# Черная пыль. Часть первая. Глава третья

Tarasenko Vasily

Роман "Чёрная пыль", часть первая, Глава третья... "- Это чё за фигня? - раздался голос всё того же борца с уличным спокойствием. Андрей заозирался, а потом проследил за взглядом парня. В районе невидимого отсюда мыса Астафьева, за бухтой, застроенной заводами, верфями и причалами, в небо тянулись даже в сумраке видимые ленты чёрной струящейся пыли. Марина тоже это увидела и спросила в никуда: - Они там чего, совсем офигели? В такой день уголь грузят? И почему столько пыли? Распылители не запустили, что ли? - Хорош грузиться! - заорал кто-то из компании хулигана. - Даёшь концерт!"

## Глава 3. Андрей Нагорный, студент. Август 2025 года, г. Находка.


Небольшой торговый район на берегу озера Солёное, напоминал настоящую европейскую улочку с лавочками, фонарями, фонтаном и кирпично-стеклянными витринами магазинчиков настоящей то ли германской, то ли французской глубинки. Во всей этой уютности царил праздничный гвалт, помноженный на столпотворение. И эта толчея не несла в себе ни капли нервозности или озлобления. Люди по-настоящему радовались вечеру, тёплому лету, празднику, которых не так много то и бывает в небольшом городе.


Андрей с Мариной в этот день особо не наряжались. Типично студенческий вид русоволосого парня, выраженный в виде лёгкой белой футболки с капюшоном и чёрных джинсов с синими беговыми кроссовками на босу ногу, сливал его с такими же по сути безликими молодыми людьми, одетыми вроде бы модно и по-разному, но в массе своей - предельно одинаково. Девушка же сегодня выгуливала одно из своих немногих лёгких платьев - что-то такое воздушное, голубоватое, покрытое полуабстрактной вязью рисунков ракушек и морских волн по подолу и лифу. На ногах её красовались классические туфли-лодочки. Ещё недавно она рассказывала кавалеру, как смеялись над её обувью подружки, но вот надела всё-таки. Андрей не мог налюбоваться Маринкой. Сколько себя помнил, они были рядом. Садик, начальная школа, потом общая, а теперь и универ один на двоих. Их семьи жили в Находке в одном районе, на одной улице, в соседних домах. Сотни вечеров просидели они на детской площадке между этими кирпичными пятиэтажками, болтая о том, о сём, а иногда давая волю чувствам. Совсем немного. Но как же это было здорово! Сейчас, перейдя на второй курс Дальневосточного федерального университета, они уже не были такими наивными. По крайней мере, так казалось Андрею. Всё уже у них с Мариной было. И ночи, заставлявшие плавиться от прикосновений, и дни, когда от криков могли нахохлиться обои на стенах малосемейки, которую парочка снимала во Владивостоке, катаясь на учёбу в автобусе. И планы на будущее. Хорошие такие планы, на всю-всю оставшуюся жизнь.


Андрей скормил автомату с напитками банкноту, выловил в окне подачи две баночки типа виноградного типа сока (на самом деле читать он умел и знал состав этой с позволения сказать жидкости), выгреб из спецчашки отгремевшую сдачу и подошёл к подруге, смотревшей на большую плавучую сцену, где техники суетливо готовили звукоаппаратуру. Вечером ждали выступления нескольких владивостокских групп с громкими именами. Находка вообще всегда тепло встречала каверщиков. Даже лучше столичных звёзд. Наверное, потому, что - свои, родные и близкие. Парень отдал ей одну баночку напитка и спросил:


- Как думаешь, нас покажут потом по телику?


- Конечно, - сказала Марина, открыла жестянку и попробовала содержимое.


Ещё днём на видовой площадке их поймала съёмочная группа краевого телевидения и уговорила ответить на несколько вопросов. Андрей в силу некой замкнутости быстро от интервью отпал. А вот его подруга отвечала так, словно всю жизнь только этим и занималась. В итоге все разошлись довольные.


Смартфон в кармане Андрея завибрировал, сообщая о входящем послании. Он достал гаджет, посмотрел, от кого пришло сообщение, и поскучнел. Мама написала три слова: "Отец дома. Злой". Марина поинтересовалась:


- Что там у тебя? Опять папаша докопался?


- Да, - нехотя бросил парень, помолчал и всё-таки продолжил: - Ему всё не нравится, что я с тобой живу. У него на меня какие-то свои планы. Помнишь ведь, как он скандалил, когда я на техносферную безопасность поступил вместо экономического.


- Помню, помню, - протянула Марина. - Твоя мама тогда ещё на него голос повысила.


- Ага, - Андрей улыбнулся. - Он потом так удивлялся... Хорошие они у меня, просто вот такие.


