными сводками, тот предупреждал, что актриса Мин Юри перенесла в детстве воспаление легких и любое самое малое переохлаждение теперь приводит ее к затяжному бронхиту.

Второе сообщение вскоре пришло от самой актрисы. Бинго! Она сообщила, что ночью у нее начался приступ бронхита, и она не сможет сегодня ни говорить, ни быстро двигаться. Блестяще! И никто не потрудился предупредить заранее. Опять режиссеру героически все разгребать. Айгу-у!

Канг Минсок вздохнул и вышел из номера. Вернее попытался выйти, но был прижат к стене мощным потоком воздуха от пронесшегося мимо Тхэ Уно. Этого то что с утра так ужалило?

Так и не замеченный режиссер Канг стал свидетелем того, как актер резко затормозил перед дверью второго режиссера Да, сделал "покерфэйс" и занес руку для стука. В тот же миг дверь открылась. Пользуясь замешательством девушки, парень шагнул в комнату со словами "Теперь моя очередь вернуть...". В руках он держал наручники.

Канг Минсок медленно развернулся кругом и скрылся в своем номере. Ситуация требовала осмысления. Если предположить, что он все правильно расслышал и актер пришел возвращать второму режиссеру реквизит, то можно ли предположить, что к его интересному положению госпожа Да Инсоль имеет прямое и непосредственное отношение? Ясно, что актер не брал вечером телефон, так как был в это время связан. Но никому до сих пор не пришло в голову, что он мог быть прикован еще утром.

Канг Минсок стал перебирать в памяти события предыдущего дня. Сценаристка весь день была на съемках. Но во-первых, она немного опоздала, а во-вторых, рвалась лично доставить актера на площадку. Когда второе ей не удалось, человек из бригады нашел способ попасть в номер Тхэ Уно и обнаружил последнего полностью обездвиженным. И после всех этих странных приключений все вчерашние дубли Тхэ Уно были удивительно хороши. С каким напором он рвался к вершине! В самых смелых планах такого от него не ожидалось. И ведь именно настырная сценаристка настояла на съемках его восхождения. Как будто знала заранее.

Значит, она действовала по плану. Связала актера еще утром. Так что после нескольких часов окукленного состояния этот мотылек был счастлив расправить крылышки. Браво, режиссер Да! Каюсь, недооценил. Вот бы к Вашему педагогическому таланту еще такой, который бы обеспечил нас здоровой актрисой для сегодняшних съемок. В нынешней ситуации хоть сам пляши...

Кстати, пару лет назад какая-то сценаристка устроила на спор танцевальный марафон. Кажется, она хотела доказать, что можно танцевать под любую мелодию. Могла это быть Да Инсоль? О Боги! Сделайте так, чтобы той сценаристкой была именно она! У нее ведь и рост как у Мин Юри. Добавить кое-где объема - в гриме их будет не отличить. Нам бы только общий план снять!

И режиссер Канг констатировал вслух:

- Разговор предстоит щекотливый. Без чашечки кофе не обойтись.

Выйдя из номера на этот раз, режиссер Канг снова обнаружил Тхэ Уно, который мчался по коридору как ужаленный. Да что с этим парнем, в конце концов?


Взгляд 10. Чистилище


Слишком худой для своего роста Тхэ Уно терпеть не мог физические упражнения. Так что нескольких лестничных пролетов с лихвой хватило, чтобы выпустить пар. Постепенно он перешел с бега на шаг, а затем и вовсе опустился на ступеньку, обхватив голову руками. В висках стучало от бега после бессонной ночи.

Что он ей наговорил! А если она все воспримет всерьез? Айщщ! Как глупо и нелепо получилось! Уно опустил руки и горько усмехнулся. Захотелось быть тем, кто смеется последним. Пришел пристыдить и смутить, а в итоге сам оказался не в своей тарелке.

Тхэ Уно вдруг почувствовал себя очень маленьким и беззащитным. Он обхватил руками согнутые ноги и уткнулся носом в коленки. Было стыдно признаваться самому себе, что хотел хоть чуточку отыграться за вчерашнее унижение, за все эти нелепые слухи, которыми его окружили.

Ведь не было амурных приключений, о которых судачила вся съемочная группа. Они будто соревновались в самых извращенных и унизительных предположениях. Даже Мин Юри не осталась в стороне и подловила его, когда основная волна схлынула и он начал понемногу расслабляться. Кто знает, сочувствием это было продиктовано... или ревностью?

Парень рассмеялся и опять схватился за стукнувшие болью виски. И как он нашел тогда силы не сорваться, а только подшутить? Томно глянув на партнершу, он грустно произнес:

- Меня заставила неведомая сила.

Его выручила привычка очаровывать каждую встреченную женщину. Но глупо ждать от других большего, когда и сам хорош. Он вспомнил детали вчерашнего дня, и сердце снова учащенно забилось как и тогда, когда, краснея и путаясь в словах, Инсоль вынула на свет эти злосчастные наручники. Какие только мысли не промчались в тот момент в его голове -- всей съемочной группе не додуматься. А реальность оказалась еще невероятней. Девушка взглянула ему прямо в лицо и будто стала другим человеком. Холодно и жестко обрисовала ситуацию. Он не поверил:

- Вы этого не сделаете!

- Еще как сделаю. Простите, коллега, но экзамен Вы завалили. Так что не извольте сопротивляться или я женский персонал гостиницы на подмогу позову. Думаете, откажутся?

Впоследствии он совсем не лгал, когда сказал Юри, что виною всему была неведомая сила. Ведь он и опомниться не успел, как оказался связанным на собственной кровати. Сценаристка туго обмотала его ноги тем, что под руку подвернулось и приковала руки к кровати. А потом ушла, прихватив ключ, чтобы освободить жертву ко времени съемок.

Уно вспомнил последовавшие за тем унылые часы, и ему снова страшно захотелось двигаться. Он встал и куда-то побрел. Вместо стен и ступенек перед глазами снова стояло лицо Да Инсоль. Какой милой она предстала перед ним сегодня утром. Так легко смутилась от его слов, будто им и впрямь было, от чего смущаться. Нежный румянец и глаза в пол. Тряхнула головой -- каскад блестящих черных волос скрыл лицо непроницаемой ширмой.

Вот тогда он не сдержался. Как под гипнозом протянул руку к этому водопаду черного шелка... Уно зло ударил кулаком в стену и взвыл, потирая костяшки. Снова боль как и тогда! Руку на полпути нейтрализовали профессиональным захватом. А в глазах девушки вместо смущения ясно читалось растущее желание снова от души приложить его по лицу.

