# Поступь Кошмара (общий, добавлена глава 10)

Эон Последний

*временная аннотация* Продолжение романа "Восход Акроникса"

## Глава 1. Солнце Слепых


Белое лезвие вонзилось в живот, выбив воздух из легких и на мгновение погасив зрение. Удар был такой силы, что ноги Вика подогнулись. Когда его единственный глаз вновь смог видеть, первое, на что пал взор парня, была собственная одежда, запятнанная кровью и черные, ледяные плиты пола под щекой, с растекающейся по ним багровой лужей.

В голове все ещё слышалось злобное шипение и кривящаяся усмешка твари, вонзившей в него костяной кинжал. Тот, к слову сказать, сам уже оказался опрокинут навзничь могучим ударом Ялазара, одним из спутников Викар и теперь, завывая, катался по полу, держась за лицо.

Короткая, но от этого не менее жестокая схватка началась столь внезапно, что все прочие находившиеся в помещении лишь начинали поворачивать головы на шум, а молодой человек обнаружил, что взгляд на мир с холодных плит, сильно отличен от привычного ему. Тут не было смазанных, серых от недостатка солнечного света лиц или жирных, пульсирующих туч дикой магии, закрывавших звезды. Лишь грязные, истоптанные сапоги, да вывалившиеся потроха его поясных сумок, разорванные кривым лезвием.

Чуть в стороне пухли походные мешки, на которых восседали их хозяева, прочие завсегдатаи Обелиска Мрака, но те не спешили убраться подальше, когда выпорхнувшие из ножен мечи столкнулись в яростной рубке совсем рядом с ними. Подобное здесь казалось делом обычным.

Но что было хуже всего, противников оказалось не менее десятка, а их самих всего трое. Да и то, третий из их небольшого отряда, Торунг Мрачный, все ещё не до конца отошел от раны, полученной в битве с королем мертвых и вряд ли смог бы оказать серьезную помощь.

Шансы увидеть новый рассвет стремительно уменьшались. Проклятье, а ведь день начинался так удачно ...


* * *


Кеплер встретил своих блудных сынов продирающим до костей ледяным ветром и непроглядным мраком зимней ночи. После теплого бриза Лазурного Моря благословенной Вардемы, родина казалась Вику ещё более жестокой и отталкивающей чем прежде. Они пробыли в тех землях больше трех месяцев, наслаждаясь спокойствием и отдыхом после схватки с личем, что окончилась их бегством, но в этих заснеженных краях едва ли минуло мгновение. И вот, теперь они стояли в кромешной тьме и холоде, покачиваясь под ударами завывающей метели.

Кажется, вокруг раскинулись равнины, по крайней мере, так казалось в свете бьющих в вышине молний, хотя последний свой бой отряд принял глубоко под земною твердью. Во время путешествий между мирами, события в Кеплере словно бы замирали, но расстояние, что они проходили по Вардеме, преодолевалось и здесь. А значит между остатками небольшого отряда и владыкой мертвых, завладевшего телом их бывшего товарища, теперь лежали сотни дней пути.

- Что-то я никак не соображу, где это мы. - поддерживая едва стоявшего на ногах Торунга, произнес Ял, задрав голову кверху. Его короткие волосы, что были белее кружащего вокруг снега тут же покрылись ледяной коркой и он поспешил укрыться капюшоном.

Как и повсюду в Кеплере, тучи сырого эфира укутали небесный свод непроглядным саваном живой смерти, грозя излиться на головы путникам жутким катаклизмом, прозванным Небесной Горой. Облака казались ещё более мрачными, чем прежде. Их силуэты, подсвеченные изнутри пурпурными венами молний, стали единственным источником света в окружающем царстве абсолютной тьмы. В них не было обычной, болезненной желтизны, отравленных рек колдовских энергий, скорее они напоминали темный монолит болота. Обманчиво спокойного и непоколебимого, но готового пожрать любого, кто осмелиться ступить в него.

Викариан задумался, как же далеко они оказались от родного дола, раз даже небеса так сильно изменились.

Ни звезды, ни луны не желали явить свой лик. Даже эфирные колодцы, оказались заглушены чернотой, разлившейся вокруг. И если бы не льнувшие к горизонту дрожащие блики, от которых даже на таком расстоянии чувствовалось освежающее дуновение чистой, не испоганенной мутациями магии, то можно было бы подумать, будто они вернулись в совершенно мертвый мир.

- Не знаю где, но если не найдем укрытие, как можно быстрее, то толку от нашего удачного побега будет чуть. На таком холоде до утра не дожить. Это если нас прежде хищники не настигнут. - Вик закрылся рукой от очередного удара урагана, норовившего изрезать кожу осколками льда и сощурившись попытался разглядеть что же сияло вдали.

Однако это было все равно, что вглядываться в песчаную бурю. В его единственный глаз, будто вонзились мириады игл и парень быстро смежил веко, не желая окончательно лишиться зрения. Впрочем, большинству обитателей проклятого мира были доступны пути магии и Викариан не был исключением. Даже скорее наоборот. В одном из сражений колдовской клинок вырвал его око, едва не лишив жизни и оставив в черепе осколок ядовитых чар. Однако парню повезло выжить и теперь в пустой глазнице, закрытой костяной пластиной, не угасая тлела частица самого настоящего инфернала, создания, обитающего за гранью реальности смертных. Подобная сила, прозванная оком инфернала, позволяла видеть Тонкий Мир магии, гораздо четче и яснее, чем были способны большинство прочих мастеров Вечного Океана. Вик тут же обратился к этому умению.

Тьма вокруг истончилась, став серой дымкой потухшего кострища, а сквозь зыбкие, полупрозрачные силуэты, редких деревьев заструились бесчисленные реки стихий. В отличии от Вардемы с её тонкими, чарующе красивыми, но крайне хрупкими нитями живого волшебства, Кеплер обрушивал на мага водопады дикой силы, ослеплявшей как своим неистовым сиянием, так и палитрой красок. Тучи в небесах превратились в океан ожившего хаоса, рождавшего внутри себя кошмары за пределами мыслимого, а над его рваными волнами, сотканными из сырого эфира, рыскали, словно мухи над трупом, сонм астральных паразитов.

Там же, где у горизонта пробивался яркий свет, Викариан разглядел клинок огня цвета чистейшей платины, вонзившийся в корону гнилого свода и выжигающий тот изнутри, очищая небеса от заразы.

Хроногресс, догадался парень. Машина Старых Богов, ожившая их стараниями и едва не попавшая в лапы личу. Пусть им и пришлось отступить, но кажется, главную битву они все же таки выиграли.

Что ж, к желанию короля мертвых получить ключ между мирами, теперь видимо ещё добавится и жажда мести. На самом деле, в тот день они перешли дорогу не только ему, но ещё и двум могучим колдунам: Схирему, слуге Плачущей Богини и Агонису, повелителю порталов, по совместительству слуге демонов. К счастью, последние двое не пережили тот день, а вот новая встреча с личем, скорее всего, была лишь вопросом времени.

- В этих краях много силы, даже энергия запущенного нами Хроногресса едва видна. - отметил Вик.

Несмотря на то, что Ялазар был более искусен в понимании магии, ибо с детства обучался охоте на колдунов в ордене Подавителей, все же Тонкий Мир он зрел хуже.

- Я вообще ни черта не вижу, кроме треклятой степи и снега. - буркнул он, перехватив начавшего оседать на землю, вновь потерявшего сознание, Торунга.

Пришлось подхватить раненого с товарища с двух сторон. Рана на затылке у того уже давно затянулась, ещё в Вардеме. Лекари постарались на славу, но силы к Мрачному возвращались медленно. Благо их недавнее путешествие по морю придало бывшему шпиону сил, возможно напомнив о годах его юности, когда он ещё ходил под парусами и даже не думал становиться убийцей на службе у Тиранов.

- Ну что? - с легким нетерпением спросил Ялазар, явно раздосадованный собственной беспомощностью.

Поправив перевязь с купленной в Вардеме скьявоной, Викариан вновь повел головой, окидывая пространство вокруг долгим взглядом, при этом стараясь не отвлекаться на назойливые переливы тысяч колдовских течений. Это было непросто, но ему удалось найти пару явных ориентиров.

- Я не могу определить стороны света, но по левую руку от нас что-то вроде энергетической воронки и груды камней устилают землю на недели пути. Над тем местом, кажется, зависли обломки одного из парящих островов.

- Блуждающий остров?

- Непохоже чтобы он "блуждал", скорее просто висит в небесах и судя по количеству валунов под ним, постепенно разваливается. По-моему, воронка тянет из него силы, в то же время не позволяя сдвинуться с места, словно вампир, присосавшийся к жертве.

Ялазар задумчиво хмыкнул, сказанное распалило его неуемное любопытство и врожденный авантюризм. К несчастью, у них сейчас были более насущные проблемы, а потому он лишь спросил:

- Ещё что-нибудь видишь?

- Да, в противоположной стороне, правда гораздо дальше, есть нечто, вроде шпиля или обелиска, там течение силы искривляется, будто кто-то пользуется магией, но сама сила, что проходит сквозь это строение, она ... меняется. Становится темнее.

- Червоточина? - в голосе беловолосого великана появились тревожные нотки. Никому не хотелось угодить в ловушку сырого эфира или в омут мутаций.

Но Вик отрицательно мотнул головой.

- Непохоже, течения стихий слишком упорядочены, это явно не сырая магия. Там кто-то ворожит.

Неизвестность неприятно холодила живот, но она все же была лучше верной смерти. Ял потянулся рукой в походную суму:

- Сколько туда идти?

- Пешком, дня три, но у тебя ведь есть идея получше? - не поворачиваясь ответил Вик, краем глаз уловив, как его товарищ достал из мешка белесую луку седла. Внутри той был сокрыт украденный ими у культа Совратителей камень душ, ныне превращенный в могучий артефакт для призыва костяного скакуна. Творцами сего чуда были Ялазар с анархомагом Рахом, к несчастью погибшим незадолго до их битвы с личем. Парни не раз с грустью вспоминали своего павшего товарища, не забыв свой долг перед ним.

Магия с готовностью откликнулась на зов, вырвав из текущих вокруг рек силы жирные куски, заставляя спящие в земле, укрытой снегом, кости вырваться на поверхность, формируя жуткого мертвого голема. Вокруг белесой луки быстро стал формироваться мощный костяк о шести лапах, несущий на себе спинную пластину с таким же костяным паланкином, укрывавшем всех, кто сидел внутри, от непогоды. В строительном материале недостатка не было, Кеплер - мир вечной войны и смерти, а потому мертвецов тут всегда хватало. Когти новосотворенного создания взрыли землю и туша припала к земле, позволяя своим хозяевам взойти на неё.

Не прошло минуты, как жуткий, похожий на скелет какого-то древнего жука, монстр стремглав понесся сквозь ночь, оставляя позади себя лишь цепь быстро исчезающих под поцелуями метели следов.


* * *


- А это ещё кто? - выглядывая из-за хребтовой пластины, отложив в сторону очередную испорченную заготовку костяного клинка, буркнул Ял. Сила повелителя костей ныне почти полностью покинула его, оставив после себя лишь тающий дымок былой мощи. Последняя битва им всем стоила немало, однако Ялазар и не думал сдаваться, раз за разом пытаясь раздуть почти угасшие угли своего колдовского дара.

Викар, аккуратно, стараясь не разбудить забывшегося тревожным сном Тора, выглянул наружу. Пришлось зажмурится от бивших в лицо липких комьев снега. Но он почти сразу приметил мощную фигуру, неспешно идущую сквозь вьюгу им навстречу, неся на плече молот таких размеров, что без труда мог бы крушить наковальни. Даже на расстоянии в сотню шагов были заметны доспехи из настоящей стали, что в Кеплере означало либо крайнюю силу их владельца, либо чрезмерную самоуверенность. По контуру защитных пластин тянулся резной рисунок, собиравшей в Тонком Мире магию, словно губка воду и питавший ею начертанные на самой броне защитные руны.

- Давай-ка лучше свернем? - тронув товарища за плечо, шепнул Вик. Подобные встречи не предвещали ничего хорошего, а лишний раз заигрывать со смертью было лишним, путь в земли Бродячего Ужаса, куда они решили бежать от лича и без того не представлялся легкой прогулкой.

Невидимые вожжи натянулись, заставив Бонера сухо клацнуть зубастой пастью, отворачивая в сторону, однако едва голем сошел с намеченного курса, как маячивший впереди незнакомец тут же свернул сам, устремляясь им наперерез. Он искал встречи.

- Три тысячи проклятий, я ещё не успел соскучится по песням смерти. - в словах бывшего подавителя появилась сталь. Руки парней непроизвольно легли на эфесы мечей. Это оружие было творением мастеров Вардемы, прекрасное и смертоносное, за него в Кеплере вполне могли убить и потому не стоило лишний раз доставать его из ножен. Но сейчас у них просто могло не остаться выбора, мало ли чего задумал этот, не обращавший внимания на ярившуюся вокруг бурю и смертельный холод, незнакомец.

Когда между ними оставалось меньше десятка шагов, молот соскользнул с наплечника и с глухим ударом опустился на землю прямо перед мордой мертвого скакуна. Ял приказал тому остановиться, понимая, что не то, что его кираса или кольчуга Вика, но даже панцирь самого Бонера вряд ли выдержит удар этого стального чудовища.

Руки, без усилия снявшие внушительное оружие, были под стать хозяину, толщиной со ствол молодого дуба, бугрящиеся налитыми мускулами. Широкая, ухоженная, перехвачена рунными браслетами борода доходила до живота, а на поясной пряжке виднелась резная печать горного клана. Это был дворф, но таких размеров, что превосходил шириной плеч и ростом большинство своих собратьев, будучи едва ли не вровень с Викаром.

- Кто вы такие и откуда держите путь? - спокойно, не повышая голоса, но при этом без труда перекрывая вой вьюги, произнес сын подгорного племени.

- А кто ты такой, чтоб мы перед тобой ответ держали? - негромко огрызнулся Ялазар, нащупывая левой рукой свой щит, при этом стараясь не разбудить Тора. Начнись схватка, от того все равно проку не будет, он сейчас едва ли смог бы поднять меч.

- Имя мое тебе ничего не скажет. Но знай же, что я Страж Пограничья Земель Печати Отмщения, слуга триумвирата колдунов, низвергнувших владетеля сих земель годы тому назад. Ныне я и подобные мне, есть закон в этих краях. А потому держи ответ или прими смерть от моей руки!

Последние слова тяжелым громом отозвались над головой, заставив тучи родить сонм молний, перечеркнувший небеса. Руны на браслетах и броне незнакомца тут же ожили, наполняясь сиянием заточной в них силы, снег же вокруг молота в мгновение расплавился, оставив тот стоять на черной, высушенной потусторонним жаром земле.

В Тонком Мире Вик видел, как дворфа окружило белое пламя, создав вокруг того непроницаемый магический купол, защиту способную выдержать гораздо более серьезные чары, чем сам парень сумел бы сотворить. И прежде чем скорый на колкости повелитель костей успел ответить, произнес сам:

- Мы странники из Долин Натриара, что далеко на северо-востоке и ищем полис или род, где можно было бы найти прибежище, переждать зиму. - сам он в жизни не поверил бы в такое, ибо нужно быть совершенным безумцем или мутантом, чтобы пуститься в путь по зиме. Это была верная смерть, если не лютого холода, так от клыков обезумевших с голодухи хищников.

Впрочем, стража пограничья такой ответ кажется удовлетворил, видимо спрашивать "стой, кто идет" было для него чем-то, вроде обязательного приветствия и он без промедления задал следующий вопрос, который судя по появившемся в голосе дворфа напряженным ноткам был гораздо важнее.

- Какие артефакты вы добыли в Доридосе? И есть ли среди них, отмеченные печатью Алхимика?

- Где добыли? - опешили парни.

Внезапно Вику вспомнилась карта дола, куда они как раз стремились, начертанную на страницах покоящегося в его заплечном мишке Атласе Крига, центральным полисом тех земель был именно Доридос. Но ни о каких Землях Печати Отмщения на страницах фолианта не было ни слова. Хотя возможно, что после победы, триумвират колдунов просто переименовал дол, дабы стереть память о мятежном Тиране. Но тогда почему оставили прежнее название столицы?

- Нам ещё не довелось побывать в тех краях, сказать по правде, мы потеряли тропу и единственным ориентиром были парящие острова. - Вик указал себе за спину, на давно уже невидимые в пелене снега обломки камней, вращавшихся среди туч.

Взгляд стража наполнился недоверием. Вместо ответа он извлек из-за пазухи амулет, похожий на два перекрещенных полумесяца с огромным рубином в центре и воздел над головой. Парни молча наблюдали, при этом почувствовав, как по ним ударила горячая волна агрессивной магии, ощупывавшей каждый сантиметр их тел и поклажи. Золотистая пластинка-браслет, ключ между мирами, покоящаяся на запястье Викара стала обжигающе холодной. Как всегда, едва почувствовав опасность быть обнаруженной, она "спряталась" от чужого взора.

Заклятие поиска ещё пару раз хлестнуло по ним, заставив спящего Тора заскрипеть зубами и тут же парней прошиб холодный пот, когда они вспомнили, что их спутник, до того, как присоединится к отряду, промышлял тем, что искал по всему миру и уничтожал артефакты, как раз и выкраденные из Доридоса. А те, что не мог уничтожить носил с собой и кажется, чары что-то учуяли.

Ял метнул быстрый взгляд на Вика, глазами указав на погруженного в себя дворфа, потянув из ножен меч, явно намереваясь спрыгнуть с Бонера и попытаться снести тому голову. С одной стороны, это был разумный ход, ударить первым, но даже если у них получится убить стража, то что делать с его собратьями. Те служили триумвирату, ныне владевшего этим долом, а значит убив одного из его слуг, они окажутся в опале. За их головами и так уже выстроилась немало желающих: лич, охотники за наградой, слуги Плачущей Богини, Совратители и бездна знает кто ещё. Только разъяренных ищеек колдунов, висящих на плечах им для полного счастья и не хватает.

Рука Вика легла на обух почти вытащенного Ялом меча. Бывший подавитель фыркнул, покачав головой, но все же вернул клинок в ножны.

- Не советую впредь врать. - прервал безмолвный диалог парней страж пограничья. - При вас явно есть вещи из загашников Талтана, хоть и без его печатей, а значит вы в праве их продать или вывезти за пределы дола. Но если попытаетесь скрыть запретные артефакты, то напоминаю, подобное карается смертью.

- У вас тут прям свод правил, что можно, что нельзя. - Ял был недоволен бесцеремонным поведением дворфа, но старался держать себя в руках и не нарываться.

Тот же посмотрел на повелителя костей долгим взглядом и без особого усилия вновь водрузив свой громоздкий молот на плечо, как бы намекая, что парни могут продолжить свой путь, ответил:

- Тут развелось слишком много подобных вам. По их милости проклятие Бродячего Ужаса разлетается по всему Кеплеру.

- Что значит "подобных нам"? - не понял Вик.

- Охотников за артефактами, авантюристов всех мастей, облюбовавших Обелиск Мрака и даже умудряющихся свивать временные гнезда на улицах зараженного треклятой чумой Доридоса. Падальщиков, тащащих из тех мест много бесполезного хлама, но иногда натыкающихся и на творения самого придворного Алхимика, того, что создал Бродячий Ужас. Вот их вы обязаны сдавать Стражам Пограничья. Заплатим мы конечно меньше торговцев чудесами, но ... ежели попробуете вытащить отсюда что-то запрещенное, не обессудьте, размажу вам бошки. - для убедительности, он похлопал свободной рукой по длинной резной рукояти своего оружия.

Угроза не сильно впечатлила повелителя костей, но зато кое-что другое показалось ему странным:

- Тут что, только пара обитаемых полисов на весь дол и все?

- Ну почему же и все? - бесстрастно ответил так и не назвавший своего имени страж. - На севере лежат расколотые земли, на востоке - дикие горы, наследие мира Старых Богов, а западный край граничит с долом, где безраздельно властвуют творения Талтана и обитают Альфы, новые повелители этого ожившего кошмара. Здесь же, на юге, единственный относительно безопасный вход и выход в Земли Печати Отмщения.

Даже по меркам Кеплера, два города на землях, пройти которые из конца в конец потребовалось бы не меньше месяца, казалось слишком мало. К тому же, южные долы, даже пустыни, были всегда населены намного гуще северных, ибо зимы тут мягче и всегда можно найти какое-никакое пропитание в дороге.

После небольшой паузы дворф добавил:

- До того, как Бродячий Ужас пожрал все в этих краях, поселений было больше. А те что ныне остались, я бы не стал называть огрызки едва тлеющей жизни полисами. Обелиск Мрака, это город проклятых, который рано или поздно будет поглощен Небесной Горой, да и народу в нем не больше, чем в какой-нибудь цитадели забытого всеми ордена. А Доридос ... - наступила пауза, страж задумался, словно сам не раз задавался этим вопросом. - Да, это огромный полис, некогда бывший сияющей жемчужной Земли Печати Отмщения, но ныне, его жители, это чудовища, рожденные проклятием, а улицы и дома братские могилы. Те же авантюристы, что идут тут в поисках удачи, свивают временные гнезда, чтобы просто пережить очередную ночь, скорее крысы под ногами новых хозяев города. Так что нету тут больше ни одного полиса и вряд ли когда-нибудь будет вновь.

Ответ был исчерпывающим, а Викара посетила мысль про Обелиск Мрака, уж не его ли он приметил ночью? Словно ответ на его невысказанный вопрос, страж махнул точно по направлению, куда до этого ковылял Бонер:

- Если хотите избавиться от отрытых вами побрякушек, поторопитесь, караваны уходят сегодня вечером. Новых не будет недели две, а то и дольше. - он, прищурившись, оглядел кружащий вокруг него снег, многозначительным, будто бы все объясняющим, тоном добавив. - Зима.

Не понять его было невозможно, зимой в путь, пусть даже и недолгий, могли пуститься лишь безумцы. Впрочем, судя по тому, что страж не удивился встрече с ними, в этих краях сумасшедших хватало.

Дворф отступил в сторону, но сам даже не подумал развернуться и двинуться прочь первым. Воин прекрасно знал, чем может обернуться подставленная незнакомцам, да ещё способным повелевать костяными мертвыми конструктами, спина. И даже когда одинокую фигуру скрыла сыплющая с неба белесая пелена, а мороз стал жечь кожу адским пламенем, заставляя парней нырнуть обратно в костяной паланкин, они продолжали чувствовать на себе пристальный взгляд стража. Сквозь Тонкий Мир тот пристально следил, будто нутром чуя, что нечто скрылось от его глаз. Нечто, притворявшееся, будто его здесь нет.

Ял вновь пустил Бонера вперед рысью, изредка поглядывая на Вика, чтобы тот через Око Инфернала справлялся с верностью курса. Пару раз им попадались небольшие стаи хищников, рыскавших в буране. Магическим зрением звери виделись хаотичным переплетением энергий Вечного Океана, вызывавшим в телах животных опасные мутации, но в то же время, придававшим им силы. Они чуяли живую плоть, сокрытую в чреве костяного конструкта, но приближаться не решались. Это было очень странно. В самые холодные три месяца: Умертвия, Кошмаров и Лютого, звери с голодухи вполне могли напасть и на более крупного собрата, просто чтобы выжить. Что-то подсказывало парням, что вовсе не зубастая морда их скакуна отбивала желание злобно рычащих охотников полакомиться человечиной.

- Чего они ждут? - Викар оторвался от созерцания черной, засасывающей пустоты приближающегося шпиля, взглянув на серый окружающий мир обычным зрением. Он не снимал руки с эфеса своей скьявоны. - Никогда не видел такой осторожности со стороны хищников зимой.

Сидящий рядом бывший брат-сержант Подавителей, вновь принявшийся было править костяной клинок, оторвался от своего занятия:

- Думаю, дело не просто в осторожности. Помнится, когда наши когорты шагали по Кеплеру, уничтожая носителей Семенем Порчи, то есть говоря по-простому любого, кого встречали, меньше всего проблем было именно с животными. Особенно по весне, они бросались на наши боевые порядки, не считаясь ни с числом, ни с силой, желая либо сожрать нас, либо погибнуть на пиках. Я ни разу не видел страха в этих тварях и тем не менее, сейчас они боятся.

- Нас?

Окинув долгим взглядом кружащую вокруг непогоду, Ялазар ответил тихо:

- Не думаю. Есть в этих землях что-то такое, что заставляет даже безмозглых тварей с осторожностью относиться ко всему незнакомому и неизвестному. Нам стоит взять с них пример, а заодно расспросить Тора, когда он очнется, чего конкретно нам тут стоит ждать.

- Ну, судя по тому, что сказал страж, относительно безопасно только на юге ...

Слова застряли в горле парня, когда два потока ветра, летящие на встречу друг другу, внезапно столкнулись и вьюга на секунду, всего на мгновение, остановила бешеный круговорот. Разорванные хлопья снега, словно застыв во времени, открыли взорам цель их пути и то, что лежало вокруг неё.

Посреди плоской, как доска, равнины, рубцом страшной раны топорщился рваный холм, целиком и полностью состоявшей из матово-черного камня. На нем не было ни снежинки, ни деревца. Но из его недр, острием копья, вырывался такого же цвета, покрытый выщербленными трещинами-окнами шпиль, достигавший своей вершиной самих небес. И тучи в том месте формировали неустанно кружащий пурпурный венец в короне багровых молний. Было видно, как сам сырой эфир, чудовищная материя вечных изменений, стекает по каменному телу Обелиска Мрака, оставляя на том следы, будто последний был тающей под огнем свечой.

Внутри циклопического строения мелькали блики света, но если верхняя его часть казалась заполнена безумным хороводом разноцветных светлячков, явным признаком слияния двух миров в одно целое, а середина была черна и холодна как ночь, то вот нижние ярусы манили трепетом рыжего огня костров, обещая путникам тепло и приют.

Каким же безумцем нужно быть, чтобы поселиться в подобном месте, подумалось Викару, продолжавшему скользить взглядом все ниже и ниже, приметив тропу от Обелиска до убегавшей на север дороги. О том, что там могла быть именно дорога, он понял не по проторенным колеям, сейчас сокрытым под снегом, а по двумя рядам резных каменных столбов, на каждом из которых болталось изуродованное тело висельника. Эта алея трупов, судя по всему, тянулась на многие дни пути. Там были все: и люди, и эльфы и номаны, и боги знает кто ещё. Впрочем, далеко не все из них оказались мертвы, попадались и те, кто вяло трепыхался, а кое кого, так вообще перетянули толстыми веревками, и все на что теперь был способен несчастный, это злобно бессвязно выть о своей судьбе. Разумеется, живыми таких тварей назвать было нельзя, ибо Вик сомневался, что кто-то смог бы выжить со сломанной шеей, изрубленным на куски телом, да ещё на таком морозе, что плевок превращался в ледышку ещё до того, как коснется земли.

Дорога Висельников, как парни про себя окрестили это жуткий памятник неуемному желанию детей Кеплера убивать себе подобных, даже если вокруг и так уже одна лишь смерть, привела Бонера к подножью черного шпиля. Возле широкого входа, напоминавшего почерневшее от огня женское лоно, толпились местные обитатели. Они входили и выходили, сгибаясь под ударами штормового ветра, снуя к ветхой глиняной пристройке чуть в стороне, таская на спинах явно тяжелые мешки. В той что-то урчало, всхрапывало и фыркало. Похоже это было чем-то вроде стойл, но почему их вынесли на холод, где животные могли легко погибнуть?

Впрочем, тут же располагались укрытия поменьше. Под ворохом толстых, стянутых ремнями, шкур притаились две лавки. В одной, рядом с громадным серым камнем, продавали наполненные некой жидкостью мехи и вязанки дров, а вторая представляла собой что-то вроде лавки старьевщика и заполнена доверху каким-то барахлом. Впрочем, от каждой вещицы разило порченой магией, а саму лавчонку охраняли двое дюжих стражей пограничья.

Один из них был лантийцем, существом похожим на людей, но практически не чувствительных к холоду, носивший легкие доспехи и не скрывавший лица. Вторым же был шеразанец, создание наполовину гигантский паук, наполовину многорукая нага, с отвратительной мордой, усеянной красными бельмами множества глаз и щелкающих жвал, по ноздри закутанное в меховой плащ. Понять, что они принадлежат к стражам, удалось по приметному рунному рисунку на стальной кайме их одежд, точь-в-точь, как у встреченного ими дворфа. Выходит, триумвирату служила не какая-то определенная раса, а сразу несколько. Хотя, может это были всего лишь наемники.

- Словно смотрю на выжженный дотла Стальной Нимб. - заметил Вик, оторвавшись от изучения стражей и взглянув на вершину Обелиска Мрака, утопающую в сияющем ореоле из алого марева и молний.

- Да. - согласился Ял останавливая костяного скакуна, попутно обмениваясь с заметившими их аборигенами подозрительными, изучающими взглядами. Собственно, изучали его только торговцы, остальные удостоили пришлых лишь мимолетным взглядом. - Но ничего общего они друг с другом не имеют. Нимбы, это творения Старых и Древних Богов, а Обелиски Мрака - лишь осколки тверди, низвергнутые в юдоль вечной тьмы, но по какой-то прихоти судьбы вернувшиеся обратно в Кеплер. Эти структуры не имею ничего общего с упорядоченной строгостью построенного до Рубикона, а несут в себе лишь потустороннюю скверну, что словно яд отравляет все вокруг себя.

Вик, приподняв бровь, посмотрел на Яла, как бы спрашивая, откуда он это знает и тот, помогая пробудившемуся Тору породнятся на ноги, пояснил:

- Мне довелось штурмовать твердыни многих колдунов, для некоторых, измерение тьмы было практически домом родным. Днями нам приходилось бродить в беспросветной мгле полагаясь лишь на слух, запах и собственные рефлексы. - он окинул Обелиск Мрака неприязненным взглядом. - Выйти живыми смогли лишь немногие рыцари-подавители, прошедшие полный цикл посвящения. Все же прочие, так и не смогли покинуть того проклятого места, даже когда сам колдун уже извивался в агонии на вздернувших его крючьях. Они стали частью той башни. По крайне мере были, прежде чем мы сравняли её с землей.

Отказавшись от помощи уже стоявшего на земле Вика, Торунг спрыгнул с плоской спины Бонера, используя свой лук со снятой тетивой, на манер посоха, чтобы не упасть. Он стал ещё более молчалив чем прежде, его раздражала собственная слабость, однако было вообще чудом, что после того, как ему проломили череп, мужчина не просто остался жив, но и шел на поправку.

Вернее, это чудо совершили лекари Вардемы, на протяжении почти трех месяцев удерживавшие раненого на грани жизни, пока Вик с Ялазаром размышляли, не будет ли гуманней позволить их товарищу умереть в светлом мире, где после смерти того не ожидали бы кошмары загробного мира, вроде некромантов, пожирателей душ и прочего.

За все это время Торунг заговорил лишь однажды, очнувшись, когда они плыли на корабле через Лазурное Море на юг, к берегам, утопающего в зелени тропических лесов, Олдира. Путешествие вернуло Мрачному силы, словно соленые брызги на коже и чистый свежий ветер напомнили ему о годах юности, когда он ход под парусами. Все, что он тогда спросил было "где мы?", так как ни разу до этого лучнику не доводилось путешествовать между двумя мирами. Но ответ, который он услышал и то, что вскоре Кеплер призовет их обратно, вновь вернуло его обычное немногословие, убив любые эмоции и он опять стал тем, кого знали под именем Торунг Мрачный.

Сверху упали заплечные мешки. Ялазар, рывком вырвав луку из спины голема, разорвав тем самым связь камня душ с костями, спрыгнул с тут же зашатавшегося конструкта. Через мгновение на месте их скакуна осталась лишь груда безжизненных останков и парни, пригибаясь под порывами сбивающего с ног, пробирающего до костей, ветра потащились ко входу в обелиск.

Меньше чем за минуту их плащи покрылись ледяной коркой с налипшим на неё влажным снегом толщиной в фалангу пальца, отяжелев и мешая идти. Казалось вьюга делала последнюю попытку остановить их. Однако зная мерзопакостный характер погоды их родного мира, Вик пролагал, что та скорее хочет просто прикончить их, нежели уберечь от некой опасности впереди.

Отряд прошел между двух лавок. Старьевщик, скупавший артефакты лишь мельком окинул их взглядом, видя что к нему парни не завернут. Вместе с тем хлыст поисковых заклятий стражей пограничья обжог тела и души троицы, но ни лантиец, ни шеразанец не повели даже бровью, убедившись, что в сумках новоприбывших нет ничего запрещенного. А вот негоциант, продававший пухлые бурдюки, внутри которых, судя по тому, что видел Вик через око инфернала, находилась обычная вода, напротив, следил с каким-то нездоровым интересом.

Оказалось, что рядом с его палаткой так же стоит охрана и то, что парни изначально приняли за камень, на поверку оказалось громадным серым троллем, сидящем на заднице и лишенными даже тени мыслей, глазами пялящимся перед собой. Во лбу чудища зияла рваная, едва затянутая черной сукровицей рана из которой торчал осколок пульсирующего темного рубина. Магия, заключенная в камне, пронизывала все тело гиганта, контролируя каждый мускул того, не позволяя уподобиться его диким собратьям и начать крушить все вокруг.

- Что он на нас так пялиться? - тихо шепнул Викар, когда они втиснулись в узкое лоно прохода.

- Верно чей-то соглядатай. - зацепив широкими плечами какого-то нерасторопного коротышку, тут же с руганью отлетевшего в сторону, ответил Ял. - Скорее всего осведомитель местных шаек, рыскающих по дорогам.

Идти пришлось цепью и шедший последним Викариан, украдкой бросил взгляд на предмет их разговора. Блестящие глаза, видневшиеся внутри глубокого капюшона торговца, пристально следили за ними, как вдруг парень почувствовал едва заметное прикосновение магии. Он тут же ощерился простейшими защитными чарами. Собрав попавшиеся под руку течения силы в тугой кнут, несколько раз полоснув им по противным, липким щупальцам чужого поискового заклятия. Те мигом отпрянули, их хозяин явно не желал ввязываться в магическую схватку. Он сидел тут, чтобы следить, а не драться.

- Думаешь кто-то будет устраивать засады на дороге в такую погоду? - стараясь не отставать, постепенно расплетая магические петли собственных чар, удивился Вик.

Ял, без сомнения почувствовавший короткую схватку у себя за спиной, уверено кивнул:

- Этот дол полон артефактами, которые можно продать за огромные деньги. Ты видел, сколько стоят дрова и свежая вода? Литр воды или пяток поленьев за пригоршню метала, я нигде не видел подобных цен, но раз продают, значит находятся те, кто готов платить. Сталкеры рискуют своими жизнями, добывая чудеса, сражаясь с чудовищами, бродячим ужасом, погодой, так почему бы не найтись тем, кто захочет ограбить их по пути домой, когда они будут измождены, ранены или их останется слишком мало. Стервятники всегда слетаются на пиры смерти.

Про себя Вик и так все это понимал, он заметил хищный огонек в глазах местных обитателей, едва их костяной скакун исчез и они остались без его защиты. Здесь не было привычных измождённых, рабов, не было черни, вынужденной побираться или прислуживать. Каждый, кто входил или выходил из Обелиска Мрака был бойцом, отмеченный шрамами, с добрым оружием и броней, независимо от того, был ли он мастером Вечного Океана или воителем.

Когда же троица, наконец, миновав узкое горлышко входа, оказалась внутри шпиля, открылось ещё кое-что. Тут не было авантюристов одиночек, вообще. Внутреннее убранство напоминало выжженный изнутри осиный улей со стекающими с потолка смоляными колоннами и разделенный пористыми перегородками этажей, на каждом из которых горели десятки костров. Возле них грелись люди и нелюди, тихо общаясь друг с другом и стараясь чтобы сидящие у соседнего бивака их не услышали, отчего башня полнилась зловещим шепотом. А может это сами стены шептали запретные суры мира тьмы, источая яд потусторонних откровений?

Вик обратился к Оку Инфернала. Тонкий Мир напоминал дырявое корыто, сквозь которое в пустоту утекали реки магии. Закручиваясь крохотными воронками. Режущий калейдоскоп красок, постепенно истончаясь, исчезал словно бы в никуда, тоже самое происходило и с живыми существами. Это место выпивало жизненные силы, затягивало в себя, по капле, по нитке, но чем больше кто-то находился на одном месте, тем больше водоворотцев утекающей энергии появлялось вокруг него ... и в нем.

Взгляд парня остановился на двух нелюдях, застывших в странных перекошеных позах возле потухшего и видимо давно остывшего костра, они выглядели точно высохшие оболочки, пустые, безжизненные мумии. Он вернул себе обычное зрение, продолжая глядеть в ту же сторону и от увиденного ком подкатил к горлу. Тела несчастных превратились в темную слюду, постепенно оплывая и срастаясь с камнями, на которых они некогда сидели. Одежда с кожей поменяли цвет, став черной, а в их останках теперь с трудом угадывались прежние силуэты, ныне больше напоминая тающие валуны.

Вик быстро окинул такие же "текучие" колоны застывшей смолы вокруг, внезапно осознав, что стены и все внутреннее убранство, возможно, когда-то было живыми, мыслящими существами, теперь слившимися с этим осколком мира вечной тьмы, прорвавшемся в Кеплер. Он тронул идущего первым Яла за плечо, кивком головы указав на этих сидящих.

- Не стоит тут задерживаться, иначе станем как они.

- Нельзя долго находиться на одном месте, видишь торговцев? - он небрежно указал на сгорбленные под тяжестью громоздких заплечных мешков фигуры, снующие между костров. - Знай себе бегают туда-сюда и ничего им не делается. Кстати, теперь ясно почему животных держат на морозе, тут они просто станут частью башни.

С этим было не поспорить. В то время, как суровые угрюмые лица большей частью сгрудились возле огня, тихо обсуждая новости и планы, разношерстно одетые негоцианты останавливались лишь в момент, когда наклевывалась сделка. Со всем своим немалым скарбом они напоминали улиток или черепах. У одного из них на спине был самый настоящий пышущий жаром горн и кузнечная наковальня. Правда, в отличии от обычных базарных торгашей, эти не орали и не тревожили воинов, видимо справедливо опасаясь получить по морде. К тому же, не было видно никакой охраны и вряд ли бы кто пришел на помощь им, случись чего.

А ещё, внутри оказалось поразительно тепло, хотя чтобы прогреть огромные пространства внутренних помещений пришлось бы спалить не одну сотню деревьев. Викар только сейчас понял, что тут не чувстовалось ни дуновения ветра, хотя "окна", а если точнее, вертикальные тонкие разрывы, шириной в локоть, но высотой с пять человек, обильно покрывали стены от подножия до самого шпиля. Дыхание мира почти не проникало за черные стены, разбиваясь о незримые барьеры, точно прибой о камни. Впрочем, дышать тут было можно без помех.

- Раз мы задерживаться не планируем, предлагаю расположиться на первом этаже. - предложил Ялазар, глядя сквозь прорехи в стенах и потолке над головой. Туда, где за сплетающимися телами колон и переходов, виднелись спорадические вспышки сырой магии, просачивавшейся в башню. Он указал на окно шагах в двадцати. - Сядем там, стоит обсудить, что делать дальше.

Пытаться искать укромное место в пустом обелиске, во внутренних стенах которого дыр было больше, чем камня, казалось делом напрасным. А значит, единственный способ оставить свои планы скрытыми от прочих, это слиться с наполнявшим башню шепотом и не выделятся в нем.

Периодически они выхватывали обрывки разговоров, то о каком-то боге, которого низверг собственный культ, то об алой бездне, разлившейся по небесам далеко на северо-востоке этой ночью. Вик даже уловил пару слов о запущенных Хроногрессах. Впрочем, ничего удивительного в подобных разговорах не было. Раз в столетие наступал Праздник Чистых Небес, когда колдовские машины древних по всему Кеплеру низвергали в небеса накопленную за годы мощь своего "сна", очищая купол мира от парящих в нем облаков сырой, дикой магии, скрывавших солнце. Вернее, должны были очистить, но каждый раз эффект оказывался временным и так продолжалось уже почти тысячу лет.

А несколько месяцев назад Викариан узнал, что тому виной. Что не дает их землям возродиться вновь, навечно оставаясь в полутьме, рождавший лишь кошмары, боль и смерть. Он Ял и Торунг нашли целых семь причин, одна из них которых теперь преследовала их, уже убив Даниэля и желая забрать души оставшихся трех наглецов, посмевших нарушить планы королей мертвых.

По ту сторону окна бесновался буран, но снег даже не думал залетать внутрь, напротив, оказалось что едва бледные хлопья касались черного камня, они тут же прыскали в сторону, порождая ещё больше хаоса вокруг себя. Эта странная особенность превращала Обелиск Мрака в эпицентр урагана, неудивительно, что ветер на холме буквально сбивал с ног, превосходя по силе даже буран, гулявший по равнинам. Давно остывшие угольки, растоптанные сотнями сапог говорили, что здесь давно никто не давал ногам отдыху, а необычно бугристый пол, почему-то тут же напомнил о растворявшихся пленниках башни.

Викар, на всякий случай, все же проверил Тонкий Мир, но не обнаружил ничего необычного, лишь те же крохотные буравчики воронок повсюду, постепенно пьющие из всех находящихся внутри силы. Будь у путников выбор, никто в здравом уме не стал бы тут отдыхать, но в том то и состояла загвоздка, что выбора особо и не было. Либо тут отдавать часть своей жизни в жертву обелиску, в обмен на его защиту, либо подохнуть от холода снаружи.

- Паршивое место, но лучше на этом уровне мне кажется не найти. - поморщившись констатировал Вик, ещё раз окинув забитый "постояльцами" первый этаж. Все это напоминала какую-то огромную харчевню, со множеством очагов внутри. Вот только заместо запахов еды стояло зловоние сотен давно немытых тел, экскрементов и разложения.

Бросив на пол мешки, парни уселись на те сверху, развернувшись так, чтобы видеть все помещения и не оставлять слепых пятен. Никому не хотелось получить ножом под ребра. А то, что тут такое возможно, сомневаться не приходилось, короткие схватки возникали постоянно. Причем, за порядком так же присутствовавшие здесь слуги триумвирата видимо следить даже не думали, перепоручив заботу о своих жизнях тем, кому те были дороги.

- Ну что, у кого какие предложения будут? - доставая из подсумка кусок вяленого мяса, разделив то на три равные части и протянув их товарищам, поинтересовался бывший подавитель.

Заготовку так и недоделанного меча он поставил у всех на виду, а новый стальной клинок, как бы сам по себе, оказался на коленях, скрытый его белым плащом, сотканным из толстых костных чешуек. Ял, на мгновение, застыл в нерешительности словно размышляя, стоит ли откинутся на стену, для удобства или все же не стоит. В конце концов, чувство самосохранения пересилило и он наклонившись вперед, начал уплетать еду.

- Для начала, надо понять, что тут вообще есть и о чем говорил страж пограничья. Тор, ты единственный из нас, кто знает эти земли. - Вик едва успел ухватить Мрачного за плечо, не давая тому завалиться набок. Тому короткая прогулка далась нелегко, он был бледен, покрылся испариной, тяжело дыша, но через силу заставил себя жевать свой кусок, понимая что нужно как можно быстрее возвращать силы. - Ну или хотя бы знал когда-то. О чем говорил дворф? Что такое Расколотые Земли, Дикие Горы, Доридос, ну и вообще все, что сможешь вспомнить.

Будь Тор, как все прочие люди, он бы, наверное, недовольно поморщился бы, а так лишь нервно дрогнул уголок его губ, ему было тяжело даже просто оставаться в сознании, не то что говорить. Однако воин считал ниже своего достоинство потакать слабости и собравшись с силами, попытался ответить. Пережеванное мясо тут же выпало из-за щеки, скатившись по сильно отросшей и нечесаной черной бороде, но было поймано у самого пола и сунуто обратно в рот. Вик с радостью отметил, что реакция, несмотря ни на что, возвращается к их товарищу, как и голос, вкрадчиво-тихий, но уже не угасавший при каждом новом вздохе.

- Расколотые Земли лежат на севере, за рекой Онт, рядом с полагаю ныне потерянным полисом Соф. Они были созданы некой эфирной аномалией во времена прежнего Тирана, когда Бродячий Ужас еще не захватил дол. Что конкретно произошло, мне неведомо, хотя полагаю без моих бывших хозяев там не обошлось, уж слишком часто Талтан совершал путешествия на север прямо перед тем, как в Кеплер вырывались потоки дикой магии, изничтожавшие все живое севернее Онта.

Воспоминания о тех, кому он когда-то служил, особенно имя верховного алхимика, придали голосу Тора силы, словно вновь напомнив о смысле его жизни. О том, что он поклялся уничтожить все, что было создано ими с Талтаном, о роли которую сыграл в создании чумы этих земель, Бродячего Ужаса. Хотя двигало на этом пути им вовсе не чувство вины за содеянное, а ненависть к самому себе прежнему, чья жадность и недальновидность привела к потере всего, что было ему по-настоящему дорого.

- Примерно в тех же краях, на одной из излучин реки должны лежать обломки великого Аргуна, огромного линейного корабля, что способен был бороздить как моря земные, так и волны астрала, и чей экипаж насчитывал без малого тысячу душ.

Услышав последние, Ялазар, не сдержавшись, присвистнул, чем привлек нежелательное внимание прочих постояльцев, а пара торговцев, из-за плоских салазок на их спинах напоминавших тараканов, ошибочно посчитав что их подозвали, засеменили в сторону парней. Тору пришлось прерваться на время, пока остальные отбивались от назойливых предложений заточить клинки или купить дурно пахнущие мясные шарики с налипшими на них волосами и плесенью.

- Линейный корабль, здесь? Я полагал они избегают рек, дабы ненароком не сесть на мель или не быть обстрелянными с берега осадными орудиями. Что ему тут понадобилось?

- Твоя правда, обычно линкоры, фрегаты и прочие левиафаны избегают узких русел рек, но Аргун был не простой корабль, он мог путешествовать сквозь Тонкий Мир, а вел его по течениям стихий один из великих магов-курфюрстов. Фактически это была полноценная плавучая цитадель, что иногда бросала якорь в портах Софа. Возможно его капитан имел с Талтаном какие-то дела.

- Но с чего ты взял, что обломки все ещё там, а не растащены мародерами и не уничтожены временем?

- Мне довелось лицезреть их лично. Аргун тяжело ранен, но не уничтожен. Удар магии искажения, расколовшей землю на берегу, превратил один из бортов сплошное месиво из дерева, железа и остатков тел экипажа, но большая часть судна уцелела, выброшенная на берег. К тому же, его окружает некое энергетическое поле, не позволяющее подойти к кораблю ближе, чем на сотню шагов. Поговаривали, что кто-то иногда появляется из этой необычной аномалии, может элементали, может блуждающая энергия, но лично я никого на палубах не видел. Рабов же, которых мы заставляли идти к Аргуну, в какой-то момент просто обращало в пепел.

Вдалеке послышались возмущенные возгласы, постепенно переходящие в крик. Мгновенно позабывшие о свистнувшем Ялазаре, угрюмые физиономии одна за другой стали поворачиваться в ту сторону. Вик тоже взглянул, кажется назревала серьезная потасовка, крепкие слова и кулаки уже были пущены в ход. Как он и ожидал, стражи пограничья проявили интереса к происходящему не больше, чем все прочие, даже не думая разнимать сцепившихся.

Тор тем временем продолжал:

- Южнее, лежит Чаща Украденных Душ. Она раскинулась на недели пути, отсекая южную часть дола от северной. Собственно, название его появилось из-за некоторых деревьев, растущих в нем. Инферналы, прорвавшиеся в Кеплер, свили в них гнезда, ожидая неудачливых путников. Гибкими ветвями и могучими корнями они ловят жертву, разрывая её тело на части, а душу забирают себе. Фактически, это естественная преграда для Бродячего Ужаса, напирающего с севера. То, что некогда было основной опасностью этих земель, теперь стало их спасением. По крайне мере тех, что лежат по эту сторону леса.

- Думаешь, Чаща способна остановить чудовищ? Тогда, с кем воюют те, кто пришел в Доридос? Да и как вы сами пробирались к тому же Софу? - удивился Вик, прикидывая нельзя ли будет как-нибудь использовать опасную флору в борьбе с личем, что рано или поздно придет за ними.

Торунг пожал плечами, с трудом оторвав ещё кусок мяса. Приняв из рук Яла мех с вином, сделал осторожный глоток, передав бурдюк Вику. Потасовка в башне разрасталась, кажется уже пошли в ход палки. Значит скоро дело дойдет и до поножовщины, но пока это не грозило коснуться их самих, парни не особо обращали внимание на происходящее.

- Полностью остановить она их конечно не способна. Души Бродячему Ужасу не нужны, они есть аберрации плоти, а не живые существа, да и убить этих тварей разорвав на части невозможно, я пытался. Но все-таки, после таких повреждений им потребуется немало времени, чтобы вновь прийти в себя. К тому же, их миграция не имеет какого-то направления, а значит они могут бродить кругами в течении десятилетий, умирая и возрождаясь вновь, но так и не выйдя из Чащи Украденных Душ. В прошлом же, через лес никто в одиночку не ходил, а отправлялись "паловые" караваны с десятками людей и специально обученными пиромансерами. Те просто выжигали все вокруг себя, оставляя просеку из пепла и мертвых инферналов. Большая же часть Бродячего Ужаса тут и в Доридосе, это твари, которых триумвират колдунов сам же и обрушил на наши головы, а теперь "героически" борется с последствиями своих деяний.

- Вернее позволяет бороться другим, а сам лишь собирает самые ценные артефакты твоего бывшего господина. - усмехнулся Ялазар, разглядывая лица охотников за удачей вокруг. - Да эти ублюдки дадут фору любому культу в двуличности. Сначала убить все живое, а после, позволить другим исправлять свои злодеяния, да ещё наживаться на этом. Что-то мне подсказывает, стражи пограничья тут ни хрена не границы охраняют, а смотрят, чтобы от колдунов не ускользнули самые ценные артефакты. Не удивлюсь, если триумвират ещё дерет деньги с ближайших долов за якобы защиту от Бродячего Ужаса.

Ял никогда не питал любви к магам, хотя с некоторых пор сам начал практиковать обращение с Тонким Миром, но все же привитая ему с детства ненависть к мастерам Вечного Океана, вновь и вновь давала о себе знать, выплескиваясь в мир едкой правдой. Он лучше, чем кто бы то ни было понимал, что Семя Порчи, живущее почти в каждом, кому не посчастливилось родиться в Кеплере, сильнее всего проявляющееся именно в облечены силой, просто не может позволить своему носителю не творить зла. Это наследие Разрушителя в себе могли перебороть очень немногие, вроде тех же Подавителей, чья безумие и ненависть ко всему живому, в том числе к себе, становились колючем к свободе. Или их противоположности, Скота, целой расы рабов, что казалось вовсе отказались от идеи насилия и потому обречены вечно нести невольничье клеймо.

- Берет. - подтвердил его догадку Тор, правда не ответивший даже тенью эмоций на тихий смех Яла. - Но вот что мне показалась по-настоящему странным, так это то, что слуга триумвирата упомянул Доридос, как место основной добычи творений Талтана, а ведь полис вовсе не был их сосредоточением. Большую часть своих изобретений придворный алхимик создал вовсе не в лабораториях дворца, а в своих тайных кавернах под кряжами восточных гор. В месте, под названием Каньоны Солидера, где как считается, похоронено наследие мира до Рубикона. Возможно, именно оттуда Талтан и черпал свое темное вдохновение, в конце концов, часть Старых Богов некогда пыталось уничтожить Кеплер, присягнув Разрушителю. Мой учитель не был маньяком и не хотел гибели всего живого, но эти знания вполне могли исказить его разум. А ещё, насколько я помню, там никогда не было гнезд Бродячего Ужаса, добывать артефакты там должно быть гораздо легче.

Замолчав, Торунг исподволь глянул на сгорбленные фигуры сидевших у двух ближайших костров, те находились шагах двадцати и вряд ли могли услышать сказанное им, продолжая кто точить клинки, кто кашеварить, а кто просто играть в рунир.

- Как по мне, вполне разумно, что стражи ничего не говорят о каньонах. - принимая обратно вино, отметил Ялазар. - Ну подумай сам, если там относительно безопасно, значит им проще в тихую установить полный контроль над тем местом, чем постоянно отгонять оттуда разного рода сброд. Иначе, в конце концов, какой-нибудь шибко мозговитый номан навыдумывает, что в тех краях несметные сокровища и начнет трезвонить по харчевням, да бражным домам. В итоге, о Доридосе все забудут, но зато толпы авантюристов, а возможно и целые армии городов-государств припрутся сюда, чтобы отобрать у триумвирата этот лакомый кусок.

Вик согласился:

- А так и искатели разного рода приключений на свою задницу при деле и колдунам никто не мешает копаться в наследии Талтана. - парень краем глаза приглядывал за происходящим вокруг, при этом стараясь не терять нить рассказа.

Обычно полупрозрачные контуры вещей, присутствовавших в реальном мире, вроде стен, пола, разного рода мусора и прочего, в Обелиске Мрака словно бы наполнялись изнутри темным туманом. Он исторгал из себя извивающиеся нити щупалец такого же цвета, цепляясь к рекам силы и живым существам. Обычным взором башня напоминала выезженные соты, однако в Тонком Мире это было паучье гнездо с сотнями, попавшими в его сети жертв. Но если замеченные ранее воронки просто вытягивали силу из всех вокруг, то эти жала тьмы вливали в пустеющие сосуды тел что-то новое, страшное. Несчастные, что ныне превратились в оплавленные каменные статуи, плоть от плоти самого обелиска, оказались переполнены этой гадостью.

- Нам нужно будет уйти отсюда, как можно скорее. - вновь повторил Вик, с раздражением откинув от себя отвратительно липкие жгутики черной заразы, внезапно уловив, что очень многие находящиеся внутри башни делают тоже самое, будто счищая снег со своих плащей. Тут было много мастеров силы. Практически в каждой группе оказался умеющий прозревать Тонкий Мир, не говоря уже о чудовищном количестве всякого рода амулетов, фетишей и оберегов на всех вокруг. Видимо без магии в этих землях и впрямь никуда.

Ял хотел было по обыкновению сумерничать, но видя неподдельную тревогу товарища сдержался, серьезно ответив:

- Втроем мы далеко не уйдем. У нас даже проводника нет. Уж прости Тор, но ты бежал отсюда сколько, десять, двадцать лет назад? Слишком много времени прошло, это не считая того, что сейчас зима, вокруг куча хищников, а после Праздника Чистых Небес ещё появятся и толпы фанатиков-психопатов.

- Согласен. - медленно кивнул в ответ лучник. - Я помню о паре опасных мест, вроде Болот Глубов, могильников возле Доридоса. Они скорее всего сохранились. А ещё были Врата Снов, что вели в иное измерение, созданное одним крайне опасным чародеем. Он заманивал путников мечтами и грезами в свой мир, где был абсолютно всемогущ.

Вик полез в заплечный мешок, за Атласом Крига, вспомнив, что в древнем фолианте хранились карты всех существовавших земель Кеплера, правда с некоторых пор в нем стали появляться записи и о Вардеме, что было совсем уж странно. Возможно книга, как и большинство могущественных артефактов, вроде до сих пор не поддававшей признаков жизни золотистой пластинки на его руке, имела некое подобие разума и могла дополняться без вмешательства кого бы то ни было.

Быстро найдя нужную страницу, он показал её товарищам. На карте были тщательно выведены полисы, разбившийся Аргус, Каньоны Солидера. Даже виселицы, убегавшие от черного сталагмита, обозначавшего Обелиск Мрака на север, оказались запечатлены и назывались ровно так же, как нарек их сам Вик - Дорогой Висельников.

Ткнув в привлекший его внимание, криво начерченный, рисунок, напоминающий заваленного валунами пугала, на северной оконечности Чащи Украденых Душ, парень поинтересовался:

- А что это за место?

Хотя Тор хоть ничем и не выказал своего удивления, но как-то уж слишком долго разглядывал черные росчерки на пегом листе. В заглавии же карты значилось название Дол Печати Отмщения. Имя, что дал этим землям триумвират колдунов.

Лучник покачал головой:

- Я не знаю. - он провел дрожащим от переутомления пальцем по знакам мест, перечисляя их, добавив к уже упомянутым, "Сраженного Титана, Осколки Небесного Свода, Пики Огненных Слез, Облачный Мост", но в тоже время, многие иные ему были незнакомы.

Крупное лицо Ялазара приняло задумчивый вид, отчего он стал похож на склонившегося над картой предполагаемого сражения генерала, с выбеленными от прожитых лет волосами, хотя он ещё даже не разменял и третий десяток.

- В любом случае, придется идти на север. Думаю, сначала стоит посетить Доридос. Постараемся придерживаться тех мест, что тебе знакомы Тор, но все равно нам нужны проводники по этим землям. - на пути к полису лежали степи, болота, леса. Без знающих дороги и её опасности такое путешествие казалось сродни самоубийству. - Судя по карте, тут немало опасных мест, где можно напороться на засаду. На равнине в метель ни черта не видно уже в двадцати шагах, я уже не говорю про Болота Глубов и Некрополь. А что такое Тысяча Колов, лежащее прям на пути к полису, даже думать не хочу, хотя догадываюсь. В общем, хорошо бы нам прибиться к кому-нибудь, но сомневаюсь, что местные сталкеры с распростертыми объятиями принимают к себе незнакомцев.

- Ещё бы, - хмыкнул Вик, - кому охота связываться с возможным наводчиком разбойничьих шаек. Впрочем, у нас есть Бонер. Все что нужно, это раз в три дня находить укрытие, чтобы он пополнил силы, а мы не замерзли.

Однако это предложение Ялазар отмел на корню:

- Не выйдет, я и так еле дотащил нас сюда, сила камня душ держит голема крепко, но управлять им, после того, как я потерял большую часть власти над костями, мне становится все сложнее.

- Жаль, твои прежние способности нам бы сейчас пригодились.

Однако бывший подавитель вовсе не выглядел расстроенным.

- Наш мир, как и наша жизнь, это вечный хаос. Изменения постоянно текут, как вокруг нас, так и внутри. Мой путь от мальчишки раба, до брата-сержанта одного из самых жестоких орденов, окончился тем, что я сам, добровольно, связал себя Тонким Миром. Казалось бы, немыслимо, но факт. А сейчас я просто стал кем-то новым. Так что и жалости по утраченному как-то не ощущаю.

- В жалости к себе нет смысла. - вторил ему Тор, тяжело вздохнув, но вино и пища явно пошли ему на пользу. - Лучше глядеть в будущее, искать новые возможности, цели, что дарит жизнь, чем утонуть в боли потерь.

Наступило долгое молчание, нарушаемое лишь кружащим вокруг шепотом, да звуками битвы неподалеку, на которую никто из парней теперь не обращал внимания. Ялазар вновь принялся неспешно править оружие, рассеяно вытягивая силу из Вечного Океана и заставляя её превращаться в костяные зубцы на клинке его костяного меча. Тор прикрыл глаза, его дыхание успокоилось, он будто задремал, а Вик с неожиданной ясностью понял, что эти двое правы. Неважно даже какая цель, главное чтобы она была. Ведь и он сам, потеряв мать с братьями, нашел спасение в новом смысле жизни пусть им и было простое желании отомстить убийце. И он получил свою месть, холодную, не принесшую радости, но тем не менее давшую странное облегчение, будто освобождающее от чего-то незримого. Теперь ничто не мешало ему двигаться дальше, не оглядываясь каждый раз в свое прошлое.

Им посчастливилось достигнуть этого место, минуя многие опасности и единственное, о чем по-настоящему жалел Вик сейчас, это то, что Вардема подарила лишь пару незабываемых часов с его прекрасной Беатой. Как бы ему хотелось продлить это время хоть ненадолго, но ученица Богини Шелковых Дюн, не осмелилась бы ослушаться своей госпожи, а он не в силах был последовать за ней на север, ведь это означало бы верную смерть по возвращению в Кеплер. Оказаться в ледяных пустошах прямо посреди зимы, да ещё после Праздника Чистых Небес, когда улицы и без того редких городов заполняют озверевшие фанатики - верная смерть. Из почти трех месяцев, проведенных в благословенной земле, им были подарены всего лишь пара часов, чтобы насладиться друг другом, но это время согревало душу, как костер согревает тело в лютый мороз.

Сквозь одежду, прикоснувшись к своей части амулета, сводивший их с Беатой, Викариан перевел взгляд на сокрытый под меховым рукавом золотистый артефакт-наруч, едва заметно улыбнулся. Их новая встреча лишь вопрос времени, у него в руках есть и ключ от Вардемы и путеводная звезда.

Внезапно, исполненный боли крик раздался совсем неподалеку и рядом с парнями шлепнулась отрубленная по локоть чья-то зеленая конечность. Вслед за ней, сквозь пламя одного из кострищ, загребая шиворотом угли вылетело тело, вернее обряженный в меха изрубленный каменный остов, в котором с трудом угадывались прежние очертания кого-то, вроде горгульи. Крылья создания были отсечены, а само тело теперь даже с трудом шевелилось. Впрочем, рука принадлежала не ему, а другому, теснимому сразу тремя противниками неудачнику, издали напоминающего источающего изумрудные миазмы светлячка переростка. Видимо ссора двух шаек приближалась к своему закономерному концу. Победители добивали побежденных.

Сразу с нескольких углов к пожиткам проигравших потянулись торговцы и воришки. Однако рык, исторгнутый из зубастой пасти возвышавшегося над побоищем бледного, обманчиво хрупкого существа, заставил несостоявшихся мародеров застыть на месте.

Безглазое существо, чем-то напоминало отрастившее руки и ноги слизня. Кожа его казалась полупрозрачной, блестела, а по лысому шишковатому черепу тянулся необычный нарост, вроде рваного плавника. Оно обернулось к своим, ткнув длинным когтистым пальцем в изуродованную, но ещё живую горгулью и на исходящего зеленым паром мутанта, перерубленного почти на двое, у себя за спиной, после чего резко махнул рукой в сторону, где виднелся темный разрыв в полу. Точь-в-точь такой же, какие были в потолке, позволяя видеть верхние этажи, но из этой трещины не лился свет и не было слышно звуков. Словно пасть бездны, алчущая жертвы и жертву эту должная получить.

Короткие костяные копья вонзились в умирающих, потащив их по полу между костров, хозяева которых с интересом, но совершено без страха наблюдали за видимо привычной в Обелиске Мрака картиной. Молить о пощаде здесь было бесполезно.

Два тела, одно покрытое каменной чешуей и второе оставляющее на полу фосфоресцирующий след, были быстро сброшены в пустоту, где тьма с охотой их проглотила. Никто не услышал ни криков, ни звука падения, только вечный непрекращающийся шепот, проникавший в разум, оседающий пеплом на каждой родившейся в нем мысли.

- Кажется, этим двоим повезло. - не сдержался Викариан, когда увидел, что вместе с трофеями только что ими убитых, дюжина победителей тащат к своему костру нескольких недобитков, плотоядно облизываясь и востря тесаки, что мясники на бойне.

Еды всегда не хватало, никто не сеял и не собирал урожай, как Вардеме, большинство в Кеплере жило собирательством или охотой. А потому каннибализм или пожирание существ иных видов, для большинства рас, было делом обычным, тот же Скот, к примеру. Рабы выращивались в основном на забой или для плотских утех. А те двое, скормленные пустоте, видимо являлись просто напросто непригодными в пищу. Да и кто станет грызть каменную плоть горгульи, когда есть свежее мясо.

- Сомневаюсь, что попасть в реальность вечной Тьмы везение большее, чем быть сожранным заживо. - не согласился Ял, осекшись на полуслове, когда в их сторону повернулась безглазая морда проходящего слизняка-главаря. Тот будто бы прикидывал, не стоит ли пригласить на трапезу ещё и их троих. Разумеется, в качестве блюда. - Предлагаю начать поиск проводников незамедлительно.

К счастью, к этому времени они успели как следует рассмотреть сидящих за ближайшими кострами. Быстро посовещавшись, решили что лучше всего будет прибиться к небольшой группе, для которой было бы выгодно получить к себе пару дополнительных клинков. К тому же, это безопасней. Крупному отряду врядли нужна будет помощь, а вот доверху набитые скарбом заплечные мешки попутчиков, вполне могут приглянутся.

Выбор, несмотря на количество авантюристов вокруг, оказался совсем невелик. Либо напрашиваться к пятерке здоровенных орков, закованных с ног до головы в стальные доспехи, обвешанных кучей колдовских амулетов и явно не первый раз охотящихся за артефактами в этих краях. Либо к чуть большей шайке людей, но одетых гораздо более скромно, громко смеющихся, рыгающих и вообще выглядящих лишними в этой обители шепота и мрака. Была правда ещё группа из трех женщин неизвестной расы, чьи головы заменили пористые термитники, покоящиеся на толстых, будто пеньки шеях, а тела покрывали сеточки черных вен, но к этим особам приближаться уж точно не хотелось.

Быстро обсудив все за и против, парни, закинув за спину мешки, стали пробираться к отряду состоявшему в основном из им подобных. Главарь шайки, с шапкой густых, заплетённых в грязные косы седых волос, приметил их первым, тут же смекнув куда они направляются и что-то тихо приказав. Со стороны могло показаться что ничего не изменилось, но руки людей, как бы невзначай легли на рукояти оружия, а ноги подобрались.

Безглазый, все это время уж непонятно как, внимательно следивший за происходящим, замер в нерешительности. Гребень на голове подергивался и было видно, что в нем борется жадность с осторожностью. Одно дело напасть на тех, кто не способен дать достойного отпора и совсем другое, схватиться с равными, хотя бы по численности. В конце концов, он все же решил подождать и посмотреть, что будет дальше.

- Ну, чё надо? - без долгих приветствий с ехидной усмешкой поинтересовался седовласый, едва парни приблизились. - Милостыню не подаем, а походные шлюхи нам без надобности.

Пара человек гоготнули, остальные заулыбались с интересом ожидая ответа. Ял не заставил себя ждать:

- Да, видим у тебя и своих подстилок вдосталь. - он указал на мгновенно переставшие скалиться лица сидящих. - Но мы здесь за другим. Судя по тому, что вы сидите на дровах, а к мешкам у вас приторочено по три полных бурдюка, вы только собираетесь выступать в Доридос. Нам нужно туда же. Вместе будет проще дойти.

Длинные свалявшиеся космы главаря качнулись, когда тот стал подниматься на ноги и его примеру тут же последовали все остальные, забряцав амулетами и рунными черепами по броне, скрытой под шкурами. Викар, не удержавшись, сглотнул появившийся в горле комок, подумав, не лучше ли было прибиться к оркам, чем связываться этими дикарями. Да и колкости Яла, судя по хмурым рожам вокруг, не прибавили к ним любви.

- А с чего ты взял, белобрысый, будто нам нужна чья-то помощь, что вы можете? - на этот раз голос седовласого звучал жестко, без тени усмешки. - Ваши холеные рожи выдают в вас тех, кто не привык к трудностям походов, да ещё с вами полудохлый, едва переставляющий ноги калека. Пока что я вижу перед собой три потенциальных трупа, польза от которых весьма сомнительна. Так что нам, к примеру, помешает перерезать вас, как Скот и поживится вашим барахлом.

Нельзя сказать, что лица парней после долгого пребывания в Вардеме так уж изменились. Однако, они все же сильно выделялись на фоне окружавших их харь людей, побуревших от холода, жестких, морщинистых, явно не один месяц скитавшихся по обдуваемым ледяными ветрами тропам. Видя заигравшие на лице Ялазара желваки и руку, уже потянувшуюся к оружию, Вик быстро выступил вперед:

- Мы лекари. - быстро соврал он, благодаря судьбу за лежавшие в его поясном мешочке листки обезболивающей меланы. Да и он уже имел небольшой опыт врачевания, перенятый от того, кого они считали другом и после вероломно предавшего их. - Я врачую хвори и раны, а мой товарищ - переломы.

Главарь приблизился, внимательно разглядывая лицо Викариана будто пытаясь прочесть на нем, правда ли это, но тот не опустил взгляда, глядя прямо в выцветшие бельма подошедшего.

- Раны говоришь лечишь? - оскалься прошипел он. - Докажи.

Вик не успел и моргнуть, как в его живот что-то вонзилось, выбив из груди воздух и заставив, согнувшись пополам от боли, упасть на пол.


* * *


Звякнули кольца булатной кольчуги, скрытой под одеждой. Обиженным хрустом ответило переломившееся лезвие костяного кинжала, рукоять которого осталась в кулаке напавшего, а сам он уже заваливался назад с разбитой физиономией. Кровь из носа и рта щедро плеснула на пол и окружавших, будто лопнул набухший фурункул. Рефлексы брата-сержанта Подавителей оказались быстрее мысли. Ударом левой руки Ял отправил главаря на землю, правой выхватив свой фламберг тут же нанося им быстрый колющий удар в живот ближайшего врага.

Шелест вырванных из ножен клинков разорвал разлитое в воздухе шепчущее марево и костяные лезвия столкнулись с кованой сталью, обдав окружающих режущими осколками. Но вдруг раздался раздался крик:

- Прекратить! Убрать оружие, отродья шлюх! - орал захлебывающийся собственной кровью седовласый, пытаясь встать на еле державших его ногах.

Через силу втянув в себя воздух, Викар огляделся. Помимо рвавшего глотку и утиравшего кровавые сопли старика, раненым оказался так же один из его людей, тот самый, что первым нашел острие меча Ялазара. Он лежал на полу зажимая рану руками, скуля и подвывая.

Впрочем, на этом успехи их маленького отряда заканчивались, они оказались окружены и отбиться от восьмерых, злых, готовых порвать их в клочья головорезов, вряд ли бы удалось. Так почему же седовласый пытался остановить бой.

И чего это сидящие у ближайших костров, вначале даже не реагировавшие на схватку, теперь, похватав свои мешки, отбегали подальше.

Ответом оказалась колба, наполненная рыжими языками пламени со сверкающими в нем золотистыми искорками, зажатая в трясущейся руке Торунга. Ученик и слуга Талтана, медленно, шатаясь, шел вперед, пока не поравнялся с Ялазаром. Словно бы нарочно его пальцы дрогнули, а склянка едва не скользнула на пол, заставив всех окружающих шумно втянуть воздух.

Главарь, видя что быстро покончить с наглецами не удалось, решил пойти на попятную. Ухватившись за рукав ближайшего из своих людей, он наконец принял вертикальное положение.

- Не хватало ещё дать падальщикам попировать на наших костях. - он бросил короткий взгляд в сторону безглазого слизня, что уже начал вновь собирать свою банду вокруг себя. - И так. Лекарь, профессиональный солдат и алхимик. Ну что ж, это явно лучше, чем сопляк, холеный хлыщ и калека, за коих я вас принял поначалу.

Собственные раны его кажется нисколько не беспокоили, однако он кивнул в сторону корчившегося на полу неудачника с распоротым брюхом:

- Исцели его, тогда пошепчемся о деле.


## Глава 2. Сквозь Пелену Обманов


- Держите его! - хрипя от напряжения, в попытке не выпустить выскальзывающие из рук нити магии, приказал Вик окружавшим их людям, когда тело мужчины задергалось в очередном приступе. "Исцеляемый" захлебывался бурой липкой жижей, исторгаемой из желудка, попутно обгадившись, лежа в луже собственной крови и дерьма. - Ял приподними эту чертову книгу я ни хрена не вижу, что там нацарапано.

Как это было не прискорбно признавать, виной происходящему стала вовсе не колотая рана живота. Можно было бы, конечно, не мудрствуя лукаво прибегнуть к знаниям жрецов-целителей, полученных от Измаила, что хоть и не являлись идеальными, но уже не раз выручали парней в походе. Однако черт дернул Вика попробовать три способа врачевания, описанные на страницах фолианта, добытого им в Фаризе.

Чары эти были созданы ещё до падения Кеплера, а потому парень справедливо надеялся на их эффективность. Беда заключалась в том, что хотя ему удалось расшифровать рисунки и правила плетения заклятий, пояснения что же они должны делать оказались написаны на древнем наречии, понять которое он сумел лишь частично.

И будто бы этого оказалось мало, сам Викар уже несколько месяцев избавленный от необходимости ворожить допустил грубейшую ошибку, использовав для сотворения чар первое попавшееся течение силы. Разумеется, в Обелиске Мрака такой стихией оказалась поглощающая саму жизнь тьма, а вместо желаемого исцеления раненый получил тяжелейшее заражение органов.

Викариан едва за голову не схватился, поняв какую глупость совершил, но вовремя вспомнил о пристальных взглядах товарищей, корчившегося от боли мужчины. Сохранить невозмутимое выражение лица удалось с большим трудом. По счастью, первое заклятие воздействовало в основном на область живота и зараза не успела сразу поразить сердце. Парень быстро перелистнул страницы книги, ведя едва заметно дрожащим пальцем по аккуратной вязи слов половину из которых он не понимал, ища следующую целебную формулу. К счастью, это не заняло много времени и он вернулся к ворожбе.

В Тонком Мире кисти его покрывала истончившаяся амальгама стихий-оберегов, неотъемлемый атрибут при сотворении чар. Пришлось потратить несколько драгоценных секунд латая уже начавшие образовываться в ней прорехи. Касаться магических течений Кеплера не имея защиты, было все равно, что плескаться в нечистотах, в лучшем случае подцепишь какую-нибудь заразу, а то и полноценную мутацию.

На этот раз Вик внимательно присматривался к энергиям, сплетающимся в кольца вокруг него, вскоре найдя относительно незамутненный поток, щедро зачерпнув из него. Заклятия древней книги плелись легко, почти не требуя усилий во время работы с ними, что говорило о несомненном мастерстве некогда написавшего их. Чего нельзя было сказать о своенравных стихиях, дававших им жизнь.

Испарина проступила на лбу парня, когда через его руки мощными толчками в тело, едва сдерживаемое шестью дюжими мужиками, начал вливаться очищающий белый огонь.

Однако вместо того, чтобы просто сжечь заразу, заклятие стало собирать её по всему телу, стягивая в одну точку, чуть пониже спины. С новым спазмом, отвратительно булькающая, истекающая горячими миазмами жижа вышла из тела, неся в себе нечто черное и пульсирующее. Поганые соки затушили костище, обдав находившихся рядом удушливым, зловонным дымом. Бледное, бескровное лицо мученика тут же разгладилось, он будто бы заснул, пока остатки заклятия латали мелкие внутренние повреждения, полученные во время "исцеления". Впрочем, рана на животе так никуда и не делась.

Викариан с досады тихо выругался и смахнув крупные капли пота, щипавшие глаза, укрыл кисти свежим слоем стихи-оберегов. Оставалось последнее заклятие, которое, как он очень надеялся, все-таки окажет то целебное действие, которое ему было нужно сейчас.

- Смотрю, ты не шибко беспокоишься за своего бойца. - терпеливо держа на весу книгу, пока Вик вновь листал страницы, обратился Ялазар к главарю шайки.

Седой, так все звали старика, даже не пытаясь узнать его истинное имя, сидевший возле костра с ленивым интересом поглядывающий на происходящее, пожал плечами:

- Из нашего похода и так вернется едва ли половина, чего мне переживать за них, чай я им не мамка, грудью не кормил. Тут за своей бы шкурой уследить. - он прищурился, всматриваясь в дым потухшего костра. Вик проследил за его взглядом. По его спине к загривку пополз мерзкий холодок, когда он увидел, как только что вырванный из тела комок черного нечто, расправив крохотные щупальца пытается уползти в сторону ближайшего провала в полу, оставляя за собой жирный слой слизи. Старик же, усмехнувшись, добавил. - Только давай сразу договоримся, случись со мной такая рана, обойдемся без подобных ритуалов. Уж лучше сразу добей, не хватало мне под старость лет родить отродье кваплы.

Рядом с главарем молча сидели ещё двое. Торунг, так и не убравший руки с взрывной колбы, на случай, если вдруг кто-то решит сделать глупость и худощавый мужчина, с едва начавшей седеть бородой, по имени Ори. Последний носил дорогой меховой плащ, обвешанный сумочками и кожаными перевязями, в которых покоились разного рода свитки, да склянки, а руки крепко сжимали искусно вырезанный посох, без набалдашника, но покрытый вязью резких, угловатых рун. Без сомнения, он был мастером Вечного Океана, причем не из последних. За все время, маг не произнес ни слова, даже не повернув головы, когда между двумя отрядами произошла схватка, видимо считая подобные мелкие дрязги ниже своего внимания.

Выдохнув Викар принялся плести последнее заклятие, краем уха прислушиваясь к разговору. На этот раз он не допускал ошибок, создавая из энергий нечто, вроде быстро застывающего глиняного каркаса, что ложась на плоть накрепко фиксировал её, не позволяя сдвинуться и слегка стягивая края раны.

- Ты сам ходячий кладезь болезней, старик, не пойми как вообще стоящий на ногах, но говоришь, что с похода не вернутся молодые. - судя по всему, Ялазар разглядывал Седого через Тонкий Мир, видя все те многочисленные хвори и слабости, которые поразили дряхлое тело.

- Для большинства из них, это первый поход в Земли Печати Отмщения. Опыт тут покупается собственной кровью и жизнью тех, кто идет рядом. Жадность, страх, сожаления, любые эмоции, все это нужно отринуть если хочешь выжить там, где правит Бродячий Ужас. Но разве молодые, могут отказаться от огня, горящего в их душах, движущего их помыслами, отказаться от мыслей о богатстве и славе? Нет, тот кто идет сюда, готов добровольно сыграть со смертью в рунир, ради призрачной надежды исполнения мечты.

- А для тебя? - не отставал повелитель костей.

Старик усмехнулся, закусив пожеванный прутик дурман травы:

- Пятнадцатый. - после такого ответа обычно острый на язык Ялазар не нашел что сказать и даже Торунг обернулся к старику.

- Выходит, раз ты тут выжил, значит у тебя нет мечты. Зачем же ты сам сюда возвращаешься снова и снова? - Викар не смог удержаться от вопроса, хотя был полностью погружен в работу. В отличие от первых двух заклятий, последнее требовало гораздо больше сил, но и действовало намного дольше, испуская из себя волны энергии, помогающей поврежденным тканям быстро регенерировать. Минусом же оказалось, что раненый не мог разогнутся, намертво замороженный в позе эмбриона и судя по всему, вынужденный теперь не менее суток провести в подобном положении. Что ж, у всего есть своя цена.

Седой ответил не сразу, некоторое время не мигая таращась в пустоту:

- Привычка, наверное. Я тут уж более пяти зим шаркаюсь, уходя из дола только чтоб добычу промотать, да найти новых бойцов взамен сдохшим. - кивком головы он указал на отряхивающийся после всего произошедшего и недовольно ворчащий отряд, большинство парней из которого казались ровесниками Викара. - Не знаю, что меня сюда тянет. Да и на хрен мне над тем задумываться пока удача при мне и монеты мошну тянут?

- Лжешь. - без злости перебил его Ял, чем вырвал Седого из ступора. Глаза того впились в бывшего подавителя, но в них не было страха, что его тайну раскрыли, скорее раздражение от неверия. - Ты что-то ищешь тут. Может бессмертия, а может покоя, простоты жизни.

Вокруг послышались смешки, а лицо старика потеряло прежнюю мрачность, на нем появилось даже нечто вроде улыбки, показав осколки редких коричневых зубов:

- Так, тащите Шарта к костру, где эти трое гавриков сидели, наш то теперь и бесовским огнем не разжечь. - обратился он к отряду, тут же бросившемуся исполнять приказ, вытаскивая скрючившееся тело своего товарища из лужи собственных испражнений. - Странное у тебя представление о покое, белобрысый. Тут тебя за яйца вша укусит и ты будешь вынужден сам себе их отрезать, чтобы раньше времени не переведаться с Богом Вечной Переправы. А бессмертия тут хрен найдешь, скорее уж наоборот. Разве что вот удастся выторговать у скульпторов плоти пару тройку лишних зим на этом паршивом свете за деньгу, вырученную с продажи артефактов. То да, можно.

- Ты был тут пятнадцать раз. До сих пор жив и раз находишь тех, кто вновь готов идти за тобой в этот ад, значит возвращался в полисы не с пустыми руками. - напирал повелитель костей, ехидно подметив. - Неужто за это время на сотню годков не насобирал, сам же говорил, монеты мошну тянут. Что же до покоя и простоты. Здесь идет настоящая война. Война с тварями, прущими из проклятых долов и как на любой войне, тут все без затей, есть враг, есть соратник, никто не плетет интриг, никто не пытается вместо честной платы наемнику ткнуть кинжалом под ребра. А разбойники на дороге, так те есть везде.

Отряд не спеша устраивался на новом месте, положив излеченного товарища поближе к окну, чтоб не чувствовать исходящий от того чудовищной вони, с интересом прислушиваясь к разговору. На этот раз в ответе Седого не было слышно веселья:

- Шибко умен ты белобрысый и трепаться горазд. Впрочем, в твоей болтовне есть своя правда. В этих краях со смертью в салки играть всяко лучше, чем зад языком полировать Тирам, да всякой вшивой знати, что в казематах сгноят, если им просто не понравится, как ты на них посмотрел. Вот и выбор у тебя, либо с говном себя смешать, склоняться до земли при одном только приближении "белой кости", либо сдохнуть на дыбе. А я седьмой десяток разменял, шесть из которых в боях, да походах, не гнется спина уже, особенно перед всякой тварью высокородной.

Становилось понятно, почему он не особенно переживал за самочувствие своих бойцов, разве что не желая, чтоб те сдохли ещё до начала пути. Но когда придет время, не было никаких сомнений, Седой без раздумий бросит умирать тех, кого сочтет бесполезным балластом. Ялазар оказался прав, мечта старика уже осуществилась, тот вновь может идти простой дорогой битвы, вновь лить кровь свою и чужую, да ещё получать за это деньги, не опасаясь быть обманутым нанимателем.

Здесь его опыт и знания были ключом к выживанию всего отряда, он был незаменим, а в полисе любой юнец из самой мелкой банды мог попытать удачу добраться до его глотки, ради развлечения, иль на спор. Чего уж говорить об облеченных властью, способных приказать лишить жизни просто из-за разыгравшейся паранойи.

- Довольно! - рыкнул Седой, уже не шибко обеспокоенный наличием рядом с ним Мрачного, до сих пор сжимающего взрывную колбу в руке и видимо смирившись с навязанным пополнением, а потому вновь взял командный тон. Он выглянул в окно, за которым вновь начинало темнеть. - Успеешь ещё наговорится, умник, если конечно глотки на морозе жалко не будет. Сегодня идти поздно, да и Шарт не в состоянии стоять на ногах. Четыре смены караула, по трое на каждую. Белобрысый сопляк и калека первые, хрен знает, что от вас ждать, так что лучше посветлу сторожите, остальным отдыхать. Завтра за первым лучом выступаем, ждать ничью ленивую задницу не станем.

Пожав плечами, бывший подавитель стал устраиваться поудобней, подкинув пару поленцев в едва горевший костерок. Вокруг располагались на ночлег остальные, кто на голом полу, кто привалившись к стене, видимо не сильно переживая о черных воронках вытягивающих жизнь, а может просто не догадываясь о тех. Седой впрочем засыпать не торопился, лишь прикрыв глаза тихо перешептывался с Ори, обсуждая предстоящий поход. Судя по обрывкам фраз, Викариан понял, что они уже давно знакомы и это не первый их совместный поход. Однако от желания подслушать, о чем те толкуют, его отвлек покачнувшийся Торунг, чье обычно смуглое лицо сейчас было едва ли не белее снега. Лучник держался из последних сил.

Вик толкнул, прикрывшего было глаза, Ялазара в бок:

- Помоги мне. - он быстро подошел к Тору, аккуратно принял из его вспотевшей от напряжения ладони скользкий пузырек, и вернул его в поясную сумку товарища, пока Ял помогал тому лечь.

- Что ты задумал? - шепотом спросил повелитель костей, видя как Вик начал совершать пассы, оборачивая свои руки невидимой глазу смертных амальгамой стихий-оберегов.

- То, что не мог сделать, пока не проверил заклятия, найденные в книге на ком-то другом. - так же едва слышно ответил Вик. После того, как в Вардеме они покинули королевства дворфов, где искусные лекари подгорного племени, за немалую плату, выхаживали раненого Тора, тот не получал должного ухода. Знания, которыми располагал молодой человек помогали чуть, а чары из книги, добытой в Фаризе, он опасался использовать на ещё неокрепшем товарище. И как показал сегодняшний день, боялся не напрасно. Впрочем, одно заклятие из трех все же могло оказаться полезным. - Держи его голову так, чтобы она не касалась камней башни и поглядывай по сторонам, пока я буду искать подходящий поток силы.

Пришлось потратить много времен, блуждая среди порченых течений, ища, а после пытаясь ухватить золотисто-белый ручеек на редкость чистой стихии. Вокруг Викара уже начали собираться астральные паразиты, привлеченные его постоянным нахождением в Тонком Мире, когда он, наконец, начал аккуратно плести заклятие.

В правильном исполнении, чары создавали нечто вроде полупрозрачной губкообразной шины, не позволявшей соединённым при помощи неё тканям двигаться, испускающей целебные эманации, заживляющие раны.

Дыхание Торунга почти сразу стало ровнее и словно бы кто-то сдернул пепельный саван с его лица, вернув тому былую смуглость. Впервые за несколько недель Торунг уснул спокойным сном, не тревожимый своей раной. Ничего подобного в Кеплере встречать раньше парню не доводилось. Даже хранитель храма Бога Вечной Переправы, жрец Измаил, у которого он некогда учился врачевать, не умел и близко ничего подобного. Эта магия была истинным сокровищем древнего мира.

Вик тут же попытался при помощи новых чар избавится от своей хромоты, не позволяющей ему бегать, но к сожалению ногу, искалеченную ловушкой дворфов ещё в детстве, исправить не удалось. Застарелая рана давно неправильно срослась и теперь не поддавалась подобному лечению. В Кеплере мало кто мог исправить подобное, а в Вардеме, он просто напросто забывал о своей искалеченной ноге, очарованный чудесной красотой светлого мира.

То, что теперь лишь двое стоят на страже, причем один из них постоянно пыхтит и зачем-то трет лодыжку, не укрылось от Седого, однако тот не сказал по этому поводу ни слова.

Он даже не думал отдыхать, не торопясь вверять свою жизнь в руки тем, кто его едва не прикончил.


* * *


На следующий день покинуть Обелиск Мрака не удалось из-за разбушевавшегося бурана. Ветер был такой силы, что не давал пройти и десятка шагов, словно таран опрокидывая пытавшихся противиться его ударам, а от лютого холода не спасала никакая одежда. Даже животных из покосившихся стойл затащили внутрь башни, хотя те всячески сопротивлялись этому, явно предпочитая смерть от мороза, возможности оказаться в обители тьмы.

В итоге, было решено переждать непогоду. Того же мнения придерживались и прочие охотники за чудесами. Недовольный шепот раздавался со всех сторон, вперемешку с вялыми проклятиями в адрес богов, да тихим позвякиванием скарба торгашей, бродивших между кострами.

- Пора уходить. - внезапно подал голос Ори, когда снаружи вернулся очередной "разведчик", проверявший, как там погода и рассыпая вокруг себя голубоватые осколки, слетевшие с одеревеневшей бороды, отрицательно покачал головой.

Он был с ног до головы покрыт острой ледяной коркой и больше напоминал какое-то шипастое ледяное чудище, чем человека в меховом плаще. Конечно, можно было бы выглянуть из окна, не пропускавшего беснующуюся вьюгу внутрь, чтобы проверить не стала ли та стихать, но после того, как одному из парней просто высунувшему ладонь наружу едва не вывихнуло кисть, никто шеей рисковать не хотел.

- Куда? - не понял едва ставший приходить в себя Шарт, жертва вчерашних опытов, напуганный перспективой по такой погоде трогаться в путь. Несмотря на все случившееся с ним, лечение тем не менее явно пошло на пользу и хотя разогнуться ему все ещё не удавалось, шина держала крепко не позволяя краям раны разойтись.

Вместо Ори ответил Седой, с наигранной натугой поднимаясь на ноги и указав в сторону находившегося на балконе второго этажа костра, виднеющегося сквозь округлые дыры в стенах и потолке.

- Вот туда. Там вертел есть, подвесим тебя над ним, зажарим и съедим, толку от тебя такого скособоченного все равно больше никакого, а так, хоть на мясо сгодишься.

Некоторые из начавших подниматься вслед за вожаком зловеще оскалились, другие, как и сам Шарт, напротив смотрели на него с явным непониманием, шутит он или говорит серьезно.

Сжалившись над едва вставшем на ноги парнем, теперь незнающим толи идти вслед за всеми, толи бежать от них, Вик пояснил:

- Башня пьет силы тех, кто в ней находится. Это что-то вроде платы за защиту. Однако если находится тут на одном месте слишком долго, то станешь его частью.

Одной рукой помогая Торунгу подняться, второй он указал на расплывшиеся наросты, покрывающие пол, в которых с трудом угадывались остовы некогда живых существ. Одного этого вида хватило, чтобы сильно ускорить сборы небогатых пожитками бойцов, и даже скрученный в три погибели бедолага пустился бежать за Седым похлеще молодого зайца.

В Тонком Мире все выглядело так, будто отряд выбрался из болота. От каждого шага под сапогами лениво разбегались круги, словно камень превращался в жидкую смолу, а воздух наполнился десятками тончайших черных нитей, уже начавших соединять воедино живую плоть и Обелиск Мрака. Буравчики темной магии глубоко проникли в тела людей, теперь с неохотой расставались со своей добычей. Это коснулось всех постояльцев.

Чтобы избавиться от подобной пакости недостаточно было перебраться на пару десятков шагов в сторону, приходилось отходить гораздо дальше. Из-за этого, утром внутренности башни напоминали разворошенный муравейник, не было практически никого, кто остался бы сидеть на прежнем месте.

Разумеется, тут же начались стычки между группами, сонными и озлобленными, что не удалось сегодня двинуться в путь. Кое-где дошло уже до крови, однако их отряду повезло добраться до цели, не пересекаясь ни с кем, кто бы искал драки. Кроме того, теперь новое место оказалось отгорожено небольшой стеной от остального уровня. И хотя в окружающих поверхностях было полно дыр, достаточно крупных, чтобы туда смог протиснуться человек, они стали гораздо менее заметны для окружающих. Даже вездесущие торговцы потеряли их из виду, более не докучая отряду.

Никто не разговаривал, люди отдыхали, точили клинки или молча лежали, размышляя о предстоящем походе, стоящие же на страже внимательно следили за неспокойной возней вокруг.

Так, в полном молчании, проходил и дозор Вика с его товарищами, устроившихся у дальней стены, вне пределов света костра, вокруг которого сидел остальной отряд. Пока среди общего гомона они внезапно не услышали быстрый шепот, совсем рядом, прямо за тонкой стеной. Он выделялся на фоне бессвязного бормотания, наполнявшего Обелиск Мрака, четкостью фраз, их смыслом.

- Мы чуть не подохли от холода, но дело того стоило. Там нету Стражей Пограничья, только врата и те без охраны! Делаем налет, сносим их, набиваем мешки и только нас тут и видели. Квапле под хвост Триумвират с их законами, хотят бодаться с бродячими, пусть, а мы умирать за них не подписывались.

Парни молча переглянулись, желая убедиться, что каждый из них слышит этот шепот, а после, не сговариваясь, посмотрели на Седого и сидевших рядом с ним, но те даже не подумали отвлечься от своих дел. Судя по всему, никто, кроме них троих ничего не слышал, значит это был не шепот башни, а кто-то действительно разговаривал за стеной. Парни обратились в слух. Не то, чтобы Вику с Ялазаром было важно, где владыки дола хранят добытые кровью авантюристов сокровища, но мало ли, вдруг случится побывать в тех местах, может удастся разжиться чем-нибудь стоящим. Тор же, напротив, имел вполне явный интерес в подобных знаниях, так как стремился уничтожить все, что некогда создал Талтан, а значит и все артефакты, скупаемые Триумвиратом.

- Не городи чушь, дебил, Стражи Пограничья везде и уж тем более они и будут там, куда стаскивают самые ценные свои артефакты. Твой дохлый дружок просто приврал, пытаясь купить себе жизнь. Когда тебе глотку-то режут и не такое насочиняешь.

- Ну хорошо, может кто из стражей там и будет, да только я своими собственными глазами видел, как они друг с другом не раз цапались, а коли так, то и прибить их будет проще. - вынужден был согласится первый, поспешив добавить. - Но вот насчет того, что гаденыш мог соврать, тут ты не прав. Гляди ...

Послышалась короткая возня. Похоже за стеной общались бандиты, нападавшие на возвращавшихся с добычей сталкеров и видимо убившие их.

- Ну и какого рожна ты его отрезанным членом мне в харю тычешь?

- Это палец. - обиженно огрызнулся голос.

- Ты че, с него кожу снять пытался?

- Кольцо, а не кожу. Но отделенная от плоти владельца, эта штуковина отказывается работать, пришлось вернуть обратно на палец и таскать тот с собой. - судя по всему, его собеседник опять хотел что-то спросить, а потому говоривший быстро затараторил. - На кольцо смотри! Это амулет разведчиков дворфов. Кажется, один из ушлых коротышек умудрился посадить заклятье-хвост на кого-то из этих чурбанов, Стражей. Видишь рисунок на сапфире?

На этот раз его собеседник удержался от колкостей или сомнений:

- Похоже на Каньоны Солидера.

Вик тут же вспомнил карту Земель Печатей Отмщения. Упомянутое располагалось прямо по пути в Доридос, чуть восточней дороги висельников, по которой им предстояло идти.

- Они и есть! - неподдельная радость слышалась в этом возгласе, но говоривший будто испугался, что их могут услышать, понизил голос до едва слышимого шепота. - Это вход в каньоны, никто даже не догадывается, что в холмах, отделяющих тракт от скал, есть проход в эти подземелья. Причем в первом же из них, том, что с двумя вершинами. Именно поэтому никто не мог выследить пути караванов Стражей Пограничья в горах. Их там просто никогда не было, они уходили под землю задолго до предгорий!

Парни сидели вокруг костра уже почти что не дыша, лишь бы ничем не выдать своего присутствия, а первый голос тем временем взволнованно продолжал.

- Мы можем устроить засаду на шавок Триумвирата, как на простых сталкеров. Перережем этих гадов, заберем ценное, а после сами спустимся вниз и уйдем по тайным тропам Талтана в другой дол, говорят, они тянутся на месяцы пути. А ежели ещё на сокровищницу наткнемся возле Чертогов Пустоты, про которую гутарил тот жмур, так нам вообще всю оставшуюся жизнь только и останется, что упиваться вусмерть, да любых баб пользовать!

Послышался сдавленный смешок, а после, слова полные сомнения, так до конца и не убежденного бандита:

- С бабами то охолони, ишь размечтался. Ты представляешь, какие силы потребуются, чтобы перебить слуг Триумвирата? Это тебе не израненные, оголодавшие одиночки, возвращающиеся из Доридоса и даже не ватаги удачливых охотников за диковинками, а прекрасно обученные и мотивированные наемники, умеющие сражаться против любого врага.

- А ты представляешь, какая добыча стоит на кону? - не унимался первый. - В двадцать рыл мы может и не управимся.

- Не может, а точно, у каждого каравана Стражей только обычных воинов порядка трех десятков, а чтобы нас в кровавый фарш превратить и пятерых хватит.

- Может быть, но ты оглянись вокруг-то. Тут в Обелиске сейчас застряло не меньше двух сотен клинков, и это только тех, кого мы знаем и кто точно позарится на такой лакомый кусок. И ещё столько же незнакомых, но может стоит намекнуть им о налете, так мимоходом, уверен желающих найдется немало.

- Да, только с ними делиться придется.

Ответ первого из бандитов, начавшего весь этот разговор, был полон мрачного обещания:

- Мертвым доля не нужна. Ты со мной? - ответ парни не услышали, но судя по следующей фразе, собеседник утвердительно кивнул. - Тогда собирай своих парней, я приведу своих и начнем готовиться. Караван Стражей выходит через две недели после основного, так что времени у нас ещё вдосталь.

Послышалось, как говорившие поднялись и прошли прочь, даже не подозревая, что весь их разговор от начала и до конца был подслушан. Не было никаких сомнений, узнай головорезы, что их план раскрыли, первым же делом попытались бы избавиться от нежелательных свидетелей. Сражения лицом к лицу парни не боялись, но те, кто общались за стеной, не знали, что такое честная битва, а вот засаду на пути отряда устроить могли легко.

Никто не стремился нарушить повисшую тишину, однако Тор казался напряженным больше, чем обычно. Понять, о чем он думает не составляло труда. Для того, кто все последние годы посвятил поиску и уничтожению творений Талтана, узнать где их основное хранилище, было все равно, что некроманту найти источник душ. Цель, желанней которой трудно представить. Казалось, что Мрачный впал в оцепенение, не моргая и кажется, даже не дыша, смотря широко открытыми глазами в одну точку.

- Тор? - Вик осторожно тронул товарища за плечо. Тот обернулся. Но в глазах лучника читалось не решимость найти эти артефакты, а смятение, которого раньше видеть не доводилось. Это было очень странно, ведь фактически он посвятил свою жизнь этому и вот когда, наконец, ему выпал шанс покончить со всем разом, что-то вдруг заставило его усомниться. - С тобой все в порядке?

- Вполне. - как всегда, без эмоций, ответил тот. - Твое вчерашнее заклятие сильно помогло и хотя голова у меня словно чугунный котел, боль ушла. Спасибо.

- Извини, что раньше так не помог, просто был не уверен в том, как сработают чары, а учитывая твое состояние, на тебе испытывать их не хотелось. - пояснил Вик, поняв, что товарищ неправильно понял заданный вопрос. - Мне казалось, что после услышанного, ты тут же кинешься за этими двумя, предлагая свою помощь в поиске сокровищницы Триумвирата, а вместо этого, у тебя такой вид, будто заплутал и не знаешь, что дальше делать?

Сложив руки перед лицом, Тор уперся в них подбородком став непривычно задумчивым. Ответил он, тщательно подбирая слова:

- Помнишь, когда я очнулся на корабле и спросил, где мы?

Отвлекшись от собственных мыслей, Ялазар положил руку на плечо товарища. Быстро оглянулся, не подслушивает ли теперь уже их кто-нибудь, на всякий случай посмотрев сквозь овальную дыру в стене, туда, где до этого общались двое разбойников. Только убедившись, что рядом нет лишних ушей, кивнул, позволяя продолжить.

- То, что ты рассказал о том месте, Вардеме, правда? Это другой мир, ключ к которому твой наруч?

- Я не уверен, что это наруч, скорее осколок какого-то камня, принесенного в наш мир Небесной Горой. - Вик вкратце рассказал о сражении нескольких воинств, свидетелем которого ему довелось случайно стать и как к нему в руки попала золотистая пластина.

Торунг медленно кивнул, словно соглашаясь с собственными мыслями.

- Ты прав, эта вещь не есть творение Кеплера, её породил катаклизм.

Придвинувшись ближе, Ялазар заинтригованно шепнул:

- Откуда тебе это известно?

- Талтан был великим мастером, находящим и разгадывавшим секреты древнего мира, как никто другой. А я служил ему достаточно долго, чтобы стать посвящённым в самые сокровенные из его изысканий, среди которых было нечто, очень похожее на вещицу, которую ты носишь теперь на руке. Но постигнуть суть этой тайны ему долгое время никак не удавалось, буквально сводя с ума. Ища ответ, он погружался все глубже в седую древность, изучая фолианты, на которых остался след Войны Последних Дней. Времен Рубикона.

Незаметно коснувшись браслета на руке, Викариан внезапно подумал, что раз где-то хранятся знания о ключе между мирами, значит он не первый в истории Кеплера, кто им владеет. А раз так, то возможно удастся понять, как тот работает и как с ним связана тень, убивающая светлых богов Вардемы. Парень вспомнил, что чем ближе он оказывался к тому странному, заражающему все вокруг себя скверной существу, тем большей силой наполнялся сам. И вливалась она в его тело именно через наруч. Вопрос сложился сам собой:

- Твой бывший владыка считал, что в них есть упоминания о ключе в Вардему?

- Не считал, а нашел, но не о твоем ключе. Рисунок трещин на золотом мраморе и жемчужные капли внутри них очень похожи, однако форма была иной, более полной что ли. А у тебя скорее напоминает осколок.

- Так почему он сходил с ума, если вроде как нашел ответ? - повелитель костей опять покрутил головой, не подслушивает ли кто и заметив, что их разговор вызывал-таки нежелательный интерес некоторых членов отряда, достал костяной меч и принялся точить его, сопровождая каждое произнесенное слово проходом по лезвию, чтобы заглушить сказанное.

Тору не пришлось ничего объяснять, он понизил голос, старался попадать словами в мелодию точильного камня:

- Попробуй прочесть пару тысяч книг, что побывали в лапах демонов, испытали на себе ауру Разрушителя и сохранить рассудок. Даже я, не касавшийся их проклятых страниц, чувствовал излучаемое ими зловоние истинного, чистого зла, просачивающегося сквозь толстый камень подземных библиотек Талтана. Фолианты полные нечестивых предсказаний и обещаний могущества тем, кто сумеет найти эти золотые осколки.

Любопытство распирало Викара, но приходилось соблюдать осторожность, поэтому дождавшись, когда Ял начнет новый проход камня по клинку, быстро спросил:

- Постой, там говорилось, что они делают, как работают, куда открывают двери? Что это вообще такое и откуда о них известно?

- Как я уже сказал, мне не приходилось читать тех книг. Лишь пару раз довелось видеть, как Талтан, согнувшись, корпит над ними, шепча словно безумный неизвестные мне слова, хотя тексты вроде не были зашифрованы. Но вот что знаю, не он один владел подобными фолиантами. Подумай Вик, если несколько армий пришли в место, куда должна была ударить Небесная Гора и где был рожден ключ, открывающий дверь в Вардему, совпадение ли это? Очень вряд ли. Все, кто в тот день были на поле битвы знали о грядущем, а тебя, наверное, вела сама судьба или боги, раз в конце концов именно ты, а не они, получил главную награду.

От такой разговорчивости Викар несколько опешил, не зная что сказать, но с каждой секундой все яснее понимая правоту товарища. Случившееся несколько месяцев назад просто не могло быть простым совпадением. Эльфы, мутанты-мародеры, храмовники цитаделей, все они точно знали куда идут и что ищут. А раз им это ведомо, то возможно существуют ответы и на вопросы Вика: как победить тень, проникшую в Вардему. Мрачный тем временем окончил свой рассказ, наконец, объясняя, что за странное смятение появилось в его глазах.

- До встречи с вами мною двигало лишь одно желание, уничтожить все, что так или иначе связано с Талтаном. Только это давало мне хотя бы временное облегчение от мыслей о содеянном. В том числе, я уничтожал книги, несущие на себе печать преисподни, где говорилось о подобном артефакте, полагая его ещё одним опасным осколком темных веков великой войны. - он коротким кивком указал на запястье Вика. - Но увидев его в действии, меня обуяли сомнения, что возможно я ошибся. И эта пластинка является чем-то, вроде той паутинки миров Раха, наполненной мириадами жизней, что ты взялся защитить после гибели анархомага. Хотя, конечно, это не так.

- Почему? - вопрос сам по себе вырвался у Викариана.

Ответил ему Ялазар, попутно сдув в сторону костяную пыль с уже идеально заточенного лезвия:

- Паутинки миров - вещь редкая, но не уникальная. Часто, это что-то, вроде осколка плана мертвых, занесенного волнами Вечного Океана в нашу реальность или астральная проекция иных измерений. Многие маги наловчились использовать живущие внутри неё души в собственных корыстных целях. Помнишь сам Рах опасался, что она может оказаться не в тех руках. Но при этом попасть внутрь таких вещиц нельзя, а твой амулет, он переносит само физическое тело, причем не в иной пласт реальности, а именно в другой мир. Я о таком даже никогда не слышал, а уж поверь мне, во время обучения в хранители мудрости подавителей рассказывали о множестве разных чудес, как нашего времени, так и древнего мира, а также как их уничтожить. Твой артефакт поистине уникален.

- Тогда нам просто необходимо добраться до книг Талтана. Возможно, в них мы сможем узнать, кто пытается уничтожить Вардему и её хранительниц. - Вик не забыл, что браслет, привязанный к его руке, буквально тянуло к мерзкому отродью, пытавшемуся убить Силику, наставницу его прекрасной Беаты. - Правда перед этим надо что-то сделать с Личем. Не хватало оказаться между ним и стражами сокровищницы.

- Не уверен, что нужные нам фолианты там окажутся Вик. Даже если все самое ценное действительно стаскивают в это хранилище, в день когда Доридос пал, библиотека придворного алхимика пылала. Я сам поджег её настоем живого пламени, а оно не гаснет, пока есть чему гореть. - нижняя часть смуглого лица Тора, обрамленная аккуратной бородкой и лихими усами, скрывалась за сложенными перед лицом руками, отчего его было еле слышно. Но удивительные глаза с серебряной радужкой смотрели на Вика и в них больше не было сомнений. Мрачный принял решение. - Впрочем, даже малая надежда лучше, чем вообще никакой. Возможно в Каньонах Солидера мы оба найдем ответы на свои вопросы.

Настойчивое покашливание Ялазара прервало разговор. От группы отдыхающих возле костра отделились три фигуры и направились в сторону парней.

- Думаю, это наши сменщики, кажется время караула закончилось. - Убирая уже бритвенно-острый клинок в ножны, произнес повелитель костей и обернувшись к Викариану, легко хлопнул того по плечу. - Даже если нужных нам книг там не окажется, вполне возможно, где-то есть другие, подобные им. Тор прав, судя по тому, сколько народу пыталось перегрызть друг другу глотки за этот браслетик, Талтан не единственный, кто владел знаниями о нем.

К ним приближались, оживленно дискутируя, пара парней во главе с самим Седым. Кажется, они обсуждали предстоящий поход и его цели. Старик небрежно махнул рукой, словно бы не желая слушать доводы идущих за ним следом:

- Я сказал, пойдем по тракту, если вам, молокососам, охота по зиме яйца морозить, ища не пойми чего под Осколками Неба, дело ваше, собирайте пожитки и катитесь к троллю в зад.

- Но народ поговаривает, что там, пару дней назад, появилась аномалия. Может пруд эфирный, червоточина, али ещё чего.

- Видал я твой народ, фанатики чертовы. Хочешь с флагеллантами Алого Дня идти, скатертью дорога. Токма, когда будешь на дыбе орать, за то, что их "святую" за жопу помацал, меня не поминай, не приведи Пантеон ещё решат, что я тебя ей под юбку залезть надоумил.

- Да не собирался я её за жопу хватать.

- А тебе и делать этого не надо, главное, чтобы возглавляющий их инквизитор решил, что ты так подумал. Этим психам конченым собственных измышлений вполне хватит для вынесения приговора. И как я сказал, хочешь идти с ними, катись, а я к месту куда прутся провозвестники Алого Дня на десять полетов стрелы не подойду. - Седой повернулся к слушающим их перепалку Ялу, Вику и Тору, кивнув головой в сторону остального отряда. - Чего расселись, блаженные? Свободны. Или вы тоже передумали идти в Доридос?

Парни переглянулись, начав подниматься на ноги.

- Ну раз ты сам об этом заговорил, - начал Викариан, подбирая слова, чтобы ненароком не упомянуть о Личе, преследующем их, - то вообще мы не собирались надолго задерживаться в полисе.

- Надолго задерживаться? - проворчал в грязную бороду Седой.

Он плюхнулся туда, где только что сидел Мрачный и достал из-за пазухи поразительной красоты курительную трубку, в виде драконьей головы, на каждой чешуйке которого была выведена маленькая руна, в которых Викар, без труда, признал геральдику дворфийских кланов. Забив её дурман-травой, старик запалил ту от собственного пальца, по Тонкому Миру тут же побежала рябь. Вряд ли он являлся полноценным Мастером Вечного океана, но кое-что в магии все же понимал, возможно потому и выживал в этом проклятом доле так долго. Выдохнул густое облако сладковато пахнущего дыма, вожак продолжил:

- Да нам туда только идти с месяц, не меньше, а по зиме, ежели не повезет, так и вообще все два. Когда вы окажетесь за стенами полиса, вас уже даже ужасы, обитающие в нем, будут не так пугать, как лютый холод степей. Это я ещё не говорю, что нам придется пройти по самому краю Болот Глубов и земли Тысячи Колов. А коли сейчас эти треклятые Хроногрессы запускаться начали, так может статься сам Доридос "пробудится", наполненный мигрирующими стаями Бродячего Ужаса. По своему опыту скажу, разного рода катаклизмы обостряют нюх этих тварей и они тянутся туда, где смогут поживится. Так что возможно, даже придется отворачивать на Некрополь, что в паре дней от города, греться среди могил, да оживших костяков. И как венец всей этой вакханалии, появившиеся в землях Печати Отмщения фанатики разных мастей, правда их тут не в пример меньше, чем в других местах, но все равно есть. Так что желания сталкеров, это последнее, что играет роль в походе, иначе б за прошедшие годы тут бы уже все артефакты под чистую выскребли бы.

Ялазар покачал головой, указав на курящую трубку в руке старика:

- Тут вдосталь других чудес, к примеру пожитки менее удачливых авантюристов. Да и грабить на одной единственной дороге во всем доле проще, чем по вымершим пустошам, да за бедняками паломниками гоняться. Ты ведь не такой дурак, чтобы покупать безделушки вроде этой флейты грез.

Причмокнув языком, Седой с прищуром глянул на повелителя костей:

- Все-таки, ты чересчур мозговитый. Помяни мое слово, когда-нибудь тебе мысли-то укоротят, да вместе с головой строго по плечи. Впрочем, дел это не меняет, мы идем до Доридоса и там кормимся, чем найдем, неважно артефактами или тем, что осталось от таких вот умников, как ты. А куда вас то нелегкая несет?

- Мы собираемся идти до Врат Снов, что в Чаще Украденных Душ.

От услышанного, Седой аж поперхнулся, вытаращившись заслезившимися глазами на парней, пытаясь понять, уж не решили ли они над ним подшутить. Однако не заметив на лицах тех даже тени улыбки, проглотил душивший его кашель и пару раз икнув кольцами сизого дыма, так же серьезно ответил:

- Знаете много меня где носило, волей ублюдочных богов, развлекавшихся от вида моих мук, да чудом выживая. И в пустынях месяцами плутал, и из селений, где буйствовала колдовская чума, окруженных войсками Тиранов, что убивали любого, кто пытался оттуда выбраться сбегать удавалось. Довелось мне даже как-то оказаться в доле, где царствовала вечная ночь, а тучи над головой были черны, что подземный свод, где нашел прибежище Скот, оберегаемый кем бы вы думали? Самими Детьми Солнца. Едва шкуру с меня там живьем не сняли. Эти психи, похлеще иных инквизиторов будут. - старик приподнял голову, отогнув всклокоченную бороду, под которой сквозь толстых слой грязи на давно немытом теле были ясно видны росчерки шрамов, тянущийся от груди через шею за спину и захватывающий все предплечье. - Но я скорее соглашусь снова пережить все это, чем сунусь туда, куда вы собираетесь идти, ибо там выжить уж точно невозможно.

Он говорил совершенно серьезно. По голосу было понятно, что никакие увещевания или посулы не изменят его решения. Но Викар все же попытался понять, что же так пугает старого наемника.

- Это не так далеко от Доридоса. Недели две, от силы, на северо-запад. И с чего ты решил, что там точно не выжить? Караваны шли через этот лес аж до Софа, что у северных пределов дола.

- Поправочка. Недели две через колдовской лес, сквозь который не решались ходить без пиромантов, выжигающих все в радиусе пятисот шагов, даже в дни, когда о Бродячем Ужасе никто и слыхом не слыхивал. Запомни, мальчик, ты тут гость, а для меня этот дол давно стал родным домом и если я говорю, что живым не вернуться, значит так оно и есть. По крайней мере, никому за последние десять лет такого не удавалось. Если верить Ори, который хоть ещё тот выродок, но поумнее белобрысого будет, - он поглядел в сторону сидевшего возле костра мага, медленно водящего руками над набалдашником своего посоха, пристально вглядываясь в тот, словно желая увидеть что-то, - Врата Снов, это ловушка, заманивающая в свои сети мечтами, что приходят во сне и сводят с ума, когда жертва уже не в силах разобрать, что морок, а что явь.

Все это Вик уже слышал от Торунга вчера, однако тот вовсе не был так уж категоричен насчет смертельной опасности. Впрочем, лучник не был в этих землях уже довольно давно, возможно что-то поменялось.

Стало ясно, что Седой ни под каким предлогом не пойдет к Вратам, а значит и его молодцы вряд ли составят им компанию. Тогда молодой человек поинтересовался, не знает ли старик, кто мог бы подсобить с дорогой до туда, но тот лишь пожал плечами:

- Да откуда ж мне знать? На такое, разве что конченый псих подпишется. Тут, - он сделал жест рукой, как бы говоривший о всех находившихся в Обелиске Мрака, - вы таких вряд ли найдет. Охотники за сокровищами идут в Земли Печати Отмщения в надежде озолотится, а не сдохнуть. Впрочем, возможно вам удастся найти кого-нибудь в самом Доридосе, там немало лишившихся рассудка бедолаг. Я даже знаю парочку из них лично. Курай и Эльдир, повелитель туманов. Да только это ни хрена не значит, что у вас что-то выйдет. Год назад в Чаще Украденных Душ пропал караван, толи какого-то ордена, толи полиса. Без малого две сотни клинков и десятка полтора гильдейский боевых магов. С ними обозы, рабы, ученики, да оруженосцы. Такими силами города захватывать можно, а они через лес пройти не сумели. Исчезли, как и не было вовсе.

Старик крепко затянулся, погрузив всех находящихся рядом в густое облако, от которого то иногда накатывал смех, то паника. Викар с трудом собрал разбегающиеся из-за вдыхания дурман травы мысли:

- Когда окажемся в городе, поможешь найти Курая или Эльдира?

- За Эльдира не ручаюсь. Он эльф, а остроухие себе на уме, искать его надо в той части полиса, где народится туман. Там он ведет свою охоту.

Внезапно в разговор вмешался Торунг, до сего момента не проронивший ни звука, чем сильно удивил всех:

- На кого?

- Да мне почем знать. - Седой поковырялся одним из рогов, вырезанной драконьей морды, в обломках зубов, добавив. - Этот психованный тут был, сколько я себя помню. Сам он из высших эльфов, нас, сталкеров, не трогает, с триумвиратом вроде тоже не цапается. Знай себе туману напускает, да режет кого-то в нем. Хотя толку от его работы чуть, тварей меньше не становится, с севера и запада прут новые на замену павших.

То, что в этих богами забытых землях оказался кто-то из высших эльфов, которые в отличии от своих молодых сородичей старались не покидать родных пенат, было крайне удивительно. Не меньше вопросов вызвала реакция обычно бесстрастного Тора. Возможно, ему было что-то известно об этом Эльдире или о причинах его многолетней охоты. Но об этом можно будет подумать позже, сейчас же у Вика оставался ещё один вопрос.

- А что с Кураем? Как его найти?

- А Курая нечего искать, он живет на колокольне в развалинах главного храма Пантеона, прямиком в сердце этого кошмара. Звонарь он, а по совместительству последний страж храма, как сам себя называет. Ток думается мне, он вас пошлет с такими предложениями и будет прав. Я бы точно послал.

- Ну уж твое то мнение нам крайне важно. - огрызнулся Ялазар. - Скажи лучше, что может его заинтересовать, как можно с ним договориться?

Хриплый, но искренний смех заметался меж дырявых стен, Седой хохотал от души, посекундно давясь не до конца выдохнутым дымом, так что даже слезы выступили у него на глазах.

- Ага, договоритесь. Ну-ну, попробуйте, а я на это погляжу. Он никого в свою башню не пускает, считая недостаточно "чистыми" и что своими пороками, живущие осквернили храм, город и весь этот мир, а он мол единственный такой распрекрасный хранит последний осколок святой земли. Вернее, святых руин, дабы траурный набат каждый день пел скорбную песнь о нашей жизни. Курай - псих, убивающий всех, кто посмеет войти в его обитель, постоянно бормочущий о том, что все мы поражены какой-то проказой и несем в себе скверну.

Старик вновь зашелся в кашле, смачно схаркивая бурую слизь себе под ноги и не заметил, как Викариан с Ялом одновременно нахмурились. Слишком уж знакомо было только что сказанное, слишком похоже на то, чему учили юных неофитов в ордене Подавителей, и на то, с чем парни столкнулись в Вардеме, спасая Силику. Неужели этот Курай знал правду о Семени Порчи? Но откуда?

- Ладно, уж я вас проведу к нему, раз так хотите сдохнуть.

- Что ж, в таком случае, прими нашу благодарность ... - начал было Вик, удивленный желанием Седого помочь, но тот, замахнувшись, перебил:

- Оставь её себе. Курай, убивая пришлых, не трогает их вещи, выкидывая их за дверь, считая будто те тоже порченые. Вот скарб ваш я себе и оставлю. Вам то он будет уже без надобности.

Он хотел добавить ещё что-то ядовитое, но в эту секунду от костра, где сидел остальная часть отряда, раздался придушенный девичий визг. Несколько молодцов приходовали шлюху, пока ещё один сцепил руки на горле женщины, явно не намереваясь платить за услуги. Рука Седого метнулась к поясу, сорвав с того короткий нож с приплюснутым оголовком и пустив тот точно в плечо душившему. Может он надеялся лишь отвлечь опьяненного властью над жертвой насильника, но не рассчитал сил и клинок пробив кожаную броню до рукояти вошел в тело, заставив того, вскрикнув, отпустить жертву. Та вырвалась из объятий остальных опешивший мужчин и схватив сорванные с нее одежды, даже не пытаясь одеться, бросилась проч.

- А ну, уроды поганые, отпустили шлюху! Вы дерьмо огрово, чего доброго представитесь по дороге в Доридос, а мне ещё сюда возвращаться придется. Не хватало, чтобы из-за вас, недоумков похотливых, ко мне бабы подходить боялись. Ещё раз такое удумаете, кастрирую вас всех, чтоб больше и мыслей подобных не появлялось!

- Да мы только немного припугнуть хотели ... - шипя от боли пытался оправдаться раненый.

- Я открою вам страшную тайну, дегенераты, если баб душить, они имеют свойство подыхать! - он толкнул стоявшего рядом Вика в сторону костра. - Чего зенки пялишь, ты лекарь или очередной недоумок на моей шее? Харе лясы точить, иди отрабатывай хлеб!

Выбора не было, пришлось прервать разговор. Пропустив, едва не сбившую их с ног, девушку ругавшуюся, как заправский сержант, Ялазар с Торунгом и Виком вернулись к костру, где последний, не шибко церемонясь, вырвав метательный нож плеча мужчины, принялся за лечение даже не пытаясь облегчить боль раненого. Сам же больной, шипя, вещал, что думает о парне, его матери и родных до седьмого колена, пока тот, наконец, молча не указал окровавленным кинжалом на скрюченную и до сих пор воняющую, предыдущую жертву его лечения. Все недовольство тут же испарилось.

Вечером в башню ввалились двое изломанных бурей, закутанных в рваные шкуры. Они успели пройти едва ли пару шагов, когда на них, со всех сторон, накинулась озверевшая толпа, обернутая темными сетями Обелиска Мрака. Горячая кровь заполнила трещины, а трупы просто скинули в бездонные штольни в полу, словно кровавая жертва должна была утолить жажду и голод этого жуткого места. Напряжение, что целый день копилось, наконец, нашло выход в двух разорванных в клочья путниках и хотя бы ночью теперь можно было не опасаться крупного кровопролития.


* * *


На следующий день погода успокоилась и едва ночной мрак стал отступать, десятки людей потянулись прочь из Обелиска Мрака, стремясь как можно скорее убраться подальше.

Люди Седого вышли одними из первых, построившись ромбом. Первыми шли двое подранков за ними сам глава отряда вместе с Ори и по трое сзади и с боков. В центре же, покачиваясь на толстой жерди, висел чан из черного камня с неширокой горловиной, купленный у одного из торговцев. Внутри него горели дрова, защищенные от ветра и одаривавшие всех находящихся рядом спасительным теплом, потому от желающих тащить эдакую тяжесть не было отбоя, и даже пришлось назначить смены, чтобы каждый смог погреться.

Один из молодых парней, тот самый, что вчера убеждал Седого пойти не в Доридос, с грустью посмотрел куда-то в сторону. Там собирался выступать отряд, облаченный в алые, от пропитавшей их крови, широкие отрезы ткани, скрывавшие под собой самое разнообразное обмундирование, от дырявых шкур, до полноценных рыцарских лат. Лица тех, кто шел в той процессии покрывали едва зарубцевавшиеся шрамы татуировок. Свои священные тексты и обеты люди и нелюди вырезали прямо у себя на теле, утирая быстро остывающие багровые капли собственными одеждами.

Флагелланты Алого Дня. Разглядеть в деталях помешал внезапно обрушившийся на головы снегопад, но Викар был готов поклясться, что фигура на щите, идущего первым, громадного фанатика, изображавшего верхнюю часть тела, разорванного надвое человека, пошевелилась. Парень сглотнул подкативший к горлу ком и отвернулся, стараясь выкинуть из головы увиденное. Показалось или нет, разницы не было, это не его дело.

С другой стороны, стоял Седой и о чем-то переругивался с одним из бойцов, вроде как выторговывая у того часть его добычи за какую-то услугу. Впрочем, на этот раз разговор шел не о том, чтобы присоединиться к кому-то. Вскоре стало ясно, что парень пытался уговорить главаря поделиться своим мастерством владения клинком. В этом был резон. Одно дело просто уметь обращаться с мечом и совсем другое, владеть тайнами боя, доступными только мастерам, вроде того шквала молниеносных, всегда достигающих цели ударов, что мог обрушить на врага Мрачный или умения повелителя костей рассекать сразу несколько врагов, вкладывая в свои удары не только силу рук, но и мощь своего немалого тела.

Решив, что такие знания пригодились бы и ему, Викариан подумал, что стоит попытаться сторговался с атаманом, который судя по довольной физиономии только что буквально ограбил первого из "просителей". Но когда старик за обучение затребовал Атлас Крига, то молодой человек на секунду даже потерял дар речи, после взорвался негодованием:

- На кой черт тебе книга! Ты шляешься по этой, богами забытой, земле годами, итак все тут зная, как свои пять пальцев. Да ты читать-то хоть умеешь?

- Не умею. - спокойно ответил старик, немного гнусавя, сгибаясь толи под ударами ветра, то ли от тяжести лет. По ядовитой ухмылке было понятно, что он доволен произведенным эффектом. - Мне она действительно без надобности, но умники, вроде тебя, заплатят за неё кучу монет.

- Я тоже могу заплатить тебе монетами.

Викариан тут же потянулся к кошельку, но его рука на полпути остановилась видя, как собеседник медленно качает головой. В этот момент он понял, что книга тому была не нужна, старик просто с ним игрался, пытаясь понять, какую цену тот готов заплатить. Первым желанием было послать Седого к кваплам и уйти, но парень взял себя в руки, заставив голос звучать спокойно:

- Не пойдет, книга тебе не достанется. Но я могу предложить половину от своей доли в походе или что-то другое, из того, чем я владею. - во время этих слов, глаза старика ненароком скользнули по ножнам скьявоны и Вик тут же понял, какую цену запросит старик в следующий их разговор, если таковой конечно будет.

Не дав остановить себя и даже не прислушиваясь к очередной едкой остроте, парень, развернувшись, вернулся к Торунгу с Ялазаром. На самом деле время, что им предстояло провести в пути, он вполне мог потратить на то, чтобы научиться чему-нибудь у своих товарищей, эти двое сами обладали немалыми знаниями и не пришлось бы никому ничего платить.

- Чего хотел этот гундосый хоббит? - поинтересовался повелитель костей, явно имея в виду Седого, с которым уже и сам успел сегодня закуситься. - Судя по его перекосившейся по диагонали роже, опять какую-то гадость задумал.

- Пытался выторговать у меня Атлас Крига, за одну услугу. Я не согласился.

- А чего так? Пообещал бы ему книжонку.

От такого заявления Вик опешил и с удивлением поглядел на товарища, уж не подшучивает ли он над ним, но тот, как ни в чем не бывало, пояснил:

- Он свою часть уговора выполнит, а как придет время расплатиться, просто снесем ему бошку, всего делов-то.

После нескольких месяцев под теплым солнцем благословенной Вардемы, где народы сосуществовали в мире, пестуя добро, преумножая счастье и рады были помочь даже незнакомцу, молодой человек совсем отвык от жестокой простоты жизни в Кеплере, где единственным реальным законом было право сильнейшего. Даже в полисах, едва тлеющих угольках угасающих цивилизаций, соглашение ничего не стоило, если ты не мог заставить вторую сторону исполнить её обязательства. Чего уж говорить про Земли Печати Отмщения.

- Всего делов-то ... - тихо повторил Викариан, глядя в пустоту и думая, насколько проще стала бы его жизнь, если бы он мог рассуждать и мыслить, как Ялазар. Но он не мог. По крайней мере пока. - Нет, у нас и так полно врагов, не хватало чтобы нас ещё стали обвинять в убийстве тех, с кем мы заключили честный договор.

От услышанного, открытая и искренняя улыбка заиграла на лице Ялазара:

- В Кеплере трудно сказать, что хуже, пересуды о том, что ты чересчур честен или то, что ты в любой момент можешь вонзить другому кинжал в сердце. В последнем случае, тебя хотя бы будут бояться, а в первом, пожелают использовать все, кому не лень.

- В том числе те, кто после сами ударят тебе в спину. - холодно добавил Торунг, чье лицо вновь скрывала пластинчатая маска, крепившаяся к невысокому хвосту волос на затылке и шее.

Развивать эту тему они не стали, так как пришло время выдвигаться, дорога предстояла нелегкая и потому не стоило тратить силы, и внимание на пустые разговоры. Вскоре это решение буквально спасло им жизнь, когда из белой пелены за спиной, на огромной скорости вылетел десяток прекрасно снаряженных солдат верхом на громадных четырехлапых меховых ящерах, гтурах, закованных в пластинчатую попону и со стальными бивнями, украшавшими массивные клыкастые морды.

Парни сумели услышать приближающуюся опасность, успев отскочить за ближайшую каменную висельницу, с висевшем на ней полуобглоданным трупом мутанта, когда кавалькада пронеслась мимо, сшибая менее расторопных бойцов и опрокинув каменный чан с кострищем. Идущие в арьергарде, были разбросаны в стороны шагов на десять, только чудом никто серьезно не пострадал, отделавшись ушибами, да разбитыми рожами.

Тихо ругаясь, вслед унесшимся верховыми, справедливо опасаясь, что оскорбившись, те могут вернуться, отряд собрался и наскоро зализав раны, вновь пустился в дорогу. Случившееся даже было к лучшему, теперь все были начеку и пару раз это даже помогло избежать неприятных встреч. Но чего им избежать не удавалось, так это нарождающиеся северной бури, заставляющие сутками прятаться от смертельного ледяного ветра за стоявшими вдоль дороги дыбами и слушать жуткий перезвон цепей над головой.

Впрочем, через пару дней напряжение стало спадать, погода прояснилась и люди позволили себе расслабиться, за что тут же поплатились. Вик сначала даже ничего не заметил, только Седой вдруг стал каким-то нервным, постоянно оглядывался, будто ища чего-то. Как позже оказалось, прошедшей ночью бесследно исчез один из бойцов. Будто того никогда и не было, ни тела, ни оттиска души в Тонком Мире, на снегу лежали только походный мешок, да пара бесхозных вязанок дров. Кеплер был местом опасным, но даже тут люди обычно бесследно не исчезали.

- Может кваплы утащили? - загнанно озираясь и силясь разглядеть горизонт в вяло сыплющем снегопаде, спросил совсем ещё юный, безусый парнишка, которого все звали просто "малой".

- Кваплы ушли отсюда бездна знает сколько лет назад. - отмахнулся от его предположения Седой. - У этих тварей мозгов больше, чем у обычного зверья и они покинули дол, едва тут объявился Бродячий ужас. Да и кровь бы осталась, они ж не духи, живых в свое измерение утаскивать.

Сколько не силился старик понять, куда мог подеваться его человек, сколько не искали следов, все было напрасно, а потому вскоре было принято решение двигаться дальше, оставив судьбу исчезнувшего в руках богов.

Вик внимательно смотрел по сторонам и ночью лишь валившая с ног усталость помогала забыться тревожным сном. Однако, вскоре его бдительность была вознаграждена. Парень заметил, как один из людей, весь день идущий по другую сторону от чана с огнем, даже не думал к тому подходить, словно вовсе не чувствовал пронизывающего до костей мороза. Его кожа не имела свойственного, нечувствительным к холоду лантийцам, голубоватого оттенка и никаких согревающих заклятий рядом тоже не чувствовалось. Это был обычный человек. Он брел, словно в задумчивости, не поднимая головы, не выбиваясь из темпа отряда, хотя его одежда, покрытая нетающей коркой налипшего льда тихо похрустывала, а ветер боле не в силах был пошевелить окаменевший плащ.

Поделившись этими наблюдениями с Ялазаром и Тором, они уже втроем принялись наблюдать за подозрительно ведущем себя мужчиной, так как понятия не имели, что бы это могло значить. Вечером, впрочем, тот, как и все остальные садился греться у костра, с жадностью съедал положенную долю харчей, говорил, шутил, в общем вел себя вполне обычно. Тем не менее, Вик решил, что утром все же стоит рассказать об увиденном Седому, так как вечерами тот был особенно не в духе. Засыпал парень с плохим предчувствием. Оно его не обмануло.

Наутро исчез ещё один человек, тот самый, не боящийся холода. Так же, как и первый, ни крови, ни следов. В поисках тела отряд даже решил расчистить место их стоянки.

Земля оказалась черной каменистой равниной, полной широких, сейчас забитых снегом, разломов и трещин. Она словно была выжжена изнутри колдовским пламенем невероятной мощи, но поиски привели лишь к тому, что все больше мрачнеющий Седой начал безостановочно ругаться себе под нос, да советоваться о чем-то, с не прекращавшим плести поисковые чары Ори.

Викариан рассказал о странном поведении исчезнувшего, но кажется старика это не особо взволновало. Тот пробурчал что-то насчет болезней и возможных паразитов, делающих своих носителей нечувствительными к боли и прочим невзгодам, тем самым рано или поздно убивая их. Однако его голос звучал не так уверенно, как обычно, видимо могла быть ещё какая-то причина у случившегося, но мысль о ней Седой словно бы гнал от себя, не желая даже думать об этом. Что ж, путешествия по Кеплеру было опасным занятием даже в теплые месяцы, а уж зимой становилось смертельней во сто крат. И каждый год, к уже знакомым угрозам, прибавлялись новые ужасы.

На этот раз долго искать пропавшего не стали. Погода быстро ухудшалась, налетел буран, раскачивая тяжелые тела на стальных крючьях и сквозь жуткий перезвон внезапно прорвалось скрипучее карканье.

- Вороны! - только и успел выкрикнуть один из идущих на левом фланге, когда в отряд врезались черные, покрытые жесткими перьями туши размером с добрую собаку.

Зазубренный клюв с размаху ударил в лицо успевшего предупредить остальных стража, раздался хруст и крик того прервался, а тело, как подрубленное, рухнуло на снег. Огромная птица ухватила упавшее тело когтями-кинжалами и забив крыльями, потащило то в сторону. Из-за завесы снега стали появляться все новые черные тени, но на этот раз их ждали и первую из них камнем бросили с неба на землю костяные стрелы Торунга. Непогода не смогла ни прервать их полет, на даже сбить с курса, чары на луке не позволили подобному случиться, проведя белое острие от руки Мрачного до сердца клекочущей твари. Вторую настиг ментальный хлыст, ударивший из посоха Ори, заставив завопившую от боли птицу вспыхнуть белым, не гаснущим пламенем, на лету превращая все тело в обугленный остов. А вот астральная вспышка Викара лишь скользнула по ворону, вырвав у того ворох перьев, но не причинив серьезного вреда, когда остальная стая набросилась на вставших спина к спине людей.

Тор с Ялазаром разили птиц с мастерством, которым в их отряде мог похвастаться лишь сам атаман. Седой не просто не позволял ранить себя, но умудрялся ещё прикрывать плетущего рядом с ним заклинания мага, с ними рядом дрались ещё двое, остальные сгрудились возле чана с огнем, с переменным успехом отгоняя зловредную стаю.

Птицы разделились на две части, первая продолжала нападать, вторая терзала тело, ещё пытавшегося вяло отбиваться человека, лежащего на земле. Черепа с восемью горящими глазами, по четыре с каждой стороны, рвали края раны, просовывая в ту свои кривые, покрытые костяными наростами клювы, словно желали напиться крови. Во все стороны летели ошметки плоти и одежды, а к пиршеству присоединялись все новые хищники. Видя, что натиск немного ослаб, Седой, рыча, скомандовал:

- Не разрывая строя, отходим!

- Он ещё жив, его можно спасти! - крикнул один из тащивших котел с огнем и неспособный сражаться, так как не мог бросить то, что оберегало весь отряд от холода.

- Хочешь попытаться? Ну давай, недоумок. - главарь пятился, ни на секунду не прекращая рубить клинком, но уже не столько стараясь поразить птиц, сколько просто отгоняя тех. Ори делал тоже самое, видимо согласный с ним и теперь отбрасывал от себя черные тела ударами ветра, не причиняя тем особого вреда. - Это полноценная стая, а не ворон одиночка, а значит, где-то неподалеку повелитель, выпустивший её на охоту. Я предпочитаю откупиться, а не становиться его кровным врагом, которого он станет преследовать до края мира.

Однако ни Тора, ни Ялазара подобная перспектива не особо пугала и кричащие от боли птицы падали вокруг них одна за другой. Вик был рад сражаться плечом к плечу с теми, кто не покупал себе жизнь смертью других, с восторгом заметив, как очередное его заклятие взорвало голову пикирующего на него ворона. Казалось такое яростное сопротивление поколебало настрой стаи, к тому же уже получившей свою добычу.

Она начала подниматься все выше, как вдруг заметила, что один из авангарда, слишком увлекся приказом отступать, а ещё точнее пустился наутек и тут же ринулась на него с новой силой. Спасло ошалевшего от страха дурака лишь то, что Ори успел создать по-настоящему могучий порыв ветра, к которому присовокупилась сила плясавшей вокруг них вьюги. Бедолага все равно получил несколько ударов по голове, рухнув на землю, истекая кровью, но тут к нему подоспел Шарт и прикрыл товарища щитом.

Постепенно весь отряд вышел из боя, оставив на растерзание воронам одного из своих.

Вик едва успел наскоро залатать пытавшегося сбежать подранка, когда рука Седого отпихнула его в сторону и сапог атамана едва не своротил челюсть только что исцеленному. Нож уперся тому в горло и разъяренный старик прошипел, глядя прямо в наполненные ужасом глаза труса:

- Отступать можно только по моему приказу. Ещё раз обгадишься и побежишь, я заставлю тебя пожалеть, что ты не сдох в бою! - с этими словами, он впечатал кулак в висок сжавшегося в комок парня, да так, что тот откинулся без чувств.

Теперь Викариану пришлось ещё затягивать трещину в черепе бедолаги. Впрочем, он был согласен с Седым, малодушие одного может погубить всех, если не пресечь подобное на корню.

Следующие дни они много раз встречали следы нападения воронов, хотя их самих никто больше не тревожил. Пару раз Ялазар подбирал необычного вида камушки, с вырезанными на них рунами дворфов. Он предположил, что это место, нечто вроде охотничьих угодий бандитов из подземного племени, как-то сумевших подчинить себе опасных птиц. А когда отряд пересекся с группой Стражей Пограничья, вешавших на каменных виселицах очередных извивающихся мутантов, стало ясно, что опасность окончательно миновала. На жизнь слуг Триумвирата вряд ли кто-то из бандитов осмелится покуситься, по крайней мере, из тех, кто планировал и дальше заниматься душегубством в Землях Печати Отмщения.

Но вскоре зимние шторма вновь взяли слово, заставляя целыми днями прятаться в укрытии, считая каждое поленце, подкидываемое в едва тлеющий огонь. Редкие укрытия, да трещины в промерзшей земле, в которые забивались путники, сейчас были дороже любых драгоценностей мира. Единственным плюсом такой погоды было то, что заметить отряд, рыскающие в кружащей снежной мгле твари просто напросто не могли, а ветер развевал зловоние давно немытых тел.

Только к концу второй недели погода немного поутихла и почти сразу отряд настигли неприятности.

Неладное первым почувствовал Викариан, периодически обращавший свой взор в Вечный Океан. Сейчас магический мир казался намного спокойней реального и видеть сквозь него было легче, чем вглядываться в метель. Потому волнение стихий вдалеке он разглядел без особого труда, а вернув себе обычное зрение, даже сквозь непогоду сумел разглядеть алые пятна вдалеке. Снег в Кеплере, в отличии от белой перины Вардемы, был рыхлый, противно осклизлый, грязно-серого цвета, словно испачкавшийся о липкую сажу небес и потому яркие краски на нем тут же бросались в глаза.

- Глядите. - парень указал товарищам на примеченную им фигуру. Вернее, даже две фигуры. Та, что была облачена в красное, одной рукой тащила за шкирку кого-то ещё, опираясь на быстро наполняющуюся магической энергией трость. - Это что, один из флагеллантов?

Вместо ответа, до них донеслось свистящее шипение и сухой щелчок, когда в навершие посоха незнакомца ярко блеснула серебристая вспышка и такой же луч прорезал пустоту, унесшись куда-то в снежную пелену.

- Не похоже. - приложив козырьком руку ко лбу, ответил Ял. - Фанатики редко от кого убегают, а уж в дни их святых праздников, тем паче во время Праздника Чистых Небес, они вообще могут войти в состояния амока. Нет, кто бы это ни был, к храмам он вряд ли отношение имеет.

Заслышав их разговор, Седой вскинул руку, скомандовав остановку, вглядываясь в приближающиеся силуэты, после чего вообще приказал припасть к земле. Все подчинились и тихо зашипел опустившийся на землю горячий чан, растопив заледеневшую корку снега. Вопросов никто не задал, доверяя опыту бывалого охотника за артефактами.

- О боги, помогите нам! - донеся до слуха едва различимый, захлебывающейся паникой, крик, непонятно направленный ли глухим к мольбам смертных богам или пытавшимся слиться с местностью воинам.

Вслед за убегавшими, из серой дымки вытекло существо, доселе Виком не виданое и по своему кошмарному облику сравнимое разве что с исковерканными детьми Плачущей Богини, но полностью состоявшее из плоти, без малейшего намека на изуверские ритуалы её палачей. Разве что тело монстра было утыкано обломками метательных копий и стрел, видимо его не раз пытались остановить издали, но похоже без особого успеха.

Размерами оно немногим превышало человека. Жирное, личинкоподобное тело покоилось на крохотных ножках-щупальцах, три более крупных отростка, росшие из брюха спины и левого плеча развивались по воздуху, словно обрывки невесомой паутины. Два оканчивались чем-то, вроде живой поросли, тонкими волосками цвета пораженной гангреной плоти, тот же, что рос из спины, венчал серповидный раздвоенный коготь, сочащийся ядом. Пучки обвислой дырявой кожи, едва закрывавшей кровоточащее гнилое мясо, рваной ветошью трепыхались на ветру. Пасти, наполненные кривыми осколками здоровенных зубов, покрывали все тело существа, их было не меньше шести штук и когда они приоткрывались все разом, существо словно бы делало вдох, раздуваясь и прибавляя ходу. Оно двигалось с невероятной для такой массивной туши скоростью и убежать от него вряд ли смог бы даже самый быстрый человек, потому было непонятно, как спасавшимся бегством, удавалось до сих не быть настигнутыми.

Стоило Вику подумать об этом, как две фигуры исчезли, оставив после себя лишь воронки бешено закрутившихся снежных буранчиков, но тут же появились вновь, однако уже шагов на полсотни ближе и фигура в красном дала очередной залп серебристым лучом. Выстрел попал в бок твари, проделав в том широкую дымящуюся рану, что начала зарастать со скоростью, с которой вода заполняет пустоту, проделанную в ней брошенным камнем. Само же смертоносное заклятие, не выдержав соприкосновения с порченой плотью, разбилось о неё снопом серебряных осколков, погасших ещё до того, как те успели коснуться земли.

Вреда от таких атак было чуть. В Тонком Мире чудовище оказалось совершенно не похоже на что-либо. Сила, что во всех мертвых и живых струится и течет, в нем напоминала сухой песок. Что связывало эти песчинки вместе было абсолютно непонятно. Чары и даже полноводные реки силы просто впитывались в эту странную субстанцию, стихии распадались, едва соприкасаясь с плотью существа, оставляя после себя лишь жалкие остатки заключенной в них силы. А тело, словно созданное из такой же сыпучей субстанции, моментально восстанавливало любые, даже самые страшные раны.

- Что это за дрянь? - выдавил из пересохшего горла парень.

- Бродячий Ужас. - сквозь зубы ответил Тор, накладывая на тетиву вопреки обыкновению не костяную, а обсидиановую стрелу, способную разрушать магию.

- И преследует она, судя по всему, одну из Огненных Визирей, типа тех, что мы видели в Вардеме. - подытожил Ялазар, каким-то образом определивший в одном из беглецов женщину. Впрочем, что касалось чуйки бывшего подавителя на прекрасный пол, ему можно было верить смело.

Сзади послышался свистящий, полный неподдельного страха, шепот Седого:

- Не поднимаясь, отходим. Не вздумайте привлечь внимания, иначе подохнете. На открытом пространстве от этих тварей не сбежать.

Никто не посмел ослушаться и только Викар с товарищами остались на своих местах. Будь перед ними просто путешественники-неудачники, нарвавшиеся на неминуемую смерть, может быть они и выполнили бы приказ атамана, рисковать жизнью не пойми за кого, несомненная глупость. Но на одном из нуждающихся в помощи были одеяния жителей светлого мира и это все меняло.

Раз Тень смогла проникнуть за ними в Вардему, то возможно кто-то оттуда мог случайно угодить в Кеплер. И если так, то их нельзя было бросать.

- Как можно убить бродячий ужас? - просил Вик, буквально чувствуя на себе разъяренный взгляд Седого, но и не подумавший оборачиваться.

- Никак. - просто ответил Торунг. - По крайне мере, мне неизвестно, ни как убить этих монстров, ни тех, кто это знает. Полагаю, даже Талтан, создавший их, не знал.

Вик повернулся к нему:

- Но ведь ты сражался с ними при осаде Доридоса.

- И не преуспел. - он запнулся, видимо вновь вспомнив день, когда погибли его дети и жены, в смерти которых он винил себя прежнего. - Все что мне удалось, это вырваться невредимым из бойни, в которой погибли десятки тысяч, но я не сумел убить ни одну из этих тварей. Их можно только остановить, да и то на время.

- И как их остановить?

Торунг оглянулся по сторонам. Вокруг была плоская, как доска, степь без единого холма или деревца:

- Тут, не знаю. Бродячий ужас обладает невероятной силой, но только когда смотрит на жертву, теряя же её из виду, он утрачивает большую часть, скажем так, охотничьего азарта. Главное скрыться от его взора. Слух, нюх и даже чутье на дыхание жизни в Вечном Океане у него тоже есть, но эти чувства гораздо менее значимы и не приводят к агрессии, скорее пробуждают интерес. Однако тут нигде не спрячешься, а значит тварь будет гнаться за жертвой, пока не настигнет.

Впрочем, с последним Викариан согласен не был, памятуя, какой глубины и ширины трещины исполосовали мертвую землю, по которой они сейчас шли. Он уже обратился к оку инфернала, через которое было гораздо сподручней искать скрытые под снегом провалы, озирая серые полупрозрачные миражи, в которые превратились камни под ногами.

- Мы не будем прятаться, а сами заманим бродячего в ловчую яму. - парень заметил подходящую полость, шагов тридцать в глубину и пяток в ширину, настоящий природный колодец. Он сплел заклятие астральной вспышки, уже даже не пытаясь скрываться, бросив его в цель, так что удар выбил верхний слой снега, забившего расщелину. - Видишь то место Ял? Отвлекли на себя эту тварь и сделай так, чтобы она оказалась над ним, попытаемся забить гадину в эту дыру. Тор, твои обсидиановые стрелы могут хотя бы замедлить её?

Мрачный кивнул.

- Тогда помоги Ялу, замедли тварь. - сам Вик при этом продолжал плести заклятия, расчищая будущую ловушку от снега. Нужно было углубить не меньше, чем на десяток человеческих ростов, а если выйдет, то и больше.

Повелитель костей, перекинув со спины на руку тяжелый щит, бросился наперерез жуткому созданию, отсекая заметивших их беглецов от верной смерти. Впрочем, умение последних быстро перемещаться на короткие расстояния помогало тем пока держаться от бродячего ужаса на дистанции.

Это навевало мысли об Агонисе, повелителе порталов и по совместительству слуге демонов, от которых мороз прошел по коже Викара. Кто знает, не черпает ли эта странная парочка силы из того же источника, что и их прежний знакомый, к счастью распыленный в пыль в момент запуска ими Хроногресса.

Первая черная стрела взвилась в небо, презрев бешеный ветер и липкий снег, опустившись точно в центр чудовища, хотя до того было не меньше полутора сотен шагов. За ней устремилась вторая и третья. Торунг разил без промаха, с каждым попаданием отрывая от пораженного проклятьем тела целые пласты мяса. Те сползали на землю, словно мокрый песок с размытого приливами склона. Но едва обсидиановый оголовок, будто не встречая сопротивления на своем пути, пролетал насквозь и вгрызался в землю, как отторгнутые части плоти вновь сползались воедино.

Туша замедлилась, но не остановилась и даже не подумала повернуть к новой угрозе, полностью увлеченная погоней, даже не замечая новой помехи. Похоже, чтобы уничтожить создание, было необходимо лишить силы каждую песчинку, из которых она состояла. Как это сделать, Викар не имел ни малейшего понятия, а потому оставалось полагаться на наскоро придуманный им план.

Девушка, повернув в сторону парней, в очередной раз пустила луч ослепительной энергии в раздувшуюся от "вдоха" личинку, попав в одну из пастей и проделав в рыхлом теле сквозную дыру. Серебряные искры образовали за спиной бродячего ужаса опадающую мантию гаснущих звезд, но прежде чем последняя из них потухла, тварь была уже полностью здорова. В этот момент Ялазар, наконец, достиг беглецов, встав между ними и их преследователем. Бродячий тут же переключил свое внимание на новую цель, погнавшись уже за повелителем костей, а тот, в свою очередь, принялся отводить монстра в сторону почти готовой ловушки.

Все шло, как задумано, до того момента, когда коготь, венчавший торчавшее из спины щупальце, толи случайно, толи намеренно, отбил одну из летящих в него обсидиановых стрел. Сам он рассыпался прахом, но дело свое сделал и теперь ничто не мешало его владельцу пуститься во весь опор, да ещё выбросив перед собой два оставшихся невредимыми отростка, тут же принявшихся быстро удлиняться.

Ял явно не ожидавший такого ускорения от чудовища, сам едва не споткнулся, наискось рубанув по первому из щупалец костяным клинком. То оказалось начисто срезанным, однако второе ему пришлось блокировать уже щитом. Густая поросль на конце вытянувшейся конечности, похожая на пучок длинных жилистых червей, перед самым ударом собралась в три волокнистых каната. Они с силой тарана ударили в обитое прочной кожей дерево, без особого труда пробив то насквозь. Только могучая комплекция бывшего подавителя спасла его от серьезной травмы.

Тонкие жгутики, поразившие щит, вновь расплелись, вонзив в него тысячи крохотных кривых жал. Они впились в дерево с силой огра, а ноги Яла стали отрываться от земли, когда бродячий ужас потянул его к себе.

В этот момент очередной обсидиановый оголовок вонзился в истончившееся щупальце, тащившее добычу, отсекая то, однако паутина из отростков-червей, даже оторванная от тела и не думал ослаблять хватку, расползаясь по щиту все шире. Повелителю костей пришлось выпустить тот из руки, вновь бросаясь наутек. Однако, похожий на ежа из-за торчащих из него копий и обломков стрел монстр, стал быстро нагонять.

- Не лезь ко мне, ты, колчан ходячий! - не оборачиваясь крикнул Ял, в этот момент над его головой опять прошелестело заклятие одетой в рясу Огненных Визирей девы, ударившее точно по множеству крошечных ножек, тащивших грузное тело чудовища и испепелив те. С тяжелым вздохом жирное брюхо плюхнулось на землю. Как и прежде, это дало лишь секундную передышку, но и она была огромным благом. Вкупе с не прекращавшим стрелять Тором, это дало возможность приманке добежать до уже подготовленной ловушки. Вик к тому моменту сумел углубить её достаточно, а потому мог позволить переключить часть внимания на две с трудом переводящее дух фигуры, приблизившиеся к ним.

- И что вы намереваетесь делать теперь? - спросила девушка, тяжело дыша, но даже без тени тревоги.

Она была весьма красива, по меркам Кеплера, да и в Вардеме, наверное, многим бы пришлась по душе. Длинные ноги, изящные бедра, стройное тело дышали женственностью, а красивое, почти идеальное, лицо, наполовину прикрытое пышными прямыми волосами цвета вороньего крыла, было непроницаемой маской. В больших зеленых глазах, обрамлённых пушистыми ресницами не было ни намека на страх или благодарность за спасение, лишь подозрительность. Да и вправду, с чего бы это незнакомцам помогать им.

Облачена она была в черное облегающее одеяние, с чеканной нагрудной пластиной, поверх которого были одеты некоторые элементы доспехов Огненных Визирей. Правда выглядели они очень древними, потертыми, рисунок защитных рун на них перечеркивали множество шрамов, оставленных кузнецами, латавшими прорехи, а позолота поблекла. Лишь алая ткань, крепящаяся под них, была как новая, впрочем, новой она и была, отличить её от той, что Визири носили в Вардеме, не смог бы разве что слепой. Более грубая, неопрятная, однако это не имело большого значения, доспех все равно когда-то был выкован в светлом мире, а значит парни не ошиблись, решив помочь.

- Заманим в ловушку. - он указал на горки снега, выбитого астральной вспышкой из расщелины. - Вон туда. И когда бродячий окажется внутри, ты могла бы мне помочь обрушить стены ямы.

Девушка кивнула, не отводя от него взгляда, при этом крепко держа за шкирку обряженного в лохмотья старика, словно боясь, что тот может убежать. От её изумрудных глаз было не оторваться, но наполнявшая их подозрительность отрезвляла почище ушата холодной воды и это было сейчас очень кстати. Ялазар уже почти достиг нужного места, а бродячий ужас не отставал от того ни на шаг.

Уже успевшие вновь регенерировать отростки чудища нанесли новый удар, когда повелитель костей с разбегу перескочил широкую расщелину. Опыт ли или какое-то неведомое предчувствие заставило того развернуться в прыжке, крест-накрест рубанув по содрогавшимся от алчного предвкушения щупальцам, не дав тем до себя дотянуться. Упав на землю спиной назад, Ялазар ловко перекатился, подняв за собой фонтаны тяжелого снега и тут же, вскочив на ноги, продолжил бежать.

В это время, личинкоподобное существо так же достигло приготовленной для него ямы и две обсидиановые стрелы вонзились в рыхлое тело, заставив конечности на брюхе бродячего ослабеть, снова уронив грузное тело. Вместо того, чтобы с налета перемахнуть провал, тварь просто ухнула вниз, припечатанная ещё ударной волной астральной вспышки. Туда же следом затянуло и отрубленные, распрыскивающие буро-оранжевый ихор, конечности.

Викар плел чары с бешеной скоростью, моля только о том, чтобы не запутаться, что за чем идет, вбивая чудовище, начавшее изо всех сил цепляться за стены, все глубже и глубже. Стоящий рядом Тор задрал лук почти вертикально вверх и не до конца натянув тетиву, пустил ещё две черные стрелы навесом, угодив точно в уже было показавшуюся над краем макушку чудовища, вновь заставив то потерять большую часть силы.

Все это время девушка с напряжением ждала команды, заранее приготовив какое-то мощное заклятие, удерживая то двумя руками, словно рвущегося с поводка огромного пса. Ей даже пришлось выпустить старика, тут же к удивлению парней, бросившегося за их спины, словно стараясь спрятаться от стоящей с ними рядом очаровательной особы.

- Рушим стены! - крикнул Вик направив силу нового удара не над головой бродячего, а в растрескавшийся камень, теперь покрытый густой вязью пульсирующих вен-червей, исторгнутых из конечностей рвавшегося на свободу чудовища.

Заклятие парня сумело вырвать большой кусок промерзшей тверди, но несравненно более сильный удар колдуньи в противоположную стену расколол ту до основания и земля потоком захлестнула бродячий ужас, хороня его под собой. Тонкий мир позволил увидеть, как разъяренное создание силилось продраться через завал, что вряд ли задержит его надолго. Мощь, сокрытая в гнилом теле ужаса, слой камней и земли в десять человеческих ростов поднимался и оседал в такт "дыханию" монстра.

- Уходим, скорее! - Ялазар, успевший подобрать свой щит, потянул завороженного зрелищем Вика прочь, подставив тому плечо.

Спасенные ими, так же потянулись следом, оставив позади Тора, бросившегося собирать драгоценные стрелы, по крайней мере те, что не были похоронены вместе с бродячим. За него не волновались, он лучше их всех знал на что способны эти создания.

- Ну и чем обязаны таким внезапным благородством с вашей стороны? - стараясь держаться чуть в стороне, но не выпуская из виду льнувшего к ногам парней старика, спросила девушка. Вряд ли желая задеть, она тем не менее не была наивна, никто в Кеплере не делает ничего для других, не имея в том своего интереса.

Ялазар, рассматривавший три сквозные дыры, проделанные в его новеньком щите, буркнул себе под нос:

- Ну, теперь хотя бы можно не высовывать голову и так все видно. - ответив ей. - Для начала, предлагаю познакомиться. Я-Ялазар, вот он-Вик. - он слегка хлопнул товарища по плечу, а после указав за спину. - А наш жутковатый товарищ, Торунг Мрачный.

