# Возвращение

Екатерина Анатольевна Степанидина

Генерал даль Соль резко поднял голову: в конце коридора неподвижно застыл Милорд.

Чужое, незнакомое лицо, тело, данное Раиной Сойтар, и всё же... взгляд, который невозможно не узнать, невозможно забыть.

Эльснер даль Соль стремительно пересёк коридор и опустился перед отцом на колени, низко склонив голову.

Генерал вздрогнул. Мысли о том, что этого не может быть, разлетелись и исчезли, как погасшие искры.

Это - есть. И ты ничего не сделаешь против правды, разве что закроешь глаза и попытаешься обмануть себя.

Линн, ничего не понимая, переводил взгляд с Милорда на генерала, хотел что-то спросить, но не решился.

- Встань, - генерал хотел было дотронуться до плеча Эльснера задрожавшей рукой, но не смог. - Прекрати... это Императору нужны были поклоны.

- Нет, - глухо отозвался тот. - Там... другое. Я не знаю, сумеешь ли ты меня... простить.

Генерал тяжко вздохнул.

- Я воевал с тобой.

- Я знаю.

- Я не знал, что это был ты.

- Если бы знал - то тоже воевал бы.

- Да.

- И был бы прав.

- Я знаю.

- Прости меня. Скажи, что я могу назвать тебя отцом.

Линн ошеломлённо уставился на обоих. Милорд, словно почувствовав, вскинул голову.

- Ты спас моего сына. Моих детей. Ты дал им возможность вырасти людьми. Ты сделал так, что мой сын вопреки всему меня любит.

- Не совсем я...

- Нет. Это ты. Я загнал память о тебе в такие глубины сознания, что думал, - она похоронена там, но сейчас я увидел, что она жива. Сделай что-нибудь, прошу, я не могу выносить это... слишком больно.

- Ещё бы. Быть человеком всегда больно.

Генерал смотрел на него сверху вниз.

Эльснер. Как же давно это было...

Линн - молчит, только просит, одними глазами... тоже просит. И - боится. Боится, что его отца никто и никогда не простит. За Элдерран, когда он стоял рядом с теми, кто взрывал планету, и не остановил... да мало ли за что. Счёт большой. Длинный. Не на одну жизнь хватит...

- Эльснер, я...

Голос прервался.

- Эльснер, я не буду предъявлять тебе счёт. И проклинать тоже не буду... не люблю дешёвых мелодрам. Всё это так неожиданно...

А если оттолкнуть его - что будет? Опять не удержится, найдёт новую пропасть? Неужели он просто не может крепко стоять на собственных ногах? Или - нет? Или это было наваждение Императора, пробудившее в нём ту тёмную сторону человеческой природы, которая дремлет в каждом? Сильно ли он виноват? Ведь он мог бы и не вернуться... Линн сказал - он убил Императора, защищая его...

- Эльснер...

Как же унять эту дрожь, предательскую дрожь руки... Дотронуться до плеча. Когда-то Эльснер был счастлив, возвращаясь в дом, которого больше нет, и они могли говорить долго, вечерами, переходящими в ночь, а потом он уходил к себе, и у него была своя жизнь и свой очаг, который он сотворил сам... Не вернуть - ни дом, ни людей, ни время.

Эльснер бережно взял руку генерала в свои и коснулся губами.

- Спасибо... отец.

Линн обернулся первым: резкие шаги за спиной несли слишком много непокоя, чтобы он не насторожился. В следующий миг он уже засветил лазерный меч, - успел отбить алые разряды за мгновение до того, как они обрушились бы на Эльснера. Позади стрелявшего уже появились люди, кто-то кричал, пытался распоряжаться, никто никого не слушал. Эльснер, пригнувшись, смотрел снизу вверх на то, как Линн прикрывал его.

- Назад! - голос Линна был стальным. - Я не позволю вам его убить. Это понятно?

- Линн, что ты делаешь?! Отойди!

- Я сказал - назад!

Генерал шагнул вперёд, встал рядом с Линном. Стрелять больше не решались: сверкающий взгляд Линна останавливал не менее убедительно, чем лазерный меч.

- Сдать оружие. За попытку убийства пленного - под суд.

- Но генерал! Это же Милорд!

- Хватит. Выполнять.

Стрелявший в ярости швырнул бластер под ноги генералу, - не поставил на предохранитель, алая молния ударила в стену и чудом никого не зацепила. Линн выключил лазерный меч только после того, как арестованного увели.

Генерал даль Соль глянул вслед уходящим. Хорошенькое начало мирной жизни, нечего сказать...

Эльснер встал.

- Ничего не поделать. Для другого начала мирной жизни вам надо было бы меня похоронить.

Генерал помрачнел: понял, что Эльснер прочитал его мысли. Теперь придётся ещё и к этому как-то приспосабливаться...

- Надо срочно вылетать в Столицу, - хмуро сказал Линн. - Имперские службы сдались, но высшего уровня допуска там, конечно, ни у кого нет. Вскрывать коды - долго, так что...

- Где Лейя? - прервал Эльснер. - Здесь, на Свейзе?

- Нет, она сюда не прилетала. Гантенир Вайкири был ранен, она увезла его лечиться на его родную Энтиду.

Эльснер кивнул. Информация о выжившем Милорде будет закрыта, конечно... будут знать только те, кто сейчас здесь, и с них возьмут обязательство о неразглашении. Точнее, уже взяли. Кто не успел, тот опоздал. Может, это и к лучшему.


***

- Линн, Хасан... генерал даль Соль, простите, но в это невозможно поверить. Когда, вы сказали, была операция?

- Два дня назад, - устало ответила Раина. - Послушайте. Я должна всё-таки поспать, это даже для меня слишком. У вас есть хоть один медик тут, в Столице? Я покажу свой медицинский центр, мы сделаем проверку. Только при условии, что среди вас найдётся человек, который в состоянии что-то понять. Если нет - ищите специалиста, а я за это время высплюсь. Я не могу уже, я на ногах не держусь. Отпустите меня, пожалуйста.

Линн с тревогой смотрел на Раину: Хасан Пайела обнимал её за талию, она на нём почти повисла.

- Мне, знаете ли, тоже трудно поверить, что прошло так мало времени, - неожиданно признался Милорд. - Но факт остаётся фактом. Вы хотите доказательство, что это действительно я?

Он слегка пошевельнул пальцами, - и один из тех, кто сидел в центре управления, задыхаясь, схватился за горло. Остальные повскакали с мест, Линн рванулся к Милорду. Тот сразу же опустил руку, и человек свалился на пол, - обретя возможность снова дышать.

- Ещё вопросы есть?

Он оглянулся на всех.

- Нет, - вразнобой донеслось в ответ.

Линн услышал в чужих мыслях: вопрос есть только один - зачем было его спасать... Подал руку, помог подняться, видел, что человек насмерть перепуган. Страх и яркое пламя ненависти к Милорду нависали со всех сторон, давили, и к этому примешивалась жалость к Линну: вот же угораздило, бедолага, никому и в голову не могло прийти, что этот - твой отец...

- Очень хорошо, - спокойно сказал Милорд. - В таком случае, я готов показать вам то, что вас интересует.

Хасан бросил на него ненавидящий взгляд и увёл Раину прочь из центра управления. Линну тоже страшно хотелось уйти и заснуть, но он держался: нельзя, пока отец среди людей, - надо быть с ним... и только потом, после окончания дел, найти, где можно безопасно разместиться. Цитадель Столицы огромна, здесь, - он на миг содрогнулся, - была постоянная резиденция Императора. А ещё - одна из резиденций Милорда, главнокомандующего имперским космофлотом. И он наверняка не захочет туда возвращаться.