- Это да, - согласилась девушка, на миг помрачнев. Вот уже год прошёл, как её отец скончался от рака лёгких, сгорев буквально за два месяца. Вот так вот, жил, жил, а тут раз - и нет его больше. Поняв, о чём она подумала, Андрей, как и всегда, подхватил её под локоть и повлёк, куда глаза глядят, чтобы отвлечь. Через минуту они оказались на каменной набережной, с которой к сцене спускались несколько широких трапов. Андрей вскрыл баночку с соком, разрисованную корейскими иероглифами, залпом опустошил её, кинул жестянку в близкую урну и почувствовал на зубах песок. Поморщившись, он сплюнул, вытер ребром ладони губы и посмотрел на кожу. Небольшой тёмное пятнышко заставило его вздохнуть:


- Твою собаку, а... Эта пыль уже достала! Фестиваль угля, фестиваль угля. Его и так до фига, а они ещё больше планируют переваливать.


- Не ворчи, - одёрнула его девушка.


- Сейчас, разгонюсь и перестану, - недовольно проворчал парень. - И хватит меня строить.


- Пфе, - фыркнула Марина. - Больно надо. Просто не ворчи, хороший ведь день.


Андрей улыбнулся и тут же забыл о пыли на губах. Лишь мельком глянул в темнеющее небо, по которому привычно стелилась прозрачная сероватая дымка. Над городом уже пару лет висела такая вот вуаль угольной пыли. И никто с этим ничего не делал. Только разговоры разговаривали в верхах. За год учёбы по выбранной специальности Андрей уже понял, что не такое простое это дело - техническая экология, особенно когда этот вопрос надо сопрягать с безопасностью. Вон Фукусима в одиннадцатом году уже показала, что человек способен лишь предполагать и надеяться. Его мысли скакнули к новой краевой страшилке - полигону атомных отходов, который запланировали якобы создать недалеко от Находки, под городом военных моряков Фокино. Да никакой дебил не станет так рисковать... Если это не российский чиновник, охочий до лёгких денег. А у нас правительство уже вытянуло всё, что могло из страны, теперь судорожно пытается притянуть внешние инвестиции, потому и заговорило о программе по переработке ядерных отходов стран азиатско-тихоокеанского региона. В общем, полный конец обеда, как говорил герой старой фантастической книжки. Если они действительно начнут это строительство, им народ способен припомнить даже советский эксцесс с той рванувшей ракетой на подводной лодке во время погрузки. Как раз в посёлке Дунай или где-то рядом, там, где базируются подводные атомоходы. Историю же с нефтеперерабатывающим заводом в морском биозаповеднике замяли. Так и тут будет. Сначала замнут, а потом, лет через несколько, потихоньку начнут строить. Плавали, знаем. Завод минеральных удобрений и нефтехимический комбинат уже построили как раз по такой схеме. Громкий смех рядом отвлёк Андрея от размышлений. Он приобнял Марину за талию и осмотрелся.


Пока они стояли и наслаждались вечером, на набережной становилось всё больше отдыхающих. Совсем рядом от парочки расположилась компания в количестве пяти парней и стольких же девчонок. Именно оттуда гогот и донёсся. Один из молодых людей, чуть постарше Андрея, нагло посмотрел в глаза парню и сказал:


- Слышь, паря, ты чего такой слабый? Вон как в девчонку вцепился. Упасть боишься?


- О, господи, - едва слышно протянул Андрей. Как же ему надоели такие вот напористые глупые люди. Марина услышала его вздох, оценила ситуацию и с улыбкой сказала наглецу:


- Тебе завидно, что ли? Кому хочу, тому и разрешаю себя держать.


- Оба-на! - расплылся в улыбке приставала. - То-то я погляжу, он у тебя такой послушный, как собачка. Тапочки ещё не носит в зубах? А спит на коврике у дверей? Или на улице?


- Ты совсем попутал, - вспылил Андрей. - За базаром следи!


- Ой, боюсь, - протянул наглец.


- Хватит, - твёрдо сказала Марина. - А то уже я начну в остроумии упражняться. Ты уверен, что у тебя в достатке того, что ходить мешает? Могу помочь, есть знакомый ветеринар - третье пришьёт. Для солидности.


Болтливый парень аж офонарел от такой отповеди. В его компании, притихшей было, раздались смешки. Наглец задышал неровно, даже краснеть начал, а потом вдруг взорвался громким смехом, отчего несколько чаек на воде возле сцены с воплями сорвались в небо. Похоже, инцидент был исчерпан. Но его суть стала для Андрея неприятным поводом для размышлений. Это с каких пор его защищают девушки? Он с улыбкой наклонился к уху Марины и спокойно прошептал:


- Спасибо, конечно, русалка. Но больше так не делай.


- Так, это как? - невинно захлопала глазками девушка.


- Ты у меня умница, сама всё понимаешь, - уже без улыбки добавил Андрей. - Я сам разберусь с таким вот типом. Без твоих умных реплик.


- Обижусь ведь, - так же серьёзно ответила Марина. Они несколько секунд смотрели друг другу в глаза, после чего с лёгкими улыбками невесомо поцеловались, давая знать, что услышали друг друга и выводы сделали. Всё-таки не первый день вместе.