- Леадея. - коротко ответила девушка, явно не намереваясь представлять своего спутника. - Так что же вам от нас надо?

Несколько удивленные подобной холодностью, в конце концов, они только что спасли ей жизнь, парни переглянулись. На этот раз заговорил Викар:

- Твоя одежда. Ты из Огненных Визирей?

Подозрительность колдуньи сменилась непониманием. Она окинула взглядом свои одежды. Ни золотистые, покрытые шрамами, пластины наплечников, ни пояс, обрамленный алой рясой, так похожие на церемониальное облачение искателей юных магов светлого мира, не удержали её взор.

- Нет, я не знаю, кто это такие. - в голосе девушки не чувствовалось фальши.

- Тем не менее, ты открыто носишь их броню. - Ял указал на части доспехов выделявшиеся на фоне остальной одежды, как радуга на небосклоне в серый дождливый день. Даже вычурные амулеты и колдовские обереги с драгоценными камнями, коих Леадея носила в достатке, на их фоне казались обломками затвердевшего шлака.

Наконец, девушка поняла, о чем разговор, выглядя несколько удивленной, что именно эта деталь её гардероба послужила причиной помощи им:

- Это старая храмовая броня. Ритуальный реликт, просто напоминающий о долге и родине. В неё облачают всех, кому суждено покинуть дом долгое время. - она оглянулась вокруг. - А куда вы сейчас направляетесь, если не секрет?

- Ищем наших людей, которые бежали, едва завидев бродячий ужас. А как найдем, двинемся в Доридос. - ответил ей Вик, попутно пытаясь вызнать что же произошло. - А тебя значит привел сюда некий долг? Перед кем?

- Предательница! - внезапно завопил старик, все норовивший спрятаться за повелителем костей. Крик, быстро сорвавшийся на визг, был столь неожиданным и пронзительным, что заставил всех едва ли не подпрыгнуть, схватившись за оружие.

- Тьфу, полудурок плешивый, напугал! - рыкнул на него Ял, с размаху двинул оравшего ногой под зад, отчего тот, не устояв на ногах, кубарем покатился по земле.

Рваная ветошь, оставшаяся от одежд бедолаги, гулко бряцнула, словно под ней скрывалось что-то, ещё помимо гор старого тряпья, которого было так много, что они вполне могли заменить шубу. Впрочем, едва старик вскочил на ноги, тут же опять поспешил скрыться за широким станом пнувшего его. Викариан внимательней присмотрелся к нему. Сквозь ворох рваных накидок и остатков шкур проглядывали висящие на стальных цепях, обезображенные трещинами, каменные скрижали, с выгравированными на них рунами. Причем не абы какими, а теми самыми, которыми были украшены доспехи встреченного ими в самом начале Стража Пограничья. Вот только они были совершенно безжизненны, магия покинула их.

Впрочем, облачение Леадеи тоже вызывало немало вопросов. Оно было соткано из тончайшего черного шелка, не способного согреть даже обернись им в тридцать три слоя, а кираса, облегающая маленькую, аккуратную грудь, венчалась у самой шеи защитным гребнем и несла на себе оттиск печати Триумвирата. Короткий взгляд, брошенный в Тонкий Мир, подтвердил догадку Вика. Колдовские знаки казались почти погасшими, не способными создать хотя бы маломальский прочный защитный барьер, остатков сил едва хватало, чтобы не дать их носителям замерзнуть.

Выходило, что они оба служили одним и тем же хозяевам. Но почему тогда старик так боялся девушки, несмотря на то, что та спасала его от бродячего ужаса.

- Где же этот твой дом и почему это крикливое недоразумение назвало тебя предательницей? - обернувшись за спину и безуспешно ища Торунга в пелене серого снега, мимоходом обронил повелитель костей.

- Я родилась в Королевствах у Края. - так же сдержанно, как и прежде, ответила девушка. - И по приказу моего повелителя нанялась на службу Триумвирату Колдунов, но я никогда не принимала их клятв, ибо моей целью было не служение им, а спасение моей родины.

- В чем же заключалось это спасение? - Викар силился разглядеть след Седого с отрядом в Тонком Мире и не позволяя быстро тающему эху бьющихся живых сердец остыть, рвался сквозь бурю вперед, в обход основного тракта Дороги Висельников.

На этот раз девушка не удостоила их ответом. Прекрасные зеленые глаза вновь наполнились холодом недоверия, а губы плотно сжались, давая понять, что она не желает отвечать на этот вопрос.

- Предательница ... - вновь злобной змей зашипел старик, на секунду его лицо утратило человеческий вид, став чешуйчатой мордой рептилии и раздвоенный язык затрепетал меж зубов. Впрочем, все тут же обернулось обратно, но стало ясно, что этот оборванец вовсе не тот, за кого себя выдает и силы постепенно возвращаются к нему. - Она жаждет попасть в хранилище Триумвирата, Чертоги Пустоты.

- Это те, что в Каньонах Солидера? - Вику тут же вспомнился подслушанный разговор в Обелиске Мрака и рассуждения, что там могли сохраниться записи Талтана о ключе, открывающем путь между Кеплером и Вардемой. Помимо этого, в Атласе Крига он нашел ещё кое-что интересное про то место. - А под ними якобы покоится упавшая звезда? Нам, кстати, туда тоже не помешало бы заглянуть.

Старик с удивлением посмотрел на его, а после, обернувшись к Леадее, ядовито заметил:

- Похоже не только тебе, треклятый апроксис, известны тайны этих земель.

Апроксис - клятвоотступник. Несмотря на то, что обращено слово было к девушке, Ялазар дернулся, словно от удара хлыстом. Будто оно занозой сидело в его сердце, каждый раз больно раня бывшего подавителя. Лицо его окаменело, явив строгий, словно выточенный из камня профиль, в котором не было ни грамма прежней жизнерадостности. Несмотря на то, что парень давно оставил своих братьев по оружию, сам орден и его заветы не отпускали того ни на миг, оставаясь скрытыми где-то глубоко внутри его души.

- И ты, привратник, укажешь мне путь, по своей ли воле или по принуждению, не имеет значения. - посулила старику Леадея таким тоном, что не осталось никаких сомнений, она добьется своего.

Судя по всему, между этими двумя не так давно произошла схватка, из которой девушка вышла победительницей. Раз она не имела отношения к светлому миру и Огненным Визирем, да ещё была слугой правителей Кеплера, то такие понятия, как честь и благодарность, вряд ли много для неё значат. Она охотница, а с такими нужно держать ухо востро. К тому же, учитывая её способность быстро перемещаться сквозь Тонкий Мир, пусть на небольшие расстояния, зато таща за собой кого-то ещё, все что ей нужно было сделать, это дождаться разыгравшейся бури и схватив свою "добычу" за шкирку, исчезнуть прямо из-под носа своих спасителей.

Старик это тоже понимал и перспектива вновь оказаться в коготках сей очаровательной особы ему не шибко нравилась.

Он открыл колдовское око, дабы посмотреть на окружающий Тонкий Мир, сначала окинув с ног до головы бывшего подавителя, но отшатнулся от него, словно ошпаренный. Пустота внутри того, взращенная его наставниками в ордене, обжигала любого владеющего силой, попытайся тот коснуться астрального тела Ялазара.

Тогда он повернулся к Викару, в отличии от товарища внимательно наблюдавшему за перебранкой и в тот же момент молодой человек почувствовал, как в его голове внезапно появился образ холма о двух вершинах, и каменных врат у его подножия, со стороны, что не увидеть идущему по Дороге Висельников.

Никаких сомнений, это был тот самый проход, о котором говорили головорезы в Башне, планируя нападение на Стражей Пограничья. Теперь Викар точно знал, где тот находится, но что было гораздо важнее, с этим видением к нему пришло знание, как открыть запирающие его врата. Запор, равных которому ещё видеть не приходилось, ибо не рукой смертного или бога, но волей небесных скитальцев открывались запоры. Нужно было повернуть барельефы в определенную позицию и ждать, пока солнце или луна, в зависимости от фазы, отопрет замок. Трижды по проходу светила, силой Гуарона и волей Ваалы. Как ни странно, младшая из лун, изумрудная Эннера, не принимала участие в ритуале, хотя обычно она являлась одним из краеугольных столпов поклонения культов ночи.

Отчего так, видимо не знал даже сам слуга Триумвирата, за какое-то мгновение передавший сии знания Вику. Это на секунду погасило разум их обоих, застав без чувств упасть в снег. Ял тут же очнулся от снедающих его мрачных воспоминаний, поспешив к товарищу, а только и ждущая возможности удрать Леадея, бросилась к едва дышавшему старику. Сгребая того в охапку, она уже готовилась исчезнуть в непроглядной метели, как вдруг почувствовала, что тело в её руках мелко трясется, бессильное сдержать слабый, но победоносный смех.

- Опоздала, вероломная мразь! У меня больше нет знаний, которых ты так жаждешь. - трясущийся палец указал на Викара. - Теперь он привратник, а я лишь ничего не знающий старик с обрывками бесполезных воспоминаний.

- Нет! - лицо Леадеи исказилось от злости и паники, не желая верить. Она силой заставила старика смотреть себе в глаза, шепча тайные мантры, должные вывернуть память жертвы наизнанку, но найти желаемое. Комок шкур в её руках задергался. Из бледных губ старика пошла пена, зубы его клацали, как в лихорадке, а все тело сотрясали конвульсии. Вик к этому времени уже пришел в себя, наблюдая за происходящим со смесью страха и отвращения.

- Может, пока не поздно, снесем ей голову? Так, на всякий случай? - тихо предложил Ялазар.

Девушка, словно услышав эти слова, наконец оборвала мучения своей жертвы, позволив той упасть в снег и обернулась к парням.

- Уже поздно. - так же тихо ответил Вик, поднимаясь на ноги.

- У меня есть предложение получше. - поправляя слегка растрепавшиеся волосы и пытаясь вернуть в голос спокойную уверенность, что выходило не так чтобы уж очень хорошо, ответила Леадея. - Предлагаю сделку, контракт, если хотите. Я помогаю вам в ваших поисках, а вы открываете мне путь в сокровищницу.

Теперь пришла очередь парней удивиться, ища в словах девушки подвох. Они ожидали, что на ни сейчас нападут, а уж никак не будут предлагать сотрудничество.

- Что-то мне подсказывает, если ты узнаешь, кто идет по наши души, тебе не захочется иметь дело с нами, поверь мне.

- О не переживайте, она имеет богатый опыт заключение сделок, где единственной её целью будет дождаться удобного момента, чтобы предать! - утирая пену с бороды, простонал безуспешно пытавшийся подняться старик. Кое-как усевшись прямо, он задрал голову к небу и облегчено захохотав, закончил. - Я теперь ей бесполезен, что меня безгранично радует, а вам настоятельно рекомендую послать эту лживую тварь куда подальше, пока не оказались на моем месте.

Леадея повернулась к говорящему и прищурившись, бросила сквозь зубы:

- Да, ты мне больше не нужен.

Она быстро ударила посохом оземь и старик вспыхнул изнутри, словно был из тополиного пуха, а не плоти и крови. Он не успел даже вскрикнуть, как рыжее пламя превратило его в шипящую головешку, тут же начавшую рассыпаться.

- Что же до тех, кто вас преследует, меня сложно напугать. - закончила девушка уже намного спокойней, как будто вложила в сотворенное только что заклятие всю ярость и разочарование, бурлящие в ней.

- Зато ты напугаешь кого угодно. - ответил Викар, попутно проверив браслет на своей руке. К его немалому удивлению, тот и не думал скрываться от девушки. - И где гарантии, что нас не постигнет участь этого бедолаги?

Вопрос Леадею не смутил, проходя мимо осыпавшегося остова, она ударила по нему нижней частью посоха, помогая ветру не оставить от старика и следа:

- Он хотел не пустить меня в сокровищницу, а вы сами держите туда путь. Мне нет смысла пытаться силой вырвать из вас эти знания, раз наши цели совпадают. К тому же, если не бесить чародеек, то и бояться нас причин нет.

- С последним могут быть проблемы. - буркнул Вик, глянув на Ялазара.

Впрочем, пока повелитель костей сохранял напряженное спокойствие и держал язык за зубами, что впрочем, в очередной раз доказывало опасность, исходящую от их новой знакомой.

- Ты все-таки не до конца понимаешь, кто преследует нас. - вновь попытался образумить девушку Вик.

Но тут в разговор вступил стоящий рядом повелитель костей:

- Да пусть идет. Лич хочет нас убить, а не выведывать секреты, договориться с ним ей точно не удастся. Так что, если так мечтает попасть в сокровищницу, то в её же интересах будет помочь нам.

- Лич? Ты имеешь ввиду некромант? - уверенности в словах Леадеи поубавилось, она даже будто бы сникла, теперь явно гораздо менее уверенная в той браваде, что говорила ещё секунду назад.

Они опять двинулись вперед, им нужно было нагнать отряд, спешивший убраться подальше от бродячего ужаса, Ял же, ухмыльнувшись, разбил робкую надежду, прозвучавшую в вопросе девушки:

- Нет, дорогуша, именно Лич, один из королей мертвых. Умеем мы знаешь ли злить кого не надо, так что про "не злите чародеек" никаких гарантий не даем. И когда он нас наконец настигнет, из битвы живыми выйдем либо мы, либо он. Ну если конечно можно сказать "живой" о воплощении смерти.

- Но этих созданий нельзя убить.

- Можно. - уверил её Вик, к этому времени постаравшись выбросить из головы лишние мысли с опасениями насчет Леадеи и сосредоточившись на отзвуках человеческих душ, растекающихся по Тонкому Миру. - По крайне мере, у жреца Плачущей Богини, рвавшегося к Хроногрессу, которого мы знали под именем Схирем Заарин Траг, это получалось.

Даже просто вспоминать, что они видели в катакомбах погибшего Фариза, когда они вчетвером, Даниэль тогда ещё был жив, рвались к Хроногрессу было жутко. Все пережитое ими в тех подземельях казалось дурным кошмаром, лабиринтом чьего-то больного сознания, искалеченного безумием. Даже странствия по замерзшему Кеплеру, с его опасностями и лютыми вьюгами, не шли ни в какое сравнение с пережитыми ими в городе колдунов-алхимиков.

- Ну, в Землях Печати Отмщения не похоже, чтобы кто-то стремился оживить машину древних. - заметила девушка, обводя округлым навершием посоха непроглядную пелену туч над их головой, тем самым давая понять, что ей тоже кое-что известно о Хроногрессах и их предназначении.

- Галея Акронис. - буркнул Вик, вспомнив слова, что некогда услышал от Схирема.

- Веррат Иша Дум. - моментально, даже не успев подумать над тем что говорит, откликнулся Ялазар.

Несмотря на дикий холод, оба парня почувствовали, как по их спинам пробежал мороз. Искаженные богиней вечной агонии, слова пророчества вновь прозвучали под небесами проклятого мира.

- Что? - не поняла ни слова Леадея.

- Грядет восход последней звезды, но рассвет не наступит. Имеется в виду, что даже если запустить Хроногресс, он не сумеет разогнать тучи надолго и не избавит мир от Небесных Гор. Заарин часто повторял эти слова, желая воплотить их в жизнь, но не преуспел. Частично и по нашей вине, уж не знаю, к добру или к худу. - пояснил Вик.

Зеленые глаза девушки теперь с интересом разглядывали тех, кого она поначалу приняла за обычных авантюристов. Хотя было видно, что в ней борются желание сбежать от них куда подальше, с чаянием все-таки добраться до сокровищницы, попутно разузнав как можно больше об их необычных приключениях.

- И почему же ты этого не знаешь? Апостолы Плачущей Богини, насколько мне известно, кровожадные палачи, живодеры, что все силы направляют на причинение боли во славу своей госпожи.

- А если этими действиями он уничтожал Личей? - парировал Викар, заставив ту надолго задуматься, не в силах решить, какое из этих двух зол худшее. Довольный эффектом он закончил. - Мы влезли в сражение двух великих сил ...

- Агониса не забудь. - напомнил Ялазар о повелителе порталов и по совместительству, слуге демонов.

Викариан согласно закивал, едва не позабыв о том, кто чуть дважды не прикончил его:

- Ах да, точно. А ещё там был ублюдок, из-за которого я лишился всего, что мне было дорого, Ульф, слуга того, кого боятся даже боги. Четыре столпа силы. Однако, Схирем с Агонисом и Ульфом погибли, а король мертвых лишился столь желанного им могущества и все это из-за нашего, по большей части случайного, вмешательства. Но если первые трое мертвы и навредить нам не в состоянии, то последний, без сомнения, будет искать мести.

Сзади послышались шаги, достаточно громкие, чтобы понять, что издававший их специально так шумит, не желая напугать троих идущих сквозь вьюгу путников, а то ещё чего доброго прибьют, приняв за подкрадывающегося хищника.

Все остановились, дожидаясь пока из серой мглы вынырнет бугристый ком из шерсти и налипшего на него снега, с характерной пластинчатой маской и черным луком. Напряжение тут же спало, это был Тор. Он коротко кивнул и уже вместе они продолжили путь.

Мрачный не стал спрашивать куда делся старик и почему Леадея до сих пор с ними, хотя его пристальный взгляд не оставил без внимания коллекцию колдовских амулетов девушки. Он повернулся к Ялу, когда тот спросил его:

- Что там с бродячим? Не бросится нам вдогонку?

- Не должен, завалило его крепко. Буря скроет нас, а ветер развеет запах. - успокоил его лучник.

- Да, кстати у нас появился план, как попасть в Чертоги Пустоты. - Викар решил не оттягивать с новостями и указав на Леадею, добавил. - И она пожелал пойти туда с нами, даже после того, как узнала, что что за нами гонится Лич.

Узкие щели глазниц стальной маски, закрывающей лицо Тора, обратились к девушке:

- Ты не похожа на ту, кто не понимает опасности, исходящей от королей мертвых, а значит сознательно идешь на подобный риск. Мне все равно, что ты хочешь найти в сокровищнице Триумвирата. - его голос стал ниже, почти что угрожающим. - Но запомни, творения Талтана её не покинут, иначе весь наш мир может постичь проклятие, вроде бродячего ужаса, а то и похуже.

Девушка быстро кивнула, соглашаясь с такими условиями, даже, пожалуй, чересчур быстро. Впрочем, самого Мрачного её ответ не интересовал, он просто ставил перед фактом. Не было никаких сомнений, посмей та ослушаться, ей не жить.

- Да и за свою долю она не сказала ни слова, не пыталась торговаться, а значит алчность тут тоже не причем. Что же тебе оттуда нужно? - Ялазар, обычно гораздо более приветливый с представительницами противоположного пола, сейчас был самим воплощением подозрительности.

- То, что спасет мой дом, но что конкретно, не твоего ума дела. - не пытаясь юлить, с вызовом ответила Леадея. - В отличии от тебя, наемник, у меня есть долг.

Повелитель костей, натянув поглубже капюшон, отвернулся, небрежно, даже с какой-то брезгливостью, бросил:

- Так и думал, идейная дура, терпеть таких не могу. Фанатики, даже если они на твоей стороне, постоянная головная боль.

- Не смей судить меня или думаешь я не видела, как ты дернулся едва услышал о клятвоотступничестве. Свой выбор ты видимо уже сделал, сбежал, отказавшись от долга и потому тебе не понять тех, для кого он священен. Он рожден не из себялюбия или ретивой слепоты, а потому что мы каждый год видим, как горит наша родина, как полчища налетчиков приходят, чтобы уничтожить все, что нам дорого. Чудовища, номаны, храмовники, Подавители, Рыцари Ужаса и боги ведает кто только не пытался уничтожить Королевства у Края. Каждый раз захлебываясь чужой и своей кровью мы отбрасывали их, возрождая из руин наши сожженные города. Ты не знаешь через что нам приходилось проходить.

Для той, кто родился в Кеплере, подобные слова были весьма неожиданные. Мир, где каждый привык в первую очередь заботиться сам о себе, не способствовал человеколюбию. Да, были фанатики, служившие богам, тиранам или как сам Ялазар, когда-то некому "великому" предначертанию, но каждый из них на самом деле все равно делал это в первую очередь для себя, лелея мечту о могуществе, власти или исполнении цели всей их жизни. Леадея же, судя по всему, искренне хотела помочь другим. Была ли это глупая наивность или что-то более глубокое, серьезное, сказать Вик не мог.

- Не рассказывай мне сказок о благородстве жителей Королевств у Края, я прекрасно осведомлен о кровожадных погрязших в пороках тиранах, правящих там, кабале тринадцати. И поверь, не скоро забуду живые стяги из освежеванных пленников, молящих о милостивой смерти, насаженных на колья знаменосцев ваших ратей ради забавы. Чести во всей вашей кодле не больше, чем в тех, кто пытается вас уничтожить. А твои высокопарные речи девочка ..., впрочем, твои ли, или того, кто тебя сюда послал? Кстати, как его имя?

- Что тебе за дело до имени моего повелителя?

- Просто интересно с чьей гончей нам предстоит иметь дело. Псарь выбирает и взращивает только тех щенков, которые ему подходят, по характеру, по мировоззрению. А я знаю почти всех хозяев псарен ваших земель.

Девушке очень не понравилось такое сравнение, в её взгляде заполыхал гнев. Вик же в очередной раз подумал, что требования "не злить чародеек" с Ялом под боком выполнить будет нереально. Этот если захочет, доведет кого угодно, особенно, если у этого, кого угодно, раздутое самомнение.

- И откуда же у тебя такие познания, неужто тебе доводилось знаться с кем-то при дворе. Что-то я не припоминаю, чтобы в тронных залах я встречала подобные тебе отбросы.

Возможно, оскорблением она пыталась задеть Яла, но вместо этого, тот сам сказал такое, от чего Леадея остановилась как вкопанная:

- Мне доводилось снимать с них шкуру, пока они, корчась от боли, орали на дыбах Подавителей, пытаясь выданными секретами купить себе жизнь. Ты права, я - апроксис и покинул свой орден, нарушив клятвы, но это не умаляет моего презрения к вашим жалким королькам. Среди них нет достойных. Ни одного.

- Подавитель ... ты? - Леадея едва сумела произнести эти слова, душимая яростью и уже было начала сплетать боевое заклятье.

Тор с Виком насторожились, готовые в случае необходимости кинуться на защиту товарища, но Ялазар одной фразой заставил девушку передумать нападать:

- Не глупи. Забыла, чем славятся охотники на магов? К тому же, мне казалось, твоей целью является спасение родины, а не удовлетворение собственной жажды мести. Или ты уже передумала?

Надо признать, удар пришелся точно в цель. От посеянных Ялазаром сомнений в собственных мотивах, гнев девушки утих так же быстро, как и вспыхнул, а тот повторил свой вопрос:

- Так кто прислал тебя сюда?

- Граф Дюран ... - с глухой опустошенно ответила Леадея. Она вновь двинулась вслед за ушедшими далеко вперед парнями.

- Хм, Дюран? - задумчиво протянул Повелитель Костей. - Что-то я не припоминаю такого имени среди ваших королей или принцев. Каким городом он правит?

- Никаким. Он бастард династии Кор, одного из благородных домов пограничья, десятилетиями защищавшего нашу страну и народ. Рожденный от рабыни эльфийской крови и долгое время возглавлял армии своего отца, как обычный генерал, отдаленный от королевского двора, из-за неподобающего происхождения. Но около десяти лет назад глава дома погиб в бою с подобными тебе. - девушка едва не плюнула в сторону Яла. - Наследников же одного за другим унесли насланные колдунами хвори и клинки ассасинов, нанятые другими семьями. А последнего сверг воевода дома, подкупленный одним из старых врагов их семьи. Он сам надеялся захватить власть, но Дюран обезглавил предателя и хотя был бастардом, его признали достойным титула своего отца, нарекли графом.

Едва не засмеявшись в полный голос, Викариан заметил:

- Да уж, дома благородней некуда.

- Как все удачно сложилось для бастарда. - скептически добавил Ялазар. - Я был в том походе, когда старый граф Кор отправился к праотцам, но никаких полуэльфов, командовавших армиями там не было. Разве что помниться толковали о каком-то неуловимом сержанте полукровке, возглавлявшем десятком копий, шлявшихся по лесам и изводивших наши обозы. Гаденыш действовал в лучших традициях лесного народа и даже как-то умудрился обучить им тот сброд, что оказался под его командованием. По рассказам выживших: высокий, стройный, с бледной, почти серой кожей, но совершенно несвойственными для эльфов тяжелыми чертами лица.

- Это он. - с нескрываемой гордостью, что даже Подавители были вынуждены признать достоинства её господина, кивнула Леадея.

Но повелитель костей, не меняя тона, добавил:

- Не сходится кое-что, дорогая. Никакой армией он в той войне не командовал, а бастардов тогда я повидал не мало, те с гордостью носили знаки дома, к которому принадлежали и уж точно среди них не было простых рубак, только офицеры. Обычно они состояли в личной страже при наследниках дома. Если наследник погибал, их всех так же пускали в расход. А тот, о ком я говорю, насколько мне известно, никогда не украшал себя геральдикой, нося простой доспех, покрытый буро-зеленым плащом разведчиков, выцветшим от времени.

Леадея попыталась возразить, вновь начав пересказывать то, что уже говорила, попутно заявив, что убийцам - Подавителям, истребляющих всех на своем пути, веры быть не может и они пытаются очернить её повелителя. Зачем правда тем, кто дорогу своих жизней создавал огнем и мечом, никогда не прибегая даже к простейшей дипломатии, подобное могло понадобиться, было непонятно. Когда же началось перечисление достоинств и великих свершений Дюрана, Ял, уставший все это слушать, довольно грубо перебил девушку:

- Тебе на вид лет двадцать и непохоже, чтобы ты не понимала, как устроен наш мир, а потому позволь узнать на чем зиждется твоя слепая вера, что даже ставишь под сомнение слова того, кто принимал участие в тех битвах лично? Я уже даже не говорю, что подавители никогда не опускались до лжи или двуличия, каким бы порождением зла их не считали.

Вопрос не застал Леадею врасплох, напротив, её ответ был полон непоколебимой уверенности, взращенной годами занятий и строгой дисциплины. Оказалось, что среди аристократии Королевств у Края есть традиция отправлять каждого второго ребенка на службу королю своего полиса, едва тот сможет самостоятельно ходить. Там их обучали истории, наукам, военному делу, а также преданности трону, никогда не говоря из какой семьи они родом, ибо теперь дети становились гвардией и были равны друг перед другом. Стражей дворца. Некоторые из них с годами обретали покровителей в лице глав благородных домов и с дозволения короля могли покинуть службу, став живым знаком личного расположения владыки к тому или иному вассалу.

Таким, особо отмеченным, был граф Дюран Кор, ныне генерал северных армий, который, якобы, не потерпел ни одного поражения. А сама Леадея, с девяти лет попавшая под его крыло, в четырнадцать стала подарком ему. С тех пор её жизнь и воспитание продолжились в поместье самого графа, благо тот увлекался изучением путей магии и у имел обширную библиотеку. Из книг она смогла более детально узнать о всем произошедшим с домом Кор и судьбе самого графа. Спустя годы она стала одной из его приближенных, достойной чтобы исполнить его волю и отправиться на поиски того, что поможет защитить Королевства у Края.

- Так выходит, ты прочла книжку из библиотеки этого твоего генерала? А тебе не приходило на ум, что книги рассказывают лишь то, что хочет поведать нам автор или тот, кто ему заплатил? Написан сей труд не так давно, раз там упоминается новый глава дома, а уж если фолиант оказался в библиотеке графа, то уж тем более на его страницах будет только то, что нужно самому Дюрану. - Ялазар надвинул воротник повыше, ветер теперь дул в лицо и липкая слякоть то и дело норовила залететь за пазуху. - Не стану судить тебя за такую слепую веру или переубеждать в чем-то, но поверь моему опыту, прозрение бывает очень болезненным. И оно неизбежно, если у тебя есть хоть капля мозгов.

Судя по взглядам полным презрения и откровенной враждебности, бросаемых Леадеей на повелителя костей, та ни в грош не ставила его слова, хотя даже Вику, впервые услышавшему всю эту историю, они показались не лишёнными логики. Впрочем, нельзя было отбрасывать тот факт, что она люто ненавидела Подавителей, разорявших её родину, в то время, как Дюраном, десятилетиями успешно защищавшим Королевства у Края, по-настоящему восхищалась.

- Нет смысла взывать к разуму Ял. - внезапно подал голос, замыкающий их процессию. - Женское сердце слепо, когда влюблено.

Задыхаясь от возмущения, девушка даже не нашлась, что ответить, а её прекрасная белая кожа на щеках чуть порозовела.

- Последний раз, когда я бывал в тех краях, правители держали гаремы. Если столь вольная душа, как у неё, добровольно стремится надеть на себя кандалы рабы плотских утех, это как минимум странно. - удивился Ялазар.

- Ну может, она метит на роль любимой жены, а остальных втихую перережет? Как я понял, в тех краях, это обычное дело. - предположил в свою очередь Вик, весело хмыкнув.

- Ага, а потом сама окажется посажена на кол, когда у графа обострится приступ паранойи. - поддержал товарища Ял, так же не в силах сдержать улыбки.

- Довольно! - наконец не выдержав, взорвалась девушка и даже метель в испуге прянула от неё, а снег под ногами, зашипев, в момент растаял, обнажив черную землю.

Разговоры тут же стихли и дальше путь они продолжили в полном молчание, к тому же, от разговоров уже начинали болеть легкие.

Вскоре след отряда вывел их обратно к тракту, о том им сообщил сначала заунывный перезвон рваных цепей, а после и вид раскачиваемых бураном тел, подвешенных на этих самых цепях. Однако, было что-то необычное в движении и позах висельников, оно как будто стало упорядоченным, а между трупами то и дело мелькали всполохи, отчего тела будто на мгновение оживали, начинали судорожно дергать конечностями, но очень быстро снова становились неподвижны. Трое мужчин, сгибающихся под тяжестью обледеневших плащей, покрытых серыми иголками сосулек и одна девушка, одетая не по погоде, изменили курс, решив не приближаться к дороге, идя параллельно ей.

Необычные вспышки тут же последовали за ними, перепрыгивая с цепи на цепь, а мертвецы, которых они касались разевали в беззвучных криках рты и бессильно тянули к ним искореженные остатки рук.

Не спеши четверо путников нагнать своих, они непременно бы отвернули в сторону, мало ли с какой пакостью им довелось бы столкнуться, но позади был бродячий ужас, а впереди, если они не настигнут Седого, мучительная смерть от холода. Так что пришлось сохранять направление, при этом постоянно оставаясь начеку.

Именно это постоянное, изматывающее, напряжение позволило Вику заметить впереди странные припухлости в свежевыпавшем снеге. Одной рукой он ухватил идущего рядом Ялазара, вторую поднял, сжав в кулак, показывая остальным остановиться. Не проронив ни звука, мужчины приготовили оружие, а Леадея вплела в рунную вязь на посохе дыхание Вечного Океана. Сам молодой человек аккуратно погрузил взор в Тонкий Мир, осматривая пространство перед собой, тут же убедившись, что чутье его не подвело.

Под невысокими шапками снега, шагах в пятидесяти от виселиц, трупы на которых представляли из себя настоящие ульи, полные кровожадных мелких духов, теплились огоньки чужих жизни. И именно там обрывался след тех, кого они искали.

- Это Седой. - расслабленно выдохнув сообщил Вик. И пока Ял не успел убрать щита, мало ли что, крикнул притаившимся людям. - Не стреляйте, свои!

- Псы шелудивые, вы живы что ли? - ответил знакомый хрипловатый голос старика.

- Живы. - даже поморщившись от не слишком приветливых слов, ответил Вик, радуясь тому, что удалось догнать отряд, наблюдая, как под снежными шапками поднимаются полы плотных походных палаток, не позволяющих теплу выходить наружу. Люди внутри возвращали оружие в набедренные кольца и снимали с уже натянутых луков стрелы.

- Неужто даже белобрысому никто хер не отгрыз? - словно бы несколько расстроенный таким поворотом событий вновь спросил голос.

- За своими причиндалами лучше следи, селекционер лобковых вшей. - беззлобно огрызнулся повелитель костей, закидывая тяжелый щит обратно за спину.

- Как вы нас наши в такую погоду, Седой петлял, словно одержимый? - подвигаясь, чтобы новоприбывшие могли погреться возле горячего чана с костром, спросил один из бойцов, с почти суеверным ужасом глядя на них, будто на восставших из могилы.

- По говну, которое вы роняли, пока убегали. - буркнул в ответ Ял, стащивший с лица задубевший ворот, а ледяная корка с того, хрустнув, осыпалась ему на колени. - Какого рожна там произошло, Седой, вы что, намереваетесь убегать каждый раз, как завидите подобную тварь?

Вопрос не смутил главаря, напротив, тот серьезно кивнул:

- Именно. Их нельзя убить, только убежать. К счастью, эти создания, поймав жертву, не отвлекаются ни на что, пока полностью её не превратят в себе подобного, очень редко бросая процесс поглощения на полпути, а значит, главное не быстро бегать, а просто бежать быстрее самого медленного в вашем отряде. - он хохотнул собственной шутке, как вдруг заметил пришедшую вместе с парнями Леадею и радостно закричал. - О! Так вы ещё и бабенку смазливую привели! Ну дорогая, одной зимой не выжить, а раз мы тебя спасли, то ты сейчас будешь отрабатывать свой хлеб!

С этими словами он принялся быстро развязывать тесемки портков, явно намереваясь первым получить плату. Не учел он лишь одного, девушка все ещё не отошла от недавнего разговора, а длительное молчание, оставившее её один на один с собственными мыслями, лишь подлили масла в кипящий огонь негодования. Поэтому, не успел старик спустить штаны даже до колен, как завопил фальцетом, схватившись за свою промежность и кинулся в ближайший сугроб, пытаясь сбить пламя с мошонки.

В зеленых глазах девушки, неотрывно следящих за катавшейся по земле фигуры, плясали рыжие отблески и не разжимая побелевших от бешенства губ, та процедила:

- Свой хлеб жри сам, отребье и без ваших помоев обойдусь, а скажешь в мой адрес что-то подобное ещё раз, зажарю целиком.

Ялазар уже доедавший первую полоску вяленого мяса, с жаждой запивая то противно кислым вином, бросил не оборачиваясь:

- Это Леадея, колдунья, она теперь с нами, характер у неё даже поганей твоего, старый хрыч.

Уже переставший вопить Седой, прикладывал к пораженному участку чресл какой-то амулет, погасивший колдовской огонь и не переставал тихо ругаться:

- Очень своевременная информация, полудурок, че сразу-то не сказал, что эта овца ... - он видимо хотел добавить как всегда крепкого словца, но не стал, поняв, в отличии от Яла, всегда готового обменяться словесными выпадами, колдунья в эти их игры играть не станет, а просто исполнит обещанное. - Что она без чувства юмора, на хрен яйца-то сразу жечь, а если б ей что отрезали, за невинную шутку?

Девушка, довольная тем, что главарь больше не смеет оскорблять её, отвернувшись, присела рядом с парнями, кажется даже не поняв, что такие слова из уст человека, подобного Седому, это не обиженное бухтение старика, а обещание поквитаться при первой возможности.

Она не поняла, но вот Ялазар в Виком все поняли очень даже ясно. Теперь расслабляться нельзя было даже в их собственном лагере. К тому же выяснилось, что пока отряд спасался бегством, куда-то незаметно исчез ещё один человек, на этот раз даже походного мешка не осталось. Сомнений, какая судьба постигла бедолагу, ни у кого не было. Все хорошо понимали, зима, это карнавал смерти и живым оставалось только радоваться, что на этот раз кровавая плата взята не с них.

Вернуться на дорогу удалось только через несколько дней, когда буря унеслась прочь, а вместе с ней и встревоженные духи. Тела на виселицах мерно раскачивались, перестав корчится, хотя их рты и пустые глазницы теперь были распахнуты, а руки кривыми сучьями тянулись в пустоту. Опасности они уже не представляли.

Но долго радоваться редкому затишью не пришлось и уже на следующий день на землю опустился мрак, принеся с собой низко ползущую зимнюю грозу, щедро сыплющую градом и молниями. Росчерки белых вен теперь стали единственным источником света, раз за разом выхватывавшими из тьмы испуганные лица, идущих под ними. Даже костер в котле, казалось, страшась непогоды, растекся по внутренним стенкам чана, не осмеливаясь показать свои рыжие локоны снаружи.

Вскоре положение стало ещё хуже, грохот оказался прямо над отрядом, а небесный огонь начал бить в возвышающиеся над трактом виселицы, белыми каплями стекая по плавящимся от жара обрывкам цепей и трупам. В конце концов, один из таких зарядов угодил прямо в колонну мимо которой шли Ялазар с Виком, взорвав камень изнутри и расшвыряв парней в стороны. Как их угораздило не получить серьезных ранений, известно лишь треклятым богам. Однако, будто случившегося оказалось мало, в разгоняющих мглу вспышках проступили очертания громоздкой фигуры, похожей на покрытый ухабами, да увядшими кустарниками холм. Она шла мерно, переваливаясь, привлекая к себе целые водопады молний, но те не причиняли созданию ни малейшего вреда.

Привлекать внимания подобного гиганта, чихать хотевшего на опасности, которые обычного человека превратили бы в пепел на месте, было неразумно, потому весь отряд тут же бросился на землю. Даже гордая, хотя и оттаявшая за прошедшие дни Леадея, не стала артачится, на этот раз последовав общему примеру. Снег быстро скрыл лежащие фигуры, которые укрывшись меховыми плащами.

К несчастью для Вика, отброшенного ударом молнии, ему повезло оказаться вдали от всех, а рисковать и пытаться ползти к своим, когда за спиной шляется не пойми что, было смертельно опасно. Молодой человек тут же начал замерзать, только теперь осознав, насколько же необходим был походный чан для костра, согревавший их все это время. Не прошло и получаса, как он перестал чувствовать пальцы, глаза стали слипаться, а живой холм двигался чертовски медленно, даже не думая ускоряться. Единственное, что удерживало его сознание на плаву, это головная боль от недавнего удара. Грохочущие разряды, устроившие вокруг него настоящий танец угловатых белых змей, лишь прибавляли страданий, но Викар был рад им, ведь те хранили его от шанса уснуть, а значит замерзнуть насмерть.

В затуманенный муками разум внезапно пробилась идея, которая заставила его удивится, почему он не подумал об этом раньше и даже на время вернула способность более ли менее ясно мыслить. Он, в конце концов, умел не только швыряться астральной вспышкой, но и обладал знаниями, как создавать любые нужные ему заклятия, хотя и прибегал к ним с неохотой, справедливо полагая сие занятие смертельным риском. До сих пор хорошо помнилось, как Ялазар своими чарами случайно убил грибную полянку и часть деревьев вокруг неё, разбив их хрустальные крупицы жизни, когда они попали в светлые леса Вардемы. Он погубил кусочек рая, просто пытаясь развести костер, такова была плата за ошибку, когда пытаешься заставить Вечный Океан сотворить что-то, доселе неведомое тебе.

Однако на этот раз выбора не оставалось, нужно было выжить, да и рек стихий тут оказалось гораздо больше, чем в светлом мире, возможно никто даже не пострадает.

Зачерпнув пригоршню огневеющей эссенции из вьющихся змеями течений стихий, он сплел простейший узел, высвобождающий взятую силу в материальный мир. А после добавил к нему второй, такой же, формирующий образ - силуэт. Вик не обладал талантом скульптора и потому у него вышел простой прямоугольный блок, размером с человека. Так как обе части чар принадлежали к одной и той же стихии, не требовалось оката, чтобы их соединить, но был и минус. Если использовать слишком много энергии, воздух вокруг начинал искрить угольками раздутого костра.

Заклятие вышло топорное, больше напоминающее дубину тролля, чем инструмент истинного мастера Вечного Океана, да к тому же, жравшее столько силы, что можно было, наверное, вызвать целую стену из огня, но главное способное согреть. Все прочее уже казалось не так уж важно. Упрощенный аналог чар, наложенных на доспехи Леадеи, однако в отличии от тех, вариант Вика распространялся не только на заклинателя, а создавал вокруг того теплую зону, размер и нагрев которой можно регулировать. Поддерживать правда это колдовство постоянно не было никакой возможности, но на пару часов сил парня хватило бы. Впрочем, это оказалось даже кстати, так как не стоило чересчур злоупотреблять обращением к Тонкому Миру, нежелательное внимание его обитателей могло вылиться в большие проблемы.

Назвал свое творение Викар просто, "телогрейкой", донельзя гордый, тем что на этот раз никто никого не убил и сам он цел остался. Погода же успокоилась ещё до заката, едва гигант скрылся с глаз. Правда тут же обнаружилось, что пропал ещё один человек, а его нетронутый походный мешок валяется неподалеку.

На этот раз даже Седой не стал радоваться задарма доставшимся шмоткам и возможности не делить добычу, понимая что очередным "исчезнувшим" может стать он сам. Он почти угадал. На следующую ночь недосчитались бойца, стоявшего в карауле. Как тот мог пропасть прямо из-под носа своих товарищей, никто не имел ни малейшего понятия.

Потянулись молчаливые, давящие своей безысходной пустотой, дни. Отряд брел, склоняясь под неутихающими ударами ветра, казалось с каждым шагом на север становившимся все сильнее. Наступил Лютый, последний месяц зимы и его дыхание словно замораживало в людях все человеческое. Эмоции, желания, все то живое, что ещё оставалось в них. Стирал память, превращая серый калейдоскоп переходов от стоянки к стоянке в один бесконечный ледяной кошмар.

Двое людей замерзли насмерть. Один, упав в снег, больше не поднялся, его сердце просто перестало биться. Как не пытался Викариан трясущимися пальцами сплести исцеляющее заклятие, он уже ничем не мог помочь. Второй, словно убаюканный пением духов-сирен, сбился с пути и ушел в серую кружащую мглу. Когда спохватились и бросились искать, то найти удалось лишь окоченевшее тело. На почерневшем от сильнейшего обморожения лице мертвеца играла жуткая, пробирающая до костей улыбка.

В те же дни, но уже в бою, они потеряли Шарта, того самого, которого Викариан спас в Обелиске Мрака. Воин шел первым и не заметил, как снег внезапно вспучился горбом, кинувшимся наперерез отряду. Поэтому, когда из-под земли, прямо перед ним, вырвались на огромной скорости два извивающихся кольцами тела, парень даже не успел выхватить оружие для защиты. Чудовище, напоминающие здоровенного клыкастого червя, с пастью способной перекусить корову, просто заглотило верхнюю часть своей жертвы по пояс и тут же нырнуло обратно под землю. Гибкое, покрытое белым хитином, тело легко ушло в глубину, оставив на поверхности лишь две оторванные ноги Шарта, да покрасневший снег.

Второй червь избрал своей целью Седого, идущего следом, но старый сталкер оказался проворней, в мгновение ока выставив перед собой костяную пику на толстом древке. Чудище попыталось было извернуться, уходя от удара, но его скорость и масса не позволили ему этого сделать, и оно оказалось насажено на острие, словно боров на вертел. Тут же с двух сторон ударили клинки остальных членов отряда, а астральная вспышка Вика разнесла твари половину морды. Парень с отстраненностью заметил, что не чувствует ни радости победы, ни горечи утраты того, кого когда-то спас. Лишь чудовищную усталость, опустошающий холод и чувство бесконечности этого серого ада вокруг, который в конце концов убьет их всех.

- Болота Глубов где-то неподалеку. - заметил Седой, вырвав покрытое вязкой слизью копье из пасти червя. - Значит мы прошли большую часть пути. Это радует, а то я уж думал мы все померли, да бредем духами по бесконечным пустошам посмертия.

Не прошло и недели, как они вновь подверглись нападению, на этот раз став целью группы шаманов индиров, тварей, по своей сути чем-то напоминающих некромантов, испивающих жизненные силы жертв, но использовавших оную несколько иначе.

Трупы на виселицах внезапно пришли в движение, задергались. Острые крючья, на которых они были подвешены, рвали окаменевшую от холода плоть, выскальзывая из жутких ран, а сами тела принялись падать на землю. Но лишь для того, чтобы вскочить и броситься на живых. Внутри распоротых туш и пустых глазницах тек изумрудно-янтарный туман. Разить эти ожившие останки оказалось довольно просто, даже легче, чем обычных людей, так как умирали они едва клинок пронзал золотистое сияние, наполняющее тело. Оно вытекало наружу, как вода из прохудившегося меха, уносясь куда-то в сторону.

Беда заключалось в том, что только что лишившееся сил тело, едва упав, поднималось снова, вновь наполненное точно таким же туманом, будто ничего и не было. Постепенно к месту схватки стали подтягиваться трупы, сорвавшиеся не только с ближайших каменных колонн, но и дальних, начав превосходить их поредевший за время похода отряд числом, сначала в два, а потом и в пять раз. В конце концов, противников стало так много, что просто не хватало сил сдерживать их тупой кровожадный натиск. Спас положение Викар, проследив через Тонкий Мир, куда утекают золотистые ручейки из поверженных ими тел и заприметив спрятавшихся за тремя дальними колоннами высоких рогатых существ, без остановки плетущих чары воскрешения. Все что оставалось парню, это указать места, где спрятались устроившие засаду шаманы, остальное сделали Леадея и как ни странно Седой.

Первая, защищаемая с двух сторон Ялазаром и Тором, безостановочно шинковавших толпы рычащего, напирающего мяса, обрушила с небес столб ослепительных молний точно туда, где находился один из индиров, окатив каменную виселицу сверкающим водопадом энергий и просто напросто испепелив врага. Главарь же отряда, сбив клин из окружавших его солдат, вокруг которых разлилась огненная полусфера, сотворенная Ори, превращавшая большую часть костяков в пепел, бегом ринулся в атаку, с легкостью прорубившись сквозь толпу врагов и в рукопашной искромсал второго шамана. Третий из нападавших не стал дожидаться подобной участи, поспешив убраться подальше от не пожелавшей умирать добычи, не забыв попутно забрать обратно не только силу оживших мертвецов, но и собственных собратьев.

Когда Вику удалось рассмотреть вблизи тварь, которую сразил Седой, он заметил на её теле огромную круглую дыру в груди, явно полученную не в этом бою и расколотый надвое рогатый череп с высохшими от давности глазами. У него закралось подозрение, что и сами шаманы уже давным-давно умерли, а своим отвратительным колдовством поддерживали друг в друге это извращённое подобие жизни. Что ж, значит скоро они опять выйдут на охоту.

Последняя неделя пути началась с того, что их отряд вступил на буквально живую землю, шевелящуюся и хлюпающую под снегом. В стороне от дороги располагался настоящий лес из толстых кольев, вокруг которых росли целые гроздья мутировавшей плоти. Ихор, стекавший с вздувшихся пульсирующих опухолей, растекался под ногами и застывая, формировал, что-то вроде мяса малинового цвета, ковром покрывающее все вокруг. Воздух наполняли стоны и булькающие хрипы, а иногда слышались мольбы окончить нестерпимые муки, вызывающие мороз по коже.

- Что это за кошмар? - увиденное даже пробудило Викариана от сковавшего его разум ледяного безразличия. На него накатили воспоминания о слугах Плачущей Богини и культе боли, жертвой которых он едва не стал под Ведьминым Мостом.

- А это, мальчик, Долина Тысячи Колов, причина почему все боятся бродячего ужаса и почему я никогда не полезу в драку с этими тварями, а предпочитаю сбежать - ответил Седой, приказав отряду остановиться, осматривая дрогу.

Он не поворачивал головы, но явно знал, что так поразило парня. Да и не его одного. Почти все, кроме Тора, Ори и Леадеи таращились на кривящиеся, молящие о смерти аберрации. Двоих воинов вырвало, еще трое отвернулись, не в силах продолжать глядеть на подобное.

- Не всегда кровь бродящих приводит к полному перевоплощению жертвы в им подобных. Иногда процесс обращения останавливается на некоторой стадии и тогда получается то, что вы сейчас видите. Стражи Пограничья насаживают не до конца обращенные тела на рунические колья, вытягивающие силы из проклятых тел. Но те все равно не могут умереть, а нередко к ним ещё и возвращается разум, память ... боль.

Засмотревшись на пульсирующий венами бубон, из которого росли тонкие белесые хрящики, оканчивающиеся крохотными кричащими головками, с выкаченными красными буркалами, Вик, до боли в руке сжав рукоять скьявоны, спросил:

- Зачем они это делают? Зачем Стражи мучают этих несчастных? - в голове билась мысль, что за ублюдок мог сотворить такое, когда одно из лиц повернулось к нему и исказилось в гримасе страдания.

- Предупреждение, что ждет тех, кто идет в Доридос, забыв об осторожности и напоминание о преступлениях, совершенным Талтаном. Даже у ублюдков, правящих нашим поганым миром, есть пределы терпения. - ответил Седой, внезапно потянув меч из ножен. - Ну и ещё для того, чтобы зараженные не разносили чуму, ведь те, к кому вернулась память, могут попытаться вернуться домой, в другие долы. А теперь всем собраться в стену, пики вперед. Лучники приготовиться, у нас кажется гости.

Люди моментально бросились выполнять приказ, радостные что могут отвлечься от увиденного. Даже Викар поспешил занять свое место в быстро сбившемся строе, раздираемый изнутри яростью, которая требовала выхода, хотя даже ещё не понимал, что заставило Седого начать беспокоиться.

На встречу им вышел отряд всего из трех бойцов, при них не было ни походных мешков, ни вязанок дров, лишь вычурные стальные доспехи цвета лесного мха закрывали все тело кроме совершенно голой, покрытой татуировками, груди. Украшенное удивительно правильной треугольной вязью оружие того же цвета покоилось в ножнах, притороченных к длинным латным юбкам с одной стороны, с другой же висели малые щиты с шипом в центре. Головы незнакомцев скрывали шлемы, с идущем вдоль плеч железным гребнем и такими же "бивнями", тянущимися от висков к шее. В узком т-образном забрале сияли глаза, переполненные силой Вечного Океана. Все их вещи оказались насквозь пропитаны магией, излучая такую силу, что течения стихий вокруг них начинали заметно искривляться.

Люди Седого, сбившись в кучу, сошли с тропы, пропуская странную троицу, ощерившись копьями. Те не проявили агрессии, они двигались мимо, хотя в определенный момент, как по команде, медленно повернули головы в сторону их отряда и у Вика побежали мурашки по спине. Браслет на левой руке, открывающий путь в Вардему, похолодел, став куском мертвого камня, как он обычно прятался от нежелательного внимания. Парню же показалось, что эти странные, не боящиеся холода, странники смотрят именно на него, сумев под ворохом шкур и скрывающем лицо плащом с высоким воротом узнать его. Возможно, тоже самое чувствовали и остальные, потому что в ту же секунду острия копий угрожающе опустились, готовые в любой момент ударить. Незнакомцы отвернулись, правда гораздо медленнее, будто с неохотой.

- Кто это? - спросил один из воинов, когда три фигуры скрылись из виду.

- Леший их знает. - сплюнув, ответил Седой, внимательно глядя вослед ушедшим. - Но, если кто-то полуголый на таком морозе бродит, нацепив на себя тяжелые латы, да ещё красуется зачарованным оружием перед явно превосходящим по численности отрядом, ничего хорошего ждать не стоит.

- Это стражи Омута тирана Кхидрина - сообщил Тор. Он некоторое время прожил в том полисе и видимо ему приходилось встречать подобных солдат. - Избранные телохранители правителя, к тому же, благословленные Пантеоном на борьбу с еретиками.

Нехорошее предчувствие закралось Викару в голову. Давным-давно его мать с отцом служили ныне опальному культу Воющих Ведьм и были вынуждены бежать из Кхидрина, когда тот пал. Однако убийцы тирана следовали за ними неотступно, продолжая искать выживших жрецов и их детей, даже спустя столько лет. Правда никто кроме Яла с Тором не знал о том, что Викариан один из последних отпрысков этого храма, так что, теоретически, причин для беспокойства не было. Но подобные мысли успокаивали мало.

В последующие дни Седой был крайне напряжен, пристально вглядываясь в стонущее море мутировавшей плоти, раскинувшееся по правую руку от тракта. Жижа, растекающаяся от кольев, поглотила дорогу под ногами, наползала на каменные виселицы, тянулась слепыми отростками к трупам. Несчастные, некогда попавшие в лапы бродячему ужасу, изменились не только внешне. Перемены коснулись даже искр жизни, некогда сиявших в них, а теперь напоминающих осыпающиеся гротески, вылепленные из сырого песка. Как и в случае с бродячими, любая магия, коснувшаяся этой странной субстанции, бессильно обращалась в точно такую же сыпучую пыль. Потому ни клинок, ни Вечный Океан не могли оборвать это искаженное подобие жизни.

Последний, кстати говоря и был причиной излишней нервозности старика, постоянно ожидавшего, что среди сотен и сотен колов, пронзавших живой покров, притаилось одно из этих чудищ. В городе от этих тварей был хотя бы шанс спрятаться, однако здесь, посреди открытой всем ветрам пустоши, надеяться на подобное не стоило.

Его ожидание было вознаграждено. Вот только радости по этому поводу Седой не испытал ни на грош, приказав бежать, что есть мочи, едва из-под здоровенного лоскута мяса вынырнуло таких же громадных размеров плоское существо, чем-то напоминавшее оживший остов давно покинутого и потрепанного ураганами шатра кочевников. На изломаны тонких костях свисали лоскуты плоти вперемешку с дырявой кожей, внутренние органы больше напоминали перекрученные между собой стволы деревьев, которые, раздвигаясь, обнаруживали просто невероятных размеров пасть, способную проглотить нескольких людей разом. Четыре лапы-костыля разного размера, заставляли тварь ковылять, словно хромую кобылу, однако это не мешало ей набрать такую скорость, что никакой лошади и не снилась. Понять же, что это именно бродячий, удалось по характерному, "песочному", виду силы чудовища.

Люди тут же кинулись прочь, едва не бросив спасавший их все это время чан с огнем. Несмотря на возраст, главарь отряда умудрился обогнать многих. Все остальные, толкаясь и костеря судьбу на чем свет стоит, бежали следом. Леадея с легким шорохом растаяла в воздухе, очутившись далеко позади, но оглянувшись, с удивлением обнаружила что Вик, Тор и Ял, продолжают стоять на месте, обнажив мечи.

- Вы что, рехнулись? Бежим! - крикнула девушка, не понимая, что ещё задумали эти сумасшедшие.

- Я не могу. - не особо радостный, что приходится делиться подобным, ответил Викариан, про себя проклиная ловушку дворфов, что ещё в детстве повредила его ногу.

- Вот и пришло время выполнить свою часть уговора, девочка. Или ты думала, что мы шутили насчет умения находить неприятности? - Ялазар шмыгнул носом, пристально глядя на приближающуюся тушу, которая чтобы не терять равновесия и не заваливаться на бок при каждом прыжке, перестала дергать задними лапами, отчего те теперь волочились по земле следом. - Ну, хотя бы целиться будет проще. Есть идеи, как нам не подохнуть?

Тор выступил вперед, достав из поясного мешочка небольшую склянку с алхимическим отваром, коротко кивнув:

- Есть.

Он просто бросил пузырек в приближающуюся тварь, благо промахнутся было уже невозможно. Хрупкая оболочка разбилась, ударившись о раздробленную грудную кость бродячего, мгновенно окутав того облаком синеватого тумана. В мгновение, большая часть жуткого тела покрылась чем-то, на подобии ледяного мха, тут же пустившего бесчисленные корни вглубь монстра, заставляя того на глазах превращаться в статую, недошедшей до столь желанной добычи каких-то считанных шагов. Нетронутыми остались только часть спины и длиннющий хвост, составленный их окровавленных человеческих хребтов, который, к счастью, не мог самостоятельно двигаться.

Алхимия оказалась весьма эффективна, хотя все равно окончательно убить создания не смогла. Пусть на изготовления требовались особые ингредиенты, время и лаборатория, а уже получившийся отвар было не усилить, не ослабить, его эффект не рассеивался, пока последняя капля не испарится. К тому же, в отличии от заклятий, питаемых реками стихий окружающего Тонкого Мира, противодействовать зельям, от оных рек независящих, было намного сложнее.

Недолго думая Викариан направил всю силу, которую смог собрать, в астральную вспышку, созданную точно в центре бродячего, начавшего менять цвет с синеватого на белый. Раздался скрип, быстро сменившийся треском и громким хлопком, когда статуя, вспухнув изнутри, взорвалась снопом ледяных осколков. В ту же секунду, вновь появившаяся рядом Леадея резко ткнула посохов в сторону взрыва, прошептав короткую фразу. Могучий удар ветра заставил всех, кроме Тора упасть навзничь, а разлетевшиеся в разные стороны осколки бродячего ужаса расшвыряло, наверное, на дни пути окрест. Собираться обратно ему предстояло теперь долго.

- Так вот, как ты выбрался из Доридоса, когда тот был заражен. - быстро поднимаясь с противной, покрытой слизью, земли обратился Ялазар к Мрачному. - Сколько же ты колб этой дряни истратил в тот день?

- Одну. - ответил Тор, пересчитывая оставшиеся запасы. - И около пятнадцати мечей, на которые наносил отвар дыхания зимы. Чтобы бродячий не смог до меня дотянуться, хватало одного укола, но оружие слишком быстро приходило в негодность. Благо мертвых защитников города вокруг было в достатке.

Вик взглянул на поясную сумку, в которой Тор хранил свои драгоценные отвары, заметив в её обшитых мехом секциях всего три синеватые колбочки.

- Как думаешь, Тор, нам хватит твоих запасов для безопасного перемещения по Доридосу?

- Нет. - с непреклонной уверенностью ответил тот, аккуратно обернув оставшееся зелья меховыми лоскутами.

- У меня ещё осталась кристаллическая эссенция Раха, она действует примерно так же, а то и получше. - напомнил Ялазар, у которого на поясе имелась почти такая же шкатулка для самых ценных вещиц.

Но Мрачный покачал головой, не дав напрасной надежды на легкость предстоящего:

- Полис кишит этими тварями. Всех запасов Талтана не хватит, чтобы очистить его от этой заразы. А сварить я смогу новые не раньше весны, когда начнет просыпаться земля.

- Значит ввязываться в бой нельзя. Седой говорил, эти хреновины могут слышать, а значит проделывать с ними то же, что с этой тварью, - Вик кивнул в сторону распыленного Леадеей монстра, - нельзя. Тор ты говоришь, даже одно касание твоего зелья способно замедлить бродячего, тогда будем надеяться, несколько дадут нам возможность скрыться от него среди развалин.

Немого подумав, Торунг согласился с подобным предположением, по крайней мере, это могло сэкономить их скудные ресурсы, в то же время, не подвергая риску привлечь излишнее внимание.

На этот раз их возвращение приветствовали едва ли не криками ликования. Даже Седой с Ори были впечатлены подобной живучестью тех, кого они ещё месяц назад приняли за ищущих неприятности приблуд. Прочие же откровенно радовались, что сказки о непобедимости бродячего ужаса оказались именно сказками. Сколько не пытались Ял с Викаром объяснить, что тварь вовсе не погибла, утихомирить радующихся людей не получалось. Кое-кто даже стал хорохориться, что в следующий раз, когда чудовище нападет, он не побежит, а останется сражаться с ним плечом к плечу. Однако заявлявший подобное тут же получил в ухо от Седого и рухнул в снег, вынужденный слушать, как старик, коленом прижавший его шею к земле, достал нож и пообещал запихнуть тот в задницу говоруну, если последний посмеет ослушаться приказа. Впрочем, это не испортило общего веселья.

Произошедшее немного растормошило отряд, заставив шагать бодрее и сохранять бдительность пуще прежнего, правда вскоре налетел очередной буран, накрыв Дорогу Висельников и Долину Тысячи Колов. Держать строй было непросто, но хотя бы отряд теперь не был так заметен и если бы не вновь начавшие исчезать люди, то можно было бы даже заподозрить, что все идет как-то подозрительно хорошо.

На этот раз Викариан держался поближе к чану с огнем, не позволяя холоду заморозить его мысли и вскоре заприметив, что один из бойцов опять не подходит греться, несмотря на чудовищный холод. Точь-в-точь, как один из первых пропавших. Он сообщил об этом товарищам, в том числе Леадее, которая не бросила их в трудный момент, хотя имела полное право бежать от бродячего и они уже в семь глаз следили за подозрительно ведущим себя мужчиной. В Тонком Мире тот ничем не выделялся на фоне остальных, разве что его аура была гораздо спокойней, чем у прочих, будто он вовсе не испытывал страха или волнения. Седому говорить не стали, здраво рассудив, что раз он каждый раз пытается сбежать, подставив других, то где гарантии что и на этот раз старый хрыч не попытается провернуть что-то подобное.

Чтобы не уснуть после долгого перехода Ялазар, Тор, Леа и Вик вынуждены были сжевать по листку меланы. Растение дало неимоверный прилив сил и ослабило ноющую боль в мышцах, к сожалению, постоянно жевать его было нельзя, в больших дозах оно становилась крайне ядовитым. Ждать пришлось недолго.

Той же ночью, не боящийся холода, вместе с двумя другими бойцами стоял на страже. В какой-то момент, притворявшийся спящим Викар услышал, как тот, за кем он следил, сказал оставшимся у горячего чана, что отойдет до ветру, облегчиться. Мужчина направился к ближайшей виселице с раскачивающейся телами, но не дойдя до неё, украдкой обернулся, убедившись, что двое оставшихся в карауле не смотрят в его сторону.

Викариану пришлось обратить взор в Тонкий Мир, так как снегопад словно на секунду смазал человеческий образ, скрыв тот от обычного зрения. Однако, в Вечном Океане, тот за кем следил молодой человек, был виден отчетливо. Он быстро опустился возле лежащего у самого края бивака воина на корточки и положил руку тому на плечо, словно желая разбудить. В эту секунду спина не боящегося холода вспухла огромным горбом, который тут же накрыл лежащего, словно волна. Жертва дернулась, пока нападавший буквально вливался в неё, оставляя от своего изначального тела только ворох одежды, да походный мешок, что обычно находили после каждого исчезновения. Вот почему не оставалось трупов, тварь, притворявшаяся одним из них, просто поглощала людей, надевая личину убитых!

Астральная вспышка полыхнула ровно в том месте, где соединялись два тела с такой силой, что разорвала их на части, отбросив друг от друга. Того, кого пытался сожрать паразит было уже не спасти. Из спины бедолаги торчал недоеденный обломок хребта и перемолотые ребра с налипшими на них обрывками внутренних органов. Раскрытый же хищник, вереща и разбрызгивая вокруг себя черную комковатую кровь, барахтался в стороне. Вернее, не барахтался, а пытался выбраться из остатков прежнего, не прошедшего полной трансформации тела.

Худощавое создание с тонкими руками, ногами как у кузнечика и длиннющим загнутым клювом, выходящем из вытянутой головы без шеи. Пока что беспомощное, оно корчилось на земле, не в силах высвободиться из клетки перекрученных костей.

Только что мирно спавшие люди от такого зрелища мгновенно просыпались, хватая любое оружие, которое попадалось под руку. Нестройный ряд стал надвигаться на врага, барахтающегося в потрохах их товарища.

Викара на секунду ослепило алым светом, обжигая его разум огнем лютой, нечеловеческой, почти первобытной ненависти. Око инфернала тут же погасло, что вполне возможно и спасло разум парня, но чужая ярость, вонзившаяся когтями в его душу, поглотила все прочие эмоции, не позволив отступить или просто испугаться. Вместо этого, он заставил себя вновь взглянуть в Тонкий Мир, откуда его только что вышвырнули, узрев в том существо, сотканное из чистейшего зла. Не полукровку или раба губительных сил, а полноценного демона. Даже Агонис, что был несомненно могущественней этой твари, не обладал столь чистой аурой разрушения. Она охватывала всех, кто был рядом, постепенно превращая касавшихся её в безмозглых берсеркеров и Викариану, опьяненному мечтой разорвать тварь голыми руками, пришлось приложить невероятные усилия, чтобы подавить этот порыв.

Судя по всему, нечто похожее ощущали и остальные.

- Не подходить к перевертышу! - перекрывая вой ветра и крики людей, заорал Седой. - Иначе он залезет в вас. Рассыпаться и стреляйте в ублюдка! Стреляйте, хурд бы вас подрал!

Рядом щелкнула спущенная тетива и две костяные стрелы, пущенные Тором, вонзились в мясистые складки мускул, под почти не двигавшейся головой чудовища, погрузившись в те, едва ли не на четверть. Тварь скрипуче завизжала, заметив, что все остальные потянулись за луками, да пращами. Поняв, что ловушка не сработала, тут же отбросив свою наигранную неуклюжесть, та перевернулась на живот.

Остатки тела мужчины превратились в живой щит, на манер панциря черепахи, а разорванные органы принялись оплетать демона, разрастаться, набухая тугими волдырями, пока вокруг худощавого остова демона не сформировалась туша, размером с доброго тура. Кровь стала ядовитым ихором и там, где он касался земли, твердь покрывалась порослью мелких жгутиков, источающих точно такие же капли, отчего зона заражения быстро расширялась.

Стрелы били практически в упор, но большая часть из них просто отскакивали от начавшей быстро твердеть кожи, постепенно превращавшейся в каменную чешую. Голова демона теперь оказалась скрыта в глубине его нового доспеха, а сверху нависал костяной капюшон, цвета запекшейся крови. Точно под него влетели ещё две стрелы Мрачного, на этот раз не причинив ощутимого вреда и оставшись торчать в теле.

Теперь чудовище, стоявшее на широких, словно пеньки столетних дубов, ногах, оканчивающихся такими же мощными копытами с когтем-шпорой, возвышалось над остальными присутствующими не меньше, чем на три головы. Оно быстро двинулось в сторону ближайших людей, оставляя за собой разрастающуюся ядовитую просеку и заставляя глубокий снег перед собой таять, словно от жара горнила.

Брошенное в него копье тварь перехватила в полете. Молниеносно крутанув то в огромной когтистой лапе, швырнуло обратно с такой силой, что пробило метнувшего его насквозь, пригвоздив тело к каменной виселице.

Ори направил силу плясавшего вокруг урагана в грудь перевертыша, заставив того замедлить шаг и если бы не шпоры, то, наверное, даже сумел бы откинуть назад. А из посоха Леадеи вновь полетели серебряные лучи, оставляя в местах, куда они попали, зияющие дыры с болтающимся внутри них кусками обугленного мяса.

Окрыленный внезапным приливом темных сил, Вик, чей разум на секунду соприкоснулся с яростью настоящего демона, собрал внутри тела чудовища огромный ком разнообразных стихий, сплетая из них то, что должно было быть астральной вспышкой. На этот раз сила преисподние, растекшаяся вокруг, сыграла против собственного творения и мощь сплетенного заклятия заставила лопнуть живую броню того вдоль хребта.

Однако тварь и не подумала защищаться, рыча проклятия на неизвестном языке в ярости, что жалкие людишки посмели сопротивляться ему, вместо того, чтобы пасть ниц и сдохнуть от страха.

Демон опустился на четыре лапы и побежал вперед. Сила Ори больше ничего не могла с ним поделать. Первого попавшегося на своем пути мужчину, пытавшегося ткнуть копьем в рану, начавшую быстро срастаться, чудовище походя полоснула когтями. Толку от кольчуги, скрывавшейся под меховой одеждой было не больше, чем от пергамента и выпотрошенное одним ударом тело отлетело в сторону с такой силой, что сбило с ног ещё двоих воинов.

- Вик, долбани ещё разок туда же. - крикнул Ялазар, вытащив до сего момента свой бережно скрываемый двуручный фламберг. Ухватившись за длинную рукоять обеими руками и высоко подняв оружие над головой, он бросился на врага.

Ни остановить, ни удивится у Викара времени не было, все что он мог, это выполнить то, о чем его просили. Впрочем, он и не смог бы. Ярость продолжала проникать в него все глубже, вспыхнув ярче оттого, что кто-то посмел сказать, что ему делать. Злость, затопившая мысли, едва не обратила астральную вспышку против собственного товарища, но нечеловеческим усилием воли парню все-таки удалось перевести чары на нужную цель.

Внутри громадной туши вновь вскипел пузырь, щедро оросив пространство вокруг, угодив на доспехи и лицо бывшего подавителя. Тот заскрипел зубами от боли, но не остановился, а демон на этот раз видимо все-таки почувствовавший рану, не сумел ударить лапой, а потому просто попытался подмять наглого человечишку под себя.

Два гиганта столкнулись на огромной скорости и волнистое лезвие, выкованное горными мастерами благословенной Вардемы, с полного замаха, вонзилось в проклятую плоть чудовища, точно там, где зияла прореха в живой броне и даже, кажется, виднелся кусок искалеченного клюва. Сила удара оказалась такой, что клинок рассек демона от макушки до задницы, правда тот, пролетев по инерции вперед, словно бык, сбил Ялазара с ног.

Шипя от боли, опираясь на меч, тот тут же поднялся, безуспешно пытаясь сорвать с себя жгучую поросль.

- Закрой глаза. - раздался приказ Леадеи. - И постарайся не орать, иначе хлебнешь огня.

Ял тут же подчинился, зачем-то разведя руки в стороны. Из кольца на посохе девушки вытекло, плывущее прямо по воздуху, пламя и ударив мужчине в грудь, огненной волной накрыло того с головой, попутно захватив немалый кусок земли вокруг. Послышалось противное шипение и вонь горящей плоти, но повелитель костей не проронил ни звука, стоически терпя боль очищения от скверны. Пламя вскоре погасло, оставив после себя покрытый жирным пеплом костяной доспех, да багровую обожженную, покрытую волдырями кожу. Белая шевелюра так же исчезла, но кажется, ничто из перечисленного особо не заботило Ялазара, который едва открыв глаза, внимательно оглядел себя, убеждаясь, что нигде больше не осталось ни следа заразы.

- Благодарю. - немного хрипловатым голосом поблагодарил он Леадею, кивнув той.

В ответ девушка сделал нечто, вроде шутливого реверанса и продолжила испепелять остатки ядовитого ковра вокруг, пока все прочие с яростью тыкали оружием в ещё дергающееся тело демона. Тот был кажется ещё жив. По крайне мере, ровно до того момента, как черная стрела Торунга не оборвала его мученья окончательно.

В этот момент Вик упал на колени. Связь с демоном оборвалась и злоба, мгновение назад до краев заполнявшая его душу, исчезла, оставив после себя чудовищную, сосущую безысходностью и бесцельностью бытия. Это было даже хуже физической боли, ни излечить, ни забыться было нельзя. Эйфория битвы ушла, его руки тряслись, глаз дергался, а изо рта текла тягучая, перемешанная с пеплом и кровью, слюна.

Парня посетила мысль, раз всего лишь касание ауры порождения Ада едва не повредило его рассудок и судя по крови во рту, успев начать менять тело изнутри, каково же было тем, кто сражался против них столетиями во времена Рубикона? Неудивительно что, когда Алый Легион был разбит, а Разрушитель изгнан, нашлось так много предателей. Долгие годы они испытывали подобное тому, что только что пережил сам Вик и многим просто не хватило сил выбраться из той бездны, в которую утягивала появившаяся в душе пустота. Он бы, наверное, уж точно не смог вернуться.

Рядом кто-то опустился на колено, аккуратно положив руку на плечо молодому человеку. Глаз последнего все ещё слезился и распознать, кто подошел он смог только по голосу.

- Ты в порядке? - ни беспокойства, ни заботы не было в вопросе. Торунг.

- Все ... все нормально. - схаркнув черную жижу, ответил Вик.

- Тогда поднимайся. - лучник подставил плечо, помогая встать на ноги. - У нас трое раненых, им нужна твоя помощь.

Издалека раздался голос Седого:

- Двое. Наш белобрысый, а нынче просто лысый-говорун и слепой баран, неспособный увернуться от летящего в него копья.

Ял отмахнулся, когда Вик направился к нему. Указав на пригвождённого к виселице, но ещё живого бойца. Двое его товарищей уже обломили древко, стаскивая орущего от боли подранка с застрявшего в камне осколка кости.

- Быстрее латайте этого недоноска или бросайте его. Не уберемся раньше, чем дружки перевертыша припрутся выяснять, что случилось с их собратом, останемся тут лежать все.

Уже приступивший к наложению целебной шины, Викариан, пытаясь хотя бы работой отвлечь себя от зиявшей внутри него бездны обреченности, раздраженно огрызнулся:

- Нас осталось едва ли половина, а мы все ещё не дошли до Доридоса и сколько ещё там погибнет. Как ты планируешь вернуться в Обелиск Мрака, если не останется никого из нас?

Однако Седой, наклонившийся над разорванным демоном трупом, нисколько не смутившись, стащил с того заплечный мешок, перекинув его себе за спину и ухмыльнувшись, ответил:

- Это сюда идут те, кто хочет озолотится, а возвращаются отсюда только те, кто выжил и награбил достаточно. Для этого они сбиваются в стаи и идут обратно вместе. Так безопасней, а все желторотые дураки, вроде вас, лезущие смерти в пасть, давно отправились на тот свет. К тому же, до того чтобы пуститься в обратный путь ещё очень далеко. Обычно те, кто пришел в месяц вдовьего воя или зимой, остаются тут до самого гласа войны. Нет смысла идти на риск околеть от холода, когда полны закрома добра. - он оторвался от разглядывания трофеев, посмотрев прямо на Вика, улыбка исчезла с его лица. - А теперь заткнись и делай свою работу, лекарь, иначе двинемся дальше и без вас тоже, благо до Доридоса осталось, от силы, пара дневных переходов.

Седой оказался прав. Когда на утро снегопад внезапно закончился, перед остатками уставшего, потрепанного отряда, предстали обглоданные каменные кости некогда огромного полиса.


## Глава 3. По Следу Гончих


Косые ледяные наросты, вырывающиеся из множества провалов некогда неприступной стены, напоминали изломанные щупальца моллюска. Вострил кромку этих холодных волн ураганный ветер, дующий из недр Доридоса. Остатки древних чар, некогда пытавшихся остановить гробы с заключенным внутри Бродячим Ужасом, падавших на улицы города.

В одном месте они ощерились частоколом игл, преграждая путь внутрь полиса, в другом белесой лозой оплетали старые камни, приветливо раскрывая проход внутрь. Однако Седой не спешил идти к подобным "вратам".

Вместо этого, они с Ори стянули с себя плащи и как следует обваляли их в рыхлом, легко пристававшем к меху, снегу, казавшимся более темным, чем тот, что падал с неба. После чего накинули те обратно на плечи и надвинули поглубже капюшоны.

Маскировка получилась отличная, стоило старику просто припасть к земле, как он тут же сливался с местностью.

- Чего ждете, дебилы, делайте также. - тихо рыкнул главарь, приложив руку козырьком ко лбу, внимательно во что-то вглядываясь. Не поворачиваясь, он ткнул пальцем в Леадею, в отличии от прочих, даже не шелохнувшуюся, чтобы скрыть свой прекрасный черный наряд. - Тебя, ведьма, это тоже касается. Ослушаешься и можешь катиться к чертям, они вашей породе завсегда рады, особо если рожа смазлива.

- У меня нет плаща. - надменно глядя на того сверху вниз, ответила девушка, а в её зеленых глазах заплясали опасные огоньки.

Старик даже ухом не повел, оставаясь непреклонным:

- Да мне насрать. Найди, укради, роди, это твоя проблема!

В разговор решил вмешаться Викар, как раз закончивший обваливать плащ:

- Послушай, Седой, мы по пути потеряли столько людей и их барахло ты прибрал себе, а там были длинные накидки. Чего тебе стоит отдать одну из них?

- Чего стоит? - хмыкнул тот, наконец, оторвавшись от внимательного изучения подходов к полису. - Сто монет стоит.

- А у тебя рожа поперек не треснет, такие деньги за изъеденные плешью тряпки просить? Ты не воин, а баба базарная. - не выдержав подобной наглости, возмутился Ял.

Явно довольный, что вывел повелителя костей, с которым они пикировались всю дорогу, старик, пожав плечами, ответил:

- За твой длинный язык, белобрысый, я бы мог тебе челюсть к уху свернуть, да боюсь твоя харя от этого только лучше выглядеть станет. За дарма помогать не собираюсь.

- Десять монет. - не дав разгореться новой перепалке, Вик встал между ними. - Ты не дурак, сам понимаешь, что она не уйдет, а устраивать побоище, когда мы уже оказались на месте ни тебе, ни нам не с руки.

Некоторое время все стоящие рядом и наблюдавшие за разговором ждали, что ответит атаман, нарушая повисшую тишину лишь зябким фырчаньем, да редкими взглядами в сторону полиса, за стенами которого они так стремились поскорее оказаться.

Наконец, Седой потянулся к заплечному мешку, вытащив из того первый попавшийся плащ. Разумеется, он забирал себе не все вещи погибших, иначе бы просто не смог идти, но самое ценное, деньги оружие, амулеты и шкуры, то что в цене у странствующих сталкеров всегда оставлял себе.

- Пятьдесят монет.

- Двадцать. - быстро ответил Вик.

- Хватит торговаться, мальчишка. Не думай, что тебе от этой девки перепадет ночью за твои старания. По её алебастровой роже видно, что она царская подстилка с младых ногтей, на утехи голубой крови ращена. - последние слова сочились ядом и рука старика, как бы сама собой, легла на меч, а защитные амулеты, скрытые под броней, ожили. Он явно не собирался позволять второй раз поджечь себя.

Ори за его спиной что-то тихо забормотал, оборачивая вокруг рук коконы силы, готовые тут же развернуться в нужные заклятья. Рука девушки небрежным движением метнулась в сторону Седого и тот было уже начал тащить из ножен клинок, попутно пробуждая обереги, как вдруг, с тихим звоном что-то упал на землю, у самых его ног. Кошель, с деньгами.

- Вижу, ты разбираешься в дворцовых потаскухах, старик, но с чего бы? На благородного не тянешь и при дворе такого зловонного и жадного шута никто держать не станет, ведь ты за горсть медяков первый бы подлил яду в кубок господину. - уголки красивых губ слегка приподнялись в улыбке. - Откуда ж эти знания ... уж не толкнула ли твоя неуемная алчность тебя на то, о чем сказать теперь стыдишься?

Вместо ответа в лицо девушке полетела скомканная шкура, но та без труда перехватила её. Старик же, скрипнув зубами, схватил кошель и развязав тесемки отвернулся, принялся пересчитывать монеты.

Вик с Ялом не скрываясь улыбались, хотя было видно, что Леадее далось непросто унять свой гнев и вместо того, чтобы натворить глупостей, найти на оскорбление достойный ответ.

Насколько её слова задели Седого сказать было сложно, так как едва тот убедился, что его не обманули с деньгами, тут же вернулся к созерцанию крепостного вала. Возможно, ему даже доставляли удовольствие постоянные перебранки с теми, кто готов был ему ответить, так как всех прочих же он откровенно презирал, нисходя до общения с теми, только когда надо было отдать приказ.

Сквозь местами редеющий снегопад, виднелась верхняя часть города. Вернее, останки высоких зданий, построенных ещё до Рубикона, над коими оказалось не властно время. Увенчаны они были чем-то вроде сфер, сбитых из досок, глины и прочего мусора. В Атласе Крига их называли Пиками Спасшихся, места отдохновения, а также ночлега охотников за артефактами, пришедшими в Доридос.

Видимо, к одному из них сейчас искал тропу Седой. Но раз он медлил, значит на то были причины и кажущиеся безопасными проходы, укрытые вязью ледяных лиан, внезапно представились Викару ловушкой, тихой, незаметной. Такой, куда скорей всего пойдет усталый путник.

Не обращая внимание на недовольный шепот уставших и замерзших людей рядом, не понимающих почему они не идут дальше, когда до цели рукой подать, парень принялся изучать пробитую во многих местах городскую стену.

Эти земли были чужды Викару, совсем не походя на родные леса Долин Натриара, однако, с младых ногтей, мрачные чащи, в которых он вырос, приучили его подмечать мельчайшие детали, присутствие незримых опасностей на сотнях диких троп. К тому же, теперь он без труда мог обратиться к оку инфернала, развевающего шоры смертной реальности, открывая вселенную Вечного Океана.

Всматриваться пришлось недолго. У ближайшего пролома, как раз того самого, где мягкость линий замерзшей лозы приветливо звала войти в город, а на остатках камней не наросли острые копья сосулек, снежная завеса вела себя необычно. Вопреки дующим из недр полиса ветрам, она не спешила метаться из стороны в сторону, закручиваясь дикими хороводами, а напротив, парила медленно, вальяжно. Будто в такт чьему-то дыханию, то поднимаясь над гребнем стен, то опадая. Вместе с каждым её новым взлетом, лед вокруг на мгновение покрывался едва заметной бирюзовой пеной, что таяла на холоде, так же быстро, как и появилась. Мгновение спустя снег вновь взметался ввысь, словно из Тонкого Мира набегала приливная волна, окатывая высокий утес. Над этим местом, среди почерневших балок и развороченных ударами стенобитных оружий камней, восседало нечто.

Вытянув руку, Викариан указал на ребристый остов, словно бы вырастающий прямо из стены. Нижнюю часть тела заменяла осыпавшаяся внутрь самой себя кладка, а верх напоминал лежащий горизонтально рыбий остов с наскоро натянутой на тот серой кожей. Кое-где хорошо различимые тонкие ребра буквально прорвали её, распоров словно ножом, открывая полное отсутствие внутренностей. На плечах же создания покоилось две сросшиеся воедино головы, напоминающие цветки мухоловки, набитые зубами так, что вряд ли пасти могли когда-нибудь закрыться полностью. Челюсти то и дело широко открывались, словно бы втягивая в себя воздух и в этот момент снег устремлялся вверх, а реки стихий, текущие рядом с чудовищем, втягивались в глотку. Оно питалось.

- Химера. - выдавил из пересохшего от страха горла Вик, припав к земле, чтобы быть менее заметным.

- Химеры не пожирают магию вокруг себя, лишь выпивают истечения жизни из своих жертв. -рядом присела Леадея, её голос был полон уверенности, но спокойствия в нем не чувствовалось. - Скорее всего, какая-то эфирная тварь, тянущая силу из нашего мира. Такие не просто убивают всех, кого увидят, они постепенно, капля за каплей, осушают сам Кеплер. Как вампиры. Её надо бы прикончить, по-хорошему.

Из глубины капюшона ухнул голос Седого:

- Я к ней и на сотню шагов не подойду. Превращаться в скрюченного кадавра, с вырванной из тела душой, у меня желания нет. Добровольцы есть?

Он обернулся к остальным бойцам и те быстро замотали головами, не сводя глаз монстра на стене. Старик, видя такое единодушное принятие его мнения отрядом, довольно хмыкнул, обратившись к девушке:

- Но, если тебе так хочется поскорее сдохнуть, ничего против не имею. Вперед и с песней, ведьма.

Спорить с ним Леа не стала, недовольно поморщившись. Она взглянула на парней, но те не горели желанием лезть в драку при первой возможности. Скорее всего, в ближайшее время им, вопреки желаниям, предстоит вдосталь помахать мечами. И даже Вик не стремился поскорее испробовать на практике свои новые знания.

За время более чем месячного похода, он окончательно отказался от идеи выменять секреты боя на мечах у Седого на Атлас Крига, не желая ни расставаться с книгой, ни, как советовал Ял, по окончанию обучения просто прирезать старика. Впрочем, попусту он время тоже не тратил, при каждой свободной минуте выведывая у бывшего Подавителя методы борьбы с колдунами. Тот с охотой делился знаниями, приправляя их изрядной долей самых невероятных историй из своего прошлого, а иногда пересказывая слова своих учителей, Хранителей Мудрости ордена. В конце концов, Викариан освоил самые азы противодействия чарам. И пусть он пока вряд ли смог бы достойно противостоять истинному мастеру Вечного Океана, теперь он уже не будет совершенно беспомощным, случись ввязаться в магическую дуэль.

Немного поразмыслив, что делать дальше, Седой сделал жест рукой, призывающий отряд готовиться к движению. На этот раз они пошли вдоль стены, ища другой вход в город, минуя один провал за другим.

Некоторые выглядели слишком приветливо, точь-в-точь, как только что оставленный за спиной, другие напротив, ощерились бритвенно острыми гранями ледяных торосов, делая проход через них невозможным, а пробиваться силой и привлекать всеобщее внимание стало бы в городе, кишащем монстрами, невероятной глупостью.

Некоторые же лазы оказались вовсе переполнены дикой магией, эхом давным-давно отгремевших тут колдовских битв, причем стены были проломаны не снаружи, а изнутри. Осаждавшие закидывали город бочками с Бродячим Ужасом, уничтожая любого, пытавшегося бежать из Доридоса через ворота, а потому жители, кто как мог пробивал себе дорогу из этого ада. Вот только не всем было под силу разворотить многометровую каменную кладку, а значит должны были остаться и те, кто предпочел бегству, попытку пересидеть, спрятаться. Наверняка они пополнили и без того немалое воинство чудовищ, заполонивших руины.

Спустя пару часов, выбившиеся из сил люди, наконец, увидели долгожданный жест Седого "все чисто" и нестройная шеренга потянулась к узкому лазу, притаившемуся в коротком участке стены меж двух рассыпавшихся башен. Прежде чем протиснутся в узкий пролом, главарь метнул сквозь него голубоватый камушек, с бурлящей внутри того энергией, но ничего не произошло. Только после этого старик, держа наготове меч, осторожно, стараясь не задеть потрескавшийся камень кладки, шагнул внутрь. За ним нырнул Ори, держа посох двумя руками, словно копье, а следом и все остальные.

- Так, вы четверо, - Седой ткнул в Ялазара, Лею, Вика и Тора, - идете первыми куда укажу, я следом, остальные шаг в шаг за нами. Учтите, сорветесь вниз, вытаскивать не станем. Уже слишком поздно, по нижнему уровню ночью шаркаться - самоубийство.

Сумерки быстро сгущались, но метель, впервые за долгое время начала стихать и даже дующие внутри Доридоса ветра, словно утомившись, теперь лениво перекатывали осколки ледяной крупы. Вик в деталях мог разглядеть полис, в который они с таким упорством шли все это время.

Его можно было разделить на три основных яруса. Верхних, занимали те самые огромные, сбитые из досок, камня, глины и боги знает, чего ещё сферы, венчающие огрызки древних высоких строений - пики спасшихся. Камни этих зданий выглядели так, словно некогда расплавились под невероятным жаром и ныне казались спаяны, став единым целым, прочным, словно сталь и вечным, как само время. По ним вились узкие веревочные или деревянные подвесные лесенки, позволяющие добраться на самый верх. На некоторых виднелись тряпицы с намалеванные на них знаками, словно кто-то предупреждал что "одуванчик" занят и туда лучше не соваться во избежание неприятностей. Разумно, учитывая любовь охотников за сокровищами пускать друг другу кровь.

Средний ярус стоял на высоких колоннах, примерно в десяти шагах над землей и являл собой нагромождение развалин, большая часть из которых уже рухнула вниз. А те, что остались, были не более чем небольшими площадками с редкими остатками строений, между которыми были перекинуты дощатые мостики, верно наведенные самими сталкерами, чтобы хоть немного обезопасить себе передвижения по внутренностям города. Возможно, тут жила знать, смотревшая на копошащуюся внизу чернь, как на причудливый зверинец.

Нижний же город был завален обломками и горами камня, вперемешку со зловонной жижей, превратившей и без того не гостеприимное место в отвратительное, ядовитое болото.

- Почему мы в авангарде? - возмутился повелитель костей, стаскивая из-за спины тяжелый щит. - Ты ж первый сквозь дыру в стене полез, чего вдруг сейчас-то в штаны подпустил?

На этот раз, изучавший стяги на ближайших пиках, Седой не отреагировал на подкол Ялазара, ответив:

- Каждый раз, как на нас нападают, вы в драку лезете, вместо того, чтоб меня слушать. Раз так, деритесь, бес с вами, а остальной отряд за это время успеет отступить. Если кто другой первым пойдет, он ведь и погибнуть может, а вы, берсеркеры недоношенные, все равно на рожон полезете. Или я не прав?

Не то, чтобы он ждал ответа, но все же выдержал паузу, Вик же про себя согласился с подобными доводами, покалеченная нога все равно не позволила бы ему никуда убежать. Ял, видимо подумав о том же, промолчал.

- Ну, а раз я прав, пригнитесь и вперед. Клювом не щелкайте, если увидите что-то подозрительное, постарайтесь замереть, не привлекайте внимание и не спускайте глаз с вон тех двух схронов. - он указал на ближайшие сферы над головой. С одной свешивалась грязная тряпка, перечеркнутая темно красным крестом, а вторая напоминала черный клыкастый череп с резцами, вымазанным кровью. - Отрекшиеся и Кровопийцы. Эти ублюдки с радостью пустят вам в горло стрелу. Не все ищут здесь артефакты, некоторым для счастья хватает чужого барахла, да свежего мяса.

Забраться на средний ярус оказалось не сложно, благо вокруг хватало высоких куч мусора и было за что ухватиться. Однако дальнейший путь оказался не так прост. По мосткам пришлось переходить по одному, хлипкие доски едва выдерживали вес одного человека, а постоянное напряжение не облегчало дела.

Предостережение Седого оказалось кстати, так как не успел отряд преодолеть и третьей переправы, как в воздухе прозвучал свист и лишь отменная реакция Ялазара, успевшего вскинуть щит на звук, спасла тому жизнь. Торунг ответил на подлый выстрел ещё до того, как сухой щелчок удара стрелы о дерево стих в лабиринте окружавших их развали. Белый росчерк скользнув в серых сумерках, угодил точно в щель, сквозь которую по ним стреляли, послышался вскрик и приглушенные ругательства. Для верности, Мрачный пустил туда еще две стрелы, ни разу не промахнувшись и кажется, это окончательно отбило желание у нападавших испытывать свою удачу дальше. Импровизированную бойницу, возле которой трепыхалась тряпка с клыкастым черепом, закрыли с внутренней стороны доской.

- Недаром я вас все-таки первыми пустил, молодцы. - впервые за весь поход похвалил их Седой. - Однако, советую никому про случившееся не рассказывать, Кровопийцы не прощают, когда им сами пускают кровь. Узнают, что это вы сделали, сдерут шкуру заживо.

- Посмотрим, кто с кого сдерет. - прикрывая щитом переход остального отряда, зловеще посулил Ял.

- Не хорохорься, мальчишка, даже самого сильного можно отправить в кабаке, а после делать с ним все, что душе угодно. Так что, хоть раз попридержи свой гонор и молчи.

- Так может их просто сжечь? - спросила вставшая рядом с повелителем костей Леадея, по тонким пальцам которой заструились едва заметные язычки жидкого огня. - Спалить к чертям этот гадюшник, вместе со всеми, кто внутри?

Но старик устало и будто даже разочарованно покачал головой:

- Полный город тварей, только и ищущих кем бы полакомиться, а ты предлагаешь запалить огромный факел, да ещё под самую ночь. Вы с белобрысым, я смотрю, силой-то не обделены, а вот мозгов у вас на двоих и черпака не наберется.

Он, почесывая ухо под капюшоном, отвернулся, не желая больше слушать глупости и принялся тихо покрикивать на нерасторопных отстающих. В это время Тор, все ещё держащий стрелу на тетиве, наклонился к девушке, которая всем своим видом пыталась не показать, что её задели обидные слова:

- Сейчас привлекать внимание было бы действительно лишним, но твоя идея весьма неплоха, если понадобится увести Бродячих от какого места.

Лея посмотрела на холодную маску Мрачного, скрывающую его смуглое лицо, но тот не повернул головы, продолжая следить за укрытием бандитов.

- Харе лясы точить, стратеги хреновы. Идем дальше. - буркнул Седой, едва последний боец миновал опасный переход.

Дальнейшие продвижение было более продумано. Тонкий Мир тут представлял собой мешанину из зыбучих песков силы, созданных бродячим ужасом, да омутов застарелой магии, поэтому разглядеть в этой мешанине красок и постоянно осыпающихся образов хоть что-то, оказалось очень сложно. Приходилось двигаться почти вслепую, полагаясь только на обычное зрение.

Первым, подняв щит, шел Ял, проверяя безопасна ли новая платформа, следом двигался Торунг, обеспечивая прикрытие тем, кто пойдет следом, дальше Вик и Леадея и если все оставалось тихо, переходили остальные.

На вопрос, куда конкретно они идут, атаман ответил, что нужно найти незанятый пик, ну или хотя бы тот, где им не выпустят кишки, а учитывая что ночь уже вступала в свои права, сделать это нужно как можно скорее.

Поиски решено было прекратить в момент, когда из-за сгустившейся тьмы и невозможности зажечь факелов, Ялазар не заметил опасность на другом конце узкого мостика. Он преодолел уже половину пути до другого края, как внезапно ему на встречу выступила бледная, будто сама смерть, трясущаяся фигура, с исполосованными ногами и лицом, превращенным в месиво, держа в каждой руке по ржавому зазубренному серпу. Плечи незнакомца украшали наплечники из десятка освеженных, сшитых воедино, голов, видимо тех, кто повстречался с ним ранее, а перепачканная засохшей кровью изорванная ряса на глазах стала превращаться в темно-бордовый туман. По обрывкам орарей, приколоченным ржавыми гвоздями к телу незнакомца, стало понятно, что это флагеллант культа, но какого, уже было не разобрать.

Фанатик издал гортанный вопль, бросившись вперед, алая дымка растеклась по воздуху, следуя за хозяином, тяжелыми локонами опадая в пустоту нижнего яруса. Щит принял на себя удары серпов, но стоило туману коснуться его поверхности, как запахло паленой кожей, а обитая сталью кромка почернела, начав разлагаться на глазах.

Ялазар, не высовывая головы, что было сил ударил щитом, стараясь скинуть противника вниз, но лишь заставил того отступить. Впрочем, этого оказалось достаточно, чтобы дать возможность Вику пустить в ход магию.

Астральная вспышка потонула втуне, как и чары Леадеи, развеянные багровым туманом, теперь заполняющим почти всю площадку куда они хотели до этого перебраться. Тело же самого нападавшего постепенно истаивало, становясь бесплотным кровавым духом.

- Тор, подпорки! - крикнул Викариан, указывая на начавшие гнить от касания пагубного тумана перекрытия под ногами человека, не успевшего до конца трансформироваться. - Выбей доски у него из-под ног!

Дважды повторять не пришлось. Две костяные стрелы, едва влетев в багровое облако тут же сменившие свой цвет с белого на черный, оказались более стойки к его воздействию, чем магия. Гнилое дерево треснуло, увлекая флагелланта вниз, а вместе с ним и источаемую им пагубу. Звука падения никто не услышал, когда тело, окончательно став бесплотным, рухнуло на гору камней, разлившись во все стороны багровыми волнами. Мостик опасно накренился, увлекаемый вслед за обрушившейся площадкой вниз, заставляя Ялазара отскочить назад, где Тор с Виком успели подхватить его. Дымка бессильно потянулась наверх, в последней попытке дотянуться до ускользнувшей добычи, но все было тщетно.

Подойдя к краю, Седой посмотрел на растекающееся по нижнему ярусу марево, хотел было плюнуть вслед, но передумав, произнес:

- Терпеть не могу фанатиков одиночек. По одному эти ублюдки даже опасней чем в группе.

- Почему? - спросил Викариан.

- Что почему? Почему терпеть не могу или почему опасней?

- Почему опасней?

- Потому, что если кто-то сумел тут выжить в одиночку, то он либо чертовски силен, либо так же чертовски везуч. Но сила, особенно дарованная богами их последователям, нередко сводит тех с ума. И тогда эти безумцы начинают выяснять, кто из них более достоин быть обласканным владыкой, кто станет чемпионом предвечного. Они сражаются друг с другом, а потом с любым, кого найдут, забирая силу, жизнь, память, что не добавляет их и без того изувеченному разуму стабильности. А насчет везения ... Если ты родился в Кеплере, то о каком везение может идти речь? - он поднял взгляд, оглядев ближайший пик спасшихся, где развивалась тряпица с тремя свечами и тяжело вздохнув, кивнул в ту сторону. - Попытаем удачи там, оставаться на улице уже нельзя. Если что, будьте готовы драться, квапла знает, как нас встретят.

На этот раз путь проверяли трижды, вместе, прежде чем разрешить Ялу двигаться вперед. К счастью, идти пришлось недалеко, удобные уступы, складывающиеся в подобие винтовой лестницы, без труда позволили им добраться до плохо сбитого строения, венчающего вершину. Люк, ведущий внутрь, оказался закрыт на задвижку и придавлен чем-то сверху. Ял трижды постучал в него.

- Кого несет, занято тут, не видите? Валите, пока мы вас стрелами не нашпиговали.

- Слушай сюда, кусок опарыша, либо ты отопрешь калитку, либо мы её выбьем, сдерем с тебя и твоих людей кожу, а наши колдуны с ведьмой не дадут вам подохнуть на холоде, куда мы вас выкинем на поживу бродячим. Отворяй, песий хрен!

Для убедительности Ори, Вик и Леадея собрали в ладони небольшие сгустки силы, а Ялазар, что было сил, ударил плечом в люк, да так, что тот приподнялся над полом, засов же громко хрустнул.

Долго ждать не заставили, оттащив мешки в сторону, позволив дверце распахнуться. Внутри оказался укрытый шкурами горящий очаг, да пятеро перепуганных, судя по внешнему виду, сильно потрепанных искателей сокровищ. Живот одного из них был перевязан окровавленной повязкой, ещё двое имели крайне изможденный вид и кожу пепельного цвета, словно страдали от холеры.

Окинув их свирепым взглядом Седой хотел было что-то приказать, но посмотрев на своих уставших, едва державшихся после долгого перехода людей, промолчал.

Несмотря на лютый холод, едва разгоняемый слабым костерком, по полу, пощелкивая хитиновыми панцирями, юркали сколопендры, вперемешку с черными вонючими жуками. Они норовили заползти в нос или уши тем, кто пытался уснуть, отчего люди чихали, скреблись и постоянно просыпались. Впрочем, ни Седого, ни Ори, мелкие паразиты кажется нисколько не волновали, видимо дело было в привычке.

Вику с товарищами досталось стоять на страже в самый темный час и потому, сквозь узкие смотровые щели в полу, предусмотрительно закрытые гнилой соломой, да обрывками старой кожи, разглядеть удавалось немного. Внизу кто-то постоянно скребся, скрипели старые балки, слышалась возня, но мрак скрывал происходящее, а разыгравшееся воображение совсем не помогало успокоить нервы. Ощущение складывалось такое, будто попали в самое сердце улья Саранчи или какой-то другой гадости, где единственный звук привлечет к ним внимание всей стаи.

Однако был момент, когда у них по-настоящему сперло дыхание. В непроглядной тьме зимней ночи, они заметили припадающую к земле бледную, но словно покрытую пятнами фосфора нагую женскую фигуру. Впрочем, от женщины там осталось мало. Ноги ниже колен преобразились в покрытые остатками затвердевшего мяса острейшие косы. Зад превратился в пасть с подвижными, на манер хелицер, зубами, неустанно шарящими по земле, словно что-то ища. С них стекала тягучая слюна, застывающая в едва заметную паутину. Снег быстро скрывал тенета, которые похоже должны были оповестить свою хозяйку о потенциальной жертве, едва та наступит на них. Но самым жутким была голова, болтавшаяся на длиннющем окровавленном хребте, выходившим из узких острых плеч, раза в три длиннее самого тела. Лишенный кожи череп украшала круглая пасть с точно такими же зубами, как и снизу, но к ним ещё добавился вытянутый гибкий язык, проникающий в каждую щель, под каждый камень на пути чудовища. И довершал картину уже знакомый песок мертвой магии внутри тела бродячего ужаса.

Не дожидаясь пока гостья заметить их пристальный взгляд, Ялазар быстро заложил смотровую дыру. До конца стражи никто из них не убирал рук с оружия, да и после, сон ещё долго не приходил, гонимый мыслями, что весь Доридос набит подобными тварями.

Короткая дрема не принесла отдохновения. Утром Викариан проснулся от чудовищной боли, выгнувшей его тело дугой и подбросившей вверх. Чувство было такое, словно руки великана схватили его и скручивали в разные стороны. Внутренности рвало на части, но вместо крика, из сведенных спазмом легких вырывался лишь слабый хрип. Каждая новая вспышка боли сопровождалась оглушительным звоном в ушах и застилающими взор слезами из глаз. Сквозь белые искры парень видел, как точно также корчатся и все остальные.

Вернее, почти все. Ялазар, вскочивший на ноги, беспомощно оглядывался, явно не понимая, что происходит, кажется единственный не чувствовавший раз за разом накатывавших волн мучений. Рядом бился в припадке пуская пену Седой, во рту которого виднелась плотно зажатая тряпка, повелитель костей заметил это и тут же бросился запихивать между сведенных болью челюстей Вика, Тора и Леадеи туго свернутые отрезы кожи. Не сказать, чтобы стало сильно легче, но теперь хотя бы зубы должны были остаться целы.

Сколько продолжалась пытка, сказать было сложно, но в какой-то момент, после очередной ослепительной вспышки, идущей из груди вверх до самого темечка, нового удара не последовало. Медленно, нехотя, боль стала отступать, оставив на полу почти полтора десятка корчащихся, стонущих тел.

- С-с-с-учий з-звонарь, бесовский ублюдок, рожденный свиньей. - с трудом выплюнув изжеванную ветошь, прохрипел Седой.

- Какого лешего сейчас было? - отпаивая едва дышащую Леадею, не способную поднять даже руку после случившегося, лишенную даже капли своей внутренней колдовской силы, спросил повелитель костей. Тор от помощи отказался, хотя стоял на одном колене, уперев кулак в пол и сильно шатался, Вик же даже не делал попыток подняться, позволяя измученному телу перевести дух.

- Говорю же, звонарь со своей чертовой колокольней в центре полиса. Два, три раза в день "изгоняет зло", чтоб ему кол осиновый в задницу вбили. Не знаю че за колдовско у него там, но каждый раз всех вокруг наизнанку выворачивает. Одна польза от него, бродячие этот звон тоже терпеть не могут, на некоторое время перестают шастать вокруг, а то и вовсе сбегают из города.

- А почему оно на меня не подействовало?

- Семя Порчи. - едва шевеля губами ответил ему Викариан. Он тут же вспомнил статью в Атласе Крига, где говорилось о Башне Очищения, ставшей домом архорианцу, поклоняющемуся Полумёртвому Богу. Её песня терзала порчу, что произрастала в каждом, рожденном в Кеплере. На Яла же звон не действовал, так как во время послушничества Подавители изгоняли из себя эту заразу, хотя переживал подобную экзекуцию хорошо если один из десяти неофитов. - Эти чары действуют только на тех, в ком оно есть.

Судя по выражению лиц окружающих, почти никто не понял, о чем они говорят, а уточнять ни желания, ни сил не нашлось.

С досадой Седой заметил, что те, кто им вчера открыл дверь, успели уйти ещё засветло и теперь не удастся их ограбить. Он приказал быстрее собираться и выступать, пока чертова колокольня не ожила вновь. На вопрос же Викара куда идти, старик ответил, что в первую очередь нужно найти, где обосновались перекупщики, из расположенного рядом с Доридосом Некрополя.

- Тут что же, есть базар? На кой он тебе? Мы же пришли сюда за сокровищами. - изумился один из бойцов, судя по всему больше остальных желавший уже начать поиск того, что откроет ему двери в жизнь, полную удовольствий.

- А сокровища ты будешь искать на голодный желудок и без дров? Ну тогда мы тебя первым на растопку, да харчи и пустим, недоумок. - тут же осадил его атаман, влепив звонкую оплеуху. - В восточной части полиса, в пиках спасшихся, часто появляются перекупщики. Те же сталкеры в общем то, но побогаче и потому предпочитающие не рисковать своей шеей, а сидеть в относительной безопасности Некрополя, изредка навещая Доридос, продавая еду, дерево, шкуры, а взамен получая часть вещиц, что мы тут находим.

- Уроды, за наш счет богатеют.

- Твоего счета тут пока нет и в помине, дурень. Не ершись и не груби им, когда весной из спячки вылезает всякая погань и на тракте будет не протолкнуться от жадных до твоего скарба головорезов, только с этими торгашами, большой ватагой, безопасно до Обелиска Мрака добраться можно. Вокруг них все прочие охотники собираются и вместе идут, так что радуйся, что они тут вообще есть.

Отряд покинул "одуванчик", приютивший их на ночь, едва все смогли подняться на ноги. Быстро посовещавшись Викар, Ял и Тор решили, что будет разумным пока не отделяться от отряда, а разузнать чуть больше о месте, где им предстояло искать ответы на интересующие вопросы, мало ли какие ещё опасности таит в себе Доридос. Хуже всего звон пережила Леадея, теснее прочих связанная с Тонким Миром. Её вычурные одежды, после ударов колокола, кажется теперь едва согревали девушку, отчего та начала замерзать. Лицо её было бледным, словно у мертвеца, губы посинели, но она сумела взять себя в руки и вернула броне часть силы, правда после этого Тору с Виком пришлось практически тащить её на себе.

Седого же все это крайне забавляло, он то и дело толкал в бок жевавшего листок меланы Ори, приговаривая, мол чего-то сегодня звонарь разленился, не отыграл им половины обычной службы. После чего, шепотом, но так чтобы Леадея могла его расслышать, сулил скорое повторение экзекуции, как минимум ещё раз.

Как бы тяжело не было идти после пережитого утром, старик недаром погнал их вперед, не дав даже отлежаться, полис сейчас казался вымершим. Ничто не тревожило руин, даже метели и той не было со вчерашнего дня, лишь тихий хруст промерзшего снега под ногами, да скрип наведенных на среднем ярусе мостков, нарушали торжественную тишину. В одном из зданий им попалось скорчившееся тело замерзшего насмерть сталкера. Умер он давно, заплечный мешок был срезан с окаменевшего от мороза тела, но сам труп никто не тронул.

- Вицек, - довольно буркнул Седой, - здорова, дохлый хрен, как сегодня погодка?

- Старый знакомый? - поинтересовался Викариан не оборачиваясь.

- Ориентир, неподалеку восточные врата. Понятия не имею кем он был и когда сдох, но лежит он тут ужо года четыре. Говорят, помер зимой, но успел найти какой-то артефакт, который его тело навсегда оставил таким, каким было при жизни. Отравлено оно Вечным Океаном так, что даже падальщики сожрать его не решились. - пояснил старик. - Впрочем, это не худшая смерть, гораздо гаже, если вы грохнитесь вниз, там можно и не успеть подохнуть, прежде чем на вас наткнется бродячий.

Эта часть города оказалась повреждена больше остальных, тут даже руин то толком не осталось, одни огрызки древней кладки, которую время просто не могло сломать. Пока.

Горы мусора, устилавшие нижний ярус давным-давно осыпались, ныне напоминая затянутые серой пеной волны, из которых торчали остовы зданий. От этого колонны, на которых стояли остатки среднего и верхних ярусов, казались сильно выше, а те, кто по ним передвигался были гораздо менее заметны. Тут находилось немало пиков спасшихся. К балкам некоторых из них были привязаны ветхие мешки, ветер нещадно трепал их, но сорвать не мог. Догадаться, что это означает, труда не составляло - торговцы.

Когда отряд оказался у ближайшего "одуванчика", над их головами, сквозь небольшое смотровое оконце, кто-то крикнул:

- За товаром или монетами?

- И тем, и тем. - ответил Седой, поманив к себе парней, тащивших давно потухший и сейчас ставший бесполезным чан для костра. - Мы только вчера с дороги, от самого Обелиска Мрака. С нас походный чан, новости, да барахлишко тех, кто не дошел, с вас дерево, провиант и камни без чар.

Внутри зашептались, зашебуршились, сквозь щели в полу, на лица стоящим внизу, полетели обрывки тухлой соломы и засохшей грязи. Их внимательно разглядывали, но пускать не спешили.

- Так, отошли все и ждите тут. - повернув голову к остальным, гаркнул Седой, заставляя тех отступить назад.

- Правила знаешь, это хорошо. - послышался удовлетворенный, звучавший словно из глубокого колодца, голос. Сверху упал конец толстого каната вместе с хлипкой веревочной лестницей, которая не выдержала бы не то что несколько человек, но даже одного Ялазара. - Привяжи котел с вещами, которые продать хочешь, следом сам поднимайся, обговорим цену.

Седой так и поступил, закрепив поклажу, а после быстро, несмотря на свои уже немолодые годы, начал взбираться наверх. Едва он скрылся в недрах пика спасшихся, лестница втянулась обратно, оставив остальной отряд мерзнуть на улице. Покидав мешки к стене, воины прижались друг к другу, стараясь сохранить быстро улетучивающееся тепло. Вик, пожалев сильнее всех мершую Леадею, украдкой сплел небольшой узелок чар, накинув теплый купол на всех находящихся рядом. Девушка и Ори, без сомнения, должны были почувствовать колебания стихий, но если первая посмотрев на парня благодарно кивнула, то второй, не подал виду, слегка покачиваясь на пятках, словно бы погруженный в транс.

Когда люди перестали стучать зубами, их настроение заметно улучшилось и даже начались тихие разговоры. Ждать долго не пришлось, главарь вернулся довольно быстро. Сначала во вновь открывшийся люк ухнуло три туго набитых тюка, судя по звуку, с поленьями и провиантом, а после показался сам Седой. Правда вернулся он не один. С ним спустились ещё двое, первый, судя по всему, был человеком, тут же подошедший к Ори, разматывая на ходу потертый свиток, а вот второй, выглядел необычно, внимательно слушал старика, идя рядом с ним. Тот ему что-то самозабвенно рассказывал, но ответов слышно не было, зато Тонкий Мир наполнился музыкальными трелями ментальной речи.

- Построиться псы! Распределим поклажу и выдвигаемся! - гаркнул главарь, ожидая пока его новый спутник встанет рядом.

Незнакомец осторожно ступал по доскам, оставляя едва заметные следы на снегу, словно серая липкая масса под ногами внушала ему отвращение. Он был не крупнее обычного человека, да и выглядел так же, разве что непокрытая капюшоном голова оказалась лишена абсолютно всего, не было ни глаз, ни носа, ни волос, ничего вообще. Вместо этого на том месте где у людей обычно лицо, словно в колышущейся водной глади, отражался окружающий мир.

Хотя нет, не мир, поправил себя мысленно Викар. Там, в зазеркалье чужого тела, он видел улыбающегося до ушей Седого. Покрытого чужой кровью, но не дряхлого старика, а могучего воина в полном расцвете сил, крепко сжимающего в руках свой верный меч, пробивающегося через орды врагов и наслаждающегося каждым мгновением боя. Каждой каплей своей жизни.

Но вот он приблизился к выстроившемся людям, недовольным, что их согнали с теплого места и картина на лице существа, колыхнувшись, сменилась. Та его часть, что была ближе к не стройному ряду, изменилась, внезапно явив стоявшим первым бойца, лежащим на горах золота и драгоценных камней, упивающегося своим богатством, буквально купающегося в нем. Рябь волн смыла отражение, едва незнакомец приблизился ко второму мужчине и вот уже тот видит себя в окружении огромного гарема прекрасных нимф, предающихся с ним самым непотребным утехам, где-то он доминирует над ними, то наоборот.

Спутник Седого шел, а картины на его лице менялись одна за другой, являя в своих образах тех, кто оказывался рядом. Там были пороки, страсти, вожделение, столь свойственные смертным, желанья тела или души. Одни о наслаждении, другие полные садизма и жестоких игрищ. Вик видел с каким вниманием старик следит за происходящим, хотя сам изо всех сил делал вид будто ведет ничего не значащую беседу о ценах, планах на весну и тяжести жизни сталкеров.

- Кто это? - спросил молодой человек, впервые в жизни видя подобное существо.

- Никс, раса, связанная с Вечным Океаном даже прочнее эльфов. Они умеют вытаскивать на поверхность самые тайные наши желания и мечты. - ответила Леадея, по голосу которой было ясно, что она не особо довольна таким поворотом событий. - Некоторые считают их инферналами, хотя эти создания, по нашим меркам, вполне себе разумны.

- Они были частыми гостями при дворе тирана Доридоса. - задумчиво, словно частью сознания вновь вернувшись во времена своей юности, добавил Торунг. - Человек может научится лгать даже сам себе, но желания всегда выдадут его истинные намерения.

Ял же, кажется, повеселел и даже стал переминаться с ноги на ногу, будто в нетерпении, когда же никс, наконец, окажется рядом:

- Головастики те ещё поганцы, умели вскрывать наших шпионов, получше большинства ищеек. Когда мы добирались до них, то подвергали особо изощренным пыткам, убивая на протяжении часов, а то и дней, выставив казнь на всеобщее обозрение.

- Я думал, подавители избегают эмоций, ненависти или злости, тем более поддаваться им. - удивился Вик, видя, как существо миновало уже большую часть отряда, приближаясь к ним.

- Мы и не испытывали ничего подобного. Любая экзекуция, практикуемая в ордене, имеет под собой вполне практические мотивы и эти были не исключением. Направление удара Великой Жатвы зачастую становилось быстро понятно всем и те никсы, что служили правителям полисов, оказавшихся у нас на пути, видя зверства, что мы творили с их собратьями, зачастую предпочитали бежать прочь, а не дожидаться пока то же случится с ними. А это позволяло нашим шпионам без опаски действовать в самом сердце вражеских войск.

Он замолчал, когда предмет разговора поравнялся с Леадеей. Зеркальная гладь окатила волна. Все увидели великолепный широкий ковер алого цвета с коленопреклоненной девушкой, протягивающей стоявшему перед ней мужчине вычурную шкатулку. Неизвестный был высок, статен, в великолепных черных одеждах, с благородными, но мужественными чертами лица, от которых должно быть женщины таяли, что лед над горящей свечой. Бледноватая кожа лишь добавляла ему странного шарма, движения же выдавали опытного воина, впрочем, судя по руническим браслетам и кольцам, не отказавшегося прибегать к колдовству.

К этому моменту, уже все вокруг поняли зачем Седой притащил к ним никса, а потому пока одни думали, как бы вновь оказаться к тому поближе, дабы хоть на мгновение вновь увидеть исполнение своей мечты, другие напротив, начинали посматривать по сторонам, видимо прикидывая, не стоит ли сбежать раньше, чем старик, узнавший скрываемые ими темные тайны, решит избавиться от них. Но едва существо подошло к Тору, все, как один повернули головы в их сторону, не понимая, что произошло. Лишенное черт лицо стало абсолютно серым. В нем не было ничего.

Тонкий Мир наполнился искрящейся пыльцой, безуспешно пытавшейся вытянуть из Торунга хоть что-то, хоть какой-то отклик. Но по гранитному шару, в который превратилась голова ловца чужих грез, лишь гуляли серые волны, изредка открывая бесконечную, бездонную пустоту под ними.

Следующим за Мрачным, стоял Ялазар. Едва начавший замедлять шаг никс поравнялся с ним, как тут же резко отскочил в сторону, будто ошпаренный и попытался спрятаться за спиной Седого. Его голова, мгновение назад бывшая абсолютно серой, за краткий миг, что существо находилось рядом с беловолосым великаном, внезапно вспыхнула ослепительным, но мягким светом. Словно кипельно-белый шелк откинули с окна, за которым расплескалась голубизна высоких небес с редкими облаками и сияющим в зените солнцем. К сожалению, видение длилось лишь краткий миг, пока лепестки поисковых чар не осыпались пеплом, столкнувшись с отвергающей магию сущностью подавителя.

Никса трясло, что осиновый лист на ветру. Лицо его никак не могло вернуть хоть какой-нибудь порядок, представляя из себя наползающие друг на друга картины, запятнанные черными кляксами страха, словно чернилами, растекающимися в воде. Атаман, как и все прочие, заинтригованный происходящим, потянул несчастное создание ближе к строю, но тот вцепился тонкими ручонками в точащий из ветхой стены камень и в астрале Викариан услышал протестующие трели. Он ни за что не желал приближаться к зловеще осклабившемуся Ялазару, пятясь обратно к веревочной лесенке.

Судя по всему, до него очередь не дойдет, понял Вик, даже несколько разочарованный, что не увидит свое сокровенное желание. Ему действительно было неведомо, о чем он на самом деле мечтает, некоторое время назад полагая, что все что ему нужно, это его прекрасная Беата, да тихая красота Вардемы. Однако, даже в те редкие дни, когда им удавалось побыть вместе, он продолжал слышать настойчивый зов странствий, полный обещаний чего-то нового, необычного, неведомого. А ведь, казалось бы, что могло быть проще, найти в Кеплере какую-нибудь богами забытую дыру, где никого нет и просто ждать, пока артефакт на его руке перезарядится вновь, дабы открыть врата в светлый мир, давая прожить большую часть жизни, окруженным любовью и заботой. Но это был не его путь, не его мечта.

Что ж, возможно когда-нибудь в будущем ему вновь доведется увидеть кого-то из расы никсов, один из которых, панически перебирая тонкими ручонками, сейчас карабкался наверх, подальше от повелителя костей, о потаенных чаяниях которого тоже никто так толком ничего не узнал. Белый шелк, голубое небо, солнце, что бы это значило?

Недовольный таким исходом, Седой повернулся к парням:

- Че скалишься, шутник, я собой пройдох, о коих ничего не знаю, не потащу. - судя по голосу, ему не сильно хотелось расставаться с теми, кем он мог легко пожертвовать, к тому же, достойно проявившими себя в бою, а значит могут надолго задержать бродячих. Однако опыт и осторожность взяли вверх, ему была хорошо известна цена, которую платят, пренебрегающие ими.

- Тогда гони нашу долю с хабара, который ты с трупов снял и разбежимся каждый по своим делам. - не смутившись, ответил Ял.

- Ишь ты какой шустрый, токма в городе нос показал, а тут же до чужих камней позарился?

- Камни и монеты себе оставь, с тебя дрова, да провиант. Разбежимся без крови.

Старик прошамкал ртом, прищурился, будто прикидывая, стоит ли лезть в бутылку из-за такой мелочи. Судя по хитрющему выражению его рожи, разговор предстоял не из приятных, но тут ему на плечо легла рука Ори. Тот быстро зашептал атаману на ухо. Взгляды, которыми колдун одарил четверых, решивших отсоединиться от отряда, вовсе не были дружелюбными, а в глазах Седого мелькнула тревога. Он с досадой шмыгнул носом, пробурчав:

- Ладно, бездна с вами, забирайте свою долю и проваливайте. - ухватив один из мешков, он без видимых усилий кинул парням под ноги, хотя звук удара того о доски говорил о немалой тяжести ноши. - Надеюсь, вы в полисе не задержитесь надолго.

Последняя ремарка показалась Вику крайне страной. Скорее уж от атамана можно было услышать пожелания поскорее сдохнуть, чтобы он мог поживиться их барахлом. А тут он вдруг посоветовал не задерживаться в Доридосе. Зная Седого, можно было точно сказать, он не желает им добра, все что его беспокоит, это собственная шкура. Судя по озадаченному взгляду повелителя костей, тот также подметил эту странность и не говоря больше ни слова, подобрал их долю, взвалив себе за спину.

Не менее странно вел себя и Ори, который буквально буравил старика взглядом, словно пытаясь понять, что это сейчас было. Напряжение, внезапно повисшее в воздухе, чувствовалось физически, но о его причинах знали только двое, сейчас молча наблюдавших, как парни и девушка уходили в глубины мертвого города.

- Как-то он нас слишком легко отпустил. - оглянувшись назад, высказала вслух Леадея то, что все думали про себя.

- По-моему, он захотел от нас как можно быстрее избавиться. - поделился соображениями Викар. - Кстати, судя по взгляду Ори, то он не шибко то рад был решению Седого. Ладно, нам дали уйти без драки и на том спасибо. Сейчас надо понять, как попасть в замок.

Откровенно говоря, у них было несколько идей, чем занять себя в Доридосе, но от посещения Башни Очищения решено было отказаться, так как идти на неоправданный риск, ради не пойми чего, разговора с безумцем-отшельником, казалось не самым разумным. Загадочного эльфа, повелевшего туманами, знакомого Тора, тоже искать пришлось бы неведомо сколько, а уж от идеи связываться с фанатиками, которые в любой момент могут на тебя же и накинуться просто потому, что так сказали им голоса в голове, казалось глупостью и того пущей. В итоге, остался не самый многообещающий, но хотя бы понятный путь в глубины замка Тирана. Вернее, в библиотеку Талтана, находящуюся в нем, где возможно сохранилась крупица знаний алхимика, а если повезет и упоминание о предмете, похожем на золотистую пластинку, охватывающую запястье Вика. От этого знания могли зависеть миллионы жизней, а также судьба самой Вардемы, которая с некоторых пор казалась молодому человеку едва ли важнее собственной. За неё хотя бы имело смысл сражаться.

- Дворец Тирана расположен в самом центре Доридоса. -Торунг указал на высокое, частично обвалившееся внутрь себя строение, возвышающееся серой волной над морем руин таких же развалин. Теперь трудно было сказать, как выглядело здание в лучшие годы и в отличие от Башни Очищения, стоявшей чуть в стороне от него, за прошедшие годы сильно пострадавшего от погоды. - Пройти туда можно напрямую или по тайным путям. Последних в достатке, Тиран был параноиком, ему везде мерещились предательства и заговоры, поэтому он приготовил множество путей бегства.

К этому времени они уже довольно сильно углубились внутрь полиса. Обглоданные ветрами остовы среднего яруса остались позади, сменившись покосившимся дырявыми каменными стенами, навалившимися друг на друга, словно пьяницы у трактира. А высоченные кучи мусора в иных местах доходили аж до края перекинутых мостков, что заставляло быть предельно осторожными, так как любая притаившаяся внизу тварь легко могла добраться до них.

Пока что око инфернала помогало Вику вести отряд, избегая большинства опасностей, а омуты древнего колдовства, застилавших магический взор, он просто обходил стороной. Несколько раз им попадались цепочки следов, причем не всегда это были отпечатки сапог, да пятно замерзшей крови, размазанное по хлипкой стене, словно об неё с размаху шарахнули куском кровоточащего мяса. Один раз, вдалеке, раздался треск. Это был не шум падающих обломков, а скорее хруст груды костей, заставивший их небольшой отряд замереть на месте, почти не дыша. Но звук стал удаляться и все облегченно выдохнули.

- Как думаешь, твоему повелителю удалось выбраться из города? - Вик глядя на потемневшее к обеду небо, кажется готовое вот-вот разродиться новым бураном, прикидывал сколько у них осталось времени до того, как сумерки накроют Кеплер.

- Нет. Тиран боялся придворных, интриг и даже собственных солдат, но внешний мир его пугал ещё больше. Даже если он и добрался до ворот, вряд ли он покинул Доридос.

- Значит ... ох!

Не успел Викариан договорить фразу, как воздух разорвал дребезжащий звон колокола. Он ударил в грудь парня с гораздо большей силой, чем утром, буквально опрокинув того навзничь. Сознание погасло моментально, оставив лишь обрывки недодуманных мыслей с чувством падения в пустоту, полную холода и боли.

Там, лежа в спасительной пустоте, парень впервые за долгое время увидел свою семью. Теплый свет разорвал податливую смолу темных облаков беспамятства. Раньше они часто приходили к нему во снах, благодаря за то, что он помог их душам найти покой, причем в основном это случалось в Вардеме. Братья крепко обнимали, а мать мягко поглаживал волосы, как делала это сидя у изголовья его кровати всегда, когда он болел. Жаль лишь лицо отца он разглядеть не мог, то было словно угольный рисунок, затертый рукавом, смазанное и нечеткое. Лишь голос оставался все таким же строгим, но добрым. Он говорил подняться, протягивая руку. Вик потянулся навстречу, как вдруг заметил, что за образами родных словно рождается новое, маленькое солнце. В этот момент крепкая рука отца ухватила его запястье и с силой рванула наверх, вытаскивая его тонущее сознание из пучины забытья.

Тело тряхнуло, согнув пополам и молодой человек очнулся, пытаясь сквозь сведенное спазмом горло втянуть в себя хоть каплю воздуха. Он лежал на боку, левая рука закинута вверх через голову, из уголка его рта на серый снег стекала пена, вперемешку с желудочным соком. Обессилено скребя ногами, он попытался подняться, но мышцы не слушались. Рука в белой костяной перчатке легла ему на висок:

- Тихо, тихо, все в порядке, я перетащил вас в укрытие. - шепот звучал так, будто в уши набили горсть мха, однако, голос Ялазара бесконечно обрадовал и успокоил Вика. Он облегченно выдохнул, позволив телу постепенно восстанавливаться после страшного удара.

Повелитель костей открыл бурдюк с водой. Аккуратно приподняв, помог тому сделать пару глотков:

- Сразу много не пей, вырвет. - заметив, что Викар пытается дрожащими пальцами сплести исцеляющее заклятие, покачал головой. - Побереги силы, они потребуются тебе, чтобы привести Леадею в чувство. Я разжевал ей листок меланы, но сок лишь удержал её на грани смерти.

С трудом разомкнув вновь пересохшие губы, молодой человек просипел:

- Мне показалось или этот удар колокола намного сильнее?

- Ты прав, чары башни тут гораздо чище. - ответ пришел откуда-то сбоку. Тор уже пришел в себя. Судя по всему, ему тоже пришлось несладко, но он сумел сесть, хоть и опершись на стену. - Возможно, они передаются вместе со звуком, чем ближе к источнику, тем опасней.

- Теперь понятно, почему в центре Доридоса почти нет пиков спасшихся. Чертова колокольня расположена у самого замка. - Ялазар вглядывался в широкую трещину, пересекающую стену по диагонали. Он перенес их внутрь здания, спрятав от нежелательного внимания.

Вик и сам только сейчас обратил внимание на то, что почти все убежища сталкеров расположены вблизи внешних стен. В глубине же полиса их остались единицы, да и те казались дышали на ладан, словно их давно никто не латал.

- Вот почему тут до сих пор ещё не все растащили. - согласился он с товарищем.

Тонкий Мир после "очищения" представлял собой почти обычный облик Кеплера, без грязи порченых стихий или инфернальных язв. Песочные силуэты бродячих, устилали нижний ярус, едва шевелясь. Причем это было не обычное сонное состояние тварей, а бессилие. Им даже было хуже, чем прочим мелким упырям, да призракам, уже вовсю рыскавшим в поисках жертв. Они рассыпались на части, звон иссушил каждую песчинку их магических сущностей, разрывал колдовские узлы. Убивал.

Это внезапное откровение ошарашило парень и он поспешил поделиться им с остальными, попутно собираясь с силами, так как нужно было исцелить Леадею, которую, к его удивлению, Ял не предлагал бросить.

- Если он пытается очистить город от бродячих с мародерами, тогда почему он не звонит постоянно? - задал резонный вопрос Тор.

- Возможно, не может. Что если в нем самом есть Семя Порчи и в какой-то момент звонарь теряет сознание от боли, как все прочие? Просто за долгие годы он привык к ней. - ответил Вик, принявшийся сплетать исцеляющее заклятие.

Ялазар кивнул. Подобная версия показалась ему вполне правдоподобной, но будучи более прагматичным и опытным тут же выдвинул свою теорию:

- Или может это его охотничьи угодья. Он звонит несколько раз, превращая всех вокруг в бесчувственные мешки с мясом, а после выходит из своей берлоги, собирает трупы животных, обирает сталкеров, валяющихся без сознания. А женщин утаскивает к себе в нору, для утех. Новый Тиран мертвого города. - последняя фраза заставила Тора поднял взгляд на Ялазара, а Вик едва не сбил заклятие. Повелитель костей тем временем, замечтавшись, закончил мысль. - А что? Доридос отличное место, чтобы склонять несговорчивых или шибко целомудренных барышень на всякое интересное.

- Умолкни, червь. - раздался едва слышный шепот Леадеи. Поток сияющей энергии растекался от её висков, на которых Викар возложил руки, внутрь головы, быстро вытравливания темные пятна слабости и боли.

- Эка ты ершистая. Давай-ка дождемся следующего удара колокола, что-то подсказывает, ты станешь более покладиста и будешь просто не силах устоять перед моим обаянием. - усмехаясь в высокий отворот плаща, посулил повелитель костей, для убедительности поиграв бровями.

- Зажарю. - пообещал девушка, наконец, открыв глаза.

- Подавителей, даже бывших, зажарить непросто, милая.

- Я все же рискну.

Обмен любезностями закончился сам собой, когда Викар, без сил, откинулся назад, усевшись прямо на снег. Язык во рту почему-то онемел, да ещё пришлось сглотнуть подкативший к горлу противный ком. Рука Леадеи легла на подрагивающие пальцы парня:

- Спасибо за помощь.

Вик устало улыбнулся, мотнув головой в сторону Яла:

- Он нас всех спас и тебя тоже не бросил. А то, что он иногда говорит, не всегда стоит воспринимать буквально, просто ему нравится подначивать окружающих.

- Тогда странно, что он все ещё жив, с таким-то чувством юмора. - ответила девушка, тем не менее отвесив коротки поклон Ялу в знак благодарности.

Тот только снова улыбнулся, но теперь открыто и от души. А после, слегка хлопнув себя по бедру ответил:

- Я вижу, все пришли в себя, значит пора двигаться дальше. Только думается мне, если пойдем напрямки, то либо придется идти всю ночь. - он указал на небо, оказывается они провели без сознания не меньше часа, дело явно шло к вечеру. - Чего бы делать не хотелось, либо ночевать вон в тех шпилях, что совсем близко стоят к Башне Очищения. Мне-то все равно, а вот переживете ли вы подобное я, сказать по чести, не уверен. Тор ты предположил, что эти чары передаются через звук и что в замок есть разные пути. Если они под землей проходят, может там звон будет не так слышен?

Мрачный задумался, окидывая окружающие руины долгим взглядом. В его мыслях хаос, окружавший их сейчас, вновь становился переулками, домами, шпилями, опоясанными винтовыми лестницами, соединявшим нижний город бедняков и рабов, с верхними кварталами благородных, зажиточных горожан. Он искал в своей памяти закоулки, которыми давно никто не пользовался, образы тайных троп, некогда хорошо знакомых ему. Он гулко выдохнул, поднимаясь, остальные последовали его примеру, хотя Леа все ещё тяжело опиралась на посох.

- Ближайший ход идет через отхожее место бражного дома, который стоял на нижнем уровне недалеко отсюда. - как Тору удавалось сориентироваться посреди окружающей их мешанины камней и льда, было непонятно, однако он уверенно указал на север. - Он проходил вплотную к катакомбам.

- Тогда надо проверить, пока бродячие приходят в себя. - стягивая с себя плащ и повторяя вчерашний трюк Седого с обваливанием одежды в снегу, ответил Вик. Они находились в посреди пробуждающихся логовищ чудовищ, сейчас пригодилась бы любая маскировка, какую только можно найти. Остальные последовали его примеру, а после двинулись вслед, указывающему путь Мрачному.

Сквозь Тонкий Мир было легко наблюдать за пробудившимися опасностями в материально мире, к несчастью постоянно открытое око инфернала привлекло внимание обитателей Эфира, поэтому приходилось быть крайне осторожным и на некоторое время отказываться от колдовского зрения.

В один из таких моментов отряд проходил под низкой аркой, оставшейся от прохода во внутренней стене города. По обе стороны возвышались обвалившейся башенки, скрывавшие небо и местность ними. Чуть впереди располагался один из омутов застаревшей густой магии, его не было видно, но от концентрации колдовской силы волосы вставали дыбом, словно от ударившей неподалеку молнии. И хотя Тор прошел сквозь арку спокойно, бросив лишь быстрый взгляд по сторонам, Ял, едва вышел из неё, тут же выхватил свой фламберг и поднял щит в защитную позицию.

- Оно нас не тронет. - произнес идущий первым лучник, останавливаясь, в ожидании, когда все минуют проход.

- Что-то непохоже, что оно мертво. - выглядывая из-за щита, ответил повелитель костей.

О чем они говорят, Вик не понимал ровно до того момента, пока сам не оказался рядом. Оба мужчины смотрели в сторону груды тяжелых камней, некогда бывших добро сложенными домами, над которой возвышалась громадная туша крылатой гидры. Вытянись та в полный рост, размерами бы верно превзошла даже пики спасшихся. Но сейчас она будто застыла в полусогнутом положении, поэтому её не было заметно за стеной. Шесть шей, покрытых крупными чешуйчатыми пластинами, змеями охватывали обломки зданий сразу среднего и нижнего ярусов. Каждая из них оканчивалась острой рогатой головой с клыкастой пастью, в которую легко поместился бы всадник вместе с конем. Полуразвернутые окаменевшие крылья накрывали тенью могучие задние ноги, в передних же лапах было зажато перекушенное пополам существо-мутант, своим гротескным видом напоминавшее одного из бродячих, однако звон колокола давным-давно убил его. Чего нельзя было сказать о самой гидре.

Она окаменела, но Викариан чувствовал, что внутри это статуи бушует огонь дикой жизни, а в янтаре глаз застыла лютая ненависть к сковавшей его каменой клетке С опаской обходя разверзшийся зев, с зазубренными ятаганами зубов, он спросил:

- Что это такое?

- Один из экспериментов Талтана, полагаю. - бесцветно ответил Тор. Судя по всему, он не испытывал волнения от встречи с созданием. Это несколько успокоило остальных. - Под землей, от замка и под всем Доридосом тянется паутина катакомб, в некоторых из которых придворный алхимик устроил зверинцы, где выводил таких вот гибридов. Во время осады, он пытался использовать их против бродячих, но лишь некоторые его творения преуспели в этом. Большинство же из них вовсе предпочло устроить охоту на горожан или сбежать прочь, на свободу.

- Он скрестил гидру с драконом? - оторваться от созерцания восхитительного и невероятно опасного создания у Вика не было сил. Нечто подобное он испытывал, когда впервые увидел оголодавшего эльфийского аура, потерявшего седока. В этих созданиях чувствовалась непередаваемая красота и ум, лишь оттененные грозностью облика со свирепым нравом.

Возвращая меч в ножны, Ялазар внимательно оглядел "статую":

- Драконы, которых я по крайне мере видел, были размером с этот полис, такую тварь не приручишь, не посадишь на цепь, а уж тем паче не заставишь спариваться против её воли. Возможно, скрестил гидру с каким-то иным драконидом, поменьше. Или вы таскали алхимику драконьи яйца, Тор и нам следует опасаться встреч ещё и с чем-то подобным?

Судя по всему, Мрачного, оглядывавшего высокую кучу обломков, стоя на останках каменного моста, под которым протянулась одна из голов гидры, мало интересовали детища Талтана. Он искал путь вниз. Чем ближе к центру, тем меньше попадалось следов сталкеров. В этих районах никто не пытался восстановить переходы или навести переправу между колоннами поверху, позволяя времени делать свою работу, очищая землю от творений рук смертных.

- Моя работа заключалась в другом. Однако катакомбы были полны самых разных созданий, из которых наш учитель выводил новые виды, а значит кто-то ему их доставлял. Сейчас, скорее всего, большая часть подземелья населена бродячим ужасом, но не сомневаюсь, там должны были остаться особи, подобные этой крылатой гидре. Сильнейшие вполне могли выжить.

- Однако, убить их все-таки можно ... - ответил Ял, подходя к Тору, так же приглядываясь к кучам мусора, поняв, что вскоре придется прыгать вниз.

- Это заклятие внешнего окаменения. - голос Леадеи, приглушенный тяжелым меховым воротом, был едва слышен, но даже так в нем легко распознавалось неподдельное восхищение. - Кто-то просто сковал создание, но не убил. Возможно, его можно даже освободить от оков!

Тор присел на корточки, у края и подозвав Вика к себе, ответил:

- Не советую. Как и бродячий ужас большинство экспериментов Талтана были неуправляемы, а по мощи своей уступали разве что альфам бродячих. Если пробудить их к жизни всех разом, от Доридоса не останется камня на камне.

Девушка убрала тонкие пальцы с гигантской морды, словно бы смотрящей на неё с мольбой о свободе, но в тоже время ненавистью от бессилия и невозможности сожрать хрупкую добычу.

- Вик, проверь через Тонкий Мир, нет ли под нами неприятных сюрпризов. - попросил Мрачный.

Тот быстро окинул скрытые под обманчиво мягким слоем снега коварные руины, но ничего опасного, кроме торчащих кольев, да осколков камня не заметил. В отличии от среднего яруса, там не было проторенных троп.

- Вроде чисто. Но спускаться надо осторожно, не то ноги переломаем.

- Хорошо, тогда идем, ночь близка.

Первым вниз сиганул повелитель костей, войдя в осыпающийся холм обломков аж по колено. Ему потребовалось некоторое время чтобы оглядеться и выбраться наиболее удобный участок, где он, в случае чего, смог бы подхватить остальных. Вик, одной рукой ухватившись за край, последовал за ним, вскоре встав рядом с товарищем. Леадею же пришлось ловить. Та, при приземлении, споткнулась и кубарем покатилась вниз, выронив посох, благо Ялазар оказался начеку и успел поймать её за шиворот. Последним, молнией пробежав по кромке стены, а после перепрыгивая с камня на камень вниз с такой грацией, будто был одним из детей леса, спустился Тор. Он подобрал отлетевший в сторону посох, отдав девушке и вновь возглавил отряд.

Тут не было тропы, лишь снежные буруны под которым скрывались коварные торосы из обледеневшего камня, а над головой, закрывая целые куски неба, нависла опасность в виде дышащих на ладан останков среднего яруса, готовых в любой момент обрушиться. Пройти предстояло немного, но Мрачный, на мгновение задумавшись, отвернул в сторону, двинувшись в обход. Викар опять обратился к оку, уже даже не пытаясь стряхнуть присосавшихся к его астральному телу паразитов, сосавших из него силы, все равно их место скоро займут другие. Так он быстрее устанет, но хотя бы у них будет шанс первыми заметить притаившихся хищников или по-настоящему опасных эфирных хищников. Парень тут же встал рядом с Тором, помогая тому находить опасность.

Место, которое они сейчас обходили, оказалось лежбищем небольших юрких существ, судя по всему заметивших их, но пока не спешивших нападать, приглядываясь, не бродячий ли ужас зашел в их охотничьи угодья. Что же касается последних, то песочных образов в радиусе сотни шагов было аж три штуки. Двое едва шевелились, а вот другой их собрат явно уже пришел в себя, рыская в поисках добычи, к счастью в противоположной стороне от бражного дома.

Пришлось красться, дабы создавать как можно меньше шума и это было весьма непросто, учитывая хрустящую под ногами корку замерзшего снега. Приходилось то и дело останавливаться, едва чудище, находившееся всего через пару домов от них, замирало, прислушиваясь. В конце концов, отряд таки добрался до своей цели, но на это ушел почти час.

Площадь, где когда-то стояло питейное заведение, напоминала неширокий продолговатый амфитеатр. В одном конце его притаились нужные руины, от которых теперь остался лишь остов-каркас из шести крупных костей с обрывками истлевшей кожи, да потрескавшиеся, упавшие сверху камни.

С другой стороны, свечой в небеса уносился, не пойми как оказавшийся тут, пик спасшихся, с бокового флагштока которого свешивались два освежёванных трупа, замерзших до такого состояния, что покачиваясь на ветру бились друг о друга с тихим стуком. В Тонком Мире они светились, будто призраки из белого пламени, разгоняющие мелкую инфернальную пакость, а от тварей покрупнее скрывая тех, кто находился в куполе наверху. На изуродованных, застывших в позах агонии, телах пестрила быстрая вязь незнакомых рун. Судя по ауре, это была сила Пантеона. Не иначе, там нашли убежище фанатики Алого Дня.

Вик про себя подумал, что если придется уходить из замка этим же путем можно будет использовать пик, как временное убежище, при этом судьба тех, кто его занимал, сейчас парня беспокоила не сильно. В конце концов, засевшие там вряд ли бы испытывали сожаления сдирая со своих, видимо тогда ещё живых, жертв кожу. Такие звери не заслуживали пощады.

Тихий шепот Тора вырвал Вика из когтей мрачных мыслей:

- Тут кто-то недавно проходил. - он указал на ещё не успевшую скрыться под снегом цепочку следов, тянущихся к расчищенному входу в подвал. Отряд, присев за полуразрушенной стеной, попытался слиться с окружением. - Шли не прячась. Пятеро. Двое в тяжелых доспехах, трое в легких, возможно, один из них подросток или девушка, след ноги маленький, снег продавлен неглубоко.

- Шестеро. - поправил его Ял, указывая на странные множественные росчерки, словно от волочащихся по земле когтистых лап.

Тор покачал головой:

- Этот след появился позже, либо туда проползло что-то с кучей ног, либо бродячая стая. Причем не так давно.

- Смотрите, охранные чары, они погасли совсем недавно. - око инфернала позволило Викару разглядеть мертвые руны, оставленные на пороге входа. Тревожные паутинки, должные предупредить своего хозяина о приближающейся опасности, оказались разбиты во множестве местах, а течения Вечного Океана только-только начало развеивать их обрывки.

Словно в ответ на сказанное, под ногами что-то ухнуло и из ведущего вниз прохода вылетело облако зловонной пыли, обдав притаившихся людей грязью. Оттуда послышался глухой рык вперемешку с чавкающими звуками, а после, свистящие щелчки. Викар силился разглядеть, что там происходит, Тонкий Мир легко пронзал материальные объекты оставляя лишь серые контуры и яркие краски стихий, но внизу была настоящая мешанина из боевых заклятий, кучи тел и квапла знает, чего ещё, возможно омута старой магии.

Единственное, что можно было сказать точно, в подвале шел бой, причем довольно громкий, начав привлекать внимание бродячего, находящегося неподалеку. А вот встречи с такими гостями точно стоило избежать.

- Нам нужно вниз? - спросил Вик, повернувшись к Тору. Тот кивнул. - Тогда идем быстрее.

Парень махнул рукой в сторону прохода:

- Ял, давай ты первый, Леа за ним. Как минуете лестницу, сделайте так, чтобы это мышиная возня прекратилась немедленно, любой ценой. - кто бы там ни был, с шумом надо быстро покончить, иначе путь во дворец окончится, так толком не начавшись.

Повелитель костей поднял щит, быстро и уверенно войдя в низкий, но достаточно широкий для его комплекции проход, девушка двинулась следом, положив ему на плечо свой посох, на манер боевой пики. Кольцо в навершие её оружия будто само по себе развернулось так, чтобы его внутренний круг смотрел точно в сторону направления движения, когда текущая вокруг людей сила начала втягиваться в тёмное древко.

Едва отряд миновал последнюю ступеньку, их окутала кромешная тьма. Белые вспышки, изредка сверкавшие впереди, выхватывали очертания недлинного коридора с комнатой в его конце. В этот самый момент заклятие Леадеи ожило. Однако вместо прежнего, серебристого, прожигающего врагов насквозь луча, на свободу вырвалась багрово-черная, пульсирующая синюшными венами сфера, оставляющая за собой шлейф осыпающегося прахом тумана. Она устремилась вперед, влетев в крохотное помещение, где шла битва, тут же с шипением лопнув, взрывом раскидывая всех находящихся внутри и обдав тех едкой субстанцией. Ответом стал короткий женский вскрик, вперемешку с влажными шлепками впечатанных в стены тел.

Без факела разглядеть что-либо было невозможно. Поэтому Ял достал из мешка плотно завернутый сверток, в котором покоилась свеча из ордианской руды, особого камня излучающего мягкий, но достаточно яркий свет. Зрелище, представшее перед ними, было жутким.

Кожа и кости созданий, которых коснулась магия Леадеи, таяли на глазах, источая вокруг себя отвратительно резкий запах тления. Девушка сглотнула, прижав к носу кусок своего плаща, смаргивая набежавшие от вони слезы. Вик поступил так же, желудок просто выворачивало, но деваться было некуда, тут хотя бы безопасно, а на поверхность, до следующего удара колокола, носа не высунуть.

Все вокруг устилали обрывки крохотных, покрытых сгнившей плотью туш, возможно бродячей стаи каких-то мелких вурдалаков. В углу же агонизировало полуразложившееся тело в обрывках плаща, судорожно сжимающие остатки меча, расплавленного ядом багровой сферы.

Женщина оказалась жива, но часть лица, а также левый бок её были сожжены до костей. Оставшийся целым глаз, с ужасом и болью смотрел на вошедших. Она силилась что-то произнести, но нижняя челюсть оказалась уничтожена кислотой, остатки почерневшего языка безвольно свесились к шее.

Ял быстро подошел к ней и одним движением прекратил страдания несчастной. Вынимать костяной кинжал из сердца убитой он не стал, так как лезвие тут же пошло сетью мелких трещин, оружие было больше ни на что не годно. Его голос перекрыл отвратительные чавкающие шлепки падающих со стен и потолка ошметков:

- Что ж, одну из тех, кто прошел тут до нас, мы кажется нашли. Её видимо оставили охранять вход. - от ткнул мыском сапога разорванное тело мертвяка, тут же взрыкнувшего в ответ. Упырь лишился рук, ног, большей части грудины, но до сих пор разевал пасть, силясь дотянуться до плоти живых. Повелитель костей поставил ногу на висок твари и надавил до хруста. Наконец тот затих. - Судя по всему, предосторожность оказалась не напрасной, но почему оставили эту девчонку? Для неё такое задание явное самоубийство.

Укол совести кольнул Вика, но он не позволил самоедству взять вверх, особенно сейчас, когда нужно действовать быстро. Парень с трудом оторвал взгляд от затихшего тела, попутно стараясь, чтобы капающая с потолка слизь с потрохами не попали на голову, спросил:

- Куда дальше Тор?

Тот указал на неширокий провал, тянущийся вдоль стен, обрамленный осколками каменного бортика. Свет позволял разглядеть дно довольно глубокой выгребной ямы. На дне, несмотря на лютый холод, блестела не успевшая застыть жижа, судя по всему, не так давно растопленная.

- Я туда не полезу. - бледнея пуще обычного заявила Леа, делая шаг назад.

- Как знаешь. - холодно ответил Тор, подходя к кромке ямы. - Но мы очень близко к Башне Очищения, следующий удар колокола тебя убьет.

Пока девушка разрывалась между отвращением и желанием жить, Ялазар, вручив ордианский импровизированный фонарь Вику, прыгнул вниз, попутно прихватив обломок меча погибшей чародейки. Видимо намереваясь подцепить тем скрытую дверь.

- Тут рычаг какой-то нажать надо или что? - спросил он, пытаясь понять, как открыть скрытый проход.

- Там должен быть люк из железного дерева.

Остатки клинка крайне пригодились, не пришлось разгребать тягучую грязь руками. Довольно скоро вместо характерного удара стали о камень они услышали деревянный хруст. Ещё некоторое время потребовалось, чтобы найти щель, подцепив край крышки.

За ним оказался очень узкий лаз, в который бывший подавитель, даже сняв доспех с заплечным мешком, а щит подложив под себя, втиснулся с большим трудом.

Лаз шел под углом, уходя все глубже и глубже, судя по всему оканчиваясь где-то под замком. Квадратные стены и арочный свод были испещрены маленькими вентиляционными отверстиями, большинство из которых давно забились, но часть все ещё давала какой никакой ток воздуха. В полу виднелись узкие решетки стоков, видимо чтобы нечистоты из бражного дома, просочившиеся сквозь заслон, не забили тайный ход.

Леадея все ещё колебалась, а потому вторым пришлось пойти Вику, к тому же он опасался, что за долгие годы часть стен могла разрушиться, а за ними лежали катакомбы и если они потревожат бродячий ужас, то стоило быть рядом с товарищем, чтобы успеть утащить того в Вардему. Хотя, конечно, подобного развития события хотелось бы избежать, ведь вслед за ними может нырнуть и порождения безумия Талтана. Промежду прочим, парень заметил, что стены выглядят так, будто тут недавно пытались протащить дикого тура, обтесав его рогами часть кладки и оставив на камнях клочья волос. Один из тех, кто полз здесь до них, видимо оказался размерами даже крупнее Яла или же в отличии от последнего, отчего-то решил не расставаться с броней.

Мрачному выпала непростая роль тащить на лямках панцирь повелителя костей и три походные сумки. Когда он уже собирался закрыть люк, сверху послышался тихий, страдальческий стон:

- Не закрывай! Я ... я иду. - кулачки Леи сжались и она, зачем-то зажмурив один глаз, прыгнула следом. Тор пропустил её вперед, пока девушка изо всех сил старалась не коснуться кромки ямы, через которую смолой текла отвратительная бурая патока. В отличии от мужчин, она умудрилась преодолеть какое-то расстояние на корточках, благодаря чему почти не испачкалась, но вскоре и её гибкости перестало хватать, заставив передвигаться ползком. Сзади послышался тихий щелчок, люк закрылся.

- Вик, дай руду, не вижу ни черта, что передо мной. - попросил Ялазар. Ноги его то и дело соскальзывали, пару раз задев ползущего следом парня. - Извини, тут корка льда повсюду, лучше держись чуть дальше, чтобы я тебе ненароком физиономию не разбил.

Двигаться было неудобно, да ещё после целого дня пути, они окончательно выбились из сил. Однако страх задохнуться от удушливой вони и с трудом подавляемая паника от непереносимого желания оказаться вне давящих со всех сторон стен, придавали сил двигаться дальше. Сквозь око инфернала Вик видел, как по раскинувшейся в пяти шагах над ними площади, поводя мордой из стороны в сторону, словно ища след, бредет песчаная туша. Видимо тот самый бродячий, привлеченный звуками боя. Оказавшись прямо над ними, он остановился и посмотрев себе под ноги, принялся громадной когтистой лапой ковырять землю.

- Стой! - зашипел Вик, ухватив Яла за ногу, заставляя того замереть. - Всем тихо, над нами бродячий! Кажется, услышал нас, если продолжим ползти, раскопает ход.

Все замерли, едва ли не дыша, пока монстр над ними лениво рыл яму. Судя по всему, больше не различая звуков, он потерял большую часть интереса, а потому побродив вокруг с полчаса, двинулся прочь.

- Можно двигаться дальше. - облегченно выдохнул парень.

Повелитель костей двинулся дальше, а вот позади возникла заминка, оказывается Леадея уснула, окончательно вымотанная и обессиленная. Кое-как разбудив девушку, они поползли вперед. Теперь Тору, помимо своей ноши, приходилось ещё и подталкивать её, но он терпел все это без единого слова, как терпят храмовые воины-мученики под ударами бича, словно находя в этих трудностях какое-то свое, одному ему понятное, облегчение.

Трудно было сказать, сколько прошло времени, но Викар стал замечать, что теперь полупрозрачные очертания стен в Тонком Мире стали будто бы светлеть. Причиной тому было приближение к широким пустотам в земле. Они напоминали разветвленную сеть пещер, однако слишком упорядоченную, чтобы быть естественного происхождения.

Судя по всему, их лаз приближался к катакомбам, а те в свою очередь просто кишели жизнью, если конечно порождения экспериментов придворного алхимика можно было назвать живыми. Не было даже и речи, чтобы пытаться пройти через них, ибо там, казалось, наши убежище все, кто бежал с поверхности от песни Башни Очищения. Молодой человек видел, как ходы, ведущие на поверхность, сейчас наполняются бродячими, видимо собирающимися на ночную охоту.

Может днем центр Доридоса и был безопасен, но ночью его наполняли кошмары прошлого. Возможно, им не хватало мозгов выбраться из полиса до наступления утра, дабы присоединиться к наводнившим Дол Печати Отмщения собратьям. А может, их удерживало тут нечто иное. В конце концов, недаром же такие, как Седой, возвращались сюда снова и снова вот уже двадцать лет, помимо вещей своих менее удачливых коллег, находя все новые артефакты. Хотя, казалось бы, откуда им тут взяться.

Вскоре узкий лаз от катакомб стала отделять тонкая прослойка земли, едва ли в локоть шириной, за которой копошилось песчаное море. Двигаться пришлось ещё медленнее, ибо даже малейший шорох вызывал у чудовищ живейший интерес. Под ними, шагах в трехстах, слабо мерцало необычное марево, искажая колдовское зрение и очень напоминавшее своим видом отголосок катаклизма, что оставляли после себя Небесные Горы. Оно словно бы подпитывало местных обитателей, отчего те выглядели намного более резвыми, чем их собратья с поверхности.

В одном месте чудовища буквально вгрызлись в стену, свисая с нее гроздьями, при этом потерявшие интерес ко всему окружающему. В этом месте тоннель, по которому пробирался отряд был покрыт угольно-черным тальком, а камни, по которым они ползли, сменились гладкой холодной пластиной.

Вик рукавом счистил грязь с неё, обнаружив под налетом лужу застывшего железа, покрывающую пол и часть стены, словно тут расплавили кузнечную наковальню, не меньше.

Ял тоже остановился, подобрав что-то, долго разглядывая, после протянув находку Вику. Это оказалась обугленная завитая шишечка из магического кристалла, от жара, превращенного в черное треснувшее стекло, но в котором ещё можно было услышать отголосок магии. Не иначе осколок какого-то амулета.

- Камень дальше нетронутый. - повелитель костей указал на стены. Если раньше на нем были видны сколы и стесы, то после этого места на нем не было ни следа повреждений, лишь старый замерзший мох, да темные сосульки, свисавшие из вентиляционных отверстий. - Кажется, один из тех, кто лез тут благополучно застрял и пытаясь выбраться из ловушки, стал привлекать внимание обитателей катакомб.

- Они сожгли своего? - удивился Вик, не понимая, неужели нельзя было найти иного способа.

- А что им оставалось? Позволить ему и дальше скрипеть доспехами, пока бродячие не прорвутся сквозь кладку и не сожрут их всех или расплавить доспехи на самом идиоте, который полез сюда, не сняв их? В таком случае, не сомневайся, он орал бы так, что сбежался бы вообще весь Доридос, доводилось мне подобное видеть. Сам знаешь, практичность в Кеплере предпочтительней гуманности. - он осторожно двинулся дальше, надеясь не потревожить чудовищ, которые, казалось, спали за стеной. - На самом деле, я бы сейчас больше беспокоился о том, кто способен испепелить врага, вместе с латами и защитными оберегами.