Генерал даль Соль вместе с остальными внимательно изучал то, что открывал Эльснер: что-то они разведали, но многое было новым. Линн поначалу пытался вникнуть, но вскоре понял, что не сможет, - нахлынула дикая усталость: слишком недавно рядом прошла смерть, слишком резко горе утраты сменилось счастьем обретения... Не уходила навязчивая жуткая мысль: а вдруг на самом деле он продолжает спать на Свейзе, на малиновом диване, и ему только снится, что Кэт разбудила его словами о прилёте Раины Сойтар с очень хорошими новостями... и дальнейшее... а когда он проснётся, то окажется, что ничего не было. Не было никакой Раины, не было спасительной операции, жизнь его отца оборвалась, а всё это лишь видения настрадавшейся души...

- Линн, хватит геройствовать, - голос Милорда ворвался внезапно, и Линн обнаружил, что всё-таки задремал. - По-моему, здесь все прекрасно осознают, насколько я полезнее живым, и стрелять никто не будет. Иди спать.

Линн неловко выбрался из кресла.

- Куда идти-то? - поинтересовался он. - Я тут ничего не знаю.

- Не ты один. Я предложил вашим занять жилой сектор, предназначенный для персонала. Это удобнее, чем корпуса, где квартировали бывшие сенаторы. В них слишком просторно, подходит только богатым бездельникам с толпой прислуги.

Линн грустно улыбнулся: в числе этих богатых бездельников когда-то была и Лейя. Правда, недолго. Лейя Органа... теперь будет Лейя Вайкири. А он мечтал, что она станет Лейя даль Соль... Не станет. Хорошо хоть ему вообще сказали, что она его сестра... И хорошо, что она, не зная, интуитивно выбрала не его, вот был бы кошмар, если бы - наоборот... Но признать Милорда своим отцом она не сможет. Никогда.

Коридоры казались нескончаемыми и очень широкими, по дороге он успел несколько раз подумать, что заблудился, но всё же это оказалось не так. Когда он очутился перед нужной дверью, портативный видеофон ожил.

- Прости, забыл тебя спросить, - в голосе Хасана не было ни тени извинения. - Перед отлётом я обещал Кэт позвонить из Столицы и сказать, что делать. Она ждёт. Она на Свейзе с Шанидаром. У тебя есть к ней какие-то поручения?

Линн закрыл глаза.

- Создатель, какие ещё поручения... Ей надо лететь домой и приходить в себя. Хотя бы неделю. Шанидару тоже. А потом я её заберу.

- Ясно, - протянул Хасан. - Тебе тоже прийти в себя не помешает. Отдыхай, я сам ей сообщу.

Линн встрепенулся, чуть было не выронил видеофон. Хасан посмотрел на дёрнувшееся изображение и всё понял.

- Всё. Я исчез.

Линн кивнул погасшему экрану, набрал код на двери, вошёл и почти не заметил обстановку. Потом. Всё потом...


***

Проснувшись, он с удивлением увидел незнакомую простую комнату, странный косой свет от далёкого окна... похоже, он никогда тут не был. А потом в памяти ярко вспыхнуло - победа над Империей, гибель отца, возвращение на Свейз... и появление Раины Сойтар. "Это больше не мой муж".

Он вскочил. Снова накрыла паника: а вдруг и правда всё только приснилось... Но где же он тогда, что это за помещение, что за планета?! Это точно не губернаторский дворец на Свейзе, там был малиновый диван... И почему так тихо, почему тут мёртвая тишина, от которой начинает бешено колотиться сердце?

В соседней комнате раздались шаги, - уверенные и спокойные шаги человека, который явно чувствовал себя как дома. Линн подошёл к двери, рывком отодвинул её в сторону... и вынужден был прислониться к стене. Нет, не приснилось. Он жив, он услышал, что сын проснулся, хотел было войти, но Линн его опередил...

- С добрым утром, - сказал Эльснер. - Хотя здесь сейчас совсем не утро. Но неважно.

Линн кивнул и отклеился от стенки. Подойти к отцу, обнять... осознать, что настала новая жизнь, в которой больше нет войны. Нет бесконечных тайных мотаний по планетам, конспирации, опасных предприятий... нет необходимости отчаянно скрывать свою боль и искать выход там, где его, похоже, Создатель не предусмотрел вовсе.

Эльснер жестом пригласил его к столу, - там был завтрак. Линн понял, что зверски голоден, быстро что-то схватил... и взялся за видеофон, вызвал Хасана.

- Ты Кэт позвонил?

- Да. Только...

Хасан явно подыскивал слова, и Линну стало нехорошо.

- Ну что там ещё?!

- Связь почему-то была плохая. И обрывалась. И... я забыл сказать, что ты её заберёшь.

- То есть как забыл?! Ты с ума сошёл?

- Да! - гордо отозвался Хасан. - С Раиной. Советую и тебе наконец кого-нибудь найти и так же сойти с ума. Очень приятное занятие. Рекомендую.

Линн смущённо рассмеялся и раздумал его ругать. Хасан попрощался и исчез с экрана.

Эльснер внимательно рассматривал бокал на просвет.

- Смелая девочка... Она твоя наречённая?

- Что?

- Это обычай Дерсианга. Я думал, вы его сохранили. Первая ступень брака.

Линн опустил глаза.

- Нет...

- Не сохранили?

Линн замотал головой.

- Сохранили. Просто... Я не знаю. Может, ей просто стало меня жаль, поэтому она согласилась не убивать тебя... я не знаю. Думаешь, она меня любит?

Эльснер хотел ответить сразу, что Линн должен всё чувствовать, но встретился с его взглядом. Было мучительно знакомо: это шрам на сердце, не дающий жить... Он как будто натыкался на пароли от скрытого в памяти архива: слова, чувства, события рождали отклик, и архив возвращал ему обратно часть его прежней жизни. Это было странно, страшно... но давало надежду. Хуже всего обстояло дело с именами. Что там, его собственное имя вернул ему Линн, три дня назад... "Ты был когда-то Эльснером даль Соль, моим отцом".

- Спроси её сам.

- Спрошу. Обязательно.

Видеофон требовательно загудел, прерывая беседу. Линн оживился.

- Раина! Ну ты как?

В её зелёных глазах было море чувств.

- Мне-то что, я же не проходила операцию по пересадке мозга... Недосып и голод легко излечимы. Пожалуйста, приходите вместе с лордом Эльснером в медицинский центр... он знает, куда. Ваши вызвали специалистов, они наконец добрались, это первое, точнее... это второе.

- А первое? Твои недомолвки всю душу вынут!

Раина вздохнула.

- Такие операции не проводились очень, очень давно. Ну, и реабилитация... он Владеющий Силой, конечно, это многое объясняет... и облегчает. Но нужен контроль. И помощь. Обычными человеческими средствами. Приходите, я жду.

Она выключила связь. Линн собрался встать, но Эльснер остановил его.

- Подождёт. Доешь, а я тебе кое-что расскажу.

Линн с интересом глянул на него и решил, что отец прав. С недосыпом он всё-таки справился, а второй диагноз ещё подлежал лечению.

Милорд поставил бокал на стол.

- Мы в Столице, - он был очень серьёзен. - Ты - Владеющий Силой. Ты многое умеешь, но что-то для тебя будет открытием.

Линн подумал, что открытий наверняка будет море.

- Император был руниа, и здесь он пребывал большую часть времени. Собственно, Цитадель построена специально для него. Я не собираюсь делать экскурсы в историю, тебе это всё прекрасно известно... я о другом. Ты знаешь, что такое Следы?

