# Три часа из жизни Фёдора Ловчева

Аноним Ловкий

- Знакомьтесь, ребята, это Джулия Оллсон.

Я посмотрел на довольного Шмеля. Вообще-то посылал его к комвзводу совсем за другим, в частности, за несколькими бойцами, чтобы те усилили нашу огневую мощь, буде дело, и никаких Оллсонов не заказывал. Потом глянул на девушку. Красивая и, как говорится, всё при ней. Даже СВД. Тоже снайпер? Мало нам одной Маши? Хотя снайперов много не бывает, эти всегда пригодятся, особенно по нынешним временам, когда людей вообще наперечёт.

- Американка что ли? - буркнул Сергеич, подняв голову от книги.

- Русской родилась, русской и помру, - ответила девушка. Голос приятный, богатый интонациями. Но сейчас в нём чувствовалась некая толика раздражения. - Отец назвал в честь Джулии Робертс, чтоб им обоим ни дна, ни покрышки.

- А мать? - удивился Сергеич.

- Что мать?

- Не против была, что отец решил так назвать? Не приревновала?

- Не против, с отцом не поспоришь, тот ещё козёл... был.

- Ладно, хорош о прошлом, - вмешался я. - Шмель, что за дела? У Климова во взводе мужики перевелись?

- Он сказал, что вопросы с личным составом решают командиры повыше. Пришлось того, к самому Щукину. И... вот.

- Понятно. Ты в курсе, кто мы такие, Джулия?

- Щукин проинформировал в общих чертах. Мол, разведгруппа, тихо пришли, тихо ушли, и всё такое.

- Да, верно, именно что тихо. Но не всегда так бывает. Сегодня как раз такой день, что придётся, наверное, пошуметь. Мы тут недавно мимо складов на Аустрина проезжали, вот туда через часок и отправимся, но там ходячих, как блох у дворняги, тихо не получится, сама понимаешь.

- Понимаешь, - кивнула Джулия. - Мне, как обычно, прикрывать?

- Разумеется, для того тебя и прислали. Хотя мы просили людей другой, хм, квалификации... Ладно, знакомься пока с ребятами, время есть, потом обсудим план операции, кто где, что за объёкт, пути отхода и прочее. А я к Щуке.

И отбыл к командиру части. Что он мне одного человека дал? Просил же хотя бы полвзвода, огневая поддержка в таких делах решает многое, если не всё. Снайпер, конечно, хорошо, но пять-семь автоматчиков всё же лучше, когда они тебя прикрывают.

Щукин оказался у себя, с кем-то ругался по рации. В помещении накурено, возле карты Унска, что висела на стене, стояли начштаба и пара мужиков из хозчасти, ещё кто-то сидел за столом, в общем, рабочая обстановка, но и я не праздношатающийся. Кивнул начштабу, подошёл к столу, дождался, пока командир отматюгается, спросил с невинным видом:

- Мне, тащполковник, с двумя снайперами-то может какой детсад или школу спасать, ну её на хрен эту гречку с пшеном и тушёнкой, а?

- Ловчев, дам ещё троих, только отстань, не видишь, запарка полная? - Щукин кивнул в сторону окна.

- Вижу, но мы тоже не на пикник собираемся.

Вообще-то с некоторых пор это уже обычная рутина - клянчить людей, патроны, оружие, транспорт, ГСМ, обувь и даже зубные щётки, почти все здесь оказались в статусе беженцев, да ещё большинство офисные хомячки и тот же планктон, балласт, короче. А вот врачи на вес золота. Слесаря и механики. Водители-универсалы, военные, которые стрелять умеют, а не только строем шагать, грамотные аграрии и прочие в том же духе. Зачем, к примеру, при зомбиапокалипсисе сторожа или дворники? Менеджеры по продажам? Юристы и бухгалтера? Вот именно. Потому что на дворе не только конец апреля, а ещё и конец света. Остаётся бороться за то, чтобы не попасть под новую волну "естественного отбора", постараться оказаться в числе тех, кто унаследует Землю, какой бы она потом ни стала. А в том, что будут выжившие, что будут те, кто на развалинах старой цивилизации построит цивилизацию новую, сомневаться не приходится. Всегда найдутся люди, которые выживут при любой катастрофе. Вот в списки таких людей я и намерен попасть. Погибать не согласен категорически. Оттого и клянчу лишнего человечка с автоматом или лишнюю канистру для авто. Обидно сдохнуть рядом с заглохшей машиной с пустым бензобаком или с автоматом в руках, из которого нечем стрелять, а можно только отмахиваться. От одного ходячего ещё отмахнёшься, а от толпы таких - сожрут и не подавятся.

- У тебя всё?

- Ну, троих так троих. Разрешите идти?