- Это чё за фигня? - раздался голос всё того же борца с уличным спокойствием. Андрей заозирался, а потом проследил за взглядом парня. В районе невидимого отсюда мыса Астафьева, за бухтой, застроенной заводами, верфями и причалами, в небо тянулись даже в сумраке видимые ленты чёрной струящейся пыли. Марина тоже это увидела и спросила в никуда:


- Они там чего, совсем офигели? В такой день уголь грузят? И почему столько пыли? Распылители не запустили, что ли?


- Хорош грузиться! - заорал кто-то из компании хулигана. - Даёшь концерт!


Народ вокруг зашумел ещё громче. А на плавучей сцене из-за жёсткой кулисы вышел парень в чёрной мантии с глубоким капюшоном, повелительно взмахнул руками, призывая к тишине, после чего сказал в микрофон:


- Итак, привет, народ!


- Привет!!! - отозвалась гулом набережная.


- Меня вы, наверное, знаете. Если же нет, представлюсь. Леонтий Кысь с вами весь вечер! Сегодня! Начинаем Фестиваль угля! Даёшь стране чёрного золота!


Кто-то в гомонящей толпе засвистел.


- И на разогреве у нас сегодня, пока готовится первая группа, какая - не скажу, встречайте! Марина Коршун! Звезда дальневосточного стенд-апа! Прошу любить и жаловать!


Народ зашумел, а на смену ведущему к людям вышла невысокая темноволосая девушка в бежевой толстовке, джинсах и с обручем "заячьи уши" на голове. Выхватив у Иннокентия микрофон, она с ходу начла нести что-то про лучший город у моря, приколы на отдыхе и пользу угольных ванн. Почувствовав, как напряглась Марина, Андрей успокаивающе погладил её по плечу. Пока бред вздорной девчонки плыл над озером, парень стал рассматривать близлежащий берег водоёма. Особенно то место, где клубилась мошкара. Почему она там собралась, никто бы не понял. Просто над кромкой воды темнела колышущаяся в воздухе тучка чего-то, похожего на облако гнуса. Правда, почему-то Андрею показалось, что этот самый очень мелкий гнус порциями вылетает из воды, словно клочья чёрного тумана. Тряхнув головой, парень вдруг уловил, что Маринка смеётся. Оказалось, неумную девицу сменил другой стендапер, теперь уже парень по имени Гоша Балдин. Вот его выступление народу понравилось. Оно не касалось болевых точек города. Понятно, что первая деваха просто выполняла заказ, но совесть-то иметь надо.


На набережной стало совсем весело. Народу набилось так, что захоти кто уйти, пришлось бы по плечам это делать. Наконец, на сцену вырвались члены первой по списку группы. Каверщики "Ультиматума" реально завели толпу отличными роковыми версиями попсовых хитов последних лет. За ними вышли первые мастодонты вечера, владивостокская группа "Море! Море!". Едва они заиграли первые аккорды какого-то импортного рок-шедевра, телефон Андрея завибрировал, теперь уже от звонка. Парень быстро воткнул в ухо наушник от гарнитуры и чиркнул пальцем по экрану телефона. Звонил отец. И первое, что он спросил, было:


- Ты где, сын?


- На Солёном, - ответил Андрей, поднеся телефон ко рту, чтобы его голос было слышно. На набережной было по-настоящему шумно.


- Ясно, - ответил отец. - Когда домой планируешь?


- Не сегодня.


- Нам надо поговорить, - раздражённо сказал родитель. Андрей постарался ответить спокойно:


- Говори сейчас, или давай завтра. Приду домой от Марины, и всё обсудим.


- И об этом тоже хотелось бы поговорить, - тяжело выдал в телефон где-то дома отец.


- Давай завтра? - с надеждой предложил Андрей ещё раз, всё ещё надеясь, что обойдётся. Не обошлось. Отец уже громко приказным тоном распорядился:


- Чтобы через час был дома. Ты меня понял?


- Не надейся, - отрезал сын. - А то я не знаю, что ты будешь мне говорить. С кем встречаться, жить и заниматься любовью, решать могу только я, тебе ясно? И на кого учиться, решать только мне! Хватит уже. Завтра поговорим.


Пока на той стороне разговора не взорвалась бомба, Андрей быстро сбросил звонок. Отец ещё пару раз набирал его номер, но парень и не думал отвечать. Его раздражённый взгляд зацепился за облако мошки над водой. Оно стало ощутимо больше. Да нет, бред это всё. Он крепко обнял Маринку и жёстко, почти грубо поцеловал в губы. Девушка успокаивающе погладила его по щеке. Андрей же прошептал, оторвавшись от неё:


- К чёрту всё! Завтра он меня прибьёт. А сегодня у нас праздник. Пошли они все!


И они снова слились в поцелуе под звуки мелодичного рока. Праздник вокруг набирал обороты.