Путь дальше оказался менее просторным, смыкаясь вокруг людей удушающими тисками. Вскоре те взмокли под своими теплыми плащами. Про себя Викариан возблагодарил треклятых богов, что они оказались в этом тайном проходе зимой, а не летом, иначе бы померли бы тут, не вони, так жары. К счастью, ползти оставалось немного и миновав узкий провал, не закрытый решеткой, пред ними внезапно предстала, казавшейся монолитной, кладка с давно утратившими силу защитными рунами.

- И куда дальше? - озадаченно спросил Ялазар.

- Это ложная стена, просто отодвинь её. - раздался позади голос Тора.

Упершись плечами и коленями в стороны, бывший подавитель надавил на преграду. Та с удивительной легкостью поддалась, открываясь вперед и вверх, достаточно широко, чтобы можно было вылезти.

Из последних сил вытягивая себя наружу, Викар перевалился через край, рухнув в старую соломенную труху и смахнув с лица заливающий глаза едкий пот, с жадностью втянул в себя холодный воздух подземелья. Сухой, пыльный, но непередаваемо более чистый, чем та смрадная вонь, через которую пришлось ползти последние несколько часов.

Они оказались в небольшой коморке, едва ли шире отхожего места, с которого начался их путь сюда, однако это явно был не нужник. Под потолком виднелись пучки высушенных трав, какие-то бочки в углу, развалившийся стол и куча висящих на крючках мер, кувшинчиков, подносов. Кухня? Нет, вряд ли, слишком мала, скорее кладовая.

- Вытаскивайте девчонку, она кажется сознание потеряла. - произнес Мрачный из темноты лаза, пытаясь вытолкнуть едва шевелящееся хрупкое тело девушки.

Вик попытался подняться, но у него не получилось даже встать на колени, голова закружилась и он снова рухнул на пол, раздавив горшки доверху наполненные пряностями, тут забившие нос своим резким запахом.

- Не вставай. - Ял удержал его от новой попытки помочь, проходя мимо, после чего осторожно поднял Леадею на руки.

Перенеся в дальний угол, он откинул с её лица тяжелый капюшон и распахнул плащ на груди, давая прохладному воздуху коснуться обезвоженного тела. После откупорил флягу, помогая сделать несколько глотков. Убедившись, что все в порядке, он подал руку выбирающемуся Тору и вытащив тяжелые походные сумки, которые тот волок за собой, нацепил обратно свой костяной панцирь. Повелитель костей был единственным, кто ещё сохранил способность стоять на ногах.

Снаружи вход в туннель напоминал обычную, ничем не примечательную, часть кладки, что встала на свое место будто влитая. Тот, кто не знал об этом тайном пути, в жизни бы не догадался о его наличии.

- Нельзя тут оставаться. - Мрачный стянул свою пластинчатую маску. Прополоскал рот, выплюнув воду с загустевшей от жары слюной, после чего сделал пару больших глотков. Он подошел к двери, но Вик, к этому моменту сумевший собрать волю в кулак и осмотрев окружающий Тонкий Мир, остановил его.

- На притолоке знак. - он указал рукой на балку под потолком.

Вокруг уже вилось слишком много астральных хищников, хотя парень старался вглядываться в колдовскую реальность лишь мельком. Но все же он делал это на протяжении долгого времени, а значит неминуемо привлек внимание алчущих пожрать его душу обитателей Вечного Океана. Магия могла даровать своему хозяину великую мощь, но опасности для него же несла во много раз больше. Наверное, поэтому мастера силы и даже боги, до сих пор не смогли подчинить себе весь мир, а основной любой войны все также оставались обычные солдаты.

- Это маяк. - подала голос Леадея. - Безвредная руна. Тот, кто его оставил, видимо опасался заблудиться, а так он сможет вернутся сюда. Да и мы тоже.

Судя по тому, что метка периодически выплескивала из себя яркие протуберанцы потустороннего света, незаметного в материальном мире, но никак не воздействующих на него, она действительно была всего лишь ориентиром. С другой стороны, это делало предложение Торунга убраться отсюда поскорее ещё более весомым. Тот, кто оставил сей знак, мог оказаться недружелюбен, а они сейчас были не в том состоянии, чтобы принимать бой.

За дверью оказалось длинное прямоугольное помещение. Свет ордианской руды разогнал без труда царивший тут десятилетиями мрак, заставив разномастную мелкую живность прыснуть прочь, забившись в щели. Камень, из которого оно было выложено, казался очень старым, облупившемся. В центре стояли столы без лавок, над которыми висели ряды крючьев, на некоторых ещё оставались висеть махрящиеся хвосты веревок. В одной из длинных стен оказались вырезаны четыре больших очага с вертелами, на которых можно было зажарить коня, другую усеивали арочные проемы, ведущие в небольшие погребца.

Вик же сейчас выглядывал из боковой двери помещения, рядом с которой располагалась лестница вниз. Он осторожно подошел к истертым ступеням поглядев на проход, штопором вкручивающийся в недра.

- Путь к казематам Тирана, а оттуда прямая дорога в катакомбы под Доридосом. - произнес Торунг, заметив интерес парня. Сам он внимательно оглядывался, силясь вспомнить в какой части замка они оказались. Его рука указала в противоположную сторону. - В той стороне должна быть лестница, но наверх, к общим залам, там же выход с кухни на этот уровень.

- Нам нужно в библиотеку. - напомнил ему Вик. - Как туда попасть?

- Пройти можно любым путем. Но верхние этажи, скорее всего, пострадали больше прочих, к тому же, там слышен колокол. Нижние, примыкают к катакомбам, а значит мы обязательно наткнемся на бродячий ужас, но там же зверинцы Талтана, а также множество скрытых сокровищниц, вряд ли до них хоть кто-то сумел добраться. Если же пойти по этому ярусу, то есть шанс переведаться с теми, кто оставил метку. - он указал на пол. В толстом слое пыли отчетливо виднелись следы трех человек, направившихся к дальней стене, где был выход с кухни.

- Они даже не пытаются скрыть свое присутствие. - удивился Вик. - А вот нам, думаю, стоит. Пойдем по более безопасному пути, наша цель книги, а сокровища, это конечно хорошо, но жизнь дороже.

- А чего этим хмырям бояться? Им же невдомек что девка, которую они оставили в бражном доме, мертва, а мы наступаем им на пятки. Хотя твоя мысль не афишировать нашим присутствием мне нравится. - ответил Ялазар, оторвавшись от изучения содержимого глиняных чанов, подвешенных над давно потухшими жаровнями.

Отряд направился к лестнице в дальнем конце комнаты, ведущей вверх, при этом прижимаясь к противоположной от замеченных следов стене. Вышедшая последней Леадея, хотя и покачивалась, опираясь на посох, от предложения Яла понести её отказалась. Она прекрасно понимала, что не беспокойство было причиной такой заботы. Бывший подавитель за время похода явно соскучился по женскому телу и даже возникшая к девушке неприязнь в их первую встречу теперь была заглушена зовом плоти.

Мимоходом Вик сунул в рот листок меланы, ему нужны силы и ясность ума, особенно теперь, когда нужно было вспомнить, как плести новые заклятия.

Ухватив за верткий хвост стихию, похожую на ветер, он быстро, хотя не слишком искусно, сплел из неё колдовской узелок, вызывающих легкий бриз. Этого вполне хватило, чтобы скрыть отпечатки их собственных ног в застоявшейся пыли. Парень даже порадовался про себя, насколько проще ему стало даваться составление новых магических конструкций, пусть топорных, простых, но зато своих собственных.

Лестница оказалась узкой, с длинными пролетами и широкими ступенями, Тор объяснил это страхом Тирана, боязнью, что его столкнут с лестницы заговорщики и он свернет себе шею. Путь вывел в широкие длинные залы, соединенные округлыми переходами с остатками толстых колон. Здесь стало заметно холоднее, свет их "факела" не мог осветить все пространство, но его хватало чтобы понять, эта часть дворца давно начала испытывать на себе разрушительное дыхание времени. Виднелись завалы, часть лестниц с проходами оказались перекрыты, на стенах застыли ледяные подтеки. Но тем не менее, тут можно было пройти.

Судя по тому, что Мрачный уверенным шагом пошел вперед, он, наконец, вспомнил, куда же они попали. Пару раз им приходилось буквально продираться между грудами камней и стеной, упорно двигаясь вглубь уровня. Они даже миновали небольшой железный мостик, длинной всего в десять шагов, подвешенный на толстых цепях к таким же, судя по всему серебряным, руническими колоннам, нависающим над провалом, казавшимся бездонным. Само это сооружения стоило столько, что можно было купить небольшое поселение. А за ним оказались помещения мало чем отличающиеся от тех, что они только что миновали.

- Это мост привратника. - пояснил Тор, видя интерес Викариана, задержавшегося возле летящий вязи древних слов, выплавляемых в драгоценном металле. Он указал в темную бездну под ногами. - Любой, кто удумал бы зло, был бы немедленно низвергнут в узилище. Это единственный путь, каким можно было попасть в Залу Приказов. Там Тиран общался с нами, разумеется не лично, а через систему усиливающих звук труб, отчего его голос становился громоподобным и верно должен был пугать непосвященную в такие тонкости челядь. Попасть туда можно только так, а вот уже из самой залы ведут десятки ходов, пронизывающих весь дворец. В том числе в библиотеку. Нам сюда.

Они оказались у ничем не отличимой от прочих двери, за которой оказалась крохотная комнатушка, с мощной дубовой кроватью и очагом. Разместиться тут вчетвером было бы проблемно, однако их проводник, не сбавляя ходу, шагнул прямо в камин. Недолго покопавшись в дымоходе, что-то нажал. Стенка, возле которой должны были лежать поленья, с тихим рокотом отъехала в сторону, а Вик едва не открыл рот от изумления. В отличии, от пути, которым они попали сюда, этот механизм был явно делом рук подгорного племени, уж этих чудес ему пришлось повидать немало. Владыка Доридоса и вправду не жалел денег на безопасность, раз сумел купить мастеров дворфов.

Пропустив всех вперед, Тор шагнул в проход последним, надавив на пластину над головой, стена позади встала на место, а недалеко впереди раздался уже знакомый звук открывающейся тайной двери. Вскоре они оказались в помещении гораздо большем, чем первое, обставленном, как спальня богатого вельможи. Тут даже был комод из белой кости с большим овальным, ныне разбитым в дребезги, зеркалом.

- Здесь безопасно? - устало опираясь на посох, спросила Леадея.

Тор бросил на кровать свой мешок. Тайный ход закрылся, последовал тихий щелчок, словно опустился невидимый засов.

- Вполне. Сюда ведет один путь, который можно блокировать, а отсюда два. - он указал на стоявший в одном углу платяной шкаф и кадку для купания в другом.

Девушка тут же сбросила с себя плащ, постелив его на пол и улегшись на нем сверху, моментально уснула.

- Пожалуй, возмущаться, что она не дождалась распределения на стражу, не стоит, в таком состоянии от неё на посту все равно толку никакого. - фыркнул Ялазар, оглядывая помещение.

- Тут нет нужды выставлять дозоры, сюда не попасть извне, если мы этого не захотим. - ответил Тор принявшись разводить огонь. Хотя по словам лучника тут было безопасно, но мороз пробирал до костей.

Повелитель костей, словно что-то почувствовав, заглянул под кровать и медленно произнес:

- Тогда, что заставило этого бедолагу забиться в угол? - он аккуратно вытащил на свет свернувшийся калачиком скелет в истлевших одеждах.

- Бродячий ужас. - повернувшись в пол оборота, чтобы видеть, о чем разговор, ответил Мрачный, указав на отсутствующую ступню покойника. - Здесь можно было переждать осаду, но даже это место не рассчитано на то, чтобы жить десятилетиями без контакта с внешним миром. Кто бы это ни был, ему или ей пришлось бы выходить в поисках пропитания, а когда дворец был захвачен порождениями Талтана, встреча с ними была лишь вопросом времени.

Ял приподнял останки, те выглядели так, будто баюкали покалеченную конечность:

- Возможно ты прав, верно кто-то отгрыз бедолаге ногу, но он сумел добраться сюда, где и издох.

- Не худшая судьба, учитывая, во что превращают своих жертв бродячие. - сонно произнёс, забравшийся на кровать и подложивший под голову походный мешок, Вик.

- Не худшая. - бросив скелет на пол и пинком забив его обратно под кровать, согласился Ял. - Но, я все же постою на страже. И вас разбужу чуть позже.

Он произнес это таким тоном, что было понятно, спорить бесполезно, да ни у кого на это и сил не осталось, даже устроившийся возле огня Мрачный уснул, едва его веки сомкнулись.


* * *


Вик проснулся от ощущения приближающегося, сметающего все на своем пути, магического селя, за секунду до того, как глас Башни Очищения сотряс казавшиеся монолитными стены их убежища. Ни глубина, ни завалы над ними не сумели остановиться тяжелый, гулкий звон.

Но знания, почерпнутые от Ялазара по пути в Доридос, предупредили об опасности. Всего за доли секунды перед ударом, однако этого хватило, чтобы подготовиться, даже удержав соскальзывающее в беспамятство сознание, хотя боль все равно была адской. Чутье подавителя, так называли это в ордене, позволяло чувствовать приближающуюся угрозу из Тонкого Мира. А значит, не быть застигнутым врасплох, что для охотников за колдунами, зачастую, означало грань между жизнью и смертью. Теперь этим знанием владел и Викариан.

Слезящимися глазами парень разглядел свернувшегося клубком Тора, тому пришлось худо, но он не позволил ни единому стону вырваться сквозь стиснутые зубы. Совсем иначе выглядела Леадея. Её крутило и ломало так, будто она была тряпичной куклой в зубах взбесившегося пса. Крики боли быстро стихли, едва девушка потеряла сознание. Оно, наверное и к лучшему, подумал Вик, который сам держался из последних сил, перестав понимать, где находится, что происходит и кто он сам уже после третьего удара колокола.

- На этот раз было хуже. - прошептал молодой человек, едва сведенные судорогой мышцы немного расслабились, а пелена боли, застилающая взор, стала рассеиваться.

- В прошлый раз мы шли далеко Башни Очищения, а сейчас, полагаю, практически под ней. - ответил Ялазар.

В стороне послышался шорох. Фигура лучника появилась в поле зрения. Мрачный был смертельно-бледен, но уже стоял на ногах, не позволяя слабости брать над собою вверх. Он подошел к камину, начав аккуратно, чтобы не поднять облако золы, разгребать потухший за ночь костер, готовясь покинуть приютившую их келью. Бросил:

- Если бы мы находились под колокольней, то были бы уже покойниками. В прошлый раз, помимо расстояния, нас скрывали руины, а теперь отделяют лишь перекрытия пары подземных уровней. - его качнуло, ноги едва не подкосились, заставив привалиться к стене.

Викар кивнул в сторону лежавшей без движения Леадеи и вопросительно посмотрел на Яла.

- Жива. - ответил тот. - Без сознания, но жива. Её крутило пуще вас всех, но девчонка крепче, чем кажется. Думаю, скоро придет в себя, хотя в следующий раз нужно найти место подальше от этой чертовой башни. Где эта, Небесные Горы её сожги, библиотека Тор?

- Уже недалеко. Нам надо миновать длинный холл, ведущий в залу приказов, а оттуда, как я говорил, можно попасть почти в любое место дворца, в том числе библиотеку. Она располагается сильно глубже.

- Ну хоть с этим повезло.

- Не думаю. - приподнимаясь на локте, а второй рукой удерживая гудящую голову, обронил Викариан. - Чем ниже, тем ближе к казематам, а значит к катакомбам с бродячими. К тому же, было бы логично, если бы Талтан соединил свои лаборатории с хранилищем знаний, чтобы каждый раз не нарезать круги через залу приказов.

Тор кивнул, соглашаясь со сказанным и видя, что никто пока уходить не собирается, достал из поясной сумки костяное лезвие и начал скоблить черную щетину, оставив нетронутыми лишь свои залихватские усы. Парням пришлось подождать, пока их спутница очнется, успев за это время перекусить. Когда же Леадея, застонав, пошевелилась Ял, отбросив осколок косточки, которым ковырялся в зубах, подошел к ней.

- Ну что, красавица, пора в путь, не то ты тут проваляешься до следующего удара. - ответа не последовало, да он его и не ждал, не церемонясь закинув охнувшую, но не выпустившую посох из побелевших пальцев, девушку на плечо. Во вторую руку он взял свечу из ордианской Руды, чтобы освещать путь. - Придешь в себя по дороге и так задержались тут дольше, чем нужно.

Они могли бы выдвинуться раньше, но кто знал, сколько бы пришлось тащить на себе бесчувственное тело и не натолкнется ли отряд по пути на то, от чего придется уносить ноги. В последнем случае, такая ноша стала бы немалой помехой.

Открыв проход в камине, Мрачный шагнул внутрь него. Вик на секунду задержал повелителя костей, быстро окутав исцеляющими чарами голову Леадеи, притупив мучившую её боль, только после этого последовав за Мрачным. Тот же вел отряд вперед, уверенно и быстро, но при этом настрого приказав идти за ним след в след.

Вскоре они оказались в длинной, сужающейся анфиладе, в конце которой алел зловещий тусклый свет. В её стенах были вырезаны десятки высоких арочных проходов, ведущих в боковые помещения, возле каждого из которых виднелись пустые постаменты. Вокруг них лежали груды белого и черного мрамора, в которых с трудом угадывались формы гигантских стражей. Искусно вырезанные, а ныне разбитые в дребезги фигуры. Не просто так постигла их подобная судьба, возможно, они были големами, конструктами, до конца исполнявшими свой долг.

Комнаты казались темными, безжизненными. Однако попытка Яла приблизиться и рассмотреть, что же в них находится, не увенчалась успехом, Тор молча ухватил его за локоть, отрицательно покачав головой. Впрочем, одна из них все же была освещена. Та, что находилась в самом в конце, осенняя старые камни подземелья жутким багровым светом.

Чем ближе отряд подходил к освещённому участку, тем больше их захватывала странная, непреодолимо влекущая к себе, сила. Это походило на водоворот, затягивающий все, до чего могли дотянутся его течения, но воздух вокруг оставался недвижим, а разум людей чист, его не коснулась чужая воля. Тем ни менее, что-то, пробудившееся глубоко внутри их душ, неумолимо тянуло туда.

Всех, кроме Ялазара. Подавитель успел почувствовать неладное, удержав остальных, уже готовых броситься бегом, благо его силы и массы с лихвой хватило для этого.

- Квапла меня побери, что происходит. - скрежеща зубами от натуги, пытаясь сопротивляться вновь пробудившемуся внутри него Зверю, прохрипел Викар. Ощущение было точь-в-точь как то, что он испытал, первый раз попав в Вардему. Но в тот день ему помогли выиграть сражение с тварью, живущей в его душе, теперь же помощи было ждать неоткуда. - Я почти не могу сопротивляться этому зову.

- Не ты один. - испуганная Леадея извивалась в медвежьих объятиях бывшего Подавителя, вырывалась, но тот держал так крепко, что не будь на девушке стального нагрудника Стражей Пограничья, непременно сломал бы ей ребра. Зверь мог заставить тело идти куда ему нужно, но пока ещё не в силах заставить то плести заклятья, иначе остановить колдунью с её прыжками сквозь пространство было бы намного сложнее. Она задрала голову посмотрев снизу-вверх на ставшую пугающе серьезной физиономию своего спасителя. - Почему на тебя это не действует?

- По той же причине, почему Башня Очищения не способна причинить мне вред. Вы слышите зов Семени Порчи. Комнаты, они полны им, что тут находилось Тор?

- Трофеи Тирана. - ответил тот. Голос его дрожал от напряжения, он боролся с тварью внутри и ему даже удалось заставить себя остановиться, хотя рука повелителя костей все ещё крепко держала его за шиворот. - Обычных изменников он казнил жестоко, но, если его паранойя заставляла увидеть врага в приближенных, тех ждала судьба намного хуже. Он вырывал из тел душу и куски плоти, навеки спаивая их воедино, так, чтобы жертва понимала, что с ней произошло, испытывала боль, но не могла ничего поделать. Вечная тюрьма.

- И каждый, кто шел к зале приказов, должен был помнить, что случается с предателями? - догадался Вик. Он указал в находящийся совсем рядом проход, точь-в-точь как тот, что исторгал из себя алый свет, но был наполнен чернильной тьмой. - Если содержимое комнат одинаково, почему нас тянет только в последнюю, там было что-то иное?

- Нет. Я не знаю в чем причина, такого раньше не бывало. - ответил Мрачный, на секунду потеряв концентрацию, его тело тут же сделало короткий шаг вперед.

Оглянувшись, Викариан посмотрел на спутников, уже готовый вернуться дабы поискать иной путь, хотя это заняло бы немало времени, к тому же, не факт, что тот окажется безопасней. Внезапно его взгляд встретился с Леадеей. Она ничего не сказала, гордость не позволила, но ей было не под силу спрятать страх перед гласом Башни Очищения и той болью, что он нес с собой. Не было гарантий, что девушка переживет подобную пытку снова, а Викар не мог так же цинично разбрасываться чужими жизнями, как недавно покинутый ими Седой.

- Ял ты сможешь протащить нас мимо комнаты? Что-то подсказывает мне, туда лучше не заходить.

Беловолосый гигант почесал подбородок. Леа, на секунду оказавшись свободной, тут же бросилась вперед, но молниеносная реакция подавителя не позволила сделать той даже пары шагов, рванув беглянку назад.

- Думаю да, меня только смущают тени.

- Тени? - не понял Вик.

Его товарищ указал вперед, где виднелись темные оттиски на полу и стенах, что молодой человек сначала принял за обычную грязь, однако, присмотревшись, понял, что они не неподвижны. То растягиваясь, то вновь сжимаясь в комок, темные силуэты медленно перемещались, словно водоросли в тихой прибрежной воде, но было в их движения что-то неправильное, ломаное, отталкивающее.

- Подойдем поближе, там посмотрим. Если не пройти, повернем обратно.

Все согласились. Это было лучше, чем сразу сдаться, к тому же, Ялу пока без труда удавалось удерживать остальных.

Постепенно, приближаясь к алой кромке света, отряду открывалось все больше деталей. Статуи, некогда стоявшие на страже, у прохода тут были не просто разбиты, а издроблены, будто кто-то с ненавистью колотил по ним молотом снова и снова, пока те не превратились в песок. Зато на полу появилось кое-что другое. У самой арки лежали останки тел. Отрубленная кисть, нечто напоминающее пораженное гнойными язвами сердце и огромное помутневшее глазное яблоко с высохшим зрачком, размером с кулак. Они порождали из себя три темных силуэта.

Из ока вырастал образ деформированной головы с зубастой пастью. Широко раскрывающейся, растягивающейся в разные стороны, словно пытаясь ухватить любого, проходящего мимо, своими нематериальными клыками. Сердце порождало с десяток подрагивающих, быстро перемещающихся угловатых отростков, напоминающих волосатые щупальца с когтями на конце. А вот оттиск от руки был неподвижен, растянувшись дальше всех, уходя в темноту, за пределы света. Он словно зацепился за что-то. Другие тени оказались не в силах вырваться далеко из комнаты, сливаясь в единую шевелящуюся массу, словно расплющенные черви, даже не дотягиваясь до середины коридора.

Ялазару пришлось тащить остальных, буквально вжимаясь в стену, чтобы не коснуться их. Когда они оказались напротив арки, он на мгновение остановился.

Внутри комнаты, поднимаясь едва ли не до середины её высоты, возвышалась гора из отрезанных кусков тел, даже не тронутых тлением. А над ними раскинулась крона из переплетающихся стальных веток, с сотнями разбитых хрустальных сосудов-листьев, в которых некогда и находились все эти останки. Куски, лежащие отдельно от остальных, если не считать порожденных ими бестелесных отростков, казались темными и безжизненными, но те что соприкасались, словно бы подпитывая друг друга, начинали излучать мрачный кроваво-красный свет.

Стены покрывала дергающаяся вязь из обрывков теней, образов убитых тираном слуг, судя по всему, крайне недовольных своим нынешним положением. Тонкий Мир просто искрил от необузданной злобы, да так, что смотреть на него не было никаких сил, даже вездесущих астральных паразитов тут почти не осталось.

Лицо Ялазара дернулось от отвращения, но когда он заговорил, стало понятно, что гнев его направлен не на открывшуюся картину, а на того, кто создал это место:

- Это не тюрьма, Тор, это пыточная. Души были заключены вместе с пробужденным Семенем Порчи в проклятой плоти, но отрезаны от остального мира магическим стеклом, словно они оказались в вечной пустоте, со своим бессменным палачом. А когда прозрачные стены разбились, на волю вырвались искаженные аберрации, в которых не осталось ничего от прежних личностей.

- Ты разбираешься в этом лучше меня, подавитель. - не стал спорить Тор. - Я всего лишь убийца, а не охотник на магов из древнего ордена, вроде тебя.

Пока шел этот короткий диалог, Викариан прислушивался к своим ощущениям. Но его опасения, что их может ещё сильней потянуть к груде алеющих останков не подтвердились, напротив, он почувствовал, что Зверь увлекает его вовсе не к своим собратьям, а вперед, во тьму. Туда, куда протянулась единственная недвижимая тень, выходящая из отрубленной кисти.

Постепенно, золотистое сияние ордианской руды рассеивало скопившийся впереди плотный комок мрака, высекая из тьмы образ, от вида которого даже Ялазар не сразу нашелся что сказать.

Среди пыли и раскрошившегося камня, занимая почти всю ширину сильно сузившейся анфилады, стоял жуткий монумент, поначалу показавшийся громадным побуревшим от старости, дырявым коконом, с копошащимся внутри него пауками. Те прянули от лучей внутрь своего убежища, но взгляд сотен крохотных красных глаз впился в людей, словно создания ждали, когда ненавистный свет исчезнет и можно будет напасть на незваных гостей. Однако, не это вызывало оторопь, а то что это "паучье яйцо" было сплетено вовсе не из паутины, а из высушенных мумий тех, кто когда-то пытался пройти этим путем. Кости их срослись, кожа разошлась лоскутами, образовав обвислые тенета. Тела, запечатленные в корчах, кучковались вокруг чего-то внутри, но снаружи было не разглядеть.

Зверь в Викаре, словно не желая видеть очевидную опасность, рвался дотронуться до кокона, уже заключившей в себя не один десяток странников. Судя по тому, что одна из мумий выглядела, так будто пыталась сбежать из поймавшей её клетки. Похоже манящий зов должен был угаснуть, едва жертва коснется ловушки. Парень присмотрелся. Фигура в последний момент своей жизни пыталась выбраться, помогая себе, сейчас покрытым бурым тленом, мощным руническим посохом, обмотанным неширокой порванной цепью, но почти дюжина мертвых рук вцепилась ей в ноги, плечи и лицо. Корявые сучковатые пальцы впились в пустые глазницы, рвали открытый в беззвучном крике рот, не позволяя обрести свободу.

Проблема заключалась в том, что обойти это нагромождение можно было, только прижавшись вплотную к стене. Ялазар не смог бы перетащить их, просто не хватило бы места. А без его помощи, остальные скорее всего пополнили бы коллекцию высушенных трупов. Судя по напряженному молчанию, это понимали все.

- Есть идеи как нам перебраться? - повелитель костей смотрел поверх преградившего им путь гнезда роящихся теней, видимо прикидывая, сумеет ли он перекинуть через него остальных. Но судя по выражения его лица, сам не особо верил в успех подобной задумки.

- А что, если обрушить пол? Под нами же есть другие этажи? - спросил Вик, вновь взглянув в Тонкий Мир и несказанно обрадовался, увидев, что под ними целая сеть проходов нижних ярусов. Крепкие балки удерживали их своды, но если постараться, то те вполне можно было уничтожить, обрушив кокон вниз.

Однако Ялазар отрицательно мотнул головой:

- Не лучшая идея. Тут сплошные камни, да длинные коридоры, грохот с эхом будут такие, что если и не вызовут новых обвалов, то уж оповестят о нашем присутствие всех местных чудищ. А неизвестно, что хуже, потерять день обходя эту пакость или сражаться со всеми обитателями руин.

- Большой риск привлечь бродячий ужас. - согласился с ним Тор.

Признавая их правоту, Викар вернулся к перебору возможных решений, понимая, что если им не удастся справится с этой задачей, то они скорее всего будут вынуждены потерять уйму времени на поиски нового пути к библиотеке. Судя по поведению Ори у пика спасшихся, их узнали, а значит, либо убийцы из Кавенона, либо, что ещё хуже, сам король мертвых скоро прибудет в Доридос.

Резкий блик, столь неожиданный в этом царстве тусклого тлена, резанул по глазам молодого человека. У сапог той самой, пытавшейся спастись мумии, покоилась удивительной чистоты сфера, с заключенным в неё парящим осколком голубоватого льда. От камня внутри, к прозрачным стенкам, тянулись тонкие хрустальные стебли, питавшие и будто уплотняющие внешнюю оболочку артефакта. Рядом лежали свернутые кольца золотистой цепочки, на другом конце которой располагался крупный кристалл, да пара отломанных зубцов, похоже некогда удерживавших его в навершие посоха. Наверное, руки мертвецов, пытавшиеся не выпустить свою жертву, случайно сорвали колдовской шар, отбросив тот в сторону, тем самым, не дав ему слиться с остальными проклятыми. Хотя длинная тень от отрубленной кисти, державшаяся за кокон, пролегала совсем рядом с ним.

Тень! Внезапно вспыхнула мысль в голове Вика. Она единственная, из всех подобных ей, лежала недвижимо, связанная со сросшимися остовами в проходе. Коснуться части тела с заключенной в нем обезумевшей душой и Семенем Порчи было невероятной глупостью, но что если ...

Викариан не успел ещё додумать до конца, а его рука уже тянулась к рукаву, под которым скрывались перевязи с костяными кинжалами. Тварь внутри него не успела ни среагировать, ни помешать. Белое лезвие прорезало воздух, воткнувшись точно между большим и указательными пальцами отсечённой конечности, отбрасывая ту далеко назад к гигантскому оку и поражённому проказой сердцу.

Как и предполагал парень, клинок тут же изменил цвет, потускнел покрывшись трещинами, но свое дело он сделал. Тень, быстро удлиняясь, истончилась до такой степени, что в какой-то момент просто лопнула, словно перетянутая тетива. Обрывок её заметался в разные стороны и тут же все остальные тени пришли в крайнее возбуждение, задергались, завибрировали, стали тянуться в разные стороны, словно слепые, тщась первыми найти зловещий кокон.

Из последнего, кстати, показались отростки поменьше, напоминавшие суставчатые лапки, дрожавшие от боли, едва их касался свет, но не переставшие шарить вокруг.

Зов, влекший людей к ловушке, исчез бесследно.

- Быстрее, идем. Тор ты первый! - крикнул Вик, предлагая Мрачному проверить путь, в конце концов, тот был наиболее ловким из них, знал это место и в случае чего, ему было бы проще избежать опасности.

Дважды повторять не пришлось. Выхватив свой изогнутый меч, тот рванулся вперед, легко перескочив через шарящие по поду рядом с коконом отростки мрака. Секунду висела тишина, а после, с другой стороны, раздался как всегда мертвенно спокойный голос Торунга:

- Все в порядке, можете идти.

Леадея прыгнула следом, было заметно, как она стремилась уйти подальше от тех мест, где её смог бы настигнуть глас Башни Очищения. За ней двинулся Викариан, но не удержавшись, присел на корточки и кончиком кинжала подтащил к себе замеченную им хрустальную сферу. Он понятия не имел, что она делает, но кем бы ни был её прежний владелец, он единственный из всех почти выбрался из хватки проклятых душ.

Кивнув на монумент из сросшихся мумий, Ялазар произнес:

- Смотрю, компания сушеных тараканов пришлась тебе по вкусу, хочешь к ним присоединиться? - он попытался остановить товарища, видимо полагая, что того опять окутали чары капкана, но молодой человек уже ухватил золотистую цепочку, потянув ту к себе.

- Не беспокойся, эта вещица не тронута Семенем Порчи. - око инфернала, через которое Вик осматривал свой трофей, отразило тот прозрачным кадильцем, дышащим голубоватым инеем, легко впитывающим в себя потоки самых разных стихий, собирая их силу. - В конце концов, не проходить же мимо валяющегося прямо под ногами сокровища.

Едва руки живого человека коснулись артефакта, стебельки внутри него истаяли льдинками на солнце, внешняя оболочка стала намного более прозрачной, а кристалл внутри принялся медленно вращаться, словно радуясь человеческому теплу. Однако, нужно было торопиться, так как обитатели отрубленной кисти и гнилого сердца, валяющихся неподалеку, наконец, нашли нужное направление и теперь изо всех сил тянулись к монументу из мертвых тел. Не было сомнений, едва они коснутся его, зов возобновится.

Решив рассмотреть добычу позже, парень спрятал сферу в мешок, двинувшись вперед, постепенно ускоряясь, чтобы перемахнуть через бестелесные отростки. Обрадованный находкой Викар на мгновение потерял сосредоточенность, позабыв о своей застарелой ране, за что тут же поплатился. Он не сумел как следует оттолкнуться, ослепительная вспышка боли заставила его вскрикнуть, левая нога, мгновенно онемев, подкосилась и парень рухнул на пол.

Паучьи лапки теней тут же впились в неосторожную жертву, проникнув сквозь ворох одежды. Глаза молодого человека оставались открытыми, но зрение покинуло его, пока сведенные судорогой конечности силились протолкнуть окаменевшее тело хотя бы на шаг вперед. Все звуки тут же исчезли, погрузив окружающее в ватную тишину. Нечто страшное, абсолютно чуждое их миру взглянуло из этой бездонной пустоты вокруг, источающее такую ярость, что вырвись она в материальный мир, сожгла бы Доридос со всеми его кошмарами дотла, не оставив от того даже пепла.

Восемь огненных провалов, размером с голову Вика, раскрылось у того перед лицом. Внутри них плескалось жидкое пламя, с раскаленной до красна сердцевиной, обдавая таким жаром, что мех на плаще тут же начал тлеть. Эти червоточины были расположены совершенно хаотически, но двигались так слаженно, словно находились на одной голове. Буркала твари, рожденной самой преисподней, Зверя, Семени Порчи, проглотившего своего прежнего носителя и теперь алчущего новой жертвы.

Неподалеку стали открываться другие огненные жерла, превращая окружающую тьму в звездное небо, усеянное алеющими, зловещими, звездами. Они то приближались, то отдалялись, точь-в-точь, как тени. Превозмогая силу, стремящуюся раздавить его тело и разорвать на клочки душу, парень оглянулся. Твари были тут повсюду. Те, что парили вдалеке, похоже находились в темных комнатах позади, они щерились в бессильной злобе. Гораздо ближе к нему, возвышался настоящий зиккурат, чем-то неуловимо напомнив звездную реку в ночных небесах Вардемы, только несущую в своих водах заразу истинного, изначального зла.

Но ближе всего были восемь пылающих горнил, которых, как теперь видел Вик, била мелкая дрожь, а сами они начали быстро расширяться. Чудовище, наконец, разглядело жертву, нависнув над упавшем на колени человеком, обдав жаром своей ненависти с такой силой, что кожа парня тут же покрылась волдырями, начав быстро высыхать, ещё немного и начнет сползать с костей, как у сплавленных воедино мумий.

Тело больше не слушалось молодого человека, он лежал бессильно, глядя на проявившиеся в нарастающем огне глаза демонов, блеклые тонкие фигуры, двигавшиеся сквозь пустоту, напоминавшие сотканных из праха призраков. Они протянули к нему свои руки и их пальцы, пройдя сквозь одежду, погрузились в плоть, ища новые кости для скульптуры, возвышавшейся в центре анфилады.

Викар внезапно осознал, это были те несчастные, кто некогда попался в ловушку теней, с кем случилось то же, что происходило сейчас с ним самим. Ныне в них осталось лишь одно желание, сделать его частью себя, разделив с ним вечность мук. Эти души не помышляли о побеге или сопротивлении, хотя связь с мучителями на время прервалась. Они были сломлены, изувечены, ослеплены бесконечными страданиями, теперь мало чем отличаясь от своих палачей, желая лишь нести боль, даже не пытаясь сражаться за свою свободу. Точно такой же судьбы они желали Вику, ненавидя того за то, что он ещё жив, дышит, не сдается, как когда-то сдались они.

Прикосновение мертвецов было холодным в окружающем пекле, показавшись спасительной отдушиной, которой не хотелось сопротивляться. Но молодой человек понимал, если он поддастся, это будет конец, а потому сопротивлялся из последних сил, предпочитая сгореть заживо подобному существованию.

Что-то приподняло его над полом и с силой швырнуло сквозь пустоту, мимо горящих ненавистью глаз, отчего те пошли рябью, точно потревоженное отражение на воде. Руки призраков рассыпались пылью, на безликих головах отверзлись беззубые рты, кричащие от боли, пока серые тела затягивало во вспыхнувшие ярче солнца огненные буркала. Твари, у которых только что украли законную добычу, бесновались. В последней попытке удержать парня, тьма сгустилась, став липкой, тугой черной плесенью, оставаясь на одежде лоскутами отвратительного тумана, напоминавшего обрывки гнилой ветоши.

Боли от падения Викариан не почувствовал, его тело и так все горело огнем, но вот глухой звук удара о камни, заставил губы дрогнуть в бессильной улыбке. Белая костяная перчатка схватила его за ворот, волоча в сторону.

- Ты уже потерял глаз, едва не лишился ноги, а теперь, смотрю, решил, что и от жизни избавиться было бы неплохо. - ворчливо хохотнул Ялазар. - Если думаешь, что это спасет тебя от лича, спешу разочаровать, король мертвых, даже в этой заднице мира, тебя отыщет без труда. Так что, давай-ка, уже заканчивай с попытками самоубиться.

Он тащил его вперед, немощь, сковывающая тело, только-только начала отпускать, идти самостоятельно Вик пока не мог, но терять время на отдых не стали. К тому же, проход в залу приказов оказался всего в паре десятков шагов. Тор приоткрыл одну из створок, ожидая остальных.

- В них не осталось ничего, кроме ненависти Ял. Те, кого поймали тени, их души живы, а вовсе не поглощены Семенем Порчи, но даже освобожденные от цепей, они хотели обречь меня на то же, что пережили они. Им больше не нужна свобода. Там только желание причинять другим те же страдания, что пережили они сами.

Лицо бывшего подавителя стало серьезным:

- Сломать жертву для порождений ада гораздо приятней, чем просто уничтожить её, а уж обратить душу в своего вечного добровольного раба, так вообще верх наслаждения. Многие колдуны руководствуются схожими принципами, иногда даже сами того не понимая. "Дар" Разрушителя в них, питаемый магией, разрастается намного сильнее.

Он украдкой бросил взгляд на Леадею, а Вик вспомнил их первую встречу, убитого ею Стража Пограничья, которого она до этого вероломно предала.

Вздернув молодого человека за плечи, повелитель костей помог тому удержаться на ногах, когда они оказались перед массивной дверью, выполненной в виде кричащего лика со множеством глаз и вертикальной прорезью рта.

Тор, открыв скрипучие тяжелые створки, осторожно заглянул внутрь. Убедившись, что опасности нет, он двинулся дальше, остальные последовали за ним, оказавшись в большом круглом помещении. Свет оказался не в силах достигнуть высокого потолка, выхватив из тьмы только громады извивающихся горнов. Их костяные и каменные тела вились над головами клубком ополоумевших змей, а раструбы, пустыми зевами глядели вниз. Труб насчитывалось не меньше дюжины. Они выходили из разных участков стены, видимо другие их концы находились в разных частях замка, но в центре залы они сплетались воедино, чтобы было невозможно определить, где именно сейчас находится, вещавший свою волю, Тиран.

Из самого помещения было пятнадцать выходов, помимо того, через который зашел отряд, перегороженных массивными каменными ставнями и разделённых наполовину толстыми колоннами. Рядом виднелись оборванные звенья цепей-рычагов. Возле каждого прохода их было по три. Похоже кто-то побывал тут до них, успев сорвать дорогостоящее железо, но это было так давно, что остатки металла успели покрыться жирным слоем обледеневшей грязи.

- Зачем возле каждой двери столько рычагов? - удивился Викариан.

- Ловушка для тех, кого тут быть не должно. - ответил Тор, тихо указав пальцем под ноги.

Посмотрев вниз, парень не увидел ничего, кроме каменного пола, на котором были едва заметны линии швов, делившие его на несколько равных треугольников, сходящихся точно в центре залы. Тогда он обратился оку и тут же ком подкатил к его горлу. За толстыми, несколько шагов в ширину, плитами, на которых они сейчас стояли, ничего не было, лишь бездонный колодец, на дне которого перекатывались барханы искаженной магии. Прямой путь в катакомбы под Доридосом, наполненные бродячим ужасом.

В этот момент позади раздался тихих щелчок, все тут же обернулись. Путь, которым отряд пришел в залу приказов теперь был закрыт. Ял подошел к двери, попытался нажать на неё, но та даже и не шелохнулась.

- А ты точно знаешь, какой из них надо дернуть? - думая, за что в случае чего цепляться, спросил Вик, наблюдая, как Мрачный, с задумчивым видом, обходит по периметру комнаты, то ли поддавшись ностальгии, то ли пытаясь что-то вспомнить. Зная Тора, первое, было крайне маловероятным.

- Нужный рычаг спрятан. Я ищу его. - пальцы лучника заскользили по стене рядом с дверью, через которую они попали сюда.

Не желая, чтобы их проводник ненароком допустил ошибку, что будет стоить им всем жизни, остальные решили повременить с разговорами. Но долго тишина не продержалась.

Первым насторожился, прекратив ощупывать кладку, Торунг, прислушавшись. Через секунду и остальные услышали тяжелое гудение, перемежающееся с тихим цоканье коготков звучавшими словно сразу отовсюду.

- Дерьмо троглодита, это ещё что такое? - Ял потянул фламберг из ножен, задрав голову.

Звук, нарастая, шел из широких горловин труб, усилялся, резонировал, в итоге, из тихого шороха, превращаясь в громыхающий рев горной лавины. Эхо отражаясь от стен, бессильное найти выход, ударило в людей, заставляя тех дрожать всем телом, падая на колени. Зрение утрачивало четкость, расплываясь смазанной картиной перед глазами.

Викариан попытался крикнуть, чтобы все собрались вокруг него, браслет на его руке давно наполнился новой силой. Звуковая волна вбила так и не родившиеся слова обратно в его легкие. Налетевшая мощь вминала в камни, не давая подняться, выдавливая из них силы, каплю за каплей.

Как вдруг она стала ослабевать, а рокот постепенно стихал, оставляя после себя жалобное дребезжание обрывков цепей.

- Что ... это было? - осторожно втягивая во все ещё болящую грудь воздух, спросил силящийся подняться Вик.

- Глас бури с поверхности. - ответил Тор, вернувшись к прерванному поиску нужного рычага. - Наверное, часть покоев, откуда Тиран отдавал приказы теперь разрушена, ветра гуляют там без помех.

- И всякие мелкие паразиты. - добавил Ялазар, указав на провал ближайшей трубы, откуда сыпались расколотые хитиновые тела мертвых насекомых вперемешку с мехом, внутренностями и костями. На изгибе раструба наросла мутно-багровая ледяная корка, выходит подобная смертельная музыка тут была делом частым.

В эту секунду в сознание Вика вкралась жуткая догадка:

- Если эти трубы так доносят простое дуновение ветра, то что же тут творится, когда бьет набат Башни Очищения?

От подобных слов Тор принялся искать выход вдвое быстрее, а Леадея сжала посох так сильно, что послышался скрип её кожаных перчаток. До того, как Звонарь примется за вечернюю, по примерным прикидкам молодого человека, оставалось не так уж и много времени.

С другой стороны, продолжал думать Вик, если под ними располагался проход в катакомбы, сейчас закрытый раздвижными плитами пола, то что произойдет, если позволить звону достигнуть глубин, открыв эту заслонку. Лич, скорее всего, на пути в Доридос и судя по реакции Ори, охота за ними уже началась, так может стоит усложнить задачу ловчим? Бродячий ужас наводнит полис, а также земли вокруг. Да, погибнут почти все сталкеры, а выбираться из города станет чертовски сложно. Но с другой стороны, не останется никого, кто мог бы преследовать их. Так уж велика разница? Ведь сбежать, будучи преследуемыми хорошо скоординированной армией наемников и нежити, да ещё под предводительством одного из королей мертвых, вряд ли проще, чем от разрозненной орды безумных тварей.

Он не успел додумать мысль, как раздался тихий рокот. Люди в испуге пригнулись, боясь повторения звукового удара, но вместо этого, все до одной ставни, закрывающие выходы, открылись. Тор быстро отошел от колонны, находившейся у единственной не открывшейся двери, той самой, впустившей их сюда, направившись в соседний проход.

За ним оказались неширокие коридоры, с множеством уводящих в глубину лестниц-ответвлений. Пару раз попадались комнаты, наполненные развалившимся от старости хламом, но после пережитого, ни у кого не было ни малейшего желания задерживаться, даже на краткий отдых. В стенах то и дело попадались громадные дыры, чаще всего выводящие в ту самую шахту, что располагалась под залой приказов. Аккорды разрушения, годами доносившиеся с поверхности, били в основание замка, постепенно разрушая его. Здесь даже не было вездесущих паразитов, словно все, что могло погибнуть, тут давно издохло.

На очередной развилке Мрачный остановился. Вправо и влево уходили темные рукава проходов, а перед ними в стене красовалась дверь из стального дерева. Ни гравюр, ни геральдики, только старые, но не потерявшие своей силы руны, идущие по окантовке створок. В некоторых местах Викар заметил застоявшиеся сгустки магии, начавшие пожирать материальный мир, искажая все вокруг себя, но влияние их было ещё пока не так сильно, чтобы оборвать цепь защитных чар, запирающих путь. В центре же виднелось небольшое углубление.

Тор стянул перчатку и достав кривой нож, аккуратно провел по руке. Выступила кровь, а лучник, сжав кулак, вставил тот в отверстие, позволяя алой влаге упасть в застоявшуюся пыль магического замка. Бардовая вспышка, озарившая астрал, была столь яркой, что Вик смотревший в Тонкий Мир, зажмурившись отвернулся. Тошнота подкатила к горлу, заставив закашлять. Голова закружилась так, будто он три дня только и делал, что хлестал вино, а вокруг появился отвратительный привкус прогорклой меди.

Магия крови. Ему лишь однажды доводилось сталкиваться с ней и та встреча не породила в нем желания продолжить знакомство. На этот раз, это оказалось всего лишь простенькое заклятие ключа, однако от подобного знания лучше не становилось. Зато Леадея, напротив, стояла, как ни в чем не бывало.

Щелчки возвестили, что древние запоры пришли в движение. Тяжелые ставни поползли в разные стороны, однако, не дойдя даже до середины, они натужно заскрипели и замерли. Причина выяснилась довольно быстро. С другой стороны двери, деревянные рамы, поддерживающие каменную притолоку, выгорев, треснули, отчего та просела, заклинив створки. Впрочем, ширины между ними вполне хватило, чтобы протиснуться.

Внутри отряд встретил сухой холодный воздух. Остатки деревянной мебели бесформенными грудами валялись вокруг монолитного, мраморного стола, больше напоминавшего громадный прямоугольник, с грубо вырубленными под столешницей нишами для ног, но гладко отполированного сверху. Он сам, стены, пол и потолок были черны от застарелой копоти. В глубине виднелись странные подтеки так, словно некогда сам камень плавился от жара. Видимо, это были последствия пожара, устроенного Тором по приказу своего повелителя, но чем ближе к двери, тем менее заметными они становились, словно здесь огонь утратил большую часть своей свирепой силы.

Три прохода расходились из комнаты. Левый был завешен лоскутами опаленной кожаной ветоши. Судя по тому, что видел Викариан в Тонком Мире, он вел в опочивальню алхимика. Средний, через небольшой кабинет, выводил на идущую под наклоном вниз галерею, по бокам которой располагались ряды невысоких, но очень длинные стеллажей. Библиотека, которую они искали, она была не меньше трех сотен шагов в длину и с сотню в ширину.

Правый же ход, обычным зрением был мало чем отличен от предыдущих двух, но стоило взглянуть на него Оком Инфернала и от увиденного бежали мурашки по спине. Его закрывала отвратительного вида магическая опухоль, раскинувшая в астрале свои кожистые мембраны по всей правой части комнаты. Она произрастала из гигантского бубона, покоящегося в глубине обители Талтана. Течения энергий, проходящих сквозь него, в большинстве своем, впитывались без остатка, а те, которым все же удавалось вырваться, менялись неузнаваемо. Замедлялись, становились шире, словно распираемая гноем язва, меняли свой цвет, неся внутри потускневших потоков тугие черные сгустки. Там, в недвижимом мраке росло что-то страшное, пустившее ветвистые корни, с которых сочился полупрозрачный, будто сукровица, ядовитый ихор. Океан этой дряни недвижимо ждал своего часа под катакомбами Доридоса, с каждой секундой пополняясь новой каплей отравы.

Раньше Викариан не замечал этой пагубы, хотя они проползали совсем недалеко от неё, приняв рябь под собой за простое искажение Тонкого Мира, вызванного каким-то далеким катаклизмом. Открывшаяся правда не радовала.

- Там что, растет Альфа? - спросил Викар указав на правую дверь, вспомнив рассказы Тора о владыках бродячего ужаса, что живут в глубинах ульев, подпитывая своих более мелких собратьев.

Несмотря на то, что Мрачный не мог так же хорошо прозревать сквозь Тонкий Мир, он сразу понял, о чем спрашивает молодой человек, отрицательно мотнув головой:

- Там был Талтан, когда приказал мне спалить все, что он создал и его самого.

- Кажется огонь не взял его.

Тор хладнокровно пожал плечами:

- К тому времени он уже был заражен и до полной трансформации ему оставалось недолго. Но нам туда не надо. - с этими словами он пошел вперед, полностью игнорируя все остальное.

Бесконечно завидуя такому ледяному спокойствию, Викар двинулся следом, в конце концов, они прибыли сюда не для того, чтобы разбираться с тем, кто создал весь этот кошмар.

На их пути оказалось помещение с потолком полном квадратных отверстий из которых свисали оплавившиеся стальные прихваты. Тут находилось несколько нешироких, длинных столов со скамьями и подставками для книг, пол же оказался удивительно скользким. Сапоги оставляли длинные шрамы в толстом слое сажи, открывая под собой корку расплавленного желтого воска, словно здесь находилось хранилище свечей. Может так оно и было.

- Мы на месте. - сухо произнес Торунг, когда отряд, миновав комнату, вошел в библиотеку. Царство угольно черного цвета. Каменные полки, упирающиеся в потолок, покрылись трещинами, лопнув от непереносимого жара, бушевавшего здесь. Некогда наполненные книгами, теперь на них покоился пепел, невесомый, горький, бесполезный.

- Откуда ты пустил пал? - поинтересовался Ялазар у Мрачного.

- Сначала бросил колбу там, где Талтан приковал себя. - он указал за спину, после этого, коротким жестом ткнув в дальнюю часть библиотеки. - Потом спустился вниз, там разлил вторую склянку с живым огнем.

Задумчиво оглянувшись, повелитель костей резонно заметил:

- Дверь сюда заклинило, так как балки над ней выгорели, но сама она не пострадала, да и ветошь закрывающая проход в спальню рассохлась, но не сгорела. Однако ты говорил, что алхимическое варево должно выжигать все, что горит, сам воздух, а также, что из библиотеки не один выход? - Тор утвердительно кивнул. - Значит огонь нашел выход отсюда из раньше, чем добрался наверх, возможно спалив к чертям другую дверь, одну из тех, что ниже. Тогда получается, в глубине искать смысла нет, а вот наверху, может что осталось.

Он скептически оглядел пустые полки. Если тут что-то и было, то предстояло немало повозиться, дабы это что-то найти. Опасности поблизости не ощущалось, а потому решили разделиться, Ял отправился наверх, так как ему было не страшно заражение у входа, Леа с Виком стали осматривать полки, а Мрачный, спустившись чуть ниже, встал на страже.

Что они конкретно ищут, никто толком не знал. Руки Викариана шарили в мягких горках сажи, которые поднимались в воздух темными, едкими облачками. Вскоре ему пришлось закрыть лицо рукой, натянув повыше воротник, но помогало это мало. В глотке пересохло, а через полчаса её саднило так, будто парень проглотил горсть углей, на зубах противно скрипело. Не лучше дела обстояли у Леадеи, вообще вернувшейся в центр коридора и пытавшейся отдышатся. Только сверху доносился похабный мотивчик какой-то солдатской песни, который Ялазар напевал себе под нос, как ни в чем не бывало.

От подобного положения дел Викар недовольно поморщился, прервав поиски. Если ничего поумнее не придумать, они застрянут тут на несколько дней, зарывшись по ноздри в эту древнюю грязь, да ещё имея под боком что-то на подобии эфирного омута, в который превратился Талтан. Помнится, фолиант, с упоминанием врат между Вардемой и Кеплером, свел последнего с ума, так как нес на себе отпечаток преисподни. А зловоние этой силы парень, к сожалению, знал слишком хорошо, волею случая нажив врага в одном из её самых могущественных носителей, Агонисе. Хвала богам тот был уже мертв, но вот память о нем, вернее о его ауре падшего, сейчас могла оказаться полезной.

Очистив разум от лишних мыслей, молодой человек заглянул в свое прошлое, выуживания из образов минувших дней требуемые фрагменты, концентрируясь на них. Мурашки побежали по спине. Даже просто касаться этих воспоминаний было неприятно, они вызывали не подотчетный, глубинный страх. И ярость. Пустую, злую, направленную на уничтожение, но ни чего-то конкретного, а всего вокруг. Зверь внутри довольно ворочался, чувствую родную стихию, когда все это с головой накрыло Викариана. Однако сейчас эти ощущения играли на пользу. Парень почти мгновенно почувствовал что-то, столь же неприятное, в глубине полок, среди черного талька сожженных книг. Он быстро двинулся туда.

Второй ряд, недалеко от прохода. Тонкий Мир здесь представлял из себя рваную парусину, попавшего в шторм корабля, мало помогая, а потому приходилось ориентироваться только на ощупь, да по нарастающему отвращению в душе. Борясь с темными позывами, становящимися все ярче, настойчивей, приятней, Вик стараясь не упустить проклятую путеводную нить, пока, наконец, под ускользающими волнами пепла, его пальцы, не коснулись чего-то твердого.

Вопреки надеждам, все что осталось от книги, это пара обугленных кусочков страниц, написанных на неизвестном языке, гравюра, да два клочка пергамента, зажатых между ними, напоминающие попытки перевода древних текстов.

Скрипнув зубами от накатившего, совершенно несвойственного ему, бешенства, парень едва сдержался, чтобы не схватить добытый с таким трудом обрывок рукописи и с размаху не швырнуть тот об стену. Вместо он медленно провел по лицу рукой, счищая налипшую на него черную грязь, направив волну разочарования внутрь себя. Нужно было убить душившую его ярость, пока так не сподвигла натворить глупостей.

- Нашел. - хрипло просипел он пересохшим, забитым пеплом горлом, а после прокашлявшись, уже громче повторил. - Я, кажется, нашел, идите сюда.

Удивительно, но тут не было эха, хотя его всё равно все услышали. Первой подошла Леадея, тут же потянувшись к остаткам фолианта, словно зачарованная. Рука парня остановила её. Девушка быстро заморгала, отшатнулась с испугом, словно вышла из транса, а после, вовсе отошла в сторону, с опаской поглядывая на обугленные останки фолианта. Тор остался наблюдать за проходом, не сильно заинтересованный находкой и лишь Ялазар с неподдельным интересом заглядывал через плечо Вика.

- Ну, ты читать-то будешь? Там вон какие-то закорючки. - он выглядел возбужденным и даже улыбался, наверное, потому что не пришлось копаться долго в окружающих их завалах. Судя по всему, на подавителей, даже бывших, дьявольская аура не действовала.

Вынув один из своих метательных кинжалов, Викар стал переворачивать обрывки нижних частей страниц, неизвестно каким чудом удерживавшиеся вместе. Какой бы ни была книга раньше, сейчас от неё осталось лишь пять листов, три из кожи, два из пергамента, явно вложенные сюда много позже. Первые выглядели потертыми, древними, исчерченные неизвестным молодому человеку языком-шифром. Зато вот написанное на вкладках, хотя и с трудом, он понять смог.

Часть сохранившегося рисунка изображала, от пояса и ниже, мощную мужскую фигуру в непередаваемо искусно выкованной панцирной броне. На запястье незнакомца, частично прикрытая плащом, красовалась золотистая, прошитая черными жилками, пластинка, очень напоминавшая ту, что носил сам Викариан.

Осторожно, кончиком лезвия, отогнув пергамент, парень попытался прочесть, что на нем написано, но все, что он разобрал, были два слова:

- "Старым Богам". - он глянул на Яла, тот пожал плечами, выглядя весьма озадаченным. - Интересно, что "Старым Богам"? Служил, принадлежал, кто это вообще?

- Смотри. - повелитель костей указал на поясную пряжку мужчины, там красовалась шестеренка. Точь-в-точь такая же, какая была выгравирована на пластинке, закрывающую пустую глазницу Вика. - Знак Мастеров Вардемы!

Символ загадочного ордена, на который они наткнулись, идя по следу ублюдка, пытавшегося убить, а после заразить Семенем Порчи одну из хранительниц светлого мира. Эти Мастера имели немалое влияние, но что хуже всего, были как-то связаны с покушением на Силику. Парням тогда удалось изгнать порождения зла, не ввязываясь в конфликт с этим тайным обществом, но секреты тех, кто носил знак шестеренки, так и остались нераскрытыми. Не казалось удивительным, что владелец ключа между мирами посещал Вардему, но вот почему он отмечен сигилом Мастеров? Тоже пытался втереться к ним в доверие, проникнуть в их внутренний круг или являлся полноценным членом ордена?

- Кто такие Мастера Вардемы? - не выдержав, тоже взглянула на рисунок Леа. Рядом с подавителем демоническая аура книги постепенно гасла, впрочем, отвечать ей никто не стал.

- Листай дальше. - посоветовал Ял.

Следующие пара страниц были полны текста, но из перевода сохранилась только одна строчка.

Первым шли два слова, обведенные вместе, над которыми красовался знак вопроса: "восхождение" и "рождение"; а после шло: "Акрониса, в Долинах Натриара. Апокриф Темного Короля, Откровение Падших".

- Акронис? Опять ... - тут же вспомнился слуга Плачущей Богини, Схирем. - Причем тут последняя звезда и Падшие?

Погрузившись в свои мысли, Викар пытался соединить воедино кусочки. Среди Старых Богов были предатели, перешедшие на сторону Разрушителя, коих нарекли Падшими. Один из предвечных, судя по шестеренке на поясе, бывал в Вардеме. А к "тени", что пыталась убить одну из хранительниц светлого мира, тянул артефакт на его руке. Возможно, древняя война, шедшая почти тысячу лет назад, до сих пор не окончена, просто поле битвы изменилось, выйдя за пределы Кеплера. Неужели произошло то, что все эти столетия пытались предотвратить Подавители, то о чем предупреждали всех, порча перекинулась на другие миры? А ещё Антемос, Темный Король, чья воля, пусть не по умыслу, уже пересекалась с судьбой Викара, лишив того семьи и прежней жизни.

- Последняя звезда перед рассветом, в самый темный час ночи. - поправила его Леадея, сбив с мысли, отчего парня вновь окатила волна ярости, да такая, что он резко развернулся, уже готовый свернуть помешавшей ему размышлять девчонке шею голыми руками.

К счастью, на пути оказался каменно-спокойный Ялазар, словно почувствовавший неладное. Один вид его вид, чувство непоколебимой, словно нечеловеческой, воли, скрывающееся за легкой полуулыбкой, смыли демоническое наваждение, рассеяв злость без следа. Как беловолосому гиганту удавалось плести заклятия, когда даже силы истинного зла в страхе отшатывались от него, осталось загадкой. Впрочем, опять-таки, эти силы были даром герольда того самого загадочного Антемоса.

Опустив голову, устало выдохнув и похлопав товарища по грудной пластине его доспеха, давая понять, что успокоился, Вик произнес:

- Ладно, давайте продолжим поиски, может ещё что-то уцелело, хотя ...

- У нас гости. - прервал его тихим шепотом Торунг, все это время продолжавший наблюдать за проходом меж стеллажами.

Тут же, спрятав кусок ордианской руды в мешок, повелитель костей, вместе с остальными, поспешил к Мрачному.

Метрах в пятидесяти, ниже из бокового прохода, разгоняя мрак, двигалось пятно трепещущего света, в котором кружился потревоженный пепел. Похоже другая группа не догадывалась, что они тут не одни, разговаривая в полный голос, но даже если бы те и соблюдали осторожность, колдовское око на таком расстоянии размывало Тонкий Мир до неузнаваемости, а сияние их факела из-за стеллажей было просто не разглядеть. Впрочем, если бы Тор не стоял на страже главного пути, то и сами пришельцы остались бы незамеченными.

Первой, появилась стройная женская фигурка, одетая в белый облегающий плащ. На ней красовался тяжелый ошейник, излучающий мрачную силу, с отходящим от него толстым чомбуром. Она шла вперед понуро, склонив голову, словно прислушиваясь, в её руке покачивалась небольшая вытянутая лампадка, внутри которой бился крохотный огонек. На фоне женщины в светлых одеждах, черная метель вокруг неё напоминала рой трупных мух, кружащих над усопшим. Следом, держа другой конец повода, не давая пленнице сбежать, появилась некто высокий, угловатый, с ног до головы замотанный в побуревшие от гноя и крови лоскутья разномастной ткани. На плечи его была накинута такая же отвратительная плащаница, а к поясу приторочен проржавевший огрызок полуторного меча, по изъеденному лезвию которого медленно стекала буро-желтая слизь.

Они остановились, едва достигнув центрального прохода, фигура в белом подняла повыше фонарь и в этот момент в круг света шагнула ещё одна женщина. Гладкая алая кожа лица была частично скрыта за пышным водопадом длинных волос цвета чистейшей платины. Высока и величественна. За ней вился багровый плащ, от вида которого у Вика ком подкатил к горлу. Черные руны, бегущие от высокого ворота до тяжелого подола, источали ауру зловещей силы, как в день, когда он в первый раз увидел их.

- Это что, плащ Агониса? - едва шевеля губами, чтобы, не приведи боги, не выдать себя, прошептал молодой человек.

- Очень похоже, разве что рисунков с завитушками Повелитель Порталов не носил. - и действительно, помимо знакомых резких росчерков рунной вязи, на алой ткани виднелись плавные изгибы напоминающее разросшийся вьюн, соединивший между собой отдельные части магической конструкции. - Впрочем, помнится, когда его развеял в пыль заработавший Хроногресс, на нем вроде было что-то другое. Новая хозяйка плаща, если конечно мы не ошиблись, расы азакур. Ничем примечательным они не выделяются, разве что убить их сложнее, так как они умеют делить свои душу между разными телами. Хрен в лоскутах, похоже, прокаженный, ходячий гнойник, наполненный порченой кровью, если не сдох до сих пор, значит кто-то его удерживает в этом мире. А вот что за девчонка в белом, я понятия не имею. Наверное, рабыня-ищейка, видишь она ведет их.

- Не руины дворца, в богами забытом доле, а какой-то проходной двор. - буркнул Вик, но тут же замолк, видя как троица повернулась в их сторону и пошла наверх по проходу.

Если эти трое были теми, кто прополз перед ними по ходу из бражного дома, то надо было быть крайне осторожными. Кто-то из них, скорее всего это была дева-азакур, обладал огромной силой, достаточной, чтобы изжарить закованного в латы гиганта, оставив от того лишь лужицу расплавленного металла. А даже если и нет, то все равно лишняя осмотрительность не помешает.

Бежать к выходу уже было поздно, их могли легко заметить, даже сквозь кружащий в воздухе пепельный саван, а значит придется остаться на месте. Викариан потянул остальных назад, в глубину между стеллажей.

- Нельзя, чтобы они нас сейчас заметили. Пропустим их, пусть думают, что одни. Но нам надо как-то скрыться в Тонком Мире. Тебя Ял может и не заметят, а вот нас, взгляни они сквозь Эфир, учуют точно.

- Думаю, с этим я смогу помочь. - произнесла Леадея, когда они расположились у дальней стены, укрывшись ставшими угольно-черными плащами. Маскировка вышла отличной, сделав их неотличимыми от окружающего камня.

Тихо зашептав незнакомые заклятия, колдунья направила потоки текущей рядом силы так, чтобы они встали стеной перед отрядом, затмевая своим сиянием ауры людей, а заодно скрывая силуэты. На самом деле, такие "излучины" стихий были нередким явлением, но что в них можно скрываться, Вику даже на ум не приходило. На всякий случай, он решил запомнить этот трюк, мало ли когда пригодится.

В узком проходе показалась сжавшаяся от страха и боли девушка с лампадкой. Ошейник на её шее пульсировал энергией.

- Из-за тебя мы петляем тут второй день. Ещё раз ошибешься, тварь, я найду Талтана сама, а тебя брошу в пасть бродячим! - прозвучало ей в спину зловещее обещание.


## Глава 4. По Его Воле


Цепь, лязгнув, хлестнула несущую лампаду девушку по спине, подгоняя, словно вьючное животное. Та, оступившись, упала, на мгновение скрывшись в сизом облаке пепла. Второй удар стального повода заставил несчастную вскрикнуть и превозмогая боль, подняться на ноги.

Было отвратительно смотреть на происходящее, но их небольшой отряд не мог позволить себе бросаться спасать каждого попавшего в беду, иначе их странствия окончатся очень быстро, а на них лежала ответственность не только за свои жизни. Судя по выражению лица Яла, тому прятки в тенях тоже не доставляли большого удовольствия. Он был выращен, чтобы стать вестником войны, изгоняющим скверну везде, где только можно и не привык скрываться от врага. Его ладонь крепко сжимала эфес фламберга, а глаза, не отрываясь, следили за той, что носила плащ раба демонов. Желание снести ей голову с плеч останавливал лишь долг перед их общей целью.

Викариан положил руку на наплечник повелителя костей, чтобы тот ненароком не кинулся в драку, позволив ничего не подозревающим незнакомцам удалиться от них к развилке у дверей в обитель Талтана.

- Надо выбираться отсюда, да и из города тоже. - Вик повернулся к Мрачному, едва слышно спросив. - Возвращаться тем путем, каким мы сюда пришли нельзя, нас, наверное, уже ищет половина сталкеров Доридоса, есть какие-нибудь тайные тропы, ведущие за стены полиса, но не через катакомбы?

Торунг задумался прежде чем ответить:

- Внешние, скорее всего, уничтожены Триумвиратом или самим Тираном ещё во время осады, чтобы никто не смог ни выбраться, ни войти в город. Но есть те, что ведут под стены, к трупным ямам на севере.

Спрашивать, что это за места такие, Вик почел лишним, по названию было понятно для чего оные могли использоваться, вместо этого лишь уточнил:

- Далеко?

- Не очень, но если ты интересуешься, успеем ли мы добраться до них прежде, чем Башня Очищения затянет свой набат, то нет, не успеем.

- К тому же, если нас ищут, внешний периметр возьмут под усиленную охрану. - поделился своими размышлениями Ял.

Викар раздумывал секунду, подняв взор к низкому потолку, словно мог смотреть сквозь камень, око инфернала охотно явило своему господину мир полный призрачных контуров и сияющих рек силы, невидимых глазу обычных смертных:

- Значит ищеек надо отвлечь. Тор, ты говорил, что шахта под Залой Приказов ведет в катакомбы, мы разрушим пол в ней и позволим звону колокола выбить дух из бродячих и прочих обитателей подземелий. Пусть их корчит, пусть ломает от боли, тогда они попрутся на поверхность.

Поскребя подбородок, Ялазар с сомнением произнес:

- Ты же понимаешь, что в таком случае нам придется спасаться не только от тех, кто уже охотится за нами, но ещё и от чудищ, что вырвутся из-под земли?

- Перехитрить безмозглых тварей проще, чем организованную и знающую кого искать армию наемников. А тем будет не до нас, когда прямо из-под ног полезут их ночные кошмары.

Так как ни у кого идеи получше не нашлось, все быстро согласились и принялись шепотом обсуждать, как исполнить задуманное.

Первая проблема заключалась в том, как выбраться из библиотеки, обратно наверх, туда, где они заметили проломы в стенах боковых коридоров, за которыми виднелся зев шахты под Залой Приказов. Возможно, через них удастся уничтожить механизмы, поддерживающие снизу расходящиеся створки пола-ловушки.

Второй, стало время до очередного удара колокола, которого осталось не так уж и много, потому следовало действовать очень быстро. Ну и последним вопросом было, куда спрятаться после того, как они приведут свой план в исполнение. Их небольшой отряд находился почти в эпицентре грядущего удара и его не пережил бы никто, кроме Яла, причем этот вопрос, пожалуй, был наиболее значимым сейчас, так как без его решения все остальное просто не имело смысла.

Лихорадочно перебирая варианты, Вик пытался хоть что-то придумать, но как назло ничего на ум не приходило.

- Даже если мы повременим с планом и успеем уйти на глубину, не думаю, что нам удастся пережить песню Башни Очищения. Нужно место, где звон колокола нас не достанет. Может в покоях Тирана?

- Я не знаю, где они находится. - не выражая ни капли беспокойства перед нависшей над ними смерти, ответил Тор. - О том не ведала ни единая душа, кроме самого владыки, да также тех, кто создал этот замок, однако последних, по окончанию строительства, больше никто и никогда не видел.

- Слушай, если твой господин был таким параноиком, как он вообще хватал тех, кого он чаял в плетении заговоров, не стражу же он к ним посылал? Рано или поздно знати бы это надоело, и они действительно свергли б того, кто их, как скот, режет. - удивился повелитель костей.

Вопрос заставил Торунга серьезно задуматься, припоминая прошлое, кажется, слова Яла натолкнули его на какую-то мысль:

- Ты прав, у Тирана был один излюбленный способ ловли неугодных. Раз в несколько месяцев он организовывал внушительные балы с богатыми подарками. Отказаться прибыть, значило бы нанести оскорбление правителю. Впрочем, сам он их никогда не посещал, а потому знатный люд радостно принимал эти приглашения, не боясь болезненной подозрительности хозяина. Однако, именно на этих вечерах бесследно пропадали некоторые приглашенные. - чем больше он вспоминал, тем увереннее звучал голос Мрачного. - Балы проводились в палатах Золотой Крови, туда ведет единственный длинный проход, по которому гостям надлежало пройти в одиночестве, якобы очищая мысли перед грандиозным праздником. На самом деле, эта традиция была лишь необходимостью избавиться от лишних глаз. Там есть потайная дверь, ведущая в скрытые пыточные за стеной бального зала, где Тиран уже воплоти приветствовал особо избранных.

- И разумеется, после подобных аудиенций "счастливчиков" никто никогда не видел и не слышал? - предположил Викар, на что Тор коротко кивнул, подтверждая его догадку. - Что ж, если крики пленников не тревожили гостей, пока те веселились, возможно, там и звук колокола нас не прикончит.

Мельком взглянув на левое запястье, где под кожаным рукавом скрывался золотистый браслет, он постарался отогнать мысль о том, чтобы вернуться в Вардему. Мало ли какое зло он притащит туда с собой, находясь в такой близости от омута мутаций, в который превратился придворный алхимик. В крайнем случае, можно использовать артефакт, если станет понятно, что их план провалился и иного пути точно нет.

Главная проблема казалась решенной, оставалось добраться до шахты под Залой Приказов и воплотить в реальность оставшуюся часть задуманного.

Все это время трое незваных гостей оставались в поле колдовского зрения Викара, проводя некий ритуал прямо перед пораженным колдовской проказой спуском в лабораторию Талтана. Вернее, этим занималась дева, облаченная в плащ Агониса, потоки силы вокруг неё разворачивались невообразимыми узорами, будто являлись не реками строптивых стихий, а невесомой паутиной в руках искусного мастера-шелкопряда. Такого мастерства обращения с Тонким Миром парень не видел никогда в жизни. Ни одно заранее заготовленное колдовство не продержалось бы долго под ударами чумы Бродячих, превратившись либо в песок, либо в такую же порченую магию. А потому новые, невиданные до этого мига колдовские конструкции, рождались в танце жестов за считанные доли секунды.

Какое-то время девушка боролась с постоянно меняющейся структурой детища придворного алхимика, изменяя свои чары, пыталась не просто пробиться сквозь гнилые бубоны, заполнившие спуск, но выстроить коридор, что защитил бы ищущих по нему от хаотических аберраций. К подобному нельзя было подготовиться заранее, но талант и сила позволили алой ведьме продавить, казалось бы, неподвластную никакому постоянству структуру, пусть не долговечный, но все же проход. Она шагнула в него первой, прокаженный последовал за ней, потянув за собой, отчего-то рухнувшую на колени рабыню. Та не смогла подняться, волочилась следом, словно труп, хотя было видно, что она ещё жива.

- Идем. - тихо шепнул Викариан и пригибаясь, стараясь не касаться закопченных стен, двинулся вперед. Возле арки, ведущей в преддверие библиотеки, через которую они сами недавно пришли, на глаза попались цепочки следов, часть из них принадлежала им, вторая незваным гостям, но были и другие, оставленные неизвестно кем и когда. Что ж, с одной стороны, такое количество отпечатков ног, скорее всего сыграло им на руку, помогая остаться незамеченными, с другой напоминало, кажущиеся мертвыми подземелья, на самом деле полны жизнью.

В кромешной темноте, люди осторожно ступали по скользкому, залитому расплавленным воском полу, пробираясь наверх, пока, наконец, не оказались в комнатке с монолитным каменным столом. К этому моменту, троица непрошеных гостей уже так углубилась в недра прохода, ведущего к лаборатории Талтана, что свет их лампады едва был виден.

Леадея, словно завороженная, подошла к зеву спуска. Осторожно, стараясь не касаться потемневших от старости камней, водя свободной рукой над чарами девы азакур. В её глазах читалось неподдельный восторг. То, что открывалось в тонком мире действительно не могло не вызывать восхищения.

Сквозь гнилое месиво сырой магии, полной искажений, вился округлый ход, выглядевший изнутри словно лазурный водный туннель в набегающей на берег большой волне. Это были не просто искусно сплетенные чары, а самые настоящие реки стихий, чьи русла превратились в силовую спираль, защищающую ищущих внутри неё от любых внешних угроз. Что-то похожее недавно сделала сама Леа, стягивая потоки энергий, дабы скрыть их отряд, но по сравнению с этим шедевром, её поделка казалась зыбким светом лучин на фоне красоты и величественности восхода солнца.

Рядом с девушкой остановился и Ялазар, но в отличии от той, он не испытывал пиетета перед сотворившей сие чудо. Зато в его руке показалась небольшая серебристая фиала, в которой Вик тут же признал эссенцию кристаллизации Раха, бывший подавитель явно размышлял не стоит ли метнуть её вдогонку ушедшим по проходу.

Ухватив за рукава, погрузившихся в размышления, спутников, Викариан потащил их к заклинившей полуоткрытой двери, за которой уже скрылся Тор.

- Нашли время любоваться. Ял, убери колбу, у нас каждая эссенция на счету, квапла знает, сколько бродячих нам на пути попадется.

Беловолосый гигант фыркнул, пряча пузырек в заплечную сумку:

- Как бы эта девка не оказалась страшнее местных обитателей.

- Она здесь не по наши души и чем дальше мы от неё окажемся, тем меньше шансов с ней столкнуться вновь, так что идем быстрее.

У первой развилки их ждал Тор, не спешно вынимающий из подергивающейся облезлой туши костяную стрелу. Откуда-то сбоку послышалось удаляющееся цоканье коготков. Пока они болтали Мрачный успел расчистить им путь. Он указал в сторону полу-заваленного прохода.

- Там ближайший пролом в стене и отсюда быстрее всего попасть в палаты Золотой Крови.

- Тогда отсюда и попробуем ударить.

Впрочем, их ждал неприятный сюрприз. Стена оказалась повреждена недостаточно сильно, чтобы можно было бы оказаться в шахте или хотя бы увидеть запирающие механизмы пола над неё. Лишь пара растрескавшихся кирпичей валялись под ногами, а остальная кладка оставалась вполне себе целой. Не было никаких гарантий, что на ярусах выше они не столкнутся с аналогичной ситуацией.

- Надо расширить дыру ... - констатировал Ял то, что и так всем было понятно, вытаскивая свой фламберг. Он взял тот за лезвие, тем самым превращая свое оружие в клевец на длинной рукояти.

Все отошли подальше, давая ему как следует размахнуться. Первый же удар расколол самый крупный камень, заставив песок ручейками посыпаться из вернувшихся в стороны трещин. Второй и третий удары уже проломили саму стену, обрушив настоящий камнепад в бездонное ледяной чрево, открывшееся за ней. Оглушительный грохот стряхнул сонное оцепенение с недр дворца, разлетевшись гулким эхом, которое ещё долго плясало где-то в глубине. Вик поежился при мысли о том, какой же чудовищной волной прокатится здесь вой Башни Очищения, но быстро отбросил эти размышления, высунувшись вслед за Ялом в шахту и задрав голову кверху.

В этот момент, выбитые из пролома камни с тяжелым гулом ударили о дно, откуда тут же послышалось многоголосое рычание и вой, там явно были недовольны, что их потревожили. Клацающий звук, словно кто-то принялся взбираться по отвесной стене сообщил, что аборигены спешат познакомиться с неучтивыми гостями.

Впрочем, на них парни почти не обратили внимания, цепким взглядом изучая через Тонкий Мир пол Залы Приказов. Тот оказался шагах в пятидесяти над ними и Ял, в конечном итоге сдался, неспособный разглядеть обычным колдовским оком хоть что-то на таком расстоянии, а вот око инфернала позволило увидеть все в деталях.

Треугольные плиты обхватывались снизу тяжелыми стальными скобами с хитрой системой противовесов. Но судя по всему, эти крепления были призваны лишь закрывать, а не поддерживать пол, чьи тяжелые створы, как бы наплывали краями одна на другую, создавая таким образом самоподдерживающуюся систему, не позволявшую им раскрыться самопроизвольно. Творение мастеров инженеров оказалось полностью покрыто угловатыми рунами, которые по всей видимости защищали его от тлетворного влияния времени и большинства внешних воздействий, способных привести к разрушению. Оно представляло собой весьма внушительных размеров конструкцию, большая часть которой скрывалась в стенах самой шахты.

Ещё молодой человек заметил, что возле одной из скоб скопился мягко пульсирующий сгусток энергий, тянущий силу из близлежащих рун, однако не выпивающих её досуха. Видимо какой-то инфернальный паразит, пригревшийся на чужой силе. Он словно бы стал частью конструкции, хотя при этом, в отличии от недвижимой строгости окружавших его механизмов, отказывался замереть хоть на секунду, продолжая менять свою форму и цвет.

Поделившись своими наблюдениями с остальными, Викар раздосадовано заключил:

- Разрушение скоб не обрушит пол. Просто не позволит открывать его через Залу Приказов.

- А если сначала открыть провал? - поинтересовался Ял.

- Тогда запирающий механизм окажется скрыт между створками и стеной. Его все равно будет не уничтожить. Ну либо мне придется ковырять его астральной вспышкой неделю, а то и больше.

К пролому подошла Леадея, тут же поморщив свой милый носик от вони, которая стала доноситься снизу - обитатели глубин приближались. Она подняла голову, силясь разглядеть что-то:

- Я не вижу отсюда, там есть какая-то защита от чар?

Вик пожал плечами:

- Вроде есть, но небольшая. Разве что сгусток энергии на левой скобе достаточно сильный, но мне кажется, это просто небольшой эфирный омут или мелкий инфернал-паразит. Похоже, он пропускает через себя энергию защитных скреп, правда лишь для того, чтобы тут же вернуть её обратно.

- Тогда нечего выдумывать наковальню. Просто уничтожим сами плиты пола и все.

- Они шириною в сажень, у тебя хватит сил их своротить? Тут ни моей, ни силы Яла не хватит. Даже алхимия не факт, что поможет справиться с ними.

Девушка усмехнулась, отстранив Вика от пролома и вручив тому свой посох, в то же время подтянув повелителя костей поближе:

- Держи меня, придется высунуться наружу ... - она вдруг чихнула и потерла заслезившиеся глаза. В ноздри ударил жутко едкий запах кислоты, за которым по шахте вверх взметнулось ядовито-зеленое облако. Ничего хорошего это не предвещало.

Широко расставив ноги, упершись правым плечом и лбом в камни развороченной стены, Ялазар обхватил девушку за тонкую талию, позволив той повиснуть над провалом. Щитом в другой руке он закрыл колдунью от новых неприятных сюрпризов снизу.

Два быстрых коротких слова и между ладоней Леи появился темная жемчужина. Ручейки силы сразу из четырех стихий, разлившихся неподалеку, тут же потянулись к ней, оборачивая в плотный кокон. Огонь, ярость, корона молний, дикие ураганы. Две алые, белая и ещё одна цвета грозовых облаков накладывались одна на другую, начав вращаться веретеном, сначала медленно, а после все быстрее и быстрее. Кое-где стихии не успевали расправиться, образовывая неровности, но тут тонкие пальцы девушки пришли в движения, разглаживая эти места. Она походила на умелого гончара, создающего все увеличивающуюся в размерах идеальную сферу. Хаотическая сущность использованных первоэлементов не позволяла тем находится в покое, все порываясь вырваться из тисков новых слоев магии, сплетающихся вокруг черного ядра. Вик понял, что Леадея недаром взяла именно эти нестабильные стихии. Стоило хоть на секунду отпустить их, они тут же постараются обрести свободу, расплестись, высвобождая заключенную в них концентрированную силу.

Меньше чем через минуту в руках девушки рычало и бурлило заклятие такой мощи, что оно начало рвать барьер между Тонким и реальным мирами. Шар черно-алого льда, внутри которой неустанно сверкали росчерки ветвистых молний. Тьма подземелья истаяла, разорванная копьями острого света, а тишину нарушил грохот грозовых разрядов, пока сфера все увеличивалась в размерах.

Наконец, когда даже невероятной ловкости и быстроты движений колдуньи перестало хватать, чтобы продолжать сглаживать выступающие припухлости, она вскинула руки над головой, туда, где находился пол Залы Приказов и выкрикнула последнее слово силы, отпуская на свободу сотворенное ей смертельное веретено. То, едва почувствовав свободу, стрелой полетело вверх, принявшись раздаваться вширь, но так как её поверхность была почти идеальна, росла она равномерно во все стороны, не грозясь расплестись раньше времени.

- Все назад, быстро! - выкрикнула Леа, втянутая обратно в проход Ялом, выхватив посох из рук Вика, следящего за удаляющимся заклятием.

Дважды повторять не пришлось, отряд со всех ног бросился прочь от пролома, хотя молодой человек украдкой поглядывал через око инфернала, как водоворот спрессованной энергии расправляет свои рукава, постепенно заполняя всю ширину шахты. Когда тот ударился в непреодолимую преграду пола, он на секунду сплющился, но четыре стихии, словно не желая вновь быть закованы в тиски, наконец, выплеснули накопленную в них энергию. С ослепительностью вспышки, что озарила коридоры мертвого дворца, мог тягаться разве что грохот эха, от которого содрогнулись стены, сбросив с себя тонкий саван пыли и льда.

А затем, накатил чудовищный, колющий тысячами невидимых игл и сжимающий тело, словно горный валун, жар. Ударная волна сбила людей с ног, впечатав в камни, протащив вперед несколько десятков шагов. От серьезных травм их спасли завалы, перекрывшие часть прохода, которые даже такой мощи оказалось не так-то просто разрушить.

- Ну теперь красномордая баба нас точно услышала. - выплевывая попавшую в рот грязь, буркнул повелитель костей, попутно за шкирку подняв на ноги Леадею.

Туша начавший было тлеть плащ, Викар аккуратно выглянул из-за обвалившихся балок и камней верхнего яруса, хотя в этом не было особого смысла, так как сам он продолжал смотреть сквозь Тонкий Мир. Дальняя часть коридора оказалась доверху забита рухнувшей кладкой. Вокруг пахло грозой и дымом. Он поднял взор к месту, куда попало заклятие. Глядя сквозь пласты земли на развороченные ударом остатки каменных плит пола, он прокашлявшись ответил:

- Не думаю, что они сейчас пойдут выяснять, что тут произошло. Главное пол разрушен, а значит нам надо уходить, пока Звонарь не принялся за работу.

Он осекся, видя, как от изломанного остова запирающих механизмов отделилось сверкающее темным солнцем пятно. Повисев немного в воздухе, оно внезапно рванулось в их сторону, но видимо оказалось неспособно преодолеть оказавшиеся на его пути физические преграды. Однако, оно тут же устремилось на поиски обходных путей. Это был тот самый сгусток энергии, что питался от рун на запорах, но теперь он был переполнен магией совсем другого толка, заклятием Леадеи. Уж не собирался ли инфернал вернуть часть смертоносной энергии им обратно?

- Бежим! - крикнул Вик, подгоняя опешивших товарищей. - Тор, показывай дорогу.

К счастью, дважды повторять не пришлось. Мрачный, закинув лук за спину, тут же выхватив кривую саблю и какой-то тускло сияющий камушек, и бросился в глубину подземелий. В это время, пытаясь не сбиться с дыхания, молодой человек попытался описать, что его так напугало. Рассказ придал остальным резвости. Ял, подставив плечо, помог ему бежать. Вернее, скакать на одной ноге.

- Семь тысяч проклятий каирана, почему ты не вылечишь ногу? - тоже покашливая, бросила бежавшая сразу за Торунгом Леа.

- Ну вылечи, попробуй. - огрызнулся Вик. - Думаешь я не пытался?

- Попробую. - ответила девушка с трудом подавив раздражение.

- Если получится, буду тебе благодарен.

- Что мне до твоей благодарности? Просто не улыбается погибнуть из-за того, что у тебя не хватает мозгов найти путного лекаря.

Ялазар с Викаром непроизвольно усмехнулись, памятуя, что даже врачеватели Вардемы, по крайней мере тех, кого они встречали, не сумели помочь с этой бедой, но ничего не сказали. Пускай попробует, получится - хорошо, не получится - глядишь гонору у девчонки поубавится, что тоже неплохо.

"Факел" из ордианской руды, появившейся у Яла в руке, осветил путь как раз в тот момент, когда они проскочили развилку, ведущую к библиотеке. Судя по тому, что в той стороне никого не было видно, троица незнакомцев то ли не услышала устроенного ими грохота, то ли решила не выяснять его причину. Ну хоть тут повезло, теперь главное, чтобы блуждающий огонек, скачущий вслед несколькими ярусами выше, не успел их настигнуть. Добра от порождений дикой магии ждать не приходилось.

Вскоре стало ясно, что не только преследующий их сгусток эфира может стать проблемой. Темные локоны незнакомой магии, пока ещё едва заметные, струились в воздухе. От них тянуло могильным холодом, пробиравшим до костей, замораживающим мысли и чувства. Только жжение от множества астральных паразитов, присосавшихся к телу Вика, из-за слишком долгого использования Ока, не позволяло тому оказаться убаюканным тихим ядом страной магии.

Яркие потоки стихий все чаще перемежались темными росчерками разрывов, словно их изорвал зазубренный клинок, а отсеченные от них части, потускневшими, лишенными жизни хлопьями, парили вокруг. Нет, не парили, плыли куда-то. Медленно, сливаясь с завитками чуждого колдовства, словно трупы, увлекаемые в трясину болт, питая их своей смертью.

По телу пошла дрожь, причины которой молодой человек понять не мог, но был точно уверен, что не холод тому виной. В его воспоминаниях что-то шевельнулось и он попытался вглядеться вперед. Тут же ему в глаз впилась астральная пиявка, заставив его ойкнуть, прижав руку к лицу, но быстро сообразив, что произошло, парень зачерпнул первой попавшейся стихии и схватил мелкую пакость, заставив ту с беззвучным визгом истлеть в сиянии призрачного пламени. Все это произошло в Тонком Мире и со стороны показалось, будто Вик яростно трет глаз, в который попала песчинка, впрочем, оно почти так и было, разве что эта "песчинка" могла прогрызться до мозга и сожрать разум юного мага, словно червь сердцевину плода.

Сморгнув выступившие слезы, Викариан провел ладонью от лба до подбородка, оставляя на нем защитную маску из сияющих огнивцев силы. Кожа или что там представляет из себя человек в Тонком Мире, горела нестерпимо, но зато теперь всякая мелкая погань держалась подальше от его лица. Он вновь сосредоточился на темных миазмах, невесть как появившихся здесь.

Кольнула мысль, а что, если желание Ялазара прикончить ту краснолицую ведьму в плаще Агониса было более разумным, чем оставлять её в живых, а что, если это её проделки. Однако не успел он додумать до конца, как заметил несколько сгустков тьмы, ставших центрами притяжения лоскутьев стихий. Тут же все стало на свои места. Некромантия.

Совсем рядом оказались ожившие мертвецы, да к тому же, судя по силуэтам, облаченные в броню и при оружии. Да, это совершенно точно не исчадия дикой магии, но даже некромантам требуется материал для своих заклятий, откуда тут могли взяться неуспокоенные? За прошедшие годы, конечно, кое-где могли остаться костяки или проклятые зиккураты из плоти, которые они видели по пути сюда, но вряд ли из этих ветхих теней прошлого можно было создать полноценного мертвого воина. Да и по прошлой своей встрече некромантом Викариан помнил тошнотворную ауру, исходящую от оных, словно тебя заживо хоронят в земле, перемешанной с остатками гнилых, сочащихся пагубными соками, трупов. Ничего подобного он сейчас не ощущал, лишь холод и начавший нарастать страх.

- Тор, осторожней, в этой части замка полно оживших мертвяков. - отметив про себя, что на их извилистом пути пока ни одного не попалось. Их проводник словно специально избегал встречи с ними. Внезапно его осенило. - Постой, ты про них знал что ли?

- Нет, однако запах смерти и её слуг мне хорошо знаком.

Стоило ли удивляться, в конце концов, Мрачный когда-то служил убийцей, приближенным ко двору Тирана, а это говорило о многом.

- Сможем добраться до места так, чтобы с ними не столкнуться?

- Смогли бы, если бы гонящийся за нами комок эфира не привлекал их внимание и не тянул за собой.

Задрав голову к потолку, парень сквозь толщи камня разглядел несущийся за ними, след в след, сияющий болид энергий, проскальзывающий мимо темных силуэтов, а те словно завороженные бросались за ним в погоню. Мертвые похоже были не очень умны, но зато весьма проворны, так как умудрялись не отставать преследующего отряд инфернала. Дыры между подземными ярусами дворца делали их встречу лишь вопросом времени.

- Откуда они вообще здесь? - буквально перекидывая Вика через очередной завал, поинтересовался, кажется даже не запыхавшийся, Ял. - Какими ещё экспериментами вы тут занимались?

- Откуда они взялись, мне неведомо. Талтан редко прибегал к некромантии, считая плату за использование этой магии чрезмерно высокой.

- А значит угробить бродячим ужасом несколько долов, превратив их обитателей в безмозглых чудищ, он чрезмерным не считал? - хмыкнул повелитель костей.

- Я имел ввиду плату, которую платит сам некромант, жизни всех прочих, придворного алхимика интересовали мало.

Заскочив под высокую арку, за которой виднелась убегающая вниз широкая анфилада с толстыми колонами и стоявшими между ними статуями, Викар озвучил то, что уже давно вертелось в его голове:

- Мне кажется, он хотел защитить Доридос силой бродячих, лишь только для того, чтобы никто не мешал ему проводить эксперименты, а вовсе не из-за заботы о его жителях. В полисе его марионетка на троне, границы же не преодолеет ни одна армия, пока его детища наполняют близлежащие земли. И тогда все это станет для него одной огромной лабораторией, в которую ни зайти и из которой не выйти.

- Вполне возможно. - согласился Тор.

- Что, впрочем, не объясняет наличие мертвяков, да и некромантов я рядом не чувствую. - закончил свою мысль молодой человек.

Внезапно впереди, сквозь быстрое дыхание, раздался голос Леадеи:

- Лич.

- Что, Лич? - в один голос спросили бегущие следом парни.

- Король Мертвых мог наслать на Доридос проклятие, пробудившие жизнь в давно спящих вечным сном останках. Ему даже необязательно быть тут и видеть вас, достаточно знать, где вы находитесь, а небесная сфера, при небольшом умении, сама доставит чары куда нужно.

- Небесные Горы не позволят. - не согласился Ялазар. - Они искажают, поглощаю или даже просто гасят любые попытки сотворить что-то в одной части мира, чтобы это аукнулось в другом его конце. Иначе Боги, да всякая шелупонь помельче, давно бы уже разорвали Кеплер на части. Хоть какая-то польза от этой эфирной гадости.

- Ты прав, лишь отчасти. - наставительным тоном парировала девушка. - Заклятием можно преодолеть небесные океаны хаоса, но для этого нужно провести его по маякам иных измерений, к примеру, через мир мертвых, что, как мне кажется, для Лича не такая уж сложная задача. Да и даже простые разрывы в облаках вполне подойдут для подобного, все что нужно, накинуть достаточно широкую сеть чар.

Их разговор прервался, когда позади послышался дикий грохот. Первая мысль посетившая Вика, твари из недр казематов под Залой Приказов, сумели-таки вылезти из своего логова и настигли их, однако обернувшись, он увидел сияющий клубок энергии, тот самый, что до этого гнался за ними по верхним этажам.

По форме, создание очень напоминало крупного кота, только шерсть на нем росла так, будто была продолжением ночного неба, с выпуклыми щеками лун и бездонными воронками звездных мальстримов.

Как он пробился сюда, было совершенно непонятно, но в расширяющуюся щель тут же ухнуло несколько преследовавших его скелетов. От них то и исходил грохот.

Кости разбивались о камни пола со звонким хрустом, которому вторило метавшееся под потолком эхо, но не проходило пары секунд, как они тут же начинали снова сползаться воедино. Бледные осколки, словно мозаика, образовывали крупные, не человеческие остовы, облаченные в полную костяную броню, с такими же щитами и мечами, похожими на обломанные зубы какого-то чудища. От только что полученных повреждений не осталось даже следа. Пустые глазницы черепов тут же уставились на людей, кажется совершенно забыл о своей прежней добыче.

От страха, желудок Викара скрутил жестокий спазм, он чувствовал, твари узнали их и словно в ответ на его мысли, костяные войны рванулись за ними со скоростью доброго рысака. В них не было ничего от обычно тупых, неуклюжих и неповоротливых трупов. Мертвые руки, не выпуская клинков потянулись куда-то за спину, с громкими щелчками доставая из-под белесых кирас собственные зазубренные хребты. Скелеты резко разогнули готовые к броску конечности, без труда пустив в полет свои импровизированные пилумы.

Не сбавляя хода, даже не глядя в сторону нападавших, Ялазар поднял щит, закрывая голову с шеей, словно зная, куда те метят. Он почти угадал. Два ребристых клюва ударили в центр, а также кромку щита, но не сумев пробить крепкую панцирную чешую, взорвались снопом бритвенно острых осколков, который, к счастью, никого не зацепил. Третий же пилум был направлен в спину Вику, но тот успел сплести заклятие астральной вспышки прямо на пути летящего копья. Само заклятие не причинило вреда, но воздушный удар, что всенепременно следовал следом, развернул летящее оружие, закрутив то назад бешеным колесом и откинув в сторону, разбил о ближайшую колонну.

Одной проблемой меньше, подумал парень, бросив взгляд на инфернала, который, будь он неладен и привел мертвяков к ним. Тот словно бы бежал не замечая их, уже почти обогнав. Он гнался за Леадеей! Лихорадочно соображая, что же это может значить, Вик присмотрелся к девушке и только сейчас заметил необычное сияние, исходившее от той, которого раньше точно не было. Это оказались обрывки чар, разрушивших плиты Залы Приказов. Конечно, как он мог забыть. Ещё мать учила его, а после и первые наставники Рах с Измаилом, чем больше силы черпаешь из Вечного Океана, тем больше ее проникнет в тебя. Потребуется время, прежде чем капли стихий, окропившие тело, рассеются. Именно поэтому маги, бездумно черпающие эфир, рано или поздно превращаются в чудовищ, мутируют и сходят с ума. Инфернал чуял не их, он чуял силу, которая его пробудила, ту самую, что едва заметными лоскутами, будто продолжение платья, вилась за колдуньей.

В этот момент, огонек в руках бегущего первым Тора внезапно замер возле неглубокого нефа. Мужчина быстро зашарил руками по покрытой пыльной паутиной кладке. Остальные ещё даже не успели подбежать, когда раздался тихий гул открывающейся тайной двери. Ещё немного и они окажутся в безопасности. Вернее, оказались бы, если бы не чертова потусторонняя тварь, принявшая форму кота.

Адреналин, вперемешку с легкой злость на то, что все планы опять летят к чертям из-за обстоятельств, которые невозможно было предвидеть, позволили Вику сплести на удивление убойную астральную вспышку, которую тот тут же бросил назад. Но не в преследователей, а в основание одной из массивных статуй, застывших во времени гигантов. Инфернала, да ещё способного поглощать чужую магию, его чары вряд ли бы остановили, но может хоть небольшой завал замедлит его. Раздался хруст, совсем не похожий на звук крошащегося камня, он был гораздо звонче, будто треск льда на реке. Массивная фигура тут же начала оседать, разламываясь на множество осколков, открыв то, что скрывалось внутри. Рельефные мышцы, вены, части скелета, запаянные в серую мраморную оболочку. Изваяния были ничем иным, как заточенными в камень пленниками Тирана. Возможно теми самыми, которых он похищал во время своих балов.

Напрасная надежда, что эта преграда остановит или хотя бы замедлит преследователей быстро угасла. Пульсирующий сгусток эфира просто перелетел её. Именно перелетел, несмотря на то, что его коротенькие лапки быстро мельтешили, подражая бегу животного, образ которого он принял. Сияющее тело не касалось земли, паря над полом на любой нужной ему высоте, легко проскользнув меж катившихся вниз по лестнице останков статуи.

- Лея, эта тварь чует остатки твоего заклятия! - та на мгновение обернулась и в её глазах мелькнул страх. Она едва не подвернула ногу, перепрыгивая через очередные несколько ступеней. - Используй ту силу, которой ты уходила от бродячего! Отведи подальше и вернись к нам.

- Я не успею, вы окажетесь у двери раньше, чем я обернусь.

- Мы дождемся тебя, обещаю.

- Но ...

- Тебе придется поверить! Кто знает, что случится, если эта тварь тебя догонит!

Впрочем, что случится Викар как раз примерно представлял, помня, что инфернал возвращал часть энергий рунам, из которых оную пил. Значит стоит ему добраться до девушки, он скорее всего просто взорвется, а если уж монолитные каменные глыбы не выдержали такого заклятия, то чего уж говорить о хрупком человеческом теле.

Было заметно, с каким трудом далось Лее решение довериться ему, как она мешкала, теряя драгоценные секунды, но в конце концов, возможно придя к тому же умозаключению, что и молодой человек, внезапно растворилась в воздухе, почти сразу появившись шагах в двадцати ниже по лестнице. Потом ещё раз и ещё, увлекая за собою переливающееся сиянием небесных светил существо, совершенно не обращающего внимания больше ни на кого другого. К сожалению, этого нельзя было сказать о резво перескакивающих через крупные обломки мертвецах.

Едва парни оказались возле широкого прохода, как им в нос ударил спертый воздух и застоявшаяся вонь разложения, что казалось пропитала сами камни тайного хода. Ял развернулся, закрывшись щитом, приготовившись встретить опасность первым. Вик оказался за его спиной, быстро придя к выводу, что от его метательных кинжалов сейчас толку будет немного, а значит оставалось полагаться на магические умения. Он с разворота, даже не успев как следует сплести заклятие, запустил то в первого из скелетов. Пурпурный сгусток света материализовался прямо возле лишенной плоти лица жертвы, но та успела в последнюю секунду поднять щит. Раздался хлопок, лестницу осыпало снопами быстро гаснущих серебряных искр с костяной крошкой, а порыв ветра сорвал капюшон с головы парня, однако на белых ребристых гранях вражеского щита осталась лишь небольшая, обгоревшая выемка. Сам мертвый воин даже не сбавил шаг.

Пока Тор, вместо того, чтобы схватиться за лук, копался в поясных сумках, ища видимо очередной алхимический эликсир, преследователи преодолели последний пролет спуска. Они сходу, словно всадники на полном скаку, налетели на Яла. Двое ближайших ударили почти одновременно в неприкрытые щитом глаза и ноги, третий же выкинул вперед руку, с непонятно откуда взявшимся копьем.

Без особого труда, отведя клинок, летевший в голову, Ял слегка отклонился, пропуская мимо острие копья. Длинная, до самой голени, чешуйчатая юбка его брони отразила удар второго меча, так что бывшему подавителю даже не пришлось убирать ногу. Немедля ни секунды, он крутанул на противоходе свой фламберг и одним широким ударом начисто отсек головы ближайшим скелетам. Мертвые руки слишком поздно вскинули щиты для защиты, черепушки, которым не помогли гротескно большие рогатые шлемы, полетели в сторону, звонко ударившись о ближайшую колонну.

Однако это нисколько не уменьшило прыти неупокоенных, которые даже лишившись голов продолжили сраженье. Да уж, это были не дрянные игрушки эфира с сердечником из сырой магии, который легко расплести, вернув вырванную из поссмертия душу за Вечную Переправу, и даже не аляповатые поделки горе колдунов, грезящих о могуществе некромантов. Внутри каждого из костяных воинов Вик насчитал не меньше пяти дюжин узлов силы, даже если изрубить их на части, они не погибнут окончательно.

Понимая, что у него не хватит ни сил, ни умения нанести хоть маломальский вред наседающим на них врагам, парень сделал единственное, на что ещё был способен, направив астральную вспышку внутрь костяного копья, стоявшего позади скелета. Да, он не мог навредить порождениям темной магии, но в его силах было лишить тех оружия, на восстановление которого потребуется какое-то время.

Белое древко исказилось черными росчерками изломов, прежде чем взорваться изнутри, кажется несколько озадачив своего хозяина. В тоже время двое оставшихся снова попытались дотянуться до Яла. Скорость и сила их ударов была таковой, что окажись на пути костяных лезвий Вик, ему бы, наверное, пришел конец, однако бывший подавитель едва ли не играющий отвел оба выпада, вместо же ответного удара, он резко перехватил фламберг за лезвие, так что тяжелый обух, а не острие теперь возвышался над головой. Фактически в его руках теперь был не меч, а молот.

Пахнуло едва слышным запахом грозы, разогнавшим трупный смрад. В этот момент совсем рядом материализовалась Леадея. Далеко за её спиной виднелся сгусток голубоватого света. Похоже пришло время закрывать дверь.

Новый удар Вик направил в меч одного из врагов, попутно крикнув:

- Ял, откинь мертвяков от входа.

Тот, не говоря ни слова кивнул, перехватив оружие двумя руками, вынуждено подставив под удар последнего свой стальной наплечник и что есть силы широким махом рубанул прямо перед собой. Троих, казалось бы закованных с ног до головы в тяжелые костяные латы скелетов, смело в сторону, словно сухие листья осенним ветром. Большого вреда им это не причинило, но сбило с ног и пока они резво возвращались в вертикальное положение, Леа в очередной раз исчезла, а через секунду появилась за спинами парней.

Отряд быстро втянулся в проход, но перед тем, как стена встала на место, Тор успел плеснуть перед ней какой-то жидкостью. На вид - обычная вода, однако стоило мертвым подойти ближе, как их начало трясти с такой силой, что вряд ли бы им теперь было под силу найти тайный рычаг, отворяющий стену перед ними. А то что эти, хоть и не шибко умные твари, рано или поздно до подобного додумались бы, сомнений почему-то не возникало.

Быстро отходя вглубь неширокого лаза, люди оставляли за преградой метавшийся из стороны в сторону сгусток света, вновь упустивший свою добычу, впрочем, он вскоре унесся куда-то в сторону, в отличии от мертвецов явно не намеренный так легко сдаваться. В конце концов, раз тут есть воздух, значит должны быть и щели, через которые он сюда попадает. А кстати, куда это "сюда"?

Око Инфернала выделяло впереди отголоски темной магии, но они пока были больше похожи на грязные лужицы разлившиеся в воздухе, чем на полноценные омуты или хотя бы узлы силы. Викариан отпустил магическое зрение, взглянув на окружающее его истинным взором. Посмотреть в общем-то было на что.

В руке Ялазара опять появился осколок ордианской руды, без труда разогнавший окружающий мрак, открывая длинное, в форме полумесяца помещение. По периметру разместились вереницы различных пыточных приспособлений, колодок и дыб, а в самом центре, на высоком постаменте красовалось нечто, вроде стальной розы. Конструкция, состоявшая из лепестков-щитов, покрытых острейшими шипами, меж которых протискивались десятки копий, увешанных обрывками истлевших полотнищ, скрывала в себе великолепный трон. Судя по внешнему виду всей конструкции, этот "стальной бутон" похоже должен был уберечь находящегося в его сердце от неожиданного нападения. С четырех сторон престола красовались невысокие, но очень широкие постаменты, словно места для особо почетной стражи. Все это покоилось на плите винтового подъемного механизма, а на потолке виднелись остатки облупившейся от времени фрески в виде свободного от Небесных Гор небосклона с уже знакомыми скобами, покрытыми рунами. Свод несомненно мог открываться.

- Не трогайте щиты. - предостерег Торунг, едва Вик направился к трону, размышляя, а не получится ли выбраться из замка на этом необычном устройстве. - Шипы покрыты не увядающим ядом.

- И готов поспорить, любой, кто его даже просто коснется, погибнет в страшных муках. - буркнул Ял, оглядывая помещение.

Тор просто кивнул, не видя смысла лишний раз тревожить воздух словами. Вместо этого он шел вдоль череды закованных в кандалы останков, которые видимо и наполняли помещение зловонием, что не выветрилось даже за двадцать лет и окроплял их уже знакомой прозрачной жидкостью. Почти все костяки продолжили безучастно пялиться пустыми глазницами в пустоту, но были и такие, что задергались, защелкали челюстями, пытаясь вырваться. Отвар им явно пришелся не по душе.

- Надо бы и нам, как окажемся в городе с каким-нибудь храмом, набрать освященной воды, а то в последнее время, что-то мы чересчур часто стали иметь дело с неупокоенными.

Идея Вику понравилась, как и эффект, который благословенная клириками вода оказывала на мертвецов, те вначале бились в агонии, а после затихали, распадаясь на части. Проклятая жизнь быстро покидала измученные некромантией тела.

- Ты прав, но сначала очисти Леадею от остатков стихий. Инфернал находит её именно по их запаху. - он запнулся, не совсем уверенный, что у стихий есть запах. - В общем, чует её.

- Очистить, как? - Ял посмотрел на него непонимающим взглядом.

- Амулет эссенций. - напомнил Вик. Когда-то этот артефакт позволил им собрать немало кристаллической эссенции с мутировавшей плоти Раха, когда тот ещё был жив, что в последствии их не раз спасало.

Повелитель костей едва не хлопнул себя по лбу рукой с куском ордианского камня. Он поманил к себе недоверчиво глядящую на него Леадею и извлек из глубин сумки небольшой колбочку в золотистой оправе. Кивком указав той сесть, Ялазар тут же принялся водить над ней зачарованным сосудом.

Легкое сияние озарило окружающее пространство. Сапфировый поток, в котором сияли крупицы серебряных звезд, поднялся от плеч и головы девушки, тут же принявшись вкручиваться в узорчатую крышку артефакта. Чем был хорош этот амулет, он умел вычленять одну единственную, нужную на данный момент стихию, при этом, не трогая все прочие, а так же не подвергая риску жизнь существа, отдающего сил.

Было решено развести костер и раз уж выдалось немного свободного времени, перекусить, с утра никто крошки во рту не держал, а холод быстро напомнил о себе, едва люди расселись на ледяные камни. Очень кстати пришлись выбитые у Седого припасы. Дрова, нещадно чадя, с трудом занялись, хорошо хоть сушеное мясо с орехами оказались пригодными в пищу.

Очищение заняло совсем немного времени. Сказать по правде, колдовской пыли набралось гораздо меньше, чем ожидал Викариан, едва ли на щепотку, вряд ли от неё могла быть серьезная польза, однако, как приманка для инфернального кота вполне сгодится. Тот, к слову сказать, уже пытался протиснутся в узкие вентиляционные ходы, куда не каждая мышь бы пробралась. Физическая оболочка для этого создания не более, чем ширма, постепенно сжимаясь, вытягивалась, все больше напоминая пушистую ящерку.

Аккуратно пересыпав эссенцию из амулета в пустую колбу, Тор отнес ту в дальний конец пыточной и просто положил на пол, потустороннее существо тут же заспешило в ту сторону, напрочь позабыв о Леадее.

- Ну что ж, одной проблемой меньше. - в слух размышлял Вик. - Впрочем, куда идти дальше? Отсюда есть ещё выходы, кроме того через который мы пришли?

Мрачный указал на железный трон:

- Полагаю, платформа поднимается в один из покоев Тирана, а оттуда можно попасть практически куда угодно.

- Значит на ней мы отсюда и уберемся. - твердо произнес парень, хотя ещё сам слабо представлял, как это сделать.

Первым делом нужно было забраться на саму платформу, а значит необходимо избавиться от шипастых щитков с копьями. Он огляделся. Крючья, веревки, натяжные механизмы на дыбах. Пожалуй, с помощью этого можно пробиться через покрытые смертельным ядом защитные слои.

Наскоро привязав один из крючьев в старому, почерневшему от времени тросу, молодой человек приладил тот к зубчатому механизму, некогда похоже служившему, чтобы растягивать своих жертв, пока те умрут в страшных муках. Стальной клюв своего нехитрого приспособления он попытался зацепить за край одного из "лепестков" трона. Крюк с дюжину раз соскальзывал, никак не желая держаться на покатом боку изогнутого щита, пока, наконец, не впился во что-то с внутренней стороны. Обрадованный Викар тут же навалился на рычаги дыбы. Дерево скрипнуло, трос натянулся и почти тут же с тихим шелестом лопнул, ударив размахрившимся хвостом в лоб парню с такой силой что тот, не устояв на ногах, упал.

- Да раздери тебя квапла. - отплевывая изо рта гнилые потроха веревки, тихо выругался Вик. Однако, он быстро отбросил бесполезную сейчас злость и принялся скреплять порванный трос магией. Шина, так неплохо зарекомендовавшая себя в лечении глубоких ран, оказалась удивительно эффективным средством, без труда державшим прогнившие места.

Он попытался второй раз, однако Ялазар внезапно отстранил его в сторону сказав:

- Давай-ка я этим займусь, а нашей очаровательной спутнице пришло время исполнить обещание.

Леадея непонимающе посмотрела на беловолосого гиганта, тот молча кивнул на ногу товарища.

- Ах да! - девушка вспомнила свое недавние недовольство глупостью парней и обещание вылечить поврежденную конечность. - А ну-ка ложись и закатай штанину.

Вик попытался было возразить, что сейчас не лучшее время, однако на этот раз его никто не подержал и ему пришлось подчиниться. Леа сразу же принялась за врачевание, при этом создавалось впечатление, что девушка прекрасно понимает, что делает, хотя лекарем она не была точно. Видя удивление в глазах пациента, она пояснила:

- В Королевствах у Края собраны обширные знания, в том числе по избавлению от самых разнообразных недугов. А так как я большую часть жизни провела в библиотеках, мне удалось почерпнуть из тех фолиантов немало полезного.

Внезапно Вик почувствовал чудовищную боль в ноге, словно кто-то воткнул в неё раскаленный кол, его выгнуло дугой с такой силой, что он приложился затылком о пол. Однако жжение почти тут же ушло, а вместе с тем исчезло неприятное ощущение стягивания, годами не позволявшее ни согнуть, ни разогнуть лодыжку. Он слегка дрожал от пережитой боли, но нашел в себе силы посмотреть вниз, где Леа, забавно закусив язык, сосредоточенно глядела на его, казавшейся совершенно целой, хотя и чересчур бледной от холода, кожу. Нога двигалась, тяжело, неохотно, но свободно и без проблем.

- Моя мать тоже была колдуньей, но не смогла излечить меня. - пытался хотя как-то оправдаться Викар. - И Измаил, жрец храма Бога Вечной Переправы. Да и я ...

- Все правильно, потому что они тебя пытались именно вылечить, а тут надо не лечить, а практически заново выращивать сухожилия и кости, при этом предварительно убрав неправильно сросшиеся ткани, которые и мешали тебе нормально двигаться. Некоторое время будет дискомфорт, словно сильно перегрузил лодыжку, новые ткани приживаются не сразу, но постепенно станешь, как новенький. Но я ещё не закончила, так что лежи смирно.

Они оба вздрогнули, когда по зале разнеся жуткий, режущий слух скрип. Вик с замершей на секунду Леадеей обернулись. Один из стальных лепестков, закрывавших подъемную площадку с троном, оказался отогнут на половину. Повелитель костей подошел к нему и перехватив свой фламберг на манер молота, несколько раз саданул по нему сверху, пригибая его ещё ниже, пока стальная окантовка не коснулась пола. Он усмехнулся:

- Скоро окажемся наверху.

- Если только платформа ещё работает ... - тихо вздохнул Вик, опасавшийся, что за прошедшие годы подъемник мог прийти в негодность. С другой стороны, механизмы, открывавшие потайные двери, были в порядке. Почему же тут должно быть иначе?

Внезапно, веселое бормотание Яла заглушил быстро нарастающий чудовищный гул. Стены, казалось, изогнулись вовнутрь от этого звука, грозя окатить находящихся внутри комнаты людей градом осколков и в этот момент в виски Вика будто бы вгрызлись стальные буры, тщась достать до самого мозга. Он непроизвольно зарычал, борясь с новой, не пойми откуда взявшейся, напастью.

Колокол! Они совсем забыли про него, пока спасались от мертвецов и инфернала.

С потолка зарядил дождь из крошек и многолетней пыли. Кажется, эти камни впервые за все время были вынуждены встретить всю мощь Башни Очищение, прошедшую через гигантские горны Залы Приказов. Пол встал на дыбы, изгибаясь змеей при каждом ударе. Боль, как и раньше заставила съежиться, но на этот раз Вик не утратил сознание. Даже Леадея не упустила нити заклятия, что тянулись к его ноге, лишь закрыв глаза, из которых катились крупные слезы. Она покачивалась взад-вперед, однако не впадала в беспамятство. Кажется сработало, эти пыточные действительно не пропускали большую часть звуков, а те что доносились, шли видимо через редкие, забитые разным мусором, вентиляционные трещины. Главное, чтобы теперь выдержали сами стены.

"Семь, восемь, о боги ..." - резануло в голове Вика, - "... это что, по камням поползла трещина? Или может зрение подводит меня, все вокруг трясется. Девять ... десять ..." - над головами что-то громко щелкнуло, словно лопнул натянутый до предела стальной трос. Одно из креплений, поддерживавших плиты над троном разлетелось на три части, две из которых рухнули вниз, едва не придавив Торунга. Одиннадцать ... двенадцать.

Тринадцать? Где тринадцать? Дыхание Викара дрожало точно так же, как за секунду до того дрожали сами стены, загоняя воздух до предела насыщенный каменной пылью в легкие малыми толчками. Тринадцатого удара нет. Кажется, кончилось, они уцелели. Все ещё слегка задыхаясь, он обвел взглядом свой небольшой отряд.

Леадея, не имея возможности руками убрать мешающую видеть влагу с глаз, яростно терла лицо о мех дырявого плаща, укрывавшего её плечи. Тор выбирался из-под придавившей его к стене громадной стальной скобы. Как всегда, не пострадал от произошедшего лишь Ял, убедившись, что со всеми все в порядке, тут же забывший о случившемся и деловито продолживший свое занятие. Вскоре он закончил проделывать брешь, буквально разворотив часть стального бутона и они с Мрачным аккуратно обследовали открывшееся нутро. Постепенно пыль стала оседать, позволив Леадее так же закончить её работу.

- Ну-ка, подвигай стопой и попробуй встать. - она протянула Вику свою изящную руку, хотя тот сомневался, что девушка удержит его, если он вдруг начнет заваливаться, впрочем, отказываться не стал.

Ощущения были крайне необычные, словно из щиколотки убрали стальной штырь, все годы до этого не позволявший ноге двигаться. Парень очень аккуратно покрутил стопой, попробовал наступить на неё. Немного тянуло, словно высохшая после купания кожа, но в то же время больше ничто не сковывало движения. Чувство свободы, давно забытое и такое окрыляющее, накатило на него. Он вновь мог нормально двигаться!

Встать получилось довольно легко, словно и не было всех этих лет ковыляния, не было мучительных болей, от которых скрипя зубами просыпался посреди ночи. Вик сделал шаг. Потом другой. Радость, переходящая в настоящую эйфорию, наполнили его до краев.

- С-спасибо. - заплетающимся языком и едва сдерживаясь, чтобы не расцеловать скромно улыбнувшуюся девушку, произнес он, но вдруг что-то внутри не выдержало и он заключил ту в объятия, снова прошептав с нескрываемым чувством благодарности. - Спасибо тебе!

Она едва слышно засмеялась, чисто, без натуги или ехидства, как бывало прежде и Вик внезапно увидел другую Леадею, ту, что скрывалась за маской холодной исполнительницы чужой воли, увидел человека веселого и счастливого от того, что смог помочь. Впрочем, она быстро вернула себе серьезный вид и мягко отстранилась, хотя в глазах её продолжали плясать веселые искорки.

- Так, все на борт! - раздался за спиной голос Яла. - Пора отсюда выбираться.

Он попытался присесть на трон, но Тор успел его остановить, отрицательно покачав головой. Правильно, мало ли какие ещё сюрпризы таила в себе эта конструкция, незачем рисковать. Повелитель костей выглядел несколько раздосадованным, но спорить не стал.

Проснувшись между торчащими в разные стороны копьями и миновав отогнутые на манер кожуры фрукта шипастые листы, Вик с Леей поднялись на платформу.

- И что дальше? - спросил молодой человек, безуспешно ища какой-нибудь рычаг или что-нибудь похожее, как вдруг ему на глаза попалась необычного вида сфера, словно бы вплавленная в пол прямо у подножия престола. Она отличалась от сковавшего её со всех сторон камня. Во-первых, тем, что была выполнена из металла, а во-вторых, казалась отполированной до такого блеска, что даже толстый слой пыли с песком не смогли скрыть серебристого блеска боков, покрытых искусной чеканкой. Вик указал на находку. - А это что?

- Рычаг. - коротко ответил Торунг.

- Почему у этого вашего Тирана все рычаги, на рычаги не похожи, то цепи, то камни, то шары какие-то? - пробурчал Ялазар, все ещё с тоской поглядывавший на сиденье. Чего вдруг ему вздумалось притулить свой зад к грязным, старым подушкам было совершенно непонятно.

Мрачный только пожал плечами. Видимо его никогда не интересовали подобные вопросы, вместо этого, убедившись, что все крепко держатся за грядушку трона, осторожно нажал на сферу, проведя ногой в сторону и та тут же пришла во вращение. А вместе с ней, медленно крутясь вокруг своей оси, начала возноситься и платформа. Наверно, это было сделано для того, чтобы правитель мог, не поворачивая головы, окинуть взглядом всех несчастных, попавших в его застенки, однако, с непривычки от подобного действа быстро начинала кружиться голова. Вик вцепившись в резную спинку, изображавшую то ли клубок многоглазых змей, то ли какое-то причудливое растение, постарался сосредоточится на одной точке, мимоходом бросив взгляд сквозь Тонкий Мир.

Инфернал, не унимаясь, пробирался по тонким венам вентиляции, ему оставалось преодолеть всего ничего, однако четверо людей теперь его практически не интересовали, он рвался к оставленной ими в углу колбе с эссенцией. А вот три скелета, гнавшиеся за ними прежде, теперь представляли из себя лишь кучки неподвижных, мертвых костей. Ну хоть какая-то польза от этого неугомонного звонаря.

Над головами затрещало. Три плиты свода стали раскрываться, пропуская платформу. Одна створка шла плавно, поддерживаемая последней оставшейся скобой, а две другие, оной поддержки недавно лишившиеся, едва расцепившись, тут же распахнулись во всю ширь, принявшись безвольно раскачиваться из стороны в сторону. Благо они оказались достаточно далеко от трона, не грозя заклинить его.

Жерло шахты проглотило подъемник, однако мрака не было и дело оказалось даже не в куске ордианской руды в руках Яла, а просто вверху виднелось пятно серого света. Тут же в лицо ударил ледяной воздух, словно звонкая пощечина, заставив щеки гореть. Второй день, находясь в подземельях, более ли менее защищавших от царившей на поверхности зимы, люди успели отвыкнуть от её жгучих поцелуев, а потому сразу принялись кутаться в плащи.

По внешнему ободу шахты, спиралью шел глубокий желоб, возможно предназначавшийся для масла, которое, горя, освещало путь правителю в недра его тайных казематов. Впрочем, долго любоваться окружением не пришлось, довольно скоро платформа достигла конца пути, с тихим щелчком застыв посреди помещения одутловатого купола, пробитого в нескольких местах.

Сквозь дыры в изогнутых стенах, отделанных зеленым мрамором, виднелся раскинувшийся внизу Доридос. Они оказались очень высоко, возможно на вершине одного из шпилей дворца. Отсюда хорошо просматривалась большая часть полиса, теперь казавшегося вымершим в сердце, но вскипевшего шевелящимся валом у внутренних стен города.

На площади внизу, среди покосившихся руин, даже сквозь вновь засеменивший снег, легко различалась громада серого монолитного прямоугольника, казалось не имевшего ни окон, ни дверей. Его венчала открытая высокая колокольня, с четырьмя вытянутыми цилиндрами, между которых было подвешено огромное окаменевшее тело без головы. Судя по тому, что к его рукам с ногами оказались привязаны толстые канаты, трупом похоже и "звонили", ударяя его в покатые стальные бока продолговатых колоколов, висящих рядом. По его груди, а также конечностям проскальзывали зеленоватые змейки остаточной магии, оставляя недолгий фосфоресцирующий след. Кого бы там не вздернули, он похоже был сродни виденной им ранее гидре, одновременно и мертв, и нет, даром что головы лишился.

Тщась рассмотреть, что же происходит вдали, где казалось появилась новая, постоянно меняющая форму, стена, Викар попытался сделать шаг ближе к провалу, как вдруг его ожег чей-то взгляд. Парень ещё сам не до конца понимая, что делает, резко развернулся в сторону, откуда, как ему казалось, на него смотрят. Он не ошибся.

Пока люди молча разглядывали место, куда поднялась платформа, их самих с предельным вниманием изучала фигура, закутанная в великолепный красный кафтан с высоким воротом, закрывающим нижнюю часть лица. Вернее, черепа. Совершенно чистого, без намека на кожу или иную плоть, в черных провалах глазницы, словно бы наполненных смолой, плавали две алые точки, неотрывно следившие за новоприбывшими. Руки нежити, облаченные в перчатки из кипельно-белой кожи, покоились, одна за спиной, вторая, на эфесе элегантной тонкой шпаги, скрытой в притороченных сбоку богатых ножнах.

- Вечный привратник, приветствую тебя. - первым нарушил повисшую было тишину Торунг, однако, с места не сдвинулся, ожидая какая последует реакция. Ответа не последовало.

Судя по напряженной позе, он казалось был немало удивлен подобной встрече. Впрочем, не он один. Сухой холод щипал глаза, но никто не смел отвести взора от неподвижной фигуры в богатых одеждах, казавшейся чересчур яркой в этом царстве мрачного тлена. Существо не было порождением некромантии, но перед ними, без сомнения, стоял мертвец. Живой мертвец. Впрочем, пока попыток напасть он предпринимал и только когда Ялазар потянулся к осколкам у себя под ногами, видимо желая поближе разглядеть те, привратник Тирана пришел в движение. Он слегка продвинулся вперед, выплывая из скрывающей его ноги тьмы, так что стала видна его нижняя часть. Дорогой кафтан оказался широкополым, приталенным плащом, который ниже пояса представлял из себя жутковатую мешанину из алой рифлёной кожи и вшитых, нет даже скорее вросших, в неё десятков черепов. Шпага совсем чуть-чуть, но так, чтобы был понятен намек, выдвинулась из ножен, а взгляд, наполненных жидкой тьмой глаз, впился в повелителя костей. Тот все понял.

- Он вообще разумом обладает или это просто голем? - поинтересовался Ял, тоже уловив, что некромантией тут и не пахнет.

- Привратники, одни из первых стражей Тирана, доказавшие свою абсолютную преданность, за что удостоены сомнительной чести стать его личной гвардией. Живым правитель Доридоса не доверял, мертвым тоже, лишь вот этим созданиям, навеки застывшим на Вечной Переправе, над которыми ни бытие, ни вечность не имели власти. Они служили владыке сколько я себя помню, говорят, даже ещё до появления Талтана.

- И как же параноику можно было доказать свою преданность? - спросил Ял, разгибаясь, так и не коснувшись заинтересовавших его осколков. Они с мертвецом не спускали друг с друга глаз, однако последний, поняв, что имущество хозяина останется неприкосновенным, вернул клинок в ножны.

- Сначала им приказывали казнить весь свой род, а после оборвать свою жизнь, отдав душу в вечное услужение. - подала голос Леадея, стоявшая позади, так же, как и Викар внимательно изучая Тонкий Мир вокруг. - Это довольно распространённая практика, появившаяся ещё со времен подземных царств Века Ночи.

- Попахивает сектантством. - скривился Ялазар.

- Оно и есть. - наконец, Тор решился сойти с платформы, стараясь при этом не задеть ничего из остатков убранства комнаты, благо за прошедшие двадцать лет от него мало что осталось. Привратник не отреагировал. - До появления Талтана власть в полисе зиждилась на обожествлении правителя, старых верованиях, тесно связанных со становлением Пантеона.

Из помещения вело четыре узких прохода, больше напоминавших расщелины в скалах, чем дворцовые коридоры, если конечно не считать возможности выйти наружу через проломы в самом куполе.

- Этот привратник, не просто так тут стоит, судя про его реакции на Яла, он охраняет покои, так ведь? - так же спускаясь с подъемника поинтересовался Вик. - Так почему же он тогда на нас до сих пор не напал?

Высокий ворот скрывал челюсти мертвяка, а потому его голос раскатился придушенным шепотом, но он был столь неожиданным, что все непроизвольно вздрогнули:

- Приветствую Торунг, Мрачный Странник. Тебе не место здесь, как и тем, кто явился с тобой. Такова воля хозяина, покинь эти покои или будешь убит.

- Воля владыки будет исполнена. - в тон ему, без эмоций, ответил Тор, словно соблюдая некий ритуал, без поклонов, реверансов и прочего, но пристально следя за собеседником. - Позволь пройти нам к ...

Он глянул на Викара, словно спрашивая, "куда дальше?"

- Нам надо на север. - ответил парень.

- К северным вратам, враги проникли в полис, а нам нужно доставить срочное послание на стену.

Казалось, привратник на секунду задумался, стоит ли дать пройти или попытаться развернуть незваных гостей. В астрале он выглядел этакой изумрудной медузой, аморфным существом, не привязанным к чему-либо конкретно, ни к одной из стихий, но при этом его "щупальца" раскинулись на многие сотни шагов окрест. Иногда, по этим длинным отросткам пробегали сгустки золотистого света, словно небольшие солнца, заключенные в полупрозрачный туннель. И вот когда очередной такой пучок достиг тела привратника, он, слегка склонив череп, отступил в сторону, указав, до того спрятанной за спину рукой, в сторону одного из проходов.

Подобная сговорчивость, несколько удивляла. В конце концов, судя по количеству останков самых разных существ под ногами и втравленных в одеяния самого привратника, тот не питал дружелюбия к чужакам. Возможно, сказалось присутствие Торунга, хотя и к нему страж покоев Тирана отнесся с немалой прохладой, прибегнув к открытой угрозе.

Вик заметил, что внимание наполненных жидкой смолой глазниц перепрыгивает то на него, то на Яла, при этом совершенно игнорируя Мрачного и Леадею. Он словно бы изучал их и этот взгляд казался полным неприсущего мертвым любопытства, он словно пытался проникнуть им в разум, вскрыть память. Парень тряхнул головой, отгоняя наваждение, возможно вызванное простой усталостью или напряжением последних дней. В любом случае, раз появилась возможность избежать драки, пренебрегать ей не стоило.

Отряд, осторожно обходя привратника, быстро просочился в указанный узкий проход. То и дело в сплошной стене попадались вставки чистейших драгоценных камней. Идущий по коридору мог легко разглядеть, что делается за стеной, а вот снаружи его самого заметить было невозможно, тьма в проходе и особая огранка гнезд для наблюдения не позволяли этого сделать.

Только отойдя на пару сотен шагов, Викар, наконец, решил озвучить свое беспокойство о слишком легко полученном разрешении пройти. Ответил ему как ни странно замыкающий их цепь Тор:

- Согласен, это очень странно. Каждый вечный привратник напрямую связан со своим владыкой и если тот погибает, они следуют за ним.

- Так выходит Тиран жив? - едва не оступившись на резко появившейся под ногами лестнице, спросил молодой человек.

На этот раз Мрачному потребовалось время на раздумье, но никто не посмел торопить его с ответом.

- Навряд ли. - медленно произнес он, хотя даже в его, по обыкновению, сухом сером голосе проскальзывали нотки неуверенности. - Трон Тирана мы обнаружили внизу, а значит и он сам, скорее всего, остался в подземных залах. Дабы никто не смог пробраться в покои к владыке, когда тот был в них, все платформы обязательно поднимались и полагаю блокировались. Относительно же безопасно по замку и городу можно передвигаться, разве что по тайным коридорам, по одному из которых мы идем сейчас.

- А попасть в них можно было только тем путем, которым прошли мы? - уточнил Ял, чей голос оказался задушен необычным пористым камнем стен.

- Да. По крайней мере, до того, как в стенах дворца появилось столько дыр. К тому же, мы не видели больше ни одного привратника, а раньше их было немало, они стояли на страже почти всех внутренних помещений.

- Выходит, либо Тиран все ещё жив, что маловероятно, либо это был не привратник. - подытожил повелитель костей.

- А кто тогда? - удивился Вик.

- Кто-то другой, но очень старающийся выглядеть так, будто ему тут самое место.

В голове тут же всплыла картина черепов, вросших в ткань бардовых одежд, но при этом вокруг не было видно ни одного костяка.

Все это время они ощущали на себе взгляд этого странного существа, неприятно холодящий загривок, пронзающий Тонкий Мир колдовским зрением. Пытаясь избавиться от навязчивого чувства, что его изучают словно какое-то насекомое, парень сосредоточился на том, куда они попали.

Идущий первым, повелитель костей перекрывал собой большую часть очень узкого прохода, тут даже Лее приходилось двигаться в пол оборота, чего уж говорить о мужчинах, вынужденных вообще протискиваться боком. Судя по всему, путь этот проложили не где-нибудь, а прямо внутри стен, так чтобы можно было перемещаться из одной части дворца в другую, при этом оставаясь совершенно незамеченным. Удивительным была даже архитектура прохода. Неровные стены, то сужающиеся, то вновь расширяющиеся пол с потолком, собранные из облупившегося необтесанного камня создавали огромное количество углов и граней. В итоге, взгляд через Тонкий Мир являл смотрящему лишь вид перекрытий, но никак не коридора. За два дня проведенных здесь никто из отряда, ну разве что кроме Тора, даже не догадался о наличии чего-то подобного прямо у себя под носом.

Размышления прервал остановившийся Ялазар.

- Ты чего? - шепнул Вик, тут же прильнув к смотровым камням в стене. По ту сторону оказалось полуразрушенное помещение, едва освещенное копьями света, проникающими сквозь трещины в стенах, сильно занесенное снегом. Похоже они уже покинули пределы замка, оказавшись внутри стен окружавших его домов. Выходит, тайные тропы Тирана не просто прошивали замок, но и продолжали тянуться по всему Доридосу.

- Тут брешь в кладке. Можно выйти наружу.

- А нужно ли? - с сомнением шепнул Вик.

Только теперь он обратил внимание на усилившийся гул, до того скрывавшийся за воем метели. Камень вокруг них откликался едва заметной дрожью, словно где-то неподалеку бежал табун диких туров. Складывалось ощущение, будто сам Доридос пробудился от десятилетий сна. И даже не искушенный в военном деле сейчас различил бы в этом низком гласе полиса песню битвы, развернувшеюся где-то уж совсем неподалеку.

Со всей осторожностью, на которую был способен, Ялазар осмотрел внутренности примыкающего помещения и убедившись, что угрозы нет, двинулся дальше, тем самым соглашаясь, что лучше не сходить с тропы, которую им указали. Куда бы та не вела, но путешествовать через скрытые в руинах пути все же безопаснее, чем идти по открытой местности.

Вскоре стали попадаться новые пробоины, а серую перину липкого снега словно перепахали гигантскими плугами. Кое-где виднелось развороченное земное нутро, из которого, словно гной из нарыва, выплеснулось то, что долгие годы спало в глубинах катакомб. Росчерки стремительных теней то и дело проносились вдоль улиц, перескакивая со стены на стену, и скрываясь в лабиринтах руин, похоже бродячие умели не только ползать, но и летать. А может это были иные чудовища зверинца Талтана, Викар не знал и выяснять это желания не испытывал.

Хотя путь их пролегал в глубине стен разрушенных зданий, практически незаметными снаружи, отряду все же пришлось серьезно замедлить ход. Не хватало ещё привлечь внимание, к тому же, вскоре они оказались в самом эпицентре разыгравшегося сражения.

Вал искажённой эфиром, мутировавшей плоти, перехлестнул через внутренней круг стен, полностью скрыв тот под собой и теперь катился к внешнему периметру. На ум пришло сравнение со спасающимися от наводнения гигантскими термитами, за шевелящимся ковром из которых не было видно самой земли.

Сначала стали попадаться чудища, ещё не отошедшие от удара Башни Очищения, да разного рода подранки, вперемешку с кусками костей и мышц, у которых вообще не было видно конечностей, сплошные зубы, да когти. Они едва шевелились, но все равно упорно ползли вперед. Грохот сражения скрыл шаги небольшого отряда, а сам тайный лаз Тирана находился так глубоко в руинах, что даже звери, каким-то образом оказавшиеся внутри останков домов, не могли разглядеть мелькавшие в узких проломах силуэты людей.

Тонкий же Мир превратился в настоящую пустыню. Из песка мертвых стихий невозможно было бы сплести даже простейшего заклятия. Обычно пронизывающие все сущее, словно вены, потоки магии теперь витали вокруг изорванным погребальным саваном, не в силах восстановить свое течение.

В какой-то момент Вик понял, что если бродячих станет слишком много они просто уничтожат всю магию Кеплера, что тогда станет с миром, жизнь в котором неразрывно связана с Вечным Океаном, трудно было даже представить. И вот они сами выпустили эту чуму на волю, позволив ей покинуть колыбель, в которой та дремала долгие годы. Что-то подсказывало молодому человеку, что Земли Печати Отмщения теперь точно обречены на полное вымирание.

Вокруг начал твориться настоящий хаос, звуки битвы, в которые вплетались крики людей и рев монстров, изредка перекрываемые грохотом падения очередного пика спасшихся. Вернее, венчающего его глиняного купола, так как их основания - острые сталагмиты из неизвестного камня, созданного ещё до Рубикона, оказались просто неразрушимыми, легко выдерживая вес десятков разномастных тварей, каждая из которых была размером с добрую хижину.

Сталкеры даже не помышляли сбиться в крупные, способные дать хоть какой-то отпор ватаги, вместо этого они принялись резать друг друга, бросая раненых на поживу бродячему ужасу. Не забывая правда при этом прихватить добро преданного ими товарища, да ещё нередко сопровождая все это смехом, заглушаемым лишь проклятиями того, кого они обрекли на участь хуже, чем смерть. От подобного зрелища Вика аж передернуло. Волна отвращения к подобным поступкам на время заглушила страх быть обнаруженными. На ум пришло, что ведь и Седой не так давно мог спокойно ударить им в спину, оставив на поживу чудовищам, однако атаман этого не сделал, довольствуясь лишь отступлением. Да и после дал им спокойно уйти, хотя ведь по взгляду Ори было понятно, тот не одобряет подобного решения. Все-таки было в наглом старике что-то, что отличало его от всей этой падали, сейчас спасающейся бегством к внешним стенам, готовой без раздумий убить любого, если это позволит им прожить ещё хотя бы немного.

Стоило Викару подумать так, как его внимание в тот же миг привлекла небольшая группа воинов, стоящая на остатках одного из пиков спасшихся и уже со всех сторон окруженная шевелящимся клыкасто-когтистым ковром. Они стояли высоко, подняв свои изорванные почерневшие стяги, украшенные длинными исписанными отрезами кожи, мрачными печатями клятв и хотя с такого расстояния деталей было не разобрать, внешний вид выдавал в них фанатиков Алого Дня. Они отдавали бою самозабвенно, без страха или сомнений, словно находились пред троном Пантеона, полные решимости доказать свою абсолютную веру, любой ценой. И похоже Бог, которому ревнители веры возносили молитвы, не переставая орудовать своими жуткого вида орудиями смерти, простер над ними свою длань. То, что реки стихий вокруг давно умерли, превратившись в сухой тлен, наполнивший теперь тела детей Талтана, казалось их нисколько не тревожило. Сияние мощи, идущей из-за пределов мира смертных, разливалось окрест ослепительной аурой, защищающей храмовников и испепеляющий их врагов.

- В жизни такого не видела. - прошептала, кажется, пораженная до глубины души Леадея, смотря сквозь узкую щель в стене на развернувшуюся битву. Её взгляд впился в мужскую фигуру, закутанную в тяжелый кожаный плащ с глухим капюшоном, перехваченный множеством широких ремней с фетишами, амулетами и клинками, стоящую в самом центре битвы. Правая рука того сжимала длинное копье с наконечником полумесяцем, описывающее вокруг него широкие дуги, разя подобравшихся слишком близко врагов. Левая же по локоть была объята белым пламенем, то и дело срывавшегося на головы бродячих, испепеляя их тела. Рассыпающиеся пеплом костяки десятками летели вниз, хотя и не погибали окончательно. - Всегда полагала, что Боги не охотно делятся своей силой.

- Только если их "щедрость" не окупится сторицей. Пантеон не просто стоит на слепой вере, он зависит от её силы, причем даже один, но истово верующий апостол, способен поддерживать в предвечном жизнь. - Ялазар мотнул головой в сторону сплошной стены изуродованных алхимическими экспериментами тел, видимо имея ввиду то, что сейчас происходило за ней. - А когда таких верующих несколько, когда они способны сокрушать врагов, от которых все прочие могут лишь бежать, представь сколько будет басен и легенд об этом? Спасшиеся расскажут о случившемся, не преминув к тому же приукрасить.

Перебравшись через вставший буруном пол, видимо кто-то немалых размеров недавно прополз под ним, едва не разворотив камни, Викар протянув руку Лее, помогая той перебраться следом, произнес:

- Главное, чтобы сами герои рассказа потом не испортили все впечатление, они же, я так понимаю, теперь будут считать себя избранными.

Послышался сдавленный смешок, повелитель костей едва сдержался чтобы не расхохотаться:

- Хорошая легенда ценится выше жизней смертных, пусть даже и беззаветно преданных. Участь этих фанатиков уже предрешена, они должны ярко вспыхнуть, привлечь внимание, а после, навсегда исчезнуть, оставшись в воспоминаниях образом силы, жестокости, непобедимости, ну или чего там хотел бы их Бог показать.

Прильнув к смотровым камням, Викар обратил внимание, что они уже миновали основное поле битвы и пик спасшихся с находящимися на его вершине храмовниками, теперь напоминал одинокий риф посреди разразившегося штормами моря плоти и костей. Однако, стоявшие на его вершине даже не помышляли прорываться вслед уходящим сталкерам, похоже действительно надеясь победить в этой безнадежной битве. Под ними гора, из едва шевелящихся опаленных тел, достигла высоты почти в три человеческих роста, но количество чудовищ вокруг не думало уменьшаться, из подземелий выплескивались все новые орды жертв придворного алхимика.

Попытка посмотреть сквозь Тонкий Мир обернулось для Вика вспышкой резкой боли в голове. Он вскинул ладони к лицу в бесплодной попытке защитить глаза от нестерпимого сияния веры, источаемой фанатиками, но физическое тело не способно было укрыть разум от потустороннего огня, разлившегося далеко окрест. Из черно-ржавой пустыни мертвой магии, оставленной бродячим ужасом били ослепляющие протуберанцы, не иначе как рожденные в реальности самих Богов. Вик узнал эту силу, так как однажды ему уже не посчастливилось заглянуть в мир предвечных, полный хаоса, разбитых видений и грез сошедших с ума небожителей. Через силу он схлопнул око, тяжело привалившись к стене, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Смертный был не в состоянии выдержать подобной мощи долго, она иссушала не только тело, но саму душу. Те, кто сейчас упивался дарованной Пантеоном силой, не могли не знать этого.

- Они обречены. - едва шевеля губами, прохрипел парень. Даже мимолетного взгляда на происходящее стало достаточно, чтобы почувствовать, будто жизнь из него вычерпали едва ли не досуха. - Неужели они это не замечают, это же как воронка, которая дробит, ломает твою душу.

Остановившийся перед очередной брешью, Ялазар, ожидая момента, когда можно будет безопасно проскочить разрыв, не привлекая внимания, спокойно ответил:

- Скорее, как песочные часы, в которых ты являешься горловиной, через которую в наш мир проистекает мощь Богов. Вот только песка становится все больше и его давление рано или поздно разорвет тебя. И да, фанатики этого не замечают, в грезах они уже стали аватарами, избранными, апостолами, просто не желая осознавать, что обречены. Это рок всех культистов, даже если те истово верят в добродетельность своих поступков.

Последние слова Ял произнес едва слышным шепотом, растворившимся в звуках бушующей совсем рядом резни. Однако, Викар все же услышал, немало удивившись:

- Тебя послушать, так нет разницы, спасают они всех подряд или спускают с ещё живых шкуры.

- Поверь мне, грань между этими двумя крайностями гораздо тоньше, чем ты думаешь. В абсолютном свете видно не больше, чем в абсолютной тьме. Он лишь жжет и ослепляет. - тихо ответил повелитель костей, судя по отрешенному голосу, пребывая мыслями где-то очень далеко. Однако, он не позволил себе слишком надолго погрузиться в раздумья. - Мы для Богов и прочих сильных мира сего, всего лишь расходный материал, поэтому стоит относиться ко всякой выспренной мути, как к походу на базар, ты - мне, я - тебе. Не ударяясь в крайности и не позволяя слепой вере затмить истину.

Разъяснять подробней он не стал, так как лаз все больше терял свою форму, превращаясь из узкого прохода, в нагромождение камня и обледенелой земли. Если раньше попадались дыры в стенах, то теперь впору было говорить, что на пути попадаются останки стен. Благо путь все чаще нырял под землю, пробиваясь через подвалы и схроны, выстроенные на фундаменте ещё древними мастерами, до Рубикона. Никак иначе, то, что они уцелели, объяснить было невозможно.

По мере приближения к границам полиса, выяснилась ещё одна неприятная новость. Помимо нашествия бродячего ужаса, появилась новая опасность, с которой их отряд уже сталкивался в глубинах дворца Тирана - мертвые. Все те замерзшие трупы, раздробленные до неузнаваемости костяки, останки давным-давно пропавших авантюристов, тенями прошлого, поднимались из руин. И первое, что они пытались тут же сделать, это убить оказавшихся рядом живых.

Такого поворота, едва спасшиеся от бродячих, сталкеры явно не ожидали, но Вик вынужден был отдать им должное, покорно принимать смерть никто из них явно не собирался. С ходу врезаясь в ряды новых врагов, небольшие отряды прорубались к выходу из города.

- Откуда тут столько мертвецов? Я думал бродячие поглощают тела своих жертв? - Вик насчитал уже не меньше трех десятков оживших костяков, а ведь во время похода ко дворцу им попалось на глаза лишь несколько давно замерзших тел.

- Трупные ямы уже близко. Скоро выйдем к стене. - коротко напомнил Тор.

Можно ли убить того, кто уже мертв? Наверное, нет, размышлял Викариан, наблюдая как, только что развороченный могучим ударом двуручного молота, скелет, с погнутыми во множестве мест латах, вновь собирается воедино и пытается встать на ноги. Лишь для того, чтобы новый удар размозжил ему череп в костяное крошево. Но даже это не задержало вырванного из посмертия на долго, через минуту он уже снова стоял на ногах, пусть и лишившись головы.

Однако, тут же выяснилась ещё кое-что интересное, оказывается, бродячие и мертвяки друг друга тоже не жаловали, а потому вскоре у начавшей было стихать битвы словно открылось второе дыхание.

Из верхнего окна покосившегося здания напротив вырвалась костяная стрела, больше напоминающая закрученный штопором зазубренный рог и дико взвизгнув, понеслась, казалось, прямо в голову Вику. Тот инстинктивно присел, но снаряд оказался пущен не в него, а чуть выше, в кого-то, кто сейчас шел на втором ярусе прямо над ними. Короткий вскрик, удар тела о камень, хрип и упавший к ногам парня окровавленный чекан. Все застыли на мгновение, пытаясь в реве творящегося вокруг ада, скрежете, грохоте ударов, рыка и предсмертных криков различить, не пришел ли их черед хвататься за оружие. Но время шло, а на их спрятанное между тремя наползающими друг на друга седыми промерзлыми барханами укрытие никто не покушался.

- Лич, кажется, решил, что от мертвых наемников будет проку больше, чем от живых. - негромко усмехнулся своим мыслям Ялазар. - Особенно после того, как мы практически были у них в руках, а они нас упустили.

- Разумно. - согласился с ним Тор. - Зачем ему те, кто может поддаться страху или стать рабом сомнений, когда их можно превратить в марионеток, полностью послушных его воле.

Викар не стал продолжать поднятую тему, отметив про себя, что до сих пор им невероятно везло, на пути, по которому их отправил Вечный Привратник не попалось ни одного врага, что замедлил бы их или заставил сменить направление. Такое положение дел, казалось бы, должно было его радовать, однако с каждым пройденным шагом внутри крепло необъяснимое чувство беспокойства.

За этими мыслями он не заметил, как ход, по которому они шли, внезапно оборвался, выходя во двор-колодец между примыкающими почти к самой внешней стене домами. Здесь не было перекрытий верхних ярусов, отчего небо, затянутое свинцовыми тучами, нависало над головами тяжелым пологом. Со стороны соседних улиц доносились звуки боя, но само это место оказалось надежно спрятано от глаз. До желанной свободы оставалось каких-то пара десятков шагов, на противоположной стороне виднелся частично перекрытый завалом проулок, а сразу за ним - цель их похода - каменный пояс, охватывающий Доридос.

И все бы было великолепно, если бы не одно "но". Прямо в середине этого оазиса шло свое, маленькое, сражение. Два порождений смерти нападали на высокого широкоплечего рыцаря, облаченного в великолепный стальной доспех, покрытый искусной гравировкой. Плечи его укрыл тяжелый кольчужный плащ, под ним виднелись наползающие друг на друга пластины кирасы, а от пояса до земли, скрывая поножи, тянулась чешуйчатая юбка. В руках тот держал весьма необычного вида меч. Тонкий, шириной в два пальца, слегка изогнутый, с острым наконечником, однако размером почти превосходящий своего владельца, при этом, судя по всему, довольно легкий, так как воин без труда обращался с ним одной рукой. Лезвие, покрытое той же чеканкой, что и доспехи, рассекало воздух с невероятной скоростью, превращаясь во время удара в размытый блик, едва различимым глазом.

Судя по количеству усеявших глубокий снег останков мертвяков, противостояние длилось уже какое-то время, причем слуги Лича, павшие здесь, не спешили обретать новую жизнь, продолжая валяться вокруг изрубленными кусками гнилого мяса и костей. Впрочем, последние двое, оставшихся в живых, если так можно сказать о нежити, даже не помышляли отступать.

Первых из них был побуревшим от времени скелетом, облаченным в необычную мантию из вороньих перьев, а за треснутыми ребрами его грудной клетки бушевало сердце гнилостно-зеленого пламени. Он парил над землей, вместо кистей его руки оканчивались бугристыми наростами, напоминающими комки расплавленного воска, объятые все тем же пламенем. С них то и дело срывались шары колдовского огня, метя в стоящего на земле незнакомца в вычурных доспехах. Тот без труда, даже словно бы с некой ленцой, уходил из-под удара, позволяя заклятиям бить в землю совсем рядом с ним, оставляя на той проплавление коричневые плеши из вскипевшей грязи и испарившегося снега.

Второй слуга Короля Мертвых, находясь в проеме окна второго этажа, выглядел ещё более необычно и больше напоминал демона, а вовсе не нежить. Лицо его обрамляли растущие крест на крест, прямо из центра лба, четыре широченных рога, охватывающие скуластую морду на манер шлема, оставляя открытыми лишь горящие адским пламенем глаза. Плащ с высоким воротом, сшитый из тонких полос кожи, полностью скрывал его фигуру, которая, к тому же, виделась как бы через марево, расплывалась, словно одновременно находясь в материальном мире и за его пределами. Вокруг него прямо в воздухе парили сияющие колдовские конструкции в виде многоугольных звезд, то и дело исчезая, но тут же появляясь вновь уже под ногами рыцаря. Одни, порождали в воронки, другие, зыбучий песок, третьи, извергали из себя гейзеры пламени, щедро орошая обледеневшие стены яростно шипящей рыжей субстанцией, быстро остывающей на холодных камнях, становясь черными недвижимыми кляксами.

Однако и это не приносило их противнику больших неудобств. Затягивающие ураганы лишь трепали серебристый гребень плюмажа на его шлеме, проваливающаяся под ногами земля тут же вспучивалась лопающимися пузырями, словно бы отторгая отраву. Да и всех прочих ловушек он избегал с той же легкостью, с которой уворачивался от сфер зеленого пламени. При этом сам явно намеривался покончить с докучливыми мертвяками как можно скорее, быстро сокращая расстояние до парящего на высоте нескольких человеческих ростов скелета.

Зрелище было крайне необычным и потому Вик не сразу понял, что кто-то тянет его за плечо. Леадея рывком вернула его в реальность:

- Пошли, чего встал. Пока они заняты, можем проскочить.

Торунг уже скользнул сквозь пролом, видневшийся в стене левого здания, напоминавшего сильно покосившуюся круглую башню. Девушка намеревалась последовать за ним и только Ял с Виком продолжали стоять, пялясь на открывшуюся перед ним картину. Видя, что молодой человек внял её словам, она попыталась сдвинуть с места повелителя костей, но тот, словно прирос к земле, не отрываясь глядя на происходящее.

- Да чтоб тебя дух Подземных Царств сожрал, идем уже! - зашипела сквозь зубы рассерженная колдунья, безуспешно дергая беловолосого гиганта за плащ.

Проследив за взглядом товарища, Викариан понял, тот не просто очень внимательно следит за происходящим, а сосредоточен конкретно на фигуре с длинным мечом. И чем дольше он глядел на неё, тем меньше в нем оставалось обычной веселости, лицо же постепенно превращалось в каменную маску, перечеркнутую злобным оскалом.

Объект столь пристального внимания Яла, казалось, их даже не замечал, полностью сосредоточенный на жертве, к которой неумолимо приближался. К нему устремилась одна из сияющих многогранных конструкций рогатого, но рыцарь небрежно отмахнулся от неё своим оружием и та, дрогнув, будто рассеченный на две половинки стяг, тут же, с громким хлопком, исчезла, осыпав несостоявшуюся жертву снопом кауровых безвредных искр.

В левой руке воина появилось нечто, вроде небольшого гарпуна на цепи и он резко крутанулся на месте, увернувшись от очередной зеленой сферы, метнул крюк в парящий над его головой пернатый костяк. Тот было бросился в сторону, но резкий рывок руки в стальной перчатке и вот уже по цепи пошла волна, заставляющая яростно сверкнувший наконечник, изогнувшись, словно жало скорпиона, ударить в сторону пытавшейся сбежать жертвы.

Острое лезвие с хрустом пробило грудную клетку, вонзившись прямо в пылающее сердце. Нижняя челюсть безглазого черепа распахнулась в беззвучном крике, ловчий же, не позволяя противнику прийти в себя, что есть силы рванул гарпун обратно. Черные перья плаща полети в разные стороны, когда парящий мертвец рухнул вниз, где его уже ждал восходящий удар длинного меча. Лезвие прошло сквозь кости, будто совершенно не встречая сопротивления и рассыпающиеся на лету кости коснулись земли полностью лишённые даже того извращённого подобия жизни, которым обладали ещё мгновение назад.

Все произошедшее заняло не больше одного удара сердца, а т-образная щель забрала рыцаря повернулась к рогатому колдуну. Глаз в глубине шлема увидеть было невозможно, но Викар буквально кожей чувствовал, что приговор порождению смерти уже вынесен и палач с серебряным плюмажем готов исполнить его. От мыслей парня отвлек болезненный тычок в локоть:

- Хватит пялится, помоги его увести. - Леадея отчаялась сдвинуть Яла с места, впрочем, интуиция подсказывала, что даже из совместных усилий не хватит, чтобы увести его отсюда. Тор внимательно следил за происходящим, уже находясь на противоположной стороне двора-колодца и Вик для острастки совести попытался помочь девушке. Как он и ожидал, сдвинуть с места повелителя костей им не удалось, только сам, поскользнувшись, упал в снег, пропустив момент, когда неизвестный воитель в прыжке, просто невероятном для облаченного в полный доспех человека, достал-таки последнего противника самым кончиком своего меча. Но тому хватило. Рогатый, издав душераздирающий вопль, вспыхнул, словно сухой пучок соломы, обдав все вокруг себя ярким пламенем, от жара которой растаял не только окружающий снег, но и затвердев, потрескалась жижа под ногами.

Впрочем, самого убийцу огонь не тронул, густой волной обтекая того вокруг, лишь взметнул тяжелые полы укрепленного кольчугой плаща, при этом явив свету тяжелый литой наплечник. Комок застрял в горле Викара, которого отделяло от рыцаря всего несколько шагов, когда он скользнул взглядом по этой части доспеха незнакомца. Тонкие, но хорошо различимые черные строки вились по выпуклой, начищенной до блеска, стальной пластине.