От воспоминания об уже полученных в декорациях подарочках стало жарко. Он отступил, ушел в оборону. А как еще было действовать, если в одном девичьем теле живут сразу две абсолютно разные Да Инсоль? Да и какие две?! Там их целая толпа, одна невозможнее другой!

В задумчивости он чуть не столкнулся с увешанными пакетами гримером и костюмером.

- Доброе утро!

- Доброе утро!

Девушки переглянулись и продолжили путь по коридору. А юноша обнаружил, что ноги снова принесли его на тот же этаж к двери номера Да Инсоль. Бросив взгляд в спины неспешно удаляющихся коллег, актер пожалел, что подходит время съемок, а значит, брать себя в руки придется с помощью крепкого черного кофе, а не соджу с пивом.

За своими невеселыми мыслями он не заметил, как немного погодя гример и костюмер развернулись и чуть не бегом примчались к месту их встречи. Вопрос о том, что они забыли на этом этаже тоже его не посетил. Впрочем, аналогичный вопрос не посетил и его незадачливых коллег, слишком занятых обереганием собственного секрета.


Взгляд 11. Дублер


Канг Минсок проводил взглядом Тхэ Уно и запер за собой номер. На полпути к кафе его телефон завибрировал. Режиссер прочитал сообщение и ругнулся.

- Времени на кофе уже нет.

Он быстро вернулся на свой этаж, прошел прямо к двери в номер Да Инсоль и постучал. Никто не ответил. Постучал чуть громче, но вновь без результата. Тхэ Уно летает как ураган, но эта девушка исчезает еще быстрее. Что же делать? Из номера послышался какой-то звук и Минсок в отчаянии забарабанил в дверь, что было силы.

- Кто это?

- Режиссер Да, нам срочно нужно поговорить. Это Канг Минсок.

- Минуточку.

Девушка открыла дверь и впустила коллегу. Потирая костяшки пальцев, первый режиссер выпалил:

- У Мин Юри обострение бронхита на почве вчерашних съемок. Сегодня она не сможет работать. Получить еще один день в заповеднике нам не удастся. Нам нужен дублер для съемок общего плана. Кто-то того же роста и сложения, способный танцевать.

Режиссер Канг с надеждой посмотрел на Инсоль. Девушка прятала глаза и молчала. Минсок почувствовал отчаяние.

- И все это только половина нашей проблемы.

Он показал Инсоль сообщение.

- Этот агент... Если наш менеджер Ли не смог его остановить, то он действительно заноза. Кажется, наш фильм уже никогда не выйдет на экран.

Да Инсоль вздрогнула. Она снова перечитала сообщение в телефоне коллеги и задумалась. Режиссер Канг решил пойти ва-банк.

- Коллега, я понимаю, что Вы уже несете двойную нагрузку: как сценарист и как режиссер. Но если бы Вы смогли взять на себя работу дублера, только сегодня. У нас просто нет другого выхода.

- Я все поняла. Режиссер Канг, пришлите мне гримера и проследите, чтобы настоящая актриса не покидала своего номера. Еще нужно самое характерное из ее платьев и аксессуаров.

Канг Минсок округлил глаза.

- Гримера сюда? Вы же не собираетесь...

- Собираюсь. Прочтите сообщение менеджера Ли еще раз. Сюда едет агент актрисы, в обязанности которого входит следить за соблюдением ее интересов. Что будет, если он узнает про приступ бронхита и про то, что он наступил после съемок в озере под ливневым дождем?

- Тогда нам стоит поторопиться.

И Канг Минсок направился к двери, но Да Инсоль окликнула его:

- Режиссер Канг! Думаю, нам лучше не посвящать в это дело всю группу. Только гример, костюмер, Вы и я.

Режиссер кивнул и вышел, очень тихо прикрыв дверь.

Да Инсоль долго смотрела на себя в зеркало. Изображать Мин Юри, которая играет роль озерной девы? Она прикрыла глаза.

Какие, однако, кренделя наворачивает судьба. Бросить хореографию, дать зарок никогда не выступать на публике. А теперь стоять перед выбором: следовать ему -- и все провалить или нарушить -- и обрести шанс на достойное завершение.

Нет, не так. Никто не собирается изменять себе. Это Мин Юри будет танцевать. Юри, а не Инсоль. Сейчас я -- Юри, актриса, это моя работа. Я буду танцевать. Так танцевать, чтобы солнце замерло в небе. Мне нужно лишь слышать мелодию.

В дверь постучали, и Да Инсоль впустила в свой номер гримера и костюмера. Она закрыла дверь на ключ и после взаимных приветствий поинтересовалась:

- Вы уже знаете, что нужно делать?

Девушки кивнули.

- Приступайте.

И работа закипела. Через 40 минут в центре комнаты стояла если не сама Мин Юри, то уж точно ее родная сестра. Наблюдая, как загримированная Да Инсоль в платье и шляпке Мин Юри обмахивается ее цветастым шарфиком, гример и костюмер пришли к единому мнению, что главное -- не давать никому смотреть ей прямо в лицо. Тогда есть шанс, что все получится.

Вручая Да Инсоль наряд для сегодняшней съемки, костюмер сказала:

- Мин Юри одолжила свое платье с условием, что ты дашь ей поносить что-то свое, посвободнее.

И она лукаво улыбнулась. Но Инсоль, отгородившаяся от всех эмоций после ухода Тхэ Уно, была теперь нечувствительна и к мелким женским подколкам. Она лишь махнула в сторону шкафа и бросила:

- Бери что угодно.

Костюмер выбрала что-то неброское и отправилась к виновнице маскарада. А новоявленная Мин Юри в сопровождении гримера отбыла на съемочную площадку.


Взгляд 12 Взрослые игры


Юри скучала в кровати в своем номере, когда к ней ввалилась костюмер.

- Юри, ты не представляешь как тяжело было найти в ее гардеробе хоть что-то, что налезет на твои формы. Она же совершенно плоская!

Костюмер О Дурим лебезила и набивалась в подруги с первого дня их совместной работы. А Мин Юри не реагировала на ее потуги, но и не осаживала. В конце концов, сплетни были частью ее любимой игры, а болтливая коллега и тут была впереди планеты всей. Именно она рассказала Юри подробности о казусе с Тхэ Уно. И всю подноготную с подменой самой Мин Юри она выложила как на духу. Оставалось только слушать и следить, чтобы никакие собственный планы не попали в руки этой болтушки.