- Нет, - сразу ответил Линн. - Или знаю, но это как-то по-другому называется. По крайней мере, такого названия мне никто не сообщал.

- Я понял. В двух словах - Сила сохраняет и даёт возможность уловить чужие эмоции, яркие события... а также образы личностей. Особенно если они Силовые существа... как руниа.

Линн выпрямился.

- Ты хочешь сказать, что тут можно невзначай увидеть призрак Императора?

- Можно. И я очень надеюсь, что это будут всего лишь Следы.

Линн похолодел: понял, что отец имеет ввиду.

Руниа. Никто из ныне живущих не сталкивался с представителями этого народа ближе, чем Милорд, двадцать с лишним лет служивший Императору. Но даже он в полной мере не знает, на что они, в конце концов, способны.

- Если вдруг увидишь... постарайся не утонуть в своих чувствах. Мне нужен твой трезвый взгляд со стороны, чтобы я смог проверить себя, свои ощущения, чтобы сверить, правильно ли я оцениваю... видение это или реальность. Помоги мне.

- Спасибо за предупреждение, - медленно проговорил Линн. - Я буду начеку.

- Хорошо. Ты готов? Тогда пойдём.

Они вышли снова в бесконечные коридоры, - Линн увидел, что они на самом деле очень широкие, ему не показалось. Милорд шёл быстро, огромная Цитадель была ему знакома до последних закоулков. По дороге Линн понял, что ему попросту страшно: сейчас, когда закончится этот долгий путь, ему предстоит наконец узнать, почему его отца называли больше машиной, чем человеком... зачем ему нужна была постоянно чёрная броня с какими-то медицинскими приборами, шлем и маска, почему у него было такое тяжелое дыхание, что вообще с ним случилось... Медицинский центр - владения Раины Сойтар, личного врача Милорда, это она находилась при нём все годы его службы... и она знает всё. И как он превратился из Эльснера даль Соль в Милорда - наверняка - тоже. Касаться последнего мыслью было тоже страшно, и неизвестно, что хуже, узнавать о физических увечьях или об искалеченной душе...

В медицинском центре всё выглядело строго... и довольно безобидно. Серо-стальной цвет простых стен, просторные залы, за открытыми дверями виднелись какие-то аппараты, о назначении которых Линн не мог даже догадаться... он остановился. Раина вышла навстречу в сопровождении двоих людей, которые Линну не были знакомы, но его узнали и слишком радостно поздоровались, - похоже, в нём они чувствовали хоть какую-то опору. Он вздохнул: самого бы кто поддержал...

Раина пригласила всех пройти дальше, туда, где можно было наблюдать на экранах результаты медицинского сканирования. Линн и врачи последовали приглашению, Милорд глянул на то, как все нервничают, и ушёл вперёд, скрылся за дверью в соседний зал, отделённый прозрачной стеной.

Раина коротко объясняла коллегам, что здесь за аппаратура. Она явно не сильно доверяла их квалификации... и её заметно раздражало общение с интеллектом ниже её собственного. Линну неожиданно пришло в голову, что Хасану будет с ней трудно. Врач, невероятно талантливый хирург, полностью погружённый в свою работу, - и авантюрист, выбившийся в начальники филиала "Оле и компании" на Беспине. Ничего общего... Её муж тоже был врачом, разрабатывал для Империи препараты для допросов и полностью потерял рассудок, превратился в овощ, она пока не раскрыла, как так вышло... Раина, не поколебавшись ни секунды, отдала его тело Милорду. Такая верность... Линн чувствовал, что душу захлестнула горячая волна благодарности. Какая разница, во что она верит, как относилась к Императору...

Линн наконец насмелился и взглянул на экран: ничего страшного, да, портрет человека в виде черепа, ну и что. Раина рассказывала коллегам об операции, они ахали, переспрашивали, уточняли подробности, от безумного количества медицинской терминологии Линн мгновенно перестал вообще что-либо понимать. Когда в разговоре настала ошеломлённая пауза, он улыбнулся.

- А можно теперь ещё раз, но для простых людей?

Раина строго посмотрела на него.

- Простые люди - это мы. А ты - Владеющий Силой. Не путай понятия.

- Хорошо, - согласился Линн. - Тогда как? Для не-врачей?

- Для пациентов, - предложил один из медиков и увидел, как помрачневший Линн невольно опустил взгляд на свой биопротез вместо правой кисти. - Извини. Это чисто наше... вы ведь все пациенты, кто-то раньше, кто-то позже... лучше, если в теории.

Линн собрался.

- Ну ладно. В общем, я слушаю.

- Мне пришлось всё скрыть от тебя, - в голосе Раины была просьба о прощении. - Я видела, как ты вывез его, как приземлился, сошёл на землю и плакал... я поднялась на борт попрощаться. На его доспехах была система контроля, я увидела, что смерть мозга ещё не наступила.

Она прерывисто вздохнула.

- Наверное, я должна вернуться назад на двадцать с лишним лет...

Линн кивнул. Наверное. И если она решит показать... он не станет останавливать. Правде надо смотреть в лицо... так, как сейчас - Раина.

- Пойми, я очень давно в этой профессии. Я получила образование на своей родине, на Энтиде, потом в числе лучших отправилась на стажировку на Нут. Когда-то там была целая индустрия клонирования, туда слетались со всей Галактики богачи, желавшие продлить свою жизнь. Для них выращивали клонов, мозг которых шёл на выброс, - она горько усмехнулась. - Позже эту историю всё-таки прикрыли. Но технологию таких операций - теорию - продолжили давать студентам. Другое дело, что нет практики... Словом, тогда, двадцать лет назад, я не была уверена в том, что получится его реанимировать, и рассматривала пересадку мозга как запасной вариант. Не понадобилось.

Линн решился.

- Что с ним было тогда?

В глазах Раины зажглось уважение к тому, как он перешагнул барьер.

- Термические ожоги кожи, верхних дыхательных путей... правая рука отсечена ниже локтя. Но главное - сломанные шейные позвонки. Ни дышать, ни двигаться он уже не мог.

Линн долго молчал. Того, кто это сделал, Раина не назвала: либо не знает, либо не хочет говорить. Надо будет спросить у отца, правильно ли он догадался... хотя других вариантов нет: один и тот же приём - как обезоружить правшу в бою на лазерных мечах... у него с отцом одни и те же учителя. Эльснер даль Соль стал Милордом, его попытались остановить. Вот и вся тайна.

Два врача переглянулись.

- Госпожа Сойтар... мы с вами по разные стороны прицела, но... позвольте выразить вам глубочайшее уважение. Такая невероятная работа...

- Оставьте, - Раина резко отвернулась. - Каждый из вас думает, что не стоило его спасать. Кроме Линна.

- И Кэт! - не удержался Линн и тут же отвёл глаза.

Раина прищурилась.

- Это та девушка, которая в него стреляла на Алголе? Та, которую я на Свейзе попросила разыскать тебя?

- Да.

Раина чуть улыбнулась.

- Почему - Кэт? Милорд же нашёл, что она Мара...

- Сара, - быстро поправил Линн. - Сара-Кэт.

- А... точно. Я читала через его плечо, очень быстро, "М" и "С" похожи...

- Читала?..

- Сразу после покушения он вычислил место производства её оружия. А после операции, перед нашим отлётом на Свейз, он это докрутил: открыл данные с её родины. Это всё, что я видела своими глазами.