"Рождённые в огне, закаленные кровью.

Мы - пламя, выжигающее порчу колдовства.

Мы - рок малефиков.

Мы - Подавители."

Он уже видел этот девиз, вернее часть его, причем не где-нибудь, а на броне самого Ялазара. Взгляд через Тонкий Мир подтвердил догадку. Незнакомец выглядел черным рифом, вознесшимся из глубин моря магии, омываемый ею, но неподвластный дыханию Эфира. Охотник на магов, несущий смерть любому, кого коснулся Вечный Океан. А значит вообще всем вокруг.

Стоявший в пол оборота воин с серебряным плюмажем медленно повернул к ним свою голову. Смотровая щель на покатом глухом шлеме уставилась точно на них. Леадея тихо пискнула, спрятавшись за широкой спиной Яла и следом уже Вик ощутил на себе, что так напугало колдунью. Непередаваемая ненависть стала практически осязаемой, обожгла разум, даже редкие стихии, ещё пока не уничтоженные бродячими, прянули прочь, лишь бы не сталкиваться с этим взглядом.

Наконец, воин развернулся к ним, попутно намотав цепь с гарпуном на левую руку и изящно крутанув меч, беря его обратным хватом, уводя лезвие за локоть так, чтобы наконечник возвышался над плечом.

Шелест стали заставил Викара на секунду оторвать глаз от подавителя, заметив, как Ялазар тянет из ножен свой двуручный фламберг. Его оружие было шире и тяжелее, но почти на локоть короче, что на открытом пространстве могло сыграть решающую роль.

- Ты же не собираешься с ним драться?!

При всем уважении к мастерству товарища, Викар сильно сомневался, что у того будет шанс против такого противника. В конце концов, перед ними сейчас стояло существо, которое из года в год, ежедневно, оттачивало умение убивать. Да, Ялазар и сам когда-то был таким же, но давно сошел с пути палачей Кеплера. И пока его бывшие братья вели свою Жатву, искореняя любую жизнь, что встречалась на их пути, он избрал судьбу обычного авантюриста-наемника. Тоже не самая спокойная доля, но даже близко не похожая на участь подавителей, для которых желание убивать оскверненных Семенем Порчи, было сродни умению дышать.

- Нет выбора. Это ловушка, нас сюда завел чертов привратник. Не думал, почему на всем пути не попалось ни мертвых, ни живых, а путь вел только вперед, не позволяя даже отклониться в сторону? - слова казались полны смысла, но тон, которыми они были произнесены, не оставлял сомнений, не логика толкнула повелителя костей обнажить клинок. Лед голоса разорвали рычащие трещины, пробивающегося сквозь остатки самообладания гнева.

Волнистое лезвие поднялось в позицию для удара, Ялазар шагнул вперед, даже не заметив, как потянул с собой Вика с Леей, продолжавших держать его за плащ.

- Я пришел за порченой кровью, апроксис, с тобой нам делить нечего. - голос подавителя прозвучал негромко и совершенно безжизненно, словно это заговорили камни мертвого города, а не живое существо. Острие гарпуна, который он теперь лежал в руке на манер короткого кинжала, указало на застывших за спиной Ялазара.

Ответом ему стал скрип костяных рукавиц, крепче сжавших рукоять фламберга, уже начавшего над головой широкую дугу размаха. Вести разговор повелитель костей был явно не намерен. Если тот что и сохранил из своей прошлой жизни, так это умение ненавидеть, по-настоящему, до самой глубины души и теперь это чувство было обращено против тех, кто его выпестовал в душе Яла.

Стон рассекаемого лезвиями воздуха, окончился звоном столкнувшегося металла. Скользнув друг по другу, клинки начали новый заход, встречаясь снова и снова. Однако, подавитель не позволял своему противнику в полной мере использовать преимущество в весе оружия, предпочитая отклонять удары, а не встречать их силой. Попутно, он то разрывал дистанцию, пользуясь тем, что его меч был длиннее, то резко сокращал, используя гарпун.

Викар видел, товарищу сейчас приходилось очень нелегко. Его бывший собрат практически сразу перехватил инициативу в бою, навязывая нужный ему темп и движения. Происходящее напоминало быстрый танец с массой резких движений, наскоков и уворотов, когда один танцор постоянно пытался сохранять определенную дистанцию, а второй делал все, чтобы этого не произошло.

- Взгляни на себя, брат-сержант, ты ослаб, порча мира берет над тобою верх.

Серебряный плюмаж с великолепной грацией порхнул назад, когда подавитель в очередной раз, без труда, ушел от рассекающего удара. Сам же он выбросил правую руку вперед и длинный меч, почти не встречая сопротивления, пробил костяную кирасу в районе сердца. Алая струйка обагрила белый панцирь, едва тонкое лезвие вышло из проделанной им бреши. На секунду показалось, что вот и конец скоротечному бою, но Ялазар даже не заметил раны. Сквозь его стиснутые зубы вырвался звериный рык нечеловеческой ярости, он бросился вперед и тут же подавитель повторил его движение, метя острием гарпуна в печень. Лишь пущенная Торунгом стрела вынудила нападавшего отскочить в сторону, не нанеся смертельный удар. Впрочем, положение это спасло ненадолго, на таком расстоянии Ялу оставалось лишь отбивать шквал сыплющихся на него быстрых, коротких выпадов, даже не помышляя, чтобы нанести удар самому.

Сильно не хотелось признавать правоту подавителя, но его слова лишь вторили мыслям самого Викариана. Силы оказались явно неравны. Нужно было спасать товарища. Скьявона рывком вылетела из ножен, ибо вряд ли его жалкая магия способна хоть сколько-нибудь серьезно навредить такому врагу.

Но стоило ему сделать всего лишь шаг по направлению к схватке, как рухнувший откуда-то сверху длинный меч едва не рассек его пополам, парень даже не успел вскинуть оружие для защиты. Спасло его то, что он ещё не успел выйти из-под нависающего над ним каменного козырька и лезвие, выбив из того серые осколки, слегка изменило свой курс, ударив не в голову, а по грудной пластине кольчуги. Гномский булат выдержал эту встречу достойней, чем костяная кираса, оставив себе на память лишь едва заметную засечку. Возможно, причина заключалась в том, что оружие подавителей изначально делалось против порождений Вечного Океана, а броня Ялазара была практически полностью творением магии.

- Меня печалит, что ты предпочел высшему предназначению якшание с порчеными. Твое отречение, сын Уграна, стало печальной потерей для ордена. - ледяным тоном произнес подавитель, резко отскакивая назад, уклоняясь от очередной стрелы, что не найдя цели, щелкнула о ближайшую стену. Он отступил назад так, чтобы все противники оказались в его поле зрения и закрыли его от очередного выстрела.

- Ложь. Вы не знаете, что такое чувствовать печаль или боль потери, ублюдок. - громыхнул в ответ Ялазар, его меч, описав в воздухе полумесяц, рухнул на врага с такой силой, что тому ему едва удалось уклониться, отступив на ещё на шаг. Тор только этого и ждал. Две стрелы устремились прямо в забрало подавителю, однако, тот небрежно, склонив голову набок, пропустил их мимо.

Оказавшийся за спиной своего товарища, без устали крутящего вокруг себя здоровенный меч, Викар откровенно не знал, что теперь делать. При таких размашистых ударах его самого могло зацепить, а пытаться обойти врага сзади не получилось бы, для этого придется покинуть дворик, да миновать другое поле боя, где схватились мертвяки со сталкерами. И даже удайся такой маневр, его уровень владения мечом просто смешон по сравнению с навыками рыцарей ордена.

Двигаясь так, словно он и не облачен в полный стальной доспех, подавитель провел ещё несколько выпадов, завершившихся быстрыми отскоками и на животе Ялазара, а также левой руке у локтя появились свежие раны. Кажется, он вовсе не стремился убивать своего заблудшего собрата, не испытывая к нему той ненависти, что совсем недавно обожгла Викар с Леадеей. Впрочем, сам повелитель костей его чувства не разделял и после каждой новой раны наседал со все большим остервенением.

- Сдохни, мразь! - прорычал Ял, совершив отчаянный рывок, как только заметил, что противник уперся спиной в стену и не сможет больше отпрыгнуть назад.

Старая кладка взорвалась осколками промерзлого камня, вперемешку с серой пылью в том месте, где только что стоял подавитель. Сам он, поднырнув под лезвие, очутился за правой рукой Яла и с силой вогнал гарпун тому в спину, правда тут же столкнулся нос к носу с Виком. От такой неожиданности, последний на секунду опешил, за что тут же поплатился. Локоть левой руки рыцаря, на обратном ходу, со всей силы заехал в лицо молодому человеку, отправив того в не затяжной полет, окончившийся на груде костей, некогда бывшей пернатым мертвяком. Если бы не стрела Торунга, снова отвлекшая на себя внимание, на этом жизнь Вика могла бы и окончиться.

Взвыв разъяренным туром, Ял пустил оружие по широкой дуге вокруг себя, цепляя лезвием стены и выбивая из них крошево осколков. Внезапно, вместо того, чтобы как всегда пустить удар по скату, подавитель принял его на узкую гарду своего меча. Перехватив тот второй рукой, сделал два молниеносных оборота, буквально выкручивая фламберг из ослабевшей после стольких ранений хватки. Резкий рывок в сторону и тяжелый клинок с волнистым лезвием летит далеко в сторону, оставляя повелителя костей безоружным.

- Ялазар, что же этот мир сделал с тобой? - голос был все таким же безжизненным, но сам смысл слов стал иным. Казалось, подавитель напрочь забыл о пытавшемся отползти у него из-под ног Вике и сжавшейся за ближайшей колонной, дрожащей от страха Леадее. Ещё одна стрела Тора и лишь короткий поворот корпуса, с великолепным хладнокровием пропуская снаряд мимо. Рыцарь не сводил глаз с закованного в белую кирасу, испятнанную дорожками темно-алой крови противника, который даже и не думал сдаваться. - Ты и раньше гонялся за своими снами, но теперь цель твоих поисков меньше, чем призрак. Отринь былое брат. Идем со мной, круг крови излечит твою душу.

- И я вновь стану подобным тебе. Стану жить ради Жатвы. Забуду, что такое быть человеком, забуду ... - кулаки Яла сжались до хруста, ему перехватило дыхание и он закашлялся.

- Что такое быть порченым. Да. Но никто больше не будет тревожить твои сны, никто не смутит разум. Отпусти свое прошлое, оно делает тебя уязвимым, заставляет совершать ошибки и теперь герольд Темного Короля знает твою слабость. Ордену известны детали твоей сделки со слугой Антемоса. А раз так, то скоро это и остальным станет известно. - он кивнул себе за плечо туда, где пряталась трясущаяся девушка, похоже на что-то намекая. На мгновение повисла пауза, словно рыцарь побоялся закончить мысль, но все же, в конце концов, решился. - В том числе некромантам, ты же знаешь, если нужно вернуть заблудшего брата, курфюрсты ни перед чем не остановятся.

А вот это, кажется, уже была неприкрытая угроза. При последних словах Ял дернулся, будто его ударили хлыстом. Если до этого в его взгляде была лишь злость, выжигающая любые попытки собрата достучаться до него, то теперь в них не осталось вообще ничего, кроме желания убивать. Он бросился вперед, широко расставив руки.

Тонкое лезвие протяжно свистнуло, ударив сбоку, первый раз попав в подставленный стальной наплечник с частично сохранившейся клятвой ордена, не причинив особого вреда. Однако, тут же последовал второй выпад, пробивший насквозь костяной панцирь и глубоко вошедший в тело беловолосого гиганта. Последнего это не остановило и он буквально насадил себя на пронзивший его клинок, левой рукой схватив тот за гарду, не позволяя противнику высвободить завязшее в его теле оружие. Не сбавляя скорости, Ялазар врезался в подавителя, приподняв над землей и с силой тарана впечатал того в стену. Старый камень после всего произошедшего даже и не думал сопротивляться, позволяя двум сцепившимся гигантам провалиться в обледенелые внутренности руин.

Повелитель костей оказался сверху и теперь, не опасаясь что противник сможет от него ускользнуть, молотил того обеими руками с такой чудовищной силой, что каменная сталь, из которой была выкована броня подавителя, начала гнуться. Последний, кажется поняв, что время увещеваний окончательно прошло, не оставался в долгу. Хотя длинный меч теперь был совершенно бесполезен, острие гарпуна раз за разом вонзалось в правую руку и бок повелителя костей, превратив их в сплошное месиво из крови, плоти и осколков панциря. Но амок позволял не замечать, казалось бы, смертельных ран.

- Теперь я вижу, Хранители Мудрости были правы, отправив вас в ту деревню. Тебе дали шанс искупить предательство, но похоже они опоздали с этим решением. Миражи Кеплера пустили корни слишком глубоко в твоем сердце ... апроксис. - ледяной голос то и дело прерывался ударами, выбивавшими воздух из легких рыцаря, но кажется ему было необходимо произнести эти слова, словно убеждая самого себя, что иного пути разрешения случившейся встречи, кроме как гибели одного из них, нет.

Ничего не ответив, Ял ухватился за края т-образного забрала, что есть силы потянув те в стороны, лишая защиты голову противника и тут же получил укол в область шеи отчего фонтан рубиновых брызг, оросив часть его лица, щедро плеснул на серый снег. Повелитель костей захрипел, но хватки не ослабил, правой рукой удерживая голову врага, чтобы тот не мог увернуться, левой же принялся впечатывать кулак в более ничем не защищенное лицо подавителя. Тот пытался закрыться, но как оказалось, хоть он и был более искусным мечником, в рукопашной схватке он серьезно уступал.

То, что начиналось с грациозного танца двух искусных фехтовальщиков, заканчивалось в крови и грязи под аккомпанемент хриплого рычания. Израненные тела удерживались на краю смерти лишь нечеловеческой волей сражающихся, для которых собственная жизнь значила меньше, чем их долг. Викар подобрав свою, так и не пущенную в ход, скьявону растеряно наблюдал, как костяная перчатка, удар за ударом, перемешивала содержимое развороченного шлема, с покрасневшим от крови серебряным плюмажем, в однородную массу. Бледная, более обычного, Леадея выглядывала из-за колонны, впившись в свой сейчас бесполезный посох так, будто он был корнем, за который она успела ухватиться, уже летя в пропасть. Даже Торунг поднялся во весь рост в окне второго этажа, наблюдая за происходящим.

Постепенно сопротивление подавителя становилось все слабее, пока, наконец, рука, тщетно пытавшаяся закрыть лицо, безвольно не упала рядом, а стальной клюв гарпуна, вонзившийся последний раз, не застыл в теле жертвы.

Все кончено. Ялазара била мелкая дрожь, его тело покрывали десятки ран, правый бок напоминал багровые торосы на замерзшей реке, из левого, пробив тот насквозь, торчал длинный меч.

- Сдохните твари. Сдохните все ... ублюдки. Сдохните.

Уловил слух Викариана едва слышный шепот, когда он решился подойти чуть ближе. Он и раньше видел, как маску жизнелюбия с частой легкой полуулыбкой сменяла темная сторона его товарища. Но никогда прежде от повелителя костей не исходило такой незамутненной ненависти, никогда, даже перед лицом смертельной опасности, он не впадал в боевое безумие. Хотя, что в общем-то о нем действительно известно? Ведь даже то, что он некогда был подавителем, рассказал вовсе не сам Ял, а Рах, заметивший вытравленные на его наплечники слова древней клятвы.

На ум молодому человеку пришел короткий рассказ о том, как повелитель костей покинул орден. Он говорил, что присягнул герольду Черного Короля в надежде обрести силу, что поможет отомстить за павших, спасти их от участи стать марионетками в лапах зла. О битве, где погиб весь его отряд. Что остался тогда один на один со своей местью и долгом, а помощи ждать было неоткуда. Вик всегда полагал, что речь идет о его боевых товарищах, рыцарях ордена, убитых колдунами.

Однако сейчас молодой человек видел картину, сломавшую его представление о сути того рассказа. Да и как могло быть иначе, Ял только что в приступе ярости голыми руками забил насмерть того, кто называл его братом, кто, кажется, давно знал его, возможно даже сражался с ним плечом к плечу в походах. Более того, схожие чувства он похоже испытывал и к остальным подавителям, хотя сам признавался, что разделяет их цели. Так о каких тогда "павших" он тогда говорил?

Был ли тот рассказ ложью? Вряд ли. Скорее в нем присутствовала какая-то недосказанность, что-то такое, что стоило утаить даже от тех, кто прикрывал тебе спину в бою. Да и сам Ялазар, если уж быть честным, не раз спасал Вику жизнь. Эта мысль окончательно вернула последнего в реальность, развеяв тенета опасений. Его товарищ был серьезно ранен и ему срочно требовалась помощь, а уж разобраться, что зачем и почему, можно после.

Вернув меч в ножны Викар, подскочил к уже начавшему терять сознание Ялу. Тому теперь даже не хватало сил шептать проклятия, он просто сидел на искореженной его ударами броне мертвого подавителя, наполняя ложбинки погнутых пластин своей кровью. Шея чуть ниже уха оказалась вскрыта, оттуда истекало больше всего рубиновых капель, отчего лицо повелителя костей стало напоминать маску, где левая сторона запачкана стылой грязью, а правая, до виска, была темно-алой.

Око инфернала послушно распахнуло содрогавшийся в агонии Тонкий Мир. Несколько паразитов, спасающихся от иссушающей магию ауры бродячих, тут же попытались вгрызться в душу Вика, но тот походя смахнул их первой попавшейся стихией. На теле появились два болезненных ожога, а ладони покрылись волдырями, но парень даже не заметил этого. Руки до локтя окутала защитная амальгама стихий, к несчастью оказавшихся весьма зловредными, однако это была обязательная необходимость при плетении чар, иначе можно было серьезно пострадать. Как бы не было плохо пациенту, лучше ему точно не станет, если пытающийся вернуть его с того света сам отправится в небытие.

В полупрозрачных контурах могучего тела повелителя костей билась огромная сила, которая утекала вовне с каждым ударом его сердца. Виной тому были две очень серьезные раны. Порванная артерия на шее и пробитое длинным клинком левое легкое. Так же зацепило печень, пара сломанных ребер, порядка тринадцати мелких ранений в правый бок и руку.

- Нужно забирать его и уходить. - раздался рядом голос Торунга. Он аккуратно вложил в ножны потерянный в бою фламберг. - Схватка не могла остаться незамеченной.

Поймав начавшего заваливаться на бок товарища, Викариан аккуратно уложил его на спину, тут же принявшись за работу, попутно наказав:

- Сначала его надо хотя бы залатать, иначе через пару минут мы будем тащить уже остывший труп. Лея, если сможешь, огради нас от лишнего внимания, Тор, держи периметр, я постараюсь управиться побыстрее.

Зачерпнув столько энергии, что от запястий и аж до самых скул его пронзили иглы боли, а челюсть свело судорогой, Вик углубился в работу больше ни на что не отвлекаясь. Ухватив два края поврежденной артерии, он стал лепить из эфира магическую шину и с её помощью сформировал канал кровотока между разорванными краями. Силы он использовал столько, что хватило бы, наверное, пришить оторванную ногу, но это было даже хорошо, не придется беспокоится за крепость чар. Однако, стоило ему так подумать, как заклятие стало распадаться, буквально на глазах утекая сквозь пальцы и не желая сохранять форму. Молодой человек ошарашено смотрел на происходящее, не в силах понять, что происходит, пока не заметил, что распад происходил с той стороны, где лежал мертвый подавитель. Кажется, даже после смерти эта тварь умудрялась расщеплять чары.

Пыхтя и обливаясь потом, Викариан оттащил тело Яла на десяток шагов в сторону и скрипя зубами от новой порции боли повторил попытку. На этот раз магический хомут держался крепко и кровь остановилась. По крайней мере на шее. С легким все оказалось полегче, восстанавливающая магия полностью заполнила проникающую рану, словно глина, мгновенно принявшись наращивать новую плоть.

Рядом раздался грохот падающих камней. Гулкие удары о землю, сменившийся визгливым воем. Вскрикнула Леадея, правую щеку обдало таким жаром, что короткая щетина Вика, мех его плаща и волосы тут же принялись тлеть, больно обжигая. Но он не позволил себе отвлечься ни на секунду. Печень подлатать оказалось ещё проще, а мелкие раны, вообще не представляли труда, разве что их оказалось много и нужно было тщательно обработать каждую целебным ихором, в который превращалась колючая стихия, впопыхах схваченная Виком в самом начале.

Все это время он слышал, как рядом идет сражение. Щелкнула спущенная Тором тетива. Звук разбивающегося фиала. Громкий треск, словно ломается лед. Надрывный вой внезапно меняет тональность, становясь похожим на эхо в глубинах пещеры. Мимо проносится поток воздуха такой силы, что едва не утаскивает Вика следом за собой. Снова удар тетивы по коже перчатки, хруст, словно кто-то сжал в кулаке краюшку пережаренного хлеба. А дальше, едва слышные, короткие разговоры, натужное пыхтение и тихое ворчание Леадеи, из которого можно разобрать отборные проклятья, больше подошедшие какому-нибудь морскому волку, но никак не утонченной магессе, выросшей при дворе аристократов.

К этому моменту большая часть работу по спасению Яла была уже окончена. В бытность помощника жрецов при храме Бога Вечной Переправы, Викариану доводилось лечить вещи пострашнее, но тогда страждущим обычно позволяли отдохнуть от хвори пару недель, а то и целый месяц, сейчас же у них не было даже дня на то, чтобы перевести дух. Устало выдохнув, молодой человек сбросил с рук изъеденную эфиром защиту, под которой обнаружилась обожженная кожа с почерневшими, от текущий по ним эфирной заразы, венами. Да, такое лечение еще аукнется, с отстраненной грустью подумал он и вернулся взором в обычный мир.

Если не считать появления новой здоровенной дыры в одной из стен, пейзаж изменился не сильно. Рядышком валялась большая горка битого льда из которой торчало две костяные стрелы, а сверху почему-то лежало изломанное тело мертвого подавителя. От этой необычной кучи медленно отступали Тор с Леей, судя по всему и положивший сверху труп рыцаря. Колдунья, к тому же, что-то взяла с его пояса, теперь держа это в руках.

- Что-то нашла? - глубоко вздохнув, но пока не в силах даже встать на ноги, спросил Вик.

Отчетливо вздрогнув девушка, выпустила из рук кусок обработанной огнем древесины. Ровная плашка с закругленными краями и детально выведенным на ней рисунком, упала рядом с Ялом. К немалому удивлению всех, он пришел в себя, скосив глаза на упавший предмет. На том был изображен черный полукруг, уходивший за одну из узких граней, под которым располагались довольно детальные изображения нескольких перевернутых городов, а ещё ниже располагался круг, обрамленный по контуру восемью треугольниками.

- Что это, черная луна над перевернутым миром? - почему-то на ум сразу пришел Гуарон, но обычно самый крупная из лун изображалась в копании своих небесных сестер, сияющей Ваалы и прекрасной Эннеры.

Девушка похоже не горела желанием отвечать, растеряно смотря в пустоту перед собой, вместо неё это сделал повелитель костей.

- Ты смотришь на печать Королевств у Края, вверх ногами. - голос его был очень слаб, но все же расслышать его удалось. - Это табула на сообщение или договор. Редкая вещица. Сбоку обычно начертаны руны перемещения, позволяющие быстро передавать её через дыхание Вечного Океана. Переверни, там должен быть текст.

Тонкая вязь на гранях действительно присутствовала, правда магии в ней не осталось ни капли. Да то не удивительно, если она находилась при подавителе, чары видимо истлели давным-давно. Однако, вместо слов на другой стороне оказалось лицо, в котором Викар узнал себя и под которым красовалось искусно выжженное в древесине слово "Доридос".

- Но как ... откуда?

Ял кивнул на Леадею:

- Она отправила.

- Нет! - почти выкрикнула колдунья, тут же пришедшая в себя, кажется она была по-настоящему напугана и сбита с толку. - Я не отправляла этого послания подавителям!

Тор протянул руку, помогая Викару встать, как бы невзначай спросив:

- А кому тогда?

- Только домой, в день, когда мне пришлось изменить изначальные планы и пойти с вами.

- Значит кто-то передал его им.

- Но подавители враги Королевств у Края. Одни из злейших. Никто не стал бы иметь с ними дело! - попыталась было возразить девушка.

На бледном лице Ялазара промелькнуло что-то, вроде болезненной улыбки:

- Сразу видно, в политике ты не разбираешься. Игры придворных змей - настоящее искусство. Подлость, предательства, даже союз со смертельным врагом, все допустимо, если это приведет к нужным тебе результатам. Мой бывший брат. - он поморщился от этих слов, а левая рука, что в отличии от правой не была намертво зафиксирована исцеляющим заклятиями Вика, сжалась в кулак. - Был весьма красноречив, дав понять, кто стоит за нашей встречей и как он узнал, где точно нас ждать. Заодно понятно, почему этот чертов, якобы Вечный Привратник, не только не напал на нас, но ещё и указал путь.

Оторвавшись от обломка стены, за который держался, Викар заметил, что все это время их небольшой дворик обволакивала пена густого тумана, видимо заклятие Леадеи, который начал постепенно рассеиваться. Колдовские конструкции лопались одна за другой, делая чары нестабильными. Это означало только одно - бродячий ужас уже близко. Внезапно ему кое-что вспомнилось:

- Ты сказал, что это ловушка, но разве подавители прибегают к подобным методам? Разве станут связывать себя договором с теми, кого собираются уничтожить?

- Нет, не станут, как не будут и верными подобному союзу. Но я и не говорил, что они связаны с кем-то договором. Нередко наш орден, - очередная гримаса отвращения, - используют, просто давая цель, помогая найти особо опасных малефиков, таким образом чужими руками достигая собственных целей. Подавителям же все равно кого убить первым, они пользуются распрями, бушующими в Кеплере, дабы нести смерть всем и каждому, до кого сумеют добраться.

Позади раздалось глухое урчание. Все, кроме Яла, повернули головы на звук. Урчала груда ледяных осколков, тело мертвого рыцаря на её вершине едва заметно подергивались, будто кто-то силился выбраться из-под него. Часть льдинок уже потеряло свой голубоватый оттенок, окрасившись в черно-серые цвета, а некоторые даже оттаяли, обернувшись кусками отвратительно шевелящегося, словно набитого личинками-трупоедами мяса.

- Бродячий? - спросил Вик, вспоминая, что слышал звуки скоротечного боя, пока латал товарища.

Лея с Тором дружно кивнули.

- А зачем вы на него подавителя взгромоздили? Тотемный столб, честно говоря, так себе у вас вышел.

Так как девушка все ещё пребывала на грани паники, кажется совершенно искренне недоумевая появлению в руках врага её табулы, слово взял Мрачный:

- Его тело, как и доспехи пропитаны силой, отторгающей любую магию, даже ту, что рождена алхимией Талтана. - он неспешно поднял длинный меч, до того пробивший повелителя костей насквозь и подойдя к груде осколков, вогнал в неё тонкое лезвие так, что насыпь стала похожа на надгробие павшего воина. Куски бродячего, уже начавшие соединяться обратно, тут же забились в агонии. - Даже мертвый подавитель способен сдерживать Вечный Океан.

- Так может стоит взять с собой его доспехи с оружием?

- Не выйдет. На нас они будут действовать точно так же. Станут иссушать жизненные силы. В конце концов, мы скорее всего умрем.

Было очень жаль оставлять такие артефакты, но едва Викариан коснулся лежащего рядом окровавленного лезвия гарпуна, как тут же почувствовал разлившийся от кончиков пальцев до самого локтя невероятный холод. Рука словно затекла. До такой степени, что нехотя подчинялась его воле. Даже находясь рядом с этим предметом накатывало отвратительно ощущение бессилия.

- Нужно уходить. - прервал его размышления Торунг, закинувший за спину лук и попытавшийся поднять Яла.

Вик поспешил помочь. В своих латах, при оружии, да ещё с заплечным мешком эдакая ноша весила больше их обоих вместе взятых. Посетила мысль избавиться от вещей, в конце концов, жизнь дороже, но к ним внезапно подскочила, пришедшая в себя Леадея и двумя короткими пасами руки сотворила простенькое заклятие, отчего весь скарб стал весить не больше вязанки поленьев.

- Что ты сделала? - пропыхтел подранок, судя по голосу, удивившийся больше прочих, к тому же, не способный оглядеть себя. - Верни мои вещи.

- Все в порядке, они все ещё на тебе, просто я их немного облегчила. - поспешила успокоить девушка, бросившись первой проверять путь. Похоже, она хотела как можно быстрее убраться отсюда, то и дело бросая затравленный взгляд на мертвого подавителя, будто опасаясь, что тот может внезапно воскреснуть. - С телами, к сожалению, так сделать не получается, мышцы перестают действовать, а сердце не способно гнать кровь в венах, да ты, к тому же, бывший охотник на магов, чары с тебя стекут, что вода по маслу.

Выбора, как и времени на разговоры не оставалось. Быстро перебежав на другую сторону дворика-колодца, отряд оказался у последней улицы, идущей строго вдоль городской стены. Здесь не было широких пробоин и обрушившихся сегментов кладки, видимо основной удар осаждающих, как и тех, кто после пытался выбраться из полиса, пришелся на южную и восточные части Доридоса, почти не тронув северную. То и не удивительно, с этой стороны раскинулась Чаща Украденных Душ - лес невероятных размеров, тянущийся во все стороны на многие месяцы пути, куда и в спокойные то годы ходили лишь большими, хорошо вооруженными караванами.

- Наверху три мертвяка. - сообщила Леадея, прижавшаяся к руинам одного из зданий нижнего яруса.

На гребне действительно виднелось три, совершенно неподвижных, тела. А если точнее, два бурых костяка с ржавыми палашами, да полуобглоданный окровавленный труп с громадной алебардой и в неплохом кожаном доспехе. Не иначе, как сталкер, пытавшийся вырваться из мясорубки.

- Убить их не выйдет, а алхимические эссенции лучше поберечь на бродячих. - шепотом произнес Викар, памятуя, как разбитые на осколки остовы тут же начинали собираться обратно. - Нужно скинуть гадов вниз.

- Отсюда не выйдет. - ответил Тор, указав вверх на внешний край стены, по которому вились каменные зубцы.

Недолго поразмыслив, Вик пришел к выводу, что выбора у них все равно нет, нужно как можно быстрее покинуть Доридос:

- Значит поднимемся и сбросим внутрь полиса, пока они снова поднимутся мы будем уже по ту сторону. - он указал в узкий, удивительно хорошо сохранившейся проход, в ближайшей сторожевой башне, через которую проходила стена. - Туда.

Бросившись бегом вперед, они без помех добрались до темного провала входа. Несколько мертвецов с левой стороны поспешили им наперерез, но взмах руки колдуньи отправил ближайших из них в длительный полет. По счастью, с другой стороны, где похоже находились ворота из полиса, шла нешуточная битва и сражающимся было просто не до них. Едва все протиснулись внутрь, Лея подняла посох над головой, после чего с силой ударила им по деревянному порожку. Запахло жженой щепой. Огненные искры, рисуя своими телами тонкие черные линии, рванулись из-под посоха в разные стороны, начертив неразрывную пентаграмму с рунами силы на углах, заключенную в круг первых попавшихся под руку стихий.

- Сюрприз, для тех, кто вздумает пойти за нами. - пояснила девушка, хотя в общем-то все и так догадались зачем она это сделала.

Внутри их встретил резкий путь наверх. Крутая винтовая лестница, частично занесенная снегом, вилась вокруг центральной колонны башни до провала, где когда-то был люк, ведущий к стрелковой башенке. Но им нужен был проход не туда, а наверх стены. Когда они, наконец, достигли нужного ответвления, оказалось, что мертвяки все также продолжают недвижимо стоять, пялясь куда-то вглубь города.

Коротко обговорив план, отряд оставил скрипнувшего от боли зубами Яла сидеть, привалив его к холодным камням, после чего, они вместе, как по команде, вылетели на пологую рампу, закрытую внешними зубцами. Начавшие было с противным скрипом поворачиваться в их сторону костяки, тут же воспарили в сторону ближайших руин, врезавшись о которые благополучно разлетелись вдребезги. Лея расстаралась, да так, что даже стоявшего шагах в двадцати последнего противника едва не сбросило вниз. Пара стрел, ударивших точно запястье мертвого сталкера, оставили то висеть на обрывках мяса и сухожилий, не позволяя больше опираться на алебарду. А астральная вспышка Вика, ударившая за его спиной, довершила дело, сбросив тело вниз.

Они выиграли время и теперь сумели увидеть все происходящее в Доридосе сверху, почти без помех.

Волна переплетающейся искажённой плоти, в которой едва ли можно было выделить отдельных особей, была не более чем в полутысяче шагов от них, заполняя улицы и обклеив дома, словно рой ос. Из Убежищ Спасшихся, целыми виднелись лишь пара-тройка на весь полис, остальные шпили сейчас оккупировали пирующие трупами чудовища.

Воздух наполняли десятки кожистых тварей, которых Викар никогда прежде не видел и не испытывал никакого желания знакомиться с ними ближе. Они пикировали вниз, на своих странных, разноразмерных крыльях, хватая многосуставчатыми корявыми конечностями орущую от боли жертву и утаскивали ту наверх. Некоторые из чудовищ даже сцеплялись в кровавых битвах друг с другом, тогда в разные стороны начинали лететь оторванные куски мутировавших тел, а снег окрашивал разноцветный ихор. Впрочем, междоусобная грызня быстро забывалась, словно незримый погонщик заставлял живой вал катиться к вратам. Скоро вся эта мерзость наполнит Дол и смогут ли её сдержать Стражи Пограничья, большой вопрос.

С той стороны, где были ворота из города, послышался тяжелый топот, от которого содрогалась земля. К старой крепостной решетке, сбитой из толстенных стволов деревьев, возле которой держала оборону настоящая фаланга костяных воинов, на полной скорости неслось нечто огромное. Это нечто, не меньше чем раз в пять, превосходило человека в высоту, с ног до головы облаченное в черно-серую броню, покрытую резкими прямыми рунами, которая при движении издавала характерный звук бьющихся друг о друга каменных плит. Громадная голова втянулась в плечи, выставив вперед украшавшие шлем здоровенные витые рога, готовые к удару. Спину же венчал стрелковый короб без крыши, внутри которого различались четыре бородатые, закованные в добрые стальные доспехи, коренастые фигуры.

Вик прищурился, стараясь разглядеть наездников. Дворфы? Тут? Оседлав великана? Впрочем, чего удивляться, подгорный народ хоть и не жаловал чужаков в своих владениях, сам нередко пускался в путешествия, хотя конкретно такой их скакун действительно был зрелищем необычным.

Громадная туша налетела на идеальный строй выставленных в её сторону длинных костяных копий, похоже даже не заметив их уколов и не сбавляя темпа, прошла сквозь строй мертвецов. Удар в ворота оказался такой силы, что те сорвало вместе с затвором и удерживающими их скобами, вынеся вон из города. Единодушный крик ликования прокатился по рядам сталкеров, что, не теряя ни секунды, тут же бросились в образовавшийся пролом, с остервенение разя любого, кто пытался их остановить. На этот раз слуги Лича, не выдержав удара, оказались буквально втоптаны в землю, даже не успевая собираться вновь.

- Отлично! - воскликнул Викар. Теперь можно было под шумок улизнуть вместе со всеми, главное не показывать лиц.

- Рано праздновать победу. - голос Мрачного, как всегда, был бесстрастен, а сам он, стоя у зубцов, смотрел не во внутрь Доридоса, а куда-то за стену.

Нехорошее предчувствие стерло улыбку с лица парня, он подошел к лучнику и проследив за его взглядом, понял, что действительно, до желанного спасения ещё очень и очень далеко. Из выступавшего почти вплотную к полису леса, вразнобой, шли сотни мертвецов, а выжившие в резне сталкеры в очередной раз были вынуждены вступить в бой. Новая схватка оказалась едва ли не страшнее только что пережитой и шла она по всему внешнему периметру, превращая серый снег в грязно-багровое месиво. Однако, сраженные воины не долго оставались недвижимыми телами лежать на земле, довольно быстро обретая новое бытие, лишенное посмертия.

На этот раз, правда, сталкеры не пытались откупиться чужими жизнями, а сбивались в большие ватаги, которым, хоть и не без труда, но удавалось прорываться через рассеянный строй неупокоенных.

Групп выживших оказалось три. Первая, ушла уже далеко вперед, судя по всему, представляя собой отряд хорошо обученных воинов, умевших держать строй и медленно, но неуклонно прокладывающая себе путь вглубь Чащи Украденных Душ. Вторая, самая большая, находилась рядом с воротами и до слуха Вика донеслись обрывки отборной ругани, сказанной очень знакомым голосом. Не потребовалось много времени, чтобы заметить среди мельтешащих в панике тел патлатого старика, раздающего тумаки и подгоняя особо неспешных или тупых мощными ударами ноги под седалище.

- Седой, сукин сын, спасся-таки! - прошептал, невольно улыбнувшись, Вик. Умение этого, острого на язык, атамана выживать не могло не вызывать восхищения.

Внезапно раздался надрывный гортанный крик из последней группы, над которой колыхались самые разные стяги, а пестрая братия под ними сама мало чем отличалась от чудовищ:

- Стойте крепко, братья и сестры! Мы - меч Пантеона! Око предвечных обращено на нас и в этой битве нам выпало право доказать, что достойны мы очистить мир от Небесных гор! Настал день, когда грехи живущих исчерпали чашу терпения и грядет второй Век Ночи! - голос взвился в небеса с такой силой, что даже перекрыл грохот битвы, а по спине Викариана побежали мурашки. Вспомнилось все, что он читал о тех давних днях, о Подземных Царствах и их закате. О небесах, напоенных Вечным Океаном, в один момент рухнувших на землю и убивших почти все живое.

Рвущего глотку скрывали колыхающиеся на ветру полотнища, потому, собиравшего вокруг себя выживших фанатиков, местечкового экклезиарха разглядеть не удавалось. Да и сказанное им казалось какой-то глупостью. Вик с Ялом лично спускались в недра забытого Фариза, где запустили Хроногресс - машину, призванную хотя бы на время рассеять тучи в небесах Кеплера и открыть измученный мир золотому лику солнца. Собственно, это была одна из причин, почему Лич теперь гонялся за ними, ведь эту силу он желал присвоить себе, но парни нарушили планы, которые Король Мертвых вынашивал почти столетье. Да ещё и разбили ему одно из двух его лиц. От это мысли Викариан снова усмехнулся.

Снизу раздался звонкий хлопок и в стоящие на другой стороне улицы здания ударили осколки камня. Похоже, кто-то только что прошелся по оставленной Леадеей ловушке. Подумать над сказанным фанатиком можно позже, а сейчас стоило просто бежать, благо спрыгнуть со стены в высокие сугробы под ней не представлялось проблемой, даже с недвижимым Ялом на плечах.


## Глава 5. Зверь Среди Миражей


Мир потерял четкость, когда над стеной взвился шар бледно-изумрудного пламени. Поглотив без остатка один из крепостных зубцов, он ударил в верхний бастион, который тут же исчез в ослепительной вспышке, а старые камни под ногами людей ощутимо вздрогнули. Со спины выпорхнула шальная стрела, тянущая за собой хорошо видимый дымный шлейф. Челюсти бушевавшей битвы смыкались.

Викариан ещё раз окинул взглядом окружающее их пространство, пытаясь убедиться, не совершает ли он ошибку, принимая решение. Тонкий Мир с одной стороны представлял собой неостановимый вал барханов уничтоженных стихий, с другой, океан мертвой магии, тугой петлей охватившей Доридос, вырывающей из вечного сна давно угасшую жизнь. Несмотря на то, что рядом ощущалось лишь пара не особо опасных мертвяков, спасибо подавителю, перебившему самых опасных из слуг лича, вскоре два смертоносных вала нахлынут друг на друга и лучше в этот момент оказаться подальше от эпицентра.

На западе город накрыло тяжелым, совершенно непроницаемым туманом, напомнив об ещё одном остроухом обитателе окружающих руин, но сейчас искать встречи с ним было уже поздно. Взгляд Вика быстро скользнул дальше, на секунду остановившись на провале входа, через который они попали наверх. Тот покосился после столкновения с заклятием, как, впрочем и сама пошедшая трещинами башня. Внутри рушились пролеты лестницы, замедляя возможных преследователей. Это давало немного времени, но действовать следовало как можно быстрее, не было гарантий, что через мгновение очередной удар не обрушит стену у них под ногами и не бросит прямо в пасть к бродячим или на мечи мертвяков.

Тихо вздохнув, парень произнес:

- Ладно, уходим отсюда. - он поднял безвольную кисть Яла, второй рукой он обхватил Леадею за талию. Взглядом показал Тору положить руку себе на плечо. Тот подчинился без вопросов.

- Что ты делаешь? - взвизгнула девушка, чувствуя, как её тащат назад.

Вместо ответа Викариан оживил талисман на своем запястье и золотая пластинка радостно откликнулась на зов. Серебристый песок, наполняющий прожилки артефакта, замедлил свой бег так, что теперь можно было разглядеть каждую отдельную песчинку. И чем тише становился их бег, тем сильнее замедлялось все вокруг.

Вновь появились фантомы, оставляемые движениями тел, а звуки битвы замирали угловатыми образами, словно кривое зеркало, искажая окружающий мир. Они врезались друг в друга, наползали, сливаясь в нечто неприятное и страшное, а тени сражающихся и умирающих вокруг все множились, сливаясь в темную картину чистилища. Вокруг не было сияния душ, лишь гнилые оболочки, наполненные болью и боль несущие другим.

- Ай, что происходит?! Отпусти! - Лея впервые испытывала на себе переход в Вардему. Кажется, не на шутку испугавшись, она попробовала переместится магическим скачком подальше от удерживающего её парня, но чары ключа между мирами уже крепко держали её и все, чего она добилась, это то, что в паре десятков шагов от них появилась зыбкая полупрозрачная копия девушки. Само физическое тело, более не способное вырваться из увлекающегося их сквозь пласты реальности водоворота, осталось в объятиях Вика. Поняв, что вырваться не получилось, та попробовала отбиваться ногами, даже укусила руку, однако коварный пленитель, морщась, скрипел зубами, но ни в какую не хотел отпускать.

- Да брось ты её, баба с возу и волки сыты. - весело прокряхтел Ял.

Вик ухмыльнулся и хотел было уже ответить, как внезапно заметил, что тень под ними, все продолжавшая расти, явно не принадлежала ни одному из них. От внезапного предчувствия, холод пробежался по его спине. Он попытался поднять голову к небесам, но воздух загустел уже до такой степени, что складывалось ощущение, будто они застыли в толще глины.

Что-то с невероятной силой вцепилось в плечи Викара, без труда прорезав плотную кожу плаща и разорвав кольца кольчуги, глубоко погрузив кривые кинжалы когтей в плоть. Сверху обрушился ещё один удар какого-то смазанного пятна, метя точно в сердце, но булатная нагрудная пластина, к счастью, выдержала, не позволив ядовитому жалу добраться до цели.

- Да чтоб тебя подкинуло и разорвало! - сквозь сцепленные от боли зубы простонал Вик.

В то же мгновение хищник потянул жертву, забывшую о парящих над головой детищах Талтана, в небо. В свою стихию, где он сможет легко растерзать добычу. Однако не тут-то было. Стоило чудовищу схватить скользящих из одного мир в другой человека, как оно само оказалось схвачено воронкой перехода. Сверху раздался неразборчивый звук, тут же превратившийся в ломаные линии, перечеркнувшие реальность, сделав её похожей на отражения в разбитом зеркале.

И словно произошедшее стало последней каплей, окружающая реальность внезапно опрокинулась вперед, бросив четверых застывших людей и одну вцепившуюся в них, отчаянно верещащую, тварь вперед, сквозь безумие Эфира, разделяющее два мира.

Переход по этому странному мосту всегда был почти мгновенным, а потому уже через секунду, вместо бледной серости, присыпанной снегом стены, глаза ослепил яркий золотистый свет, щедро украшенный зеленью сочной листвы окружавшего леса. Вместо лютого зимнего холода теперь ощущалось мягкое тепло молодого лета, а нос наполнила свежая пряность тысяч трав, перемешанных с редкими цветами.

Красоту момента разбил истошный вопль перепуганной вусмерть твари, отчаянно молотящей крыльями у них над головой. От неожиданности она даже выпустила Вика из когтей, оставив тому с десяток неглубоких, но кровоточащих ран.

Сверху посыпались обломки веток, сквозь которые продиралось чудище, хотя и нельзя сказать, чтобы те росли слишком плотно, однако непропорциональные конечности мешали жертве алхимических опытов лететь прямо, постоянно заваливая создание то на один бок, то на другой. Три много суставчатые лапы цеплялись за толстые стволы, проталкивая громоздкое тело вверх. Тварь оказалась размером с добрый дом и напоминала распухшую посредине кишку, один конец которой оканчивался зубастой пастью, а второй, кривым жалом, видимо тем самым, что пыталось добраться до сердца Викара. Впрочем, после пережитого мутант не горел желанием иметь дело с ними, упорно продираясь сквозь кроны по направлению к видневшимся вдалеке высоким горным пикам.

Рядом щелкнула тетива. Две костяные стрелы унеслись вслед беглецу, однако попала лишь одна, да и та без особого вреда вонзилась в толстую, покрытую бугристыми наростами шкуру.

- Это - гвар, мои стрелы его не возьмут. - сухо сообщил Тор, снова поднимая лук. Белые оголовки на этот раз попали в цель оба, угодив под одно из крыльев. Полет твари стал ещё более дерганый, теперь напоминая прыжки по воздуху. - Но у меня ещё осталось несколько эссенций.

- Нет. Без них мы окажемся легкой добычей для бродячего ужаса. - отрезал Викар, про себя отметив, хорошо что они притащили с собой только этого того летуна, а не чего похуже.

Око инфернала открыло красивый и упорядоченный Тонкий Мир Вардемы, совсем не похожий на дикое буйство стихий Кеплера с его сбивающими с ног стремнинами и водоворотами сырой магии. Сила здесь представляла собой изящные тонкие нити, пронизывающие все сущее, сияющие чистым незамутненным светом. К сожалению, зачерпнуть столько энергии, сколько Вик привык использовать в родном мире, здесь означало обречь на гибель хрупкую жизнь, тихо пульсирующую в окружавшем его великолепии. Но его скромных навыков, да ещё в условиях нехватки времени, просто не хватило бы ни на что более уточненное.

Браслет на руке парня внезапно ожил, потянулся в ту же сторону куда пыталась сбежать летающая кишка с клешнями. Горло моментально пересохло от дурного предчувствия. Либо артефакт может чувствовать любое существо, проникшее следом за ними, либо ... носитель семени порчи, с которым они уже сталкивались, был где-то неподалеку. В последнее верилось больше, наверное, потому что Викар откровенно этого опасался. Его появление в Вардеме, возможно, так же было их виной, а потому они чувствовали некую связь друг с другом. В прошлый раз им не удалось остановить эту нечисть в облике человека, когда она начала творить бесчинства, чудом вырвав из её когтей одну из местных хранительниц. Силику, что звали Богиней Шелковых Дюн, хотя ничего общего с предвечными того же Кеплера она не имела и близко. Впрочем, тут же осадил сам себя Викариан, кто он такой, чтобы судить, какие боги ложные, а какие нет.

Если носитель семени порчи неподалеку, то едва Ялазар встанет на ноги, их путь ляжет на север, нельзя позволить проклятию их родного мира перекинуться на Вардему.

Однако, пока что стоило сосредоточиться на крылатой проблеме и парень, мотнув головой, постарался отогнать посторонние мысли.

Он обернулся к Леадее, в надежде, что может хотя бы ей под силу сотворить заклятие не разрушив гармонии Тонкого Мира.

- Лея! - крикнул молодой человек, но та даже не повернулась к нему. Девушка стояла, широко открыв рот, оглядывалась, да глупо хлопала глазами, кажется совершенно не замечая происходящего вокруг.

Он позвал снова, но с тем же результатом, а чудовище уже преодолело верхушки деревьев и подбодренная под зад очередной парой стрел Мрачного, начала набирать высоту. Делать нечего, сокрушенно подумал Вик, придется действовать самому.

В радиусе нескольких шагов вокруг них оседало облачко остаточной магии перехода, незамеченное ранее, оно напоминало нечто, вроде якоря или маяка, указывающего путь из одного мира в другой, наверное, чтобы не материализоваться в скале или над бездонной пропастью. В нем чувствовался отголосок сил Кеплера, сильных и неудержимых, но к сожалению, полностью исчерпавших себя. Значит придется опять забирать жизнь.

Особо не мудрствуя, парень сделал то, на что был способен, начав плести астральную вспышку. В Кеплере это заклятие зависело от течения стихии, что проходило через тело жертвы, ибо создавалось непосредственно внутри него, здесь же ничего подобного не было. Но зато, даже самая тонкая нить магии оказывалась неразрывно связана с десятками других таких же вокруг неё. Касаясь одной, чувствовалось, как тихой трелью откликается весь окружавший их лес.

Но вот свернутые тугим узлом чары обрели свободу и мягкая песнь окружающей жизни разлетелась хрустальным звоном, полным боли и непонимания за что тот, к кому она тянулась с такой охотой, решил убить её.

В груди у парня защемило от чувства вины, когда он увидел, как листва из ярко зеленой быстро меняет цвет сначала на коричневую, сворачиваясь словно от боли в трубочки, а после становится черной, дождем опадая на враз высохшую землю. Несколько птиц, только что развивавшиеся трелями на ветвях, замолкли, пушистыми безжизненными комочками сорвавшись вниз. Даже высокие стволы согнулись, покрывшись поганой мертвой коростой.

За одно мгновение Викар изгнал в небытие сотни маленьких жизней, убив все на расстоянии пятидесяти шагов вокруг и от осознания, едва не выпустил повод собственного заклятия. Оно ударило точно в центр гвара. Вышло грубо и надо сказать не особой эффективно, но тем не менее, силы оказалось достаточно, чтобы кожистое брюхо вспухло полупрозрачным пузырем и под оглушительный визг твари взорвалось изнутри, обдав все окружающее пространство ошметками черной плоти, вонючего ихора и полупереваренной останков тех, кого чудище успело сожрать, пока шла битва за Доридос. Задняя часть создания, оканчивающаяся жалом, повисла на обрывках кожи с сухожилиями, безвольно шлепая о стволы облетевших деревьев. В конце концов, она зацепилась за ветку, оторвавшись окончательно, с противным чавкающим звуком упала на землю. Бывший владелец конечности продолжал спасаться бегством.

- Что это из него вываливается? - Викариан было уже обрадовался, что смертельно ранил зверя, но приглядевшись смутился. - Ох ... кто бы мог подумать, что под таким грозным хвостом скрывается обычная задница.

- Нельзя нас сюда пускать, угробим мир. - угрюмо буркнул Ялазар. Он вздохнул, но закончил уже бодрее. - Ладно, хотя бы теперь она оставит след. Можно будет выследить и убить.

След действительно был. Кровь, как и прочие выделения гвара, похоже являлись ядовитыми, уничтожая все, чего касались. Следом за тварью образовалась мертвая просека, напоминавшая шрамы земли, что оставляли за собой некроманты Кеплера.

Глядя в след удаляющемуся подранку, Вика грызло чувство вины. Фактически он был виновен во всем произошедшем. Если бы не его невнимательность, они бы не притащили сюда эту погань и не пришлось бы приносить в жертву столько ни в чем не повинной жизни.

- Опять мы облажались. - с горькой грустью произнес парень. Ял кивнул соглашаясь, Тор же, промолчав, направился к трепыхающемуся на земле хвосту и только внезапно пришедшая в себя Леадея воскликнула:

- Что значит опять?!

Скрипя зубами от боли, Викар стянул кольчугу, принявшись оглядывать полученные раны, попутно кратко пересказав суть только что произошедшего. Однако, про то, что путь им открыла золотая пластинка на его запястье, он умолчал, недвусмысленно дав понять, что некоторые знания он пока не готов ей поведать. Благо Леадею настолько поразила окружающая красота, что она решила не напирать с расспросами, а даже, напротив, поспешила помочь с лечением.

Кровоточащие порезы украшали плечи, спину и грудь. По счастью, на когтях гвара не было яда, а вот грязи и остатков чужой плоти - хоть отбавляй. Пришлось тщательно вычистить каждую из ран, после чего закрыть их колдовской шиной. Руки перестали нормально сгибаться, словно в них забили деревянные костыли, ограничивающие движения, но зато боль ушла и можно было не беспокоится, что начнется гангрена.

За исцеление Викариана вновь платил окружающий лес, в котором, словно лишай на теле, разрасталась сухая проплешина, на которой ещё не скоро сможет появиться новая жизнь.

Надо сказать, Леадея практически сразу поняла принципы магии, действовавшие в Вардеме, а потому действовала гораздо более аккуратно. Уже через несколько минут она наловчилась плести заклятия, совершенно не вредя окружающему миру. В астрале её сияющий силуэт напоминал многорукого ткача, собиравшего к себе дюжины невесомых нитей стихий, сворачивающихся в небольшие клубочки силы - заготовки для будущих чар. Это занимало больше времени, но зато не причиняло никому вреда.

Видя удивление, смешанное с восхищением, в глазах Викара, девушка подарила ему одну из своих редких улыбок, пояснив:

- Обычный сбор стихий, как и в Кеплере, просто более плавный и без рывков.

Приглядевшись парень понял, что она права. Он и сам владел подобным умением, но чтобы за раз собирать десятки нитей, такое ему было не под силу, для этого нужна была невероятная концентрация внимания, а вот ею он как раз похвастаться не мог никогда. На что у Леи уходило несколько минут, ему потребовались бы часы. Потому он лишь про себя махнул рукой на идею научиться так сосредотачиваться и обратился к Ялу, продолжающему сидя наблюдать за удаляющейся крылатой гадиной. - Ты как?

Тот ухмыльнулся:

- Замечательно, мы же в Вардеме. Если бы не упустили гвара, то было бы ещё лучше, а так теперь придется, едва встану на ноги, искать его, пока он не успел яйца отложить.

- Тут же только одна особь, как она потомство даст?

- А вдруг гвары гермафродиты? В конце концов, это мутанты, созданные Небесными Горами, а таким обычно не нужен партнер, чтобы пачками строгать себе подобных. Недаром же их Талтан держал в подземельях, бесконечный приплод, а значит бесконечные подопытные для его экспериментов.

Может телу Ялазара и крепко досталось, но его разум не утратил остроты. В конце концов, с момента падения Доридоса прошло уже двадцать зим, а крылатые хищники сумели не только выжить, но и вырвавшись на свободу собрали кровавой жатвы, едва ли меньше, чем бродячий ужас, заполонив собою все небо над полисом.

- Ну, может местные егеря и стражи городов смогут с ней справиться? - неуверенно протянул Вик, чем вызвал громкий смех товарища. - Ты чего?

- Стражи городов? - улыбаясь и тут же кривясь от боли, вызванной смехом, гоготнул Ялазар. - Напомнить тебе, кто спасал одну из их правительниц? И ведь если бы ты не закрутил свой романчик с её ученицей, хрен бы кто нас пустил на этот её летающий кораблик, как там бишь он назывался? Калека ... корейка ... канарейка ...

- Небесная каравелла Калери"Юна. И это вроде не её корабль был, а Астры.

- Да какая к чертям разница?! - возмутился повелитель костей. - Там был полный город стражи, куча храмовых воинов, личная гвардия хранительниц. Даже двух хранительниц сразу! А все говно расхлебывать пришлось нам с тобой. Ну ладно, ещё твоя Беата помогла.

- Ну так мы же в произошедшем виноваты были. - попытался возразить Вик, хотя сам понимал, что это слабая отговорка не меняет сути. Сражаться с наследием Разрушителя им действительно пришлось вдвоем. Впрочем, это произошло не потому, что в Вардеме не нашлось достойных воинов, а совсем по иной причине. - Да и вспомни, мы не могли поручить это дело никому другому, так как семя порчи после смерти носителя переселилось бы в того, кто только что сразил его прежнюю оболочку. А кроме нас, никто в этом мире к подобному иммунитетом не обладает. Ну, по крайней мере, нам такие не известны.

- А чем нынешняя ситуация отлична от той? Гвар, такой же носитель порчи, каким была и Силика. В нем тоже есть проклятие Кеплера. Так что нет Вик, ловить эту паскуду придется опять именно нам. Да поскорее, пока она не дала потомство, которое тоже ведь будет проклято.

От осознания услышанного, Викар аж отшатнулся, сделав пару шагов назад и едва не оступился, благо Лея успела подхватить его под руку.

- О чем это вы говорите? - заинтересованная их разговором, спросила девушка.

Пытаясь привести мысли в порядок, попутно выстраивая дальнейший план действий, Викар не нашелся что ответить, потому слово взял Ял, принявшись в красках, а иногда откровенно приукрашивая, рассказывать об их прежних похождениях в светлом мире. Предоставив товарищу вести рассказ, молодой человек развернулся в поисках Тора. Обнаружив того, разглядывающим оторванный хвост гвара, повисший на скрюченной ветке, медленно зашагал в его сторону.

- Тут чистейший воздух, можешь снять маску. - произнес Викар, подойдя поближе и заметив, что стальной лик, фильтрующий яды и защищающий лицо лучника, все ещё поднят в боевое положение. Мрачный не ответил, припав к земле пальцами. - Ты чего это?

- К нам кто-то приближается.

Викар оглянулся. За побуревшей раной оставленной в сердце леса его заклятиями раскинулась ослепительная красота прекрасной Вардемы. Их отряд оказался на холме, в окружении невысоких, казавшихся бархатными от устилавшего их зеленого ковра, гор, меж которыми скрывалась широкая лесная долина. Берега хвойного моря внизу терялись в белой дымке тумана. Но никаких поселений или иных мест, откуда к ним могли бы выдвинуться аборигены, видно не было.

- Пожалуй, бежать не стоит, это лишь вызовет недоверие, а нам сейчас очень нужна помощь. Ялу хотя бы неделю отдохнуть, набраться сил, а нам найти и убить гвара пока ...

- Пока он не дал потомства. - согласился Тор, видимо даже с такого расстояния слышавший их разговор. Он не спеша отстегнул верхние крепления защитной маски, позволяя той сложиться гармошкой вниз до подбородка и осторожно втянул носом воздух. - Полагаешь, местные захотят нам помогать после того, что увидят здесь?

Вместо ответа Викар повернулся к длинному кожистому отростку, шириной превосходящим его самого, с изогнутым жалом на конце. Под оторванным хвостом образовалась выемка с пузырящейся зеленовато-фиолетовой лужицы. Ихор и яд смешались в ней, а на окружающих ветках виднелись ошметки плоти, от которых уже мертвые деревья рассыпались буквально на глазах.

- Думаю, лучшим вариантом будет сказать правду, что мы охотимся за чудовищем, оставившим после себя этот кошмар.

- Увяжутся за нами. - без единой эмоции в голосе предположил Тор.

Вик кивнул, поглядев в сторону Яла, увлеченно что-то рассказывающего и Леадеи, слушавшей того с открытым ртом:

- Могут. Но надо хотя бы понять, чье внимание мы привлекли, иначе чего доброго они нас ещё и обгонят, попутно наткнувшись на гвара. Тогда, чем бы не закончилась их встреча, будет беда. Лучше убери оружие, не хотелось бы спровоцировать конфликт, он нам сейчас ни к чему.

Не возражая, Мрачный вернул стрелы в колчан, а лук закинул за спину, правда не сняв с того тетивы. Его необычные серебристые глаза неотрывно глядели куда-то вглубь окружающего их леса. Только на обратном пути к остальным он перевел взгляд в голубой свод небес, где едва видимым серпом, охватившем пол неба, сиял контур Кессела, одной из двух лун Вардемы. Пожалуй, этот колосс был даже больше Гуарона в их родном Кеплере, а может так только казалось. Рядом плыл его неизбывный спутник, гораздо меньше по размеру, но зато сияющий словно второе, мифриловое, солнце. Алавир. От их красоты захватывало дух и мечталось забыть о всех невзгодах, позволив мыслям отправиться в полет. А ещё захотелось найти Беатрису, вновь увидеть её полную добра и света улыбку, коснуться её нежной ладони. Но не успел Викариан погрузиться в грезы, как его вернул в реальность вопрос, судя по голосу, совершенно очарованной этим миром Леадеи:

- А мы можем остаться тут навсегда?

Эти слова больно кольнули парня. Возможно, причиной тому было неосуществимое желание того же. Он приподнял рукав, пытаясь понять по тающим песчинкам сколько же им отведено времени на этот раз, но ничего не вышло. Нужно было подождать хотя бы пару дней, чтобы это стало ясно. В это время, задумавшийся над вопросом, Ялазар хотел уже было что-то ответить, но Викар, как ему самому показалось, чересчур резковато влез в их разговор:

- А сама как думаешь? - голос звучал сухо, холодно. Ему стало немного стыдно, в конце концов, Лея не виновата, что он не знает, как точно работает артефакт волею судьбы оказавшийся в его руках и уже не раз спасавший им жизнь.

Та удивленно посмотрела на него, но увидев смущение на лице парня, не стала отвечать резко, а задумчиво протянула:

- Наверное нет, иначе бы зачем вам шляться по Кеплеру, каждый день рискуя своей шеей. Если конечно это место не красивая ловушка, которая на самом деле ещё опасней нашей родины.

Ялазар с Виком, не сговариваясь, хмыкнули.

- Не переживай, эти земли намного гостеприимнее. Но все же и здесь есть свои законы, поэтому постарайся не причинять никому вреда, мы здесь всего лишь гости. - пояснил повелитель костей.

Приподняв бровь, Лея оглянулась вокруг, как бы намекая на устроенное Виком разорение. Тот поспешил пояснить:

- В данном случае, выбора не оставалось, из-за нас теперь весь этот мир в опасности. Придется нам найти гвара и убить, а после уже продолжить путь на север. Теперь королю мертвых найти нас будет не так-то просто. - выдавил сквозь зубы Вик из-за вновь занявшихся ран.

- Пророк укажет ему где нас искать. - напомнил Ялазар.

- Ну хотя бы оторвемся от лича. - поморщившись от воспоминаний, ответил парень. Бес дернул его согласится на ту авантюру, а ведь его предупреждали, что это плохая идея.

Внезапно на его плечо легла рука Тора, который кивком указал куда-то в сторону края высохшей поляны. Там клубился легкий туман, хотя ещё минуту назад его не было и среди белесых локонов двигались зыбкие тени.

- А вот и хозяева леса. - молодой человек сделал шаг вперед, слегка развел в стороны едва слушавшиеся его руки, раскрыв пустые ладони, надеясь, что этот жест мира будет понятен и без слов.

Он насчитал пять силуэтов, однако навстречу ему вышло лишь трое. Высокие, стройные, они были облачены в легкие доспехи, а плащи казалось были сотканы из листьев. Темная зелень одежд идеально скрывала их владельцев, делая тех почти неотличимым от теней под сенью крон, но стоило только им ступить на убитою чарами Вика землю, как плащи тут же поменяли цвет на буро-серый, под стать окружению.

Двое шли позади, держа наготове вычурные завитые луки. Первой же шла фигура со щитом, так же сплетенным из больших остроконечных лепестков неизвестного растения и конусовидной шпагой-иглой. Золотистую рукоять оплетал "бутон" гарды, от которого вдоль лезвия тянулись изящные усики, напоминающие виноградную лозу. Двигались они совершенно бесшумно, с грацией, что завораживала, почти гипнотизируя смотрящего на них.

- Эльфы. Ох чую они будут недовольны. - проворчал Ял.

Проигнорировав его замечание, Викариан сделал ещё шаг вперед, моля богов, чтобы Тор не вздумал хвататься за оружие. Постаравшись придать голосу уверенности, которую на самом деле не чувствовал, произнес:

- Доброго дня. Мы преследовали чудовище, гвара, но сумели лишь ранить его. - молодой человек указал в сторону болтающегося на ветках огромного хвоста. - Хищник ранил меня и моего товарища, а погоня завела сюда, в места далекие от нашего дома. Нам нужна помощь лекаря, причем, как можно скорее. Тварь нужно убить, пока она не отложил яйца и не причинил зла больше, чем уже натворила.

Из-под глубокого капюшона на него молча взирали два красивых янтарных глаза. Они быстро скользнули по оторванной конечности, попутно окинув лишенную всей жизни и магии прогалину. Только после этого мягкий мелодичный женский голос медленно и с явным подозрением произнес:

- Легкого пути, да хранит вас Тея.

Наступила тишина, острие золотой шпаги чуть сместилось, но Вик был не настолько искусным мечником, чтобы понять изготовилась ли говорящая для удара или просто повела рукой. Впрочем, это эльфы, вряд ли у них хоть что-то бывает просто так.

Приветствие старшей богини удивили парня, но в то же время и обрадовали. Если эти эльфы служат хранительницам, то им точно нечего опасаться, в конце концов, они с Ялом спасли одну из них.

- Да будет свет вашей жизни ... - он на мгновение задумался. Концовок этой фразы, как он помнил, могло быть две, но так как перед ним, по всей видимости, стояли воины, то стоило выбрать соответствующую, - ярок.

Шпага вернулась в прежнее положение, а голова командира отряда слегка приподнялась, так что солнечный свет осветил нижнюю часть лица. Тонкие красивые губы нежно розового цвета больше не были напряженно сжаты и даже изобразили нечто, вроде неуверенной улыбки. Только теперь Вик осознал, что эти пятеро опасались их ничуть не меньше, чем они сами боялись выступивших из тумана стражей леса. Все же в Вардеме давно не было настоящих войн и обычная для Кеплера жестокость здесь была диким, непонятным анахронизмом.

Эльфийка оглядела мертвые деревья, коснулась поникших венчиков безжизненных соцветий, отчего те рассыпали по ветру невесомым прахом и задала вопрос, которого хотелось бы избежать:

- Это сделало существо, что вы преследовали?

Кто знает, умеют ли местные дети звезд распознавать ложь, вряд ли, во встречающих Викариан не чувствовал способности манипулировать Вечным Океаном, однако, рисковать все же не хотелось. Эта правда была неприятна, но не смертельна, а вот если она откроется позже сама, да ещё раскрыв обман, которым её пытались прикрыть, возникнут не только лишние вопросы, но и совершенно законное недоверие.

- Нет. Случившееся здесь - моя вина. Я пытался остановить гвара, используя все, что только мог, надеялся окончить битву одним ударом. Не вышло. Я сожалею о случившемся, но, если бы мне пришлось повторить заклятие, чтобы остановить тварь, я бы сделал это снова, не задумываясь. Она слишком опасна.

Девушка взглянула на подтеки фиолетового ихора, кровавым следом уводящие в сторону не очень высокой, но тем не менее прикрытой шапкой снега, горы.

- А откуда этот гвар взялся. Я никогда не слышала ни о чем подобном. И вы. - она повернулась к Вику, внимательно вглядевшись в его покрытое грязью, кровью и щетиной лицо. - Откуда вы тут появились?

- Предлагаю обсудить это позже. Каждая минута сейчас на счету. - попытался уйти от ответа Вик, но не тут-то было.

Эльфийка указала на края мертвой поляны, в её голосе вновь появилось напряжение:

- До этого места лес не слышал вас, воздух не был тронут вашим дыханием, а вы сами не оставили следов на земле. Как и тот, за кем вы охотитесь. Как такое может быть, как здесь оказались?

Едва не выругавшись с досады, что не удалось быстро направить разговор в нужное русло, Викар принялся лихорадочно перебирать в уме варианты ответов. Не говорить же, в конце концов, про Кеплер с мостом между мирами.

На помощь, к его немалому удивлению, пришла Леадея. Использовав один из заранее заготовленных узелков силы, она совершила магический скачек к ним, разом преодолев десяток метров, да так, что оказалась едва ли не нос к носу со ждавшей ответа стражницей. От такой неожиданности последняя сделала пару шагов назад, широко раскрытыми глазами уставившись на колдунью, но сказать ничего уже не успела.

- Вот, примерно так мы оказались здесь. - холодно улыбнувшись, пояснила Лея. - Однако, чем дальше перемещение, тем больше и сложнее подготовка к нему, а времени, как уже было сказано, сейчас у нас крайне мало.

- Иштар? - удивленно прошептала эльфийка, видимо ожидая какой-то реакции, но не дождавшись её, задала другой вопрос. - Вы умеете открывать колдовские тропы?

- Называйте, как хотите. - небрежно, отмахнулась Лея. - Сейчас важнее то, что одному из нас нужна помощь лекаря и если вы не поможете нам, то скоро в ваших землях запоют скорбные набаты.

Произнесено это было таким тоном, что командовавшая отрядом стражница лесов решила повременить с дальнейшими расспросами. Она медленно кивнула, указав в сторону, куда улетела лишившаяся хвоста тварь:

- У подножия горы стоит небольшая деревня. Там есть лекарь и возможно те, кто захочет нам помочь в поисках.

- Никаких "нам". - решительно перебил её Викар. - Гвар - носитель опасной чумы, что не вылечить обычным способом. Для его убийства нужен иммунитет к той отраве, у нас он есть, у вас - нет. Так что ни о каких помощниках речи быть не может. Да и вы сами должны будете держаться подальше, когда мы его найдем.

- Но если опасность так велика, как вы говорите, тогда может быть стоит подготовиться к битве, оповестить ткачей чар, магистров и прочих, кто способен помочь?

- Время. - напомнил молодой человек, но видя, что сейчас последуют очередные возражения, добавил. - Сообщи им об угрозе, если считаешь нужным, но ждать, пока они соберутся мы не станем. И да, скажи наконец, как к тебе обращаться. Я не привык разговаривать с теми, кто скрывает свое имя.

- Иша. - она хотела добавить что-то ещё, но внезапно осеклась. Голос выдал легкое возмущение девушки, однако, Вика заинтересовало другое. Имя собеседницы сильно походила на сказанное ею раньше слово "иштар". Возможно, тут была некая связь.

Поочередно указав на себя и товарищей, парень представил всех:

- Меня зовут Викар, это Леадея, Тор и Ялазар.

Внезапно, в их разговор влез только что упомянутый последним подранок.

- Там есть приют странника? - было категорически непонятно, что тот, будучи практически парализованным, собирался делать с девушками сего увеселительного заведения.

- Где? - растерялась Иша.

- Ну, в деревне.

Она удивленно хлопала глазами, видимо не совсем понимая, как можно думать об удовлетворении зова плоти, когда только что речь шла о смерти, буквально стоящей на пороге. Впрочем, чтобы понять Яла, нужно было провести с ним в походах не один месяц. Вик едва не усмехнулся, вспомнив, как и сам в начале поражался это особенности своего товарища, при любых обстоятельствах искать способ наслаждаться жизнью.

- Нет. - неуверенно ответила эльфийка. - Топь Теневичков - маленькое поселение.

- На кой тебе приют странника-то, ты даже шевелиться не можешь? - все же не выдержав, хохотнул Викар.

- Мы шлялись черти сколько и по таким богами забытым местам, что, раз уж я не могу пойти с вами, то нужно хотя бы как следует отдохнуть и помыться. Точно, мне нужна баня и чтобы кто-нибудь потер мне спинку!

Леадея бросила на него взгляд, в котором читалось: "не баня тебе нужна, а мозги, похотливый кабель", но вслух ничего не сказала, решив, что не стоит незнакомцам слышать их обычную перебранку. Вместо этого она слегка поклонилась:

- Мы будем благодарны за вашу помощь и не слушайте Яла, он бредит от ран.

Ответив на поклон, Иша развернулась, двинувшись к поселению. Её сопровождающие расступились, становясь по бокам образовавшейся процессии. Так и не выступившие из-под сени леса, двое последних воинов, приготовились идти в арьергарде.

Но двинуться в путь вышло не сразу, чары Леадеи, делавшие вещи повелителя костей легкими, рассеялись, как только они оказались в Вардеме. Тор с Викаром едва сами не свалились на землю, когда вместо человеческого тела, пусть и весьма крупного, почувствовали тяжесть облаченного в полные доспехи рыцаря, что теперь один весил больше их обоих.

Поддерживать заклятие здесь оказалось на порядок сложнее, чем в родном мире. К чести Леадеи, та не переставала тянуть тонкие нити силы откуда только могла, при этом не разрушая хрупкой гармонии окружающего мира. Иша с восхищением смотрела на чародейку, причем, судя по всему, наблюдая за ней и в тонком мире. Видимо, она и сама когда-нибудь хотела научиться подобному, в конце концов, она дочь древней крови, а тяга к магии в них весьма сильна.

Наконец, эльфийка не выдержала и поравнялась с Леей:

- Вы ведь и есть магистр, а это ваша свита?

- Почему ты так решила, Иша? - выдавила побелевшими от напряжения губами колдунья, стараясь не отвлекаться от поддерживаемых ею чар.

- Искусство высших ткачей, которым вы владеете. Я никогда не видела ничего подобного. Говорят, лишь ученики самих богинь, магистры, способны столь искусно сплетать узоры магии.

На лице Леи появилась слабая улыбка. Она мотнула головой в сторону Викара, так что её прекрасные черные волосы колыхнулись шелковой волной:

- Все, что связано с богами, богинями и прочими небожителями, это вон к нему.

Удивленный взгляд эльфийки обратился на пыхтевшего и тихо ругающегося на "отожравшегося кабана, которого теперь приходится тащить на горбу" парня. Тот, уже давно стянув теплый плащ, слушал их разговор в пол уха и не видел ничего особенного в подобных чарах. Впрочем, нужно было сделать скидку на то, что в светлом мире управление Эфиром являлось нетривиальным знанием, сродни мастерству кузнечного или горного дела в Кеплере. Стезя избранных, где знание в строжайшей тайне передавались от учителя ученику.

- Судя по вашим одеждам, вы родом из морозных пределов. - вопрос был исполнен неподдельного удивления, но сомнений Иша не высказала, видимо вспомнив о начале их разговора. О том, что Вик сумел ранить некого загадочного, но опасного гвара, попутно уничтожив все живое в лесу на десяток шагов вокруг. - Кто же ваш наставник? Амбер Ледяная Кровь или кто-то из Забытых?

- Никто. Я служу Силике, Богине Шелковых Дюн. - буркнул Викар первое, что пришло на ум. В конце концов, они с Силикой знали друг друга лично. Она спасла его, а позже, уже он сам вернул ей долг жизни.

В его голосе не было благоговения, присущего всем жителям Вардемы, когда те говорили о своих бессмертных повелителях, что, без сомнения, не скрылось от молодой эльфийки, но та не стала заострять на этом внимание. Это не было пренебрежением, просто относиться к местным предвечным, как к Богам, он заставить себя не мог. Слишком они тут были человечные что ли. Никаких тебе раскатов грома при их появлении, земная твердь не вставала на дыбы, когда те делали вздох и манна не извергалась гейзерами в небеса, а гнев демиурга не разрывал душу, посмевшего разозлить его. Помнится, ему как-то довелось услышать голос одной из небожительниц Кеплера, так он тогда едва не лишился рассудка, хотя та не хотела ему зла, напротив, просила об услуге. В Вардеме же он разговаривал с той же Силикой так же, как сейчас с Ишей. Впрочем, в могуществе предвечной он нисколько не сомневался, помня, с какой легкостью та усмирила Зверя в его собственной душе, при их первой встрече.

Не будь среди них Ялазара, разговор угас бы сам собой, но беловолосый гигант, даже будучи парализованным и не думал униматься. Сначала он пытался разговорить своих носильщиков, но те лишь натужно пыхтели, не особо реагируя на отчего-то изрядно повеселевшего товарища. Видя такое пренебрежение, Ялазар переключился на идущих в молчании девушек и если Леадея сумела сохранить молчаливое спокойствие, отвечая односложно, то Иша явно была не столь искусна в игнорировании подобных раздражителей. Постепенно, она втянулась в казавшийся совершенно пустым разговор и даже иногда отвечала улыбкой на очередной комплимент.

Вначале эта болтовня изрядно раздражала Вика, но вскоре он заметил, что их сопровождающие заметно расслабились, убрав руки с оружия и даже будто бы прислушиваясь к той ахинее, что нес Ялазар.

Недоверие, разумеется, ещё сохранялось, но уже не чувствовалось того звенящего напряжения, когда одно единственное движение может привести к бойне. Каким бы простаком и балагуром не выглядел со стороны бывший подавитель, за его улыбкой и сальными шуточками скрывался немалый опыт разрешения опасных ситуаций, в том числе словами. Вот и сейчас Иша, видя, как тяжело приходится Вику с Тором, свернула с намеченного курса. Прежде они шли в направлении большого озера, питаемого множеством небольших водопадов, которое занимало немалую часть горной долины. Теперь же их путь лежал чуть в сторону, судя по всему, к небольшой заводи.

На берегу и мелководье были разбросаны прямоугольные, покрытые резьбой, постаменты, на одном из которых сидела девушка с длинными косами цвета спелой пшеницы и в весьма соблазнительном наряде. Рядом с ней резвилось, поднимая тучи брызг, необычное существо, которого Викару прежде не приходилось встречать ни в этом, ни в своем родном мире. Размером оно было чуть больше лошади и походило на миниатюрного дракона. Покрытое белой, словно снег, чешуей змеевидное тело на четырех лапах, с мощными кожистыми крыльями и небольшой вытянутой головой с несколькими витыми радужными рогами. Довершала картину пышная платиновая грива, которой позавидовал бы даже лев, охватывающая спину грудь и плечи существа. Впрочем, несмотря на свой великолепный вид, резвилось оно, словно выведенный на прогулку щенок, увлеченно гоняясь за своим отражением в воде.

- Что это за чудо? - не сумев скрыть восхищения в голосе, прошептала Лея, явно очарованная игривым созданием.

- Шелкогрив. Вернее, шелкогривый дракон, но все их зовут шелкогривами. - ответила Иша. Она повернулась к мужчинам, тащившим Яла. - Вижу вам непросто дается путь, думаю стоит попросить помощи.

- А он нас не сожрет? - с некоторой опаской, глядя на пасть полную острых клыков, поинтересовался Вик.

Девушка едва слышно фыркнула:

- Нет. Они очень мирные и любят общение. Подождите тут, я поговорю с его хозяйкой.

Она быстро пошла в сторону сидевшей на камне девушке и приложив руки к губам, засвистела переливами лесной птицы. Та тут же повернулась и осторожно спустившись на залитый водой луг, неспешно пошла навстречу. Следом, смешно подпрыгивая на бегу, устремился и её питомец.

Похоже, они были давними подругами, ибо тут же заключили друг друга в объятия. Разговор их оказался недолог и незнакомка коротко кивнула с чем-то соглашаясь. Уже через пару минут Ялазар удобно устроился на широкой спине шелкогрива, зажатый с двух сторон его приподнятыми крыльями, словно в колыбели. Разумеется, он тут же разлился в благодарностях и комплиментах хозяйке животного, отчего та внезапно густо разрумянилась, едва слышно прошептав слова "не за что", после чего поспешила отойти к подруге. Похоже, девушка была весьма застенчива и старалась не поднимать глаз на парней, однако нет-нет, да и бросала взгляды на весело болтающего повелителя костей, но едва тот замечал это, тут же краснела и отводила взгляд.

Видя, что товарищу доставляет удовольствие изводить несчастную смущением, Викар решил переключить внимание на себя. Подойдя к заинтересовано взглянувшему на него шелкогриву, он не решился протянуть руку к товарищу, а просто спросил:

- Чем планируешь заняться, пока нас не будет? Ну, кроме того, что начнешь портить девок, едва встанешь на ноги.

- Для этого мне ноги не нужны. - усмехнулся Ял, а после уже серьезней добавил. - Сначала отдохну и как следует выпью, а после, нужно выправить броню и наточить меч, выщербленное лезвие, это не дело.

Согласившись, что подобное времяпрепровождение действительно не будет потрачено впустую, Вик проверил, что товарищу не грозит свалиться на землю и было уже хотел отойти, как тот тихо произнес:

- Вик, послушай, проследи, чтобы никого не было рядом, когда вы прикончите гвара. Не хотелось бы проливать лишней крови. - в его быстром взгляде на идущих неподалеку читалась тревога. Обычно повелитель костей не питал сантиментов, когда дело касалось его долга. Однако, одно дело убивать зараженных Семенем Порчи обитателей Кеплера, тем самым освобождая тех от проклятия и совсем другое обагрить руки кровью детей Вардемы. Похоже ему очень хотелось избежать последнего.

Осторожно похлопав раненого по плечу, Викариан коротко кивнул:

- Если придется их связать, чтобы не увязались за нами, не сомневайся, так и поступлю. Однако проводники нам все-таки нужны. Путь не кажется длинным, но не зная троп мы туда взбираться будем дня три. - он указал на невысокую гору, мерцающую снегом вдалеке. - Однако, как только мы найдем зверя, приблизиться к нему никому из местных не дам, не переживай. Мне и самому не хочется, чтобы кто-то из них погиб или того хуже, оказался заражен.

Без сомнения, чуткие эльфийские уши Иши слышали все до последнего слова, но это как раз было на руку парням. Их якобы скрытный шепот звучал ровно настолько тихо, чтобы вызвать интерес, но достаточно громко, чтобы не оставить белых пятен в намерениях. Трюк не хитрый, но судя по напряженно расправившимся плечам стражницы кажется сработал. Ял с Виком переглянулись, едва заметно ухмыльнувшись.

К этому времени Леадея присоединилась к идущем впереди девушкам и увлеченно расспрашивала о землях, в которых они оказались, разыгрывая из себя гостью из дальних краев. Больших усилий для этого прилагать ей не пришлось, местные жители действительно мало знали о том, как выглядят северные земли, отделенные от них морскими просторами. Тор все это время откровенно любовался видами, походя срывая некоторые растения или подбирая необычные семена, да шишки. На неподвижном лице Мрачного не отражалось ни одной эмоции, отчего взгляды, бросаемые на лучника их сопровождающими, были полны тревоги. Его холодность явно нагоняла страху даже больше, чем сила самого Вика, убившего одним заклятием сотни жизней. Потому нетрудно было заметить, какое облегчение испытали их провожатые, когда отряд, наконец, достиг своей цели.

Деревенька ютилась вдоль берега гигантского озера, частично скрытая в примыкающем к нему лесу. Домики казались разномастной мозаикой, один не похожий на другой. Были тут и укрытые толстым слоем дерна землянки, и тонкостенные жилища средь ветвей особо крупных деревьев, а встречались и простенькие срубы, притулившись между неширокими тропинками. Но все они очень органично вписывались в окружающий их живой мир, не нарушая его красоты.

"Интересно", - подумал Вик, - как же они освещают деревню ночью, ведь не факелами же, в конце концов".

На окраине небольшого сада, едва выбивавшегося из-под тенистых крон, в окружении стайки детей сидел человек в широкополой шляпе и рыжем, будто огонь плаще. Он ловко перебирал струны, натянутые между двумя изогнутыми концами гибкой лозы. Рядом с ним примостилась девушка с волосами, цвета рябинового меда и судя по всему, что-то вышивала, пока ребятня весело смеялась, бегая вокруг, под необычайно притягательные, даже можно сказать гипнотические, переливы мелодий. Вик заметил, что при каждом шаге под босыми ножками детворы распушался зеленый островок сочной травы вперемешку с луговыми цветами. Парень обратился к оку инфернала, мгновенно поняв в чем дело. Игравший на необычном инструменте мужчина был мастером Вечного Океана или как их назвала Иша - ткачом.

Эльфийка быстро что-то сказала идущим рядом с ней девушкам, указав чуть дальше, намекая похоже, чтобы пока шли без неё, а сама отправилась к чародею. Медноволосая, сидевшая рядом с ним, обратила на гостью внимание и её тронула улыбка, что тут же погасла, едва она заметила шелкогрива с его хозяйкой, прошедших мимо. Зато вот взгляд самого ткача надолго задержался на скромнице, тщетно прятавший глаза от Ялазара.

Светлый ли мир, проклятый ли, или какой другой, кое-что никогда и нигде не менялось. Не было ничего более постоянного, вечного и в то же время ничего более ветряного, чем чувства. Эта мысль порадовала Викара, напомнив о том, что и его в Вардеме кое-кто ждет, а возможно даже уже ищет. Он коснулся небольшого медальона, висевшего у него на шее, едва заметно тянувшего куда-то на север. Вторая часть принадлежала одной очаровательной особе, которой он некогда отдал свое сердце, получив взамен её собственное. По времени Кеплера они не виделись всего пару месяцев, но в Вардеме могли пройти десятилетия, к счастью, Беатриса являлась дочерью древней крови и годы были не властны над ней.

Глубоко задумавшись над тем, как бы им встретиться, молодой человек позволил ногам самим нести его, а когда он, наконец, вернулся в реальность, обнаружил себя стоящим возле крайне необычного дома. Тот расположился между несколькими высокими деревьями и был сплетен из их же толстых корней, отчего напоминал перекрученную луковицу с коричневым венчиком перьев на маковке крыши.

У входа стояла Иша и разговаривала с очень высоким, почти в два раза выше Яла, весьма привлекательным внешне мужчиной неизвестного вида. Кожа его была цвета освещенной яркой луной ночи, голову украшали рога-ветви с распустившимися на них остролистным розово-алыми соцветиями. Но что больше всего поразило Вика, это его длинные серебристые волосы, парившие по воздуху, словно в воде. Он уже видел такое прежде. Силика, а также многие другие, кого в Вардеме называли хранителями мира, отличались подобной прической. Однако, хотя в стоявшем сейчас перед ними мужчине чувствовалась сила Вечного Океана, она все же не шла ни в какое сравнение с той, которой обладали предвечные Вардемы. Может быть это какой-то полубог или особо доверенный жрец.

Тут до парня донеслись обрывки разговора, частично подтвердившие его догадку. Иша договаривалась с синекожим гигантом, уважительно называя того "хозяином рощ", рассказывая о раненом, о гваре, а также гибели части леса, правда ни пол словом не обмолвившись, кто стал причиной тому.

Молодой человек покрутил головой. Их отряд остался без шелкогрива и его хозяйки:

- А куда делось воплощение вселенского смущения и её питомец?

- Ушли в набег на логово зловещего хвоста. - расстроено вздохнул Ял. - Кто знает, что уготовано им среди скрюченных высохших ветвей и суждено ли им вообще вернуться живыми?

Вик не сразу нашелся, что ответить, пару секунд тупо таращась на товарища, переваривая услышанное:

- Чего?

- Кейлари с её белогривым другом ушла вместе с местным чародеем-менестрелем, Тхамааном, дабы принести оторванный тобою гваровский хвост, пока он не отравил землю сильнее, чем уже есть.

Не сказать, чтобы Вика сильно обеспокоила это новость, в конце концов, вряд ли мертвый кусок плоти так уж опасен, но с другой стороны, мало ли какая ещё пакость может приключиться. Случалось же, что отрубленная конечность начинает жить своей жизнью, постепенно превращаясь в новую, полноценную особь. Заметив тревогу в его глазах, Лея поспешила успокоить:

- С ними увязалась ещё эта девчонка, слушавшая игру Тхамаана и Иша отправила с ними парочку своих следопытов.

Беспокойство немного отпустило, а упомянутая только что предводительница небольшого отряда эльфийских разведчиков неслышной тенью оказалась рядом с ними:

- Хранитель рощ благосклонно согласился помочь вашему другу. - довольным голосом сообщила она.

- Какую цену просит он за свою помощь? - поинтересовался Викар, на самом деле не сильно переживая на этот счет. У них ещё оставались деньги с прошлого пребывания в Вардеме, да и тут никто не пытался нажиться на чужой беде, удесятеряя цену в минуты нужды, как в Кеплере.

Иша покачала головой:

- Не нужно денег. Я сказала, что вы служите Богине Шелковых Дюн, этого достаточно. - поднятая тонкая ладошка пресекла возможные возражения. - То не мои слова, а хозяина рощ.

К ним немного нерешительно подошло четверо подростков с чем-то, вроде небольшой, но очень красивой телеги, расписанной радугой красок и украшенной резными вензелями. Дружно крякнув от натуги, они погрузили обездвиженного Яла на свою повозку и тяжело пыхтя, потащили ту к дому их рогатого благодетеля.

- Не буянь тут, мы вернемся за тобой, сразу, как покончим с гваром. - Викар положил в ноги товарищу его оружие и походный мешок, слегка хлопнул по наплечнику и отошел в сторону, чтобы не мешать мальчишкам делать их работу.

- Будьте осторожны. - с внезапной серьезностью ответил бывший подавитель, чуть тише добавив. - Не позвольте порче ускользнуть. Иначе потом и сотен оборотов солнца не хватит, чтобы все исправить.

"Как всегда, в первую очередь беспокоится о долге". - подумал Викар, невольно улыбнувшись. Впрочем, он разделял этот порыв. Сняв с шеи половинку амулета, тянущую к себе вторую свою часть, сейчас находящуюся у Беаты, вложил ту в руку товарища и закрепил тесьму на его запястье.

Ял удивленно взглянул на золотистый кружок в своей ладони:

- Зачем он мне?

- Я знаю Беату, она уже должно быть почувствовала, что мы снова в Вардеме и непременно кинется меня искать. Не хватало, чтобы она нашла нас в момент, когда мы настигнем гвара.

Все же часть идей подавителей, то как они воспринимали мир, были Вику весьма близки. Порождение Разрушителя нужно было уничтожить во что бы то ни стало. Однажды они уже упустили Тень, нельзя чтобы подобное повторилось вновь. Тем более Викар не мог позволить себе рисковать жизнью той, что спасла его душу и разум от черной бездны глухого безразличия ко всему, кроме жажды мести, после гибели семьи.

- Если она придет до того, как мы вернемся, просто скажи, что мы скоро будем.

Повелитель костей сумел кивнуть, а пальцы шевельнулись, сведенные внезапной судорогой, хотя на его лице не дрогнул ни единый мускул. Судя по всему, чары, сковавшие тело и не позволяющие ранам открыться, быстро таяли, вырванные из родной стихии Кеплера. К счастью, в них уже не было такой большой необходимости, как прежде.

Едва Яла занесли в дом, синекожий, сложив руки в некий ритуальный знак, коротко поклонился в сторону провожавших товарища людей, отчего алые лепестки на его ветках-рогах качнулись мягким ореолом, после чего зашел следом. С потолка к земле протянулось множество тонких усиков молодой поросли, живой завесой закрыв вход.

- Странно. - буркнул себе под нос Вик, ни к кому конкретно не обращаясь, когда они вновь двинулись в путь.

- Тебя что-то беспокоит? - тут же спросила идущая чуть впереди Иша.

Можно было бы конечно сказать, чтобы не брала в голову, но все же смутная тревога заставила парня пояснить:

- Да как-то слишком легко и без лишних вопросов мы получили помощь. Ни этот ваш местный ткач, ни хозяин рощ не проявили особой тревоги или интереса к происходящему.

- Отнюдь. - возразила эльфийка. - Ещё как проявили, но я им все объяснила. Про то, что видела сама и то, что вы мне рассказали.

Почесав затылок и едва не запутавшись пальцами в своих слипшихся грязных волосах, Викар все же решил не отступать:

- Ну, предположим тебя они знают и верят каждому твоему слову. - для Вардемы это было делом обычным и живущие здесь не привыкли иметь дело с темной стороной чужих душ. Короткий кивок командовавшей отрядом лесных стражей подтвердил слова парня. - Однако, мы-то здесь чужие и ты нам так просто поверила?

Теперь Иша отрицательно покачала головой:

- Нет причин не верить вам, к тому же, меня убедили не столько ваши слова, сколько дела. - она указала на тут же удивленно приподнявшую бровь Леадею. - Ей открыты тайные тропы, а раз так, то значит твои слова насчет того, что вы служите Силике - правда.

- С чего ты взяла? - удивился Вик.

Девушка пожала плечами спокойно, будто это знал каждый ребенок, пояснив:

- Любой ткач, магистр или иной кудесник связан с Тонким Миром, но лишь те, кто соприкоснулся с мудростью предвечных, имеет возможность путешествовать сквозь него. А значит, вы действительно служите богине.

О том, что магия в Вардеме удел далеко не каждого, Вик знал и прежде, но он и понятия имел, что оказывается даже среди избранных, кому было доверено умение управлять эфиром, есть ещё более глубокие ступени посвящения, закрытые от прочих чародеев. Неожиданное открытие, но весьма полезное.

После того, как они покинули деревню, Иша повернула в сторону высокого водопада, лежащего чуть в стороне от пути, куда по идее они должны были идти. Вскоре выяснилось, что сверкающая пелена падающей воды скрывала за собой великолепную, вырезанную прямо в скале, дорогу, вдоль которой стояли резные колонны, увенчанные кристаллами, излучающими мягкое сияние. Она выводила на широкую пологую лестницу, перемежающуюся с широкими террасами, скрытыми под сенью окружающего их леса, проложенную от подножия горы до самой вершины. Чем дольше они шли, тем больше Викар приходил к выводу, что им несказанно повезло. Если бы пришлось идти без проводника, взбираясь по крутым склонам, да продираясь через кустарники и корни росших тут повсюду вековых деревьев, это заняло бы прорву времени. А уж сил бы отняло столько, что к концу восхождения вряд ли они смогли бы даже просто стоять на ногах от усталости.

Сейчас же подъем напоминал скорее прогулку по великолепному саду. Судя по лицу Леадеи, которая без устали вертела головой, та была в полнейшем восторге. В какой-то момент они вошли в пелену тумана, сырого и холодного, но он быстро отступил, а уже через несколько сотен шагов кончился и сам лес. Ухоженные площадки сменили дикие тропы, ведущие к уже видневшейся невдалеке вершине. Девушка, пройдя пару десятков шагов, остановилась, как вкопанная. Открыв рот, она медленно обернулась, рассматривая открывающийся вид. И Викариан вынужден был признать, посмотреть тут было на что.

Они оказались над низко ползущими белыми тучами, сквозь которые осколками рифов возвышались верхушки самых высоких деревьев. Сверкающий золотисто-алым огнем от закатного солнца, нетронутый снег лежал вокруг, словно прибрежный песок скрываясь в молочной пелене лениво текущих облаков. А над головой раскинулся темный бархат вечернего неба, раскрашенный невероятными красками туманностей небесной реки и мириадами мерцающих звезд. Оно затягивало в себя тревоги, развивая в своей бесконечной глубине тяжелые мысли. В этот миг Викариан понял, сколь же ничтожно пустое слово, не способное выразить и доли открывшегося им великолепия.

Рядом остановился Торунг и хотя его лицо как всегда оставалось мраморной маской, серебряные глаза слишком долго не моргали, будто пытаясь впитать в себя всю окружающую их красоту до последней капли. Они взирали на Вардему глазами птиц, что, паря в высоте, касались крыльями купола мира, окидывая взором всю ойкумену до самой границы, где сливаются воедино небо и земля.

Идущая впереди Иша и сама залюбовалась видом, но лишь на краткий миг:

- Идемте. Тучи тяжелые. Они принесли с собой снега, а метель легко скроет следы, если не поторопимся.

Отрываться от созерцания окружающего совершенства было почти что больно, но действительно, нужно было закончить начатое, прежде чем предаваться праздности. Через силу заставляя себя передвигать ноги, они двинулись дальше, вскоре оказавшись на широкой, шагов двести в поперечнике, пологой вершине, словно срезанной гигантским тесаком. Тут не было совершенно никакой растительности, лишь пелена снега, щедро окропленная пурпурной кровью гвара. А в самой середине этой естественной террасы находился небольшой постамент, ограненный наледью, да присыпанный белесой крупой. Подойдя к нему, Иша провела рукой по верхней грани счищая тонкую корку и вгляделась в открывшиеся под ней символы.

Отполированная до зеркального блеска поверхность камня содержала на себе не что иное, как карту с отмеченными горными тропами, бродами рек и местами, где можно было бы сделать привал. Викариан увидел символ лестницы, скрытой между деревьев, той самой, по которой они только что поднялись сюда и образ самого алтаря, высеченный строго в центре в виде восьмиконечной путеводной звезды. Один её луч сильно выделялся своей длиной, а если судить по заходящему от них по левую руку солнцу, он указывал на север. По ту сторону вершины, совсем рядом, лежала большая чаша озера.

К этому времени их небольшой отряд снова закутался в плащи, ибо хотя холод Вардемы и не был столь лют, как в Кеплере, но после теплого воздуха долины, он заставлял зубы мелко стучать. Тонкие пальчики Иши, в перчатке, ставшей белой под стать окружающему снегу, скользнули по образу замеченного горного водоема. Девушка взглянула на небо, словно сверяясь с курсом, после чего быстро зашагала вперед.

Вскоре они миновали вершину и им открылся противоположный склон горы, в одном из мест обильно орошенный фиолетовыми пятнами замерзшего ихора. Снег там был перепахан, словно поле после долгих осенних ливней, по которому пронеслось стадо диких быков. Гвар побывал здесь и судя по всему, чувствовал он себя неважно.

Легкая гордость взяла Викара. Жизни, что он бросил в горнила заклятия против гвара, все-таки не оказались напрасными и тварь не смогла ускользнуть далеко. Впрочем, тут же ему на ум пришла едкая мысль, что слишком уж легко он нашел оправдание своему поступку. Такие размышления недалеки от тех, которыми руководствовались темные маги Кеплера, считающие, что цель оправдывает любые средства. Дети же Вардемы ценили жизнь превыше всего, потому их мир давно не знал войн и кровопролитий. По крайней мере там, куда распространялась власть богинь. Да даже северные пустоши, лишенные подобного догляда, не рождали сонмы чудовищ, хоть и считались землями дикими, свободными от законов.

- Нам не туда. - голос вырвал Вика из задумчивости, который, как оказалось, все это время двигался через довольно глубокий снег в сторону, куда вел след из замерзшей ядовитой крови. Иша стояла на уступе выше, с удивлением глядя на парня, похоже предполагая спуститься совсем иной дорогой.

Чертыхнувшись про себя, Викар принялся взбираться обратно. Ухватившись за протянутую Торунгом руку, он выбрался наверх и повернулся к едва сдерживающим смех девушкам:

- Гвар же полетел в ту сторону.

- Скорее покатился. - хмыкнула Лея, тщетно вглядываясь в исчезавшие за завесой тяжелых туч снежные буруны, перепачканные темными пятнами.

Парень отмахнулся от этого замечания:

- Да какая разница. Там похоже начался буран. - он указал на невесомую рябь, парящую над пеной белесых облаков под ними. - Если не поторопиться, все следы заметет.

- И тем не менее, идти через глубокий снег, под которым могут скрываться провалы и расщелины, да ещё когда вокруг не видно ни зги, не лучшая идея. - резонно заметила их проводница.

Шумно выдохнув, нехотя признавая её правоту, парень взглянул в сторону, куда предлагала идти Иша. Собственно, выбранный её путь мало чем отличался от его собственного, разве что был более пологим, впрочем, он тут же вспомнил карту, высеченную на камне. Примерно сопоставив стороны света с лучами путеводной звезды, он понял, что они сейчас шли к чаше озера, в то время, как путь, который выбрал он сам вел прямиком к обрыву.

Вик не произнес ни слова, лишь коротко кивнув, соглашаясь с доводами и готовый следовать, куда скажут. Вскоре их окутала липкая изморозь, быстро сменившаяся пушистыми хлопьями. Отряд втянулся в стелющуюся пену туч, в которой пришлось идти совсем близко друг к другу, чтобы не потеряться.

Лея, шедшая рядом с Ишей и о чем-то тихо с ней переговаривавшаяся, коснулась ноготками навершия своего посоха, заставляя тот озариться ярким, не режущим глаза светом, позволяя идущим следом мужчинам не потерять их из виду. Впрочем, вряд ли это было так уж необходимо. Вновь поднявший свою жутковатую маску Мрачный, кажется, видел окружающий мир не хуже, чем в ясный день, даже умудряясь ступать точно по следам девушек. Вик так не умел, то и дело проваливаясь в сугробы, отчего его меховые штаны по самые бедра превратились в покрытые комьями снега шаровары. Идти стало жутко неудобно. Силы, после целого дня, проведённого в блужданиях по руинам, боях, взбираниях на горы и прочих прелестях походной жизни, неуклонно убывали. Вместе с ночной тьмой, неотвратимо окутывавшей мир, подступала смертельная усталость, но остановиться сейчас он позволить себе не мог.

Тихо ругаясь, поминутно растирая снегом слипающиеся глаза, парень не заметил, как пегая пелена выпустила их из себя, паря над их головами. Теперь взор застилал лишь тихо сыплющийся мягкий снежок, сквозь который была весьма неплохо видна цель их пути. Да и трудно было не заметить в сгущающейся темноте огромную, шагов двести в поперечнике, каменную чашу, полную совершенно прозрачной воды, при этом сияющую изнутри циановым светом. Словно кусочек летнего неба решил спрятаться от наступившей ночи на земле среди горных пиков. Каменистый берег покрывала пушистая изумрудная трава с редкими невысокими кустами. С каждым шагом становилось все теплее. Не иначе, это горячий источник. Рядом приютилась незаметная издалека хижина, вырубленная прямо в скальной толще, правда, судя по покрывавшему дверь ледяному наросту, пользовались ей крайне редко. Но это было сейчас и не важно, останавливаться на ночлег все равно в планы не входило, хотя Иша несомненно вела их к озеру.

Тихий хруст снега под ногами сменился негромким стуком подбитых сапог по мощеной дорожке. В трещинах между камней скапливался теплый пар, то и дело пытавшийся вырваться из теснин, отчего создавалось впечатление, что идущие люди являются гигантами, а под их ногами раскинулись покрытые туманами холмы.

Тропа вывела их прямиком к берегу, с кристально чистой водой, сквозь которую было видно дно водоема. Его усеивали небольшие валуны, источающие мягкое сияние, разгоняющее ночную мглу. И там, на глубине, Викариан различил небольшие переливающиеся радугой тела с прозрачными плавниками, кружащими вокруг более крупного существа. Судя по всему, верхняя часть тела его была женским, но вот ниже бедер оно переходило в изящный, словно у морской змеи, хвост, раздвоенный на конце.

- Кто это? - не удержался от вопроса молодой человек, когда эльфийка, присев возле самой кромки воды, коснулась той кончиками пальцев. В то же мгновение, обитательница озера подняла к ним свое лицо, обрамленное короной серебристо-голубых волос.

- Авара, хозяйка этой горы. Она знает все о происходящем тут и поможет нам в поисках.

- Русалка-колдунья? - с интересом заключила Леадея, наблюдая за приближающейся с нечеловеческой грацией фигурой, в окружении эскорта из переливчатых рыбешек.

Иша покачала головой:

- Авары - не просто русалки. Помимо гипнотических рапсодий, в их силах так же вызывать видения, причем как у себя, так и у тех, кто ищет их помощи. Погода скроет все следы раньше, чем мы настигнем того, кого преследуем, но от силы самой горы не спрятаться.

Она замолчала, когда из озера показалось очаровательное лицо с красивыми глазами и тихой улыбкой. Авара неспешно подплыла поближе, оказавшись над водой по самый пояс. Если бы не роскошные длинные волосы, укрывшие спину плечи и пышную, идеальной формы, грудь, Вику было бы невероятно трудно сосредоточиться на предстоящем разговоре. Учитывая это, им даже в какой-то мере повезло, что Ялазар оказался не в состоянии пойти с ними.

- Эарнеилас, мира и процветания тебе хозяйка Облачного Пика. - Иша уважительно поклонилась. - Боюсь, мы пришли с дурною вестью и просьбой о помощи.

Викар и остальные почли за лучшее поступить так же. Авара, вернув поклон, принялась с неподдельным интересом разглядывать детей Кеплера. В её словах слышалось едва скрываемое беспокойство.

- След боли и смерти, отравивший молодой снег, жизнь чуждую нашему миру ищите вы. В ней было зло, древнее и могущественное. Гораздо старше Вардемы. - внезапно произнесла Авара, не спрашивая, а утверждая. Она подняла тонкую руку указав изящным пальчиком на Вика. - Тоже живет в вас самих. Вы с ним, различны лишь внешне, но внутри вас наполняет та же тьма. Зачем же вы ищете его?

- Что бы убить. - холодно ответил Викар.

Иша хотела сказать что-то, однако резкий останавливающий жест русалки заставил слова угаснуть, прежде чем те сорвались с губ. Судя по всему, тут мнение эльфийки ценилось куда ниже, чем в деревеньках лесной долины. Голос авары не изменился, однако рыбешки, до того спокойно плававшие вокруг, заметались из стороны в сторону, а вместе с ними пришел в движение и Тонкий Мир:

- Но вы одно и тоже.

Парень сжал зубы, ситуация развернулась совсем не так, как хотелось бы. Ему не нравилась перспектива оправдываться. Однако, он понимал, что хозяйка горы явно напугана и может наделать глупостей. Поборов недовольство, он спокойно ответил:

- Гвар несет в себе заразу, что перекинется на любого, сумевшего убить её носителя. Единственной защитой от подобного исхода, является сама эта болезнь, ибо она не в силах причинить вред, уже зараженному ею. - на секунду задумавшись, парень быстро добавил. - Вернее больший вред, чем уже нанесла. Хранительницы могут приглушить шепот проклятия, а потому для нас, исполнителей воли предвечных, эта порча не так опасна, как для остальных.

Несмотря на то, что Викариан скорее всего был намного младше Эарнеилас, он говорил с такой ледяной уверенностью в голосе, что та, почувствовав перед собой не юнца, от которого могла бы требовать ответы, но война, раздраженного её недоверием, откровенно растерялась.

Их глаза не отрывались друг от друга и Викару стоило немалых трудов не утонуть в аквамариновом море, обрамлённом длинными пушистыми ресницами. Неизвестно, сколько могло ещё продолжаться это безмолвное противостояние, как вдруг молодой человек заметил в глубине очей авары страх. Нет, она боялась не его, а того, что жило внутри его души, словно понимая или хотя бы предчувствуя, сколь огромную опасность таит в себе Семя Порчи.

Заручиться симпатией, да хотя бы простым доверием, было бы предпочтительней, однако, сейчас они в пустую теряли время на разглагольствования. К тому же, Викар чувствовал, как с каждым пройденным шагом силы покидали его, день выдался весьма напряженным и конца ему видно ещё не было. По крайне мере, пока они не прикончат эту крылатую глисту.

- Эарнеилас, чем дольше мы тут с тобой разговариваем, тем больше шансов у гвара оправиться от полученных ран и сбежать. Ты сказала, что чувствуешь в нем проклятие. Мы же ведем за ним охоту. Все, что нам нужно - знать где схоронилась тварь.

- Но что породило этого ... гвара? Какие тропы ветров привели сюда?

Русалка будто не услышала его слов о том, что время не ждет. Викариан сокрушенно покачал головой, поднимаясь на ноги, зло бросив:

- Не хочешь помогать, ну и черт с тобой, сами найдем. А если мы опоздаем и чума расползется по этим землям, то в том будет лишь твоя вина.

Парень уже собирался зашагать прочь, как вдруг тонкая, покрытая мягкой голубоватой кожей, рука ухватила свалявшуюся шерсть его потрепанного старого плаща. Он, сведя брови, грозно посмотрел вниз, без слов давая понять, что больше разговоров не будет. Либо Эарнеилас поможет, либо пусть не мешает выполнять им долг. Грудь девушки быстро вздымалась от частого дыхания, а зрачки расширились, выдавая внутреннюю борьбу между страхом за свой дом и недоверием к чужакам, несущими в себе обжигающее черное пламя. Она, не отпуская Вика, бросила быстрый взгляд на так же взволнованную Ишу. Та быстро кивнула, словно отвечая на невысказанный вслух вопрос, после чего с обреченной покорностью произнесла:

- Я помогу вам, но поклянись после ответить на то, что я хочу знать.

Отрицательно мотнув головой, Вик произнес:

- Только если нам позволит богиня. А лучше, спроси у неё сама, как я уже говорил, мы служим Силике. Прости, но иного обещания я тебе не дам.

Закусив нижнюю губу от досады, Эарнеилас нехотя кивнула, разжав кулачок. Она отстранилась так, что Вик, помимо воли, скользнул по её соблазнительным окружностям. Набрав воды, в сложенные лодочкой ладони, авара быстро зашептала слова ворожбы. В конце она произнесла:

- Узри врага, которого ты ищешь, найди тропу к нему, сквозь время и сквозь расстоянье. - нити стихий охотно откликнулись на зов хозяйки горы, поднимаясь из самых недр, наполняя влагу меж её пальцев, которую она тут же протянула Вику. Тот поколебался мгновение, трудно было побороть привитое Кеплером недоверие к окружающим, но в конце концов, он медленно опустился на одно колено, потянувшись губами к зачарованной воде. Поверхность той стала маслянистой и играла переливами отражений, вот только не звезды с луной виделись в ней, и даже не лицо парня, а что-то совсем иное, изменчивое, неспокойное. Но поздно уже было терзаться сомнениями.

Первый же глоток погасил зрение Вика, позволив его сознанию вырваться прочь из тела, словно перо, сорванное с плеча, он воспарил над своим коленопреклоненным телом. Несомый незримыми ветрами, он устремился на север, но не по склону горы, как ожидал, а вверх, к дальним пикам, за которыми разливалось янтарное сияние, будто там, меж белых клыков, спало второе солнце мира. Ему захотелось крикнуть "не туда", ведь раненый гвар не мог уйти так далеко, с другой стороны, откуда ему знать на что способна эта тварь на самом деле. Мелькнула мысль, а что, если все же это была ловушка и теперь его сознание, вырванное из тела, несется в казематы местного Тирана или кто тут у них правит. Но и это предположение разбилось на осколки, едва он преодолел отроги дальних кряжей, и взору открылось то, что на секунду вытеснило все остальные размышления.

В каменной колыбели величественных скал, окаймляющих белой мантией снежных облаков, покоился огромный кратер, из глубины которого, освещая покатые серые стены, бил гейзер мягкого света. С высоты птичьего полета то, что находилось в глубине, напоминало кусок ордианской руды. Однако, чем ближе Викариан подлетал, тем яснее видел, как сияющие грани превращались в прозрачные купола, укрывающие зеленые капли живой растительности, неведомо каким образом выросшие на голых скалах и древнем шлаке. А серые прожилки, разделяющие их, не что иное, как улицы с широкими лестницами, соединяющими уровни огромного, даже по меркам Вардемы, города. Последним же штрихом картины стал знакомый, хотя и немного изменившийся с их последней встречи образ Калери'Юна, небесной каравеллы богини Астры, сестры Силики, зависшей над этим великолепием.

Его неумолимо потянуло вниз, в самую глубину огромного кратера. Он стал буйным ветром, несущимся по мощеным проулкам, срывающим с редких деревьев, напоминающих бугристые сталагмиты, их острые, вытянутые листья. Оконные ставни громко захлопали, когда он взвился над крышами, а растерзанные его касанием столбы дыма из печных труб, изогнулись вслед вихристыми воронками, протянувшись через широкий пролив в самом центре этого невероятного города, туда где виднелся невероятной красоты и величия дворец.

Тонкие шпили, увенчанные небольшими колокольнями, покоились на могучих стенах, меж которых расположились огромные арочные окна. В них, без труда, смогли бы бок о бок въехать полдюжины всадников, высотой же те были в два десятка шагов. Сквозь них, наружу, проникали копья янтарного света, делая всю конструкцию действительно похожей на осколок солнца, неведомым образом оказавшимся на земле. Такой эффект создавала мозаика, из искусно выделанных полупрозрачных пластин, занимавших эти огромные окна. Кое-где она казалась идеально гладкой, в иных же местах была выпуклой, идя волнами, отчего лучи исходящего изнутри дворца сияния, преломляясь, били в разные стороны. Сверху, на прозрачное острие, венчающие крышу самого высокого, центрального купола, опускался столб голубоватого света, невесомым водопадом разливаясь внутри дворца. Викару уже приходилось встречать в Вардеме настоящее, искусно отлитое стекло, нечета мутным рыбьим пузырям Кеплера, но то, что сейчас было перед ним, было скорее произведением художника, нежели творением стеклодува. Словно кто-то достал из Тонкого Мира кусочек магической реальности, бережно очистив тот от порождений дикой магии и аккуратно перенес его в реальный мир.

К острову со всех сторон вели десятки мостов, по которым двигались вереницы жителей, а из-за льющегося из сердца дворца золотого света, вода под ними напоминала раскаленную магму.

Проносясь мимо сотен обывателей, Вик срывал с них шапки, ерошил волосы и рвал из рук высокие, богато украшенные, флаги. У самого входа виднелись неподвижные стражи в полных стальных доспехах, с пышными алыми плюмажами и необычными копьями, чьи наконечники буквально сияли белым светом, словно на их лезвиях свились тугими змеями снопы молний. От них исходила угроза, хотя с такого расстояния они скорее казались прекрасными статуями, нежели живыми существами.

Парень прянул в сторону, попутно разметав парящие вокруг воздушные змеи, устремляясь сквозь ближайшее окно внутрь дворца. Он попытался закрыться руками, так как вот-вот должен был налететь на толстое выпуклое стекло. Однако, вместо этого пролетел сквозь него, в то время, как ветер, что все это время нес его, бессильно ударился о прозрачную преграду, не сумев проникнуть следом.

Бешеный полет сменился неспешным планированием над залом, в котором что-то праздновали тысячи вычурно одетых гостей. От пестроты платьев и богато украшенных доспехов становилось сложно сосредоточиться на чем-либо. Взгляд никак не мог зацепиться за детали, соскальзывая с гостей, словно пальцы со свежей написанной масляными красками картины. Викара затянуло в жемчужные пряди громадной люстры, висящей под потолком, напоминающей составленный из тысяч перламутровых горошин алмаз. Отсюда хорошо просматривались все внутренние помещения.

Дворец представлял собой каскады просторных зал, перетекающих одна в другую, отчего создавалось впечатление их бесконечности и везде шло торжество. Только теперь парень заметил, что он не слышит ни одного звука, тоже касалось запахов. Попытки заглянуть в Тонкий Мир оказались безуспешны, его словно бы здесь не существовало, оставляя доступным лишь обычное зрение. Ему дозволялось лишь наблюдать.

Поразмыслить над этим не удалось, так как полет продолжился, унося его вниз, но не к танцующим и веселящимся гостям, а в сторону.

Сначала показалось, что целью путешествия была выступающая на импровизированной сцене странная труппа, состоящая из нескольких девушек и парящей над ними улыбающейся маски с парой огромных рук, соединенных воедино лишь длинным прошитым серебряными нитями плащом. Их движения были идеально слаженными, напоминая театр кукол, а акробатические этюды, выполняемые красавицами по мановению руки своего "господина", казались просто невозможными. Заставляя их то взвиться в воздух, едва не ли не до потолка, то закружиться в безудержном, бешеном, вращении, этим странным танцем увлекая за собой всех вокруг. Было в этом что-то жуткое, нереальное, отчего у Викариана, привыкшего, что в Кеплере за любой красотой скорее всего скрывается нечто пытающееся тебя непременно сожрать, закрались подозрения.

Внезапно, две девушки бросились друг к другу, на секунду слившись в волнах бело-алого шелка их платьев. После чего, они с силой оттолкнулись друг от друга, да так, что одна взлетела вверх к самому парню, позволяя разглядеть её слегка прищуренные от счастья глаза и широкую белозубую улыбку. Она наслаждалась танцем даже больше, чем наблюдавшие за ней, кажется вовсе не замечая, что "нимб" на ее голове съехал на бок, грозя вот-вот свалиться. А может так было задумано? Беспечный ангел?

Не осознавая того, Викариан сам потянулся за девушкой, когда та, преодолев верхнюю точку пируэта, раскинула руки и заливисто смеясь, понеслась вниз. Он почти коснулся платья, что из белого пушистого облака превратилось в упругий бутон нераспустившейся розы, но незримая сила не позволила ему этого сделать, продолжая увлекать куда-то вбок. В сторону широкой, изгибающейся полумесяцем, лестницы.

Обогнув высокого черношкурого шадрала, поднимающегося по ступеням, чешуя которого выглядела так, словно была специально опалена огнем, облаченного в церемониальный серебряный доспех, парень оказался на этаже, являвшим собой каскады лож с широкими балконами, нависающими над главным залом. Большая часть из них стали очагами буйного веселья, с танцами, питием, бесчисленными яствами, но Викара увлекло к укрытому тенями тяжелых портьер углу. Внутри несомненно кто-то был, причем был не один.

Ещё даже не успев проникнуть внутрь, молодой человек почувствовал неприятный холодок, пробежавший по спине. Слишком уж знакомо выглядела один из силуэтов, стоявший прямо напротив окна, особенно оружие, хищными крыльями гарды нависающее над могучими плечами его владельца. Образ ещё не до конца всплыл из памяти, урывками выдавая пейзажи Снежного, города лежавшего далеко на севере, стремительную тень, несущуюся над его храмовыми зиккуратами и тяжелое лезвие, пробившее хрупкую грудь прекрасной Силики.

Он не знал ни имени, ни истинного облика этого существа, выглядящего сейчас, как крупный, но вполне обычный мужчина средних лет, с гладко зачесанными назад короткими, с проседью, волосами. Однако, Викариан уже имел сомнительное счастье видеть его силу в деле. Разум затопила пелена гнева, из глубин которой слышался яростное шипение:

"Убийца богов, совсем рядом! Его нужно найти!" - но тут же ядовитой усмешкой появилась другая мысль. - "Ну, предположим, наешь, дальше-то что с ним делать? В прошлый раз не хватило сил просто догнать его, хотя он даже не убегал. Тогда этот громила тебя, кажется, вообще не заметил. Много ли внимания человек обращает на таракана у себя под ногой?

Да, они были не ровня друг другу, но тем не менее, кое-что их объединяло.

Парень, забыв, что не имеет сейчас физического тела, посмотрел на свое на левое запястье, но не обнаружив того, обратил взор на руку владельца зловещего меча. Большой, сияющий золотом, наруч, иссеченный прожилками, наполненными жемчужным песком, тот охватывал все предплечье. Лишь в одном месте он оказался сколот и по форме выбоина точь-в-точь подходила на артефакт самого Вика - пластинку-ключ, что открывала путь из Кеплера в Вардему. Эти части были единым целым. Даже разбитые, оставаясь неразрывны друг с другом и кажется, так же они связывали своих владельцев.

В Снежном, чем меньшее расстояние разделяло эти два осколка, тем сильнее парень чувствовал, наполняющую его тело, странную, абсолютно чуждую обоим мирам, мощь. Но раз эта связь уравнивала их, делая одного сильнее, то второй должен был слабеть. А значит, какими бы силами эта тень в облике человека не обладала, рядом с Виком она не будет неуязвимой.

Обрадованный подобной догадкой, парень обратил внимание на окружающее убранство и находящихся внутри других гостей. Кажется, они о чем-то общались с убийцей богов, но не было слышно ни звука, даже лиц не было разобрать, они казались смазанными, словно смотришь на них слезящимися глазами. Разве что удалось распознать статную женскую фигурку, в плотном серо-голубом сюртуке с широким шалевым воротником до самого живота и кого-то ещё, сгорбленного, закутанного в черный, побитый временем, старый плащ, с притороченный к нему побрякушками. Он постоянно что-то перебирал в сухих, покрытых пигментными пятнами, руках и трясся словно в лихорадке, отчего его образ становился ещё менее четким.

Все они стояли спиной ко входу, а потому, когда оттуда ударил поток ярко-рыжего света, впуская в обитель трех теней нового гостя, все, как один, в том числе и сам Викариан, повернулись к нему. Полог балдахина уже падал обратно, отсекая льющиеся извне сияние, но за это короткое мгновение удалось разглядеть пришедшего. Им оказался тот самый шадрал, с обожженной чешуей, который поднимался по лестнице. Девушка и горбатый уважительно поклонились, в то время, как на лице убийцы богов, от подобного пиетета, промелькнула гримаса плохо скрываемого презрения. Это показалось Вику необычным и он приготовился уже наблюдать за тем, что последует далее, как вдруг, прожигая мрачный саван тьмы, пространство разорвали десятки сияющих копий.

Последнее, что отпечаталось в памяти, это тщетная попытка отвернуться от слепящих лучей и широкое окно, выходящее видом во внутренний двор с бассейном-фонтаном, сквозь водную гладь которого произрастали, окутанные белым ореолом, высокие тонкие деревья, с розовой листвой.

Парень не успел даже толком испугаться, столь внезапным был удар света. Невольно отпрянув назад, потерял равновесие, со всего размаху рухнув во что-то мягкое и холодное. Пытаясь проморгаться, он уставился на медленно обретающее четкость серо-зеленое пятно перед собой. Вскоре картина распалась на отдельные образы. Центральная часть обрела форму авары, вокруг которой тревожно кружили огоньки рыбок-фонариков. Периферийное зрение все никак не могло сфокусироваться, потому Викар скорее услышал, нежели увидел, чье-то приближение. После недолгого пребывания вне тела, возвращение в норму всех органов чувств дарило ощущение легкой эйфорией. Надо признать, ему сильно не понравилось быть бесплотным духом. Он мотнул головой, пытаясь вернуть мысли в нужное русло, как раз в момент, когда рядом кто-то остановился и его слух сумел различить отдельные слова:

- Что случилось, с тобой все в порядке?

Скорее для самоуспокоения, нежели ради желания действительно что-то проверить, Викар обратился к оку инфернала и то, к его немалой радости, с готовностью откликнулось на зов. Он обернулся на голос, едва удержавшись, чтобы не зажмуриться, так сильно сиял посох в тонкой руке девушки, подбежавшей к нему.

- Лея? - из пересохшей глотки Вика вырвался глухой хрип. Он все же не выдержал, отвел взгляд. И без того, голова трещала, как боевой барабан. - Все в порядке, не волнуйся. Просто не ожидал ... такого.

- Ты нашел того, кого искал? - раздался голос Эарнеилас. Она пыталась сохранить невозмутимость, но тон выдавал её интерес. Похоже, она и сама оказалась удивлена произведенному эффекту.

Коротко кивнув, Вик попытался встать, ухватившись за поданную Тором руку:

- Да. Но не гвара.

Повисла тишина, все смотрели на него и в их глазах читался вопрос: "Кого же тогда ты видел?" Парень, зачерпнув пригоршню снега, приложил ту к лицу, успокаивая ноющие глаза и втирая прохладу в раскаленные виски. Не отнимая ладоней, он произнес:

- Лея, боюсь тебе придется стать нашей проводницей, все вопросы потом.

Секунду ничего не происходило, но споров не последовало. Девушка подошла к берегу озера, осторожно опустившись на колени, сделала глоток из рук авары. Та второй раз тихо повторила слова заклятия, при этом не спуская взгляда с Вика, отчего у него появилось стойкое ощущение, будто она видела все то же, что и он.

Реакция Леи оказалась совершенно иной. Застыв на мгновенье, та будто вспомнила о чем-то важном и почти сразу же поднялась на ноги, благодарно поклонившись русалке.

- Гвар в пещере, примерно в трёхстах шагах ниже. - произнесла колдунья, указав на северный склон.

- Тогда веди, времени все меньше. - возвращая себе обычное зрение, произнес Вик. - Чем мы можем отплатить за помощь, Эарнеилас?

Та все это время глядела на него не отрываясь, хотя, судя по взгляду, мысли её сейчас были где-то далеко. Слова заставили русалку очнуться. Изящный хвост с длинным, словно сотканным из шелка, раздвоенным плавником нервно дернулся, заставив прекрасное тело взмыть над озером выше прежнего, открыв гладкий живот и их глаза на долю мгновения оказались на одном уровне.

- Скажи, что ты узрел? - едва слышным шепотом спросила авара.

- Мне кажется, ты видела то же, что и я. - голос Вика был холоден и спокоен. Он не хотел нагнетать страха или интриги, уходя от ответа, но и рассказывать сверх нужного не собирался.

Эарнеилас, кивнув, протянула к нему свою руку, тронув тонкими пальчиками старый, поношенный плащ и заскользила по левой руке вниз. Парень осторожно перехватил её ладонь, не позволив коснуться золотой пластинки на своем запястье.

- Но кто это был? - поняв намек, авара убрала руку. - Кого ты видел во дворце Кальдеры?

- Кальдера? Это тот город в глубинах кратера?

Русалка кивнула, вновь погружаясь в озеро.

- Это Тень. Я не знаю, как его зовут, но он очень опасен. Особенно для хранительниц, а раз в видении была Калери'Юна, то там должна быть и Астра.

- Не только Астра. На Праздник Воителей прибывает множество гостей, детей неба и земли, предвечных и ... таких как вы - провозвестников их воли. Но он наступит лишь через пару недель, когда великий Кессел и его вечный, сияющий страж Алавир взойдут над берегом Лазурного Моря, возвещая о начале дней битв.

Собиравшийся уже уходить, Вик замер. Он никогда не слышал ни о чем подобном, однако, если это действо почитают своим присутствием даже небожители, то странно, почему о нем ничего не известно в северных землях, где им раньше приходилось бывать:

- Но я видел торжество.

- Ты зрел будущее. Праздник тех, кто весь год жаждал услышать музыку сражений или даже поучаствовать в них. Однако, оно ещё не произошло. И если ты говоришь правду, то должен немедленно отправляться туда.

Испытывая жгучее желание согласиться с аварой, Викар тем не менее отрицательно мотнул головой. Однажды он упустил убийцу богов и тот, кажется, неплохо прижился в Вардеме. Не хватало, чтобы то же произошло с гваром.

- Нет. Сначала мы завершим наше дело здесь. Тварь, что облюбовала твою гору, крайне опасна, её необходимо прикончить. Но ты так и не сказала, чем я могу отблагодарить тебя.

Аквамариновые глаза вновь прямо посмотрели на парня, на этот раз в них было гораздо меньше недоверия, хотя страх все ещё давал о себе знать.

- Исполни свою миссию, охотник, это все, что я попрошу у тебя и пусть богини помогут тебе.

Короткий кивок стал ей ответом. Пришло время идти дальше. Викариан, попрощавшись, пошел в сторону.

- Ждите нас здесь.

- Но что, если вам потребуется помощь? - попыталась возразить эльфийка.

- Если нам потребуется помощь, значит вам нужно будет бежать прочь, как можно быстрее и искать Силику, или её ученицу Беатрису, чтобы рассказать о произошедшем. А пока, оставайтесь здесь и следите, если мы не справимся, надежда будет только на вас.

Он поднял руку, пресекая дальнейшие попытки спорить и не говоря больше ни слова, подошел к ожидающим его Тору с Леадей.

Викариан обратился к задумчиво глядящей вниз девушке.

- Ты точно знаешь, где гвар?

Та кивнула.

- Тогда веди, времени у нас оказалось ещё меньше, чем я думал.

Спускаться пришлось крайне осторожно. Низко плывущие тучи, принесшие метель, скрыли тропинку, из-за чего, поначалу, небольшой отряд то и дело сходил с неё, проваливаясь по пояс в мягкие сугробы. В конце концов, Вику вновь пришлось встать во главе, воспользовавшись оком инфернала. Леадея, обладавшая лишь обычным колдовским зрение, с завистью вздохнув, продолжила указывать примерное направление из-за его плеча. Как ей удавалось ориентироваться, было совершенно непонятно, впрочем, сама сила хранительницы горы оказалась крайне необычной. То, что чары Эарнеилас показали убийцу богов, да ещё прозрев сквозь время, говорило о невероятных возможностях местных ткачей, может не таких сильных, как маги Кеплера, но явно не менее искусных.

Отойдя на достаточное расстояние от вершины, Викариан кратко пересказал спутникам свое видение, а также свою прошлую встречу с его главным действующим лицом. К этому времени они оказались зажаты среди скал, украшенных картинам, высеченными на камне и различными письменами. Они походили на некие скрижали или стены давным-давно разрушенного храма памяти, с записями истории земель. Причем, судя по хорошему состоянию окружающих плит и низким каменным фонарям, внутри которых трепетало укрытое от ветра пламя, за этим местом явно следили.

Так же, тут обнаружилась почти не заметенная снегом лестница, точь-в-точь, как та, что вилась под сенью ветвистых крон с другой стороны горы. Любознательность Викара требовала остановиться и изучить находку, особенно, когда он увидел несколько особо жестоких батальных сцен, сильно выбивавшихся из образа светлого мира, почти лишенного ныне насилия. Но время, проклятое время, работало против них и усталость, накопившаяся за день, вылилась в слабость с непрекращающейся зевотой. Нужно было закончить дело раньше, чем ноги откажутся держать их.

Вскоре, они вышли из пелены облаков, оказавшись под нависающими отрогами. Торунг положил руку на плечо Вика, указав чуть в сторону. Шагах в пятнадцати, у потрескавшейся, явно не по прихоти стихии, стены, виднелись, придавленные каменными обломками, остатки бивака.

Подойдя ближе, они заметили темные пятна замерзшей ядовитой крови и почерневшие следы, словно бы оставленные огненным бичом. Снег вокруг был перепахан, смешавшись с черной промерзлой землей. Похоже, гвар тут на кого-то наткнулся.

Опустившись на колено возле сбитого котелка, Мрачный приподнял край раздавленной шерстяной палатки.

- Что-нибудь нашел? - спросил через плечо Викариан, осматривая дальний край площадки, пытаясь понять, кто же вышел из схватки победителем.

В руках Тора показалось несколько поломанных вещиц и разорванная походная сумка, которые он осторожно разложил рядом. Ничего ценного среди находок не оказалось.

- Тут ещё вещи. - раздался голос Леадеи, стоящей ниже по тропе. Она держала в руках нечто, вроде небольшой книги, пробитой в нескольких местах насквозь. В одной из дыр торчал зазубренный черный клык, коими была щедро усеяна пасть преследуемого ими чудовища. - Гвара тут нет.

- Как и того, с кем он сцепился. - заключил подошедшей Вик. Он взял книгу и аккуратно вынув обломок зуба, раскрыл её.

Страницы пестрели быстрым, но хорошо читаемым почерком на языке "Единения", общего наречия Вардемы, если верить Беате, принесенного самими богинями. Он сильно напоминал торговый диалект Кеплера, на котором говорили негоцианты со всех концов его родины и являлся одним из последних мостов, соединяющих распадающийся на части мир. Вряд ли подобная схожесть могла оказаться случайным совпадением.

Ровные строчки оказались пометками о барельефах, высеченных на окружающих камнях. Года, имена, вопросы. Дневник школяра или ученого, изучавшего древнюю историю, не иначе. Записи, которые должны были стать основой научных трудов, но теперь превратившиеся в обрывки незаконченных, бесполезных рукописей.

Вернув книгу Леадее, Вик двинулся дальше по убегавшей вниз лестнице. Тор последовал за ним без вопросов, девушка же прежде чем продолжить путь, бережно убрала свою находку в заплечный мешок, судя по всему, намереваясь изучить её позже.

По пути им ещё трижды попадались следы жестокой схватки с остатками вещей жертвы гвара. Первым делом они наткнулись на поясную сумку с испорченными принадлежностями для письма, да свитками, залитыми чернилами и кровью. Чуть дальше нашли, опустошенный, расколотый в нескольких местах, амулет, принадлежность которого, по обрывкам узлов силы, было уже не определить. Последней же находкой стала шляпа, видимо некогда являвшаяся остроконечной с причудливым звездным узором, теперь же вся в грязно-бурых подтеках, с поникшим, изорванным верхом. Она лежала прямо напротив входа пещеры, внутри которой не было видно ни зги.

Око инфернала послушно развеяло тугой мрак, оставив лишь контуры стен, угловатой змей уходящих в глубь горы, где свило логово темное бурлящее нечто. Даже с такого расстояния чувствовалось зловоние сырой магии, привычное для родившегося в Кеплере и совершенно чуждое этому миру.

- Он здесь. - негромко произнес Викар, скорее констатируя, нежели спрашивая.

Вставшая рядом Лея утвердительно кивнула.

- Да. Все точно так, как было в видении авары. - она скользнула взглядом по рваной шляпе, тут же быстро отвернувшись, словно помимо головного убора там находились и остатки того, на чем ее носили.

Внимательно осмотревшись вокруг, скорее для того, чтобы убедиться, не увязался ли кто из воинов Иши или она сама за ними, отряд собрался у входа.

- Лея, сможешь запереть вход?

- Запереть?

- Да. Если эта летающая пакость решить прорываться наружу, чтобы она не смогла сбежать.

Лицо колдуньи приняло озадаченное выражение:

- Будь мы в Кеплере, может и сумела бы что-нибудь придумать, но тут силы стихий гораздо меньше, а потому я не рискну создавать непроверенные магические конструкции.

Шумно фыркнув, парень не сдавался:

- А из проверенных, ничего хотя бы близко похожего нет?

В ответ девушка пожала плечами:

- Воздушное болото. Но оно не запирает, а лишь замедляет движение. Обычная защита от стрел.

- Сойдет, главное сделать чары покрепче, чтобы уж наверняка задержать. - он замолчал, смотря сквозь скалы на недвижимую тушу врага, крепко сжав рукоять скьявоны. - Возможно, даже стоит заманить гвара в эту ловушку и когда он станет неповоротлив, изрубить его на куски.

Перед его глазами вновь встала картина умершей лесной полянки и того, как долго, даже опытной Леадеи, приходилось собирать силы для простейших заклятий. Это Кеплер требовал скорости мысли, крепости силы, реакции, а иногда и чистой импровизации. Здесь же победа зависела от того, насколько хорошо стороны подготовились к битве, предугадав действия врага.

- На это уйдет много времени. - предупредила Леадея.

- Неважно, главное все сделать как надо. Второй раз упустить эту гадину я не хочу. - ответил Вик, зажмурившись от прилетевшей ему в лицо пригоршни снега. Он с неудовольствием посмотрел вверх.

Тучи, сыплющие метелью, погасили и без того зыбкий свет лун, потому первым делом было решено развести костер. Большого огня делать не стали, вместо этого по площадке возле пещеры запалили несколько чурбачков на манер факелов. Пока мужчины занимались обустройством места, тончайшие нити силы потянулись к колдунье, вставшей под неровным сводом. Они ложились идеально гладкими прядями в её ладони, где гибкие пальцы свивали из них витиеватую конструкцию магических узлов и окатов. Через несколько минут чары были завершены и разведенные в стороны руки отпустили их, позволив свободно распуститься в холодном воздухе.

- И все? - несколько удивленный подобной быстротой, спросил Вик. - После твоих слов, я готовился проторчать тут пару часов.

- Тогда я тебя не разочарую, располагайся поудобней, так как примерно пару часов это и займет. - ответила Леадея, беря свой посох двумя руками. Нити силы теперь стекались к нему, готовясь воплотиться ещё в одно заклятие, причем, на этот раз, намного более серьезное.

Отвлекать её расспросами парень не стал, вместо этого стал внимательно приглядываться. Вскоре он понял, что ни ветер, ни снег, ни что-либо ещё боле не тревожат землю под ногами девушки. Похоже, первое действо было ничем иным, как обычная подготовка площадки для будущей руны. Словно ответ на его догадку, нижний край посоха коснулся снега и так, как это уже было в Доридосе, от него в разные стороны зазмеились искусно выведенные линии магической фигуры.

Отойдя подальше, чтобы не мешать разговорами, Торунг с Виком принялись разрабатывать план, прикидывая что может понадобиться в бою. Решили сильно не мудрить, остановившись на идее вывести гвара из себя парой чувствительных ударов, заставив броситься за ними в погоню и когда тот окажется над руной, захлопнуть капкан. Ну, а дальше, положиться на крепость чар и остроту клинков.

В руках Мрачного показалась пара склянок, которые он тут же приладил к необычным стрелам с четырьмя остриями, напоминающими воронью лапу, позволяющими запускать в полет его алхимические настои. Среди них были несколько сильнодействующих кислот, в том числе, приводящих к частичной парализации, если вдруг гвар уже отошел от ран и окажется шустрее, чем предполагалось.

Вик же все это время пытался осторожно, не разрушая стихии вокруг, собрать силы для собственных заклятий. Надо сказать, вопреки его ожиданиям, у него это получилось, причем вполне себе сносно, хотя конечно скорость сотворения магии оказалась в разы меньше, чем у той же Леадеи. Впрочем, то, что уроки Раха с Измаилом, да наставления Ялазара не пропали втуне, сильно порадовало парня, ведь это значило, что он вполне способен обращаться к Вечному Океану, при этом не нанося вреда обитателям Вардемы.

Когда, после очередного зевка, уже откровенно грозящего вывихнуть челюсть, молодой человек услышал усталый вздох, исходивший от стройной фигуры, недвижимо стоявшей уже невесть сколько времени возле руны, продолжавшей расползаться по полу, стенам и потолку пещеры, он тут же вскочил на ноги. Тонкий Мир сиял паутиной чертовски сложного заклятия, где из-за хрупкости нитей приходилось один и тот же узел укреплять не одной стихией, как в Кеплере, а несколькими десяткам самых разных течений энергий. Сложность сотворенной ловушки была таковой, что Викариан с минуту просто стоял, открыв рот, переводя взгляд с заклятия на побелевшую, едва стоящую на ногах, девушку и обратно. Но быстро опомнившись, он достал из поясной сумки листик меланы и протянул тот Лее.

- Мелана. - коротко ответил он на вопросительный взгляд. - Жуй, но не глотай.

С некой настороженностью приняв небольшой, суховатый от времени и холода листок, девушка принялась его разжевывать. Уже через пару минут на её кожу вернулся легкий румянец, а сама она сумела унять дрожь в коленях.

Вик осторожно приблизился к рисунку, покрытого вязью линий, рун, а также прочих колдовских скрепов, стараясь не наступать на него.

- Не переживай, основные узлы я заложила в скальную породу, так что пока не разрушены сами камни, чары будут действовать. - успокоила его вставшая рядом Лея. После чего, преувеличено церемониально склонив голову, сделала приглашающий жест рукой в сторону пещеры. - Надеюсь, вы не сидели без дела и придумали, что будем делать внутри?

- Раним гвара, заставим его погнаться за нами, заманим в твою ловушку и порубим на куски. Первый удар нанесешь ты, одной из тех пульсирующих сфер, что порождает твой посох.

Усмехнувшись, девушка с ехидцей проворчала:

- Какая честь.

- Не в чести дело. Моих сил может банально не хватить для нанесения гвару серьезной раны, да и заклятья я плету слишком долго, а основная задача Тора, в случае необходимости, задержать гвара, давая нам время уйти.

Глаза девушки блеснули лукавством:

- А твое дело - командовать и раздавать приказы?

Судя по голосу, она не хотела оскорбить Вика, лишь подшутить над ним. Парень понял это и потому с усмешкой ответил:

- Ну должен же хоть кто-то из нас шевелить мозгами. А вообще, мне придется рубить гвара в рукопашной, когда того скуют твои чары. Не самое приятное занятие, знаешь ли. - это было правдой. В отсутствии Ялазара, роль бойца первой линии ему придется взять на себя и хотя Мрачный был более искусен в обращении с мечом, все же его стрелы, несущие смертоносные эликсиры, сейчас важнее, нежели умение ловко крутить саблю.

Выхватив из ближайшего костра горящую головешку, Викар шагнул внутрь. Можно было идти и совсем без света, но лишь он относительно сносно мог видеть Тонкий Мир дальше, чем на расстоянии вытянутой руки. Пещера представляла собой природное образование, в которой, к тому же, почему-то оказалось очень душно. Неровный пол со стенами, низкий потолок, скрытый за пеленой белесой мглы, разлитой в жарком воздухе. Тут так же было полно рисунков, однако, они несли в себе гораздо более зловещий посыл чем те, что снаружи, изображая катаклизмы, войны, мор и прочие сюжеты, больше подошедшее бы Кеплеру. Серость камня разбавляли редкие размазанные следы, да подтеки, словно кто-то, обдирая бока, рвался внутрь. Впрочем, кто это мог быть, догадаться труда не составляло. Горячий, разъедающий глаза туман, пожирал свет, оставляя лишь пару шагов видимого пространства.

Пришлось миновать несколько поворотов, с разделявшим их спиралевидным спуском, попутно наткнувшись на рваный ботинок с торчащим из него огрызком ноги. Это говорило о том, что они на правильном пути и потому никто не удивился, когда за очередным, уводящим вниз, изгибом лаза обнаружился предмет поисков.

Угловатый грот напоминал клыкастую пасть, где среди вырастающих из земли сталагмитов и нависших над ними сталактитов, завернувшись в свои громадные кожистые крылья, окуклился опасный хищник. Пространства ему не хватило, а потому вытянутое тело оказалось свернуто кольцами, напоминая гигантскую личинку, от которой исходил жар, будто от печки. Из узких щелей кожистых складок вырывались струйки желтоватого, отдающего серой, газа, что уже скрыл пол, напоминая тягучий вихрящийся гной.

От света импровизированного факела гвар даже не пошевелился, словно впал в спячку. Пропустив вперед себя Леадею, Вик напомнил:

- Засади в него самым убийственным, что есть. Прикончим сразу, замечательно, а нет, бегом к выходу.

Кивнув, девушка положила руку на темный оголовок посоха. Листок меланы, судя по всему, пришелся как нельзя кстати, в движениях энергий вокруг чувствовалась окрепшая воля колдуньи, заставлявшая стихии подчиниться её слову. Хотя, все равно, ей пришлось немало времени провести неподвижно, сплетая из хрупких магических нитей крепкие узлы будущего заклятия. Наконец, когда все было готово к удару, ладошка девушки соскользнула с широкого кольца, венчающего её оружие и на внутренних гранях того засмеялись багровые всполохи. Один за другим они начали стягиваться к центру, отчего вся конструкция теперь напоминала жутковатый глаз. Наполненный багровым ихором зрачок, окруженный совершенно прозрачной радужкой, который наполняли десятки пульсирующих алых вен.

Резко завернув за угол, Лея выбросила руку с зажатым в ней посохом вперед, отпустив оковы, сдерживающее заклятие. Это оказалась та же самая конструкция, что она применяла в Доридосе, когда они спускались в подвал под разрушенным домом, однако, эффект оказался совсем иным, чем прежде. В Вардеме заклятие оказалось намного слабее и вместо гигантской сферы, способной убить все живое в радиусе десятка шагов, к гвару понеслось нечто, напоминающее комок грязи, едва ли размерами превышающей простейший огненный шар.

Вместо того, чтобы охватить взрывом грот полностью, все на что хватило силы заклятия, это с громким хлопком разорвать тугую кожу крыльев, вырвав добрый кусок плоти. Сквозь образовавшуюся рваную рану, словно труха, посыпались сухие внутренности, а в воздух, с усталым ухом, вырвалось непроглядное облако желтоватой зловонной гадости. Однако, гвар не проронил ни звука, даже не шелохнулся.

Удивленные подобной реакцией, люди выглянули из-за угла. Чадящая головешка готова была вот-вот погаснуть, потому Викариан с чистой совестью метнул её туда, куда угодил магический удар. Зыбкий свет очертил края довольно глубокой раны, напоминавшей внутренности изъеденного жуками гнилого пня. В глубине виднелись обрывки одежды, вперемешку с останками тела, лишенные даже капли влаги, как и все окружавшие органы. Не иначе, как сожранный гваром школяр.

Лея с Виком переглянулись и уже на пару принялись плести заклятия. Ударив разом в уже поврежденный участок, они буквально перерубили длинное тело чудовища напополам, разметав его ошметки по дальней стене и потолку. Однако, все чего удалось добиться, что гнилостный туман стал ещё гуще, начав поглощать пещеру, словно вода, заполняющая пробитый трюм корабля.

- Он что, мертв? - не веря в подобную удачу, непонятно у кого спросил Викар.

- Похоже на то. - с такой же интонацией в голосе ответила ему Лея. Она указала на начавший проваливаться внутрь самого себя гигантский кокон. - Смотри, рассыпается, но ведь это не мы его так.

-- Может бедолага, которого он проглотил, сумел-таки в конце отомстить за свою гибель? - неуверенно предположил парень, тщетно пытаясь разглядеть хоть что-то в ядовитом марева, постепенно поднимающемся все выше.

Внезапно на плечи им легли руки Тора и его тихий голос заставил замереть, не дыша:

- Прислушайтесь.

Гул. Низкий. Зловещий. Он нарастал медленно, как рев горной лавины, отчего стены, стряхнув с себя пыль десятилетий, начали вторить ему и каменные клыки пещеры заскрипели, словно зубы, трущиеся друг о друга. Вибрация набирала силу и вот взгляд уже не может ни на чем сфокусироваться, мир буквально плывет. А гудение превращается в пробирающий до костей вой бездны, обещающий муки и судьбу худшую, чем смерть. Прежде чем факел окончательно погас, из брюха гвара на пол с сухим стуком упал изъеденный до белизны череп. Он был покрыт тысячами маленьких пор, словно морская губка и что-то подсказывало, вовсе не ядовитая кровь стала тому причиной.

- Что это такое? - как ни пыталась Лея сохранять невозмутимость, слишком крепко прижатый к себе посох выдал её беспокойство.

- Голос роя. - холодно ответил Тор, после чего тут же потянул их к выходу. - Бежим.

Они рванули прочь, первое время ориентируясь по памяти, через шаг спотыкаясь и стесывая боками острые грани стен, пока в руках Мрачного не появилась уже знакомая сияющая фиалка. Но не для них одних её свет стал ориентиром. Стоило тьме отступить, как гул за спиной резко усилился, стал раздраженней, а вместе с ним пришел новый звук, напоминающий шум сухих листьев на ветру. Оборачиваться Викар даже не подумал, воображение без того услужливо, в деталях, нарисовало ему картину, как плотный, заполнивший собой все пространства хода, вал отвратительных крылатых тел продирается за ними, скребя хитином о камни пещеры. Все, что сейчас они могли сделать, это добежать до заблаговременно подготовленной ловушки, надеясь, что она устоит.

Поворот, ещё поворот, вот, наконец, впереди показался узкий проем, рыжий от света костра. Первым выскочил Тор, второй, Леадея. Не удержавшись на камнях, покрытых льдистой коркой, та упала, прочертив в свежевыпавшем снеге недлинную борозду. Впрочем, она тут же, не вставая, едва из пещеры вылетел Викариан, активировала ловушку.

На первый взгляд ничего не изменилось, пока в проеме, словно в абсолютно прозрачной смоле, не стали застревать небольшие, с руку человека, крылатые тела. Крохотные копии гвара.

Постепенно в загустевшем воздухе их стало так много, что они полностью закрыли собою проход и судя по тому, что хоть очень медленно, но продолжали двигаться вперед, сзади на них напирали все ещё способные двигаться сородичи.

- Проклятье Гуарона! - просипел, крутящийся волчком, пытаясь убедиться, что ни один из мелких паразитов не вцепился в его плащ, Викар. - Да их тут тысячи!

- Ну, зато мы теперь знаем, как гвары размножаются. - без намека хоть на малейшую эмоцию ответил Торунг, помогая Леадее.

- Без сомнения, знания очень полезные и своевременные, но что теперь нам с этим делать? - девушка кивнула в сторону выдавливаемой наружу массы злобно шипящих тел. - Если они преодолеют барьер, мы до конца жизни их всех не найдем.

Вик, убедившись, что ни одна тварь не прокатилась на его загривке, позволил себе облегченно выдохнуть и зарывшись в свой походный мешок, оттуда пробурчал:

- Значит нельзя дать им вырваться. Их много, но они очень удобно застряли в узком входе.

- Не думаю, что надолго. - обронила Лея, подойдя к нему. - Клинки и алхимия теперь тоже бесполезны, их родителя вы могли бы нашинковать, да растворить кислотами. Но эти мелкие гадины выберутся намного быстрее, а в ловушке лезвие с эликсирами просто застынут.

- Значит, надо действовать иначе. - ответил Вик и сам уже пришедший к такому же выводу. - Единственная надежда на заклятья.

- Ты сам видел, во что превращаются мои руны в этом мире. Хорошо, если я за час хотя бы стену огня создать смогу, но будет ли от неё прок? Эти чудовища - порождения Кеплера, а значит способны перенести раны намного более серьезным чем обычные ожоги.

Разгребая кучи скарба и найденные им во время походов артефакты, изучить которые у него все никак не находилось возможности, парень наконец-то добрался до того, что искал. В его кулаке оказалась горсть разноцветных, пышущих мощью чистых стихий, силовых камней. Их он нашел несколько месяцев назад в пещере с эфирным червем, ещё до всей этой кутерьмы с Хроногрессами, личем, бродячим ужасом и прочими кошмарами, обрушившимися на него в момент, когда его угораздило вмешаться в многовековое противостояние великих сил.

- Выбор у нас есть? - посмотрев прямо в глаза товарищам, спросил парень. Те ничего не ответили. - Выбора у нас нет. Тогда делаем то, что можем. Тор с тебя зелья, Лея, с тебя что-нибудь огненное.

Девушка сокрушенно покачала головой, но спорить не стала. Сам же молодой человек принялся думать с какого силового камня начать. Он видел два варианта их использования. Первый, это вытянуть их силу для укрепления собственных чар, но учитывая особенность астральной вспышки, больше направленной на уничтожение одиночных целей, толку от подобного использования оказалось бы немного. Второй, вскрывать камни, высвобождая стихию, заключенную в их нутре. Это казалось более эффективным, если бы не один нюанс. Он понятия не имел, какая сила в каком из них заключена. На вид, цвет, вес и даже запах лежащие сейчас у него на ладони камни отличались друг от друга, что ночь ото дня, но ясности, что же конкретно тот или иной делает, подобное разнообразие не добавляло.

Фыркнув, Викар взял первый попавшийся камень и что было сил запустил в преодолевшую уже середину проема живую стену извивающихся тел. Едва снаряд оказался пойман воздушным болотом, он расколол его физическую оболочку, выпуская заключенную внутри стихию.

Первый, белый, покалывающий кожу, осколок распался песком, тут же вдавив новорождённых гваров обратно в пещеру, но к сожалению, это и все на что он оказался способен. Второй, темно-синий, так и вовсе, как показалось, ничего не сделал, пока раздосадованный Вик не понял, что больше не слышит злобного гула и бьющего по нервам шелеста крыльев. Кажется, этот гасил звук, полезное свойство, но только не в нынешней ситуации. Третьим, полетел камень голубого цвета. На этот раз эффект был виден, вот только противоположный тому, который хотелось бы. Сила, вырвавшаяся из заточения, на секунду ослабила чары руны-ловушки и кровожадный вал едва не вырвался на свободу, остановившись в какой-то пяди от границы сдерживающего барьера.

- Заканчивай с экспериментами! - раздраженно прошипела сквозь зубы колдунья. - Лучше дай их мне, использую с толком хотя бы!

Едва не хлопнув себя по лицу от осознания собственной глупости, парень тут же ссыпал оставшиеся камней в ладошку Леи. Он обернулся к своим пожиткам, с грустью глядя на не использованные артефакты.

- У меня есть пару магических вещей ...

- Не пойдет. Чтобы извлечь из них энергию, придется расплетать узлы силы, а это долго и небезопасно.

- Тогда, может быть это? - произнес Тор, в руках которого были зажаты две табулы.

Девушка бросила на него испепеляющий взгляд, но с тем же успехом она могла бы наорать на камень. Лица Мрачного за стальной маской не было видно, но он даже не шелохнулся, продолжая протягивать деревянные таблички.

- Они нужны мне.

- Опять призовешь подавителя по наши души? - усмехнулся Викар, но тут же поднял руки в примирительном жесте, когда в глазах колдуньи полыхнул настоящий гнев. Шутки решено было оставить на потом, к тому же, Лея все же взяла одну табулу и вместе с камнями разложила веером у своих ног.

Конечно, оставался ещё один, запасной вариант - паутинка миров, данная им на сохранение Рахом. Она могла бы высвободить колоссальную энергию, но за это пришлось бы заплатить жизнями тех, кто обитал внутри нее. Пойти на осознанное убийство одних живых существ ради спасения других? На такое Викар, если и готов был пойти, то только в самом крайнем случае, а потому, пока не испробованы все прочие варианты, он отложил подобные мысли подальше.

Будь они дома, можно было бы попробовать помочь девушке, собирая для неё потоки стихий. Однако, здесь, где линии силы были порой тоньше человеческого волоса, лучшим решением стало просто не мешать. К тому же, вещи, напоенные мощью Кеплера, оказались для Леадеи словно глоток свежего воздуха для утопающего.

Движения её преисполнились уверенности. Одна рука высоко подняла посох, вторая же, словно зачерпнув у самой земли невидимого песка, потянула из предметов, разложенных перед ней, потоки энергий. На фоне мирной красоты Вардемы, сияющие огнем родного мира, стихии походили на толстые бичи воплощенной ярости. Сама девушка стала проводником для них и те стремительными змеями перетекали по её телу, от пальцев одной ладони к другой, крепко сжимающей резное дерево. Кольцо в навершие начало вращаться. Сначала медленно, а потом все быстрее, пока глаз не перестал различать стальных бликов обода. Внутри же него распустился бутон пламенеющей розы. В воздух, с облачком пара, вырвалось последнее слово силы, отпуская заклятье на свободу.

Красно-рыжие лепестки, набухавшие все сильнее, до того словно сжатые невидимыми стенками, с оглушительным ревом развернулись огромными опаляющими полотнищами в сторону входа, ударив по барьеру, запирающему пещеру.

Воздушное болото с готовностью приняло в себя мощь огненной стихии, замедлив ту, но не ослабив. Все новые и новые слои испепеляющих потоков укрывали живую, шевелящуюся стену, пока в какой-то момент колдунья не приказала руне-ловушке погаснуть.

В разъяренный рык стихии вплелся новый звук. Истошный визг полный боли и злости, исторгнутый из усеянных крохотными зубками глоток, от которого тут же заломило в висках. Даже в Тонком Мире нельзя было увидеть, как погибает Семя Порчи, но вот почувствовать отчаяние и безуспешные попытки детищ Разрушителя вонзиться в души людей, Вик мог более чем отчетливо. Это оказалось сродни прыжку в прорубь, только вместо бодрящего ощущения ледяной воды, встретила обжигающая купель ненависти, от прикосновения к которой выворачивало наизнанку тело и топило в безумии кровавых видений разум.

В нем самом жило подобное чудовище, но сейчас именно оно стало преградой для тысяч хищников, в последней отчаянной попытке пытавшихся спастись, найдя себе нового носителя или хотя бы напоследок сожрать душу своего убийцы.

