# Сергей Соболев "Королевский стрелок"

Сергей Викторович Соболев

Пропажа со склада фармацевтической компании упаковки некоего препарата повлекла за собой эпидемию смертей. Офицеру наркополиции Костину становится известно об этой истории от информатора. К нему в руки попадает и образец препарата - ампула без маркировки. Информация весьма тревожная, но доложить руководству Костин не успевает. Его самого берут в крутой оборот. Капитан полиции арестован на месте преступления, ему инкриминируется убийство нескольких граждан, включая и "стукача"... Одновременно с Костиным под пресс попадает Стас Нестеров, частный детектив из Вильнюса. Между их делами обнаруживается связь - оба арестованных пытались противостоять крупной фармкомпании, допустившей утечку штаммов нового опаснейшего вируса. Жизни миллионов людей под угрозой.

СЕРГЕЙ СОБОЛЕВ


КОРОЛЕВСКИЙ СТРЕЛОК


Пропажа со склада фармацевтической компании упаковки некоего препарата повлекла за собой эпидемию смертей. Офицеру наркополиции Костину становится известно об этой истории от информатора. К нему в руки попадает и образец препарата - ампула без маркировки. Информация весьма тревожная, но доложить руководству Костин не успевает. Его самого берут в крутой оборот. Капитан полиции арестован на месте преступления, ему инкриминируется убийство нескольких граждан, включая и "стукача"...

Одновременно с Костиным под пресс попадает Стас Нестеров, частный детектив из Вильнюса. Хотя они проживают в разных государствах, именно эти двое оказываются в центре событий, грозящих масштабной катастрофой. Жизни миллионов людей под угрозой.


Примечание.

Альтернативное название романа: "Атипичная угроза".

Роман опубликован в 2009 году: ЭКСМО, серия "Спецназ. Группа Антитеррор".

Публикуется в авторской версии.


Примечание. Обновленная редакция романа 'Королевский стрелок' доступна на портале Автор Тудей  по ссылке https://author.today/work/92630

Здесь выставлен обширный фрагмент книги


- 18 -


Г Л А В А 3


Новый глава Управления по Калининградской области генерал-майор полиции Виктор Бекетов вступил в должность лишь недавно, в начале мая. Виктора Ивановича перевели на западные рубежи борьбы с наркотрафиком из крупного сибирского центра. Где он также возглавлял облуправление Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков.

Пока что о нем, об этом рослом, кряжистом, не слишком многословном мужчине лет сорока с небольшим у местных служивых какого-то устойчивого мнения не сложилось. Приглядывались, прислушивались, что говорит новое начальство. Притирались. Бекетов, как это иногда случается в подобных случаях, не стал перетаскивать на новое место службы своих людей. Вместе с ним прибыли лишь двое сотрудников - прапорщик полиции, его личный шофер, и сотрудник физохраны. Вновь прибывшие приехали без своих семей. Проживали они на служебных квартирах в одном из построенных администрацией "правительственных" домов. Причем, заняли жилье, оставленное их предшественниками, отбывшими для прохождения дальнейшей службы в столицу.

Бывает, что новый начальник, чтобы показать свой крутой нрав, чтобы показать, кто теперь в доме хозяин, сразу начинает закручивать гайки. Устраивает, к примеру, серию разносов, чтобы встряхнуть подчиненных, заставить их бегать, крутиться, давать результат. Но ничего похожего не произошло. Сибиряк входил в курс дел, как казалось многим, неспешно, основательно; людей без нужды не дергал и громких акций не устраивал...

Поговаривали, что Бекетов здесь, в Янтарном крае, надолго не задержится. Что его, как и прежнего руководителя, у которого имелись трения с местным милицейским и прокурорским начальством, уже вскоре переведут в Москву, в центральный аппарат Госнаркоконтроля. А на освободившееся место наконец назначат одного из двух замов, являющихся местными выходцами. Именно в таком ракурсе, как очередного "варяга", очередного "временщика" - а таковых в администрации самой западной области России нынче едва ли не половина - его, Бекетова, здесь и воспринимали. Голов не откручивает. Нос в оперативные дела не сует. Дурными "накачками" не занимается... И на том, как говорится, спасибо.

Виктор Иванович, за исключением воскресного дня, всегда приезжает в управление в одно и то же время: без пяти девять утра. В вестибюле четырехэтажного здания, расположенного на бывшей Печерской, переименованной недавно в память о геройски погибшем на задании наркополицейском, генерал принимает доклад от дежурного. На это уходит обычно минуту или две. Уезжает Бекетов - вернее, его увозит служебное авто - тоже в одно время, в половине восьмого вечера. Перед тем, как


- 19 -


покинуть здание, опять же, выслушивает доклад дежурного по Управлению (но уже не в вестибюле, а у себя в кабинете). Почему Бекетов заканчивал свой рабочий день всегда в одно и то же время, никто не знал, а спрашивать у самого "шефа", понятно, никому из сотрудников и в голову не придет. Но эта его склонность к размеренному распорядку и пунктуальность не прошли мимо внимания сотрудников. Как и то обстоятельство, что Бекетов избегал общения с представителями местной "элиты", с теми, кто враждовал с его предшественником на этом посту.


В среду, третьего июня, в четырехэтажном здании УФСНК на Галковского 2, незадолго до начала рабочего дня стали происходить события, подобных которым не могли припомнить даже ветераны Службы.

Без четверти восемь к главному входу в "блок "А" подкатила кавалькада служебных транспортов. Захлопали дверцы; на площадке перед зданием вдруг стало тесно и шумно... У входа в административное крыло, где напор прибывших пытался сдержать сотрудник охраны, возникла небольшая заминка. Появился дежурный по Управлению. Один из прибывших, очевидно, старший, - невысокий лысеющий мужчина лет тридцати семи в штатском костюме, с портфелем в руке - предъявил дежурному служебное удостоверение. Затем, пройдя в вестибюль, уже там, щелкнув замками, открыл портфель. И продемонстрировал вполне резонно поинтересовавшемуся целью прибытия милицейских и прокурорских товарищей подполковнику полиции постановление о производстве обыска. А также иных оперативно-следственных мероприятий в рамках возбужденного прокуратурой Ленинградского района уголовного дела по статьям "сто пятой" (убийство) и 286-й (превышение должностных полномочий с причинением тяжких последствий).

Спустя примерно минут двадцать после того, как группа мужчин в штатском в сопровождении почти дюжины "омоновцев" и двух несколько подрастерявшихся местных товарищей проследовали в здание, к главному входу лихо подкатил служебный транспорт - черный BМW-525iA с включенным проблесковым маячком.

Из салона одновременно с "личником" резво выбрался начальник Управления. И направился, застегивая на ходу пиджак, мимо вытянувшегося в струнку охранника в камуфляже - внутрь здания.

- Где дежурный?! - загремел его голос в небольшом вестибюле. - Что это за люди?! Кто впустил?!! Что за бардак тут творится?! Дежурный по Управлению - ко мне!!!

Бекетов, обычно сдержанный, мало того, что приехал на службу раньше обычного, но, кажется, готов был сегодня метать громы и молнии!.. Генерал, не дожидаясь доклада дежурного по УФСКН, направился к лестнице, на


- 20 -


нижних ступенях которой расположились двое сотрудников ОМОНа - в масках, в бронниках, при оружии.

- В сторону! - гаркнул переместившийся вперед крепыш "личник", в котором было не менее центнера веса (и о котором в Управлении говорили, что он "тень" Бекетова. Причем тень немая, поскольку никто, кажется, прежде не слышал его голоса). - Пропустите товарища генерала! И позовите срочно вашего старшего сюда!! Где ваш старший?!

Один из "омоновцев" попытался было остановить их... Но "крепыш", оказавшийся, несмотря на свой почти двухметровый рост, весьма координированным и подвижным, ловко оттер его в сторону, освобождая проход для начальника и присоединившегося к ним шофера...

Они поднялись на третий этаж, где, собственно, - в одном из кабинетов - происходили сейчас, кажется, самые главные события.

Появился наконец дежурный; Бекетов досадливо оборвал его на первой же фразе.

- Вы, подполковник - раз-маз-ня! Почему я узнаю о "новостях" из третьих рук?!

- Но... я... Эммм... у них...

- Что вы тут мычите и пучите глаза, как недоенная корова?! Так... где их старший?! Сюда их старшего! - Бекетов ткнул пальцем в пол, показывая, где именно сейчас должен стоять "старший". - И сию же минуту!

- Он это... занят как бы... Они выемку производят в кабинете Костина!

- Что значит - "занят"?! - рявкнул генерал. - Не иппёт, понятно вам?! Старшего ко мне! И - бегом!!!


Тем временем, в кабинете, который Костин делил со своим коллегой Свидерским, четверо людей в штатском производили обыск и выемку документов. Здесь же присутствовали, привлеченные в качестве понятых, двое граждан (их привезли на одном из служебных микроавтобусов). Местный сотрудник, которому дежурный по Управлению поручил до приезда начальства наблюдать за происходящим на временно заблокированном омоновцами третьем этаже, был в итоге оттеснен пришельцами в коридор, И, по существу, был лишен возможности следить за тем, что происходит в данную минуту в кабинете, занимаемом его сослуживцами Костиным и Свидерским.

- Федор Николаевич... тут какие-то ключи! - опер, сидевший на корточках возле письменного стола, нашарил рукой в нижнем ящике небольшую связку ключей. - Один, должно быть, от сейфа!

Он, выпрямившись, положил ключи на столешницу. "Важняк" Михеев, посмотрев на коллегу из СО УВД, - Гена Шаврей снимал происходящее на цифровую камеру - произнес на камеру - и для протокола - необходимые в


- 21 -


таких случаях слова...

Затем взял со стола ключи, и направился к стоящему в противоположном от входной двери углу старомодного вида металлическому сейфу.

Один из ключей - подошел. Михеев отворил оказавшуюся неожиданно массивной и тяжелой дверцу (сам "шкаф", наверное, весит не менее центнера...) Так-с... три отделения. В одном, самом объемистом, нижнем, лежат какие-то папки с бумагами... Второе - пустует. На верхней полке сейфа обнаружились две тоненькие папки. А также а пара "гаджетов": диктофон марки "SONY" и сотовая трубка "Nokia".

Михеев, на короткое мгновение, - он как бы поменял позицию, переместился, чтобы дать возможность коллеге заснять внутренности сейфа и также позволить понятым выполнить свои обязанности - заслонил не столько от Шаврея, сколько от всех прочих внутренности сейфа.

Двух-трех секунд вполне хватило, чтобы выщелкнуть из диктофона микрокассету... "Важняк" отошел чуть в сторонку. Кассета незаметно для присутствующих перекочевала в карман его пиджака.

- Федор Николаевич! - позвали его из коридора. - Вас требует к себе начальник Управления! Он только что приехал... Хочет с вами поговорить!!

- "Требует..." - хмуро процедил под нос "важняк". - Ишь ты как... Пусть подчиненными своими командует. А я тут нахожусь по службе и генералу полиции - не подчиняюсь!

Все же он решил про себя, что обострять ситуацию не стоит.

- Геннадий Юрьевич, я отлучусь ненадолго, - сказал Михеев милицейскому коллеге. - Продолжайте тут без меня... - Понизив голос до шепота, он, проходя мимо, сказал. - Ты знаешь, что мы ищем... будь внимателен!


- Доброе утро, товарищ генерал полиции, - вежливо поздоровался с местным начальством, дожидавшемся его возле перекрытого ОМОНом входа на третий этаж, "важняк" Михеев. - Оно, конечно, как бы не совсем "доброе"... Меня зовут Михеев Федор Николаевич. Я старший следователь по особо важным делам, подполковник юстиции, прокуратура города. Также я являюсь руководителем следственно-оперативной бригадой, которой поручено...

- Кем поручено?! - резко оборвал важняка Бекетов. - И к о г д а именно?!

- Может, продолжим разговор в более подходящем месте? - сухо произнес Михеев. - Я, как вы понимаете, нахожусь, во-первых, "при исполнении", а, во-вторых...

- Идите за мной. На второй этаж! Там и поговорим.

- Товарищ генерал... у меня мало времени! У вас, понимаю, есть вопросы. Я все объяснил дежурному...

Бекетов, казалось бы, не слушая его, стал спускаться по ступеням лестницы. Михеев криво усмехнулся в такт каким-то своим мыслям... И

- 22 -


последовал за ним.

Они прошли с лестницы на второй этаж. Бекетов не стал приглашать "важняка" в свой кабинет (да тот и не обязан слушаться его распоряжений). Он протянул руку и требовательно произнес:

- Бумагу!

- Я уже показывал на "вахте"! Впрочем...

Михеев щелкнул замком, расстегнул портфель. Достав папочку с "постановой", протянул ее Бекетову.

- Пожалуйста, Виктор Иванович! Копию я, кстати, передал вашему сотруднику, дежурному по Управлению!

Бекетов достал из кармана пиджака очешник. Водрузив очки на переносицу, стал изучать постановление на обыск и выемку... Убедился, что бумага составлена по форме. И что в верхнем правом углу бланка имеются резолюции прокурора Ленинградской районной прокуратуры и прокурора города. А также - это еще сильней настораживало - санкция судьи Ленинградского райсуда (с постели, что ли, сдернули в ранний час? ну и ну).

Бекетов вернул папочку с постановлением "важняку" Михееву.

- Где сейчас находится Костин?

- Ммм... вам должен был прозвонить прокурор города.

- Он мне звонил. Но вопрос я задал вам.

- Гражданин Костин, задержанный по подозрению в убийстве Синицына Артема Владимировича, тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года рождения, и Решко Максима Игоревича, тысяча девятьсот восьмидесятого... препровожден в ОВД Ленинградского района. Извините, товарищ генерал, но к сказанному... в интересах следствия... мне пока нечего добавить.

Бекетов жестом подозвал своего "личника".

- Пойдешь с товарищем следователем! Сменишь нашего сотрудника!

Затем он посмотрел на Михеева.

- Федор... как вас по батюшке?

- Федор Николаевич, - Михеев сунул папку в портфель. - Прошу простить, Виктор Иванович, но должен вас покинуть.

- Я только одно хотел вам еще сказать, - приблизившись к важняку вплотную, вполголоса произнес Бекетов. - Не делайте ничего такого, о чем вам потом придется сильно пожалеть.

Бекетов круто развернулся на каблуках и направился к своему кабинету (за ним, ожидая распоряжений, трусил дежурный). Помощник уже был на месте - дожидался прибытия начальства в "предбаннике".

- Нашли Свидерского?

- Так точно, Виктор Иванович, дозвонились на домашний! Он... по его словам, только что приехал от родственников... из Черняховска. И через несколько минут, к началу рабочего дня, будет в Управлении!


- 23 -


- Передайте дежурному мое распоряжение. Как только подъедет Свидерский, сразу его ко мне! Пусть сам же дежурный и сопроводит его сюда, ко мне в кабинет!

- Будет исполнено.

- Из Москвы были звонки?

- Нет, товарищ генерал, звонков из Москвы не было. Но за минуту до вашего появления звонили из офиса нашего регионального вице-премьера! Просили передать вам, чтобы вы перезвонили лично Сергею Юрьевичу, как только у вас выдастся свободное время!

- Так и сказали?

- Слово в слово.

"Ну вот... началось, - подумал Бекетов. - Пошли круги по воде!"


"Важняк" сказал Бекетову правду: виновника "торжества" после завершения оперативно-следственных мероприятии на месте преступления доставили - было уже около шести утра - под охраной в ОВД Ленинградского района.

Сам Костин более или менее пришел в себя спустя лишь пару часов после того, как его привезли под охраной в четырехэтажный старинный немецкий особняк, расположенный неподалеку от Нижнего Замкового пруда. Наркополицейского, подозреваемого в зверском убийстве двух граждан, буквально на руках внесли в здание ОВД. И определили, по причине его полной "неадекватности", в очищенный заблаговременно "зверинец".

Вскоре приехала вызванная дежурным "скорая". Медик, осмотрев задержанного, от которого разило алкоголем и еще - почему-то - бензином или керосином, сказал двум наблюдавшим за процедурой осмотра товарищам в милицейской форме:

- Тяжелая степень опьянения. Думаю, не менее трех... а то и четырех промилле алкоголя... Но надо сделать анализ! Что касается полученных им травм... Ушибленная рана волосистой части головы... в левой лобно-теменной части! Кто делал ему перевязку? Разве так можно? Видите, повязка не держится! Надо обработать рану, наложить швы и сделать качественную повязку! Этого травмированного гражданина необходимо срочно доставить в райбольницу. Там ему окажут необходимую медицинскую помощь!

- Этот "травмированный", как вы выражаетесь, доктор... действительно больной на всю голову, - процедил милицейский майор. - Обработайте рану здесь... и сейчас! Как только будут выполнены необходимые формальности, этого субъекта под охраной доставят в больницу для оказания необходимой медицинской помощи. А пока перевяжите его! И попытайтесь как-то привести его в чувство - нам нужно снять показания!

Костин, которому медик сунул под нос ватку с нашатырным спиртом,


- 24 -


чихнул, закашлялся... Потом его стало рвать; сотрудник, к запястью которого был прикреплен браслет, защелкнутый на кисти правой руки Костина, вполголоса матерясь, помогал медику держать задержанного в такой "позиции", чтобы тот не захлебнулся в собственной блевотине...


- Ну что, очнулись? - медик, поменяв пару перчаток, достал из своей сумки-футляра антисептик, пластырь и бинт. - Как вы себя чувствуете?

- Хреново, - простонал Костин. - Где это я?

- Ты... вы это... задержанный! Не включай дурака, Костин! - подал реплику майор милиции. - Тебя взяли с поличным! Да еще, сволочь... отстреливаться вздумал! - эти слова начальник отдела СКМ* адресовал тем своим коллегам, которые наблюдали за происходящим. - Твое счастье, что "пэпэпэсники"** и мужики из группы немедленного реагирования не пристрелили тебя прямо на месте!

- Что за чушь... - пробормотал Костин. - Айй.... Больно же!!

- Потерпите еще немного! - строго сказал медик. - Я уже заканчиваю!..

- Воды... дайте кто-нибудь попить!

- Яду тебе дать бы, Костин! - процедил начальник угро. - Доктор, спасибо! Сержант, проводите товарищей медиков на выход!!

Костин, на голове которого теперь белела повязка, все никак не мог взять в толк, что вокруг него происходит. Чего хотят от него все эти люди и как он вообще оказался здесь, в "обезьяннике" одного из городских ОВД?..

Череп, кажется, вот-вот взорвется; во рту ощущается привкус крови, окалины и сивушных примесей - водочный выхлоп ни с чем не спутаешь... Трудно было глотать: гортань саднит так, как будто у него гнойная ангина... Но откуда эта тошнота? Почему его так мутит?.. Странно: он ведь был трезв, если не считать двух или трех рюмок бренди, выпитых вечером накануне в обществе Марины Пановой?..

Что же произошло с ним?! Кажется, ему прозвонил Свидерский... Потом он, Костин, куда-то ехал по ночным улицам... Зачем?! Для чего?! Что-то случилось в гаражах?.. Но что именно?!

- Где Свидерский?! Объясните... что случилось? П-почему я в "браслетах"? Мать твою... голова сейчас лопнет! Воды... дайте попить!!

Костин - он сидел на топчане - попытался было обхватить голову руками. Но сотрудник, с которым он был скован одной цепью в буквальном смысле, дернул рукой и выругался:

- Сиди, млять, и не дергайся! А если очнулся... Ну так я сейчас позову следователя и товарища майора: будешь давать показания!

------------

*СКМ - служба криминальной милиции, уголовный розыск.

**ППС - патрульно-постовая служба милиции.


- 25 -


- Не п-понимаю... А в чем меня обвиняю?! Объясните наконец!

- Костин, хватит тупить! - подал реплику начальник угро, который отлучался куда-то на несколько минут. - Или еще не протрезвел? Ну так это твои проблемы. Сейчас "важняк" сюда подъедет. Так что советую тебе быстро-быстро трезветь! И настраиваться на дачу "признательных"...

- Че-его? Чушь.

- А куда тебе деваться-то?.. И на сотрудничество со следствием настраивайся! Потому что в твоем случае отпираться - дохлый номер!


В половине первого пополудни Бекетов приехал на Дмитрия Донского 1, в здание, где размещаются офисы чиновников регионального правительства.

В вестибюле главу УФСКН встречал помощник Сергея Юрьевича Шевкунова, первого вице-премьера правительства, фактически - вице-губернатора области. А еще через минуту Бекетов, сопровождаемый референтом, вошел в кабинет второй по старшинству персоны в местной иерархии власти.

- Здравствуйте, Виктор Иванович! - встав из-за стола, навстречу ему направился хозяин кабинета - мужчина лет пятидесяти, в добротном костюме, с гладким открытым загорелым лицом и чуть седоватыми коротко стрижеными волосами. - Спасибо, что приняли мое предложение! Я понимаю, что вам сейчас не до совещаний... - Он протянул генералу, одетому в штатский костюм неброской расцветки, ладонь для рукопожатия. - Ах беда, беда. Только этого нам всем не хватало!.. Проходите, присаживайтесь!

В кабинете находились еще двое мужчин. Оба они были уже знакомы Бекетову: глава областного УВД, генерал-майор милиции, невысокий, сухощавый, чем-то похожий на нынешнего министра внутренних дел, и прокурор области, полный, круглолицый, вальяжный мужчина лет пятидесяти - государственный советник юстиции 3 класса.

Оба они, как и Бекетов, были в штатском. Сдержанно поздоровались. Подчиняясь жесту хозяина кабинета, который в данной ситуации - как понял Виктор Иванович - выступает (или пытается выступать) в роли посредника, в роли миротворца, уселись за стол для совещаний.

- Чай? Кофе?

"Силовики", не сговариваясь, отрицательно покачали головами.

- Ну что ж, приступим прямо к делу, - вице-премьер поочередно оглядел присутствующих. - Сегодня, примерно в половине четвертого утра, у нас в городе... на Озерной улице... было совершено преступление. Как меня проинформировали коллеги из УВД и прокуратуры, некий Костин Андрей...

- Костин Алексей Михайлович, - подсказал глава областной милиции. - Тысяча девятьсот семьдесят шестого года рождения.

- Да, да... спасибо! Так вот... Этот вот Костин нынешней ночью убил двух

- 26 -


граждан... фамилии их в данном случае не важны! Проблема заключается в том, что Костин является сотрудником правоохранительных органов...

- Насколько мне известно... а мне это известно доподлинно, Костин служит в наркополиции, - вступил в разговор прокурор области Котов.

- Во всяком случае, ясно, что... - вице-губернатор замялся, подбирая нужную и дипломатичную формулировку. - Ясно, что мы имеем дело с резонансным преступлением.

- Ничего пока не ясно, Сергей Юрьевич, - сухо произнес Бекетов. - То, что именно Костин убил тех двух граждан, еще нужно доказать... Извините, что перебил. Но лично для меня до сих пор в этой истории очень многое не понятно. И в первую голову, мне не понятно, почему уважаемые коллеги, - Бекетов посмотрел на сидящих напротив через стол мужчин, - не разрешают даже мне... главе управления!.. встретиться и поговорить с взятым под стражу сотрудником!

- Виктор Иванович, по данному делу работает оперативно-следственная группа! - в столь же прохладном тоне отреагировал прокурор. - И в наших же общих интересах создать такие условия для следствия, чтобы никто... подчеркиваю - н и к т о не оказывал на сотрудников давления! Чтобы ни одно лицо, ни одно ведомство не пыталось воспрепятствовал полному и объективному расследованию всех обстоятельств по данному делу!

В кабинете повисла напряженная тишина. Шевкунов, будучи опытным бюрократом, вновь на правах хозяина и посредника взял слово.

- Говорить что-то о следствии и о возможной причастности того или иного сотрудника к преступлению, это - не мой бизнес, - сказал он умиротворяющим голосом. - Но мне... и всем нам, думаю... не хотелось бы, чтобы вокруг этого криминального случая роились слухи. А то быстро найдутся желающие скандализировать ситуацию, желающие проводить вредные параллели... Так, как это было в Москве в случае с одним милицейским майором! Цену вопроса, думаю, вы все прекрасно понимаете. Со своей стороны, я делаю все, что могу! Понятно, что мы всегда стараемся информировать население... Стараемся быть открытыми и сообщать о всех важных событиях, в том числе, и не самых приятных. Но. Но! Думаю, не в наших интересах, чтобы история с Костиным... и те жуткие обстоятельства, при которых он был задержан сотрудниками милиции, стали достоянием широкой общественности! То есть, рано или поздно сведения о случившемся просочатся и в прессу... и в народ... Уже сейчас по городу ходят разные слухи, как меня проинформировали. Но в целом, благодаря нашим наработанным связям с медийными структурами, удается пока избегать громкой шумихи!.. Конечно, шила в мешке не утаишь. Но руководство области заинтересовано в сохранении позитивного имиджа нашего региона. Шумные скандалы, уважаемые, нам совершенно ни к чему.

Шевкунов посмотрел на часы.


- 27 -


- Да, чуть не забыл! У меня сейчас служебное мероприятие... Нет, нет, вы можете оставаться здесь! Думаю, вам будет о чем поговорить и без меня! Если что-то понадобится, - вице-губернатор взял со столешницы кожаную папку, - скажите референту. Мой кабинет в вашем полном распоряжении! Ну а я, коллеги, с вашего позволения - удаляюсь.


Разговор "силовиков", оставленных опытным чиновником наедине, выдался крайне сложным, непростым для всех его участников.

Бекетов в третий или в четвертый раз за последние полчаса повторил:

- Все равно - н е п о н и м а ю!

- Ну так а что ж тут непонятного, Виктор Иванович?! - переспросил глава УВД. - "Оборотень" он... это Костин! Мы ведь тоже у себя периодически выявляем... таких вот негодяев! Но не всегда служба собственной безопасности успевает превентивно реагировать, своевременно выявлять перерожденцев!

- Мне не понятны мотивы этого преступления... Если он вообще имело место!

- А два трупа на месте преступления, это, разве, не доказательство?! - прокурор Котов нахмурил брови. - Причем, этот вот "оборотень" истязал одного из погибших! И даже пытался облить трупы бензином!..

- Хотел, скорее всего, под видом пожара скрыть следы преступления, - окончательно перейдя на суконный язык криминальных сводок, добавил милицейский генерал. - Да еще и пьян был... как мне доложили сотрудники! Счастье, что не было других жертв! Он ведь там стрельбу устроил!.. Да и его самого, этого Костина, могли бы убить... Если бы не профессиональные действия своевременно прибывших на место сотрудников ППС и вызванной по звонку группы немедленного реагирования!

- Зачем, спрашивается, Костину было убивать этих двоих? - задумчиво произнес Бекетов. - Этого студента Синицына?.. И другого - охранника из ночного клуба? Он ведь - я говорю о Костине - фактически уже был в отпуске!

Милицейский генерал и прокурор переглянулись.

- Как это? Что значит - в отпуске?

- А то и значит. У него сегодня должен был быть последний рабочий день.

- Хм... это несколько меняет суть дела...

- Кроме того, уже готовился приказ о его переводе на другую должность.

Я поэтому и говорю, что мне не ясны мотивы... Зачем ему было "прессовать" тех двух, чьи тела нашли в гараже и у гаража? Насколько я в курсе, Костин собирался уже завтра уезжать в Москву. Он мне сам об этом позавчера говорил!

- Может, какие-то криминальные долги пытался из них вышибить? -


- 28 -


предположил милицейский генерал. - Да еще и выпил лишку! Вот у него

крышу и снесло...


- Постойте, постойте!.. - Прокурор аккуратно промокнул платком влажный лоб, после чего продолжил. - Мне кажется, мы только что чуть не пропустили один важный момент...

- О чем это вы? - хмуро поинтересовался Бекетов. - Что пропустили?

- Позволю себе небольшое вступление... Одну и ту же ситуацию, уважаемые коллеги, при наличии дополнительных деталей, можно трактовать по-разному. Одно дело, если громкое преступление совершил д е й с т в у ю щ и й сотрудник Управления! Совсем другой получается расклад, если убийство инкриминируется некоему гражданину, не находившемуся на момент совершения преступления - при исполнении!..

- Вы предлагаете, чтобы мы оформили Костину отпуск задним числом?

- Вы что-то еще говорили о приказе на перевод... - напомнил милицейский генерал. - Значит, он уже... как бы чужой для вас сотрудник?! Зачем пачкать доброе имя вашей Службы и местного филиала?

- Советуете оформить Костина задним числом? - с каменным лицом повторил Бекетов. - Даже не в отпуск его отправить... как бы на неделю ранее? Не замечая того, что он ходил ежедневно на работу все эти дни... Но и оформить приказ на увольнение?!

- Мы вам ничего не навязываем, - сказал прокурор. - Дело ваше. Мы лишь ищем варианты, при которых можно минимизировать неприятности.

- А что за проблема, не понимаю? - милицейский генерал пожал плечами. - Обычная практика. Почему из-за одного негодяя должны страдать другие сотрудники? Не говоря уже о головной боли для руководства!

- А что будет с Костиным? - угрюмо произнес Бекетов. - Где он сейчас, кстати? Его все еще допрашивают в райотделе?

- Насколько я в курсе, Костина собирались перевезти в областной СИЗО, - прокурор Котов посмотрел на часы. - Дальнейшее покажет ход следствия... И многое, конечно, будет зависеть - не скрою - от того, какие будут выработаны подходы к данному конкретному делу. Ну что, Виктор Иванович? Кажется, мы сделали первые... и правильные шаги в этом деле?

- Я подумаю над тем, что здесь услышал, - вставая, сказал Бекетов. - Свое мнение сообщу позже. А пока настоятельно прошу обеспечить соблюдение всех норм законодательства в отношении задержанного по подозрению в убийстве капитана полиции Алексея Костина.


+ + +


- 29 -


Г Л А В А 4


Прошло какое-то время, прежде, чем Стас и его спутница вновь обрели возможность соображать и действовать.

Но реакция у них оказалась прямо противоположной.

Ирма, причитая по-бабьи, по-старушечьи, - "ohhh... o Jezus!.. o Dieve!.. ohhh..." - попыталась было рвануть туда, где на площадке перед гостевым особняком "Rokos Villa 4" дымился, коптел взорванный внедорожник...

Туда, где лежало страшное почерневшее тело без головы... И, кажется, без кистей рук...

Стас же, наоборот, действуя более рефлекторно, нежели осознанно, сначала жестко придержал ее за плечо. Затем, схватив под локоть, потащил за собой - прочь от виллы, прочь от коптящего сизым дымом джипа и обезглавленного тела!..

- Стас!.. что ты делаешь?! Стой!.. Куда ты меня тащишь!!

- Уходим! - прошипел Нестеров. - Пошли отсюда, Ирма! Да не дергайся же ты! Не заставляй меня тащить тебя силком!..

- Там что-то случилось! Это был взрыв, да?

- Именно!! Так что сваливаем, пока народ не набежал!

- С ума сошел?! А как же... Там же Игорь остался!

- Ему уже ничем не поможешь!

Ирма вновь стала притормаживать; она норовила оглянуться, чтобы получше рассмотреть, что происходит на площадке возле виллы, к которой они направлялись на пару с Нестеровым. И даже попыталась вырвать руку; но Стас держал ее крепко...

- Надо хотя бы позвонить в "девять-один-один"!

- И без нас найдется кому это сделать! Ну же, дорогая! - Стас, остановившись на секунду, прижал девушку к себе. - Очнись, Ирма! Включи мозги!! Мы ничего уже не можем поделать... понимаешь?!

- Н-нет... не понимаю!

- С Игорем случилась беда... но уже ничего не переиграть!

- Так мы же... Мы ведь - свидетели!

- А оно нам надо?!

- Но...

- Ты меня не слушаешь?! Еще раз повторяю: Завальному мы уже ничем не поможем!

- А если в доме остались еще люди?!

- Никого там нет! Ты ведь наверняка тоже видела, что Игорь, выйдя из виллы, запер дверь!

- Думаешь... он... то есть, Игорь... мертв?!

- Да... к сожалению. И вот что я скажу... Взрыв был - направленным! Будь иначе, нам бы тоже крепко досталось!!

- 30 -


Стас отстранился на короткое время. Внимательно оглядел свою спутницу. Затем дрогнувшим голосом сказал:

- Вроде пронесло... Уффф. Я смотрю, на одежде следов не осталось... Ну и ну! Как ты себя чувствуешь, дорогая?

- Ты мне чуть руку не оторвал! У меня будут синяки... на плече и на запястье!

- Я не о том... Повторяю: взрыв был, как я понимаю - направленным! До нас волна не дошла! Только хвоя с сосен осыпалась! Повезло...

- А тебя, Нестеров, самого не контузило, часом?!

- Что? А... нет, я в полном порядке. В том смысле, что меня тоже не задело...

Нестеров вновь взял ее за руку. И повел за собой - как маленькую - по той же выложенной плиткой дорожке, по которой они шли к вилле несколькими минутами ранее.

- Стас, я все равно тебя не понимаю! Но почему... почему мы не можем остаться там?! И, дождавшись приезда полиции, рассказать, что мы с тобой видели?!

- Потому что наши показания ничем следствию не помогут... по большому счету! Мы ведь не видели никого, кроме самого Завального! И ничего, кроме самого момента взрыва! Толку от наших показаний, поверь мне, будет - ноль! Зато неприятностей можем заполучить... если останемся возле виллы и если дождемся там приезда полиции... по полной программе!

- Ты так думаешь?

- Да я в этом просто-таки уверен! Нам же первым с тобой и начнут задавать всякие-разные вопросы! И еще неизвестно, как оно потом все обернется! А оно нам нужно?!


Не доходя до центральной курортной стрит, до пешеходной улицы Басанавичюса, Нестеров - а заодно и его спутница, которую он продолжал держать за руку, как маленькую девочку - свернул на дорожку, ведущую в сторону Ботанического парка, разбитого еще в конце XIX века вокруг поместья графа Феликса Тышкевича.

- Что за маневры? - поинтересовалась Ирма. - Я думала, мы пойдем сразу к машине! И что мы уедем отсюда так быстро, как только сможем!

- Это было бы не самым умным решением, - сказал Стас. - Мы должны себя вести так, словно... Словно ничего не произошло! Я вот тут пораскинул мозгами, Ирма...

- И решил, что мы напрасно скрылись с места ЧП?

- Что значит - "скрылись"? Мы с тобой не преступники! - Он понизил голос до полушепота. - Это ведь не мы с тобой подложили взрывное устройство в джип, верно?


- 31 -


- Мммм... А ты думаешь, что кто-то подложил в джип Завального "адскую машинку"?

- Естественно! Вряд ли он сам это сделал...

- Охххх... как все нехорошо! И как все сложно.

- Так вот, Ирма. Мы с тобой должны кое о чем договориться. Уговориться о некоторых вещах, касающихся этой нашей поездки...

Вокруг них благоухют цветочные клумбы; пахнет свежескошенной травой и довольно поздно взявшейся цвести в этом году сиренью... По аллеям парка прохаживаются компании отдыхающих. И никто из них, похоже, не расслышал прозвучавших всего в километре отсюда взрыва.

- Ирма, минутку... - Стас достал из висящей по-прежнему на плече сумки компактную "зеркалку" - фотоаппарат Olympus E-420 - Щелкни меня!

- Зачем?

- Не задавай лишних вопросов! Так надо. А потом еще и на мобилу свою меня засними!

- Я уже тебя снимала на свой мобильник! Когда мы проходили мимо костела...

- Да? Супер... это ж здорово! - Стас обрадовался только что прозвучавшему так, словно ему сообщили о выигрыше в лотерею. - А я и не заметил... Молодца, девочка моя!

Стас встал неподалеку от окруженной цветочной клумбой статуи "Благословляющего Христа". Отсюда открывается великолепный вид на бывший дворец Тышкевича, в котором уже многие десятилетия размещается экспозиция Музея янтаря. Но ему сейчас было не до красот. Чем больше времени проходило с момента взрыва на вилле "Rokos Villa 4", тем отчетливей он понимал, что сейчас важно обдумывать каждый шаг, каждое слово, каждый поступок. Чтобы потом, спустя время, при неблагоприятном для них раскладе, иметь на руках хоть какие-то козыри, хоть какие-то контраргументы.

Ирма сделала несколько снимков. Стас тоже сфотографировал ее. Затем он попросил проходящую мимо пару "щелкнуть" их на "олипус" вместе. И незнакомый - уже довольно пожилой - дядечка снял их с Ирмой вдвоем...

Нестеров посмотрел на часы.

- Ровно три пополудни. Так... Час уже прошел, - задумчиво сказал он. - Но возвращаться к машине еще рано! Раз уж приехали в Палангу, надо... Да вот хотя бы сходить пообедать!

Заметив, что Ирма сильно побледнела, Нестеров удивленно вскинул бровь.

- Что это с тобой?

- Н-не говори о еде... я тебя прошу!

Ирма поднесла к губам надушенный носовой платочек. Не без труда, но ей все же удалось справиться с подступившим к горлу тошнотным комком.

- Какой ужас... - пробормотала она. - Я все еще не могу поверить...


- 32 -


Неужели э т о было? И неужели э т о случилось у нас на глазах?!

- Ничего, ничего. Мы с тобой, девочка моя, еще и не такое видывали!