- И зачем тебе ее тряпки? У нее и вкуса то нет, - продолжала заливаться костюмер, развешивая платье Да Инсоль. Что бы там ни было, к любой одежде она неизменно относилась бережно.

Актриса уже начала уставать от ее назойливой компании. Пора выпроваживать. Юри закашлялась и потянулась к стакану с водой, стоявшему на прикроватном столике. Сделала глоток и поставила стакан обратно. Потом посмотрела на Дурим с видом глубочайшего сожаления.

- Какой ужасный кашель! Это все из-за вчерашних съемок. Мы все промокли как мыши. А ты еще и в воде по колено настоялась.

Актриса откинулась на подушки и закрыла глаза.

- Да, отдыхай. Это самое полезное сейчас, - костюмер наконец-то сообразила, что пора удалиться.

Как только дверь за коллегой закрылась, Мин Юри выскочила из постели, закрыла дверь на ключ и кинулась примерять принесенную костюмером одежду Да Инсоль. Преувеличивала костюмер, сильно преувеличивала. Не так уж сильно и отличались их фигуры. После того как Юри вынула из своего белья подкладки, платье Да Инсоль село на нее почти идеально. Не так свободно, как оно смотрелось на Инсоль, но Юри было не привыкать к облегающей одежде.

Подойдя к зеркалу, девушка собрала волосы руками в пучок и задумалась. Сделать такой витиеватый крендель, какие устраивала на своей голове Да Инсоль, не получится. Потому, хотя бы, что волосы Мин Юри несколько короче. Вздохнув, девушка подобрала заколку и сделала простую кубышку. С ее актерским талантом и этого хватит.

Мин Юри рассчитывала, что ее болезненное состояние сорвет минимум полдня съемок. В освободившееся время от нечего делать Тхэ Уно снова призовет свою таинственную подружку на взрослые игрища, и появится возможность вывести его на чистую воду. Авантюра, заставляющая сердце биться чаще.

Романтические пристрастия первого красавца Кореи несомненно заинтересовали бы любого из прикормленных актрисой журналистов, которые были готовы по первому ее зову явиться куда угодно и даже отдать весь свой гонорар ради сенсации, которая поднимет их журналистский рейтинг. А благодаря спевшимся режиссерам у нее есть не полдня, а целый свободный день. Можно беспрепятственно искать следы женщины Тхэ Уно. Эта игра ни с чем не сравнится. Разве могут съемки в сериалах подарить такой азарт?

Мин Юри прыснула, вспоминая как висела на сердобольном таксисте, изображая пьянющую в дым студентку. Отсмеявшись, еще раз с головы до ног оглядела себя в зеркало, сделала обычное для Да Инсоль строгое выражение лица и отправилась на охоту.

Дверь за ней закрылась, чтобы вновь открыться уже через несколько часов. Хозяйка номера поспешно вошла, заперла дверь и, быстро сбросив обувь, босиком пробежала к ванной, на ходу стягивая узкое платьице и с наслаждением распуская затянутые в кубышку волосы. Ну почему поддержание образа сценаристки Да Инсоль так выматывает?

Уже лежа в пенной ванне Мин Юри попыталась состыковать скудную информацию. Она знала по опыту, что передвижения такого красавца как Тхэ Уно не останутся без внимания вездесущей гостиничной прислуги. Так и было. Тронутые слезливой историей горничные заверили ее, что господин вчера никуда не отлучался, а уборщица этажа добавила:

- И никто кроме Вас к нему не заходил.

Как, не раскрыв себя, узнать, в какое время сценаристка заходила к актеру, Мин Юри придумать не удалось. Да и не важно это, ведь он ее отшил. Самовлюбленный Тхэ Уно не потерпит рядом с собой бесцветную ледышку. Инсоль не может быть в его вкусе. Ее и уборщица то запомнила только по платью, иначе бы так легко не раскололась.

Кто же его таинственная гостья и как она смогла незаметно войти и незаметно выйти? Просто призрак какой-то! От этой мысли девушка поежилась. Тхэ Уно заливал что-то про "неведомую силу", которая его "заставила". В голову полезли обрывки баек про съемки мистики. Все подобные фильмы неизменно сопровождали какие-нибудь странные и необъяснимые события. Актриса постаралась отогнать эти мысли и поняла, что мелко дрожит. Нет, ей не страшно! Совсем не страшно! Она дрожит потому, что вода уже остыла.


Взгляд 13 Танец на краю.


Съемки начались по графику, а проверяющий из агентства так и не появился. Режиссер Канг Минсок успокоился, начиная верить, что все обойдется. Актриса выкладывалась на 120 процентов, и ее танец озерного духа заворожил буквально всех членов съемочной группы. Режиссер Канг довольно потирал руки, представляя результат, который удастся смонтировать из такого материала. Однако, сразу после дубля к нему подошел один из операторов.

- У нас люди в кадре.

- Какие люди?

- Вон те, - оператор махнул рукой в сторону смотровой площадки.

Самой площадки видно не было, чего не скажешь о десятке любопытствующих, торчавших поверх кустов. Режиссер проверил все камеры и убедился, что половина из них так или иначе захватила этих зевак. Избежать этого, не нарушая его режиссерского плана, было невозможно.

- Откуда они там могли взяться, ведь парк закрыт?

И сам же ответил:

- Наверняка администрация закрыла только эту часть парка, а на другом склоне туристы продолжают ходить по маршруту. Видимо, их привлекла музыка.

В раздумьях Канг Минсок смотрел на людей, которых становилось с каждой минутой все больше. Эдак они скоро и вниз потянутся. Вдруг его взгляд привлек характерный короткий блеск.

- Это еще что?

Режиссер подскочил к ближайшей камере и навел на площадку максимальное увеличение. Среди уже двух с лишним десятков людей он обнаружил шестерых с фотоаппаратами, причем двое из них явно делали в этот момент снимки. Обернувшись, режиссер скомандовал:

- Внимание, у нас непредвиденная ситуация. Прошу женскую часть команды спрятать актеров. Операторам -- следить за аппаратурой. Остальные -- за мной.

В сопровождении нескольких сотрудников режиссер Канг Минсок поднялся к площадке. К счастью, там уже работала охрана заповедника. Толпу оттеснили от парапета и настойчиво предложили разойтись. К режиссеру Канг подошел менеджер Ли в сопровождении пожилого человека в спортивном костюме.