Наверное, не знай, что происходит, откуда взялись эти отвратительные ощущения, Викариан мог бы не на шутку испугаться. Но он знал. А потому, лишь гнев, да темная радость, что эти твари сдохнут здесь и сейчас, отозвались в нем. Он даже не заметил, как на его лице появилась кривая усмешка, больше подошедшая какому-нибудь демону, смотрящему за корчами жертвы, нежели человеку.

Тем временем, огненные ветра проникли под сень сводов пещеры, продолжая выжигать все внутри неё. Лея же, страшно, почти истерично, хихикая, теперь черпала силу из страданий умирающих детенышей гвара. На неё гибель Семени Порчи тоже оказала свой эффект, заставив забыть об осторожности.

Испитие последнего вздоха умирающего - темная и крайне опасная сторона магии, прибегать к которой стоило, лишь в самых крайних случаях. Был ли такой случай сейчас, кто знает, но судя по лицу девушки, она получала от происходящего немалое удовольствие. Так продолжалось не меньше минуты и вряд ли в пещере теперь могло остаться хоть что-то способное гореть, а жалобный писк становился все тише.

К этому моменту самого Вика начало трясти от желания броситься вперед под потоки пламени, чтобы успеть убить собственноручно хотя бы несколько, ещё живых, способных корчиться от боли созданий. Безумие нашептывало ему чудовищные вещи, но как ни странно, спасением от этого всепроникающего голоса стала ненависть, удержавшая сознание на самом краю пропасти. Ненависть ко всему и вся, в том числе, к этому непонятно откуда взявшемуся шепоту.

Внезапно в нос парню ударил столь резкий запах, что парень прянул назад, зажмурившись, закашлял, а кто-то, ухватив его за шею, вновь поднес к лицу нечто зловонное, отчего из глаз потекли слезы, а желудок скрутило в рвотном спазме. Голова тут же избавилась от наваждения, оставив в мыслях только желание увернуться от очередной понюшки этой гадости. Он извернулся, вырвавшись из хватки и все ещё ничего не видя, на разъезжающихся ногах, отскочил в сторону, едва не упав.

Яростно затерев в миг покрасневшие глаза, он заметил, как тень, с перекинутым за спину луком, быстро подошла к Лее и ухватив ту сзади за волосы, поднесла что-то уже к её носу. Реакция девушки была точь-в-точь, как и у Вика. Она выпустила из рук нити стихий, отчего потерявшие силу чары почти мгновенно погасли, напоследок обернувшись вспышками остаточных энергий, негромко захлопавшими вокруг. Девушка, бессвязно зарычав, попыталась сплести новое заклятие, на этот раз направленное на Тора, но тот вновь сунул ей что-то под нос и её согнуло пополам. Теперь она не могла не то что колдовать, но даже стоять на ногах.

Наступившая в раз тишина заставила Вика нервно поежится и если бы не скрип почерневших от жара камней, он бы наверное подумал, что оглох.

- Хва-а-тит! - взмолилась Лея, одной рукой отбиваясь от Мрачного, вернувшего им способность ясно мыслить, а второй опиралась на дымящийся посох, безуспешно пытаясь встать.

Видя, что девушка пришла в себя, Тор, прекратив совать несчастной под нос зловонную фиалку, помог ей подняться. После этого непроницаемый серебряный лик его маски обратился к парню. У последнего едва нашлось сил, чтобы останавливающее поднять руку.

- Со мной все в порядке. - ему вспомнилась непереносимая вонь, вернувшая ему разум и он тут же глубоко вздохнул, загоняя обратно рвущееся наружу содержимое желудка. Ухватив горсть снега, парень прижал тот к пылающему лицу, повторив чуть тише. - Все в порядке.

Тропа из почерневшего камня пролегла прямиком в недра пещеры, из которой шел такой жар, что подойти туда удалось лишь через пол часа. Ещё столько же ушло на то, чтобы проверить каждый закуток, каждую щель на наличие выжившего потомства гвара, что было непросто, учитывая доходящий до щиколотки слой обугленного праха. Впрочем, если и находились иссушенные бешеным огнем останки, ни одни из них не подавали ни малейшего признака жизни.

- Теперь ясно, откуда в Доридосе было столько этих тварей. Но я не понимаю, если эти гвары так плодятся, почему они до сих пор не заполонили Кеплер? - бродя между раскаленными каменными зубами, где некогда свило свой кокон раненое чудовище, обронил Викариан. Теперь здесь не осталось ни тела, ни даже того противного серного тумана. Огонь уничтожил все.

- Полагаю, потому что в нем нет столько пищи, сколько есть в Вардеме. - ответил Торунг, откуда-то сверху. - У некоторых видов есть инстинкты, подсказывающие, когда виду не будет грозить голодная смерть и можно размножаться.

Чуть позже на ум молодому человеку пришел ещё один вопрос, а нужно ли было все произошедшее тут? В конце концов, все, кто попадал в Вардему вместе с ним, возвращались обратно в Кеплер, едва истаивала последняя крупица жемчужной пыльцы в ключе между мирами. Впрочем, не было никаких гарантий, что этот закон распространяется на потомство, рожденное уже в самой Вардеме. Так что Вик решил, что все они сделали верно и лучше перестраховаться, чем после жалеть.

Наконец, убедившись в абсолютной безжизненности пещеры, обливающиеся потом, едва дышащие от раскаленного воздуха, мужчины вышли обратно, с наслаждением втянув в легкие горную прохладу. Все это время Лея ждала их снаружи. После того, как она пришла в себя, её колотила непрекращающаяся дрожь. Семя Порчи изрядно потрепало её, немалой была и плата за использование силы умирающих. Когда-то Вик и сам прибегал к подобным методам, ценой одной жизни спасая другую, но никогда ему не приходилось испивать эманации тысячи гибнущих в агонии существ. Он боялся даже представить, что сейчас происходило с девушкой. Парень осторожно тронул её за плечо, она вздрогнула, но посмотрела на него без испуга или сомнений. Было видно - шок постепенно отступает.

- Пора идти Лея. Твоя руна ещё работает?

Ничего не говоря, она кивнула.

- Сможешь закрыть проход, хотя бы на какое-то время? Не стоит, чтобы туда кто-то лез, мало ли что.

Снова короткий кивок. Девушка, отказавшись от помощи, поднялась на ноги, зашагав в направлении руны. Её немного покачивало, но едва она коснулась струн Тонкого Мира, как все сомнения в дееспособности колдуньи отпали. Физическое тело просто было слабее её воли.

Когда ночь перевалила за свою середину, смертельно уставшие люди двинулись в обратную дорогу. Лишь Леадея с себя стряхнула сажу, попутно приведя в порядок прическу. Мужчины же не стали тратить на такие пустяки ни сил, ни времени, отправившись вверх по склону ещё в более диком виде, чем прибывали прежде. На этот раз у них не было никакого желания разглядывать рисунки на стенах или думать о загадках светлого мира. Пожалуй, в таком состоянии их стали бы сторониться даже обитатели из Кеплера и потому неудивительно, что в глазах послушно ожидавших эльфов проскользнула неуверенность с явным нежеланием приближаться к изнуренным, пребывающим не в самом лучшем настроении, людям.

Надо отдать должное, Иша все же нашла в себе смелости направиться им на встречу. Судя по восхищенным взглядам, что она то и дело бросала на Леадею, стражам леса даже отсюда было неплохо видно произошедшее у пещеры. Если до этого у них оставались сомнения в их "избранности" богами, то теперь они исчезли без следа.

- Хозяйка горы приносит вам свою благодарность, а также просит передать, что вы всегда желанные гости в её владениях. - судя по всему, отсутствие какой-либо реакции со стороны отряда вызывали у неё непонимание и она растерянно добавила. - Вы не хотите лично поведать ей о вашем подвиге?

Устало отмахнувшись, Викариан прошел мимо:

- Эарнеилас знала, мы к ней не пойдем, да и смысл пересказывать то, что она и видела. - парень на секунду остановился, переводя дух и с завистью глянув на посох Леи, который та сейчас использовала, как обычную походную трость, добавил - Пожалуй, только вот что. Внизу среди всей этой наскальной живописи был кто-то.

- Гость. Изучающий скрижали? - девушка была заинтригована, посмотрев за спины медленно бредущим людям.

- Понятия не имею, да и не важно уже. Он мертв, сожран гваром. - глаза Иши округлились, а Вик с холодной отрешенностью продолжил. - Там остались его вещи, тело можете не искать, нет его больше. В общем, сообщил чтобы вы знали. Хоронить там нечего, но мало ли какие у вас тут ритуалы по усопшим.

На самом деле он мог бы и не говорить, но в Вардеме к жизни относились с большим пиететом, нежели в Кеплере и это подтверждали набежавшие на глаза эльфийки слезы, вызванные гибелью незнакомца. Она втянула носом воздух, отвернулась, но все еже нашла в себе силы ответить:

- Примите и мою благодарность за избавление от этой угрозы, и позвольте сопроводить вас обратно к деревне, где, не сомневайтесь, каждый узнает о вашем подвиге, и примет вас как дорогих гостей.

Парню стоило труда, чтобы не хмыкнуть. Иша даже близко не представляла от чего, на самом деле, они уберегли Вардему. Вместо этого, он нашел в себе силы благодарно кивнуть, позволив стражнице лесов вновь возглавить их поход.

В этот момент со стороны донеслись переливы красивой песни, смывающей усталость, словно вода грязь, наполняя тело новыми силами. Магия, без сомнения, но столь деликатная, столь мягкая, что её касания практически не ощущалось. Авара все же являлась великим ткачом, пусть силы её и были направлены лишь на созидание. Её прощальный подарок позволил отрешиться от изнывающих от изнеможения мышц, впав в некое подобие транса, когда разум уже находится в полусне, а тело продолжает шагать вперед.

Иша пыталась пару раз завести разговор, но единственный у кого нашлось сил ответить был Торунг. Короткие, лишенные эмоций фразы, которые терялись в омуте, заполнившем голову.

Викариан не помнил, как они перевалили через хребет и спускались по ночному лесу. Змейка из золотистых пятен низких каменных фонариков, расположенных по краям лесенок, слилась в одну бесконечную тропу, конец которой упирался в окраину деревеньки.

В селение Иша их не повела, объяснив это тем, что приютов странников или таверны тут нет, а ломиться на постой, когда уже близится рассвет, вряд ли прибавит хозяевам радушия. Вместо этого она и двое её бойцов быстро развели костер под открытым небом, предложив переждать остаток ночи у корней большого дуба. Спорить никто не стал, как и выставлять дозоры. Все слишком устали, а бояться в Вардеме было особо нечего.

Сбросив на землю мешок, Викариан почувствовал, будто с его плеч сняли гору и тут же, упав на землю, уткнулся в него, как в подушку. Сон пришел моментально.


* * *


Первое, что почувствовал Вик, просыпаясь, было, что кто-то, самым нахальным образом, пинает мысом ботинка ему под ребра, причем с каждым разом удары становились все ощутимей. Он отмахнулся, попытавшись возмутится, кто это посмел поднять ногу на слугу Богини! Но вместо этого пробурчал нечто, нечленораздельное.

В ответ над головой раздался хрипящий бас:

- Вставай, отрыжка тролля, за твою бошку назначена добрая награда в Кавеноне!

Мозг не сразу смог переключиться с болезненных ощущений в области ребер на слова, однако, когда смысл сказанного, наконец, дошел до парня, того буквально подкинуло в воздух. Даже прежде, чем зрение вновь обрело чёткость, из ножен выпорхнула скьявона, восьмеркой рубанув воздух между говорящим и Виком. Выставив меч перед собой, последний попятился назад, нещадно растирая слипающиеся глаза.

Несколько размытых пятен прянули в сторону подальше от готового метнуться в их сторону клинка, лишь самое здоровое, стоявшее ближе всех, не то, что не сдвинулось с места, но ещё и сложилось пополам, разразившись громоподобным хохотом. Потеряв на секунду концентрацию, продолжавший отступать Вик зацепился за подвернувшийся корень, едва не упав навзничь. Отчего хохотавший образ, постепенно становящийся все четче и знакомей, одной рукой схватился за живот, второй продолжая опираться на толстый шест.

- Экий ты нервный стал. - с трудом выдавил из себя беловолосый гигант. Перемотанный какими-то бурыми тряпицами, Ялазар, едва удерживая равновесие от сотрясающего его смеха, добавил. - Вот и отпускай вас после этого одних, чего доброго рехнетесь от страха.

- Твою мать, Ял, чтоб тебя квапла оприходовала! Я уж подумал, пока спал, нас выкинуло обратно в Доридос. - процедил сквозь зубы Вик, но тут же облегченно выдохнул. Ухмыльнувшись, он кинул в трость, которую держал товарищ, один и метательных кинжалов, намереваясь хотя бы отомстить за такую побудку. От удара палка скользнула по земле, но повелитель костей, словно бы на неё и не опирался вовсе, продолжал стоять как ни в чем не бывало. Неудачная попытка мести лишь вызвала у него очередной приступ хохота и он, довольно щерясь, подошел к Вику, протянув тому руку, помог встать.

Повскакивавшие со своих мест, эльфы смотрели на них во все глаза. Тор, пожевывая травинку, правил разложенные у его ног костяные стрелы, Леадея же неодобрительно качала головой, глядя на творящийся балаган.

- Вижу ты уже оправился. - довольный видеть товарища в относительно добром здравии, заметил Вик, возвращая скьявону в ножны. - А что это за грязные тряпки на тебя намотаны?

Бывший подавитель махнул рукой, мол не стоит даже упоминаний. С трудом, но все же самостоятельно, усаживаясь подле вновь разведенного по утру костра. Вынув из трости костяной кинжал тот потребовал рассказ о случившемся. Ну хотя бы тут Вик смог немного отыграться, в подробностях рассказав о прекрасных глазах авары и её выдающихся способностях. Удар достиг цели. Ялазар, долго не отрываясь, пялился на заснеженную вершину горы, словно обдумывая, не стоит ли лично проверить, точно ли с гваром покончено и попутно засвидетельствовать свое почтение Эарнеилас.

Так бы ему и сидеть, если бы речь не зашла о видениях, и Тени в человеческом обличии, что они когда-то едва не настигли, про его сообщников и про День Сражений. Оказалось, что про праздник тот уже откуда-то знает и даже вынашивал планы, как бы поучаствовать в грядущем турнире мечников, а вот новости об их враге заставили повелителя костей нахмуриться.

Повернувшись к продолжающим разговаривать о чем-то вполголоса девушкам, Викар негромко откашлялся, привлекая внимание:

- Иша, боюсь мне придется просить вас ещё об одной услуге. Нам нужно попасть в Кальдеру до начала Дней Битв.

- Попасть в столицу шадралов за пару недель? - с сомнением протянула эльфийка. Похоже задача не из простых. - Сейчас лето и перевалы открыты, но дорога к городу петляет меж гор, не уверена, что это возможно. Да, до Башни Дуэлистов добраться проще, в обход гряды, чем к кратеру. Разумеется, я помогу посланникам небесного престола, но не могу обещать, что успеем.

Она виновато опустила глаза. В этот момент тяжелая рука легла на плечо Вику. Он повернулся, застав на лице Ялазара хитрую улыбку:

- А вот с этим, пожалуй, я смогу помочь.

- Ты? - приподняв бровь, удивился молодой человек.

- Ну, вернее она. - хмыкнув, повелитель костей мотнул головой в сторону деревни, промежду прочим вложив что-то в руку Вика. Тот глянул на свою ладонь, где лежал частица его амулета, отданная на Ялу на сохранение, пока они уходили охотиться за гваром.

Догадка пробрала до мурашек и парень вскочил на ноги, обернувшись к видневшимся неподалеку домам. К ним приближалась, едва сдерживая себя, чтобы не сорваться на бег, девушка, от красоты которой, казалось, даже сама Вардема расцветала новыми, сочными красками. В отличии от неё, Викариан не стал усмирять себя и рванул навстречу, подхватив Беату на руки. А после, крепко прижав к себе, утонул в её длинных шелковых волосах. Фиолетовый водопад, с выбивающимися из-под него голубыми прядями, скрыл их от любопытных глаз стражей леса и колдуньи, пока Ял с Тором усиленно делали вид, будто ничего не замечают.

Вик потерял счет времени в объятиях любимой, да и когда они смогли оторваться друг от друга, возвращаться к остальным не поспешили. Вместо этого, не выпуская рук, о чем-то негромко болтая и смеясь, двинулись в сторону убегавшей в гору тропы, по которой они вчера вернулись в деревню.

Удивленная такой резкой сменой планов, когда, казалось бы, каждая секунда на счету, Леадея двинулась было за ними, но повелитель костей поймал её за локоть. Коротким кивком он предложил той вернуться к костру и позволить соскучившимся друг по другу сердцам остаться наедине.

- Это госпожа Беатриса, ученица Богини Шелковых Дюн? - с благоговейным трепетом прошептала Иша.

- Она самая. - с сомнением глядя на предложенный ему Тором кусок завяленного до состояния камня мяса, ответил Ял. - А раз она здесь, то в Кальдеру похоже мы все же поспеем к сроку.


* * *


Вернулись Викар с Беатрисой только к середине следующего дня, с дурацкими, совершенно счастливыми, улыбками на лицах. Впрочем, судя по всему, у них нашлось время не только развлечениям, но и разговору о грядущем.

Беата отвела их к своему паланкину, в который тут же без зазрения совести забрался Ялазар, заявив, что он больной и ему больше всех надо. Попутно, Викар представил своих спутников, сообщив, что ни от Силики, ни от её воспитанницы не надо ничего скрывать. Они знают правду о том откуда они и что происходит. Тор коротко кивнул в знак приветствия, что было с его стороны невероятным проявлением эмоций, а Лея, так и вовсе, тут же нашла с новой знакомой общий язык, в очередной раз показав не дюжий талант дипломата. После, Беата ненадолго упорхнула в деревню, вернувшись через полчаса уже вновь в том же благовидном сияющем образе, в котором встретила их вчера. И тут же подхватила помятого, взъерошенного, но дико довольного Вика под руку.

Попрощавшись и поблагодарив хозяина рощи с Ишей за помощь, они двинулись в Кальдеру, готовясь к новой встрече с тем, кого предпочли бы никогда не видеть.


## Глава 6. В Тени Кальдеры


Теплый ветер нежно дул на уставших путников. Небольшой отряд неспешно шагал по извилистой дороге, петляющей среди живописных холмов Вардемы. В воздухе разлился аромат разнотравья. Склоны покрыл мягкий ковер молодой зелени, усыпанный яркими цветами. Изумрудные кроны деревьев тихо шелестели над головой, играя с солнечными лучами, отбрасывали на дорогу причудливые тени. А переливчатое пение птиц создавало умиротворяющую мелодию.

Над далекими склонами жерла спящего вулкана, превращенными в единый монолит с обрамлявшей их крепостной стеной, возвышались могучие постройки древнего города. Он казался парящим в воздухе над пеленой облаков, обрамляющих величественные бастионы. Его сияющие шпили и башни из полированного скального камня отражали солнечный свет, словно маяки, указывающие путь идущим к нему странникам.

Несмотря на недавние испытания, самочувствие Вика и его спутников шло на поправку. Даже извечно каменное лицо Торунга будто бы немного посветлело. Они радовались редкой возможности передохнуть и наслаждались красотой окружающего мира.

Однако, даже сейчас. на привале, во взглядах читалось легкое беспокойство. Странные дела творились пока они отсутствовали. Викариан посмотрел на свою возлюбленную, гадая, какие опасности той пришлось пережить в его отсутствие. Сердце сжалось от тревоги. Да, судьба Вардемы ему не безразлична, но он вынужден был признать, безопасность Беаты для него была во стократ важней.

Необычно молчаливый, Ял шел чуть впереди группы, его широкие плечи и уверенная, несмотря на поддерживающую его толстую трость, походка несколько успокаивали расшалившееся воображение Вика. Повелитель костей снял шлем, подставив лицо теплому солнцу и пепельные волосы тут же взъерошил ветерок. Глаза, скрытые под нахмуренными бровями, пристально всматривались вдаль, словно ища признаки опасности. Раны его быстро заживали и он периодически старался совершать недалекие самостоятельные прогулки.

Шагах в трехста от них, выше по склону, утопая до самой груди в кустарнике, сновал Торунг. Он, как одержимый, рыскал по окрестностям, собирая травы и в минуты привалов варил из них зелья, будто солдат, готовящий оружие на рассвете перед своей последней битвой. Он с головой уходил в сбор ингредиентов, что произрастали только в Вардеме. Ловко срезая острым ножом тонкие стебли, он бережно помещал их в кожаный мешочек на поясе.

- Нашел еще что-то интересное? - пробормотал в полудреме Вик, завидев, что под тень облюбованного им дерева дерева уселся Мрачный, тут же разложивший свой нехитрый походный скарб алхимика.

Тот коротко кивнул, принявшись бережно сортировать добычу: цветы, ягоды, коренья и боги знает, что ещё. Его пальцы умело перебирали запасы, словно танцуя древний ритуал, известный только ему одному. Несмотря на то, что его тяжелые сумки, уже были полны разнообразных растворов, останавливаться Тор и не думал.

Он и в Кеплере умудрялся находить ингредиенты, даром что вокруг был лютый холод и снега по колено. В светлом же мире, среди окружавшего их буйства весенней жизни, все это начинало напоминать настоящую манию.

- Неужели местные растения настолько хороши для алхимии? - спросил Вик.

- В них меньше магической эссенции, чем в тех, что растут в нашем мире - пояснил Мрачный. - Но они намного чище. То что растет в Кеплере столетиями дышало ветрами искажений. Все оно заражено сырым эфиром, здесь же непорочность первозданных стихий. Для создания полноценного экстракта из местных растений требуется больше исходного материала. То, что здесь можно сделать при помощи обычных ступки с пестиком, да походного перегонного куба, у нас в мире не всегда удалось бы сделать даже в полноценных лабораториях полисов.

Он прервался с объяснениями на секунду, с величайшей осторожностью подвешивая, почерневший от копоти, алхимический сосуд над костром.

- Часть их этих трав я заберу с собой в Кеплер, мне интересно, что удастся получить, смешав их с сырой магией... если получится конечно .- Только сейчас молодой человек заметил, что некоторые растения не срезаны, а аккуратно выкопаны и помещены в небольшие герметичные емкости с влажной землей.

Рядом с ними защебетала Леадея, она явно была в полном восторге от общения с Беатой. Чувство это было взаимно. Девушки не просто нашли общий язык, а подружилась, так что, все то время, что Беата не проводила вцепившись в Вика, она отдавала разговорам с молодой колдуньей. Похоже, они давно не испытывали такого принятия и понимания. Обоим был ведом светский этикет, хорошее образование и амбиции, но при этом, они так же обожали смелые авантюры с путешествиями. И как Лея была агентом графа Дюран Кора в Кеплере, так Беатриса более не являлась ученицей, но стал голосом и волей Богини Шелковых Дюн в тех краях где её госпожа, по каким-то причинам, лично присутствовать не могла. Обе странствовали инкогнито, обе обладали немалой властью, а так же умом, чтобы этой властью правильно распорядиться.

Через некоторое время, Торунг, покончив с дистилляцией, собрал свой скарб, опять пропав из виду в ближайших кустарниках. Молодая волшебница заинтересовавшись, что же так усердно ищет их "алхимик" в очередном репейнике, упорхнула к нему, оставив Вика и Беатой наедине. Те же, недолго думая, ускользнули в тенистый овражек, расположившись на поваленном стволе древнего дерева, поросшего мягким зеленым мхом.

Пурпурно-изумрудные волосы девушки переливались в редких лучах, пробивающихся сквозь море зеленой листвы над их головами, словно в них была вплетена диадема из драгоценных камней. Беата была все так же прекрасна, как и в день их первой встречи в Долине Цветов. Но время для них текло по разному. Пока он проживал месяцы, для Беаты проходили года. Да, жизнь в Вардеме не в пример легче, чем в Кеплере, но все же у Вика с болью сжималось сердце, думая каково ей было ждать года до их новой встречи. В ее серо-голубых глазах он прочел все это. Она положила голову ему на плечо, а Вик ее осторожно обнял. Так, в молчании, они просто сидели, наслаждаясь подаренными мгновениями тихой близости.

Наконец Беатриса вздохнула. Прохладный ветер, словно предвестник плохих вестей, тронул ее волосы. А Вику вдруг показалось, что он вновь слышит звук прошедшей в Доридосе битвы. Всего лишь фантомная боль, его, ещё не оправившегося от ранений, тела. Неприятный холодок пробежал у него по спине.

- Ты знаешь, похоже все эти странности в мире, начались задолго до покушения на Силику... - начала Беатрис. - Лучшие рейнджеры и следопыты взялись за расследование того, кем была эта тень, напавшая на мою госпожу. А потом все в мгновение прекратилось.

Викариан внимательно слушал. То, что все началось гораздо раньше, он догадывался и сам. Более того, опасался, что именно его первое прибытие в Вардему и запустило маховик событий, который теперь непонятно как остановить.

- Что произошло? Что значит прекратилось? - спросил он.

Как оказалось, дела в Вардеме с их последнего появления и сражение на Калери'Юна, становились всё страннее и загадочней. Судя по словам Беаты, с самого начала, все буквально встали на уши, началось большое следствие. В Снежный нагнали кучу мастеров ищеек, законников, жрецов и прочих, кто хоть как-то мог помочь в поисках виновных. К слову сказать, на след Викариана с Ялазаром они вышли довольно быстро, и даже сумели вычислить Даниэля, на тот момент ещё живого. При воспоминании о судьбе бедного парня, а также той твари, что ныне завладела его телом, Вика пробрал озноб.

Но несмотря на подобные успехи в поисках, главного виновника всего произошедшего словно бы след простыл. Более того, никто даже не смог ничего вспомнить о явно помогавших ему скрыться гильдии Мастеров Снежного, чья эмблема шестерня до сих пор красовалась на глазной повязке Вика. А вскоре и само расследование мало по малу стало затихать. Найти ничего не удавалось, а старые улики, коих после сражения казалось бы осталось вдоволь, принялись просто напросто исчезать.

Венцом подобных странных пропаж стало то, что саму небесную каравеллу, практически без ведома её владелицы, богини Астры, отвели в док на ремонт, где ее полностью восстановили, поставив снова на крыло. Как несложно догадаться, все последствия битвы, остатки Семени Порчи, а также его чудовищных порождений и след простыл.

Попытки выяснить, кто отдал подобный приказ и куда все делось, отняли почти два года, но ни привели ни к чему. Все что удалось узнать самой Беате, лишь то, что приказ о ремонте Калери'Юна не был ошибкой. Отдавший его явно и весьма умело заметал следы, используя широкую сеть подставных посредников, а также имел огромное влияние на самых верхах.

В слух девушка этого не сказала, похоже даже боясь в мыслях предположить подобное, но в её глазах отражалось опасение, что во всем случившемся может быть замешано даже окружение предвечных. В итоге, на данный момент единственные, кто знает, что там произошло, это сама Силика, её сестра Астра, Беатриса и разумеется сами Ялазар с Виком, изгнавшие иномирную погань из души светлой богини.

Происходи подобное в Кеплере, даже удивляться причин бы не было бы - обычная придворная жизнь культистов, да царьков. Но здесь, в Вардеме, это казалось очень тревожным знаком.

Собственно именно по этой причине Беата прибыла в Олдир заблаговременно. Силика опасалась, что ее судьбу может разделить любая другая из хранительниц мира. И пока сестры едва не душили её своей чрезмерной опекой, та пыталась, в меру своих малых сил, уберечь их самих, отправляя своих учениц во все концы мира, на каждый мало мальски значимый праздник или событие, тщась найти затаившуюся угрозу. При этом, строго настрого, наказав наблюдать, но не вмешиваться, а при опасности сообщать все местным владыкам.

- Сначала начали исчезать вещи, доказательства нападения на Калери'Юна. Очень хитро, через подставных лиц, чужих эмиссаров и даже северных торговцев. А потом, стали пропадать и те, кому поручили вести само расследование.

Она обхватила руку Викариана, словно бы стараясь унять страх. Получалось так себе. Напряжение сковывало ее тело, пальцы сжались с так сильно, что костяшки побелели.

- Вик - вновь заговорила девушка. - Пропали почти все, кто нашел хоть мало мальскую зацепку. Даже Рыцари Пантеона, прелаты и преторианцы! Личные стражи владычиц не вернулись. Тел тоже не нашли. Они просто исчезли. А из свидетелей остались я, ты и моя повелительница.

- Тебе самой не грозит опасность? - ком подкатил к горлу Вика, когда он понял насколько же опасно было оставлять любимую без защиты. Но что он мог поделать? Ключ от тропы между мирами лишь дарит им немного времени в Вардеме. Золотую пластинку нисколько не волновали желания же владельца остаться тут подольше.

Беата пожала плечами:

- Силика сейчас под пристальным присмотром своих старших сестер. Она недосягаема для убийцы и она боится, что тот может переключиться на других. Но меня он вряд ли тронет, я не имею такой ценности, да и у меня от госпожи четкий приказ не рисковать. А так как сама Владычица Шелковых Дюн теперь вынуждена пребывать в троном городе, то я и подобные мне, стали чем-то вроде её глаз и ушей во внешнем мире.

Видимо мысли о путешествиях, которые она так любила и близость дорогого сердцу человека, немного успокоили девушку. Она взяла ладонь Вика и переплела его пальцы со своими. Тот невольно улыбнулся. Как бы ему хотелось сейчас просто плюнуть на все и провести все свободное время с ней. Но эта блажь ему сейчас "не по карману". Понимание, что время в Вардеме ограничено и что от него зависят чужие жизни, не позволяло пустить дела на самотек.

Вик задумался.

- Ты вмешиваться не можешь. Силика тоже под замком, а все ищейки и доказательства пропали. Выходит, остаюсь только я, да Ял. Мы знаем, как выглядел нападавший, а я, к тому же, могу его почувствовать. А значит и найти.

Вика передернуло от таких мыслей, ведь, по факту, эта тварь была запятнана тьмой, как и он сам. Внезапно на ум пришло сравнение, что он и его визави, это два чумоносца, оказавшихся посреди улицы полной жизни. Один хочет убить всех вокруг, а второй остановить его. Вот только не станет ли их схватка приговором вообще всем оказавшимся рядом?

Беата молчала. Она могла бы попытаться переубедить его, бросить поиски, но в ее глазах Вик читал безмолвную мольбу не отступаться.

- К тому же, - продолжил рассуждать Вик. - у Тени весьма характерное оружие, с таким сложно затеряться в толпе.

- После случившегося, стража городов и так утроила бдительность. Но все бестолку. Если убийца носит оружие при себе, то в городах ему сейчас скрываться будет не с руки.

Вик хмыкнул, приободрившись от таких новостей:

- Так это же отлично, в деревеньках, мелких хуторах или даже если он где за пределами обжитых земель обосновался, найти его будет ещё легче! Главное отыскать какой-то, хоть бы даже старый след, а дальше просто пойдем по нему.

Пурпурная копна волос, покоящаяся на плече парня колыхнулась в отрицании:

- Боюсь все не так просто. Проблема в том, что сейчас у всех оружие, да ещё каждый пытается перещеголять прочих в его необычности, ведь наступает Месяц Битв. - видя, что Вик ничего не понял, она добавила. - Вардема давно избавилась от крупных войн и жестокости, но осталось немало тех, для кого сражения и победы. Это не просто способ потешить эго, но жизненная необходимость, чтобы пламя, кипящее в крови не сожгло их изнутри. Давным давно, были созданы специальные места для санкционированных сражений, где каждый может бросить вызов другим пришедшим туда. А Месяц Битв, это, что-то вроде большого турнира для всех желающих померяться силой или магией. Так что, за пределами больших городов сейчас вооруженных не меньше, чем в самих городах.

Викариан чуть сжал ее руку и она ощутила тепло его ладони, словно это было маяком в бушующем море тревог. Она подняла голову и посмотрела в его улыбающееся лицо.

- Справимся. - пообещал Вик и девушка ему поверила. Абсолютно и безоговорочно. Они понимали, что должны действовать, что не могут просто сидеть и ждать, пока мрачные тени, непознанного зла, угрожают их миру. Но также они понимали, что должны быть осторожны, ведь уже пропало немало тех, кто пытался докопаться до истины. - Кстати, ты сказала "санкционированных"? Есть правила?

- Конечно! - хихикнула Беата. - Строгие. Всегда присутствуют арбитры - официальные лица от Большого Пантеона, чтобы следить за честной игрой. Там собирается множество рас и народов. Даже благородные шадралы не гнушаются участием.

- Шадралы? - переспросил Викариан, в его голосе прозвучало подозрение. В Снежном он уже встречал этих величественных и грозных созданий. - Ты имеешь в виду Драконолюдей? Как-то они не особо похожи на тех, кто любит развлечения. Особенно те, что с обожженной чешуей.

- Это храмовники. Да, они не склонны к шуткам, впрочем и их можно встретить у Башен Дуэлистов. Но они там не ради развлечения, для них это скорее что-то вроде священного ритуала. У них довольно интересная и сложная культура. Небесный народ, разделенный на тех, кто способен вознестись в облака и тех, кому доступны лишь пещеры, так как природа не одарила их крыльями. Крепко связанные с магией, звездами и верой. В общем, все непросто.

- Вы там ещё долго ворковать будете, голубки? - грубый голос Яла вырвал парочку из пленившего их наслаждения.

- А куда спешить? - беззлобно огрызнулся Вик - Пока Тор не...

- Тор уже прекратил срезать каждую травинку, которую видит, - усмехнувшись, перебил его Ялазар. - и кажется вознамерился теперь все это опять сварить. Они там с Леей решили разбить лагерь у подножья холма. Беата, пошли уже быстрее, а то эти двое там сейчас по-наготовят без тебя всякой гадости, а мне хотелось бы сегодня твою, нормальную, стряпню поесть.


* * *


Минуло одиннадцать дней, погода становилась все теплее, приглашая природу скорее просыпаться после зимнего сна. Солнце, словно заботливый художник, щедро разбросало по изумрудному ковру молодых лугов золотые блики.

Путешественники, овеянные ласковым весенним ветром, пройдя уже не один десяток лиг по холмистой равнине, раскинувшейся у подножия величественных гор, решили наконец сделать привал. Судя по тому, как заросла дорога, убегавшая вперед, пользовались ей нечасто и юный травостой норовил скрыть ее полностью. Это было довольно необычно, так как путь их пролегал не сказать чтобы по шибко диким местам. Большак оказался хорошо обжит, а потому, они каждую ночь встречали на постоялых дворах, щедро разбросанных в горных низинах деревень.

Вик, ступая по мягкой зелени, вдыхал свежий, наполненный ароматом цветов воздух. После месяцев тревог, холода и погони, в его душе наконец-то царил покой. Пару дней назад они заметили, что над вершинами могучих стен Кальдеры, парила, будто небесный мираж, Калери'Юна - летающий корабль. С такого расстояния рассмотреть в деталях её красоту было невозможно, но все же среди редких облаков проглядывали очертания изящного белого корпуса, раскинувшего над собой шатер шелковых парусов, трепетавших на ветру. Было в этой изящной красоте нечто величественное, наверное даже достойное сложения легенд. Небесная каравелла служила путникам ориентиром, маня к себе, словно обещание помощи в предстоящем им нелегком деле.

Мимо прошла Леадея, намереваясь немного отдохнуть в паланкине, где сейчас громко храпел Ялазар. Тот оккупировал паланкин почти в самом начале, сославшись на то, что он все еще болен, нога ещё не зажила и потому, ему больше всех нужно. Помимо него в повозку так же решили выгрузить оружие и броню отряда, ведь защищаться сейчас было не от кого, а таскать на себе лишнюю тяжесть, взбираясь по холмам, такое себе удовольствие.

Посмотреть, чем кончится борьба за удобное местечко, Вику не удалось. Что-то мягкое и теплое прижалось к спине Вика, а две тонкие руки нежно обняли его сзади. Воздух наполнился кружащим голову ароматом.

Улыбка сама собой появилась на губах парня и он осторожно, чтобы не разорвать объятий, повернулся. Его встретил полный нежности и счастья взгляд больших серо-голубых глаз, на секунду прикрытых, когда девушка потянулась к нему губами, в которые он тут же с готовностью впился поцелуем. Они не виделись едва ли пару часов, но уже успели соскучиться, словно пытаясь наверстать все то время, что были разлучены. Однако, если для Викариана прошло всего лишь пару месяцев, то для Беатрисы минуло полных пять лет и её чувства были сродни жажде умирающего без воды в пустыне. Парень понимал это, а также то, что когда судьба вышвырнет его обратно в Кеплер, они вновь расстанутся на годы, может даже десятилетия.

Беата была дочерью древней крови, время не оставит отметин на ее теле, но как защитить душу от боли расставания? Он не знал. А потому, здесь и сейчас пытался дать ей всю нежность и тепло, что могла подарить его, сотворенная во тьме умирающего мира, душа. Они, то и дело, словно дети сбегали от мерно катящегося по дороге паланкина, выкраивая лишнюю минутку, чтобы побыть наедине. Ялазар с Леей деликатно не замечали их отсутствия, а Тору было и вовсе наплевать на их детские игры.

- О чем задумался? - довольно улыбаясь, мурлыкнула девушка.

Мысли, утопающие в счастливом полусне, не сразу сумели обрести форму слов, отчего создалось впечатление будто Викар серьезно задумался.

- О предстоящем. О Тени и его спутниках. О белом древе глубин за окном дворца и некой труппе кукловода, играющей в нижней зале Янтарного Престола. - напомнил он о видении. Беатра кивнула, положив голову ему на грудь и прикрыв глаза, словно заразившись от него дремотой. - Кстати скажи, а вот опаленная чешуя у шадралов, что означает?

В ответ девушка пожала плечами:

- По разному. Это могут быть ритуальные ожоги жрецов, поклоняющихся богам эпохи Дикой Крови, старые культы все еще достаточно сильны, особенно здесь, в Олдире. Может быть знаком клана. Или просто блажью аристократа, желающего быть, так сказать, ближе к корням.

- Ничего себе блажь. - буркнул молодой человек. - Добровольно спалить себе шкуру или они не чувствуют боли?

- Чувствуют, но для шадралов она мало что значит. "Боль ничто - слава вечна", как-то так они говорят. Это вроде даже один из девизов, вытканных на штандарте престола Дракона Пустоты. Для них это практически священная мантра. - девушка кажется поняла, что он просто хочет увести тему в сторону от своих тревог. Погладив его по груди, она прошептала. - Не волнуйся, мой хороший, мы придумаем как нам докопаться до правды.

Приобняв, Викариан благодарно поцеловал Беату в макушку, невольно вдохнув полной грудью пьянящий аромат весны. Тяжелые мысли о предстоящих поисках тут же выветрились из головы и он улыбнулся, несмотря на то, что он пока понятия не имел с чего им начинать. Очаровательное создание на его груди всего лишь парой слов не позволило утонуть ему в приливе мрачных мыслей о грядущем.

- И что же, позволь узнать, ты хочешь такого придумать? - все ещё продолжая улыбаться, спросил парень. - Организуешь тайное общество "Шелковых Дюн"? Соберешь в него шпионов со всех краев земли и начнешь собственную охоту за Тенью и его приспешниками?

- А что, хорошая идея! Раз уж наш противник сумел проникнуть в самые верхи, так легко и начисто уничтожив все улики, вырвав их у самих старших Богинь из-под носа, нам остается полагаться только на свои силы. Да и время как нельзя более подходящее. В Олдире сейчас собрались воины со всего света. - легко согласилась девушка, но на секунду замявшись, добавила. - Только вот название дурацкое какое-то, прости.

Викар даже приоткрыл глаз, внимательно посмотрев на Беату. Ему совсем не хотелось впутывать ту в игры со смертью, а то что тварь, покушавшаяся на Силику и её приспешники смертельно опасны, не было никаких сомнений.

- Да я как бы пошутил.

- А я серьезно - серо-голубые глаза смотрели на него ласково, но были полные решимости. Словно прочитав его мысли, девушка успокаивающе положила тонкие пальцы ему на плечо, добавив. - Я знаю, что это опасно, но бездействие будет едва ли не опасней. Те, с кем мы столкнулись, уже показали и свою силу, и то, сколь влиятельны они, раз сумели обвести вокруг пальца, как хранительниц, так и их ближайший круг.

Вик взял в руку тонкие пальчики Беаты, начав осторожно подбирать слова, чтобы ненароком не обидеть её, в конце концов, в Вардеме с большим пиететом относились к хранительницам мира:

- Там откуда я родом, грызня среди власть предержащих, вещь обычная, у вас конечно такого нет... вернее не было. - не так-то просто оказалось безболезненно донести мысль, что за всем происходящим может стоять кто-то из самих Богинь. В конце концов, Тень за прошедшие годы вполне могла напасть не только на Силику и если уж она в силах влиять на предвечных, то управлять простыми смертными для неё вообще ничего не стоит. - Но если Тень порождение моего мира, то возможно она проникла на самый верх. Ты сама говорила про исчезнувшие улики, да и тварь эта каким-то образом оказалась приглашена на празднование во дворце кальдеры. Полагаю туда могут попасть лишь избранные?

Голос Беатрисы не дрогнул. Все это она уже и так успела понять, даже быстрее его самого, но отказываться от внезапно появившейся идеи девушка и не думала. Её шепот, мягким и успокаивающим тревогу елеем, не позволил, начавшей было подниматься, панике захватить парня:

- Я понимаю о чем ты хочешь сказать, но если это так, значит и вправду действовать придется самим, причем как можно быстрее. - она проворной лаской скользнула до губ Вика, накрыв их поцелуем, не позволяя тому возразить и тут же продолжила. - Поверь мне, я понимаю опасность и не собираюсь с флагом в одной руке и мечом в другой лезть на редуты.

Улыбка вновь осветила её прекрасное лицо, заставляя Вика ответить тем же.

- Гордыня ведет к глупости, мне, как и тебе, не нужны лавры героя, я хочу лишь защитить Вардему.

Она явно намекала на сражение в Снежном, после которого Ялазар с Викаром поспешили скрыться, не ища награды или благодарности от тех, кого спасли.

Легкий ветерок прошелся по низкой листве, скывавшей их от полуденного солнца, принося с собой трели прячущихся в кронах птиц и хриплые спросонья протестующие возгласы повелителя костей.

- Ладно, обсудим это позже. - произнес Вик, глядя на приближающегося Яла, который чересчур внимательно рассматривал недалекие кусты. Он, опираясь на трость, хмуро и сонно оглядывал окрестности. Похоже его нога, несмотря на всю выдержку, все еще ныла. Но он сцепил зубы, не позволяя боли взять над ним вверх, отчего желваки на его лице сейчас очертились особенно резко.

Образ страдальца, превозмогающего тяжелейшие превратности судьбы, разрушал беззаботно болтающийся перед носом колосок репейника, чей стебелек тот сорвал походя и принялся лениво сжевать.

- Это не женщина, а отродье кваплы. Клянусь вам, как можно так бессовестно сгонять больного, практически умирающего человека, с его последнего ложа.

Лежащие на траве Вик с Беатой тут же расхохотались:

- Это ты что ли умирающий? - едва смог выдавить из себя молодой человек. Ежедневный отдых, в купе с доброй едой и лечением, поставили Яла на ноги уже к концу первой недели, а сейчас он выглядел даже крепче, чем был по прибытию в Доридос.

Ялазар только усмехнулся в ответ, после чего решительно направился в примеченные им ранее кусты. Вернулся он, к удивлению остальных, довольно быстро, глядя куда-то вверх по склону.

Указав на тропу, изгибающуюся змей шагах в пятидесяти от них, он спросил:

- Слушай, Беат, там странная, крутая тропка, обрамленная какими-то черными осколками. В них явно чувствуется сила, не в курсе куда она ведет туда?

Девушка задумалась на мгновение:

- Могу предположить, ты наткнулся на исток Пути Шадралов. Пути силы их предков драконидов и древнего божества - Дракона Пустоты. Истоки таких троп начинаются как раз в горах. Это путеводные камни, на манер эльфийских, только более резкие. - она указала на небольшие черные осколки, лежащие по обе стороны тропы. - Как небольшие ручейки, эти пути постепенно сливаются в огромные тракты, тянущиеся к Кальдере.

Камни по краям, при ближайшем рассмотрении, оказались творением рук неведомых мастеров, грубовато вытесанные из вулканического обсидиана, черные, с острыми гранями и нанесенными на них угловатыми письменами.

В Тонком Мире каждый из них, в своей вершине, становился местом притяжения нитей силы, испуская мягкое свечение, отчего Путь Шадралов выглядел дорогой, освещенной по всей своей протяженности, множеством черных свечей.

Ялазар нахмурился:

- Дракона Пустоты? Как-то не шибко подходящее Вардеме божество.

- Это - древняя сила, намного старше даже Малого Пантеона Тэи, почитаемая Шадралами. - пояснила Беатрис. - Говорят, он до сих пор сохранил свое могущество и может повелевать самой бездной. Правда я ни разу не видела проявления воли этого предвечного.

Ялазар скептически хмыкнул:

- Легенды... Кстати, тама, за поворотом, часах в трех пути отсюда, тракт упирается, кажется, в какой-то город выстроенный под самыми склонами кратера. Ну того, внутри которого Кальдера...

- Это Врата. Город-привратник. От него уже будет прямая дорога в столицу - Кальдеру.

- Врата?... Как ворота?

- Ага. Вообще точное название Врата Кальдеры, но все зовут его Врата. - кивнула девушка, благодарно принимая руку, уже поднявшегося на ноги, Викара.

- Первый раз вижу врата, которые оказались бы больше хорошо обжитого полиса. - сообщил повелитель костей. - Да ещё в окружении целого походного лагеря.

Вик с удивлением посмотрел на него, услышав последнюю фразу, но Ял только мотнул головой:

- Пошли, сам все увидишь!

Они обогнули холм и дорога заструилась резко вниз, превращаясь, из слегка поросшей травой речки, в полноводное мощеные камнем русло с десятками малых истоков-троп, ведя в укрытую в кольце гор широкую долину. Погода была прекрасной, легкий ветер сгонял редкие облачка к высоким вершинам, не позволяя тем бросить тень на скрытое у их подножия зеленое море трав. На дальней стороне долины стоял довольно крупный городок. Он словно бы разрезал каменную стену, обрамляющую циклопический провал в земле, видимо, являвшейся входом в потухший вулкан.

Акуратные каменые домики грудились в центре города, но постепенно, бисером, рассыпаясь по всей ойкумене. Лишь серые нити дорог, протянувшиеся между ними позволяли понять, что все они есть единое целое.

Рядом с поселением виднелся редкий лес. Меж пушистых елей, словно грибы в высокой траве, пестрели сотни разноцветных тентов, кучкующихся вокруг расчищеных полян-арен. Одна непохожая на другую, увенчанные флагами и в окружении пиршественых столов. Над аренами не утихал звон сталкивающихся клинков, а кое-где виднелись и яркие вспышки, очень напоминавшие заклятья.

Над всем этим возвышались две явно искусственные горы, стоящие по разные стороны гигантского кратера.

Первая, словно чистейшая жила драгоценных камней темно-голубого цвета, вырвавшаяся из-под земли, ступенями возносилась к небесам. Вторая же, больше походила на обычную скалу, над которой поработала рука титана-скульптора, придав той не столь сияющий, зато гораздо более монументальный вид обители гигантов.

- Озир, осколок неба и Гатор, клык глубин. - пояснила Беатриса, заметив невольное восхищение во взгляде спутников. - Братья-соперники, воплощение самой сути шадралов - вечной борьбы. Мастерства и ярости. Правда к воинским учениям эти башни не имеют никакого отношения.

Девушка не спеша пошла вперед, сделав легкий жест рукой, отчего паланкин с Леадеей внутри послушно покатился вслед за ней. Их путь, как оказалось, проходит мимо одного из этих шедевров зодчества и его удалось разглядеть более детально.

Громада первой башни, Гатора, оказалась выстроена, словно бы из мириадов сапфиров, сияющих чистейшей синевой в волнах солнечного света. Вершину украшал огромный, искусно вырезанный, кристалл чуть более светлого оттенка. Оком инфернала Викариан видел, как магическая энергия свивала вокруг него неспешно текущий водоворот, бесконечно вливающийся внутрь строения.

Собрат её стоял на другом конце долины. Купол его венчала большая золотая астролябия, состоявшая из трех разного диаметра колец. Она вбирала в себя потоки силы точно таким же образом, как и кристал первого строения.

Обе башни были равноудалены от Врат Кальдеры.

- Это ведь не просто монументы. В них же кто-то живет? - пытаясь прозреть сквозь прозрачную синеву стены из драгоценных камней, поинтересовался Вик. - Похоже, здешние маги любят роскошь и меряются размерами.

- Ага, чем выше башня, тем меньше посох! - гоготнул жевавший травинку Ял.

Беатрис подавила смешок и с деланной серьезностью сообщила:

- Не просто кто-то. Это дома придворных магистров-ткачей чар Янтарного Престола. Тут же обитают их ученики и слуги. Магистры приглядывают за миром между кланами шадралов, при этом не забывая соперничать друг с другом. У каждого ткача чар свои направление в магии. Не волнуйтесь, вы их увидите вскоре. Кстати, многие арбитры и фавориты Дней Битв в здешних краях носят одеяния одной из этих магических твердынь. Зачастую они берут под опеку часть ристалищ, выявляя сильнейших бойцов, а после, в конце праздника, на королевских боях выставляют своих чемпионов. Ну или предлагают победителям стать их "покровителями". Деньги, слава, бесконечное пиво, в общем, все, как вы любите. - озорно подмигнув Вику, сообщила девушка.

- И который из хозяев этих твердынь чаще побеждает? - поинтересовался Ялазар, поравнявшись с ними.

Беата пожала плечами:

- Когда как. Тут нет очевидного лидера. Это соперничество дань традиции и от него не ждут особых потрясений. Хотя, говорят, иногда случалось из ряда вон выходящее и побеждал претендент, которого проморгали обе башни. Зачастую, это является неким знаком. А вот к добру или худу, это уже зависело от самого чемпиона.

Вход в башню, как ни странно, отсутствовал. Видимо, попасть внутрь можно было только с помощью магии. Ну или у хозяина имелся какой-то секретный способ проникновения внутрь. Стены башни оказались настолько толстые, что оказалось невозможно разглядеть, что происходит внутри. Свет словно бы гас в тщетных попытках пробиться сквозь толстый слой драгоценных камней, рассыпаясь внутри серым клубящимся туманом.

Повелитель костей вздохнул, не переставая изучать находившееся недалеко от них подножие Гатора, чем вызвал у Вика закономерный вопрос:

- Только не говори мне, что ты хочешь отколоть кусок на память.

- Не на память, а на продажу. - преувеличенно серьезно ответил тот. - Смею тебе напомнить, в момент падения Храма Бога Вечной Переправы, почти все наши деньги, стараниями слуг Агониса, были превращены в шлак. Не то чтобы я сильно скучал по звону железа, но не хочется снова лезть в сокровищницу Совратителей. Второй раз оттуда живыми можем и не выбраться. Всетаки, я думаю, надо подойти поближе к башне, вдруг там отвалился лишний кристальчик?

- Чего? - Беата тихонько засмеялась - Не думаю, что у великого магистра-ткача что-то просто так "отваливается" от башни.

- И кому ты собирался его продать? Бродячему Ужасу, Личу, Стражам Пограничья выдав за очередной артефакт Талтана? - в свою очередь поинтересовался Викариан, но Ялазар, видя что его предложение не нашло поддержки, лишь беззаботно отмахнулся. - Впрочем ты кое в чем прав, мы каждый раз намереваемся накупить тут железа, чтобы было чем платить в Кеплере и каждый раз откладывая на потом, благополучно про это забываем.

Ялазар бросил на башню внезапно серьезный и очень хмурый взгляд.

- Ты чего? - удивился такой перемене Вик.

- Не нравится мне эта штука.

- Что именно? - поинтересовалась Беатрис, тоже заметив его недовольство.

- Это строение напоминает мне зиккураты нашего мира. Сосредоточение силы, вытягивающей из окружающего мира и тех, кому не повезет попасть в их застенки, жизненную энергию. Хозяева таких сооружений обычно беспринципные твари, которых интересует лишь могущество.

Беата улыбнулась, но в ее глазах мелькнула тень беспокойства.

- Не стоит так говорить. Хотя, кое в чем ты прав. Это обитель придворного мага Кальдеры. А высшие ткачи действительно весьма амбициозны и жадны до силы и признания.

Понять обеспокоенность Ялазара было нетрудно. Любой прикоснувшийся к Вечному Океану, навсегда оставался очарован его силой, испытывая тягу с каждым разом зачерпнуть ее все больше. Это порождало во многих магах низменные чувства: жадность, склонность, желание превзойти остальных. Так что, даже если местные магистры и пожелали бы стать им союзниками в поисках Тени, что совсем не факт, отпечаток оставленный колдовскими искусствами мог сделать их непредсказуемыми. Бесконечный водоворот магических течений, втягивающийся в обе эти башни, не внушал Вику оптимизма. Хозяева явно жаждали силы и жаждали её без конца. У него мелькнула мысль, что появись они тут, когда гнались за гваром, то множества проблем удалось бы избежать. Одним единственным заклятием, зачерпнув из мальстрима над кристаллом, того мутанта удалось бы разорвать на клочки, настолько много тут было дармовой силы.

Ялазар провел рукой по волосам, убирая сильно отросшие пряди с лица, продолжая рассматривать строение. Его явно что-то тревожило. Но от дальнейших комментариев воздержался, с удивлением заметив, что Торунг таки пытается отковырнуть один из сапфиров, который выбивался из общей кладки.

Обнаружив себя в центре изумленного внимания всей группы, Мрачный, ни сколько не смутившись, лишь молча пожал плечами и отошел от стены. Вряд ли ему так уж хотелось добыть себе драгоценный камень.Скорее им двигал чисто научный интерес алхимика, увидевшего необычное, неизвестное ему образование, пропитанное магической силой светлого мира.

После подобного акта неслыханного вандализма, путники решили от греха подальше быстрее продолжить путь, преодолевая очередные каменистые подъемы и спуски.

Солнце уже начало клониться к закату, окрашивая небо в нежные розовые и золотистые оттенки. Горы, словно бы погружались в сон и лишь крики неугомонных птах, да все нарастающий шум праздника, доносившийся из долины пред Вратами, нарушали величественную тишину долины.

Звуки музыки менестрелей, тысяч здравниц, звучавших со стороны от ломящихся под тяжестью снеди столов и непрекращающегося пением мечей, изредка заглушаемых громом восторженных голосов, когда очередной удар достигал цели. Все это оказалось щедро преправлено звоном, доносившемся из десятков походных кузниц, где шла своя война с зазубринами, вмятинами, порваными кольцами кольчуг, а так же прочими последствиями побед и поражений.

Надо сказать, схваток Мастеров Вечного Океана оказалось крайне мало, едва ли одна к сотне, да и в тех, большее предпочтение отдавалось ближнему бою, нежели чарам. Посохи с волшебными амулетами сменились на мечи со щитами, а удобные мантии - бригантинами, кожаными карассами, а иногда даже полноценными латами.

К удивлению парней, здесь любого желающего могли снабдить всем необходимым для боя. Для этого по внутреннему периметру арен стояли десятки стоек с самой разнообразной броней и оружием. Любой, выходящий на песок ристалища, имел право взять с них все, что ему необходимо, а по завершению схватки обязан был вернуть на место. Так что распознать мага удавалось лишь тогда, когда тот, исчерпав пределы своего умения владения оружием, обращался к более знакомой ему стихии, что впрочем, не вызывало у зрителей особого разочарования. Скорее даже наоборот. Всем очень нравились фейерверки и подпаленные бороды.

Впрочем, даже без этого отличить опытного бойца от новичка, второй раз взявшегося за меч, казалось делом совсем нетрудным. Вопреки логичному предположению Ялазара, что в мире, где давным-давно не было крупных войн, умение сражаться должно было захиреть, трудно было назвать то, что они сейчас видели, идя мимо арен, "угасшим боевым искусством". Скорее уж наоборот, не имея возможности погибнуть в реальной битве, воины год за годом оттачивали мастерство, постепенно доводя то до совершенства.

Да, возможно им не хватало смекалки ветеранов, чьей главной целью все же являлось убийство врага, когда честь и честность никому ненужный довесок дураков, но зато их схватки походили на мастерский танец, полный смертоносной грации. Стойки менялись одна за другой, оружие то вспархивало вверх, то бросалось в атаку стремительной змеей почти у самой земли, раз за разом ища хотя бы малейшую брешь в обороне противника. Под стать ему были и сами мастера, чьи тела становились продолжением оружия, показывая, что иногда, отточенное до уровня рефлексов умение, вполне способно заменить реальный боевой опыт.

Не было разницы мужчина или женщина принял вызов, никто не давал скидку на "слабый пол", оттого победы последних были более редки, но зато всегда встречались оглушительным ревом трибун.

К какофонии звуков, доносящихся с ристалищ, примешивался радостный гул толпы, азартные выкрики бьющихся и болезненные стоны кого достал чужой клинок. В воздухе витал терпкий аромат жареного мяса, запах конского пота и еле уловимая стальная терпкость крови.

Больше же всего здесь оказалось шадралов, что неудивительно, в конце концов, это была их земля, да и бои с их участием оказывались наиболее зрелищными.

Драконорожденных можно было легко разделить на два вида. Те, что умели летать и те, кто оказался лишен крыльев, но зато напоминал ожившую чешуйчатую гору.

Крылатые дракониды, размерами походившие на обычных людей, часто взлетали в воздух, а после, пикировали на врага со стремительностью ястреба, нанося два-три мощных удара, предпочитая тактику ударил-отступил. Тем самым они постепенно изматывали жертву, готовясь нанести решающий удар, когда та наконец ошибется. Они задавали ритм боя и отого всегда были на шаг впереди.

Второй вид представлял собой гигантов в полтора, а то и два раза больше человека, с плечами под стать росту, закованную с собственную, отливающую сталью, чешую и головами украшенными такими рогами, что мог бы позавидовать иной дракон. Некоторые правда рога спиливали, на манер того, как мужчина бреет бороду, но это нисколько не умаляло их грозного облика, скорее даже напротив, придавала некую аристократичность, а их умение обращаться с двуручным оружием отличалось особой утонченностью. В отличии от своих, выглядящих более близкими к предкам - драконам, собратьев, они предпочитали ярости крови, холодный расчет. Там где сражались шадралы всегда собиралась самая большая толпа зевак.

Однако Вика сейчас интересовало иное. Сколько он не силился, но так и не смог найти в вышине что-то, хотя бы отдаленно напоминавшее шлюпку, спущенную с небесной каравеллы.

- Беата, а ты прилетела сюда на Калери'Юна?

- Да. - ответила девушка. Взглянув на него и по глазам угадав второй вопрос, улыбнувшись, пояснила. - Но я же прибыла инкогнито. Госпожа Астра оставила корабль по ту сторону гор, над Кальдерой. Высадили меня ночью в стороне от тракта, чтобы никто не заметил. Так что о моем присутствии тут пока никто не догадывается.

Её изящная ручка сделала взмах в сторону недалеких пиков, это показалось молодому человеку странным, ведь в своем видении он видел каравеллу, правившую почти над самым Янтарным Престолом. К тому же, несмотря на бьющую ключом жизнь вокруг, все же ее количество не могло сравнится с теми живыми реками, которые вливались в подземный дворец. Что то не сходилось.

Решив, что снаружи располагаться нецелесообразно, в конце концов, они прибыли сюда не ради праздника, отряд двинулся к невысокой арке видимо символизирующей вход в город, так как стен у поселения не было.

Это удивляло. Ну предположим, войн и набегов тут давно не видели, но хищники-то должны были обитать в местных краях. Хотя, последние вполне могли обходить поселения Шадралов стороной, учитывая местные обычаи и воинственный нрав драконидов.

Затеряться в толпе не составило труда. Судя по всему, в королевстве Олдир и до праздника ношение оружия являлось обыденным делом. Сейчас же, внешний вид Вика с сотоварищами и вовсе выглядел скромно, по сравнению с щеголявшими то тут, то там, прибывшими на Дни Битв искателями доброй схватки.

Ялазар предложил было расположиться в Приюте Странника. К сожалению, Беата развеяла его мечты об отдыхе в компании прелестниц, готовых утешить странника после долгого пути:

- Боюсь, мой добрый Ял, ты немного опоздал. К этому времени все девы сих заведений уже либо нашли свою судьбу, либо заняты на недели вперед. А скоро и в окружающих деревнях их не останется, поверь мне. Праздники хлопотное время для жриц любви. Так что, твой досуг сможет скрасить, разве что, вкусная еда и доброе вино.

Тот в ответ лишь беззаботно пожал плечами и двинулся к видневшейся недалеко вывески постоялого двора, примостившегося на самом краю города, недалеко от одного из ристалищ.

Что ж, немного шумно, зато искать не придется, устало подумал Викар. После долгого пути и впечатлений прошедшего дня, он внезапно почувствовал тяжесть во всем теле и желание хорошенько отдохнуть. С легким стыдом он бросил взгляд на повелителя костей, который, несмотря на совсем недавно затянувшуюся рану, не позволял себе даже мгновение проявить слабость. Эта мысль заставила молодого человека выпрямиться и отбросить постыдную жалость к самому себе.

Облаченные в теплые кожаные доспехи, лениво облокотившись на древки своих алебард, пара стражников усиленно делала вид будто охраняют бочки с чем-то хмельным. Судя по количеству веселых красноносых аборигенов, крутящихся рядом, охрана велась спустя рукава. Тут же были разведены костровища с жарившейся на вертелах дичью. Похоже, множество охотников собиралось на праздник, успев набить до отказа сумки добычей.

Проходя мимо стражи, они услышали как один из воинов, окликнул их. Лицо, обветренное жеским горным солнцем и заросшее щетиной, ухмыльнулось, обнажив ряд зубов, пожелтевших от табака.

- Откель путь держите? - прохрипел тот, словно он не разговаривал, а скорее каркал, как ворона. В голосе звучал интерес и легкий вызов. Похоже, в сгустившихся сумерках, он совершенно не заметил, что в отряде идет ученица одной из Пантеона. Что и к лучшему.

Вик вздохнул. Желания общаться сейчас не было никакого, но резонно подумал, что лучше не привлекать внимание излишней загадочностью, а потому спокойно ответил:

- С деревни Теневичков. Помогли местным стражам в охоте на опасную тварь, свившую гнездо на одной из гор. А теперь, направляемся в Кальдеру с докладом. Да и начало Месяца Битв не хотелось бы пропустить.

Второй стражник - молодой парень с испуганными глазами, покосился на Ялазара, который даже без своей костяной брони выглядел устрашающе, сглотнул.

- В Кальдеру, говоришь? А принять участие в наших местных турнирах желания нет? - юнцу явно хотелось увидеть гиганта повелителя костей в бою против какого-нибудь Шадрала, что были тому как раз под стать. Винить мальчишку нельзя, мало кто из людей мог сравниться с могучими драконорожденным, а Ял был одним из таких редких представителей людского племени.

На ближайшей арене раздались громкие удары. Все повернулись на звук и в этот момент, два огромных, закованных в латы тела, с грохотом сшиблись в схватке. Толстые витые рога, кожистые гребни бронированным горжетом защищавшие шею и огненные языки пламени, вылетавшие из рычащих пастей, дополняли чудовищные удары, которыми сражавшиеся осыпали друг друга. Двуручные мечи взлетали и опускались с невероятной синхронностью, сталкиваясь, чуть ли не высекали друг из друга искры. Один из сражающихся отличался опаленной черной чешуей. Тот казался воплощением холодной силы: расчетливой, мудрой и очень опасной. Второй, зеленокожий, с единым роговым гребнем, напротив, был ожившей яростью, не считаясь с ранами, наскакивавший на противника и наносящий удары с бешенством берсеркера.

Молодая ярость против опыта и выдержки. Предсказать исход было нетрудно. В какой-то момент, более опытный, черный шадрал, отвел вражеский клинок в сторону и сделал вид будто собирается ударить расправившмся крылом в шею противнику. Тот инстинктивно закрылся плечом в латном наплечнике, но тут же с грохотом упал ниц, получив удар по ногам черным раздвоенным хвостом.

Лезвие коснулось зеленой чешуи. Выглядевший опешившим и потерявшим ориентацию в пространстве после падения, молодой воин яростно зарычал, а еще секунду спустя, громко расхохотался, протянул вверх руку, закованную в латную перчатку. Черношкурый, усмехнувшись, с готовностью помог подняться сопернику и они, громко обсуждая на своем наречии короткий поединок, двинулись к столам для участников турнира, с выпивкой и едой.

- Почему бы и не сразиться! - с охотой согласился Ял, видя с каким восторгом толпа приветствует только что закончивших поединок. Он заметил взгляд Вика, украдкой указавшего на трость, которая помогала повелителю костей стоять. На что, он лишь беззаботно улыбнулся, кажется его не волновала победа, ему просто хотелось немного размятся и проверить состояние тела, видимо считая себя обузой для остальных.

Первый стражник недоверчиво поглядел на трость и нахмурился:

- Ты это, ежели ранен, лучше пережди. Никуда от тебя драка не денется. Времени полно. А то я смотрю, тебе ажнак палка нужна, чтоб ходить.

Ял уже был готов ответить в своей едкой манере, но Беата успела вмешаться в разговор, чтобы разрядить обстановку. Ее голос, мягкий и мелодичный, звучал успокаивающей песней:

- Наш товарищ просто устал. Дорога была неблизкой, а охота завела на самые пики. К тому же, нас ждут в Кальдере с новостями. - закончила Беата. Ее голос дрогнул, выдавая легкую нервозность.

Скорее всего ее беспокоила предстоящая встреча с "убийцей богов", но стражники похоже подумали о своем. Они было хотели продолжить расспросы, желая услышать побольше об их миссии, как рядом раздался весьма раздраженный властный голос.

- Любой, кто ищет славного боя, может бросить вызов во время Месяца Битв. Лишь Арбитр имеет право отказать в этом праве. - голос принадлежал высокому, жилистому, но уже явно очень старому шадралу. Шкура его когда-то носила украшение черного пала. Сейчас же она стала серой от времени, а некогда могучие крылья теперь напоминали старые боевые стяги, все еще гордые, но уже не способные поднять своего владельца обратно к небесам. - Ган, Гвиней, оставьте путников, пусть отдохнут с дороги, а после, если пожелают, присоединятся к празнованиям.

Стражники, вытянувшись в струну, едва к ним обратились, тут же ударили кулаком в нагрудники и старший, посмотрев на путников быстро произнес.

- Добро пожаловать! Простите, что задержали.

Беата очаровательно улыбнулась мужчинам и что-то тихо произнесла старому шадралу. Тот лишь коротко кивнул, вернувшись к наблюдению за боями. Лишь на мгновение тот полоснул взглядом по вычурному паланкину, в котором отряд вез свои броню и оружие. Но если драконид и признал в них слуг Силики, то ничего не сказал.

- Это Арбитр? - решил уточнить Викар, когда немного отошли и их было уже не слышно за шумом очередной схватки. - Мне показалось, он чем-то крепко недоволен и по моему, причина явно не в любопытстве местной стражи.

- Ага. - беззаботно ответила девушка. - Арбитры обладают безграничным уважением у всех участвующих в схватках. Их слово сейчас ценится едва ли не выше, чем слово владык этих земель. Но сам арбитр не имеет права принимать в них участие, что для драконида, в основе культуры которых лежит почитание силы физической и силы духа, незавидная судьба.

Паланкин, из которого Беатриса вытащила свою небольшую походную суму, было решено оставить под присмотром мальчика конюха. Ял открыл дверь Приюта Странника и придержал ее для проходящих мимо девушек:

- Этого бедолагу заставили следить за боями, из-за того, что он слишком стар. Меня бы такое тоже оскорбило. Странно как-то, если его уважают, зачем так обижать?

- Его никто не заставлял и не оскорблял, Ял. - возразила Беата. - Здесь нет принуждения. Быть арбитром - это честь и то, что сей благородный драконид взял на себя подобную обязанность, лишь показывает, как серьезно он относится к происходящему и что он не видел никого кто смог бы исполнить обязанности лучше. Это жертва Ял, а не наказание. Огромная жертва.

Повелитель костей поскреб подбородок, скорчил кислую мину, но промолчал, видимо соглашаясь с услышанным и тоже зашел внутрь.

Фигуры, с закинутыми на плечо факелами, размером с доброе копье, уже зажигали высокие уличные фонари. Внутри корчмы мрак рассеивали множество свечей. Невероятное расточительство по меркам Кеплера, где в подобных местах дай боги найти свет от очага, да тлела бы пара лучин, что бы просто не спотыкаться о тела в усмерть упивающихся завсегдатаев. Но, несмотря на обилие света, из-за десятков гостей, набившихся в помещение, Приют Странника казался погруженным в полумрак. Вокруг не смолкал гомон голосов и звон кружек.

Небольшой отряд разместился за одним из крепко сбитых деревянных столов, освещенным мерцающим светом округлой лампадки. Аромат жареного мяса, пива и солода щекотал ноздри, а дым от множества курительных трубок змейками вился под низким потолком. В углу таверны менестрель бренчал на лютне, силясь переорать окружавших гостей, напевая, судя по всему, балладу о любви и подвигах.

Викариан, развернул как нельзя кстати показашуюся среди вещей Беаты карту и Ялазар, облокотившись на локоть, с интересом наблюдал за ним, пока они ждали заказанный ужин.

- Нде... - задумчиво оглядевшись, произнес повелитель костей. - Кажется и вправду, девчонок-то почти тут нет.

- Чего? - не понял Вик, не сразу переключившись с размышлений о грядущем пути.

- Говорю, в Приюте Скитальцев, помнишь, всегда куча милашек, ждущих потенциальных ухажеров. А тут, вон, всего три бегают между столами и им явно сейчас не до романтики. Они едва успевают подносы разносить.

Молодой человек обернулся, все еще не совсем понимая, где взаимосвязь между их целью и количеством девушек вокруг. Но тут ему на помощь пришла Беата:

- Боюсь тебе придется немного поскучать, впрочем...

Она недвусмысленно кивнула на мощную полуорчиху, в отороченном жестким мехом кожаном плаще, родом видимо из северных варварских племен. Та, обхватив несчастного барда за шею одной рукой, размахивая второй с зажатой в ней кружной, отчего пиво из неё щедро орошало всех стоящих рядом. Дама подпевала хмельным басом, опасливо косящемуся на неё, слуге муз.

Ял задумался, с интересом глядя в сторону предложенного варианта. Вик же, покачав головой, махнул рукой, вернувшись к изучению карты.

- Итак, - произнес он, - первоначальная задача вроде как проста: пробираться в Кальдеру под видом гостей. Но вот как попасть на бал в Янтарном Престоле?

- Что-то сомневаюсь что в столичный замок приглашают кого попало. - резонно указала Леадея. - Если не удастся получить покровительство местных заправил, нас туда просто не пустят.

Беата помахала ей с противоположного конца стола, улыбнувшись:

- Пустят. - уверенно сообщила она. - Варианта два. Я могу провести вас, как своих спутников, либо мы сможем проявить себя на турнире. Бал ради чемпионов праздника и затевается каждый год. Вопрос в другом, как проникнуть во дворец незамеченными, чтобы не спугнуть, убийцу.

- Ну, мы можем скрыть лица. - предположил Вик, взглянув на Беату. - Это не запрещено?

Та на секунду задумалась:

- Вроде бы нет... Но я не уверена. В любом случае, попробовать можно.

Внезапно в разговор вмешался Торунг и все, как по команде замолчали. Мрачный говорил редко, но каждый раз самую суть:

- А что нам делать на этом балу если мы даже не знаем кого искать? Только Викариан видел нашу цель. - Тор устало потер глаза. Очаг грел добрым жаром и тонкие струйки пота прочертили длинные серые полосы на его лице, оканчивающиеся налитыми черными каплями дорожной пыли. Все время их пути он не переставал собирать корешки и травы, держась чуть в стороне от отряда и проторенной тропы, отчего грязи на нем сейчас было больше, чем на всех остальных вместе взятых. - В первую очередь, нужно найти того, кто сможет открыть нам видение Вика. То, которое он получил от русалки. Иначе искать цель придется ему одному, а мы будем просто толкаться рядом без дела. И кстати, у тебя же ещё была пара артефактов, в которых сокрыты неизвестные нам силы. Их тоже стоит показать способным разобраться в чароплетении мастерам.

Последнее было особо здравой идеей, о которой Викар как-то даже и подзабыл за время их похода. Таскать с собой магические побрякушки неизвестного действия, рискуя в любой момент их случайно активировать, было, мягко говоря, небезопасно.

Разговор прервало появление очаровательной, рыжеволосой, пухленькой девушки с мягким поварским колпаком на голове. Та принесла здоровенный поднос с яствами. Отряд не были стеснены в средствах, так как Силика, судя по всему, не скупилась на своих учениц и потому Беата заказала еды столько, что можно было накормить половину корчмы.

- И как же мы его найдем? - хмуро проворчал Ялазар, встав помочь поставить тяжелый поднос на стол и тут же просветлел, едва оценив аппетитные формы, зарумянившийся от такого внимание, девушки.

- Я могу поспрашивать, когда мы прибудем в Кальдеру. - предложила Беатрис. - Там обязательно найдутся мастера Тонкого Мира, владеющие подобными навыками. И тогда мы сможем начать охоту.

Вик накрыл её руку своей, произнеся:

- Силика запретила тебе вмешиваться. - напомнил он. - Я согласен поделится с тобой тем, что я видел, но если ты будешь с нами искать Тень, тебя могут узнать. А вот этого допускать уже нельзя. Будет лучше, если о твоем участи не будет ведомо никому и ты сможешь передать то, что узнала своей повелительнице. То, как теперь выглядит её несостоявшийся убийца. А за нас не волнуйся, если эта паскуда бросится за нами в Кеплер...

Ял с Виком переглянулись и не сговариваясь засмеялись.

- Ну что ж, даже для подобных ему, путешествие в наш мир не покажется легкой прогулкой. Уж мы за этим проследим.

Беатрис вздохнула.

- Ты прав. Но все же, я могу помочь вам попасть в город. Договорюсь с капитаном Калери'Юна. Это будет намного быстрее, чем идти по тракту.

- Ты уверена, что он согласится? - спросил молодой человек. - Одно дело, выполнять приказ сестры своей повелительницы, помогая её ученице и совсем другое, допустить на борт группу подозрительных личностей, скрывающих свои лица и намерения. Один раз это уже плохо кончилось, думаю Снежный он не забыл.

Девушка улыбнулась с оттенком неуверенности:

- Надеюсь, он, как и я, служит предвечным и у нас общая цель. Он не должен быть против. Хотя, прошло много времени и люди меняются, а капитан Калери'Юны всегда был известен своим вспыльчивым характером и нелюбовью ко всяким тайнам. - легкая ладонь теперь уже накрыла руку Вика. - Но не волнуйся, я уверена, он нам поможет.

Парень удовлетворенно кивнул, сворачивая карту:

- Тогда нужно найти способ попасть в Кальдеру незаметно. И чем меньше будет тех, кто знает, что ты помогаешь нам, тем безопасней будет для тебя, а так же выше шанс, что застанем Тень врасплох. Лишнее внимание нам вообще сейчас не нужно. - Викариан задумался на мгновение и предложил. - Кстати, мы же можем использовать шлюпки с каравеллы? Спустимся на них с корабля и ночью высадимся неподалеку от столицы.

Ял, уже принявшийся за еду, с трудом проглотив здоровенный кусок, довольно буркнул:

- Это кажется разумным.

- Тогда решено. - подвел итог Викариан. - Тор, я и Леадея поищем завтра в этом городе того, кто мог бы извлечь видение и помочь с артефактами. Ялазар, ты все равно хотел идти на ристалище. Поузнавай среди местных про это тоже. Если нам повезет, то не придется лишний раз светить своими физиономиями в Кальдере. Беатрис, ты займешься Калери'Юна и её капитаном.

Плотно поужинав и посетив примостившуюся с боку от Приюта Странника двухэтажную баню, окончательно выжатый, но довольный отряд разбрелся по комнатам. Те оказались небольшими, но чистыми. Грубая деревянная мебель: кровати, покрытые соломенными матрасами и сундуки для одежды составляла весь интерьер. Несмотря на долгий день, Викар с Беатой были не в силах оторваться друг от друга, дав себе отдых лишь глубоко за полночь. К этому времени, Приют Странника погрузился в паутину шепотов и тихих звуков.

Вик молча лежал, гладя мягкие волосы любимой, тихо спавшей у него под боком, размышляя о предстоящем. Несмотря на всю браваду и якобы понимание, что надо делать, он не питал иллюзий насчет встречи с "убийцей богов". Силы всего их отряда и близко не хватит, чтобы справиться с подобной угрозой. Нужен был план более умный, чем просто найти и набить ему морду. Для этого, следовало, как минимум, заручиться поддержкой местных власть предержащих, доказать, что ты имеешь какой-то вес, сплести свою паутину и подготовить ловушки. И делать это надо так, чтобы не спугнуть жертву, не позволить перехватить инициативу, которая пока за ними. Но, как это все организовать, он пока не знал. Усталость закрыла веки парня. Зыбучий песок тревожных снов затянул его, позволив лишь на последнем мгновении гаснущего сознания заметить тень стражей, стоящей неподалеку на покатой крыше башне.

Ему снились сапфировые водовороты и золотые полые сферы вывернутой наизнанку астролямбдии, бешено вращающиеся, затягивающие в себя солнце, словно то было из жидкого золота. Огромные драконы с человеческими головами сходились в бою с полчищами гваров и черный меч незримого титана, обрушивающийся с небес прямо на Кальдеру. Из раны в скалах вырывался поток янтарной, пышущей огнем, магмы. Внезапно, пурпурный бархат укрыл его лицо. Шелковый бриз принес запах летних лугов и любимой женщины. Кошмары отступили, позволяя молодому человеку наконец-то отдохнуть.


* * *


Утро выдалось шумным и суматошным. Голоса людей, смешанные с лязгом посуды и звяканьем мечей на улице, наполняли воздух. Запах жареного мяса и свежего хлеба дразнил ноздри, маня к обильному завтраку. Завсегдатаи, изможденные дорогами и битвами, жадно поглощали еду, запивая хмельным, делясь новостями, да байками. Яркие лучи восходящего солнца, проникающие сквозь пыльные окна, освещали широкий зал корчмы.

Вик, хмурясь, потирал кружку рукавом, не то, чтобы она была грязной, но привычки Кеплера брали свое. Да ещё мысли о предстоящем дне не отпускали его. Благо хоть вчера, после бани, мужская часть их отряда по требованию девушек привела себя в порядок, сегодня щеголяя бритыми физиономиями и стрижеными мытыми волосами.

Беата, заметив его задумчивый взгляд, ласково погладила его руку:

- Не тревожься. Мы справимся.

Вик улыбнулся, чувствуя тепло ее поддержки, осмотрев остальных сидевших за столом.

Ялазар целеустремленно поглощал пятый кусок жареного мяса, который ему с радостью подносила вчерашняя рыжеволосая девушка. Судя по перемигиваниям, которыми они обменивались, повелитель костей уже с утра успел с ней познакомится поближе. Тор пил какой-то черный, приятно пахнущий напиток из небольшой чашки, а на груди у него появился новый коричневый мешочек, по видимому с зернами... когда только он успел. А Лея, сидящая напротив, просто с интересом разглядывала шумную толпу.

- А мне нравится эта атмосфера. Чем-то напоминает дом.

Вик с Ялом уставились на неё, только Тор, как ни в чем не бывало, спокойно поставил чашку на стол, тоже принявшись наблюдать за окружающими.

- Ч-чей... дом? - решил уточнить молодой человек. Девушка была из их мира и ничего близко похожего, в Кеплере быть просто не могло.

Не сразу поняв, что их так удивило, Лея пояснила:

- Ну, толпа, состоящая из разных рас, звуки непрекращающегося боя на аренах, запахи алкоголя, смешанного кровью. Все, почти, как дома... разве что тут погода лучше. У нас, то жара, от которой кровососы дохнут, то холод такой, что пальцы бы не отморозить.

- Тьфу на тебя. - тихо ругнулся Ял, разочарованный ответом.

Внезапно дверь таверны распахнулась и внутрь ввалилась толпа шумных дворфов. Разговаривали они на помеси родного языка с общим, отчего половину сказанного приходилось додумывать. Но, то дело нехитрое, громче всего подгорные воители чествовали своего собрата, судя по всему, только что одержавшего непростую победу. Они, размахивая кружками пива, пели грубые песни и хвастались своими подвигами. Женщины в таверне поспешно прыснули на кухню, прекрасно понимая, что гости сейчас потребуют минимум бочку пива. На кухне недовольно заворчали и крякнув, что-то подняли. Вик удивленно уставился на дверь. Ему слабо верилось, что даже три девушки смогут поднять кадку под сотню литров. К его облегчению, из-за двери вышел крепкий дворф в поварском фартуке с заплетенной в две косы пепельной бородой, неся на плече пузатую бочку. Приветствуя громкими, одобрительными криками новоприбывших, он водрузил поклажу на стол. Ловким движением выбив крышку, он вытер руки и отошел, давая возможность девушкам, следовавшим за ним, словно цыплята за наседкой, расставить высокие, не меньше чем на четыре пинты, кружки.

Было забавно наблюдать, как помимо положенной платы один из подгорного народа стянул с плеча тугой сверток и торжественно, чему немало мешало хмельное икание, передал его принесшему им выпить собрату. Тот развернул и удовлетворенно покивав, от души поблагодарил гостей. Подарком оказалась толстая шкура, покрытая чешуей, видимо некогда принадлежавшая дальнему родственику шадралов - дикому дракониду хищнику. Шкура тут же заняла место на стене, уже увешаной прочими охотничьими трофеями: рогами оленей, клыкастыми мордами чудищ и чучелами хищных птиц.

Но один из трофеев привлекал особое внимание. Он представлял собой сферу застывшей слюды смоленистого цвета, в которую были впаяны какие-то осколки. Око инфернала без труда распознало в этих осколках узлы магической силы, характерная черта предметов, в которых заключена частица Вечного Океана. Артефактов, проще говоря. Но что было особенно необычно, все эти узлы оказались "запаяны" и хотя течение магии все еще ощущалась в них, кто-то очень умелый отрезал возможность этим предметам выплескивать заключенную в них силу в окружающий мир.

Поймав за рукав девушку-сужку, в очередной раз пробегающую мимо их столика, Вик кивнул на заинтересовавший его шарик:

- Прости, что отвлекаю, но что это вон за та черная штука на стене висит? Я такого никогда раньше не видел.

Девушка повернула голову, ища глазами о чем ее спрашивают и потом, видимо поняв, с готовностью ответила:

- Болтают разное. Говорят, что ожившая частица магмы, кто-то называл магмовым слизнюком, ну в общем, рассказывают всякие небылицы. А хозяин, к трофеям повесил, так как нравятся ему уж больше истории о "пожирающие магические предметы" монстре. - она тихо захихикала. Ее явно забавляла такая наивность. Потом, она на секунду задумалась. - Хотя, если так посудить, хозяин едва нашел мастера, который согласился погасить ее магию. Ох, знали бы вы, как тут все искриться и бахать начинало, пока Мастер Ткач не усмирил магию, заключенную в слюзнюке.

Викар аж приподнялся на стуле. Кажется, он попал в точку с догадкой.

- А ты не в курсе, кто конкретно "погасил", - он особенно выделил это слово, - силу этих осколков?

- Хозяин особо не распространялся, сказал только, что в квартале Ткачей Чар, что пятью улицами вглубь города. Потом свернете влево у покосившейся башенки старой ведуньи. Там, по кривому проулку, прямо куда надо и выйдете. Только люд там, сами понимаете, не шибко разговорчивый. Любят напустить таинственности, вместо того, чтоб просто дорогу указать. Точнее, уж простите, не подскажу.

Сунув в ладошку девушки пару серебряных монеток, вызвав у той поток благодарностей, Вик повернулся к остальным, едва сдерживая улыбку. У них теперь была какая-никакая зацепка, а значит, есть с чего начать.

Покинув Приют Странников, группа разделилась. Беата отправилась в сторону Кальдеры, обещая вернутся к вечеру. Торунг, привыкший подобные задачи по поиску вести в одиночку, попрощавшись, моментально растворился в толпе. Ял, не долго думая, двинулся к аренам, на прощание пообещав, что попробует не забыть поспрашивать местных. Обещание не внушало доверия, но делать было нечего и потому, Викариан с Леадеей направились к глубь городка.

Путь их лежал через оживленные улицы, где Праздник Битв только набирал обороты и было довольно непросто не поддаться атмосфере веселья, и всеобщего возбуждения.

Искомая покосившаяся башенка с вывеской "Ведунья в двадцатом поколении", с почему-то наглухо запертой дверью, нашлась довольно быстро. Между ней и высоким, двухэтажным зданием крайне строгого вида, диссанировавших между собой, всем своим видом виднелся проход. Он был настолько узким, что в нем бы с трудом могли разойтись даже два человека. Стены украшали окна неправильной геометрической формы и необычные цветные туманные флюиды, планировавшие под нависающими над проходом черепичными скатами крыш, придавали окружению еще больше загадочности. Сюда почти не проникал дневной свет, дорогу же освещало лишь свечение, то и дело мягко вспыхивающих колдовских огоньков.

Некоторое время спустя, они вышли в круглый двор, обнесенный по периметру каменной стеной, стоявших впритирку зданий. Вик насчитал шесть дверей. Кажется, это был тупик. Здесь не развевались яркие флаги, не было слышно шума топы. Местные жители видимо ценили спокойствие и тишину.

Вся улица оказалась вымощены гладкими каменными плитами, а сами окружавшие их здания были построены из тёмного камня, напоминавшего обсидиан, создавая атмосферу таинственности и уединения. В центре площади виднелась сложная семилучевая гептаграмма, строго по количеству выходов с площади, шесть из которых сейчас перекрывали запертые двери. Внутри магической фигуры рос плотный кустарник с белыми, словно жемчуг, лепестками.

- Никогда ничего подобного не видела. - невольным шепотом, словно боясь потревожить местную гармонию, произнесла Леадея, с любопытством рассматривая окружающие их здания и письмена

- Разумеется. - фыркнул Вик. - Где бы ты в Кеплере такое смогла бы увидеть?

- Нет. - не ответив на легкий подкол, пояснила она. - Это место так отличается от остальной части города. Почти как другой мир.

Другой мир. Да, пожалуй. Магия требует сосредоточенности и баланса, подумал Вик, не отрывая взгляда гептаграммы. Слишком много шума и суеты может нарушить хрупкий баланс, необходимый для ткачества заклятий. Особенно в Вардеме.

Они подошли к самой большой деревянной двери, украшенной резными рунами. Вик постучал. Через несколько мгновений дверь отворилась, открывая путь в уютное помещение, наполненное мягким светом.

- Добро пожаловать. - произнес мягкий женский голос.

Перед ними стояла высокая женщина с длинными серебристыми волосами, заплетенными в сложную косу. Её глаза сияли мягким голубым светом, а на лице играла приветливая улыбка.

- Добрый день, магистр... - начал было Вик, но женщина, улыбнувшись уголком губ, подняла руку, прервав его.

- Я - Арвен. Хранительница этого святилища. - представила себя женщина. - Магистра сего дома сейчас нет в городе, но возможно в моих силах помочь вам. Что привело вас сюда искатели?

Не совсем понимая, что значит титул "хранительницы", Вик все-таки счел разумным не уточнять и раз уж их прямо спросили, что им тут понадобилось, то пожалуй, стоит так же прямо ответить. Он сделал шаг вперед, но не рискнул переступить порог.

- Мы ищем ответы. В своих странствиях нам посчастливилось отыскать несколько необычных вещиц и нам нужна помощь в определении их природы и силы.

Арвен кивнула, наконец, приглашая их войти. Внутри святилища было тихо и уютно: низкие сводчатыми полотки, мягкими ковры на полу. В центре комнаты стоял большой дубовый стол, покрытый в три слоя свитками, да книгами.

- Пожалуйста, покажите мне их. - попросила Арвен.

Вик достал из сумки два предмета: небольшой амулет с кристальным камнем и странную ледяную сферу, излучающую холодное сияние. Вечный Океан пришел в движение, едва хранительница взглянула на них. Она очень внимательно, но не посмев и пальцем тронуть, изучила каждый артефакт, прикасаясь к ним лишь нитями магии, с осторожной сосредоточенностью.

- Эти вещи полны силы... и зла. - произнесла она. Амулет с камнем позволит вам перемещаться на небольшие расстояния, создавая серию быстрых переходов через Тонкий Мир. Но такое перемещение разорвет нити самой магии и убьет все хрупкие огоньки жизни, что окажутся у вас на пути. Собственно от их боли и отчаяния и питается эта чудовищная вещь. Ледяная сфера, с другой стороны, является инструментом связывающая разумы... очень странно, будто бы... два разума в одном существе. Делая его сильнее и уязвимей, что бы это ни значило.

- Вы сумели это понять, просто взглянув на узлы силы! - не способная сдержать восхищения и глядя во все глаза на Арвен, воскликнула Леадея.

- Боюсь не все так просто, дитя. - я всего лишь передала то, что вижу, Магистру, а он уже сказал, что вам ответить и назвать цену за которую он усмирит эти... - она замялась, судя по всему желая подобрать более дипломатичные слова к артефактам, которые явно вызывали у него отвращение. - Эти творения древних мастеров тьмы.

- Получается, они опасны. - произнес Вик.

- Да. - согласилась Арвен. - Они были созданы злом и чтобы творить зло. Где бы вы не нашли их, надеюсь там больше нету подобного. Их магическая аура отличается от любой магии, знакомой мне. Ни я, ни магистр никогда не встречали ничего подобного.

Не став упоминать, что там где они нашли артефакты таких еще бесчисленное множество, молодой человек вспомнил, что женщина говорила о некой плате.

- Простите, а за что плату требует магистр, раз вы уже все рассказали?

- За знания, как использовать, эти вещи. К примеру, чтобы случайно не активировать их. Полагаю, это может привести к очень печальным последствиям.

- И сколько же он хочет?

- Тысячу золотых. - склонив голову, словно бы извиняясь, сообщила Арвен. Вик поперхнулся. Цена оказалась просто неподъемной, но это было еще не все. - И вам придется подождать, когда Мастера вернутся из Кальдеры. То есть не раньше, чем через месяц.

- У нас нету столько времени. - тут же встрепенулась рядом стоящая Леадея. - А нет ли другого, кто мог бы нам помочь с этим?

Арвен красноречиво развела руками:

- Сейчас все магистры в столице, праздник для них, это возможность представить учеников и показаться при дворе. - в голосе девушке была глубоко скрыта тяжелая печаль, причины которой Вик понять не мог, но вибрации этой эмоции были столь сильны, что тонкий мир содрогался, словно бы от немого плача девушки. Око инфернала явило течения варпа, где отражались эмоции живых и парню сильно не понравилось то, что он сейчас видел, но разбираться времени небыло.

- Прости, но столько ждать мы не можем. Ты уверена, что никак иначе нам не получить помощи в вашем городке? Ну или в деревнях поблизости.

Арвен лишь вновь виновато покачала головой, проводив гостей обратно к двери.

Некоторое время они еще провели стучась в соседние дома, но ответ всегда был один и тот же: Магистры в Кальдере. В расстроенных чувствах Вик уселся прямо на камни под жемчужными листьями кустарника, росшего посреди квартала Ткачей.

- Нда уж... С деньгами мы бы разобраться ещё бы смогли, но вот время. - буркнул он.

- Если дело только во времени, может я смогу помочь? - внезапно раздался ехидный, искаженный, будто эхо в пещере, голос из тьмы прохода через который они попали на площадь.

Вик с Леадей тут же повернулись в ту сторону. Из теней выступила тонкая фигура, одетая в странную белую парчу, чье лицо закрывала такая же алебастрово-белая маска. В руке она держала белоснежный посох, по всей длине которого исходило мягкое сияние магической энергии. Фигура двигалась очень странно, ставя ноги так, будто шла по невидимому канату.

Впрочем, так оно и было. Вик взглянул в Тонкий Мир и увидел, что под ногами незнакомки, а то, что это была девушка, он не сомневался, словно бы расстилалась сероватая тропа идеально вытянутых линий. Когда ее высокий белый сапожок опускался на землю, ни единая нить магического мира не выдавала её присутствия. Они словно бы обтекали ее стороной, отчего незнакомка была совершенно невидима для чар поиска или магического зрения, если не смотреть на неё напрямую.

- Вам нужна помощь? - спросила она. Теперь, когда девушка подошла на расстояние пары шагов, ее голос звучал, как мелодичный перезвон колокольчиков. Он все ещё был изменен, но слышался по-иному.

- Нужна. - кивнул Викар - Вот только время нас поджимает и я так понимаю, ты запросишь сильно больше, чем с нас попросила Арвен?

Незнакомка чуть наклонила голову:

- Может быть. А может быть и нет. Разумные создания всегда смогут договориться, ведь так?

Викариану не особо понравилось, как это было произнесено, но отказывать сразу он не стал.

- Хорошо и чего ты тогда хочешь?

- Для начала, уйти отсюда, место тут... - девушка сделала вид будто оглядывается. - Давит, не дает дышать свободно.

Она легко махнула головой, маня за собой в проулок, из которого появилась. Вику с Леей ничего не оставалось, как последовать за ней. Они переглянулись и между ними произошел короткий разговор без слов:

- "Не нравится мне это" - одними губами показала, идущая позади, волшебница.

- "Мне тоже, будь на чеку." - тем же способом ответил ей парень.

Внезапно, идущая впереди фигура буквально растворилась в тенях очередного поворота и когда Викар подошел к месту, где она пропала, тонкая рука появилась откуда-то сбоку. Она ухватила его за край плаща, потянув в еще более узкий лаз, скрытый за темно зеленым водопадом буйно разросшегося на стене весеннего плюща. Скрытый проход в скрытом прохорде. Ну здорово, только и подумал Вик, едва успев схватить запястье бегущей за ним следом Леи, чтобы та не потерялась.

Впрочем был и плюс. То, что незнакомка с такой решимостью пошла на физический контакт, говорило, что она хотя бы не морок, ведущий их в ловушку и видимо сильно заинтересована в заключении сделки. Это можно было использовать себе на пользу.

Нежданная проводница вела их по кривым, запутанным улочкам, петляя словно запутывая следы, а может стараясь окончательно сбить с толку. Бегущие следом, вынуждены были признать, что ей это вполне удалось. Парень окнчательно перестал понимать где они находятся, когда наконец, фигура в белом одеянии остановилась перед неприметным одноэтажным серыми зданием среди множества точно таких же, где-то в глубине Врат Кальдеры.

- Мы пришли? - спросила Лея, оглядываясь по сторонам. Она выглядела заинтересованной и явно не понимала причину остановки.

Белая маска повернулась к ним, но не произнесла ни слова, просто указав на стену здания. Вик взглянул в указанном направлении колдовским зрением. Мастерски выполненная иллюзия каменной кладки скрывала темный проход, ведущий вниз. Сам бы он в жизни это место не нашел. Он инстинктивно сжал рукоять меча, хотя тот ничем бы не помог, пожелай напасть на них тот, кто сотворил этот шедевр чародейского плетения.

Белый посох коснулся поочередно трех камней, причем выбор их казался совершенно хаотичным, так как вся стена состояла из, казалось бы, совершенно одинаковых узлов силы. В ответ на касание камни подернулись зыбкой рябью, став полупрозрачными, обозначив в глубине прохода серую мраморную лестницу, резко уходящую вниз.

- Интригует. - прошептала Лея, которая не обладала оком инфернала и для которой все плетение чар, скорее всего, выглядело мешаниной бессвязных осколков мозаики. Ее глаза блеснули любопытством и она уже двинулась было вперед, но Викариан остановил её ухватив за плечо.

Парню внезапно пришло понимание, что эта молодая колдунья-самоучка всю жизнь ходила по самому краю бездны, за которой её ждали бесконечные мутации, проклятые дары искривляющей дикой магии и безумие, свойственое большинству забывших об осторожности колдунов Кеплера. Она была авантюристкой, жадной до знаний и силы, и что самое плохое, её любознательность затмевала здоровую осторожность.

- Что там внутри? - Вик повернул голову к девушке в белом.

- То, что вы ищите. - загадочно и с явной усмешкой произнесла та.

- Хватит строить из себя мастера тайн! - внезапно громко и грозно рыкнул парень, на заигравшуюся в загадочность девченку. - Ты хочешь предложить сделку, которая тебе нужна не меньше, чем нам, так заканчивай валять дурака и отвечай прямо. А нет, так мы поищем того, кто сможет нам помочь в Кальдере.

Вик почувствовал, как Лея громко вздохнула, несколько ошарашенная таким поворотом событий, но ничего не сказала. Похоже все таки придя в себя и понимая, что спуск в неизвестность с проводником, не отвечающим на вопросы, не самый лучший стимул к поспешным действиям.

Похоже, окрик таки возымел дейсвие на их провожатую, слегка съежившуюся под грозным взглядом единственого глаза парня. Она повела кистью и внутри прохода, один за другим, стали загораться колдовские голубые огоньки, ярко осветившие, как оказалось весьма широкий и похоже часто используемый спуск.

- Это путь ко второму кварталу ткачей чар, но не магистров.

- Не магистров. - буркнул Вик, начиная догадываться, что кажется их привели к некому подобию черного рынка. Он решительно подошел к теперь хорошо освещенному проходу, увидев, что лестница ведет весьма глубоко и оттуда пахло сыростью. Неизвестность, таившаяся за иллюзорной стеной, манила их, обещая ответы и возможно, новые опасности.

Чтобы слегка разрядить обстановку, он, промежду прочим, спросил "маску":

- Ты знаешь Аревен? Ну ту, что живет в доме одного из магистров. Она показалась мне весьма печальной, хотя живет вроде неплохо. Не в курсе в чем причина?

- Она - Отвергнутая. - с готовностью, похоже обрадованная, что конфликт исчерпан, ответила девушка.

- Отвергнутая?

- Да, ученица, которая не оправдала надежд учителя и от которой отказались. Теперь, она простая слуга и ей никогда больше не стать Ткачом. Я и сама такая. - девушка пожала плечами. - Что ж, Арвен выбрала быть немой рабыней старых традиций. Я же послала эти дурацкие устои ко всем чертям. Правда, вот, приходится немножечко скрываться.

В последней фразе снова слышалась улыбка и вызов. Викар, невольно, проникся уважением к ней. Не каждому под силу бросить вызов всему, чему тебя учили и готовились всю жизнь, и рискнуть проложить собственную дорогу судьбы. Мало кто из таких смельчаков в Кеплере заканчивал жизнь своей смертью. Но, уж лучше попытаться взлететь и разбится вольным, сильным, смелым, чем всю жизнь ползать, как червь.

- Благодарю тебя за ответ и за помощь. - коротко кивнув, произнес Вик и первым, не снимая руки с рукояти оружия, осторожно двинулся вперед. Хотел бы он сказать, что поступил так, как должно мужчине, защищая Лею, но в глубине душе он понимал, что этот поступок результат холодного расчета. В Вардеме его уровень владения магией не в пример хуже, чем у его спутницы, а значит, если на них все-таки нападут, уж лучше он примет удар на себя, дав время колдунье сплести собственные чары.

К счастью, опасения оказались напрасны. За лестницей оказался длинный коридор, правда освещен он был уже по старинке, масляными лампадами, отбрасывающими пляшущие тени, а на полу скопились лужицы застоявшейся воды. В полутемном, сыром проходе царила гнетущая атмосфера. Вик и Лея, ступая осторожно, пробирались вперед, прислушиваясь к шорохам, которые раздавались издали, словно говорило множество голосов, скрытые десятком тяжелых штор.

Вскоре они вышли в просторное помещение, похожее на большой, не шибко чистый, склад, переделанный под трехэтажный рынок. Как и предполагал Вик, очередные чары скрывали особенности этого места и едва они переступили незримую черту, как тут же на них обрушился гул голосов, яростно торгующихся. Запах разнообразной снеди, зелий и гнили, а так же прочее, сопутствующее торговой толкучке.

- Похоже, место-то не особо и тайное. - сказала Лея, кивнув в сторону некоторых постояльцев, виденных им вечером в Приюте Странника.

В итоге, белая маска, со всей своей загадочностью, оказалась банальным зазывалой. И даже понять, кому она тут помогала находить покупателей, оказалось совсем не сложно. Недалеко от них, выделяясь на фоне пестрых соседей, красовался кипельно белый балдахин, с искусно вышитым на нем символом маски.

- Кажется, нам туда. - Вик, наконец, убрал руку с оружия и выпрямившись, двинулся в сторону приметной им торговой палатки. При их приближении полог сам откинулся в сторону, приглашая гостей внутрь, где их уже ждала, сидя на высоком дорогом кресле белого дерева, очередная "загадочная" фигура. Одетая, точь-в-точь как и их проводница, но судя по всему постарше и алебастровый лик закрывал лишь верхнюю часть её лица.

Стены помещения были увешаны плащами с капюшонами, в углах громоздились ящики и бочки, а на полу, выставленные в непонятном, но аккуратном порядке, стояли груды странных, ни на что не похожих, предметов. Выглядели они, как поделки ребенка, пытавшегося обучаться гончарному делу, но запоровшему уже не одну заготовку, превращая их то в тонкие изгибающиеся ветви, то в плоские неравномерные блюдца и фигуры. Однако, нити чар плыли между этими поделками настолько мягко и грациозно, что не оставалось сомнений, каждый из этих странных изразцов - плод труда опытного мастера-ткача. В Тонком Мире каждый предмет буквально говорил что-то, причем, каждый на своем собственном языке, понять которые было Вику не под силу. Над некоторыми из них в воздухе парили язычки голубоватого колдовского пламени, освещая помещение.

- Вы пришли заключить сделку. - не спрашивала, но констатировала сидящая фигура. - Подойдите ближе и покажите, что вы принесли мне.

Подчинившись, молодой человек сделал пару шагов и извлек из сумки артефакты.

- Мы уже знаем, что это такое и нам надо понять, как этим управлять.

Фигура, не касаясь, провела ладонью над руками Викариана державшего предметы. И тот почувствовал её удивление, когда пальцы в белых перчатках сжались, отпрянув от льдистой сферы.

- Необычная вещица, мне ещё ни разу не приходилось видеть столь искусную и столь... злую волю.... Даже в реликтах Старого Времени. - задумчиво протянула она. В голосе слышалась борьба нежелания связываться с силой, заключенной в артефакте и в то же время жгучий интерес. - Я могу помочь вам, но мои услуги не бесплатны.

- Сколько? - прямо спросил Вик, не любивший ходить вокруг да около.

Девушка загадочно улыбнулась, сверкнув глазами из-под маски:

- Тысяча золотых.

- Это немало. - осторожно произнес Вик. - У нас нет сейчас таких денег. Мы можем предложить что-то другое, в конце концов, ваша посланница знала о нашем положении и вы, я полагаю, заранее приготовили второе предложение?

Девушка слегка склонила голову:

- Приятно иметь дело с умным человеком. - без тени иронии в голосе произнесла она. - Меня откровенно пугает то, что скрыто в ледяной сфере. Чудовище внутри и то, с какой жаждой оно тянется к жизненной силе, взывающих к нему, невероятно опасно. На мой взгляд, просить его помощи совершенное безрассудство, но кто я такая, чтобы указывать вам. А вот амулет странствия сквозь Тонкий Мир гораздо интересней. И хотя напрямую его использовать нельзя, он просто убьет все живое вокруг, но думаю, при должной подготовке, его силу я способна обуздать. Отдайте мне его и я открою вам тайну, как обратится к чудовищу внутри ледяной темницы.

Викариан на секунду задумался. Амулет каскада перемещений был бы полезен и ему самому. Он повернулся к Лее, словно спрашивая её совета. Та, без слов поняв вопрос, пожала плечами.

- Если мы не сможем найти ключ к узлу активации, проку от амулетов все равно никакого. А вот угроза внезапного срабатывания имеется. Деньги достать мы конечно можем, но что-то мне подсказывает, такая плата теперь вас не устроит.

Голова в белом капюшоне согласно качнулась.

- Так что выбора у нас-то особо нет, разве что можно походить по прочими лавкам, но...

Она незакончила, да и это было не нужно. Викар сам понимал, что лишнее внимание, да ещё и артефакты Кеплера, точно сыграют против них в самый неподходящий момент. Он обернулся к хозяйке магической лавки:

- Договорились.

Пламенные язычки, хаотично разбросанные по всему помещению, в мгновение ярко вспыхнули, засвидетельствовав заключение сделки. Девушка протянула руку в белой перчатке вперед и от ткани, словно бы отделилась тень, отчего та стала еще белее, чем прежде. Сгусток мрака заструился по земле живым туманом, метнувшись к парню. Тот даже среагировать не успел, как субстанция, взлетев по его одежде, схватила амулет каскада. Ощущение было такое, будто мягкая женская ладошка коснулась его руки и забрав артефакт, взамен одарила яркой вспышкой знаний.

Знаний, как обратить магических глас внутрь ледяной сферы, в глубине которой, свернувшись огненными кольцами, клокотала невыносимая ярость, пойманного в ловушку Зверя.

Знание было простым: отдай мне часть своей силы, тварь и я поделюсь с тобой частью своей жизни. Сфера льда, тюрьма для чудовища, которая, тем не менее, позволяла торговать с последним. Судя по тому, сколько отпечатков угасших жизней этой тюрьмы чувствовалось в ней, вовремя остановиться не у многих хватало мозгов. Что ж, очередная ловушка Кеплера, обещающая силу, но дарующая смерть.

Когда они выбрались из душного и сырого подземелья, на город спустились сумерки. Вечерний час, словно ласковый бархат, окутал узкие улочки, убаюкивая жителей в своих объятиях. Мягкий свет фонарей, мерцающих ранних звезд и окон, пока не позволяли теням захватить город полностью, а праздничные песни, доносившиеся из таверн, стали аккомпанементом грандиозному оркестру птиц, поющих в небесах и ветвях деревьев.

Атмосфера мрачных тайн и запретных сделок черного рынка рассыпалась прахом, едва Вик с Леадеей ступили на оживленные улицы, омытые вечерней свежестью. Их шаги эхом разносились по мощеной мостовой, бегущей к Приюту Странника, где должен был собраться остальной отряд.

- Ну наконец-то! - воскликнул Ялазар, едва завидев их. В его голосе звучали нотки волнения и не скрываемого интереса. - Мы тут сгорали от любопытства. Чего вас так долго не было? Поиски успешны?

Вик, одарил товарищей заметной, но напряженной улыбкой, словно скрывая какую-то тайну.

- Отчасти. Мы получили то, за чем пришли, но плата оказалась велика. - хотя его слова звучали твердо, в них сквозила тень сомнений. - Пришлось отдать амулет каскада перемещений.

- Но почему? - удивилась Беата. - Неужели нельзя было договорится оплатить золотом?

Вик с Леей, за весь день и крошки во рту не державшие, были голодны словно кваплы, уплетая за обе щеки вкуснейшее баранье рагу, тем не менее, пересказали события дня. Новости не шибко порадовали остальных, но хотя бы теперь они не рисковали случайно активировать артефакт, тем самым убив все живое вокруг. Однако, сама ледяная сфера теперь вызывала тревогу ещё большую, чем раньше.

- Зверь? Это тот что... - Беата боялась закончить мысль.

- Да. - подтвердил её страшную догадку Ял. - Это то, что живет в каждом из нас. Семя Порчи, то самое, которое мы изгоняли на Калери'Юна. Это чудовище олицетворяет нашу внутреннюю сущность, нашу истинную природу.

Беата замотала головой, возразив:

- Чепуха! Я вас знаю не один год и вот уж кем-кем, а чудовищами вы не являетесь. Вы помогаете защитить наш мир и его обитателей. - не удержавшийсь, она бросила полный любви взгляд на Вика.

Тот в ответ искренне улыбнулся. Такая чистая вера и привязанность окрыляли парня. Он достал артефакт из кошеля и внимательно к нему присмотрелся.

- Сфера Зверя... вот как это называется, на самом деле. - прошептал Вик, его взгляд, обращенный на покоящегося в ладони артефакт, был мрачен. - Она позволяет нам заглянуть в глубины своей души и найти скрытое там зерно могущества мрака. Способна усилить своего владельца, даруя возможности, о которых тот не смел и мечтать, но плата за это - жизненная сила взывающего. Я не до конца понимаю, как это работает, ведь если внутри заключен демон и в нас тоже, то как они могут синергировать, люто ненавидя друг друга? Выходит, теперь я могу обрести контроль над силой их обоих?

- Притормози с грезами, "владыка демонов". - тут же осадил его, повелитель костей. - Судя по всему, до тебя этой хреновиной владел не один десяток таких же "получивших контроль над силой их обоих". И все они паршиво кончили.

- Да, конечно, ты прав. Все это звучит одновременно заманчиво и пугающе. - согласился Вик. Он и сам все это понимал, но отчего-то, услышав свои собственные мысли, озвученные кем-то ещё, ему стало легче. Он отодвинув тарелку и уже поглядывая на стоящую рядом пинту холодного пива, легонько хлопнул по столу. - Ладно с нами все понятно, рассказывайте, какие у вас успехи!

Первой заговорила Беатриса. С энтузиазмом она поведала, что её разговор с капитаном Небесной Каравеллы прошел успешно. Даже лучше, чем она ожидала. Он так же, как и сама Беата получил четкий приказ не вмешиваться в расследование, чтобы не подвергать себя и команду опасности, и для опытного небесного волка это стало настоящим ударом. Он никогда не бегал от опасности и всегда смело шел вперед, даже когда на горизонте маячила лишь буря. А теперь ему, старому ветерану, буквально связала руки сама Астра - его повелительница. Понять её не сложно, она любит и боится за своего старого друга, но вот только самому капитану от этого не легче. Так что новость, что нашлись смельчаки, готовые пойти против твари, способной навредите Богиням, он воспринял практически с радостью. А Каравелла уже к утру будет стоять на рейде недалеко от города, скрытая поросшими высокими деревьями холмом и будет готова принять их на борт.

Новость очень порадовала отряд. Значит, далеко не все готовы молча покорится под ударами бичей судьбы, не все спрятали голову в песок, отказываясь видеть нависшую опасность. Лишь каменное лицо Тора осталось недвижимо, пока его серебряные глаза неспешно скользили по залу таверны, как всегда следя за всеми и запоминая.

- Ну, у меня не такой удачный день, как у вас. - сообщил Ялазар, допив остатки из кружки, подмигнув девочке-пышке, с которой, судя по всему, вчера нашел не только общий язык, заказав добавки. - В общем, был сегодня в резиденции местного тирана... тьфу ты, ну как у вас эти правители городов называются?

- Ты наверное в муниципалитет к мэру ходил? - подсказала Беатрис.

- Угу. Такое большое каменное зданием с высокими арочными окнами, отчего внутри довольно светло и красиво со всеми этими их картинами. Только вот запах там мне не очень понравился, пыльный, все пропахло бумагой и чернилами.

- Ну там же собраны счетные книги. - улыбнулась девушка. - Скорее всего, там же у них и архив. Ничего удивительного.

В отличии от неё, Викариан прекрасно понял, что так не понравилось товарищу. Когда Ял был Подавителем, ему не раз приходилось разорять обители колдунов и там, судя по всему, пахло так же. Так что, неудовольствие его скорее было вызвано не самими запахами, а воспоминанием о прошлом. Ялазар тем временем продолжил:

- Подошел я к здоровенному такому столу, где над какими-то документами суетился разодетый в добротную одежду люд. Спросил их, знают ли они что о гильдии Мастеров. Кажется, их вопрос удивил. Они сначала подумали, я про мастерские, что у них в восточной части города расположились. Сразу скажу, я туда ходил, это не то, обычные мастеровые лавки. У них есть несколько мастерских и залов собраний. Они организуют различные мероприятия и выставки, но ничего похожего на то, что мы ищем им видеть не приходилось. Кажется, во Вратах Кальдеры гильдии Мастеров, ну той, что мы ищем, нету и небыло никогда.

- А что насчет актеров из видений? - спросила, слегка осоловевшим от съеденой еды голосом, Леадея.

- Ах да, про них тоже спрашивал, но я же не видел того, что видел Вик, так что и объяснить нормально не мог. В общем, единственное, что я понял, что в Янтарном Престоле дозволено выступать только экстроординарным талантам. Ну то догадаться было несложно. Дворец столичный всеж таки. Вроде как, там раньше был некий мастер церемоний по имени Элайджа, но это не точно. На аренах тоже мало кто что знает, они сюда пришли за хорошей дракой, а все остальное им щас до сиреневой звезды. Так что, тут пусто. Кстати о видении, Тор как успехи? Нашел кто сможет достать его из головы Вика?

Короткий кивок головы Мрачного стал ему ответом.

- Сегодня, после полуночи, двинемся к мастеру, специализирующемуся на чарах открывающих разум.

Несмотря на всеобщие заинтересованные взгляды, разъяснений не последовало и немного разочарованно, группа вернулась к отдыху, лениво наблюдая за гостями, которые продолжали стекаться в Приют Странника.

Ждать пришлось недолго. Гудящая толпа постояльцев, даже ещё не начала редеть, отправляясь на на боковую, как Торунг поднялся и коротко мотнув головой, призывал следовать за ним, выйдя в прохладу весенней ночи. Рассеянный уличными фонарями бархатный полумрак, окутал город, придавая улицам мистический оттенок. Отряд быстро, но так, чтобы не привлекать лишнего внимания, шел по мощеным улицам в сторону одной из небольших башенок, вкрапленных в облик города, словно разрозненные грибы в подлеске. При ближайшем рассмотрении, а подойти вплотную к строению удалось впервые за два дня, они с некоторым удивлением обнаружили, что оно намного старше, чем окружавшие его домики. Башня была шириной шагов двадцать, не меньше.

Возвышаясь над гостями мощными, серыми стенами, украшенными каменными гравюрами и ликами неизвестных владык, башня оставляла впечатление скорее древнего храма, что хранит на своем сером теле секреты веков. Туманные фиолетовые вихри, словно живые существа, кружились вокруг колонн, поддерживающих широкие балконы верхних этажей, добавляя загадочности окружению.

Несмотря на поздний час, их ждали. На пороге стояла девушка в красной накидке. Лица под тенью капюшона видно не было.

- Добро пожаловать. - прозвучал ее голос, мягкий, как шелест листвы и в то же время, словно таящий в себе нечто недосказанное. - Хозяин обители ожидает вас. Проходите.

- Ты че, уже даже о времени встречи договорился? - зашипел удивленный Ял.

- Да. - коротко ответил ему Тор, первым шагнув в открытую дверь.

Надо сказать, увиденное за дверью впечатлило Вика. Башня оказалась полая, внутри неё был даже полноценный внутренний дворик, а по периметру стоял ряд черных, покрытых рунами, обелисков, неспешно выбирающих в себя потоки магии, словно веретено пряжу.

- Да это же, как сапфировые башни в миниатюре. - едва слышно, заворожено произнесла Леадея. В глубине двора виднелся "живой", утопающий в плотных ветвях, грот. Это были деревья с пылающей красной листвой и мраморная чаша, высеченная из цельного куска розового камня под ними, наполненная черной маслянистой жидкостью. В ней, как в зеркале, отражался проникающий сквозь круглое отверстие в крыше свет двух лун.

- Я - мастер этого дома снов. - раздался низкий голос из-за тени возле чаши. Мужчина, облаченный в меха, с проницательным взглядом и густой бурой бородой, вышел на свет. - Моя ученица сказала, что вам требуется помощь в вашем поиске. Погрузиться в глубины ваших воспоминаний и найти ответы, которые вы так ищете. Но предупреждаю сразу, если злоупотребите шансом, решите что-то изменить, сон превратится в кошмар, а иллюзия в химеру, что сожжет ваш разум.

- Я просто хочу показать товарищам то же, что видел я. - попытался успокоить его Викариан.

- А я, просто хочу, чтобы вы покинули мою обитель целыми и в своем уме. - в тон ему ответил хозяин башни.

Ученица в алых одеждах, тенью отделилась от стены и ее волосы, в цвет окружающей листвы, выбившиеся из-под капюшона, вспыхнули алыми локонами в сиянии лунного света.

- Я приглашаю вас в мир воспоминаний и снов! - произнесла она, ее голос, чарующий, мелодичный, манил и убаюкивал.

- Какова будет цена? - поинтересовался Ялазар, украдкой пытаясь заглянуть под капюшон девушки.

Мужчина, успокаивающе, поднял руку:

- Часть платы уже оплатил ваш товарищ. - он указал на Тора. - Второй же частью, будет ваше согласие, чтобы моя ученица, кхм, скажем так, попрактиковалась в плетении снов. На вас.

Ял прекратил попытки разглядеть лицо красноволосой девушки.

- Эм, а это безопасно, старик?

- А ты что, боишься? - игриво спросил мелодичный голосок из-под красного капюшона.

Удар достиг цели. Ялазар сдержался, но всем своим видом показывал, что приходи, мол, в полночь на сеновал, там и разберемся, кто кого боятся должен. Впрочем, девушку это лишь позабавило и на мгновение стала видна ее белозубая улыбка. Она обернулась к остальным:

- Чье видения я должна явить остальным?

Викариан шагнул вперед. Хозяин башни указал на место рядом с чашей под разлапистыми ветвями, так, что молодой человек оказался полностью скрыт от взора лун. Девушка, напротив, заняв сторону с другой стороны, казалось, стоит в самом настоящем столбе серебряного света, льющегося с небес, протянула к нему красивые, ухоженные руки.

Их пальцы соприкоснулись и между ними пробежала искра магии. Причем, в буквальном смысле, струящиеся нити силы стали проявляться в реальном мире, да так четко, как их не показывало даже око инфернала.

- Наклонись над водою грез. - услышал Вик, но это был не голос, а вибрации самой силы, они создавали звук в реальном пространстве.

Склонившись над мраморной чашей, парень сосредоточил взгляд на поверхности жидкости. Странно, теперь он не видел отражений, зато из глубины к нему что-то поднималось. Кажется, золотистый свет, точь-в-точь, какой он видел в видении.

- А теперь, вспоминай! - снова раздался тот же голос, на этот раз звучавший, как приказ и проникающий в голову и даже глубже. - Вспоминай все, что хочешь показать.

Остальные собрались вокруг него. Их лиц Вик не видел, но чувствовал, что все сейчас смотрят в мрачную тьму чаши, где, к его немалому изумлению, начало появляться все то, что явила ему русалка. Он не знал сколько времени это займет, но словно бы оказался связан с каждым, кто пожелал разделить с ним знание.

Чувствовал, как Ялазар оценивает красоту придворных дам и танцовщиц, запоминает их пируэты, внешний вид. Как Леадея, с ее пытливым умом, жаждала увидеть все больше: белое древо, чары, скрытые знаки тел, что подавали друг другу гости. Как Беата вглядывается в лица присутствующих, запоминая их или пытаясь узнать. Каждая мелочь стала важной и они впитывали эти осколки, словно губки. Лишь Торунг оставался закрытой книгой. Его не интересовало ничего, но при этом, он, как всегда, видел и запоминал. Вот только что?

Мастер, наблюдая за происходящим, проницательным взглядом словно заглядывал в их души. Аккуратно подправлял локоны магии, изредка выбивающиеся из общего хора, помогая своей ученице держать заклятие в узде, но сам не вмешивался.

- Ваши воспоминания открыты. Зрите. - произнесла девушка. Ее голос наполнился отзвуками далеких гроз и легкой дрожью, из-за чрезмерной сосредоточенности. - Но помните, прошлое может хранить опасные трясины, а потому, не утоните. Не вглядывайтесь слишком рьяно, чтобы ваш разум не попал в ловушку забвения. Будьте готовы отпустить даже то, что вас неимоверно заинтересует. Иначе рискуете потерять себя.

Сколько прошло времени Викар сказать не мог. Их тела оцепенели, а сознания отправились в путешествие по лабиринтам видений. Вокруг них, в тени деревьев с красной листвой, танцевали тени ловцов снов магических течений. Их размытые движения были грациозны и таинственны, словно они охраняли вход в этот мир воспоминаний, где таилось искомое их гостями. А то что, они были лишь гости, бродившие среди отражений, Вик не сомневался ни секунды.

Его сознание начало соскальзывать в темный омут чаши. Он изо всех сил вцепился в руки девушки. Несмотря на видимую хрупкость, та удержала его тело над черным омутом, но вот гаснущий разум ей удержать было уже не по силам. Паутина магических нитей вокруг быстро замерцала, оставляя канонаду ярких разноцветных всполохов сквозь помутневшее зрение.

Последнее, что он помнил, это спокойный и мощный, словно отзвуки грома, голос хозяина башни, волной силы омывающий разгоряченный разум парня и погрузивший того в мягкое забытье.


* * *


К вящему облегчению Вика, пробуждение не было тяжелым. Он чувствовал себя великолепно отдохнувшим. Открыв глаза, он обнаружил себя лежащим на мягких шкурах под пламенеющими кронами уже знакомых деревьев, а рядом, во дворе за небольшим столом, чаевничали его отряд с хозяином башни и его ученицей. Судя по серебряному свету Алавира, лившемуся на них сверху, все еще была ночь, а значит, прошло не так уж много времени.

- Гляньте кто проснулся! - весело приветствовал его Ялазар. - Экий ты нежный стал. Всего-то от одного иссушающие разум и душу проклятия валишься без сознания. Я думаю, ты прикидываешься. Хочешь, чтобы мы за тебя всю работу сделали. Симулянт!

Он засмеялся, но в глазах повелителя костей читалось облегчение. Беатриса тут же бросилась к Викариану, расспрашивая как тот себя чувствует, помогая ему сесть. Привалившись к удивительно мягкому, совсем не похожему на кору дерева, стволу, парень с благодарностью принял заботу, узнавая, что произошло.

- Для начала, я хотел бы извиниться. - ответил на его вопрос владыка башни. Его внешний вид почти не изменился, разве что теперь поверх пышной, которой не постеснялся бы даже дворф, бороды висел довольно крупный амулет, изображавший две слившиеся воедино луны. - Я конечно предупреждал быть осторожней, но все же чары снов редко так сильно затягивают в себя, особенно тех, кто ими делится. Полагаю, причина в том, что ваши товарищи крайне наблюдательны. Они старались не упустить ни одной детали и потому твой разум буквально вытягивало из тела вместе с видением.

Он замолчал, поглаживая бороду, уйдя на несколько мгновений в себя целиком. Потом, мастер перевел взгляд на Вика, добавив:

- Несмотря на то, что мы обратились только к твоей памяти, этого оказалось достаточно для подобного эффекта.

- И часто у вас такое происходит? - Викариан поднялся на ноги, поддерживаемый Беатой. Леадея протянула ему резную чашу с ароматно пахнущим настоем. Он с благодарностью принял его и выпил, отчего последние остатки сонности растаяли, как дым.

- Обычно, один человек показывает что-то другому, реже двум. Но ваш товарищ, - магистр указал на Тора, - настоял на том, что видеть должны все. А я недооценил то, сколь необходимо вам это знание.

Несмотря на произошедшее, Вик был согласен с Мрачным, он поступил бы так же. Риск есть всегда и разница лишь в том, стоит ли он того. Сейчас стоил уж точно. К его облегчению, не последовало никаких вопросов про само видение. Впрочем, возможно хозяева башни ничего и не видели, иначе наверное тоже могли бы подвергнуться опастности провалится в беспамятство.

Долго прощаться не стали. Поблагодарив за помощь, отряд покинул обитель сноходцев. Несмотря на то, что в Вардеме не стоило ждать подлости от каждого встречного, все же покинуть место, где тебе могут залезть в голову, было особенно приятно.

- Мне просто интересно, чем ты расплатился с ними за помощь? - спросил Ял у Торунга, когда они отошли от башни на почтительное расстояние. - У тебя же вообще ни гроша нет.

- Настоями, которые я сделал из местных горных трав. Те, что я нашел на вершине у Оракула, оказались весьма ценны. - просто ответил тот. Что ж, можно было догадаться, что умения талантливого зельевара высоко ценятся не только в Кеплере.

- Отдал все?

- Часть. Но тех, что я оставил, хватит на какое-то время. Травы этого мира чисты, не порчены искажением магии. Их реальную ценность можно будет узнать только в Кеплере. Усилить настои магией в Вардеме в разы тяжелее, чем у нас дома.

Они неспешно шли, обсуждая увиденное, петляя по хорошо освещенным фонарями улочкам спящего города. До рассвета еще было далеко и потому их могли заметить разве что сонные стражники, вынужденные нести караул в такой час. Загулявшиеся до глубокой ночи компании в месяц битв были не редким явлением, а потому их отряд не вызывал ни у кого особого интереса.

- Что ты думаешь о нашем видении, Тор? - спросил Вик.

- Я заметил одну странность. - ответил тот. Его серебряные глаза, сейчас скрытые маской, блестели в лунном свете. - У шадрала были опаленные крылья и подпиленные рога. Похоже, приверженец и старого, и нового порядка. Такое сочетание весьма необычно для местных.

Вик кивнул, он и сам подметил эту особенность.

- А вы, Ял, Беата, Лея, что-нибудь необычное заметили?

Как он и думал, Ялазар больше всего внимания уделил женщинам, а также артистам. Леадея, необычному древу и тем, кто походил на Ткачей Чар. Беата же, нашла несколько знакомых лиц. Ну, а Тор умудрился запомнить во всех деталях практически все то, что видел сам Вик. Последний подозревал, что без какой-нибудь очередной настойки, укрепляющей память, тут не обошлось, но решил не уточнять.

- Получается, мы сделали все, что планировали тут? - в голосе Ялазара звучало удивление. Понять его было несложно. Им в кое-то веке повезло и они за пару дней разобрались со всем. Теперь оставался один вопрос. - Так может тогда не будем терять время и сразу двинем в Кальдеру?

- Я бы сказала сейчас же, пока ночь и мы не привлечем внимания. - поддержала его Беата. - Шлюп Калери'Юна сейчас должен находиться недалеко от города в ожидании нас. Можно лететь хоть сейчас. Только заглянем быстро в Приют Странника и заберем ваши вещи из моего паланкина. Боюсь, его придется оставить тут.

- Веди. - коротко согласился с ней Вик.


* * *


За пределами света уличных фонарей, тени от высоких деревьев окутали землю, скрыв небольшую группу путешественников, покинувших город. В обход многочисленных ристалищ, они направляясь к месту, где незамеченным среди разлапистых верхушек лесных исполинов, парил в ночном небе небольшой шлюп, подвешенный к воздушному шару с изукрашенным, золотым кантом. Лунный свет заходящего за ночной горизонт Кессела, мягко освещал их путь, придавая окружающему лесу сказочный флер.

Беата, дочь народа звезд, уверенной походкой шла впереди, искусно избегая ветвей, то и дело хлеставших по лицу Вика с Ялом. Ночь оказалась идеальна для отбытия. Тени стали их союзниками, а поднявшийся холодный ветер, трепавший кроны деревьев, шумом молодой листвы скрыл звук шагов.

- Я попросила капитана не афишировать наше присутствие. Но не переживайте, полет не будет долгим, день от силы. - сообщила Беата, повернувшись к остальным. Ночью её глаза казались наполненными светом, вызвав у Вика прилив восхищения. А девушка тем временем мечтательно продолжила. - Я всегда хотела увидеть Кальдеру в дни праздника. Говорят, она полна магии и чудес, даже больше, чем обычно. Там реальность переплетается с фантазией. Но может, это просто сказки.

- Ну что ж, мы это скоро узнаем - подняв взгляд к небу, в попытке отыскать силуэт шлюпа, произнес Ял. Его голос был тихим и сосредоточенным. А ещё, он похоже не очень верил в ожидающие их в столице чудеса.

Беата не заметила скепсиса в его голосе. Отодвинув ветку очередной ели, она замерла. Перед ними лежала небольшая опушка, наполненная ночными цветами в виде гроздьев колокольчиков, сияющих изнутри, а над ней, метрах в трех, парила легко узнаваемая тень маленького корабля под воздушным шаром. Изящные контуры были укрыты толстым слоем парусины, видимо для того, чтобы скрыть возможные блики лунного света в золоте оправы бортов, начищенном до блеска.

- Впечатление, что я обожрался грибов у исправляющего источника и теперь мне снится какая-то приторная-сказка. - недовольно пробубнил себе под нос Ялазар, выбираясь следом за всеми на полянку.

Их, судя по всему, заметили. Сверху упала, а вернее разложилась, крепкая, практически неподвижная лестница, по которой было крайне удобно взбираться. Похоже, что вместо канатов, обычно связывающих ступеньки, тут были крепкие стальные прутья, закрепленные один за другим, отчего вся конструкция оказалась монолитной, но в то же время, могла складываться и раскладываться. Над краем, откуда спустили лестницу, погасили фонарь, видимо исполняя приказ капитана, чтобы никто не видел лиц гостей.

К их немалому удивлению, на борту кроме них никого не оказалось и стоило Тору, идущему последним, подняться на борт, как лестница сама втянулась обратно наверх. В середине лодки, в стальном алькове прямо под широкой, круглой дырой в воздушном шаре, заалел тонкий язык пламени, наполняя бочкообразные бока теплым воздухом. Шлюп стал медленно подниматься, взлетая над верхушками деревьев. Изогнутые длинные балки под бортами расправились в разные стороны, расправив шелковые паруса и ветер тут же с готовностью наполнил их, толкая лодку вперед.

Как ни хотели они соблюдать конспирацию, от открывающегося вида, а также ощущения полета, абсолютно все без исключения, пришли в неописуемый восторг. Беата с Леей что-то тихо щебетали, то и дело куда-то показывая. Ял с Виком, по-дурацки улыбаясь, оперлись на борт и разглядывали проплывающий под ними Врата Кальдеры. Город с высоты выглядел чудной игрушкой, наполненной редкими, пьяными, сонными муравьями. Даже Торунг, поднявшись на самый нос, ухватился за тугой трос, тянущийся к бушприту, выступающему спереди и снял маску, вдыхая прохладный воздух полной грудью. В эту минуту, он, как никогда, напоминал старого моряка, вновь поднявшегося на покачивающуюся палубу любимого корабля после долгой разлуки.

Калери'Юна оказалась совсем близко, скрываясь за недалеким холмом, в стороне от полных жизнью больших трактов. Ее изящные паруса сияли в лунном свете, как крылья волшебной птицы. Леадея, с горящим любопытством, во все глаза смотрела на неё, не в силах оторвать взгляд. Что-то подобное испытал и сам Викар, когда впервые увидел небесную каравеллу.

- Я чувствую невероятную магию. Это невозможно. Такое нельзя создать. Она... как получилось стабилизировать такое количество узлов силы? - ее было нетрудно понять. В реальном мире корабль вызывал восхищение работой мастеров корабелов, но в мире Тонком, искусство, позволившее поднять его над землей, не поддавалось никакой оценке вовсе.

Беата улыбнулась:

- И тем не менее, она реальна.

Без единого звука, шлюп подплыл к высоким перилам, погруженной в полумрак Калери'Юна, аккуратно сложив собственные паруса и погасив огонь в алькове. За его край, с сухим деревянным стуком, схватились два позолоченных багра, подтягивая лодку ближе, закрепляя ее в специальных пазах. Тут же появилась небольшая лестница, охватившая борт шлюпа, спускавшаяся на палубу корабля, как бы приглашая гостей подняться.

Ступив на палубу, они оказались в объятиях тьмы. Лишь слабые блики пробивались сквозь окна, очерчивая неясные силуэты людей, снующих за ними. Больше никого рядом, вроде бы, не было. Кто же тогда орудовал баграми?

Вдруг, из темноты ближайшего прохода, послышался низкий, властный голос:

- Добро пожаловать на Калери'Юну, юная госпожа. Мой корабль к вашим услугам.

- Благодарю вас, адмирал. Почтенный Рихтер фон Лайн...

- Прошу вас, госпожа, мы знакомы уже не один десяток лет, давайте без таких формальностей, просто Рихтер будет достаточно. - голос не смягчился, однако, все же слышалось в нем явное расположение к Беатрис.

Девушка улыбнулась в ответ:

- Хорошо. Рихтер. Это мои спутники и вы в курсе нашей цели. Давайте избежим имен, надеюсь, вы не рассердитесь, если и в будущем я попрошу вас помочь еще раз? Если, конечно, случится такая необходимость.

Адмирал, оказавшимся едва ли не выше здоровяка Ялазара, невероятно изящно поклонился, выдав немалый опыт в придворном этикете.

- Едва узнав цель вашего прибытия, я поступил в ваше полное распоряжение, госпожа. Вы можете полностью рассчитывать на меня, мой корабль и молчание экипажа. - он сделал жест рукой в темный провал хода, где только что скрывался. - Эти кормовые каюты для особых гостей строго под моими собственными покоями. Здесь вас не потревожат. Спускайтесь, третья палуба, пока я распоряжусь насчет прокладки курса и завтрака, полагаю, вы можете быть голодны.

Несмотря на то, что все это Рихард произнес тем же голосом, полным властной силы, в нем также угадывались нотки нетеперения взяться наконец за дело. Помочь ученице предвечной и ее спутникам выполнить то, что ему самому, адмиралу, было запрещено. Пусть он и не мог лично взяться за расследование, никто не запрещал ему помогать Беатрис в ее путешествиях. А чтобы в будущем избежать лишних проблем, видимо, было решено вопросов задавать по минимому.

Он отошел в сторону, давая возможность гостям незаметно скользнуть во тьму лестницы и уже через пару пролетов отряд оказался перед двустворчатой дверью из красного дерева в арке голубоватого мрамора. Сияющие солнечным светом письмена, наполненные магией, тонкой вязью покрывали обе створки, тянувшиеся к резным золотым ручкам.

Дверь отворилась без единого скрипа, впуская новоприбывших в очень просторное двухэтажное помещение, левую часть которого, от пола до потолка, занимали окна. Фактически, это были полноценный дом со спальней, гостиной и собственным будуаром. Множество мягких диванов, шкафы полные книг, вазы с фруктами и сосуды с вином. В центре стоял большой, круглый стол, уставленный письменными, принадлежностями, картами и прочими вещами, что могли бы понадобиться важному гостю. Потребовалось бы не меньше часа, чтобы просто рассмотреть все произведения искусства, что тут находились.

Пока все осматривались и изучали обстановку, Викариан устало плюхнулся на мягкую кровать, скрытую тяжелым алым балдахином. Напиток, предложенный в башне снов, видимо исчерпал свою силу, а усталость прошедшего дня, гранитной плитой прибила голову к подушке, смежив веки. Темнота окутала Вика, голова закружилась от усталости и он чувствуя, что его засасывает незримый водоворот, бросил попытки сопротивляться. Он падал в бесконечный мрак забытья, но все же, перед тем как сознание покинуло его, успел почувствовать нежный поцелуй в щеку.


* * *


Проснувшись далеко за полдень, Вик ещё какое-то время лежал неподвижно, пялясь в пышный бутон неизвестного цветка, вырезанного из светлого дерева, от которого вниз тянулись "лепестки" алой ткани, скрывавшие парня от лучей солнца. Он тщетно пытался вспомнить, что же ему снилось. Но кажется, на этот раз тот просто провалился в глухое забытье. Впрочем, он был даже непротив.

Скрипнул диван. Кто-то тяжелый пытался устроиться на нем поудобней.

- Ял? - хриплым спросонья голосом, спросил Вик.

- Нет. - хохотнул басом повелитель костей. - Богиня похоти решила навестить тебя с утра пораньше, раз уж ты оставил свою благоверную этой ночью скучать одну... Хм, хотя, какой нахрен пораньше! Солнце уже садится. Вылазь давай, мы почти на месте, пожрать не успеешь.

Путаясь ногами в одеялах и подушках, набитых лебединым пухом, молодой человек буквально скатился с кровати, тихо ругая себя за неуклюжесть. Оперевшись на спинку стула, услужливо стоявшего недалеко, он, кряхтя, поднялся. Голова гудела так, будто он всю прошлую ночь пил дерьмовую брагу в каком-нибудь, богами забытом, роду-селении. Он простонал:

- Почему мне так хреново?

Ялазар пожал плечами, сосредоточено что-то правя на лезвии своего костяного меча.

- Хрен его знает. Может в Вардеме тоже есть что-то вроде искривления. А может, мы с тебя вчера так вчетвером память драли, что теперь у тебя отходняки. Магия - вещь опасная.

Скривившись, Викариан глянул на говорившего. То же мне помог. Ничего не ответив, он аккуратно поплелся к столу, на котором стояло немало всякой снеди, первым делом вцепившись в кувшин с ледяным отваром каких-то вкусных трав, смешанных с фруктами. Хлебая из горла, он сам не заметил, как осушил сосуд насухо. Вытерев тыльной стороной губы, парень огляделся - чего бы ещё закинуть в пустой со вчерашнего вечера желудок.

- Там есть что-то, вроде грибов с картошкой, запеченных в сырно-сливочном соусе. - Ял указал клинком на стоявший справа глиняный горшочек, источающий манящий аромат. - А вот там, чуть дальше, сок из крыжовника. Местная ягода. Только водой разведи, а то от кислой сладости аж зубы сводит, но очень освежает.

Последовав совету, парень принялся за еду, добавив к посоветованному ещё и полную краюху хрустящего, свежеиспеченного хлеба. В начале, он даже забыл сесть за стол, уплетал все стоя, но когда первый, самый лютый, голод был утолен, отодвинул резной стул, обитый красным бархатом и плюхнувшись на него, спросил.

- А фде фсе? И ты чефо туф фидиф?

- Прожуй сначала, а то подавишься. Я видел пару таких дурацких смертей. Весь кабак умирал со смеху, пока бедолага корчился и синел. Нет, смотреть конечно на такое весело, но у нас с тобой тут еще дел по горло, так что, будь добр, не сдохли раньше времени.

Проглотив едва прожеванную пищу, запив и наконец отдышавшись, тот повторил вопрос. Ял снова показал выщербленное лезвие.

- Остальные попросили капитана разрешения выйти на палубу, ну так, чтобы их никто не увидел и они могли подышать свежим воздухом. А я вот пытаюсь справить острие, а оно возьми и начни рассыпаться, словно не из кости колдовством закаленной, а из обычной, да ещё высохшей к тому же. Да и с доспехами та же беда. Хотел пару пластин укрепляющих поставить, а кости меня едва слушаются. - он шумно выдохнул, явно разочарованный.

- Может дело в том, что ты обычно чары творил в Кеплере, там небыло недостатка в реках Вечного Океана, а тут вон, словно тоньше волоса пряди, попробуй ухвати. Помнишь, даже Торунг вчера говорил, что с эликсирами такая же проблема, не получается усилить.

- Может... а может этот подонок, Ульф, таки сумел мой разорвать договор. Но почему тогда я полностью не лишился силы? - задумчиво спросил Ялазар непонятно кого. Внезапно, он, слегка сощурив глаз, посмотрел на Вика, да так, что у того мороз пробежал по коже. - Ладно с проблемами заемной силы и ее угасания, разбираться буду после. Ты мне вот лучше что скажи, какой у нас план на случай, если мы-таки доберемся до "убийцы богов"? Как его победить придумал? Если да, то рекомендую придумать ещё парочку запасных планов.

- Что? Зачем? - удивился Вик.

- А ты подумай, если эта тварь настолько влиятельна в Вардеме, что способна противодействовать даже местным пантеонам, то все, что мы сейчас способный придумать, уже имеет весьма призрачные шансы. Даже если мы будем знать, где его искать, кто он, какими силами владеет и застанем врасплох. Вокруг Тени, не сомневайся, будут те, кто ему верен и то, где он обращается, говорит о его немалом влиянии. - он посмотрел на едва ли сильно выправленный клинок и скривившись добавил. - Придумай сразу несколько планов. Лишним не будет, чует мое сердце, задачка на этот раз перед нами выпала, едва ли не сложнее, чем одолеть лича.

- Ну мы, конечно, можем попробовать его забрать с собой в Кеплер...

- Даже если не брать в расчет, что это банально может не сработать, так как мы не пробовали переносить кого-то из Вардемы в Кеплер, придется так же идеально рассчитать время перехода. А будем честны, наши с тобой планы, почти никогда, не идут так, как задумано. Так что, я бы на этот вариант особо не рассчитывал.

- Может у тебя есть идеи? - как бы не хотелось обратного, но спорить с фактами, высказанными Ялом, было глупо.

- Если бы. - сквозь зубы процедил тот и встал с дивана, отбросив явно раздражавшее сейчас своей податливостью оружие. Уже тише повторил, вздохнув. - Если бы. Ладно. Собирайся давай, Рихард сказал, что высадит нас недалеко от столицы, когда последний луч солнца скроется за горизонтом, а это уже скоро.

С этими словами Ялазар принялся сгребать со стола вяленое мясо, фрукты и хлеб в заплечную сумку, а сам Вик, спотыкаясь, поплелся искать сапоги и кольчугу, которые кто-то с него стянул, пока он дрых без задних ног.


* * *


- Очень странно. - тихий голос Беаты, словно колокольчик, разогнал тишину ночной улицы.

- Я не так себе представлял праздник в столице. - удивленно прошептал Викар, оглядывая полупустые бульвары, залитые светом сотен фонарей и сиянием далекого дворца. Да, город был прекрасен, но он спал. Буквально пара-тройка прохожих, да стража. Ни пиров, ни арен, ни шумных компаний, которых они видели во Вратах Кальдеры. Тут небыло ничего из этого.

Ещё когда их шлюп бесшумно скользили вниз, к подножию гигантской лестницы-тропы шадралов, уходящей вглубь спрятанной в вулкане столице, они отметили необычную тишину. Город спокойно отдыхал после дня, полного забот. Не было ни праздничных шествий, ни украшений, ни флагов, ничего из того, что они видели в дарованном оракулом видении. Это уже тогда показалось странным и они решили пока не отпускать парящую лодочку, благо адмирал объяснил Беате, как можно управлять этим чудесным творением мастеров Астры.

И вот они, впятером, стояли посреди совершенно пустой улицы размышляя, что происходит, а так же, что делать дальше. Серебрянный свет лун, сиявших в небесах разбивался о водопады мягкого света фонарей, не способный коснутся кирпичной мостовой. Далеко впереди, за громадным мостом, перекинутым через пропасть, словно дворец из сказки, вырисовывался Янтарный Престол. Его величественные башни, устремленные к звездному небу, манили и одновременно пугали своей грациозной мощью. Шадралы правили здесь. Это чувствовалось во всем.

- Как красиво! - восхитилась Леадея, глядя на город, раскинувшийся по склонам кратера. - Словно спящий дракон, охраняющий свои тайны.

- Красота может быть обманчива. - заметил Ялазар, его голос был тихим и задумчивым. - Не стоит доверять первым впечатлениям. Учитывая, что нас уже встречает совсем не то, что мы все ожидали.

- Жители здесь все же есть. - подметил Вик голосом, слегка охрипшим от холодных ветров, гуляющих вдоль домов. Шадралы, гномы, люди и многие прочие расы действительно ходили по ночной Кальдере, но их были единицы. Он с тенью тревоги в глазах, окинул взглядом почти безлюдные улицы. - Где все, где веселье, музыка, танцы? Праздник должен быть в самом разгаре. Если тут и вправду что-то празднуют, то весьма скромно.

Последнее, скорее было шуткой, так как уже окончательно стало понятно, что ни о каких народных гуляниях никто и не думал.

- Может быть, праздник уже закончился? Или... перенесли на другой день? - сама понимая, что это маловероятно, неуверенно высказала мысль Леадея. Похоже, она немного нервничала, не переставая перебирая в руках небольшой защитный амулет.

Внезапно из у них за спинами донесся шорох, заставивший их всех замереть. Вик сжал рукоять меча, но готовиться к бою не стал, а просто не спеша повернулся на звук. Остальные последовали его примеру.

Шорох повторился, издаваемый длинным плащом, укрывавшим могучие плечи гиганта, даже по меркам шадралов, до самой земли. Что удивительно, он был закован в полный пластинчатый доспех, но звука трущихся друг об друга сочленений практически небыло слышно. Вернее, он был скрыт шелестом полога плаща по земле. Да и этот звук, пришло на ум Вику, они услышали лишь потому, что воин решил предупредить их о своем приближении. За спиной шадрала небыло крыльев. Видимо, он был из тех, кому не было дано летать, но, зато отличался от собратьев поистине чудовищной мощью тела.

Судя по золотому татбарду, изображавшему серую чашу внутри которой росло белое древо, это был страж города. Древко копья, толщиной с предплечье Вика, коснулось земли, когда его хозяин остановился и взгляд его двух, горящих огнем, драконьих глаз вперился в молодого человека.

Они смотрели друг на друга. Молчание затягивалось, превращаясь в туго натянутую струну напряжения. Наконец, Беата выступила вперед, чем привлекла внимание гиганта. Голова на толстой шее неспешно, словно принадлежала каменному голему, а не живому существу, повернулась в её сторону. Девушка произнесла короткую фразу на незнакомом языке и быстро поклонилась. Шадрал, видимо окончательно убедившись, что манеры из всех присутствующих есть только у этой эльфийской самки, повернулся к ней всем телом, ответив на поклон.

То был какой-то ритуал, понял Викар. К счастью, с ними была та, кто знал, что надо было делать и это спасло ситуацию. Тем временем, девушка, осторожно подбирая слова, спросила:

- Слава твоему роду, воин. Позволь спросить, разве нынче в Кальдере не празднуют Месяц Битв? Где все? Почему в столице не видно ни сражений, ни чествования победителей?

Рычащий, но совершенно спокойный голос шадрала поразил присутствующих, словно бы с ними заговорили сами камни, на которых стояла древняя Кальдера.

- Не чествуют чемпионов, потому что чемпионов пока нет. Праздник только начался. Победители будут приглашены в Янтарный Престол лишь по его завершению. - глаза Беатрисы расширились в немом понимании происходящего и она даже стукнулу себя ладонью по лбу. Это вызвало у шадрала до комичности человеческую реакцию. Он приподнял левую бровь, но решив не акцентировать на этом внимание, продолжил. - Что же до того, почему здесь не проводятся битв. Тогда жителям Кальдеры станет просто невозможно спокойно жить и будет множество конфликтов между местными и приезжими. Для сражений существуют специальные места: Башни Дуэлистов, либо малые поселения по всему Олдиру.

Беата, уже опомнившись и убрав руку от лица, лишь сокрушенно покивала, судя по всему, понимая, где совершила ошибку. Она ещё раз поклонилась:

- Благодарю тебя, воин. Мы совершенно забыли, что сейчас лишь начало празднеств и что чествование победителей, будет в его конце. Прости, что потревожили тебя.

Судя по легкой усмешке на лице шадрала, они оказались не первые, кто совершил подобную ошибку. Многие до них, так же пребывая в Кальдеру, недоумевали, где же торжество.

Прощаясь, Беатрис снова легко поклонилась, пропуская стража мимо. Вик в очередной раз восхитился умением своей возлюбленной вживаться в новые роли, ведь она по статусу была если и не на уровне местного монарха, то очень близка к тому, при этом, сейчас ведя себя как простой безродный пилигрим. К тому же, она заплела свои пышные волосы в длинную тугую пурпурную косу, отчего стала еще более похожа на странствующую искательницу приключений.

Страж, ответив на поклон коротким кивком, указал навершием копья на ближайший Приют Странника и продолжил свой патруль.

- Выходит, видение показало нам будущее? Так и что теперь делать? Ждать целый месяц? - спросила Леадея, с жадным интересом скользя взглядом по окружающему пространству. Вот кто кто, а она вообще не переживала. Да и с чего бы. Девушку вполне устроило бы провести здесь как можно больше времени.

Мягкая постель, вкусная еда и бесконечные чудеса, избавленные от опасных, искревляющих мальстримов дикой магии. Да будь ее воля, она бы тут навсегда осталась. Впрочем, как и все они, про себя подметил очевидное Викар. Ему на ум пришла очевидная мысль:

- Слушайте, а может попробуем сами выиграть турнир? Тогда не придется ломать голову, как незаметно попасть во дворец.

- Стать чемпионом, о котором узнают все вокруг, это, по-твоему, будет менее заметно? - хохотнул Ял, которому, впрочем, сама идея явно пришлась по душе.

- Ну, наденем маски. К тому же, можно представиться другими именами. Это всяко лучше, чем заявиться на прием, сопровождая вестницу Богини Шелковых Дюн и начать что-то вынюхивать.

Повисла тишина. Мысль отдохнуть месяцок от переживаний, погонь и сражений манила. Так бы они и поступили бы, если бы на кону не стояло столь многое. Судьба самой Вардемы.

Ял с Виком переглянулись, без слов поняв друг друга. Похоже, они были "неродными" сынами Кеплера. Готовые отдать жизнь за других, вместо того, чтобы убийствами и предательством добиваться желаемого для себя, как делало большинство детей темного мира. Торунг хранил молчание, не поворачивая головы, одними глазами смотря вслед уходящему стражу. Беата, понятное дело, согласилась. И Даже Лея, видя такое единодушие, не стала возражать, хотя было видно, как ей не хотелось покидать Кальдеру.

- А ты сможешь стать чемпионом, Ял? - Беатрис, с веселой шпилькой в голосе, подначила тут же ответившего ей ослепительной улыбкой повелителя костей.

- Ха! - он распрямил плечи и почти заорал, отчего девушки тут же на него зашикали и замахали руками. - Конечно, клянусь кровавыми слезами Плачущей Богини! Я всегда готов к бою и я не боюсь никаких противников! Ни один из них не сравнится со мной! Пусть стынет кровь в их жилах! Ибо я буду чемпионом!

Шикая на него сквозь смех, Беата с Леадеей на пару пытались в прыжке зажать разоравшемуся гиганту рот, боясь, что его дурачество заставит шадрала стража вернуться и узнать, что это за Плачущая Богиня. Громогласный голос, эхом разнесся по пустой площади, разбив о каменные стены осколки ночной тишины. К облегчению девушек, хохотавший Ял не стал продолжать весь этот цирк, убрав от своего лица их ладошки.

- Чтобы стать чемпионом, нам предстоит спуститься ещё ниже, к самому побережью. Туда, где стоят Башни Дуэлистов - основное место проведения боев. - утерев набежавшие слезы смеха, сообщила Беата.

Повернувшись к выходу из города, Вик задумчиво произнес:

- Может быть, там мы встретим и Тень. Сомнительно, конечно, но вдруг.

Беатриса подхватила его под локоть:

- Сомневаюсь. Судя по видению, он вращается в высоких кругах. Ему незачем участвовать. Он и так будет приглашен во дворец. Не совсем уверена, но кажется, я узнала на одном из видении инсигнию герцога, а может графа Олдира. - тонкие пальцы барабанили по руке Вика. Судя по всему, девушка с головой ушла в свои мысли. - Правда, как и любой, вращающийся в столь высоких кругах, чтобы не выделяться, он должен выставить своего фаворита на турнир.

## Глава 7. Башни Дуэлистов


- Куда мы держим путь теперь, госпожа? - Рихард задал лишь один вопрос, когда группа вновь поднялась на борт Калери'Юна. Старый адмирал принял правила игры полностью и сейчас, со стороны, все выглядело так, будто слуги Большого Пантеона помогают друг другу следить за подготовкой и проведением турнира, не более того. Стараясь просто не афишировать своим присутствием лишний раз, дабы никого не смущать.

Место, названное "Башней Дуэлистов", лежало за горным хребтом на востоке, почти возле самого побережья. Полет туда, несмотря на всю скорость небесной каравеллы и попутный ветер, занял несколько дней. А по прибытию стало понятно, что "башня" тут не одна.

За облаками, внизу, виднелась целая россыпь каменных строений. Несколько десятков. Некоторые, были похожи на одинокие полуразрушенные руины, другие, больше походили на небольшие крепости. Часть скрывалось в явно не природном тумане, а одна, так и вовсе, словно бы парила над землей.

Вокруг них суетились крошечные фигурки, иногда воздух прорезали яркие вспышки, донося до летящий в вышине Калери'Юна трескучие раскаты заклятий. Кажется, тут сражались не только на холодном оружии, но и магией.

Все это были Башни Дуэлистов и каждая из них, в глубине себя, таила весьма могущественную магию. С такого расстояния, даже используя око инфернала, Викариан понять был не в силах какую. Они, словно бы были окружены невидимой стеной, диаметром не меньше пяти лиг, по всему периметру которой, раскинулся довольно широкий, палаточный городок. Десятки тысяч тентов разного качества и величины создавали ощущение гигантского военного лагеря. Пестрые флаги, трепещущие над ними, делали пространство похожим на продолжение морских вод, вырвавшихся из плена прибрежного песка, в которые кто-то разлил краски всех цветов радуги.

Парень подошел к Тору с Ялазаром, которые стояли у борта. Они решили уж слишком сильно не скрываться, так как это тоже вызвало бы лишние вопросы и теперь просто носили глубокие капюшоны, полностью скрывавшие лица. По крайней мере, пока они на корабле.

- Куда ты смотришь, если не секрет? - поинтересовался Викар у Торунга.

- Туда, куда я мечтал попасть в юности, когда ходил под парусами. Искал, надеялся, что не весь Кеплер представляет из себя юдоль мрака и зла. Я родился задолго до последнего Праздника Чистых Небес. И видел многое, но так и не нашел ничего даже близко похожего на Вардему. Такое, - он мотнул головой, видимо имея в виду бесконечную лазурную гладь моря, укрытую чистейшей синевой небес, - я видел только во снах.

Вик был ошеломлен возрастом Торунга. Его голос эхом разнесся по палубе:

- Неужели ты так стар? Сколько же тебе зим?

- Сотни, по-видимому. - ответил Ял за Мрачного. - Я догадывался. Насколько мне известно, уже несколько веков, так точно, никто не рискует пускаться в плавания. Небесные горы слишком сильно изменили воду с её обитателями, превратив крупные водоемы в очаги хаотических мутаций, полные неописуемых кошмаров. Даже Полисы, что раньше стояли на побережьях, сейчас почти все вымерли, поглощенные чудовищами, выползавшими на берег.