Нестеров вновь обнял Ирму. Прижал к себе; ласково провел ладонью по прямым, перевязанным сзади в две косички, волосам цвета созревшей пшеницы.

- Пойдем, сделаем еще кружок по парку... Заодно и продолжим прерванный "фотосессией" разговор!


Они гуляли по парку еще около полутора часов. Потом отправились в центр, но не на "пляжную" стрит, а прошли по другой центральной улице, по Витауто, проходящую через всю "летнюю столицу Литвы", как иногда называют Палангу, с севера на юг. Вернее, наоборот, поскольку нумерация домов начинается с южной окраины курортного города...

Стас все же уговорил свою спутницу: они около двух часов провели в одном из местных ресторанчиков. Ирма уже справилась с первыми последствиями шока, но ей все равно кусок в горло не лез... Нестеров же, напротив, плотно подзаправился. Какое-то время они еще наблюдали - делали вид, что им это интересно - за выступлением какого-то фольклорного ансамбля, подрабатывающего чесом в пору наплыва туристов. Потом направились в сторону автостанции, туда, где они оставили Land Cruiser.

Когда они вышли на улочку, где был припаркован джип - Стас уже видел тачку - он вдруг остановился, как вкопанный.

- Так... Гм... Вот что, Ирма! - он покосился на спутницу. - Ты стой здесь. Да, прямо здесь! А я... Я сейчас сам пойду к машине! Ну и ... и посмотрю сначала, все ли в порядке.

Адвокатесса, даром что чувствовала себя не в своей тарелке, мгновенно просекла причину столь странного поведения ее спутника.

- Стас, а может... может - не надо?! А что, если...

- Не говори ерунду! Все будет нормально. Я сейчас, я быстро.

- Подожди! - она успела поймать его за рукав. - Это ведь может быть опасно, так?! Надо позвонить в полицию! Или - в "девять-один-один"! Чтобы проверили машину! Ну... чтоб там этих прислали... как их? Саперов!

- Не сходи с ума. И не забывай, о чем мы с тобой уговорились!

Стас аккуратно освободил рукав из ее пальцев. Перейдя улицу, направился к припаркованной на небольшой площадке машине.

Никого из подозрительных личностей поблизости - поблизости от серебристого "лэнд-круизера" - не наблюдалось...

И одно это уже вселяло в него оптимизм.

Подойдя к джипу, он обернулся, чтобы убедиться, что Ирма не последовала за ним, что она находится на сравнительно безопасном


- 33 -


расстоянии от него и от джипа...

Затаив дыхание, Нестеров нажал на кнопку "дистанционки"... Агрегат поприветствовал вернувшегося хозяина коротким сигналом, подмигнул фарами.

Стас, чтобы уже окончательно убедиться в том, что его страхи напрасны, что случившееся с Завальным на вилле никак не соотносится с двумя приехавшими в Палангу из Вильнюса молодыми людьми, осмотрел внутренности джипа - открыл по очереди все дверцы, включая кормовую и даже приоткрыл капот...

Осмотр занял две или три минуты. Похоже на то, - а он всегда доверял не только технике, не только приборам, но и собственной интуиции - что их с Ирмой транспорт никто не вскрывал. Тем не менее, он пережил еще один стремный момент, когда завел движок...

Сидя в салоне, в кресле водителя, Стас призадумался. Может, не стоит рисковать? В смысле, отправить Ирму в Вильнюс... да вот хоть на автобусе - они ходят здесь каждые два-три часа! Если что-то по дороге случится с ним, с Нестеровым... Ну что ж, знать, не судьба быть ему долгожителем. За Ирму, надо сказать, он переживал не в пример больше, чем за самое себя.

Пока он размышлял, Ирма, слостно нарушая полученные от Стаса инструкции, подошла к "круизеру" и уселась в кресло пассажира.

Стас невольно вздохнул. Быстрее расступятся волны Балтики, обнажив дно до самой Швеции, нежели Ирма согласится ехать в Вильнюс одна, без своего спутника... Даже не стоит пытаться ее уговаривать.

- Пристегнись, милая, - сказал он бодрым голосом. - Не будем нарушать правил и законов. Особенно - по пустякам.


Серебристый Land Cruiser, в чуть затененных стеклах которого матово отражались лучи проклюнувшегося сквозь облака к вечеру закатного солнца, минуя окраинный район Паланги, свернул на перекрестке на клайпедское шоссе.

- Семь вечера, - негромко произнес Нестеров. - Прошло уже, считай, немало времени! Может, все обойдется...

"И эта гребанная история с взрывом и гибелью Завального, - додумал он тему про себя, - не будет иметь для нас никаких последствий..."

В этот момент их стала стремительно нагонять другой джип... черного цвета! Одновременно, с обочины пригородного шоссе стартовал белый, с зеленой полосой "фольксваген" - дорожная полиция?!

Воздух разорвали звуки сирен. Послышался металлический голос, донесшийся из динамика следующего по корме транспорта:

- Водитель "лэнд-круизера", возьмите к обочине! Водитель - "стоп-движение"!! Приказываю немедленно остановиться!!!


- 34 -


Стас, стараясь сохранять выдержку, прижался к обочине шоссе.

- Выходите из машины! - раздался тот же усиленный динамиком голос. - Водитель и пассажир "лэнд-круизера"! Попрошу выйти из машины!! Водитель - выходите на левую сторону! Пассажир - откройте дверцу и выйдите из салона! Немедленно!!

- Что будем делать? - прошептала Ирма. - Это полиция...

- Придется подчиниться, - тоже шепотом произнес Нестеров. - Помни, о чем договаривались! И ничего не бойся... все обойдется.


Стас первым вышел из салона. Последовала новая команда.

- Руки за голову!

Стас вынужден был подчиниться; а что ему еще оставалось делать.

Рядом, едва не задев его передней правой скулой, затормозил мерсовский джип. Из его салона выскочили двое дюжих молодых людей. Оба в комбинированном прикиде. поверх штатской одежды на них надеты бронежилеты с надписью на груди - ARAS*.

Один из этой парочки, вооруженный короткоствольным "Heckler und Koch" модели MP5, держал водителя джипа на мушке. Другой, тем временем, без лишних слов и прочих церемоний быстро сблизился с Нестеровым. Развернул его лицом к "круизеру" и принялся производить личный обыск...

- Оружие в салоне есть?

- Нет... Если только не подбросили.

- Заткнись! И отвечай на вопросы!

- Так мне "заткнуть" или все же отвечать?!

- Еще раз спрашиваю: у вас есть оружие?

- Я уже сказал - нету! А по какому, собственно...

- Заткнись! Следующий вопрос! Взрывчатые вещества есть в машине?

Этот вопрос, признаться, Нестерову сильно не понравился... Но он сделал вид, что - удивлен.

- Че-его? Какая еще взрывчатка?

- Любая. Начиная от пороха и заканчивая пластитом или гексогеном!

- Шутите... Никакой взрывчатки у меня нет! Кстати, вы забыли представиться...

Открылась правая передняя дверца джипа. Из салона выбрался мужчина, который сидел в кресле пассажира, рядом с водителем. Стас обернулся вполоборота, чтобы посмотреть, что это еще за тип тут нарисовался.

- Шутки кончились, Нестеров... Я всегда думал о тебе, что ты плохо кончишь!.. Обыскали его? Теперь хорошенько осмотрите салон! Где кинолог с собакой? Сапера тоже сюда!

"Итти твою налево!.. - выругался про себя Стас. - Феликс Монкайтис!..


- 35 -


Хуже просто не придумать! Бывший однокашник... редкостный зануда, служака и карьерист..."

Старший инспектор ДГБ Монкайтис - это был высокий, чуть сутуловатый мужчина лет тридцати пяти без особых примет, с какими-то стертыми, невыразительными чертами лица - остановился в шаге от бывшего однокурсника по полицейской академии. Он сначала поправил дужку солнцезащитных очков, в которых в это закатное время не было надобности. Потом где-то с минуту разглядывал задержанного его людьми на окраине Паланги водителя "лэнд-круизера"...

- Гражданин Нестеров?

- Он самый... Хватит ломать дурочку, Феликс! Что это за цирк с перехватом и ряжеными клоунами?!

- Вы задержаны, гражданин Нестеров... как главный подозреваемый по делу о взрыве на вилле "Рокос-четыре"! - Монкайтис щелкнул в воздухе пальцами. - Наденьте на него наручники и везите в местный комиссариат. Там мы его и допросим!


Стаса усадили в подъехавший микроавтобус с затонированными стеклами. Который сразу же, включив сигналку, развернулся и покатил к перекрестку - полицейский комиссариат Паланги, куда решено было увезти одного из задержанных, находится на южной окраине, в лесном массиве за Ботаническим садом...

- А я? - проводив глазами транспорт, увезший ее приятеля, растерянно произнесла Ирма. - А со мной что будет?

- Это будет зависеть от тебя, Ир... от вас, Мажоните! - перейдя вновь на официальный тон, поправился старший инспектор литовской госбезопасности. - Ваше дело, верить мне, или нет, но... В данном случае я действую не только в интересах закона и правопорядка. Но и, хочу... говорю прямо!.. предоставить лично вам спасительный шанс!

- Я ничего не поняла. Так я могу быть свободна?

- Нет, - нахмурив брови, сказал Монкайтис. - Вы поедете с нами!

Адвокатессу - на нее не стали надевать наручников - усадили на заднее сидение мерсовского джипа. Рядом с ней устроился сотрудник госбезопасности. Монкайтис уселся рядом с водителем в кресло пассажира.

Спецтранспорт ДГБ, который сопровождала машина с экипажем местной дорожной полиции, проследовал через центр к району частных гостиниц и гостевых вилл, расположенных вдоль моря левее от ведущей к пирсу пешеходной улицы.

Водитель джипа притормозил метрах в тридцати от домовладения, на площадке перед которым все еще стоял поврежденный взрывом внедорожник "BMW X5".


- 36 -


Ирму Мажоните вывели из транспорта.

Она, конечно, старалась держаться хладнокровно. Хотя и чувствала себя, мягко говоря, не в своей тарлелке. Кое-какие детали, прежде, чем гэбист перебросился словцом с подошедшими к нему мужчинами в полицейской форме, она все ж успела разглядеть.

Местность площадью примерно в полгектара, в центре которой как раз и находится гостевой особняк "Rokos Villa 4", была ограждена - тянущейся в нескольких направлениях - желтой заградительной лентой. Строение пострадало от взрыва не очешь сильно: лишь вышибло стекла на первом этаже (на втором - что удивительно - стеклопакеты казались совершенно неповрежденными). И еще в одной стороне, как раз в той части участка, куда смотрит корма лишенного стекол, закопченного, с оторванной дверцей багажника "икса", повалены две секции ограды, имитирующей хуторской плетень... Ну и сама плитка на парковке местами выщерблена, местами в пятнах гари и копоти...

А больше - никаких повреждений!

Останков тоже не было на виду: по-видимому, то, что осталось от Завального, уже увезли.

Чуть левее, в полусотне шагов, чуть подальше того места, где их с Нестеровым застигло это несчастье, кучковалась группка граждан.

То ли местные, то ли отдыхающие... Зеваки, одним словом.

Возле ленты ограждения там и сям стоят полицейские и какие-то мужчины в штатском. За эту черту они никого из сторонних не пропускают.

Надо сказать, место, куда ее привезли сотрудники ДГБ, не выглядело столь ужасно, как она себе представляла. Когда они бродили со Стасом по Паланге, мучительно размышляя- вернее, это она размышляла и терзала себя сомнениями, а Нестеров-то решение принял сразу - о случившемся, в ее воображении рождались картины одна страшней другой.

Ей казалось, что взрыв - а она допускала еще и возможность возникновение пожара - разнес, спалил всю эту часть курортного города...

Ан нет. Стас оказался в этой части прав - никаких особых разрушений она не увидела. Даже джип не сгорел дотла; сильно пострадала лишь кормовая часть "икса". Да и зевак здесь оказалось много меньше, чем если бы действительно этот взрыв потряс всю Палангу...

Может, полиция установила еще один кордон, еще одну линию заграждения, через которую не пропускают простых смертных, не имеющих отношение к расследованию? Или этим самым "простым смертным" вообще ничего не известно - толком не известно - о взрыве и о том, что произошло с постояльцем гостевой виллы?.. У нет нет ответа на эти вопросы.


К ним - к Ирме и охраняющему ее сотруднику ДГБ - подошел Монкайтис.


- 37 -


- Итак, Мажоните?! У вас было время подумать!

- Подумать? Но... Но о чем я должна была "подумать"?

- О своем будущем! И об интересах нашей общей Родины!

- Не понимаю.

- Хватит ломать дурочку! Все ты... все вы понимаете! - жестко и как-то даже зло произнес гэбист. - Вы в курсе, кто проживал в этом вот, - Монкайтис жестом указал на виллу - строении?

- Эммм... Нет. А что, должна знать?

- Может, вы и Игоря Завального... гражданина России... резидента соседней области - тоже не знаете?

- Игоря Завального?

- Не попугайничайте!

- Хм... знакомая фамилия. Кажется, я знаю, о ком идет речь... А что, собственно, случилось? И в чем конкретно меня... и моего знакомого - обвиняют?

- Поидиотничай тут мне! - приблизившись к ней вплотную, прошипел старший инспектор. - Так вы знакомы с Завальным? Да или нет?!

- Это что, допрос?

- Пока что я с тобой... с вами, Мажоните, так сказать, по старому знакомству... обхожусь "по-хорошему"! Не испытывай моего терпения.

Ирма подумала, что отрицать факт знакомства с россиянина, как минимум, глупо, а, как максимум, опасно. Возникнут потом ненужные вопросы... Она чуть отстранилась от наседающего на нее гэбиста. После чего дрожащим голосом произнесла:

- Нет, ну я правда не понимаю, господин старший инспектор! Из-за чего вы так сердитесь?! Вы, кажется, спрашивали про Завального? Да, мы с ним немного знакомы.

- Про себя говорите! Значит, знакома с Завальным?

- Знакома немного. Но так... шапочное знакомство. А в чем дело-то?

- Внимание! Очень важный вопрос. Вы встречались сегодня с гражданином Завальным?! Да или нет.

- Что? А-а... нет, конечно. Не встречались.

- Врете! Вы ведь приехали в Палангу... без четверти час дня?

- Гм. А откуда вы знаете? Да еще с такой точностью! Ну... допустим. Хотя лично я время не засекала... Ах да... - словно только что вспомнив, слабым голосом произнесла Ирма. - Этот ваш Завальный...

- Не мой, а ваш!

- Кажется, это он звонил недавно моему приятелю на мобильный! Вроде как приглашал нас куда-то. То ли в ресторан, то ли еще куда. Я так толком и не поняла!

- И что? Вы пошли к нему? Или один Нестеров к нему отправился, а вы находились где-то в другом месте?


- 38 -


- К Завальному? Я же сказала, мы с ним не разговаривали. Стас был все время со мной... то есть, мы были вместе всю эту поездку!

- Вы слышали взрыв? Лично вы, Мажоните!

- Взрыв? Не понимаю! А что... Что-то взорвалось?..

- Опять сельскую дурочку из себя корчите, госпожа адвокат!

- А вы прекратите меня оскорблять, господин старший инспектор! - сухо произнесла Ирма. - Что за хамская манера?!

- Вот что, Мажоните! Я пока склонен думать, что Нестеров, этот ваш друг сердечный и приятель вашего брата... Что он вас... да, да, лично вас... использовал - "в темную"!

- Меня? В темную? Как это? Что за ерунда... ничего не понимаю! Вот вы, кстати, про взрыв спросили...

Ирма замолчала; прошла, наверное, минута, прежде, чем она вновь заговорила.

- Ну, не знаю... Мы с приятелем шли по дорожке в Ботанический сад - от пирса. И услышали какой-то хлопок... Но не очень сильный хлопок, я бы сказала... Я еще спросила у Стаса: "А что это за звук такой?" Он пожал плечами и ответил, что здесь часто балуются подростки. Да и в гостиницах иногда используют пиротехнику...

- Пиротехнику? - переспросил Монкайтис. - Что это была за "пиротехника"? Говорите точней!

- Да откуда мне знать?! Я в этом не разбираюсь.

Монкайтис бросил взгляд на наручные часы.

- Не хотите "по-хорошему", госпожа адвокат... полагаю, бывший адвокат... Будем действовать строго... по закону!

- Да вы сами злостно нарушаете! - вспыхнула Ирма. - На каком основании, господин старший инспектор, вы меня задержали? И почему я вообще должна здесь стоять и отвечать на ваши... На ваши идиотские вопросы?!

- Я по-прежнему склонен считать, - процедил Монкайтис, - что Нестеров использовал вас для прикрытия своих преступных планов. Вы - всего лишь марионетка в его руках! Я рассчитывал, что вы добропорядочный и законопослушный член общества! Что вы, наконец, настоящая литовка и патриот своей страны! Но... Если вы будете и дальше продолжать в том же духе, то это закончится тем, что вы из свидетельницы превратитесь в соучастницу! Я понятно излагаю?!

- Вы говорите чушь. - Ирма, поморщившись, отвернула лицо в сторону. - В очередной раз поражаюсь, насколько некомпетентными бывают сотрудники спецслужб...

- В транспорт ее! - скомандовал Монкайтис. - Сначала в горбольницу... в морг! Потом... потом я скажу, куда!


В морге Ирма пережила несколько весьма неприятных минут.

- 39 -


Спецслужбисты, надо сказать, начав с ней "по-хорошему", затем стали давить по полной. Настоящий психотеррор устроили...

Спасибо еще, что иголки под ногти не загоняли.

Почему, на каких основаниях именно ее привезли в морг при местной больнице?! Почему именно ей, Ирме Мажоните, молодому адвокату из Вильнюса, приехавшей в Палангу со своим приятелем Стасом Нестеровым, предложили - вернее, на этом настояли настояли - участвовать в некоем "предварительном опознании"? Ей так толком и не объяснили...

- Вы подтверждаете, что останки принадлежат вашему знакомому, гражданину Российской Федерации Завальному Игорю?

Ирма старательно отворачивалась от страшных останков, на которые ей предлагали посмотреть и кого-то там в них опознать...

- Значит, вы отказываетесь сотрудничать со следствием?!

- Я протестую!- едва слышно сказала она. - Я решительно протестую... Вы нарушаете закон... и мои права!

Наконец ей стало дурно... Кажется, она потеряла на какие-то мгновения сознание.

Врач, присутствовавший при данном мероприятии, сунул ей под нос ватку, смоченную нашатырным спиртом. Затем он настоял, чтобы девушку вывели на свежий воздух.

Ирму усадили на лавочку - неподалеку от входа в морг, расположенного с торцевой стороны одного из зданий больничного комплекса. Прошло несколько минут прежде, чем она справилась с приступом тошноты.

К ней вновь подсел старший инспектор Монкайтис, и, меняя интонации с мягкой, почти отеческой, на угрожающие, попытался ее разговорить. Но Ирма стояла на своем. Пока не будет предъявлено - в установленной законом форме - обвинения, пока не будет ясности, в чем именно ее обвиняют, никаких показаний она давать не станет.

Тем более, что, согласно литовским же законам, обвиняемый - даже обвиняемый!.. - совершенно не обязан давать показаний и имеет полное право, как говорится в классической формулировке - "хранить молчание"...

В какой-то момент она заметила, как к зданию больницы в сопровождении двух полицейских машин подкатил массивный фургон черного цвета...

Когда конвоиры - или кто там они были - выводили из фургона Стаса, она увидела его лишь мельком - со спины. На нем, как ей показалось, была какая-то то ли тужурка, то ли форменная куртка...

"Заставили переодеться? - пронеслось у нее в мозгу. - Но... зачем? Хотя... Могли забрать одежду для нужд экспертизы. Если на ней, на одежде, сохранились частицы взрывчатых веществ, то Стасу будет трудно - если вообще возможно - отпереться от предъявленного ему обвинениния в покушении на убийство - и, собственно, в убийстве - гражданина РФ Игоря Завального..."

Спустя нескоко минут Нестерова вывели из помещения морга. Она

- 40 -


встала с лавочки, но тут же была поймана за руку ходящим за ней весь вечер - как тень - сотрудником ДГБ.

- В машину ее! - скомандовал Монкайтис. - В наш транспорт! А этого... дружка ее - в "колбу"!

Прежде, чем молодую женщину усадили на заднее сидение джипа, принадлежащего столичному управлению ДГБ Литовской Республики , - здесь тоже было над чем подумать!.. - Ирма успела еще разок глянуть на своего возлюбленного, с которым у нее в последнее время несколько разладились отношения.

Она увидела, как двое сотрудников в бронежилетах и шлем-масках, придерживая Нестерова - на запястьях Стаса по-прежнему красуются наручники - сопроводили его в черный фургон. Она была женщиной информированной и неплохо разбиралась в этих вопросах... Внутри спецфургона находится так называемая "колба": отделение из пуленепробиваемого стекла с наглухо вмурованным в пол стулом. К которому - специальными ремнями и защелками - прикрепляют перевозимого преступника...

И, надо сказать, в таком транспорте принято перевозить лишь особо рода личностей - преступников, представляющих серьезную опасность для общества и государства.


...В начале первого ночи небольшая кавалькада машин, сопровождаемая машиной дорожной полиции, озаряющей себя и дорожное полотно видимыми издалека всполохами проблесковых маяков, потянулась на выезд из Паланги. И вскоре покатила, набирая скорость, по шоссе, ведущему на трассу Клайпеда-Каунас-Вильнюс.

Никто или почти никто из тех, кто отдыхал в этом прекрасном курортном городе, равно как даже и те, кто передвигался в этой колонне спецтранспорта, не отдавали себе отчета в важности сегодняшних событий. В их невероятной важности как для высокопоставленных личностей, так и для многих рядовых обывателей.


+ + +


- 41 -


Г Л А В А 5


Независимая испытательная лаборатория "ИсВодЗапЦентр" располагается в квартале от Центрального городского рынка, в арендуемых помещениях небольшого двухэтажного особняка, вторую половину которого занимает Донорский центр.

Марина пришла на работу запыхавшаяся: долго ждала маршрутку. Заведующая, молодящаяся женщина лет пятидесяти с высветленными волосами и унизанными кольцами холеными пальцами, увидев, как ее ведущая сотрудница тихонько, словно мышка, прикрыла за собой дверь и стала надевать халат, бросила на нее недовольный взгляд.

- Опаздываем! - сказала она звучным голосом. - Я, что ли, буду за вас работать, Марина Анатольевна?! Вы вчера предупреждали, что придете на час позже, так? То есть, к десяти. А сейчас... на часах уже без четверти одиннадцать!

- Извините, Светлана Николаевна. У меня что-то с машиной... Не заводится... Пришлось на маршрутке добираться.

- Привезли пробы с "Водоканала". К двум дня чтоб были сделаны анализы!

- Хорошо, Светлана Николаевна.

- А потом с лаборантками закончите ту работу, что начали вчера!

- Сделаем. Скажите... а заказанные реактивы привезли?

- А вы разве не видите, чем мы тут без вас занимаемся? - заведующая кивнула на лежащие на столе упаковки, часть из которых уже были вскрыты. - Разбираем вот! Привезли все, что мы запрашивали.

Светлана Николаевна посмотрела на часы.

- Ну все, хватит болтать! Мне через час надо быть в СЭС*! Так что помогите мне разобрать оставшиеся упаковки! А потом беритесь за анализы - к двум часам приедет курьер из "Водоканала".


До двух пополудни Марина Панова, ведущий специалист лаборатории, работала, не покладая рук.

Заведующая уехала в областную СЭС в половине двенадцатого и обещала вернуться лишь к концу рабочего дня. Еще одна сотрудница отпросилась на прием к стоматологу. В лаборатории остались лишь трое живых душ: две девушки, студентки химфака Университета им. Канта, подрабатывающие здесь лаборантками, да сама Марина.

Когда с обработкой забранных специалистами проб было покончено и были заполнены протоколы, Марина отпустила девушек - они

--------------

*СЭС - санэпидемстанция.


- 42 -


работают здесь на полставки.

Кстати, когда-то она и сама, будучи студенткой химфака все того же местного университета, подрабатывала и в СЭС, и в лаборатории МЧС. И даже примерно с полгода трудилась практикантом-провизором в аптеке... Чуть легче в материальном плане стало после того, как вышла замуж за моряка, штурмана дальнего плавания. Но с семейной жизнью у них как-то не заладилось. Развелись на четвертом году, так и не нажив ни детей, ни совместной собственности. Хорошо еще, что отец Марины, - он военный пенсионер - уезжая на ПМЖ с новой семьей в Рязанскую область, оставил единственной дочери небольшую квартирку и дачу в пригородном поселке Чкаловск...


Никакой еды из дому она не захватила. Девочек гонять за провизией как-то неудобно... "Да и незачем, - подумала Панова - если учесть, что сегодня вечером состоится прощальный ужин в ресторане. Можно и потерпеть до конца рабочего дня. Здесь найдется чем перекусить - в шкафчике есть печенье, которая она же пару дней назад и покупала".

Марина насыпала в джезву свежесмолотый кофе. Налила из бутыли дистиллята, поставила на включенную электроплитку. Вспомнила о просьбе Алексея протестировать содержимое ампулы, которую он ей передал еще в понедельник. Вот сейчас она попьет кофе и тогда можно будет заняться этим "левым" заказом. У них здесь, в лаборатории, стоит прекрасное современное оборудование. Преимущественно - немецкое. Надо отдать должное заведующей: она хотя женщина строгая, но благодаря своим связям в местных верхах и своей распорядительности смогла создать - почти на пустом месте - едва ли не лучшую в регионе лабораторию.

И оклады сумела пробить для небольшого штата сотрудников весьма приличные по местным меркам.

"Кстати, - подумала она. - А почему это Костин помалкивает весь день!?"

Марина, в такт своим мыслям, покачала головой. Ох уж эти мужики! Когда им что-то нужно, когда они надеются получить доступ к телу или просят о каком-то одолжении, то разливаются соловьями. Понятно, что все то, что говорят и обещают мужчины, надо делить на двадцать восемь. Но со стороны Алексея это чистое свинство. Сегодня ведь последний день его работы! И последний же вечер (а может, и ночь), когда они смогут побыть вместе перед его отъездом в Москву....

Марина достала из сумочки мобильный телефон. Она уже не менее пяти раз набирала номер своего приятеля. Но сотовый Костина почему-то не отвечал. И даже SMS сообщений ей пока не удалось отправить. Странно.

Не успела она спрятать трубку обратно в сумочку, как та вдруг запиликала.


- 43 -


Марина, обрадовавшись, - наверняка Алексей звонит! - ответила, даже не глянув на экранчик.

- Ну и где тебя носит, дорогой мой?!

В трубке - после небольшой паузы - послышался женский голос; это была соседка по лестничной площадке. Пожилая женщина лет семидесяти, которая в свое время едва ли не заменяла Марине родную бабушку...

- Мариша? Алло... ты меня слышишь?

- Тетя Дуся? - в голосе Пановой послышались нотки удивления (она уже и не помнила, когда ей в последний раз звонила соседка, да еще и на мобильный). - Извините, я вас перепутала с другим человеком.

- Мариша, тут такое!..

- Что? Говорите громче, теть Дуся! Плохо вас слышу! Или... Давайте я сама вам перезвоню!

- Нет, не надо перезванивать. А говорю тихо, потому что аппарат у меня... ты же знаешь... в коридоре!

- И что? Я не понимаю.

- А они... эти... там! На площадке и у тебя в квартире!

- Кто?

Марина, услышав шипение, метнулась к столу, на котором стоит электроплитка... Сбежал кофе, не уследила.

- Вы о ком, теть Дуся? Что происходит?

- А ты что, ничего не знаешь?

- Эээ... А что я должна знать?

В трубке вновь послышался слабый - и как бы сдавленный - женский голос. Пановой приходилось напрягать слух, чтобы разобрать то, что пытается донести до ее ушей соседка по лестничной площадке.

- Тут какие-то мужчины пришли! Двое в форме! И какие-то гражданские!

- Мужчины? К вам?

- Нет... слушай сюда! Они поначалу к тебе в дверь звонили! И стучали кулаками! Ну а я... я в глазок наблюдала! Вдруг, думаю, какие-то воры... Ну или этот, твой дружок?! Хотела выйти и сказать, что ты около десяти ушла... На работу, верно?

- Да, теть Дуся, я на работе. Но пока ничего не...

- А они... эти... стали звонить в другие двери! И ко мне тоже позвонили!

- А кто они такие, тетя Дуся?

- Из милиции! Один из них показал документ.

- И что?

- А ничего... Спросили, кто живет в квартире номер "десять".

- Так это ж моя квартира!

- Вот и я так подумала!.. Я им сказала: "Да, я знаю эту женщину... знаю ее с младенческого возраста! А вам что нужно здесь?"

- А они что?


- 44 -


- А их старший сказал... дословно так: "Мы бы хотели поговорить с гражданкой Пановой Мариной Анатольевной! Вы не знаете, где она сейчас может быть? И как нам ее поскорей найти?"

- Эммм... Милиция? Ищет?? Меня??? Но... зачем?

- Вот и я не поняла! Я им, Мариша, не сказала, где ты работаешь.

- Да могли бы и сказать, это не тайна.

- Не люблю я этих, в форме. Ты же знаешь.

- И что дальше? - Панова почувствовала себя героиней какого-то дурацкого абсурдистского представления. - Так они ушли? Или там еще, на площадке?

- Я ж говорю тебе! Они ходят по соседям и что-то выспрашивают! И еще я видела... из окна... как двое в масках...

- В масках? В каких масках?

- Ну в этих... в каких по телевизору бандитов арестовывают!

- А... в шлем-масках? Спецназ?

- Не знаю... Но они, Мариша, вскрывали твою машину! Они и сейчас, кажется, возятся там. Могу глянуть в окно и тогда скажу точно!

- Нет, нет... подождите! Нич-ч-чего не понимаю.

- Да, вот еще что! Они про т в о е г о спрашивали! И даже его фото показали!

- Что? Говорите громче!

- Про твоего спросили! - соседка заговорила чуть громче. - Но я сказала, что его... этого вот, про кого они спрашивают... Что я его не припомню, такого вот! Что, может, и видела, но у меня глаза слабые и память никакая.

- Вы про кого, тетя Дуся?

- Про этого... парня твоего! Алексеем его зовут, так? Вы ко мне две недели назад заходили! Я вас чаем с тортом поила. Забыла?

- Ах, да... Но...

- Подожди, девочка, мне в дверь звонят!


В трубке послышались частые гудки. Марина минуту или две с потерянным видом бродила по помещению, натыкаясь на мебель. Никак не могла собраться с мыслями.

Действуя на автомате, сняла с плитки турку со следами коричневых потеков. Вылила кофе в раковину. Вымыла посудину под струей теплой воды. Затем взяла губку и протерла поверхность плитки и столешницу.

"Нет, нет... это какое-то недоразумение! С какой это стати милиция станет интересоваться мной? Что я такого сделала, чтобы ко мне приходили люди в форме? Да еще и какие-то субъекты в "шлемах" вскрыли машину и что-то там ищут?! И при чем тут, хотелось бы знать, Костин? Он ведь сам работает в органах! Ну и ну..."


- 45 -


Марина вновь схватилась за трубку. Надо позвонить в милицию, в дежурную часть! И спросить прямо, что за интерес у милиции к "гражданке Пановой"!..

Она уже набрала было 02, но, когда ей ответил мужской голос, дала отбой.

"Надо сначала прозвонить Люде Шварц... Как же я сразу не догадалась!.."

Марина, щелкая кнопками, нашла в телефонной книге мобильника номер нужного ей человека. С Людмилой она познакомилась с год назад - через Алексея. Тот приятельствует с Игорем Завальным, бывшим сотрудником органов, который нынче имеет собственное детективное агентство. Или частное охранное предприятие... она в этих делах не очень разбирается. Ну и вот: Людмила живет в гражданском браке с Завальным. Сама она еще недавно работала - служила, вернее сказать - в пресс-центре Управления внутренних дел. А теперь, после увольнения из органов, трудится в нотариальной конторе, благо у нее имеется какое-то юридическое образование.

В трубке послышался энергичный женский голос:

- Мать, ты с кем это болтаешь по часу?! И куда ты вообще пропала?! Алло!..

- Ээээ... я? Никуда не пропадала.

- Я тебе звонила пару раз! У тебя было занято!

- Ну... Я тут говорила с одной знакомой... Слушай, Люда... Что вообще происходит! Мне вот только что сказали, что... Что ко мне в адрес приходила милиция!

- Хм... даже так? Это, мать, не очень хорошо.

- Не темни, подруга! Я никак не могу понять...

- Так ты не в теме?! - перебила ее собеседница. - Ты что, не знаешь, что Костина арестовали?!

- Алексея? Арестовали?! Как?! За что?!!

- Ну ты даешь, мать... Утром его взяли! Я особых подробностей пока не знаю. Но слышала от одного информированного товарища, что его обвиняют в убийстве...

- Что?? Костина? Обвиняют в убийстве?

- В двойном убийстве - так мне сказали!

- Что за чушь!!

- И его вроде как взяли прямо... прямо на месте! С поличным. Задержали, когда он убивал этих двух!

Панова ощутила, как почва уходит у нее из под ног. Потребовалось отчаянное усилие воли, чтобы элементарно устоять на ногах. И чтобы не завыть в полный голос.

- Эй... Марина! Ты чего молчишь! Ты это... не молчи! Говори что-нибудь! А еще лучше... Вот что, давай-ка лети сейчас ко мне! Я только что


- 46 -


в адрес приехала, чтобы принять душ и переодеться!.. Да, я по старому адресу! Приезжай давай! Ты меня слышишь?

Панова с трудом заставила себя продолжить разговор.

- Слышу. Я... я просто не знаю, что мне делать, Люда.

- Ты вот что. Пока не бери ничего в голову! Тут знаешь... игры крутых взрослых мужиков. С ними не соскучишься!

- Что ты имеешь в виду?

- Может, подстава какая?! Давай, подруга, бери ноги в руки и дуй и ко мне! Кстати, ты-то Алексея сама когда видела в последний раз? Хотя... молчи, молчи! Ничего больше не говори! Это не для телефона...

- Люда, скажи... а твой Игорь сможет помочь Костину? У него ведь связи в этих сферах.

- Игоря нет в городе! Он уехал к соседям - по какому-то делу. Завтра, наверное, уже вернется!

Панова услышала сторонний звук... Ага, звонят по городской линии!

- Люда, я тебе через минутку перезвоню!..


Марина сняла трубку городского аппарата.

- Испытательная лаборатория. Слушаю вас!

В трубке послышался зычный мужской голос.

- Здравствуйте. У вас работает такая сотрудница... Панова Марина Анатольевна?

- Да... это я. Слушаю.

- Марина Анатольевна? Очень хорошо! Нам нужно с вами встретиться и поговорить!

- А вы, собственно...

- Ваш офис находится... - мужчина назвал адрес. - Правильно?

- Эммм... да, правильно.

- Пожалуйста, никуда не отлучайтесь.

- Послушайте... алло... алло!

Некоторое время она стояла недвижимо, пытаясь понять, чтобы мог означать этот звонок. Потом медленно положила трубку.

Лицо у нее пылало; во рту вдруг стало сухо... И вся она как-то сразу высохла, как-будто находилась не в своем офисе, не в лаборатории в центре полумиллионного города, раскинувшегося на берегах Преголя, но совершила изнурительный многочасовой переход по пустыне под палящим солнцем...

Открыла дверцу холодильника; нашла бутылку с питьевой водой. Открутила пробку и стала жадно пить прямо из горлышка...

Прозвонили в дверь. Марина глянула в экранчик монитора: над входом и в коридоре стоят две телекамеры (охраны у них здесь нет). Убедившись, что


- 47 -


пришла коллега, та самая сотрудница, что отпрашивалась у заведующей с утра на прием к зубному, она впустила ее в офис.

- Марина... да на тебе лица нет, - сказала та, снимая легкую куртку - Ты чего, заболела?

- Ммм... Как-то не очень хорошо себя чувствую.

- Так шла бы домой!

- Заведующая велела дождаться ее возвращения. Она ушла в СЭС... и еще куда-то. Сказала, что вернется к пяти часам.

Запиликал сотовый. Панова сверилась с экранчиком... Людмила!

- Ну что, мать? - раздался в трубке бодрый голос. - Так ты собираешься ко

мне? Приехжай.

- Думаю пока. Не знаю, как мне поступить...

- А чего тут долго думать?! Не тормози, мать! Ты меня слушаешь?

- Да.

- У меня тут есть один знакомый! Он из органов! Весьма информированный, скажу тебе, мэн! Мы даже без Игоря тут сами сможем собрать всю предварительную информацию!

- Думаешь?

- Уверена! Заодно, кстати, расскажешь мне, о чем вы говорили с Костиным, когда виделись в последний раз! Это может быть важным... Здесь надо хорошенько все обдумать!

- Люда, мне вот только что прозвонили.

- Кто звонил?

- Мужской голос. По-моему, это из органов. Переспросил... уточнил адрес офиса! И сказал, чтобы я, значит, "никуда не отлучалась".

- Fuck!

- Что? Я не поняла.

- Вот что... Ты, Марина, человек взрослый и решать тебе! Но я бы тебе посоветовала сваливать из твоей конторы! Прямо сейчас, сию же минуту!