- Господин Хан, это наш режиссер Канг Минсок. Режиссер Канг, это господин Хан Оксу. Мы встретились здесь, на острове. Господин Хан - большой поклонник актрисы Мин Юри. Узнав о ее участии в нашем проекте, он стал нашим щедрым спонсором.

Режиссер поклонился нежданному гостю, а тот произнес:

- Я решил сделать перерыв в своей прогулке по горам, чтобы лично выразить почтение актрисе и пожелать ей успеха в этом проекте.

Минсоку показалось, что солнце стало как-то очень не по-осеннему припекать. Проведя рукой по волосам, он медленно произнес:

- Боюсь, у актрисы Мин Юри сейчас не найдется времени. Нам необходимо переснять испорченный дубль, а солнце скоро совсем уйдет из нужного положения.

Он развел руками и нарочито оглядел пустеющую площадку, как бы призывая понять ситуацию.

- О, нет! Для пары добрых слов время всегда найдется, - вмешался менеджер Ли, недобро зыркнув на режиссера.

Он уже собрался эскортировать гостя к озеру, когда тот неожиданно обернулся к режиссеру и с улыбкой произнес:

- Простите мой эгоизм, режиссер Канг. Я действительно большой поклонник актрисы Мин Юри и слишком возбужден, чтобы рассуждать здраво. Вы разрешите мне хоть издали наблюдать за моим кумиром?

Менеджер Ли энергично закивал, грозно глядя на Канг Минсока. Тому ничего другого не оставалось, как согласиться.


Взгляд 14 Ничего личного


Спускаясь к озеру, Канг Мин Сок искал глазами подставную актрису, размышляя, стоит ли сейчас сообщать ей о неожиданно нарисовавшемся поклоннике. Он обнаружил ее притаившуюся в кустах и понял, что девушка до чертиков напугана. А проследив ее взгляд, едва мог сдержать ярость. Менеджер Ли тоже выяснил ее местонахождение и уже вел своего дорогого спонсора прямо туда.

Под свежим осенним ветерком вынужденная почти без движения сидеть в кустах актриса откровенно мерзла. И ее несказанно обрадовало то, что режиссер без особых задержек вернулся обратно к озеру. К ее удивлению за режиссером Канг Минсоком следовал менеджер Ли в сопровождении еще одного человека, одетого в спортивный костюм. Этого третьего она не знала, хотя было что-то знакомое в его манере держаться.

Приглядевшись повнимательнее, Да Инсоль поежилась, а ее челюсть начала отбивать дробь еще интенсивнее. Все ее естество завопило об опасности. Новый человек был хищником, жестоким и беспощадным. Горе тому, кто привлечет его интерес. Да Инсоль сжала зубы, чтобы не стучали, и стала осторожно красться подальше от пришельца.

Присев и не спуская глаз с опасности, девушка обходила кусты, к которым бодренько шагал менеджер Ли со своим спутником. Не ощутив под ногою опоры при следующем шаге, она кубарем покатилась в низинку и довольно мягко приземлилась прямо на разлегшегося в траве Тхэ Уно. Айщщ!

- Ты живой? Я ведь ничего не сломала?

От страха и неожиданности она совсем забыла о вежливости и принялась ощупывать свою амортизационную подушку на предмет повреждений. Парень же выпустил ее из объятий и простонал:

- Если слезешь, жить буду!

Она скатилась с него на травку и тут же вскочила.

- Прости! Это случайность, ничего личного! Я уже ухожу. Не сердись, пожалуйста!

Со стороны площадки был слышен гневный голос режиссера Канг. Он уже отправил некоего Хан Оксу с менеджером Ли подальше и под присмотр, чтобы в кадр не лезли, и теперь искал свою актрису. Этот Хан Оксу, должно быть, тот самый спутник менеджера Ли. Если так, то можно выходить. Подставная Мин Юри отряхнулась, надела улыбку и отправилась на поле боя, то есть на съемочную площадку.

Все еще лежавший в траве Тхэ Уно проводил ее взглядом. Ничего личного? Как же! Знаем мы эти женские штучки. Он перевел взгляд на небо и глубоко вздохнул, чувствуя растущую приязнь. Хорошо, что с партнершей так повезло. Легкая, гибкая, обалденно танцует и ведет себя как нормальная девушка: упала в объятья, смутилась, соврала... Он довольно улыбнулся, вспоминая ее взволнованные прикосновения. И тут же вскочил, будто обнаружил под собою муравейник. Почему перед глазами лицо сценаристки Да Инсоль? Ведь не она, а Мин Юри только что сидела на нем верхом.

Тхэ Уно помотал головой, но проклятое видение будто въелось в глаза. Гнетущее чувство пустоты и неудовлетворенности, допекавшее его сегодня, обрело четкие очертания. Сценаристки Да Инсоль не было на площадке, и он чувствовал себя потерявшимся ребенком. Куда идти и что делать? Самому себе уже не верится.

Строгий внимательный взгляд Да Инсоль, следивший за каждым его движением, лишил Уно его обычной запредельной самоуверенности. Теперь сценаристка стала его путеводной звездой. Выходка Юри отвлекла от непривычных мыслей и ощущений, но стоило ей уйти, как депрессия навалилась с новой силой.

Не очень то соображая, что делает, Тхэ Уно пошел следом за актрисой. Пока он мог видеть ее, боль утихала. Оставаться в одиночестве стало выше его сил.


Взгляд 15 Мокрое дело


Выходя на исходную позицию, Да Инсоль чувствовала странную слабость. Она не видела лица Хан Оксу, но одно его присутствие наводило ужас. Танец стал мукой. Сердце обрывалось каждый раз, когда она замечала фигуру в спортивном костюме, но Инсоль терпела. Она хорошо понимала: нужно держать себя в руках -- или пытка повторится снова.

К счастью для нее, сердитый режиссер Канг принял этот дубль и распорядился переходить к следующему. Теперь снимали Тхэ Уно, плавающего по озеру как бревно, а Мин Юри могла немного отдохнуть и подумать. Этот Хан Оксу. В нем есть что-то знакомое и страшное. Но что это? Почему он так ее пугает? Девушка подняла глаза на предмет своих размышлений и чуть в обморок не упала. Он пытался покинуть резервацию и с помощью менеджера Ли ему это удалось.

Да Инсоль как кролик на удава смотрела на приближавшегося Хан Оксу и довольного менеджера Ли за его спиной. Положение спасла подошедшая гример.