- Не все. - коротко возразил Тор, но уточнять. Что он имел в виду и зачем вообще сообщил это, тот не стал.

Косо глянув на него, Ялазар не стал спорить, продолжив:

- Впрочем, мы запустили один из Хроногресов, избавив хотя бы часть Кеплера от участи превратится в ледяной безжизненный шар. А раз так, то может и дальше наш путь не будет просто попыткой бежать подальше от преследователей.

- Кстати об этом. - встрепенулся Вик. - Как думаете, как нас вообще смогли найти в Доридосе?

Ялазар пожал плечами:

- Вариантов масса. - он огляделся, нет ли лишних ушей на палубе. Кроме них троих никого небыло. - Табула Леадеи - это колдовские амулеты, способные передавать слова на огромные расстояния. Может она навела на наш след. Я бы даже сказал - скорее всего. Плюс вспомни заключенный тобой договор в Кавеноне.

- Ты имеешь в виду того странного старика... он себя называл, кажется, пророком.

Сплюнув за борт с отвращением, повелитель костей кивнул:

- За загадочными титулами обычно прячутся шарлатаны, но эта гнида, возможно, действительно обладала некими силами, а раз ты заключил с ним контракт, то он вполне мог "прицепить" к договору возможность знать где ты находишся. И пока он жив, будет продавать эту информацию всем кто заплатит.

- Выкупить контракт не получится?

- А зачем ему это. Пока он торгует подобным знанием, он получает железо, души и что важнее всего в Кавеноне, благосклонность тирана, а это - власть. Нет Вик, теперь только его смерть избавит тебя от вечной погони. Да и будем объективны, тот же лич может обратится к мертвым за ответом где ты. А души в Кеплере давно уже неспособны пробиться сквозь сырую магию и обрести покой. Они мечутся под небесными горами, мучаются, страдают и мечтают о любой возможности вернуться обратно в мир живых, раз уж в обитель вечного забвенья путь заказан. Пока лич дает им плоть, поверь, они будут преследовать жертву без устали.

Калери'Юна плавно скользила по воздуху. Мужчины замолчали, просто смотря в даль. Каждый был поглощен собственными мыслями. Скоро им предстояло новое испытание и все увеличивающаяся картина повсеместных битв среди сотен разношерстных башен обещала, что легким оно не будет.


* * *


Высадка прошла, как всегда, вдали от лишних глаз. В предрассветных сумерках, парящая лодка оставила пятерых путников на опушке небольшого леска в стороне от тракта, откуда те, уже своим ходом, добрались до первых шатров.

На окраине гигантского лагеря в основном теснились небольшие походные палатки, укрытые шкурами, да украшенные недорогими "трофеями", вроде расколотых щитов, черепов каких-то животных и прочих безделушек. Здесь было немало тренирующихся претендентов, сорудивших в отдалении от основного места проведения боев импровизированные арены. Викариан почти сразу понял, что эти сражения ничего не значат. В них не чувствовалась та сила, что исходила от Башен Дуэлистов. Сила, донельзя знакомая молодому человеку - магия крови. И чем ближе они подходили, тем яснее парень ощущал незримый ветер Вечного Океана, несущий тонкие эфирные нити к ближайшей из башен.

- Твою мать, да это же зиккураты. - едва слышно прошептал идущий рядом Ялазар, так же как и Вик, моментально поняв, что за сила скрыта в каменных великанах впереди. - Здоровенные зиккураты.

- И их тут сотни. - Лея тоже все поняла, но в её голосе звучало восхищение. - Я думала, что это будет просто форт у моря, а тут такое!

Парни переглянулись, не понимая чем та радуется. Учитывая, сколько вокруг билось представителей всевозможных рас и билось весьма искусно, даром что в Вардеме давно закончились крупные войны, путь к титулу чемпиона легким не будет.

Беатрис, с любопытством в глазах, посмотрела на несколько растерявшегося Вика:

- Ты ожидал чего-то другого?

Тот кивнул. Он, как минимум, не ожидал увидеть тут проявление столь зловещей магии, повсеместно встречающейся в Кеплере.

Народ из близлежащих шатров провожал их сонными, любопытними взглядами. Хотя, некоторые уже оценивали насколько их небольшой отряд может быть серьезным противником. Ощущались даже легкие прикосновения к их аурам в Тонком Мире.

- Кто-то хочет узнать о нас побольше. - произнес Вик. Голос его звучал спокойно. Короткий удар по тянущимся к нему нитям, изучающим силы, превратил те в скорчившись от боли сухие стебельки. Где-то позади раздался сдавленный вскрик. - Нужно быть осторожными. Лея, Тор, ваши навыки могут нам пригодиться. Может быть, окружающие знают что-то о Тени.

Тор ничего не ответил, ему не требовалось напоминаний, что стоит разведать обстановку в первую очередь. Леадея же, кивнула в согласии.

- Я уже изучила Тонкий Мир. Они удивлены нашим появлением ранним утром, но я не думаю, что стоит беспокоиться. Это просто любопытство.

Через некоторое время отряд подошел к той самой незримой границе, за которой никто уже не рисковал ставить жилища. Тут летали стрелы, в паре десятке шагов бились воины, чувствовалась вибрация стихий. Вдоль, были разведены костры, что служили чем-то вроде импровизированного ограждения. На них готовилась пища, рядом стояли нестройные ряды бочек с разными напитками. Одним богам было известно, во что обошлось привести сюда столько снеди, а о том, сколько отходов из выгребных ям приходится увозить отсюда каждый день, даже думать было страшно. Но судя по тому, что вокруг небыло характерной, даже для небольших поселений Кеплера, вони разлагающихся еды и говна, справлялись с уборкой тут на отлично.

У ближайшей Башни Дуэлистов кипели особо жестокие сражения. Стоило быть осторожнее. Здесь оказалось много сильных противников. И их умения вызывали невольное уважение, даже у привыкшего к битвам Ялазара.

Из основания каменного бастиона разливалась мощная магия, впитавшая в себя кровь, боль и страдания раненых. Заключенная сила была очень древней, она пульсировала, впитывая энергию битвы. Впрочем, вопреки первому впечатлению парней, вовсе не копила эту силу в себе, а напротив, тут же отдавала ее тем, кто пропустил удар и пал. Отчего, даже самые тяжелые раны за секунды затягивались, позволяли проигравшему, пусть и с чужой помощью, но покинуть ристалище.

Ничего подобного Вику видеть не приходилось, а вот Ялазар, напротив, раньше выглядевший озадаченным, теперь ухмылялся, похоже вспомнив что-то из своего прошлого.

- Ой что это? - воскликнула Лея.

Вдали, на побережье, неспешно ползло на север огромное существо размером с крупный холм. Все покрытое мхом и тонким кустарником, среди которого виднелись, похожие на полые шары с круглыми отверстиями дверей, ракушки.

- Это Прибрежный Скиталец. - пояснила Беатрис. - Торговый пост, расположенный на спинах гигантских пресноводных рептилий. Погонщики водят их по краю Соленого Моря, подальше от пресных водоемов, чтобы те не попытались уплыть. Они мирные создания и торговцы используют их для своих целей почти по всему Олдиру, а также за его пределами. Скорее всего, они привозят провиант к Башням Дуэлистов.

Вик был бы не против прокатится на такой животине, но сейчас на это совершено не было времени. Пока парень вглядывался в гиганта, он подметил некую странность. Очень многие вокруг носили на левом запястье кожаный, резной браслет с тремя вырезанными на них резкими, словно росчерк шпаги, рунами. У некоторых, часть рун сияли неярким золотистым светом, у кого-то нет, а у некоторых, руны были черные, словно что-то выжгло их изнутри, навсегда потушив внутренний огонь. Он указал на эту особенность и Беатрис с готовностью объяснила:

- Это - Знак Претендента. Каждый, кто побеждает хотя бы в одной битве, получает его. Насколько мне известно, если ты проиграл, не имея браслета ничего страшного, можно попробовать снова и снова, пока не получишь. А вот дальше, все не так просто. - она приложила руку к подбородку и сощурила глаза, явно пытаясь припомнить детали. - Если, уже имея Знак, проиграть хоть раз, знаки на наруче гаснут навсегда, становясь черными и новый браслет не получить. А вот, кажется, если одержать верх, то одна из рун напитается силой, символизируя новую победу. Если все три будут руны сияют, значит ты стал чемпионом праздника. Если я ничего не путаю.

- Погоди, - опешил Ялазар, - как чемпионом? А разве чемпион не должен быть только один?

- Ну, никто не запрещает тебе бросить вызов другим чемпионам. - пояснила девушка. - Те не имеют права отказаться, если в состоянии сражаться. Но обычно, мало кто приходит на праздник Месяца Битв с целью победить всех и каждого. Это - скорее приятное времяпрепровождение, где можно повеселиться с друзьями, отдохнуть от походов, да порасказывать байки о своих приключениях всем желающим.

Она обвела рукой костры неподалеку, где помимо претендентов, сидело огромное количество бардов, стариков-сказителей и даже детей. Более того, у некоторых из молодняка тоже были браслеты и что-то подсказывало, что это вовсе не подарки, а честно заработанные в бою трофеи! Вот тебе и светлый мир без войн и насилия.

У подножия ближайшей Башни, в центре грандиозной арены, щедро омытой кровью бесчисленных битв, где сейчас единовременно сражалась чуть ли не сотня претендентов, царила атмосфера неподдельного азарта. Находящиеся там, несмотря на жестокую сечу, получали неподдельное удовольствие от происходящего.

- Вообще, раньше, чтобы ступить на эту священную землю и бросить вызов достойному сопернику, каждый должен сначала сразиться на внешних периметрах, доказав свое мастерство. Помните, мы видели ристалища во Вратах Кальдеры? Теперь правила упрости, да и следить за одним местом соревнований в разы проще, чем за тысячами в каждой деревеньке по всему королевству. - она огляделась, будто что-то ища и приметив мускулистого мужчину, на руке которого красовался браслет с сияющими сразу тремя рунами, указала на него. Тот неспешно шел по лагерю, обнаженный по пояс, с длинными, заплетенными в тугую косу, черными волосами. - В конце месяца основная часть боев закачивается и друг с другом сражаются в основном чемпионы. Не уверена, что это обязательно, но так было принято везде, где меня заставал этот праздник.

Повернувшись к Вику, Ял, приложив руку козырьком над глазами и посмотрев куда-то в сторону восходящего над лазурной, морской гладью солнца, предложил:

- Как насчет того, чтобы испытать свои силы в бою с этим малым?

Вик сначала даже не понял о чем речь, но приглядевшись, заметил о ком говорит товарищ. "Малый" имел внушительный вид и тяжеловесные доспехи, словно сошедшие со страниц книг о рыцарях древних полисов.

- Даже если не одолеешь его, терять то нам нечего, а после, я смогу бросить ему вызов уже зная на что он способен. В принципе, - повелитель костей на мгновение задумался, - так можно узнать о слабостях практически любого. Кажется, я придумал план, как мне победить.

- Умник, - буркнул в ответ Вик, - а все шишки собирать, значит, буду я за тебя, проверяя кто на что способен?

Ял бесхитростно пожал плечами, как бы говоря "если есть план лучше, предлагай". Молодому человеку пришлось призвать на помощь все свое хладнокровие, чтобы не съязвить. К тому же, он понимал, что план-то действительно неплох, по крайней мере, терять им сейчас действительно нечего. Знака Претендента все равно ни у кого из них пока нет.

- Хрен с тобой, давай попробуем.

Он вышел из толпы зрителей, направившись к незримой грани, за которой начиналось поле боя. Как всегда, перед сражением его немного потрясывало и он, чтобы успокоиться, покрепче сжал рукоять верной скьявоны. Словно изваяние из металла, рыцарь стал медлено поворачиваться в его сторону. На его браслете сияло уже две руны. Опытный противник.

- Будь осторожен! - послышался взволнованный выкрик Беатрис. Она хотела добавить что-то ещё, но промолчала, понимая, что надо дать ему сосредоточиться на предстоящем поединке.

Вик ожидал, что есть действительно какое-то защитное поле, силовая грань, да хотя бы, что звуки лагеря за спиной станут тише. Однако, к его удивлению, похоже никакой реально границы между Башнями Дуэлистов и раскинувшимся по его периметру палаточным городком небыло, и в помине. Разве, что тут очень хорошо чувствовалась сила зиккуратов, волны которой омывали каждого сражающегося.

Гром удара латного кулака о кирасу приветствовал молодого человека, оказавшегося едва ли по плечу его противнику. Вик непроизвольно крякнул.

Честная битва была не вариантом и тот решил попробовать небольшую хитрость. Он сняв перчатку, вытянул руку вперед, предлагая ударить кулак о кулак, якобы приветствуя. Сам же, под прикрытием безобидного жеста, произнес заклинание колдовской "шины", что при прикосновении намертво фиксировала часть тела, к которой коснулись. Эти чары помогали сращивать раны и кости, но при этом, совершено не позволяли двигать конечностью.

Стоявший перед ним рыцарь, кажется, немного растерялся, но все же стянул латную перчатку и протянул свой здоровенный кулак для приветствия. Коварная улыбка сама непроизвольно появилась на лице Вика и тот радостно стукнул протянутую руку, попутно высвобождая заклятие. Рядом с Башней Дуэлистов силы было вдосталь и потому, Тонкий Мир не пострадал, когда часть магических течений перенеслась в тело, опешевшего от столь "бесчестного" хода, противника.

Сзади раздался громкий хохот Ялазара:

- Ах ты, хитрый засранец! - с восхищением воскликнул он. - Умный ход! Кончай его!

Вик, не теряя времени, нанес сокрушительный удар под коленку рыцаря, попутно впечатывая кулак в лицо врага, даже не успевшего опустить до боя забрало. Тяжеловесные латы, казалось бы, непроницаемые для любой атаки, не могли никак помочь, когда нога в них подогнулась и противник, потеряв равновесие, рухнул навзничь. Он продолжал держать парализованную руку строго перед собой, будто пытаясь дотянуться до неба, а его меч даже не успел покинуть ножны, как битва была окончена. Клинок Вика коснулся щеки противника, измазанной кровью текшей из разбитого носа.

- Ты сделал это! Ты победил! - к хохоту Ялазара добавились радостные возгласы Беаты.

- Признай поражение! - голос Викариан зазвучал сухо, угрожающе, когда он увидел, что его противник пытается левой рукой дотянуться до кинжала на поясе. Ему не хотелось проливать кровь без нужды. Он вдавил острие в лицо рыцаря, проколов тому кожу и заставив замереть.

Поверженный, хмуря брови, с негодованием пробулькал, когда кровь потекла ему в горло:

- Это было нечестно! Ты использовал магию!

Ялазар, с презрением взглянув на рыцаря, парировал:

- Нечестно? Ты сам ответил на приветствие, сам открылся. Не стоит винить в своем поражении собственную недооценку противника.

Внезапно, раздвигая радостно галдящую и крайне довольную прошедшим поединком толпу, вперед вышла огромная фигура, закованного в золоченые латы гиганта. Еще один рыцарь, но только теперь раза в два больше предыдущего. Полный латный доспех, почти без единой щели, а там, где требовалась подвижность, укрепленный кольчужной рубахой тройного плетения. Он буквально сиял, отражая свет солнца, да так сильно, что Вику даже пришлось зажмуриться.

На его правом плече великана красовался зацеп для копья, говоря об умении вести бой верхом. Знак претендента носил три активные руны, это был один из чемпионов праздника.

Звуки стали как-будто тише. Звон мечей и грохот доспехов сотрясали каменные громады Башен Дуэлистов, но уже не оглушали. Толпа, алчущая зрелищ, ревела в одобрении, превращаясь в единый, пульсирующий организм. Причиной, этого бушующего океана эмоций, был стоявший над поверженным противником Викариан. Интересно, подумал он, будут ли они так же одобрительно кричать и подбадривать его, когда гигант, принявший из рук отскочившего пажа огромный двуручный меч, повергнет уже его самого или выберут себе новый объект для обожания.

Тыльной стороной ладони Вик провел по глазам, сбивая осевшую на лице пыль. Быстро оглядел свою старую, потрепанную во множестве боев, кольчугу с булатной пластиной, закрывающей грудь. Каждый шрам на темной стали повествовал о множестве сражений, что ему довелось пройти. Но даже у этого творения мастеров подземных царств Кеплера был свой предел. Парень, быстрым взглядом, полоснул по приближающемуся гиганту, чей, сияющий позолотой, глухой шлем скрывал лицо, призвав око инфернала, ища слабости в защите врага.

В его могучей руке покоился двуручный меч, изукрашенный тонкими-тонкими рунами, свиваюшими узлы, наполненные дыханием Вечного Океана. Викариан осторожно, используя подвернувшиеся рядом нити магии, касался каждого из них, проверяя, что за магию несет в себе грозное оружие. Воздух - ускоряет удар. Мощь - усиляет его. И... странное плетение фиолетового оттенка, что-то похожее, он кажется уже видел в Доридосе, когда они тащили раненого Ялазара. Точно, заклятие "перышка" на мече.

Только теперь молодой человек осознал, что гигант легко удерживает громадный стальной меч, размером с него самого, всего лишь одной рукой и кажется, совершенно не испытывает дискомфорта. Но разве тогда и удар им не будет слабее? Впрочем, что-то подсказывало, что местные мастера зачаровывания знали, что делали и на такой очевидный просчет с их стороны рассчитывать не стоило.

И все это был всего лишь один меч, а золотая броня... она была настоящим произведением, как кузнечного, так и магического искусств. Не было даже шанса пробить такие латы его костяным оружием.

Воздух стал густым от запахов крови, пота и железа. Солнце уже поднялось высоко, а ветер, напротив, стих, обещая жаркий день, но тени, ползущие от башен, словно хищные пальцы, создавали какую-никакую прохладу. Пение птиц, крики возбужденной толпы и лязг металла сплелись в причудливую симфонию, аккомпанируя новому танцу битвы, который вот-вот должен был развернуться.

Викариан, вложил верную скьявону в ножны. Он был достаточно опытным воином, чтобы понимать бесперспективность честного сражения с этим золотым полу-богом. Мысли неслись в голове, пока тело двинулось полукругом, вокруг рыцаря, парализованого заклятием и все еще лежавшего между ними. Вик не привык недооценивать противников и сейчас лихорадочно думал, что же делать. Руки сами потянулись к перевязи с метательными кинжалами. Единственный шанс - загнать тонкие лезвия в незащищенные части золотого доспеха, а таких частей парень пока видел только две: пара прорезей для глаз. Слишком уж очевидно. Где-то на заднем плане носились серые тени мыслей: "Кто скрывался за шлемом? Какие мотивы гнали этого рыцаря на арену?"

Внезапно из толпы вышел шадрал драконид, с широко разведенными в стороны крыльями, словно то был знак "разойтись". Чешуя его переливалась всеми цветами радуги на солнце, одежда же, напоминала церемолниальную, без единого намека на боевые элементы, но подчеркивая величие хозяина. Его взгляд, полный мудрого спокойствия, неспешно охватил всех разом.

Из толпы послышались восхищенные шепотки:

- Арбитр.

Вик тут же вспомнил очень похожее облачение шадрала во Вратах Кальдеры. Рычащий голос, подобный грому, разнесся над полем перед башней:

- Викариан, ты только что одержал славную победу! Согласно правилам Месяца Битв, ты можешь сразу принять новый вызов. - он указал когтистой лапой на остановившегося рыцаря в позолоченной броне. После чего, внимательно оглядел уже самого Вика. - Либо, если тебе требуется отдых и подготовка, то следующий вызов тебе смогут бросить не ранее, чем через три дня. Что ты решишь?

Молодой человек, чье тело было сейчас напряжено до нельзя, готовое к казавшемуся уже неизбежным бою, даже не сразу понял, что его называли по имени. Внезапно осознание, что можно избежать поединка, холодным огнем обожгло разум. Спасение! Но он быстро загнал радость поглубже, ведь тут он, якобы, ради сражений и должен, вроде как, наслаждаться всем происходящим.

- Я ценю вашу заботу, достопочтенный арбитр. - Вик даже прижал кулак к груди, на манер многих местных. - Этот бой выпил из меня немало сил. Потому, я предпочту передохнуть и когда восстановлюсь, с радостью, приму новый вызов.

Крылья сложились за спиной шадрала, признавая решение Вика и он, подняв раскрытые к небесам когтистые ладони перед грудью, громко рыкнул:

- Бой окончен!

Рыцарь в золотом, казалось, был разочарован отказом сразиться. С грохотом, эхом прокатившимся по арене, он опустил свой зачарованный меч на землю и без единого слова удалился. Семенящие за ним слуги принялись оттаскивать с поля боя поверженного противника Вика.

Молодой человек опустился на траву, чувствуя дрожь в руках.

- Кто был этот, в золотом? Почему он захотел бросить вызов мне? - поинтересовался он у шадрала, все еще стоявшего рядом.

- Один из чемпионов, что так же, как и ты, был когда-то претендентом. - ответил тот и внезапно протянул кожаную перевязь.

Парень непонимающе посмотрел на арбитра, а тот пояснил:

- Браслет претендента. Ты победил первого противника. Теперь ты - полноправный претендент на право стать чемпионом. Одержи ещё три победы над другими претендентами или чемпионами, и тебя призовут в Янтарный Престол, как равного.

Поблагодарив, Викариан принял подарок. Парень внимательно изучил его, прежде чем надеть на левую руку, довольно удачно скрыв им золотую пластинку-ключ между мирами. На твердой коже виднелись вытравленные три резкие руны.

- Не снимай браслет до конца месяца, иначе они навсегда погаснут и больше не зажгутся. - драконид указал на руны.

Подошедший Ял хлопнул парня по плечу и протянул руку, помогая подняться, сам посмотрев в спину уходящему гиганту:

- Что-то мне подсказывает, что этот, так просто от тебя не отстанет.

В душе Викариана тлела тревога. У него всего три дня придумать план, как победить в турнире и при этом не пересечься с этой золотой, ходячей статуей. Пока что, он притворился, что ему надо восстановить силы, но что делать после?

- Ты прав. - кажется, на этот раз в рычащем голосе шадрала звучала едва скрываемая ухмылка. - Праздник идет месяц, первая неделя уже прошла, но у вас будет ещё целых три, чтобы доказать, что его мощь и сила для вас лишь небольшая помеха к трону чемпионов.

Он явно веселился и не особо это скрывал. Впрочем, Вик и сам не смог сдержать улыбки, поблагодарив за информацию. Арбитр ответил быстрым ударом кулаком себе в грудь и двинулся дальше, по внешнему краю Башен Дуэлистов, вернувшись к своим обязанностям.

Наклонившись к Торунгу, Вик негромко произнес:

- Тор, у меня к тебе будет просьба, постарайся разузнать у арбитров да и вообще у местных, о правилах турнира побольше. А то, если бы не шадрал, напомнивший о них, чую, меня бы уже размазали по камням тонким слоем.

Мрачный молча кивнул, тут же растворившись в окружающей их толпе. Все, кроме ушедшего на разведку Тора, решили пока вернуться в окружающий Башни Дуэлистов лагерь, что по размерам уже давно напоминал крупный город. Тут праздновали победы, заливали алкоголем горечь поражений, рассказывали о своих приключениях и просто веселились. Здесь были все и те, кто пришел сражаться, и дети, для которых происходящее было веселым необычным праздником, и даже старики, немалая часть из которых, глядя на битвы, предавалась воспоминаниям своей бурной молодости.

Лагерь бурлил жизнью. Сотни созданий со всех уголков королевства Олдир, соседних владений и судя по всему, даже Северных Земель, собрались здесь, чтобы стать участниками грандиозного турнира. Рыцари в сияющих доспехах, варвары в звериных шкурах, маги, щедро сыпавшие заклятиями во все стороны, а уж о разнообразии рас говорить нечего.

За периметром шатров, кипела другая жизнь: торговцы предлагали свои товары, музыканты развлекали толпу. Звон походных кузниц сливался с ликованием зрителей и музыкой, создавая ощущение хаоса, в котором, тем не менее, прослеживалась неизменная упорядоченность военного лагеря.

Вообще, пространство тут было разделено на три характерно выраженные зоны, каждая из которых отражала разные грани праздника. Была хорошо видна основная зона отдыха, где царила атмосфера беззаботного веселья. Совсем по-другому выглядела турнирная зона. Здесь кипели сражения, одиночные бои и групповые стычки демонстрировали искусство войны во всей его красе. Опытные воины и маги блистали силой и мастерством, стремясь завоевать славу. Третья зона, закрытая для простых смертных, оказалась занята правителями этих и окрестных земель - зона отдыха аристократов. В роскошных палатках обитала местная знать. Чуть позже, Беатриса собиралась наведаться в это место. В отличии от остального отряда, она туда могла пройти без проблем.

Пробираясь сквозь этот водоворот походной жизни, отряд, не без труда, нашел относительно тихий уголок в одном из длинных шатров. Бывшие обитатели его по каким-то причинам покинули праздник, оставив после себя смятые соломенные подстилки с такими же подушками, да небольшой беспорядок. Однако относительная чистота говорила об их аккуратности, что неимоверно порадовало путников, уже было из готовившийся к долгим поискам угла для отдыха.

Браслеты претендента были на многих вокруг. У кого-то они пылали жизнью, чьи-то были словно выжжены изнутри, но тем не менее, даже такие наручи продолжали с гордостью носить. Более того, похоже если ты проиграл, это не запрещало вновь участвовать в битвах, бросая вызов прочим гостям. Что больше всего поразило Викариана, что на празднике казалось бы воинов, оказалось какое-то запредельное количество чародеев и даже с потухшим браслетом они вновь, и вновь лезли в драку.

Пока девушки суетились вокруг, узнавая, где можно набрать снеди и куда ходить до ветру, парень несколько часов просто наблюдал за магами. Он грешным делом начал подозревать, что тут замешано какое-то темное колдовство, сводящее пришедших с ума, пока, наконец, не понял почему этих, казалось бы далеких от радости кровопролития адептов наук, так тянет в битву.

Все оказалось до банального просто. Нигде в Вардеме ткачи чар не могли в полную силу использовать свою силу, не рискуя разрушить Тонкий Мир вокруг себя. А здесь, каждая Башня Дуэлистов представляла собой наполненный до краев чан с силой, стягивающей к себе всю боль, страдание, кровь и муки, богато разлитые у их подножья. Создавать заклятия тут было так же просто, как и в Кеплере, просто зачерпывая горстями дармовую мощь, при этом не рискуя хапануть искажений, и превратиться в бесконтрольно мутирующее чудовище. Говоря проще, маги веселились как дети, более не скованные рамками и условностями Тонкого Мира Вардемы.

Викар понял, что ведь и воины, скованные рамками догм, и отсутствием крупных войн, здесь по той же причине. Только у Башен Дуэлистов они могут показать чего же на самом деле стоят, ради чего живут и тренируются. Это действительно был праздник для всех. Разрядка раз в год, когда можно позволить себе забыть о рамках, об осторожности и просто наслаждаться жизнью. Той жизнью, которую ты для себя выбрал, которую любишь.

Ялазар, едва они бросили походные мешки на лежанки, куда-то исчез. Вик остался совсем один. Впрочем, сидеть без дела он не собирался, раз уж три дня оказались свободными в передвижениях и не было риска вылететь с турнира. Откинув край палатки и глянув на уже перевалившее за полдень яркое весеннее солнце, на идеально чистом голубом небе, Вик вновь пошел к башням понаблюдать за потенциальными противниками.

К его удовольствию, он подметил, что было немало противников, с которыми у него были шансы сладить, как вдруг, его внимание привлек громогласный боевой клич. Его издал чемпион. Похоже, что это был человек из Северных Земель, по крайней мере, в Тонком Мире его аура сильно отличалась от большинства. Мужчина, обнаженный по пояс, с мускулами, словно высеченными из камня, в руках которого небыло никакого оружия. Тот бросал вызов всем, кто подходил к нему. Его тело было испещрено шрамами, а взгляд пылал диким весельем. Несмотря на то, что он сражался голыми руками, Вечный Океан свивался вокруг его астрального тела в могучие водовороты, вливаясь в кулаки бурным потоком. Каждый удар этого воина, помимо немалой физической силы, дополнялся эфирным ударом. А такое, как помнил Вик по Кеплеру, даже лучшим латам было непросто остановить.

Тут он заметил кое-что странное. Воитель не только сражался со всеми желающими, но и с радостью обучал тех, кто хотел бы постичь его искусство. Конкретно сейчас, выкрик, который привлек внимание Вика, был ничем иным, как заклятием. Сила прошла через его тело, срезонировав, отчего следующий удар, который он нанес по крупному куску стены одной из башен, буквально разнес тот в каменную крошку.

Глаза Вика полезли на лоб.

- Так, от этого надо держаться подальше. - буркнул он себе под нос, не питая иллюзий что сможет легко справится с кем-то, обладающим подобной силой.

Он двинулся дальше, но не пройдя и сотни шагов увидел очередного бойца, выделяющегося среди прочих. Выделяющегося не только внешним видом, но и той непередаваемой злобой, что сквозила в его ударах, чувству, столь несвойственному Вардеме. Его лицо, искаженное ненавистью, наполовину скрытое под ороговевшей, бурой кожей, выражало не просто желание победить, но и причинить боль. Каждый его резкий и точный удар был исполнен гнева, граничащего с безумием.

По началу, Вик принял его за драконида из-за чешуи и мощных рогов, венчавших крупную голову. Но понаблюдав чуть дольше, был вынужден поменять свое мнение. Скорее, это был наполовину демон, воплощение яростной, злой силы. Было ощущение, что его быстрые и смертоносные движения вели изогнутый, пылающий клинок сразу в материальном и нематериальном пластах, отчего он мог просто рассечь оружие своего противника и без видимого труда пробить броню.

Зеленокожий, противостоявший ему, рухнул, больше не подавая признаков жизни, а из криков восхищенной толпы, Вик узнал, что победитель принадлежит к некой расе "таргов". Он не просто сражался, он уничтожал своих противников. Парень заметил, что на браслете этого бойца уже горели три руны - знак того, что он прошел все испытания Месяца Битв. Но вместо того, чтобы потчевать на лаврах, он продолжал сеять хаос и разрушение, будто его жажда битвы была ненасытна.

Викариан огляделся вокруг и заметил, что таких бойцов, с тремя пылающими рунами, было всего несколько. Большинство участников либо носили браслеты с потухшими рунами, либо только начинали свой путь, имея на счету одну или две победы. А ещё, его взгляд зацепился за людей, не участвующих в поединках. Они собирались группами у подножия Башен Дуэлистов, оживленно переговариваясь и бросая загадочные взгляды на строения, как будто ожидая чего-то или готовясь к походу внутрь темного зева входа. Может, внутри тоже было что-то скрыто и эти авантюристы знали нечто, недоступное прочим? Чего они ожидали? Викариан вздохнул, жалея, что сейчас у них совсем другая цель и рисковать победой ради простого приключения было никак нельзя.

Прошло немало времени, когда яркое солнце, освещающее арены, вытянуло тени от башен, придав весьма зловещий оттенок вечерним сценам боев.

Он уже довольно далеко отошел от места, что их отряд избрал своим временным пристанищем и уже мог даже более ли менее ясно видеть бьющую на самом побережье жизнь. На дальнем рейде мерно покачивалось множество кораблей, а на песке красовались перевернутые вверх дном лодки. Похоже, немало морских волков решили поучаствовать в празднике. Туда, пожалуй, идти уже не имело смысла. Их противники будут обитать явно ближе.

Среди этой толпы Викариан заметил необычную эльфийскую магессу, чья сила аж выплескивалась из Тонкого Мира в реальный. Вокруг неё постоянно появлялись туманные узоры и порхающие иномирные бабочки, на сияющих крыльях, что явно притягивало взгляды. Ее светлые волосы ниспадали на изящные плечи, а в глазах отражались мудрость, смешанная с озорство. Та легкость, с которой она одерживала одну победу за другой, выдавала в ней смертельно опасного противника. Девушка так же уже одержала три победы и похоже, останавливаться не собиралась.

Отметив про себя, где обитает сея опасная соперница, Вик обратил внимание, что края горизонта уже начали алеть, зовя солнце отправиться на отдых. Парень решил последовать примеру светила, двинувшись в обратный путь.

Незаметно день клонился к закату. Багровые лучи окрашивали небо, когда лагерь, полный утомленных претендентов, словно зажил новой жизнью. Звуки боев все еще слышались вдали, но теперь вокруг стало гораздо больше тех, кто искал отдыха, да чашку горячей похлебки. Дети с подростками, мечтающие о собственных подвигах, собрались вокруг костров, завороженно слушая рассказы пожилых бардов о битвах былых времен, героях, сражавших древних чудовищ и затерянных подземельях темных богов, полных сокровищ. Аромат жареного мяса, приправленного острыми специями, смешивался с запахом дыма и мокрой травы.

По возвращению, Викариан обнаружил, что возле их палатки горит очаг с жарящимся над ним крупным поросем. Рядом собрались Ял, Леадея, Тор, Беата и группа уже хорошо захмелевших дворфов. Вик поприветствовал всех, подсел рядом с Беатрисой и приобнял ее. Дворфы громко спорили о чем-то своем, переплетая слова своего наречия со всеобщим и не сильно интересовались о чем там шепчутся остальные.

В центре их части лагеря возвышалась резная тумба, на которой сейчас стоял глашатай. Его громогласный голос перекрывал все остальные звуки, зачитывая правила турнира. Судя по тому, что никто не обращал на него внимание, это он проделывал, наверное, уже сотню раз:

- Браслет претендента, символ вашего стремления к победе! Но помните, если проиграете хоть один бой, вы не сможете более претендовать на звание чемпиона и будете исключены из турнира! - его слова разносились над толпой, напоминая о риске, который брали на себя участники. Те кто пришел сюда за победой и так помнили об этом каждую секунду, а всем прочим, было наплевать.

Вику всучили миску горячего, исходящего паром, мяса и отряд приступил к обсуждению плана дальнейших действий. Молодой человек вкратце пересказал свой сегодняшний путь, не забыв упомянуть о встреченных им чемпионах, попутно поинтересовавшись, знает кто-либо что о них. Разумеется Тор знал:

- Эльфийская ведьма. Видимо, Искательница Мудрости, так называют учеников Ткачей Чар эльфийского племени.

- Это, скорее всего, фаворитка одной из Сапфировых Башен, которые мы видели около Врат Кальдеры. У придворного чародея, вроде бы, была ученица из детей звезд. - добавила к его словам Беата свою лепту. - Имени, к сожалению, я не знаю.

Тор кивнул, продолжив:

- Мастер Боя, что повелевает Вечным Океаном. Это - странствующий, то ли монах, то ли пилигрим. Звать его - Дендрик Скиталец, но таких как он, обычно зовут "шифу" - учитель. А этот конкретно, был некогда рабом в бойцовых ямах владык Северных Земель, но сумел освободиться. Теперь, вроде как, путешествует по миру, учит всех желающих своему искусству боя, периодически возвращаясь на родину помогать страждущим и рабам бежать оттуда.

- А нас он мог бы научить своим приемам? - с трудом проглотив не до конца пережеванный кусок, поинтересовался Вик.

Мрачный пожал плечами:

- Он не отказывает никому, но сейчас, он скорее бросит тебе вызов. Что же до того, кого ты назвал "тарг". Это раса, живущая в подземных цитаделях Северных Земель и люто ненавидящая всех вообще.

- Ну, у них есть на то причины человече. - гулко гоготнул дворф, случайно услышавший последнюю фразу. Отсутствие волос на его голове, компенсировали лихо закрученные толстые усищи и шикарная, черная, с проблесками седины, борода. Он, громко хлюпая, отпил из своей кружки, удовлетворенный, что привлек внимание людей и тут же пустился в пояснения. - Когда преторианцы и прелаты Малого Пантеона, во главе с великой Тэей, да хранят звезды нашу всеблагую владычицу, начали освобождать Вардему от сил зла, от старых, кровожадных богов, последнии бежали в северные пустоши, захватив с собой всех, кого могли. Разумеется, большую часть в качестве рабов. Тарги были одним из таких народов и пока шла война со старыми богами, они искренне ждали освобождения. Помогали чем могли и сами постоянно устраивали восстания. Наши предки научили их строить подземные цитадели, а тарги, наловчивших жить под землей, даже сумели проложить невероятной длины тракты в самой глубокой, податливой породе. Да так ловко, что подвели их прям к вратам наших цитаделей, здесь, в благословенных землях.

Остальные гномы притихли, внимательно слушая, словно сейчас должно последовать какое-то откровение, что тяжким грузом лежит на них всех.

- Они могли уйти, бежать от своих жестоких хозяев, но тарги отказались бросать прочих, остававшихся в полоне у их кровожадных предвечных. Они бились с поработителями и ждали, когда Пантеон ступит на Северные Земли и изгонит тьму из Вардемы. Изгонит раз и навсегда. Но... - гном шмыгнул носом, еще раз отхлебнул из кружки, опорожнив ту досуха и Вик заметил, как побелели костяшки на руке подгорного воителя. - Но мы не пошли дальше.

- Что? - воскликнул удивленно Ял, которого кажется действительно захватил рассказ. - Но почему?!

Желваки на скулах дворфов заиграли. Сейчас от их былого веселья не осталось и следа. Они смотрели в огонь пустым взглядом, словно переживая те истории, о которых сами слышали лишь от собственных дедов. Вик чувствовал, что этим воинам было больно и обидно за то, что было сделано когда-то давно и даже не ими.

- Тэя, да прольется её свет на всех нас, очень добрая предвечная... слишком добрая. А те времена, надо понимать... - дворф поднял голову на Ялазара, оценивая того и удовлетворенно кивнув, будто придя к какому-то выводу, указал на него толстым, словно рукоять меча, пальцем. - Ты явно знаешь, что такое война, даром что борода твоя коротка. Ты видел погребальные костры, языки пламени, которых лижут низкие тучи над полем прошедшего боя. В те времена битв, сражения гремели каждый день и не как здесь: среди шуток, да песен, а по колено в крови, грязи и трупах. Трупах врагов, трупах друзей... родных. В каждом, даже самом захолустном очаге, самой забытой, чахлой деревне, бил скорбный набат по тем, чья нить жизни оборвалась. Возы с телами текли рекой с северных границ нескончаемым потоком. Чем глубже наши великие предки загоняли этих алчущих крови тварей в бесплодные земли, тем злее и отчаяние становилось их сопротивление. И Тэя, как говорят легенды, что плакала над убитыми каждый день, в какой-то момент не выдержала, приказав генералам остановить эту бойню.

- Остановиться в самом конце? Когда уже добивали врага? - Ялазар покачал головой.

- Не суди наших предков, сын человеческий и не думай, что умнее тех, кто окружал богиню. Там смышленей нас с тобой полководцы жили. И если они решили закончить войну, значит на то были веские причины.

- Это не конец войны, а просто передышка, которую вы дали врагам.

- Или усыпили их бдительность. - парировал другой, седой как лунь, дворф. - Посмотри на Башни Дуэлистов юноша. Ты видишь, какой силой наполнены они? Кровь и боль питает их, но также честь, отвага, доблесть, огонь в сердцах, а ведь это, лишь небольшая часть из возможного. Здесь никто не гибнет, никто не впадает в черное отчаяние и не теряет рассудок, как было, когда мы шли на север. В те времена, черная магия была тысячекратно сильнее, а руны, что ковали наши мастера на древнем оружии шипят и плавят Тонкий Мир своей злобой даже сейчас, по прошествии почти тысячи лет. Оглянись сколько молодых, сильных воинов и магов только в нашем лагере. А во времена войны со старыми богами, в деревнях оставалось едва ли по десятку живых. Некоторые королевства вовсе вымирали от болезней и голода. Империя Тэи сейчас процветает и растет, в то время, как Северные владыки опять передрались между собой, едва угроза их уничтожения отступила. От того они угасают, медлено, но неизбежно.

Он глубоко затянулся из толстой, витиеватой трубки, гравированной сценой горных пиков и облаков, и ухмыльнувшись, закончил:

- Потому, мальчик, нам просто судить, сидя здесь и сейчас: сытыми, сильными и хмельными. Нам неведомы голод с лишениями, сквозь которые пришлось пройти тем, кто штурмовал последние твердыни темных богов древней Вардемы.

Вик с Ялом переглянулись. Уж им-то, как никому из здесь присутствующих, было все это знакомо. Спорить не стали, так как в словах старого дворфа было зерно немалой мудрости. Вместо того, чтобы губить последних своих подданных в "священной войне", Тэя и ее генералы действительно, на сегодняшний день, уже практически сумели победить, не сражаясь.

Первый дворф продолжил:

- Впрочем, как понимаете, те, кто остался в лапах своих жестоких хозяев на севере, такое положение дел восприняли, как предательство. Они сражались с ними бок о бок, многие десятки, а то и сотни лет, а в конце, их бросили на произвол судьбы.

- Ну не все! - ударив кулаком о бревно на котором сидел, недовольно возразил самый молодой, с короткой, каштановой бородой дворф. - Мы, да и шадралы никогда не оставляли таргов одних, поставляя по подземным трактам и по небесной глади им все, что было нужно.

Взгляд усатого дворфа ясно говорил: "Да, чтобы они сражались вместо нас". Но вслух он произнес совсем другое:

- Наверное, поэтому мы едва ли не единственные из благословенных земель, кого тарги не ненавит так уж сильно. Но сути это не меняет. Тарги ненавидят старых богов за свое порабощение. Тарги ненавидят пантеон Тэи за предательство. Тарги ненавидят почти всех за то, что пока мы здесь живем в благодати и свете предвечных, они ведут свою вечную войну, с каждым годом озлобляясь все сильнее. Их сердца теперь холоднее глубинного камня, а ярость, текущая в их венах, заставляет, даже получив смертельное ранение, продолжать сражаться. Тарги учавствуют в празднике битв, но не ради победы, а чтобы напомнить нам о нашем предательстве.

Старый дворф провел рукой по лицу, прошептав что-то, вроде молитвы, но так тихо, что никто вокруг не услышал слов.

- В своей ненависти они нашли смысл жизни. И этот огонь спалил дотла их души, оставив от тех лишь мертвый пепел.

Все это время Беата молчала, пряча глаза. Было видно, как ей некомфортно и даже не от того, что она слышит столь крамольные речи в адрес своих повелительниц, а потому, что ей видимо нечего было на них возразить. Викар лишь крепче обнял её. Не в его силах было что-то тут исправить. Внезапно он вспомнил, что когда-то уже бывал недалеко от границ Северных Земель.

- А вам ведомо такое место, как крепость Эхо Войны?

- Ха, ведомо ли нам? - хлопнул себя по колену усатый дворф. - Одна из последних, возведенных во времена Эпохи Изгнанников, очертившую одну из границ, которую не дозволено преступать "темным" и их поганым слугам. Вотчина клана благородного тана Гроина. Поговаривают, его великие предки четырнадцать лет держали оборону под натиском живых мертвецов и призраков, что нескончаемым потоком на них бросали проклятые владыки пустошей, в последней попытке отвоевать себе хоть немного прежних владений. Но дворфы выдержили и сломали хребет их избранному чемпиону тьмы!

Воспоминание о славной победе приободрило сынов подгорного племени. Плавно разговор ушел в другое русло. Дворфы спрашивали откуда пришел отряд Вика, а сами рассказывали о чудесах их цитаделей, ближайшая из которых оказалась совсем близко. В каком-то месяце пути западней Кальдеры. И там тоже сейчас проводился праздник Месяца Битв. Но тут, на побережье, гораздо интересней, ибо попасть сюда, не в пример проще, а значит, претендентов, с которыми можно сразиться в разы больше.

Когда сумерки укрыли ближайшие склоны и тени от костра заплясали бешеным танцем по окрестным палаткам, гномы откланялись, и перехватив поудобнее топоры, вновь отправились к Башням Дуэлистов. Браслеты на широких запястьях уже давно погасли и им не суждено было стать чемпионами в этом году, но кажется, такие мелочи их нисколько не волновали. Они просто хотели как следует подраться после сытного ужина.

- Ладно. - подвел итог Викариан, когда они остались одни, видя, что никто больше не собирается составить им компанию. - Кто ещё что сегодня узнал? Тор, как успехи?

- Узнал о правилах и нюансах, будут вопросы спрашивай. Если коротко: нам надо четыре раза победить, бросив или приняв вызов. Не проиграть ни разу. Предлагаю выбирать слабых противников и по завершению, отбыть на Калери'Юна.

Беата возразила:

- Привлечем очень много внимания, если так поступим. К тому же, за пределами власти арбитров нам может бросить вызов любой, независимо от того, в каком состоянии сам чемпион находится. Даже пока тот спит. То есть буквально, маг сноходец может вызвать тебя на бой во сне и шансов не будет никаких его одолеть.

- Значит, надо держаться подальше вообще от всех. - холодно резюмировал Мрачный.

- Поглядим, как пойдет. - подвел черту под начавшимся было спором Вик. - К тому же, тут Башни Дуэлистов излечивают наши раны, а за пределами их влияния, такого не будет. Лучше мы попробуем так распределить бои здесь, чтобы минимизировать их количество. Будем сами выбирать себе противников, не дожидаясь, пока нам бросят вызов. А когда это будет сделано, тогда и посмотрим.

Он взглянул в сторону, где сейчас скрытый лагерем претендентов, находился шатер золотого рыцаря.

- Ясно. Тор, отличная работа! У кого ещё какие успехи? Беата?

- Я попыталась найти шадрала из видения. Нашла место, где расположилась знать и правители местных земель. Они не упускают возможности присутствовать на празднике, попутно решая политические вопросы. - ответила та. - Но если с подпаленной шкурой тут много драконидов, то вот подпиленных рогов, я не видела ни у одного. Завтра попробую узнать о виденных вами чемпионах побольше. Не сомневаюсь, что они чьи-то фавориты. По крайней мере, некоторые из них так точно.

Леадея, видя что настало её очередь, отставила чашку с горячим настоем трав. Её связь с Тонким Миром была сильна и потому неудивительно, что она сосредоточилась на изучении присутствующих магов, попутно выявляя слабейших из них. Не сказать, чтобы ей удалось выяснить что-то сильно важное, но все же, нашла парочку претендентов, которые слишком уж сильно полагались на одну сторону магии, почти полностью игнорируя все прочие. По её мнению, такое нежелание расширять кругозор, было явной слабостью. Викар же не был столь уверен, но спорить не стал.

Только Ялазар безмятежно пожал плечами. Он так же, как и Вик, просто весь день слонялся по лагерю, слушая кто о чем говорит и наблюдая за сражениями. По его словам, ничего ценного не узнал, но блеск в его глазах говорил о каком-то коварном замысле, который он собирался привести в исполнение в ближайшее время. Впрочем, если пока решил умолчать, значит на то были свои причины.

Треск костра, звон котелков и детский смех постепенно стихали. Вечер сменила ночь и сияющие луны показались на небосклоне. Располагаться на ночлег стали, когда внезапно вернулись слегка помятые, но крайне довольные дворфы. Как оказалось, они облюбовали ту же палатку, что и Вик с товарищами. Место внутри хватило всем, но после очередного ужина и доброй бочонки пива, храпящие под боком гномы громко рыгали, храпели, сопели, и вообще, всячески выражали свою воинственность, но уже во сне. Большей части отряда это нисколько не мешало, однако несчастная Беатрис, не привыкшая к такому, никак не могла уснуть и в конце концов, Вик, сжалившись над ней, настоял, чтобы та шла отдыхать в зону, где почивали владыки. Он не сомневался, что ученицу Силики там с радостью примут. Для порядка поприпиравшись, девушка радостно упорхнула к высоким золотистым шпилям палаток знати, благодарно поцеловав Вика на прощание.

А тот, больше не чувствуя вращающегося тела под боком, наконец-то смог спокойно уснуть, краем глаза заметив, что повелитель костей скользнул из палатки обратно к костру, где как раз убиралась миловидная рыжая девчушка. Вик сонно пожал плечами и позволил сну увлечь его за собой.


* * *


На следующее утро все было так же, как вчера: грохот посуды, крики, смех, звон оружия и песни менестрелей. Праздник продолжался. Лучи утреннего солнца, пробиваясь сквозь щели палатки, ласково будили ее обитателей ото сладкого сна. Ялу, кажется, на этот раз не перепало и он дрых рядом. А вот гномов же и след простыл.

Выбравшись из палатки, Викариан вдохнул прохладный, свежий, насыщенный ароматами трав и угасающего костра, воздух полной грудью. Весна только начиналась, но солнце уже щедро дарило тепло, предвещая очередной жаркий день, а лазурное море, хоть и холодное, манило искупаться.

Парень огляделся, ища где бы утолить утренний голод, который неслабо так раздразнил исходящий откуда-то неподалеку аромат свежей выпечки. Он едва не споткнулся о стоявший у входа внушительный чан, доверху наполненный монетами. Табличка с надписью: "пожертвования на праздник" приглашала всех желающих внести свой вклад в общее веселье. Вроде бы вчера Беата, не раздумывая, опустила в котел десять золотых монет. Вик справедливо рассудил, что такой платы за них всех было более, чем достаточно, а потому, уже внимательно смотря под ноги, двинулся к бурлящему неподалеку котелку, в надежде найти там перекусить.

- Ты знаешь... - раздалось позади него сонное кряхтение. Повелитель костей усердно изображал старика и у него, надо сказать, неплохо получалось. - Твой золотой воздыхатель, ну тот, что хотел тебе вчера морду набить, оказывается в гномьих доспехах ходит. То есть, пробить его шансов вообще никаких не будет.

- С чего ты взял? - не оборачиваясь, подойдя котелку, в котором к разочарованию парня оказался всего лишь горячий настой трав, спросил Вик.

Ял выбрался из палатки и благодарно принял переданную ему чашку с пахучим варевом:

- Да под утро с ними разговорились. Я, промежду прочим, восхитился доспехами "золотого" мальчика, что хотел тебя закопать в первый же день. А они так зарделись, залыбились во все свои оставшиеся три зуба... на пятерых, что тут без слов ясно, сковал доспех кто-то из их племени.

- Все равно не понимаю, почему ты решил, что это их работа?

- Так этож дворфы, если кто-то превозносит работу, сделанную не их мастерами, они непременно сообщат, что гном бы сделал лучше.

Логика в словах была. Подгорный народ действительно любил, небезосновательно, похвастать своим мастерством и не терпел когда кого-то хвалили больше.

- Кстати, Вик, у тебя случайно нет странного желания с кем-нибудь подраться? - пригубив из чашки поинтересовался Ял. - Я не шучу. У меня второй день руки буквально чешутся.

- Скорее всего, это остаточный фон от постоянно пульсирующих нитей магии. - раздался голос вынырнувшей откудато из-за угла Леадеи, идущей рука об руку Беатой. Они несли деревянные подносы с горой лепешек и румяных пирожков. Пока парни спали, девушки уже успели проснуться, умыться, причесаться и вообще, выглядели так, будто находились не в походном лагере, а собирались на светский раут. Да ещё и раздобыли им завтрак.

Поставив еду на ствол дерева, вырезанный в форме лавки, Лея продолжила:

- Башни Дуэлистов ни что иное, как обелиски, собирающие силу, причем постоянно. Только одна магия крови бьет по Тонкому Миру так, что её эхо отдается в сердце каждого в радиусе лиг двадцать, если не больше. А теперь ешьте, день обещает быть непростым.

На какое-то время воцарилась тишина, парни поблагодарив за еду самозабвенно уплетали за обе щеки. Тор, незаметно появившийся из ниоткуда, так же приобщился к завтраку, в то время, как девушки что-то тихо обсуждали. Кажется, придворные новости или что-то вроде того.

Наконец, наевшись, отряд стал думать, что делать дальше:

- Честно говоря, я был поражен размерами лагеря и многолюдностью. - сообщил Викариан. - Вчера за полдня не сумел обойти и половины. Это в принципе неплохо, вряд ли чемпионы с других концов придут к нам бросать вызов, а значит, приглядывать надо лишь за теми, кто обосновался поблизости. И того мы имеем: "золотую статую", злобного тарга, мастера боя и эльфийскую колдунью.

- Искательницу мудрости. - поправила его Беата. - Как я и думала, она действительно одна из фаворитов - ученица колдуна Сапфировой башни. Очень талантливая. Почти закончившая обучение, значит она без пяти минут как полноценный Мастер Ткач. Очень опасный противник. Молниями и "каменной кожей" она в бою не обойдется.

Вик кивнул, принимая во внимание сказанное.

- Ты, кстати, нашла кого-нибудь знакомого среди благородных, посетивших праздник?

Девушка отрицательно помотала головой:

- Ни сестер Силики, ни даже их посланников тут нет. Если будем искать помощи, то придется знакомства начинать с нуля. Вернее, есть одна Бледная Леди, ученица Темнии, но я с ними не особо знакома, они... довольно странные. - заметив заинтересованные взгляды, она добавила. - Темния - необычная богиня из Большого Пантеона. Она так любит жизнь, что даже боится её касаться, чтобы не навредить. В итоге, по какой-то странной логике, она решила, чтобы не навредить живым, она будет повелевать мертвыми.

- Чего? - у Вик чуть кусок лепешки изо рта не выпал.

- Ну да, я же говорю - странная логика. В общем, они не едят ничего живого, не используют животных, как скакунов или для работы и... вобщем, представь себе бледную тонкую фигуру с синеватой кожей. Верхом на мертвом, парящем над землей, костяке какого-нибудь крупного животного. При этом, мастерски владеющую силой загробного мира. Жутковато они выглядят, хотя сами являются милейшими и добрейшими девчушками. Что их так к Темнии тянет, не пойму, хоть убейте.

Через силу проглотив последний кусок, Викариан стряхнул крошки с начавшей расти щетины, отметил про себя, что стоило бы побриться.

- Они что, падальщики трупоеды? - в лоб спросил Ялазар, заставив теперь поперхнуться уже саму Беату. Та, закашлялась и замахала на него руками. Вик тут же подал ей свой недопитый травяной настой и та, благодарно приняв его, осушила чашку.

- Нет, боги тебя сохрани Ял, как ты такое вообще подумать мог?!

- Ну если они ничего живого не едят, значит едят мертвое. - заметил тот, его глазах плясали искорки смеха. Он явно подначивал Беату, воспринимающую его слова серьезно.

Та не поняла, что над ней подшучивают и на протяжении следующих десяти минут рассказывала о том, что перед приемом пищи они убеждаются в отсутствии живых организмов в их еде и только после этого приступают к трапезе.

Ял уже открыл было рот, чтобы сообщить о чем-то, но Викар легко стукнул его по локтю, сам едва сдерживая улыбку. Повелитель костей ухмыльнулся и промолчал.

- Ладно, - произнес он, - какие планы на сегодня?

Повисло секундное молчание и Викар решил высказать свою мысль:

- Пока я могу отдыхать пару дней, а у вас нет браслетов, мы можем, не опасаясь, перемещаться вокруг башен. Думаю, стоит ещё и этот день потратить на разведку, убедиться что тут больше нет серьезных противников. А завтра, предлагаю каждому из нас принять участие в турнире.

- Каждому? - с тревогой спросила Беата. Она явно хотела бы избежать участия в мордобое.

- Я говорю о себе, Яле, Торе и Леадее. От тебя, моя дорогая, будет в разы больше пользы в кругу нобилей, а не на ристалище. Пожалуй, твоя работа едва ли не важнеей всей нашей. Если все мы потерпим неудачу, - он огляделся, ища глазами рыцаря в золотом, - ты останешься нашей последней надеждой попасть в Янтарный Престол. Так что, твоей целью будет установить как можно больше знакомств и полезных контактов среди местной знати.

Налетевший ветер растрепал пурпурно-изумрудные пряди, частично скрыв лицо, но было заметно, какое облегчение испытала Беатриса, услышав поставленную ей задачу. Она не боялась сражений, но все же, когда могла, старалась избегать их. Её сильной стороной являлись эмпатия с добрым словом. Именно этим когда-то она привлекла Вика и тот, сейчас смотря на девушку вновь, как при первой встречи, не мог оторвать от неё взгляд. А она, с той же теплотой и нежностью, смотрела сейчас на него.

Хлопок по плечу вернул Вика в реальность, вырвав его разум из омута серо-голубых глаз.

- Тогда я пошел! - довольный эффектом, произнес поднявшийся на ноги повелитель костей. - Вам тоже засиживаться не рекомендую. Мы и так прибыли на праздник с опозданием в неделю. У нас их осталось всего три.

Беата, поцеловав Вика в щеку, тоже поднялась, видимо намереваясь приступить к выполнению своей роли. Она поправила слегка смявшееся платье, внимательно оглядев себя со всех сторон и вопросительно посмотрела на Леадею. Та сделала знак, мол "все в порядке, выглядишь отлично". Беата, на прощание помахав всем рукой, устремилась к высоким, украшенным драгоценностями, шпилям самых дорого выглядящих шатров.

- Ладно, двинули! - выдохнул Викар, тоже поднимаясь и чуть тише добавил. - Да поможет нам Тэя, в конце концов, именно её мы пытаемся сейчас спасти.


* * *


Тем же вечером, когда солнце нырнуло за горизонт, отряд вновь собрался возле бурлящего, булькающего котелка, исходящего запахами жареного мяса и картошки.

Вик даже не сразу признал Леадею. Видок у неё был еще тот. Волосы топорщились, опаленные с одной стороны, сама она выглядела так, будто не особо успешно пыталась отмыться от сажи и к тому же, постоянно икала облачками черного дыма.

- Что с тобой случилось? - едва сдерживаясь, чтобы не заржать, в голос осведомился Ялазар.

Вместо ответа, девушка в очередной раз икнула, показав красующийся на её руке браслет с тремя пока ещё тусклыми рунами. Это значило, что она сегодня вступила в турнир и выиграла свой первый бой.

- Ты че, с печкой сражалась? - гнусно хихикая, уже не в силах сдерживаться, продолжил издеваться повелитель костей. Он тоже поднял левую руку, на которой тоже виднелся браслет Претендента.

- Ну, в отличии от тебя, я хотя бы сражалась не против детей! - тут же встала на дыбы Леадея. - Много ли чести в победе над ребенком?!

Вик с удивлением посмотрел на Яла, как бы спрашивая: "это правда?" Тот, накладывая себе полную миску похлебки, как ни в чем не бывало, пожал плечами:

- У нас же задача победить, а не показать какие мы тут неимоверно честные и благородные? Победа есть победа.

- Он бросил вызов мальчонке, лет восьми, в сражении на каких-то камешках! - не унималась девушка, закашлявшись, от чего вокруг них тут же начало расползаться облачко черного тумана, полное оборванных нитей магии. Видимо остатки какого-то грубо разорванного заклятия, понял Вик. - Типо щелкали по очереди по камням, пытаясь попасть в лоб друг другу. Ну разумеется, этот здоровый дурень камнем ребенку лоб разбил!

- И замечу, тем победил! - наставительно подняв указательный палец, гордо почавкал набитым ртом Ял.

- Ты... ты! - Леадея задыхалась от накатившего на нее возмущения, но очередной приступ кашля прервал её отповедь негодяю, посмевшему обидеть ребенка.

"Негодяй" же, нисколько не смущаясь, демонстративно выпятил руку с браслетом так, чтобы девушка могла её видеть, за что тут же получил в лоб веткой, подвернувшейся под руку Лее. Вик успел испугаться, что в лицо девушке сейчас полетит чашка с горячим рагу, но к его облегчению, Ял лишь залился громким смехом, пытаясь свободной рукой закрыться от продолжавшегося лететь в него всего подряд.

- Лея, что с тобой?! - раздался голос Беаты.

Вид всклокоченной, подгоревшей молодой колдуньи, чьи глаза метали молнии, а сама она нещадно кашляла и икала одновременно, пытаясь попасть в сидящего напротив неё здоровяка и вправду вызвал бы вопросы у любого увидевшего её.

Беата тут же достала расческу и усадив подругу прямо, заставила ее отказаться, хотя бы на время, от благородной мести обидчику детей. Эльфийка принялась приводить ту в порядок, после чего, видимо отчаявшись, просто ухватила её за руку и потянула за собой туда, откуда сама только что пришла.

- Куда это они? - удивлено смотря вслед уходящим девушкам, поинтересовался Вик, не особо рассчитывая на ответ.

- Полагаю туда, где находятся шатры аристократи. Там несомненно есть что-то, вроде походной бани. - не отвлекаясь от ужина, подсказал Тор. На его руке так же был кожаный наруч с рунами. Значит, сегодня они все стали полноправными участниками турнира.

Прошедший день действительно оказался жарким и Викар сейчас сам был бы непротив смыть пыль и пот, но за все это время, они так и не удосужились поискать, где это можно сделать.

- Слушай, а что это за история ? Ты действительно бросил вызов ребенку?

Появившаяся улыбка Яла, уже готового что-то произнести на мгновение, задержалась на его лице, но после пары секунд молчания, сменилась выражением задумчивости. Видимо, он все же решил не отшучиваться в очередной раз, а объяснить по-нормальному:

- У нас есть задача. А если быть точнее, даже две. Первая, попасть в Янтарный Престол, любой ценой. - он долгим взглядом посмотрел на Вика. Тот медлено кивнул, соглашаясь, что возможно выбранный Ялом путь хоть и далеко от благородного, но явно эффективен, к тому же безопасен. - И второе, максимально отвести внимание от твоей Беатрисы, сосредоточив его на нас. А сосредоточить его можно либо великим победами, либо тем, что будут обсуждать все. Будем объективны, ни ты, ни скорее всего я, не способны будем одолеть местных чемпионов, вроде того же золото-задого. А значит, путь прославиться и заявить о себе у нас всего один. Ну покрайне мере, я пока что альтернативы не вижу.

- Но Беата же постояно проводит время с нами? Её видят в нашей компании...

- А вот тут ты ошибаешься. - перебил его Ял. - Ее постоянно, и днем, и ночью, видят в кругу аристократии. И лишь иногда, она прогуливается по остальному лагерю, составляя нам и другим претендентам, компанию, о чем, судя по твоей удивленной физиономии, ты и не догадывался. Так делает практически вся знать, прибывшая на праздник. Вик, дружище, твоя девушка сильно умнее всех нас вместе взятых и она с первого дня, как было решено не афишировать, что мы одна группа, великолепно слилась со сливками общества, ничем от тех не отличаясь. Благо ее воспитание и ум это позволяют.

А ведь правда. Викар как-то даже и не задумывался, что большую часть времени его ненаглядная проводит вдали от них. Весь день она общается в высших кругах, утром покидая высоких покровителей праздника, а на ночь, вновь возвращается под высокие своды шатров лендлордов и слуг пантеона.

Наверное, это было действительно самым грамотным поведением из возможного. В таком случае то, что делал Ял имело смысл. Пусть тот и прославится не самыми благородными поступками. Впрочем, сомнения у Вика все равно оставались. А зная Ялазара, он был совершенно уверен, что тот чего-то недоговаривает, играя в какую-то свою, изрядно веселившую его, игру.

- Ладно... победа есть победа. - наконец повторил слова повелителя костей парень, бросив на последнего подозрительный взгляд, который тот полностью проигнорировал, продолжая набивать брюхо. - Тор, вижу, что ты тоже получил браслет. Хорошо, значит шансы наши на победу растут.

- Я бы предложил вам заняться созданием защитных амулетов, вместо праздного шатания в последующие дни. - сухо, без единой эмоции, произнес Мрачный.

Парни, до этого за обе щеки уплетавшие ужин, одновременно остановились. Идея, высказанная Торунгом, была проста и гениальна одновременно, при этом, никому из них даже в голову не пришла. Ремесло создания защитных амулетов, то есть оберегов, которые блокировали часть направленной в их владельца магии, было широко распространена в Кеплере. Более того, без него казались немыслимыми никакие войны между тиранами полисов, так как, всего лишь одним удачным заклятием, можно было уничтожить всю атакующую армию.

Дикая магия и искажения эфира тоже представляли опасность, не говоря уже о бесчисленном сонме чудовищ, связанных с Вечным Океаном. От всего этого требовалась защита, а так как давать подобные знания своим рабам Тираны явно не собирались, в конце концов, это рано или поздно обернулось бы против них самих, они пожертвовали малым - открыли всем желающим тайны создания защитных амулетов.

Создавали их из всего, что попадалось под руку: камни, кости, глиняные черепки и прочее, что могло запечатлеть на себе простейшие защитные руны. Не стоит думать, что эти игрушки могли уберечь от чего-то серьезного, вроде открытия врат в бездну, такие чары должен был блокировать опытный колдун и никак иначе. Но вот от ливня огненных шаров или поля ядовитых трясин, растворяющего любого, кто в них наступит, спасти могло вполне.

- Здравая идея. - поддержал Вик. - Когда девушки вернутся, надо им посоветовать заняться тем же. А ты сам чем-то подобным занимаешься, Тор?

- Я не прекращал. - ответил тот, демонстрируя полную походную сумку с эликсирами и каменными пластинками. Хорошо, что Мрачный предложил это хотя бы сейчас и у них оставалось немало времени подготовиться.


* * *


Дни потекли пестрым калейдоскопом, в котором битвы сменялись несколькими сутками отдыха, вновь превращались в ураганы сражений. Безоблачная погода дарила много теплого света днем и приятную прохладу в ночные часы.

Идея Тора пришлась кстати, более того, Беату крайне заинтересовало искусство создания защитных амулетов, которое, к удивлению, в Вардеме почти небыло развито, ну или оставалось уделом отдельных Ткачей Чар, трепетно хранивших это знания. В итоге, девушки, итак проводившие немало времени вместе, теперь вообще могли часами создавать причудливые, невероятно красивые вещицы, сотканные из нитей чистой магии, материализованных в реальном мире. И кажется, их гораздо больше интересовал внешний вид творений, нежели эффективность защиты.

В отличии от Леадеи, способную даровать физическую оболочку течениям Тонкого Мира, Вику столь деликатные чары были неподвластны. Он делал все по-старинке. Ходил вокруг столов со снедью, котлов и выгребных ям, собирая более ли менее крупные, толстые кости животных, чем вызывал немало удивления. Иногда ему предлагали еду, ошибочно полагая, будто он голоден, но тот, краснея, отказывался, спеша укрыться подальше от любопытных глаз.

Зато, его поиски привлекли внимание племени полудиких оркойдов, расположившегося неподалеку. Они занимались примерно тем же, а после, из костей делали всякие обереги, да шаманские погремушки. Те, даже иногда приходили к Викариану обмениваться особо "красивыми" костями. Радоваться подобному или нет, парень откровенно говоря не знал.

Вторая неделя турнира пролетела в вихре сражений и подготовки к будущим битвам. Каждый день был наполнен напряженным азартом. Ну вернее, тот был у всех, кроме Ялазара, который продолжал донимать детей, каким-то образом раздобывших браслет претендента.

Как-то вечером, Ял с Тором, чей внешний вид казался слегка потрепанным, вернулись к ковырнувшему очередную кость Вику. У обоих красовалось по очередной сияющей руне на браслетах. Рассказы их диаметрально отличались друг от друга.

Мрачный сошелся в бою с горным берсерком полуогром. Мощным замахам гигантского молота своего противника, Тор противопоставил град быстрых, режущих ударов кривого меча. Каждый лишь слегка ранил, пуская кровь, но их было так много, что вскоре гигант стал терять силы. Бой все равно оказался непростым, да ещё и в конце, уже припавший на одно колено враг, ударив молотом по стоявшей рядом статуе и отколов от нее изрядный кусок, метнул его в Тора, умудрившись зацепить того. Но в конце концов, полуогр, истощенный и обессиленный, упал без сознания.

Столь красивая победа была встречена ликованием толпы и одобрением арбитра. Но теперь, грудь и плечо Тора перехватывали белые повязки, источавшие резкий запах целебных трав, а по коже расплывался огроменный, фиолетовый синяк.

- Ты в порядке? - озабоченно спросил Вик, двигаясь, чтобы товарищи могли сесть рядом.

Тот лишь отмахнулся, не считая наливающийся синяк за серьезное ранение.

Ялазар же, плюхнувшись рядом, с увлечением начал рассказывать о своей собственной победе всем находящимся вокруг. Причем, его совершенно не смутило, что тут же находилась и его "жертва" - девочка лет шестнадцати. Впрочем, рассказывал повелитель костей столь поэтично, будто против него вышла не юная особа, которой он предложил сразиться в нечто, похожее на салки, а самая настоящая богиня войны и их битва, несомненно, достойна войти в легенды!

Надо отдать должное, свою противницу Ял превознес так, что лицо той, все разумеется услышавшей, плавно приобретало свекольный отенок. При этом, она продолжала молчала сидеть, видя с каким восхищением на нее теперь смотрят все прочие дети и даже другие претенденты.

- Я столкнулся в бою с юной воительницей, грациозной и быстрой, словно сама смерть! Она сражалась, как одержимая. - высокий и звучный голос Ялазара был полон уважения к противнику. На лице не было ни тени ехидства, но лишь суровое уважение. - Да, её техника уникальна. Я до сих пор не могу понять, в чем секрет ее мастерства. Наш поединок был эпическим. До сих пор перед глазами мелькают её молниеносные движения и ловкие пируэты. С безупречной точностью, она предугадывала каждый мой финт, каждую хитрость, что я мог придумать, а сама двигалась, словно в танце смерти. Да поразят меня боги молнией на месте, если я вру!

Вик, сглотнув, втянул голову в плечи, украдкой поглядев на небо. Но разряд сверкающей энергии не ударил в макушку, обнаглевшему в край, повелителю костей и рассказ продолжался. Если бы молодой человек не знал в какой битве, на самом деле, участвовал его товарищ, наверное бы, как и все прочие, поверил, что девчушка обладает навыками непобедимого чемпиона. Он опустил голову так, чтобы никто не видел его улыбки.

Ялазар сделал драматическую паузу. Задумчивый и хмурый, поставил снятый шлем на лавку рядом, проведя рукой волосам, стиснув зубы, будто ему было больно вспоминать:

- Я недооценил воительницу и хоть, и одержал победу, но теперь тяжело ранен.

Он показал ногу и Вик обнаружил, что у того действительно забинтована лодыжка. Этот великовозрастный оболдуй умудрился подвернуть ногу, пока прыгал через скакалку, но вывернул все так, будто это ранение, полученное в настоящем бою.

Тор, жуя кусок сырого мяса, внимательно слушал всех, изредка поглядывая в сторону одной из ближних башен Дуэлистов. Его серебряные глаза что-то искали. Вик заметил его необычное поведение.

- Тебя что-то тревожит? - спросил он.

- Леядея бросила вызов одному из мастеров Вечного Океана. Они должны были уже начать дуэль, но что-то слишком тихо. - ответил он, поворачиваясь.

Битвы магов отличались красочностью и немалым количеством магии, вырвавшейся в реальный мир. Он был прав, все было как-то слишком спокойно, лишь пела сталь, изредка сталкиваясь друг с другом, в этот вечерний час. Дым от множества костров скрывал подножия башен, лежащих в неглубокой долине чуть южнее. Может быть они были там?

Словно в ответ на его незаданный вопрос, над вершиной той башни, куда смотрел Тор, раздался гулкий рокот. Над гребнем высоких, хотя и уже полуразрушенных зубцов, в рассеивающихся облаках розоватого тумана, стали видны две фигуры, стоящие друг напротив друга.

Шум у костра моментально смолк. Все присутствующие повскакивали с мест. Они все были соперниками, но когда в сражение вступал кто-то из тех, с кем они еженочно делили место у костра, болели именно за него, будто его победа становилась их общей. Леадею, к тому же, тут уже все знали и рассудительная, хотя немного вспыльчивая, девушка нравилась многим. И вот она вступила в свой второй бой.

С такого расстояния было сложно понять в деталях, что происходит. Кто-то достал длинные подзорные трубы, кто-то, как Тор, мог и без них прекрасно видеть все происходящее на башне. Но Вику тут надеяться было особо не на что, потому он довольствовался лишь размытыми образами, да комментариями тех, кто мог разглядеть получше. Правда, у него оставалось еще око инфернала, но на такой дистанции оно тоже несильно помогало.

Лея стояла, склонив голову, погруженная в глубокую медитацию. Резким движением, запустив руку в Тонкий Мир, где с лихвой зачерпнула текущую у корней строения мощь. Ее глаза засияли алым светом, тело переполнилось силой, в то время, как в астрале от неё, в сторону противника, рванулась тугая плеть колдовского огня. Заклятье нашло цель. Фигура, стоящая напротив, подернулась, словно оказалась мороком, пропуская удар сквозь себя.

Схватка началась стремительно. Мастер чар воспарил, облаченный в сияющую мантию силы, состоящую из сотен и тысяч нитей магии. Он, двигаясь по широкой дуге вокруг, принялся облетать вершину башни. Руки его задвигались в грациозном танце. Вокруг тотчас стали появляться порталы различной формы и размеров, наполненные изнутри бледно-розоватым свечением. Было совершенно неясно, куда они ведут и что скрывается за ними.

Внезапно, под ногами Леи треснула кладка, проваливаясь в зев очередного портала, но та, даже не пошевелилась, оставаясь недвижимо парить в воздухе. В своем мастерстве, она, как минимум, не отставала от противника. Ее магия сияла вокруг алыми шипами, пронзая расползающиеся пятна чужого колдовства, создавая щит и контратакуя сама.

Слева, рядом с высокой каменной стеной башни, появился особенно широкий зев, который принялся с силой урагана втягивать в себя все вокруг, кроме пожалуй своего создателя.

С грацией хищной птицы, Лея рванулась, выставив перед собой ладонь и тут же, гигантский, невидимый кулак ударил в противоположную сторону строения, над которым они сейчас парили. Огромные каменные глыбы, словно крупицы песка, разлетелись в разные стороны, большей частью угодив в воронку провала, которым пытались атаковать Леадею. Одних из особо крупных осколков забил внутрь и самого мастера порталов. Все остальные, малые прорехи в реальности, тут же принялись лопаться, словно мыльные пузыри, потеряв связь с создателем. От самой башни остался лишь каменный полумесяц с неизвестно как держащимися остатками крыши.

Что ж, теперь становилось ясно, почему здесь так много руин башен, мельком подумал Викариан. Наверное, к концу праздника, тут вообще камня на камне не останется, если маги продолжат в том же духе.

Толпа разразилась ликующими криками. Лея начала плавно спускаться вниз к земле, грациозно и величественно. Но прежде, чем её ноги коснулись тверди, точно под ней раскрылся еще один портал. Теперь в глубине его разлилось и булькало нечто зеленое, дымящееся, и девушка, не успев ухватиться за край новорожденного прохода, пропала в его чреве.

Радостные крики тут же стихли. Кажется, бой ещё не был окончен и теперь продолжился где-то в другом месте. Чо там происходило, небыло ведомо даже Вику. Око инфернала показывало лишь вырывающиеся потоки силы из колышущейся, словно желе, глотки порта. Схватка продолжилась, скрытая от глаз зрителей. Магические проходы открывались и закрывались. Искры магической энергии летели во все стороны, наполняя воздух гулом.

Прошло не меньше минуты, прежде чем Тонкий Мир успокоился. Над остекленевший мерцающей гладью появились сначала руки, потом верхняя часть, а потом и вся Леадея. От неё буквально шел пар. Она, с раздражением, топнула ножкой и пасть, из которой она только что выбралась, вспыхнув небольшим пузырем, булькнув, захлопнулась. Новая руна сияла на ее браслете, знаменуя очередную победу.

По возвращению, абсолютно все, в радиусе нескольких сотен шатров, чествовали победу девушки, как одну из самых красивых и необычных магических схваток.

- Как тебе удалось одолеть такого мастера? - когда толпа поклонников и появившихся воздыхателей наконец схлынула, спросил у неё Вик.

- Задавила интеллектом. - устало ответила она, усмехнувшись, старательно расчесывая черные, словно воронье крыло, волосы. Потом уже серьезней выдохнула. - Фух. Я действительно задавила его. Я так и первую битву выиграла. Только, к сожалению, не интеллектом. Эти-то ребята побольше моего знают о Тонком Мире. Но вот драться до конца, до самого предела, идя в размен, через боль, через не могу... этому их тут не учат. Что в первый раз, когда это поганец пытался утопить меня в смоляном тумане, что щас, в этой отвратительной, розовой дыре-лабиринте. Я просто набрала в себя столько магической силы, что думала, у меня сердце лопнет от напряжения и молотом чистой энергии ударила по противнику. Раз, другой, третий, в конце концов, выбив все желание продолжать биться у обоих. Хех, они начинали метаться из стороны в сторону, пытаясь увернуться. Видимо, я неслабо им так по мозгам-то приложила, раз мысли все выбила. Ну, а когда ты начинаешь паниковать, находясь в Тонком Мире, все, тебе конец.

- Выходит, ты размазала их, как горный тролль овцу? А я думал ты у нас мастер изящного боя. - подколол её Ялазар, хотя было видно, что он искренне рад её победе.

- Видят боги, я хотела победить красиво, но похоже, опыт Кеплера здесь подходит мне больше. Никто из местных просто не знает, как противостоять самой банальной, грубой силе. Ну вернее из тех, с кем мы сражались. Может тут конечно и встречаются более опытные мастера, но я пока видела только одну подобную.

- Ты - просто молодец. Что бы там Ял не говорил, но такой красивой победы, я уж точно не видел. - похвалил её Вик, поднявшись и помахав остающимся у костра рукой. Завтра ему предстоял свой собственный бой, стоило отдохнуть. Девушка благодарно улыбнулась, помахав в ответ.


* * *


Викар шел по направлению к аренам. Сегодня ему, во что бы то ни стало, надо провести бой, иначе появлялся риск, что ему бросит вызов тот, с кем он справиться уже не сможет. Проблема была в выборе противника. Кто-то уже сражался, а кого-то, как того же, сидевшего на камне возле башен, настоящего холмового великана, все просто обходили стороной, не желая связываться.

С утра, перед выходом, он попросил Лею наложить чары защиты от стрел на его кольчугу. Формально, помогать друг другу не было запрещено. Так что теперь, наравне с некоторым количеством созданных им костяных амулетов от магии, он хотя бы мог особо не беспокоиться насчет дальнего боя.

Парень шел бодрым шагом, чем привлекал внимание многих, кто был бы не прочь испытать свои силы в бою с ним, но специально не останавливался, скользя взглядом по окрестностям, ища того, кого, по его мнению, было бы проще одолеть. Ненароком, ему в голову закралась мысль, что тактика Ялазара-то, на самом деле, ой как неплоха, но вот уверенности, что он не сгорит от стыда, побеждая детей, у него не было. Это подавителей учили отключать чувства, а ему такое было не дано.

Пару раз, он едва не натыкался на притаившихся колдунов. Те, словно пауки, в засаде ждали неосторожную жертву за очередной статуей, щедро разбросанными вокруг.

Кстати, это с первого дня поражало парня. Оказывается, эти статуи появлялись сами по себе, когда осколки башен, напитанные магической силой, сливались с эмоциями людей, слушавших очередной интересный рассказ бардов. Камни принимали форму того, что вызвало наибольший отклик в умах живых, отчего поля битвы наполнились скульптурами - настоящими шедеврами искусства.

Он ступил на тропу, ведущую к очередной арене, из вставших на дыбы острых сталагмитов. Его сердце билось в унисон с возбужденной толпой позади, подогреваемое запахами пота, крови и нарастающим чувством неутолимого азарта. Зрители, жаждущие зрелищ, встретили его громкими криками, их голоса сливались в единый рев. Впрочем, его ли они приветствовали?

Внезапно, из ближайшего овражка, как тень, выскочило существо, похожее на помесь человека и демона. Викариан едва не выругался в голос. Вот уж с кем он точно бы сейчас не хотел сражаться, так это с ним. Тарг.

Его глаза горели, а голова, увенчанная могучими, толстыми, роговыми наростами, угрожающе наклонилась, завидев парня. Когтистая рука крепко сжала раздвоенное копье жуткого вида, когда он, не спеша, двинулся в сторону Вика. Тот же, притворившись, что ничего не заметил, моментально свернул в противоположную сторону, наплевав на придирчивость и ища хоть кого-то, кому он успеет бросить вызов, прежде чем гость из северных земель снесет ему голову.

Видимо, в этот день сама удача была на его стороне. Не пройдя и сотни шагов, парень почти врезался в другого, вышедшего ему наперерез, воина. Вид у него был грозный. Тяжелая кираса без рукавов, стальные поножи с такими же сабатонами, небольшой щит, копье и короткий широкий меч. Голову венчал красивый шлем с красным плюмажем, от уха до уха. Мужчина был высоким и мускулистым, его суровое лицо отражало решимость. Кулак ударил по кирасе в приветствии, видимо он тоже искал себе противника.

- Я - Велий, центурион южных городов. - голосом, которым явно привык отдавать приказы, зычно произнес он, на мгновение даже заглушив грохот сражений вокруг.

- Викар. - коротко ответил Вик, краем глаз пытаясь увидеть, что же там с таргом, но безрезультатно. Парень автоматически протянул кулак вперед для приветствия. Его тело действовало само, пока разум пытался понять, куда делся гораздо более опасный противник.

Велий, с непониманием, посмотрел на незнакомый жест приветствия. Слегка поколебавшись, он протянул свою руку и ударил своим кулаком о кулак. В этот момент, Вика словно обожгло и он с молниеносной скоростью, превосходящей даже скорость мысли, направил уже знакомое заклятие паралича в конечность доверчивого центуриона.

Эффект был предсказуем. Рука Велия оказалась скованной по плечо. Тот, с удивлением, посмотрел сначала на неё, а потом на обманувшего его мальчишку. Его глаза сузились, но если он и хотел напугать Викара, то у него ничего не вышло. Тот, не теряя времени, подскочил к центуриону и наложил еще несколько обездвиживающих заклинаний, после чего, легонько толкнул окаменевшее тело, заставив с грохотом упасть.

Со стороны некоторых зрителей послышался хохот, те видимо не ожидали, будто кто-то может снова попасться на этот трюк. Похоже, лежащий сейчас на земле страж южных городов оказался одним из тех, кто о коварстве Вика был ещё не в курсе. Велий, лежа на земле, попытался оглядеться, поняв, что голова последнее, чем он еще мог пошевелить. Он внезапно расхохотался. Его хриплый смех казался совершенно искренним.

- Малец, ты подловил меня! Пустыня меня задери, ты молодец! Я сдаюсь! - к веселью в голосе теперь добавилось уважение. Он действительно не ожидал, что совсем ещё юноша сможет так легко одолеть его.

Руны на браслете центуриона вспыхнули изнутри, превратившись в выжженные, почерневшие ожоги на дубленой коже, в то время, как на браслете Вика засиял первый знак.

Парень распустил узлы силы, снимая парализацию, протянул руку, помогая поверженному противнику встать на ноги. Тот с готовностью принял помощь и поднявшись, хлопнул победителя по плечу:

- Прими мою благодарность.

Вик удивленно уставился на него:

- Благодарность? За что?

- За то, что напомнил, как плохо недооценивать противника. Сражение с тобой всего лишь отняло у меня победу в турнире, но допусти я такую ошибку в реальном бою, это стоило бы мне жизни. Так что спасибо тебе!

Он ещё раз хмыкнул, видимо пораженный собственной беспечностью и отправился обратно в лагерь, где его уже ждали одетые схожим образом солдаты. Кажется, никто из них особо не расстроился, а Вик про себя отметил, что хотя войн в Вардеме нет, но поди ж ты. Северные Земли полны зла. Южные города, у границ которых тоже не знаю покоя, если там приходится биться насмерть с кем-то. Не исключено, что есть и много иных мест, где сражения не дань традиции, а обыденность жизни.

За этими, захватившими его, мыслями парень вернулся обратно в лагерь, даже позабыв о том, что едва избежал схватки с опасным чемпионом, как раз из Северных Земель. Зрители его небольшой полянки были в восторге от поединка, а также его "коварство". Последнее качество здесь вовсе было в диковинку, отчего такие фокусы привлекали к себе немало внимания и даже нашло подражателей среди молодежи.

"Неплохое начало." - подумал Викариан, вспомнив о тарге. - "Но это только начало. Надо бы перечитать книгу, что мы вытащили из Фариза. Раз простейшее заклятие из неё принесло мне две легкие победы, может я смогу найти там и ещё что-нибудь столь же ценное."

К концу второй недели боев, по ещё одной руне получили Ял с Леадеей.

На этот раз, повелитель костей, который и так большую часть времени находился в центре внимания и заработавший репутацию бесчестного, но веселого мошенника с лукавой ухмылкой, опять отличился победой над подростком. На этот раз никто, даже арбитры, не смотрели осуждающе на него.

Его противником стал молодой, заносчивый юноша эльф, во всеуслышание бахвалявшийся перед сверстниками своим мастерством стрельбы из лука. Он стоял рядом с площадкой, где в воздух запускали мыльные шары, которые все желающие сбивали в полете, соревнуясь, как в точности, так и в скорости. Кто быстрее лопал их все, тот и побеждал.

Парнишка, облаченный в изумрудно-зеленый плащ, свысока смотрел на всех окружающих и даже неслышно появившегося у него за спиной Ялазара, он лишь смерил презрительным взглядом:

- Что, очередной деревенский кузнец?

Но повелитель костей, ничуть не смущаясь, ухмыльнулся и указав на браслет парня, где уже сияли две руны, вызвал того на поединок. В его руке был зажат несуразный, кривой, старый лук, с едва натянутой тетивой, да парой таких же кривых, белесых стрел, правда с необычными зазубренными костяными наконечниками.

Фыркнув, эльф сообщил, что он не такой дурак, чтобы сражаться с таким громилой, тем самым выдав, что за маской надменности скрывался страх. Похоже, по правилам все же юнцам дозволялось не принимать вызов от тех, с кем они не желали сражаться, пока у них на браслете не будет полноценного знака чемпиона. Однако, Ялазар примирительно поднял руки и предложил противнику самому выбрать то, в чем они будут соревноваться, при этом недвусмысленно кивнув в сторону свежей партии мыльных шаров, только что запущенной в небо.

Минуту на лице парнишке боролись эмоции опасения вылететь с турнира и проучить этого наглого хмыря, который даже оружие нормальное раздобыть не удосужился, бросая ему, мастеру-лучнику вызов.

Наконец, он согласился, решительно зашагав к черте для стрельбы. Тем вызвав у Яла на лице широченную, хищную улыбку, от которой у всех, кто её видел, побежали мурашки по спине. Сам заносчивый юнец лицезреть её не мог, так как уже накладывал стрелы на тетиву, готовясь получить легкую победу.

Шагах в двадцати, перед эльфом, ввысь воспарили переливающиеся всеми цветами радуги шарики, на внутренних стенках которых блестели хрустальные капли воды, с играющими на них солнечными лучами. Парень, криво ухмыльнувшись своим мыслям, резко натянул тетиву искусно сделанного лука и выпустил первую стрелу. Она пронзила один из шариков и освежающий дождик оросил траву вокруг. Не останавливаясь, он пустил ещё одну стрелу и следующую, и следующую за ней, пока все убегавшие в синеву небес пузырьки не превратились в росу под ногами.

Десять шаров, меньше чем за две секунды. Нужно было отдать должное, парнишка в свои года и вправду был мастером. Толпа замерла в ожидании ответа Ялазара.

Тот, не тратя времени, широко расставил ноги, притворно прицелился, так, что даже издали было видно, что он никуда не попадет и выпустил единственную стрелу. Слабо натянутая тетива даже не щелкнула, едва выплюнув ввысь сухое древко, которое начало тут же трескаться. Она пролетела бы мимо шариков, если бы в последний момент, каким-то непостижимым образом, не изменила траекторию и попала в самый дальний из них.

Видимо, столкновение с мыльным пузырем, стало последней каплей для сухой ветки, из которой была сделана стрела и вслед за пораженной ей радужной сферой, та буквально взорвалась шрапнелью острых деревянных осколков, отчего все остальные шары вокруг так же полопались. Все это заняло меньше полсекунды, оставив зрителей и самого эльфа смотреть на произошедшее с открытыми ртами. Браслет паренька вспыхнул и погас навсегда, отдав свое сияние кожаному наружу повелителя костей.

Вовсе не лук, а костяной наконечник направил стрелу. Этот же наконечник взорвался первым, каждым своим осколком поразив все нужные цели. Вик, наблюдая за этим "соревнованием", лишь махнул рукой, даже решив не отчитывать товарища за столь явное жульничество. Сзади раздались яростные крики "нечестно", но Ялазар, громко смеясь, уже уходил, повернувшись спиной к пареньку, который чуть ли не плакал от досады. Толпа же, совсем не сочувствующая заносчивому мальцу, взорвалась аплодисментами, приветствуя очередной трюк беловолосого хитреца.

Лее противник тоже выдался хоть и грозный, но довольно прямолинейный. Правда на этот раз, она таки нашла того мага, что был, как она, готов идти до конца, используя силу по-полной, рискуя раствориться в ней, наслаждаясь этим пугающим ощущением.

Повелитель молний. Битва началась стремительно, в ослепляющей вспышке заклятия огромной силы. Враг обрушил на Леадею целый сноп молний, превращая их в единое, толщиной в локоть, копье из десятков ослепительных росчерков. Сухой травостой площадки, на которой они сошлись, вспыхнул, тут же превратившись в пылающее месиво. Но Леадея оказалась готова, возведя перед собой каменную стену, которая, хоть и рассыпалась под непрекращающимся потоком молний, подняла вокруг себя облако каменной крошки, застелив бурой пылью обзор.

Она переместилась за спину магу почти, застигнув того врасплох своим собственным заклятием в виде нескольких серебристых буранчиков, рванувшихся к телу жертвы, словно плети. Противник оказался расторопным. Он обрушил между собой и девушкой водопад сияющей стихии, шириной шагов в десять и длиной не менее ста. Вик в жизни не видел ничего подобного. В Кеплере, такое неминуемо привело бы к каскаду искажений, который, скорее всего, поглотил бы собственного создателя.

Вслед за слепящими потоками энергий, с небес на землю обрушился такой грохот статических разрядов, что на какое-то время все вокруг просто оглохли, а некоторые так и вовсе лишились чувств. Леадея пошатнулась, оглушенная, но не сломленная. Понимая, что на дальней дистанции, с повелевающим такой мощью, ей справится точно не удастся, она материализовалась прямо перед магом. Для этого ей пришлось пройти через Тонкий Мир, в котором сейчас бушевали силы разрушения и появившись в реальном пространстве, она выглядела, так будто в нее попала молния. Волосы стояли дыбом, а от подпаленой одежды шел черный дым. Используя заклинание Викариана, когда только научилась, девушка со всей силы ударила противника кулаком в челюсть. Однако, она не просто переняла пару раз виденое ей заклятие, но и улучшила его. Простой удар, без каких-либо затей, моментально парализовал повелителя молний от макушки до пяток. Тот, крутанувшись на месте, упал во все еще тлеющую вокруг них траву.

Чародей, широко раскрытыми глазами, глядел, не в силах ничего произнести и кажется, не имея возможности даже дышать, так как начал потихоньку синеть. Леадея тут же расплела часть узлов заклятия. Она и сама не ожидала насколько эффективным получится её гамбит.

Это был триумф. Такое мастерство, находчивость и решимость, оказались отмечены и зрителями, и её поверженным противником.

А вот Тору повезло не так.

Первый бой, против статного молодого воителя в кожаной кирасе, вооруженного копьем, вышел для него довольно простым. Первой же стрелой, он сумел поразить противника, пронзив его буквально насквозь и пока тот кашлял кровью, хватаясь за пробитую грудь, Тор, как тень, подскочил к врагу и приставил кривое лезвие клинка к горлу, не оставляя шанса на спасение, заставляя признать поражение.

Зато, во второй раз, ему попался тот самый, виденный ранее, Дендрик Скиталец. И уж этот бой прошел совсем не по плану. Первые удары остались за Тором. Стрелы летели в Мастера Боя, но тот с нечеловеческой скоростью, впрочем, человек ли он вообще, отбивал их голыми руками. После чего, резко рванув вперед, увернулся от удара кривого клинка крест на крест и призвав себе в помощь силу Вечного Океана, ударил уже сам, двумя кулаками в грудь Торунгу.

В Тонком Мире это выглядело так, будто две сияющие шаровые молнии, собранные из множества цветов силы, окутали кулаки Дендрика. Поразив врага, они буквально выбили астральное тело Тора из его физического. Вик видел, как сияющий огонек жизни, на мгновение, покинул свою бренную оболочку, но сила места, на котором они сражались, тут же вернула его обратно

Удар проломил броню и ребра Мрачного, отшвырнув того назад с такой силой, что он пролетел не меньше двух десятков шагов, разбивая спиной попавшиеся у него на пути каменные статуи. Несмотря на то, что он перед каждым боем тщательно готовился, принимал усиливающие эликсиры и правил броню, ничто из этого не помогло пережить удар такой мощи. Обломок каменной стены остановил полет тела, теперь напоминавшего безжизненную соломенную куклу. Тут даже не надо было напрягаться, чтобы понять - бой окончен. Подняться без посторонней помощи Тор уже не смог и сейчас залечивал раны, лежа в палатке, обласканный вниманием девушек.

Неделя выдалась непростой, а еще требовалось одержать минимум по одной победе. К тому же, дело усугубилось потерей одного из их команды. Впрочем, Торунг не шибко расстроился, если ему вообще было знакомо такое чувство. Наконец-то он мог вернуться к тому, в чем он был лучше всех прочих: шпионажу, алхимии и тайным махинациям.


* * *


Солнце, пробиваясь сквозь пышную листву деревьев, озаряло шумную площадь, где собралась толпа, жаждущая зрелищ. Викариан вынужден был забраться в небольшой лесок на самой опушке Башен Дуэлистов, вовремя заметив, что в его сторону, с пугающе целеустремленностью, двигается рыцарь в золотом. Тот жаждал сразиться с ним. Что-то подсказывало, что защита от стрел Леи, наложенная с утра, против двуручного меча не сильно поможет.

- Проклятие... - процедил сквозь зубы парень. Кажется, его нехитрая маскировка совсем не помогала и противник быстро сокращал дистанцию. За ним, след в след, двигалась его свита, в том числе и первый рыцарь, побежденный Виком на турнире. Не иначе хотел сам поглядеть, как расправятся с его обидчиком. - Да чтоб тебя Ял! Ну надо было тебе науськать меня на этого обидчивого?

План скрыться в листве не удался и молодой человек стал пятиться, выползая из кустов, как вдруг, натолкнулся на что-то спиной.

- Ой! - пискнуло "что-то" молодым, девичьим голоском.

Резко обернувшись, Вак обнаружил себя стоящим нос к носу с невысокой, миловидной девушкой в плаще, под цвет окружающей зелени, с перекинутым через грудь луком и коротким стилетом на поясе. Он вспомнил, что совсем недавно в их часть лагеря прибыл небольшой караван этой расы. Их звали шатри. Дальние родственники детей звезд - эльфов. Но в отличии от последних, не обремененные мудростью вечной жизни, отчего были веселыми и больше напоминали кочующий табор, нежели остроухих гордецов. Кстати об ушах, вместо обычных, заостренных эльфийских, у шатри они напоминали уши плюшевых медведей, торчащие на макушке. Хотя, у некоторых из них росли ещё и ветвистые оленьи рожки.

Глаза Викара впились в браслет на руке девушке, на котором ещё небыло ни одной руны, но тот явно был активным. Похоже, она так же искала с кем-бы сразиться.

- Какая удача... - прохрипел, севшим от напряжения голосом, парень.

Глаза девушки округлились и она отступила на пару шагов назад. Вид, вылезшего из кустов, всего в репьях, хрипящего и едва ли не радостно пускающего слюну от встречи с ней мужика, не на шутку напугал ту и она вот-вот готова была броситься бежать. Но не успела.

- Вызываю тебя на битву! - прокаркал Вик, указывая на нее рукой с браслетом.

Судя по лицу шатри, предложение не вызвало у той особой радости, но деваться оказалось некуда и она, нехотя, поклонилась, соглашаясь на поединок.

Они вышли на центр растрескавшейся каменной площадки, видимо некогда бывшей основанием огромного фонтана. Краем глаза Викариан заметил, что рыцарь в золотых доспехах остановился. Даже с такого расстояния чувствовалось его разочарование с досадой. Чуть-чуть не поймал.

Викар, не сумев сдержать улыбки, протянул девушке кулак, в знак приветствия, как делал уже несколько раз до этого. Однако, шатри, сообразительная и осторожная, подозрительно посмотрев на протянутую руку, молча покачал головой, отказавшись от предложения. Похоже, ей уже кто-то рассказал об этом трюке. Парень скривился, развел руки, как бы говоря, "начнем".

Шатри молниеносно отскочила в ближайшие кусты, откуда они только что выбрались, сливаясь с окружающей зеленью. Тут же две серебристые стрелы, не задев ни единого листка, одна за другой устремились в сторону Вика, но не долетев пары шагов, застряли в магическом барьере Леадеи, словно угодив в вязкую патоку.

Не теряя времени, Вик полной горстью зачерпнул из реки силы, текущей в основание ближайшей башни, не сильно выбирая, что за стихия попалась ему под руку, направив вспышку магии на колчан шатри. Глаз человека не смог бы разглядеть тонкую фигуру в переплетении гибких ветвей, но скрыться от его Ока Инфернала так просто не получилось.

Стрелы взорвались деревянной щепой, а ударная волна оглушила и выбросила шатри вперед, из ее укрытия. Вик, не колеблясь, метнул два кинжала, метя одним в плечо, а другим в глаз врагу. Оба клинка достигли цели и девушка упала безжизненным кулем в нескольких шагах от него. Хрупкое тело сотрясали конвульсии, но чары арен не позволили ей умереть, высвободив из тела костяные клинки, тут же залечив самые опасные раны. Вик не сильно задумывался, что только что выиграл в очередной раз. Ему было почти стыдно за такую победу над слабым, явно не его уровня, противником. Но их цель была важнее моральных терзаний.

Он подбежал к девушке и помог той поднятся, предложил сопроводить её до своих, на что та, поблагодарив, отказалась. Несколько пар рук сородичей уже поддерживали её. Викар даже не заметил, как они оказались рядом. Похоже, они действительно были родственниками эльфам.

Только сейчас, он вновь обратил внимание на приветственные крики и поздравления, звучавшие в его адрес. Как ни странно, такая победа многим пришлась по душе. Даже рыцарь в золотом, прежде чем обернуться и вернуться восвояси, поднял громадный меч, салютуя Вику. Тот, как мог, ответил одним из своих кинжалов, размером с ладонь, отчего вся сцена напоминала какой-то абсурд. Молодой человек решил не углубляться в такие мысли, ведь он выиграл ещё немного времени и ему оставалось победить всего один раз.

Через пару дней, Ял, чья слава коварного и бесчестного мошенника уже не давала ему легкой добычи, нашел достойного противника.

Юный паренек, щуплый, да неказистый, но с горящими глазами, сам бросил ему вызов, чем вызвал у повелителя костей немалое удивление.

Аура паренька сияла ярким чистым светом, а бой оказался долгим и напряженным, отчего арена их сражения собрала вокруг себя громадную толпу зевак.

Впрочем, сражение не закончилось в первые же секунды, лишь потому, что Ялазар не ставил своей целью победить соперника, а взялся прямо во время сражения обучать его. И не чему-нибудь, а техникам его ордена Подавителей, как понял внимательно следивший за происходящим Викариан. Ял открывал секреты навыков мастеров Кеплера, используя бой, как возможность научить. Его удары были точны, но не смертельны, он показывал пареньку азы мастерства охотников на магов. Юный же боец, хоть и не блистал каким-то особым талантом, схватывал каждое движение, и яростно сражался, не сдавая ни пяди. Его глаза горели азартом, но вместо решимости отомстить за поверженных одногодок, теперь в них виделось веселье и неподдельный интерес.

В конце концов, после почти часа боя, Ял, разумеется, взял верх. Он обезоружил своего противника, но не стал добивать, а лишь кивнул ему в знак уважения. В глазах его оппонента читалась благодарность и жажда совершенствоваться.


* * *


На третью неделю, как всегда в нужный момент, то есть почти под самый конец, Викариану внезапно пришло на ум, что наличие рядом столь сильных течений магии, вполне позволит собрать ему эссенции стихий при помощи его алхимического амулета.

Конечно же, Ялазар не преминул подколоть его о "быстроте мысли" и "своевременной находчивости". Вик вяло огрызнулся, но не стал вдаваться в полемику, предпочитая больше не терять времени, отправившись в сторону Башен Дуэлистов. Попутно решив подыскать очередную жертву для боя. Время поджимало, три дня положенного отдыха уже давно закончились и не хотелось бы получить вызов от какого-нибудь полновесного чемпиона.

Он, словно одержимый, метался вдали от основных сражений, ища наиболее широкие потоки магии, а найдя такой, тут же погружал в него амулет. Сейчас в его поясной сумке уже лежало три небольших, переливающиеся иномирным светом, сферы: темная - эссенцию боли, алая - эссенцию крови. И, к своему удивлению, собранная из особо мощного пучка силы, эссенция желудочных коликов, сиречь поноса. Это несколько озадачило парня и он решил пока вернуться в лагерь, чтобы обдумать, где такое вообще можно применить.

Погруженный в свои мысли он совершенно утратил бдительность, за что незамедлительно последовало наказание.

На его плечо легла нежная женская рука. Вик обернулся, увидев перед собой прекрасную, светловолосую Искательницу Мудрости.

От неё исходил божественный аромат нежнейших цветов, но самого Викара в этот момент, присутствие данной особы рядом, наполнило ледяным ужасом. Браслет на ее руке носил три живые руны. Чемпион. Фаворит. Ученица Магистра Сапфировой Башни. Да даже Вечный Океан вокруг неё тек настолько спокойно и мощно, что рожденные иномирной силой создания проявлялись в реальном мире в виде сияющих огнем бабочек, словно золотая бахрома, парящих вокруг неё.

"Мне конец." - пронеслось в голове Вика. Он с трудом подавил крамольную мысль кинуть в девушку сферу с говном и бросится наутек.

- Значит, вы хотите попасть в Янтарный Престол? - мелодичный голос оплетал плюшем, усыпляя, заставляя мысли тонуть в нежной трясине гипнотического морока.

Несмотря на то, что день был теплый, Вика начал бить озноб. Он все видел в озорных глазах эльфийки. Она все знает, ну или по крайней мере, догадывается зачем они тут.

- А кто не хочет? Почти все же здесь за этим. - Вик попытался отшутится, скрыть волнение, но улыбка получилась какой могла бы быть у мыши, попавший в логово к змее.

- Правда? - Девушко томно приоткрыла очаровательный ротик, обнажив в улыбке ряд идеально белых, ровных зубов. - Таких захватывающих баек, как о вас насочиняли, можно услышать, разве что о том злюке тарге, да молодом преторианце.

Несмотря на то, что попытка ещё и соблазнить Вика не удалась, мысли парня все равно, то вязли в тенетах чарующего голоса, то начинали лихорадочно скакать, ища способ избежать дуэли со столь грозным противником.

Однако, к его удивлению, Искательница, вместо того, чтобы тут же бросить ему вызов, задумчиво провела пальцами по булатной пластине на его груди и убрала руку.

- Вик. - назвала она его по имени. Парень сглотнул подкативший к горлу ком. Не к добру это. Он чувствовал, сейчас последует предложение, от которого невозможно отказаться. - Я могла бы вызвать тебя на бой немедленно, лишив тебя возможности победить в турнире. Но мне этого не нужно. А вот что действительно меня интересует, это дева, что сопровождает тебя. Леадея.

Парень удивленно моргнул. Чем могла колдунья-самоучка из Кеплера, привыкшая силой прошибать стены, заинтересовать будущую магистра-ткача, чьи чары являлись венцом грациозной и грандиозной эффективности.

- Лея?

- Да. Лея. Я хотела бы пообщаться или сразиться с ней. Скажем так, это научный интерес, в конце концов, я ищу чудеса по всему миру, а твоя, и особенно её стили магии... Мне ещё ни разу не доводилось видеть ничего похожего. Он посмотрела куда-то за спину парня и в её глазах опять зажегся озорной огонек. - Если ты согласишься, в качестве благодарности можешь бросить вызов, к примеру, ей.

Вик "обливаясь" холодным потом повернулся и так, и застыл. Позади него стояла ещё одна особа неземной красоты. Тоже эльфийка. Но если Искательница Мудрости была одета в легкое, серебряное платье, окруженное ожившими, магическими созданиями, то внешний вид второй, напротив, был самим воплощением красоты в строгости.

Стальной доспех цвета золота осенней листвы изобиловал вензелями и орнаментом, подчеркивая стройную, подтянутую фигуру. Рука в белой перчатке покоилась на эфесе изящной, отливающей невероятной чистоты серебром, сабли. Лицо же, точеное, аристократичное не выражало вообще никаких эмоций, но при это на щеке виднелся тонкий, старый шрам. Боевой. Заживший неровно. В Вардеме, да даже в Кеплере, такие шрамы можно было легко убрать магией, но девушка видимо намеренно оставила его. Вот только зачем? Как напоминание?

А ещё, у неё на запястье небыло браслета.

- Ты закончила валять дурака? Беатриса ждет нас. - голос новоприбывшей был сильным, но лишенным эмоций, хотя судя по сказанному, все же она была недовольна.

Вика, словно током ударило, но он нечеловеческим усилием сохранил прежнее выражение лица. Так, похоже эта особа, сейчас с холодком смотревшая на Искательницу, действительно была из аристократов и не принимала участие в турнире, но зато знала его Беату.

В голову закралось подозрение, что предположение бросить вызов аристократке, не более чем шпилька со стороны Искательница, причем именно в сторону благородной особы, а вовсе не в ему. Между девушками похоже шел безмолвный диалог, которому он случайно стал свидетелем. Вся ситуация казалась крайне подозрительной и непонятной. Их поведение, явное подстрекательство, отсутствие браслета претендента - все это говорило о том, что они преследовала свои цели. Впрочем, как и Вик с товарищами.

Лагерь вокруг жил своей обычной жизнью, чувством праздника и свободы. Свободы быть собой, сбросить ограничения, что сковывали таланты законами светлого мира. Вокруг костров, пылающих ярким пламенем, пели скальды, гремели песни, лились хмельные реки. В воздухе витал запах жареного мяса, меда и пряностей.

Парень, не сильно любивший политические игры, хотел поскорее закончить весь этот фарс. Вот только остался вопрос, как поступить. Выбор то ему дали, только был ли этот выбор на самом деле? Хотя, в принципе, если подумать, не такой уж сложный выбор, учитывая что Лея сама хотела познакомиться с Искательницей Мудрости.

- Хорошо. - стараясь сохранять спокойствие в голосе, произнес молодой человек. - Думаю Лея и сама была бы не против встретиться с вами. Вы, кажется, не мало сведущи в магических искусствах, а для нашей спутницы даже разговоры об этом доставляют огромную радость.

- Ох, как это чудесно! Значит мы, несомненно, найдем о чем поболтать после схватки! - чуть не захлопала в ладоши от воодушевления Искательница Мудрости. По эльфам сложно судить об их возрасте, но конкретно эта милая особа, похоже, сохранила частичку детской непринужденности, что резко контрастировало с серьезностью той иномирной мощи, которой ей дано было повелевать.

Он не был уверен, что сражение вызовет у Леадеи такие же эмоции, но она получит от этого хотя бы знания, в отличи от него, который получил бы лишь позорный проигрыш, да необходимость целую неделю зализывать раны.

Один вопрос решился. Но вот стоит ли поддаваться на провокацию и бросать вызов другой эльфийке?

Откровенно говоря, Викариан не знал, что делать. Он не знал ни этикета, ни правил обращения к подобным ей. А то, что дева в золотом была не простых кровей, он почему-то даже не сомневался.

Высокая, статная, с ледяными, голубыми глазами и серебряно-золотыми волосами, частью рассыпанными по плечам, а частью, заплетенными в замысловатую косу. Она будто бы сияла изнутри. Невозмутимость и манера держать себя в окружении, которое явно было ей не по душе, при этом, не выказывая ни толики брезгливости, говорили либо о дипломатическом таланте, либо об опыте.

Он поклонился ей и произнес:

- Ваша милость, мое имя - Викариан. Я не могу просить принять мой вызов. Я простой воин. - добавил он в конце, надеясь, что это несколько смягчит его отказ. - Я служу владычице Силике и дуэли сейчас, не моя цель. Они лишь средства ее достижения.

Получилось, даже лучше, чем он ожидал. Стоявшая рядом Искательница Мудрости заинтересованно приподняла бровь, но та, к которой он обращался, оставалась все так же невозмутима.

- Викариан? - голос эльфийки был мелодичным и холодным, как горный ручей. - Имя мое - Арариель Эльдиви, герцогиня Шепчущих Крон. Я рада, что мы избежали этого недоразумения.

Последние слова, казалось, относились вовсе не к его несостоявшемуся вызову, а в сторону сереброволосой озорницы. Герцогиня и бровью не повела, но что-то в ее голосе все же указало на истинную причину нахождения среди палаток претендентов.

В этот момент в разговор вмешалась вторая эльфийка. Менее статная, чем Арариель, но с живыми, карими глазами и озорной улыбкой:

- Прошу прощения, что так невежественно вторгаюсь в ваш разговор. - сказала она. - Но как же столь чтимый вами дуэльный кодекс? Я предложила честный обмен поединками свой на его. Неужели, сей благородный воин, теперь останется без сатисфакции?

Она точно издевалась. Вик, на лице которого уже проступил пот от тщетных попыток понять происходящее, открыл было рот, но не успел вымолвить и слова. Глаза Арариель обратились к говорившей. Если бы взгляд мог замораживать, то лед сейчас сковал бы половину лагеря за спиной Искательницы.

- Невежество прощено. - промолвила аристократка, видимо пытаясь подколоть собеседницу, что впрочем ей не удалось. - Но мой ответ дан и он не изменится.

Повисшая было тишина закончилась также внезапно, как наступила:

- Ну и ладно... - улыбнулась магесса, потянув Вика за рукав. - Идем! Я все еще жажду встречи с вашим юным дарованием.

Вик облегченно вздохнул. Он не был обязан ни с кем драться, но теперь предстояло как-то объясняться с Леадеей относительно навязанной дуэли.

- Идемте. Я провожу вас. - сказал парень, выбрав самый длинный обходной путь, надеясь, что за это время сможет что-нибудь ещё придумать. К его немалому удивлению, благородная Эльдиви молча двинулась вслед за ними.

Они пробирались сквозь толпу, стараясь не задеть ни чей-то локоть, ни кружку с пивом. Левая рука Викариана, под плащом, все еще надежно сжимала тот злополучный шарик с эссенцией желудочных коликов. Но несмотря ни на что, он был рад, что не пришлось биться ни с одной из девушек.

Как он ни старался придумать хоть мало мальски толковый или выполнимый план, ему так это и не удалось, потому к палаткам их отряда молодой человек подходил понурив голову, полный мрачных дум.

Около костра сидел Ялазар, как всегда в окружении местной детворы, скальдов, а также тех самых, встреченных им в самом начале праздника, дворфов. Воины подгорного народа, несмотря на свой проигрыш еще в первые дни, все еще с радостью бросались в сражения при первой же возможности уже просто ради развлечения.

Едва завидев двух красоток, идущих рядом с Вакарианом, повелитель костей поднялся на ноги и с галантной улыбкой, растянувшейся до ушей, двинулся им навстречу.

- Позвольте мне приветствовать вас, прекрасные дамы, у нашего скромного очага. - промурлыкал он, хотя судя по взгляду понял, что фаворитка Сапфировой Башни тут оказалась не просто так. Он указал протертое сотнями прикосновений бревно, с которого только что сам вскочил. - Присаживайтесь. Не хотите ли перекусить? Мы только что поймали совсем свежую крысу! Похлебка получилась особо нажористой.

Хрюкающее хихиканье, перемешанное с "фуканьем" и сдавленным смешкамим раздалось вокруг. План Яла не сработал. Так просто этих двух дочерей народа звезд было не отпугнуть.

Смерив Ялазара холодным взглядом, Арариель прошествовала к предложенному месту, с поистине царской грацией опустившись на него. Искательница Мудрости, напротив, хихикнула:

- Спасибо, рыцарь. - сказала она. - Ваше предложение заманчиво, но мы здесь немного по-другой причине.

Она взглянула на Вика, но тот уже и сам искал глазами Леадею, проверив оком инфернала окружающее пространство. Той нигде не было видно. Он заглянул в палатку. Внутри, несмотря на день снаружи, царила тьма. На полу был расстелен ковер, а в углу тлели остатки угольков. Вик огляделся, но кроме храпящего в дальнем конце мужчины никого не заметил.

- Слушай Ял, а где Лея...

- Желаете супу, герцогиня? - внезапно раздался ехидный голос Ялазара.

Вик в ужасе обернулся. С его неугомонного товарища стало бы бросить в суп, для правдоподобности, пару настоящих крысиных хвостов. Но к его облегчению, Ялазар держал в руках совершенно ничем не примечательную чашку, до краев наполненную похлебкой.

Видя реакцию парня, тот ухмыльнулся, мол "я же все-таки не такой дурак".

- Наша неугомонная с утра не появлялась. - он указал в сторону небольшого каменного амфитеатра по склону выше. - Там. Вроде она последние дни собирает толпы народу и чему-то их учит. Не спрашивай чему, я не в курсе.

Подойдя к сидящим у костра эльфийкам, Вик виновато развел руками:

- Боюсь, мне придется поискать Лею чуть дольше. Вы не против подождать? - в нем теплилась надежда, что дамы могут оказаться заняты и удастся избежать сражения, но те никуда не торопились и согласились составить компанию Ялазару, отчего он сам и продолжавшие хихикать над его потугами в галантность детвора с дворфами, остались в полнейшем восторге.

Вик, покинув вновь ожививший разговорами бивак, направился в сторону, куда указал товарищ, надеясь по пути наткнуться на Торунга. Он помнил, что тот любит уединение, часто уходя бродить по окрестностям. Но не нашел его ни у костров, ни под сенью деревьев, пока не вспомнил, что Мрачный все еще не отошел от последней схватки с Мастером Боя. Видимо, он-то как раз и храпел в дальнем углу палатки.

Вдруг, парень услышал тихий смех. Звук доносился из каменной рукотворной чаши прямо посреди нескольких шатров, скрытых за пышными кустами. Вик подошел ближе, раздвинув листву и замер, пораженный увиденным.

В центре амфитеатра, под лучами заходящего солнца, сидела Леадея. Она улыбалась, глядя на маленькие фигурки каких-то грызунов, снующие у ее ног. Они, то и дело подлетали к девушке, прикасаясь к ней своими крохотными лапками. Роились вокруг, как пчелы вокруг улья, издавая еле слышные щебетания.

По периметру, на каменных ступенях, с сосредоточенными лицами, сидело множество ткачей чар разной силы и умений. Тут были, как незнакомые Вику маги, так и даже те, кого Лея одолела в бою. К примеру, тот самый приснопамятный мастер молний! Помимо прочего, на самых дальних лавочках он приметил Беатрису, которая изображала, что оказалась тут как-бы случайно, но все также внимательно перенимала искусство создания талисманов.

"Что ты делаешь?" - спросил Вик про себя, наблюдая за происходящим. Между ладонями Леадеи, не спеша, вращался в воздухе плоский диск, в котором без труда узнавалось блестящее основание очередной заготовки.

Леадея подняла голову, будто услышав его мысли. Он, невидимый за кустами для всех прочих, осторожно поманил её к себе. Девушка удивленно приподняла одну бровь, встала, извинилась перед смотревшими на нее во все глаза зрителями, сообщив, что вынуждена откланяться и пригласила на свое место видимо того, кто сумел наиболее точно и полно понять тонкости её уроков. Теперь, в окружении чирикающих магических хомяков, восседал небольшой гном маг в смешном колпачке-грибе и делал то же, что и Лея мгновения назад. Только вместо тонких пластинок, его защитные чары принимали образы то листика, то желудя.

Краем глаза парень заметил, что Беатрис незаметно для прочих поднялась и скрылась в толпе, видимо намереваясь следовать за ними.

- Вик! - тихо воскликнула Лея, тут же похвасташись своим браслетом претендента, на котором красовалось уже три руны. Теперь беспокоиться о девушке не стоило. Раз она сегодня кого-то победила, то ещё три дня никто не имеет право вызывать ее на бой. - Что случилось?

- Тебя искали. Слушай, а что это за существа? - спросил он, указывая на светящихся и испускающих из пушистых спинок что-то вроде перьев одуванчика, грызунов. Чтобы не говорить в лоб не самые приятные новости, Викариан решил зайти издалека.

Лея присела с ним рядом и посмотрела ему в глаза:

- Это кипри, ожившая часть магии Вардемы. Они не причиняют вреда, но очень любопытны. И отвечая на твой следующий вопрос, что я тут делаю, я учу их. Учу создавать амулеты защиты. Видишь?

Она протянула ему маленький амулет, сотканный из нитей света. Вик взял его в руки. Он ощущал исходящую от него теплоту и силу.

- Он прекрасен. - прошептал парень.

- Ага. А теперь, будь добр, скажи уже прямо, что это за секретность и зачем ты меня искал? Явно же не о местной фауне поговорить?

В проницательности ей не откажешь:

- Помнишь ты хотела побольше узнать об Искательнице Мудрости? - начал Викар. - В общем, это желание оказалось взаимно.

Он вкратце пересказал события, что с ним произошли, полагая, что Лея его осудит, но вместо этого, она вскочила, с силой потянув обратно к их палаткам.

- Так чего же мы тут сидим?! - всполошилась она, похоже жаждущая этой встречи едва ли не больше самой эльфийки. - Пошли быстрее!

- Ну... да. - буркнул несколько сбитый с толку таким напором Вик - И твоя новая руна будет очень кстати. Она хочет бросить тебе вызов.

Внезапно Лея остановилась, да так резко, что Вик налетел на неё:

- Мне-то она вызов уже не бросит, а тебе?

Непраздный вопрос застал его в расплох.

- Значит так. - быстро сориентировалась девушкка, махнув рукой в сторону туда, где Вик на мгновение заметил пурпурные локоны, прянувшие в тень далекого дерева. - Я сейчас иду в наш лагерь, а ты ищешь кому бросить вызов и пока третью руну не заработаешь, назад чтобы не возвращался.

- Д-да, хорошо. - опешил от приказного тона Викариан. - Тогда увидимся вечером.

Девушка кивнула. Но перед тем как упорхнуть все же улыбнувшись пожелала удачи.

Сказать оказалось проще, чем сделать. Битый час Вик искал кого-нибудь, кого мог бы без опаски вызвать на бой, не выпуская из виду место обитания Золотого Рыцаря и его скваеров, чтобы ненароком на тех не натолкнуться.

Вдруг, его окликнул ломающийся, но с уже прорезавшимися рычащими нотками голос. Вик обернулся, увидев перед собой мальчишку расы таргов, лет четырнадцати. Ростом тот был невысок, но поджарые, крепкие мускулы говорили о годах, проведенных в тренировках и закаленные в непростых испытаниях.

В его глазах горел вызов.

- Эй, ты! - крикнул мальчишка. Он поднял запястье, показывая две сияющие руны претендента. - Сразись со мной!

Вик был озадачен. Он не хотел драться с ребенком.

- Зачем? - спросил он. - Иди брось вызов кому-нибудь, кто тебе по силам.

Не то, чтобы он хотел задеть мальца, но хамство, сквозящее в голосе того, заставила Викариана огрызнуться. Лицо тарга перекосило от злобы. С трудом взяв себя в руки, тот процедил сквозь стиснутые зубы:

- Мой товарищ проиграл твоему беловолосому служке. - фыркнул мальчишка. - И я ищу мести за это оскорбление!

- Что ты несешь? Какому служке, у меня нет слуг... - непонимающе возразил Викариан. У него уж точно никаких слуг небыло, краем мысли отметив, что у тарга есть некий друг, то есть несмотря на их поганый характер, они все же понимаю, что такое дружба. Более того, он пришел мстить за друга, а это многое говорит о пареньке.

- Мне плевать, как ты зовешь его. Беловолосый великан вашей породы, что сражается только с детьми и подростками! Трус! - последнее слово он практически выкрикнул, привлекая внимание всех окружающих.

Вокруг начала собираться толпа зевак и уже слышались первые ставки. На мальца мало кто ставил, но все же были и такие.

Устало вздохнув, Викариан помассировал веки. Он не хотел причинять мальчишке боль, но и отступать было некуда. Да и в конце концов, зачем отказываться от удачи, когда она сама идет к нему в руки. Правда в последний момент, он одернул себя. Как бы не выглядел противник, нельзя повторить ошибку центуриона Велия, недооценив его.

- Хорошо, - сказал Викар, - но играть с тобой я не буду, биться будем всерьез.

Мальчишка ухмыльнулся.

- Не волнуйся. - пробормотал он. - Мы ещё посмотрим, кто из нас сегодня умоется кровью.

Они отошли от толпы, встав друг против друга. Вик, желавший покончить со всем побыстрее, сжал в руке коричневую сферу желудочных колик, готовясь встретить атаку. Мальчишка же, к его удивлению, выхватил из-за пояса полуторный меч и сжав тот двумя руками, встал в почти идеальную боевую стойку.

- Начали! - крикнул тарг и бросился в атаку. Да так резво, что за пару шагов сократил дистанцию между ними вдвое.

Вик не ожидал такой прыти. Впрочем уворачиваться от удара он пока и не планировал, позволяя мальчишке разогнаться как следует, чтобы тому было сложнее увернуться. Наконец, Вик улучил идеальный момент и метнул в противника коричневую бомбочку.

Мальчишка даже не подумал уворачиваться героически приняв грудью вражеский снаряд. То, что это была большая ошибка, он понял почти сразу. Из сцепленных зубов вырвался скулящий вой боли. Молодое тело дернулось в конвульсиях, заставляя кишечник выбросить все накопленое внутри, отвратительной чавкающей жижей уходя в кожаные штаны.

Вик видел в глазах, исполнившихся слезами от боли и унижения, такую ненависть, на которую не каждый житель Кеплера оказался бы способен. Он понял, что несколько просчитался. Да, мальца он унизил, но это лишь придало тому ещё больше мотивации изрубить обидчика на куски.

Однако, мотивация мотивацией, а сражение продолжалось и секундная заминка мальчика стала отличным шансом. Викар воспользовался этим, бросившись в контратаку, метнув кинжал в кисть правой руки противника. Тот вскрикнул, но моментально перехватил едва не выпавший меч левой рукой. Мальчишка, несмотря на рану, дрался яростно. Он ловко крутанул клинок и с размаху попытался полоснуть по шее обидчика.

Не сказать, чтобы такой удар сильно впечатлил Вика. Противник, несмотря на всю ярость, был ему не ровней и потому, решил действовать наверняка, чтобы закончить как можно быстрее. Нехотелось калечить, но выбора не оставалось.

Собрав всю магическую силу из мерно текущего потока прямо под ногами, Викар сотворил заклятие "вспышки". Силовой удар поразил мальчика теперь в левое запястье, с противным треском разорвав мышцы с сухожилиями, полностью отделив конечность от тела. Тот с криком, наконец, выронил меч.

Слезы боли и обиды упали на землю. Но даже раненый, малец не сдался. Он бросился на Вика, пытаясь проткнуть его рогами. Рога были совсем небольшими, но на них были начертаны письмена, которые как крюки на неводе цепляли за собой тонкие нити магии, формируя силу для готовящегося заклятия.

Вик увернулся от удара, не сильно напрягаясь. Боль со злостью застилали глаза атакующему его и пропустив мимо себя несущееся тело, парень с силой рубанул ладонью по затылку таргу, вложив в удар заклятие парализации.

Мальчик упал на землю, пропахав лицов небольшую борозду в жидкой грязи, теперь став коричневым и сверху, и снизу. Не в силах пошевелиться, он, яростно булькая, ругался на своем непонятном языке. Вик же, не спеша, подошел к нему и наступив ногой на правую руку мальца, вырвал свой все еще торчащий кинжал.

Новая руна победы украшала его наруч. Сомнительная победа, но мелкий сам бросил ему вызов. Вик развеял паралич. Мальчишка, чей браслет претендента уже потух, тут же вскочил завывая, вновь готовясь пойти в атаку, хотя бой уже закончился.

В этот момент, с боку раздался рык столь мощный, что у Вакара на секунду расфокусировалось зрение, а звереныш и вовсе рухнул на колени. Из толпы вышел могучий взрослый тарг, которого Викар уже видел раньше. Тот самый, от которого он сам не так давно пытался скрытся.

- Благодарю за помощь. - промямлил Вик. Ему не шибко хотелось продолжать сражение с уже покалеченным врагом.

Тарг смерил Вика испепеляющим взглядом, молча повернулся к мальчишке и грозно посмотрел на того. После чего, развернувшись, пошел прочь. Сцепив зубы, юноша подобрал свою оторванную кисть и превозмогая боль, поплелся за сородичем следом.

Победа не принесла удовлетворения, лишь усталость с ощущением грязи на руках. Утомленный и хмурый после изнурительного дня, Вик волочил ноги к ставшему уже почти родным костровищу. В его ушах все еще звучал оглушительный рык Тарга, а в душе царила тревога. Если его так легко нашла Искательница Мудрости, то с неменьшей легкостью его способен достать любой другой чемпион.

Он ступил на тень, отбрасываемую деревьями над их полянкой и прислушался к тому, что творилось в шатре. Изнутри доносились приглушенные голоса четырех девушек, те о чем-то оживленно беседовали. Вик не хотел подслушивать, а потому отошел от палатки и присел рядом с Ялазаром, который лениво развалился на траве, не сводя глаз с мерцающих звезд.

- Ну что, герой, - ухмыльнулся Ялазар, указав зажатой в зубах травинкой на новую руну на браслете, - победил?

- Победил. - буркнул Вик, стараясь не вспоминать кого и как.

- Ага, уже наслышаны и ты мне ещё что-то там говорил, что детей бить нельзя. - засмеялся Ялазар потягиваясь. - Это мелкий тарг еще долго будет задом доски над выгребной ямой полировать. Твое коварство за пределами моего понимания, как ты мог так унизить бедолагу?

- Я просто не хотел его калечить. - поморщился Вик. - Думал он сам сдастся как только... ну ты понял.

- Как только обосрется у всех на глазах и решит, что ты теперь его враг на всю оставшуюся жизнь? Гениальный ход. - он гоготал уже в полную силу и даже выплюнул травинку, чтобы ненароком не поперхнуться. Наконец, успокоившись, он махнул рукой. - Ладно, неважно. В этой игре главное победа. А ты стал чемпионом. Только это сейчас имеет значение.

- Чемпионом? - переспросил Вик, хмуро глядя на языки пламени, пляшущие в костре. - Таких как я ещё несколько сотен. Мне почему-то кажется, что только сейчас я и стал претендентом, а все до этого было так, разминка.

- Ну хоть кто-то из нас должен же им быть. - весело произнес Ял, показав свой потухший браслет.

Глаза Вика округлились:

- Что? Но как!?

Вместо ответа, Ялазар помахал рукой куда-то в сторону костра и ему оттуда в ответ замахал молодой парнишка с браслетом претендента без рун. Он выглядел бы вполне обычным мальчуганом, если бы не отсутствующие у него ноги. Вик вспомнил, этот малец на протяжении трех недель пытался добыть себе браслет претендента, бросая вызов другим юношам и девушкам, но воинских навыков ему не хватало, а магические дуэли никто из его сверстников принять не решался, боясь проиграть.

Поражение Ялазара, словно удар молнии, пронзило лагерь. Люди, которые раньше с опаской и недоверием относились к нему, теперь явно потеплели и охотно улыбались ему.

- Ты не подумай, этот парень выиграл честно. Я бросил ему вызов и предложил выбрать, как будем сражаться. Он выбрал магию, а ты же знаешь, у меня сейчас кости едва слушаются, так что победу этот боец, как никто другой, заслужил. - последние слова Яла сквозили уважением. - Победу, которую он несмотря на усмешки окружающих и собственные неудачи, он три недели пытался вырвать всеми силами. И таки получил!

- У нас теперь только два браслета. - констатировал Вик, не обвиняя товарища, а скорее даже гордясь им и его поступком.

Повелитель костей весело хлопнул его по плечу:

- Да плевать! - он приподнялся, опираясь на локти и оглядел смеющиеся, радостные лица, окружавшие их. - Вспомни дружище, что ты видел в глазах детей, когда мы заходили в любое селение Кеплера? Страх. Ненависть. Безумие, плещущееся в глубинах юного разума, пережившего за свои несколько зим ужасов столько, сколько не выпадет иному старику. А как смотрят на нас дети Вардемы? В их глазах мы не чудовища, не монстры, способные причинять лишь боль. Мы защитники и те, кем они хотели бы стать сами. Я не понимаю, как Тэе с сестрам удалось сотворить такое, излечить души от ненависти и зла, но видят боги, я хотел бы внести свой, хотя бы небольшой, вклад в их труд.

- Жаль, что в Кеплере все это бесполезно. - с мрачной обреченностью заметил Викариан, привалившись к бревну, на котором они обычно сидели.

Ял казалось задумался:

- Знаешь, а ведь я только что понял, что больше не ненавижу наш родной мир. Скорее, сочувствую ему. Но возможно, как часть Кеплера проникает сюда, каждый раз при нашем появлении, так и часть Вардемы может "заразить" добром наш дом и даже Зверя внутри детей Кеплера. Подавители давно научились бороться с Семенем Порчи в душах, но именно что бороться, ломать волю и дух существа, а не излечивать.

Вик приподнял бровь, не совсем понимая о чем речь.

Ял же указал в сторону Тора, аккуратно срезающего лепестки с очередного куста. Викар с удивлением обнаружил, что тот не калечит больше растения, не рвет с корнем и не срезает на чистую, приговаривая растения к смерти.

- Даже он... Три тысячи преисподен, даже этот старый, как говно окаменевшего гвара палач, слуга безумного Талтана, меняется здесь. Меняет свои привычки.

Викар вздохнул. Хотелось бы, чтобы это еще помогло им выполнить задачу:

- На нас лежит обязанность спасти все это... - начал молодой человек, намекая на то, что отданная неходячему пареньку победа может все сильно осложнить. Хотя эти слова ему приходилось из себя буквально выталкивать. Он полностью разделял мысли товарища.

- И мы сделаем это! - с абсолютной уверенностью ответл Ял, не дав договорить. Вик даже удивился такой пылкости. - Нам каждый раз удается то, что еще пару лет назад я считал совершенно невозможным. И сейчас справимся, к тому же, помнишь наш разговор на Калери'Юна? Кажется, у меня появилась одна идейка.

Он бросил взгляд на палатку, где все еще находились их прекрасные гостьи.

- Даже не думай... - начал было Вик, уже понимая, какую глупость задумал повелитель костей, но в этот момент из палатки вышла герцогиня Шепчущих Крон в сопровождении Беатрис. Парень тут же замолк.

Беата никак не отреагировала на их с Ялом присутствие, а вот Арариель, напротив, кивнула им холодно, но без надменности, прощаясь. Девушки тут же направились в сторону своей части лагеря, где сияли огни роскошных шатров.

Следом за ними вышла Хранительница Тайн, облаченная теперь в темные одежды, расшитые серебром, словно волшебная ткань, из которых она была сшита, решила под стать сумеркам скрыть свою хозяйку.

Она помахала им рукой на прощание и усмехнулась, увидев, как Вик показал ей браслет с тремя рунами.

- Удачи вам, Вик! - промолвила Хранительница Тайн. В ее глазах блеснул огонек озорства. - Она вам понадобится.

И с этими словами магесса удалилась, оставив после себя шлейф аромата лаванды и тайн.

Леадея же вышла из палатки намного позже всех, когда тьма уже полностью накрыла мир, окутывая его в своих прохладных объятиях. Костры, разбросанные по территории, словно сотни светлячков, мерцали в ночи, отбрасывая причудливые тени на полотняные стены шатров.

Она подсела к Вику с Ялазаром, но заговорила не сразу, дождавшись пока воин с суровым лицом и пронзительным взглядом, неспешно шагавший к своей палатке, скроется в ней. Понизив голос, сообщила им новости, не самые радостные, но вполне ожидаемые.

- Чемпионов - бесчисленное множество. Только в нашей части лагеря почти пять сотен. А следующая неделя знаменует начало боев только между ними. Если мы втроём хотим сохранить возможность попасть в Янтарный Престол, нам надо найти способ вообще не попадаться никому на глаза всю следующую неделю.

Ял обернулся к девушке, подняв руку с погасшим браслетом.

- Вдвоем. - на этот раз в его голосе не было усмешки, только сосредоточенное внимание. - Все это тебе сказала та Искательница Мудрости? Может она просто хочет от нас избавиться, как от конкурентов? Кстати, как её зовут-то вообще?

Лея, слегка скривившись от осознания, что шансов теперь у них ещё меньше, отрицательно покачала головой:

- Если бы она хотела чего-то подобного, то уже сегодня утром выбила бы Викара из турнира без проблем, да и меня чуть позже. Ее уровень владения течениями эфира за гранью моего понимания, по крайней мере, сейчас. - зачем-то добавила она задумчиво, а после, вынырнув из собственных мыслей, встрепенулась. - Что же до имени фаворитов, как я поняла, они должны быть скрыты, видимо по какому-то пакту, не позволяющему их разглашение.

- Кстати, мне показалось Арариель следила за Искательницей Мудрости и они явно друг друга знают. Странное у них какое-то общение выходило, будто старались постоянно поддеть друг друга. - вставил Викар, которому все не давала покоя эта мысль. Местное окружение ей явно было не по душе.

- Арариель - старшая сестра Искательницы. - пояснила Лея. - И она, скажем так, следит за кровью их рода. Понятия не имею, что это значит, но похоже, у них там какие-то внутрисемейные разногласия, в которые уж нам-то то точно лучше не лезть. В любом случае, я считаю, что нужно последовать совету и как можно скорее покинуть лагерь, иначе...

Она не договорила, но ее слова повисли в воздухе, словно тяжелый груз.

Вик и Ялазар переглянулись, понимая, что она права.

- Золотой Рыцарь будет охотиться за тобой Вик. - тихо добавила девушка, глядя на него. - Искательница сказала, что он одержим желанием сразиться с тобой и отомстить за поражение своего оруженосца.

- Чего ему-то не ймется? - буркнул парень, стиснув зубы, искренне не понимая причину такого внимания к своей персоне. - Ну ладно. И какие у нас есть варианты, помимо того, чтобы просто сбежать?


## Глава 8. Братство


Ночь прошла спокойно, но Викар так и не сомкнул глаз, размышляя что же делать дальше. Под самое утро, окончательно отчаявшись уснуть, осторожно, стараясь не разбудить спящих товарищей, вышел из палатки, мимоходом отметив, что постель Леи пуста.

На опушке далекого леса, где исполинские дубы сплели свои ветви в изумрудный шатер, виднелись биваки, подошедших к самому концу праздника. Как-то гуляя там, Викар отметил могучие стволы, покрытые причудливыми узорами коры, что возвышались подобно древним стражам, бдительно оберегающим Башни Дуэлистов. Вдали, за вершинами деревьев, устремились ввысь снежные пики гор, увенчанные короной из мерзлых туманов.

Сквозь плотные, налетевшие за прошедшую ночь облака, словно золотые нити, пробивались первые лучи рассветного солнца, рисуя на земле причудливые багровые и янтарные узоры. Погода явно стала прохладней, даром что вот-вот должна была миновать середина весны.

Сейчас, в тишине и спокойствии Вечного Океана, особенно хорошо чувствовалась невидимая вуаль магии, окутывающая лагерь, словно защитный плащ, оберегающая отдыхающих от непогоды и случайных чар, что могли сорваться со стороны мест сражений. В воздухе витали эманации силы, приглушая грохот редких сражений, идущих где-то ниже по склону.

В центре поляны, подобно сердцу мира, пылал костер. Пламя трепетало на легком ветерке, шуршала листва, лежащих рядом с огнем еще сырых хворостин, нашептывая песни о неведомых далях. Аромат свежего дыма, смешанный с хвойной смолой, щекотал ноздри, пробуждая уставшее от ночного бодрствования тело. Птичий хор, приветствуя новый день, оглашал округу пока ещё тихими трелями.

В столь ранний час, почти не было слышно ни привычного грохота посуды, ни звона мечей. В предрассветной дымке, где тени деревьев сплетались с клубами костра, Викариан заметил у огня одинокую стройную фигурку.

Леадея, слегка склонив голову, сидела у костра и плавными движениями, держа в руке вычурный деревянный гребень, расчесывала свою шикарную копну черных волос.

- Проснулась раньше всех или как, и я не могла уснуть? - поинтересовался севший напротив парень, попутно заглянув в пустой котелок, стоявший на земле.

Девушка приветливо улыбнулась, указав одними глазами на стоящую неподалеку бочку с чистой водой, намекая, что он мог бы и позаботиться об остальных, хотя бы вскипятив воду для травяного отвара.

Преувеличено горестно фыркнув, Викариан все же поднялся и взяв котелок, устало поплелся в указанную сторону. Когда он проходил мимо девушки, та задумчиво посмотрела на золотистую пластинку, слегка выбившуюся из-под закрывающего её браслета.

- Мне кажется или он действительно стал светиться намного слабее?

- Чего? - шмыгнув носом, переспросил молодой человек. Он не понял о чем речь, потому бросив взгляд на браслет претендента и не заметив никакой разницы решил переспросить. - По-моему, все так же. Все три руны на месте.

- Да я не о том. Твой... второй браслет.

Викар поставил уже наполненный котелок на землю и оттянув пальцем край кожаного наруча, посмотрел на ключ от тропы междумирья. Лея оказалась права. С каждой ночью песчинки неумолимо таяли и их становилось все меньше. Время в светлом мире неумолимо истекало, хорошо если хватит неделю.

Тихо выругавшись, Викар вновь вернулся к котелку и подвесив тот над костровищем, подкинул в огонь несколько сухих палок.

- Ты права. Осталось совсем немного и нас вернет обратно. Что ж, зато теперь точно понятно, что нужно делать. Похоже, больше нет времени чтобы тут веселиться. - ядовито произнес последние слово, понимая что совсем скоро такого веселья у них будет столько, что они взвоют. Придется залечивать раны и полагаться только на самих себя. Он снова сел, на этот раз серьезно посмотрев на девушку. - Слушай сейчас тебе надо будет сходить к Беате и взять у неё денег, так же попросить чтобы вечером нас ждал шлюп.

Он указал рукой в сторону леса.

- Каков план? - задала всего один вопрос Леадея, убирая гребень в поясную сумку и красивым движением откидывая за спину водопад иссиня черных волос.

Мысли Вика все ещё складывали мозаику будущих действий, но теперь они хотя бы приобретали более ли менее осмысленный вид и он поделился тем, что пришло ему на ум:

- Перво-наперво нужно покинуть лагерь как можно незаметней, после отправляться в Кальдеру. Для этого стоит приобрести хотя бы новые плащи, а то наши уж слишком примелькались. Особенно благодаря выходкам Яла.

Парень с девушкой, не сговариваясь, усмехнулись. Видимо Лея больше не злилась на беловолосого гиганта. Был ли тому причиной поступок повелителя костей или уже просто начала привыкать к нему, оставалось неясно. В любом случае, она согласилась, что это разумно скрыться как можно незаметней.

- Во вторых, уходить будем по одному: часть днем, часть ночью. Надо, чтобы корабль уже ждал нас, по-хорошему там же, где и высадил в прошлый раз. Ну и в третьих, Беатриса с нами не летит. Покинув лагерь таким образом и оставив её тут, мы, я надеюсь, максимально отведем от неё любые подозрения. Пожалуй, это пока все. Про остальное будем думать по пути в столицу.

Поднявшись на ноги, Лея лишь кивнула и повернулась чтобы уйти. Вик хотел было спросить, выпьет ли она перед уходом хотя бы горячего настоя, но поглядев, на еще не начавшую закипать воду, промолчал, позволив девушке бесшумно покинуть их постепенно просыпающийся постой.

Прошло не так уж много времени. Солнце едва-едва заползло на небосклон, тщетно пытаясь растолкать набежавшие серые тучки, когда Лея вернулась обратно, неся под плащем туго набитый кожаный кошель, а за спиной у неё виднелся здоровенный тугой сверток, крепко обмотанный бечевкой.

Остальная группа уже проснулась, неспешно завтракая свежими лепешками, принесенными поварятами.

Тор сидел, прислонив к плечу толстый посох, представлявший из себя, на самом деле, не более, чем ошкуренную крупную ветвь. Он чувствовал себя уже намного лучше, но все же предпочитал передвигаться лишний раз не травмируя едва сросшиеся ребра. Ялазар, вновь облаченный в броню из кости, хмуро молчал, сжимая в руке рукоять костяного меча. Оружие все также выглядело печально, что видимо и являлось причиной плохого настроения владельца.

К этому моменту, Викариан уже ввел их в детали плана и едва заметив девушку, поднялся ей навстречу, приняв довольно тяжелую поклажу. Теперь он буквально кожей чувствовал, как с каждой убывающей песчинкой браслета, слабеют силы, удерживающие их в Вардеме.

Вручив тугой сверток, Лея секунду поколебавшись, видимо не до конца веря, что эти великовозрастные оболтусы смогут сделать все правильно, все же отдала и мешок с деньгами.

- Беата сказала, что там тысяча монет золотом. Как я поняла, это довольно много.

- Мы можем потратить их все? - уточнил Тор. Его пронзительные серебряные глаза внимательно наблюдали за окружающим пространством, чтобы никто не мог их подслушать.

- Все. - коротко подтвердила Лея. Она повернулась к Вику, добавив. - Я не стала откладывать на потом, сразу забежала к местным торговцам, чтобы купить плащи. Не хватало нам ещё на это время терять.

Скорее всего, ей двигало не столько желание сберечь время, сколько опасение, что покупку доверят Ялазару и тогда их уход из лагеря превратится в пестрый карнавал. Судя по кислой физиономии Яла, понявшего, что найти новый неповторимый образ для группы ему не дадут, она попала в точку.

Тяжелый баул упал перед костром и на свет явились четыре серых, совершенно ничем непримечательных, теплых плаща в пол, с капюшонами. К ним, в довесок, на манер горжетов, так же шли маски, закрывающие нижнюю часть лица.

- А чего они все одинаковые ? - удивился Ял.

- Чтобы меньше привлекать внимание. А ты бы непременно накупил бы разноцветных, да? - решила поерничать девушка, но к её удивлению, повелитель костей посмотрел на неё таким взглядом, каким смотрят взрослые, на сделавшую какую-то глупость, ребенка.

- Разных, да. Представь, как незаметно будем выглядеть мы вчетвером, одетые в одинаковые плащи и скрывающие свои лица. Даже если мы разойдемся шагов на десять, приметить нас будет несложно.

Кажется, довод подействовал и торжествующая улыбка девушки погасла.

- Нестрашно. - поспешил подбодрить её Вик. - Они нам нужны лишь для того, чтобы покинуть лагерь, а уходить мы будем не все сразу. Лучше скажи, где будет ждать нас шлюп? Там же где высадил?

- Да, сегодня после восхода второй луны должен быть там.

- Отлично, тогда ты сейчас в палатке накинешь один из плащей и выдвинешься туда. У меня будет только одна просьба, так как часть из нас будет уходить ночью, а я вообще последним, будь так любезна, чтобы не заплутать, оставь по пути пару своих защитных амулетов.

Леадея согласно кивнула, подхватив плащ:

- Пойдешь по ним, как по путеводным камням. Поняла.

- Именно. - подтвердил парень, наблюдая как за девушкой задернулся полог, а уже через минуту на свет появилась, закутанная в непримечательный плащ фигура и быстро, не прощаясь, скользнула меж шатров в сторону леса.

Через несколько часов их место отдыха покинул Ял, так же незаметно ускользнув прочь, пока детвора, обычно по вечерам слушавшая его байки, не вернулась на отдых. Сейчас же большая часть зрителей грудилась вокруг обширных руин Башен Дуэлистов, что разбросали осколки своих стен на лиги вокруг. Никаких серьезных боев уже не шло. Чемпионы готовились к последней неделе, а все прочие просто наслаждались последними отведенными для веселья днями.

Последние две уцелевшие, крупные башни, своими остовами напоминавшие обломаные зубы, все ещё сопротивлялись притяжению земли и изодраные стяги многих приходивших захватывать их воинов, трепещущими тенями, накрывали близлежащие палатки.

Время текло словно смола. Закутанный в старый, потрепанный плащ, погруженный в свои мысли, Викариан пустым взглядом рассматривал поросшие мхом камни около бочек с водой, когда опираясь на свой импровизированный посох, Торунг поднялся на ноги.

- Пожалуй, я тоже буду выдвигаться, пока гости не увлекли нас в свои бесконечные беседы. - произнес он, сделав всего шаг от костра и тут же растворился в ночи, словно тень, оставляя после себя лишь едва слышный шорох шагов.

Гостями оказались приснопамятные дворфы, они как всегда пребывали в великолепном настроении и кажется, только что взяли непростую, но крайне достойную победу, отчего шумели и хохотали больше обычного, грозясь напоить всех в лагере в честь своего успеха.

Коренастые бородачи, раскидав на уже изрядно протертых бревнах непонятно откуда взятые шкуры, комфортно расположились вокруг костра, тут же занявшись приготовлением ужина. Аромат жареной оленины и крепкого пива разлился в воздухе, придавая месту уютную атмосферу, располагающую к разговорам.

Краему уха Вик уловил часть беседы. Говорили, что в глубине руин расположились наиболее рьяные чемпионы и там они планируют дать друг другу последний бой. Победителем же, чемпионом чемпионов нарекут того, кто к концу праздника останется стоять возле центральных башен и никого не подпустит к ним.

- Ну что, юный чемпион, мы будет болеть за тебя! - громыхнул в ухо Вику черноусый дворф, видимо заводила всей компании. - Шансов, скажу честно, у тебя немного, но я верю, что сражаться ты будешь, как истинный дворф! Раз уж ты знаком лично с Таном Гроином, то видать чем-то заслужил такую честь.

Он улыбался широченной, искренней улыбкой и Вику от того становилось тяжко на душе. Ему-то было прекрасно известно, что ни в каких последних боях участвовать не доведется. Когда запоют первые скрещенные клинки на следующей неделе, они уже будут далеко. А вот эти, сейчас по дружески хлопавшие его по плечам и предлагавшие очередную пинту холодного пива, весельчаки скорее всего разочаруются в нем.

Парень выдавил из себя улыбку, напомнив себе, что вот эти вот праздничные развлечения не более, чем блажь, а от него зависят жизни многих ныне живущих. Здоровая злость на собственную глупость, на то, что позволил себе на секунду размякнуть, поддавшись эмоциям, холодным потоком окатила парня, смывая всю слабость и жалость к себе.

Он поблагодарил дворфа за угощения, тут же с жадностью набросившись на оленину, запивая ее глотком ячменного пива, незабывая нахваливать весьма недурственную стряпню. И как бы, про между прочим, словно бы ему действительно было то интересно, спросил:

- Так о чем народ-то болтает? Кому прочат победу в конце?

- О чем народ болтает спрашиваешь? Да как всегда: о бабах, да хорошей выпивке! - гоготнул гном с рыжей гривой, по имени, кажется, Брог. Он тоже оторвал кусок мяса от копченой ноги и подмигнул Викариану. - Говорят, после этого турнира в Янтарный Престол доберется едва ли одна десятая тех, кто стал чемпионами. А что до фаворита, так тот тебе хорошо известен, золотозадый твой дружбан, чья наполированная физиономия каждый день сияет, словно солнце. Или это у него шлем такой?!

Он опять гыкнул, давясь смешком, а после, глянул на затянутое облаками небо.

- Ну, то есть сияла. Сильный, что медведь и быстрый, будто тысяча бешеных чертей, оседлавших тарга.

На этот раз захохотали все вокруг, даже Вику шутка понравилась.

- И что же в нем такого? - делано равнодушно пожал плечами молодой человек, откусывая кусок хлеба.

- Да то, что он всех бьет! - воскликнул второй гном. - И рыцарей, и магов, и таких вот как ты - темных лошадок. Да он даже фаворитов одного за другим на лопатки кладет!

- Неужели? - приподнял бровь Викариан. Внезапно, он понял, что не знает даже имени того, кто три недели охотился за ним. - А как его зовут?

- А кто ж его знает? - пожал плечами Брог.

Вик нахмурился. Что-то в этой истории зацепило его, вернее что понятно, как бы после его бегства этот здоровяк не начал бы искать с ним встречи уже за пределами дуэльных арен.

- А не может ли это быть... - он осекся, не решаясь высказать свою догадку.

- Кто? - хором спросили гномы, даже оторвавшись от поглощения пищи.

- Шадрал... - прошептал Викариан.

Гномы переглянулись.

- Шадрал? - улыбнулся усатый. - Ну говорят, что он родом из Кальдеры, так что очень может быть и шадрал. Да угадать-то нетрудно, иш какая дура, как только башкой светильники в тавернах не сшибает. А вообще, если серьезно, ходит слух, что он из благородных, сынок вельможи. На турнире всех в бараний рог скручивает, чоб папиньку порадовать. Так что, если это драконид, то видать твоей головой заинтересовался драконокровный. Даже не знаю, поздравить тебя или посочувствовать.

Вик посмотрел на небо. Полумесяц Кессела занимал половину небосвода и в его середине сейчас плыла сияющая серебряная капля - Алавир. Нужно было уходить, но столько вопросов еще оставалось без ответов.

- Если он выступает, как воин от своей крови, зачем ему скрывать свое имя? - удивился Брог, спрашивая скорее у своих сородичей.

- Не знаю. - покачал ещё один, совершенно лысый гном. - Возможно, он хочет доказать что-то себе. А может быть, это как-то связано с их традициями, ты же знаешь, шадралы в плане традиций блюдут заветы предков, едва ли не пуще нашего. Да ещё их эта старая вера в Дракона Пустоты, что как поговаривают, существовал еще до времен Старых Богов.

В этот момент, из леса донеслись уханья совы. Вряд ли кто-то мог додуматься так позвать Вика, но все же он поднялся на ноги.

- Простите, друзья, вынужден вас покинуть. Примите мою искреннюю благодарность за вкусную еду, за отличное пиво и за чудесную компанию.

Он махнул рукой на прощание, ответом ему были громогласные пожелания победы и поднятые в едином порыве кружки с пенным. Холодный ветер налетел порывом, закружив огненные буранчики углей к небесам, будто присоединяясь к салюту.

- Бейся славно, человечий сын! Ну или как ты обычно это делаешь! - захохотал черноусый вожак, растопырив в прощальном жесте широкую, мозолистую ладонь. - Главное победи! Иногда, это единственное, что имеет значение.

Вик даже обернулся, уж слишком двусмысленным получилось пожелание. Словно бы дворф знал, что им предстоит, но тот уже не смотрел на него, вовсю горланя какую-то песню на своем языке, что тут же подхватили все остальные, сидящие у костра.

Нет. Наверное, это просто совпадение, подумал парень и развернувшись, быстро скрылся внутри палатки, где его уже ждал заранее приготовленный Леадеей плащ.


* * *


Викариан с жадностью впивался глазами в страницы Атласа, ища сведения об Янтарном Престоле. Его пальцы скользили по ветхой, пожелтевшей бумаге, перелистывая страницы, украшенные изображениями рыцарей и замков, с парящими над ними драконами. Попутно он боролся с игривыми ветрами поднебесья, что так и норовили перелистнуть страницу, и узнать, что же там было дальше в истории мира, который их породил.

Калери'Юна ночью взмыла над тяжелыми облаками, от которых сегодня остались лишь рваные серые тряпицы. Хотя погода немного улучшилась, Рихард решил не снижать судно, ведя то по самому короткому маршруту меж серых копий горных вершин.

К облегчению группы, их план сработал идеально, никто не заметил, как они один за другим покидали лагерь, а оставленные Леадеей знаки, позволили ночью легко найти тропу к месту встречи со шлюпом. Старый адмирал встретил их по военному строго, без лишних вопросов, предложив разместится на ближайшие сутки полета в уже знакомой им гостевой каюте.

- Итак. - буркнул Вик себе под нос. - В Кальдеру можно попасть тремя путями: по Пути Шадралов, по воздуху, как мы и под землей. Интересно, что это за подземный путь такой?

Парень внимательно изучал карту, на которой были изображены маршруты. Выполнена она была в очень странной манере. Не карта, а скорее, какое-то полотно, изображающее героические картины прошлого.

Тракт, ведущий в город, казался тернист и опасен, по крайней мере, рисунок с ним изобиловал изображением войск и каких-то чудищ. По воздуху, похоже, раньше добирались на громадных драконах, на спинах которых восседали крылатые шадралы. Такой способ, судя по чрезвычайно богатым доспехам седоков, был доступен лишь избранным. Подземный путь, ведет через сеть пещер и тоннелей, пронизывающих горы. Удивительным в нем казалось то, что стены этих самых тонелей светились так, будто это были окна домов. Хотя, может под Кальдерой и вправду есть ещё один, скрытый, город?

Проследить за первыми двумя путями сложности не представляло, но вот подземный вход в столицу, отследить полностью вряд ли получится.

Задумавшись над возникшей проблемой, Викариан перелистнул страницу. Дальше шло краткое описание политического устройства королевства Олдир. Правила королевская семья, но уже давно никто не видел ее членов, при этом, никого это совершенно не беспокоило. Сейчас городом, да и всей страной, по факту, управляет регент - герцог Брозеолеон.

- Брозеолеон... - Викариан хмурится, листая страницы, полагая, что раз уж это столь важная фигура, значит тут точно должно быть его изображение.

Он угадал. И более того, ему внезапно пришло осознание, что возможно, он уже видел этого драконида. Несмотря на то, что портрет оказался выполнен в изрядно приукрашено стиле, в ореоле яростного пламени и в невероятно дорогой броне, на нем все же выделялись два очень характерных элемента. Слияние прошлого с будущим, традиции предков и новых веяний, а именно - опаленная шкура, и подпиленные рога.

Вик вспомнил видение, которым он поделился с отрядом под сенью древа снов. В нем он видел шадрала, поднимающегося по лестнице, в величественном замке. Лицо того было скрыто, но вот черты внешности проглядывались несомненно. К тому же, он был вхож в верхние палаты Янтарного Престола. Впрочем, все это ещё предстояло проверить. К счастью, они сейчас действуют на опережение и хотя времени остается все меньше, оно все еще есть.