Линн не стал говорить, что после покушения её тут же арестовали. Ему тогда все сказали: даже если Хасан с Шанидаром и Кэт выберутся с Алголя, надеяться на то, что её не найдут и не схватят, было бы верхом наивности. И в жуткие часы неизвестности он молился только об одном: чтобы у отца хватило милосердия... или чего угодно другого, неважно, чего именно... для того, чтобы её не убить.

- Извините, - Раина встала. - Если вам всё ясно... или хотя бы нет вопросов, я вас оставлю. Мне надо продолжить реабилитацию.

Коллеги ожили, начали расспрашивать о том, какие препараты она применяет. Линна несколько покоробило: для них живого человека словно и не существовало, был только организм, реагировавший на те или иные медицинские средства, причём нестандартно, это представляло колоссальный научный интерес. Раина отвечала, потом ушла в другие помещения, выключив экраны медицинского сканера, и зал снова стал почти обычным. Только одна из стен прозрачная... и за ней, в глубине соседней комнаты, тревожный белый свет. И Эльснер даль Соль. Его толком не было видно, но Линн чувствовал присутствие. Он слышал личности, - умение, которое позволило безошибочно узнать отца в незнакомце, привезённом Раиной, то самое, благодаря которому - он не сомневался - он мог легко найти Кэт на её родине, не зная никаких адресов. Его самого точно так же нашла Лейя после боя на Беспине с Милордом. Одарённость Силой... которую сестра не собирается развивать. Слишком страшно. Её можно понять, для неё это всё неразрывно связано с Милордом, с Императором, и если есть хотя бы один шанс держаться от Силовых дел подальше, то она им воспользуется. Даже ценой отдаления от брата. Потому что, - он вынужден был признать горькую правду, - для неё есть нечто более важное. И ничего не поделаешь. Она строит свою жизнь, он, видимо, должен тоже... а не болтаться довеском к жизни других. Тем более - теперь. Если быть рядом, то пришлось бы открыть ей, что отец жив. Нет... пусть думает, что у этой истории счастливый конец, - такой, какой она считает счастливым.

- Извини, - один из врачей деликатно коснулся плеча. - Что-то не так?

- Легче сказать, что - так, - честно ответил Линн и встряхнулся. - Вам всё ясно? Раина вас убедила?

- Более чем. Жаль только, что нельзя поделиться информацией с научным миром. Была бы сенсация.

Линн поморщился.

- Послушай, извини ещё раз, мы понимаем, что это тяжёлый вопрос, но... при твоём ранении должна была быть большая потеря крови, и помощь тебе оказали далеко не сразу. Как...

- Не знаю, - оборвал Линн. - И то, что я Владеющий Силой, ни при чём. Я в тот момент мало что соображал от боли и ничего не делал. Информация обо мне, конечно, не засекречена, но я вам тут ничем не помогу. И не хочу становиться сенсацией.

- Понимаю. Прости.

Дверь открылась вновь, пропуская Раину. Взгляд внимательных зелёных глаз обошёл всех и остановился на Линне.

- Я знаю. Если надо, могу рассказать.

Линн подумал, стоит ли - при этих двоих.

- Потом, - попросил он. - Пожалуйста.

Она оценила расстроенный вид коллег.

- Хорошо. В таком случае, если вы считаете проверку оконченной, я провожу вас, вы займётесь докладом о её результатах. Линн, посиди здесь. Я скоро вернусь.

Врачи встали, она выпустила их в коридор, на несколько мгновений обернулась на Линна, - и дверь за ней закрылась, оставляя его в одиночестве.

Он хотел было пойти за прозрачную стену, к отцу, но потом решил, что лучше не заниматься самодеятельностью: Раина сказала быть здесь, значит, так надо. Кто его знает, что за реабилитацию она проводит, если ей там не нужны посторонние, ничего не понимающие в медицине, то нечего мешаться под ногами. Он прислушался к ощущениям: да, у отца как будто спутанное сознание, что-то она ему дала... а ещё наверняка там масса охранных систем, настроенных против незваных гостей. Шутка ли, - Милорд без защиты, многолетняя мечта повстанцев... Теперь он сам стал его живой защитой. Вместо армады космофлота и брони его охраняет только польза бывшего главнокомандующего для победителей... и любовь. Первое может закончиться, второе - никогда.

Ожидание затягивалось, Раина не возвращалась, - видимо, помогала медикам составлять отчёт. Линн достал видеофон, подключил к местной информационной системе. Открыл план Цитадели, нашёл медицинский центр, центр управления, связи, с интересом прошёлся по видам зала заседаний бывшего имперского сената. Имперская архитектура страдала двумя болезнями: стремлением к примитиву и невероятным гигантизмом. Он покрутил дальше... и внезапно обнаружил, что из медицинского центра есть вход прямо в резиденцию Императора. Странно: ему-то зачем, это Милорду требовался постоянный надзор, а тот-то руниа... Дополнительный контроль над его отцом? Или тут кроется что-то ещё, о чём никто не знает, - кроме Раины?

Линн вдруг осознал, что сквозь карту видит движение, в душе всплеснулся страх, - и окружающий мир исчез. Это было здесь, это было давно... и ощущалось как сон. Чужой сон. Или - чужая память.


В зале всегда полутемно. Только дежурные лампы, горящие тревожным настороженным светом. Голос, проникающий в мысли, шелестящий и сливающийся - то ли со снами, то ли с мучительной явью, когда пытаешься вырваться из постоянной глухой боли, даже не физической, - душевной, боли оттого, что ты блуждаешь в мыслях своих, как в потёмках, что в твоей душе нет ни верха, ни низа, у тебя нет опоры, нет жизни - нет прошлого - и нет надежды, оттого, что ты не понимаешь толком, зачем тебе вернули жизнь... В этом хаосе то и дело проносились какие-то ускользающие обрывки образов, и оттого, что ты не успевал поймать их, становилось только больнее, - оставалось только тягостное ощущение, что от тебя уходит что-то важное, и больше ты его не обретёшь... Шелестящий голос строил грёзы, увлекал в них, и ты становился другим, не тем беспомощным, прикованным к постели обломком, который чудом заставили снова дышать: ты научался безжалостности, научался чувствовать себя - вершителем чужих судеб, властелином жизни и смерти, и откуда-то извне приходило, что единственное наказание - смерть, единственный закон - сила, и ты только тогда будешь на вершине, если будешь осуществлять этот закон... нет привязанностей, их и не было никогда, есть только польза или бесполезность чужих жизней, и если ты можешь - распоряжайся ими, а если нет - то ты проиграешь, и тот, кто окажется сильнее, распорядится тобой.

И серый хаос понемногу рассеивался. Это было странно и... даже приятно, приносило облегчение, мир обретал стройность и осмысленность, и в этой стройности проступали очертания того, ради чего стоит жить. Точнее - того, в чём нужно жить. Закон силы, право повелевать, ставшие основой жизни Империи.

Тому, второму, который сидел в полутёмной комнате, было... интересно. Ему не был нужен никто и ничто: поклонение не вызывало никаких эмоций, подчинение воспринималось как нечто само собой разумеющееся, время, когда приходилось добиваться того и другого, давно ушло в прошлое. Ему было - интересно. Он никогда не умел творить, да и не выпадало до сих пор подобных шансов, и вдруг - возможность создать личность, получить в полное распоряжение душу человека, чистый лист, на котором можно написать всё, что тебе угодно. Создать личность такой... да, пожалуй. Такой, каким хотелось бы быть самому. Решительным и бесстрашным, идущим напролом и лишённым страстей. Любых. Кроме одной - ненависти. Ненависть - основа основ, ненависть, управляя которой, можно разрушать всё на своём пути, ненависть, которая может утихнуть, но не выгорает никогда, как подземный пожар. Он сам не умел так ненавидеть, его ненависть была слепой и трусливой, он всегда смотрел на тех, кого ненавидел, снизу вверх, и вкладывал сейчас в чужую душу - иное. Он ошибался, задевая те струны души, которые не отзывались или были закрыты, он ставил эксперимент на человеке, который вслепую шёл за ним, и чужая душа взрывалась острой болью, которую нечем было угасить... чтобы потом снова и снова возвращаться к своему учителю... и мучителю.