- Вы отдохнули? Можно делать макияж для следующей сцены?

Закончив танец, водяная дева должна заглянуть герою в глаза, чтобы вернуть память прошлой жизни. Макияж в этих сценах совпадает, раз они идут друг за другом. Сценаристка непонимающе глянула на гримера. На что та чиркнула в сторону глазами и шепнула:

- Идем от них подальше.

- А.. Да!

Инсоль благодарно улыбнулась. Предполагая, что Хан Оксу и есть ожидаемый агент с проверкой, гример развела бурную всепоглощающую деятельность вокруг своей подопечной, так что никто не смог бы подойти ближе, чем на пять шагов. Коленки у нее немного тряслись, но руки работали уверенно.

Вскоре красавица Мин Юри взмахнула над озером широкими рукавами. Как будто повинуясь ее воле, к берегу неспешно поплыл буксируемый на тросе Тхэ Уно. Прекрасная дева вошла в воду и наклонилась над юношей. Глаза в глаза. Все ниже опускалось ее лицо. Даже невозмутимые операторы затаили дыхание. Дева замерла, прикрыв глаза. И в этот момент, рассыпая каскад брызг, герой вскинул руки и, приподнявшись, обнял девушку, запечатлевая страстный поцелуй на ее губах.

То есть, он бы это сделал, не начни девушка его топить. Пока актера откачивали и приводили в рабочее состояние, актриса оправдывалась перед режиссером тем, что поцелуя не было в сценарии.

- Не было, - согласился режиссер Канг, - а теперь есть.

Да Инсоль поперхнулась, а режиссер Канг продолжил:

- Актриса Мин Юри! Прошу Вас выполнять свою работу. Поцелуй здесь к месту, зрителям понравится. Не верите, давайте спросим одного из них.

И он многозначительно кивнул в сторону спортивного гостя, который откровенно пялился на девушку. Инсоль прикусила язычок, проглотив готовые сорваться слова. Раскрываться перед Хан Оксу точно не следовало. Пусть Канг Минсок командует. Она еще скажет свое слово при монтаже. Актриса склонила голову, признавая правоту режиссера.

- Хорошо. Все готово? Еще один дубль.

Да Инсоль обернулась и посмотрела на плывущего к середине озера Тхэ Уно. Вместо обычного отвращения сердце наполнилось жалостью. Вот она, работа актера: делай, что скажут, целуйся, с кем попало. И плевать, что ты при этом чувствуешь.

Айщщ! Нельзя жалеть актеров. Никогда нельзя. Даже когда сама стоишь перед камерой. Все тут взрослые люди и знали, на что идут. Да Инсоль пощипала кончики пальцев, чтобы вернуться к действительности. По крайней мере, в ее силах уложиться в минимум дублей. Это все, что она может в данный момент сделать. Не ради Мари. Ради себя. И ради него.


Взгляд 16 Видение


Как чувствует себя мотылек, бьющийся о стекло? Вот он свет, теплый, манящий. И мотылек бьется в невидимую преграду, не в силах понять, что же он делает не так. Заплывая на середину озера, Тхэ Уно яростно бил по воде, поднимая высокую волну и фонтаны брызг.

Депрессивная апатия сменилась безумным желанием куда-то бежать и что-то делать. В какое безопасное русло направить эту ярость юноша не знал и был рад уже тому, что должен пребывать в прохладной воде озера, иначе бы уже сорвался. Хотя, он и так уже сорвался. Под страхом смерти не смог бы объяснить, почему полез к партнерше целоваться.

Юноша доплыл до нужного места и лег спиной на воду. По команде "Мотор!" актриса взмахнула руками и трос потащил актера к берегу. Вот девушка нагнулась. Взгляды встретились. И Уно понял, что сходит с ума. Из-под пепельного парика на него смотрели печальные глаза Да Инсоль.

Парень зажмурился и обнял девушку-видение. Ему и раньше доводилось испытывать приятные ощущения от работы с красивыми партнершами. Обыватели любят называть их "химией". Но теперь все было гораздо сложнее. Душа пела, а мозг устало твердил, что это безумие. В конце концов мозг победил, как и всегда. Но от понимания, что он обнимает не Инсоль, а другую, Тхэ Уно пронзила такая боль, что покатились слезы.

Режиссер Канг Минсок был доволен как кот, приговоривший кувшин сметаны. Чутье его не обмануло. Оценив высоту фонтанов, которыми плескал актер, он задал одному из операторов самый крупный план. Так что ни одна слезинка не осталась без внимания. Еще бы! Канг Минсок втайне всегда гордился своим умением не только создавать рабочую обстановку в коллективе, но и вовремя использовать естественные возможности и эмоциональное состояние актеров.

Ни на одном из последовавших дублей Тхэ Уно больше не смог заплакать. И глаза открывать тоже категорически отказался. Каков паршивец! От справедливого разноса его спас внезапно зазвонивший телефон режиссера. Вопреки обычному тот ответил на звонок. А после него объявил съемочный день оконченным.

Пока актеры избавлялись от мокрой одежды и грима, а рабочие устраняли следы пребывания съемочной группы, Канг Минсок как-то чересчур озабоченно сновал по площадке в поисках менеджера Ли. Того нигде не было, телефон был недоступен. И даже никто из съемочной группы не заметил, когда и куда он исчез вместе со своим дорогим спортивным господином.

В конце концов отозвав актрису в сторону, режиссер сообщил, что ожидаемый с самого утра агент все же прибыл и находится в гостинице. Настоящая Мин Юри заперлась в номере, но скоро ее найдут. Она позвонила режиссеру и проинформировала, что не станет никого выгораживать, когда это произойдет. Где же черт носит этого Ли, когда он нужен?


Взгляд 17 Желание


Кутаясь в теплый банный халат, Мин Юри созерцала разбросанную по номеру одежду. Ее все еще бил озноб, и интуиция подсказывала, что даже огромная порция обжигающего кофе ей не поможет. Девушка с тоской посмотрела на дверь. Больше всего на свете ей захотелось оказаться подальше отсюда. Где угодно ей было бы лучше, чем здесь, рядом с призраками Тхэ Уно, невменяемой сценаристкой, готовой быть ее дублером не только в кадре, но и в жизни и фанатичным режиссером, допускающим весь этот бардак ради своего очередного "шедевра".

От звонка собственного телефона, актриса едва не подпрыгнула. Выудив аппарат из сумочки, она обнаружила на экранчике лицо своего личного помощника из агентства.

- Здравствуй, Дже. Что случилось?