- Уйти с работы? Но... Но я должна дождаться возвращения заведующей!

- Какая, еще, на хрен, заведующая? Тебе, мать, надо о другом думать! - В трубке послышались какие-то сторонние звуки. - Так... минутку... мне звонят по другому мобильному!..

Марина услышала, как ее знакомая, Людмила Шварц, ответила кому-то на звонок.

- Да... Да, я сейчас в старом адресе. Есть что-то от Игоря? Не по телефону? Так ты, значит, подъедешь? Уже поднимаешься?..

Связь оборвалась, так что Марина не смогла дослушать, чем закончился разговор ее знакомой с только что прозвонившим ей на другую трубку собеседником...


На сборы у Пановой ушло не более минуты. Она сгребла в охапку плащ,


- 48 -


сумочку, крикнула только что вернувшейся сотруднице:

- Я тут по одному делу... отлучусь ненадолго!

Не дожидаясь ответа, потянула на себя массивную дверь и выбралась из офиса.

"Что я делаю? Куда я иду? Зачем? И за что это мне все?..."

Панова сбежала по невысокому крылечку.

Хотела было воспользоваться привычным маршрутом. Но вдруг увидела, как к соседнему особняку - точь в точь такое же двухэтажное здание, как то, в котором находится лаборатория - подъехала легковая автомашина темно-синего цвета с тонированными стеклами.

Из салона и через правую переднюю дверцу споро выбрались какие-то два крепыша в штатском.

Один направился к парадному особняка, в котором - о чем свидетельствовали и вывески у парадного - находится турагентство и риэлтерская фирма. Другой, что-то крикнув, показал на видимую ему теперь табличку с номером дома...

Панова в этот момент так испугалась, что и сама не заметила, как ноги понесли ее за угол дома! А затем, проскользнув через калитку в металлической ограде, она, торопливой походкой, едва не сбиваясь на бег, направилась в сторону павильонов рынка, до которого от их офиса не более полусотни метров...


Прошло какое-то время, прежде чем Панова вновь обрела способность соображать, а не нестись, куда глаза глядят.

Пройдя через рынок, на котором торгашеская активность к этому времени ощутимо спала, она перебежала через запруженную транспортом улицу Черняховского. Остановилась, кое-как перевела сбившееся дыхание...

В газетном киоске купила бутылочку воды, а также... пачку сигарет. И еще зажигалку. Она курила изредка, в компании. И, признаться, особого кайфа от курения не испытывала. Так, баловство. Но вот сейчас ей, как никогда, захотелось курить.

У Пановой так тряслись руки, что она сначала сломала сигарету, затем повредила себе ноготь...

А потом и вовсе уронила зажигалку на землю.

Какой-то сердобольный мужчина нагнулся, поднял зажигалку, высек огонь, дал ей прикурить... Он что-то сказал, но Панова не расслышала - поблагодарила его кивком и отвернулась.

"Людмила здесь живет совсем рядом, - подумала она.- Минут десять ходьбы... Да, именно так! Сначала к Люде Шварц! А потом... Потом все ж таки придется, наверное, самой сходить в ближайшее отделение милиции. А еще лучше... да, лучше позвонить! И узнать, что за вопросы у органов к


- 49 -


Марине Анатольевне Пановой.

Она сделала две или три затяжки; закашлявшись, бросила сигарету в урну.

- Девушка, с вами все в порядке? - поинтересовался тот же мужчина, что дал ей прикурить. - Может, какая помощь нужна?

Она посмотрела искоса - незнакомый с виду мужчина, лет тридцать пяти, коренастый, ранние залысины...

- Спасибо... ничего... я сама справлюсь. И не ходите за мной... ну что за люди?!!


Панова направилась в известный ей адрес. Людмила, проживая в гражданском браке с Завальным, не только сохранила свою собственное недвижимое имущество, но и, насколько Панова была в курсе, неплохо поднялась в последние два-три года. Здесь, в центре, у нее собственная четырехкомнатная квартира, доставшаяся, кажется, от "бывшего". В старой, еще советской постройки десятиэтажке, правда, но и такие метры стоят здесь немалых денег. Также у нее есть своя "трешка", но уже в новом элитном жилкомплексе "Королевский парк". А еще у них с Завальным - уже как бы на пару - имеются большая квартира в комплексе "Аквамарин" и дом в Зеленоградске, который используется как летняя дача.

"Бюргерская" фамилия досталась бывшей сотруднице милицейского "информбюро" УВД от прежнего мужа, человека с поволжско-немецкими корнями. Тот какое-то время работал в обладминистрации. А потом, уже после состоявшегося развода, уехал на ПМЖ в Германию. "Шварцихе" - так ее иногда зовут за глаза - чуть за тридцать. Рослая, фигуристая блондинка. Одно время ходила брюнеткой, оправдывая фамилию, доставшуюся от "бывшего". Умная, коммуникабельная, ловкая... и довольно циничная особа, как про нее поговаривают.

Но что Марине до этих слухов? Люда Шварц ничего плохого ей не сделала. Главное, что к Костину "Шварциха", как поняла своей женской интуицией Марина, равнодушна (Лешка ведь не богат и должностишка у него мелкая)... Соответственно, и Марина ей никогда дорогу не переходила, на ее мужика не засматривается. Так что делить им нечего. Они, кстати, не вот чтоб совсем близкие подруги. Но в последнее время, когда их мужики стали контачить чаще по каким-то своим вопросам, доводится и им, "боевым подругам", чаще общаться.

Марина свернула во двор, уставленный машинами.

Она уже видела коричневато-серую панельную десятиэтажку - с тыла.

У этого жилого здания четыре подъезда. Квартира на девятом этаже. Людмила Шварц держит эту жилплощадь для каких-то своих целей... "А вот это не твое дело! - решительно оборвала свой внутренний голос Панова. - У тебя своих проблем полон рот! И нечего совать нос в чужую жизнь..."


- 50 -


Панова шла по плиточному тротуару, приближаясь к торцу нужного ей дома. Ей осталось лишь свернуть за угол и пройти к дальнему подъезду.

И в этот самый момент она вдруг услышала чей-то истошный крик - он донесся именно с той стороны, куда она направлялась.


Марина, замедляя шаги, обогнула угол десятиэтажки, выйдя на ту сторону, откуда можно пройти в подъезд.

Она еще толком не сообразила, что за шум тут учинился, что за беготня... А потому продолжала идти к "дальнему" подъезду. Шла по тротуару вдоль фасада жилой многоэтажки, пока не уткнулась в спины каких-то людей.

- Вызовите скорую! - крикнул кто-то фальцетом. - Позвоните "ноль-три"!

- Бесполезно... - подал голос какой-то мужчина в спортивном костюме, выгуливавший крохотного пинчера (какового - тот дрожит, как осиновый лист - он сейчас держит под мышкой). - Она головой вниз спикировала! Ты чё, не видишь, что у нее шея на фиг свернута!! И череп лопнул... как арбуз!

- Это из ментовки женщина! - сказал какой-то худой мужчина, выковыривая сигарету из пачки. - Она вроде с девятого этажа?! Блондинка... такая крутая вся из себя!

Послышались звуки сирены - не то "скорая" неслась по вызову в адрес, не то милицейский патруль спешил на место ЧП...

Панова, у которой вдруг стали подкашиваться ноги, все же подошла ближе.

Протиснулась в первые ряды зевак, количество которых, в купе с прибежавшими мальчишками, игравшими поблизости в футбол, увеличивалось на глазах.

Поднявшись на цыпочки, стала смотреть через плечо того мужчины, что держал на руках собачку - на тело.

То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть и отшатнуться...

Кто-то сзади дернул ее за локоть... И этот же некто стал вдруг, схватив за предплечье, оттаскивать в сторону: прочь, прочь от изломанного, превращенного в груду костей тела!

- Кто вы?! - взвизгнула Панова, пытаясь вырваться, вывернуться из цепких мужских рук. - Куда вы меня тащите!!!

- Идите за мной! Здесь опасно!!!

- Отпустите! Я сейчас кричать буду!!!!

Мужчина, в котором она узнала того субъекта, что дал ей прикурить, а потом некоторое время шел за ней, резко дернул ее за плечи, развернул...

- Тихо, Панова! - прошипел он. - Не вздумайте орать!! В ваших же интересах не поднимать шум!!!!

Всего метрах в двадцати от них остановилась... та самая темно-синяя "ауди", которую она видела примерно получасом ранее!


- 51 -


Из машины выскочили двое!.. Ей хватило одного взгляда, чтобы узнать в этих крепышах, одетых в темные брюки и короткие кожанки, тех типов, которых она видела получасом ранее. Они, по-видимому, приезжали за ней, но перепутали адреса, подъехав к соседнему особняку!

Но... но почему, зачем они приехали сюда, в адрес, где проживает Людмила Шварц? И что они делают во дворе дома, из окна девятого этажа которого несколькими минутами ранее выбросилась молодая женщина?..

Один из крепышей, оглядевшись, вдруг уставился на них: на Панову и того незнакомца, который по какой-то причине взялся преследовать Марину.

Мужчина вдруг отпустил Панову.

И не просто отпустил, но еще и толкнул ее в спину, задав ей и скорость, и нужное направление.

- Бегите! - крикнул он. - Бегом отсюда, кому сказано!! А я их пока отвлеку!..


+ + +

- 52 -


Г Л А В А 6


Онуте Мажонене, мать пятерых детей и бабушка двенадцати внуков, весь день не находила себе места. Римас, отпрыск ее старшего сына, самый, пожалуй, непутевый из всего ее рода (и самый любимый ею, надо прибавить), отправился еще на рассвете с соседом на охоту - пострелять на озерах уток. И что же. Вот уже и длинный июньский день на исходе. Стемнело, так что подступающий с юга к ограде лес уже кажется сплошной темной стеной... А этот "шалтай-болтай", обещавшийся - вернее, знакомый Римаса, который за ним приехал, дал твердое слово - вернуться с охоты к полудню, все еще отсутствовал. Заставляя ее, семидесятипятилетнюю старуху, нервничать, переживать за своего непутевого внука.

Онуте после смерти мужа Пятраса хозяйничала на хуторе одна. Дети и внуки, конечно, настаивают на том, чтобы она продала усадьбу и переехала в город. В Панявежис, к примеру, где живут двое ее дочерей. Или в Вильнюс, где обосновались сыновья. Хутор с фруктовым садом, теплицей, двумя сараями, банькой и небольшим прудиком, к которому прирезан участок в два гектара, граничащий с лесом, предлагали продать. Вырученных денег хватило бы, конечно, и на добрую квартиру и на безбедную старость, и на подарки близким. Тем более, что сколько ей, старухе, осталось той жизни?..

Но бабушка Онуте на все эти разговоры отвечала всегда одно: "Вот когда умру, когда похороните рядом с дедом Пятрасом... Вот тогда продавайте наш родовой хутор кому хотите и за сколько хотите!"

Надо отдать должное: дети и внуки навещают ее здесь постоянно. Зачастую кто-то из близких гостит на хуторе по нескольку дней. Для городских людей ведь такая простая сельская жизнь это не только работа, но и отдых.

Нашелся у Онуте и еще один помощник. Года четыре назад, зимой, к хутору прибился некий бомж. Это был довольно дикого вида мужик, здоровенный, косматый и малость не в себе. Возрасту неопределенного, но что-то около пятидесяти.

Кроме всего прочего, бомж оказался еще и глухонемым.

Дети пытались навести о нем справки. Звонили и в полицию, и в органы опеки, и в психиатрических клиниках интересовались, не их ли это "клиент". Но никаких результатов это все не принесло. Потом сама бабушка Онуте сказала свое веское слово. Пусть, мол, остается на хуторе. Раз ему совсем негде жить и раз его никто не ищет. Мужик оказался, кстати, работящим - вкалывает на хозйстве с утренней зари и до заката...

А уж хозяйку, бабку Онуте, которая, кстати, могла в сердцах клюкой даже своих взрослых детей слегка "поучить", если дадут повод для гнева, он слушался, как ее не слушался даже ныне покойный муж, который был


- 53 -


известным в этих краях подкаблучником.

Поскольку своего имени бомж не объявил, не раскрыл (он, кстати, знает грамоту и хотя пишет с ошибками, но этот канал связи с ним все же существует), то Онуте сама дала ему простое незамысловатое имя - Вирас*. У бабушки Мажонене, надо сказать, вся имеющаяся на хуторе живность носит исключительно простые натуральные прозвища. Козел - Ожис, коза - Ожка. Конь или лошадь, когда таковые еще водились на хуторе - Арклис. Свинья или поросенок - Паршюкас, собака - Шунс.

Кстати, последний по счету хуторской Шунс, - подаренный одним из сыновей кобель породы "кавказская овчарка", - как повеялся куда-то дня три назад, отвязавшись с цепи, так с тех пор его никто и не видел...


Старая Онуте, уже не чая дождаться к ужину беспутного внучка, подкрепилась козьим сыром и ближе к полуночи стала разбирать постель.

Она уже собралась было переодеться в ночную рубаху, но увидела какой-то отблеск в окне. Вскоре послышался звук автомобильного двигателя.

Пожилая женщина, прихватив палку, на которую лишь иногда опиралась при ходьбе, выбралась через сени во двор. Откуда ни возьмись, появился Вирас. Надо сказать, "лешак" иногда пугал даже саму хозяйку своей привычкой появляться неожиданно - он словно вырастал из земли...

Вирас, на котором красуется длинный, почти до пят, дождевик, включил на электрощите пакетник. Вспыхнули огни; загорелся светильник, укрепленный на коньке крыши, рядом с "тарелкой", - ее установил Римас в прошлом году. Еакаляясь, взрезал темноту мощный прожектор, установленный на крыше каменного сарая - сноп света направлен на ворота, через которые можно проехать на сам хутор.

Онуте, приложив высохшую, костистую, но еще крепкую ладонь лодочкой к глазам, прикрываясь от света, смотрела на подъехавшую к воротам машину... Да, так и есть: в луче прожектора стал виден пятнистый джип-пикап, в прошлом числившийся на балансе литовской армии, а ныне списанный и приобретенный по случаю знакомым Римаса.

"Охотники" вернулись...

Она видела, как из салона, покинув кресло водителя, пошатываясь, выбрался мужчина в прорезиненной охотничьей куртке. Он подошел к корме; вытащил из кузова рюкзак и ружье... Передал их подошедшему к транспорту Вирасу. Потом они вдвоем, упираясь, покряхтывая, вытащили из джипа третьего. Этот "третий" и был, собственно, Римас Мажонас, внук хозяйки хутора, здоровущий мужик весом за центнер, так и не наживший - по мнению Онуте - ума к своим тридцати четырем годам.

----------

*Vyras - мужчина, человек (лит.).


- 54 -


Перехватив поудобней - двумя руками - клюку, бабка засеменила навстречь прибывшим. Она попыталась было огреть охотника,

владельца джипа, палицей по спине. Но - промахнулась...

Тот, бросив товарища на попечение Вираса, попятился к машине. Запрыгнул в салон, сдал задом... Затем, едва не зацепив электрический столб, кое как выровнял машину и покатил прочь от хутора!

- Дурак! - крикнула Онуте. - Куда же ты поехал... пьяный ведь! Стой!.. Вернись, сынок, кому сказано! Вот же дураки!.. Как же можно?! Пьяные, дурные на всю голову, с оружием! Да еще и на машинах ездите!! А чтоб тебя!..

Она погрозила клюкой вослед все еще видимым в ночи габаритным огням...

- Вот только появись тут еще раз! Получишь у меня!!

Онуте обернулась к внуку, которого старательно - забросив его руку себе на плечо - поддерживал "лешак".

- Оххх... - испуганно произнесла она. - Римас, ты сам-то цел? Откуда на тебе кровь?!

- А-э-мммоух! Ба-а..у-шкаа!

Вирас, не оставляя своих попыток удержать хозяйского внука в вертикальном положении, поднял вверх левую руку с охотничьей добычей. Штук пять или шесть уток и селезней были связаны проволокой как попало, за лапки и горлышки... С них-то, видно, а натекло на куртку незадачливого охотника - связка с подбитой дичью всю дорогу лежала на коленях у мертвецки пьяного Мажонаса.

- Б-бабите... икк! - Римас качнулся вперед, пытаясь обнять старую Онуте. - С-славно... икк! На в-в-вечерней з-зорьке... икк! А-атлично п-поохотилиссссь!! В-видала, сссколько п-птицы я икк... Нна... Наху... Нахе... Нащелкал?..

- О-от же дурак! - Онуте, покряхтывая, нагнулась и подняла с земли легкий, почти пустой рюкзак. - Дать бы тебе этой уткой по морде!..

- З-ззз... з-за что?!

- Да разве можно пяьными ходить на охоту?! Вы же могли друг друга перестрелять! Вот твой дед Пятрас никогда нетрезвым за ружье не брался! И вообще оружия не любил!

- Ххха... А кто... икк... в "з-з-зеленых" т-три года... в-в лесах в-воевал?! П-п-п-пятрас б-был б-б-боец!! Н-настоящий з-з-зеленый б-брат!!

- Будешь так пить, сам скоро "зеленых" увидишь!

- Эххх... б-бабите! - Мажанос попытался обнять старуху, но Вирас держал его крепко. - Душа моя... к-как я тебя люблю! Б-была б ты п-помоложе... Так я б на т-тебе ж-женился!!

Онуте сокрушенно вздохнула. Она-то хорошо знает, сколько должен


- 55 -


выпить ее внучок, человек богатырского сложения, чтобы довести себя до такого состояния "нестояния". Пожалуй, не меньше литра водки или "домашненькой" на душу употребили эти охотнички...

- А где ружье!? У тебя, Вирас? Дай сюда!

Она взяла у "лешака" охотничью двустволку и пояс-патронташ. Связку с утками тоже забрала...

- Ну все! Теперь отведи его... Нет, не сеновал! Как ты его туда втащишь?! В дом веди! Пусть сначала проспится.

Она сама порой удивлялась, как "лешак" умудряется разбирать ее команды. Ведь он глухой, как пень! Но тот понял все, как надо. Взвалив хозяйского внука на закорки, он потащил его через открытые настежь входные двери в дом...

Онуте, прихватив ружье и связку с битой птицей, и сама вслед за ними прошла через сени в старый кирпичный дом, построенный в начале прошлого века еще ее дедушкой. Спать ей, видимо, не придется: надо выстирать одежду внука. А потом еще ощипать птицу, выпотрошить и бросить тушки в морозилку - не пропадать же добру.


Вирас помог хозяйскому внуку разоблачиться. Налил в алюминевый ковшик холодного кваса и поставил на тумбочку у изголовья. Мажонас, едва голова коснулась подушки, уснул мертвецким сном. Его богатырский храп вскоре был слышен во всех уголках этого просторного крестьянского дома...

Римасу в последние недели три - считай, после разрыва с его прежней пассией - всегда снился один и тот же сон.

На проселочной дороге - она ведет через лес к асфальтированной дороге и далее к "укмяргскому" шоссе - словно ниоткуда, материализуясь в прозрачном подсиненном утреннем воздухе, появляется длинный белоснежный лимузин.

Еще через несколько секунд роскошное авто, украшенное цветами, плывя по воздуху, останавилось возле хуторской ограды.

Из машины наружу выбрался водитель - двухметроворостый красавец негр в белой ливрее, буклях и белых же перчатках. Отвесив вежливый полупоклон встречающему их мужчине, шофер обошел лимузин спереди. Неспешно, как перед царственной особой, открывает заднюю - самую заднюю - дверцу лимузина. Вот он подает руку; прелестное существо в невообразимо шикарном старинном платье из золотой парчи, с декольтированной грудью, с диадемой в волосах, медленно, величаво, подобно сиющему облаку, выплывает из подъехавшего авто... Вирга.

А тут уже и он вступает в дело: Его Сиятельство Римас Мажонас, потомок старинного литовского княжеского рода. Красавец, любимец женщин, единственный в своем роде, богач, холостяк, лучшая партия во всей Европе.


- 56 -


- Вы как-то однажды, сударыня, в разговоре изволили обронить, что я, мол, "деревенщина". - Он видел самого себя со стороны: сбоку и чуть сверху. Красавец мужчина в ладно сидящем фраке, с громадным, усыпанным бриллиантами и рубинами орденом на груди, в старинном котелке поверх стриженной головы. - И еще вы говорили, что я - "лузер". - "Князь" посмотрел на молодую даму с доброй, но и немного ироничной улыбкой. - И что у меня, мол, нет "никаких жизненных перспектив". А потому вы, мадемуазель Вирга, не видите во мне "достойную партию"... Было такое?

Белокурая девушка, лицо которой, благодаря приобретенному в соляриуме золотистому загару было в тон ее платью, распахнув глаза, удивленно - и с оттенком недоверия - смотрела на мужчину во фраке. Такого знакомого ей и в то же время неузнаваемого в своем новом обличье.

- Но... Зачем меня привезли на этот долбанный хутор? - она обернулась к водителю негру, но того уже и след простыл. - А ты, Мажонас, зачем вырядился, как дешевый фрайер? Ты разве не понимаешь, что ты - деревенщина и бывший мент - смешон в это прикиде?! И вообще, что это за понты?!

- Вы делаете поспешные выводы на основании поверхностных суждений! - Мажонас сам удивился, как легко ему даются столь витиеватые фразы. - В известном смысле вы жертва общественных стереотипов, овладевших массами в наш век блестящих оберток, пустых обещаний и дутых репутаций! Так вот: извольте смотреть!

Мажонас взял девушку в золотом за руку и повел - вернее, потащил - в крестьянский дом.

На пороге их встречал ни кто иной, как Вирас. Но это был уже не косматый "лешак" в старом брезентовом дождевике. А настоящий мажордом: в парадной форме, в длинном парике, с бритым лицом, присыпанным пудрой; в руке длинная палка с шаром наверху. Последовал низкий поклон, после чего "мажордом" громогласно обьявил:

- Его Сиятельство Римас Мажонас!..

Кто-то извнутри открыл дверь. И тут случилось истинное чудо: вместо крестьянского дома, устройство и убранство которого Римас помнил с детства, они попали через эту дверь в какой-то сияющий волшебный мир...

Мажонас и его спутница остановились у невидимой черты. "Князь" с доброй - и чуточку снисходительной улыбкой смотрел то на девушку, пораженную увиденным, то на раскинувшийся прямо перед ними громадный ландшафтный сад с каналами, клумбами, подстриженными в виде фигур животных деревьями и огромным, поистине королевских размеров, дворцом.

- Ну и как вам, мадемуазель Вирга, моя загородная резиденция?

На девушку напал столбняк (но не исключено, что в ее прелестной головке шли какие-то вычисления)...

- Да, да, это все мое! А, стало быть, могло бы быть и вашим.


- 57 -


Они плавно по воздуху перенеслись куда-то в другое - но не менее чудесное - место. Здесь, отражаясь беломраморным фасадом в тихой и покойной воде ласкового южного моря, высится еще один дворец. Воздух напоен ароматами: слышно, как в дворцовом саду громко токуют павлины... Неподалеку, в бухте, окруженной ниспадающими, подобно террасам или ступеням амфитеатра, увитыми бархатистым плюющем горными складками, замерла огромная - величиной с океанский лайнер - белоснежная яхта.

- И это тоже все мое! - усмехнувшись, сказал "князь". - Дворец... павлины... яхта! Но вы, сударыня, выбрали какого-то хмыря! Какого-то бизнера... И ушли к нему, так и не поняв, с каким человеком - то есть, со мной - вас свела судьба! Да еще сказали про меня гадость. Сказали, что Мажлнас, мол - "деревенщина"! Ну что ж, ваша воля. Ко мне, знаете ли, очередь выстроилась из отборнейших красавиц! Мне есть из кого выбрать... хозяйку моих владений и даму моего сердца! А вы... Вы упустили свой шанс. Прощайте, мы больше никогда не увидимся.

"Князь" обернулся, высматривая среди пышных декораций своего верного "мажордома". Тот, по обыкновению, стоило лишь о нем подумать, материализовался прямо из воздуха.

- Вирас, будь любезен, верни даму в ее обычную среду. Вычеркни имя "Вирга" и номер ее сотового из моей записной книжки! Да, и еще! Принеси пивка! Че-т жажда меня сегодня мучает...

И тут вдруг случилось странное. Сюжет, знакомый ему в деталях, ибо этот сон с незначительными вариациями он смотрел уже не раз, стал развиваться в совершенно неожиданном направлении!..

"Мадемуазель", вместо того, чтобы - как это предусмотрено сценарием -

припасть к его ногам и умолять о прощении (это самый сладостный момент), вдруг принялась толкать его в плечи, трясти как грушу и разговаривать с ним надтреснутым старушечьим голосом!.. "Мажордом", у которого в снах "князя" была несложная роль с несколькими простыми репликами, тоже почему-то стал пороть отсебятину: в руке у него появился ковш с водой, который он вылил прямо на стриженную голову своего "хозяина"...


- Вставай, ирод! - прошипела хозяйка хутора, тряся за плечи внука. - Ну же... просыпайся!!

Мажонас приподнялся на диване. Ошалело замотал мокрой головой, пытаясь понять, где он и что с ним происходит.

- А? Что?! Где я? Онуте?? Что случилось?!

- Говори тихо... не ори!

Мажонас сел в постели. Босые ступни ощутили прохладцу дощатого пола. Во рту противный привкус... В комнате царит полусумрак; горит лишь "дежурный" свет в коридоре, толика которого попадает в помещение через


- 58 -


приоткрытую дверь. Окно закрыто ставнями. Так что и не разберешь сразу, что тамна дворе - ночь, утро или вечер.

Мажонас облизнул пересохшие губы.

- Чё стряслось, Онуте? Чё за кипиш вы устроили?

В дверном проеме показалась темная фигура. Вирас... С какой-то емкостью... Мажонас взял у него ковшик. Удерживая двумя руками, принялся жадно глохтать: в ковше оказалась холодная колодезная вода...

- Ну? Очумался? - полушепотом произнесла хозяйка. - Голова-то соображает?

- Оххх... Ну на фиг...

Мажонас в несколько приемов - от ледяной воды сводит зубы - выпил все содержимое ковша. Башка по-прежнему гудела, как чугунный колокол, но, по крайней мере, теперь его не так сильно мучала жажда.

- Я... это... Онуте, а когда я вернулся?

- Да почти в полночь! - сердито прошептала хозяйка. - Ирод! Приятель тебя привез! А ты лыка не вязал! Мы тебя сразу спать и уложили!

- А сейчас... ночь или утро?

- Ночь. Скоро светать начнет... начало четвертого! Тут это... гости у нас, кажется!

- Че-его? Какие еще "гости"?!

- Чужие! Вот, - Онуте показала на Вираса, застывшего в проеме, - у него спрашивай! Кто-то возле самого дома бродит! И я так подумала: а вдруг какие-то лихие люди?! Вдруг кто-то надумал... что вот тут, мол, одинокая старуха... ворваться и...

- И снасильничать?

- Охальник! - бабка двинула сухеньким кулачком своего громилу внука в литое плечо.- Что ты городишь? Ладно бы, какие грабители! У меня здесь особо и нечем разжиться. Сейчас людей за пустяк убивают! Вот что страшно! Поэтому и подумала, первым делом, что надо тебя разбудить!

- Ага. Все. Врубился... Онуте, где мой ствол?!

- Лучше возьми берданку!

Мужской силуэт в проеме на несколько секунд пропал. Мажонас сунул ноги в старые кроссовки, в которых он обычно и передвигается по хутору. Вышел в коридор. Из дверей другой комнаты показался Вирас - в руке у него обмотанная амуницией кобура с "глоком".

- Онуте, дверь заперта? - полушепотом спросил Мажонас.

- Да. Вирас прошел через пристройку!

Мажонас посмотрел на "лешака" (а тот, благо в коридоре было не совсем темно, смотрел на него - читает по губам).

- Чужой кто-то бродит? Один? Или их несколько?

Мужчина, на котором была надета бэушная спецовка темно-синего цвета, и на ногах которого красовались ношенные кроссовки 47-го размера,


- 59 -


подаренные ему когда-то Римасом, кивнул кудлатой головой. Потом показал сначала два пальца... А спустя секунду - три.

- Двое? Или даже трое? А они тебя видели?

Вирас качнул головой влево, затем вправо.

- А оружие? Оружие у них есть?

Мужчина пожал плечами - не знаю, мол, не уверен.

По ходу этого не слишком привычного глазу и уху обычных людей "разговора" Римас приладил амуницию с подмышечной кобурой.

Не сказать, чтоб он чувствовал себя хорошо... Но, в отличие от какого-нибудь фрика, он, Римас Мажонас, бывший боец спецподразделения ARAS, частный детектив и прочая, прочая, способен соображать и действовать, даже будучи с наикрутейшего бодуна. Во вском случае, так ему самому кажется.

- Эй! Что ты надумал?! Не выходите из дома! - встревожилась Онуте. - Я тебя не для того растолкала, чтоб ты бегал за анчутками в ночи с пистолетом! Может, позвоним... этим...

- В полицию? И что мы им скажем?

- Не ходите... Будем в доме дежурить... до утра!

Мажонас накоротке обнял бабку, чмокнул в макушку.

- Спокойно, Онуте, это мой бизнес! Ни за кем я гоняться не стану, не переживай. Просто гляну, не бродит ли кто чужой поблизости.

- Охх... зачем я тебя разбудила! О-от же ирод! Здоровенный лоб вырос, а ума так и не нажил!

- Ты сама сиди в доме! Мы сейчас свет врубим. Если кто и шныряет возле хозпостроек... Ну так я шугану их - они и убегут!


Двое мужчин тихонько выскользнули из дому через двери пристройки. Через помещение, в которой хранится разный сельхозинвентарь и под которым имеется солидных размеров погреб.

Слон - спецназовское прозвище Мажонаса - вытащил из кобуры свой восемнадцатизарядный "глок". Еще в доме он проверил, снаряжена ли обойма. Сжимая ствол двойным хватом, огляделся - нет ли кого поблизости. Накрапывает мелкий дождик. Толком еще не рассвело, но контуры деревьев и построек уже вполне угадываются в этой темно-серой мгле.

Мельком вспомнилось, что не видел уже несколько дней Шунса. Наверное, отвязался и где-то шныряет по своим кобелиным делам. Хотя странно: такого, чтобы Шунс исчезал больше, чем на сутки, еще не случалось.

Почувствовав толчок, обернулся. Вирас передал ему "бошевский" фонарь. Затем показал рукой в сторону одного из двух каменных сараев, чьи очертания смутно угадывались в темноте...

Мажонас кивком поблагодарил мужика. Фонарь в левой руке, ствол - в правой. Проскользнул к "парадному" - здесь, укрепленный прямо на стене,


- 60 -


имеется один из трех электрощитов. Вот какая, спрашивается, б...ь шляется по ночам? Кому не спится в ночь глухую?! Такой сон не дали толком досмотреть! Бегай теперь за ними с крутого бодуна...

А может, "лешаку" приблазнилось? Хм, хм... Некоторые считают, что Вирас - товарищ с "приветом". Но Мажонас с некоторых пор так не думает. За все то время, пока он наблюдает за этим субьектом, уже не раз убеждался, что, несмотря на свои природные изъяны, в реальности этот человек слышит, видит и понимает поболее какого-нибудь с виду нормального хомо сапиенса...

Римас открыл крышку щита. Один за другим перевел все включатели на "автоматах" в верхнее положение. На крыше дома, укрепленный на кронштейнах, вспыхнул прожектор... Загорелись лампочки на слолбах и непосредственно над входом в каждую из построек. Включая самую дальнюю - это была баня, отстроенная заново после позапрошлогоднего визита "лихих людей".

Именно в тот самый момент, когда Слон перевел взгляд на бревенчатый сруб новой бани, он заметил - отчетливо увидел - два мужских силуэта!

Да, определенно, это были какие-то взрослые, крепкого сложения мужчины. В чем-то пятнистом... в камуфляже?! И вроде бы в "масках"!

Причем, в руке одного из этих ночных визитеров, а именно, того, кто оглянулся (прежде, чем ловко, с запасом по высоте, перемахнуть через жердяную изгородь), он успел заметить оружие. Это был или "калаш" без рожка, либо, что скорей соответствует истине, помповое ружье...


Мажонас не стал их преследовать. Во-первых, ребятки, как он успел разглядеть, при каком-то оружии. А во-вторых, они, кто бы они ни были эти двое, сегодня, именно в этот момент, явно находятся в лучшей физической форме, нежели бывший боевик ARASа Слон. Который, кстати, бухал практически всю последнюю неделю и которого каких три часа назад привезли на бабкин хутор пъяного в дымину...

Выждав пару-тройку минут, Мажонас направился в сторону ближнего к нему сарая. Зашел через приоткрытую браму вовнутрь. Ага... его жеребец -

Nissan Pathfinder - на месте... Римас осмотрел - покамест снаружи, потому что ключи от тачки где-то в доме - свой транспорт. Вроде б все нормально; никаких повреждений не видно.

Ну и чего, спрашивается, надо было этим субъектам? Если на тачку нацеливались... То чего ж не угнали? Минутное же дело! Их ведь, "гостей", как минимум тут было двое! Один занялся бы машиной. Другой по команде открыл бы ворота... Да и какие здесь "ворота" - одно название!

Порции адреналина, впрыснутой в кровь из-за ночной тревоги, хватило


- 61 -


лишь на несколько минут. Ему вдруг стало так худо, что он даже задумался над тем, стоит ли возвращаться в дом. И не лучше ли ему вообще сдохнуть...

Некоторое время он стоял у стены, подпирая ее то плечом, то лбом, то двумя руками сразу. Его капитально вытошнило. В какой-то момент ему почудился звук автомобильного движка... Держась за бок, пошатываясь, Мажонас выбрался из сарая.

- Порядочные слоны так не бухают, - промычал он, вытирая потной ладонью выступившие слезы. - Не... Все... Точно пора завязывать!

Увидев выплывшую из-за угла дома человеческую фигуру, Слон среагировал мгновенно.

- Ста-аять! - он рванул из подмышки ствол. - Руки за голову!!!! Не двигаться, а то яйца отстрелю!!!

Человек остановился. Затем прозвучал знакомый голос:

- Римас... куррррва мать! Кому ты собрался яи отстреливать?! Это ж я, Бася Ставицкая!


Бася, рослая, крепкая девушка лет двадцати пяти, помогла совладельцу детективного агентства, в котором она работает второй год, снять с себя сбрую с пистолетом. Потом, придерживая за плечи и спину, отвела обратно к сараю и усадила на лавочку.

- Уффф... пся крев! Что за ночь! То меня какие-то хлопаки на своем самоходе чуть в кювет не сбросили! То ты на меня свой пистолет наставил!..

- Прости, Баська, я не в себе сегодня!

- Та вижу! От тебя так и прет перегаром!

- Слушай... А что за "хлопаки"?! - вcтрепенулся Мажонас. - Только что случилось? Ты кого-то видела по дороге сюда?

- А то!

- Где? Когда?

- Да минут с пятнадцать назад! На повороте, возле моста. В километре от вашего маёнтка! Несется какой-то пся крев... прямо в лоб! А там, ты же знаешь, некуда свернуть! Как мы с ним разминулись, сама не понимаю. Он у моего "опеля" переднее зеркало снес, так плотно мы с ним расходились!

- А что за машина? Ты видела?

- А то! Кореец... этот, как его... KIA! Черного цвета, как и твой "патфайндер"! Слушай... А чего это ты с "пукаликом"?!! Что случилось?

- Да кто-то к нам в гости тут пожаловал! Думал их прихватить... Но - не успел. Они, кажется, меня не заметили... Может, машину хотели угнать?

- Да? Ой! - Бася всплеснула руками. - Я же главное забыла сказать! Ты уже в курсе? Ты вот про самоход сказал, а я вспомнила.

- В курсе чего?

- Так ты ничего не знаешь?

- Принесла бы лучше ты пива, Баська! А то ведь помру...

- 62 -


- Яду бы вам дать, пан начальник! Разве можно так пить? Да еще из-за какой-то курвы!

- Злая ты... - Мажонас сидел ссутулившись, обхватив трещавшую с жуткого похмелья голову двумя руками. - Никто тебя такую замуж не возьмет!

- Так слушайте же!.. Стаса арестовали в Паланге!

- Что-о!?

- И Ирму нашу - тоже заарестовали!

- Ты в своем ли уме, Баська? - Слон, услышав такое, перестал держаться за голову и уставился на Ставицкую. - Ну что ты гонишь... Сама подумай!

- В Паланге что-то взорвалось! Вроде бы - самоход! Но подробностей я не знаю...

- А от кого ты это услышала?

- От Петровича! Я ж только вечером в Вильно приехала... Ой, такое творится! - Она опять всплеснула ладонями. - Я хотела к полициянтам ехать! Но Петрович мне сказал, чтоб я отправилась за тобой! И чтоб поскорей сообщила о случившемся!

- Фигасе... - угрюмо пробормотал Мажонас. - Не врубаюсь, что это за напряги такие?! Взрыв? В Паланге? Чё за новости?!

- А мне, кстати, Стас вчера из Паланги звонил!

- А что он там забыл?

- Не знаю... Они там вдвоем с Ирмой были.

- А когда он тебе звонил? Днем или вечером?

- Да около двух дня... У меня отмечен этот звонок!