А полутёмная комната тонула в тишине. Свет распадался, в глазах плясали мириады чёрных точек, и было нестерпимо жутко оттого, что происходит неотвратимое, безвозвратное, и нет пути назад, время равнодушно уносит все шансы, когда могло бы стать по-другому...


От того, что чья-то рука легла на плечо, Линн рванулся вперёд, видение мгновенно растворилось, яркий свет ударил по глазам. Раина смотрела на него с тревогой и совершенно не понимала, что с ним происходит.

- Линн! Всё хорошо?

Он вцепился в её рукав, пытался отдышаться. Создатель, так вот как это было... какой же кошмар...

- Нет. Сейчас. Погоди.

- Линн, пожалуйста, - Раина осторожно гладила его по волосам, - пожалуйста, скажи мне, что для тебя сделать.

Он поднял на неё глаза: а ведь она знала. В видении он почувствовал и её присутствие, - она была где-то рядом, Император занимался созданием новой личности Эльснера даль Соль... а она наблюдала. Навряд ли могла что-то изменить...

Он постарался взять себя в руки. Получалось плохо.

- Раина, эти процедуры для отца - надолго?

- Сейчас или вообще?

- Сейчас. Мне надо поговорить с ним.

Раина посмотрела на часы.

- Ну... ещё минимум полчаса, и это только первый препарат. Извини, раньше никак. Я даю большие дозы, почти предельные... иначе слишком рискованно. Может быть отторжение. Даже при всех его способностях.

Линн наконец выпустил её рукав. Раина отошла налить ему воды.

- Нет, конечно, делай как надо. Я подожду. Я... хорошо помню, что это такое.

Раина удивлённо оглянулась.

- Откуда?

Он кивнул на свой биопротез.

- Мне пытались сделать операцию, но неудачно. Врачи не поняли, почему. Новая кисть из своих же тканей, должно было быть всё в порядке... но нет.

Раина вернулась, протянула ему стакан. На другой ладони лежали таблетки.

- Это успокоительное. Возьми. Хуже не будет. Даже если не подействует в полной мере, то хотя бы снизит... градус переживаний.

- Нет. Спасибо. Я как-нибудь сам.

- Хорошо, как хочешь... Тебе объяснить - почему не было кровопотери? И почему не удалась операция?

Он взял стакан, быстро выпил. Может, и зря он отказался... хотя нет. Ещё не хватало медикаментозного дурмана в голове.

- Да. Расскажи.

Раина очень глубоко вздохнула.

- Мы разговаривали по пути на Свейз. Открыто - впервые за все годы. Нет, конечно, прорыв произошёл раньше... после вашей встречи на Беспине. Но тогда я узнала только, что ты его сын. А сейчас... он вернулся к тому моменту. Ему очень тяжело...

- Я знаю. Я видел.

- Владеющие Силой умеют не только убивать взглядом... но и лечить. Когда он ранил тебя, то пришёл в ужас от того, что сделал... и сразу перекрыл тебе разорванные сосуды. Единственное, на что его тогда хватило. Снять боль уже не вышло.

Линн молчал. В висках звенела тишина - мёртвая тишина Цитадели, в которой больше не было ни Императора, ни Милорда. От Императора осталось только видение прошлого. И вместо Милорда снова есть Эльснер даль Соль.

- Что же до операции, то у тебя очень связано физическое состояние с состоянием души, - продолжала Раина. - Все люди разные... у тебя вот так. Такие, как ты, могут даже дойти до того, чтобы умереть от депрессии, вопреки любому лечению. Постарайся, чтобы этого не случилось. Ты ему нужен. Очень.

Линн протянул ей стакан.

- Можно ещё?

- Да. Конечно.

Она снова отошла.

- Так вот... я думаю, отсюда и твоя реакция отторжения. Подтверждения, естественно, у меня нет, тут только ты в курсе, когда и что ты чувствовал... я могу быть неправа.

Раина возвратилась, Линн взял у неё воду.

- Нет. Ты права. Я тогда вообще жить не хотел... а было надо.

Раина смотрела серьёзно и очень тепло.

- Сейчас - хочешь?

- Да.

- Знаешь, он ведь сказал мне про твой шаг в пропасть... от него. Ты пытался покончить с собой... или надеялся найти выход?

Линн попробовал вспомнить. Память сопротивлялась, сама ставила какую-то защиту, - только не туда, только не это...

- И то, и другое. От него, да... любым способом. А когда я понял, что не разбился... тогда стал искать, как выбраться. Дозвался мысленно до Лейи, они с Хасаном меня забрали на своём звездолёте.

Он не стал продолжать. По дороге с Беспина, во время гиперскачка, было его признание в любви - и её ответ, от которого до сих пор сжималось сердце. И после такого раскрываться перед ней он уже не мог. Смог сказать ей о Милорде только совсем потом, уже зная, что она ему сестра, - когда уходил сдаваться имперским войскам, чтобы встретиться с отцом снова и попытаться его спасти от Императора и от себя самого. Увидел её реакцию... ту же, что видел сейчас у всех. Когда-нибудь это перестанет болеть. Наверное.

Раина притянула его к себе, обняла, он со вздохом закрыл глаза.

- Как же ты справился? У вас есть специалисты по душевным травмам?

- Да никак я не справлялся. И ни к кому не обращался. Просто позавчера настала жизнь. Нет. Два дня назад. Или три... я уже путаюсь, везде разное время... тут одно, на Свейзе другое...

- Да. Я тоже иногда путаюсь. Это нормально.

- А ещё, знаешь, чуть раньше... Кэт сказала - если хочешь, чтобы он остался в живых, объясни мне, почему. И я объяснил. И она улетела на Алголь.

- А... - она явно хотела спросить о чём-то другом, но не решилась. - Так это не был случайный промах?

- Ну да, она промахнулась ради меня... И потом... когда она вчера сказала ему, что рада видеть его живым... я ведь слышу чужие чувства. Это была правда. Я не представляю, как она смогла, но... она в этом - со мной. Так что я как-нибудь без специалистов... Понимаешь?

Раина покачала головой.

- Не очень. Да, человек оказался в нужном месте в нужное время, сделал для тебя доброе дело, но это был только один момент, и он ушёл. Чтобы вернуть душевный покой... по-моему, тебе нужна помощь профессионала. И это требует времени. А Сара-Кэт... она в любом случае не психолог.

Он отстранился.

- Извини. Я не буду это обсуждать.

- Да. Прости.

Раина дотянулась до своих таблеток и взяла одну сама. Линну стало неловко: может, он слишком резко её оборвал...

Раина взглянула на часы.

- Мне страшно, - тихо призналась она. - Вроде всё так, и всё делаешь правильно... но всё равно. Я боюсь потерять его. Очень. При обычных операциях хотя бы можно устроить консилиум, а я иду в неизвестность, и посоветоваться не с кем. Так уже было, мне не впервой... и от этого не легче. На Алголе, само собой, у меня был штат помощников, но окончательные решения всегда за мной.

Линн напряжённо старался что-то придумать.

- Может, тебе кого-то привезти с Алголя?

