# Правда ветра. Глава 10

Дмитрий Александрович Соколов

Роман о том, что происходит при встрече с самим собой и чем эта неприятность обычно заканчивается.

...Сохраняя свои планы в доме мёртвых, запирая демона сна в спальне чувств - сможешь ли ты проснуться к жизни? Отказавшись от мёртвой печали зимнего ветра, насладишься ли смертью в раскалённом песке дюн? Старые ангелы поют о проснувшемся страхе, боги спят на бухгалтерских книгах. Стал ли ты моложе в своей старости, или проиграл своих червей в карты подобным себе?


Отпусти небо из тюрьмы своих мыслей и взгляни на открытое солнце - тебе ли жалеть своих глаз, изранивших землю под камнем ног?


Красный ветер шепчет о покое на красном дне. Он ждёт тебя, так позволь ему себя позвать.


- Как спалось? - в дверном проёме библиотеки показалась голова Ассадора. Он вошёл, прикрыв за собой дверь.


Роланд медленно оторвал взгляд от раскрытой книги и посмотрел на брата жены.


- Отлично. Здесь прекрасное место. Меня разбудили птицы, - Роланд улыбнулся.


- Надеюсь, не слишком рано. Что читаешь?


- Понятия не имею. Называется "Кровля небес"...


Ассадор посмотрел на обложку книги.


- Это произведение одного монаха из ордена Провисших. Конец Второй эпохи.


- Орден Провисших? Никогда не слышал о таком.


- Ничего удивительного. Он не был популярен в своё время, а после о нём и вовсе забыли. Собственно, эта книга - единственное, что от них осталось. Какой-то монах пропадал в монастыре полжизни, а под конец своих дней разродился трактатом. Полная пурга, на мой взгляд, хотя и интересная с точки зрения истории религий.


Ассадор удобно устроился в кресле напротив и принялся набивать свою трубку.


- Скоро будет готов завтрак, а после, если у тебя нет никаких планов, мы можем немного погулять по предгорьям. Как тебе такая идея?


- Звучит заманчиво, - Роланд встал и впихнул "Кровлю небес" между "Путями безумных" Шцейна и "Книгой о страхе" архискипестуха Манийского. Потом уселся обратно, - Веста уже проснулась?


- Ну, судя по тому, что её нет в своей комнате - да. Впрочем, в доме её тоже нигде не видно. Наверное, гуляет у реки. Надеюсь, к завтраку вернётся.


Ассадор подался в своём кресле вперёд и посмотрел в глаза Роланда.


- Она несколько озабочена твоим состоянием. Говорит, что ты стал... более замкнутым и всё больше внимания отдаёшь своим книгам, обделяя им всё вокруг. Я понимаю, что это не моё дело, но может, тебе и вправду пойдёт на пользу немного расслабиться и отдохнуть здесь... - Ассадор откинулся на спинку кресла, не сводя вдруг ставшего острым взгляда с Роланда, - Что-то мне подсказывает, что наша милая семейка несколько задержится в городе с приготовлениями к свадьбе, - он улыбнулся.


Роланд посмотрел отсутствующими глазами за окно.


- Она... не понимает. Весте кажется, что я должен постоянно улыбаться и жить лишь всеми этими делами вокруг, не оставляя ничего для себя. Но со мной последнее время происходит и впрямь что-то странное... Приятно странное, но и слишком необычное для меня, чтобы это не вызывало страха. Знаешь... - Роланд заворожено смотрел на ветви дуба, покачивающиеся на ветру за окном, - Я как будто живу в двух мирах. Никогда ещё мне не было так спокойно и так тревожно одновременно. Мне стало легче писать. Я чувствую, что то, что я сейчас делаю - это то, что я давно хотел начать, - Роланд посмотрел на Ассадора - Всё резко меняется. И я думаю, что Веста это всё же понимает и не станет мне мешать, - Он улыбнулся, - Я чувствую, что в мои книги проникает прохладный ветер, сдувающий пыль с ещё чистых страниц.


Они сидели так довольно долго, улыбаясь друг другу.


Послышался звон серебряного колокольчика.


- Завтрак готов, - Ассадор поднялся из глубин кресла, - пойдём подзаправимся.


Птицы пели им за завтраком, солнечные блики играли на гранях кофейника и их лицах. Они разговаривали о происходящем в городе, новой войне, о себе и знакомых. Они смеялись, а маленькие тени летних листьев за окном метались по их рукам. Веста всё не появлялась.


- Ты думаешь, мне стоит там задержаться? - Ассадор расправился с последним бутербродом, запив его глотком кофе, и посмотрел на Роланда. Тот вернул ему взгляд и прыснув со смеха, больно ударил крышку стола.