- И что он тебе сказал? Он сказал, на какую тему они поехали в Палангу?


Получить ответ на этот вопрос Мажонас не успел: из сарая вышел Вирас и жестами стал подзывать их к себе.

- Ну? Нашел чего? - Мажонас, кряхтя, поднялся на ноги. - Блин! Что за жизнь?! Даст мне кто-нибудь пива, или хотите, чтобы я сдох?

Они вошли в сарай. Вирас переместился в его дальнюю часть, туда, где были сложены оставшиеся еще с прошлого года дрова. Подойдя к высокой поленнице, - дрова сложены в четыре ряда - он зашел с боку, как бы с торца, и стал светить куда-то фонарем.

- Вирас, чего там нашел? Ну-ка, ну-ка...

Мажонас, взяв у "лешака" фонарь, посветил в просвет. Эге... да, точно: что-то там есть... Какой-то баул... или сумка!

У него так трещала башка, что он мог думать лишь об одном: быстрее бы все это закончилось... Да хоть чем-нибудь.

Присев на корточки, Слон пошарил рукой. Потянулся... И вытащил на свет божий - черную дорожную сумку!


- 63 -


- Оп-па, - растерянно произнес он. - Чё за дела? Мы ж с Вирасом эту поленницу несколько дней тому назад делали! И никакой сумки здесь не было!

- Не открывай! - охнула Бася! - Саперов нужно позвать! А если там, в сумке, взрывное устройство?!!!

Но Мажонас то ли не услышал ее, то ли не счел нужным прислушаться к здравому, в общем-то, совету.

Вжикнув молнией, он открыл сумку. Посветил. В сумке - она была средних размеров - обнаружились какие-то папки. Их было штук восемь или десять. Обычные папки из кожзаменителя - в такие подшиваются разного рода бумажки в офисах. Он взял верхнюю папку, открыл... Стал смотреть, что за бумаги, подсвечивая себе фонарем...

Откуда-то - да все из этой же папки! - выпало несколько фотографий. Бася Ставицкая нагнулась и стала их собирать...

- Ну-ка, ну-ка, - прошептала она, взглянув на один из снимков, где рядом с какими-то сравнительно немолодыми мужчинами была заснята девушка или женщина лет тридцати, показавшаяся ей странно знакомой. - Ух ты...

- Чего? Что интересного увидела?

- Так это же...

- Ну?

- Наша бывшая клиентка...

- У нас много было клиенток!

- А такой не было! - Бася передала ему фото. - Приглядись повнимательней! Узнаешь?

- Хм. Действительно... Где-то я эту девушку... или молодую женщину... уже видел.

- Здесь она моложе так лет на двадцать... Да, да, это наш бывший клиент Diana... Она же - "Амбер"!

Мажонас, бросив на нее изумленный взгляд, вновь уставился на фотоснимок.

Ну да... точно!

На фото, выпавшем из папки, был запечатлен человек, которого три недели назад избрали новым президентом страны.


+ + +


- 64 -


Г Л А В А 7


Ночь Марина Панова провела в дачном домике в пригородном поселке Чкаловск, доставшемся ей от отца.

Было еще совсем рано, около шести утра, когда она, пройдя через калитку на соседний участок, постучалась в окно ладного деревянного коттеджа, где проживает бывший сослуживец ее папы, военный пенсионер, подполковник запаса Александр Иванович Чиянец.

Спустя несколько секунд послышался звук отпираемой двери.

- Марина? - крупный, кряжистый, загорелый мужчина лет пятидесяти семи, одетый в спортивный костюм, увидев, кто пожаловал в гости, широко улыбнулся. - Рад тебя видеть, дочка! Ну-с... как жизнь молодая? Проходи в дом! Супруга у дочери в городе, помогает управляться с пацанами. Так что я один на хозяйстве! Давай, давай, заходи! Сейчас чайку соорудим! Я как раз яичницу готовлю! Поговорим... а заодно и позавтракаем!

- Дядь Саша, извините, что в такую рань... - Панова продолжала топтаться на пороге. - Я вас не разбудила?

- Да ничего, я с петухами встаю.

Марина протянула мужчине связку ключей.

- Вот... Здесь ключи от нашей дачи!

- Так у нас ведь есть запасной ключ! Ты его сама еще прошлой осенью и приносила! Или забыла?

- Тут еще и запасной ключ от моей квартиры на Еловой, - Панова, судорожно вздохнув, вновь попыталась всучить связку ключей давнему приятелю своего отца и соседу по дачному кварталу. - У меня к вам, дядь Саша, большая просьба. Если... Если что-то пойдет не так... - она с трудом сдерживала слезы. - Если я не вернусь... или меня, к примеру, задержат... То присмотрите, пожалуйста, за домиком, ладно? И потом... Если вдруг приедет папа... отдадите ключи ему.

- Эт-то что еще за новости? - Александр Иванович бросил на нее внимательный взгляд. - Эээ, дочка, да на тебе лица нет!

- Дядь Саша, возьмите ключи! А мне пора бежать. А то не успею на первую электричку до города!

- Успеешь! Я тебя сам отвезу, если потребуется! Вот что, Марина! - Чиянец взял Панову за руку, как маленькую девочку, и повел ее в дом. - Пока не расскажешь, что у тебя стряслось, я тебя никуда не отпущу!


Пановой потребовалось около получаса, чтобы рассказать папиному сослуживцу - а Чиянец оказался дотошным человеком - о тех событиях

вчерашнего дня, которые, кажется, полностью перевернули спокойный,


- 65 -


размеренный ход ее жизни.

Глазунья, к которой она так и не притронулась, давно остыла. Марина, бледная, с припухшими покрасневшими глазами и резко обострившимися скулами, закончив свой сбивчивый рассказ, нервно комкала в пальцах мокрый от слез носовой платок. Александр Иванович заварил крепкий душистый чай; положил столовую ложку малинового варенья, поставил чашку перед гостьей, которую он знал буквально с младенческого возраста. С Пановым-старшим, комэском, а затем заместителем командира 288-го вертолетного полка, ныне полковником запаса, Чиянец служил еще в ту пору, когда они были совсем молодыми летунами, а их полк базировался во Владимире. В конце семидесятых часть перевели в ПрибВО, в Калининградскую область. Вертолетчики дислоцировались на аэродроме "Нивенский". Принимали участие в боях в Афганистане и в первой Чеченской. В середине девяностых, после переподчинения части Балтфлоту, они оба, Панов и Чиянец, еще некоторое время служили в одной из местных частей морской авиации. С девяносто девятого - в запасе.

- Вот что, Марина... - Александр Иванович погладил ее по руке. - Ты это... давай пей чай! Он лекарственный... И слушай, что скажу! - Чиянец взял с полки трубку и табачные принадлежности. - Вот ты ругаешь себя: мол, трусиха, глупая... наделала каких-то делов?! А я не понимаю, например, в чем тебе себя-то винить?

- Ну как же?! Мне надо было сразу в милицию обратиться! Самой! Вот когда соседка позвонила...

- Погоди, не тараторь! - Чиянец неспешно раскурил короткую трубку, пыхнул ароматным дымком. - Вот этот... парень твой... Алексеем его зовут, верно? Вы с ним в мае сюда приезжали, шашлыки жарили... Это про него ты говоришь?

- Да, дядь Саша, про него. Я ведь вас знакомила!

- Помню его. Он мне понравился. Хорошо на гитаре играет... песни душевные пел. Никогда бы не подумал, что он - мент!

- Ну... он ведь не в милиции служит.

- А где? Может, из "комитетчиков"?

- Нет, нет... Он работает в управлении по борьбе с наркотиками.

- А-а... Ну это и не важно. Важно другое: ты сама-то веришь, что твой друг - преступник? Или он для тебя значит больше, чем "бойфренд", как говорит нынешняя молодежь?

- Больше, дядь Саша. Он мне - родной человек.

- Даже так? Тем более. Ты ведь не стала бы общаться с плохим человеком, верно? Я ведь тебя знаю, Марина, когда ты еще такая была, - Чиянец показал ладонью примерно на полметра от пола. - Ты честная, добрая, хорошая девушка!

- Скажете тоже... Обыкновенная!


- 66 -


- Я тебе это говорю не потому, что ты разрешила нам пользоваться вашим участком, как своим собственным...

- Если бы не вы, дядь Саша, здесь бы все заросло бурьяном! Так что это я должна вам сказать спасибо, что вы руки приложили. И еще меня вдобавок снабжаете дарами садов-огородов!

- Ты молодая, тебе личную жизнь надо устраивать... Когда тебе копаться в земле? Да и накладно ездить каждый день то в город, то обратно!.. Ладно, не об том речь! Я вот хочу точно понять... Я ведь не чужой тебе, человек, Марина... Ты сама-то что думаешь? Мог ли этот твой Костин совершить двойное убийство?

- Охххх... - Марина откинулась на спинку пластикового кресла. - Нет, я в это не верю! Ну не такой он человек, Лешка... Не такой!

- Именно это я и хотел от тебя услышать, - Чиянец принялся вновь раскуривать потухшую было трубку. - Ну, раз ты уверена в его невиновности, раз ты уверена в этом человеке, то это в корне меняет дело.

- А Люда Шварц? Почему... зачем... - Марина стала кусать губы, с трудом удерживаясь, чтобы не разрыдаться. - Такая молодая... такая красивая...

- Вот это все очень странно! И еще ты рассказывала, что какой-то человек там за тобой следил?

- Да. И когда приехали те двое... на синем "ауди"... он крикнул мне, чтобы я бежала... А сам бросился навстречу этим двум... Что там было дальше, не знаю... Не в себе была! Я и сама не помню, как меня ноги понесли прочь... Кажется, в парке сидела на лавочке допоздна... А потом... потом села на автобус и поехала сюда, в Чкаловск!

- И правильно сделала. Я, кстати, видел, как ты прошла к себе... Времени было примерно половина одиннадцатого! Я как раз закончил поливать в теплице. Пошел вытаскивать насос из колодца и увидел, как ты прошла к себе в домик! Хотел зайти, но подумал, что уже поздно. И свет ты не включала... Я решил утром заглянуть, узнать, как у тебя дела.

- Паршивые дела, как видите... Ну вот. Поговорила с вами, стало немного легче, - Марина, вытерев платком уголки глаз, попыталась улыбнуться. - Пойду я, наверное, дядь Саша! Сейчас уже и автобусы ходят!

- Ну и куда ты пойдешь? - сердито произнес Чиянец. - В милицию?

- А куда же еще.

- Погоди. Несколько минут или даже часов роли не играют! В милицию ты всегда успеешь обратиться... Это ж все равно что в клетку к диким животным войти! Ухх, как я их не люблю!

- А что мне еще остается делать?

- У меня о прошлом годе машину угнали! - Александр Иванович прочистил "носогрейку" и положил ее на полочку, где лежали еще с полдюжины разных трубок. - Я, конечно, подал заявление в наше поселковое отделение. И что ты думаешь? Через неделю на меня вышел один из наших местных


- 67 -


милиционеров! Так мол и так, есть возможность найти ваше авто... Но надо заплатить каким-то людям примерно треть цены - полторы тысячи долларов! А он, мол, в этих вот вопросах - "посредник"...

Чиянец сплюнул с досады.

- Пока я думал, что мне делать, писать ли заяву в другие органы... двух наших местных ментов повязали! Вот они-то как раз и еще какой-то милиционер из города крышевали угонщиков... Представляешь?!

- Ну... не все же там плохие, в милиции? Разберутся, наверное. Я ведь ни в чем не виновата. И Алексей - я просто уверена - ни в чем не виновен. Это какая-то ошибка!

- Эхх, дочка... Знала бы ты, сколько народа безвинно сидит!.. А тут вот еще что может быть. - Чиянец, помолчав некоторое время, угрюмо продолжил. - У них там свои еще дела - ментовские войны идут полным ходом! Передел крыш... внутренние разборки... Жуть, что творится. Может, и твой парень попал под раздачу. Огрёб, к примеру, от своих же... кто его знает.

- Так что мне делать, дядь Саша? Я уже голову сломала! Может, имеет смысл поехать в управление? Туда, где служит Алексей? И попытаться встретиться с кем-то из его сослуживцев? Надо же как-то узнать, что там случилось... Что за беда приключилась с Лёшей?!

- Хм... А есть ли у твоего Костина надежные друзья? В той организации, где он служит?

Марина рассеянно пожала плечами. Потом вдруг встрепенулась и стала что-то искать в своей сумочке.

- Что с тобой? - удивленно спросил Чиянец.- Что ты собираешься делать?

- Позвонить хочу!

- Кому?

- Да товарищу одному! Он из наших, из местных, но служит сейчас в Москве! Лешка как раз собирался на днях к нему поехать! У Алексея ведь, не случись этой жуткой истории, с сегодняшнего дня должен начаться отпуск!

Чиянец, заметив, что Марина собирается вставить в трубку сотового телефона "питание", спросил:

- А ты батарею специально вытаскивала? Чтоб координаты по мобильному не вычислили?

- Честно? Я и не помню... Наверное.

- Ты после разговора с этой... которая выбросилась из окна, кому-нибудь еще со своего мобильного звонила?

- Э-э... нет. Кажется... Нет, точно - никому не звонила.

- Ну вот и не надо пока звонить! У меня есть запасной сотовый! С большим кредитом! С него и прозвонишь!

- Да? Думаете? Хм... У меня вот только телефон московского товарища забит в телефонной книжке! Лешка мне сам его вписал. Чтобы я, значит, знала, кому можно позвонить, пока он будет в Москве... Он именно у этого


- 68 -


человека собирался остановиться... Там даже два номера вбито, насколько я помню. Номер мобильного и домашний!..

- Тогда подключай! Перепиши их в этот сотовый, - Чиянец передал ей трубку. - А свой опять отключишь! И батарею потом не забудь вытащить...


Марина поднялась на второй этаж: Чиянец сказал, что связь оттуда будет более устойчивой. Набрала номер домашнего Андрея Губарева, давнего друга - еще со школьной парты - Костина. Того самого человека, к которому Алексей должен был выехать еще прошлым вечером и у которого в гостях собирался пробыть несколько дней...

В трубке послышался женский голос.

- Алло, я вас слушаю!

- Здраствуйте... это Катя?

- Да. А кто говорит?

- Это Марина Панова из Калининграда. Помните меня? Вы приезжали с Андреем в прошлом году... осенью! Мы еще с Алексеем ходили с вами ужинать в ресторан!..

- А... Мариночка! Здравствуй! Не узанала... богатой будешь!

- Катя, вы не могли бы позвать Андрея к телефону! У меня срочное... и очень важное дело!

- Да, конечно, сейчас позову!

Спустя несколько секунд в трубке послышался бодрый мужской голос.

- Марина? Ну, привет! Рад тебя слышать! Как вы там? Планы не изменились? Может, и ты приедешь вместе с Лешкой? Покажем вам столицу... с самой наилучшей стороны, так сказать!

- Э-э... нет, не получается.

- Ну хотя бы на пару дней отпросись!

- Ммм... Боюсь, не получится... Андрей, тут такое дело... Даже не знаю, как вам обьяснить...

- С каких это пор мы на "вы"?! Алло, Марина?

- Да, да, я здесь... Андрей, случилась беда. Алексея арестовали!

- Что-о?!! Костина арестовали? Я правильно тебя понял?

- Да. Все правильно... - Панова всхлипнула .- Хотя я до сих пор и сама не могу в это поверить.

- Так... Спокойно, Марина... Когда это случилось?

- Ночью...

- Этой ночью?

- Нет, нет... Не этой... а прошлой! Или ранним утром.

- Вот как? А подробности?

- Да я и сама толком не знаю... Мне сообщила наша общая знакомая... Люда Шварц... Ты должен ее знать.


- 69 -


- Да, конечно. И что она сообщила?

- Сказала, что Алексея обвиняют в двойном убийстве!

- Даже так?!

- Что он кого-то убил... А его, значит, взяли прямо на месте преступления!

- Что еще Людмила тебе рассказала?

- Посоветовала, чтобы я в милицию пока не обращалась... Хотя у меня самой обыск в квартире прошел!..

- Откуда знаешь?

- От соседки. Она мне в офис позвонила, я в тот день работала!

- И что было дальше?

- Ужасно... Я пошла к Людмиле... Она мне перезвонила второй раз и сказала, чтобы я пришла к ней в старый адрес! У нее есть какие-то знакомые...

- Вот в этом я не сомневаюсь... И что она разузнала об этом вот ЧП?

- Ни-че-го...

- Как это?

- Эххх... Когда я подошла к ее дому...- Марина едва сдерживалась, чтобы не разрыдаться. - Она это...

- Марина, спокойно... Возьми себя в руки! Что там произошло?

- Она выпала из окна! С девятого этажа...

- Нич-чего себе?! - в голосе собеседника прозвучало изумление. - Да что у вас там творится?!

- Насмерть разбилась!.. А там... какой-то мужчина за мной следил! Когда приехали эти двое... на синем "ауди"...

- Не понял... Кто такие?

- Из милиции, наверное... Мне кто-то звонил в лабораторию, где я работаю... А потом эти двое приехали! Я испугалась... очень испугалась! А потом я их, этих двоих, видела во дворе дома, где убилась Людмила!..

- Вот как... Они пытались тебя задержать?

- Не знаю... не уверена! Там какой-то мужчина еще был! Так он меня оттолкнул и крикнул: беги, мол, Панова, я их задержу... Ну я и убежала!

- Гм... Пока, признаться, мало что понял! Но вижу, что дело серьезное! Слушай, Марина... А почему это у тебя в квартире надумали обыск произвести? Что ты сама об этом думаешь?

- И машину осматривали - мне соседка так сказала!

- Да? Ну а что ты сама думаешь по этому вот поводу? Почему вдруг милиция тобой заинтересовалась? Какие есть версии на сей счет?

- Не знаю... Может, потому, что Алексей в ту ночь был у меня?

- А он у тебя ночевал?

- Да. В третьем часу ему позвонил его коллега... и попросил...

- Стоп! А кто именно звонил, ты в курсе?

- Гм... Я слышала, что Костин обращался к собеседнику по имени...


- 70 -


Думаю, это был Леня Свидерский, его сослуживец! После этого разговора

Леша быстро собрался и куда-то уехал на своей машине!

- Так, так... А что сказал сам Костин, когда уезжал?

- Сказал, что ему, мол, "надо отъехать... по службе". И что дело у него - "срочное"!

- И все?

- Нет... Напомнил, что вечером состоится "отвальная"... Мы планировали вечером небольшой компанией сходить в ресторан. И еще сказал, что на работе у него последний день... Что, мол, надо подписать "бегунок" и он будет свободен...

- Ну да... у него же отпуск с сегодняшнего дня!

- Может они... милиция... ампулу ищут?

- Ампулу? Что еще за ампула?! В этом месте поподробней!

- Ой... зачем я сказала!

- Марина, я старинный друг Алексея! И твой друг - тоже!

- Да, да... конечно. Я тебе поэтому и звоню.

- Так вот. Дело, вижу, крайне серьезное! Не хочу тебя пугать... Но мне нужна информация, чтобы понять хотя бы в общих чертах, что там у вас происходит!.. Так что это за ампула?

- Алексей мне ее передал несколько дней назад. Я ведь в лаборатории работаю! У нас можно сделать анализ...

- Постой, - перебил ее собеседник. - Ты уже знаешь, что в той ампуле?

- Нет... Я не успела сделать исследование.

- Гм... Странно. Почему он не передал образец в "свою" лабораторию...

- Не знаю... Могу только догадываться.

- Нет, нет, это не к тебе был вопрос!.. А сама ампула эта где?

- Оххх...

- Не понял?

- Она все еще у меня.

- Ты кому-нибудь об этих вот нюансах говорила?

- Про эту ампулу? И просьбу Леши? Нет, никому. Ты первый, кому сказала.

Марина подошла к зашторенному окну; непроизвольным жестом отодвинула плотную ткань гардин...

Ее привлек негромкий звук автомобильного двигателя.

Она глянула в образовавшуюся щель - окно выходит на ее участок. И... обмерла от ужаса.

- Марина! - крикнул снизу Чиянец. - Там кто-то приехал... Кажись, к тебе пожаловали гости!

В проезде - между высокими серебристо-зелеными туями - припарковался... уже знакомый Пановой темно-синий "ауди"!

- Оставайся на втором этаже! - вновь подал голос Александр Иванович. - Не подходи к окнам! Я выйду, понаблюдаю за ними... А ты сиди там пока,


- 71 -

наверху... И ничего не бойся!


Чиянец, одев спецовку и рабочие рукавицы, вышел во двор.

Чтобы не показывать своего интереса к визитерам, пожаловавшим в семь часов утра в этот окраинный квартал частных домовладений поселка Чкаловск, Александр Иванович вначале направился в пристройку рядом с теплицей. Достал оттуда погружной насос и, на ходу разматывая шланг, пошел с ним к колодцу.

"Их трое... как минимум, - отметил он про себя, незаметно - и ненавязчиво - наблюдая за происходящим на соседнем участке. - Может, кто-то еще в машине остался... Темно-синий "ауди"?! Как раз о такой тачке рассказывала Маринка..."

Чиянец, размотав зеленоватый прозрачный шланг и держа в правой руке - чтобы не замочить - собранный в бухту электрошнур, наклонился над колодцем...

Опустил насос в воду, придерживая за страховочный кончик.

И в этот самый момент послышался скрип калитки.

- Хозяин?! Эй... уважаемый! Можно вас на минутку?

Чиянец неспешно закрепил веревочный конец на крючке, вмурованном в бетонное кольцо. И лишь затем оглянулся, реагируя на хрипловатый мужской голос

Возле калитки - но не переходя черту и как бы уважая чужую частную собственность - стоит коротко стриженный крепкий - и рослый - мужчина лет тридцати с небольшим. Одетый в темные брюки и короткую легкую кожанку кофейного цвета.

"Вот так, так... - подумал Чиянец. - Один в один выглядит как тот мужик, которого только что обрисовала Марина..."

- У вас ко мне дело?

- Да. Подойдите, пожалуйста, - сказал крепыш. - Есть разговор!


"Крепыш" предъявил удостоверение старшего оперуполномоченного СКМ Западного УВД. Чиянец успел прочесть имя и фамилию сотрудника - Иван Глотов. Оперативник спросил подошедшего к нему "дачника", когда тот в последний раз видел гражданку Панову Марину Анатольевну.

Чиянец сухо заметил, что не имеет обыкновения следить за своими соседями. Но когда крепыш повторил вопрос, Александр Иванович, чтобы не обострять отношения с этими товарищами, уже более приветливо, как бы с пониманием, ответил, что сам он бывает здесь не часто. И что он лишь изредка видит на участке какую-то молодую женщину...

- А что она натворила... эта вот особа? - как бы невзначай спросил Чиянец


- 72 -


у оперативника. - Её что, разыскивают?

Крепыш смерял его всего, от стоптанных туфель до бейсболки, липким изучающим взглядом.

- Извините, не знаю вашего имени отчества?..

- Александр Иванович.

- Вы по жизни чем занимаетесь, Александр Иванович?

- Живу... как все.

- Работаете?

- Я военный пенсионер. Подрабатываю в местном авиаклубе. А что?

- Тем лучше. Тогда мне не нужно тратить слов и объяснять, что такое служба...

- Аа... понял. Не можете сказать? Но...

- Что?

- А вдруг она... эта вот... в чьем доме вы производите обыск...

- Оперативно-следственное мероприятие, - уточнил "крепыш". - Вдруг она - что?

- Ну эта... Вдруг она - опасная преступница?

- С чего вы взяли?

- Милиция просто так человеком интересоваться не станет... Впрочем, это не мое дело.

- Пока она проходит по разряду свидетелей, - буркнул крепыш. - Есть просьба к вам. Если в д р у г вы увидите гражданку Панову...

- Сказать, чтобы позвонила сама в "ноль-два"?

- Нет. Лучше сами позвоните в милицию, в дежурную часть. А уже там люди знают, что делать в этом случае, как правильно поступить.

- Понятно... У вас больше нет вопросов? А то мне нужно полить грядки и теплицу.

- Минутку!

Чиянец, успевший отойти на несколько шагов от ограды, остановился. Затем медленно обернулся.

- Что-нибудь еще?

Оперативник смотрел на "дачника" недоверчивым взглядом.

- Вы уверены, что Панова не приезжала и не ночевала у себя в доме?

- Я не сторож... и не вахтер! Не имею такой привычки - следить за соседями.

В этот момент послышалось пиликанье сотового. "Крепыш" вытащил из чехольчика телефон. Сверившись с экранчиком, ответил на вызов.

- Да, я... Да, мы в Чкаловске... Сворачиваться? Но... Ага, понял. Хорошо, через несколько минут выезжаем!


Пробыв на участке Пановой еще пару-тройку минут, визитеры


- 73 -


погрузились в "ауди" и покатили в сторону станции.

Немного выждав, Чиянец отключил "поливалку" и прошел в дом.

- Марина, ты где?

- Здесь я, дядь Саша... - послышался тихий шепот. - Я на втором этаже!

- Спускайся, они уехали!

Марина сошла по деревянным ступеням и проследовала на кухню. Александр Иванович, лицо которого сделалось задумчивым, спросил:

- Ну что? Удалось тебе переговорить с московским товарищем?

- Да... Но наш разговор прервали, - Марина держала руки на груди, не в силах совладать с нервной дрожью. - Андрею позвонили на мобильный... Не знаю точно, что и как, но его вроде бы куда-то вызывают. Он сказал, что перезвонит сам... когда сможет. У него теперь, дядь Саша, есть номер этой вашей запасной трубки. Я вот только не уверена, правильно ли я сделала...

- Все правильно, дочка! - Чиянец участливо приобнял ее за плечи, потом повел к пластиковому креслу и усадил. - Сейчас жизнь такая, что только на своих и можно надеяться! Так что он тебе сказал еще, этот ваш москвич? О чем вы договорились?

- Сказал, что попытается выяснить все по своим каналам... И еще... Еще посоветовал мне найти какое-нибудь убежище и... И не обращаться пока в милицию.


+ + +


- 74 -


Г Л А В А 8


Алексея Костина, сотрудника УФСНК, задержанного по подозрению в убийстве двух граждан, - ему инкриминировались еще три статьи УПК - после предварительного допроса и оказания ему медицинской помощи перевезли в областной СИЗО ?1.

Учитывая, что наркополицейский в первые часы после задержания пребывал в состоянии тяжелой степени алкогольного опьянения, попытки следователей установить контакт с "оборотнем" сразу после ареста, закончились безрезультатно. Более обстоятельный допрос Костину устроили в ночь - он проходил в здании следственного изолятора. Но и эта попытка разговорить уже вполне пришедшего в себя сотрудника ФСКН, запятнавшего кровью убитых им граждан собственные руки и честь мундира, ни к чему не привела. Костин отказался давать показания в отсутствие адвоката и представителя Управления, в штате которого он числится до сего дня...

Следователь по особо важным делам Михеев, возглавивший оперативно-следственную группу, предъявил Костину обвинение по четырем статьям УК РФ. Включая и статью 105, часть 2-я ("Убийство двух или более лиц"), по которой, если обвинение докажет в суде вину подозреваемого, наказание составляет до двадцати лет лишения свободы.

В десять утра того же дня заместитель прокурора Западной области, руководствуясь уже собранными материалами следствия, учитывая тяжесть преступления и возможный общественный резонанс, запросил для Костина тридцать суток содержания под стражей на время следствия. Судья Ленинградского района вынес соответствующее постановление. Генералу полиции Бекетову было отказано во встрече с его подчиненным, совершившим столь тяжкия преступления. Машина правосудия, состыкованная из нескольких узлов, медлительная, неповоротливая в большинстве случаев, в этот раз работала, как хорошо смазанный и вполне управляемый механизм...


Костина поместили в крохотную "двушку". Обе полки, заменяющие собой нары, убраны вверх. Здесь нет даже унитаза или параши, только раковина с краном холодной воды. В углу, справа от двери, имеется отверстие в полу - "толчок". Ни табуретки, ни стула, ни какой-либо иной мебели. Четыре стены, пол, потолок - каменный мешок. Так что Алексею не оставалось ничего другого, как мерить камеру шагами. Четыре шага в сторону узкого зарешеченного окошка, прикрытого с внешней стороны деревянным "щитом". Разворот. Четыре шага сторону двери. Восемь квадратных метров. Вот и все его нынешнее жизненное пространство...


75 -


"Ничего, ничего... - успокаивал себя мысленно Костин. - Я пока еще жив! В отличие от тех двух жмуров, которых пытаются на меня навесить... И, кстати, Алексей Михалыч, важно вот еще что. Восемь квадратов камеры в СИЗО это совсем не то же самое, что два метра земли! Еще поборемся..."

Из коридора долетели звуки шагов. Загремели засовы. Прапорщик внутренней службы, отперев дверь камеры, скомандовал:

- Подследственный Костин, лицом к стене!

Алексей нехотя подчинился.

- Руки назад! И не двигаться!

Прапорщик, которому ассистировал молодой парень из числа сотрудников внутренней службы СИЗО, защелкнул на запястьях подследственного наручники.

- А теперь - на выход!


Двое местных вертухаев сопроводили Костина в другое крыло здания СИЗО. Здесь, в санчасти, медик в не слишком чистом халате - от него попахивало алкоголем - сделал Костину новую перевязку. Вернее, снял ту головную повязку, что сделал врач "скорой", обрабатывавший рану в "обезьяннике" Ленинградского ОВД. А затем, не пожалев антисептика, наложил на ранку пластырь, укрепив его дополнительно полосками другого, более узкого пластыря.

Еще две "нашлепки" эскулап наклеил на те места, где имеются ссадины - вместо прежних, которые накладывал еще врач "скорой". У Костина побаливала грудная клетка. Но ребра, но кости, кажется, целы... Ободранный локоть и ушибленное левое колено, учитывая то, насколько жестко его прихватили в момент задержания, это сущие пустяки. Голова у него теперь если и болела, то не столько из-за полученного по черепушке удара от кого-то из бойцов ГНР, - или кто там его "свинтил" - сколько по причине факта задержания и тех моментов, которые ему шьют нынче следаки.

- Жалобы на здоровье есть? - лепила стащил с кистей перчатки и бросил их в ящик стола.- Не слышу?! Отвечать надо - жалоб нет.

- Что-нибудь от головной боли, - разомкнув пересохшие губы, сказал Костин. - Аспирин... или парацетамол...

- Тут тебе не аптека! - лекарь посмотрел на бывалого прапорщика, местного ветерана, который все время находился рядом с подследственным. - Все, прием закончен!.. Можете его увести!


Костин предполагал, что его отведут обратно в камеру-двушку. Но - ошибся. В какой-то момент, когда они шли по коридору первого этажа, в голове мелькнула шалая мысль, что его собираются освободить. Что "наверху" разобрались... Но и тут он сильно промахнулся.


- 76 -


Костина ввели в уже знакомое ему по ночному допросу помещение. Это был один из нескольких имеющихся здесь, в СИЗО, так называемых "следственных кабинетов".

В комнате с зарешеченным окном - которое вдобавок задернуто шторой - находятся трое мужчин.

С двумя Костин уже успел познакомиться: это были "важняк" Михеев из прокуратуры (вернее, из Следственного комитета), и старший следователь следственного отдела областного УВД Шаврей.

Третьего мужика, ражего детину лет тридцати с небольшим в темным брюках и короткой коричневатой кожанке поверх черной рубашки, Алексей видел ранее, в ОВД (где он сам долго и трудно приходил в себя после силового задержания).

Мало того, у Костина, когда он услышал голос этого субъекта - тот, проходя мимо камер временного содержания, перебросился парой-тройкой реплик с местным майором, главой СКМ, который пытался разговорить задержанного - то признал в нем, по характерному голосу с хрипотцой, старшего той группы спецов, что свинтила его возле гаражей...

Прапорщик сначала поставил Костина лицом к стене. Затем, открыв ключом наручники, усадил его на прочный металлический табурет у массивного старомодного стола.

И тут же по-новому защелкнул наручник на левом запястье подследственного, закрепив второй браслет на металлическом кольце, вмурованном в окрашенную в зеленоватый цвет стену кабинета.

Михеев, когда местный страж бросил на него вопросительный взгляд, молча кивнул в сторону двери.

- Итак, Костин, мы дали тебе достаточно времени, чтобы ты пришел в себя. И чтобы ты осознал всю тяжесть совершенных тобой преступлений!..

Сказав это, Михеев снял пиджак и повесил его на спинку стула, стоящего по другую сторону стола.

- Ну-с? Будем давать показания?

- Пойми, Костин, у тебя нет другого выхода! - вступил в разговор Шаврей, невысокого роста, плотный, круглоголовый, с острым взглядом мужчина лет тридцати пяти. - Тебя может спасти только одно: "чистосердечное"! И плотное сотрудничество со следствием по всем пунктам обвинения!

Костина вновь стало мутить. Переселив тошноту, он негромко сказал:

- А с каких это пор, господа, мы с вами - на "ты"? Если мне не изменяет память, ни с кем из вас я на брудершафт не выпивал.

Все трое - переглянулись.

- Закрой пасть! - хрипловатым голосом произнес "крепыш". - А то я, млять, быстро научу тебя правилам тюремного этикета!

Михеев опустился на стул, открыл портфель. Достал оттуда кожаную папку с какими-то бумагами и бланками, положил перед собой на стол.


- 77 -


- Есть несколько новостей, Костин. И все они для тебя - плохие! Так что не умничай, понял?!

- На тебе два трупа, - напомнил Шаврей. - Или в этой части, Алексей Михайлович, память тебя подводит?

- Я их не убивал.

- На пистолете ПМ, выстрелами из которого были убиты граждане Синицын и Решко, - "левом", кстати, стволе - обнаружены твои отпечатки пальцев! При обыске у тебя на съемной квартире обнаружен еще один нелицензионный пистолет системы "вальтер"! А также несколько запасных обойм и и две коробки с патронами!

- Пистолет подброшен! Патроны - тоже. Зря теряете время... гражданин начальник.

- За наше время пусть у тебя голова не болит, - едко произнес Михеев. - Ты о себе подумай, Костин! Вот отгрузит тебе суд по приговору... пятнашку, как минимум!.. Вот тогда у тебя самого будет времени, хоть жопой его ешь!

- Вы ничего не докажете. Дело сфабриковано от начала и до конца. И развалится в суде... как пить дать! - Костин хотел сплюнуть, но во рту было засушливо, как в Сахаре посреди лета. - И вы это, кстати, сами понимаете! Знаете это не хуже меня.

- Все? А теперь слушай сюда, умник! - Михеев хлопнул ладонью по столу. - Сегодня утром мы с коллегой и бригадой оперативников производили вторую по счету выемку в вашем управлении! Но не об этом хочу сказать. Ты знаешь, Костин, что тебя... уволили из твоей конторы?!

- Да ну, - Алексей попытался изобразить скепсис, но получилось плохо.- С какого рожна я должен вам верить.

- Вот копия полученной на тебя из облуправления характеристики, - Михеев достал из папки какую-то бумагу в целофанированной обложке и помахал ею в воздухе. - Там есть интересный пассаж, Костин! - Михеев водрузил на нос очки, вытащил один из листов, и, найдя нужное место, процитировал:

- Двадцать восьмого мая сего года подал заявление об увольнении по собственному желанию... И далее... С первого июня сего года находится в отпуске... Копия заявления о предоставлении Костину А.М. отпуска прилагается... И вот еще, самое интересное... -

Михеев вновь нашел первую страничку документа, выполненного на фирменном бланке УФСНК. И показал ее - не выпуская из рук - подследственному. - Видишь, резолюция там начертана?! Рукой вашего начальника, генерала Бекетова!..

Он повернул листок к себе и медленно, едва не по слогам, произнес:

- А резолюция стоит такая: "Отправить Костина А.М. в отпуск с последующим увольнением..."

Положив документ обратно в папку, Михеев криво усмехнулся.


- 78 -


- Тебя слили, Костин! Тебе сдало твое же начальство! А поскольку ты давно уже взрослый... и, как мне кажется, далеко не глупый человек, то... То выводы делай сам.


Разговор в "следственном кабинете" шел уже около часа. Костин на вопросы следователей отвечал либо односложно, либо вообще - на время - уходил в себя и игнорировал задаваемые ему поочередно то Михеевым, то Шавреем вопросы.

- Ладно, зайдем с другого боку, - Михеев промокнул носовым платком вспотевшее лицо (в помещении явно не помешало бы установить нормальную систему вентиляции). - Попробуем не кнутом, так пряником... - Он бросил взгляд сначала на Шаврея, потом на оперативника, который присутствовал здесь покамест лишь в качестве стороннего наблюдателя. - Обождите в соседнем кабинете. Кофейку пока попейте... Я хочу переговорить с ним с глазу на глаз!

Когда эти двое ушли, Михеев встал со стула и уселся на край стола. На его худом аскетичном лице - ему бы подошла роль иезуита или энкэвэдешного следователя в какой-нибудь исторической драме - появилось слабое подобие улыбки.

- Вот что, Костин. У меня есть предложение. От которого, полагаю, ты вряд ли сможешь отказаться. А если откажешься... дураком будешь. Твое начальство - руководство вашего Управления - сдало тебя с потрохами!

- Я это уже слышал.

- Но еще явно не понял, что этот факт означает лично для тебя!

- И что он означает?