- Там больше никого нет, они все разлетелись. Я их отпустила. Им тоже надо как-то устраиваться в новой жизни.

Она нашла в себе силы улыбнуться в ответ на его встревоженный вид.

- Врачам запрещено терять надежду. И ты не теряй. Самое трудное уже сделано. Знаешь, у меня просьба...

- Всё, что угодно!

- ...расскажи мне о себе. Что хочешь. То, что не тяжело вспоминать. Я бы хотела узнать о тебе побольше... ты же признал его - вопреки тому, что между вами было. Ты дал ему счастье... Это, наверное, прозвучит напыщенно, но... для меня большая честь познакомиться с тобой.

Линн смутился.

- Да уж, непривычно такое слышать... ну да ладно. Только что же тебе рассказать?

Раина несколько мгновений молчала.

- Ты не представляешь, как Сара-Кэт смогла... а я тоже не представляю. Как ты сумел его принять? У тебя большое сердце...

Линн встретился с её взглядом. Каким-то глазам можно довериться. Большинству - нет.

- Понимаешь, мне же с детства про него говорили, в душе был его образ - от тех, кто его помнил. Я рос у родственников со стороны матери. И тут... пока мы не ушли с Беспина в гиперскачок, он звал меня мысленно. То, что ты говоришь, этот ужас, отчаяние, - внезапно обрёл сына, а мы по разные стороны прицела... по разные стороны меча... я это услышал. И у меня соединилось. Тот замечательный человек, о котором я знал, - и тот, кто, попав в такой кошмар, всё же сумел остановиться и не добить врага, потому что это его сын. Ну... и всё.


***

Когда Раина привела Милорда обратно из-за прозрачной стены, на Цитадель уже надвигался вечер. Здесь не было окон, до ближайшей возможности выглянуть наружу надо было бы идти и идти, и это начинало угнетать. Как и масштабы.

Милорд выслушал то, как Линн попытался ему передать своё видение.

- Ты прав, это не Следы. Это моё... я же не закрывался. Под препаратами самоконтроль работает не так, и невольно всплывают воспоминания. Пойдём.

- Куда?

- В резиденцию Императора. Вчера, поздно, после того, как ты ушёл, ваши спросили меня, могу ли я открыть им доступ к той информации, которая была исключительно у него. Я сказал, что могу. И что пойду только вместе с тобой.

В зале повисла тишина. Линн понимал, что идти ему страшно неохота, и что нет шансов отказаться. Раина взглянула на него - и повернулась к Милорду.

- Лорд Эльснер, я могу вас сопровождать?

Он мгновение размышлял.

- Да.

Линн заметил, как Раина смотрит на Милорда: у человека с лицом и телом её мужа - совсем другая манера двигаться, это другая личность... и от одновременной похожести и чуждости очень больно. Хорошо бы Хасан понял, что с ней творится, попробовал бы не только порадоваться по поводу себя, но и как-то ей помочь... Хотя это вряд ли: он в отношении женщин слишком легкомыслен, мгновенно переключился с неудачных ухаживаний за Лейей на Раину... так что сомнительно, чтобы от Хасана мог быть толк. Жаль...

Возле перехода они застряли: система визуального контроля не могла опознать Милорда, и он стал искать другие способы открыть им путь. Линн посмотрел на его старания, не сумел разделить почтение перед запертой дверью в резиденцию Императора, попросил всех отойти и засветил лазерный меч. Раина улыбнулась.

- Повстанец...

- Ага, - согласился Линн и разнёс вход. За ним было тихо, только тишину прорезал вызов видеофона: свои, в центре управления, увидели, что происходит, и уточняли, всё ли в порядке. Он сообщил, где они находятся, и решительно шагнул в полумрак. Там зажигалось дежурное освещение.

Раина нагнала его, взяла за руку и остановила.

- Подожди. Пусть он идёт первым.

Линн прислушался к ощущениям. Здесь нет живых, нет никого и ничего... и только почти зримо висел в воздухе вязкий застарелый страх - тех, кто добирался сюда раньше. В том числе и её, Раины... она тоже безумно боялась. Как же ей удавалось работать, ведь страх парализует и лишает разума... Он удивился: вот оно как, оказывается, это и есть Следы... кто бы мог подумать.

Милорд прошёл в глубину коридора, дальше, - дежурного света было мало, только белая дорожка под ногами, и стены терялись в темноте. Линн старался не отставать. Ожидал, что резиденция огромна, - в общем стиле Цитадели, - но почему-то путь быстро закончился. Видимо, гигантские масштабы использовались только для подавления других, а хозяину это было ни к чему.

Милорд уселся в кресло, экраны осветились. Линн вышел на связь. Свои волновались, ждали, что им откроют какие-то самые большие тайны Империи. Генерал даль Соль ничего не ждал.

- Ты зря размахался оружием, - заметил он. - Защита отключена, но мало ли что.

- Поздно жалеть, - отозвался Линн. - Ну как, вы что-нибудь видите?

- Да. Доступ есть.

Он отошёл к Раине. Теперь служба обработки информации точно утонет в работе... столько свалилось сразу. Они же добывали раньше всё с трудом и по крупицам.

Минуты улетали, вдалеке что-то щёлкнуло. Линн насторожился: звук донёсся с той стороны, откуда они пришли. Он прошёлся по залу. Из помещения вело ещё несколько выходов, но они были закрыты.

- Что там? - не оборачиваясь, спросил Милорд.

- Не знаю. Сейчас посмотрю.

Видеофон ожил.

- Линн, а ты в курсе, что у вас по соседству замыкание? Сработала сигнализация, тот отсек блокирован, вы обратно не пройдёте. Заканчивайте дела и выбирайтесь другим путём. Только открывай двери как-нибудь по-человечески! А то вдруг там тоже что-нибудь замкнёт!

- Попробовали бы сами, - расстроенно сказал Линн. - Ладно. Не в первый раз.

- Попробуем, - напористо пообещали с той стороны. - Не выключайся. И...

Связь вдруг затрещала и оборвалась. Линн вспомнил, как Хасан жаловался на помехи при разговоре с Кэт, - тут и вправду всё не так, не любит Столица повстанцев... неудивительно. В душе что-то нехорошо заныло: отец уже всё рассказал, вон даже до резиденции Императора дошёл, может, кто-то решил, что надо с ним покончить, пока он, Владеющий Силой, не подчинил себе тут всех... Висевший в воздухе страх ожил, будто получивший новую пищу тлеющий костёр, сгустился, набросился и вонзил в Линна незримые когти.

- Лорд Эльснер, - голос Раины был сдавленным и очень тихим. - Пожалуйста. Если я могу просить вас... пожалуйста, можно побыстрее?

- Нет, - коротко бросил Милорд. - Побыстрее можно только всё оставить и уйти. И тогда придётся сюда возвращаться. Вы же не хотите этого, оба. Правда?

Раина закивала, хотя он не мог её видеть, - смотрел в экран. Линн приблизился к одной из дверей, пригляделся к замку. Ничего особенного, либо надо знать код, либо распознавание идёт по лицу. На входе код не сработал, - они, разумеется, менялись, - здесь наверняка будет та же история. Кто сюда мог войти? Император, Милорд... какие-то советники, надо полагать... из медицинского центра - Раина. Но почему тогда она ничего не сказала? Ждала, пока отец откроет, как будто так и надо...

Он обернулся.

- Раина, иди сюда.

Она шла, заметно ссутулившись, - ситуация угнетала, она ничего не могла сделать. Линн быстро изложил свою версию.