- Слушай, у вас всё-таки обычный рейд, глянуть, что там к чему, и обратно. А вот завтра, после твоей разведки, нагрянем на склады с колонной грузовиков и под серьёзным прикрытием, если окажется, что там есть, чем поживиться. Хотя в последнем я не сомневаюсь.

- Забавно.

- Что именно?

- Да сами сидим на складе Госрезерва, а побираться ездим в город, рискуем зачем-то.

- Слышь, разведка, не начинай, а? Давно уже всё обговорено, давно уже всё решено. Склад Госрезерва не бездонный, и так берём оттуда по мере необходимости, а пополнять чем? Думать надо не о сегодняшнем дне, на базе больше двадцати тысяч народу, кого за три месяца спасти удалось. И землю пахать начнём, и огороды будут, и детсады со школами наладим - вот какое оно, будущее, всё с нуля. А у меня всего полторы роты, чтобы этих людей охранять от нелюдей, которые сюда добредут по-любому... Да что я тебе! Сам видишь такое каждый день.

- Ладно, Егорыч, это я так, от избытка чувств. Спасибо, кстати, за девочку Джулию, да ещё снайпера. Откуда такая? И чего Оллсон?

- Если в двух словах, то выскочила замуж за шведа, лишь бы из дома подальше, отец там был тот ещё фрукт, знал я эту семью. А муж у неё оказался серьёзным товарищем, стрелять научил, приёмам самообороны, считал, что в Швеции политика открытых дверей до добра не доведёт, особенно по части мусульман. А девочка ещё оказалась талантлива, настоящий самородок, стрелок от бога. Так что ты мне её не обижай, от сердца, можно сказать, отрываю.

- А муж где?

Щукин развёл руками.

- Сгинул скорее всего, не говорит, а мы и не спрашиваем. Не принято, сам понимаешь. Как только сумела добраться из Швеции, когда Пипец начался... За одно это девку уже уважать можно.

- Ничё себе... Впечатляет. Тут по прямой до скандинавов километров четыреста, но всё равно сдохнуть тыщу раз можно. Ок, поехали мы. Заодно в деле её посмотрю.

- Климов троих даст, распоряжусь. И это, Федь, Шмеля своего не присылай больше, не люблю нахалов. Ты не в счёт.

- Ладно! - рассмеялся я. С Щукиным мы друзья, хоть я и давно в отставке. Но когда-то друг друга крепко выручали, я ж в разведроте служил при мотодивизии, замом ротного, а Щука комбатом там же. Знаем друг друга давно и прочно.


Выехали на нашем "Урале" с кунгом. За рулём Шмелёв, он же Шмель, я рядом, с планшетом, в который закачал подробную карту местности. Остальные в кунге. Джулия с Машкой сразу оказались на короткой ноге, щебетали чего-то об оптике и глушителях, еле в кунг затолкал. Женщины, мля, об оружии, как о косметике. Сергеич, наш пулемётчик, слушал и только посмеивался в короткие седые усы, поглаживая ствол своего ПК. Ребров, как обычно, дремал. Что он по ночам делает? Равиль всегда смотрит прямо перед собой, будто молится, до окружающего и дела нет. Ну, и трое автоматчиков из взвода Климова. Эти молодые, бледные, каждый выезд на мандраже. Тоже понять можно. Те, кто посмелее, разбежались в первые недели Пипеца, прихватив оружие - к семьям, любимым девчонкам и так, за приключениями, ибо служба достала, а тут и повод нашёлся. Дураки. По нынешним временам такие базы и городки, как наш, единственный будет гарант безопасности, и то относительный. Да плюс рядом склад Госрезерва, который Щукин и охранял, перевёлся сюда в своё время. Сила, короче. Если всё сохраним и приумножим. Но главное, не паниковать, а с умом и обстоятельно. Тогда, глядишь, и жизнь наладится. Хоть какая. Но нам много и не надо...

- Поехали!

Шмель кивнул и врубил вторую.

За периметр выдвинулись в десять с копейками. А тут вовсю уже работа кипит: гусеничные бульдозеры на базе Т-52 делают насыпь, трактор ковшом выкапывает ров, дальше народ тянет "колючку", вторую линию, под прикрытием БТРов. Площадь городка большая, хотя сам склад и под землёй. Перед воротами тормознули, отметились у старлея, куда и зачем. Он внёс нас в журнал, кивнул, давайте, мол, счастливо. Рядом с воротами вкопаны по бокам два танка. Это нам повезло, что под Унском несколько воинских частей, кроме нашей, в том числе вертолётный полк и отдельный танковый батальон. Думаю, Щукин и вертушки приспособит. Как только с горючкой разберётся, своей всё-таки не так много, и надо всё время пополнять запасы. Топливо нынче, как и опытные люди, на вес золота. Аксиома.