- А то, что ты огребешь на полную катушку! Сейчас, после ЧП в Москве, где один майор по пьяному делу перепутал супермаркет с тиром или электронным "шутером", отношение к таким случаям, как твой - оч-чень серьезное! Поэтому-то тебя и слили! Думаешь, я не в курсе, что ты должен был в отпуск уйти не с первого числа сего месяца , но - с пятого июня! То есть, с сегодняшнего дня!

- И что с того?

- А то, что надо головой думать, а не другим местом! И думать - вот это самое главное - исключительно о себе, о своей шкуре!

- Можете опустить преамбулу? А то у меня голова трещит... Что вам от меня нужно?

- Сначала скажу о том, что я... вернее, следствие... можем тебе предложить!

- Я не-ви-но-вен! Как вы не понимаете?! Или вы специально делаете вид, что - не понимаете?! Почему бы вам не устроить мне очную ставку с


- 79 -


моим коллегой Леонидом Свидерским?! Думаю, после этого разговора были бы сняты все вопросы! И вам не пришлось бы предлагать мне некий "пряник"...

Алексей, произнеся эту длинную тираду, шумно сглотнул. Горло, кстати, у него по-прежнему болело как будто он страдал ангиной...

Пока сидел в камере, ему пришло в голову вполне логичное объяснение тому, что произошло где-то между его задержанием в гаражах и тем моментом, когда он очнулся в ПКТ одного из городских ОВД. По-видимому, пока он был без сознания в результате полученного им от кого-то из оперативников удара по голове, ему влили - посредством шланга или резиновой трубки, вставленной в пищевод, неслабое количество алкоголя. Скорее всего - водки. Тогда же и подбросили левый "макаров", из которого были убиты оба человека, чья смерть теперь инкриминируется Костину... По ходу этих жестких инсценировочных приготовлений те, кто все это и организовал, позаботились и о том, чтобы на рукоятке "макарова" появились "пальчики" старшего оперуполномоченного УФСКН...

Михеев налил из графина воды в граненный стакан.

- Что, Костин? Засуха? На вот, попей!

Костин, как ни старался пить мелкими глотками, буквально цедя воду, осушил стакан в считанные мгновения.

- Когда я смогу переговорить с адвокатом?

- Что ты несешь?! - сердито сказал "важняк". - Какой еще, на хер, адвокат?! Будет тебе "защитник"... потом! Ты не о том думаешь! И не то говоришь, что мне хотелось бы от тебя услышать! Я ведь пытаюсь помочь! Поэтому я бы не советовал тебе включать идиота!

- Помочь? Мне? Каким образом?

- Обычным! Путем сотрудничества! По принципу: "ты - мне, я - тебе"! Ты помогаешь мне прояснить некоторые вопросы! А я... вернее, мы, поскольку не все зависит от одного меня... помогаем тебе соскочить с той статьи, которая тебе верно корячится! Понял?

- Не совсем...

- Полный срок тебе, может, и не дадут. Но "пятнашку" ты точно огребешь! Учитывая обстановку, учитывая развернувшуюся компанию по борьбе с "маньяками" в погонах!..

Михеев забрал у Костина пустой стакан. Поставил его рядом с графином, высморкался в носовой платок и вновь уселся на край стола.

- Если перестанешь вести себя, как долбанный тормоз, то у тебя есть неплохой шанс соскочить на "сто седьмую" по второй части! За убийство в состоянии аффекта, сам знаешь, много не дают! Максимум - даже за двух - "пятак"! Или даже, на "сто восьмую" выведем - "Убийство при превышении пределов необходимой обороны..." Но тут уже, Костин, надо будет

постараться... Изо всех сил стараться!


- 80 -


- А что от меня-то требуется?

- Всего ничего, - Михеев оживился. - Ответить на несколько моих вопросов. Но ответить - содержательно! Ничего не утаивая и ничего от себя не придумывая.

- На какую тему?

- Не тупи! На тему твоей служебной деятельности....

- Хм... Ну так это - служебная тайна.

- От прокуратуры нет и не может быть никаких тайн. Тем более, что в рамках уголовного дела мы уже дважды производили выемки документов и некоторых иных предметов в здании Управления!

- Вот и изучайте то, что изьяли.

Михеев вновь занял место по другую сторону стола.

- Кто инициировал таможенные проверки по фармацевтическим компаниям области... по поставкам импортных лекарств и препаратов!

- Я этого не знаю. Дальше.

- Знаешь! Не можешь не знать! Мы нашли следы запросов, которые ты делал по вашей базе данных... В частности, ты запрашивал материалы на группу компаний "InWestFarmacom Baltic LTD"!

- Вполне может быть. Хотя я и не помню.

- Кто приказал начать копать под эту структуру? Прежний начальник, который уехал в Москву? Или активный интерес к "Фармакому" появился уже при Бекетове?

- А вы бы сами у него и спросили, гражданин начальник. Я мелкая сошка. Откуда мне знать эти тонкости.

- Кончай тут мне прибедняться! Ты к кому собирался ехать, Костин? Кому ты в Москву названивал последние несколько суток... перед задержанием?

- Это личный вопрос.

- По какой надобности тебя собирались...под видом отпуска... направить в Москву?! Это была... вернее, планировалась - служебная командировка?

- Командировка? В Москву? Впервые слышу.

- С кем ты там должен был встретиться? Мы нашли у тебя в квартире билет на поезд! Ты должен был сегодня... пятого числа... отправиться поездом в Москву! Вопрос у меня такой: кто и с чем тебя посылал в столицу! Какие ты получил инструкции!

- Чушь. Я получил отпуск... в обычном законном порядке! Подошла моя очередь, вот мне и предложили отдохнуть положенный срок...

- Ага, значит, все ж - "предложили"? Кто именно? Бекетов? Или его зам?

- Кадровик вызвал к себе и сказал - с пятого числа вы в отпуске! А с начальством я на эту тему вообще не разговаривал.

- Где ампула? - подавшись вперед, поинтересовался Михеев. - Кому ты о ней успел рассказать? Только не делай вид, что ты не врубаешься!

У Костина в этот момент засосало под ложечкой.


- 81 -


- Какая еще ампула?

Михеев скривил губы.

- Глупо себя ведешь! Глупо! Мы изъяли - в качестве вещдока! - твой диктофон! И кассету с записями! Там есть и запись твоей беседы с ныне покойным гражданином Синицыным, бывшим драгдилером по прозвищу Студент!

- И что вы от меня хотите? Синицын ведь уже того... мертв! Причем, подчеркну еще раз, убил его не я, а кто-то другой.

- Где ты провел вечер и ночь на среду? - пропустив реплику подследственного мимо ушей, спросил "важняк". - У кого ты находился перед тем, как отправиться на расправу с вашими "внештатниками"? С кем встречался?! С кем и о чем разговаривал? И еще. Знала ли твоя подруга что-то об этих вот вещах?

- У меня много подруг. Какая именно?

- Сам знаешь, какая, - Михеев откинулся на спинку. - Хватить тупить, слышь?! Мы знаем много больше, чем ты себе это представляешь! Так вот. Знала ли дама, с который ты встречаешься в последнее время на довольно регулярной основе, о...ну... например, об той ампуле, которую тебе передал Студент? Она ведь, эта рыженькая, в лаборатории работает, не так ли?

- Глупость. У нас есть своя лаборатория.

- Да ладно... Не смеши меня. Говно ваша лаборатория. И результатов надо ждать по неделе и больше. Опять же... а если образец "левый"?

- Чушь.

- Вот что, Костин! Если ты мне эту вот информацию не сообщишь... в деталях!.. по расследованию, по планировавшейся поездке в Москву, ее истинным целям... Да, и еще по этой вот ситуации с твоим "внештатником" и с ампулой!.. Если ты не выложишь всю эту инфу, то и я, Костин, ни чем не смогу тебе помочь! Не забывай о себе! Сам себе не поможешь, никто не поможет! Напомню, что у меня есть "пряник"... ну или "морковка"! А тебе нужно хорошенько поднапрячь память! А потом четко и внятно ответить на все поставленные вопросы. А не то...

- А не то - что? Я и так сижу в СИЗО по ложному обвинению в двойном убийстве?! Куда уж хуже...

- Костин, я был о тебе более высокого мнения... Не разочаровывай меня.

"Важняк", порывшись в портфеле, достал оттуда несколько снимков. Два из них - молодой женщины и мужчины - он показал подследственному.

- Знакомые личности, не так ли? Молчишь... Какие отношение, Костин, связывали тебя с этими двумя? А именно, с Игорем Завальным и его гражданской женой Людмилой Шварц?

- Хм... Шапочное знакомство.

- Это все, что ты можешь сказать по данному пункту?

- Да.


- 82 -


- Какова была цель визита Завального... к соседям? Зачем он отправился в Литву?

- Спросите у самого Завального.

На лице у "важняка" промелькнуло странное выражение... нечто вроде гримасы.

- А... так ты же не в курсе...

- В курсе чего?

- В курсе того, что... что ты наломал дров! Ты, кажется, так и не допер, в каком дерьме ты оказался!. Слушай сюда, Костин! Мы сможем обеспечить твою безопасность и сравнительно мягкий приговор лишь при одном условии: что ты расскажешь о планах твоей конторы касательно расследования импортных поставок холдинга "Фармаком"!! И сообщишь подробности о планируемых вами акциях, направленных против некоторых лиц! Против честных бизнесменов, которых пытается рэкетировать ваша организация!.. И про свои контакты с Завальным - это тоже интересует.


- Гм. Вот какой, значит, у вас "пряник"... - угрюмо произнес Алексей после паузы. - Морковка для братца кролика Костина... А знаешь что, гражданин начальник?! Засунь-ка себе этот "пряник"... в анус! И вашу "морковку" - следом!

Лицо Михеева сделалось злым. Он рывком встал на ноги и направился к двери. Приоткрыв ее, бросил какую-то реплику...

Спустя короткое время в "следственный кабинет" вошел ражий детина - тот самый опер, что предлагал уже ранее поучить подследственного "тюремному этикету". А с ним еще один крепкий парень, которого Костин видел среди ментов, но про которого мало что знал.

- Займитесь им! А я пока чаю попью в соседнем кабинете...


Костин, которому один из двух этих субъектов нахлобучил на голову целофанированный мешок, - прихватив его липучкой у горла! - потерял сознание где-то на четвертой или пятой минуте.

Он наверняка бы задохнулся, или, как минимум, свалился с табурета на пол... но эти двое знали свое дело туго.

Один из них быстро снял с головы подследственного пакет, одновременно придерживая свободной рукой Костина за плечо. С тем, чтобы тот не съехал с табурета, чтобы не свалился и не получил новых повреждений в добавок к тем, что уже имеются... Другой, а именно, крепыш Глотов, достал из внутреннего кармана куртки небольшую плоскую коробочку. А из бокового - тонкий резиновый жгут. Извлек из коробочки шприц-ампулу с тонкой


- 83 -


"инсулиновой" иглой...

Быстро и ловко задрал Костину рукав тонкого свитера, который был на нем с той злополучной ночи.

Перехватил руку у бицепса жгутом.

И ввел подследственному в вену дозу бесцветного препарата...


Когда Костин очнулся, ему стало совсем худо. Лицо горело, внутренности полыхали адским жаром. Голова кружилась, как будто его долгое время вращали на центрифуге... В кабинет вновь вошли следаки. Михеев жестом отпустил Крепыша и его коллегу.

- Костин, ты - в полной заднице ! - сказал "важняк". - Тебе никто не поможет! Тебя слили, как использованную прокладку! Последний раз спрашиваю: ты будешь сотрудничать с нами?! Или хочешь сдохнуть? Как это, кстати, случилось уже с некоторыми из твоих знакомых и друзей?!

У Костина вновь неприятно засосало под ложечкой. На что намекает этот гад? И с кем из его знакомых случилось несчастье?..

Но расспрашивать - не стал.

- Да пойми ж ты, наконец! Мы и только мы можем прогарантировать тебе жизнь! Но и наше терпение, Костин, не беспредельно.


...Допрос продолжался еще около часа.

Костин, хотя ему и было очень худо, держался стойко. Михееву кто-то прозвонил по сотовому и он с явной неохотой прекратил допрос.

Двое сотрудников СИЗО повели подследственного обратно в камеру.

Когда Костин шел по коридору изолятора, с прихваченными сзади браслетами руками, его водило из стороны в сторону... В какой-то момент он выровнялся и пошел почти прямо. Но походка у него была шаркающей, как у девяностолетнего старика...


+ + +

- 84 -


Г Л А В А 9


Допрос свидетельницы по факту взрыва на палангской вилле "Rokos 4" и насильственной смерти гражданина Российской Федерации Игоря Завального проходил в одном из кабинетов штаб-квартиры Департамента госбезопасности Литвы (Valstybės saugumo departamento).

Надо сказать, что Ирма была готова к худшему. Например, к тому, что ей предъявят обвинение в "соучастии". После чего доставят в один из вильнюсских изоляторов и законопатят в "крытую" на все время расследования.

К счастью, самые худшие ее ожидания не оправдались.

На ее наручных часиках было уже четверть восьмого утра. Ирма так устала, так вымоталась, - и физически, и морально - что все воспоминания минувшего дня, проведенного в Паланге, а также вечера и ночи, воспринимались ею теперь так, словно все произошедшее случилось не с ней, а с кем-то другим...

От литовского взморья до Вильнюса транспорт спецслужистов добрался быстро - менее, чем за четыре часа. На восточной окраине колонна, выехавшая около полуночи из курортной Паланги, разделилась. Фургон и машина сопровождения проследовали куда-то в центр. Ну а джип марки Mercedes, в котором кроме нее находились также старший инспектор Монкайтис и двое его коллег, свернул на Басанавичюса. И уже вскоре вкатил во внутренний двор углового здания по улице Витянио...

Собственно, сам допрос, в котором помимо Монкайтиса участвовал сотрудник 3-го отдела ДГБ, занял немногим более часа. Мажоните еще раз ответила на те вопросы, которые ей задавали дэгебешники в Паланге. Ее попросили буквально по минутам и метрам расписать весь их маршрут. Начиная от выезда из Вильнюса и заканчивая тем моментом, когда машину Стаса тормознули на окраине Паланги сотрудники литовской госбезопасности... А потом потребовали выложить все, что она знает о связях Нестерова с "русскими", с "русской мафией". Прежде всего, с тем же ныне покойным Игорем Завальным...

Около шести утра разговор был прерван появлением еще одного сотрудника. Тот что-то сказал на ухо Монкайтису. Допрос был прекращен. Ирму перевели в другое помещение, а сами "чекисты", ничего ей не объяснив, никак не обрисовав ее дальнейшее будущее, куда-то испарились...


Ирма сидела на диване, смежив набрякшие свинцом веки. Окно было закрыто специальными жалюзи (она не смогла их открыть). Кроме дивана в этой небольшой, квадратов в двенадцать, комнате, имеется еще кресло и низкий столик. Под потолком, выше и левей входной двери, установлена


- 85 -


телекамера. Спустя примерно полчаса появился дежурный сотрудник. Он

принес на пластиковом подносе чашку с горячим кофе-экспрессо, печенье на блюдце, бутылочку минеральной негазированной воды и стакан.

- Послушайте, уважаемый... Я могу позвонить?

- Можете, - сказал сотрудник. - Но не сейчас.

- А когда меня выпустят?

- Руководство решит. - Он оглянулся от двери. - Если возникнет какая-нибудь нужда... в туалет, скажем, захочется... Нажмите вот эту кнопку у двери!

Все мысли Ирмы крутились вокруг того, что случилось в Паланге. Она так и не открыла гэбистам, что они с Нестеровым в момент взрыва находились всего в трех десятках шагов от виллы. В ходе общения с Монкайтисом и его коллегами ей все трудней было сдерживаться, чтобы не сказать правду. Чтобы не рассказать им того, что она т а м видела собственными глазами...

Но назад хода нет.

Существуют, как минимум, два обстоятельства, не позволявших Ирме сообщить этим людям всю известную ей информацию.

Первое: рассказав сотрудникам ДГБ в с ю правду, она тем самым поставит в опасное положение Стаса. Нестеров ведь наверняка будет придерживаться именно той линии, которую они, пусть и наспех, продумали, когда бродили, ошарашенные случившимся, по ботаническому парку... Да и себе навредит, сделав "признательное". Потому что к человеку, единожды солгавшему, да еще и в деле, которое наряду с полицией расследует ДГБ, и отношение будет соответствующим.

И второе. Ей оч-чень не понравились некоторые вопросы Монкайтиса и его коллеги. Потому что тема, которую они затронули как бы вскользь, не имела ровно никакого отношения - как ей казалось - к ЧП в Паланге...


Она, кажется, задремала, потому что не услышала, когда в помещение вошел Феликс Монкайтис.

- Следуй за мной! - сказал гэбист. - И плащ свой не забудь!

Ирма поднялась на ноги, взяла плащ и поплелась вслед за гэбистом.

- Я устала! - сказала она сонным голосом. - Я не хочу... и не буду больше с вами разговаривать!

Пройдя по коридору, они спустились затем по лестнице на первый этаж.

- Вы что, глухой, старший инспектор! Я же вам сказала, что отказываюсь давать показания! Тем более, что мне не предъявлено никакого обвинения! И вообще... Я хочу принять душ! И еще я хочу спать!

Они вошли в довольно просторное помещение, где имелись два стола, стулья, шкафчики и стойка, напоминающая гостиничную "рэсэпшн".


- 86 -


- Выдайте вещи гражданке Мажоните! - сказал старший инспектор дежурному сотруднику.

Тот, открыв один из шкафчиков, достал оттуда пакет. Раскрыл его, выложил на стойку дамскую сумочку, ключи и мобильный телефон.

- Распишитесь!

Ирма, проверив содержимое сумочки, расписалась в журнале, что вещи ей вернули в целости и сохранности. Монкайтис жестом пригласил ее присесть на стул. Он раскрыл папку и достал оттуда несколько бланков, выложив их, а также авторучку, на столешницу.

- Гражданка Мажоните, вам следует подписать еще некоторые бумаги!

Он передал адвокатессе бланк постановления.

- Что это?

- Подписка о невыезде!

- А если я не подпишу?

- Не глупите! У нас есть постановление, санкционированное судом, о задержании вас на двадцать четыре часа! - Гэбист бросил взгляд на настенные часы. - Так что я могу вас держать здесь или в изоляторе... до нулей часов! Оно вам надо?

Ирма, вздохнув, поставила свою подпись в положенном месте.

- Еще одну бумагу придется подписать! О том, что вы обязуетесь не разглашать обстоятельства дела, по которому сейчас ведется досудебное расследование! А также не раскрывать третьим лицам деталей допросов и иных следственных мероприятий, в которых вы принимали участие!

Ирма, пробежав глазами документ, составленный на бланке ДГБ, медленно покачала головой.

- Нет. Вот эту бумагу я - не подпишу!

- Это еще что за новости! Почему не подпишите?! Надо подписать, таков порядок!

- Это в а ш и порядки! Не буду подписывать. Точка.

Монкайтис бросил на нее угрюмый взгляд.

- Нарываемся на неприятности? Ну, ну... Подумай хорошенько! Я тебе, можно сказать, по старой дружбе советую - подпиши!

- Не подпишу! Я не просила вас поднимать какие-то темы, которые вы сами считаете "неразглашаемыми"! И никаких обязательств брать на себя - не стану.

- Рискуешь лицензией!

- А вот пугать меня не надо!

Несколько секунд они сверлили друг друга глазами. Монкайтис, криво усмехнувшись, сказал:

- Ну что ж, Ирма Мажоните, тебе жить... А теперь следуйте на выход!

- Не пойду!

Ирма опустилась на стул и уставилась прямо перед собой.


- 87 -


- Это что еще за фокусы?!

- Пока не скажете, что с Нестеровым, я никуда отсюда не пойду!

- Уффф... - Монкайтис процедил воздух сквозь сжатые зубы. - Мажоните, у меня был тяжелый день! И ночь - тоже! Не зли меня!

- Где Нестеров?! Куда его увезли?! Я не сдвинусь с места, пока не получу ответа на этот вопрос!

- В камеру захотелось?! - зло сказал гэбист. - Ну так могу устроить! До конца текущих суток еще есть время!!


Гэбист молча сопроводил адвокатессу на выход через "парадную" проходную. Ирма оказалась наконец на свободе. В полусотне шагов от шумной, запруженной транспортом этот утренний час "пик" улицы Басанавичюса...

Первым делом надо было позвонить. Сотовый оказался разряженным. Ирма прошла два квартала - до автобусной остановки, рядом с которой стоит газетный киоск. Купила карточку; телефонный автомат тоже не пришлось долго искать.

Номер сотового телефона столичного адвоката Науседы, владельца юридической фирмы, она знает наизусть. Именно с подачи этого человека детективное агентство Стаса Нестерова - при непосредственном участии адвоката Мажоните - несколько месяцев назад выполняло деликатное поручение клиента, зашифрованного, как Diana.

Ирма стала набирать номер. Она была сейчас под жутким давлением... Возможно, она делает ошибку. Люди, к которым она намерена обратиться, принадлежат, во-первых, к разряду весьма влиятельных особ. А во-вторых, не факт, что с ней вообще захотят контачить.

После третьего гудка в трубке послышался знакомый мужской голос.

- Доброе утро, уважемый Альгирдас! - скороговоркой произнесла Ирма. - Извините за ранний звонок! Это Ирма Мажоните... помните меня?

- Минутку!

В трубке на некоторое время воцарилась тишина. Причем, на другом конце провода молчали так долго, что Ирма почувствовала приступ паники.

- Ирма, вы на проводе?

- Да, да... я здесь!

- Вы откуда звоните?

- Эммм... Я звоню с уличного таксофона! Уважаемый Альгирдас... У меня возникли проблемы... Хочу с вами посоветоваться!

Возникла еще одна пауза. Ирма предположила, что маститый адвокат ищет повод, как ее отбрить...

- Ирма, в офис ко мне не приходите!

- Ну что ж. Извините, что побеспокоила...


- 88 -


- Подождите, я не договорил! Вот что. Приходите в то место, где мы встречались с вами в... предыдущие разы! Вы меня поняли?

- Да, конечно!

- А теперь договоримся о времени! Я так понял, что дело - срочное?

- Очень, очень срочное! И очень важное.

- Ладно. Ровно в одиннадцать в известном вам месте!

Ирма хотела было попросить адвоката прийти еще на час раньше, но - не решилась. Да и ей самой не помещает иметь в запасе два или три часа: успеет съездить на такси домой, там переоденется и примет душ... И еще, что немаловажно, еще до встречи с адвокатом Науседой ей нужно как-то связаться со своими, с Римасом, Петровичем или Басей! Может, они в курсе, куда именно увезли Стаса и где его сейчас держат.

- Спасибо огромное, уважаемый Альгирдас! Я буду на месте в указанное вами время...


Стаса Нестерова под усиленной охраной доставили прямиком в вильнюсский следственный изолятор Лукишкес. После завершения обычных в таких случаях процедур, после оформления, задержанного препроводили в расположенный рядом с административным крылом тюрьмы блок. Где содержат наиболее опасным личностей из числа как подследственных, так и тех, кто уже отбывает наказание по приговору суда.

Когда Стаса ввели в камеру, напоминающую номер в средней руки гостинице (только с решеткой на окне), он невольно усмехнулся. В этой "еврокамере" ему как-то однажды уже приходилась сиживать*. Он тогда недолго здесь прокуковал. Власти оперативно разобрались и выпустили - даже с неким подобием извинений - детектива Нестерова из стен местной "крытой"...

И вот он опять здесь, в этой некогда самой "мягкой по режиму" тюрьме всей Российской империи, в "лукишском замке", построенном в начале прошлого века. Воистину, от тюрьмы и сумы не зарекайся.


Прошло примерно шесть часов с той момента, когда Нестерова заперли в камере. За это время его никто не потревожил, если не считать зека, разносившего под присмотром сотрудника изолятора по камерам утренний завтрак - в пластиковой упаковке - и кофе.

Стас кофе выпил, но к тюремной пайке не притронулся.

Клацнул замок; гидравлика почти бесшумно открыла дверь камеры.

- Нестеров, на выход! - скомандовал сотрудник охраны.

Стас перешагнул порог камеры. Сунул ноги в мокасины,

--------------

*Данные события описаны в романе "Персона нон грата".


- 89 -


оставленные снаружи, в коридоре - в эту "еврокамеру", как он помнил еще по прошлому своему "залету", в обуви почему-то не впускают, заставляют разуваться. Затем под присмотром двух мужчин в униформе проследовал по коридору в административное крыло.

Когда его ввели в один из расположенных в этой части СИЗО следственных кабинетов, он увидел двух уже знакомых ему гэбистов.

- Снимите с него браслеты! - приказал старший инспектор Монкайтис. - Добро... А теперь оставьте нас!

Стас, подчиняясь его жесту, опустился на стул. Феликс, его однокашник, а в одно время даже чуть ли не приятель, выглядел паршиво. несвежее лицо, покрасневшие от недосыпа глаза...

- Угостите сигаретой, граждане начальники!

- Здесь не курят! - буркнул Монкайтис. - Ну что, Нестеров?! Давнее знакомство позволяет нам избежать долгих предисловий, не так ли?

- Феликс, тебя еще не выперли из конторы? Ты же жаловался мне... не так давно, кстати, что висишь на волоске?!

Монкайтис, бросив взгляд на коллегу, который, оседлав стул, устроился чуть в сторонке от стола, зло процедил:

- Тебе мало статьи за убийство? Хочешь довеском получить еще и за клевету на должностное лицо?

- Это я то клевещу? - Нестеров сделал удивленное лицо. - А кто приходил ко мне с "непристойным предложением"? У меня, кстати, где-то должна быть аудиозапись того разговора...

- Врешь! Не было такого!..

Нестеров посмотрел на другого гэбиста, сотрудника 3-го отдела ДГБ, как бы призывая того в свидетели.

- И знаете, какое предложение мне сделал ваш коллега Феликс Монкайтис? Долю захотел в нашей с Мажонасом фирме!

- Заткнись, Нестеров!

- Захотел, видите ли, чтобы его ввели в состав учредителей! Меня, говорил, вот-вот сократят... Потому что несколько штатных единиц упраздняют! Так я, говорит, готов войти в ваш с Римасом Мажонисом бизнес. Вложусь мол, своими наработанными связями и возможностями!..

- Прекратите, Нестеров, - сухо произнес сотрудник "тройки". - Ваши воспоминания в этой части никому не интересны.

- Ну так и мне этот ваш базар тоже - не интересен!

- Да? А вам разве не интересно будет узнать, что с вас, по-видимому, будут сняты обвинения в части организации взрыва на вилле в Паланге?

Стас приподнял правую бровь.

- О как?! Гм... А чего тогда держите меня здесь? Ну... я пошел тогда, да?

- Сядьте обратно на стул! - рявкнул Монкайтис. - Иначе опять окажетесь в наручниках!

- 90 -


- Да, обвинение в убийстве с вас будет, вполне возможно, будет снято...

- "Вполне возможно"... "по-видимому"... - Стас скривил губы. - Это какой-то детский сад! Если есть что предъявлять - предъявите! А ваши предположения мне не интересны.

- Полиция и наши люди просмотрели видеозаписи, - продолжил сотрудник "тройки". - Ваши показания в той части, что касается вашего и Ирмы Мажоните приезда в Палангу в целом подтверждаются. Есть вопросы, есть нюансы, которые в ходе следствия надо будет прояснить... Но об этом поговорим в другой раз. И я бы, Нестеров, не советовал вам ломать здесь комедию!

- И клеветать вдобавок! - вставил реплику Монкайтис.

- Вы капитально влипли, Нестеров! Мы специально не включаем пока записывающую аппаратуру, надеясь на ваш разум, на ваше...

- Благоразумие, - подсказал Монкайтис.

- Если в ходе следствия и выяснится, что вы, Нестеров, не причастны к взрыву на вилле "Rokos"...

- А вот его-то на пару с русским там и хотели взорвать!

- ... то останутся еще и другие обвинения! - закончил коллега Феликса.

- Какие именно? Огласите весь список.

- Шпионаж в пользу иностранного государства...

- И государственная измена, - добавил Монкайтис. - Кстати, по этим двум статьям ты вполне можешь огрести "пожизненное"!

- Поэтому, Нестеров, мы и предлагаем вам сделку! Вы нам рассказываете все, что знаете о Завальном и его московском патроне...

- Иванов Евгений! - уточнил Феликс. - Он к тебе сюда в Вильнюс приезжал!

- Ну и что из того? - Стас пожал плечами. - Разве этот человек находится в списках разыскиваемых Интерполом лиц?

- Это не довод!

- К нам, в Литву, как я понимаю, он тоже легально въезжает! Мы с ним коллеги... Так что ничего странного или криминального в такого рода знакомствах я не вижу!

- Вы не поняли, Нестеров! - теперь уже сотрудник "тройки" повысил голос. - Речь идет о национальной безопасности! О том, что некая группа лиц, к которой и вы, кстати, имеете отношение, располагаете сведениями... материалами... информацией, наконец, представляющей, с одной стороны, угрозу нашей стране, с другой...

- Мы бы хотели заполучить через тебя эти материалы! - сказал Феликс.

"Блин... Похоже, у этих гэбистов съехала крыша, - тоскливо подумал Стас. - Помешались на почве русофобии и шпиономании..."

- Ты, Нестеров, может, будешь утверждать, что твоя фирма не выполняла заказ одного... - Феликс пожевал губами, подбирая нужное выражение. -


- 91 -


Одной высокопоставленной, скажем так, особы?!

- Вот про это, Нестеров, ты тоже должен нам все рассказать! И про заказ клиента по прозвищу Diana... нас эти моменты очень интерсуют!

- А не много ли на себя берете? - процедил Стас. - Вы, господа, часом не спутали времена и эпохи? С какого рожна я должен предоставлять вам конфиденциальную информацию о своих клиентах! И где доказательства тех преступлений, которые, по вашим словам, мне инкриминируются? Меня что, взяли с поличным? Прихватили при передаче какой-то хрени российскому консулу или атташе? Или у меня нашли секретный архив, который я годами собирал на литовских политиков и бизнесменов! Ну и ну... Чушь.

У Монкайтиса запиликал сотовый. Он вышел из помещения. А когда вернулся, - спустя минуты три - лицо у него было красным и потным, как будто он только что выскочил из сауны.

Подойдя к коллеге, он наклонился и что-то прошептал ему на ухо. Тот с изумлением посмотрел на Феликса.

- Как это? - полушепотом сказал он. - Что за ерунда?

- Я и сам толком не понимаю... Но приказ, - Феликс поднял глаза к потолку, - исходит прямо оттуда!

- Что, даже без "подписки о невыезде"? Вот так взять... и отпустить?? А на каких основаниях?!

- Ордер на его арест, как мне только что сказали, опротестован в городском суде! Сейчас подвезут в изолятор соответствующую бумагу!

Монкайтис в сердцах махнул рукой... Потом нажал кнопку, расположенную на столешнице, вызывая местного сотрудника.

- Ладно, Нестеров... погуляй пока! - прошипел он. - О нашем разговоре - забудь! А будешь еще клеветать, мы найдем способ закрыть тебе рот.


+ + +

- 92 -


Г Л А В А 10


После визита на хутор "чужих", подбросивших - вероятно - в одну из хозпостроек сумку с какими-то документами и столь же внезапного появления Баси Ставицкой, сообщившей зловещие новости, Слон порывался

немедленно выехать в Вильнюс.

Но бывшая стажерка, а ныне полноценный член их небольшой команды, резонно рассудила, что если Мажонас заявится в дежурную часть городского комиссариата в том виде, в котором она его здесь застала, то никакого толка от этой затеи не будет. Наоборот, они лишь приумножат неприятности. Создадут себе новые проблемы на ровном месте.

Онуте встала на сторону "полячки". Вдвоем они кое-как уговорили Мажонаса пройти в дом. Слон, махнув рукой, рухнул в постель. И сразу же провалился в глубокий омут сна; впервые с момента расставания с бывшей пассией ему не снился дурацкий сон, в котором присутствовали "мадмуазель Вирга" в золотом платье, лимузин с красавцем негром за рулем, дворцы, яхты и павлины...

Когда его разбудили, - в половине десятого - он, несмотря на потрескивающую после многодневных возлияний голову, уже вполне был способен не только соображать, но и действовать.

Мажонас умылся, переоделся во все чистое, благо у Онуте хранится целый гардероб из его вещей. Он узнал от Ставицкой, что та вместе с Вирасом перепрятала сумку с документами и дисками, которую они нашли ночью в сарае. После короткого совещания решили, что пока не прояснится ситуация по аресту Нестерова и Ирмы, сообщать о визите ночных гостей и найденных документах они в полицию не будут.

Позавтракав на скорую руку, Слон и Бася попрощались с хозяйкой и ее помощником.

Затем уселись каждый в свою машину и отправились в столицу, до которой от хутора час с небольшим езды.


Римас, чтобы заглушить "выхлоп", всю дорогу сосал мятные лепешки, которыми его снабдила хозяйственная девушка Бася. Когда выбрались на укмяргское шоссе, он включил автомагнитолу. Прослушал свежие выпуски новостей на двух местных УКВ-каналах.О взрыве в Паланге и о задержанных в этой связи гражданах в сводках криминальных событий - ни слова.

"Патфайндер" держался за серебристым "опелем" (это разъездная машина агентства), которым управляет Бася Ставицкая. Невдалеке из-за линии горизонта постепенно вырастали очертания окраинных кварталов литовской столицы. Накрапывает мелкий дождик; редкие тяжелые капли плющатся о


- 93 -


лобовое стекло джипа. Они уже подъезжали к окружной дороге, когда ожил сотовый Мажонаса. На экранчике высветилось - Pussesere*.

- Сяся**... ё-мое!! Ты где? Что с вами?! Рассказывай!!

В трубке послышался знакомый голос.

- Римас, я звоню сейчас из своей квартиры!

- Так вас уже того... освободили?

- Про Стаса пока не знаю! Пытаюсь навести справки, но тут есть нюансы. А меня... меня, да, выпустили! Сейчас вот вызвала такси, поеду на встречу с одним человеком!

- Давай я за тобой заеду! Верней, мы вдвоем с Басей можем приехать!

- А Барбара тоже где-то рядом?

- Да! Она впереди едет на "опеле"! Мы сейчас возле окружной! Минут так через двадцать будем у тебя!

Последовала небольшая пауза. Затем в трубке вновь послышался тихий - и какой-то усталый - голос двоюродной сестры:

- Нет, не нужно! Я одна поеду. Вот уже и такси приехало!..

- А куда именно ты едешь? С кем ты забила стрелку?

- Пока ничего не могу сказать... Вот что, Римас! Я так поняла, вы сейчас в дороге? На своих колесах?

- Да. Только что проехали окружную!

- Тогда отправляйтесь в наш офис! Посмотрите, что там и как!

- В новый? Или в Старый город ехать?

- Да все равно! Главное... главное - ничего пока не предпринимайте! Никаких резких движений! Ждите моего звонка. Понял меня?

- А чего тут непонятного, - буркнул Слон. - Береги себя, сяся.

- И ты будь осторожен, братец. До встречи!


Едва Римас дал отбой, как сотовый вновь запиликал. На этот раз звонила Ставицкая.

- Слушаю, Бася!

- Римас, мне только что Петрович на сотовый отзвонился! Он сказал, что твой номер занят! И еще сообщил, что ему буквально несколько минут назад Ирма звонила!

- А я как раз с "сясей" только что разговаривал!

- С Ирмой?! И что она говорит?

- Сказала, что ее выпустили!

- А где Стас?

- Она сама не знает! Ирма только что отправилась на встречу с каким-то

---------------

*Двоюродная сестра (литов.).

** Сестра - от sesuo (литов.).


- 94 -


человеком... она его не назвала! А что говорит Петрович?

- Он сказал, что наш новый офис после ночного обыска - опечатали! И еще сказал, что те двое наших, кто должны были выехать в смену на пакгауз... Что они, значит, нормально подменились и в этом плане все в порядке!

- Добро! Вот что, Бася. Едем в старый офис! А там уже на месте посмотрим, что и как!


Изначально детективное агентство "Nesterov&Partners", штат которого на первых порах составлял всего четыре человека, размещалось в одном из довольно ветхих зданий Старого города, входившего некогда в состав еврейских кварталов Вильно. Офис занимает половину третьего этажа небольшого четырехэтажного дома. Арендный договор приходится перезаключать каждый год. Собственник здания все никак не может накопить средства на реновацию. А продавать кому-либо целиком все здание он по каким-то своим соображениям - отказывается.

Предыдущие два-три года были тучными для того бизнеса, которым занимаются Нестеров и его партнер Римас Мажонас, в прошлом сотрудник отряда ARAS*. Штат фирмы весной прошлого года, на пике, достиг трех десятков человек. Cамо агентство пришлось разделить на два подразделения: собственно, детективное агентство и охранное предприятие, офис которого и вся материальная база - транспорт, прежде всего - находятся в арендованном помещении в районе Антакальнис.