- Император никогда не давал мне права входить сюда самой, - вполголоса сказала Раина. - У меня был такой допуск к твоему отцу, я могла войти к нему везде без вызова. С тем - нет. Только по приказу. Так что, боюсь, это без толку.

Линн пустил её к двери.

- Поглядим.

Раина неуверенно поискала камеру, - в полутёмном зале было плохо видно, - и долго стояла перед дверью, но та не шелохнулась. Линн ещё раз подумал, а не стоит ли применить прежний способ. Решил, что придётся - в крайнем случае. Раина посмотрела вдаль, на кресла, но передумала, села на пол рядом с Линном. Он шагнул в сторону, - хотел попробовать другой выход. Раина протянула руку.

- Там то же самое. Не уходи. С тобой спокойнее.

Линн улыбнулся и уселся рядом с ней.

- Вообще-то мне тут очень сильно не по себе. Мягко говоря.

- Тут всем не по себе. Так что придётся бояться вместе.

Линн достал видеофон, стал пытаться воскресить связь. Аппарат упирался, как будто после победы над Империей, как и все, желал только одного: уйти в отпуск.

- Удивительно, что он вообще хоть сколько-то поработал, - заметила Раина. - Здесь была только своя связь, все прилетавшие обязаны были сдавать всю технику, сделанную на других планетах, и получать местную. Наверняка ваши пока с этим не разобрались. Это было самое надёжное место в Галактике. Ты не представляешь, сколько на него было покушений.

- На Императора?

- Да.

- Ясно... поэтому он и вообразил себя неуязвимым.

Раина кивнула.

- У него были основания.

Вдали стало темнее: Милорд погасил экраны, остался только дежурный свет. Линн поднялся, помог Раине. Надо убираться из этого неприятного места...

Милорд приложил руку к замку - и дверь бесшумно скрылась в стене.

Раина ошеломлённо смотрела на него.

- Как это?

- Так же, как и Линн. Только без лазерного меча. Подозреваю, сейчас нас будут ждать сюрпризы. Идёмте быстрее.

- Чтобы им меньше пришлось ждать? - поинтересовался Линн и зашагал первым.

Белая лента света разворачивалась под ногами и показывала путь, Линн завернул вместе с ней за угол - и остановился. В воздухе повеяло жаром, а ещё... впереди было намного светлее.

- Что это?! Как?..

- Выберемся - проведём расследование, - отозвался Милорд. - Сейчас немножко не до того.

Раина с ужасом смотрела на Эльснера снизу вверх, у Линна в памяти тут же зажглись её слова: термические ожоги... и он застыл.

Милорд развернул Линна к себе, тот встретился с ним взглядом - и уже не мог оторваться. Этот человек прямо сейчас ощущал присутствие смерти и не собирался никого отдавать ей.

- Линн, ты умеешь проходить сквозь огонь?

- Нет. Только долго не дышать под водой.

- Хорошо. С дыханием - так же. Остальное я покажу тебе, повторишь. И надо снять все металлические предметы. Нельзя, чтобы они соприкасались с кожей. Иначе обожжёшься.

Линн нервно усмехнулся.

- Все - не выйдет.

Милорд на миг закрыл глаза: в биопротезе есть металлические части.

- Держись. Раина!

Она бросила на пол серьги, какие-то мелочи из карманов, Эльснер легко поднял её на руки. Линн слышал её смятение, она была на грани слёз... но плакать было нельзя.

- Постарайся вдохнуть и замереть. Я помогу. И не бойся.

Он с тревогой обернулся на Линна - и устремился вперёд.

Поначалу было всего лишь жарко, Линн попытался с этим как-то бороться... и через мгновение осознал, что надо делать. Это совсем просто, надо мысленно коснуться горячего воздуха, отодвинуть его... тогда сзади до тебя доберётся прохлада, и ты сможешь дышать. Пока - так. А дальше... там, где уже совсем светло, и видно огонь... по-другому. Там - не дышишь вообще, и от этого изменяется восприятие... меняется всё. Человек не может всегда так жить, это лишь на время, - каждый раз на разное. Но до выхода должно хватить.

Они дошли, и Линн увидел, - да, тут горят стены, мелькнула мысль: странно, если это самое надёжное место в Галактике, то так не должно быть... Эльснер, не останавливаясь, шёл прямо в огонь, языки пламени расступились перед ним, образовав жадный смертоносный коридор. Линн залюбовался: а ведь это красиво... какая же в нём мощь, как здорово он это умеет... и даже при этом он был побеждён - тогда, двадцать лет назад... А потом настал черёд идти в огонь самому, Линн в ужасе подумал, что не знает, как, не успел отследить, что именно делал отец, и - что теперь?!

Эльснер был уже далеко, пляшущее пламя давало возможность видеть, как он поставил Раину на землю и занялся очередной дверью. Линн отчаянно понадеялся, что она последняя... и, закрыв глаза, рванулся сквозь огонь. Как-то же у отца получилось, значит, это реально!..

Путь показался нескончаемым, - он сам не знал, как сумел отстранить жар, отстранить бешеную огненную смерть: только через закрытые веки увидел, как пламя послушно изгибается и не смеет его коснуться. Ещё немного, уже недалеко... и только усиливается терзающая боль в правой руке. Ничего не поделать, этот металл он сам снять не может... только бы не потерять от боли концентрацию, только бы...

Он почувствовал, что впереди есть живой воздух, сильные руки схватили его, потащили куда-то, он споткнулся, понял, что падает, открыл глаза, - близко мелькнул пол, но свалиться ему не дали. Дыхание вернулось, тишина закончилась, - обрушились голоса, снаружи было полно народу. Он неловко повернулся - и обнаружил, что его поддерживает Милорд. Вдруг нахлынула тихая радость открытия: а ведь вот так он и выжил, его мозг приучен работать в условиях недостатка кислорода, а в экстремальной ситуации тело борется за жизнь до конца, даже если душа согласилась уйти за грань смерти...

Генерал даль Соль стоял рядом.

- ...я выясню, - голос того, кто ему докладывал, дрожал. - Мы всё проверим. Но вы же понимаете, это резиденция Императора! Там обязаны быть защитные системы...

- Меня не интересует, кому и чем обязаны защитные системы. Меня интересует, что вы обязаны были обеспечить безопасность и не справились. Голову надо включать, ясно? И вовремя, а не задним числом.

Раина опустилась на пол возле Линна, хотела было осмотреть его руку, но Милорд не позволил. Линн чувствовал, как боль стихает. Тогда не сумел... теперь отдаёт долг. Пытается.

Генерал даль Соль дождался, когда Эльснер встанет и поможет подняться Линну. Линн ловил встревоженные взгляды, улыбнулся в ответ: нет, ничего страшного, всё в порядке, не беспокойтесь за меня... Генерал отвёл их обоих подальше, - туда, где никто не мог услышать разговор.

- Эльснер, информация о тебе относится к высшей категории секретности, но в связи с произошедшим я должен сообщить её одному человеку. Только Создатель знает, куда тебя ещё занесёт, что может случиться... а я не хочу быть виноватым перед ней. Не имею права.


***

Они стояли у порога дома в летних просторах. Флайер остался за спиной, над головами яркими красками вечерело небо Дерсианга и летела стая странных длинноногих существ, чьи крылья переливались алым и розовым. Генерал даль Соль взглядом напомнил: ни слова, пусть она сама... кроме прочего, это последняя и главная проверка - тебя, Эльснер, проверка на истинность... перед которой все остальные меркнут.