- Госпожа Мин Юри, здравствуйте. Меня зовут Чхве Ильсу. В агентстве произошли кадровые перестановки, и теперь я Ваш новый куратор.

- Новый куратор?

- Да, но будет лучше, если я Вам все объясню при личной встрече. Я сейчас нахожусь в гостинице на Чеджудо. Той, в которой разместилась Ваша нынешняя съемочная группа. Мы можем встретиться?

- Да, конечно. После съемок.

- Разумеется. Рад знакомству, госпожа Мин Юри.

- Я тоже. До встречи.

- До встречи.

Положив телефон на стол, актриса скинула халат и снова натянула одежду Да Инсоль. Теперь она чувствовала себя гораздо лучше. Новый игрок на доске - это новая возможность для маневра. Кто знает, не удастся ли ей без лишнего шума избавиться от опасного проекта? Даже судьба Дже, с которым она была связана несколько лет и давно общалась по-дружески, не волновала.

Зато так и подмывало бежать к своему новому куратору прямо сейчас, но тогда пришлось бы объяснять аферу с дублершей, а давать кому-то компромат на себя в ее планы никогда не входило. Лучше сначала присмотреться к этому Чхве Ильсу. Он наверняка будет коротать время в кафе. Но перед этим...

Глаза Мин Юри злорадно блеснули и она снова взяла в руки телефон. Режиссер Канг ответил неожиданно быстро. И он явно был уже не в духе. Тем лучше, добавим маслица!

- Что?

- Режиссер Канг, здравствуйте. Простите, но мой агент уже здесь, в гостинице, и он мне звонил.

Юри вспомнила про "бронхит" и закашлялась, давая режиссеру переварить новость и дополнить ее собственными домыслами.

- Вы встретились?

- Еще нет. Я сослалась на съемки и сижу теперь в номере. Но мне нужно выйти за лекарством. Мне бы не хотелось снова врать своему агенту, понимаете?

- Да, ясно. Подождите еще немного. Мы сворачиваемся. Не выходите из номера. Хорошо?

- Хорошо.

И Юри снова кашлянула перед тем как разъединиться. Даже если они начнут сворачиваться немедленно, час у нее точно есть. Девушка подобрала халат и заколку и ушла в ванную делать перед зеркалом кубышку. Через минуту она уже покинула номер.


Взгляд 18 Двойники


В холле гостиницы съемочную группу ждал сюрприз в виде нескольких журналистов и фотографов. Тхэ Уно при виде их побледнел, а Мин Юри зарылась лицом в шарфик. Подняв к глазам руки, оба одновременно дунули к своим номерам. Но если актер побежал к лифту, то актриса выбрала лестницу. Пара фотографов двинулась за Уно и поймала его, ожидавшего прибытия кабины лифта, в то время как все остальные работники информационного освещения ринулись за Юри. Используя свою фору, она добежала до двери и постучала. В номере было тихо, а на этаже уже появился первый журналист. Актриса повернулась к нему лицом и, придерживая ручку двери позади себя левой рукой, правой стала изображать поиски ключа в своей сумочке. Ногой же она продолжала легонько постукивать в дверь.

- Госпожа Мин Юри, позвольте интервью! Вас выбрали послом доброй воли -- Вы готовы к поездке?

В этот момент "Юри" почувствовала, как дернулась дверь. Она быстро повернулась, звякнула собственным ключом о замочную скважину.

- Извините, мне нужно переодеться.

И проскользнула в дверь, захлопнув ее едва ли не перед самым носом журналиста. Заперев торчавшим из замочной скважины ключом дверь, она привалилась к ней спиной и выдохнула.

Настоящая Мин Юри стояла напротив нее, сложив руки на груди и с интересом наблюдала. Её самолюбию льстил тот факт, что образ ее, Мин Юри, вымотал Инсоль ничуть не меньше, чем ее саму образ Да Инсоль. Пока беглянка старалась отдышаться, Мин Юри прислушалась у двери. Там было в целом уже тихо, но присутствие людей угадывалось. Она приложила палец к губам, призывая к тишине, и поманила Инсоль за собой в ванную комнату.

- За дверью журналисты, верно?

- Да, гнались по пятам и требовали интервью. Ну и жизнь у вас, актеров!

"А работа актрисы -- круглосуточная, чтоб ты знала", - подумала Мин Юри, внутренне усмехаясь.

- Они там засаду устроили. Хотели чего-то конкретного?

- Да, интервью. Что-то про посла доброй воли и поездку...

- Какую поездку?!

- Не знаю, не стала дальше слушать.

Мысли Мин Юри понеслись галопом. Поездка, поездка... А не это ли ее спасение? Куда может отправиться посол доброй воли?.. А не все ли равно, хоть в Африку, лишь бы подальше отсюда.

- Сиди тут тихо! Будет им интервью. А когда я их выпровожу, ты покинешь мой номер.

Инсоль кивнула, а Мин Юри изобразила перед зеркалом теплую, чуть смущенную улыбку и отправилась открывать дверь.

- Господа, я немного устала после съемок, но могу выделить вам пару минут. Давайте спустимся в холл.

Горничная, поливавшая цветы на этаже, завистливо смотрела вслед известной актрисе Мин Юри, окруженной толпой журналистов, заглядывавших ей в рот. Каково же было ее удивление, когда через несколько минут еще одна Мин Юри тихо выплыла из номера. Горничная едва не выронила леечку. Она крепко зажмурилась и сосчитала до десяти, как учила бабушка. Приоткрыв один глаз, она никого не увидела на этаже. Тогда открыла и второй -- тот же результат. Точно призрак! Девушка вспомнила, что она христианка и перекрестилась. Для верности надо бы и красной фасолью запастись...


Взгляд 19. Интервью


Когда переодевшаяся и умывшаяся Да Инсоль спустилась в холл, интервью было в самом разгаре. Тхэ Уно и Мин Юри сидели рядом, а журналисты сражались за право задать очередной вопрос.

- Простите, можно специальный вопрос для журнала "Чудеса"? Фильм "Колдовское озеро" заявлен как мистическая драма. Говорят, съемкам подобных фильмов сопутствуют странные происшествия. С вами не происходило ничего такого?

Актеры посмотрели друг на друга, явно собираясь отвести этот вопрос от себя. После секундной битвы взглядов актриса улыбнулась журналисту:

- Имеете в виду, не видели ли мы призраков? Я -- точно нет.

Тхэ Уно лишь неопределенно пожал плечами.