Начиная с осени прошлого года, дела у них шли все хуже и хуже. Если раньше, до кризиса, у Стаса не было отбоя от клиентов, и он мог даже позволить себе выбирать, то теперь, наоборот, за клиентурой надо было гоняться... Содержать два офиса в это сложное время крайне накладно. Да и нет нужды в дополнительных помещениях, учитывая, что штат их фирмы усох в три раза (всем попавшим под сокращение сотрудникам пришлось выплатить полугодовое жалование, как того требует законодательство). Договор на аренду нового офиса у них заключен на пять лет. Старый офис решено было сдать в субаренду до истечения текущего договора, то есть, до конца нынешнего года. Из помещения, в котором почти семь лет размещалось детективное агентство, вывезли часть специального оборудования, оставив лишь офисную мебель. Две недели назад дали соответствующее объявление; риэлтерские конторы тоже были извещены. Но, к их несчастью, расценки на аренду офисных помещения пошли резко вниз - из-за упавшего спроса. Те несколько потенциальных клиентов, что приезжали посмотреть офис, сдаваемый в субаренду, либо

-------------

*ARAS (в переводе с литовского - "орел") - спецподразделение, отряд СпН МВД Литвы, аналог российского СОБРа.


- 95 -


остались недовольны увиденным, либо обещались "подумать" и потом перезвонить.

Таким образом, старый офис пустовал: прежние хозяева съехали, а нового "постояльца" найти пока не удалось.

Именно в этот адрес и направились Слон и Бася после того, как им прозвонила Ирма Мажоните.


Несмотря на старания городских властей ограничить въезд транспорта и обустройство разгрузочных площадок, машин в Старом городе столько, что некуда палец сунуть, а не то что припарковаться.

Возле старого офиса, во внутреннем дворе, на небольшом паркинге, для агентства зарезервировано три машиноместа. Но туда еще надо как-то добраться... Проехать обычным маршрутом не получилось: коммунальщики перекопали одну из улочек - вероятно, меняют трубы.

Стася повернула под арку. "Опель", а также следующий за ним в корме "патфайндер" просквозили через проходной двор. Они выбрались на параллельную улочку. И тут Стася вдруг дала по тормозам!..

Мажонас, не ожидавший от нее столь резких движений, едва-едва успел среагировать. Да и то, не был уверен до конца, что из-за неуклюжих действий Ставицкой "не поцеловал" в корму их служебную тачку.

Выбрался из машины. Выскреб из пачки сигарету, прикурил от зажигалки. Осмотрел транспорты. Не, вроде не зацепил... Передний бампер джипа оказался в считанных сантиметрах от кормы "опеля"!

- Баська... ты это... поаккуратней!

Не получив ответа, он поискал глазами "боевую подругу". В "опеле" ее не было. Фигасе... куда это Ставицкая исчезла?

- Барбара?! Ты где?

Откуда-то - слева от него - послышался приглушенный голос Ставицкой:

- Тихо. Я здесь...

Мажонас наконец увидел девушку. Ставицкая находилась по другую сторону ряда машин, припаркованных - под углом - вдоль тротуара. Он подошел к ней.

- Бася, что за дела?!

- Это она!

- Что? Где!?

- Тихо, тихо... В машине никого нет! Но они могут быть где-то рядом.

Мажонас только сейчас обратил внимание на джип KIA черного цвета, припаркованный на этой улочке в ряду других легковых авто.

- Римас, глянь сюда!

Слон переместился на тротуар. Бася, присев на корточки, рассматривала горизонтальную царапину на левой передней скуле "корейца". Она, эта


- 96 -


царапина длиной около метра, была совсем свежей...

- Курррва мать!..

- Что?! - до Мажонас наконец "дошло". - Это та самая тачка?!

- Да!

- Уверена?

- На все сто! - Бася показала на пустой паз для крепления зеркала заднего обзора со стороны водителя. - Гляди... я ему тоже зеркало снесла! И эта царапина... У меня тоже бок у "опеля" ободран!

Хотя у тачки тонированные стекла, все же им удалось рассмотреть, что в салоне "корейца" нет ни одной живой души...

Мажонас вновь принялся глазеть по сторонам, пытаясь сообразить, где сейчас может находиться хозяин этой тачилы. Дом, у которого припаркован KIA, является не жилым. То ли предназначается на снос, то ли находится на реконструкции - оконные и дверные проемы замурованы либо заколочены деревянными щитами... В здании напротив находится библиотечный коллектор (вряд ли те люди, что ночью рыскали по хутору, интересуются книгами). Ниже по улице - сувенирные лавки, кафе... Вторые и третьи этажи этих старых зданий заняты под жилой фонд.

- Бася, у тебя в "опеле" должен быть спецнабор! В бардачке!

- Ты хочешь вскрыть их машину?

- Угадала. Но сначала давай-ка отъедем. Оставим свой транспорт во дворе нашего офиса! А потом... потом я вернусь.

- Среди бела дня? А сигнализация?! А телекамеры! - Ставицкая, нервничая, сняла бейсболку, пригладила ладонью короткий ежик волос, затем нахлобучила ее обратно на голову. - Тут повсюду следящие камеры... ты и сам это знаешь! Полиция нарисуется раньше, чем ты успеешь осмотреть салон "корейца"! Да и что ты собираешься там найти?

Мажонас огорченно сплюнул.

- Надо бы пивка купить! И поправить здоровье... А то башка совсем не варит.

- Не, не надо! Знаю я вас, хлопаков. Ты одним пивом не ограничишься!

- А может, того... Покараулить здесь? Подождать, пока хозяин "корейца" не нарисуется?

Бася бросила на него неодобрительный взгляд.

- Бардзо цекависто, на цо то пану потшебно?!

- А для того "потшебно"... что хотелось бы мне с ним пообщаться! И спросить, за каким лешим он приезжал ночью на хутор?! А еще я хочу поинтересоваться, не он ли оставил сумку с документами в сарае?! И какую цель он при этом преследовал! Короче, есть о чем с ним побазарить!

- А если он не один? Ты ж сам говорил, что хлопаков было, как минимум, двое!.. Послушай, Римас! Давай отойдем от этого самохода! Я сама юж сильно жалею, что остановилась здесь, что дала тебе повод для авантюры!


- 97 -


- Ну так и что ты предлагаешь?! Тебе разве не хотелось бы узнать, что это за люди?!

- Очень! Но... У нас и без них сейчас проблем хватает! Кстати...

- Ты уже что-то придумала?! Выкладывай!

- Нам не обязательно торчать тут, на улице, чтобы узнать, кто - хозяин этого самохода! Достаточно того, что мы теперь знаем госномер этого джипа! У нас же есть база данных по всем транспортным средствам! И по их владельцам! Забыл?

Слон обнял девушку и неловко поцеловал ее в щеку.

- Ты не только красивая, Баська! Но еще и умная... Файна кобета*!

- Скажешь тоже, - Ставицкая вдруг покраснела. - Придем в офис, попробую пробить по базе владельца самохода. Вот если получится, тогда и будешь мне комплименты расточать!


"Опель", а вслед за ним и "патфайндер", проехав еще квартал, свернули под арку. Парковаться пришлось во дворе одного из домов, расположенных по соседству с зданием, где находится старый офис агентства. В связи с реконструкцией этих старинных кварталов и ремонтом старинных брусчатых мостовых, некоторые проезды оказались перекрытыми.

Они прошли через уставленный машинами двор. Вот и четырехэтажный нежилой дом с облезлой местами штукатуркой. Тот самый дом конца позапрошлого века, в котором находится офис. Бася вдруг остановилась, как вкопанная.

- Курррва мать!..

- Чего ругаешься?

- Ну я и тупая!

- Некоторые о тебе другого мнения. В чем дело?

- Я же совсем забыла, о чем мне Петрович говорил!

- Ну?

- Он сказал, что полиция... или кто там приезжал ночью... что они - опечатали оба офиса!

Мажонас от огорчения сплюнул.

- Стоило начать трезвую жизнь, как на голову обрушилась куча дерьма! Во что мы влезли, Бася? Не-ет... тут без полбанки ну никак не разобраться!

- Вот только не надо таких речей! - встревожилась Ставицкая. - Эдак, если пить каждый день, можно и в алкоголика превратиться! А кто работать будет, шеф? Вот лично я не понимаю, какое удовольствие в том, чтобы глохтать водку стаканами!

- Алкоголизм, Баська, чтоб ты знала, это не удовольствие, а тяжкий

--------------

* Красивая, хорошая, милая девушка (польск.).


- 98 -


ежедневный труд, - выдав эту сомнительную сентенцию, Мажонас поморщился от очередного приступа головной боли. - Ладно! Раз уж мы сюда приехали, давай произведем рекогносцировку!

- Чего произведем?

- Разведку! То бишь - осмотрим поляну.

- А-а...Все равно ничего не поняла.

- Вот что, Бася! Ты иди через парадное! Поднимешься на наш этаж. И посмотришь, опечатана ли дверь!

- А ты?

- А я попробую попасть в наш офис... через черный ход!


Бася свернула за угол дома и направилась к парадному.

Слон, доставая на ходу из кармана куртки связку ключей, подошел к металлической двери, за которой находится лестница запасного выхода. Часть этого здания пустует уже несколько лет, под офисы сдано лишь его левое крыло...

Найдя нужный ключ, Римас отпер замок. Дверь удалось открыть не без труда; по-видимому, этим входом уже давненько никто не пользуется.

Он оказался в темном пыльном помещении, где пахло известью, цементом, плесепнью и мочой. Держась рукой за холодную шероховатую стену, осторожно ступая, добрался еще до одной двери. Она оказалась запертой. Вернее, была заколочена досками...

- За что мне это все?! - пробурчал Слон. - Да еще на больную голову!

Под ногами что-то звякнуло... Нагнувшись, Мажонас нашарил рукой какую-то увесистую железку... Ага, это арматурный прут! Как раз то, что нужно.

Действуя арматуриной, как фомкой, он отодрал доски, освобождая себе проход. На лестнице отсутствовали перила, но Мажонаса такая мелочь не смутила. Он поднялся на третий этаж. Остановился возле другой двери - это была мощная "сейфовая" дверь. По-хорошему, этот дверной проем следовало бы замуровать. Но то ли у них с Нестеровым руки не дошли, то ли владелец этого здания не дал "добро"... эти вот нюансы в памяти Мажонаса как-то не сохранились.

Подсвечивая себе узким снопиком прикрепленного к брелоку "лазерного" фонарика, Римас внимательно осмотрел дверь. Никаких следов взлома или бумажек с печатями он не обнаружил. Если компетентные органы и производили обыск в офисе агентства, то эту вот дверь они явно обошли своим вниманием. Или же, учитывая, что она закрыта платяным шкафом, попросту ее не заметили.

В какой-то момент Слон даже засомневался, есть ли в его связке ключей тот, - или те - что подходит к этой двери. Ага, один из длинненьких "штырь-ключей" подошел таки... Два оборота ключа... готово!

- 99 -


Римас потянул дверь на себя. К счастью, она открывалась "вовне". Будь иначе, он бы, вполне возможно, не смог бы ее открыть. Либо ему понадобились бы гораздо большие усилия нежели те, что он сейчас затратил.

Теперь лишь платяной шкаф, придвинутый вплотную к дверному проему предусмотренного здесь некогда запасного выхода, закрывает ему проход в офис.

До его слуха неожиданно донеслись мужские голоса.

- Что это за звук?

- Какой звук? - переспросил другой.

- Ты не слышал?

- Нет... Все, хватит трындеть! Давай свяжем ее, что ли?!

"Что это за хня?! - промелькнуло в голове у Мажонаса. - Похоже, в офисе кто-то есть! Полиция? Может, оставили пост? Или... или даже устроили засаду в офисе?! Но на фига им это нужно?!!"

Из-за шкафа донеслось чье-то пыхтение... Прозвучал матерок - на литовском, а затем и на русском!

- На хер ты ее сюда привел?!

- А что было делать?! Она хотела дверь отпереть! Уже ключи доставала... Ну я и прихватил ее!

- "Прихватил"... И что теперь?! Куда ее девать?!!

- Млять... Откуда мне знать? Ты старший, ты и решай!!


Мажонас изо всех сил - двумя руками - толкнул платяной шкаф - от себя!

Тот с грохотом повалился на пол!..

Римас вскочил на перевернутый, лежащий плашмя шкаф... Мигом, даром что в нем центнер веса, перемахнул на другую сторону! Теперь он мог не только слышать, но и видеть этих двух субчиков, которые невесть зачем забрались в офис агентства! Это были крепкие, рослые парни!.. Оба в "гражданке"; лица сокрыты под шлем-масками. Один из них сидел верхом на Басе Ставицкой! Ну а та, с кляпом во рту и вывернутыми назад руками лежала на полу, прижатая весом этого чужака... Другой стоял у окна с закрытым жалюзи - этот тип, когда на пол, едва не задев Ставицкую и его подельника, повалился шкаф, слегка присел от неожиданности... Потом, быстро придя в себя, - надо отдать должное его реакции - откинул полу куртки и расстегнул поясную кобуру!

Мажонас - одновременно с ним - рванул из подмышечной кобуры свой зарегленный "глок"!

- Брось оружие! - рявкнул он. - Бросай ствол, кому сказано!!!

Слон выстрелил первым! Но не в воздух, не предупредительный, а почти прицельно! Пуля, пройдя в сантиметрах - слева - от головы мужика в маске, ударила в окно! Тот пригнулся... В офисе вновь, ударяя по ушам,


- 100 -


громыхнули выстрелы! Послышался звон оконного стекла: одна из пуль, просвистев над макушкой чужака, попала точно в центр рамы!

- Ты чё, с ума рухнул! - крикнул тот. - Кончай палить!

- Брось оружие! И сам - на пол!!!

"Если они из полиции... или из "органов", - промелькнуло в голове у Слона, - то мне будет полный абзац!.."

- А ну в темпе!! - заорал Мажонас. - Я с крутого бодуна! А потому за себя не ручаюсь!!

Мужик в маске нехотя бросил пистолет под ноги.

Мажонас направил ствол на другого.

- Эй ты, бугай! А ну слез с девушки!!!

Тот зачем-то полез в боковой карман ветровки.

- Не балуй!! А то счас грохну!!

Тот, держа голову повернутой к Мажонасу, медленно вытащил руку из кармана. В ней была зажата... дискета! Далее случилось то, что несколько озадачило Мажонаса: этот тип сломал дискету пополам! Затем переломил еще раз каждую из половинок...


Спустя несколько секунд ситуация в офисе поменялась с точностью до наоборот. Теперь уже оба чужака лежали на полу, лицами вниз! На одном из них - верхом на его спине - сидела Бася Ставицкая. Пыхтя от усердия, мешая воедино польские, русские и литовские ругательства, она связала "бугаю" руки сзади тем самым обрывком провода, которым он несколькими минутами ранее пытался связать ее саму!..

Она собиралась вставить ему в пасть тот самый кляп, что успел побывать у нее во рту, но Римас жестом показал, что этого делать пока не нужно.

Мажонас озадаченно скреб стриженную почти под ноль голову... Документов у этих чужаков не было. Ни-ка-ких! Только два ствола - "травматики" - и набор отмычек.

Ах да, еще та самая дискета, которую разломал у него на глазах "бугай".

Слон поднял с пола фрагменты диска. Покрутил их в руках... ясно, что и сама дискета и хранившаяся на ней инфа - утрачены. Он посмотрел на того мужика, что пытался оказать ему сопротивление. И которого он вынужден был постращать парой-тройкой выстрелов...

- Кто такие?! - спросил он. - Фамилия, имя, место работы?! И не изображайте тут глухонемых!!

Он присел на корточки. Взяв за край "маски" двумя пальцами, стащил ее с головы "налетчика".

Левая половина лица у этого с виду незнакомого мужика была залита кровью. Одна из пуль, выпущенных Мажонасом для острастки из "глока", отсекла ему верхушку уха, содрав по ходу и кусочек кожи на виске...


- 101 -


- Сука! - процедил мужик. - Ты ж мог меня убить!

- Запросто! Ведь предупреждал, мужики, что я - с крутого похмела! Неделю бухал... теперь вот руки трясутся! Так что тебе повезло, братело: считай, в рубашке родился!

- А вот тебе - не повезло! - подал реплику "бугай". - Эй ты... сучка! Полегче!! Больно ж... мать твою!

- Ты мою мать не трогай, курррва! - Бася треснула кулаком по мощному загривку. - Будешь знать, как полициянтом прикидываться! - Она посмотрела на Мажонаса. - Ты представляешь, шеф?! Он на площадке четвертого этажа караулил!

- На стрёме стоял?

- Да... типа того! Я его поздно заметила... А он на меня пушку наставил!

- А ты зачем в сам офис поперлась?! Я же тебе сказал, чтоб ты дверь осмотрела! Нет ли там бумажек с печатями... и все такое! Но - не более.

- А я что? - Бася поднялась на ноги. - Я так и сделала! Подошла к двери! Смотрю, бумага с постановлением там наклеена! Но она едва держалась! Откуда мне было знать, что так получится?.. Этого тоже связать?

- Да, займись им сама, а то у меня башка трещит! Только это... возьми аптечку и окажи ему первую помощь! Видишь же, кровь хлещет!

- Я таких мудаков еще не видел! - вновь подал реплику "подстреленный". - Ты даже не представляешь, что теперь будет!

- Почему? Отлично даже представляю! - Мажонас пнул его с носка по ребрам. - Я вас сейчас, ребятки, допрашивать буду! И поскольку я себя не очень хорошо чувствую, то допрос будет скорый и резкий!

- Что ты собираешься с ними делать?! - поинтересовалась Бася. - Может, сдадим их в полицию?! И пусть там с ними уже сами разбираются!

- Если не скажут, кто такие и что здесь делали, я их пришью! И ничего мне за это не будет.

- Что сделаешь? - Бася уставилась на него, округлив глаза. - Не поняла.

- Или за аптечкой! - рявкнул Мажонас. - Она где-то в помещении кухни - поищи там!

Когда Бася вышла из комнаты, Мажонас переместился в другой угол. Туда, где на полу лежали две поясные кобуры с пистолетами, отобранные у этих двух деятелей.

- Ну что, поганцы?! Хотите, чтобы я открыл карты? Желаете знать, что вас ждет?

- Хватит нести хрень! - подал реплику "бугай". - И изображать из себя "рэмбо"! Ты и без того уже накосячил! Самое разумное, что ты можешь сейчас сделать, это...

- Это - развязать нас! И отпустить, вернув стволы! - сказал "подранок".

- Вы никак рамсы попутали? - зло произнес Мажонас. - Хатит понтярничать! Я буду задавать вопросы, а вы, блядь, будете на них отвечать!


- 102 -


- А ты не слишком много на себя берешь?!

Вернулась Бася - с чемоданчиком в руках, на котором нарисован красный крест.

- Ну что? Перевязать его?

- А подожди пока! Я одно из этих двух, наверное, грохну! А может, обеих.

- Да? - Ставицкая вновь округлила глаза. - А что полициянтам скажем?

- Скажем, что налет был! - Мажонас кивнул в сторону валяющегося на полу шкафа и открытой настежь двери запасного выхода. - Если вкратце, то картинка такая. Мы приехали в офис... чтобы убедиться, опечатан ли он. Ничего такого не нашли... Если и был опечатан, то кто-то сорвал бумажку!

- Складно пока... И что дальше было?

- Зашли мы, значит, в офис... а тут эти двое!

- У меня, пся крев, синяк будет под глазом! - Бася приложила к ушибленному месту пятилитовую монету. - И что потом случилось?

- Ну... элементарно! - Римас пожал плечами. - Налетчики открыли огонь...

- А они разве стреляли?

- А кто это знает?! - парировал Слон. - Сейчас я отстрелю из их стволов по несколько выстрелов!.. Чтоб, значит, у полиции не было сомнений. Ну и чтоб к нам не было вопросов! Да, стрелял на поражение... Но действовал в пределах самообороны. Да еще и на своей территории!

- Какой ты мудрый... разумный человек! - восхитилась Бася. - Так что, мне пока этого "безухова" - не перевязывать? Ты с него начнешь, да?

- Дай мне пару медицинских перчаток!

- Зачем? Будешь их пытать?

- Буду! Но чуть позже! А перчатки нужны для того, чтобы на их стволах не оставлять "пальчиков"!

- Ух, какой ты мудрый!..

Бася открыла чемоданчик, но в этот момент запиликал сотовый.

И тут же, буквально в эту же секунду, кто-то нажал на кнопку дверного звонка.

- Ирма звонит! - глянув на экранчик сотового, сказала Бася. - Ответить ей?

- Да, конечно. Только про этих вот... - Слон кивнул на распростертых на полу мужиков, - про них ничего пока не говори!

Он поморщился: кто-то нажал кнопку дверного звонка и не отпускал ее...

- Дурдом! - процедил Мажонас. - А все из-за того, что мне не дали опохмелиться!

В дверь наконец перестали трезвонить. Но зато откуда-то снизу, из колодца двора, донесся - усиленный динамиком - лязгающий металлом голос:

- Внимание всем, кто находится в офисе агентства! Это полиция!! Приказываю сложить оружие!! И выходить по одному из офиса на лестничную площадку!!!


- 103 -


Бася от неожиданности едва не выронила сотовый...

Она подошла к разбитому выстрелами окну... И успела, прежде, чем отшатнулась, увидеть, как из микроавтобуса выскакивают "тяжелые" - спецназовцы в полной экипировке!..

- Не высовывайся! - крикнул Мажонас. - А то еще подстрелят!

- Курррва мать!

Ставицкая прижала мобильный к уху.

- Алло! Бася?! - донесся встревоженный голос Ирмы. - Куда ты подевалась?

- Я здесь... пока еще.

- Бася, ты слышала, что я сказала?!

- Слышала.

- Ну так езжайте с Римасом ко мне в адрес!! Тут у нас интересный такой поворот намечается! Мне понадобится ваша помощь!..

- Э-эээ... Ирмочка, дорогая...

- Да что у вас там происходит!

Бася покосилась на Мажонаса. Посмотрела на двух мужиков, которые по-прежнему лежат связанными на полу офиса. Потом на разбитое окно, через которое доносится лязгающий металлом голос...

Прерывисто вздохнув, она сказала:

- Ирмочка, мы, наверное, не сможем пока пшиехать*! Тут какие-то курвы вломились в наш офис!

- Что?!!

- Да. Двое! А теперь вот полициянты еще пшиехали... И я так думаю, что они сейчас будут нас с Римасом арестовывать.


+ + +


-------

*Приехали (польск.).


- 104 -


Г Л А В А 11


Около десяти утра Чиянец, завершив полив дачного участка, стал куда-то собираться.

Марина успела к этому времени часок вздремнуть. Но все равно чувствовала себя не важно: на нервной почве у нее дико разболелась голова. Да еще и вдобавок потекло из носа.

- Дядь Саша, вы уезжаете? - спросила она, заметив, что хозяин сменил дачный прикид на чистую городскую одежду. - У вас какие-то дела?

- Да. В город поеду. У меня есть знакомый... он работает в милиции. Попробую через него узнать, что за история случилась с твоим парнем. А ты, Марина, здесь останешься. Потому что... Я так думаю, что в город тебе ехать пока не следует.

- Надежный человек? Этот ваш знакомый?

- Он наш дальний родственник. Нормальный мужик.

- Тогда и про меня у него спросите, хорошо? Так... как бы между прочим. Хорошо?

- Конечно, дочка. Ты у меня на первом месте. Только о тебе сейчас и думаю!

- Спасибо вам, дядь Саша! Если бы не вы...

- Да ладно тебе! - Чиянец обнял девушку, затем, как маленькую, погладил ее по голове. - Мы с твоим отцом четверть века служили рука об руку! Из них почти два года - в Афгане! И я, если хочешь знать, Толе Панову... твоему папе, очень многим обязан! Кстати... Я так и не решил, звонить ли ему? Рассказывать ли о том, что тут происходит? У меня есть номер его телефона...

-Давайте дождемся звонка из Москвы, от знакомого и сослуживца моего Алексея! Может, тогда что-то прояснится?

- Думаешь?

- У папы в последнее время проблемы со здоровьем. Не хочу его беспокоить! Тем более, что мне и самой пока многое не понятно.

Чиянец передал ей большую - литровой емкости - кружку с каким-то ароматным напитком.

- Я тут чай заварил! Спецом для тебя! Лекарственный! И мяты добавил, чтобы, значит, твоя нервная система подуспокоилась!.. Когда я уеду, ты, дочка, ложись на диван и попробуй еще поспать! Сон в твоем положении - лучшее лекарство!

- Спасибо, дядь Саша. Меня и правда что-то в сон все время клонит.

Чиянец взял с полки барсетку с деньгами и документами, затем положил в карман куртки сотовый и ключи от машины.

- Слушай, Марина... А как фамилия этого... друга твоего парня?


- 105 -


Свиридов?

- А-а... Свидерский его фамилия.

- А звать его как?

- Леонид.

- Отчество?

- Не знаю. Не помню, чтобы Алексей обращался к нему по имени и отчеству. Леонид... Лёня... Свидерский...

- Он сослуживец Костина? Я правильно понял?

- Да. У них один служебный кабинет на двоих. Он тоже старший оперуполномоченный нашего областного управления! И звание, насколько я помню, у Свидерского такое же, как и у Алексея - капитан... Капитан полиции! Только он... Леонид этот... - Она замялась, подыскивая нужные слова. - Не знаю, может я и ошибаюсь.

- Что с ним не так?

- Алексей с ним не вот, чтоб дружбу водит... Я его, этого человека, то есть, Свидерского, совсем плохо знаю! И знакомы мы лишь потому, что они с Алексеем проживают в одном доме.

- По какому адресу?

- Улица Александра Невского. Номер дома не помню... семейное общежитие для сотрудников органов. Серая панельная пятиэтажка, ее отремонтировали недавно после пожара... Костин там снимает однокомнатную квартиру. А Свидерский... Он такой, знаете... как бы сам себе на уме! Иногда улыбнется или там пошутит... А глаза холодные и внимательные.

- Ты номер его мобильного знаешь?

- Нет. Иначе я бы Леониду давно уже позвонила. И попыталась бы узнать из первых рук, что там у них стряслось.

- Хочу еще раз уточнить... Это он прозвонил Алексею в ту ночь, когда случилось ЧП?

- Да, он. Это был Свидерский. Никакого другого Леонида-Лёни среди знакомых Костина я не знаю.

- Добро. Значит так, Марина. Пей чай, лечись, отлеживайся, приходи в себя! К окнам не подходить, из дома ни шагу! Туалет, сама знаешь - на первом этаже. Захочешь принять душ, включи газовую колонку... Еда в холодильнике. Я запру дом на ключ... Вернусь, думаю, часа в два пополудни. Не скучай. И не бери ничего в голову: все как-то образуется.


Примерно через час Чиянец припарковал машину возле небольшого торгового центра, расположенного в квартале от павильонов Центрального рынка.

Еще минут десять ему пришлось провести в ожидании человека, которому


- 106 -


он немногим ранее прозвонил на сотовый телефон.

Наконец на паркинг въехал УАЗ канареечной расцветки. Из милицейской машины вышел водитель: это был худощавый парень лет двадцати пяти в форме старшего сержанта.

Заметив знакомую машину, он направился к ней.

Уселся в кресло пассажира, улыбнулся приветливо, пожал протянутую руку.

- Здравствуй, Иваныч! Рад тебя видеть.

- Приветствую, Юра! Спасибо, что отозвался на мою просьбу... Ты, вижу,

сегодня на службе?

- Да, я на дежурстве. - Сержант прислушался к бубнению портативной рации, которая выглядывала у него из нагрудного кармана служебной тужурки с надписью ППС. - У тебя какое-то дело, как я понимаю?

- Да вот кое о чем хочу у тебя спросить... Мне нужна информация об одном человеке. Вернее, даже о двух...

- Хочешь, чтобы я пробил по нашей базе? Адрес нужен? Или номер транспортного средства?

- Не совсем... Тут одного гражданина недавно арестовали. Костин Алексей из "наркоглавка"! Слыхал о таком?

- Оп-па... - Юрий покосился на своего дальнего родственника. - Слыхать то я слыхал... Но...

- А что не так?

- Мутная история, - понизив голос, сказал сержант. - Я не опер, не следак... Но даже среди наших прошел слушок, что там что-то не так... Но это было в первые часы после задержания Костина. А теперь-то все как воды в рот набрали!

- Юра, мы же свои люди! Ты меня знаешь: я не из болтливых!

- Ладно, - после некоторых раздумий произнес Юрий. - Строго между нами, Иваныч!

- Договорились.

- Этот тип... Костин, то есть, позапрошлой ночью завалил двух мужиков!

- Вот как?

- Я в ту смену не работал... Но от своих ребят слышал, что его прямо на "горячем" взяли!

- Как это?

- Кто-то прозвонил в "дежурную" и сообщил о разборке в гаражных боксах... Это в районе Озерной!

- Аноним звонил?

- Ну... вроде того. Хотя я точно не знаю, Иваныч. Могу и ошибиться.

- И что было дальше?

- На место выехал патрульный экипаж! И тут же снялась группа немедленного реагирования... так рассказывают! Ну и, значит, повязали там


- 107 -


этого вот наркополицейского!

- Странно. Как это он так подставился? И что он там вообще делал? Да еще глухой ночью?!

- Да кто его знает! Этот вот Костин вроде был в дымину пьяный... А может, под кайфом. Рассказывают, что он был как бы не в себе. Даже пытался отстреливаться, когда его брали! Но его все ж таки повязали.

- А трупы?

- Что ты имеешь в виду?

- Он кого-то убил? Этот вот... Костин?

- А-а... Ну да. Пришил двух мужиков! Я ж уже говорил, Иваныч.

- Там же, в гаражах? А свидетели есть?

- Свидетели? Честно говоря, я не в курсе. Кстати, одного из убитых, охранника ночного клуба, я немного знал... Мы к ним в заведение довольно часто приезжали по вызову. Там временами бывает горячо: пьяные разборки, иногда наркота всплывает.

- А другой?

- Ты про жмуров?

- Да. Один - частный охранник из "ночника". А кто другой?

- Да один такой... Гм... Молодой парень, чуть за двадцать! Из студентов... Есть версия, что он приторговывал "колесами". Но приводов и серьезных правонарушений за ним не числится.

- И этого тоже убил Костин?

- Получается, что так. - Сержант заговорил еще тише. - Но перед тем, как застрелить, он пытал этого парня, подвесив в боксе на цепях!.. Во всяком случае, так рассказывают... А зачем это тебе, Иваныч?

- Ээээ... знал немного родителей этого Костина. Вот и решил поинтересоваться. А где он сейчас?

- Кто? Костин?

- Да.

- Не в курсе. Наверное, в СИЗО его отправили! - Сержант бросил взгляд на наручные часы. - Иваныч, мне пора ехать!

- Еще один вопрос, Юра... Последний. Гражданка Панова Марина... Ты о такой что-нибудь слышал?

- Панова... Гм. Она наша, местная?

- Да. Она у вас числится в розыске?

- Панова? Нет, не числится. Во всяком случае, мне об этом ничего не известно. Не... она точно не числится в розыске.

- Ты уверен?

- Конечно. У нас сейчас по ходу утреннего развода практикуется "брифинг". Фамилии Пановой среди розыскных ориентировок - старых и свежих - я не встречал.

- Вот оно как, - пробормотал под нос Чиянец. - Странно...


- 108 -


В этот момент заработала портативная милицейская рация. В салоне машины Чиянца зазвучали мужские голоса.

- Полста шестой, вас вызывает "Акация"!

- На связи!

- Пришлите спецтранспорт по адресу Александра Невского сорок восемь!

- Вы закончили там мероприятия?

- Да! Надо тело отвезти в городской морг...

- Добро, "Акация"! Минутку... "Акация", транспорт уже выехал к вам!

Когда обмен на служебной волне завершился, сержант угрюмо заметил:

- Чё-то на наркополицейских мор напал!

Чиянец насторожился.

- А чего случилось-то?

- Да какой-то мужик из их конторы повесился! Я как раз только заступил на дежурство, когда прошло первое сообщение о "суициднике" на Невского...


Чиянец попрощался с родственником жены, от которого он узнал немало ценной - но и противоречивой - информации.

Через минуту "УАЗ", за руль которого уселся старший сержант милиции, покинул стоянку перед торговым центром.

Александр Иванович вскоре тоже завел движок. Свернул на Черняховского и покатил в сторону одной из главных улиц облцентра: Александра Невского.

"Вот так дела, - озадаченно подумал он. - Два трупа на Костине?! Неужели этот парень, к которому так прикипела Маринка Панова - "оборотень"? Костин - убийца? Изверг, запытавший в гараже до смерти какого-то "студента"? Хм...

И еще один немаловажный момент отметил про себя Чиянец. Тревожный, надо сказать момент. Марина рассказывала, что Костин снимает квартиру в "малосемейке", расположенной на улице Александра Невского. И в том же доме, недавно восстановленном после пожара, в бывшем общежитии, проживает его коллега Леонид Свидерский.

Спустя примерно минут двадцать, подзависнув ненадолго в пробке, Чиянец припарковал свой видавший виды "пассат" неподалеку от адреса, который прозвучал в ходе обмена на милицейских волнах.

Александр Иванович сразу обратил внимание на людей в форме и в штатском, кучковавшихся возле подъезда панельной пятиэтажки... Здесь же, на площадке перед домом, стоят два микроавтобуса. Оба без служебных надписей, но с проблесковыми маяками на крыше...


Александр Иванович подошел поближе, пополнив число зевак. В основном, как он понял, это были жильцы данного дома.


- 109 -


- А чего случилось-то? - полушепотом спросил он у полной круглолицей женщины лет сорока. - Убили кого?

- Не-а, не убили, - сказала та, мельком глянув на подошедшего мужчину. - Сам убился!

- Как это? Застрелился, что ли?

- Да какой там... - женщина махнула рукой. - Не тот нынче мужик пошел! Повесился.

- Вон оно как...

Чиянец поопасался задавать другие вопросы - не хотелось привлекать к себе внимания. Но женщина оказалась словоохотливой.

- Это ж не пойми что творится! Второй день у нас тут милиция толчется... Просто ужас!

- Да, - осторожно поддакнул Чиянец. - Вот именно. Как я вас понимаю.

Женщина, найдя, очевидно, в его лице благодарного слушателя, повернулась к нему и чуть понизив голос, затараторила:

- Вот вы приличный человек, сразу видно! А как жить, когда вокруг одни... эти вот! - Она покосилась на парадное и стоящих неподалеку группками и поодиночке - явно чего-то или кого-то ожидающих - людей в форме и в гражданском. - У нас половина дома... из э т и х!

- Сочувствую.

- Охх... и не говорите. Позавчера и вчера были обыски в "девятой"... Милиция по всему дому ходила - опрашивали жильцов!

- Это их работа. Но все это, конечно, не очень приятно.

- Мужчина, который снимает эту квартиру, вроде как "оборотнем" оказался! Представляете?

- Квартира номер "девять"7 Однокомнатная?

- Да. Алексеем его зовут... Веселый такой... - Дама улыбнулась каким-то своим мыслям. - Всегда вежливый, всегда поздоровается... Не то, что некоторые. Никогда бы на него не подумала!

- А этот? Который... того...

- Который повесился этой ночью?

- Да.

- Так я его редко вижу в последнее время. Соседи говорят, что он вроде как переселяться собирался! Квартиру купил в новостройках!

- Странно... - пробормотал Чиянец. - Купил новую квартиру, говорите?

- Это не я, это соседи говорят. Которые знают Лёню немного лучше, чем я!

У Александра Ивановича екнуло в груди.

- Как, вы сказали, его зовут?

- Того, что повесился?

- Да.

- Леонид... А вот фамилию сейчас не вспомню... Кажется, на букву "С"! О-о... гляньте! тело выносят! Грамотные - вперед ногами несут...


- 110 -


Действительно, трое молодых мужчин, - один держал за ручки спереди, двое сзади - вынесли из подъезда во двор носилки-каталку с телом.

Заработал движок одного из двух припаркованных у подъезда микроавтобусов. Кто-то изнутри открыл задние дверцы. Когда носилки с трупом определяли в салон грузового микроавтобуса, на какие-то мгновения из-под черной непрозрачной пленки, которой было укрыто тело, выпала рука...

Чиянец находился всего в десятке шагов от "труповозки". А потому он успел разглядеть одну весьма интригующую деталь.

Кисть руки у висельника Свидерского - если, конечно, на носилках именно его тело - была вся в ссадинах, в засохшей крови...

Кто-то из служивых "поправил" руку, так, чтобы она не выглядывала из-под пленки.

Носилки с лежащим на них телом исчезли в чреве фургон.

Кормовые дверки закрылись. Фургон покатил на выезд, оставив после себя истончающееся сизое облачко дизельного выхлопа и чувство острой тревоги.


После отъезда Александра Ивановича, Марина прилегла на диван, укрывшись пледом. Несмотря на одолевавшие ее тревожные мысли, она все же уснула...

Разбудило ее бодрое пиликанье сотового телефона.

Панова спросонок не сразу поняла, где она вообще находится и кто ей может звонить. Трубка замолчала... Но спустя несколько секунд вновь напомнила о себе.

Марина схватила со стола сотовый, - ту самую трубку, что ей дал Чиянец - глянула на экранчик... Андрей звонит!

- Да, да! Я слушаю!

- Марина? Ну, слава тебе... А то я уже запереживал!

- Извини, Андрей, я не сразу поняла, кто звонит!

- Марина, есть новости! И по аресту Алексея, и... И в целом по всей этой ситуации!