- В самом деле, Ассадор... Там нечего искать и не на что смотреть. Фестиваль Конца - это то место и время, где единственное, что может заинтересовать здорового человека - это его же здоровый гомерический хохот при виде пафоса окружающих лиц. Если ты, конечно, не собираешься присоединиться к медовому месяцу твоей сестры и её будущего мужа, - скрипучее хихиканье, - Как его, кстати, зовут-то? Что-то я упустил этот момент...


- Данремм. У него фабрика по ту сторону Красных гор. В Скилвиле... Чего это ты на меня так уставился?


Роланд сумасшедшими отсутствующими глазами смотрел куда-то в район задней крышки черепа Ассадора. Потом перевёл их на каминные часы.


- Да нет, ничего... Просто странное имя. Хотя я его, по-моему, где-то слышал...


- Ну, это не самое плохое, что могло с тобой случиться, - Ассадор улыбнулся. Встал, с мелодичным звоном затыкая крышкой кофейник, - Пойдём, прогуляемся к реке? Заодно и Весту поищем. Может, она решит к нам присоединиться в прогулке к горам...


И это утро было поистине прекрасным, солнечными лучами согревая новорождённые мысли о жизни. Блики на воде ослепляли, унося в глубины реки видения ночи и оставляя лишь вечность утра. Лишь птицы - множество птиц - перелетая с дерева на дерево, своими криками заставляли эту вечность взлетать по живой спирали к ярко синему небу и там мерцать в лучах солнца. Роланд и Ассадор прогуливались по берегу.


- Куда же она подевалась? - Роланд взял из-под ног небольшой камешек и, взвесив его в руке, запустил в одну из птиц, завершив её жизнь в высшей точке её проявления. Провожаемая умилённым взглядом Роланда, тварь божья по красивой дуге спикировала в реку, подняв фонтанчик искрящихся брызг.


- Да не волнуйся, просто гуляет где-нибудь. Тем более что это и впрямь приятное занятие здесь в подобное время.


- Ну что ж, давай в таком случае займёмся тем же самым, как ты и предлагал.


Ассадор улыбнулся.


- Хорошо. Я сбегаю за вещами.


И они долго бродили в тот день по летнему лесу, вдыхая ароматы трав и глядя сквозь трепещущиеся листья на небо. Они отдыхали под сенью старых дубов, и свежий ветерок, развевая их волосы, не позволял летнему солнцу сморить их в сон.


Когда они вышли на северную опушку леса к предгорьям, на поросшем цветами холме они увидели оленя. Он стоял на самой вершине холма, глядя на них, и солнце играло на его ветвистых рогах. И казалось, что в них искусной рукой какого-нибудь сказочного гнома этих гор, вмонтированы бриллианты. Так был решён вопрос обеда.


Через несколько часов Роланд стоял на горном уступе, уже довольно высоко над лесом, и смотрел в небо, которое вопреки всем ожиданиям стремительно теряло свой блеск. На горизонте тучи всё ближе подбирались к солнцу, в то время как оно, стыдливо прячась за всё ещё редкими облаками, нехотя плыло к ним на встречу. Внезапный порыв ветра откинул полы плаща назад и, подержав немного, отпустил их.


- Погода портится, - раздался из-за левого плеча голос Ассадора, - наверное, нам лучше двигать обратно, пока дождь не застал нас здесь.


Роланд опустил взгляд на лес под ними, в котором они всего несколько часов назад наслаждались солнечным летним днём; макушки деревьев колыхались словно холодные гребни волн северного моря. Он обернулся к Ассадору.


- Мне всё чаще кажется, что я здесь уже когда-то был... Но тогда всё было несколько иначе.


Ассадор посмотрел вверх, и Роланд, проследив за его взглядом, увидел одинокую птицу, парящую высоко в сером небе.


- Мне кажется, что я здесь был всегда, - Ассадор смотрел на Роланда; глазами странными и острыми, как это небо над ними, глазами древнего сна. - Давай спускаться.


Через пару часов они уже шли сквозь лес под проливным дождём, в полумраке огибая заросли папоротника. Когда сквозь деревья забрезжила река, Ассадор внезапно остановился и указал рукой вперёд.


- Смотри, там кто-то есть. Хотел бы я знать, кому интересно под этим ливнем сидеть у реки.


Это был Данремм. Он сидел на огромном валуне и отсутствующим взглядом смотрел на вспенившуюся реку. Его одежда промокла насквозь, но он словно не замечал этого. Длинные волосы прилипли к лицу, вода с них стекала на бледные кисти рук, безвольно опущенных на холодный камень.


- Данремм, что ты... Эй, парень! - Ассадор повернул его голову к себе.


Отсутствующие мёртвые глаза скользнули по лицу Ассадора и остановились на Роланде.


- Она умерла.