Внезапно, за спиной Викариана раздался шум. Он обернулся и увидел Ялазара, вглядывавшегося через подзорную трубу на золотой треноге в сторону, куда указывал Тор.

- Что случилось? - спросил Вик, закрыв книгу. Он встал, спрятав Атлас под плащ и подошел к остальным.

- Да Тор случайно заметил кое-что необычное... у нас на хвосте. Вернее под хвостом. - отодвигаясь в сторону от подзорной трубы, давая возможность Вику увидеть все самому, ответил Ял.

Через увеличительные стекла этого чудного приспособления можно было видеть очень далеко. В Кеплере, ничего подобного молодому человеку встречать не приходилось, чего похоже нельзя было сказать о его спутниках. Они весьма ловко крутили рычажки с колесиками, отчего изображение приближалось и становилось четче.

Прильнув к, как это назвал Мрачный, окуляру, Вик принялся вглядываться. Вдали, словно острова в безбрежном небесном океане, возвышались заснеженные пики гор, а под ними простирались бескрайние, зеленые моря лесов. Корабль, подобно гигантской птице, рассекал воздушные просторы, оставляя за собой сверкающий шлейф из мерцающей пыли. Вдалеке, на вершине одной из вершин, виднелся укрытый снегами древний замок, окутанный клочьями облаков.

- Замок в горах? А что с ним не так?

- Да не замок, ты ниже глянь, там, между двух скал, глубокая расщелина, туда смотри! - подсказал Ял.

Чуть сместив положение позолоченного корпуса подзорной трубы, Викариан увидел, что привлекло внимание остальных. Почти под ними, между двумя скалами, едва не касаясь их острых краев своими крыльями, летела тень.

- Это же... - Викариан хотел бы прильнуть ещё ближе, щурясь, стараясь разглядеть детали. Но Ялазар облегчил ему задачу, просто переключив какой-то тумблер сбоку и перед основным объективном трубы опустилась еще одна линза, отчего картинка увеличила раза в три.

- Старый шадрал арбитр, из Врат Кальдеры. - подсказал повелитель костей. - Помнишь, тот, что со стражами разговаривал, когда мы только пришли. Клянусь искажением, его крылья выглядели, словно изорванная штормом парусина. Я и не думал, что он способен летать!

Вик внимательно всмотрелся в усталые, дерганые взмахи одного из крыльев старика. Второе, кажется, свело судорогой. Оно вообще не шевелилось, оставаясь отведенным в сторону, чтобы хотя бы планировать.

- Не способен. Он падает.

Арбитр безуспешно боролся с воздушными течениями, как утопающий с рекой. Его попытки поймать восходящий, теплый поток среди холодных ветров гор казались безуспешными. Он был стар и немощен, и вот-вот должен был рухнуть в пропасть под ним.

- Что он здесь делает? - шепнула Леадея. - Праздник ещё не закончился. Разве он не должен следить за правилами в своем городке.

- А он летит не из Врат Кальдеры, а от Башен Дуэлистов. - безэмоционально указал на необычный факт Мрачный. - Летит в Кальдеру и судя по тому, что поставил на кон свою жизнь, чтобы добраться туда, как можно скорее, несет важные вести.

Ял цокнул языком:

- Ну, если подохнет по дороге, то вообще ничего не донесет. Что могло заставить старого, но гордого вояку, рискнуть всем, нарушить долг арбитра? Как говорила Беата, для него это дело чести и вот так, сначала рвануть к Башням, а теперь переть против воздушных течений?

- Не знаю. - ответил Викариан. - Оставил свой пост в городе, как-то оказался там же, где и мы, у Башен, а теперь, когда мы покинули их, летит за нами в столицу. Уж слишком много странностей. Тор, как считаешь, он нас преследовал?

В ответ тот отрицательно покачал головой:

- Мы летим выше горных вершин, за облаками, он же едва способен держать себя над деревьями. Чтобы следить за нами, ему надо либо постоянно смотреть в небо, а этого не происходит, либо иметь иной способ следить за нами. - Тор вытянул руку, как бы рисуя змеящуюся траекторию полета шадрала. - Судя по его пути, он не придерживается нашего курса, выбирая максимально простой путь до столицы, в облет самых крупных пиков. Все же, он хочет жить. Нас он тоже вряд ли видит.

Викариан оторвался от наблюдения и отошел на пару шагов, позволяя Ялу занять его место произнес:

- Понятия не имею, что им движет, но стоит попытаться выяснить, что он задумал. - Викариан вспомнил, что прошлой ночью именно Мрачный вел шлюп к каравелле, а потому, обратился к нему. - Тор, надень купленный нами плащ, возьми шлюп, спустись поближе к нему и попробуй проследить.

- А если он меня заметит? - резонно заметил Торунг, в конце концов, сложно не заметить алебастровую, парящую лодку, привязанную к белому шару, обшитому золотой бахромой с вензелями.

- Тогда подбери его. Сообщи, что ты служишь на Калери'Юна и якобы его заметили сверху. Адмирал послал тебя ему помощь и... знаешь, а предложи ему довезти его туда, куда ему надо!

Ял обернулся к Вику:

- Слушай, а отличная идея, так может тогда пусть сразу его и подберет, а не пытается прятаться? Чтобы не возникло лишних вопросов и подозрений.

- Возможно... Да, так и поступим. Не надо следить, сразу лети к нему и спасай, пока он не сверзился в пропасть. Мы же высадимся в Кальдере и будем ждать тебя в первом же Приюте Странника, со стороны тракта - Пути Шадралов.

- Ясно. - коротко кивнул Тор, тут же направившись на выход из каюты. Все остальные последовали за ним.

Палуба небесного корабля, парящего высоко над бескрайними морями облаков, сияла под лучами солнца. Адмирал не стал ни возражать, ни спрашивать, зачем им вновь потребовался парящая лодка. Они служили Беате, а большего ему и не требовалось.

Торунг, облаченные в непримечательный плащ, оперевшись на посох, перемахнул через борт шлюпа. Едва удерживающие судно зацепы разжали свои тиски, резко направил то вниз. Потребовалось менее десяти минут, чтобы догнать уже даже переставшего махать последним целым крылом драконида. К их удаче, шадрал похоже решил принять помощь.

Довольно быстро шлюп скрылся из виду, ловко скользя по тропам воздушных ветров, в то время, как грациозная каравелла продолжила свой неспешный полет. К вечеру того же дня они уже были на месте.


* * *


На этот раз, все в Кальдере дышало подготовкой к грядущему празднованию.

Величественный Янтарный Престол, сердце могущественного королевства, сиял в лучах заходящего солнца, словно драгоценный камень, ограненный искусными мастерами. Шпили десятков его башен, увенчанные шелком алых и золотых штандартов, гордо возвышались над окружающими кварталами столицы.

По улицам города, мощеным отполированными камнями, спешили жители, наряженные в праздничные одежды. Ароматы благовоний, пряностей и цветов витали в воздухе, смешиваясь с возбужденным гулом голосов. Торговцы зазывали прохожих, расхваливая свои товары, в то время, как уличные музыканты наполняли атмосферу веселыми мелодиями. А резвящяяся детвора, гонялась друг за другом, заливаясь смехом.

Повсюду виднелись украшения из распустившихся бутонов, лент и ярких тканей. Город готовился к грандиозному празднику в честь, скоро прибывающих, чемпионов Месяца Битв.

Даже окраины преобразились. Гигантские арки, увитые молодыми, виноградными лозами, возвышались над главными улицами, приветствуя гостей со всех уголков королевства. Фонтаны, бьющие хрустальными струями, отражали в своих водах сияние солнца, создавая ощущение, словно несли в себе жидкое волшебство.

Надо сказать, что даже Ялу было непросто сохранить самообладание, чего уж говорить про Викариана с Леадеей, глазевших на окружающее их пространство с открытыми ртами.

Перед первым, если считать от тракта, Приютом Странников, были построены небольше трибуны, видимо, чтобы постояльцам было удобнее рассматривать прибывающие в столицу караваны гостей. Они уже сейчас наполнили тракт пока ещё тонким, но уже уходящим к самой вершине внутренней стены кратера, потоком.

Уютный зал таверны, словно оазис тепла и гостеприимства, распахнул свои объятия. Его деревянные стены, потемневшие от времени и сухой погоды, повидали множество усталых путников, ищущих здесь передышку в странствиях. Стоило им переступить порог, как душу окутало ощущение умиротворения и комфорта. Аромат свежеиспеченного хлеба и жареного хряка с чесноком наполнял воздух, пробуждая аппетит. А мягкий свет масляных ламп, создавал уютную, почти домашнюю, атмосферу, разгоняя тени по углам.

Не сказать, чтобы тут сейчас кипела жизнь, все же большинство гостей города старались располоржиться поближе к центру, где готовились основные праздничные мероприятия, а значит, будет на что поглазеть. Едва ли пятеро постояльцев сейчас занимали лавки в немаленьком помещении. Пара грубоватых наемников, утонченный эльфийский следопыт, да ещё несколько шадралов делились историями своих странствий, обмениваясь новостями и сплетнями.

- Наконец-то! - слегка усталым голосом, произнесла вошедшая следом за Виком Леадея, полной грудью вдохнув приятные ароматы, доносившиеся с кухни. - О боги, как же я мечтала о горячей ванне!

Последняя фраза скорее была призывом к действию, так как после их появления, практически все присутсвующие недовольно скривили носы. Ничего удивительного, три недели в походном лагере, где из всей возможной гигиены было отхожее место, да общая бочка с водой, стоявшая на краю их полянки. Три недели боев, ран и сурового быта. Неудивительно, что многие из празднующих оставались вдали от Башен Дуэлистов, предпочитая, скорее упустить возможность посетить дворец, чем целый месяц находиться вдалеке от привычной им комфортной жизни.

Да чего уж там, Вик и сам бы с удовольствием послал все эти арены, башни, золотых рыцарей с таргами и прочим весельем ко всем чертям, будь у него такая возможность. Сейчас же, он не мог оторвать взгляда от девушки-драконидки, с едва образовавшимися округлостями в области груди и большими, добрыми глазами.

Он постарался выкинуть из головы тут же появившиеся вопросы: откладывают ли шадралки яцйа и если да, то зачем их женщинам грудь.

- Добро пожаловать, дорогие гости. Могу я предложить вам отдохнуть в нашем Приюте Странника и воспользоватся купальней, её только-только разогрели. Может быть, вы желаете чистую одежду и сочнейшую, свежеприготовленную, дикую кабанятину с картошкой и овощами?

- Да! - в один голос ответили Лея с Ялом. Но если первая, явно мечтала смыть с себя грязь и усталость, то второй, совершенно бесстыдно пялился куда не надо, отчего Вику даже пришлось толкнуть товарища локтем.

- Будем вам очень признательны. Нас будет четверо. Так что, четыре комнаты. - ответил молодой человек. Оглядев себя с ног до головы, понял, что его исподнее пришло уже в совершенную негодность. - Одежду бы почистить и подскажите, где бы прикупить чистую рубаху со штанами?

Юная драконидка просияла и рот, наполненный множеством острых иголочек-зубов, растянулся в широкой улыбке:

- У нас все это есть, многоуважаемые гости. Сейчас же распоряжусь подготовить свежие вещи, а вы пока проходите, располагайтесь.

Расплатившись и сгрузив оружие с броней в чистых, просторных комнатах, они направились в купальни, которые располагались непосредственно под таверной. Там же оказались пристроенные баня и довольно широкий бассейн, наполненный водой из студеных, горных ключей. Грязную одежду у них забрали, пообещав принести поутру к ним под дверь, взамен оставив безразмерные штаны и рубахи, которые легко подгонялись по фигуре шнуровкой. В довесок, им выдали очень удобные, мягкие, кожаные сапоги.

Следующие два часа прошли в оттирании засохшей грязи и перебеганием из парилки в ледяную купель. В конце, парням даже удалось побриться и постричься. Ну как удалось, Леадея заставила их это сделать, резонно указав на то, что в Кеплере таких условий в ближайшие месяцы не будет и в помине. Так что, в трапезную они втроем вывалились чистые, усталые, но абсолютно довольные жизнью.

Им тут же подали целый стол простых, но от этого не менее вкусных, явств. Свинина, пиво, печеные овощи, свежие фрукты. Под конец вечера принесли десерт, в виде рубленого льда, политого сверху чем-то невероятно сладким и коричневым, с приятным, тягучим вкусом. Парни с полчаса наблюдали, как Лея заказывает все новые и новые порции, пока окончательно не осоловев, та пересела на стоявшее неподалеку кресло-качалку и мерно покачиваясь, тут же задремала.

- Совсем еще ребенок. - раздался тихий, пронизаный удивительно отеческими нотками, голос Яла, с усмешкой наблюдавший за девушкой, которую осторожно, чтобы не разбудить, укрыл теплым пледом, проходивший мимо, старик шадрал, до того хозяйничавший на кухне.

Интересно, подумал Викариан, а как бы их встречали, если бы у них не было столько денег, сколько дала им Беата? Впрочем, что-то подсказывало, что и в этом случае обитатели Вардемы не бросили бы их на произвол судьбы.

- Ну, ребенок, не ребенок, а магию она своей воле подчинила и сейчас любому из нас, думаю, фору даст в этом. А после прошедшего месяца, уже даже и незнаю, есть ли преграды её растущему мастерству.

Сделав пару глотков пива, повелитель костей облокотился на стол, рассматривая что-то на дне кружки.

- В том-то и дело. Жаль её.

Викариан удивленно повернулся к товарищу:

- Почему?

- Проблема в том, что подобные ей, молодые и талантливые, не знают, когда надо остановиться. Здесь, в Вардеме, это простительно. Но в Кеплере, её судьба уже предрешена. Искажение рано или поздно поглотит самонадеянную дурочку.

- Ну, думаю, что-нибудь она уж придумает.

- Не придумает. - отрезал жестко Ял. - Поверь, я на своем веку малефиков насмотрелся всяких. И таких, как она, тоже. Некоторых, даже нашему ордену было непросто уничтожить. Тогда мы просто делали так, что эти молодые и талантливые глупцы, уверившись в своей силе, просто сжигали сами себя в искажениях, вырвавшихся в реальный мир.

Он хмыкнул.

- Самые простые рейды именно на таких. Даже делать ничего не надо было, они сами себя губят. И она такая же, просто пока что ей везло. Но везение не вечно...

Распахнувшиеся двери таверны оборвали его на полуслове. Тора они узнали не сразу, под широкими полами плаща он скрыл свой необычный лук и изогнутые клинки. Только когда глубокий капюшон упал на плечи, открывая жесткое, словно вытесанные из мрамора, лицо с серебряными глазами, в которых чернели две точки зрачков, они признали товарища. Тут же до них долетел непереносимый запах долгого нахождения в походном лагере. Вокруг стало больше посетителей, которые естествено недовольно заворчали, повернувшись в их сторону и потому Вик, встав навстречу прибывшему, быстро спросил:

- Вести могут подождать или срочные?

- Подождать могут. - коротко ответил Тор.

- Тогда давай быстро в купальню, а то привлекаем слишком много внимания.

Казалось ещё немного и Тор усмехнется, но так только казалось. Он молча двинулся за девушкой-драконидкой. А вернулся уже в более ли менее пристойном виде спустя час, правда в отличие от парней, ни бриться, ни стричься он не пожелал.

Осторожно потряся Леадею за плечо, Вик вытянул её из объятий снов, чтобы она тоже могла узнать принесенную информацию. Скрытые за шумом все прибывающих гостей, решивших отдохнуть после трудового дня и стуком ложек по тарелкам, отряд приготовился слушать.

Как и планировалось, Тор представился одним из команды Калери'Юна. Он успел вовремя, старик к тому времени окончательно выбился из сил. Еще чуть-чуть и он бы камнем рухнул вниз. Несмотря на то, что они раньше встречались, арбитр, так же как и Вик с остальными, не признал Мрачного.

Разговорить его особо не удалось. Старик вилял, как мог, оправдываясь, что мол несет новости о том, как проходит турнир. Даже на простой вопрос, как он вообще тут оказался, шадрал заявил, будто сбился с пути. Якобы, что потоки ветра заставили его отклониться от курса и сбросили с небес к самой земле.

Тор же не стал напирать. Очевидные вещи, что дряхлые крылья вряд ли смогли бы поднять его высоко и то, что он сбился с пути там, где прошла немалая часть его долгой жизни, были на поверхности. А про то, что праздник еще не окончен и имена чемпионов банально не известны, чтобы их нести владыке Олдира, даже, и заикаться не стоило.

А потому, столь неприкрытая ложь, лишь говорила в пользу особой важности и секретности задания, раз им нельзя делиться ни с кем посторонним. Правда вот сам посланник, толи в силу ослабевшего с возрастом ума, то ли потому, что не привык скрывать правду, врал крайне неумело.

Однако, возможно имено потому, что Мрачный не стал допытываться, задавая лишние вопросы, арбитр согласился на помощь, предложенную ему, правда от сопровождения в обратный путь вежливо отказался.

И вот тут начиналось самое интересное. Оказалось, он не просто стремился в Кальдеру, а попросил доставить его на верхние этажи резиденции регента, в Янтарном Престоле. Фактически к тронной зале. Внешне, старик, ну никак не походил на благородного, а это значило, что кем бы ни оказался этот драконид, он строил из себя того, кем не является. Но зачем?

И будто бы этого мало, в конце, Тор огорошил всех еще одной новостью.

- Когда мы прибыли, встречать спасенного, вышел тот старик, которого мы видели в видении. Помните, с трясущимися руками.

В этот момент, глаза Ялазара и Вика расширились, и они оба подались вперед с немым вопросом.

- Только вот это не человек. Это тоже шадрал, но настолько старый, что рога его раскрошились и потому, он вынужден прикрывать обломки капюшоном, а чешуя отслоилась, оставив, покрытую пигментными пятнами, кожу. Но лицо, несомненно, принадлежит дракониду, хотя из-за отсутствия чешуи пошло глубокими складками. Я сначала подумал, что это сам регент. - Вик показал гравюру с Брозеолеоном остальным, когда Мрачный уже покинул каравеллу и потому тот не знал, как выглядит герцег. - Однако, судя по тому, что стража, стоявшая у входа, никак не отреагировала на его появление, думаю, он занимает какую-то иную должность.

Викариан помахал рукой, разгоняя кольца дыма, выпущенные из раскуренной Ялом трубки и подытожил:

- Так получается, наш старый знакомый арбитр что-то действительно скрывает и он фактически вхож в круг Убийцы Богов. Замечательно еще и то, что он знает все наши лица, а также, что Беатриса была с нами. Просто, твою мать, замечательно! - последние слова Вик буквально прошипел от злости.


* * *


После доброй бани и сытного ужина, проснуться Викариану удалось лишь сильно за полдень. Солнечные лучи, проворными рыбками, ныряли сквозь щели в ставнях, щекоча лицо, заставляя парня поморщиться и открыть один глаз. Он сонно потер лицо, пытаясь вспомнить, где он и как тут оказался. Осоловевшие воспоминания возвращались обрывками, как туман над горным озером: шум праздника, запахи дерева и масляных ламп, сладкий вкус колотого льда с ежевичным сиропом...

С удовольствием он натянул новую одежду. Кажется, материал из которого она была тут сшита называли хлопком. Вик спустился в общий зал. Широкие окна были прикрыты чем-то, наподобие алых полотнищ. Причем снаружи. Из-за этого, внутри царил легкий полумрак, а звуки, набирающего обороты шумного веселья на улице, звучали приглушенно, не мешая гостям отдыхать.

За столиками, уставленными кружками с пенным элем и тарелками с румяной, пахнущей травами едой, гомонили представители разных рас. Хотя, конечно, по большей части, шадралы, да дворфы разных профессий. Путешественники в помятых плащах, солдаты в латах, ремесленники в засаленных фартуках - все собрались здесь, чтобы утолить полуденный голод, а кое-кто жажду хмельного напитка. И конечно же, поделиться новостями, благо нескончаемый поток гостей столицы давал богатую пищу для досужей болтовни.

Вик машинально потянулся к кружке с ароматным напитком, стоявшей на ближайшем столе, как привык делать это каждое утро у Башен Дуалистов, но, сделав глоток, вздрогнул. Это был непривычный настой горных трав, а горький, очень крепкий кофе. Оглядевшись, он заметил за соседним столом драконида, который с укоризной смотрел на него. Вик смутился и пробормотав извинения, вернул чашку на место, за что был удостоен уже приподнятой бровью.

- Не стоит извиняться. - ответил шадрал, жестом приглашая допить уже начатую им кружку. В голосе его не слышалось угрозы, лишь удивление подобным поступком. - Я просто не привыкли делить свой обед с кем-то другим.

Заказав шадралу новую порцию, Вик поспешно отошел. Обведя взглядом зал, он нашел тех, кого искал. Вернее, сначала он обнаружил Яла, выделившегося тем, что продолжал обхаживать молодую шадралку, только что принесшую Леадее очередную порцию колотого льда с фисташковым, сладким повидлом. Напротив девушки сидел Тор, неторопливо потягивающий из кружки кофе.

Примостившись рядом, Викар с удовольствием обнаружил, прямо у себя перед носом, полную тарелку блинчиков. Как оказалось, их заказала Лея, но та уже так налопалась мороженым, что это лакомство она благосклонно отдала остальным.

- Сколько ты уже потратила на это денег? - буркнул Вик, принимаясь за еду.

В ответ девушка пожала плечами. Она явно не считала и пользовалась любой возможностью потратить побольше.

- Почти пятьдесят золотых. - сдал её с потрохами Мрачный.

- Сколько!? - поперхнулся Вик. Пятьдесят золотых, по меркам Вардемы, была огромная сумма. На неё можно было купить полный доспех, а эта троглодитка умудрилась проесть их за несколько часов.

"Нда уж, аппетиты" - про себя подумал Вик, но видя совершенно счастливое выражение лица Леи, лишь молча покачал головой. В конце концов, у них оставалось ещё больше девятиста монет.

С улицы донесся шум музыки и пения, да так громко, что даже тяжелые занавеси не спасали. Пламя в масляных лампах пошло рябью, когда ударили духовые.

- Это чего это они так разошлись? - жуя блинчик, Вик подошел к окну и выглянул наружу.

Таверна находилась чуть в стороне от тракта и все что удалось разглядеть, это двигающееся по широкой дороге громандое, чешуйчатое, ящероподобное тело, на шипастом хребте которого, в высоком, вычурном троне, восседал крылатый шадрал.

- Полагаю, процессия одного из принцев! Они уже начали стягиваться в город, чтобы принять участие в празднествах. - сообщил подошедший хозяин таверны. Грузный мужчина с покладистыми, ухоженными рогами и необычными, на манер бороды, костяными наростами на нижней челюсти.

Пространство перед Приютом Странника, сейчас усыпанное цветами и лентами, наполнил живой водоворот. Звучали фанфары, танцевали скоморохи, а над толпой парили разноцветные, воздушные шары. Многие из свиты принца также передвигались на громадных, крылатых вивернах. Но что удивило Вика больше всего, это то, что сейчас все более или менее крупные дороги Кальдеры полностью покрывала алая ткань. Словно кто-то растили бесконечную ковровую дорожку по всей столице.

- А зачем под ноги положили эти полотнища? Ведь животные гадят на них, через день все это будет ...

Он не успел договорить, как один из шерстяных верблюдов, шедших чуть позади и несший на себе провиант, смачно испражнился на алый бархат под копытами. Однако, едва отходы коснулись ткани, как моментально впитались в нее и исчезли.

- Ну что? - ухмыльнулся хозяин. - Теперь понятно? Если бы не эти творения Магистров Ткачей, то мы бы тут на третий день уже по ноздри во всем этом плавали бы, а уж про нижний город и думать страшно. Там бы, все со сводов лилось бы прямо на голову.

Викариану оставалось только восхищаться прозорливостью того, кто организовывал праздник. И он, отметив, что здоровенный ездовой ящер свернул влево, к проходу, ведущему под землю и что был раза в четыре больше его самого, вернулся к столу.

- Надо будет исследовать этот подземный спуск, куда направился это принц. Судя по Атласу Крига, там должен быть ещё один путь в Кальдеру. Возможно, кто-то из тех, кого мы ищем, воспользуется им. - обратился он к остальным. - Тор, займешься этим?

Тот молча кивнул.

- Ял. - Викариан махнул рукой, призывая товарища подойти к их столу. - Ты серьезно решил приударить за этой драконидкой?

В ответ повелитель костей поморщился. Похоже, его обычный шарм сейчас не особо помогал. Максимум, что ему удалось добиться, это вызвать дружескую улыбку у объекта ухаживаний.

- Слушай, раз уж ты все равно с ней уже более ли менее познакомился, попробуй разузнать про гильдии Кальдеры. Было бы разумно воспользоваться их помощью. А если удастся найти тех, кто специализируется на сборе информации, то вообще прекрасно.

- Сборе информации? Это кого же мне искать? Тут простыми головорезами не обойтись. - поинтересовался Ялазар, схватив сразу три блина и запихав их разом за щеку.

Вопрос оказался хороший. На самом деле, молодой человек и сам с трудом представлял, кто же мог бы им помочь в поиске тех, кого они зрели в видении. Да и если, к примеру, регента, Тень или старого шадрала, встречавшего арбитра, хотя бы понятно где искать, то что делать с таргом и девченкой?

- Любые, какие есть, там потом разберемся к кому будет сподручней обратиться. Пока надо хотя бы понять, кто тут вообще дела ведет.

- Ну хорошо, попробую. - Ялазар глянул на юную шадралку, сейчас заразительно и звонко смеявшуюся над какой-то шуткой, и во взгляде его сквозил немалый скепсис, что вот эта легкомысленная особа, которая даже флирт воспринимает, как ребенок, способна поведать хоть что-то полезное.

Встав, повелитель костей схватил, недавно принесенную Викариану, чашку со свежим кофе и залпом опрокинув себе в рот, отправился выполнять поручение.

- Эээ... - только и сумел выдавить из себя возмущенный Вик, смотря в спину беловолосого наглеца.

В этот момент, Лея, наконец оторвавшись от поглощения очередной порции, которую она запихивала в себя уже через силу, спросила:

- А мне чем заняться?

- У нас с тобой есть браслеты чемпионов, значит будет проще попасть в места, куда Ялу с Тором путь заказан. - он с грустью посмотрел на пустую чашку. - Попробуем последить за прибывающими в город из первых рядов, в конце концов, вряд ли чемпиона погонят с Пути Шадралов, а заодно, стоит узнать, пустят ли нас в Янтарный Престол.

Праздник в Кальдере обещал быть шумным и многолюдным, а потому, в отличии от первого их прибытия, сейчас на улице оказалось довольно много стражи и что-то подсказывало, что некоторые части города будут закрыты для гостей. К тому же, им придется скрывать свои лица за масками плащей, но хоть какую-то информацию Вик получить все же надеялся.

Вечером того же дня, когда город окутала легкая прохлада, отряд вновь собрался в Приюте Странника, чтобы поделиться своими находками и обсудить дальнейшие планы.

Разумеется, в первый день все пошло не по плану. Сомнения Ялазара насчет осведомленности шадралки оказались верными. Девушка совершенно не интересовалась ничем, что выходило за круг ее обязанностей и потому, не то что расположения гильдейских залов не знала, она даже понятия не имела, какие гильдии вообще есть в столице. Все, что ему удалось добиться, это выпытать какую-то бесполезную околесицу о местных легендах, скорее просто подслушанных у постояльцев.

Торунг тоже не преуспел, сумев разведать, где находится подземный проход в город. Вернее два прохода. Один, хорошо освещен, широкий, подземный тракт, уставленный по всей длине монолитными статуями дворфов, ни одна из которых не походила на другую. Он вел на запад, к караку подгорного племени.

Второй же, скрытый в тенях полукруглой аркой, лишенной света, скорее походил на путь в логово подземного чудовища. Он вел на север. Видимо, это был тракт к цитаделями таргов. Все прочие ответвления, которые исследовал Мрачный, выходили на поверхность в самой Кальдере, либо вели к глубинным водоемам с пресной водой. Тор даже с неким уважением отметил, что такое построение весьма разумно, в плане защиты крепости от внешних угроз. Оно позволило бы выдержать почти бесконечно долгую осаду, так как снабжение крепости могло бы вестись изнутри нее самой.

Лея же, облаченная в неприметную одежду, слившись с толпой, весь день безрезультатно наблюдала за верхним трактом.

Но что самое удивительное, лишь Вику, который не торопясь, бродил по улицам Кальдеры, сам не до конца понимая, что же он ищет, удалось узнать хоть что-то ценное и то, по чистой случайности. Пестрая мозаика из лавок жилых домов и храмов сменяла друг друга, пока он блуждал, по наполненным гомоном голосов, стуком колес телег и музыкой улицам. Проходя по одному из тенистых переулков, он внезапно ощутил необычное покалывание, будто кто-то невидимый коснулся острием кинжала его левой руки. Золотая пластинка запульсировала, испуская еле заметное сияние, как случалось ранее, когда Убийца Богов был где-то неподалеку.

Вик замер, прислушиваясь к ощущениям. Он чувствовал, в самом сердце города появилась Тень. Казалось, даже свет солнца испуганно притих перед явившемся воплощением зла. Викар так напряг все свои чувства, что реальность вокруг отступила на второй план, звуки стали тише, взгляд острее, выхватывая четкие детали города, что раньше, осоловевшее от праздности сознание, воспринимало смазанными, цветными пятнами.

Взлетев по резной, каменной лестнице на верхнюю террасу, он открыл око инфернала, вглядываясь в лабиринты улиц и янтарную громаду дворца, сияющую в центре.

Над городом раскинулось голубое полотно весеннего неба, без единого облачка. Тонкий Мир тихо сиял, не тронутый ни одним, более ли менее мощным, заклятием.

Но, как такое могло быть? Тень точно только что появился. В этом Вик не сомневался. Мгновение назад, его не было в городе и вот он здесь. Значит, это чудовище прибыло не по трактам, не на воздушном корабле, иначе бы амулет давно почувствовал его приближение. Оставались лишь пути магии. Телепорт. Но столь сложные чары не могли остаться незамеченными. Это просто невозможно.

К немалому своему неудовольствию, Викариан констатировал, что кажется, у их противника есть способ перемещаться по миру, оставаясь никем не замеченным. Это кстати объясняло, почему они упустили его в прошлый раз, в Снежном.

Одно теперь становилось ясно, убийца в городе. И не просто в городе, а судя по тому, что амулет явственно тянулся к Янтарному Престолу, враг находился сейчас там. Все, как в видении. Большего узнать пока не получалось.

По итогу дня, решено было оставить бедную шадралку, которая уже просто не знала, куда деться от Ялазара, поручив тому следить за подземным трактом, к тому же, он проваляв почти весь день дурака в таверне, успел познакомиться с несколькими дворфами, которые пообещали ему показать отличную пивную в нижнем городе.

Тору поручалось заняться поисками гильдий, благо у него в подобном оказался огромный опыт. Лею же, явно недовольную скучно проведенным днем в наблюдении за бесконечными вереницами гостей столицы, Вик, на этот раз, решил отправить во дворец. Сам он туда идти опасался, полагая, что раз он может чувствовать Тень, то возможно и враг также может почувствовать его.

Сам же Викариан взялся следить за трактом верхнего города.

На этот раз, им повезло гораздо больше и следующие пару дней принесли им немало полезной информации.

Во первых, в городе действительно существовало несколько гильдий наемников-авантюристов, более ли менее подходящих под требования. Гильдия рейнджеров, специализирующихся на поиске и разведке. Гильдия сыскников, которые помогали всем желающим в поиске нужных вещей или сведений, а также гильдия, с простым названием, Братство.

Последние, судя по всему, были неким полумилитаризированым образованием, нередко выполняющими государственные заказы, как по вылазкам в северные пустоши, так и по контрразведке, отлове шпионов, и уничтожению ковенов Старых Богов на территории земель Пантеона.

На вопросы, как Тор вышел на них, он ответил:

- Просто спросил одного из местных солдат, что стоят сейчас на каждом углу. Тот указал сначала на сыскников. Они, как я понял, почти государственная служба, лишь с небольшим налетом самостоятельности. А уже у них, узнал об остальных.

- Все гениальное - просто. - хмыкнул Ялазар, опять коварно потянувшись за чашкой Вика, но тот был начеку и быстро допил свой кофе.

- Я в следующий раз, в чашку красного перца сыпану, будешь знать! - пригрозил Вик, вызвав у всех, кроме Тора, улыбки. - Лучше скажи, у тебя-то как успехи?

Успехи у Яла были. Викариан угадал, именно по нижним трактам планировали попасть в Кальдеру тарги. Лишенный света, северный, подземный путь, вместил в себя весьма внушительную, закованную в полные боевые доспехи, процессию. Несмотря на то, что гости не старались скрыть свое появление, тем не менее, в сам нижний город они не пошли. Их сияющие алым огнем глаза, стали пропадать в боковых ответвлениях от основного тракта задолго до того, как дорога влилась в хорошо освещенные улицы. И судя по тому, сколь велик оказался этот караван, в столицу прибыл явно не последний из таргов.

Леадея же, без труда попала во внутренний двор замка, где уже начались первые балы и приемы. Отметив её браслет, стража, не задавая вопросов, пропустила внутрь. Никто даже не попросил показать лицо, что впрочем неудивительно. Украсть или использовать чужой браслет было просто невозможно, ведь стоило его снять, как руны на нем погасли бы навсегда.

Сам же Викар, оба дня провел, наблюдая за Тропой Шадралов - основным входом в Кальдеру. Он цепким взглядом скользил по лицам прохожих, вглядываясь в каждую деталь, в надежде найти либо труппу артистов, либо девушку, что была рядом с Тенью в его видении.

Алые полотнища, украшенные витиеватой вышивкой из золота и серебра, превратили улицы в подобие волшебного королевства, наполненного калейдоскопом красок. Он опасался, что найти тех, кто был ему нужен, будет просто невозможно, пока в высокие ворота не начала втягиваться, казавшаяся бесконечной, вереница пестрых телег. В центре, на особенно большой и изысканно украшенной повозке, катился импровизированный замок, в уменьшеном размере. Однако даже так, в нем легко угадывались тонкие минареты с балконами и небольшие, едва ли пару шагов в длину, садики с цветами, изображавшие дворцовые зеленые аллеи Янтарного Престола.

Вокруг новоприбывших, словно солдаты необычного, циркового воинства, шествовали группы артистов, одетых в яркие, вычурные костюмы. Жонглеры - подбрасывали в воздух разноцветные шары, танцоры - кружились в вихре зажигательных танцев. И конечно же, музыканты, что невероятно мелодично вплели свои аккорды в общую мелодию, разлитую по городу.

Откровенно говоря, их было так много, что Викариан ощутил что-то, вроде отчаяния, понимая, что среди сотен прибывших трубадуров, найти едва ли пару десятков тех, кто был в замке, задача почти невыполнимая.

Но что было еще неожиданней, ровно за ними, в город вступили еще две процессии, менее длинные, но зато привлекавшие к себе едва ли не больше внимания. И когда они проходили мимо того места, где обустроил себе наблюдательный пост Викариан, тот понял почему.

Обе колонны шли бок о бок, в центре же их, оказались две крайне приметные особы. Первая, худая и бледная, ехавшая на костяке мертвого жеребца. Судя по всему, ученица богини Темнии, такая же, а может даже она самая, что он видел у Башен. А вот её спутница... И тут парень готов был поклясться чем угодно, оказалась той самой девушкой из видения. Только теперь, в свете солнца, он сумел разглядеть, что её волосы были и не волосами вовсе, а тонкими лепестками, обрамляющими небольшую голову. Кожа, голубовато-белая, словно лунный свет ночью, оказалась прикрыта красивой, сплетенной из цветов, вуалью.

По разговорам вокруг, стало понятно, что она принадлежит к расе кайпело. Разумных, то ли растений, то ли грибов.

Судя по тому, как непринужденно, на равных, общались эти две очаровательные особы, у Вика сложилось впечатление, что они занимают примерно равное положение в обществе, а значит та, которую он искал, возможно служила пантеону. Но тогда возникал резонный вопрос, какого кваплы ученица богини забыла в обществе того, кто богов пытается убить?

Пришлось выбирать за кем следить и парень резонно рассудив, что ближайшее окружение Темнии важнее, двинулся вслед за девушками. Он нисколько не удивился, когда процессии втянулись на длинный мост, ведущий к Янтарному Престолу. Судя по всему, гостьи прибыли с официальным визитом, а не просто погулять на празднике.

В конце дня, общим мнением было решено обратиться именно к Братству, рассудив, что раз они брались за заказы даже государственной важности, то им будет проще получить информацию о тех, кто сейчас находится во дворце. В то же время, в отличии от сыска, напрямую связанного со стражами города, Братство все же наемники и вряд ли станут задавать лишние вопросы, максимум отметив про себя интерес Викариана к знати. Но политические интриги и слежка друг за другом среди аристократов обычное дело, при любых правителях в обоих мирах.


* * *


Цеховой квартал кольцом опоясывал центр Кальдеры, подходя вплотную к мостам через провал с горной рекой. Здесь были сотни мастеровых и гильдейских залов. Штаб Братства оказался не просто зданием, а целой группой строений внушительного размера. Казармы, кузницы, тренировочные площадки, даже конюшни. Судя по высокому шпилю, с широченными арками на самом наверху, похоже что некоторые животные вполне себе могли летать. Здесь было мало прохожих и сам квартал казался пустым на фоне остальной, утопающий в празднествах, столицы, так как сюда не пускали ни торговцев, ни артистов.

Не было сомнений, что эти строения лишь вершина айсберга, скрывающего под землей истинные размеры очень богатого цеха наемников.

В самой середине, туда где сходились все тропы квартала Братства, стояла ротонда, за колоннами которой виднелись монолитные стены из серого камня. Не очень высокая, но выглядящая хмурой и неприветливой, монолитом скалы проросшей почти в самом центре столицы. Поддерживающие куполообразный свод, толстые, витые столбы, что были под стать основанию. Украшенные сверху донизу искусными барельефами, изображающими видимо героев и сражения наемного войска.

Как и ожидал Вик, внутри атмосфера была под стать зданию. Никакой суеты и шума. В центре располагалась круглая стойка, за которой стояло четыре распорядителя, расположенных, судя по нарисованной на полу звезде, согласно сторонам света. Одетые в строгие, черные фраки, с накрахмаленными рубашками под ними и дежурной улыбкой на лицах. Перед каждым лежала толстая книга, перо с чернильницей, плошкой с разогретым воском, печать и бутылочка с белым тальком. А по бокам, возвышались стойки со свитками, скрепленными алым сургучом.

Даже стража и та стояла по внутреннему периметру стен, скрытая в темных альковах, которую вполне можно было принять за пустые доспехи, если бы не одно но... Сами наемники, избавленные видимо от необходимости военного единообразия писцов, щеголяли в разноцветных доспехах и потрепанных, походных плащах, вооруженные тем, чем привыкли сражаться, отчего охрана представляла из себя пестрое зрелище, скорее напоминающее пиратскую братию, нежели профессиональное, боевое подразделение.

- Чем можем вам помочь? - поинтересовалась высокая, весьма привлекательная девушка. Черные волосы, ниспадающие строгим, прямым водопадом не шелохнулись, когда карие глаза пробежались по вновь прибывшим.

Взгляд девушки, как заметил Вик, задержался лишь трижды: два раза, на его с Леадеей браслетах чемпионов и на растянувшейся до ушей белозубой улыбке Ялазара. Потому, не давая товарищу превратить их появление в очередной балаган, он быстро произнес:

- Необходимо собрать информацию о... - он замялся, подбирая слова. - Важных гостях праздника, прибывших в Янтарный Престол.

Ни единый мускул не дрогнул на лице девушки:

- О ком именно?

Вик быстро пересказал все, что им удалось узнать, на всякий случай сообщив, как и когда те прибыли в город. А ещё упомянул Тень. Мало ли, может быть повезет и Братству удастся что-то узнать даже об Убийце Богов.

Все данные девушка скрупулезно конспектировала, летая пером по свеже развернутому свитку. Наконец, закончив писать, она лихим росчерком подвела черту и сделала ещё несколько пометок, после чего, передала свиток Викариану.

Тот принял пергамент из ухоженой руки и взглянул на неизвестную ему вязь. Губы сами собой скривились от досады. Даже письменность Кеплера давалась ему с трудом, даром, что все детство матушка учила его этой науке, чего уж говорить о Вардеме.

Где-то с минуту он тупо пялился на страницу, покрытую тонкими символами, пока сзади его деликатно не похлопали по плечу.

- Позволишь посмотреть? - невинно поинтересовалась Леадея. Парень растерянно отдал ей список и та принялась читать. Через минуту она подняла глаза на девушку за стойкой. - Я правильно понимаю, что вы готовы взяться сразу за всех искомых нами, прося за каждого по три сотни монет золотом?

- Вы абсолютно правы, магистр. - девушка слегка склонила голову в знак согласия.

Лея покраснела. Ей явно нравилось такое обращение, что её принимают за истинного мастера Вечного Океана. Момент самодовольство прервал шепот Викариана, смотревшего на нее широко раскрытыми глазами:

- Ты что, за месяц выучила язык?

- Взгляни через Тонкий Мир. - коротко ответила Лея.

Он последовал совету, вновь взяв в руки листок с записями. На этот раз, открыв око инфернала, молодой человек увидел несколько иную картину. Возле каждого абзаца, который все так же представлял из себя нагромождение непонятных Вику вензелей и точек, теперь сияли небольшие гравюры с лицами тех, кого они искали и даже места, которые он описывал. Здесь были и подземная тропа таргов, и тракт, забитый торжественными профессиями, и даже более ли менее похожая физиономия арбитра из Врат Кальдеры.

- А-а как же цифры? Откуда...

- Ну, до миллиона то, я за три недели научиться считать смогла, да и ты бы мог, кстати говоря, если бы не валял дурака. - она указала на отдельно стоящие черточки под каждым нарисованным лицом, видимо означавшие цифры. Все они были одинаковыми. Лея указала тонким пальчиком на каждую сумму. - У нас нет столько денег и взять их сейчас тоже неоткуда.

- Да уж. - согласился Викариан, не пуская Яла подвинуться к девушке за стойкой. Вряд ли даже его обаяние смогло бы заставить ее сбавить цену, а вот неприятностей и лишнее внимание привлечь к ним точно смог бы. Вик повернулся к писцу. - Есть ли возможность выбрать лишь часть целей? Боюсь мы не рассчитывали на такие суммы.

Нисколько не поменявшись в лице, девушка все так же приветливо ответила:

- Разумеется. Кто будет в приоритете для сбора информации?

Вик глянул на остальных:

- Думаю, надо узнать о девице, что прибыла с ученицей Темнии, тарге и... - он замялся взвешивая, стоит ли рискнуть. - И, пожалуй, надо пытаться узнать, кто такой Тень. Он может появляться незаметно, не пользуясь ни материальными, ни магическими путями. Надо понять, как это ему удается.

Возражений не последовало, даже Торунг не стал ничего добавлять, видимо соглашаясь с озвученными мыслями.

Взяв перо, Викариан поставил крестики возле интересующих его, задержавшись взглядом на совершенно черном, без лица, силуэте, изображающим Тень. Даже простая возможность узнать что-то об этой личности, заставляла Вика покрываться гусиной кожей. Нечто невероятно могущественное стояло за этим существом. Эта неизвестность пугала едва ли не больше, чем Лич и те, кто сейчас в Кеплере гонялся за его головой.

Поправив очки, девушка приняла свиток, после чего переписала на чистый пергамент подкорректированный заказ, запечатала последний сургуч и положила его в левую стойку с другими свитками. После чего, щедро сыпанула белого талька на первый, невостребованный свиток, отчего чернила на нем тут же выцвели и на глазах стали испаряться, возвращая бумаге первозданную чистоту. Она вновь подняла взгляд:

- Прошу, назовите ваше имя и имя вашего рода, или племени.

- Мое? - растерялся Вик.

- Того, кто будет оплачивать заказ. - пояснила девушка.

- Викариан из рода... - он замялся, так как никогда особо не задумывался об этом. Он достал тугой кошель, отсчитал положенную сумму и спросил. - А можно просто, Викариан?

- Конечно. - она тут же принялась пересчитывать монеты.

К стойке подошли двое, крупного вида, бескрылых шадралов в таких же строгих костюмах, при этом рога у обоих спилены не были и приняв плату, неспешно переложили каждые триста монет в отдельную резную шкатулку, положив туда же небольшие листки, на которых, как заметил Вик, знаки совпадали с их заказом. А девушка аккуратно внесла какую-то короткую пометку в здоровенную книгу, лежавшую все это время перед ней.

На этом, их общение с наемниками окончилась, к немалому расстройству и удивлению Яла. Ну, расстройство было понятно, негодяй Вик не дал по-заигрывать с очередной красоткой, утянув повелителя костей прочь от темноволосой девушки, кажется начавшей подозрительно теплее улыбаться ему. А вот удивление он объяснил тем, что для простых наемников, он никак не ожидал такой дисциплины и организованности.

В Кеплере, обычно капитаны наемных рот мало чем отличались, а то и были пострашнее иных рейдеров, как собственно и их подчиненные. Впрочем, может это и хорошо, жесткая дисциплина могла поспособствовать скорейшему выполнению заказа, а сейчас это было крайне важно.

Ялазар даже и представить не мог, как же он окажется прав. Буквально на утро следующего же дня, когда Вик с товарищами завтракал, к ним за столик, не спрашивая приглашения, подсел незнакомец. Мужчина с грубыми чертами и шрамом на лице, чей взгляд пронзал насквозь, как ни в чем не бывало, поставил кружку с пивом перед собой.

В воцарившейся за столом тишине, он достал из сумки три свитка, закрытых широкой печатью и положил их перед Викарианом.

- Здесь информация, за которую вы заплатили. Пока я пью пиво, можете задать вопросы по проделанной работе.

На этот раз, в Тонком Мире не было никаких обозначений или символов. Это были простые, рукописные трубочки пергамента и прочесть их теперь не удалось бы даже Леадее. Впрочем, Викар быстро нашелся:

- Есть скорее просьба. Вкратце опишите, что вы нашли. - он осторожно, чтобы не помять, убрал документы в поясную сумку. Он хотел было добавить, что передаст информацию дальше, не ломая печати, но быстро понял, что во первых, это будет звучать, как оправдание, а во вторых, чем меньше людей знают о тех, кто с ними связан, тем безопасней будет для Беатрис. Учитывая, что чертов арбитр и так уже её признал.

Отхлебнув хороших глоток, гость нисколько не смутился, видимо подобный просьбы были в порядке вещей. Тот принялся рассказывать. Первые две цели оказались довольно легкими. Девушку, из расы кайпела, живых антропоморфных грибниц, звали Вантильенна. Как и думал Вик, она являлась протеже одной из предвечных. Приглашена на праздник самим регентом, лично. Прибыла в город в сопровождении близкой подруги, служанка Темнии, которая, в свою очередь, знакома с ученицей Силики, которую, как поговаривают также видели в Олдире. Похоже, большой пантеон почтил своим вниманием королевство, а регент, как прозорливый политик, не упустил возможности сыграть на этом.

Догадаться, о какой "ученице Силики" идет речь, было не трудно, а значит, ни о каких встречах с Беатрисой в Кальдере, если она успеет прибыть в город до того, как их выкинет обратно в Кеплер, теперь даже думать было нельзя. Слишком много внимания уже и так приковано к её персоне.

Второй глоток пива пошел под рассказ о тарге по имени Дредзаил. Князь неприступной цитадели Даераг, в чьих глубинных, лавовых кузнях куют темный мифрил. Редкий гость в южных землях, так как люто ненавидит Пантеон. Он из древних таргов, рожденный рабом в эпоху Дикой Крови, а может даже раньше. Тысячелетия служивший темным колдунам и их прихвостням. Первый, кто откликнулся на зов прелатов Тэи сбросить цепи рабства и ковавший победу, до последнего веря, что помощь придет. Даже когда верховная богиня приказала прекратить северный поход. Тем не менее, дворфы с шадралами, тайно помогавшие таргам даже после начала Эпохи Изгнанников, все же не вызывают у него такого отторжения, как все прочие, беспрекословно выполнявшие приказ Тэи. Потому видимо, он и принял приглашение, хотя явно прибыл в Кальдеру не ради развлечения. Это не в характере суровой, северной расы. Значит, ему собираются сделать некое предложение, которое может его заинтересовать, раз он прибыл собственной персоной. Какое предложение, к сожалению, выяснить не удалось.

Есть лишь предположение. В силу его лютой ненависти ко всему, что связано с Благословенными Землями, подобраться к нему крайне непросто и вряд ли этот договор обоюдовыгодный в равной степени, скорее, для его расы он будет более интересен. С другой стороны, Дредзаил в не меньшей степени ненавидит и тех, кто осаждает крепости таргов в пустошах, а значит, он, как минимум, будет склонен выслушать предложение.

- Ненависть, как и гордыня - плохой советчик. Тот, кто упивается ими, делает себя уязвимым к использованию прочими. - весомо заключил Торунг.

- Однако, рассчитывать на него, как на надежного союзника, все же не стоило бы. - подвел итог их гость, который уже допил пиво и теперь смотрел на дно пустой кружки.

Викариан тут же заказал еще две пинты пенного, чем вызвал легкую улыбку на слегка смягчившемся лице мужчины. Получив очередную порцию выпивки, он перешел к последней части доклада.

Информация оказалась обрывочной и противоречивой. Даже более того, она скорее напоминала какие-то байки, который, кстати не исключено, мог распускать сам о себе "объект" слежки, чтобы сбить ищеек со следа.

Тень, согласно собранным по крупицам слухам, это некое могущественное существо, принявшее образ человека, но вряд ли им являющееся. Сам он мало интересуется политикой, праздником и вообще окружающими, что может говорить о некой миссии в Кальдере, однако, в отличии от прочих, регент его не приглашал. По крайней мере, не удалось найти доказательств. Более того, за Тенью стоит кто-то ещё, а также, в Кальдеру он прибыл не один. Большего узнать не удалось, так как "объект" похоже почувствовал, что за ним следят.

- Почувствовал, как? - удивился Викариан. Вибрирующая золотая пластинка находилась на его руке и уж скорее его могли заметить, однако, пока все было тихо.

- Одним богам то известно. - пожал плечами посланец Братства. - Может у него есть какой-то артефакт, может соглядатаи, а может, просто хорошо развито чутье. Такое тоже бывает. В общем, пришлось сворачивать слежку, так как мы могли бы поменяться с ним местами и уже он бы охотился за мной, а потом за вами. Думаю вы не против, что о вашем интересе он не прознал.

Все за столом согласно кивнули. Мужчина, сделав последний могучий глоток, осушил третью кружку и надвинув капюшон поглубже на лицо, поднялся:

- Рад был работать на вас, уважаемые. Если пожелаете продолжить, вы знаете где нас найти. Однако, вот вам бесплатный совет, оставьте в покое этого странного типа с гигантским мечом за спиной. По крайней мере, на время. Пусть успокоится, потеряет бдительность, тогда продолжите работу. Мне, честно сказать и самому интересно, что это за тварь такая, маскирующаяся под человека, выглядящая, как человек, но человеком не являющаяся. Возможно, очередной прихлебатель Изгнанников. А если так, то недооценивать его нельзя, ни в коем разе.

- Почему вы так решили? - спросил в спину уходящему гостю Викар.

- Чутье. - коротко ответил тот и скрылся за дверью.

Некоторое время за столом висела тишина. Все осмысливали услышанное. Наконец, Ялазар нарушил молчание:

- Ладно, информацию мы добыли быстрее, чем ожидали, однако, дел еще по горло. К тому же, нам скоро надо будет отправляться в путь. - последнее прозвучало печально, все прекрасно поняли о чем он. - Я схожу все таки на рынок, погляжу себе новый меч, а то, что-то кость совсем перестала меня слушаться. Не хватало ещё в Кеплере без оружия остаться. У нас же ещё остались деньги, Вик?

Получив утвердительный ответ, повелитель костей продолжил, повернувшись к Мрачному:

- Тор, ты поговори с хозяином таверны. Он вроде как сейчас многим предлагает поесть, чуть ли не за бесплатно, а нам пригодится набить сумки снедью под завязку. В конце концов, мы тут денег потратили столько, что думаю он не будет против дать нам в дорогу сушеного мяса, сухарей, да пива. Ещё было бы неплохо узнать, где сейчас Рихард, эти свитки стоит передать кому надо и он может с этим помочь.

Как всегда короткий кивок согласия от Тора, сообщил о том, что он понял задачу:

- Калери'Юна сейчас пришвартована в одном из доков внизу, адмирал, полагаю, там же.

- С чего ты взял? - удивился Викариан.

- Ни один капитан корабля не покинет судно в чужом порту, когда у него есть четко поставленная командованием задача. А наша госпожа, - аккуратно завуалировал он имя Беаты, чтобы лишний раз его не произносить, - дала ему исчерпывающие инструкции и пока что, Рихард вел себя так, как подобает командиру в боевом походе. Не вижу причин, почему его поведение должно измениться сейчас.

В принципе, так оно и было. С первого дня старый адмирал, уязвленный запретом свой госпожи Астры ввязываться в расследования, делал все, чтобы помочь им. Сам он лишь выполнял приказы Беатрисы, но при этом, его рвение не заметил бы только слепой.

- Тогда, мы с Леей отправимся в Янтарный престол, раз уж выдалось свободное время. - последним высказался Вик, сам того не желая, посмотрев на едва видневшийся край золотой пластинки-ключа. - Может удастся что-то ещё узнать, хотя конечно, это вряд ли. В любом случае, вечером собираемся тут и сразу идем к кораблю.


* * *


Попасть в замок оказалось несложно. Пройдя по длинному мосту, протянувшемуся над бурной рекой к Янтарному Престолу, Вик с Леадеей оказались перед высокими, вычурными воротами такой ширины, что туда могло бы, взявшись за руки, пройти не меньше тридцати человек. Увидев их браслеты, стража не задала ни единого вопроса, пропуская внутрь вместе с множеством прочих гостей, что оказались, к слову, одеты не в пример лучше них. Чемпионов, кстати, как заметил парень, вокруг не было, в основном лишь благородные, аристократические лица. Часть совершало вечерний променад, часть спешило во дворец на представление.

Получалось, что на чествовании чемпионов Месяца Битв, самих-то чемпионов и не было. Но ответ на эту странность оказался довольно простым. Праздник подразумевался для всех, но далеко не всякий аристократ был готов терпеть рядом с собой крестьянского сына, пусть тот и выиграл какой-то там турнир. В то же время, засветить свою физиономию пред очами "любимого" регента хотели многие. Вот и приходилось исхитряться, чтобы и свои интересы не упустить, и с низкорожденными одним воздухом не дышать.

К тому же, немало чемпионов, после победы, целенаправленно избегали смывать с себя грязь и кровь побежденных врагов, отчего, ко второй недели в нижних залах дворца вонь стояла такая, что без надушеного платка детям голубых кровей, к такому не привыкшим, войти туда становилось просто невозможным.

Все это Викариан узнал от богато одетого шадрала, когда они вместе слушали обращение регента, герцога Брозелеона, к гостям, стоявшего на высоком балконе верхнего замка. На самом деле, молодой человек удостоил бы говорившего, разве что мимолетным взглядом, лишенный возможности подойти ближе, но его слух резанула странная фраза, брошенная хозяином дворца.

- Сытая жизнь убивает любые другие желания, кроме продолжения такого бытия. Так быть не должно. - вещал с высоты мощным, хорошо поставленным голосом, облаченный в полный доспех, драконид.

От таких слов, Вик встал, как вкопанный, подняв голову. Но в этот момент, говоривший сделал шаг назад, уступая место фигуре, закутанной в пышный, черный кафтан с капюшоном, в широких рукавах которого хорошо были видны трясущиеся руки, покрытые старческими пятнами.

Тот начал свою речь с высокого, странного звука, видимо должного быть рыком, но в силу старости, больше напоминающего сдавленное шипение, после чего принялся вещать, причем намеренно избегая общего языка. Вокруг, несколько шадралов ответили одобрительным, гортанным рыком, однако были и те, кто презрительно кривились, и отворачивались. К одному из таких, как раз и подошел Викариан с вопросом о чем говорит старик, и кто это вообще такой.

- Этот-то? Элайджа - мастер церемоний, которому бы уже пора о душе подумать, а он все грезит о великой войне. Говорит, что мы якобы неправильно живем. - ответил драконид, попутно подзывая детей, сильно недовольный тем, что те заворожено слушают злобное шипение старика. - Якобы, мы великие и вообще чуть ли не лучше всех, но забыли об этом, идя по пути благодати Пантеона. А это, по его мнению, неправильно. Видимо, правильно было, когда наши предки гибли на сотнях бессмысленных войн ради дурацких идей. Раз мы правим небесами, то и те, кто живут на земле нам подчиняться должны. Старый хрыч видимо забыл о наших собственных междоусобицах, между крылатыми и бескрылыми.

Несмотря на то, что разговаривающий с Виком явно был против идеи исключительности шадралов, огонь в его крови заставлял распаляться от возмущения все больше. Викар поймал себя на мысли, что с таким характером внутренние конфликты среди драконидов, наверное, были чудовищно кровавыми. И вот теперь, похоже, герцог с окружением короля опять хотят править "низшими". Неудивительно, что Тень тут нашел благодатную почву для своих интриг.

Однако, ни Вантелиены, ни Дрецзоила рядом с ним не было. Похоже, эти двое не восторге от подобных речей. Над этим стоило подумать в свободное время, возможно, получится как-то это использовать.

Дослушивать начавшего брызгать слюной и ажнак подпрыгивать от перевозбуждения старика, беснующегося на балконе, которому вторила небольшая часть сородичей, стоящая внизу, Викариан не стал. Поблагодарив за пояснения, о чем толкует этот бесноватый, он двинулся дальше на поиски Леи. Её он нашел в красивом парке, среди света вечерных фонарей под высоким тополем. Оказывается, девушка нашла белое древо из видений. Оно находилось несколькими ярусами выше, куда было никак не попасть. Та зона дворца предназначалась только для Ткачей Чар, причем не самых последних и кого попало к древу не подпускали.

Вик тронул, зачаровано смотрящую на белоснежную крону, девушку за рукав. Она не повернула головы, не в силах оторвать взгляд.

- Это - тропа силы. Стабильный, вечно открытый, портал. - пояснила Лея. Её глаза смотрели с восхищением, словно стараясь запомнить каждый завиток невероятно сложной, чародейской вязи, танцующей от корней до самых кончиков ветвей.

Викар пригляделся. Он в жизни не видел ничего подобного и даже у Башен Дуалистов, Тонкий Мир не представал в столь идеальном, гармоничном величии.

Сила впитывалась в бутоны цветов, увлекая за собой материю, превращая ту в энергию эмпиреев и вела сквозь ствол вниз к корням, где-то то исчезая, то появлялась вновь. Каждый такой новый сгусток приносил в пределы Янтарного Престола нового гостя, зачастую могучего чародея.

- И куда ведет этот портал? - так же не в силах оторваться от увиденного, спросил Вик.

- Понятия не имею. В тысячи разных мест по всей Вардеме, полагаю. Каждый корень, каждое ответвление это... паутина путей и погляди, там зарождается множество новых, пока еще неживых, но уже проросших корней-порталов. Это невероятно.

- Ты не устала это говорить? - усмехнулся Вик, следя за переливами потусторонней энергии, которая, при всей своей сложности, текла в абсолютном, гармоничном порядке, ни единым локоном не выбиваясь из общего течения.

Он вновь осторожно потянул девушку за рукав:

- Нам пора. Иначе не успеем на общий сбор. Идем.

Лея, нехотя, позволила увести себя, периодически оглядываясь глазами, наполненными бесконечной тоской.

- Вик, - тихо произнесла она, - мы же ещё сюда вернемся?

- Уж поверь мне, постараемся! - подбодрил её парень, слегка приобняв за плечи. - Ты же не думаешь, что мне по-нраву морозить задницу в Кеплере?

Эти слова слегка приподняли девушке настроение и она улыбнулась в ответ.


* * *


Ял раздобыл добрый клинок, который он, впрочем, тут же припрятал поглубже под плащ. Владыке костей явно не нравилось, что теперь приходилось полагаться на обычное оружие и он с маниакальным упорством, даже забыв об ужине, продолжал править поискрошившееся, костяное лезвие своего старого меча. Тор набил сумки едой и водой так туго, что несчастную Леадею они теперь просто перевешивали. Пришлось даже отказаться от части припасов, так как девушка буквально не могла нормально ходить с такой тяжестью за плечами. Да даже Вику стало неудобно и тяжелый баул все норовил стянуть его назад.

Было принято решение передать свитки Рихарду через Тора. В конце концов, он ранее представился матросом, хотя в Вардеме, как понял Викариан, членов команды парящих кораблей правильно было называть "аэронавтами". Дословно, то ли небесный кочевник, то ли путешественник среди облаков. Хотя многие, по-старинке, продолжали называть их просто матросами.

Калери'Юна, сложив паруса, мерно покачивалась на волнах в глубине широкого провала, отделявшего Янтарный Престол от остальной столицы, напоминая странной формы корабль. Или, даже, скорее небольшой, плавучий дворец.

Оказалось, небесные суда были спроектированы таким образом, чтобы иметь возможность приводниться. Вряд ли они хорошо плавали, в конце концов, не для этого их создавали, однако, держаться на воде, для проведения ремонта и пополнения припасов, могли вполне успешно. Это казалось логичным: судно было немаленьким, просто опустившись на землю, оно могло сломаться под собственным весом и даже самая мягкая посадка на твердый грунт могла легко что-то повредить.

Ветер, вольно гуляющий по каньону, в котором протекала река, трепал волосы снующих по причалам грузчиков и мастеровых, норовя сорвать капюшон с головы Тора. Тот поднялся по трапу на палубу, заставив адмирала оторваться от разложенных на столе карт. Судя по всему, Рихард признал гостя. Коротким движением руки тот приказал адъютантам, окружавшим его, покинуть их.

Остальная группа все это время находилась наверху, на заполненных праздным людом улицах, не спускаясь в подвал, где текла горная река, разделяющая внешнюю и внутреннюю части Кальдеры.

- Посадить корабль при таком ветре... - прокомментировал Ялазар, опершись о резные, каменные перила, огораживающие резкий спуск и следивший за происходящим внизу. - Отдаю должное таланту рулевого.

- Дело не в таланте. - ответила занимавшаяся тем же Леадея. - Сама каравелла - это плод трудов многих мастеров чар. Ты может не заметил, но на внешней обшивке корпуса столько рун и узлов магии, что даже самой жестокой буре не под силу будет сбить этот корабль курса.

Слушая их вполуха, Викариан про себя просил Торунга, протянувшего документы, поторопиться. Он ощущал тянущую тяжесть в левой руке, на которой находился ключ между мирами, словно он поместил ту в мощный водоворот, пытавшийся теперь утянуть его целиком в глубину. Золотая пластинка практически исчерпала серебряный песок, удерживавший их в светлом мире.

Внезапно, нога парня словно провалилась в каменную кладку по щиколотку, отчего он потерял равновесие, потянувшись к перилам перед ним. Казавшийся до того монолитным камень, внезапно, рассыпался невесомым пеплом под пальцами Викариана.

- Твою ж... - рявкнул Ялазар перила, на которые он только что опирался, растворились и тот едва не нырнул носом в пропасть перед ним.

Рядом пискнула Леадея, похоже тоже чувствуя начало перехода, а Вик, упавший на землю и чья левая рука по плечо ушла в исчезающую плоть мира, бросил взгляд туда, где должен был быть Торунг. Если он не успеет передать документы, то они переместятся вместе с ними в Кеплер и тогда вся их работа будет напрасна.

Паника сковала разум, когда он увидел, как вдалеке, закутанная в плащ фигура, рассыпается на глазах, словно сделанная из сухого песка, под порывом пустынного ветра. Сквозь пелену черно-серого бурана смазанных красок, ускользающей Вардемы, он смотрел на палубу. В мешанине беснующегося хаоса, молодой человек, с невероятным облегчением, заметил, как адмирал нагнулся чтобы что-то подобрать. Видимо, хладнокровие Торунга позволило тому не потерять самообладание и молниеносно сообразить, что надо сделать. Едва почувствовав начало перехода, он тут же разжал руку с документами, не позволяя тем утеч в Кеплер вместе с ним.

Мимоходом, у Вика в голове проскользнул вопрос, почему вещи, попавшие из Кеплера в Вардему, через какое-то время возвращаются обратно, а из Вардемы в Кеплер остаются, словно привязанные теперь к темному миру? Но долго размышлять ему стихия не позволила, бросив тело парня вперед в обжигающую, липкую кислоту. Лишь машинально закрыв единственный глаз, он уберег тот, когда его самого начало засасывать на глубину.

От неожиданной боли, он попытался вскрикнуть, но его рот тут же заполнила отвратительная, кисловато-затхлого вкуса жижица, заставив зайтись в приступе кашля и рвотных позывов. Как ни странно, это помогло отвлечься от тысячи игл, впившихся в лицо.

Особенно паршиво было то, что переход уже завершен, а значит, происходившее сейчас было тем, что происходило с их телами на самом деле. Кеплер радостно напоминал своим блудным чадам, что не прощает расслабленности, а любая ошибка может стоить жизни.

Пытаясь унять нарастающую панику, со злостью загоняя мысли о терзающей его боли как можно дальше, Викариан принялся барахтаться, стараясь выплыть на поверхность. Окружающая его жалящая слизь оказалась слишком плотной, чтобы в ней плавать, но при этом слишком жидкой, чтобы о нее можно было бы опереться. Мятущаяся мысль, что они угодили в болото, вспыхнула в мозгу, но он тут же отмел её, так как болото затягивало жертву, подобно чудовищу, засасывая в себя, а парень чувствовал, что он погружается на дно плашмя только благодаря собственному весу. Ну и да, весу тяжелых сумок за плечами.

Сумки! Полоснула его очевидная догадка. Он молниеносно сбросил лямки тяжелого баула. К его разочарованию, тело не принялось всплывать само собой, в конце концов, перед выходом он одел полный доспех, который сам по себе весил немало, но теперь, хотя бы давящая тяжесть не тянула его вниз так сильно. Более того, Вик внезапно понял, что и сами сумки, которые теперь находились под ним, больше не тонут.

Он быстро, пока в легких еще оставался воздух, взгромоздился на них и что есть силы оттолкнувшись, устремился вверх, к поверхности.

И снова кожу обожгло так, будто в лицо плеснули пригоршней раскаленных до бела углей, но это оказалось совсем малой платой за возможность сделать вдох.

Ощущение было такое, словно по телу ползает рой мелких, склизких личинок, кусающихся, пытающихся прогрызться сквозь кожу. Викар, тыльной стороной перчаток, протер глаза, стряхивая с лица копошашуюся гадость, попутно стараясь не сверзиться с вещмешка, на котором стоял.

Ночь. Непроглядная, без единой звезды. Без лун и света. Изломанные тени вокруг тянули к нему свои кривые, костлявые руки, цепляющиеся за плащ, влекущие к себе. Вокруг текли рваные клочья тумана, что в темноте казался пятнами абсолютной пустоты. А сам Вик стоял в чем-то, наподобие белесой воронки жутко вонючей субстанции. И точно такая же отвратительными комками падала с неба.

Рядом, кто-то кашляя и чертыхаясь, вынырнул на поверхность.

- Сучья гадость, я уже забыл, как я ненавижу снег в Кеплере. - шипя сквозь крепко сцепленные зубы, раздался голос Ялазара. Он едва сдерживал себя, чтобы не ругаться в полный голос, но опыт давал о себе знать. Если ты очутился в незнакомом месте, лучшее что можно сделать, это не показывать, что ты вообще тут есть. - Да ещё и в лес угодили, чтоб его подкинуло и разорвало.

Лес, так вот, что это за тени и "руки". Деревья в Кеплере нередко бывали плотоядны, а их кора ядовита, но опасность они представляли лишь для тех, кто решит рядом с ними поспать или что случалось чаще, был усыплен хищными спорами.

Порыв бешеного ветра, плетью хлестнул по лицу, оставив настоящий ожог и обрушив на незваных гостей ещё больше липкого, противного снега. Викариан понял, что ощущение, будто его кто-то жалит, на самом деле было из-за невероятного холода вокруг, да к тому же, мерзлая слизь, попавшая под одежду и пропитавшая ту насквозь, моментально охладила его тело, угрожая заморозить насмерть.

Внезапно, белесый холм, говоривший голосом Ялазара, на секунду исчез из виду, словно что-то утянуло его на дно, однако, через какое-то время он снова появился. На этот раз в его руках было кто-то нещадно кашляющий, кому повелитель костей, своей медвежьей хваткой, зажимал рот и что-то злобно шипел на ухо.

Несчастное существо, давившееся кашлем, наконец более или менее успокоилось, и Ял убрал руку.

Покрасневшая от нехватки воздуха, измазанная грязным снегом, со слипшимися волосами, на него снизу вверх смотрела Лея. До того яростно отбивавшаяся, теперь, она мертвой хваткой цеплялась за предплечье Яла, чтобы вновь не соскользнуть в мутную пучину. Кажется, она даже не доставала ногами до дня, рискуя банально утонуть, если отпустит своего спасителя.

- Не ори. - зашипел он. - Мы здесь не одни.

На мгновение, воцарилась тишина, да такая, что Викариан буквально услышал собственное, бешено колотящееся, сердце. Нервы натянулись струной так, что он перестал замечать боль от иссушающего холода вокруг.

Вокруг них раскинулся густой бурелом, сотканный из тысяч оживших теней, запятнанный маслянистыми клочьями тумана, сквозь который, лишь изредка пробивались воронки магического искажения, создавая причудливые блики на пульсирующих корнях.

Вой ледяного ветер в голых ветвях напоминал разъяренного зверя, гоняющего добычу, чующего запах крови и страха. Но не он стал причиной беспокойства повелителя костей.

- Плоть... нужна плоть... плоть была здесь... - шептали тысячи голосов, вплетаясь в стенания ветра. Сначала Викариан подумал, что это сам лес шепчет жуткие слова, но после понял, они звучали откуда-то сбоку, где изредка что-то тихо, противно хлюпало и хрустело. Словно великан ступал в глубокую, снежную жижу, ломая на её дне мертвое дерево.

Парень аккуратно сошел с мешка под ногами, ощупывая почву, чтобы не зацепиться за корни деревьев, постоянно двигающиеся под ногами, как гигантские, шершавые черви. Вновь забросив за плечи мешок, он, разгребая руками снег перед собой, подошел поближе к Ялу. Ему приходилось держать голову высоко поднятой, так как скользкая жижа все норовила залепить ему нос и рот.

- Не знаешь, что эта за херня там бродит? - едва слышно, шепнул он, оказавшись вплотную к остальным.

Ялазар отрицательно мотнул головой, тщетно пытаясь вглядеться в сторону голосов, не отпуская Леадею, так как та, несомненно, тут же бы принялась тонуть. Наконец, нащупав под ногой более ли менее крупный сук, он поставил на него девушку и та, нехотя, отпустила его.

Под жидкой пеленой снега оказались скрыты целые тропы из пульсирующих, словно вены, переплетений корневищ. Даже стоять на них удавалось с трудом, но все же, это было лучше, чем с головой нырять в отвратительную, белесую мерзость.

- Нам бы Тора найти. - ответил Ял. - он во всей этой нечисти талтановской разбирается, не в пример, лучше любого из нас.

Он покрутился на месте, примерно прикидывая, в каком направлении от них должен был появится Мрачный. Рассмотреть в кромешной тьме хоть что-то, оказалось не под силу, да и в Вардеме, в ясную погоду, Тора с их позиции едва было бы видно.

- Ну и что будем делать? - подала голос Лея.

- Отличный вопрос! - ответил ей Вик, которого от холода начал бить озноб. Он чувствовал, как к нему подступала черная меланхолия, словно они были изгнанниками из царства теплого света, низвергнутыми в этот ледяной ад. И только присутствие неизвестного чудовища, искавшего плоть неподалеку, не позволило парню утонуть в мрачных мыслях.


## Глава 9. Во Мраке Веков


Свистящий, словно тысячи лезвий, ледяной ветер оцарапал лицо Вика, едва он поднял голову над кромкой снежного полога. Ночь и зима затопили окружавший их лесу, окутав тот черным саваном, скрыв от глаз неведомые опасности. Одну из которых, парень сейчас безуспешно пытался высмотреть в серой пелене Тонкого Мира. Чудовище было где-то неподалеку. Даже за воем ветра и стоном крон было слышно его заунывное: "плоть, нужна плоть...". Даже око инфернала слабо помогало что-то разглядеть в кружащем хаосе Вечного Океана.

По меркам Кеплера, они отсутствовали совсем недолго. Время в мирах текло неравномерно, но было заметно, что за прошедшие дни, в темном мире что-то сильно изменилось. Нематериальный пласт бытия, словно бы погас, стал не таким живым что-ли. Течения энергий совсем истончились. Вокруг не было ни сияния аур живых, ни ряби, оставляемой в варпе мыслями разумных созданий. Однако, что-то неуловимо знакомое чувствовалось в очертаниях теней, скользящих вдалеке. Он, без сомнения, уже встречал нечто подобное, черно-алые силуэты, исторгающие из себя всплески шипов. Так в Тонком Мире выглядела боль. И встреча та была отнюдь не радостной.

Ко всему прочему, Викариана ждало ещё одно неприятное открытие:

- Эта тварь тут не одна. - сглотнув подступивший к горлу ком, прошептал он, еле слышно, чувствуя ледяной комок страха, свившийся внизу живота. Он сосредоточил взгляд на пятнах, едва заметно перемещающихся вдалеке вокруг, пытаясь разглядеть детали или хотя бы понять их намерения. Но те находились слишком далеко и кроме того, что они тоже двигались, понять больше ничего не удавалось.

Неподалеку от ближайшего к ним создания, с другой стороны холма, Викариан приметил еще одно необычное сплетение силы, которое отличалось от острых шипов аур вокруг них. Оно не двигалось, лишь едва переливалось все тем же жутковатым цветом. Часть его погасло, став черным и пустым, напоминая обмороженные мертвые конечности. Проблема заключалось в том, что этот сгусток находился на другой стороне холма, возвышающегося сейчас перед ними и чтобы понять, что это, нужно было подойти поближе.

- Далеко? - спросила стоящая рядом Леадея, кутавшаяся в промокший до нитки плащ. Ее начал бить озноб. - Почувствуют магию?

Затрудняясь ответить, Вик пожал плечами, понимая что выбора все равно нет: им надо согреться, а разводить костер сейчас было бы чистым безумием.

- Не знаю, почувствуют или нет, но они довольно далеко. - он указал в сторону высокого холма. - Шагах в трехста за ним, ближайшая. Попробуй коснуться течений эфира, а я прослежу, реагирует ли она.

Лея, с сомнением поджала губы, но ледяные когти мороза впивавшиеся в тело, добавили ей решимости. Тонкие пальцы девушки едва-едва тронули ближайший ручеек силы. Она посмотрела на Вика, ожидая, что он скажет.

- Не реагирует. - напряженно ответил тот, не переставая следить за едва шевелившейся тенью.

Более долгое прикосновение и даже сплетение простенького узла, также не вызвало интереса у объекта за холмом. Леадея поискала более мощный источник силы, чтобы уже сотворить настоящие чары.

- Что-то случилось с Кеплером. - удивленно прошептала она, подметив то же, что и сам Вик чуть ранее. - Магии в нем сейчас в разы меньше, чем когда мы были у Доридоса.

Было непонятно, виной ли тому сам лес, то что то, они учудили в Доридосе, высвободив легионы чудовищ Талтана, а может очередной катаклизм, разразившийся пока они отсутствовали. Там, где раньше бушевали мальстремы энергий и бурные водопады дикой магии, теперь текли, едва сияющие, тонкие струйки. Они все еще были толще, чем паутинки в Вардемы, но намного слабее, чем то, что обычно представлял из себя Вечный Океан Кеплера.

Наконец, чародейка, обнаружив более ли менее приличный поток, осторожно наложила на каждого согревающие чары.

- Что видишь? Они почувствовали нас? - спросил Ял, все это время напряженно сжимавший рукоять своего нового меча.

- Кажется, нет. - тихо ответил Вик. - Похоже, эта штука просто топчется на месте. Иногда исторгает себя нечто, вроде щупальцев, но с такого расстояния я ни черта не могу разглядеть. Надо бы проверить, что это за тварь.

Головы Леи и Яла одновременно повернулись к нему.

- Ты с ума сошел? Зачем? - удивился повелитель костей.

- А у нас нет особого выбора. Я же сказал, эта тварь тут не одна. Они практически со всех сторон, просто гораздо дальше. Что-то мне подсказывает, если мы потревожим одну из них, за нами увяжутся все разом, а значит, надо понять, что это и как избежать с этим встречи.

- Так просто уйдем от нее и все! - зашептала Лея.

- Куда? Они тут повсюду? Без знания, с чем мы имеем дело, есть огромный риск оказаться застигнутыми врасплох. - парировал Вик. - Как они тут вообще могли выжить? Как я помню, Чаща Украденных Душ полна древами, этими самыми душами питающимися. А эти создания, либо неживые, либо бездушные. Ты в таких чудовищах что-нибудь понимаешь? Я - нет.

- Тор скорее всего понимает. - пресекая дальнейшие возражения девушки, вставил Ял. - Нам бы стоило его сначала найти.

Викариан кивнул, соглашаясь:

- А ещё, в той стороне, - он вновь указал на холм, - есть необычное магическое плетение силы, похоже, оно как-то связано с этими созданиями. Думаю, стоит проверить и его заодно, возможно эти знания помогут нам уцелеть.

- Или помереть. - явно не в восторге от плана, прошипела Лея.

Вик не ответил. Он вновь огляделся, теперь уже ища оттиск человеческой разума в окружавшем их имматериуме. Пусто. Кроме них троих, на лиги вокруг, не было ни одного существа, наделенного чем-то подобным.

- Не могу найти Тора. Словно бы его вообще нету здесь. Впрочем, он довольно далеко от нас, может потому и не вижу.

- Или его уже... - вновь испугано зашептала Лея, но её тут же перебил повелитель костей.

- Не пори чушь, девочка. Тор не прослужил бы Талтану так долго, если бы не умел скрываться, как от простого взгляда, так и от магического. Скорее всего, спрятался. И надо сказать, нам бы не мешало сделать то же. - видимо идея проверять, что же там такое огромное бродит в ночи, его тоже не сильно радовала.

Хотел бы Викариан согласиться, однако что-то подсказывало, что нельзя упускать возможности разглядеть, находившуюся от них всего в паре сотен шагов, опасность получше, пока та их не чувствует. В Кеплере, ты рано или поздно все равно наткнешься на того, кто захочет тебя сожрать. В этот момент, лучше быть во всеоружии. Лишних знаний тут не бывает.

Он поднялся, стряхнув с колен налипшие комья снега.

- Стоит забраться повыше. На холм. А то мы в этом овраге просто рискуем утонуть.

Тепло от согревающего заклятия приятно разливалось по телу, высушивая одежду и отогревая одеревеневшие мышцы, возвращая силы. Они, не спеша, двинулись сквозь сугробы к намеченной цели, стараясь ступать как можно тише, чтобы не привлекать внимание, оставляя за собой глубокую, тут же отплывающую вниз, борозду.

- Что это за твари? - прошептала Лея, уже переставшая стучать зубами. - Откуда они вообще здесь?

Вопросы, скорее были риторическими, ни к кому конкретно не обращенными, но Вик все же ответил.

- Не знаю. Ни о чем подобном в Атласе Крига я не читал. Их тут быть вообще не должно. По крайней мере, никто их никогда не видел, ну или не смог выжить, чтобы рассказать о них.

- Очень воодушевляет. - недовольно фыркнула девушка.

- Напрасно ерничаешь. - подал голос Ял, замыкающий отряд. - Если о них никто не знает, значит они не выходили к Доридосу, который отсюда не так уж и далеко. Там бы их уж точно приметили Стражи Пограничья. Возможно, эти твари пребывают в некой дреме. Было бы очень неплохо, если так.

- А ещё, хорошо бы понять, что их в такое состояние ввело. А то, как бы нам самим не стать такими же, бесцельно бродящими по чаще, пустыми телами. - резонно закончил его мысль Викариан.

Возвышавшийся в центре мрачной чащи холм, снизу казался неприступной стеной. Подъем давался с трудом. Скользкая жижа под ногами заставляла постоянно падать на колени и лишь редкие ветки, спрятавшиеся под ней, за которые удавалось ухватиться, помогали ползти дальше. Хорошо хотя бы колючий мороз больше не щипал щеки.

Внезапно, примерно на середине подъема, под толстым слоем снега, обнаружилось нечто твердое и почти идеально гладкое. Расчистив снег, широко раскрытым от удивления глазам путников, предстал отполированный, серый камень. Вернее даже широкая лестница, уходящая вверх, словно язык древнего исполина, прорезавший промерзшую плоть земли.

- Тут ступени. - в изумлении прошептал Ялазар, поднимая голову, пытаясь рассмотреть неблизкую вершину. - Клянусь бездной, ступени, посреди леса? И куда они интересно ведут?

- Полагаю, наверх. - продолжала недовольно ворчать Леадея, то и дело одергивавшая Вика вопросом, не заметилило их существо с той стороны холма.

Наверное, будь отряд где-то в ином месте, они бы, непременно, обрадовались такой удаче. Однако, в нынешних обстоятельствах, вместо того, чтобы взбежать по ступеням, надо сказать весьма неплохо сохранившимся, трое путников лишь ещё сильнее прижались к земле.

- Ты все еще хочешь лезть наверх? - прошептал Ял, продолжая вглядываться в темноту над ними.

- Не особо, но вариантов у нас нет. К тому же, смотри, - Викариан сунул руку в снег и та, на этот раз, не погрузилась даже по плечо. - Чем выше, тем меньше снега, похоже из-за своей структуры, он постоянно стекает вниз. Передвигатся наверху будет в разы легче, а заметить нас снизу тяжелее.

- Почему? С чего ты взял, что внизу нас легче заметить? - не поняла, шедшая за ним, Лея.

Вместо ответа, молодой человек указал на широкую борозду в бледно-сером покрывале, устилавшем все подножие леса. Их путь, от того места, где они появились, до нынешнего положения был очень хорошо виден. Продолжи они путь по низинам, любой хищник, без труда, выследил бы и нагнал их.

Подъем продолжился и уже через пару минут ноги путников ступили на идеально ровную, каменную площадку, прямо сквозь которую проросли старые, корявые деревья, чьи ветви, словно костлявые руки, тянулись к мрачному небу.

Едва они взобрались, как громадная тень, по другую сторону вершины, шелохнувшись, заставила их снова упасть в снег, теперь едва доходивший до пояса. Гиганта все еще было не разглядеть, но зыбкие очертания множества бугристых наростов, из которых длинными языками, то и дело вырывались покрытые когтями, щупальца, давали богатую пищу для кошмарных фантазий. Грозная фигура, скрытая в черном тумане, покачиваясь, удалялась. Её размеры вызывали уважение. Она оказалась даже больше холма, на котором сейчас находился отряд.

В этот момент, Викариан почувствовал себя крайне уязвимым, поняв, что высота чудовища позволяла тому без труда видеть их, даже здесь. Лишь то, что они находились почти под самым сводом ветвей леса, давало хоть какое-то укрытие.

Дыхание парня застывало в морозном воздухе белесыми облачками пара, мешая рассмотреть куда конкретно двигается эта махина. Он подался было вперед, но сзади кто-то сильно потянул его за плащ, заставляя спуститься на предыдущий ярус ступеней. Обернувшись, он увидел, как Ял молча указывает на север, туда, где примерно должен был находиться Тор, видимо намекая, что стоит сначала найти его.

Вику ничего не оставалось, как согласится. В Тонком Мире, чудовище хоть и выглядело массивно, но в реальности, оно оказалось намного выше, чем он ожидал. Тут явно пригодились бы навыки Мрачного быть незаметным.

Отряд, спустившись на пару ступеней ниже, двинулся к противоположной оконечности холма. Теперь, они были искренне рады тонкому слою мягкого, склизкого снега, покрывавшего камни под ногами, отлично скрывающего звук шагов.

Двигаясь на север, в поисках Тора, при этом стараясь не выпускать из виду бесцельно блуждающие громады, оставшейся позади, они окончательно уверились, что находятся не на холме, а на крыше огромного здания, скрытого под толщей снега. Масштабы сооружения поражали. Огромные глыбы, поросшие заледеневшим мхом, похоже хранили под собой тайны давно ушедших веков.

Но что это было за место, понять никак не удавалось. Время, неумолимый скульптор, источило вырезанные на них причудливые узоры. А сами камни, пропитанные стужей, испускали холод, пробирающий до самых костей. Так что понять, что же запечатлели древние мастера на сером лике плит, понять было практически невозможно.

Теперь, с высоты, Викар мог расслышать знакомый шепот "плоть..." уже со всех сторон, перемежающийся с леденящими кровь, завывающими, криками терзаемых душ. Не хотелось даже думать, что это, главное было избежать с этим встречи.

Отойдя шагов на двести, когда за спиной пропал даже силуэт гиганта, группа все-таки решила вернуться на каменную площадку. Расположившись на пологой крыше, тяжело дыша, они решил передохнуть, расположившись за широким стволом одного из древ, проросших сквозь каменную кладку. Викариан вновь открыл око инфернала, принявшись оглядываться, ища хотя бы что-то, что могло указать, где мог находится Мрачный. Как вдруг, прямо перед ним, из пляшущей перед лицом вьюги, материализовалась сухопарая, закутанная в плащ, фигура. От внезапности, Вик даже отпрянул, да так резко, что не удержавшись, рухнул назад, под ноги тут же схватившему меч Ялазару.

- Это я. - бесстрастно констатировал некто "я" голосом Торунга.

Викар смотрел на него во все глаза и не мог поверить. В физическом мире, он явственно видел фигуру человека, но в Тонком, та представляла собой один из бесконечного множества пустых, серых фантомов-оболочек, льнувших к чахлым течениям магии вокруг. Так обычно выглядели инфернальные сущности, потерявшие всю свою силу и теперь дрейфующие меж течений Вечного Океана.

- Как... ты? - только и смогла произнести Лея, видимо находящаяся в таком же изумлении, что и Викар. Похоже, ей тоже не доводилось видеть того, кто умел бы так скрывать себя в эфире.

Торунг быстро подошел к ней и взяв за локоть, отодвинул от ствола дерева.

- Не прикасайтесь к ним. - он достал из поясной сумки небольшой, с фалангу пальца, кусочек, сияющей желтым, ордианской руды, осветив то место, где растение, пронзив каменную плоть строения, вырывалось на свободу.

Бурая кора, то и дело приподнималась, словно дыша, открывая черно-алое мясо под ней. Каждый такой "вздох" сопровождался конвульсиями плоти, похоже испытывающей чудовищную боль. Там же виднелись толстые, полупрозрачные вены, внутри которых текла мутная, с черными бляшками, кровь древа. Вокруг место произрастания, прямо по обледеневшему камню, расползался такого же цвета, шевелящийся, отвратительно мягкий, словно надувшийся гнойник, нарост.

Только теперь Вакариан обратил внимание на необычную, "колючую" ауру этих деревьев. В начале, он принял черные стволы за пустые тени, лишенные жизни, но на самом деле, сила внутри них очень походили на ту, что текла по телам чудовищ, бродивших неподалеку, хотя и сильно бледнее.

- Вполне возможно, гиганты, это стражи. А само строение - похоже существовало тут задолго до появления Чащи Украденых Душ. - Торунг указал на проросшие сквозь кладку деревья. Действительно, вряд ли кто-то стал бы строить здание прямо посреди леса, да еще предварительно не расчистив под него место. - Говорят, когда-то здесь были обжитые земли, Небесные Горы редко касались их. Но это было очень давно. Даже я не застал те времена.

Он опустился на колено и ладонью расчистил от снега камень, вглядевшись в истертые временем символы на нем. Потом поднял голову в сторону, где только что вновь послышался звук ломающегося подлеска.

- Не уверен, но это похоже на сигилы культа Плачущей Богини. Очень древние. Мне ранее не встречались упоминания о существовании этого ковена в наших землях. По крайней мере, со времен основания Доридоса ни о чем подобном никто не слышал. Возможно, храм построен задолго до появления леса. Может даже до эпохи Тиранов.

Лея зажала рот ладошкой, да и самому Вику стало сильно не по себе. Владычица Кошмаров. Так вот, что напоминали те эманации силы в гигантах. Ему уже доводилось встречаться с чем-то подобным и ужасы, приходящие во снах после, ещё долго мучали молодого человека.

- Надо отсюда уходить, быстро. - озвучил общую мысль повелитель костей.

- И куда предлагаешь идти? - обречено оглядываясь, спросила Леадея. - И главное как, когда эти твари бродят вокруг. А ведь тут, непременно, есть ещё и другие хищники.

- Не говоря уже про ловцов душ. - мрачно добавил Вик.

- Ну не сидеть же тут всю оставшуюся жизнь? - резонно парировал Ял, острием клинка он указал на заплечный мешок Вика. - Ты же вроде что-то читал про это место в своей книжке. Не было там чего-то, что могло бы помочь нам?

Парень и вправду уже успевший ознакомиться с описанием большинства мест в Землях Печати Отмщения, задумался. А после, вслух принялся рассуждать, попутно вспоминая все, что помнил:

- Если так подумать, выбор у нас небольшой. Путь на восток, точно закрыт. Горные перевалы и в обычное-то время, не самое безопасное место, а уж зимой соваться туда вообще, смерти подобно. На западе, Врата Снов, о которых кроме басен, да страшилок никто толком ничего не знает. Вроде как, там обосновался анархомаг. Создал там себе что-то, вроде собственного, маленького мирка.

- Молчаливый Аркаим. - подтвердил его слова Торунг. - Они с Талтаном часто вели дела. Анархомаг, Арбитр ордена Завета.

- Что за орден такой? - поинтересовалась Лея.

Присев на ступеньку рядом с ними, Ял пояснил:

- Что-то вроде хронистов. Говорят, они пытались связать воедино историю всех эпох. Ну по крайней мере тех, про которые более ли менее известно. Частично у них даже это получилось.

- Именно. - кивнул Тор. - Но вот Аркаим... его цели были несколько глубже, чем просто копаться в пепле сгоревших цивилизаций. Он считал, что знание прошлого может рассказать о настоящем и даже будущем. Однако для чистоты исследований ему не хватало, скажем так, тишины. Вот он и решил создать чистую лабораторию, где смог бы изучать не просто историю, но то, что привело к ее формированию, а именно - разум живых, мертвых... измененных. Их мотивацию, цели, ошибки. Аркаима недаром приписывают к анархомагам, его исследования вышли далеко за пределы методологии ордена Завета. По большому счету, он изгнанник, так как стал представлять угрозу даже для собственных братьев. Хотя, сан позволил ему остаться в живых.

Что-то шевельнулось в памяти при словах "изгнанник" и "анархомаг", заставив Вик припомнить, что среди его вещей хранится артефакт, связанный с другим подобным мастером чар. Что также отказался идти проторенными дорогами, ища свой собственный путь. Правда, как и многих подобных ему, приведший к крайне печальным последствиям. Мудрый Рах, немало помогавший им в прошлом, а ныне вынужденный пребывать внутри необычного артефакта, "паутинке миров", переданного на хранение Вику. Причиной тому была кристаллическая проказа, поразившая тело старого мага, когда тот забыл об осторожности, позволив тяге к знанию взять вверх над здравым смыслом.

Последней просьбой Раха было найти безопасное место для его нового дома, так как сила, заключенная в артефакте, была лакомой добычей для любого колдуна или даже кого похуже. Вик усмехнулся. С этой просьбой его старый знакомый прогадал, доверив свою безопасность явно не тем людям. Учитывая, сколько неприятностей и врагов они умудрились нажить себе с тех пор.

Детали, как этот артефакт работает, разумеется, молодому человеку были неведомы, однако, возможно Рах с Аркаимом нашли бы общий язык. В конце концов, они оба стремились познать и использовать то, что другим бы, и в голову не пришло. Тогда, возможно и их отряд мог бы рассчитывать на помощь.

Он поделился этими мыслями с остальными. Лея мало что поняла, Тору было всеравно, а Ял, как ни странно, согласился. Вместе с ним они принялись тщательно изучать карту, стараясь найти выход из сложной ситуации.

- Ну, а какие у нас ещё варианты остаются? - вздохнув, спросил повелитель костей. - На восток нельзя, на север - не дойдем, туда минимум пару месяцев пути. Холод и отсутствие достаточного количества провианта убьют нас вернее любого хищника. Да и что там сейчас творится - непонятно. На юге, в Доридосе, первые гончие нас уже нагнали, осталось дождаться только наемников из Кавенона и ревенантов лича. Кстати, ещё вопрос, не смогут ли они нагнать нас тут. В любом случае, вариант с Вратами Снов, ничем не хуже прочих. Остается лишь вопрос, как нам туда попасть?

На это ему ответил уже Торунг:

- Под долом Печати Отмщения есть бесчисленные, подземные тропы, что проложены по самому краю бездны, отделяющей наш, верхний мир, от ужасов подземных царств. - Тор говорил отстранено, уйдя мыслями в глубины своего прошлого. - Мой владыка, Талтан, рассказывал, что эти ходы протянулись к каждому, более ли менее значимому месту на поверхности, даже к тем, что ныне забыты или потеряны. Возможно, в глубине храма под нами, тоже есть спуск...

Волосы на загривке Вика встали дыбом, даже от одной мысли, что придется лезть в логово слуг Плачущей Богини. Он слишком хорошо помнил, что там можно найти и какая судьба ждала тех, кто не сумел вырваться из лап аберраций, обитавших в подобных местах.

- Я туда не полезу. - резко обрубила Лея. Голос её предательски дрожал от отчаяние. - Лучше уж смерть от холода!

- Я бы не рассчитывал на столь легкую кончину. - усмехнулся Ял, кивнув в сторону, где должна была бродить громада виденного ими монстра. Недвусмысленно намекая, что выбора у них просто может не быть. Внезапно, он будто что-то вспомнив, повернулся к Тору. - А ты случайно не знаешь, что это за чудовища бродят вокруг храма?

Тот отрицательно покачал головой:

- Не знаю. Могу лишь предположить, что раз они не отходят далеко, значит тоже как-то связаны с Владычицей Кошмаров. А если вы говорите, что они громадные, то скорее всего, это гаеры, шуты-апостолы Плачущей Богини. Конструкты из плоти и эфира, терзаемые вечной болью, сорбирующие мягкие ткани, а также души, на потеху своей госпоже.

- Слышала? - весело осклабился Ял, обращаясь к Леадее. - Если эта зверюга тебя поймает, а их тут сейчас вокруг нас, судя по словам Вика, полно, ни о какой легкой смерти говорить не придется. Вечность агонии, вот что тебя ждет.

- И поэтому ты хочешь лезть к ним в логово?! - взвилась девушка, кажется, готовая кинуться с кулаками на беловолосого шутника.

Однако тот и бровью не повел.

- Гаеры не могут проникнуть в храм. Это конструкты первой волны экспансии. Они направляются в дол, чтобы подготовить пришествие всего культа, их потому и называют апостолами. Подобные им, могут находиться вокруг священного места, но внутрь им дорога закрыта, иначе они просто сожрут всех аколитов. - он поднял руку, видя что готовится очередной поток возражений. - Я не говорю, что внутри безопасно, но на поверхности, если хоть одна из этих тварей нас заметит, нам, скорее всего, конец. К тому же, в самой Чаще Украденых Душ, как ты правильно заметила и без них угроз хватает. Так что, где будет безопасней, это большой вопрос.

Внимательно все это слушавший Вик, вытер тыльной стороной ладони снег, налипший на лицо и произнес:

- Ладно, в любом случае, надо сначала убедиться, что это действительно, как вы их назвали, гаеры и если это они, то стоит найти вход в храм. На всякий случай. Идея идти внутрь, попахивает самоубийством, поэтому предлагаю принять решение, когда уже все выясним. - он указал в сторону, где в оке инфернала отражался огонь жизни ближайшей твари. Та бродила в глубоком овраге у подножия каменной лестницы. Похоже, она курсировала вокруг храма, но на его вершину подниматься не стремилась. Отмеченное ранее Виком, необычное сплетение колдовских узлов, находилось примерно там же

Он поднялся на ноги и обернувшись к Мрачному, спросил:

- Кстати Тор, документы Братства, ты успел их передать Рихарду?

- Нет. Переход начался, когда я как раз собирался это сделать. Поэтому, я просто выпустил их из рук, но что с ними произошло дальше, мне неведомо.

Вик удовлетворенно кивнул, значит то, что он видел в последние секунды в Вардеме было явью. Он видел, как адмирал нагнулся, чтобы что-то подобрать. Парень открыл было рот, чтобы уточнить, но Мрачный предвосхитил его вопрос:

- Когда я появился тут, бумаг при мне или рядом не было. За это - ручаюсь.

- Отлично. - тихо произнес парень, поворачиваясь на юг, куда им предстояло сейчас идти. - Ладно, раз мы опять все вместе и хотя бы примерно имеем план, предлагаю больше не терять времени. Пойдем по верху, только осторожно и к деревьям не прикасайтесь. Мало ли, может между ними и гаерами, если это конечно они, есть связь. Хотя, в последнем он сомневался. Тонкие, едва ли с человеческий волос, нити силы тянулись от корней, проросших внутрь храма, но ни одна из них не выходила за пределы каменной кладки, невесомым клубком паря внутри строения.

Вообще, все что они сейчас придумали, отдавало чистейшим безумием. Сама идея идти к Вратам Снов, хоть и не была лишена смысла, но вот мысль пройти через обитель Плачущей Богини, не придавала решимости.

Группа осторожно двинулась обратно по скату заснеженной крыши, вдоль скользкого склона, тем же путем, что они сюда и пришли. Под ногами начал хрустеть морозный наст на проторенной ими тропе, уже успевший схватиться от холода, а впереди, за завесой переплетенных крон, скрывалось покатое, усеянное множеством, безостановочно рассекающих воздух, гибких, длинных отростков, чудовище. Возможно, Викариан и хотел бы отказаться от идеи разглядеть его вблизи, но к несчастью, именно в той стороне находилось необычное, узловое плетение у подножья лестницы. Оно единственное выделялось на фоне всего храма и возможно, являлось как раз входом в него.

Внезапно, сквозь вой ветра и скрип снега, прорезался душераздирающее карканье, вперемешку с человеческими криками, словно вопль, доносящийся из самой преисподней. Звук лезвием распорол непроницаемо черный туман, за их спинами. Отчего, идущая последней, Леадея, пребывающая в состоянии граничащей с паникой, громко вскрикнула, заставив всех разом остановиться. Девушка изо всех сил зажала себе ладонями рот.

Сердца людей сжались в ледяных тисках страха. Перед мысленным взором проносились образы зловещих воронов, карканьем призывающих гаеров найти и поглотить неосторожных путешественников, забредших туда, куда соваться уж точно никому и никогда не стоило.

Хриплое карканье повторилось, разносясь невозможным эхом по проклятому лесу. Вик заскользил магическим взглядом по искореженным ветвям откуда доносился звук, но те оставались мертвенно неподвижны. Более того, они принадлежали деревьям, растущим за пределами храма. Сам Тонкий Мир словно бы поддернулся пурпурной дымкой, но то было делом обычным для мест с потоками искривляющей магии. Парень вспомнил жуткие рассказы из Атласа о древах-душеловецах. Неужели эти каркающие твари - души несчастных птиц, поглощенных прожорливым монстром?

Они, вроде как, не были связаны с Плачущей Богиней, более того, даже невооруженным взглядом становилось видно, что прочие деревья чащи держат свои ветви как можно дальше от храма и от проросших сквозь него собратьев. Однако, это же говорило о том, что присутствие группы живых, имеющих душу существ, не осталось ими незамеченным.

- Видишь что-нибудь? - шепнул Ялазар Вику. - Что это?

- В Тонком Мире почти ничего нет. Но полагаю, один из душеловцев пробудился. Слышишь, голоса изменились.

В бесконечном шепоте, теперь изредка перебиваемом громким надрывным карканьем, вплетался новый, подозрительно мягкий, мотив. Он заставлял холод и тревоги уходить, а разум замедляться. Мятущиеся мысли, словно попали в шелковую, паучью сеть, позволяя, уставшему от ужаса, разуму отдохнуть. Забыться дремой. Не будь они в Кеплере, Вик бы решил, будто он вновь вернулся в Море Цветов.

- Чары сна. - холодно констатировал Тор, тут же зарывшись в один из подсумков. Вскоре, он извлек оттуда три небольших фиала, протянув их остальным. - Если начнете засыпать или терять сознание, сделайте один глубокий вдох. Но не больше трех раз в час, иначе ваше сердце не выдержит.

Вик принял фиал и было хотел вынуть мягкую пробку, но рука Тора накрыла пузырек.

- Только в самом крайнем случае.

- А что это? - опуская пузырек в поясной мешок, поинтересовался парень.

- Толченый дурман-камень. - ответила Леадея, судя по скривившимся губам, прекрасно знавшая, что это за "лекарство". - Отрава для разума и тела, но дающая огромный прилив сил.

Её слова полнились отвращением, она явно не хотела прикасаться к "подарку", но Тор буквально всунул ей тот в руки, произнеся:

- Снимающий большую часть эффектов воздействия на разум, а также боль и страх.

- Разумеется, потому что разум перестает работать, как надо.

Видимо, что-то сильно отталкивало Лею от такого средства спасения, но все же угроза лишиться души, перевесила отвращение и она приняла пузырек. Ял, напротив, совершенно не возражал, видимо принимая необходимость прибегать и к таким, сомнительным, средствам.

Пока что, никаких серьезных воздействий они на себе не чувствовали. Хотя то, что рядом находился, помимо гаеров, ещё и душеловец, совсем не радовало.

Силясь разглядеть, откуда теперь исходит новая угроза, Вик отметил, что в лесу, вокруг, произрастали четыре основных вида деревьев.

Первые, мертвые исполины, словно безмолвные свидетели давно минувших дней. Их было больше всего, чью жизнь питали, ныне истончившиеся, ручейки искаженной, дикой магии. Вторые, жуткие пожиратели душ, пытающиеся казаться обычными, но их выдавала та самая пурпурная дымка, словно облака спор разливающаяся в Тонком Мире вокруг стволов. Их толстые ветви, непроницаемым пологом раскинулись над храмом, словно пытаясь утолить свой ненасытный голод, но боящиеся прикоснуться к древнему камню. Именно с этих ветвей слышалось карканье и убаюкивающий шепот. Третьи, сгорбленные, стелющиеся у самой земли, будто чахлый кустарник, малые древа. Те корчились в муках, словно под гнетом невидимой силы. И, наконец, те, что пронизывали своими корнями каменные стены храма, обретшие новую, горькую судьбу в мертвом оплоте некогда жуткой, искаженной, но все же жизни.

- Идемте, пока тут не проснулось еще что-нибудь похуже. - вновь двинувшись по краю, произнес Вик. Хотя, сам уже с трудом представлял, что же ещё хуже можно встретить.

Впрочем, Кеплер умел удивлять. Расслабляться уж точно не стоило. Пробираться теперь пришлось сквозь сугробы. По этой части крыши они ещё не проходили. Отряд с трудом расчищал себе путь, сопровождаемый все нараставший песней шепотков сверху. Вдруг, из-за серого, липкого вихря впереди, показались очертания исполинской фигуры. Чудовище, локтей сорок в высоту, возвышалось над верхушками деревьев. Его тело, похожее на гигантский, раздувшийся шар с огромной, наполненной треугольными зубами, пастью, пульсировало в верхней своей части кровяным мешком. Оно то раскидывало вокруг себя багровые внутренности, то втягивало их обратно, словно рыбак, закидывающий невод, что раз за разом возвращался пустым.

Внутри него текли те же шипы темной энергия, что и в плоти, заключенной в храме под их ногами. Не было сомнений, это существо - не просто зверь, а искусно созданный кем-то кошмарный, живой механизм.

- Гаер. - коротко констатировал Тор, подтверждая свою прежнюю догадку.

Это означало лишь одно, отряд сейчас стоял на крыше храма Владычицы Кошмаров, причем весьма древнем. Но удивляло другое, раз это храм Плачущей Богини, да ещё появившийся тут, небеса знают когда, то почему о нем ничего никому не было известно? И почему его стражи так странно себя вели, словно слепые котята, бродя вокруг и не проявляя никакого интереса вообще ни к чему. Было впечатление, что они находились в некой подобии дремы. Может споры ловцов душ действовали и на них. А может, так на них отразился магический голод, отсутствие достаточной силы вокруг. Но все равно, что-то не сходилось, ведь храм был построен ещё до появления чащи и до магического голода.

Единственным объяснением, которое Викар мог для себя найти, это то, что сила, некогда дававшие этому месту его жуткую славу, теперь оказалась почти неактивна. Почти потому, что ловцы душ все же не рисковали прикасаться к строению. А значит, все-таки какая-то частица Плачущей Богини тут ещё оставалась.

Внизу, на серой перине снега, даже сквозь мрак ночи, явственно виднелся след из красной, зараженной черными бубонами, крови, ведший от гаера к подножию храма, как раз туда, где находилось чародейское плетение, замеченное Вакарианом.

- Ну, мы выяснили, что это - гаеры. Похоже, нашли вход, разбудили пожирателя душ, что делаем дальше? - с ядом в голосе, чем похоже пыталась скрыть накатывающий, панический страх, поинтересовалась Лея.

Закрыв лицо ладонью от разыгравшейся метели, Викариан прислушался. На верхней площадке храма ветер выл, словно раненый зверь, заглушая все остальные звуки, даже сухие стоны ломаемого подлеска теперь было не разобрать. Впереди, сквозь пелену снега, едва просматривались очертания громадного нечто, уходящего в ночную тьму, потому полагаться сейчас приходилось только на магическое зрение.

Девушка рядом резко развернулась, намереваясь отойти от края, как вдруг камень, казавшийся надежным под её ногами, предательски пошатнулся, заставив ту, нелепо взмахнув руками, завалится назад. Тяжелый баул за спиной потянул вниз ещё сильнее, грозя и вовсе сбросить её с вершины.

Стоявший рядом Ял успел среагировать почти моментально. Его рука со скоростью молнии метнулась вперед, ухватив незадачливую колдунью за одежду, тут же притянув девушку к себе. Та сдавленно ойкнула, вписавшись в костяной нагрудник.

Лицо повелителя костей было непроницаемо, но напряженные мышцы выдавали все, что он хотел сказать, когда к подножию храма покатились камни из общей кладки, разбивая гулким стуком окружающую ватную тишину. В конце, сервые осколки, пробив полог осклизлого снега, с противным чавканьем ударилиь о то, что скрывалось под ним. Больше всего этот звук напоминал удар молотком по куску свежего мяса.

- Осторожнее. - прохрипел он.

Леадея же, дрожа от пережитого, намертво уцепилась за грубую ткань его плаща. Ее зеленые глаза расширились от ужаса, когда она заметила огромную тень, медленно двинувшуюся в их сторону. Щупальца, похожие на извивающихся змей, медленно скользили по снегу, оставляя за собой глубокие, темные борозды.

- Черт возьми, оно нас услышало?! - вырвалось у нее.

- Тебя оно услышало. Тише! - прошипел Ялазар, прижимая палец к губам. В его голосе звучала сталь, заставившая девушку тут же замолчать.

Каждый шорох, каждый скрип ветвей теперь заставлял сердце Викариана бешено колотиться.

- Движется к нам, но пока медленно. Не думаю, что оно нас заметило, скорое почувствовало вибрацию. - Викариан осторожно взглянул вниз, пытаясь разглядеть, что стало причиной разрушения этой части стены. Взгляд скользнул по раскрошившимся провалам, которые открылись между каменными блоками. Казалось, что сама древняя кладка вбирает в себя тьму, усиливая и без того гнетущую атмосферу окружающего леса. Кажется, одно из деревьев не просто проросло сквозь камни, а разворотило их, начав расти не вверх, как положено деревьям, но в стороны. - Нужно найти вход. Часть стены под нами разрушена, может тут удасться проникнуть внутрь.

В мешанине из снега, дробленых валунов и толстых, пульсирующих ветвей, явно выделялись несколько мест у подножия, где камни разошлись достаточно широко, чтобы туда мог протиснуться человек.

Там, в глубине расколотого ствола проросшего древа, текли едва видимые ручейки, наполненные обманчиво спокойной, дикой магии. Кажется, темная энергия Кеплера за прошедшие столетия сумела таки подобрать ключ даже к обители Владычицы Кошмаров.

- Похоже, здесь произошел магический выброс. - произнес Вик, пытаясь понять, не осталось ли поблизости какого-нибудь затаившегося омута с искривляющим течением, только и ждущего, чтобы невнимательный путник в него угодил. Осторожно проведя рукой перед собой, словно отодвигая паутину, он раздвинул обрывки погасших нитей Вечного Океана, зацепившихся за грубую кору. - Искаженная магия, не иначе.

Ял кивнул, его взгляд прошелся по вздыбившимся внизу каням.

- Можно, конечно, поискать другой вход, - он повернулся к неотвратимо приближающейся тени, - но времени у нас не так много.

Стоявшая теперь молча, Лея с опаской наблюдала за своими спутниками. Все в её взгляде говорило: "а что, если мы внутри потревожим то, что лучше оставить в покое?" Она, с отчаянной надеждой, взглянула на безмолвную фигуру Торунга у них за спинами, но это было все равно, что обращаться с немой мольбой к каменной статуе.

Заметив эти метания, Викариан положив руку девушке на плечо, произнес:

- Нам не остается выбора. Или мы попытаемся пробраться внутрь или нас, рано или поздно, нагонит одно из чудовищ. - он посмотрел на приближающуюся тень. - Судя по звуку от упавшего камня, под снегом не только поломанные деревья, но ещё и какая-то мясистая пакость, видимо являющаяся частью гаеров. Полагаю, эти твари чувствуют, когда их кто-то касается, как паук чувствует нити своей паутины. Сама же понимаешь, даже с одним из них, справиться будет непросто, а их тут едва ли не с дюжину.

Впрочем, возможно, оставался и ещё один вариант.

- Там, - Вик указал в сторону плетения чар, замечено им ранее, - есть странная, темная воронка, с южной стороны храма. Она пульсирует тусклым светом в черном ореоле, подобно мерцанию звезды. Её течение затягивает в себя нити силы, текущие из храма, не выпуская те наружу.

Леадея, вгляделась через Тонкий Мир в указанном направлении, похоже, по одному лишь описанию распознав в этом явлении нечто знакомое.

- Похоже, это печать. - прошептала она, голос её дрожал, но цепкий ум легко находил нужные знания в глубинах памяти. - В моей земле такие чары использовались для удержания силы, погребеных заживо темных сил или врагов Тиранов. Воронка не позволит фимиамам, источаемым местом упокоения, просочится вовне, таким образом, отрезая похороненых заживо от воздействия на окружающий мир. Или от спасения.

Произнеся последние слова, она невольно сглотнула подступивший к горлу ком Видимо, память показа что-то такое, что она бы хотела забыть.

Ял, нахмурившись, уставился в сторону, где располагалась печать. Он не был полноценным магом, но будучи подавителем прекрасно понимал, что такие места таят в себе немалую опасность.

- Видимо, стены храма также непроницаемы для находящейся внутри магии, а это, проросшее сквозь них дерево, так и вовсе питается ей. Не позволяя силе вырваться. Но если мы попробуем зайти с той стороны, расплести эту, как ты выразился, воронку, то не освободим ли эту силу? - предположил он. Чувствовалось, что эта идея ему сильно не по нраву.

Викариан, обведя взглядом окружающую их тьму, задумчиво произнес:

- Возможно. Возможно гаеры и ведут себя так странно, потому что потеряли связь с храмом. Если мы восстановим эту связь... - он не договорил, обведя мрачным взглядом окружающих. Судя по лицам, все понимали, к чему это может привести. - Впрочем, это лишь догадки.

Внезапно, с юга донесся глухой гул, словно гигант сделал глубокий выдох. Почти сразу вокруг группы начали падать ошметки почерневшей, словно обмороженной, плоти, соединенные друг с другой мутными мембранами. Один из бурых комков шлепнулся всего в каких-то десяти шагах от Ялазара и тут же начал втягиваться обратно в гаера.

- Эта тварь раскидывает сети. В следующий раз, накроет уже нас. - озвучил ставшую очевидной для всех мысль повелитель костей. - Если её сейчас же не отвлечь, то даже спуститься не успеем.

Проще сказать, чем сделать. Гаер чувствовал касание к странной субстанции, скрытой под снегом. Возможно, подумал Вик, если коснуться её где-то далеко в стороне, то это может привлечь его внимание. Однако, как это реализовать было не совсем понятно.

К тому же, видимость с каждой минутой все ухудшалась. Снег продолжал сыпать, застилая все вокруг белой пеленой. Ветер усиливался, завывая в щелях между камнями, а темные силуэты деревьев, окутанные рваными клочьями черного тумана, теперь казались еще более зловещими.

Можно было бы использовать лук. Тор, в конце концов, отличный стрелок, но куда конкретно стрелять? Большая часть ловчей сети чудовища скрыта ночной тьмой и снегом. К тому же, как далеко при таком ветре стрела сможет полететь, тоже вопрос непраздный.

Возможно, могла помочь магия, но гаер находился где-то шагах в ста пятидесяти, а значит, надо было бить минимум на три сотни. На таком расстоянии, даже око инфернала не позволяло разглядеть течения силы детально. Разве что, положиться на удачу. Ни о каком контроле заклятия, в таком случае и речи и быть не могло.

- Тор, сможешь найти более ли менее безопасный спуск, чтобы мы не сверзились вниз и не сломали себе шею? Я хочу попробовать отвлечь гаера, после чего, нам надо будет очень быстро найти ход внутрь. Не знаю сколько времени удастся выиграть.

Мрачный указал чуть левее от того места, где прокатился, сорвавшийся с вершины, камень.

- Там не видно проросших ветвей, скорее всего кладка достаточно прочная. Это лишь предположение, может под снегом все гораздо хуже.

- Пес с ним, сойдет. - ответил Вик, начавший уже сплетать чары магической вспышки. За серой пеленой в Тонком Мире он приметил то взбухающий, то вновь опадающий пузырь живого нарыва. Было трудно сказать физический ли это объект или просто мощный узел силы. Главное, он был того же цвета, что и чудище, сейчас неспешно ползшее к ним, а значит, вполне могло оказаться одной из частей его ловчей сети.

Викариан, сжав кулаки, сосредоточился. Осколок потустороннего создания, прочно впаянный в его пустую глазницу, скрытую повязкой, начал теплеть, словно отзываясь на усилие разглядеть цель вдали. В голове проносились структуры несложного, но показавшего себя крайне эффективным, заклинания, выученного, казалось, в какой-то совсем другой, прошлой, жизни. Молодой человек понимал, что то, что он задумал, чертовски рискованно. На столь большом расстоянии, ему было не под силу даже проконтролировать количество энергии, которое требовалось собрать.

Глубоко вдохнув, он обратил поток магии в точку в глубине ярко-алого бубона, в очередной раз надувшегося за спиной гаера.

Мощный энергетический заряд вырвался из Тонкого Мира прямо в центре намеченной жертвы. Полупрозрачные стенки мешка плоти разошлись с оглушительным треском. Фонтан густой, черной жидкости, взметнулся вверх чернильным облаком, ударившись в полог древесных крон. В воздухе тут же потянуло запахом гари, гнили, серы и порченой крови.

Чудовище, до этого двигавшееся медленно и лениво, внезапно ожило. Его пустые глазницы вспыхнули яростным светом и оно, вихрем щупалец крутанувшись на месте, с пронзительным ревом бросилось к месту взрыва.

Ял и Лея, ошарашеные эфектом заклятия, отшатнулись. Когда грохот сотрясший ночной лес стих и их слух начал восстанавливаться, они увидели, как чудовище, уже достигшее точки взрыва, распласталось по земле, подобно гигантскому кальмару, раскинув свои щупальца в разные стороны, пытаясь обнаружить источник атаки. Но самое плохое было в том, что теперь в нем не чувствовалось ни капли той сонливой неспешности, что была ещё мгновение назад.

Вик, сам не ожидавший такого эффекта, поспешно закрутил головой опасаясь, что устроенное им светопредставление могло привлечь внимание, блуждающих вдалеке, остальных гаеров, но к его огромному облегчению, те вовсе не заметили произошедшего. Более того, сопровождавший их все это время шёпот душеловцев стих, словно хищное создание, напуганное произошедшим, решило затаиться. Правда, было неясно, испугало ли его та сила, что высвободил Вик или то, что гиганское чудовище, бродившее у его корней, очнулось ото сна.

- Тор, веди нас вниз. Остальные за ним, след в след. - быстро приказал парень понимая, что промедление будет смерти подобно.

Они скатились вниз по обледеневшим ступеням, уже не пытаясь скрывать свое присутствие. У самого основания обнаружился проход, свитый из хаоса раздробленных блоков и переплетений толстых ветвей. Однако, выглядел он совсем не так, как предполагал Вик. Дерево, видимо действительно некогда проросло сквозь кладку стены, но когда его поразил заряд искривляющей магии, оно расщепилось изнутри. Раздвинулось. Именно тогда начав расти не вверх, а в стороны, при этом оголив пустоту своего ствола. Постепенно, его внутренности заполнила бугрящаяся, мясистая масса, выплеснувшаяся наружу, образовав отвратительный живой, чавкающий ковер у самого подножья. Пока дерево росло, полый ствол раздавался в стороны, раздвигая камни, прорастая бесчисленными ветвями сквозь них внутрь храма, таким образом создав второй вход.

Леадея поднесла пальцы и коснулась черной коры, изучая странное, пульсирующее месиво.

- Это... живая субстанция. - прошептала она. Страх смешался в ней с любопытством. Она ощущала, что сталкивается с чем-то совершенно новым и непонятным.То, что прежде было открыто лишь посвященным в тайны культа Плачущей Богини и никому более. Чувство благоговения перед силами одной из величайших предвечных, смешивалось тревогой от необходимости идти внутрь.

- И она чувствует нас. - добавил Ял, сжимая рукоять меча. Его взгляд скользил по густой, тягучей жидкости, которая медленно растекалась по каменным ступеням, рядом со входом.

Не успели они сделать и шага, как из-за их спин донесся оглушительный рев. Чудовище, ощутило их присутствие, едва они коснулись внутренностей, вываливающихся из распоротого "брюха" храма и бросилось в атаку.

Из шарообразного, покрытого пастями, со множеством треугольных зубов, тела, вырвались длинные, извивающиеся отростки, тянувшие за собой мутную, кожистую мембрану, усеянную мириадами мелких острых крючков. Эта новая ловчая сеть закрыла собой все пространство над головой людей, застав их похолодеть от одной мысли быть пойманными в подобные тенета.

Викариан, Ял и Леадея с Тором инстинктивно прыгнули вглубь расколотого ствола, уворачиваясь от покрытых слизью щупалец, когда те накрыли всю восточную часть стены одной сплошной, живой массой. Некоторые из отросткой даже пытались протиснутся внутрь, но густое переплетение ветвей сбивало гаера с толку и он не мог пробраться достаточно глубоко, постоянно натыкаясь на черную кору, да сухие корни.

- Ты зачем так шарахнул заклятием! - с опаской оглядывая место в котором они оказались, набросилась на Вика Леадея.

- Да я не специально! С такого расстояния, какое течение силы заметил, то и использовал. Или ты думаешь, мне так уж хотелось подергать это чудище за хвост?

- И что же нам теперь делать ?! - поинтересовалась девушка, не рискуя приближаться, издали рассматривая живой полог, запечатывающий выход.

- То же, что и планировали. Идти внутрь. - ответил за молодого человека Ял, тяжело вздохнув.

Дерево, пробившее каменную кладку святилища, образовало своеобразный туннель, ведущий внутрь. Его ветви, гигантскими пальцами переплетались между собой, создавая причудливый лабиринт. Ствол, отверзший своей нутро, словно пасть чудовища, исторгал из себя теплый, влажный воздух, наполненный тяжелым ароматом сырости, гниющей древесины и крови.

С каждым шагом, туннель становился все уже и уже. Стены были покрыты узорами коростных вен из мешанины щепы и почерневшей плоти. В глубине же, за сплетением самых толстых ветвей, кружили завитки багрового тумана. Оттуда же лился слабо мерцающий свет. Похоже, это был путь в притвор.

Они осторожно ступили на первый корень, перекинутый через широкую расщелину в земле. Под ногами хрустел битый камень. Вику начало казаться, будто он слышит гулкие удары и чей-то, едва уловимый шепот, словно дерево разговаривало само с собой... Или с кем-то, кого они пока что не видели.

Леадея, остановилась и прислушалась.

- Чувствуете? - прошептала она, подняв руку. - Похоже на сердце. Оно бьется.

- Думаешь это сердце дерева? - прошептал Вик.

Девушка пожала плечами:

- Кто знает, во что его превратила искривляющая магия. Может теперь оно сродни тем чудищам, что роятся снаружи. - она обернулась назад, где щупалец гаера все ещё не оставил надежды дотянуться до ускользнувшей добычи.

Проход начал казаться бесконечным, а густой туман из недр храма, окутывающий все вокруг, создавал иллюзию движения. Каждый шорох, каждый скрип ветвей теперь вызывал чувство, будто за ними наблюдают. Сбежав от одной смертельной опасности, их отряд теперь добровольно шел в логово другой.

В конце, переплетение ветвей стало настолько плотным, что двигаться дальше стало просто невозможно, хотя впереди явственно виднелось свободное пространство, почти избавленное от вездесущих корней.

Внимательно изучив сплетения перед ними, Вик отметил очевидное:

- Дальше не пройти. Нам нужно найти слабое место. - заметил он. В наполненном тяжелым туманом воздухе, его голос казался глухим. - Толстые ветви предлагаю не трогать, они явно живые. Кора у них дышит точь-в-точь как у тех древ, что росли наверху. А вот более тонкие, похоже мертвы. Думаю, стоит прорубиться именно через них. Хотя, даже они слишком толсты для обычного огня, да и мечи в столь тесном пространстве вряд ли нам помогут. Но у меня есть идея. Тор у тебя же ещё остался жидкий пламень?

Настойка алхимического огня, способного расплавить даже стальные замки, тут пришлась бы очень кстати и Торунг, вытащив из сумки небольшой гравированный серебром флакон, показал его Вику. Парень кивнул.

- Лея, нужна будет и твоя помощь тоже. Я могу создавать только взрывы, а вот тебе подвластно направить стихию в нужном направлении. Нам надо расщепить воздухом одну каплю на десяток, а лучше сотню мелких брызг, направив их в сторону мертвой ветви.

Никогда раньше они ничего подобного не делали, но спорить не стали. Тор откупорил изукрашенный, облицованный изнутри черным, вязким веществом крышку и поднеся флакон с алхимическим настоем к одной из ветвей, стал осторожно сцеживать, пылающую ярко-оранжевым цветом, каплю.

Руки Леадеи принялись выписывать замысловатые узоры в воздухе. Вскоре, над её ладонью заплясало крошечный, белесый вихрь, втянувший в себя оранжевую каплю. Теперь, это был самый настоящий ураганчик, наполненный алхимическим огнем, способный плавить даже самые твердые металлы, не то что уж сухое дерево.

- Готово. - произнесла она, осторожно распуская заклятие перед собой, отчего сонмы сияющих, огненных искр устремились к цели, впиваясь в черную кору, а некоторые даже прожигали ствол насквозь. Лея повела рукой в сторону, увеличивая площадь поражения и преграждающая путь ветка стала распадаться буквально на глазах. Девушка восхищенно прошептала. - Работает!

Воздух наполнился запахом гари и дыма.

- Нам надо прожечь всего несколько ветвей. - Мрачный вновь откупорил флягу, поднеся её к очередной преграде.

Леадея, сосредоточившись на течениях воздуха, повторила свои чары. Она подняла руки и искры, словно стайка светлячков, разлетелись в разные стороны, проделывая в дереве перед ней множество маленьких отверстий.

- Отлично! - воскликнул Викариан, без труда разбивая преграды, осыпающиеся пеплом, едва последний огонек потухал в глубине их нутра.

Ял первым протиснулся внутрь помещения. Следом двинулась Леадея, однако, ее плащ зацепился за один из обрубков ветвей и она оказалась подвешенной в воздухе. Девушка, сразу не разобравшись что произошло, едва не засадила в "нападающего" огненным шаром. Она изо всех сил крутилась, пытаясь прицелиться, но дерево держало крепко. В итоге, Ялазару пришлось вернуться и рубанув наотмашь по сухому стволу, освободить пленницу.

- Спасибо. - прошептала она, расплетая заклятие, которое, в силу скорого и оттого не очень умелого плетения, начинало терять стабильность, а значит могло стать угрозой уже самой своей создательнице.

- Всегда пожалуйста. - ответил он, улыбнувшись.

Теперь ничто не мешало им пробраться дальше и сначала Вик, а после и Торунг протиснулись следом. Они оказались перед, что наверное любой нормальный человек назвал бы, входом в обитель кошмаров. Стены покрывал толстый слой дергающейся, словно под ударами невидимых бичей, плоти, исходящей мутной сукровицей. Сквозь алые завитки тумана под потолком проглядывали силуэты живых, расходящихся словно раскрытое человеческое тело, с виднеющимися белыми ребрами колонн. Они были покрыты темными провалами, напоминавшие норы песчаных тарантулов, уходящих глубоко в их нутро. Видимо, в эти пазы вставлялись конечности жертв, чтобы зафиксировать тела, пока те долго и мучительно проходили все стадии трансформации.

В Ведьмином Мосту Викариан уже видел нечто подобное, правда, выглядело это несколько иначе. Эти столбы преображали плоть и разум жертвы, превращая ту в послушного, вечно страдающего, раба Плачущей Богини.

Здесь, в притворе храме, воздух был наполнен сладковатым ароматом тлена, напоминающим одновременно и цветы, и гниль. Впереди раскинулось небольшое помещение, окутанное подтеками густого тумана, а пол оказался залит розоватой сукровицей.

Леадея первой почувствовала неладное.

- Здесь что-то не так. - прошептала она, оглядываясь. - Кто-то здесь творит магию. Прямо рядом с нами.

Она повернулась к Вику, но тот отрицательно покачал головой, ничего не чувствуя. Он достал из кармана небольшой кусок ордианской руды. Камень вспыхнул ярким светом, но, вопреки ожидания, туман не рассеялся, а стал лишь гуще, словно кто-то пытался спрятаться от их внимания в нем.

- Похоже, это необычная хмарь. - заметил Ял, прикрывая лицо рукой. Глаза его сузились, пытаясь разглядеть хоть что-то.

Не желая рисковать, Леадея наложила на лицо себе и Викариану защитные чары, моментально отсекающие все посторонние запахи и миазмы. Тор надел маску, видимо так же способную абсорбировать вредоносные испарения. Ял же, будучи подавителем, решил проверить окружающее на себе. Но похоже, яда в воздухе не было, а сама дымка являлся неким ферментом, вырабатываемым живыми внутренностями храма.

Тень скользнула в углу зала, заставила всех напрячься. Она двигалась быстро, бесшумно, словно призрак. Вскинув руку, Леадея произнесла заклинание замедления, целясь в то место, где только что было движение. Воздух вокруг нее загустел и тень, казалось, на мгновение замерла. Однако, это остановились лишь завитки тумана, образовав в воздухе причудливую картинку, словно там застыло само время.

Попытка чародейки не осталась незамеченной. Чуть правее того места, куда пришлись чары, багровое свечение исторгло из себя нечто, покрытое пурпурным хитином со множеством паучьих ног. Словно со спущенной тетивы арбалета, тварь вылетела вперед, метя в лицо Леадее.

Гигантские жвала, покрытые слизью и шипами, сверкнули в темноте. Они носили на себе следы магии искажений, отвратительной мутации. Были слишком велики для скрытой за ними небольшой, но крайне зубастой пасти. Леадея вскрикнула, попытавшись отпрыгнуть назад, но чудовище оказалось быстрее.

Мандибулы щелкнули, метя на шею девушки, разорвав край плаща. Ял тут же, не раздумывая, бросился наперерез. Меч использовать он не рискнул и ему ничего не оставалось, как схватится за жвалы бронированными рукавицами, не позволяя врагу их сомкнуть.

Существо, похожее на гигантскую многоножку, попыталось отпрянуть назад, но повелитель костей вцепился в нее мертвой хваткой. Глаза создания, затянутые мутной пленкой ложного века, сверкнули злобой.

Получив столь яростный отпор, оно противно завизжало и ухватив Леадею длинными, многосуставчатыми ногами, потянуло к себе. От отвращения и испуга, девушка наскоро сплела первое, пришедшее в голову, заклятие, но то ли чары оказались не боевыми, то ли она не собрала для них достаточно сил, но все на что хватило магии, это слегка "подстричь" кривые когти, которыми оканчивались лапки существа.

Извивающееся тело твари принялось выделять из множества мелких пор темную, исходящую едким паром, жидкость. Но чары, не позволяющие этой заразе проникнуть в легкие, работали на отлично, так что и эта атака пропала втуне.

Включившийся в сражение Торунг, зашел в спину насекомоподобному и ухватив свой изогнутый клинок двумя руками, с силой вогнал его в шею врагу, аккурат меж двух пластин хитина. Тварь заверещала и по лезвию меча, вышедшему снизу, потекла густая, черно-синяя, словно чернила, кровь.

Видимо поняв, что сражение пошло совсем не по плану, создание решило ретироваться. Но даже тяжело раненное, ощущая приближение смерти, оно проявило неожиданную ярость и силу для столь небольшого тела.

Резким движением, многоножка, расправив конечности, в мгновение отбросила от себя Тора и Леадею. Яла оттолкнуть не вышло и он продолжал мертвой хваткой удерживать жвалы. Викариан же, стоял чуть дальше и потому удар его не зацепил. Парень, не теряя времени, метнул сразу два кинжала. Первое лезвие прошлось вскользь, зацепившись за роговой, надбровный нарост, второй же, вонзился в цель, но не смог пробить ложное веко, лишь поцарапав то и застряв.

Существо, извиваюшееся всем телом, изо всех сил пыталось заставить повелителя костей отпустить его. Несмотря на разницу в размерах, оно, тем не менее, представляло собой переплетение множества мощных, поджарых мускул, скрытых под прочной броней. Понимая, что силы неравны, Ялазар принял решение контратаковать.

Он отвел правую руку назад для замаха, а после, мощнейшим ударом впечатал латный кулак в надлобный панцирь чудовища, прямо между глаз. Несмотря на то, что хитин выдержал, удар оказался настолько силен, что отбросил монстра на пару метров назад. Тело с громким всплеском упало в мутную жижу под ногами, подняв взвесь брызг и затихло. Вряд ли оно было убито, но сознания лишилось точно. Рядом с ним упало ещё что-то, напоминающее кокон, видимо отцепившийся от спины многоножки.

В это время Леадея, отброшенная к одному из ближайших столбов плоти, поднялась на едва державших её ногах и дрожащими руками, начала готовить самое мощное, какое сумела вспомнить, заклинание. Ее глаза светились нездоровым, слегка безумным блеском, а губы шептали слова, то ли заклятия, то ли самого грязного ругательства, которое она знала. В обеих её ладонях заалело беснующееся пламя. Она явно собиралась зажарить раненое существо до хрустящей корочки, потом испепелить его, а после развеять пепел по ветру, чтобы оно уж точно больше никогда не смогло ожить.

Но в этот момент Тор остановил ее:

- Подожди. Мы должны его спасти.

Глаза Леадея от удивления и негодования полезли на лоб:

- Спасти? Это? Ты с ума сошел!

Тишина, воцарившаяся после схватки, нарушалась лишь тяжелым дыханием людей, смотрящих на Тора с непониманием. Тот же, подойдя к поверженному врагу, осторожно вытащил из его шеи свой меч и застрявший в ложном веке кинжал Вика. Вытер с оружия тягучую, маслянистую кровь, вернув кинжал владельцу. Парень, кивнув, принял переданный ему клинок, вложив тот в перевязь к остальным, развел руками, как бы спрашивая причины, почему они должны пощадить это создание.

- Это - бруд, разумная, - Торунг осекся на мгновение, - относительно разумная, раса. Причем, судя по внешнему виду, данная особь даже не прошла вторую стадию куколки. По человеческим меркам, это ребенок лет десяти.

- Но он напал на нас! - не унималась девушка, в чьих руках грозно ревело пламя, готовое по первому приказу испепелить кого прикажут.

Не отрываясь от поиска в своих бесчисленных поясных сумках, Торунг пояснил:

- Это - маленький искатель. Они в основном занимаются собирательством всяких безделушек и артефактов. - с этими словами он отвлекся от поисков и подцепив кончиком клинка лежавший неподалеку кокон, протянул его подошедшему поближе Ялу. То с недоверием поглядел на протянутый сверток, но все же взял его. - Они обычно не агрессивные. Их интересует не плоть живых, а артефакты и всякие необычные предметы, которые они после используют в своих целях. Скорее всего, он посчитал тебя, Лея, опасной, когда ты попыталась поймать его заклятием. Это больше рефлекс, нежели осознанная мысль, особенно в таком возрасте. Сами бруды, зачастую обитают в подземных путях под долом. Если убьем их сородича, можем навлечь на себя гнев остальных.

Ял почесал подбородок:

- Думаешь, когда мы пришли сюда, то просто заинтересовали его и он сначала хотел, как любой ребенок, поиграть с нами?

Тор пожал плечами. Наконец-то найдя то, что искал, он принялся накладывать на раны, лежащего без сознания существа, лечебную мазь. К ним подошел Вик, заглянув через плечо Яла, разглядывавшего содержимое кокона, заметив:

- Раз этот детеныш, как ты говоришь, находился здесь, видимо храм давно не представляет угрозы, иначе бы тут у него были бы враги пострашнее нас. - он указал на небольшую, завернутую с излучающую магическую силу шкуру, которую выудил Ялазар из недр кокона. Та лежала в ворохе каких-то выцветших тряпок, разноцветных камушков и прочего бесполезного хлама. - Хотя ты прав, он похоже действительно собирал всякие безделушки. Некоторые, вполне себе необычные.

Леадея, все еще дрожа от пережитого, с ненавистью посмотрела на место, где лежал детеныш.

- Его нужно было убить. - прошипела она, хотя это скорее в ней говорила не ненависть к созданию, а банальная, часто встречающаяся у женщин, нелюбовь ко всяким членистоногим. - Эти твари... эта тварь!...

Но договорить она не успела. Тор, врачевавший детеныша, отпрянул, когда существо вдруг пришло в себя и быстро оглядевшись, громко пискнуло, а после, черной молнией метнулось в пелену окружавшего их алого тумана, подальше от несговорчивых "игрушек".

- Какой-то он больно шустрый для того, кому только что пробили шею насквозь. - заметил Ялазар, передавая найденное Тору. Из ценных находок в вещах бруда были, разве что, небольшая шкурка какого подземного жителя, да глиняный фиал в форме перекрученной шишки с неизвестным содержимым, распознать которое было под силу только алхимику. К счастью, Тор таковым являлся.

- Они весьма крепкие. - произнес Мрачный, приняв находки и бегло осмотрев, убрал в мешочек на поясе. - К тому же, часть органов у них дублируется. Чтобы их убить, надо пробить либо череп, либо сердце. Все прочее для них несмертельно.

- А что мы нашли-то хоть? - поинтересовался Вик, найдя в глубокой луже под ногами второй кинжал. - Похоже, это непростой эликсир.

Нехотя распустив тугие узлы чар, Лея глянула на находку:

- Шкура, в которую он завернут, одаренно дыханием Тонкого Мира. Видимо, защищает содержимое от внешних воздействий магии. Может в склянке какой-то яд? - предположила она.

- Возможно. Но я думаю, что это что-то другое. Скорее всего, это лекарство или эликсир, который помогает им восстанавливать силы. - ответил Торунг, намекая, что разберется с этим после, когда будет больше времени на исследование.

За их спинами все ещё слышалось противное чавканье щупалец, настойчиво пытавшихся пробраться в след за ними. Ничего не оставалось, как двинутся дальше по коридору, окутаному туманом.

Вскоре, они вышли в обширный зал, потолок которого был затянут бугристыми, пульсирующими наростами. Они напоминали переполненные органами, мясистые мешки, от которых к земле тянулись густые, красные капли, словно в зале постоянно шел кровавый дождь. Темные лужи на полу растекались между островками мяса, лишенного кожи, поросшего чем-то вроде шевелящихся языков. Туман тут, не сказать чтобы рассеялся, скорее он просто поднялся выше, скрыв большую часть потолка, но обнажив жуткий пол.

Над головами вошедших, а также ещё в трех частях залы, строго по сторонам света, мерцали тусклым светом четыре магических светильника. Они совершенно не походили на остальное окружение и напоминали сияющие люмосы, словно маяки указывающие путь гостям. Похоже, кто-то зажег их здесь уже после того, как храм "уснул". За каждым из них скрывался новый проход.

Стоя в центре зала, они ощущали на себе давящую тишину, изредка нарушаемую тихим капанием. Разум Вика интуитивно тянулся к этим необычным светильникам, ища ответа в их мерцающем свете.

- Куда мы попали? - прошептала Леадея, отступая назад.

- Понятия не имею, но задерживаться тут не стоит. - ответил Викариан. Оглядевшись, он заметил небольшие вмятины в мягком пологе пола. Бруд скрылся в левом проходе. Парень открыл око инфернала и взглянул в ту сторону. Холод и тьма - древние и молчаливые взглянули на него в ответ. - Наш шустрый знакомый скрылся в этом направлении. Видимо, это и есть путь в подземелья.

- С чего ты взял? - поинтересовался Ялазар, в это время осторожно, чтобы тягучие капли падавшие сверху не коснулись его, оглядывающий потолок.

Вик указал на цепочку вмятин.

- Следы. Оттуда тянет холодом и пустотой. - он принялся осматривать остальные проходы. - Путь, тот что по центру, похоже ведет к сердцу храма. Наверное, там находится алтарь.

Там, чувствовал молодой человек, была скрыта огромная мощь. Пугающая, но в тоже время, расколотая на мелкие кусочки. Что-то в ней показалось Вику отдаленно знакомым, но уловить что конкретно, он никак не мог. Но гораздо важнее было то, что мощь не принадлежала этому месту, а значит, скорее всего, не служила Плачущей Богини. Это обнадеживало.

- Справа же... - Вик замялся, подбирая слова. - Там... застывшая магия и оттиск живого разума.

Это внезапное открытие удивило его настолько, что он даже на мгновение забыл об осторожности и сделал пару шагов в том направлении. Но крепкая рука Ялазара ухватила парня за плечо.

- Давай-ка без поспешных решений. - вновь понизив голос до шепота, будто опасаясь, что их могут услышать, произнес повелитель костей. Он обвел всех взглядом, задержавшись на пути, откуда они только что пришли. - Ну что, какие будут предложения?

- В бездну это место и его тайны. - с разума молодого человека словно спала пелена. Трудно было сказать, была ли то магия или его собственное любопытство, но он сейчас едва не совершил наиглупейшую ошибку. - Давайте уходить отсюда, пока нас не нагнал гаер или ещё кто похуже.

Как ни странно, Ялазар оказался разочарован. Он попытался было протестовать, но Лея и даже Торунг, который правда таки не упустил возможности собрать несколько образцов для своих алхимических опытов, были на стороне Викариана. Повелителю костей ничего не оставалось, как подчинится решению большинства.

Отряд двинулся в левый проход, куда уводила цепочка жучиных следов. За первым поворотом их ждала застывшая магия. Вик, шедший первым, неожиданно остановился, выхватив висящий на перевязи кинжал. Его примеру последовали и Ял с Тором, схватившись за оружие, хотя те пока ещё даже не видели угрозы. Но к их удивлению, рука парня так и осталась недвижима, а после, тот и вовсе убрала клинок обратно в ножны.

- Что случилось? - спросил подошедший Ялазар, заглядывая в помещение, куда сейчас смотрел Вик.

За бугристым месивом колоны, его взору предстало жутковатое зрелище: несколько воинов, преображенных слуг Плачущей Богини, стояли недвижимо в вечном танце смерти, подняв над головой живые, росшие из предплечий, клинки. Один из них, застывший в прыжке, замахнулся мечом, будто бы готовый нанести смертельный удар, однако, перед ним не было никого. Лицо, искаженное гримасой ярости, казалось обращенным к невидимому врагу. Рядом с ним стояла женщина, передняя часть черепа которой разошлась в стороны, а из из глазниц, рта и носа выпирал мозг, раздувшийся истекающий тягучей, мутной жижей. Она тянула вперед руки-серпы, словно пыталась остановить кого-то. Из острия ее лезвий, невесомой сетью капилляров, воспарили тонкие, алые нити.

Картина была совершенной и одновременно ужасной. Тот, кто создал эти кошмары был, без сомнения, гениален в своем безумии. Их позы, движения, выражения того, что видимо являлось лицами - все говорило о том, что в момент, когда время остановилось, они были охвачены болью, яростью и... отчаянием. Теперь же, застывшие в вечности, они служили мрачным напоминанием о том, что когда-то здесь кипела неистовая битва.

Ещё глубже, скрытая в накатывающем мраке, виднелась громадная фигура, до самого потолка, со множеством суставчатых рук. Остановка времени застала её в момент, когда она выбиралась из "живой" стены плоти, словно покидая маточный кокон. Черные провалы, лишенные глаз, наполняли клубки кровяных червей, чьи пасти, усеянные зубами-иглами, тянулись наружу, словно это были сотни маленьких, зубастых зрачков.

- Похоже, все они попали в ловушку временной петли. - заметил Ял, не отрывая взгляда от черных и серебряных капель энергий имматериума.

Столь близкое присутствие древней, непонятной магии вызывало явственное покалывание кожи, то бросая в озноб, то обжигая инфернальным жаром.

- Видел уже такое? - спросил Викариан, неосознанно понизив голос до шепота, опасаясь, что звук его голоса может разрушить хрупкое равновесие сил, удерживающих обитателей храма на своих местах.

- Доводилось. Но то были чары, весьма ограниченные по продолжительности, а эти, видимо, стоят тут с момента, как храм "уснул". Заставить время даже просто замедлить бег может лишь истинный мастер, а уж о том, чтобы оно остановило свой бег... о таких знаниях мечтают тысячи малефиков, но реально, могут создать очень и очень немногие. - он вытянул руку в сторону, указывая на фигуру, стоявшую отдельно от всех.

Судя по телосложению - мужчина. Высокий. Черный плащ в пол укрывал его плечи. Расу разглядеть Вик не мог, было слишком далеко, да и рассеянный, алый свет, в ореоле которого стояла фигура, оставлял от той лишь силуэт. Он выделялся на фоне бури окружавших его кошмаров оставаясь нетронутым и неизменным. По крайней мере, так казалось. А ещё, молодой человек внезапно почувствовал это ярко, словно огонь прозрения, в этой фигуре чувствовался живой, неспящий разум. Так же, как и прочие, он попал в ловушку времени, но в отличие от них, все эти годы, столетия, а может и тысячелетия пребывал в сознании.

Эмпатия никогда не входила в таланты Викариана, но сейчас он чуть ли не кожей чувствовал эмоции, исходящие от незнакомца. Печаль, грусть, понимание... Но что поражало больше всего по прошествию всех этих бесконечных лет заключения, в нем не чувствовалась злоба или отчаяние, а мысли текли спокойно, размеренно. Хотя, сам Вик вовсе не был уверен, что попадись он в такую ловушку и сохрани сознание, не сошел бы с ума.

Ял потянул его за плечо, кивнув в сторону прохода, как бы напоминая о решении бежать из храма как можно быстрее. Они осторожно двинулись дальше, взяв чуть левее, стараясь не потревожить хрупкое равновесие, царящее в зале. Каждый шорох, каждый скрип камня вызывал чувство тревоги. Казалось, что если они сделают что-то не так, то разбудят древнее зло, спящее тут бесчисленные века.

Углубляясь все дальше, отряд прошел мимо сердца храма. Стены, пульсировали багровым, живым светом. Воздух полнился магией, густой и тягучей, как смола. Вик понял, что они подошли опасно близко к омуту застывшей силы. Имено отсюда изливалось заклятие остановки времени.

Сквозь редеющий туман, перед ними предстал величественный алтарь из живой плоти, покрытый костями и черными венами, сформировавший нечестивые руны по всей поверхности. Рядом с ним, словно осколки разбитой звезды, застыли в воздухе куски сверкающего кристалла. Из самой их глубины выплеснулась серебряная волна света, затмившая даже багровый оттиск окружающих стен. Нити силы растекались от неё, словно круги по воде, захватывая ту часть храма, где они видели сражение.

- Это что, застывшее время? - прошептала Леадея, потянувшаяся было к линиям, невиданной ранее никем из них, силы, но вовремя одернула себя. В острых гранях отражалось то, чего быть никак не могло. Виднелись движущиеся фигуры, другие места и времена. Время струилось по осколкам, отражая события, то ли прошлого, то ли будущего, а может ни того, ни другого.

- Скорее, это был артефакт управляющий им. - ответил ей Викариан, внимательно рассматривавший безумно сложные переплетения нитей силы. Каждая серебряная частица, рассыпанная в недвижимом воздухе, несла в себе витиеватое плетение чар. А таких песчинок тут были миллиарды и каждая из них соединялась с остальными.

У алтаря не было никого. Как и почему предмет оказался расколот, оставалось совершенно непонятно. Однако, даже столь легкой воздействие, как взгляд живых, волею судьбы оказавшихся рядом, вызвало в них отклик. По всему храму пробежала рябь. Стены подернулись словно, мираж в пустыне, задрожали и на мгновение показалось, что храм вот-вот рухнет.

Люди замерли, боясь сделать лишнее движение. Вик с Леей тут же закрыли магическое око, чтобы даже столь легким прикосновением не потревожить время, остановившее свой бег.

Скоро живой полог под ногами закончился, превратившись в полированные плиты. В редки трещинах ещё можно было заметить остатки плоти, но вообще, складывалось впечатление, будто кто-то начисто содрал мясистое покрытие с пола, а также с колон вокруг, оставив лишь голый костяк. Место алого цвета занял черно-бурый, от въевшихся в камень кусков гнилого мяса.

Несмотря на то, что люди старались двигаться, как можно тише, их шаги отдавались глухим гулом, нарушая тишину этого странного места. Воздух был тяжелым, пропитанным древней, застывшей, магией. Теперь стали явственно видны, скрытые в нишах, мраморные статуи жутких аберраций, чьи лица выражали вечные муки. Мрачные изваяния не отрывали взгляда от незваных гостей, словно запоминая каждую деталь, чтобы после найти их даже на краю света.

У Вика ком подкатил к горлу, на секунду представив что эти кошмары вот-вот оживут и набросятся на них, превращая в себе подобных.

С потолка свисали длинные "сталактиты" множества костяков, спаянных воедино, принадлежавших различным видам. Разумные и не очень, мутанты, и чудовища. Все они сплетались в единое, неразрывное целое черного цвета, как и прочее окружение.

- Это место напоминает чрево. - прошептала Леадея, с опаской оглядываясь по сторонам и стараясь держаться поближе к Ялазару.

- И похоже, мы не единственные, кто был здесь за последнее время - добавил Викариан, указывая на странные, светящиеся шары, подвешенные к потолку.

Это были те самые светильники, что ранее указали им путь, но сейчас, без вездесущего алого тумана, наконец удалось рассмотреть их получше. Люмосы, слепеные из полупрозрачных пластинок хитина, излучали холодный, яркий свет. Внутри чувствовалась едва заметная пульсация, как от дрожания пламени свечи. Но исходящий от них неприятный запах, напоминающий смесь сгнивших, лекарственных трав и прогорклого жира, не оставлял сомнений, что никакого пламени внутри нет и подавно.

- Творение брудов. - произнес Мрачный, сосредоточено глядевший в хорошо освещенный, уходящий все глубже, проход.

От мерцающего света воображение разыгралось все сильнее. Казалось, что глубине коридора мелькали темные силуэты. Огромные насекомые с множеством глаз и острыми клешнями. Они медленно ползали по стенам, словно охраняя выход на подземные тропы.

Осторожно ступая по камню, отряд спускался в мерзлые недра. С каждым шагом воздух становился все холоднее, а тишина гуще. Стены тут все еще несли на себе следы рук мастеров кошмаров, но начали появляться привычные для пещер и соляные сталактиты, с которых на пол срывались редкие капли влаги.

Под ногами захрустела ледяная корка и Викариан, все это время вглядывался вперед, заметил вдалеке округлое отверстие, по краям которого горели два последних люмоса. Гулко выдохнув от облегчения, он указал на выход остальным и ускорил шаг. Хруст ломаемого льда стал громче, но это уже мало кого волновало. Всем хотелось поскорее покинуть жуткое место и забыть о нем, как о страшном сне.

Пришлось пригнутся, протискиваясь в округлый проход, обложенный грубо вытесненным камнем, совсем не похожим на тот, из которого был выстроен остальной храм. Сверху, прямо сквозь кладку проросли сосульки багрового цвета - последние отголоски того кровавого ужаса, что ждал наверху.

За выходом открывался вид на широкие, лишенные какого-либо порядка пещеры, испещренные более узкими проходами. Стены покрывал пористый слой, напоминающий губку, сквозь отверстия в которой, на разный лад, завывали ветра. Воздух был холодным, но настолько влажным, что капли стекали по стенам, образуя небольшие, обледеневшие водопады. Пол и часть стен внизу покрывал багровый лед, но чем дальше от храма, тем более прозрачным он становился. Помимо их шагов, в пещере раздавалось множество звуков: капающая вода, шелест ветра, отдаленные крики, эхом приносимые из глубин.

- И куда дальше? - спросил Вик, сбитый с толку огромным количеством проходов.

Он повернулся к Тору, ожидая, что тот сможет указать путь, но он лишь пожал плечами:

- Мне не доводилось бывать в этой части подземелий.

- Значит, надо для начала сориентироваться. - удрученно заметил молодой человек, понимая, что никакого иного способа определить, куда идти дальше, у них все равно не остается. И первым шагнул в темноту.

Пришлось зажечь факелы. В отличии от храма, тут не было источников света, лишь пятна неяркого сияния, лившегося изнутри ледяных наплывов на полу. Вскоре стены пещеры раздвинулись ещё шире, так, что света пламени не стало хватать, чтобы достать до них. Они оказались в огромном, подземном зале, стены которого были покрыты серым, губчатым камнем, напоминавшим сыр, покрытый плесенью. Из пор сочился уже знакомый алый лёд. Видимо, владения Плачущей Богини распространялись далеко за пределы её святилища.

- Гадость... - поморщившись, произнесла Лея, проводя рукой по щербатой поверхности застывшей крови. Она, наконец, осмелилась прикоснуться к течениям магии, пульсом бившиеся внутри застывших вод. И это ей явно не понравилось.

Тщательно стряхнув с пальцев остатки инея, девушка констатировала:

- Похоже на магическую субстанцию, но при этом - органика.

- А что ты хотела от магии, проникшей в материальный мир? - усмехнулся Ялазар. Бывший подавитель прекрасно знал, что от подобных спорадических выбросов ничего доброго ждать не приходилось.

Однако Лея не стушевалась и тут же парировала:

- В Вардеме, если помнишь, тоже есть ожившая магия. Милахи кипри.

- Мы не в Вардеме. Кеплеровские "кипри" тебе лицо обглодают, а потом, выжрав внутренние органы, совьют в брюхе твоего трупа уютную нору, где наплодят ещё с сотню подобных себе тварей. - ещё веселее поддел её Ялазар.

Лея насупилась, ничего не ответив. Да и нечего было тут отвечать. В его словах была горькая истина. Кеплер мог легко породить сонмы чудовищ и сравнивать его со светлым миром было, как минимум, неразумно.

Тор, который все это время молчал, внимательно осматривая стены пещеры, остановился и подумав мгновение, отколол несколько небольших кусочков застывшей крови из храма богини кошмаров.

Заметив это, Викариан посетило сразу две мысли. Первая, что стоило бы попытаться собрать эссенцию этого места. Когда же ещё удастся прикоснуться к магии столь зловещей и мощной, как здесь. Вторая, осторожная, настойчиво твердила не тратить время и убраться, как можно дальше. Холодный пот выступил на лбу Викариана. Он огляделся, не понимая причину своего волнения.

Лепестки огня рисовали причудливые узоры на поверхностях. Часть их света бесследно исчезала в черных пустотах. В хоровод звуков влилось нечто новое.

- Тише. - прошептал Викариан, прижимая палец к губам. Его единственный глаз сверкнул в полумраке, открыв взору ока инфернала Тонкий Мир.

Впереди, в глубине пещеры, мелькнули две тёмные фигуры. Даже с такого расстояния в очертаниях угадывались бруды. Крупные, жилистые существа с многосуставчатыми конечностями и горящими красным аурами силы. Они двигались медленно, осторожно обходя освещенные факелами пространство.

- Их двое. - констатировал Ялазар, вынимая клинок из ножен.

- И еще один. - добавила Леадея, указывая на маленькую тень, мелькающую за спинами взрослых брудов. - Тот маленький поганец, которого ты Тор решил спасти. Теперь он привел к нам ещё и этих.

Торунг кивнул:

- Попробую поговорить с ними.

- Ты знаешь их язык? - удивился Вик.

- Немного. Основной диалект, но местное племя, похоже, имеет немного другую фонетику. Не уверен, что получится.

Поняв, что их появление раскрыто, бруды стали приближаться, быстро переговариваясь, щелкая, шипя и жестикулируя когтистыми лапами. Каждый из них держал в руках необычное оружие, напоминавшее выращенное из их собственных тел дреколье, один из шипов которого был в два раза длиннее другого. Меньший собрат крутился возле их ног. Он, то и дело тыкал лапкой в сторону людей, что-то неразборчиво и обиженно щебеча.