- Что, плохи наши дела?

- Я этого не говорил! Но тебе надо быть предельно внимательной сейчас, Марина! Ты пока не обращалась в органы?

- Эээ... нет. Я боюсь, Андрей...

- Так. Спокойно. Я тут получил кое-какую информацию... Переговорил с серьезными людьми! Подробностей раскрывать не стану - не по телефону!.. Пока скажу лишь, что само это дело сейчас находится на контроле! Тебя тоже в обиду не дадим! Ты меня слышишь?

- Да, Андрей. Хорошо слышу. Так что мне сейчас делать?


- 111 -


- Надо набраться терпения! И быть предельно осторожной и внимательной! Кстати. Ты сама-то уверена в надежности и безопасности того места, где сейчас находишься? Сможешь продержаться еще несколько часов?

- Эммм... Да, наверное. Я сейчас у...

- Стоп! - оборвал ее собеседник. - Пока никаких адресов! Алгоритм наших действий будет такой. Сейчас... три с четвертью пополудни по московскому! У вас на час меньше. Так вот. Вечером я перезвоню еще раз. Точное время пока не скажу... ориентировочно, в девять или в десять вечера! Поэтому держи мобилу под рукой! Поняла?

- Да, все поняла.

- Ампула, о который ты мне рассказывала, у тебя?

- У меня.

- Она цела?

- Да, конечно. Я уже говорила, что не успела сделать анализ.

- Если что, звони мне на этот вот контактный номер! Марина, продержись несколько часов! Никаких контактов со сторонними людьми! Никаких звонков! Вытащи из своего сотового "питание"! Сиди тихо, как мышка в норке! Поняла?

- Хорошо, я все поняла, - торопливо сказала Панова. - Андрей, а что с

Алексеем? Где он сейчас? В порядке ли он? Что тебе о нем известно?

- Марина, это не телефонный разговор! Не волнуйся, все образуется... Будь осторожна и жди звонка! Ну все, отбой.


Спустя минут сорок послышался звук автомобильного движка. Марина глянула в щелку меж двух тяжелых гардин... Чиянец вернулся!..

Когда Александр Иванович вошел в дом, Панова по его нахмуренному лицу поняла, что что-то случилось.

- Есть какие-то новости, дядь Саша?

- Тебе здесь нельзя оставаться, Марина.

У Пановой запершило в горле... на глаза тут же навернулись слезы.

- Хорошо. Я сейчас уйду...

- Не ты, а мы - вдвоем! - Чиянец, бросив на нее пристальный взгляд, мягким тоном сказал. - Эй... дочка... ты что это? Плакать вздумала?! Брось! Что за глупости! Мы сейчас с тобой перебазируемся в другое место! Я взял ключи у Вячеслава Андреевича... Ты его должна знать!

- Да, конечно! Он у папы был замкомполка. Я и с его дочерью знакома... Мы в одном классе учились!

- Ну вот и хорошо. Сейчас повяжешь голову платом... очки наденешь! Плащ я тебе другой дам.. твой в пакет положим! Хотя и на машине туда поедем... у Андреича дача возле озера... но маскировка не помешает!

- А что случилось, дядь Саша? Почему мы не можем остаться здесь, у вас?


- 112 -


- Мне не понравились те люди, что утром приезжали в поселок. Не исключаю, что они могут вернуться. Не стоит их недооценивать, Марина. Тут как в бою: недооценка противника - самый короткий путь к поражению.

- От них надо скрываться? Они опасны для меня? Но... но - почему?

- Я тут кое-что разузнал, Марина. Дело мутное... Тебя в розыске пока нет. Но... надо быть начеку! Мало ли что. Дня два или три проведешь на даче у Андреича. Может, к этому времени и ситуация прояснится.

- А мне Андрей вот только недавно прозвонил!

- Это тот... из Москвы?

Марина сообщила давнему товарищу отца содержание ее разговора с "москвичом".

- А ты сама-то в нем уверена? В этом человеке?

- Да. Он друг Алексея. И я не вижу причин, чтобы ему... или им... не доверять!

Чиянец бросил на нее задумчивый взгляд.

- Добро. Это хорошо, что ты не потеряла веры в людей. Собирайся, доченька: пора менять место дислокации.


+ + +


- 113 -


Г Л А В А 12


Подследственного Костина доставили в следственную часть СИЗО в первом часу ночи.

Это было против всяких норм и правил. Прокурорские продолжали творить беспредел. По крайней мере, в отношении Костина.

В уже знакомом ему кабинете находились трое: "важняк" Михеев и двое оперативников. "Крепыша" и его коллегу Алексей тоже узнал. Именно они, эти двое, в ходе вчерашнего допроса вкололи ему какой-то препарат. Что-то из разряда нейролептиков: тиопентал-натрий (пентатол), или скополамин, или более современный препарат ультракороткого действия, оказывающий специфическое воздействие на сознание и волю допрашиваемого...

В кабинете горит лишь настольная лампа. Михеев уселся в кресло. Щелкнул замками портфеля, вытащил диктофон, положил перед собой на столешницу. Лицо у него какое-то больное, желто-серое. Под глазами залегли тени, лысеющий лоб прорезали морщины...

Остальные двое пока находятся как бы в тени (в прямом и в переносном смысле). Крепыш, у которого хрипловатый голос, оседлал стул - он устроился позади Костина. Его коллега, брюнет лет тридцати с перебитым носом боксера, стоит у стенки возле окна, подпирая ее литым плечом...

- Ну что, Костин, продолжим нашу беседу. Вчера вы дали интересные показания...

- Вранье, - процедил Алексей. - Никаких показания я не давал!

"Крепыш" неспешно приподнялся со стула; подошел сзади, со спины, к закованному в наручники подследственному, двинул коленом по хребту!..

Алексей качнулся... коротко простонал - умеет, гад, делать больно!..

- Давай, Костин, соображай! Помогай нам, слышь?! И не вздумай тут изображать из себя тугодума! А то ты у меня в натуре "тормозом" станешь!!

Михеев положил на стол кожаную папку. Извлек из нее несколько листов. Бегло пролистнул, затем передвинул по столу - подследственному.

- Что это? - разлепив пересохшие губы, спросил Костин.

- Протокол допроса. И еще записанные с твоих слов признательные показания.

Михеев положил авторучку поверх стопки листов бумаги с набранным на компьютере текстом.

- В чем это я "признался"?

- В убийстве двух граждан. А именно, Синицина Артема Владимировича и Решко Максима Игоревича. Распишись на каждой странице! И в конце тоже.

- Чушь. Бред сивой кобылы...

- Ты находился в состоянии аффекта. Я уже распорядился относительно проведения судебно-психиатрической экспертизы! Ее результаты будут


- 114 -


"правильными". Считай, Костин, что это услуга с нашей стороны. Ты - нам,

мы - тебе.

- Я не давал признательных показаний.

- Что ты нам тут голову морочишь?! Бери ручку... подписывай!

- Я не стану ничего подписывать.

Над ухом прозвучал хрипловатый голос старшего опера Глотова.

- У тебя чё, Костин, реально разум помутился? Тебе дело предлагают!! При таком раскладе получишь по приговору - минимум! Подписывай давай бумаги!!

- Да пошли вы... сами знаете куда.

Михеев, криво усмехнувшись, поднялся на ноги.

- Глупо себя ведешь, Костин! Не бережешь собственное здоровье... и нам нервы портишь! Ладно, как знаешь... Я тут отлучусь на несколько минут. А вы, коллеги, растолкуйте гражданину подследственному, что ему следует быть посговорчивей!


Костин пришел в себя от резкого запаха нашатыря.

Двое оперативников подняли его с пола и усадили обратно на металлический табурет.

Алексей понятия не имел, сколько времени он пробыл без сознания.

Он лишь запомнил тот момент, когда кто-то из этих двух нахлобучил ему на голову пластиковый пакет...

А потом... Потом стал задыхаться.... потом чернота, беспамятство.

Некоторое время Костин хватал воздух открытым ртом; он даже не сразу понял, чьи это хрипы он слышит... Во рту ощущается противный железистый привкус. Голова горит, как в огне...

Окружающая действительность воспринималась им в каком-то искаженном виде. Находящихся в кабинете людей он воспринимал так, словно перед ним ожили отчасти фантастические, отчасти уродливые персонажи картин художников-импрессионистов...

Ему задавали какие-то вопросы. Чужие голоса, как ему показалось, навечно поселились в его черепной коробке.

- Значит, на вопросы пока не желаем отвечать? Ладно, зайдем с другого боку!.. - сказал Михеев. - Вернемся на несколько суток назад. А именно, к тому эпизоду, когда тебе прозвонил "стукач" и попросил срочной встречи с тобой! Сначала прослушаем фрагмент записи.

Михеев взял со стола диктофон. Достал из внутреннего кармана микрокассету - это копия той кассеты, что была изъята из служебного сейфа

старшего оперуполномоченного УФСКН Костина.

Вставил кассету, включил воспроизведение.

В кабинете зазвучали мужские голоса.


- 115 -


- Спасибо, что пришел, командир!..

- Спасибо в стакан не нальешь... Артем, надо иметь очень веский повод, чтобы прозвонить мне в субботу вечером и потребовать срочной встречи!

Что стряслось?

- Кажется, я запалился... Вчера работал на фасовке - в ночную смену!

- Где? У кого?

- На пакгаузе у "фармакомовцев"!

- На том, что в порту?

- Э-э... Я о другом хочу сказать... Две фуры встали под разгрузку...

- Слушай! Ты мне тут мозги не компостируй! На каком пакгаузе?! И что за фуры!

- Да погоди, командир! Я ж сам тебе позвонил... Расскажу все, что знаю... Но не дави на меня, ладно?

- Артем, как у тебя с памятью? Ты, часом не забыл, кто тебя от статьи отмазал?! Ты пока не отработал!

- Я стараюсь, командир! И я пришел к тебе сегодня не с пустыми руками!

- Ну-ну... посмотрим. Присаживайся... да, сюда, на лавку! И рассказывай, что у тебя на этот раз стряслось!


Михеев поставил запись на паузу.

- Костин, где ты встречался с этим своим "стукачом"? И когда? Назови "время и место"? И еще... Кому ты давал прослушивать эту вот запись, которую ты сделал во время встречи со своим "сексотом"?

- Гы... - Костин ухмыльнулся. - У тебя лицо фиолетового цвета.

- Слушай... не дуркуй тут! Отвечай на поставленные вопросы! Где и когда ты встречался с Синицыным в последний раз?! Если, конечно, не считать того раза, когда ты его застрелил... а перед этим еще и подверг пыткам!

- Гы-гы... А теперь похож на арбуз! Не-еее... на свеклу! Не знал, что у свеклы бывают глаза и уши!

Глотов пнул подследственного мыском ботинка по щиколотке.

- Сейчас сам в репу получишь!

Михеев, обменявшись взглядом с оперативником, продолжил общение с подследственным.

- Костин, мы знаем больше, чем ты думаешь! Нам удалось установить, что ты встречался со своим агентом по прозвищу "Студент" в ночь с субботы на воскресенье! Могу назвать и точное место - городской парк возле Литовского вала!

"Оп-па... - промелькнуло в голове у Костина. - А вот это уже крупный прокол, гражданин следователь! В той записи, что я сделал "на всякий пожарный" по ходу встречи с Синицыным, в записи, которую вы изъяли из моего сейфа, нет ни слова о том, где мы с ним беседуем... Тэкс... И что из


- 116 -


этого следует? Блин... Голова совсем не соображает... Что они вкололи на этот раз? Капитально пробирает... О чем важном я сейчас думал? О чем?! Ах

да! О том, что разговор состоялся в парке, знали лишь двое! Кто-то реально пытал Синицына... Что-то хотели у него вызнать! И многое выпытали! И это "кто-то" точно - не я! Значит... "

Глотов опять пнул его ногой - на этот раз попал по коленке.

- Помогай нам, Костин! Вспоминай! Рассказывай! Мы твои друзья! Ты среди своих! Но как мы можем тебя "отмазать", если ты ничего не рассказываешь?!

- Алексей, - Михеев подался чуть вперед. - Мы реально хотим тебе помочь! Скажи, Студент открыл тебе, где именно находится тот пакгауз, где он похитил ампулы с неким препаратом?

- Ты - вампир, да? Гы... Пьешь кровь у простых смертных?! Вурдалак! Оборотень!

- Отвечай на вопрос.

- Это ты убил Студента? И выпил всю его кровь?! Или этот... друг твой? Банда кровососов! Упыри.

- Костин, хватит ломать комедию!

- Хрипатый! Почему у тебя рожа белая?! А губы - в кровище! И еще... еще эти... клыки!

Послышался звонкий звук затрещины.

- Костин... ты роешь себе яму! - прошипел Михеев. - И не только одному себе! Ты же за собой еще кучу народу потянешь!..

- Чур меня, чур!.. Крест святой... Божия печать... Всем ненавистникам молчать!

- Так ты будешь отвечать на вопросы? Или предпочтешь сдохнуть?! К примеру, от сердечного приступа?


Костин вдруг заговорил.

Голос его был хриплым, срывающимся. Временами он переходил на свистящий шепот и тогда присутствовавшим приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова...

- В королевстве... где все тихо и складно...

- Не понял, Костин? - Важняк уставился на подследственного. - О чем речь?

- Где ни войн... ни катаклизмов... ни бурь...

- Что ты несешь?!

- А тем временем зверюга ужасный... коих ел, и коих в лес уводил...

- Какой такой "зверюга"?! Не понимаю.

- А в отчаявшемся том государстве... как войдешь, так сразу наискосок...

- Что это с ним? - удивленно спросил "важняк". Он посмотрел на Глотова. - Это какие-то... выплески? Аллюзии? Как это понимать?


- 117 -


- Песня вроде такая есть, - подал реплику опер Мухин, коллега Глотова. - Где-то слышал... Хотя и не уверен.

- В бесшабашной жил тоске и гусарстве...

- Костин, ты в своем ли уме?! - прошипел важняк. - А ну прекрати! Здесь тебе не концерт!

- ...бывший лучший королевский стрелок...

- Костин, отвечай на вопросы! Кто дал тебе заказ на "фармакомовских"?

- ...а не то тебя - раз-два! - и в тюрьму...

- Кому ты звонил в Москву?! Кому из своих сослуживцев?!

Подследственный вдруг забормотал:

- Стена...стена...стена...стена...стена...стена...стена...стена...

- Прекрати дурить, Костин?! У кого ампула?!

- ...стена...стена...стена...стена...стена...стена...стена...стена...


Бормотание наконец смолкло. Подследственный перестал реагировать на вопросы. Сидел, прикрыв глаза; временами заваливался то назад, на спину, то вбок... И если бы его вовремя не подстраховал оперативник, придерживая сзади за плечи, то Костин наверняка свалился бы на пол.

Со стороны происходящее в одном из следственным кабинетов СИЗО ?1 выглядело бы, наверное, жутковато. Но присутствующие здесь служивые, а именно, "важняк" Михеев и двое оперативников, один из которых, Иван Глотов, вернулся в кадры УВД самого западного российского региона лишь месяц назад, видели в своей богатой на события жизни еще и не такое.

Михеев собрал бумаги со стола. Спрятал их в папку, а ее сунул в портфель. Туда же он убрал и диктофон, предварительно выщелкнув из него микрокассету с ценной записью.

- Что-то не сработала на этот раз "фармацевтика", - устало, ворчливым тоном сказал он. - Плохо. Очень плохо. И про "рыжую" пока так ничего и не узнали!

- Если она приныкалась где-то, значит... Значит, она что-то знает, - сказал Глотов. - Иначе давно бы уже обьявилась!

- Может, ее эти... из наркоглавка как-то предупредили? - высказал догадку другой опер. - Или того круче - держат эту Панову где-то в своем конспиративном адресе?!

- Такой вариант тоже исключать нельзя, - задумчиво произнес Михеев. -

Но поиски следует продолжить... И это не моя прихоть! - "Важняк" криво усмехнулся. - Мы с вами, коллеги, люди служивые. Чего скажут, то и будем исполнять!

- Меня тут одна мыслишка посетила, - сказал Глотов. - Странно, что препарат на него не подействовал. - Он кивнул на подследственного, который, раскачиваясь, как хасид во время молитвы, опять принялся что-то тихо и невнятно бормотать себе под нос. - Средство-то верное, надежное!

- 118 -


- Так в чем тогда загвоздка? - спросил Михеев. - Почему у нас с ним ни-че-го не вытанцовывается?

- Я тут намедни его служебную анкету просматривал... Интересовался его биографией.

- Ну? И что там привлекло твое внимание, Иван?

- Указано, что он служил срочную...

- Да, я в курсе.

- И номер воинской части прописан... А вот ВУСа... военно-учетной специальности и соответствующего кода - нет.

- И что?

- Военного билета, кстати, мы не нашли среди его документов, когда обыскивали съемную квартиру!

- Не пойму пока, к чему ты клонишь.

- Я к тому веду, что он, возможно, служил в "спецуре"!

Второй оперативник согласно кивнул.

- А чё, это вполне вероятно! Кадровики из минобороны... те еще затейники! Если он проходил срочную в каком-нибудь спецподразделении...

- В спецназе ГэРэУ, к примеру!.. - Глотов вытащил из кармана пачку сигарет, но затем, передумав, сунул ее обратно. - Он там мог получить "спецкурс"! У них есть свои методики, как противостоять допросам с использованием фармакологии и даже под наркогипнозом!..

- Если он прошел такой вот "спецкурс", - дополнил коллега Глотова, - то

колоть его при помощи наркоты - бесполезно! Только время потеряем!

- Придется тупо прессовать! - Глотов стукнул кулаком в ладонь, иммитируя хук справа. - Он, конечно, твердый орешек! Ну ничё.. мы с Анатолием и не таких обламывали!

Михеев застегнул портфель. Бросив мрачный взгляд на Глотова, сказал:

- Я проконсультируюсь по этому вот вопросу... - И потворил сказанное уже не раз прежде. - Мы люди служивые: что скажут, то и будем исполнять!

"Важняк" нажал на кнопку вызова.

- На сегодня мы закончили, - сказал он сотруднику СИЗО, вошедшему в кабинет. - Уведите его обратно в камеру! И еще раз напоминаю: те инструкции и распоряжения, которые вам давались в отношении этого подследственного, должны соблюдаться неукоснительно!


На одной из окраинных автобусных остановок томились ожиданием трое мужчин. Времени уже два часа ночи, городской транспорт не ходит... Но они ждали здесь вовсе не маршрутку и не рейсовый автобус, а знакомый им по прежним поездкам на "халтуру" закрытый автофургон.


- 119 -


- Ну и где тачка? - старший по возрасту мужчина, одетый в выношенную джинсовую куртку, купленную по дешевке на толчке, пнул ногой ни в чем не повинную скамейку. - Почти час уже здесь торчим!

Он посмотрел на низкорослого худощавого мужчину лет тридцати.

- Паша, ты ничего не напутал? Точно - на этой остановке?

- А где еще! - неожиданно тонким голосом, почти фальцетом, сказал тот. -

Всегда здеся нас забирали! А то што опаздывают... Ну так не впервой!

- Блин... - в разговор вступил третий, угрюмого вида мужчина лет сорока, в куртке-плащовке и бейсболке. - После того, чё было в пятницу, мужики, как-то стремно ехать на их пакгауз...

- А чего ж тогда подписался, Данилыч? - старший, уворачиваясь от свежего ветерка, прикурил сигарету. - Никто никого не неволит! Деньги они нормальные, кстати, платят! Наликом, что немаловажно! Я тут на рынке впахивал подряд три дня, у мясников... За семьсот рублей в день! А у них... у этих... если работа в ночь... то до двух тысяч за "шабашку" получается!

- И с документами обещались помочь, - поддержал его коротышка. - Мне их старший сказал, что... Что если будем и дальше "хорошо себя вести" и работать на них, то уже в сентябре я поменяю свой "билет переселенца" на полноценный "вид на жительство"!..

Некоторое время они стояли молча. Все трое, надо сказать, приехали в

западный регион России по Программе содействия добровольному переселению соотечественников в Россию. "Коротышка" родом из Казахстана. Он ветеринар, работал в агрофирме. Но после развода и проблем с алкоголем потерял свое место в жизни... Оказался никому не нужен. Вот и подал документы на переселение. Благо в роду у него - седьмая вода на киселе, правда - "казахские" немцы. И он, соответственно, немало слышал о неких льготах, которые предоставляются здесь таким, как он...

Но действительность - это выяснилось уже на месте, когда он оказался в бывшем военгородке "Северный", в так называемом Центре переселенцев - оказалась не столь радужной.

В принципе, если бы не кризис, вполне можно было бы устроиться. Но сейчас свои-то, местные, многие остались без работы. Поэтому приезжим, особенно тем, кто не имеет какой-либо востребованной специальности, приходится крутиться, браться за любую работу. Впахивать по-черному, чтобы не только прокормить себя в это нелегкое время, но и скопить деньжат для того, чтобы съехать из казенного жилья и хотя бы - для начала - снять комнату в общежитии или у какой-нибудь бабульки.

Остальные двое тоже из переселенцев. Старший по возрасту - тот что в джинсовой куртке - родом из Латвии, где он так и не получил местного гражданства. "Данилыч" - из далекого Узбекистана. Все трое - одиночки. Ни семьи, ни кола, ни двора. Каждому из них довелось столкнуться с большими трудностями. Каждому предстояло по сути начать жизнь с чистого листа...


- 120 -


- О, наш транспорт! - Бывший житель Латвии швырнул окурок под ноги. - Гляди-ка, не обманули!

К обочине притерся кирпичного цвета грузовой микроавтобус "форд". Не задавая лишних вопросов, - подобная поездка на "шабашку" была далеко не первой - старший сдвинул боковую дверь и шагнул в темный салон.

Следом за ним в фургон забрались и двое остальных.

- Командир, а мы уже думали, что вы - не приедете! - крикнул старший человеку, сидящему за рулем. - Э-э-э... А где ваш напарник?

- Сегодня его не будет! - сказал новый водитель, в котором "шабашники" узнали одного из охранников того пакгауза, где им доводилось трудиться. - Ну чего? Все загрузились?

- А Артем разве не поедет?

- Синицын?

- Да? Я думал, он с вами приедет!

- Не... сегодня его точно не будет!.. Ну все, ша! Поехали...


Поездка заняла минут сорок. Фургон свернул с зеленоградской трассы - шоссе А191 - на проселок, по которому они проехали еще километров пять.

Прибыли на место. Водитель, заглушив движок, вышел из машины. "Шабашники", не дожидаясь отдельной команды, тоже выбрались через боковые двери на свежий воздух...

Фургон с потушенными фарами стоял возле какого-то старого кирпичного строения, смахивающего на заброшенную ферму. Почти вплотную к "ферме" подступает лес. В паре километров, в той стороне, откуда они приехали, мерцают какие-то огоньки. А здесь, на "ферме", то ли отсутствует внешнее освещение, то ли соблюдается режим экономии: тускло отсвечивает лишь один светильник, закрепленный над раскрытыми воротами строения...

- А чё это за местечко? - несколько удивленно произнес коротышка. - Командир, куда ты нас привез?!

- Нормальное место, - сказал водитель. - Куда надо, туда и привез! Тут временный пакгауз! Проходите внутрь... вам на месте все объяснят!

Экс-латвиец, прикуривая на ходу сигарету, вошел через распахнутые ворота внутрь строения.

Пахло здесь отнюдь не коровьим навозом. Ощущается какой-то резкий химический запах. Что-то вроде запаха негашеной извести или хлорки... Даже слезы на глаза навернулись от этого едренного запашка!

- Чё за дела? - фальцетом произнес коротышка. - Да тут противогаз надо надевать! Дышать же, млять, нечем!

- И темно! - сказал угрюмый. - Эй... есть тут кто?

От бетонной "колонны" отделился какой-то силуэт...

"Латвиец" успел увидеть, как этот некто вытянул в его направлении руку.


- 121 -


Он сделал еще одну затяжку... Прежде, чем успел выдохнуть дым, грудь

обожгло чем-то раскаленным, лезвийно-острым...

Послышались негромкие сухие хлопки!

Вслед за "латвийцем" упал коротышка...

Затем, мгновением позже, повалился навзничь и угрюмец Данилыч - пуля вошла ему точно в межглазье!..

Стрелок обошел тела и сделал по контрольному.

Затем они вдвоем, на пару с человеком, который привез шабашников-переселенцев на этот заброшенный объект, побросали тела - через открытый заблаговременно люк - в яму с негашеной известью.

Туда же сбросили и орудие убийства: малокалиберный "марголин" с глушителем.

Подсвечивая фонарями, внимательно осмотрели пол у входа, нет ли там следов крови.

Закрыли ворота, прихватив их металлической завесой, на которой крепится цепь с амбарным замком.

Спустя еще минуту фургон, мигнув в ночи напоследок габаритными огнями, скрылся за поворотом дороги.


+ + +


- 122 -


Г Л А В А 13


Ночной клуб "Калифорния", расположенный в восточном округе столицы, на Вешняковской, известен - среди информированных людей - среди всего прочего и тем, что здесь на выходные тусуются сливки столичного свингерского сообщества...

В ночь с пятницы на субботу, в половине первого, на клубном паркинге пришвартовался новенький, с иголочки, серебристый Lexus SC 430.

За рулем кабриолета молодой человек лет двадцати четырех. Рослый холеный парень, с довольно длинными волосами - мелированные пряди ниспадают на плечи. Обут в кроссовки марки Oficine Creative на босу ногу. На нем слегка мятый - по последней моде - костюм из льна, Не "фейковый", пошитый не в Китае, но в Милане (и там же купленный нынешней весной в бутике "D&G"). Парень слегка не брит и чуть подшофе. Не вот, чтобы сильно выпивший, но так, в меру: за вечер принял на грудь граммов двести "Хеннесси"...

Вообще-то, Матвей Котов, студент выпускного курса юридического факультета МГУ, не планировал эту вот поездку в "свингер-клуб". Знакомый парень, закончивший юрфак двумя годами ранее и теперь работающий в юридическом департаменте крупного столичного банка, уговорил Матвея провести пятничный вечер в ресторане "Зодиак", при котором функционирует нечто вроде "клуба знакомств". Котов согласился - "Зодиак" находится всего в двух кварталах от дома, где он проживает в собственной двухкомнатной квартире (вернее сказать, жилье приобрели для него родители). И, как выяснилось уже на месте, напрасно подписался: в этом заведении собирается совершенно не его контингент - офисный планктон, маглы, пролетарии умственного труда, разного рода нашарники и нашарницы, люди без фантазии, живущие одним днем.

Знакомый нашел там себе какую-то бойкую брюнетку. И даже пригласил ее - а также ее подругу, телку с пышными формами, смахивающую на голландскую элитную корову - к ним за столик.

Котов, когда эта девица стала недвусмысленно гладить его по колену, а затем и прижиматься своими силиконовыми полушариями, заскучал... Он уже искал повод, - и подходящие слова - чтобы улизнуть из "Зодиака", оставив приятеля наедине с этими двумя примитивными самками. Но помог случай.

Ему на "верту" пришло СМС-сообщение от знакомых, от женатой пары:

МОТЯ МЫ В КАЛИФОРНИИ! ПРИЕЗЖАЙ КОТИК! WE NEED YOU TO LEAD US! WE NEED YOUR BIG PENIS! НЕ ПЕРЕЗВАНИВАЙ! МЫ НА МЕСТЕ!! IMMEDIATELY!!! ТВОИ ПУСЯ&COCK

Матвей, прочтя сообщение, ухмыльнулся. Эта парочка, после того, как они с месяц примерно назад зажгли так, что "Cock" после вечеринки


- 123 -


оказался в частной наркологической клинике, на время прервали с ним, с Котовым, отношения. Вроде как решили взяться за ум. Решили не бухать, не жрать колеса и не нюхать кокс, не практиковать групповой секс. Никогда. Полная завязка. Короче - жить, "как все".

Ан нет. Never Say Never Again*...


Матвей, припарковав свой спортивный купе-кабриолет, нажатием кнопки включил механизм поднятия крыши.

Выбрался из "лексуса", включил "сторожа". Котову не пришлось лезть в карман за бумажником и предъявлять клубную карту. Охранник у входа, присматривающий за паркингом, признав в нем завсегдатая, поприветствовал молодого человека легким - но уважительным - кивком головы.

Котов молод, красив собой, холост, при деньгах. Его отец занимает высокую должность в правоохранительной системе. У родителей, хотя они постоянно проживают в Западной губернии, есть своя четырехкомнатная квартира в Москве (за которой присматривает тетка Котова, сестра его отца, работавшая до недавнего времени в аппарате Минюста РФ).

Матвей мог бы на все время учебы в МГУ поселиться в этой купленной "парентсами" хате и жить там на всем готовом. Но - не захотел... Первые два года Котов обитал в съемной квартире. А когда он перешел на третий курс, - поводом также был двадцатый второй день рождения Матвея - родители подарили своему отпрыску, будущему юристу, "двушку" с евроремонтом в районе Новокосино...

Котов, пройдя через вестибюль с высоким потолком, в котором, высаженные в кадках, произрастали - сугубо для декорации, чтоб оправдать название заведения - три или четыре пальмы, стал подниматься по иллюминированной лестнице на второй этаж.

На его лице, украшенном трехдневной щетиной, блуждала улыбка. Определенно, сегодня его ждет неплохое приключение. Он вспомнил, что они вытворяли с этой парочкой, которая напомнила о своем существовании "эсэмэской"!.. Они чуть постарше, года на три, но это и не важно... Отец парня владеет сетью аптек, он сам тоже работает в фармацевтическом бизнесе. У Вероники, - она главная в их "треугольнике" - у этой смазливой, умелой, похотливой, развратной сучки, свой бизнес, который ей прикупил отчим, мэр одного из тюменских городов - она владеет несколькими магазинами и бутиками, торгующими модельной обувью. И то, что они, эта пара свингеров, вновь вспомнили о "котяре", о своем партнере, захотели его немедленно видеть, не показалось Матвею чем-то необычным, экстраординарным. Не так просто забыть безумные, сумасшедшие, горячие,

----------------

*Никогда не говори никогда (англ.).


- 124 -


волшебные ночи... На фоне серой повседневной жизни, на фоне буден, должно существовать и что-то яркое, живое, незаурядное. Отчасти - и аморальное (о-о, как сладок запретный плод...)

Секс, алкоголь и кокс - это те вещи, которые позволяют расслабиться и хоть как-то смириться с банальщиной, с идиотизмом окружения, с необходимостью большую часть жизни тратить на такие скучные вещи, как учеба, служба, карьера, быт, семейная жизнь...


На втором этаже "Калифорнии" находятся два зала, сообщающиеся между собой через арочный проход. В первом, ближнем к парадной лестнице, расположены две барные стойки. Вдоль декорированных синим бархатом с золотистыми блестками, призванным имитировать южное ночное небо, расставлены столики. Имеется танцпол; ночную программу обеспечивают приглашенный диск-жокей и девушки из местной стрип-группы. "Техно" в этом зале, наполненном химерическими всполохами цветомузыки, рубит на всю катушку...

Котов перебрался в другой зал, где было не так шумно и где собиралась публика вполне определенного рода. Почти все столики здесь заняты. Он прошел в дальний от входа угол, где его друзья и партнеры по интиму "Пуся&Cock" обычно и располагались в таких случаях... Но за столиком сидела небольшая компания... какие-то незнакомцы!

Матвей некоторое время озирался, пытаясь найти в зале парочку знакомых свингеров. Виктории и ее мужа нигде не было видно. И его, Матвея, тоже никто не окликнул.

Котов подошел к барной стойке. Бармен, узнав в нем одного из активных посетителей клуба, поприветствовал его вежливым наклоном головы.

- Кого-то ищете? - поинтересовался проницательный халдей. - Я могу вам чем-то помочь?

- Я что-то не нахожу своих знакомых... Виктория с мужем приезжали к вам сегодня?

Бармен, поняв, о ком именно идет речь, покачал головой.

- Как это? - несколько растерянно произнес Котов. - Они же сами меня сюда пригласили!

- В последний раз они были здесь... - бармен на мгновение поднял глаза к потолку - В начале прошлого месяца.

- Это когда мы тут вместе тусились?

- Да.

- И что? Ты их с того дня больше не видел?

- Нет, не видел.

- Странно, - процедил Котов. - Fuck... что за дурацкие розыгрыши!

Он вытащил из кармана своего светлого пиджака "верту". Нашел в


- 125 -


меню номер сотового - у Виктории несколько мобильников, как у каждой деловой "вумен"... Пошел набор... Механический голос сообщил: "Абонент временно недоступен".

- Fuck!

Бармен вежливо кашлянул в кулак.

- Что-нибудь выпьете?

И именно в этот момент Котов увидел роскошную золотоволосую девушку, направляющуюся от столика к стойке...


- Порцию текилы! - сказала она звонким мелодичным голосом, от которого у Котова пробежали мурашки по коже. - И лайм!

Молодой человек, у которого случился облом, и который несколькими секундами ранее собирался покинуть заведение, вдруг переменил свое решение.

- А мне - "хеннесси"!

Девушка, которую он, надо сказать, довольно нагло сейчас разглядывал, была необычайно хороша собой - как на вкус Котова, естественно. Рослая - за метр восемьдесят - но очень пропорционально сложена. Одета в короткую кожаную юбку бирюзового цвета и золотистый топ, сквозь материю которого дерзко проклюнулись конические соски.

Бармен поставил перед ними напитки. Отдельно - на блюдце - порезанный кружочками лайм. "Златовласка" махом выпила свой "дринк". Взяла с блюдца кусочек лайма, положила его на свое нежное запястье. После чего - в упор - посмотрела своими васильковыми глазищами на Котова.

- Нравлюсь?

- А-а... Ну...

Котов, что было ему не свойственно, замялся... Все никак не мог найти нужных, подобающих случаю слов!

- Нравлюсь? - повторила она.

- Да. Супер!

- Так чего застыл? Выпей! Cheers!..

Котов опрокинул в себя порцию "хеннесси", даже не разобрав вкус напитка.

- А теперь - закуси!

Котов, чуть наклонившись, слизнул у нее с запястья кусочек лайма.

- Меня Златой зовут! А тебя?

- Меня? Э-э... Матвей.

- Хорошее имя. Буду звать тебя... Мотя! Вот что, Мотя... Поцелуй-ка ты меня!

- Что? Поцеловать? Прямо здесь?

- Kiss me!


- 126 -


Она первой положила ему руки на плечи. Котов ощутил приятную волну тепла, накрывшую его с головой... Он припал к сочным губам; девушка, выпустив язычок, ответила страстно, прижавшись к нему своим молодым гибким роскошным телом...

Наконец они оторвались друг от друга. Злата обворожительно улыбаясь, заметила:

- А ты симпатичный! И целоваться умеешь... как мало кто из мужчин!

К стойке подошел светловолосый загорелый мужчина. Рослый, под метр девяносто, лет тридцати примерно, хорошо сложенный, он был похож на скандинавского викинга.

- Darling*, это Матвей! Мы только что познакомились! Мотя, это Альберт... мой муж!

"Викинг" протянул ладонь.

- Рад знакомству, Матвей!

- Тоже рад...

Котов обменялся со светловолосым гигантом рукопожатием. Тот, блеснув белозубой улыбкой, глядя то на "златовласку", то на их нового знакомого, сказал:

- Злата, у тебя хороший вкус!

- А когда он меня подводил?

- Кстати... ты выиграла пари! Тебе первой удалось склить... Я и глазом не успел моргнуть!

Девушка весело рассмеялась.

- Мотя, это всего лишь шутка! Альберт у меня такой... весельчак и большой затейник!

"Викинг" приветливо посмотрел на Котова.

- Матвей, вы - один? Я имею в виду, без собственной компании?

Котов пожал плечами.

- Знакомые должны были подъехать... Но что-то не срослось.

- Продинамили? - участливо спросил Альберт. - Такое тоже случается.

Злата погладила своего "викинга" по щеке.

- Мальчики, давайте без этих вот церемоний! Предлагаю перейти на "ты"! Любезный, - она посмотрела на бармена. - Еще по "дринку"!! Ну-с, Мотя, - она взяла руку Котова в свои ладони. - Раз уж ты оказался без компании... Берем тебя в свой коллектив!


Они провели в заведении еще около получаса.

Выяснилось, что Злата и Альберт поженились каких две недели назад. Сейчас у них - "медовый месяц". Сами они из Питера, там у Альберта какой-

-----------

*Дорогой, милый, любимый (англ.).


- 127 -


то бизнес. Матвей не стал расспрашивать, чем именно занимается по жизни "викинг". Он заметил на пальце у Златы обручальное кольцо с бриллиантами

- такое "колечко" стоит ох как не дешево. В ушах у девушки тоже "брюлики". На широком запястье правой руки "викинга" красуются часы марки Vacheron Constantin. В прошлом году Котов хотел прикупить себе часы из этой же коллекции. Но заявленная цена даже для него, не имеющего отказа в родительском кредите, показалась кусачей - двадцать с лишком тысяч евро.

- Могу я спросить? А что вы делаете в нашей "большой деревне"? - поинтересовался Котов, когда они перебрались за столик. - Да еще и по ходу медового месяца?

- Мы только вчера прилетели из Барселоны, - сказал "викинг". - Отдыхали на "круизнике"...

