# Желтое поле

Марина Борисова

Поле, безграничное поле диких цветов желтого цвета. Куда ни глянь, желтая река, колышущаяся от слабого томного ветерка, ленивого от жары, скучающего от однообразной картины пейзажа.

Ветер играл с упрямыми цветами, но они все равно оставались на своем месте. Иногда он находил одуванчики, отрывал зонтики от середки и кружил их то в медленном темпе вальса, то быстро и страстно поднимал поближе к солнцу, а потом, наигравшись вдоволь, отпусткал на все четыре стороны.

Все это уже неоднократно наблюдал медленно бредущий по тропинке человек. Путник ступал тяжело. Он был очень стар. Морщины буграми покрыли его лицо, и только глаза выдавали жизнь.

Был ли в них интерес? Нет, он уже пожил свое. Была ли в них тоска? Нет, он ни по кому и ни по чему не тосковал. Он уже не помнил сколько дней был в пути. Он даже не помнил как его зовут и сколько ему лет. Да и зачем ему все это было сейчас знать?

А шел он лишь потому, что слушал свой внутренний голос, который указывал ему этот путь. Хотел он пить, тут же находился поблизости ручеек. Ел он мало, и за время своего путешествия по запаху и какому-то внутреннему чутью находил и срывал растения, по большей части травы и цветы, и питался ими. Некоторые из них горчили, но со временем, они стали ему нравиться даже больше, чем пресные. Что-то в них было такое приятное, и этот вкус у него ассоциировался с оттенком вкуса земли по которой он шел.

Ему не было жарко. От зноя его защищал длиннополый халат. Обувь сносилась, да и осталась от нee одни лишь подошвы, которые он осокой или лыком подвязывал к ногам. Все, что ему было нужно он мог найти без особых усилий, осмотревшись по сторонам.

Увидев дерево, он вздохнул. Это был вздох облегчения от предчувствия, что путь его скоро закончится. Еще немного и он уже будет рядом с раскидистым дубом в тени которого можно насладиться прохладой. К нижним веткам из тех же подручных материалов был привязан гамак. Путник еще раз вздохнул и улегся в него. Ветер заботливо, как в колыбели, качал старика. Старик посмотрел в сторону откуда пришел, но тропинки к дереву уже не было видно. Птицы, сидевшие на ветках, пели сладкие песни, а прилетевшие ярко-оранжевые бабочки осветили все вокруг словно лампочки и страннику показалось, что он ослеп. Так он качался и наслаждался отдыхом.

Вдруг птицы умолкли и стало тихо-тихо. Даже ветер не смел нарушить эту тишину.

Постепенно очертания старика стали полупрозрачными, а затем он и вовсе куда-то исчез. В такие торжественные моменты на одну бабочку становилось больше.