Орнелия вышла, длинный подол простого светлого платья чуть коснулся ступенек. Да, она знала, что муж прилетит, знала и про то, что с ним будет Линн, но про третьего не предупреждали, - и она замерла, вглядываясь: незнакомые черты лица, чужие глаза... а сквозь всё это - что-то безумно, невероятно родное, то... то, чего вообще не может быть. Потому что он не вернулся. Не вернулся уже давно, двадцать с лишним лет назад. И она привыкла к постоянной тяжести утраты, вопреки всему продолжала жить... и тихо, тайно, никому не говоря, - верить и ждать. Теперь она прижала руки к груди, во взгляде вспыхнула надежда: да неужели же это правда, и невозможное возможно...

- Эльснер?..

- Да... это я.

Она бросилась к нему на грудь, плакала... Линн отвернулся, было неудобно, - как будто ты не имеешь права быть зрителем, потому что это не напоказ, не для чужих взглядов, это настоящее...

Орнелия подняла заплаканные счастливые глаза.

- Пойдёмте... Пойдёмте домой.

Генерал даль Соль с тихой улыбкой пропустил их всех вперёд, сам вошёл последним - в прохладу большого зала с красивыми креслами и чуть поблёскивающими светильниками на стенах. Скоро придёт ночь, их зажгут, и появятся цветные отблески...

Они уселись у стола, Орнелия, волнуясь, позвала прислугу - принести им что-то поесть, принести вина. Она ни о чём не спрашивала, просто не сводила с него глаз, не могла отпустить его рук... Генерал даль Соль придвинул ей кресло вплотную.

- Орнелия... прости, что ничего не сказал. Прости за эти дни... когда я уже знал, а ты - нет.

- Да... Линн, да сними же куртку, у нас жарко, а ты с длинным рукавом...

Линн коротко глянул на неё и отрицательно покачал головой.

- Нет? Ну, как хочешь...

Генерал даль Соль очень глубоко вздохнул.

- Орнелия, наш сын очень талантлив... он одарённый Силой. Его нашли и обучили двое последних уцелевших из Ордена - для того, чтобы убить Императора, чтобы освободить Галактику... но это не удалось. Император взял его в плен.

Она не смотрела на мужа, - только на Эльснера.

- Поэтому ты и не вернулся...

Генерал приказал ему взглядом: признавайся сам.

- Да. Я... в случае неудачи я должен был заставить себя всё забыть. Я это сделал. Мою личность заново создавал Император. Тебе будет тяжело это услышать, но... Милорд - это я.

Орнелия стиснула его руки.

- Нет... не может быть...

- Почему же, - он жёстко усмехнулся. - Может. И было.

Линн молчал. От этого невозможно никуда деться, он знал, как это страшно... и понимал, что ей намного легче, чем было ему. Потому что сейчас Эльснер уже снова стал собой. И ещё - он понимал, что она не сможет сравнить, что ей надо пережить эту боль самой, как-то справиться... и пойти дальше. В жизнь, которая теперь снова есть. А могло не быть...

- Я вернулся. Я не всё помню... пока ещё не всё. Прости. Но тебя я вспомнил.

Орнелия обняла его, стала что-то тихо говорить. Линн не расслышал слов, и снова вернулась прежняя неловкость: нельзя подсматривать... но ей всё же было легче оттого, что она не одна.

- Да, что поделать... - Эльснер отвечал чуть громче, и его голос было уже слышно. - Но внешность - дело поправимое, есть же пластические операции. Мне понадобятся мои старые фото...

- Я принесу.

- Позже.

- Да... Кто... кто тебя спас?

- Раина. Мой личный врач. Раина Сойтар.

Орнелия выпрямилась.

- Она жива?

- Да.

- Передай ей, что я буду молиться за неё Создателю... до конца моих дней.

- Передам.

- Это всё?

Она очень ждала, что ей ответят - да, пытка прошлым окончена. Эльснер бросил взгляд на Линна. Он не мог оставить это на потом... лучше сразу покончить со всем и больше к этому не возвращаться.

- Нет.

Орнелия обернулась и смотрела, как Линн медленно завернул правый рукав. Когда тускло блеснул металл широкого браслета биопротеза, охватывавшего руку выше запястья, её глаза расширились.

- Я виновен, - коротко сказал Эльснер. - Я должен был остановиться. Не смог. Точнее, смог, но было уже поздно.

- Нет, - неожиданно возразил Линн. - Я думал, следующий удар снесёт мне голову. Вот тогда точно было бы поздно.

Орнелия вздрогнула всем телом, но не отпустила Эльснера. Линн опустил рукав.

- Не говорите Кэт, - тихо попросил он. - Она не знает. Мне обещали сделать на Артосе регенерацию, была уже одна попытка... неудачно, но они надеются добиться успеха. Я ей сам скажу. Потом.

Орнелия грустно улыбнулась сквозь слёзы.

- Ты хоть покажи мне, как она выглядит... чтобы я знала, кому не говорить. У тебя есть фото?

- Нет, - отчаянно сказал Линн. - Разве что найти какие-то кадры со следящих камер...

- Найдём, - ответил Эльснер. - Хочешь совет?

- Да.

- Когда будешь говорить с ней... попроси выйти замуж.

- Сразу?

- Да. Пока нет брака - люди друг другу никто. Сколько бы у них ни было детей и совместных лет за спиной.

Линн не удержался от вздоха. Орнелия наконец встала, принесла большую плоскую пластинку, - там были фото. Линн осторожно взял её в руки - и ахнул: он как будто посмотрел в зеркало. Эльснер заглянул ему через плечо.

- Твоя мать почему-то любила короткие стрижки... не знаю, почему. Не помню. Помню, что у неё был жених... четыре года морочил ей голову и не предлагал стать наречёнными. Это унижает... Неудивительно, что она быстро согласилась стать леди даль Соль.

- Ты...

- Через день после знакомства. Если ты понял, что перед тобой - тот самый человек, зачем тратить время.

- Я помню этот вечер, - стесняясь, сказала Орнелия. - Ты так редко прилетал... У тебя есть время сейчас? Твои братья и сёстры тоже заслуживают узнать правду.

Эльснер обернулся на генерала.

- Не в этот раз, - тот не мог скрыть чувство вины из-за того, что был вынужден отказать. - Надо возвращаться в Столицу. В Галактике много вопросов, которые без Эльснера не решить.

- Представляю, - Орнелия даже смогла улыбнуться. - Спасибо, что всё-таки вырвались... ты же мог всё сообщить по межпланетной связи.

- Не мог, - признался генерал даль Соль. - Ты же понимаешь. Это же ты встречала когда-то его душу из иных сфер. Других ещё можно обмануть, тебя - нет.

Линн отвернулся. Всё-таки не верил. Согласился, говорил с ним... и сомневался, не мог отделаться от мысли, что Милорд - это какой-то другой человек, а Эльснер давно умер. И не собирался устраивать их встречу. Теперь решился - и жалеет, что не сделал этого раньше, по глазам видно, какое огромное облегчение это ему принесло... А ведь ему наверняка тоже предлагали помощь специалистов по душевным травмам. И ей. И не помогло бы, а залечила всё вернувшаяся жизнь... самый умелый врач.

...Когда они улетали, Эльснер смотрел на то, как Дерсианг на экранах снова отдаляется, становится маленьким, миг - и звездолёт уходит в гиперскачок... Линн вдруг понял: а ведь у его отца есть родина. Он не безродный скиталец, это не как с ним, - когда там, где ты рос, ничего не остаётся, и некуда возвращаться. Эльснер даль Соль с Дерсианга. И теперь это - и его тоже. И совсем по-другому начинают сиять звёзды, когда за твоей спиной есть домашний свет...