Шоссе более-менее, хоть по нему и танки прошли, когда их сюда перегоняли вместе с бульдозерами. Тоже ещё задача: из того же батальона собрать всё ценное и просто нужное, чтобы в одном месте было, в одном кулаке. И не только из батальона. Собственно, мы наводку и даём, где что есть ценного, какие ресурсы, какое продовольствие. Особенно важно последнее. Без железа ещё как-то прожить можно, а вот голод - вещь совсем нешуточная. Со всеми из него вытекающими.

На повороте к городу блокпост. Бетонные блоки прячут БМП, рядом УАЗ наряда. Я помахал рукой дежурному офицеру. Тот кивнул в ответ. Считай, каждый день мимо проезжаем, тут в курсе.

- А хорошая девочка, да, Ловкий? - Шмель разогнался до пятидесяти, закурил. Сто раз говорил, что бросать пора. Чем он дымить будет, когда мародёрка закончится? В ответ лишь пожатие плеч: на его век, мол, хватит, а там плевать.

- Эта девочка из Швеции вернуться смогла. После Пипеца уже.

- Серьёзно?

Я уткнулся в планшет. Хоть маршрут разобрали и детально, определили каждому его позицию, но всякий раз думаю, вдруг чего-то не учли? И салабонов возле себя держать, эти народ вообще толком не обстрелянный, зомбаков по ящику только и видели.

К окраине подъёхали без приключений, а то бывает... всякое. Неделю назад тоже вон ехали разведать, что творится на НПЗ, а через шоссе пёрла куда-то толпа ходячих, молча и целенаправленно. Ну, то, что молча, оно понятно, зомбаки не дышат, говорить не могут, а вот куда они шли, осталось непонятным совершенно, в той стороне только карьеры. Шмель задом сдавал с километр, хотя никто на машину и не бросился, что тоже странно.

- Здесь налево.

Пошёл частный сектор. Как правило всякий большой город, а население Унска под восемьсот тысяч было, по окраинам украшали коттеджи, бревенчатые пятистенки, хозяйственные объекты всевозможного назначения, куча складов, пара-тройка заводов и на приличном отдалении, куда вела автострада, как вишенка на торте - аэропорт. Но нам туда пока не надо, хотя про авиационный керосин отцы-командиры уже думают.

Шмель снизил скорость, выплюнул сигарету через окно, окно прикрыл. Движок у "Урала" мощный, на пониженных не так рычит. Одиночные зомби не страшны, да и с десяток ходячих тоже не проблема, а вот толпа в сотню-другую уже проблемы создаст. Можно, конечно, их давить, но есть риск застрять, пару раз такое уже было, еле ноги унесли, и потом мыть машину удовольствие охренительное. Так что крадёмся на цыпочках и почти не дышим.

- Как вы там? - спросил Сергеича через гарнитуру. - Готовьтесь, скоро будет на месте.

- Нормально, девки всё о своём щебечут.

- Ага... Здесь направо.

Вывернули из проулка прямо на остановку с замершим тут навсегда автобусом. Причём в салоне было несколько зомби, и двери закрыты. На месте шофёра тоже сидел такой же. Проехали мимо, я глянул на него. Совершенно белые бельма, рот открыт, синюшняя кожа. Вот он, Пипец, в своей красоте и доступности, жри не хочу. Три месяца уже насыщаемся. Заваруха началась в феврале. Хорошо, поняли сразу, чего от этого ждать и куда бежать. И, конечно, повезло. Что не заразились, что не укусили, что не пропали за просто так, что мародёры не грохнули и, главное, повезло в том, что было где именно схорониться, спасибо Щукину и его отцам-командирам. А потом начали спасать других. По мере сил и скудных возможностей. Потому что умные люди командовали. Которые понимали, что жить надо не мародёркой и не сегодняшним днём.

Выехали на Аустрина. Через полтора километра начнутся складские территории. Ближе к ним небольшой подъём. И полно брошенных машин, Шмель матерится, лавируя, лишний раз не хочет шуметь, на передний бампер наши технари-умельцы наварили конусообразный таран, расталкивай легковой мусор налево, направо. Но водила не хочет, беречь машину у него в крови.

Я таращусь в планшет и командую:

- Тут съезжай, подъедем с тыла, мало ли.

Свернули на грунтовку, она вплотную к бетонному забору, который как раз склады и огораживает. Грязища, лужи, ухабы и рытвины. Нормально, тут особо и не ездили, ещё и деревья, тополя, кусты, всякий хлам по сторонам. Но "Уралу" всё равно, что под колёсами, шоссе или грязюка, везде пройдёт.

- Стой!