- Еще один вопрос. Господин Тхэ Уно, Вы сами вызвались на главную роль в "Колдовском озере" после того как от нее отказался Ким Чи Джун, а теперь и победа в сетевом опросе досталась ему. Не чувствуете ли Вы ревности к его популярности?

Актер медленно улыбнулся, наслаждаясь паузой и произнес:

- Хён Чи Джун пошел на определенный риск, когда сделал перерыв в своей карьере, чтобы пойти в армию. И я искренне рад, что былая популярность вернулась к нему так скоро. Я также признателен ему за отказ от "Озера", благодаря которому я сейчас здесь.

Сценаристка подошла поближе и встала позади актрисы. Она уже предчувствовала новый бой с актером и решила за ним понаблюдать. Другой журналист занял место вопрошающего:

- Господин Тхэ Уно, это Ваша первая работа в паре с Мин Юри, верно? Что Вы думаете о ней?

- Она хорошая актриса.

- И это все? Неужели Вас ничего в ней не поразило?

- Поразило и я уверен, не меня одного. У нее удивительное чувство мелодии. Я знаю еще только одного человека, способного танцевать настолько искренне.

Посмотревший в этот момент в сторону партнерши актер вдруг сделал судорожный глубокий вздох и умолк. Журналист хотел было что-то еще у него спросить, но ТхэУно схватил со стола стакан с водой и отдался утолению жажды со всем вниманием. В этот момент еще один мужчина подошел и сел возле Мин Юри. Актриса ему кивнула и представила журналистам:

- Это Чхве Ильсу, представитель моего агентства.

- Господин Чхве, Вы всегда сопровождаете актрису Мин?

- Нет, не всегда. Я только недавно был назначен и прилетел сюда сегодня, чтобы познакомиться с актрисой Мин Юри и обсудить некоторые дела.

- Дела, связанные с визитом?

- И это тоже.

- Госпожа Мин Юри, Вы стали победительницей сетевого опроса как самая яркая представительница шоу-бизнеса. Теперь все с нетерпением ждут Вашего решения. Примете ли Вы участие в визите доброй воли?

- Непременно, как я могу отказаться?

- Уверен, Северная Корея не останется равнодушной к Вашей красоте и талантам.

Мин Юри поймала упавшую челюсть большим и указательным пальцами, изобразив латинскую букву "V", и старательно улыбнулась. Мечтая уехать куда угодно, такого поворота она не ожидала.


Взгляд 20. Красавчик


Возвращаясь в Сеул вместе с выездной съемочной группой "Колдовского Озера", менеджер Ли в который раз вглядывался в лица окружавших его людей. И его не покидало ощущение заговора. Так удачно и вовремя найденный спонсор к вечеру растворился в воздухе. Был ли тому виной первый режиссер, который буквально грудью защищал актрису от общения с фанатом?

Все знают, что Канг Минсок печется об эмоциональном состоянии актеров, особенно звёзд и новичков. И хотя Мин Юри не была ни тем, ни другим, само по себе такое поведение с его стороны не удивительно. Но второй режиссер, она же двинутая на главном герое сценаристка, похоже, вообще отсутствовала на площадке. По крайней мере, обнаружить ее вблизи Тхэ Уно не удалось, и это уже странно.

Режиссеры вообще обычно вели себя наподобие семейной пары. Спорили и ругались, в то же время явно покрывая друг друга. Вот и теперь они громким шепотом обсуждали, что именно снимать дальше. Менеджер с завистью посмотрел на спавшего рядом Тхэ Уно. Тот тоже начал вести себя неожиданно, и пока неясно, чем это в итоге обернется.

Даже сейчас актёр спал отнюдь не безмятежно. По его красивому лицу пробегала такая гамма чувств, какую он ещё не показывал на экране. Менеджер Ли уже давно работал в индустрии и успел перевидать достаточно большую толпу подрезанных, подклеенных и подкрашенных мордашек, чтобы их трендовая миловидность потеряла для него всякую привлекательность. Спокойный расчет, маркетинг, бизнес.

Теперь же он от нечего делать смотрел в лицо парня и видел, как оно теряет свою кукольную правильность. Глаза под закрытыми веками быстро и как-то судорожно двигались, боль прокладывала неожиданные морщины и перекашивала скулы под немыслимыми углами, челюсть отвисла в немом крике, а на висках выступил липкий пот.

Ли смотрел на эти жутковатые метаморфозы и не мог отвести взгляд. Бледный и измученный кошмаром Тхэ Уно вызывал у него симпатию и уважение. Немолодой, битый жизнью менеджер четко осознавал, что таким болезненным способом похороненное где-то под заученными гримасами "я" молодого человека рвалось наружу. Мальчишка пытался стать мужчиной.

Резко открыв глаза, парень как ненормальный уставился на собственные руки. Менеджер Ли тихонько спросил:

- С Вами всё в порядке? Попросить для Вас воды?

- И яду.

Юноша глянул мужчине прямо в глаза и тому померещилось, что по темно-карей радужке пробежали огненные искры. Это закатное солнце запустило в иллюминатор свой последний луч.

- Всё случилось по моей вине.

На его лице еще лежала тень боли и безумия. Кажется, парень не понял, что уже проснулся.

- Это был кошмар. Всё позади. Мы в самолете и летим в Сеул.

Ли сам ушел к стюардессе за водой, чтобы не привлекать внимания к актеру. Когда он вернулся, парень уже пришел в себя и глядел в иллюминатор. Режиссеры перестали спорить и, отвернувшись друг от друга, делали вид, что спят. Остальные пассажиры тоже либо спали, либо скучали. Посмотрев на спину актера, менеджер Ли залпом осушил стакан и повернул обратно. Сесть в кресло рядом с парнем показалось кощунством, как если бы кто-то уже был там, так что Ли решил освежиться и вернуть стюардессе стакан. Необходимости ни в том, ни в другом не было, но Ли просто не смог бы заставить себя сесть на свое место. В призраков и прочую мистическую муть менеджер не верил, но доверял своей интуиции. И если на этот раз она проявилась в такой причудливой форме -- так тому и быть.


Взгляд 21. Кошмар


Тхэ Уно был рад избавлению от внимания менеджера. Он безотрывно смотрел в иллюминатор. Подкрашенные алым солнцем облака казались залитыми кровью и перед глазами вновь проносились образы страшного сновидения.