Высокие, отдаленно напоминавшие людей, скрещенных с насекомыми, войны встали по разные стороны от отряда, словно беря в окружение. Их было меньше, но здесь был их мир, их земля. К тому же, раз Торунг предпочитал с ними не ссориться, значит на то были веские причины. Взрослые бруды, с тем, что можно было принять за любопытство, разглядывали людей. Их, скрытые за ложным веком, глаза мутно отражали свет огня, а острые клыки, прикрытые хелицерами, оказались обнажены.

Прочистив горло, Торунг издал несколько резких, гортанных звуков, сопровождая речь щелчками пальцев. Он медленно поднял руки, показывая, что не представляет угрозы. Остальной отряд сделал так же.

- Что ты им сказал? - поинтересовался Вик.

- Что мы не хотим причинять им вреда. - произнес он спокойным голосом, прислушиваясь к тому, что отвечал ему, стоящий спереди. - Просто просим прохода.

Бруды переглянулись, застыв на несколько секунд, только когти на ногах мелко отщелкивали такт. Осознав, что Тор их может понять, они перешли на более глубокий диалект своего языка. Затем один, более крупный, шагнул вперед. Детеныш бросился следом, пища и извиваясь между его ног. Здоровяк протянул когтистую лапу Вику, внимательно изучая его, словно ждал чего-то.

- Что-то не так? - спросил парень, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Бруд прорычал что-то неразборчивое и указал когтистой лапой на его мешок за спиной. Затем, он более резко ткнул когтем уже ему в грудь и вновь протянул руку вперед ладонью вверх. Внезапно, Вика осенило и он обратился к Тору:

- Отдай ему эликсир и шкуру, те, что мы из кокона достали.

Мрачный ничего не ответив, вынул предметы и передал их, повидимому, главному членистоногому. Тот грозно щелкнул жвалами, похоже ругнувшись, но агресию проявлять не стал, отдав украденное детенышу. Тот, радостно пискнув, обвился вокруг ног своего благодетеля, а после, прыснул вглубь тьмы тоннелей, не забыв на прощание прошипеть на Леадею, злобно смотревшую ему вслед.

Похоже, сговорчивость гостей несколько успокоила брудов, однако, их все равно что-то смущало. Один из них направился ко входу в храм, второй же, тот что забрал у них добычу, внимательно оглядывал группу. Он поднял голову и сделал движение, словно принюхивается. Его глаза расширились, ложное веко на мгновение поднялось и в темно-пурпурном зрачке засиял с десяток белых искорок.

Люди почувствовали прикосновение магии, но не агрессивное, а скорее изучающее. Мышцы существа напряглись, а только что спавшее напряжение вернулось вновь.

- Теперь-то что не так? - заворчал Ялазар.

Тор опять пощелкал пальцами. Но на этот раз, не достигнув взаимопонимания, он покачал головой.

- Не могу понять, что он отвечает.

Тогда Викариан сам решил внимательно приглядеться к их группе. И заметил едва приметные, алые нити, что присосались к их астральным телам в Тонком Мире.

- Что это такое? - удивился он. Обхватив энергией нематериальных пиявок, он попытался оторвать их от себя, но не тут то было. Та, словно покрытая жидким маслом, проскальзывала меж течений силы.

Остальные также заметили нежданных попутчиков, которые раньше, пока отряд был в храме, искусно прятались среди течений кошмаров, окружавших все вокруг.

- Паразит кошмаров. - прошипела Леадея, когда после третьей, безуспешной попытки оторвать эту пакость, собрала в руку инфернальное пламя и начала просто напросто выжигать нематериальные, извивающиеся тела. Было видно, что потусторонний огонь причиняет боль и самой волшебнице, но та была готова мириться с этим. Закончив, девушка помогла избавиться от нежеланных попутчиков и остальным.

Происходящее успокоило бруда, убедившегося, что они не являются одними из обитателей храма, застывших во времени. Внезапно на ум Вику пришла очевидная догадка. Храм, там где течение времени не было свернуто в бесконечную петлю, походил на обглоданный костяк, в то время, как остальная его часть вполне себе напоминала обитель Плачущей Богини. Похоже, бруды не одну сотню лет разоряли это место, постепенно очищая от артефактов и плоти, которой были покрыты стены пол, и потолок. Зачем им это было надо, парень не знал, однако, теперь эти создания небезосновательно опасались, что с обитатели святилища, пробудившись, захотят найти вандалов и спросить с них за содеянное. Бруды боялись их, но видимо инстинкты не позволяли им просто так отступить.

Судя по внешнему виду, взрослые особи напоминали мелкого, которого они едва не убили. Они принадлежали к той же касте искателей, как раз и тащивших все, что представляло хоть какую-то ценность в свой улей. Ну или где они там жили.

Было бы неплохо вообще узнать, где оказался их отряд и Вик тихо произнес:

- Тор, попробуй узнать у них, где мы находимся?

Пару минут Мрачный всеми способами пытался вызнать информацию, но лишь в конец охрип от несвойственных человеческому горлу звуков.

- Они не понимают. - прокашлял Торунг, его голос дрожал от напряжения. - Разум их слишком примитивен для таких сложных концепций, как подземелье, поверхность и направления по сторонам света. Видимо, это одно из глубинных племен.

Викариан, уже покрытый тонким слоем пота и копоти от факела, который держал в руке, отчаянно пытался придумать, как донести до брудов суть вопроса. Он, встав на колено, попытался кинжалом выцарапать на пористом камне грубую карту, изображающую подземные ходы и то место, где они сейчас находились. Но рисунок начанал крошится ещё до того, как на нем появлялось хоть что-то, что можно было бы прочитать. Камень и лед словно бы сопротивлялись его попыткам объясниться.

Наконец, отчаявшись, парень вытащил из сумки Атлас Крига, там как он помнил точно, была карта, правда лишь поверхности. Все же было лучше, чем ничего. Однако, не успел тот даже раскрыть рот, как один из брудов издал пронзительный крик, отразившийся не просто среди каменных сводов, но ударивший по тонкому миру. Он во все глаза смотрел на книгу, пока переливы его щелкающего крика резонировали и метались между серых стен. Затем, припав сразу на несколько конечностей, тот побежал по одному из туннелей, громко зовя второго своего сородича.

- Напрасно ты это сделал! - заметил Торунг. - Это искатели, к тому же, как я сказал, не шибко умные. Для их творцов, твой атлас, как мед для пчел.

- А куда же они тогда так рванули? - удивился Вик, пряча книгу обратно.

- За подкреплением. Уходим, сейчас же. Если с ними не будет творца, а те крайне редко покидают селения, то без крови не обойдется.

- Думаешь нападут?

- Да. Они охотники-собиратели, а ты только что показал им добычу, равной которой им в жизни больше не найти.

Вокруг были сотни проходов, но на самом деле, при ближайшем осмотре, каждый из них оканчивался тупиком. Вернее, почти каждый, ведь бруды же скрылись точно в таких же, а значит, часть этих провалов все же имело выход. Беда в том, что проверить все у них банально не хватило бы времени.

Отряд бросился бежать, но достигнув стены, сколько бы они не пытались, не могли найти ни единого лаза. Эхо их шагов гулко разносилось по подземным коридорам, смешиваясь со свистом ветра и отдаленным ревом, идущем из глубин земли. Прошло не меньше десяти минут, пока они безуспешно искали выход. Здесь было значительно холоднее и пот теперь застывал ледяными капельками на лице Викариана, пока он оглядывался по сторонам. Бесконечные, каменные коридоры, лабиринтом сжимались вокруг них. Каждый звук, каждый шорох отдавался гулким эхом, усиливая чувство тревоги. Не было сомнений, скоро искатели приведут подмогу и тогда уже им точно не сдобровать.

Как бы не хотелось избежать драки, Викариан понимал, скрыться они уже не успеют, а значит стоило занять более выгодную позицию для боя, если до него все-таки дойдет. Он повернулся и быстро побежал обратно, крикнув:

- За мной!

- Ты куда? - пытаясь не отстать и тяжело дыша, просипела колдунья.

- В храм, обратно. - ответил Викариан, его голос звучал отстраненно, он пытался понять, что же теперь делать, но как назло, ничего в голову не приходило. - Там достаточно узкий вход. Сможем занять удобную позицию для обороны.

- Но там же чары времени! - воскликнула Леадея. - Мы можем застрять там навсегда среди этих спящих кошмаров!

- У нас нет выбора. - ответил Ялазар, поняв идею Вика. - Там, хотя бы, будет шанс отбиться. Ты, кстати, уже начинала бы готовить боевые заклятия. Что-то мне подсказывает, больше с нами переговоров вести не станут.

Каждая тень, каждый шорох заставлял Вика напрягаться крепче, сжимая рукоять метательного клинка. Он чувствовал, как тело начинает немного потряхивать и наполнятся теплом, как бывало каждый раз перед битвой. Приятно удивившись отсутствию страха, он даже позволил себе легкую усмешку. Вместо липкого комка внизу живота, теперь он чувствовал веселую злость и даже был не против пустить тем, кто посмеет напасть на него, кровь. В конце концов, они не сделали ничего плохого, а какие-то тупые полуживотные захотели отобрать у него ценную вещь. Да черта с два он им позволит!

- Если с ними прибудет бруд-творец, - пробормотал Торунг, - может удасться договориться без крови.

- Я бы на это рассчитывал. Лучше натяни тетиву, Тор, думаю твои стрелы нам скоро тоже понадобятся.

Словно в ответ на эти слова, совсем рядом, над головами бегущих людей послышалось шипение, перемежающиеся уже знакомыми щелканьем жвал. Но к счастью для людей, они уже на всей скорости влетели под невысокий, полукруглый свод, через который совсем недавно покинули храм Плачущей Богини.

Сердце Вика бешено колотилось после быстрого бега, так что он едва мог слышать тяжелое дыхание остальных. Ялазар тут же занял позицию перед проходом вынув совсем недавно купленый стальной меч, в то время, как в левой руке, словно из ниоткуда, появился широкий, ростовой щит из белой кости. Тор, на бегу успевший накинуть тетиву, откинул полы плаща, открывая полный колчан стрел. Даже Лея, зачастую не спешившая лезть в драку, держала в каждой руке по пылающему шару, ажнак гудящих от переполняющей их энергии.

Вик с силой швырнул факел за проход так, чтобы видеть наступающих. Если Торунг прав насчет их интеллекта, то твари не додумаются затушить его, а значит потеряют одно из своих преимуществ - видеть в темноте.

Первым, в свет из тьмы шагнула высоченная, устрашающая фигура, скорее больше напоминавшая хитинового паука, нежели антропоморфное насекомое. Длинное, худощавое существо, покрытое блестящей, словно полированной, броней. За его спиной мельтешили десятки теней сородичей.

Жвалы на лице, с шестью черными каплями глаз без белков, несколько раз щелкнули. Он говорил одновременно и в реальном, и магическом мирах, похоже, неплохо умея управляться с потоками силы.

- Требует отдать книгу. - без единой эмоции перевел Тор.

Вик хотел было грубо ответить, но не успел вымолвить и слова, как за спиной бруда-гиганта по всей пещере стал медленно разливаться золотой свет.

- Так, а это что-то новенькое. - выдохнул парень, уже нутром чуя, что ничего хорошего это им не сулит.

Из одного из верхних, закрученых скальной воронкой проходов, словно рожденный из каменного чрева золотой полубог, спускалось нечто, напоминавшее человека. Тонкое существо, ноги слегка выгибались назад, руки же, раскинутые в стороны, тянули за собой ореол слепящего света.

Вокруг новоприбывшего открывались и вновь схлопывались черно-золотые сферы из мерцающих лучей, создавая иллюзию нестабильной энергии. Нечто подобное можно было увидеть в момент каскада искажения, когда дикая магия выходила из под контроля и начинала пожирать физическую реальность. Но, это существо, неким неведомым образом, могло контролировать этот оживший хаос.

Его лицо, скрытое за золотой маской, было скрыто за лишено каких-либо черт, отражая окружающий свет.

- Безликий. - холодно произнес Торунг. - Плохо.

Ялазар сжал рукоять своего клинка.

- Нам конец. - пробормотал он.

Однако, вопреки опасениям Ялазара, золотой гость стал для брудов таким же неприятным сюрпризом, как и для них. Шипящее воинство рассеялось по краям пещеры, окружив новоприбывшего, но нападать не стало, похоже ожидая приказа старшего. Пронзительными криками они пытались отпугнуть незваного гостя, но тот не обращал на них никакого внимания.

- Что это за существо? - спросил Вик, никогда ранее не видевший ничего подобного.

- Сказали же тебе, безликий. - ответил ему Ялазар, будто это все объясняло. Но видя, что такое объяснение не устроило Вика, пояснил чуть больше. - Это инфернал, что захватывает разум и тела, делая своими рабами. Проблема в том, что эта погань крайне нечувствительна к физическим ранам, а по уровню владения течениями Вечного Океана, с ней мало кто может сравниться. Похоже, наши членестоногие друзья своими визгами в варпе умудрились его заинтересовать. Вот он и приперся. Главное - не смотрите ему в лицо! Иначе твоя воля навсегда будет подчинена ему и даже смерть этой твари тебя не освободит.

- И как тогда с ним биться? - поинтересовался Викариан, прикрыв рукой глаза. Он чувствовал, что магическая энергия заполняет пространство вокруг, создавая ощущение дискомфорта. Сферы света, окружающие безликого, начали пульсировать, излучая все более интенсивный свет.

- В нашем положении - никак, а вообще их либо заваливают рабским мясом, либо сносят тяжелой, ударной магией, количество которой они просто не способны поглотить или не успевают развеять. Ни первый, ни второй способ нам, сам понимаешь, сейчас не подходит.

- Надо бежать. Пока не поздно! - подала голос Леадея.

Ялазар согласно кивнул:

- Знать бы только куда.

Тот, кого назвали безликим, подняло руку и из пальцев вырвалась волна золота, раскаленного добела, окатив стены и потолок. Вопреки ожиданиям, масса не потухла, а напротив, начала источать невероятно яркий свет, в мгновение ока осветивший абсолютно всю, оказавшуюся чудовищно огромной, пещеру. Часть жидкости случайно зацепила одного из брудов и тот мгновенно превратился в застывшую, золотую статую.

- Твою мать... - только и смог выдавить из себя Вик, видя, как в Тонком Мире это чудовище вобрало в себя практически все линии силы, которые были вокруг них на расстоянии нескольких сотен шагов. С такой тварью им точно было никак не справиться. Благо, то пока было занято и даже великан бруд повернулся к этой новой угрозе, резонно положив, что людишки-то точно никуда не денутся от них.

Ноги золотой фигуры в этот момент коснулись земли. Люди, спрятавшиеся в храме, интересовали ее мало, в отличии от злобно шипящих на жуков. Она двинулась вперед и каждый шаг безликого отдавался в Тонком Мире оглушительным гулом, словно железный молот бил по наковальне, раскалывая ударами всю магическую реальность.

Великолепно сплетенные заклятия Леадеи тут же распались на мертвые узелки. Не то, что творить чары, даже просто сосредоточиться на чем-то стоило чудовищных усилий. Эффект был настолько всеобъемлющий, что Вику даже казалось, будто земля под его ногами заходила ходуном, а стены пещеры покрылись золотыми трещинами. Магическая энергия, исходящая от существа, вызывала головокружение и тошноту.

Леадея попыталась создать новые чары, но ее магия, словно утренняя дымка, тут же растворилась, не в силах существовать даже долю мгновения.

- Его сила... она искажает сам Эфир. - зажав рот, едва удерживая еду внутри желудка, простонала Лея. - Как... этому вообще можно противостоять?

Викариан сжал зубы. Он понимал, что никак. Да он и не собирался:

- Бежим, пока они заняты друг другом нам надо ускользнуть. Другого шанса не будет.

Его взгляд скользнул по хорошо освещенным уголкам пещеры. Чуть в стороне от выхода, в одном из боковых проходов, он заметил маленькую фигуру. Это оказался малыш бруд, тот самый, которого они пощадили. На спине его красовался кокон с пожитками. Существо наблюдало за происходящим из-за угла, от страха трясясь всем телом. Он то отступал назад, желая сбежать, то возвращался, видимо инстинктивно, не в силах бросить сородичей.

- Смотрите. - прошептал Викариан, указывая на бруда. - Похоже, за ним есть какой-то проход, он все порывается туда сбежать, но пока не решается. Если пробраться туда незамеченными, то может удастся ускользнуть отсюда вовсе. Тор, у тебя же были стрелы для метания твоих алхимические настоев на расстояние? Сможешь вырубить мелкого, чтобы он своим визгом к нам внимание не привлек?

Торунг кивнул. Его глаза блеснули в прорезях маски, когда он достал из колчана необычно выглядящую стрелу, с наконечником в виде трех скрюченных, как лапа ворона, коготков. Следом, он достал из поясной сумки небольшой, полый, глиняный шарик, а из другой, фиал мутного стекла, наполненный темной жидкостью. Перелив часть ее в глиняный шарик, он прочно закупорил тот и вложил в "воронью лапку".

Мрачный укрыл левую кисть, которой держал лук, меховой накидкой, не спеша натянул тетиву лука и прицелился. Тетива сухо щелкнула, но меховой отворот на руке погасил звук. Стрела, сверкнув в золотом сиянии, ударила прямо над головой маленького бруда, расплескав над ним темное облачко. Тот дернулся от испуга, но почти сразу же замер, а затем, на подкосившихся лапах, медленно опустился на землю, не издав ни звука.

- Отлично! - прошептал Викариан.

Один за другим люди осторожно двинулись к проходу, пока кольцо шипящих брудов все туже сжималась вокруг безликого. Тот же, парень чувствовал это всем своим нутром, стягивал к себе все больше сил, готовя один, мощный удар. И лучше бы им было оказаться подальше, когда это создание спустит собранную силу с цепи.

Как и ожидал Вик, рядом с малышом был проход, правда оказался он настолько узким, что парню пришлось бы протискиваться боком. Крупные валуны, размером с человека, завалили часть выхода. Он оглянулся назад и понял, что Ялазар тут просто застрянет.

- Не пролезу. Надо расчистить! - прохрипел Ял, упираясь плечами в камень.

Торунг и Леадея попробовали его подтолкнуть, но тот не сдвинулся ни на пол пальца. В этот момент, взгляд Яла упал на лежащего без сознания бруда. Мощные, мутировавшие мандибулы напоминали огромные клещи и вполне могли стать рычагом.

- Ты же шутишь? - спросил его Вик поняв, что тот собирается делать, едва повелитель костей ухватился за одно из жвал и приподнял бесчувственное тельце над землей.

В этот момент, из глубины пещеры донесся оглушительный грохот. Безликий нанес удар. Стены задрожали. Мимо прохода, в котором находились люди, пролетело что-то горящее и яркое, захлебываясь криком боли. Следом, хлестнул сияющий поток раскаленного золота. Тело врезалось стену напротив, оставив после себя размазанные, черные пятна органов и глубокую вмятину в пористом известняке. Жуткую картину накрыла волна желтого металла, плавя противно шипящие внутренности, впаивая несчастное, ещё живое, существо в стену. Воздух наполнился едким дымом, запахом паленого мяса и металла.

- Ладно, убедил! - воскликнул Викариан, схватив вторую мандибулу и потащив импровизированное кайло к камням, преграждающими путь.

Вогнав левое жвало в трещину, Вик с Ялом, навалившись, потянули, молясь всем богам, чтобы пасть несчастного детеныша выдержала. Ялазар уперся ногами в стену, со всей силы потянув на себя всем корпусом. Камень сдвинулся с места, но не упал. Викариан, ухватился руками за отошедший край. Они услышали сухой треск. С усилием оттащив отрезанный каменный пласт от стены, они взглянули на проделанную дыру. На этот раз ширина прохода позволяла пройти всем и они, отбросив более ненужное тело подземного жителя, полезли внутрь.

Надо сказать, очень вовремя, так как следующий удар окатил их таким жаром, что меховая подложка плаща в некоторых местах обуглилась и свернулась палеными калачиками.

Едва они оказались по ту сторону завала, то сразу, со всех ног, бросились прочь, не разбирая дороги и не особо задумываясь о сохранение направления, ориентируясь, чтобы гулкие раскаты боя всегда оставались у них за спиной. В какой-то момент, темнота стала настолько непроглядной, что пришлось пойти на риск и зажечь новый факел.

Они бежали не просто, сколько могли. Нет. Они бежали ровно столько, чтобы даже эхо далекого сражения перестало быть слышно. Бруды казались опасным противником, но безликий, показал себя сотню раз опасней этих дикарей.

Первой, силы покинули Леадею. Тогда Ялазар, подхватив девушку, некоторое время нес ее на руках, но после часов непрекращающегося бега, даже его силы стали подходить к концу. Они погасили факел и сбавили темп.

Легкие жгло от нехватки воздуха, ноги гудели от усталости. Викариан брел вперед, не видя ничего, кроме мерцающих в темноте камней. Каждый шаг давался с огромным трудом. Он оглянулся на своих спутников. Ялазар, сгорбившись под весом обессиленной колдуньи, плелся позади. Леадея, бледная как полотно, вообще с трудом дышала. Даже Торунг, обычно невозмутимы, сейчас выглядел до предела уставшим, от чего ему даже приходилось опираться о стену.

Красная патока, которая покрывала камни у храма, давно исчезла, не оставив после себя никаких следов. Казалось, что сама земля поглотила ее. Все это время они продвигались вниз, не разбирая дороги и если раньше они просто не знали, где находятся стороны света, то теперь поняли, что окончательно заблудились. Бесконечные коридоры и пещеры сливались в однообразный лабиринт. Теперь, даже вернуться обратно они врядли бы смогли.

- Мы должны остановиться. - прохрипел Ялазар, опустившись на холодный камень, осторожно опуская свою едва живую поклажу рядом. - Не могу больше.

Викариан сел рядом с ним. Он чувствовал, как силы покидают его. Казалось, что он вот-вот уснет и больше никогда не проснется. Может, оно не так уж и плохо, мелькнула мысль, которую он тут же отогнал, выругавшись про себя.

- Если выйдем к моим тропам, то выход найдем. - прошептал Торунг, хотя и в его голосе звучали нотки сомнения.

- Сегодня, в любом случае, надо отдохнуть, а завтра, попробуем сориентироваться и продолжим идти. - Вик откинулся на холодную стену, задрал голову и выдохнул вверх облачко пара.

Леадея достала из сумки бурдюк с водой и протянула ее Ялу.

- Спасибо... что нес. - сказала она, несколько смущенно, но с явственной благодарностью в голосе.

Ял молча улыбнулся в ответ и жадно припал к горлышку, после передав его остальным.

Выбрав закуток в пещере, они развели небольшой костер, чтобы не замерзнуть. После долгого бега, все быле в мыле и не хватало сейчас еще простыть от пронизывающего, ледяного ветра. Лея пока не рисковала применять чары, чтобы ненароком не привлечь к ним кого-то, вроде безликого.

Так прошло несколько часов, позволивших перевести дух и даже немного поспать. А проснувшись и перекусив, они продолжили путь, что вел их все ниже в глубины подземелий Земель Печати Отмщения.

Следующая остановка произошла через несколько однообразных, лишенных каких-либо встреч и неожиданностей, часов пути. Все в отряде истово благодарили судьбу и богов, причастных к такому везению. Впрочем, подобное не могло длится вечно.

Когда Викариан остановился, сердце его бешено колотилось в груди. Он не мог понять причины тревоги и лишь смотрел в глубокий провал перед собой. Под ним, далеко внизу, раскинулся огромный, подземный зал, освещенный тусклым светом сотен призрачных огней.

В сердце залы возвышался массивный, каменный алтарь, оплетенный толстыми корнями, словно древнее божество, возвышаясь над окружающим его пространством. Вокруг, на каменных плитах, чадили черные костры, окутывая все вокруг густым дымом. А в воздухе витал кислый туман, затрудняющий дыхание.

Там, возле центрального монумента подпирающего свод, Викариан с трудом разглядел фигуры. Полупрозрачные, словно призраки, чьи движения были плавными и целенаправленными. Они подходили к кострам, с глухим стоном входя в пламя. Их тела сгорали до тла, превращаясь в черный пепел, который осыпался на каменные плиты и опадал темным дождем в колышущееся море у подножия алтаря.

- Это ещё что такое? - тихо приблизившись, прошептал Ялазар.

- Море Истлевших Душ. - пробормотал Торунг. - Похоже, мы у корней душеловца.

В этот момент, будто бы в подтверждение его слов, раздалось знакомое, заунывное карканье.

Леадея прикрыла лицо ладонью, как будто мерцающий свет призрачного пламени жег ей глаза

- Некромантия... - произнесла она. Ее голос звучал хрипло.

- Да. Причем самая грязная из всех возможных. - подтвердил её догадку Тор.

- Грязная? В каком смысле? - не понял Вик.

Короткую лекцию взял на себя Ялазар, отодвигаясь от провала:

- Значит, что порабощенные души навсегда запечатаны в материальном мире. В неком объекте. Пока их не освободят, они обречены до скончания времен мучаться, будучи рабами не своих тел. Даже если хозяин погибнет, а тело-носитель будет разрушено, они не обретут свободу и останутся в материальном мире, привязанные к самой малой крупице, что некогда было их вместилищем. В итоге, их страдания станут постоянно отражаться в Тонкий Мир, делая тот опасным, искалеченным... грязным. В общем, это самый простой и самый поганый вид магии. Обычно, именно к нему обращаются все горе некроманты-самоучки, которые либо слишком глупые, либо плевать хотевшие на всех вокруг. А нередко и то, и то сразу.

- Только не говори, что дикая магия Кеплера такая из-за этого?

- О, поверь, не только из-за этого.

Они вновь взглянули вниз, на алтарь. Тени. Видимо, это и были души тех несчастных, что сожрал душеловец. Их было множество, они сновали между кострами. Пол под ногами, даже там где прятался Вик с остальными, покрылся тонким слоем серого пепла. Каждый шаг оставлял в нем след. Он был мягким, как пух, но под ним чувствовалась твердая поверхность. Это были останки бесчисленных душ в вечном круговороте мук, рождаясь и сгорая вновь, и вновь.

- Давайте-ка назад, что-то мне тут совсем не нравится. - прошептал Викариан, отступая.

Однако, бросалось в глаза и другое. Место это представляло опасность не только для них. А потому, ни в реальном мире, ни в астрале, не было практически ни одной живой души. Лишь призраки мертвых, навечно привязанные к древу, но они кружили внизу зияющей пропасти, не в силах отойти слишком далеко от своего хозяина.

Вик сообщил об этой находке товарищам, а после обратился к Торунгу:

- Тор, как считаешь, если мы пойдем вдоль этого, как ты называл Моря Истлевших Душ, сможем выйти на знакомые тебе пути?

- Мне приходилось так путешествовать. Не скажу, что безопасно, но подземные обитатели избегают таких мест, а сами глубины тянутся до границ чащи, так что твоя идея может сработать.

- В любом случае, нужно быть очень осторожными. - Ял вновь выглянул в пещеру с алтарем. На этот раз, он внимательно следил за парящими вокруг того тенями. - Судя по всему, эти могут летать и даже стены им не помеха. Вопрос, могут ли они видеть или как-то иначе почувствовать нас.

- Близко подходить мы не станем. - Викариан указал на множество черных провалов, виднеющихся по периметру грандиозной залы, за которыми скрывались длинные коридоры, формирующие целые анфилады внешних пещер. - Там должно быть достаточно места, чтобы безопасно пройти.

Ял что-то буркнул про "просто" и куда это "просто" их обычно заводит, но спорить не стал, и они продолжили путь.

Несколько дней они шли вперед, стараясь держать Море Истлевших Душ на виду, благо, в Тонком Мире оно виделось, как мерно колышущаяся стена неприглядного, серого тумана. Попытки понять, где конкретно сейчас они находятся, не приносил успеха, так как Мрачный был точно уверен, что в этой части подземелий ему бывать не приходилось.

Постепенно отряд стал привыкать к звукам, постоянно звучавшим в этом мире, нетронутом прошедшими веками. Несмотря на то, что за все время люди никого не встретили, не было ни секунды, когда бы они не слышали пения ветра, стона камней, а иногда им казалось, словно кто-то шептался на другом конце коридора. В такие моменты, сердце у Вика холодело, но стоило подойти ближе, как тихие разговоры растворялись в бесконечных проходах, наполненных тьмой.

Когда же ночь опускалась на мир под поверхностью, почти ничего не менялось в густой тьме, окутывающий все вокруг. Лишь холодный ветер ледяными клинками пронизывал кости и поддерживать согревающие заклятия приходилось постоянно, отчего Леадея с Виком уставали быстрее обычного.

К обычным превратностям похода, теперь ещё добавился колдовской голод, поразивший Кеплер, причины которому никто не мог понять. Впрочем, их мог быть миллион и ни на одну их них, ни Вик, ни его товарищи никак повлиять бы не смогли.

Истончившиеся потоки магической силы, заставили отряд расположиться довольно близко к подножия одного из деревьев-некромантов, так как лишь там оставались хоть какие-то крохи силы, из которых получилось бы сплести чары. Корявые корни, словно щупальца, впивались в камень, став домом для тусклых, фосфорических наростов.

- Придется остановится тут. Место не кажется безопасным, но поддерживать тепло я уже просто не в силах. - произнес уставший до предела Викариан, разводя костер. Пламя затрещало, отбрасывая длинные тени на стены пещеры.

- Да по сравнению с тем, что мы видели, это просто рай. - не согласилась Леадея.

Они провели под землей уже несколько дней. Сбившись с пути, иногда, казалось, возвращаясь в те места, которые ранее проходили, но продвигаясь вдоль края пепельного моря. Душеловы, пока что, их не заметили. Вик пришел к выводу, что видимо, если не трогать магические нити, проходящие непосредственно через корни и не привлекать внимания, можно вполне успешно прятаться.

Однако, уже следующее утро встретило их неприятными сюрпризами. Непонятно откуда взявшийся туман стелился низко по земле, окутывая все белой, непрозрачной пеленой. Появлялась реальная опасность угодить в выбоину, скрытую этим туманом. А то и чего похуже.

Вокруг сгустилась ватная тишина. Казалось, само пространство затаило дыхание. Именно эта тишина и насторожила отряд, вынудив двигаться осторожно, прислушиваясь к каждому шороху.

Вдруг, из глубины пещеры донесся мелодичный голос. Это было не просто пение, а скорее завораживающее напевание, в котором слышались нотки меланхолии и обещания покоя.

- Тор, что это? - прошептала Леадея, затаив дыхание.

- Похоже на песнь сирен. - ответил Торун.

- А учитывая, что мы рядом с Морем Истлевших Душ, сирены тут соответствующие. - поддержал его Ялазар, явно пытаясь пошутить, но голос звучал слишком напряженно, чтобы кто-то даже улыбнулся.

Внезапно, сквозь серый камень проступил полупрозрачный, парящий силуэт. Тишина, в которой было слышен лишь тихий напев, следовала за ним. Догадаться, что это и откуда оказалось тут, совсем не сложно, вот только почему именно сегодня их заметили, понять Викариан не мог.

Не сговариваясь, люди бросились прочь в тоннель через который пришли прошлым вечером. Бежать вперед было просто опасно. Неизвестно, что ждало там, потому выбор отступить на уже знакомые тропы казался самым логичным.

Песня за спинами зазвучала громче, затягивая разум пеленой сна, маня в глубины моря мертвых. Викариан почувствовал, как его веки становятся тяжелыми, а тело наполняется истомой.

- Если будет не в моготу, используйте дурман камень. - напомнил Тор, уже державший в руках склянку с белесым порошком.

Песня обещала покой. Обещала рай, наслаждение. Отдохновение. Все то, о чем они мечтали и даже мечтать не могли. Дрожащий призрак за их спинами, не скованный необходимостью петлять по извилистым коридорам, просто летел вслед, умоляя остановиться и послушать его. Ведь он хотел им только добра.

- Брешешь, сволочь! - крикнул Ялазар не сбавляя скорости, по пути отвесив Лее хорошего леща, заметив что та вдруг начала замедляться. - Не слушай его, дура! На глубине, куда он нас зовет, найдешь только вечные муки и рабство! Забыла, что такое некромантия?

Удар не сильно подействовал на девушку, чей разум начал постепенно покидать тело, но вот напоминание о некромантии, напротив, заставило лицо скривиться в отвращении. Её взгляд чуть прояснился и она, вроде как, попыталась вернуть оплеуху Ялазару, но только больно ударила ладонь о его дубовый череп.

Им повезло, порабощенная душа была лишь одна и видимо не могла далеко отлетать от своего хозяина, а остальных, душеловец не успел направить по следу добычи. Однако, они все равно они бежали, пока в конец не выбились из сил.

Остановившись, Вик оглянулся назад. Песня стихла. Преследовавшая тень, как и туман, тоже испарились.

- Кажется, оторвались. - прохрипел он, тяжело дыша.

- На этот раз - да. Нам повезло, что нас заметили, когда мы бодрствовали. Но возвращаться туда нельзя. Эта тварь будет ждать. - добавил Ялазар. Он посмотрел на Леадею. Её остекленевший взгляд говорил о многом. Похоже, песнь душеловца сильно навредила той и девушка все никак не могла прийти в себя. - Можно идти чуть поодаль, но если нас опять так поймают, второй раз можем и не убежать.

Они сбросили сумки и Вик хотел было уже развести костер, как вдруг Ял остановил его:

- Постой. Мы уже тут блуждаем больше недели. Надо понять сколько у нас припасов осталось, иначе голод и холод нас погубят вернее любой местной твари.

По итогу подсчета, их ждал неутешительный вывод. Еды с водой оставалось еще на дюжину дней, а вот с дров, которых просто физически не удалось бы нести на себе много, хватит, хорошо если, дня на три. А значит, ночи следующих пары недель обещали быть очень холодными. Если конечно им не удастся найти чем согреваться.

С грустью посмотрев в направлении, откуда они сбежали, Ялазар вздохнул:

- А ведь у душеловца такие толстые корни...

- И чем ты предлагаешь их рубить? - поинтересовался Вик. - Не говоря уже о том, что вряд ли он позволит нам безнаказанно отпиливать от себя куски.

- Критиковать, ты горазд, предложи тогда сам тогда что-нибудь. - усмехнулся повелитель костей, судя по всему, предложивший эту безумную идею в шутку.

- Корни есть не только у душеловцев. - как всегда, голос разума звучал сухо и без единой эмоции. Тора совершенно не тревожила перспектива смерти от холода. - Можно выбрать проходы, что ведут к поверхности, там холоднее, но в верхних пещерах найти древесину не составит труда.

Ни у кого не нашлось ни единой причины оспорить предложение и подобрав сумки, отряд двинулся к поверхности. Мрачные своды пещер давили на сознание, каждый новый поворот туннеля внушал все большее отчаяние, пока внезапно, лицо Викариана не коснулось что-то обжигающе-холодное, упавшее сверху. Он задрал голову.

Очень высоко, локтях в двухста над ним, словно разорванное полотно, виднелась громадная дыра, через которую проглядывали ветви и редкие, скрытые жидким пологом туч, звезды. Увидеть подобное и на поверхности то было невероятной удачей, значит, Небесные Горы, и зимние бураны в этой части Чащи Украденных Душ ненадолго ослабили хватку. Парень тут же выхватил Атлас Крига и принялся сверяться по звездным картам, выведенным с нечеловеческой точностью на пожелтевших страницах.

Поняв, что происходит, к этому подключились все остальные, ища и подсказывая детали. Результатом стал неутешительный вывод. Восемь дней они блуждали по этому подземному лабиринту, все дальше отдаляясь от цели - Врат Снов. И теперь, отряд оказался у восточных предгорий. Совсем в другой стороне.

- Мы все это время шли не туда! - Ялазар ударил кулаком по стене, выбив из той сноп каменной крошки и сухой щепы из мертвых корней. Его голос эхом разнесся по пустому тоннелю. Впрочем, он тут же успокоился, подобрав куски древесины. - Ну хотя бы, теперь не рискуем замерзнуть насмерть.

- Что же нам делать? - спросила Леадея. - Возвращаться назад?

- Другого выхода нет. - ответил Викариан. - Придется вернуться едва ли не к храму. Тем же путем, что прошли сюда. Тор, теперь зная направление, сможешь вывести к тем тропам, где у тебя были схроны с припасами?

- Могу попытаться. Нет гарантий, что обвалы не перекрыли к ним путь.

- Но ты же понимаешь куда идти? - продолжал напирать Викар, понимая, что без еды и воды им долго не протянуть.

Мрачный согласно кивнул.

- Ну вот и славно... - внезапно Викар осекся, заметив, что Ялазар, все еще стоявший у стены, что-то внимательно рассматривал внутри небольшого, совсем незаметного с их стороны, темного алькова. - Ял? Ты чего там застыл?

Повелитель костей повернулся. На его лице было озадаченное выражение:

- Тут скрытая лестница. Я хотел сухих веток наломать для костра, а за ними оказался спуск.

- Тут много спусков... - заметила Лея, тем не менее двинувшись к нему.

- Ага, только вот винтовых лестниц среди них я что-то не замечал раньше.

Встав рядом с ними, Викариан увидел почти незаметные, невысокие ступени, на которых едва-едва сумел бы поместиться один человек его комплекции. Он осторожно заглянул в Тонкий Мир, узрев, что лестница вела очень глубоко и там, в глубине, отражаясь на строгих гранях геометрически идеальных течений, танцуют отблески неизвестной ему силы. Такое он видел, разве что в Вардеме.

Вот только стоило ли совать голову в очередную авантюру, когда над ними нависла опасность голодной смерти?


## Глава 10. Поступь Кошмара


Громко взвыл ветер, заставив всех вздрогнуть и сквозь разрыв в своде посыпалась влажная крупа, создавая впечатление, словно в пещере пошел снег. Викариан разжал рукоять кинжала, огляделся по сторонам, словно ожидая увидеть в нападающих тенях скрытую угрозу. Но чудовища, рожденные воображением, не спешили появляться. Вокруг были лишь каменные стены, уходящие в бесконечную черноту, казавшиеся живыми, дышащие сыростью и холодом.

Ялазар, откинув капюшон. Стряхнув с волос капли воды:

- Ну что, полезем вниз? - он взглянул в черный провал под ногами. - Там хотя бы нет ветра, сможем развести костер и согреться.

Тяжелый взгляд Торунга, как всегда невозмутимый, скользил по стенам зала. Против он ничего не сказал, впрочем, как и не выказал особой радости. В отличии от Леадеи, что перебирала линии силы, скользящие в глубине, там, куда предлагали идти.

- Вик посвети, будь добр. - попросила она, склонившись над лестницей.

В ее зеленых глазах отразилось мерцание факела, когда парень подошел к ней и огонь разогнал окружающую спуск тьму. Девушка не могла видеть магический мир столь же ясно, как и он и потому, вместо четких, идеально прямых граней она смотрела на мешанину из розово-оранжевых переливов. Впрочем, оставалась надежда, что хотя бы ей удастся распознать стихию, что ждала внизу.

- Что-то заметила? - поинтересовался молодой человек.

- Странно это. - прошептала Лея, голос её дрожал от холода. - Внизу много силы, но она никак не отражается в реальном пространстве. Слишком тихо, слишком спокойно.

Она, не касаясь, провела тонким пальчиком вдоль сухого, старого корня, что тянулся из стены, словно щупальце чудовища.

- А ты что там видишь? - поинтересовалась она уже у него.

Вик, с готовностью, рассказал все, что открыло ему Око Инферанала.

- Удивительно. Может спустимся, посмотрим? Ну хотя бы одним глазком! - любознательная сторона Леадеи вновь брала вверх над разумом, но отказать Вик просто не мог, видя с какой мольбой в глазах та смотрит на него:

- Полагаю, Чаща Украденных Душ скрывает ещё немало забытых секретов. В том числе, в своих глубинах. Мы просто не можем каждый раз ...

- Я все понимаю. Сюда надо снаряжать полноценную экспедицию. Но, вот это чудо прямо тут! У нас под ногами. Всего лишь надо спуститься! - не сдавалась волшебница.

Вик вздохнул, понимая, что придется на этот раз уступить. Однако, ответить ему не дали. В этот момент под нос Викариану подсунули небольшой топорик из белой кости. Он оторвался от созерцания провала и поднял взгляд. Рядом стоял Ялазар с точно таким же топором и судя по всему, тот собирался приступить к рубке древесины. Чуть поодаль, тем же планировал заняться Торунг.

- Так, археологией займетесь позже, а сейчас ты бери в руки топор и начинай рубить дрова. Если мы замерзнем насмерть, никакие тайны местных пещер вам уже не помогут. - повелитель костей кивнул, видя что Вик крепко сжал рукоять топора, отходя от лестницы, после чего обратился уже к Лее. - А ты, так как лучше всех нас разбираешься в течениях Вечного Океана, пометь для нас те корни, в которых нету излишков магии. Мне совсем не улыбается после первого же удара получить искривляющей магией в рожу. У нас под ногами находится целый пласт неизвестной силы, значит тут могут быть и другие сюрпризы.

С этими словами он поднял топор и с силой обрушил его на корень. Древесина с хрустом треснула и из раны хлынула густая, липкая жидкость, источающая едкий запах. По видимому, он знал куда бить и совершенно не удивился произошедшему:

- Будь осторожней, Вик! Это, не просто сок. И такой гадости тут будет ещё немало.

Все замерли, напряженно вглядываясь поврежденную кору. Жидкость, растекаясь по камням, начала шипеть и пузыриться, издавая странные звуки, напоминающие хрипы. Воздух наполнился едким дымом.

Несмотря на грубое обращение, он не хотел никого обидеть, просто возвращал чересчур увлекшихся колдунов в реальный мир, напоминая, что физические тела не менее важны, чем астральные. Потому, никто не стал возражать и следующие пару дней отряд провел на подземном лесоповале.

Работы оказалось много, но к счастью, ни хищников, ни душеловцев поблизости не было, а древние силы, таящиеся в недрах найденного ими спуска, совершенно не интересовались происходящим над их головой. К концу второго дня, удалось насобирать немало годной для растопки древесины, при этом избежав пары неприятных ловушек, когда внутри казавшегося нормальным ствола, таились разрушительные силы хаотических изменений.

Это время они провели в относительном тепле, хотя порывы ветра у поверхности оказались намного яростнее, нежели в глубинах. Те постоянно пытались разметать тлеющие угли по всей пещере.

Связав очередную вязанку дров и вытерев холодный пот, выступивший на лбу, Викариан снова подошел к манящей лестнице. Он с опаской огляделся. Стены, словно гигантские челюсти, сжимались вокруг прохода, создавая гнетущее ощущение замкнутого пространства. Сама же лестница, узкая, словно извивающаяся спиралью змея, срывалась вниз в бесконечную темноту. Ступени были скользкими от вечной влаги и каждый шаг требовал предельной осторожности.

- Все еще хотите туда спуститься? - спросил отдыхавший поодаль Ялазар.

Леадея с готовностью кивнула. Вик же, не был так уверен, но все же и его сумел заинтересовать феномен столь строгого, подчиненного явно неким незыблемым законам, плетения чар.

- Было бы неплохо. - парень попытался усмехнуться. - Кто знает, может мы там найдем несметные сокровища и артефакты?

- Или добровольно влезем в очередную смертельную ловушку. - угрюмо закончил за него Ялазар, взвалив на спину очередной баул из поленьев. Он обернулся к Тору в последней надежде. Может, хотя бы он будет против очередной авантюры, но серебряные глаза Мрачного, как всегда, смотрели холодно и безразлично.

Повелитель костей снова вздохнул и ступил на скользкие ступени первым. Осторожно прощупывая путь длинной веткой перед собой. Второй рукой он держался за холодный камень стен. Его широкие плечи едва пролезали между ними.

- Подними факел повыше, ни черта не вижу! - попросил он Вика, двинувшегося за ним следом. Тот с готовностью выполнил просьбу, так как и сам с трудом различал куда они идут.

Следом двинулась Лея, а замыкал процессию Торунг, на всякий случай все же положивший руку на гарду меча.

Стены лестничного пролета были словно выточены из черного мрамора. Их поверхность сверкала, отражая тусклый свет огня. Разглядеть хоть что-то не удавалось, но пальцы то и дело натыкались на строгие, последовательные линии. Похожие на руны, высечены узоры напоминали в своей идеальной форме кристаллические решетки. Они переплетались в сложные, геометрические фигуры, создавая впечатление гениальной упорядоченности в этом хаотичном мире.

- Это... это, как в старых книгах. - прошептала одними губами восхищенная Леадея, безуспешно всматриваясь в почти незаметные узоры. - Идеальная симметрия, созданная магией, немыслимой для нынешнего Кеплера.

Она осторожно коснулась холодной стены. Пальцы скользнули по гладкой поверхности, пересеченной множеством линий.

- Кажется, мы спускаемся в сердце чего-то очень древнего. - добавила она с трепетом. Ее голос тихим эхом отразился в узком пространстве.

Спуск был недолгим и в какой-то момент они оказались в месте, даже в существования которого верилось с трудом. Тьма, царившая в предыдущих пещерах, сменилась мягким, почти нежным светом, исходящим сразу отовсюду. Путь привел их внутрь огромной, полой сферы, периметр которой излучал неяркий, оранжевый свет.

Полупрозрачные, сложенные из розовых кристаллов, стены, переливающиеся всеми оттенками заката, окружали людей. Они создавали иллюзию бесконечности, отражаясь друг в друге и искажая пространство, превращаясь в головокружительное сплетение путей. Настоящий лабиринт. Казалось, что они находятся внутри гигантского мыльного пузыря, готового лопнуть тысячами граней при малейшем прикосновении.

Вдали, пространство словно изгибалось полукругом, протянувшись от пола к потолку со всех сторон. Лишь над самой головой находилась пустота.

Хотя нет. Не пустота. Стоило Викариану дотронуться до розоватой кристаллической стены, как тут же по её поверхности, растекаясь на весь лабиринт, заструилась волна, словно на потревоженной водной глади. А после, эхо этого искажения проявилось и над его головой. Обманчивая пустота наполнилась росчерками линий, очертаниями, напоминающими деревья и холмы.

- Лестница пропала. - объявил бесстрастный голос Тора. Все тут же, не сговариваясь, повернулись к нему.

Ступени и сам узкий проход, по которому они только что спустились, действительно исчезли. Лишь глубоко внизу и так же далеко наверху, сильно выше того места откуда они начали спуск, виднелась пара широких проходов. Вик прищурился. Похоже, оба эти прохода находились на одной линии, что проходила ровно через то место, откуда они вышли.

Парень подошел к этой невидимой оси, вытянув руку, абсолютно не удивившись, когда ладонь нащупала нечто холодное и твердое, хотя, и совершенно невидимое. С этой стороны, спуск оказался облицован пропускающим свет камнем, видимо, чтобы не загораживать обзор. Сам проход никуда не делся и его можно было без труда найти, соотнеся верхнюю и нижнюю точку залы.

- Выход все еще здесь, просто с того места, где мы стоим, его не видно. - он обвел взглядом окружавшие их кристаллические стены, совсем невысокие, едва ли до груди взрослого мужчины. Посмотрел, как они и пол, изгибаясь, убегают к потолку и там, совершив безумный переворот, возвращаются к нему, но уже с другой стороны. - Думается мне, это место построено не людьми и не для людей.

- Реликтовая магия. - произнес Тор, также разглядывающий окружающее пространство. Он взглянул сначала на вход сверху, а после, перевел взгляд к нижнему, чей черный зев виднелся не меньше, чем в нескольких лигах под ними и высказал предположение. - Возможно, это творение мастеров Эпохи Подземных Царств, что некогда бежали из своих цитаделей на поверхность.

- Но для какой цели его построили? - не отрываясь от изучения потоков магии, спросила Леадея.

Она сейчас занималась тем, что осторожно запускала разноцветные чары, фейерверки, в розовую плоть кристальных стен. Те, почти разу разделялись на множество, неотличимых друг от друга, стрел, продолжая делиться на каждом повороте, разлетаясь по всему лабиринту. Правда, ни одна так и не покидала кристалла. В этом движении чувствовалась некая закономерность, так как пущенная в одно и то же место, магическая стрела всегда проходила один и тоже путь.

Викариан осторожно провел ладонью по острой грани, почувствовав легкое покалывание в пальцах, словно невидимые энергии проникали в его тело. В ту же секунду, розовая волна покатилась в стороны от места касания, разделяясь на каждом повороте, точь-в-точь, как магия Леадеи, с разницей лишь в том, что над головой Вика очертилась плеяда серых росчерков, отдаленно напоминавших густой лес.

Рассказы об ужасах веков Подземных Царств, давно забытых большинством смертных, Вик знал лишь урывками и понятия не имел, что сподвигло подземных жителей покинуть места, тысячелетиями являвшимися им домом. Однако, если те, кто способен был создать нечто подобное бежали от чего-то... Парень перевел взгляд на проход, ведущий в самые глубины и внезапно понял, что буквально нутром чувствует исходящую оттуда угрозу. Он не мог описать, что конкретно так напугало его, но эта неопределенность ещё больше заставляла сердце леденеть. Нет. Вниз, туда, они точно не пойдут. Никакие сокровища того не стоят.

Внезапно, Викариан услышал мерный стук, словно кто-то бил камнем по стеклу. Он обернулся и увидел, как Ял пытается стальным клинком отбить кусочек кристалла. Поняв, что затея это гиблая, тот потерял интерес и поинтересовался у Леадеи, продолжавшей запускать фейерверки в розовую плоть стен:

- Что ты делаешь?

- Пытаюсь понять, что это такое. Каждый раз, как я меняю местоположение, магия расщепляется по-разному, но всегда, абсолютно всегда, она проходит по каждой из граней лабиринта. Просто меняя порядок. Так что вот, да, пытаюсь понять, что это такое.

- Это карта. - коротко ответил Торунг, чем тут же привлек всеобщее внимание. Он отошел на довольно большое расстояние от остальной группы, видимо, как и Леадея пытаясь понять, что это за место, и теперь в его голосе звучала абсолютная убежденность. Слегка тронув костяшками пальцев стену рядом с собой, волна пробежала так же, как и фейерверк Леи, по всем граням. - Эти пути. Проходы, где мы сейчас стоим - точная карта подземных троп.

Он поднял палец вверх и в этот момент, все находящиеся рядом буквально остолбенели. Вместо уже привычных, дымчатых контуров, напоминающих лесную чащу, они, без какого-либо труда, узнали ступенчатую структуру храма Плачущей Богини.

- Сам лабиринт - карта подземелий, позволяющий понять, где мы находимся и найти все пути из данной точки. - повторил Мрачный. - А над нами расположена карта поверхности, показывающая, что лежит над тем местом, к которому мы прикоснулись здесь.

Он снова стукнул костяшкой пальцев по стене и вновь над головами появилась серая пирамидка храма. Вик про себя отметил, что Мрачный стоит чуть южнее и западней от того места, где они вошли в лабиринт, что подтверждало их собственное изучение звездного неба.

- Ты уже видел такие места, верно? - Ялазар внимательно глядел на Тора, скорее констатируя факт, чем спрашивая.

- Таких, нет. Но нечто похожее, да. В лабораториях Талтана. Там есть комнаты, работающие по схожему принципу. Разница в том, что они ищут пути в хаосе Тонкого Мира. Однако, полагаю, что истоки знаний, лежащих в основе этих картографических залов, едины.

Походив еще немного вокруг, Торунг сумел заметить сходство части лабиринта с теми подземными путями, где он некогда путешествовал и это привело его к догадке. Он указал на небольшой, едва заметный в переплетении полупрозрачных поверхностей, пологий подъем. Казалось, он просто вел на верхнюю часть одной из невысоких стен, уводя в пустоту.

- Поднимись. - коротко предложил он Вику. Тот последовал совету, взлетев по поверхности, но от неожиданности, чуть не рухнул назад, когда только что пустое пространство перед ним, на вершине стены, внезапно обрело четкие грани. В мгновение ока, целый новый уровень переплетений ходов появился вокруг него. Однако, стоящие ниже люди ничего подобного не видели. Для них Викариан, словно бы ходил по воздуху, причем, пройдись он над ними, то несомненно мог бы зацепить сапогом их головы.

Это ещё раз подтверждало догадку, что место было создано явно не для людей. Они были слишком высокие для переходов. Слишком широкие в плечах для лестницы, по которой попали сюда. Хотя бы теперь становилось понятно, как можно добраться до вершины этой полой сферы и летать для этого было совершенно не обязательно.

Разумеется, Леадея, охваченная восторгом, тут же побежала на восток, да так, что отошла больше, чем на пару сотен шагов. Она подняла руку и её пальцы скользнули по прозрачной поверхности, словно по струнам невидимой арфы. Вокруг её ладони замерцали радужные искры, а затем, словно по мановению волшебной палочки, в воздухе обрела форму новая картина.

Горы, реки, каньоны. Все это было знакомо Вику. Все это он уже видел в Атласе Крига, когда изучал карту Земель Печатей Отмщения, разве что несколько искажено, словно растянуто. Но видел парень и другое. Тонкий Мир. Узлы чар, покрывавшие всю эту сферу-карту непроницаемым ковром, несли в себе настолько сложную и непонятную силу, настолько чуждую хаотическим течениям Кеплера, что он даже не мог понять откуда она проистекает. Уж не из самих ли Подземных Царств.

- Реликтовая магия. - повторил Тор, словно прочтя его мысли. - Это карта, созданная древними. Понять ее мы не сможем. По крайней мере, не сейчас. Но вот воспользоваться... вполне.

- А насколько она точна? - спросил Ялазар, принявшись за изучение путей.

- Пока что, я не заметил расхождений лабиринта с теми путями, по которым мы сюда пришли. - ответил Тор.

- И почему меня природа не наградила такой памятью. - проворчал Ял.

- Природа тут не причем. - ответил Тор, в очередной раз намекнув, кто его создал и кому он служил.

Вик не стал заострять внимание на этом, спросив:

- Ты запомнил путь, как мы сюда пришли. Сможешь запомнить пути, которые приведут нас к Вратам Снов?

Мрачный кивнул.

- Тогда приступай. Постарайся найти наиболее безопасный, избегая ... - он запнулся, ища глазами примеры, а после, указал на несколько провалов, тупиков и подозрительно выглядящих крупных развилок с десятками проходов. - Нам не нужны никакие пропасти, зыбучие пески, завалы или подземные города брудов. Ну или кто тут ещё может обитать.

Второй раз кивнув, Торунг принялся ходить по лабиринту, иногда касаясь стен, чтобы понять, где под поверхностью находится та или иная его часть. В конце концов, он нашел место, которое совершенно явственно располагалось под Доридосом. После, пошел на север, отмечая тропу по одним ему ведомым ориентирам и в конце, проложил путь через лабиринт к тому месту, где они сейчас находились.

Все это время Леадея не сидела сложа руки, так же занимаясь изучением магии. Её небольшие, разноцветные стрелы магии позволили понять, что подземелья выходят далеко за пределы дола, в котором они сейчас находились, соединяя промеж собой множество полисов и дальних земель. Одним богам было известно, как много тайн, секретов и сокровищ эти тропы хранили столетиями.

Однако, за эйфорией исследовательского азарта девушка так же заметила еще кое-что. Вокруг предполагаемого местоположения Доридоса, её вспышки света становились все более тусклыми, а затем и вовсе исчезали. Отчего создавалось впечатление, будто эта часть лабиринта неспешно погружается во тьму. И эпицентрами этой расползающейся тьмы был сам полис.

- Это нехорошо. - произнес Викариан, с тревогой наблюдая за происходящим. - Кажется, магия в этой части подземелий ослабевает.

- Скорее умирает. - с тревогой в голосе сообщила Лея.

Они обменялись с ней взглядами понимая, что "смерть" Тонкого Мира вокруг Доридоса может означать только одно: произошли какие-то серьезные, магические нарушения. Единственное, что приходило на ум и чему было под силу убить магию, это Бродячий Ужас. Однако, он всегда оставался в пределах полиса, а если и пытался покинуть его, то ловчие из Стражей Пограничья быстро нейтрализовали такого гуляку. Однако теперь, судя по карте, заражение вышло очень далеко за пределы города. Было совершенно непонятно, что стало тому причиной.

- Может быть нам следует изменить наши планы? - предложила Леадея. - Возможно, стоит поискать другой путь, не приближаясь к пещерам, что идут из Доридоса?

Тор задумчиво почесал подбородок:

- Полис, это главный ориентир. От всех прочих исходит меньше безопасных троп, а часть из них, так и вовсе, судя по карте, теперь недосягаема.

С этими словами он вернулся к работе и лишь по прошествию часа отрапортовал:

- Готово.

- Тогда можем возвращаться. - удовлетворено ответил Викариан.

- В пещеру? - удивилась Леадея.

- Конечно, а куда ещё? - Викариан, огляделся. Он пришел к выводу, что кристаллическая сфера-лабиринт простирается на несколько лиг в диаметре. Нижний выход из нее, судя по всему, вел прямо в Подземные Царства Века Ночи - мрачное и опасное место, откуда бежали те, кто создал этот творение.

- Может стоит проверить...? - начала было Леадея, робко взглянув в глубину. Похоже перспектива узнать что-то новое, открыть древние тайны, да и вообще, желание жить, перевешивало в ней тягу лезть в пасть к ненасытным, неубиваемым монстрам, которые оккупировали предместья Доридоса.

- Вот уж черта с два! - рыкнул Ялазар и первым полез на невидимую лестницу.

- Не сегодня. - поддержал товарища Вик, двинувшись следом. - Думаю, Тор запомнил, как сюда попасть. Если будет возможность, может быть еще вернемся, но сейчас у нас есть дела. Да и питаться ты тут чем будешь? Кристаллы грызть умеешь?

Понурив голову, девушка пошла следом, хотя не было никаких сомнений, мысль все тут как следует изучить, а после, разумеется сунуть голову в самый "улей" - в бездну, лежащую у границы Подземных Царств, она и не думала оставлять.

Выбравшись из узкого лаза, люди словно вынырнули из глубин странного сна. Мелодичные переливы и тихие трески, сопровождавшие их в лабиринте, постепенно стихли, сменившись более привычными звуками подземных пещер - капающей водой, отдаленным эхом шагов и шорохом неизвестных существ. Ощущение свободы смешивалось с легким головокружением и покалыванием в кончиках пальцев, словно они еще не совсем оторвались от магической энергии, пронизывающей кристаллические стены.

Мысли сами собой вернулись к основной проблеме, которая все еще никуда не делась. Провизии оставалось совсем немного, а до ближайшего перевалочного пункта, который Тор помнил со своих прошлых путешествий, было еще идти и идти.

Быстро сориентировавшись по направлениям, они двинулись в путь. Зыбкий солнечный свет, едва проникающий сквозь трещины в высоком своде, создавал скачущие узоры на стенах пещеры, играя бликами на капельках воды. Воздух, пропитанный влагой, был насыщен ароматом сырой земли. И лишь бешеные ветра, врывающиеся под полог верхних пещер, грозя сбить путников с ног, портили настроение. Каждый шаг под их порывами давался с трудом. Нередко приходилось искать укрытия от разбушевавшейся стихии.

Иногда, особенно по ночам, они видели странные видения. Образы прошлого, будущего или даже параллельных, колдовских реальностей, словно их преследовали отголоски магической энергии, которую они оставили в лабиринте.

Несмотря на то, что путь вился змей, назвать его опасным, язык не поворачивался, особенно после всего ранее пережитого. Так, лишь приходилось пробираться через узкие проходы, перепрыгивать через неглубокие трещины и обходить подземные реки, бурлящие темной водой. По пути они встречали множество странных существ, приспособившихся к жизни в полной темноте. Некоторые из них светились во мраке, маня к себе, напоминая блуждающие огоньки, другие издавали странные звуки, похожие на стоны и шепот.

На стенах пещер то и дело находились царапины, а в воздухе порой ощущался странный запах, напоминающий серу или паленую шерсть. Однако теперь, мысль, что они не одни обитали в этом подземном мире, придавала оптимизма, это значило, что тут есть на кого охотиться. Впрочем и на них самих могли объявить охоту, а потому бдительности никто не терял.

Чтобы прокормиться, пришлось начать поиски съедобных растений, ловить рыбу в редких подземных водоемах, да искать следы мелких животных или даже жуков. Впрочем, ни в рыбалке, ни в охоте успехов особых не было.

Первое же озеро, которое они обнаружили, оказалось не таким уж и безопасным для рыбалки, как показалось изначально. Попытка поймать рыбу, привела к неожиданным последствиям: одна из них, едва Ялазар оглушил ее ударом и вытащил за хвост, тут же покрылась синюшными, трупными пятнами. После чего, раздулась в шар и испустив с противным звуком сиреневый газ, сдулась, став похожей на порванную, набедренную повязку. Газ, как и следовало ожидать, оказался ядовитым, и на несколько минут все были вынуждены отойти подальше.

Вторая водоплавающая особь, на этот раз предусмотрительно "вылавливаемая" при помощи стрельбы из лука, вообще взорвалась, да так мощно, что зацепила проплывающую рядом зеленую рыбину, отчего ту аж выпотрошило, а из разорванных органов в озеро стала вытекать пузырящаяся, зеленая жижа. Она оказалась настолько токсичной, что отравила все озеро, разом заставив местных обитателей, в лучшем случае, всплыть кверху брюхом. Некоторые же из них, так и вовсе повторили судьбу лопнувшей рыбехи.

- Нужно быть осторожнее. - глубокомысленно заключил Тор, оглядывая следы побоища, устроенные всего единственной его стрелой.

- Похоже, от рыбы нам придется отказаться. - заметила Леадея, скривив губы, тут же добавив. - Хотя, что-то подсказывает, что живность тут может быть не менее взрывоопасной.

Учтя этот опыт, воду было решено собирать по капле с ледяных сталактитов, свисающих над головой. Никому не улыбалось пить из водоема, где плавают такие обитатели. Простым расстройством желудка тут можно было и не отделаться.

Следующие несколько дней герои провели в тщетных поисках пищи, благо хоть с водой вопрос решился довольно быстро. Они прочесывали каждый уголок пещеры, надеясь найти что-нибудь съедобное. Вскоре, им повезло обнаружить огромные заросли светящегося мха. Этот мох обладал чудовищно неприятным запахом тухлых яиц, но, как оказалось, был вполне съедобным.

- Это просто ужасно. - поморщилась Леадея, откусив кусочек мха.

- Зато сытно. - ответил Ялазар. Однако и он, при попытке проглотить, зажал нос, не в силах вытерпеть дикой вони, от которой слезились глаза.

Лее даже это не помогало. Она просто не могла пересилить себя проглотить такую пакость, что в итоге, заставило прибегнуть девушку к последнему, отчаянному средству. Сплетя заклятие воздуха, она начала буквально выдавливать из зеленой, вязкой субстанции всю влагу. Ко всеобщему счастью, лишив мох соков, Леадея смогла очистить тот от большей части неприятного запаха. Получившийся продукт был далеко не деликатесом, но все же, позволял утолить голод, не вызывая попутно рвотных позывов.

Ободрав камни дочиста, люди с приятным удивлением констатировали, что сумки их теперь полны снеди, воды и дров, а значит, как минимум главная проблема была решена. Хотя, прочие опасности путешествия по подземным пещерам никуда не делись. Несмотря на то, что Тор прекрасно помнил намеченный путь, им нет-нет, да и приходилось сталкиваться с глубокими пропастями, ядовитыми гадами и прочими прелестями подземелий. Однажды, они даже наткнулись на целую колонию взрывоопасных крыс. К счастью, те с громким писком разбежались, стоило одной из них, едва стрела попала ей в глаз, разукрасить окружающее пространство своими внутренностями.

Несколько последующих, относительно спокойных дней, позволили вдоволь запастись провизией и даже немного отдохнуть. Торунг, опираясь на данные полученные из кристаллического лабиринта, вел группу по относительно безопасным путям. Однако, по мере продвижения вперед, они начали замечать тревожные изменения. Стены пещер покрывались частыми трещинами, словно рисунок на пересохших губах, а воздух наполнил тяжелый, душный запах.

- Что-то здесь не так. - пробормотал Викариан, прижимая руку к стене.

- Я тоже чувствую это. - согласилась Леадея. - Мы уже близко к зоне, где стала исчезать вся магия.

И действительно, чем дальше они продвигались, тем сильнее ощущалось отсутствие магических течений. В какой-то момент Вик заметил что тень, отбрасываемая факелами, исказилась, закручиваясь, принимая форму темной воронки по левую руку от них, словно сама стихия огня затягивалась в невидимый водоворот, жаждущий её погасить.

Стоило Вику открыть око инфернала, как он узрел иссиня черную пасть пустоты на юге от них. Тонкий Мир, ранее пышущий тысячами красок, теперь представлял собой одно огромное пустое око мальстрима, обрамленое серым пеплом мертвых течений Вечного Океана. Магия умирала повсюду куда бы он не бросил взгляд. Даже на севере уже были видны выцветшие пятна, дарованные касанием Бродячего Ужаса.

- Похоже, зараза бродячих распространяется все дальше.

Путь к Доридосу, который всего неделю назад отмечался безопасным на кристаллической карте, теперь казался словно выжженным. Даже просто глядя в ту сторону, Викариан чувствовал, как из него вытягивается жизненная сила, а кожа стала сереть, будто из нее выкачали всю кровь. Он тут же закрыл магическое зрение и сделал глубокий вдох. Ледяной воздух сбил талую дымку с разгоряченного разума, пораженного заразой магического мира.

- Это что же, Бродячий Ужас пробрался уже сюда? - спросила Леадея, с ужасом глядя на искаженные стены.

- И даже дальше. - ответил Вик. Он указал на протянувшуюся поперек пещеры длинную, пульсирующую кишку, пролегающую с юга на север, что в Тонком Мире разрушила вокруг себя все линии силы, которых коснулась. - Они уже опередили нас на пути к Вратам Снов.

- Но почему они вообще здесь? И почему тогда бродячих тут не было раньше. Сколько прошло времени, как мы бежали из Доридоса? Меньше месяца? Что тут могло произойти за это время? - непонимающе продолжила Лея, осторожно заглядывая за угол, видимо опасаясь, что тварь не ушла далеко и только, и ждет чтобы напасть.

Вопрос видимо предназначался Торунгу, но у Вика было одно предположение:

- Думаю, эти создания проложили себе путь через подземные ходы, когда мы пробили пол в лаборатории. Скорее всего, там у Талтана были мутанты посерьезней гваров. - он взглянул на Мрачного и тот утвердительно кивнул. - Они вполне могли, убегая от бродячих, просто проломить стены казематов. Твари двинулись за ними, обращая кого догонят в себе подобных и теперь их уже некому остановить.

Отряд остановилися, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Путь, который они выбрали, оказался зараженным. Двигаться вперед было опасно, но и возвращаться назад не имело смысла. И Вик, шедший первым, принялся внимательно осматривать мрачные своды лежащих перед ним проходов. А их тут было немало. Множество ответвлений. Что за прихоть природы создала столь чудные переплетения ходов?

Одни уходили в глубину, другие змей петляли по бокам. Третий же и вовсе вел на каменную террасу, нависающую над их головами, что скользя меж серых выбоин, уходила на север. И этот путь был единственным, в окружавших пещерах, не пораженный спорами Бродячего Ужаса.

О, как бы он хотел сейчас просто подняться по этой тропе и убраться прочь отсюда, но что-то останавливало молодого человека. Возможно, другие назвали бы это совестью, ведь он догадывался, почему кошмары Доридоса вырвались на волю и теперь медленно, но неотвратимо принялись за уничтожение всего живого. Последствия этого побега могли стать катастрофическими для всего Кеплера.

Викариан не тешился надеждой остановить Бродячий Ужас, такое оказалось не под силу и тем, кто был много сильнее его. Но и оставить все на произвол судьбы не мог. Можно было, конечно, просто обрушить своды пещер, заблокировав рвущихся их города чудовищ, вот только все проходы, которые надо перекрыть, не знал даже Торунг, а как они совсем недавно поняли, часть из них ещё и уходят в глубины, идущую по самому краю Подземных Царств. Там не то, что взрывать, просто спускаться туда, откуда слышалось тяжелое дыхание тысячелетий, казалось сущим самоубийством.

Оставалось одно, понять как творениям Талтана удалось столь быстро заполонить подземелье и есть ли возможность, если не убить, то хотя бы остановить.

- Воронка умершей магии совсем близко. А значит и Бродячие. - видение, явленное оком инфернала не обещало ничего хорошего. Все существо Вика кричало бежать отсюда, как можно дальше.

Парень осторожно подошел к южному проходу, откуда вилась пульсирующая кишка. Напоминающее мутировавшую, вывернутую наизнанку змею, часть бродячего извивалась, но нападать не пыталась. Похоже, лишенная органов чувств в этой части своего тела, она не замечала стоящих рядом людей. Однако, никакие чары рядом с ней сотворить не удалось бы, да и заклятие, согревающие отряд, тут же развеялись. Она просто превращала весь Тонкий Мир вокруг себя в пепельную пустыню.

- Вдоль этой хреновины идти не стоит, я думаю, замерзнем без магии. Тор, припомни, что там лабиринт рисовал по ближайшим проходам?

- Тот, возле которого ты стоишь, уходит на глубину. Если отбросить тупиковые и верхний, разворачивающийся на север, остается еще несколько. Часть выходит на поверхность, часть уводит вглубь. Но есть и те, что простираются по нашему уровню.

- Давай, наверное, по ним и пойдем. - принял решение Вик, отходя от темного провала, в который вглядывался последние пару минут, попутно возвращая на свою одежду согревающие чары.

- Зачем нам вообще туда идти?

Судя по голосу, Леадея была совершенно не в восторге, да и Ял, стоящий рядом, тоже смотрел на затею скептически, но он хотя бы понимал, что движет Виком, а вот молодая колдунья - нет. Она вытянула шею, вглядываясь во мрак выбранного проход, но не просила света, а значит, смотрела сквозь Тонкий Мир.

- И о какой воронке ты говоришь? Там только серая пелена, без единой искры стихий. Там... что-то другое. Пустота...

Девушка была лишена той же четкости видения Тонкого Мира и потому, многие детали от неё ускользали. Может оно и к лучшему, подумал парень, ведь узри она то, что открывалось ему, точно ни за какие уговоры не согласилась бы туда идти.

- А там... чувствуете? - прошептала она, указав на соседний проход, ведущий вниз. Ее голос опустился до шепота. - Кажется, вот там ощущаются остатки чар.

Торунг кивнул. Он пригляделся к стенам.

- Химерический след.

- Что? - не понял Вик. Он и не заметил совсем рядом легкий флюид недавно развеянных чар.

- Алхимия смешанная с магией. - пояснил Торунг хриплым голосом. - Наполненная эманациями мучений и огня. Те, кто её сотворил, вряд ли будут дружелюбны.

Ялазар усмехнулся:

- Разве это новость? В этом мире, мне уже начинает казаться, каждый хочет содрать с нас шкуры.

Подойдя ближе, им открылся вид на небрежно разбросанные остывшие угли. Судя по всему, в небольшой нише, спрятанной от гуляющих по тоннелям ветров, кто-то разводил костер. Рядом валялись свежие обглоданные кости, а на стенах виднелись кривые, грубые символы.

- Ушли давно. - констатировал Вик присев на колено рядом. - И судя по всему, они не шибко пытались скрыть следы.

- Что странно. - подхватил его мысль Ялазар. - Вокруг Доридоса всегда кружат группы сталкеров, ищущих новые тропы, да сокровища. Разве что те это сделали специально. Заманивая за собой.

Они с Виком переглянулись, но вслух ничего не сказали. Рядом Торунг внимательно изучал символы.

- Мне не знаком этот язык. - произнес он, чем немало удивил окружающих. - Напоминает диалекты сразу нескольких рас, но не является ни одним из них. Возможно - прародитель.

- С чего ты взял? - заглянула ему через плечо заинтересованная Леадея.

Тор указал на символы, каждый из которых напоминал законченную фигуру, а не отдельную букву, как в общепринятой письменности Кеплера.

- Это глифы. Многие изначальные языки отличаются сложной морфологией, но простотой написания. - он провел острием клинка вдоль прямых линий, из которых, словно шипы терновника, то и дело вырастали короткие, агрессивные росчерки. - Очередность подобных конструкций, является иероглифической письменностью. Но чем древнее язык, тем больше в нем культурного отражения жизни его носителей. Поэтому, так сложно расшифровывать и понимать языки-прародители. Здесь же, присутствуют признаки письма, как минимум четырех известных мне рас.

Оторвавшись от созерцания стены, исписанной непонятными символами, Вик прислушался к Тонкому Миру. Судя по эху чар, применявшие эту силу двигались в Доридос. Он оглянулся на своих спутников:

- Ладно. Если здесь кто-то прошел, идти следом пока не будем. Поищем ход на нашем уровне.

Идея показалась разумной и хотя Леадея всячески выражала свое неудовольствие, фырканьем и вздохами, отряд все же двинулся на юг.

Они углубились в смежный проход. Стены сжимались вокруг них, потолок стал казался все ниже. Тишина давила, нарушаемая лишь скрипом камней под ногами и слабым потрескиванием факела.

Очень скоро они вновь почувствовали удары ледяного ветра, пронизывающего до костей, заставляя путников жмуриться и глубже натягивать капюшоны. Но что удивляло ещё больше, по щекам начала хлестать сухая, снежная крупа, смешанная с осколками льда, совсем не похожая на противный, липкий, нетающий снег с поверхности Кеплера. Эта жгучая вьюга испарялась от прикосновения к теплой коже, но зато замечательно цеплялась за одежду, превращая ее в грубую, холодную корку.

Постепенно, к страной непогоде добавился туман. Густой и сероватый, он окутывал пещеру, однако из-за своей плотности и тяжести, стелился по земле, доходя примерно до колен. Он был абсолютно непроницаем.

Прищурившись, Викариан пытался Оком Инфернала пробиться сквозь завесу снега с туманом. Он чувствовал, как агонизирующая магия изливается обрывками течений из глубин Тонкого Мира в последней попытке спастись от неуклонно надвигающейся смерти. Дестабилизированный эфир создавал тысячи микроразрывов в реальном пространстве, искажая саму ткань мироздания, превращая ее в хаотичный вихрь, в нарождающийся катаклизм.

- Это непростая буря. - подтвердил его догадку Ялазар, отряхивая с себя снег. Его голос звучал хрипло от холода и забившегося под костяной горжет льда. - Эдак мы скоро попадем в ее эпицентр.

Шедшая следом Леадея, дрожа от холода, попыталась безуспешно защититься от ветра. Ее заклинания, обычно точные и послушные, теперь выходили из-под контроля, рассеиваясь в воздухе эффектными, яркими вспышками.

- Магия здесь... она сломана. - прошептала она, пытаясь унять стук зубов. Согревающее тепло опять растаяло и люди в полной мере прочувствовали всю ярость зимней стихии.

- Да, её тут уже нет, лишь обрывки, которые не успела поглотить воронка - буркнул себе под нос Вик, закрываясь рукой от очередной горсти режущей крупы, пытавшейся разорвать ему лицо. Осознание, что если они не остановят Бродячий Ужас, то же самое ждет остальной мир, наводило на все более мрачные мысли. - И это только начало.

Скоро коридор, по которому они шли, наполнили сотни трещин, избороздивших окружающий камень. Судя по тому, что проход ещё не успел обрушиться, хотя все к тому и шло, те появились недавно. Постепенно стены разошлись, впуская путников в длинную, высокую пещеру, с востока на запад пересеченную широким разломом в полу.

Отряд остановился не доходя до края. Выглядел провал, словно гигантский меч вонзился в землю, разделив ее на две части. Здесь, сквозь крошащиеся стены, пробивался настолько мощный ветер, что несчастную Леадею просто начало уносить и если бы не вовремя ухвативший ее за плащ Ялазар, неизвестно, чем бы это все закончилось.

По ту сторону провала туман отличался. Словно живое существо, он извивался, создавая иллюзии. Его искаженные клочья резко меняли формы, плескаясь, словно живые, аморфные тела. Густой, тяжелый, он струился с потолка и каждой щели, превращая дальнюю часть пещеры в зловещее, наполненное зыбкими тенями, пространство. Но что было особенно заметно, белесая масса сверкала изнутри всполохами нестабильных энергий. То была дикая магия, вырвавшаяся в реальный мир и несущая в себе изменения. Коснуться тумана на той стороне, не обладая защитой, значил обреч себя, в лучшем случае, на мучительную смерть. В худшем же, подвергнуться бесконечным изменениям плоти.

Даже на таком растоянии, каждый вдох наполнял легкие ледяным воздухом, пропитанным сыростью и запахом гниющей органики.

Осторожно подойдя к краю, попросив Яла на всякий случай держать его за край плаща, Викариан заглянул в провал. Открывшаяся картина не внушала оптимизма. Стены не были отвесными и изобиловали множеством острых, расколотых уступов, отчего напоминали пасть чудовища, готового поглотить все живое. Белый, искрящийся туман, срываясь с противоположного края обрыва, низвергаясь вниз водопадом. В своем неспешном полете он образовывал причудливые фигуры, напоминающие лица кричащих призраков, пытающихся выбраться из-за пелены. Вик, прищурившись, стараясь разглядеть, что же скрывается в глубинах этой бездны.

Он уперся руками в холодный камень и склонился над пропастью, вглядываясь вниз. Его дыхание вырывалось белыми клубами, сливаясь с туманом, благо с их стороны он не нес в себе частиц изменений и в общем-то выглядел, более ли менее, нормальным. Если конечно не задумываться при каких обстоятельствах он появился.

Присмотревшись внимательнее, он обнаружил множество трупов разных чудищ, словно бы карапкавшихся по стенам пропасти. Их тела были изуродованы, а кости искривились под воздействием нестабильной магии. Туман, проходил насквозь, насыщал их частицами нестабильной магии, что словно зерная в сите, застревали в этих изуродованных останках. Мертвая плоть покрылась маслянистой пленкой, сверкая разноцветными огоньками, создавая иллюзию танцующих фантомов.

Ветер принес из глубин пронзительный то ли вой, то ли крик, эхом разнесшийся по пещере.

- Похоже, кто-то уже пытался перебраться. - заметил Вик, хмуря брови. Холодный пот выступил у него на лбу, а сердце забилось чаще.

- Здесь слишком много искажений. - пробормотала Леадея, видимо отчаявшись хоть что-то разглядеть в Тонком Мире. - Мне кажется, даже если переберемся на ту сторону, нам не пройти далеко.

Впрочем ни моста, ни какого-либо иного способа переправиться видно вообще не было. Вик, поднявшись, медленно двинулся вдоль разлома, осторожно ступая по скользкому льду, скрытому белесым туманом. Каждый шаг давался с трудом, а мысли о теплом очаге и мягкой постели становились все навязчивее. Он взял один из защитных амулетов, созданных им ещё в Вардеме и с великой осторожностью приложил руку к одному из черепов на самом краю провала, покоящемся на длиннющей шее.

- Туман несет в себе частицы искажения, причем так много, что даже после смерти тела этих существ продолжают мутировать. Похоже, эта зараза ещё и накапливается в них. - сказала он, выкинув костяную пластинку, мгновенно раскалившуюся от теперь переполнившей её нестабильной энергии.

Парень взглянул на начавшую дымится перчатку, чувствуя легкие ожоги на кончиках пальцев.

- Будьте осторожны, тут нельзя ни к чему прикасаться. - он окинул все пространство пещеры взглядом и не оборачиваясь, спросил. - Тор эти создания, случайно, не из казематов Талтана?

Голос Мрачного эхом отразился от свода пещеры, словно бы он находился очень далеко, хотя на самом деле, стоял едва ли в десяти шагах позади. Само пространство подверглось изменениям. Даже находиться здесь было опасно.

- Некоторые из них.

- Думаешь, они пытались перебраться на эту сторону убегая от Бродячих?

- Может быть. - холодно ответил тот. Все это время он также искал способы переправиться, но судя по всему, даже ему не удалось этого сделать.

Внезапно Вику в голову пришел очевидный вопрос:

- Слушай, а ты видел этот провал в кристаллической карте?

- Нет. Его тут быть не должно. - подтвердил догадку парня Торунг. Значит пропасть и все эти трупы появились совсем недавно, не больше недели. Вот только отчего? Впрочем, судя по крошащимся стенам пещеры, вопрос этот скорее был риторическим. Умирающая магия прорываясь в реальное пространство и разрушала его, точно так же, как Бродячий Ужас разрушал её собственный мир.

Вику до дрожи не хотелось этого признавать, но похоже их действия в Доридосе вообще могут привести к началу коллапса всего мира. И магического и реального. Если это не остановить, от Кеплера может вообще ни черта не остаться.

Они ещё немного постояли у края, пытаясь понять, как им перебраться на другую сторону. Пока Викариан не заметил кое-что. Так, как мертвые тела, богато устилавшие противоположный склон провала, вбирали в себя львиную долю искажающих частиц, белесая дымка в самой глубине разлома оказалась относительно чистой. Частицы искажений все еще присутствовали, но их было на порядки меньше.

- Ну, тогда у нас один путь, вниз. - подвел итог Ялазар. - Тут нам точно не перебраться, да и на той стороне делать явно нечего, если даже эти чудища оказались бессильны перед таким искажением реальности.

Ещё раз медленно обведя окружающее пространство взглядом, Викариан согласно кивнул:

- Ты прав. Всех наших защитных амулетов дай бог хватит на пару минут пребывания там, а после, мы просто сгорим вместе с ними. Ладно, тогда двинули назад. Попробуем пройти там, где мы видели затушенный костер. Ведь как-то же те, кто его разводил, должны были миновать эти... - Вик задумался подбирая слово. - Туманные водопады.

С явным облегчением они повернули назад. Колыбель хаотических преображений, таившаяся за провалом, обещала лишь смерть и ничего более. Мысль о том, чтобы оставить это гиблое дело и вернуться на прежний путь, все настойчивее лезла в голову и Вику. Для себя он решил, если они не найдут более ли менее безопасный путь, то бросят все и повернут на север, двинувшись куда изначально планировали.

Совесть всенепременно будет его грызть, но он понимал, что его смерть все равно ничего не изменит. Лучше быть живым и продолжать искать решение, чем так нелепо покинуть бренный мир.

Вернувшись на уже знакомую развилку, где все так же лежал пульсирующий отросток Бродячего, отряд повернул в пещеру, вход которой был отмечен угловатыми письменами на неизвестном языке. Путь почти сразу повел резко вниз. На стенах, примерно на уровни груди, то тут, то там обнаруживались короткие цепочки глифов, которые они все так же не могли понять. Ветер тут поутих, но чем дальше они продвигались, тем громче становился нарастающий спереди гул, словно они приближались к подножию водопада. Здесь, неизбывный туман уже поднимался до уровня пояса и от его плотности, пелена становилась почти осязаемой.

Внезапно, ход оборвался и сверху, молотом ударил мощнейший поток ветра, разъяренным зверем разовав и разметав обрывки дымки, окутывающей проход. Это заставило всех резко отпрянуть назад, вжавшись в холодные, покрытые инеем, стены пещеры.

Вик, прищурившись, огляделся. Они дошли до уже виденного ими ранее провала, только теперь находились сильно ниже. Как он и предполагал, склоны его действительно постепенно сходились. Здесь его ширина едва ли уже была больше десяти шагов. Более того, ураган бивший с высоты не позволял белесой хмари сбиваться в непроглядную пелену и люди с немалым удивлением увидели, что всего в какой-то паре шагов от них через провал перекинут самодельный мост. Хотя, мост слишком громкое слово для двух грубо срубленных толстых стволов, плотно связанных бурой бечевкой, судя по всему, сплетенной из жил. Мост скрипел и гнулся под напором ветра, его деревянное тело дрожало, готовое вот-вот разлететься в щепки.

Ял попробовал выглянуть из-под каменного козырька, но его с такой силой прижал к земле, что он даже слегка присел, тут же вернувшись под спасительный навес:

- Нам нужно укрытие, иначе, если потеряем равновесие, сдует ко всем чертям вниз. Тут даже я уже не удержу. - старался он перекричать свист ветра. Его лицо было покрыто инеем, но глаза горели азартом. Похоже, все происходящее он стал воспринимать, как личный вызов.

Торунг, по пути решивший пособирать образцы тумана, с интересом поглядывал на противополжный край, где клубилась наиболее опасная, наполненная нестабильной магией, дымка, указал на груды костей, разбросанных по краям пропасти. Кости были искривленными, с причудливыми наростами, словно принадлежали каким-то неведомым существам.

- Можно использовать их. - предложил он, явно намекая, что повелитель костей не просто так носит такой титул.

- А это хорошая идея. - воодушевился Ялазар. - Создам навес, какие обычно делают над тараном. Кости послужат каркасом и опорами.

- Здесь не создашь. - пресекла его размышления Леадея. Она щелкнула пальцами, пытаясь вызвать искру, но магия рассыпалась, даже не сумев связаться в первый узел силы. - Их придется оттащить назад и уже там делать все, что ты задумал.

Ял на секунду скривился, но тут же просветлел.

- Вик, а дай-ка мне парочку своих костяных амулетов. Попробую под их защитой быстро схватить несколько ближайших костяков, авось хватит на легкий навес.

- Когда перегреются, выбрасывай их, иначе могут взорваться!

- Не учи ученых. - усмехнулся широкой улыбкой Ялазар, принимая пластинки, скидывая на землю тяжелую, заплечную суму.

Несмотря на свой немалый размер, двигался беловолосый гигант с поразительной для его комплекции скоростью. Выскочив из-под укрытия, он с резвостью снежного барса взлетел по наклонной стене до ближайшего костяка. Выбеленные, кривые кости мутанта сорвались с острых камней вниз к ногам Вика и тот тут же втянул их в проход. Следом упал ещё один скелет, принадлежащий чему-то змеевидному, а за ним ещё один, с тремя бивнями в середине могучего лба. Почти сразу, рядом приземлился и сам Ялазар, с силой швырнув в сторону провала две покрасневшие от жара пластинки, чья защита практически полностью истончилась, хотя повелитель костей провел там меньше десяти секунд. Он подхватил свои вещи, не забыв попутно ухватить ближайший к нему остов.

- Да уж, по верху нам бы точно было не пройти. - констатировал он, хотя основная угроза сейчас исходила вовсе не от тумана, окружавшего их, а именно от тех самых костей, которые они добыли.

Нестабильная магия внутри них, накопленная за все то время, что они пролежали на склоне, словно хищный зверь, старалась укусить любого, кто коснется их обиталища. Пришлось потратить ещё пару амулетов, чтобы дотянуть их до места, где магия Ялазара уже имела силу и тот постепенно очистил кости от остатков заражения.

Он поднял руки и в его глазах отразился потусторонний свет. Концентрация была такой сильной, что вокруг закружился небольшой вихрь, втягивая в себя струйки плещущегося у ног тумана. По его команде кости принялись подниматься в воздух, соединяясь друг с другом в прочные, спаянные воедино, конструкции. Постепенно начал вырисовываться монолитный костяной навес, стоящий на ребрах. Он быстро рос и укреплялся.

Вскоре, отряд уже нес к мосту нечто, вроде гигантской, грудной клетки, закрытой сверху монолитной пластиной, способной надежно защитить их от ярящейся стихии.

Вик опасался, что будет проблема вытащить эту конструкцию на другую сторону, но Ялазар без труда перенес навес, просто уперев его верхнюю часть на свои мощные плечи. С сухим стуком кости уперлись в камень на той стороне провала. Сквозь щели то и дело прорывался свист ветра, но он уже был не в силах навредить людям, и в бешенстве разбиваясь о мощный панцирь над их головой, разлетался по обледенелым стенам.

Они осторожно прошли под навесом и оказались в небольшом ущелье, защищенном от ветра. Здесь было гораздо спокойнее, хотя и царила гнетущая тишина.

- Хотел бы я сказать, что теперь можем отдохнуть и восстановить силы. - произнес Ялазар, тяжело дыша. Даже его могучие тело ломило от усталости. - Но, чем быстрее мы закончим наши дела, тем быстрее уберемся подальше.

Леадея, выдохнув с облегчением, привалилась к стене рядом с ним.

- Никогда не подумала бы, что придется строить мост из костей. - пробормотала она.

- Попутешествуй с нами подольше и не такого насмотришься. - заразительно рассмеялся Ялазар и на лице девушки появилась слабая улыбка.

Он перевел взгляд на мост и захохотал уже в полный голос.

Вик с Леадеей синхронно повернули головы и тоже не удержались от смешков. Стоя под созданным ими навесом, Торунг, вложив в крепление стрелы с вороньей лапкой небольшую колбочку, с величайшей осторожностью собирал частицы тумана, наполненного искрами нестабильной магии.

Отсмеявшийсь, Ялазар громко выдохнул и сбросив мешок на землю, уселся на него, привалившись к стене:

- Видимо, все-таки придется отдохнуть, пока наш алхимик не удовлетворит свою тягу к знаниям.

Остальные последовали его примеру. Надолго тут задерживаться все же не стали, Викариан буквально всем телом чувствовал, что амулеты, спрятанные под его плащом, начинали потихоньку разогреваться. Видимо, остатки нестабильной магии были и тут, хотя, конечно в несравненно меньшем количестве, чем наверху. Потому, едва Тор собрал все, что хотел, они поспешили покинуть край провала.

Чем глубже они заходили, тем ниже стелился туман. Камни казались монолитными, видимо силы искажения ещё не сумели проникнуть в каждую их пору, оставив эту часть подземелий "на закуску". Отряд осторожно продвигался вперед, ощущая себя песчинками в огромном и враждебном мире. Факел, слабо мерцая, отбрасывал пляшущие тени, что растягивались каждый раз, когда они проходили мимо очередного прохода, заполненного тьмой, придавая окружающему пространству еще более мрачный и зловещий вид. Было решено никуда не сворачивать, следуя по основному коридору, который крайне удачно вел точно на юг.

- Чувствуете этот запах? - прошептал Ялазар, принюхиваясь. - Пахнет разложением.

Впереди показалось движение. Люди замерли, напряженно вслушиваясь. Движение повторилось. Часть право стены словно бы дышала, быстро вздымаясь и опускаясь, как грудь собаки после быстрого бега. Это было что-то небольшое, что-то вокруг чего так знакомо уже умирала вся магия.

- Там! - прошептал Ялазар, сжимая рукоять своего меча.

Вик поднял факел выше, пытаясь лучше разглядеть, что происходит. И тут они увидели его. Небольшое существо, похожее на крысу, но гораздо крупнее и агрессивнее. Тело было покрыто бурой слизью, а затянутые мутной поволокой глаза светились злобным блеском. Существо неспешно скользило по стене, оставляя за собой след. Из пасти и выпирающего из-под кожи хребта извивались гибкие отростки, цеплявшиеся за серый камень. Они помогали твари передвигаться.

- Это что-то новое. - пробормотал Ялазар. - Никогда раньше не видел таких бродячих. Мелкий какой-то.

- Спора. - пояснил Торунг, доставая из колчана простую стрелу, с силой вогнав её в тело злобного существа, пригвоздив то к стене. - Бродячие имею некую стадию куколки, если изначальное тело было слишком маленьким.

- Разве обращенная крыса или жук не представляют угрозу? - осторожно обходя дергающееся тельце, пытающееся дотянутся до нее своими мелкими щупальцами, спросила Леадея.

- Представляют. Но у них иные инстинкты, они в первую очередь будут искать подобных себе, чтобы войти в симбиоз и создать более крупную особь. Споры опасны, только если на них наступить. - пояснил Мрачный. Он указал на свою стрелу. - Надолго это его не удержит, но даст нам время из зоны видимости.

Они двинулись дальше и шли довольно долго пока впереди не замерцал свет, а уже через несколько десятков шагов тоннель расширился, впуская отряд на широкую площадь неизвестного города. Вернее в руины того, что некогда было городом, а ныне оказалось похороненным под снегом и мерзлой землей. Путники осторожно ступили на мощеную улицу. Под ногами раздался хруст мрамора.

Вик остановился, прищурившись, вглядывался в темноту, силясь разглядеть, что же за свет сиял на вершине полуразрушенной лестницы впереди. Его глаза привыкли к мраку, но все равно он чувствовал себя слепым котенком в этом мире теней.

- Похоже, мы попали в какой-то город. - предположил он. Его голос эхом отражался от каменных стен.

- Рядом с Доридосом нет и небыло городов. - покачал головой вставший рядом Торунг. Немного подумав, он все же, с сомнением, добавил. - Хотя этот, похоже, был погребен под землей давным-давно, поэтому про него могли банально не знать.

И действительно, впереди открылась удивительная картина. Огромные, каменные блоки, покрытые серым лишайником, лежали в хаотичном порядке, образуя руины некогда величественных зданий. Узкие улочки, вымощенные мрамором, петляли средь развалин, исчезая в темноте. Редкие, уцелевшие стены покрывали письмена. Так же, как и везде, туман тут укрывал землю, не позволяя разглядеть опасные рытвины и провалы, поэтому продвигаться стоило очень осторожно.

Вик осторожно коснулся одной из стен и холодный камень пробрал его до костей.

- Язык знаком, Тор? - поинтересовался Вик, освещая одну из плит, краем глаз заметив, что их прибытие не осталось незамеченным теми, кто находился на вершине лестницы.

- Нет. - но тут же резко добавил, вглядевшись в источник света вдалеке пред ними. - Но зато я понял, кому принадлежат те глифы, что мы видели у потушенного костра.

С этими словами он резким движением скинул с плеча лук и быстро принялся натягивать тетиву, отступая назад в проход, из которого они только что пришли.

Свет взметнувшегося пламени на вершине лестницы ярко осветил остовы зданий, позволив разглядеть всю сцену в деталях. Впереди, на возвышении, стояли две грубо сколоченные дыбы, возвышаясь над окружающим пространством. К ним были приколочены изувеченные тела распятых, человекоподобных существ. Кожа с несчастных была содрана, обнажая кровоточащее мясо, конечности отрублены. Вокруг дыб кружили четыре краснокожие, рогатые фигуры.

Об этих порождениях пекла Викариану доводилось лишь слышать, но таких импов он ещё ни разу не встречал. Трое из них, сжимающие в когтистых лапах грубое, каменное, но при этом окутанное пламенем, оружие повернулись к новоприбывшим. Глаза их горели огнем, а из пастей капала пузырящаяся слюна. Четвертый, более хрупкий, с кинжалом в лапе, увешанный целый россыпью талисманов, походивший на жреца, напротив, не проявил никакого интереса, продолжая жуткий ритуал.

Вик, отступая вслед за Тором, прищурившись, внимательно осмотрел жертв. Мужчина и женщина, их лица исказила агония, а глаза были широко раскрыты от ужаса. Тела были изувечены с такой жестокостью, словно палачи получали от этого удовольствие. В груди обоих виднелись белые неоперенные древка арбалетных болтов.

Здесь было совершено жертвоприношения. Парень почувствовал, как по спине пробегает ледяной пот. Он потянул из перевязи кинжалы. Тут и без слов было понятно, что двинувшаяся к ним троица чертей планирует пригласить их на дыбы следующими.

Ялазар перехватил поудобней ростовой, костяной щит, во вторую руку взяв, купленный в Вардеме, стальной меч. Его лицо было мрачным.

- Не нравится мне их спокойствие. Импы - не самые смелые или умелые бойцы, но эти трое явно планируют напасть, а четвертый поганец с кинжалом вообще не обращает на нас внимания.

Только теперь Вик почувствовал, что к знакомому аромату гнили примешивается новый, густой запах крови, смешанный с едким дымом костра, на котором жгли тела жертв.

Скрежет металла о кость, булькающие звуки, исходящие из гортаней распятых, треск пламени. Какофония ужаса заставляла кровь стынуть в жилах. В этот момент, исчадия ада, словно получив безмолвный сигнал, бросились на них хрипло вереща.

Ялазар, не теряя ни секунды, поднял свой щит, перегородив проход, приготовившись принять на себя первый удар. Леадея же, понимая, что в этой схватке ее магические способности бесполезны, здесь как и у самого моста магия не могла сохранить стабильность, просто отступила назад, стараясь не мешать остальным. Она вытащила из-за пояса короткий кинжал, от которого, честно говоря, в её руках толку было бы немного.

Викариан бросил в туман перед собой факел, чтобы лучше видеть приближающихся, сжал рукояти кинжалов, принявшись высматривать, кого сразить первым. Внезапно, словно молния, его пронзила неожиданная мысль и он быстро зашептал Тору:

- Дай мне одну из тех колб с туманом, который у моста набрал, ту что с мутагеном!

Торунг, оторвавшись от своего занятия, хотя тетива была уже почти на дуге, передал небольшой пузырек, внутри которого искрился густой, белый туман.

- Надломи горлышко, прежде чем метать. - коротко проинструктировал он, возвращаясь к прерванному занятию.

Вик нажал на узкое место пузырька до едва слышимого хруста. Целясь в самого крупного из импов, он метнул сосуд, покрывшийся трещинам.

Отреагировав на неожиданную атаку, демон инстинктивно ударил рогом по летящей колбе, разбив ту вдребезги и субстанция мгновенно окутала его лицо. Искривляющая магия, просочившись под роговой панцирь, начала свою разрушительную работу. По всему черепу исчадия стали расти новые, зазубренные рога, пробивая плоть и кости. Они пронзили его глаза, горло, вонзились в мозг. Он захрипел, забулькал, забился в конвульсиях, разбрызгивая вокруг себя кровь.

Эти наросты росли с такой скоростью, что один вылетел из тела со скоростью пущенной стрелы и вонзился во второго импа, бежавшего рядом, пронзив тому горло. Раненый демон зарычал от боли и стал заваливаться вслед за своим нежданным убийцей на землю. Но не успело его тело коснуться разбитого мрамора, как во все стороны рванули почерневшие от крови костяные копья, разворотившие грудь, живот и спину. От увиденного Вику стало не по себе. Он представил, что могло случиться, не успей он метнуть склянку вовремя.

Белый туман, стелящийся по полу, начал темнеть, приобретая багровый оттенок. На его поверхности проявились длинные, ветвящиеся капилляры, потянувшись к культуристу на вершине лестницы. Тот же, в свою очередь стоял неподвижно, закрыв глаза. Его тело мелко дрожало, впитывая каждую каплю текущей к нему силы. Он поглощал энергию умирающих, хотя было совершенно непонятно, как это ему удавалось в условиях повсеместно разрушающегося Тонкого Мира. Даже простейшая магия тут отказывалась работать, но только не у того, кто стоял рядом с дыбами.

В этот момент, последний из нападавших, полностью презрев страх, достиг Ялазара и яростным криком сделал широкий выпад копьем, метя под щит. Однако, повелитель костей без труда отразил удар, уведя острие копья в сторону, а на обратном ходу клинка полоснул нападающего по шее, срубив рогатую голову начисто.

Пару раз прыснув из артерии темной кровью, тело, неуклюже припав на колени, рухнуло к ногам своего убийцы.

Все нападавшие были повержены, однако, собиравший силу имп-оккультист и не думал поворачиваться, продолжая свою работу, не отвлекаясь. Вик указал Тору на него. Но тот, уже поднявший было лук с натянутой тетивой, внезапно захрипел и выпустил оружие из рук. В ту же секунду раздался крик боли Леадеи, а следом ещё один и едва Вик повернулся, как ему на руки упало тело девушки, пронзенное двумя арбалетными болтами. Один зашел под ключицу, второй попал в бок. Третье же древко торчало точнехонько из спины Тора, упавшего лицом вниз. Причем попало оно туда, где у людей находилось сердце.

За спиной у них оказалось ещё, как минимум, шестеро противников. Все бесы, трое спешно перезаряжали арбалеты, а оставшиеся уже неслись в атаку. Это была засада и их, так же как тех бедолаг, что поджаривались на дыбе сейчас, застали врасплох. Основные силы исчадий, по-видимому, ждали в одном из множества проходов, что они видели по пути.

Однако, похоже черти не рассчитывали, что новоприбывшие так быстро расправятся с передовым отрядом и коварный удар в спину хоть и оказался эффективным, но уже не дал легкой победы, как над прошлой группой.

Ялазар молнией бросился им наперерез и не задумываясь о защите, со всей силы рубанул круговым ударом, прочертив смертоносную дугу от одной стены до другой. Явно не ожидавшие, что их самих будут контратаковать, нападающие даже не успели поднять оружие.

Первому, стальное лезвие распороло шею, но несмотря на брызнувшую кровь, не остановило того. Второму, располосовал лицо, вырвав челюсть и разворотив грудь, отчего тот упал, корчась и визжа от боли. Третьему, уже находящееся на излете лезвие, звонко ударило об обшитый сталью наплечник, оставив на память лишь вмятину, да слегка пошатнув владельца.

Оказавшийся за спиной товарища, Виариан с двух рук метнул кинжалы в стоящих вдалеке арбалетчиков. Попав первому в глаз и опрокинув того навзничь, а второму в горло. Однако, последний оказался крепким орешком и даже с торчащим из тела клинком продолжил натягивать тетиву. К несчастью для него и его оставшегося собрата, перезарядить арбалет занимает намного больше времени, чем метнуть ещё пару кинжалов. И следующие два костяных лепестка оборвали жизни ровно двух исчадий пекла, так и не успевших сделать второй выстрел.

Новые "вены" всплыли из глубин тумана. По ним потекли эманации боли и смерти обратно в руины, к горящим на дыбах телам. Черные жгуты тянулись и к импам, и к людям, лежащим на земле. Творившему ворожбу было наплевать, чью жизнь он заберет. Однако те, что тянулись к Леадее были каким-то блеклыми и Вик заметил, как она, достав из припасов листочек целебной меланы, быстро разжевывает его. Боль уходила, а с ней слабела и темная сила. Девушка, опираясь на неповрежденную руку, подползла к Тору и разжевав для него второй листок, буквально всунула его тому в рот.

В этот момент, двое оставшихся на ногах импов атаковали Ялазара, но тот без труда отбил их не самые умелые удары, правда и сам не попал по врагам, резво отпрыгнувшим назад. Зарычав, он двинулся вперед, намереваясь добить мелких гадов.

Только сейчас оккультист наконец понял, что последние из его защитников вот-вот падут. Имп, все это время стоявший около изувеченных тел, резво сбежал по ступеням вниз, зажав в руках зеленую и белую колбы, явно намереваясь их метнуть их в людишек, посмевших сопротивляться.

- Этих я добью, разберись с треклятым алхимиком или кто он там. - крикнул Ял, наседая на импов. Их каменные, то ли топорики, то ли клевцы были совершенно бесполезны против его длиного, полутораручного меча, со свистом расекающего воздух перед их лицами.

Вик кивнул, вынув из перевези ещё два кинжала. Подцепив ногой лежащий на полу факел, он пнул тот в направлении приближающегося оккультиста, на мгновение ослепив того, в ту же секунд бросил оба своих кинжала, метя в руки противника.

Свет огня сделал свое дело, лишив приближающегося импа зрения всего лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы он не заметил основной удар и два костяных лепестка пробили ему руки. Один из фиалов с зеленой жидкостью треснул, исторгнув в воздух облако зеленого газа. Имп тут же зашелся жестоким кашлем. Глаза его вылезли из орбит, а попытки сделать вдох оканчивались сиплым шипением. Пройдя ещё пару шагов, он рухнул сначала на колени, а после, забился в конвульсиях, расплескивая хлопья тумана вокруг себя.

Вик было порадовался столь удачному броску, однако зеленое облако и не думало оседать, растекаясь окрест, словно клякса от чернил.

- Ял, заканчивай с ними и уходим! - крикнул парень повелителю костей, который как раз добивал последнего нападающего. Первый имп уже лежал с разрубленной пополам головой, а из черепа второго, все еще конвульсивно дергающегося, Ялазар пытался вытащить застрявший меч.

Едва клинок оказался на свободе, он вытер его о край плаща и вложил в ножны. Он быстро скользнул глазами по лежащим телам. Два белых, зазубренных болта, глубоко вонзились в плоть девушки, торча из него, словно верви хищного древа. Раны кровоточили, окрашивая густыми, рубиновыми каплями камни, медленно растекаясь по холодному полу. Рядом лежал недвижимый Торунг. У него крови не было видно, но дышал он большим с трудом.

Как мог осторожно, Ялазар перекинул тихо всклипнувшую девушку через плечо, второй рукой ухватив за ворот Мрачного и поспешил прочь, кивнув Вику, чтобы тот подобрал оружие, лежавшие где-то под белесой дымкой. Он потащил их обратно пещеры, туда, где еще теплилась надежда на то, что магия сможет исцелить смертельные раны.

Вик сунул руку в туман, но тут же одернул обратно. Ощущение было такое, словно он ухватил морскую тину со дна. Все его предплечье скрыл ровный слой черных, пульсирующих вен, уже покрывшихся коростой, тянущих силы из мертвых тел. Брезгливо стряхнув эту гадость, парень решил, что лучше уж они вернутся сюда позже и подхватил хорошо видимый в туманном море факел, бросаясь освещать путь уходящему Ялу.

Они миновали уже знакомого, пришпиленного к стене бродячего-крыса, вновь злобно зашипевшего на несговорчивую добычу. Впопыхах едва не свернули не туда, когда им наперерез выскочило нечто размером с собаку и оскалило клыкастую пасть. Вик, не задумываясь, ударом сапога отбросил очередного обитателя местных глубин обратно в ту дыру, из которой он выполз.

- Магия. Вик, ты можешь...? - прохрипел Ялазар, стараясь не сбить дыхание.

- Нет. - коротко ответил тот - Надо выбраться за мост. Ближе сплести заклятие не выйдет.

Взгляд Вика метался меж каменных стен, тускло освещенных трепещущим огнем, стараясь не пропустить ни единой опасности, которая могла бы их поджидать.

К их огромному облегчению мост, укрытый навесом, все еще был на месте и они, не сбавляя шага, пролетели по нему лишь слегка почувствовав, как нагрелись защитные амулеты под одеждой.

Вскоре им удалось достигнуть места, где ещё совсем недавно собирали останков чудовищ. Здесь магическая энергия текла хоть и слабо, но более ли менее упорядочено. Ял остановился, тяжело дыша, опустив на пол Леадею, к этому времени потерявшую сознание и как ни странно, вполне живого, хотя и не способного нормально двигаться Торунга. Именно ему болт угодил прямо под сердце.

Вик тоже остановился, быстро осмотрев тела. Его взгляд приковала рана в спине Тора. Даже крови не было. Совсем. Он хотел опуститься рядом с ним, но Мрачный мотнул головой.

- Сначала девчонку. Она потеряла много крови.

Вик обратил свое внимание на Леадею. Серый плащ теперь почти полностью поменял цвет на темно-красный. Ее раны оказались глубокими. К сожалению, зелья исцеления у них не было и ругаясь про себя за свою недальновидность, что не купили столь очевидное и нужное средство еще в Вардеме, Вик опустился рядом с девушкой на колени.

Пришлось прибегнуть к старой, колдовской методике, которую он изучал еще в Храме Бога Вечной Переправы. Открыв око инфернала, чтобы лучше видеть Тонкий Мир, парень сосредоточил волю на текущем неподалеку потоке, показавшимся наименее опасным и стабильным. Быстро сплетая узлы чар, он закрыл этой силой раны. Сначала внутренние, после, осторожно, чтобы как можно меньше навредить и без того поврежденным живым тканям, извлек оба болта. Это было не так просто сделать, учитывая множество мелких крючьев, усеявших их древка, словно те были выпилены из хребта хищной рыбы. И наконец, укрыв меланой внешние раны, он разорвав часть плаща девушки и перевязал ее. Медленно, под действием сил белой некромантии, раны стали затягиваться, а бледность постепенно сходила с лица Леадеи, но та и не думала приходить в себя.

- В сумке есть пузырек. - сцепив зубы от боли, произнес Тор - Желтоватый. Дай ей понюхать.

Едва Вик откупорил означенный фиал, как тут же отшатнулся от чудовищно резкого запаха, моментально выбившего у него слезы из глаз. Такое, не то что раненого, мертвого от вечного сна пробудить могло. Он осторожно поднес горлышко к лицу девушки и та наморщившись, сначала отпрянула, а после вовсе открыла глаза, пытаясь отгородиться от него едва шевелящимися руками. Но главное, она пришла в себя и Викариан облегченно выдохнул, перепоручив заботу о ней Ялазару, а сам закрыв фиал, подполз к Тору, все еще лежащему на животе и смирно ждущего своей очереди.

Вот только стоило Вику взглянуть на рану через око инфернала, он растерялся. Ничего подобного ему видеть еще не приходилось. У Торунга оказалось три сердца. И каждое билось не в такт с остальными. Осторожно извлекая арбалетный болт, молодой человек обнаружил, что из раны исходит нечто. Крайне вязкое, серебристое, по цвету напоминающее радужку глаз Мрачного.

- Тор, что это? - прошептал Вик. От изумления, он даже на секунду забыл, что в общем-то в первую очередь стоило бы сначала исцелить раненого, а уже после задавать вопросы. - Ты человек вообще?

- Был когда-то. - вдаваться детали он не стал. Служба Талтану оставила следы не только на харакетере, но и на теле война. Он протянул серебряную склянку Вику. - Просто влей в рану.

- Это целебное зелье? - Вик хотел было возмутиться, что Мрачный скрыл нечто подобное, но тот отрицательно покачал головой:

- Для вас - это смертельный яд, но мне поможет. Лей.

Вик кивнул, его разум лихорадочно сопоставлял эти странные явления с тем, что он слышал о Талтане - создателе всех этих чудовищ, что сейчас наполняли тоннели вокруг них. Не было секретом, что он проводил опыты и на разумных расах. А Тор был одним из его экспериментов, может даже искусственно созданным существом, скорее всего призванным служить какой-то темной цели. Мысль о том, что рядом с ним все это время находилось нечто чуждое, пугала до глубины души, но не могла остановить руку парня, когда тот, с великой осторожностью, стал заливать в рану расплавленное серебро, в котором искрились частицы живой магии.

Сияющая субстанция растеклась по поврежденным органам. Вступила в реакцию с тем, что видимо заменяло кровь, вызывая булькающее шипение. Рана начала быстро затягиваться. Мясо и кости срастались, а боль постепенно покидала лицо Тора, оставляя после себя лишь едва заметный нервный тик, бивший в такт трем сердцам.

Прошло совсем немного времени, когда Тор уже мог стоять на ногах без чужой помощи, чего к сожалению нельзя было сказать о Леи. Та потеряла слишком много крови и даже дышала теперь едва. Однако, им все равно нужно было вернуться за утеряным оружием.

К этому моменту, в голове у Вика на вопрос, как и почему Бродячие так быстро распространяются, наконец оформился ясный, казалось бы столь очевидный, ответ. Все эти подземелья лишь на первый взгляд казались заброшенными и забытыми. На самом же деле, тут била жизнь. Животные, насекомые, даже разумные расы, всего этого здесь было в достатке. Да чего уж там, даже на поверхности живности было сильно меньше. И все они, рано или поздно, станут частью орды Бродячих. Не сразу, не вдруг, но со временем все.

Были и те, кто пытался бежать. Он видел их останки на склонах провала. В коридорах споры прорастали сквозь мелкую живность, чтобы после собраться в полноценные особи. И чем дальше бежали эти несчастные, тем дальше от Доридоса, в более обжитые земли, уходил и Бродячий Ужас. Этим кошмарам потребовалось меньше месяца, чтобы заполонить все окрестности своей бывшей обители. К началу лета половина дола будет захвачено ими, а через год они набросятся на соседние земли и эту эпидемию будет уже не остановить. Она сожжет весь Кеплер. И никому не удастся спастись.

Если только они здесь и сейчас не уничтожат эту угрозу. Нет не Бродячих. Эти твари были практически неуязвимы. Чтобы преуспеть, нужно было уничтожить всю жизнь в Землях Печати Отмщения, а после, сделать тоже, что произошло с соседним домом, где Талтан выпустил на волю свои рукотворные кошмары. Раз и навсегда закрыть путь в эти края.

Вик горько усмехнулся. Сначала их руками Бродячии выбрались на свободу, а теперь он не видит никакого иного выхода, кроме как убить все живое вокруг, чтобы исправить то, что они натворили. Не каждый безумный тиран до таких умозаключений дойдет. Впрочем, он зацепился за последнюю мысль, в которой мечтал найти спасение, ведь должны же были остаться записи Талтана. Он же как-то контролировал этих чудовищ! Вот только где эти записи искать? В Каньонах Солидера или в сердце Доридоса, куда теперь попасть можно лишь по поверхности?

Все это он обдумывал, пока они возвращались обратно за потерянным оружием. Вик шел первым, освещая путь. Осторожно продвигаясь вперед, он напрягал все свои чувства в поисках скрытых опасностей. Следом шел покачивающийся Тор, а замыкал Ял, несший на своей спине Лею.

Они даже не успели дойти до руин, из которых бежали, как на пути стали попадаться множество трупов мелкой живности. Мутанты, странные гибриды животных и растений валялись повсюду. Их тела, свернутые калачиком в конвульсиях, свидетельствовали о мучительной смерти. Видимо, зеленый туман из разбитой склянки убил все эти создания. Вик заметил и ещё кое-что. В некоторых телах еще теплилась искра, но это была уже не жизнь, а жалкое подобие, искаженное Бродячим Ужасом. Яд на них не действовал, лишь заставлял мышци сокращаться, мешая нормально двигаться, но скоро это пройдет и они вновь вернуться к охоте.

Отряд достиг места последней битвы. Земли видно не было, туман скрыл и тела мертвецов, и их оружие, потому пришлось бы потратить какое-то время на поиски. Но это были ещё не все неожиданности. В глубине пещеры, возле жертв на дыбах, освещенных мерцающим светом, стояли пять высоких фигур.

Четверо, в простых серых плащах и пятый, в центре: высокий, худой, даже скорее изможденный человек, словно бы закутанный черно-алую тенью. Его мантию украшали странные символы, светящиеся тусклым светом.

Вик почувствовал, как его сердце замерло. Агонис. Лидер культистов огненной геенны. Владыка Демонов. Повелитель Порталов. Все эти и многие прочие титулы носило существо, внешне похожее на человека, но никаким человеком, конечно же, не являвшееся. Тот, кого Вик, примерно с пол года назад, ну не то, чтобы обманул, скорее отправил туда, откуда, как он надеялся, создание вернуться живым не сможет. Однако же оно вернулось. Он сильно изменился. Выглядел, словно оживший труп, но пугающие алые угольки глаз смотрели все так же цепко, доставая до самых глубин души, сковывая ту ледяными тисками страха.

За спиной, там где руины города становились более плотными, туман сгущался, окутывая все от пола до верха колонн, поддерживающих свод. Оттуда доносились странные звуки: скрежет клыков по камням, тысячи разноголосых шептко полных безумия. Крики, звучавшие словно бы с глубины бездонного колодца. Казалось, что сама пещера ожила, наполнившись злой силой. Бродячий Ужас приближался, чувствуя ещё не поглощенную им жизнь в этой части подземелий.

Две группы, остановившись, внимательно рассматривали друг друга, но стоявшие на вершине лестнице пока не проявляли агрессии и потому, ни Вик, ни Ялазар не рискнули потянуться к оружию.

Одна из фигур протянула Агонису безвольно обвисшее рогатое тело импа-оккультиста. Склонившись над безжизненными останками, Повелитель Порталов произнес что-то на неизвестном Вику языке. Его голос гулко разносился по пещере. Он погрузил руку глубоко в тело одной из бестий и достал оттуда нечто, испускающее слабое свечение. После, убрал добычу в небольшой, поясной мешочек и наконец, взглянул на Вика. Прямо в глаза и молодому человеку пришлось призвать всю свою выдержку, чтобы не отвести взгляд.

Стоявший рядом с Агонисом гигантский мутант, судя по-всему мародер, так как его чудовищно преобразованное дикой магией тело не мог скрыть никакой плащ, голосом столь глубоким, что от него задрожали сами стены, спросил, указывая на мертвых импов:

- Ваша работа?

Со свода отломилось пару сталактитов и они, рухнув вниз, с чудовищным грохотом разлетелись вдребезги, на секунду даже разогнав плотно стелящийся туман.

Вик и его спутники замерли, не зная, как реагировать. Да и что они могли сказать? Ответом мародеру стало хмурое молчание.

Агонис отвернулся от новоприбывших, потеряв к тем интерес, то ли не узнав их, то ли не сочтя нужным обращать больше. Темные вены, протянувшись из белесой пелены, тут же окутали его руки. Это было сердцем ритуала, то, что вбирало силу с мертвых. Видимо, импы собирали ее как раз для него. Раздался хруст. Энергия потекла по пальцам Агониса и его синее, обезображенное черными пятнами, лицо немного ожило. Сухая, словно пергамент, кожа посветлела, став бледно-серой.

Ничего не говоря, он указал сопровождавшим в сторону прохода по правую руку от Вика. Похоже, он точно знал куда идти. У молодого человека промелькнул вопрос, почему Повелитель Порталов просто не воспользуется этими самыми порталами и не перенесется туда, куда ему надо. Но вспомнил, что магия тут практически не работает, а значит и Агонис сейчас лишен большей части своей великой силы. Впрочем, беззащитным он не был. Даже один единственный мародер, сопровождавший его, являлся крайне грозным противником, с которым у них было бы мало шансов справиться, а ведь еще оставалось трое неизвестных.

Тем временем, Повелитель Порталов, не обращая на них внимания, поднялся и подошел к проходу, стены которого покрывали уже знакомые, шипастые глифы. Он коснулся их и руны в ответ засветились дьявольски-красным светом. В этот момент, туман вокруг стал вибрировать и фигура Агониса потеряла четкость, словно призрак. Затем он повернулся к своим приспешникам, мотнув головой в туннель, ведущий в недра. Его отряд молча последовал за ним. Даже Мародер, явно желавший снести незваным гостям голову, не посмел ослушаться хозяина.

Вик и его спутники переглянулись.

- Ну и что будем делать? - спросил Ялазар.

- Для начала, вернем оружие. - холодно ответил Тор. Держась за стену, он двинулся в сторону, где, как он предполагал, должен был лежать его лук с так и не натянутой тетивой.

Задерживать дольше необходимого желания ни у кого не возникло. Дело было даже не в остекленевших глазах мертвецов, распятых на крестах, но в приближающихся звуках. Потому, когда тяжелый, туманный полог у дальнего края руин вздрогнул, словно кто-то пытался прорвать его, мороз пробрал Вика до костей.

- Бежим. - коротко приказал он, рванув обратно к мосту. Он даже опустил факел пониже, чтобы пляшущие языки огня не заинтересовали тех, кто сейчас рвался прочь из Доридоса. Рядом с ним, тяжело дыша, бежал Ялазар, таща на спине почти безжизненное тело Леадеи. Ее бледное лицо окончательно растеряло все краски на фоне стен.

- К черту Агониса и Врата. Сначала вылечим Лею, а потом двинем на север. - просипел повелитель костей. Несмотря на постоянные споры с девушкой, он чувствовал ответственность за молодую колдунью, которую они втянули в свои злоключения.

Викариан был полностью с ним согласен. Не отрывая взгляда от темных проходов впереди, он про себя отсчитывая шаги, оставшиеся до спасительной пропасти. Когда же они достигли моста, в белесой мгле под ним уже копошились смутные, темные силуэты, но в полумраке невозможно было разглядеть, что это было.

Не сбавляя шага, отряд перелетел на другую сторону провала и Вик с Тором тут же сбросили связанные стволы в пропасть, отрезая Бродячему Ужасу путь за ними. Костяной навес, прикрывавший их от беснующегося ветра подземелий, полетел следом и грохот эхом прокатился по пещере, отзываясь в каменных стенах.

У Вика промелькнула было мысль взять этот навес с собой и использовать как носилки. Но здраво рассудив, что проще все же будет соорудить те из костяного щита Ялазара и нескольких пилумов, чем тащить на себе столь громоздкую конструкцию.

Оглянувшись назад, парень впервые за долгие часы почувствовал облегчение. Путь в полису теперь оказался отрезан. Он положил руку на плечо Ялазара и кивнул в сторону темного туннеля.

- Идем. - произнес он хриплым голосом. - Нам нужно найти место, где магия еще сохранилась.

Вскоре, они достигли знакомой развилки. Длинное, обрюзгшее тело Бродячего все еще лежало там же. Разве что теперь его покрывал толстый слой инея и слизи. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что чудовище постепенно менялось. Мутировало. На его теле появились углубления, напоминающие затянутые бычьим пузырем глазницы, из которых сочилась темная жидкость. Чудовище словно пыталось проростить себе органы зрения. Оно чувствовало жизнь рядом с собой, но не могло увидеть, а значит и начать охоту.

- Живучая тварь. - прошептал Викариан, сжимая рукоять меча, хотя прекрасно понимал, что его оружие против создания бесполезно.

Они обошли чудовище стороной и направились к подъему, ведущему на север. Лестница была крутой и скользкой, покрытая тонким слоем льда. Каждый шаг приходилось делать с осторожностью. Достигнув вершины подъема, они оказались в просторной каверне. Высокие своды терялись во мраке, а стены были украшены гравюрами из солевых, наползающих друг на друга пластов и росчерков трещин. Путь этот вел на высокую террасу, тянущуюся над нижними этажами подземелий и пролегал почти под самой поверхностью.

- Если мы тут наткнемся еще на один подъем, то выйдем прямо в Чащу Украденных Душ. - констатировал Викариан, прикидывая пути, куда можно будет отступить, если бродячие все же увяжутся за ними. Порассуждать над этим ему не дали.

- Магия возвращается. - произнес Ялазар. Его голос дрожал от усталости, когда он осторожно усадил едва дышащую девушку возле стены. Все же, несколько часов таскать на себе другого человека было даже ему нелегко.

Тонкий Мир, хоть и истощился за прошедший месяц в этой части подземелий, но не сильно пострадал от творений Талтана. Парень поднял руку и перед ним заплясали искры. Силой воли он сосредоточил их в небольшой шар, согревающий ладонь, вернув согревающие чары и тут же почувствовав себя намного лучше. Тоже он проделал и для остальных.

Рядом раздался сухой стук. Ялазар скинул со спины щит и достал охапку костяных пилумов. Не прошло и минуты, как на полу лежали добротные носилки с четырьмя толстыми ручками. Укрыв все это своим плащом, он удовлетворенно оглядел свою работу. Стоявший рядом Вик сплел ещё одно согревающее заклятие, направив прямиком в костяную лежанку.

- Сделает её теплее.

- Отлично, Леадее это сейчас необходимо. - кивнул Ялазар. Он взвесил на руке сумку, задумался, после чего открыл и какое-то время что-то искал. После чего, сообщил не самую приятную новость. - А ещё у нас припасов осталось меньше, чем на неделю.

Он повернулся к Торунгу, заметив что тот присел рядом с Леадеей.

- У неё жар. - пояснил Мрачный. - Раны воспалились.

Викариан достал мешочек с целебной меланой. Протягивая пучок Тору, он спросил:

- Должно помочь, но их не так много. В подземельях есть целебные растения?

Мрачный осторожно перевязал девушку и приложил свежие листья к ране. Ее бледное, как снег, лицо было покрыто холодным потом. Тот покачал головой:

- Нужно искать.

- Нам в любом случае придется искать еду, воду и дрова. - поддержал его мысль Ял. - Благо мы у самой поверхности. Корней и влаги тут вдосталь.

Не задерживаясь ни минутой больше необходимого, они двинулись дальше на север. Поочередно неся носилки с впавшей в беспамятство магессой. Чуть позже, они заметили признаки улучшения: жар немного спал, а дыхание стало более ровным. Каждый день Леадее приходилось бороться за свою жизнь, но девушка и не думала сдаваться. Это вселяло надежду, что заботы были не напрасны.

Шесть дней они блуждали по подземельям. Им повезло найти небольшое, подземное озеро с чистой водой и несколько пещер с уже знакомым, зловонным мхом. Однако, раненый член отряда и необходимость отвлекаться на поиски провианта сильно замедляли продвижение.

В один из вечеров они услышали вдали пугающие звуки. Сначала это было похоже на шепот, затем он перерос в отчетливо звучавшее пение.

- Душеловцы. - прошептал Ялазар. - Но поют где-то далеко. Явно охотятся не за нами.

- Может на бродячих? Если так, то выходит, что они неслабо обогнали нас понизу. - предположил Вик.

Звуки становились все громче. Песни некро-древ, наполненные дикой яростью, разносились по подземельям, отзываясь в темных коридорах тяжелыми стонами. В них не было и следа той убаюкивающей мелодии, которую они пели людям возле храма Плачущей Богини. Сейчас это звучало, как боевой клич, но к счастью, занятые этой невидимой войной, хищники не замечали небольшой отряд, крадущийся у самых их корней.

- Нужно ускориться, пока нас не заметили. - вскоре предложил молодой человек. Благо место, где они сейчас проходили, сохранилось в относительно целом виде и на пути практически не попадалось завалов или дыр в полу. Все это время Викариан внимательно изучал окружающие их камни. Теперь это были гладкие, тщательно обработанные, блоки, которые свидетельствовали о том, что эта анфилада в этой части была рукотворной.

Да время и природа оставили на ней свой след, но периодически попадающиеся пологие, совсем не похожие на провалы, спуски и мастерски вырубленные переходы, пролегающие на головокружительной высоте, наводили на вполне логичные мысли. Кто-то целенаправленно создал эти тропы, вознесенные над остальным подземным миром. Идти тут было безопасно, но был и минус. Поиски еды сильно усложнились и требовали гораздо больше времени.

Так прошло две недели. За это время они успели привыкнуть к полумраку, разгоняемому редкими лучами, пробивавшимися сквозь разрывы в каменном своде над головой. Факел же решено было пока потушить, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тишина давно сменилась непрекращающимся воем душеловцев.

За последние несколько дней Леадея более ли менее пришла в себя и даже иногда пыталась идти сама, хотя, и опираясь на Ялазара. Ее лицо все еще было бледным, но в глазах появился упрямый огонек жизни. Но с хорошими новостями пришли и плохие.

В воздухе вновь появился знакомый, белый туман, в котором мерцали бесчисленные искорки искривляющей магии. Они шли слишком медленно, а заражение распространялось с невероятной скоростью, пожирая все живое на своем пути. Бродячие сильно их обогнали, отчего люди, измученные долгим путешествием и постоянной опасностью, ощущали нарастающую панику. Спуститься вниз теперь не было никакой возможности, а пути наверх, за все долгое время их путешествия, они так и не встретили.

Зато все громче из темноты рвались пронзительные крики. Душеловцы, охотящиеся на незваных гостей, но неспособные даже остановить бродячих, волновались тем больше, чем дальше на север продвигались детища мрачного гения Гранд Алхимика. Их яростные песни разносились по подземельям, отзываясь в каменных стенах и начиная потихоньку сводить Вика с ума. Ни выспаться, ни даже просто отдохнуть уже не получалось.

В один из очередных, наполненных тьмой и криками дней, перед отрядом внезапно оказалась огромная, каменная дверь. Голубоватые руны вились по окантовке створок. В центре сиял тем же цветом магический замок. Но что-то было не так. Украшающий поверхность запора рисунок разрушался, буквально плавился. Из голубого сияния, словно слезы из глаз, текли тонкие струйки живой магии. Чары, запирающие проход дальше, не иначе, как под воздействием заразы бродячих, теперь умирали на глазах.

Викариан попытался подойти, чтобы осмотреть внезапную преграду, но не приблизившись и на десяток шагов, почувствовал такой чудовищный жар, что тут же отскочил назад. Узлы магии разрушались, выпуская в мир хаотические энергии, превращающие воздух вокруг в раскаленное марево. Не то, что открыть, подойти к двери теперь оказалось просто невозможно. Но что было ещё хуже, это был единственный путь на север, если не считать крутого спуска вниз, туда, где сейчас безраздельно властвовал Бродячий Ужас. Внизу тумана почти не было, так как он просачивался сквозь множественные дыры и утекал на нижние уровни, открывая взору шевелящийся ковер из жутко измененных тел и живых спор, которыми Бродячие заражали все вокруг себя.

- И что будем делать? - усталым шепотом спросила Леадея. Она уже могла колдовать и опять помогала очищать зловонный мох, которым они питались последние недели. Однако, одного лишь взгляда на разрушающийся замок девушке хватило, чтобы понять - эти чары выше ее скромных навыков. - Я вряд ли смогла бы открыть их, даже когда они были целыми, а сейчас там такая мешанина, что проще будет силой проломиться внутрь.

- Не проще. - печально возразил ей Викар. Он так же рассматривал преграду, однако око инфернала давало гораздо более четкую картину. Часть линий силы питалось от источника по ту сторону двери, но сам источник подвергся частичному разрушению и теперь был нестабилен. Даже если бы получилось открыть замок, каким-то образом отделив бьющиеся в агонии нити магии, это привело бы к тому, что остальная часть силы разлилась бы вокруг, не находя точки применения. И тогда, неконтролируемая сила просто заполнила бы все реальное пространство окрест. Пройти внутрь было просто невозможно, как и выйти на поверхность. А чтобы спускаться - не могло быть и речи. Оставался лишь один путь - назад.

Мрачные мысли не успели затопить разум Вика, как Ялазар принялся что-то быстро мастерить. Он взял пару костяных пилумов, соединил их вместе, сделав нечто вроде длинного, метательного копья.

- Тор дай-ка мне несколько своих стрел. - он глянул вниз, где шевелился сплошной ковер из мутаций. Прищурился, после чего полез в сумку, достав льняные повязки, которыми раньше перевязывали Лею и неудовлетворенный их общей длиной, добавил. - И порежь свой плащ на полосы.

- Они нас не выдержат. - ответил Тор, однако передал стрелу и расстегнул застежки накидки, купленной в Вардеме.

- Нам туда спускать и не придется. - ответил Ял, пристраивая костяную корону со множеством небольших зубцов на обсидиановый наконечник стрелы.

Вик, с интересом наблюдавший за приготовлениями, поинтересовался:

- Я так понимаю, у тебя есть идея, поделишься?

- Обязательно, а ты пока давай веревки связывай в одну. - ухмыльнулся повелитель костей. Удовлетворено взглянув на свою работу, он принялся за другие стрелы. - Такую магию, ни вам не расплести, ни мне не пробить, однако, внизу под нами куча тех, кто с легкостью всю ее развеет за мгновение.Осталось только их достать.

- Бродячий Ужас?! - в один голос воскликнули Вик с Леей.

- Не орите! - зашипел на них Ял, с опаской взглянув наверх, туда, откуда слышались завывания душеловцев. - Да, Бродячий Ужас. Вернее его спора. Тор, сможешь попасть стрелой в одну из них?

Мрачный кивнул, кажется поняв, что задумал воин и начал привязывать к стрелам с шипастыми остриями один из концов теперь уже довольно длинной веревки.

- Это опасно. Что если со стрелы... - начал было Викариан, но осекся, когда увидел, что на наконечнике копья Ял создал нечто вроде переплетающегося ухвата. - Ты туда стрелу вставить собираешься?

- Ага и потом метну в дверь.

Вик начал лихорадочно соображать, что может пойти не так. На самом деле, много чего, но скорость, с которой Торунг натянул тетиву и пустил стрелу вниз не дала ему времени оформить возражения в слова.

Первая стрела угодила в какого-то уж совсем жидкого бродячего и пройдя насквозь, ударилась о камень, отчего тут же треснула. Пришлось вытягивать веревку, благо спора не коснулась её. Второй выстрел был намного удачней. Белое острие со смачным чавканьем впилось в пузырящийся, покрытый сотней, похожих на червяков, отростков шарик. Потребовалось небольшое усилие, чтобы отлепить кусок плоти от пола, но крючки держали жертву крепко.

Вот уже стрела плотно легла в навершие копья. Терять время на то, чтобы отрезать веревку не стали. Надо сказать, спора хоть и была лишена глаз, но близкое присутствие жизни привело ее в степень крайнего возбуждения, отчего существо принялось растекаться по древку в направлении рук Ялазара. Как следует размахнувшись, он что было сил метнул оружие в сторону двери и тут же выставил перед собой щит, за который поспешили спрятаться остальные.

Будь на месте наконечника вместо Бродячего Ужаса, в мгновение ока убивавшего всю магию, что-то иное, копье не пролетело бы и половины пути, испарившись от адского жара. Но творению Талтана такие мелочи, как испепеляющий все живое огонь, были нипочем.

Кость исчезла ещё полете, развеявшись серым прахом. Но часть копья, занятая спорой, вонзилась в неприметную щель. Свет, словно бы в ужасе вспыхнул, за секунду превращаясь из небесно голубого в бесцветно серый и моргнув последний раз, развеялся всплеском угольных завитков. Появился уже знакомый белесый туман.

Магические нити, тянущиеся к двери и пронизывающие всю ее внутреннюю поверхность, постепенно меркли, осыпаясь серым пеплом вокруг. Каменные узоры на ее поверхности погасли, словно вытравленные временем, но приблизиться все еще было невозможно. Раскаленный воздух теперь остывал, как и положено, медленно.

Через пару часов подойти все же удалось. Ялазар, пожертвовав еще одним пилумом, подцепил остатки первого копья, с налипшей на нем спорой и скинул обратно вниз. После чего, осторожно прикоснувшись к двери и убедившись, что она достаточно холодная, толкнул её.

Вопреки ожиданиям, та не распахнулась, а словно бы провалилась внутрь, обнажив перед изумленными взглядами очередные руины поселения, погребеного под землей. Высокие колонны, украшенные странными символами, поддерживали обваливающийся потолок. На полу лежали обломки статуй и каменные, покрытые рунами, валуны. В центре же залы возвышался бугристый, полый кокон, словно бы сплетенный из нитей обсидиана. Внутри, окруженное живой, розовой плотью, покоилось нечто, напоминающее одновременно и мозг, и яйцо.

Размером орган был с добрый сарай. Он мерно пульсировал в центре своей колыбели, испуская слабый, болезненный свет. В Тонком Мире же, тысячи щупалец протянулись от него к полупрозрачным огонькам, мечущимся в панике. Они носились, словно люди, запертые в доме, охваченном огнем, проникая в стены и пол, но накрепко соединенные с Хозяином. У некоторых можно было распознать что-то, вроде лиц, искаженных ужасом и горем.

В этот момент, стоящие на верхнем этаже люди услышали гул. Шагах в сорока под ними, весь пол устилали извивающиеся Бродячие. Оказывается, они уже давно проникли в руины, туда где похоже сотни лет обитала целая цивилизация существ, существовавшая между двумя реальностями. Материальным и нематериальным мирами. Теперь наступали её последние часы.

Бродячие реагировали в основном на движение, а кокон в центре был недвижим. Однако, чудовища не впадали в спячку, просто двигались медленнее, но все с той же неуклонной неотвратимостью. А любое касание их ауры приводило к смерти очередного огонька. Рой сияющих душ потустороних существ в ужасе сгрудился у дальних стен, в то время, как часть, где находился отряд, уже превратилось в пепельное кладбище.

От увиденной картины, ком подкатил к горлу Вика. Он почти физически ощущал отчаяние инферналов, неспособных, ни сбежать, ни сражаться, ибо единственным их оружием была магия, совершенно бесполезная против такого врага.

- Бродячии хотят поглотить их? - произнесла Лея, смотревшая вниз с тем же выражением, что и Вик, все понимая, но не способная ничего с этим поделать.

- Их интересует лишь живая плоть. - холодно возразил ей Торунг, уже начавший двигаться дальше. По периметру купола залы шел балкон, на котором они сейчас оказались, а в дальнем конце виднелось несколько путей наружу, правда почему-то без дверей.

Чудовища уже достигли постамента с коконом. Их щупальца обвились вокруг него, впиваясь в каменную плоть. Тут существо, обитавшее внутри него, закричало. Безмолвно, но так, что Вечный Океан содрогнулся словно от удара. Его свет начал гаснуть.

Инферналы метались по залу, словно мотыльки в пламени. Они пытались создать защитные барьеры из магии, но их заклинания мгновенно рассеивались. Кокон пульсировал все быстрее, но свет его неумолимо тускнел, испуская волны боли и отчаяния. Сила растекалась по Тонкому Миру, пытаясь защитить своего создателя от надвигающейся угрозы. Но все было напрасно.

Сотня за сотней, инферналы растворялись под натиском, оставляя после себя лишь слабый, призрачный свет. Вику пришло на ум, что вот точно так же будет умирать и сам Кеплер - в безуспешных попытках спастись от неминуемого рока.

Он отвернулся, не желая смотреть, как гибнет целая раса. В этот момент ему было все равно, были ли эти создания опасны или напротив, могли стать союзниками. Парень заметил, как Леадея лихорадочно сплетает чары, пока остальные не видят и едва успел ударить ей по рукам, прервав заклятье.

- Ты что творишь? - он встряхнул девушку за плечи, но тут заметил в глазах девушки слезы.

- Просто хотела перерезать нити, привязывающие огоньки этой странной штуковине!

Вик взглянул вниз. Те нити силы, о которых говорила Лея, были уже повреждены Бродячим Ужасом и зараза ползла по ним, проникая в тела несчастных, потусторонних созданий. Коснись их и проказа могла перекинутся уже на небя.

Порыв был благородный, но самоубийственный.

- Нельзя. - Вик обнял Лею за плечи. Та все понимала, но что-то в глубине ее души не позволило пройти мимо и только вовремя заметивший её Вик, успел предотвратить беду. Возможно, девушка видела в этих светлячках милах Кипри из Вардемы.

А может быть он был не прав и инферналов действительно можно было спасти. Но рисковать парень не хотел, как бы противно ему самому от такого решения не было.

Они двинулись вслед за остальными, стараясь не слушать истошные мольбы о помощи, разносившиеся в Тонком Мире и как те постепенно, один за другим, затихали. Наступила мертвая тишина. Так пустота затушила ещё одну искру жизни в их и без того лишенном света мире. Даже Душеловцы внезапно прервали свою полную ярости песнь, словно почувствовав, что произошло. В тишине погибшего, маленького мира теперь слышался один лишь шелест ветра.

Вик с внезапной неприязнью подумал, что ветер очень глуп. Не хочет замечать творящегося вокруг, полагая что судьбы живущих его не касаются. Но в своем невежестве он не понимает, сначала из мира пропадет красота, над которой он реял, потом сотрутся в пыль следы тех, кто жил тут когда-то. А после, когда все вокруг будет мертво, умрет и он сам, ведь больше не будет того, что давало ему жизнь. Не будет мира, глупый ветер.

Он и сам не понимал, откуда взялись эти мысли. Его ли они. Может, это было эхо тех умирающих существ, докатившееся до него по волнам Вечного Океана. А может, это чертовы песни Душеловцев, вновь зазвучавшие вокруг, все-таки начали сводить его с ума.

Вскоре выяснилась причина, почему с противоположной стороны не было магии на дверях. Бродячие, как оказалось, уже успели обойти это место и северная часть подземелья пострадала даже сильнее, открыв путь внутрь гораздо раньше.

Здесь туман становился все гуще. Пришлось вновь зажечь факелы, но они едва пробивались сквозь мутную пелену. С каждым шагом мир вокруг словно выцветал, теряя яркость и насыщенность. Краски тускнели, превращаясь в призрачные очертания.

- Что происходит? - прошептала начавшая приходить в себя Леадея. - Почему все становится черно-белым?

Викариан остановился и огляделся. Он тоже заметил странные изменения. Туман и раньше наполнял пещеры, но он ещё никогда не менял восприятие самих людей. А значит, скорее всего, дело было не в нем.

- Мы приближаемся к владениям Аркаима. - сухо подтвердил его мысли Торунг, идущий впереди.

Ялазар остановился и поморщился, словно в нос ему ударил неприятный запах.

- Здесь витает дух этого древнего существа.

- Аркаима? - удивленно поинтересовалась Леадея, не ожидая, что повелитель костей способен на такое.

Однако она ошиблась.

- Агониса. Вонь магии демонов и серы. - ответил Ял. Он с отвращением сплюнул, выражая тем самым всю глубину своего презрения к исчадием ада и их слугам.

Впрочем, даже его "обоняние" не могло безопасно провести их вперед, а в полу все чаще стали появляться провалы. Анфилада, по которой они шли, в этой части стала разрушаться от времени. Окутавший их туман теперь скрывал множество опасностей, вроде камней, норовивших предательский выскользнуть из-под ног.

В момент, когда Вик было уже думал, что они вновь потеряли направление, окончательно сбившись с пути, во все еще звучащем вокруг них истерическом "пении", внезапно услышал тихий голос: "Закрой глаза и ты услышишь... "

Судя по тому, что остановились они все разом, это услышал не он один.

- Душеловцы? - поинтересовался Вик.

- Не похоже. - ответил Ял. Они переглянулись. - Ты же не хочешь последовать этому совету?

- Есть предложения получше? Мы скоро друг друга различать перестанем в этой мгле. Я закрою глаза, если начну чудить, ты сможешь меня удержать. - с этими словами он достал из-за пазухи пузырек с дурман камнем, как бы намекая, что надо будет делать, если это и вправду ловушка.

Викариан закрыл глаза. Мир вокруг него преобразился. О нет, он не перестал видеть, как того ожидал. Напротив. Цвета исчезли полностью, оставив после себя лишь призрачные очертания предметов. Но в то же время, все стало более четким, более ясным. Он мог видеть сквозь туман, различать мельчайшие детали окружающего пространства.

- Ну что? - раздался рядом голос Яла. Вик повернулся к нему с закрытыми глазами и увидел повелителя костей с такой четкостью, с которой не видел его даже при свете факела.

- Вроде бы, все в порядке. Я прекрасно все вижу. - ответил он, тут же отметив, что он даже способен уловить волны в воздухе, от звука своего голоса. Мир, полностью лишенный красок, обрел нечеловеческую четкость. Но что самое важное, стало ясно, куда идти. Вик видел, где пелена тумана истончается и там ещё не было вездесущей черной воронки мертвой магии.

- Обвяжитесь веревками. Я поведу. Только глаза не закрывайте. - парень все еще не был уверен, что это не ловушка, а потому, не хотел рисковать.

- Веревки могут не помочь. - хмуро произнес Торунг. - Мы приближаемся к царству снов. А сны полны обмана и скрытого смысла. Скоро мы встретим слуг Аркаима.

Он внимательно смотрел вперед, словно мог зреть сквозь пелену.

- Они опасны? - подала голос Лея, стоящая позади всех.

- Шаманы сноходцы - непредсказуемы, непонятны, как и стихия, породившая их. Но они не нападают просто так.

Несмотря на то, что голос Мрачного не выдавал волнения, но если уж он решил предупредить о подобном, то стоило прислушаться.

Вик кивнул и двинулся вперед, обходя провалы, если надо помогая остальным, которые судя по всему, окончательно перестали что-либо видеть. Мир полнился шепотом, а проклятые песни Душеловцев наконец-то стали стихать. Теперь они звучали так, словно пытались продраться через плотный слой ваты. Молодой человек двинулся вперед, следуя за едва уловимым шепотом.

Сколько они так шли, сказать было трудно. Усталость покинула их тела, а голод и жажда не приходили. Иногда им казалось, что они слышат чьи-то шаги позади себя, но не видели никого. А иногда, Вик готов был поклясться, кто-то разговаривал совсем рядом. Один, голос глубокий и мелодичный, другой, резкий и тревожный, а третий... словно шепот песков пустынь. И этот последний казался неимоверно древним, идущим из самых недр земли. Это увлекло внимание Вика так, что он даже сумел различить часть сказанного: "Цвет шепота воспоминаний... Оглянись..."

Остановившись, молодой человек повел головой из стороны в сторону. Стены, окружавшие их и казавшиеся однотонными, не изменились, но вот пространство за ними...

Северная и западная часть пещер все еще оставалась во власти тьмы. Однако, восток окрасился в золото с алым, а юг, откуда они пришли, затопила белая, искрящаяся пелена. Вик сглотнул, вспомнив и о забытом храме Богини Кошмаров и о Бродячих. Впрочем, теперь им не грозило сбиться с пути и он уверенно двинулся вперед, точно зная, где находятся Врата Снов.

Он внимательно прислушивался к любому звуку, стараясь уловить очередную подсказку. И та не заставила себя долго ждать. Ветер из темноты принес слова: "Ах... если бы мечты могли петь..."

Нечто подобное он уже вроде как уже слышал. А может, ему просто кажется. Возможно, это песня из Вардемы или слова старого сказителя, звучавшие вечером возле Башен Дуэлистов. Вик не был уверен, но вслед за словами, прямо из окружавших его каменных стен стали проступать контуры строений, чья воздушная легкость сильно контрастировала с монохромными скалами.

Теперь путь превратился в мощеную дорожку, шедшую через узкие проходы и круглые дворики, заросшие белолиственым плоющем. На колоннах, поддерживающих несоразмерно большие балконы, сверху-вниз тянулись неизвестные символы. Иногда встречались странные создания, похожие на тени причудливых животных, но они быстро исчезали, стоило приблизиться к ним.

Вик хотел рассмотреть их получше, но тут краем глаза заметил, что путь, по которому они шли к Вратам Снов стал распадаться. Рушиться в бездонную пропасть за их спинами и туда же канул белесый туман, неотрывно следовавший за ними все это время.

Путь назад оказался отрезан, а впереди, на вершине холма, показалась огромная стена, полностью состоящая из черного камня, сливающаяся с окружающей ее тьмой. В центре зияла трещина, из которой лился мягкий свет.

- Похоже, это конец пути. - сказал Викариан скорее сам себе.

- Несовсем... - раздалось совсем близко. От неожиданности Вик вздрогнул, резко развернувшись на голос

Посреди дорожки стояла невысокая, привлекательная девушка. Она была одета в темно-зеленое одеяние, украшенное сложными, золотыми узорами. Голову ее венчала диадема из того же драгоценного металла, обрамленная перьями и каменьями небесно-голубого цвета. Черные волосы струились до самой земли, где превращались в ручейки темной воды. Поток журчал у ног незнакомки, скрываясь в трещинах меж ближайших камней. Нежданная гостья была единственной, полной красок, в этом царстве черно-белых контуров.

"Мы ищем Аркаима Молчаливого." - хотел произнести Вик, но понял, что из его рта не исходит ни звука. Он попытался прикоснуться к своему горлу, как вдруг заметил, что за его рукой остается след, будто воздух превратился в мягкое желе и он двигался сквозь него, оставляя разрывы в прозрачной массе. Безмолвная тьма вокруг стала сильнее давить на сознание.

Женщина медленно повернула голову и ее темно-зеленые глаза встретились с глазами Вика. В этот момент, пространство вокруг них исказилось еще сильнее, словно бы вытянувшись в струну. Ни слова не сорвалось с ее губ, но Викариан каким-то образом все понял.

Время. Оно живое. Оно вокруг. Оно ожидает от них вопроса. Возможность говорить вернулась:

- А сколько сейчас времени ? - ляпнул первое, что пришло ему на ум, молодой человек. Откровенно говоря, ему было не по себе и он просто не смог придумать ничего умнее, хотя его никто не торопил. Голос прозвучал глухо, словно издалека. Контуры стен на мгновение вспыхнули тусклым светом, создавая иллюзию движения и Викариан почувствовал, что незримая сила, до того сковывающая его, исчезла. Как и стоявшая неподалеку девушка. Вернее теперь она находилась намного дальше.

Никто не ответил. Вместо этого, незнакомка подняла руку и вокруг возникли тени, протягивающие к Викариану свои бесплотные руки. Он почувствовал, как его мысли начинают мутнеть, когда нечто извне вторглось в них и спросило: "Кто поведет тебя в танце снов?"

Вик осторожно двинулся по верхней террасе, над заполненной призраками площадью, стараясь не выпускать из виду женский силуэт. Однако, он понимал, что от него требуют ответа и тот начал вспоминать все, что знал о снах, при этом стараясь не прикасаться к окружавшим его силуэтам. Внезапно, ему вспомнился рассказ ещё во время обучения в храме Бога Вечной Переправы. Во время сна, тело и разум отходят на второй план, открывая путь к скрытому в глубинах разума. Это лучшее время, чтобы открыть разум тому, к чему при прочих обстоятельствах ты прикоснуться бы не смог.

- Подсознание. Мое подсознание поведет меня.

В ту же секунду тени, смотревшие на него со всех сторон, разлетелись темной пеленой, освободив путь. А девушка опять переместилась. Теперь она находилась внутри небольшой, круглой башни, по виду, библиотеки. Та стояла рядом с деревянной кафедрой, такой же бесцветной, как и книжные полки рядом, заполненные фолиантами до самого потолка. На кафедре лежала книга и стояла чернильница с пером.

Викариан, словно в трансе, приблизился. Его пальцы коснулись потертого переплета. Кожа на ощупь была теплой. В тот же миг, пространство вокруг него вновь исказилось. Контуры библиотеки стали более резкими.

Он почувствовал, как в его разум проникают образы: древние города, летающие острова, существа, которых он никогда не видел. Это было, как сон, но сон настолько ясный и реалистичный, что границы между реальностью и вымыслом стерлись.

Девушка подошла к нему и взглянула на раскрытые, пустые страницы.

"Какую книгу ты пишешь во сне?" - прошептал женский голос в его голове. Ощущение было такое, что она обратилась не к нему, а к самой книге. Тут же, перед его внутренним взором возникла сцена: он сам, но в другом мире, сражающийся с ужасными монстрами. Он был героем, спасителем, но в то же время чувствовал себя одиноким и потерянным.

- Выдуманную, нереальную. - ответил Вик, но его голос звучал не как его собственный. Это был голос кого-то другого. Грубее, старше, печальнее.

"А если бы мечты могли стать картиной, чтобы на ней изображалось?" - тонкие пальцы коснулись уголка страницы и по сухому листу побежали волны, словно тот был водной гладью. Викариан почувствовал, как холод пробирается по его спине. Вопрос звучал, как обвинение. Он вспомнил о чем предупреждал Торунг. Сны - это обман, мечты, которым не суждено сбыться, а ему предстояло сейчас найти путь на ту сторону сновидений.

- Ложь. - ответил он, слегка поколебавшись.

В тот же миг, как слова слетели с его губ, стены вокруг них стали каким-то угловатыми, будто отразившись в тысячах граней разбитого зеркала. Пещера вокруг иллюзорного города начала таять, превращаясь в потоки жидкой тьмы. Пол под ногами стал мягким и зыбким, словно болотная трясина. Викариан почувствовал, что его затягивает в эту бездну, как его тело становится тяжелым и неповоротливым.

Он поднял взгляд на девушку и отшатнулся. Фигура, окутанной аурой древней магии, изменилась. Лицо шаманки исказилось в гримасе, больше напоминающей маску боли и ярости. Ее глаза, прежде спокойные и мудрые, теперь сверкали безумием. Открытая книга перед ней казалась порталом в иной мир, где реальность и иллюзия сливались воедино.

Перед лицом молодого человека пронеслись яркие, пугающие образы. Он видел себя, стоящего на палубе Калери'Юна, но рядом с ним была не Беатрис, которую он любил, а безликая тень, за которой Вик гонялся все это время. Он видел, как та разрушает светлый мир, сжигая его до основания холодным, белым пламенем.

Вик моргнул и вновь обнаружил себя посреди черно-белых стен. Существо, теперь стоявшее перед ним, занесло перо над чистым листом и капля чернил упала на белый пергамент. Клякса тут же начала меняться, словно пытаясь принять некую форму. Вопрос, резкий, громкий подобно удару молнии, пронзил сознание Викариана.

"Если бы твой самый большой страх был животным, каким бы оно было?"

Викариан задумался. Страхов было немало, но вот чего он боялся больше всего, он не знал. Тем более, он не представлял каким животным тот бы мог стать. И парень честно ответил:

- Таким, каким я не могу себе представить.

Его слова повисли в воздухе, словно тяжелые камни. Девушка резко опустила перо, буквально вонзив его в растекающуюся по странице черноту, ее глаза расширились от удивления. Из ее уст не вырвалось ни звука. Викариан понял, что новый вопрос уже прозвучал. Снова подсознание пришло на выручку, помогая образами понять о чем его спрашивают.

"Какой звук способен пробудить тебя от самого сладкого сна?"

Викариан молча смотрел на нее. Он вспомнил все свои сны, все те моменты, когда ему хотелось погрузиться в безмятежность и забыть обо всем. Но ни один звук не приходил ему на ум. Он всегда просыпался сам, словно по внутреннему сигналу. Таков был его ответ: молчание.

Лицо девушки вновь начало меняться, возвращаясь к изначально прекрасной форме. Оно обрело спокойное выражение, словно маска боли была лишь мимолетной иллюзией. Вик обнаружил, что теперь они стояли у порога высокой, резной арки, оплетенной пышными бутонами цветов и овеянной светом прекрасных фонарей из живого дерева. Арки, отделяющей яркий, светлый, полный красок мир снов от серой реальности вокруг него.

Протянув руку, шаманка теперь уже своим настоящим, мелодичным, словно перебор арфы, голосом произнесла:

- Если бы ты мог взять с собой один предмет из царства снов, чтобы это было?

Викариан задумался. Все, что он видел за порогом Врат Снов, казалось ему настолько реальным, что отпустить хотя бы частицу этой красоты было бы мучительно. Но что он мог взять с собой? Знания? Силу? Или что-то более личное?

- Память. - ответил он. - Способность запоминать сны, чтобы я мог вернуться сюда.

Девушка улыбнулась. В ее глазах мелькнуло понимание. Она коснулась его лба и Викариан почувствовал, как в его сознании вспыхивает яркий свет. На мгновение ему показалось, что он падает в бездонную пропасть и непроизвольно зажмурился.

Когда он открыл глаза, то увидел, что стоит в том же месте, где и раньше. Рядом с ним были Ял, Тор и Леадея. Только сейчас он понял, что все это время шел сквозь черно-белый город совсем один. Они смотрели на него с беспокойством.

- Вы в порядке, что случилось? - спросила Лея, оглядывая мужчин.

Викариан покачал головой, пытаясь собраться с мыслями.

- Полагаю, мы прошли испытание. - прошептал он. Вновь посмотрев сквозь сияющий проход, гостеприимно открывший перед ними двери. - Ну что, пойдемте?

- Не тешь себя иллюзиями. Испытания ещё даже не начались. - мрачно посулил Торунг, шагнувший вслед за ним.

На самом деле, молодой человек догадывался, что все это не более, чем прелюдия к основному действу, а потому слова Тора не сильно расстроили его.

Уже входя во Врата Снов, Викариан услышал последний вопрос, показавшийся ему, едва ли не самым главным и шедший из самой глубины сияющей арки перед ним: "Что по-настоящему ты ищешь в моем царстве снов?"

И Вик ответил...