В принципе хотел доехать до ворот, они дальше, куда маневровые локомотивы по железнодорожной ветке вагоны загоняли, ворота эти открыть или протаранить, а там по обстоятельствам. Но решил по-другому. Через забор проще будет. Высотой он метра два всего, правда, с колючкой поверху, что для толковых ребят вроде нас вовсе не преграда.

Вылез из кабины, прикрыл дверь, автомат закинул на плечо. Из кунга уже выходили.

- Равиль, лестницу не забудь.

Лестница у нас хорошая, как раз для таких случаев. Колючка вся ржавая, для близира, или для местных пацанов, чтоб не лазили. Перекусить раз плюнуть. Спустились на ту сторону без приключений.

- Шмель, опять на связи.

- Удачи!

По эту сторону забора почище, идём тихо, друг за другом, я первым, Равиль замыкает. Вокруг кусты и старые ветлы, кора аж закостенела от старости. Впереди постройка из силикатного кирпича, видна пожарная лестница. Весьма кстати.

- Маша, давай на крышу, страховать будешь.

Подсадили, и она быстро стала подниматься наверх. Экипирована что надо: сплошной камуфляж, броник, на голове полимерный "Армаком" с наушниками и микрофоном. И стрелять умеет. По вводной, если у объекта будут ходячие, она их отстреляет. Если толпа - предупредит. Так что мы пока подождём, спешить некуда.

Через минуту услышал:

- На позиции... О, чёрт! Там менты и чёрные, на трёх машинах, одна грузовая, два "крузака".

- Что за чёрные? - сразу не понял.

- Да эти... с гор.

Так, моя милиция меня бережёт. Кто бы сомневался. И что бережёт, и что бандитствовать сподручней с теми, кто всю жизнь этим занимается. Была б моя воля... А почему, собственно, не моя? Своим сказал:

- Я сейчас, гляну, что почём.

Подкрался к углу, выглянул.

Дальше большое пространство, асфальтированное, несколько брошенных "Газелей", торговая палатка, разломанные ящики, обёртки от упаковок, бумага и прочий мусор. Похоже, тут уже бывали, и не раз. У эстакады грузовой тентованный "ЗиЛ", что-то в него грузят, рядом трое ментов с "ксюхами", чего-то обсуждают, ржут. И пятеро черноволосых, бородатых, тоже все с автоматами, возле двух внедорожников. И валяются несколько зомбаков. Видно, что подстрелены недавно. Идиллия, блин. Словно и не конец света, а будний весенний день. Кстати, грузят машину трое измождённых мужиков, за версту видно, что рабы. Смотрит за ними ещё один мент, этот с плёточкой. Ах вы, суки. Хоть бы ментовские бушлаты сняли, не позорились, так нет, пусть все видят, кто в городе хозяин. Хозяин, говоришь?

Я запомнил, кто где стоит, и вернулся к своим. Обрисовал ситуацию.

- Валить однозначно, - Ребров сплюнул. - Рабство вводить - последнее дело.

- Дело даже не в этом, - тихо проговорила Джулия. - Вы не представляете, что будет, если такие вещи спускать. Особенно тем, в джипах. Шариат станет нормой. И мы уже не спасёмся. Уж поверьте, я знаю, о чём говорю.

Посмотрел на климовских. Молодые совсем. Незадача, не гоже их так использовать, психологию никто не отменял, могут и сломаться. В зомби бабахать - одно, а в живых людей - совсем другое. Даже в таких.

- Остаётесь здесь, в резерве, - те не возражали. Поняли, что будет. Я бы на их месте тоже не возражал, стыдиться тут нечего. - А мы, мужики и... дамы, вот чего сделаем...

Джулию тоже отправил на крышу, пусть вдвоём с Машей сверху, как в тире. А мы рассредоточились по позициям. Сергеич с пулемётом отполз к разлапистой ветле, рядом с ним залёг Ребров, злой, как чёрт. Этот спуску не даст.

Мы с Равилем автоматы к плечу, будем молотить из-за угла.

- Без суда и следствия, старшой? Может, с этими так и надо, не знаю... Но что-то тут всё равно не так...

Может быть. Но тот, с плёточкой, стал последней каплей. Нельзя так, ребята. Надо оставаться людьми. Даже тогда, когда кругом полно нелюдей. Потому что, господа, тогда этой плёткой стеганут вас и вы даже не успеете увернуться. Знаем, проходили.

Оглянулся на молодых. Те сжимали автоматы, вцепились в них, как в спасательный круг. Вот за таких я сейчас и буду стрелять. И за тех, что в городке. И за тех, кто не успел и уже не успеет. И это правильно.

- Лучше отвернитесь, ребята... Приготовились. На раз, два, три. Маша, Джу, цели по усмотрению. Раз... Два...

- ТРИ!


.