Следуя за девушкой в красном и видя, как она скрывается в людской толпе, Тхэ Уно вспомнил, что будет дальше. В прошлый раз он потерял её из виду. Но теперь он этого не допустит. Глубоко вдохнув, как перед прыжком в воду, Уно поспешил следом. При его приближении люди превращались в косматых клыкастых монстров, но он не обращал на них внимания, следя за девушкой. Она легко шла сквозь не замечавшую её толпу.

Тхэ Уно не сдерживал крики, когда монстры прибивали его к колесу, чтобы устроить кровавый пир. Все его силы шли на то, чтоб сквозь тошноту и слезы боли неотрывно следить за девушкой в красном. Уже не люди а монстры окружали её со всех сторон. Кольцо замкнулось. С довольными мордами химеры топтали упавший на землю беззащитный красный комочек.

- Не-е-ет!

Вместе с гвоздями оторвав исцарапанные руки он потянулся к ней и с ужасом увидел нити, которые соединяли его пальцы и пасти чудовищ. Внезапное понимание оглушило его и заставило проснуться в холодном поту.

Кошмарное дэжавю. Такой сон не может быть пустым, но единственный случай, который можно было бы как-то связать с ним, произошел 5 лет назад. Тогда фанатку чуть не затоптали на концерте, когда она перевозбудилась и упала в обморок.

Возможно ли, что зыбкое отражение яви лучше безупречного зеркала отразило то, в чем он боялся себе признаваться: девушка лишилась чувств вовсе не от счастья? Но даже если так, то почему это всплывает только сейчас? Для чего именно сейчас? Какая тут связь? И с чем?... Всё это бесполезные вопросы без ответов. Надо отвлечься.

Уно вынул сценарий и открыл, где придется. Взгляд зацепился за реплику "Это я во всём виноват!". Юноша продолжил чтение, понимая, что этот монолог внезапно обрел для него смысл и глубину.

"Джэсу: Это -- моя вина! Я выбрал легкий путь. Наивный! Думал, что просто делать, что говорят, достаточно. Согласился учиться за границей и жил, не задумываясь, а в это время отец изнурял себя работой. Если бы я только мог всё вернуть! Я должен был упросить его оставить меня дома. Должен был быть рядом и помогать ему. Это моя вина, мама. Я не могу просить у тебя прощения. Я сам не могу простить себя. Я не знаю, как теперь всё исправить, как поставить отца на ноги.

Мать Джэсу: Моя мать слышала от своей матери, а та от своей, что в горах Халласан есть озеро. Если мужчина хочет спасти близкого человека, он должен найти его. Но только любящему сердцу откроется путь к колдовскому озеру. Скажи мне сын: ты влюблен?"

Сердце Уно сильно и больно стукнуло в груди. Перед глазами поплыли обрывки воспоминаний. Пари на пьяном глазу, знакомство с Да Инсоль и ее пощечины, завораживающий танец второго режиссера в старом танцзале и столь же волшебный танец актрисы Мин Юри у озера, череда заданий и страданий по вине сценаристки и нежные, осторожные прикосновения свалившейся на него партнерши, такие сладкие объятья и поцелуи красавицы Мин Юри и бередящий душу вечно печальный взгляд Да Инсоль. Суровый, требовательный режиссер-сценарист Да Инсоль и притягательно нежная партнерша актриса Мин Юри.

Сморгнув, Тхэ Уно еще раз прочел: "Ты влюблен?".


Взгляд 22. Ночной визит.


Выйдя из такси у крыльца своего дома, Канг Минсок испуганно отпрянул, когда к нему шагнул из темноты Хан Оксу, одетый уже не по-спортивному, а в строгий черный костюм.

- Добрый вечер, режиссер. Полагаю, Вы меня узнали. Я -- Хан Оксу, фанат Мин Юри и по совместительству специальный агент национальной службы безопасности. Нам нужно поговорить до того как Вы зайдете в дом. Это не займет много времени. За Вашим багажом присмотрят.

Он кивнул таксисту и отправился вдоль по улице. Было видно, что отказа он не примет. Сворачивая вслед за неожиданным визитером в темный проулок, Канг Минсок проклинал менеджера Ли, который познакомил его с этим опасным человеком. Остановившись под сломанным фонарем, Хан Оксу продолжил:

- Актриса Мин Юри дала согласие на поездку в Северную Корею. Официальный визит состоится сразу по окончании съемок, но до этого ей необходимо пройти специальную подготовку. Для всего мира она будет ежедневно занята на съемочной площадке. Ее машина будет приезжать утром и уезжать вечером. В сети появятся несколько фотографий со съемок. Но вы ее увидите только в последний день.

Канг Минсок от такой новости не только дар речи потерял, но даже отпавшую челюсть подобрать забыл.

- Я видел дублершу. Она прекрасно справляется. Даже партнер по съемкам ни о чем не догадался. Я бы и сам обманулся, если бы не знал доподлинно, что Мин Юри пребывала в тот момент в отеле. Кто эта девушка? Вы ведь так и не дали нам познакомиться.

- Это... Она... не может больше быть дублершей. Она наш сценарист и второй режиссер.

- Вот как? А какие отношения ее связывают с ведущим актером?

Минсок вспомнил происшествие в гостинице, но промолчал.

- Понимаю Вас и уверяю, что это не праздное любопытство. Для успеха операции необходимо ограничить круг посвященных: только Вы и она. Никто из актеров или персонала не должен ни о чем догадываться, даже Ваш менеджер. Так сможет она обеспечить секретность?

Канг Минсок вздохнул:

- Да Инсоль все может.

В темноте он не заметил, как Хан Оксу с интересом всмотрелся в его лицо при этих словах.

- О проекте просочились забавные слухи. Говорят, сверхъестественные силы преследуют актеров. Что там за происшествие с Тхэ Уно?

Минсок вздрогнул, а Хан Оксу улыбнулся:

- Что бы там на самом деле ни было, убедите его подлить масла в огонь. Мистика поднимет рейтинг проекта и отвлечет журналистов. Пусть погоняются за призраками.

Проводив режиссера обратно к дому, ночной посетитель напутствовал:

- Ваш фильм должен быть успешным, господин Канг Минсок. На кону возможность заключения мира, Вы ведь это понимаете.

Как не понимать? Минсок чувствовал, что голова вот-вот взорвется от боли. Следовало как можно скорее снизить подскочившее давление. Пока таксист вносил вещи. Режиссер не разбирая дороги проковылял в свою комнату. Перепуганная жена помогла найти нужные таблетки. К счастью, инсульта удалось избежать.