- А еще через три дня мы улетаем на Сейшелы, - сообщила Злата. - Отсюда, из Москвы.

- Вторая фаза свадебного путешествия?

- Умница... угадал.

- У нас тут знакомая пара живет, в столице! - сказал "викинг". - Они к нам поехали, в Питер! Мы им отдали ключи от коттеджа и от квартиры! Они собираются немного погулять в Питере, а потом - в Швецию и далее в Германию! Соответственно, оставили нам ключи от своего жилья!

- А-а... понятно! - кивнул Котов. - Так вы, значит, побудете несколько дней в Москве?

- Да, до вторника!


В какой-то момент Викинг и его златовласая подруга обменялись взглядами.

- Мотя, а какие у тебя планы на этот вечер, - смешно сморщив прелестный носик, она поправилась. - Вернее, на ночь?!

Котов, которому до чрезвычайности понравилась эта пара, посмотрел в ее васильковые глаза. Он был уже изрядно навеселе... но это обстоятельство его сейчас мало беспокоило.

- До встречи с вами... э-э-э... жизнь моя была пуста и бессмысленна. Я вас полюбил, френды. С первого взгляда!

- А можно я прямо спрошу?

Злата придвинулась к Котову и положила прохладную ладошку ему на колено.

- Как насчет того, чтобы продолжить наше знакомство... в другом месте?

- Супер. Я только за.

- Оговорим пару нюансов, ладно?

- Да, конечно.


- 128 -


- Мой Алик... Он, видишь ли, бисексуал.

- Принял к сведению.

- Как ты вот к этому относишься?

- Нормально. То есть, с полным пониманием. И даже... с симпатией. No problem.

Котов почувствовал, как ее ладошка, переместившись по колену, легла на его заметно эрегированный член.

- А ты, Мотя?

"Да мне пох! - подумал Котов. - Блин... Такой красивой пары в моей

коллекции еще нет!.. Да еще и молодожены... Вот это фарт пошел!"

- Я? - он, тряхнув волосами, рассмеялся. - Я вас люблю! Просто обожаю!! И я вас так хочу... просто умираю!

- Мы тебя тоже любим, Мотя! Я тебя тоже хочу. М ы тебя - хотим!

- С-супер! Поехали уже наконец трахаться, золотые вы мои?!


Момент, когда они вывалились втроем из "ночника", Матвей помнил уже довольно смутно.

Он, кажется, хотел позвать кого-нибудь из обслуги. Здесь практикуется допсервис для постоянных и нежадных клиентов. Охранник или иной служащий может сесть за руль и отвезти слегка расслабившуюся компанию в указанный ему адрес...

Но этого не потребовалось. Вести машину вызвался Викинг - светловолосый гигант выглядел так, как будто весь вечер употреблял не алкоголь, но минералку или соки...

- А д-давайте... п-поехали к-к-ко мне!! - Матвей рассмеялся, найдя забавным то, как у него заплетается язык. - Я т-тут б-близко живу!!

- Неплохо! - оценил спортивный "лексус" Викинг. - Хотя я предпочитаю более вместительные модели... Так что, Мотя, к тебе едем?

- Yes!

- А там все у тебя... имеется в наличии?

- To be sure!.. Сексодром... джакузи... Если н-надо, то и "игрушки" н-найдутся!!

Матвея усадили на заднее сидение. Рядом с ним устроилась "златовласка". Викинг, сев за руль, тронулся и покатил на выезд...


Котову смутно запомнилось, как они останавливались где-то - уже за "кольцевой". Злата вытащила из сумочки плоскую золотую коробочку... Сыпанула - щедро - себе порошка на запястье.

- Заряжайся, Мотя! Гулять, так гулять!

Котов наклонился... Втянул поочередно ноздрями белого порошка... Больше просыпалось... но кое-что и попало по назначению!

- 129 -


В голове у него зашумело еще пуще прежнего.

Злата дала ему отхлебнуть из какой-то бутылочки.

Напиток показался Котову терпким, горьким, неприятным на вкус.

Он хотел спросить, что за дрянью его попотчевала "златовласка". Но все слова куда-то затерялись; а вскоре он и сам отключился...


Очнулся Котов в какой-то незнакомой обстановке. Жутко болела голова. Все предметы двоились и троились в глазах... Какой-то грубый мужской голос, показавшийся ему незнакомым, приказал:

- А ну-ка поднимите этого урода!

Двое мужчин в милицейской форме выдернули Котова из постели: это был старый диван, кое-как застеленным несвежим бельем.

- Что? Кто?.. Где я?!

Когда Котова усадили на скрипучий стул, он смог оглядеться.

Комната, в которой происходило действо, была ему совершенно не знакома. В постели, из которой его только что вытащили, лежит, таращась, какое-то чумазое существо... Котов кое-как сфокусировал взгляд: девчонка лет десяти... Ребенок совсем. Худая - ребра да кожа! Лицо белое, как мел; вместо глаз - бельма! Явно под "кайфом"?! Или пьяная, или клея нанюхалась. Или, того хуже, под воздействием каких-нибудь "транков".

Один из сотрудников - они все были в шлем-масках - присел на корточки. Еще одна? Нет... это пацан! Тоже голый; этот лежит на полу, на старом, пахнущем мочой и блевотиной паласе! Парнишка в наручниках!..

- Коллега, вызывай врача! - распорядился старший в этой компании. - И наших судмедэкспертов!

Котов шумно сглотнул. Во что это он вляпался?

- А это... Где я? И где эти... Викинг и Злата?

- Обыщите весь этот наркопритон! - скомандовал "старший". - Гляньте, есть тут кто еще живой? И прозвоните в дежурную часть: пусть побыстрей реанимобиль пришлют... Чего-то мне этот парнишка не нравится!

Он наклонился; прижал два пальца к сонной артерии лежащего на полу "парнишки", с которого все еще не сняли браслеты.

- Вы чё, оглохли?! - рассердился Котов. - Отвечайте, когда вас спрашивают!.. Кто такие?! И что тут происходит?!

Один из сотрудников направил на него цифровую камеру.

- Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков! - посмотрев на него сверху вниз, произнес мужчина. - Старший оперуполномоченный Савичев! Ваши документы, гражданин?!

- Да пошли вы!..

Котов попытался было встать, но "старший" легким движением руки усадил его обратно на стул.


- 130 -


- У вас будут проблемы! - сердито сказал Котов. - Да вас на хер всех выкинут! Уволят! Посадят!! Вы на кого тут руку поднимаете?!!

Один из наркополицейских заснял стол, на котором россыпью лежали какие-то таблетки... И еще там лежит смутно знакомая Котову золотая коробочка... А потом вновь направил камеру на обнаруженного сотрудниками ФСКН в "притоне" молодого человека, явно находящегося под воздействием алкоголя или наркотических средств.

- Это ваша вещь?!

- Да пошли вы...

Наркополицейский, на котором были тонкие резиновые перчатки, взял со стола портмоне. Открыл его, стал аккуратно выкладывать оттуда его вместимое. Несколько денежных купюр... Кредитные карточки... Пара визиток... Удостоверение помощника депутата Государственной думы... Водительские права...

Все это подробнейшим образом фиксировалось: и на камеру и приглашенными в качестве понятых двумя гражданскими лицами.

"Старший" взял со столешницы водительские права.

- Котов Матвей Александрович?..

- Где моя "верта"?! Дайте сюда мою трубку! Fuck!! Я хочу позвонить! Вы даже не представляете, на кого вы тут пасть разинули!!!

"Старший" мрачно усмехнулся.

- Одевайтесь, гражданин Котов! Поедете с нами в управление!..

- Че-го?! Умом рехнулись!..

- И прикусите язык! Не то к "двести восемьдесят второй" и статье за педофилию - а по этим статьям мы вас и задерживаем! - добавите себе еще и массу других неприятностей!


+ + +


- 131 -


Г Л А В А 14


Старший инспектор ДГБ Монкайтис лично сопроводил человека, которому еще полчаса назад инкриминировались самые тяжкие статьи УК, до въездных ворот, рядом с которыми оборудован КПП.

На лице у Феликса застыло примерно такое же выражение, какое бывает у кошки, только что упустившей из когтей добычу: смесь раздражения, люиды, негодования и разочарования.

- Я тебе просто удивляюсь, Нестеров! - процедил он, когда они миновали турникет. - Ты просто "кассандра" какая-то! В огне не горишь, и в воде не тонешь!

- Саламандра, - уточнил Стас. - Тебе, Феликс, надо больше читать. Хотя... Сказано ведь - "во многих знаниях - многие печали".

- Вот, вот! - сердито сказал Монкайтис. - Тоже мне, умник тут выискался!

Они остановились на площадке - уже за пределами СИЗО Лукишкес.

- Ну так что? Я могу идти? И ты даже не попросишь меня уплатить хоть какую-то цену за обретенную свободу? Ты меня удивляешь, Феликс.

- Цена свободы - вечная бдительность, - в голосе гэбиста, бывшего однокашника, прозвучало ехидство. - До следующего свидания, умник.

Монкайтис, ухмыльнувшись, уселся в поджидавший его служебный транспорт. Нестеров, сопроводив взглядом уже знакомый ему черный "мерс", покачал головой. Потом, круто повернувшись на сто восемьдесят, перекрестился на увенчанный крестом купол вырастающей из-за желто-кирпичной стены тюремного комплекса церкви св. Николая.

На этот раз, кажется, пронесло...


Стас похлопал себя по карманам. Бумажник на месте. Сотовый тоже не отобрали (но он - разряжен). Зажигалка... связка ключей... часы. Хотелось курить, но сигареты ему почему-то не вернули.

Первым делом следовало прозвонить близким. Сообщить о том, что его освободили и самому узнать все последние новости.

Нестеров успел сделать лишь несколько шагов, как вдруг послышался звук автомобильного сигнала.

Стас повернул на звук голову - это еще кто такие? Хлопнула дверца; из серебристого микроавтобуса марки "Форд-Транзит" с тонированными стеклами на площадку выбрался мужчина лет тридцати пяти. Чуть выше среднего роста, худощавый. Одет в серый будничный костюм. Глаза скрыты линзами солнцезащитных очков. Где-то этого субчика Стас уже видел...

- Нестеров, садитесь в фургон!

Стас бросил на него удивленный взгляд.


- 132 -


- Я не заказывал услуги перевозчика. Кто вы такие? И какого рожна вам надо?!

Мужчина в штатском достал из кармашка пиджака служебное удостоверение с гербом "Витиса".

- Служба специальных расследований, инспектор Янонис.

- Чем обязан?

- Мы однажды уже пересекались - когда производили выемку документов в вашем офисе. Это было лет пять назад. Вспомнили?

- Вы не девушка, чтобы я вас помнил! А обыск или размахивание принародно служебной ксивой еще не повод для тесного знакомства.

- Нам нужно побеседовать.

- На какую тему?

- Это в ваших же интересах, Нестеров. И в интересах безопасности нашего государства.

- Тогда вызовите меня в свой офис повесткой! - Стас поднял воротник своего светлого пиджака, который был на нем с момента отъезда из Вильнюса в злополучный вояж на взморье. - Сейчас у меня нет ни времени, ни желания с вами общаться.

Инспектор захлопнул корочки и вернул их в карман. Почти бесшумно открылся боковой люк фургона. Кто-то, находящийся внутри салона, высунул в проем руку. В ней была зажата пара наручников.

- Бросьте валять дурака, Нестеров! - сухо произнес сотрудник ССР. - Или вы отправитесь с нами добровольно... Или - в браслетах.

Из фургона вышли еще двое мужиков в штатском.

Стас, косо поглядев на инспектора, направился к открытому боковому люку.

Не теряя более времени, сотрудники литовской спецслужбы расселись по местам. Водитель завел движок и вскоре служебный транспорт ССР, прихватив на борт только что выпущенного госбезопасностью владельца столичного детективного агентства, покинул парковку возле главного КПП вильнюсского СИЗО Лукишкес.


Вечерело. Стас находился на загородном объекте Службы спецрасследований вот уже седьмой час. Его даже выпустили из дома, разрешив - под присмотром - подышать свежим воздухом, чуть размяться, пройтись по небольшому - соток десять примерно площадью - участку...

Объект обнесен трехметровой стеной с заостренными прутьями вверху и "колючкой". На нескольких мачтах, помимо светильников, установлены камеры круглосуточного слежения. Кое-где видны следы незаконченного строительства. Гаражная пристройка стоит без брамы, стены - не оштукатурены. Стас считал себя по жизни довольно информированным


- 133 -


человеком. Но про этот вот объект, расположенный в лесном массиве километрах в сорока от столицы, он ничего не слышал.

За все это время он смог перекинуться лишь несколькими словами с инспектором. На вопрос Нестерова, в каком статусе он здесь находится, и не следует ли считать то, что произошло, ни чем иным, как киднеппингом, похищением, Янонис ответил в том духе, что "вам не о чем беспокоиться" и что "уже вскоре все разъяснится".

Опекают Нестерова здесь двое сотрудников, снабженных, очевидно, строгими инструкциями. Любые его вопросы, не касающиеся каких-то мелочей, вроде бытовых вопросов, они попросту игнорируют. Ему предложили принять душ и подкрепиться. Выдали комплект чистой одежды, включая белье. Кофе, сигареты - в этом тоже не было отказа. Но когда он попросил разрешения сделать телефонный звонок, тут же получил отлуп.

Стас часок вздремнул, устроившись в кресле. Некоторое время он бродил по комнате, пытаясь понять, во что это он еще вляпался. Потом попросился на прогулку - и получил "добро".

Выйдя на свежий воздух, Нестеров стал прохаживаться по дорожке, проложенной на некотором отдалении от стен внешнего периметра вокруг двух строений - трехэтажного, из темно-коричневого кирпича, с узкими, подобно средневековым бойницам, окнами и хозяйственной постройки.

Им на пару с Римасом уже доводилось как-то иметь дело с одной из самых закрытых - но и влиятельных - литовских спецслужб. А именно, с SST, Службой специальных расследований. Эта структура создана в 1997 году. Заявленные цели: борьба с коррупцией, организованной преступностью и преступлениями на государственной службе. ССР подотчетна лишь главе государства и Сейму в лице специальной комиссии. Имели место несколько скандальных ситуаций, когда действия сотрудников ССР переходили некую грань, существующую в демократических государствах. Но эти неприятные истории как-то замяли...

Также, насколько Стасу было известно, ССР все последние годы остро конкурировала с ДГБ. Обе эти службы обладают серьезными материальными и оперативными возможностями. Кроме всего прочего, вполне способны - как это случается и в других государствах - испортить карьеру любому, даже самому крупному должностному лицу. Или же серьезно повлиять на бизнесы и самых бизнесменов - как в одну, так и в другую сторону.


К Стасу подошел один из охранников. Протягивая мобильник, - это был сотовый Нестерова - сказал:

- Сейчас вы сделаете звонок одной вашей знакомой!

- Это что-то новенькое...

Стас взял у сотрудника трубку.


- 134 -


- Так я, значит, могу позвонить?

- Да. Сейчас вы позвоните Ирме Мажоните, адвокату! На ее сотовый! И скажете - дословно - следующее: "Меня выпустили из Лукишкеса! Я в порядке. Перезвоню сразу, как только смогу". Повторить? Или запомнили с первого раза?

- А если я захочу прозвонить другому человеку! И попробую сказать совсем другие слова!Что это еще условия вы мне тут ставите!

- Прозвонить другому лицу - не получится! Но... Конечно, если вы не хотите звонить Мажоните... это ваше право. Верните тогда сотовый!

- Это что, шантаж? Ладно уж! Нет желания с вами тут бодаться! Так я могу звонить?

- Никакой самодеятельности, Нестеров! И никакой отсебятины! Звоните.

Стас криво усмехнулся.

- Понятно... шаг влево, шаг вправо.

У Стаса даже в горле перехватило, когда он услышал в трубке голос родного человечка.

- Ирма, это я.

- Стас!! Где ты?! Я тут чуть с ума не сошла! Мне сказали...

- Меня выпустили.

- Да-да... я уже в курсе!

- Но...

- Что-нибудь не так? Где ты?... Или ты не можешь... говорить?

Стас покосился на находящегося поблизости охранника, в ухо которого вставлен микродинамик - этот тип явно прослушивает разговор.

- Ирма, со мной все в порядке. Я перезвоню и сообщу подробности сразу же, как только смогу! А теперь вкратце расскажи, как у тебя дела. Где ты сейчас находишься?

Ирма скороговоркой выпалила:

- Ой, тут такое... Римас и Бася сейчас в полиции! Их задержали!!

- Что-о?

- На них напали какие-то... в нашем старом офисе! Там была перестрелка!

Сотрудник, контролирующий разговор, показал сжатые в кулак пальцы. Затем, подобно рефери на ринге, стал поочередно разжимать пальцы, как бы производя обратный отсчет.

- Кто-нибудь из наших ранен?! - торопливо произнес Нестеров. - Говори в темпе, кредит заканчивается!

- Нет, наши в порядке! Но их пока не выпус...

На этом связь прервалась...


В начале десятого вечера Нестерова попросили пройти обратно в здание.

Под воздействием гидравлики поползли в стороны половинки


- 135 -


металлической брамы. На территорию въехали два служебных транспорта: уже знакомый фургон "Форд-Транзит" и черный "Audi A-6". Из седана на выложенную фигурной плиткой площадку перед парадным вышли трое мужчин. К ним присоединился инспектор ССР Янонис - он приехал на "форде".

Вошли в здание. Двое мужчин, которым около сорока, - главы самых влиятельных силовых структур Литвы - в сопровождении одного из молодых сотрудников сразу же прошли в специальное помещение. Находясь в котором можно, оставаясь инкогнито для приглашенного на объект в добровольно-принудительном порядке человека, видеть и слышать все, что будет происходить в соседней комнате.

Янонис и еще один из визитеров, плотный, даже чуточку грузноватый мужчина лет шестидесяти пяти, одетый в свободного покроя костюм, перекинулись в коридоре первого этажа несколькими репликами. Затем вошли в помещение, в которое несколькими минутами ранее один из охранников привел опального главу детективного агентства "Nesterov&Partners"...


Стас, которому велели дожидаться каких-то людей, имеющих - якобы - что-то ему сказать, сидел в кресле. Еще пара кресел расставлены с двух сторон редко встречающейся - треугольной - формы стола. Помещение сравнительно небольшое, квадратов пятнадцать. Окно отсутствует, зато левая от входа стена почти вся сплошь - зеркальная. Другие отделаны пористым пластиком светло-серого окраса. Пол из ламината. На противоположной стене укреплен метрового диаметра экран "плазмы". Помещение освещено ровным мягким светом закрепленных под потолком светильников.

Когда открылась дверь, Нестеров покосился на вошедших - кто еще такие? Он удивленно вскинул правую бровь

- Вы?

- Здравствуй, Стас! - поздоровался один из вошедших. - Рад тебя видеть.

Стас сам не заметил, как оказался на ногах.

- Здравствуйте, директор! Или... как вас называть? Господин комиссар?

Круглолицый, с заметно поседевшими висками, но все еще бодрый, энергичный мужчина, с которым Стас был знаком с середины девяностых, глядя на ершистого "детектива", добродушно усмехнулся.

- Называй по имени - Альгирдас! Ты же знаешь, что у нас, у литовцев, в отличие от твоих этнических соплеменников, не принято обращаться друг к другу по отчеству. Давненько не виделись... лет пять уже, так? Как дела, дружище?

Стас, обменявшись с визитером рукопожатием, невольно улыбнулся.

- Дела, как сажа бела... Вот только недавно выпустили из "крытой". А


- 136 -


так... В принципе, живу как все - кризис на дворе!

- А кто говорил, что будет легко? Я вас этому на своих лекциях точно не учил!..

Мужчины, включая инспектора, опустились в кресла. Открылась дверь; сотрудник внес поднос с минералкой, соками, печеньем и бисквитами. Во время этой небольшой паузы Нестеров не сводил глаз с того, кто пожаловал на объект вместе с Янонисом. Человек это известный. И, надо сказать, пользующийся уважением среди сотрудников правоохранительной системы Литвы. Бывший директор полицейской академии, которую когда-то заканчивал и Стас Нестеров. В одно время занимал должность верховного комиссара полиции страны. А в начале "нулевых" на короткое время - до очередного политического кризиса - даже занял пост главы МВД... Сейчас, насколько Стас в курсе, он, будучи на пенсии, возглавляет какой-то благотворительный фонд, созданный для поддержки ветеранов МВД, ДГБ и других правоохранительных органов.


- Стас, мы с тобой давно знакомы. - Старший из присутствующих сам открыл пластиковую бутылку и налил воды в стакан. - Ты знаешь... а если и не знаешь, то услышишь сейчас... Я всегда относился к тебе с симпатией. Жаль, что ты ушел из органов. Жаль. Ты мог сделать очень... очень серьезную карьеру! - Мужчина, отпив глоток, поставил стакан на подставку. - Даже при твоем "неарийском" происхождении... но с учетом знания языка и наличии деловых качеств... ты мог бы высоко продвинуться!

- Лично я не желаю ни о чем. Но услышать такое от вас, Альгирдас - приятно. Теперь можете приступать прямо к делу.

- Ну что ж. Будем считать предварительную часть законченной. Как говорят наши новые друзья: "Time is money!" - Сказав это, ветеран спецслужб посмотрел на своего вывшего курсанта, а затем и оперативника, который некоторое время служил у него под началом в Вильнюсском комиссариате полиции. - Стас, есть одно довольно щепетильное дело, которое мы намерены тебе поручить.

- Минутку, Альгирдас... При всем моем уважении к вам...

- Не спеши отказываться, - мягко произнес экс-комиссар. - Речь идет об одной очень важной услуге, которую ты можешь оказать нашему государству. Это первое. И второе: ты не сможешь отказаться. Так сложились обстоятельства.

- Даже так? - несколько растерянно переспросил Нестеров. - Могу я хотя бы задать несколько вопросов?

- Да, конечно.

- Вы только что сказали: "мы намерены тебе поручить"... Кто это - "мы". От чьего имени вы здесь говорите?


- 137 -


- От имени тех, кто призван защищать интересы и безопасность нашего

государства.

- То есть... от имени спецслужб?

- Да. Меня попросили выступить в качестве посредника. Ты знаешь, я уже закончил активную карьеру и вышел в отставку...

- Но "бывших" - не бывает?

- Вот именно! Ты ведь тоже из б ы в ш и х сотрудников, не так ли?

- Хм. Мне об этом время от времени напоминают... Еще вопрос. Что это за объект? И почему меня привезли сюда, а не в какое-нибудь другое место?

- Это сделано в интересах общего дела, Стас. Объект этот, на котором мы сейчас находимся...- Экс-комиссар посмотрел на молодого коллегу. - Янонис, чей это объект?

- Пока он не находится на чьем-либо балансе, - сказал тот. - Так что ни к какому ведомству конкретного отношения п о к а не имеет.

- Неплохо вы устроились, - Стас криво усмехнулся. - Я не я и хата не моя.... А вы, Янонис? Вот вы - лично вы! - чьи интересы сейчас представляете?

- Уважаемый Альгирдас вам уже сказал: людей, которые призваны оберегать безопасность страны.

- Сформулирую вопрос иначе. Вы получили санкцию на текущее мероприятие от руководства Службы специальных расследований?

- Я бы не стал ставить вопрос именно так.

- А как?

- Все вышестоящие инстанции в курсе происходящего. Вас удовлетворит

т а к о й ответ?

Стас вновь перевел взгляд на ветерана.

- Почему я?

- Потому что ты уже глубоко внутри всей этой...

- Задницы?

- Ситуации! И еще потому, что Завальный... ныне покойный... намеревался передать ценную информацию именно через тебя, Стас Нестеров!

- И из-за этого он взлетел на воздух?

- Я всегда считал тебя умным человеком.

- А вот я чувствую себя форменным идиотом! - начиная раздражаться, заявил Нестеров. - Потому что я понятия не имею, что за инфу и кому именно хотел передать Завальный! Не могу взять в толк: я-то тут при чем?!

- Здесь два момента. - Экс-комиссар, определенно, не склонен был терять ни грана своего обычного спокойствия и хладнокровия. - О том, что разговор этот должен остаться строго между нами, я даже говорить не стану... Не мальчик давно уже, все понимаешь!

- Точно так же и вы должны понимать, что я не имею ровно никакого отношения к тому, что произошло в Паланге! По крайней мере, к тому, что случилось на вилле!

- 138 -


- Как сказать... Ты жертва собственной репутации, Стас.

- На что вы намекаете?

- На то, как мы выглядим в глазах других людей. А также других сил и учреждений. В том числе, и иностранных!

- Я не шпионю на Россию. Я работаю на себя. И на своих близких.

- Знаю. Мне-то ты мог этого и не говорить. Но тебя в определенных кругах... среди твоих российских коллег... знают довольно хорошо. И о тебе сложилось вполне определенное мнение. В том смысле, что ты, как бывший сотрудник органов и глава столичного агентства, при своих связях и возможностях можешь оказаться... гм... полезным в определенной ситуации. Не как "крот", не как шпион, занимающийся сбором какой-то секретной информации, нет. А как человек, через которого можно установить доверительные контакты в случае возникновения каких-то непростых ситуаций. Ведь наши спецслужбы, российские и литовские, сейчас, учитывая наш нынешний статус члена блока НАТО и специфику нашей службы, практически не контактируют. Вернее сказать, взаимодействуют лишь в узких рамках, за пределы которых выйти чрезвычайно не просто... Особенно, если учитывать ту степень напряженности и недоверия, которая нынче существует между политическим руководством наших государств.

- Значит, меня более не подозревают в том, что я занимаюсь шпионажем в пользу Российской Федерации?

- Нет. Это абсурдное обвинение. Оно ничем не подкреплено.

- Ну... хоть в этой части я отмазался... Кстати. Точно так же я не собираюсь шпионить на Литву. Да, я родился и вырос здесь. Да, я являюсь гражданином своей страны. Но карьера литовского Джеймса Бонда меня тоже, знаете ли, не прельщает.

- Прекрасно, - ветеран одобрительно покивал седовласой головой. - Тебе никто и не предлагает стать агентом. Мы не на вербовочном мероприятии.

- Тогда объясните, что именно вам от меня нужно?

- Нам нужен посредник. Причем - срочно! Можно сказать, мы нуждались в таком человеке уже вчера!

- Ну так и не фиг было меня держать в Лукишкесе! - ворчливо заметил Стас. - Зачем меня вообще в "крытую" упекли?! Ясно же, как дважды два, что я не имею никакого отношения к убийству Завального!

Экс-комиссар, промокнув выступившую на челе испарину, на этот раз улыбнулся не так весело и добродушно, как ранее.

- К сожалению, мы все же не так едины, как хотелось бы.

- Даже спецслужбистское сообщество?

- Да. Есть разные мнения, разные течения и подходы...

- Это как-то связано с только что прошедшими президентскими выборами?

- Весьма проницательно. После выборов, если к власти приходит другая политическая сила... пусть даже и родственного демократического склада...


- 139 -


- Случаются кадровые "зачистки"?..

- И это тоже. Вот про русских говорят, что у них в Москве "башни" между собой бодаются... У нас тут тоже есть несколько "башен"... кроме самой главной и знаменитой - башни Гедиминиса.

- Ну, я-то - "безбашенный"! У меня принцип: падальше от всех этих "ветвей власти" и "башен"! Мы с моим партнером, еще когда учреждали агентство, жестко уговорились в том плане, что в политику мы не играем!

Экс-комиссар бросил на него странный взгляд.

- Есть такая известная формулировка: "если ты не интересуешься политикой, политика заинтересуется тобой"...

Стас насторожился. Вот только этого ему не хватало, чтобы влезть в спецслужбистские междусобойчики! Или даже в дрязги высоких политических инстанций. Каждая из которых, понятно, имеет своих сторонников в той или иной спецслужбистской структуре. Учитывая, что новая "леди-президент" - официально она заступит на высший государственный пост ровно через месяц, а сейчас носит "титул", если в переводе с литовского, "избранная президент" - какое-то время назад являлась клиентом его агентства... То нельзя исключить и того, что происходящее здесь и сейчас ни что иное, как грамотно спланированная подводка к каким-то грядущим событиям. В ходе которых - как вариант - будет опорочено имя вновь избранного президента Литовской республики...

- Интересно девки пляшут, - задумчиво произнес он. - Так вот, значит, для чего взяты в заложники мои друзья и коллеги...

- Ты это о ком? - переспросил экс-комиссар. - О своем партнере?

- Именно!

- О Мажонасе? - уточнил ветеран. - И этой... как ее?

- Барбара Ставицкая, сотрудница того же агентства,- подсказал Янонис. - Докладываю: они сейчас вместе с Мажонисом и еще двумя задержанными по факту перестрелки в Старом городе гражданами находятся в одном из столичных комиссариатов! И дают там показания.

Ветеран развел руками.

- Мы здесь совершенно не при чем. Хотя...

- Что?

- Мы можем со своей стороны, через свои возможности повлиять на ход досудебного следствия!

- И их выпустят из КПЗ? И Мажонаса, и Ставицкую? Я правильно понял вас?

Сказав это, Стас в наглую - уже не скрывая своего понимания ситуации и того, что эти люди в нем по какой-то причине очччень заинтересованы - развернулся к "зеркальной стене".

А затем и четко и внятно произнес:


- 140 -


- Хочу посмотреть, на что вы способны, господа! Разговор продолжим после того, как эти двое окажутся на свободе! Доказательством чему должен быть телефонный звонок - мне на мобильный - от моего партнера Мажонаса!..


Беседа в этом месте была на время прервана. Стас попросил отвести его в ванную комнату. Здесь, не испрашивая дополнительного разрешения, он закурил - благо сигареты и зажигалка у него оказались при себе.

Странно... Руки у него тряслись мелкой дрожью. Но где-то внутри, в душе, он почему-то был спокоен. И вот именно это почти медиативное состояние - космическое спокойствие, выдержка, холодный рассудок - чаще всего возникало у него в минуты наивысшего напряжения. В те минуты, когда ему или его близким грозила страшная опасность.

Он прикурил вторую сигарету. Третью - не успел...

- Придется перейти в другое помещение, - сухо сказал Янонис, появившийся словно из-под земли. - Здесь будет плохо слышно.

Они прошли в другое крыло этого сравнительно небольшого здания. Янонис протянул ему трубку, которую один из охранников отобрал у Стаса после его короткого разговора с Ирмой.

- Помните, о чем вас предупреждал уважаемый Альгирдас! Ничего лишнего! Все, можете говорить.


- Слон, это я, Стас!

- Привет!.. Счас... минутку... только прикурю сигарету!

- Потом покуришь! Нет времени! Ты где сейчас?

- Э-э... на улице! Тут такое...Дурдом!

- Короче. Вас с Басей уже выпустили из "капэзэ"?

- Да хрень какая-то! Не выпустили...

- Так, значит, все ж не выпустили? - Стас покосился на Янониса, который демонстративно прослушивал их "базар", приложив к уху гарнитуру с микрофоном и наушником. - Как это понимать?!

- ... а вышибли даже! Чуть не пинками погнали! - У Мажонаса голос был одновременно и злой, как у бойца, вышедшего на схватку с сильным соперником, и веселый, как у человека, заранее знающего результат поединка. - Тут "сяся" трубу рвет! Она ожидала нас у входа в комиссариат! Счас передам!

- Стас! - в трубке послышался голос Ирмы. - Наших только что выпустили!

- Отлично. Я вас обнимаю.

- Я вас - тоже

- Скоро увид...


- 141 -


В трубке послышались частые гудки...


Вскоре Стаса пригласили пройти в уже знакомое ему помещение. Разговор продолжился в том же формате. Нестеров, экс-комиссар и действующий сотрудник ССР устроились за столом. Двое самых высокопоставленных персон из иерархии литовских спецслужбистов наблюдали за ними через прозрачное в одну сторону стекло.

- Ну что, Стас, удалось снять хотя бы часть вопросов? - на лицо экс-комиссара вновь вернулось добродушно-хитроватое выражение. - Как видишь, мы свое слово держим.

- Лично я покамест никакого "слова", никаких обещаний вам не давал.

Экс-комиссар пожал плечами.

- Так ведь и мы тебе пока н и к а к и х обещаний не давали.

Стас прерывисто вздохнул.

- Что я должен делать? Достать луну с неба?

- Задание несколько проще, - усмехнулся ветеран. - Тебе предстоит совершить небольшое путешествие.

- Куда именно я должен выехать?

- К россиянам, в соседнюю область! И уже там, на месте, тебе, Стас Нестеров, будет предложено поучаствовать в одной судьбоносной сделке...


+ + +


- 142 -


Г Л А В А 15


Мажонас, обернувшись, посмотрел на окна здания Бюро криминальной полиции, из которого их на пару с Басей так странно и так решительно выперли несколькими минутами ранее. Недоуменно головой. После того, как их с Басей внезапно выпустили на волю, - и после состоявшегося вот только что странного разговора с Нестеровым - он все еще никак не мог прийти в себя...

- Чё это было? Девчонки, я своими ушами слышал, как следак заказал транспорт и конвой! Чтоб, значит, по оконцовке допроса перевезли меня в изолятор! И тут мне - прикиньте! - вдруг говорят: "Идите на хер, гражданин Мажонас! И в темпе! Без вас у полиции дел по горло..."

- Курррва мать! - Бася, у которой под правым глазом уже вполне высветился, набухая багровым, "фингал", от избытка чувств готова была расплакаться. - Я тоже думала, что ночь придется провести в казенном доме!

Сказав это, она бросилась на шею Ирме Мажоните, которая дожидалась их в вестибюле здания на улице Салтонишкю.

- Ирмочка... золотая наша! Така умна кабета!! Юж лучше тебя адвоката во всем Вильно нет!

- "Сяся"... ты молодец! - Римас тоже обнял двоюродную сестру. - А то, что Ирма такая умная... Ну так у нас все в роду такие!

Когда первая волна радости схлынула, Ирма с нотками растерянности в голосе сказала:

- Я тоже ничего не поняла! Знаете, дорогие мои... Я уже собиралась ехать домой! Мне в дежурной части сказали, что получена санкция суда на ваше содержание под стражей. Сроком на двадцать четыре часа! Эту же информацию подтвердили и в Главном комиссариате, куда я перезвонила... Я подошла к дежурному, чтобы оставить свой номер мобильного. На случай, если будут новости. А ему как раз в это время кто-то звонил... Я уже положила бумажку с номером и пошла на выход! И тут он меня окликнул: "постойте... сейчас ваших выпустят!.."

- Та юж и не важно, что и как! - выпалила эмоциональная Бася. - Главное, что полиция - разобралась! И выпустили нас! Даже стволы вернули! И это ведь полностью твоя заслуга, Ирмочка!

- Скажешь тоже. Не перехваливайте меня!

- И еще хорошо, что шеф обьявился... А что с ним, кстати?

Бася посмотрела на Мажонаса.

- Где наш босс? Почему не приехал?! Ты с ним только что говорил!

- Чего уставились-то?! Я всего пару слов успел сказать!

- Я тоже, - сказала Ирма.- А потом короткие пошли!

- А пробовали перезвонить?

- Мобила Стаса не отвечает.


- 143


- Я повторно тоже не смогла до него дозвониться, - в голосе Ирмы звучали нотки беспокойства. - Он мне сам прозвонил около восьми вечера... Но мы успели обменяться лишь парой слов.

- А может пан начальник того... загулял?! С кабетой какой-нибудь?..

Двоюродные брат и сестра уставились на Ставицкую.

- Ой... я что-то не то ляпнула! - Бася ударила себя ладошкой по губам. - Пше прашем, панове... я - контуженная! Меня хлопак сегодня душил и бил по голове! А потом еще и в зверинце полициянты держали! Забудьте то, что я сказала!

- Да ладно, фигня. - Мажонас хлопнул "кабету" по плечу, как если бы она была парень. - Не парься! Проехали...

- Да, да, поехали! - спохватилась Ирма. - Чего это мы здесь застряли?

- Курррва мать! - Бася утерла слезу. - Как я вас всех люблю...


Ирма вызвала по мобильному таксомотор. От Бюро, где несколько часов кряду допрашивали частных детективов, устроивших перестрелку в Старом городе, до офиса можно было дойти пешком минут за двадцать. Но после всех этих треволнений, после нескольких бессонных ночей, у нее на

подобные прогулки попросту не осталось физических сил.

Через несколько минут водитель такси доставил троицу в указанный ими адрес. Мажонас и две его спутницы прошли в соседний двор, как бы повторяя тот путь, что проделали Слон и Бася в первой половине дня.

Оба транспорта, джип Слона и разъездной "опель" агентства, стояли ровно там, где их оставили частные детективы. Римас осмотрел обе машины. С виду они были исправными, следы взлома отсутствуют (ключи от транспортов им с Басей вернули в Криминальном бюро)...

Через несколько минут они уже стояли у дверей "старого" офиса. На косяке, как выяснилось, наклеена новая бумага с печатью - взамен старой.

Слон, покачав головой, сказал:

- Не, по второму разу наступать на те же грабли не стоит.

- Я того же мнения, - поддержала Ирма. - Завтра утром позвоним в Главный комиссариат и в прокуратуру. Справимся у них, на каких основаниях опечатаны наши служебные помещения. В любом случае, мы должны действовать строго по закону! Чтобы не давать повода кое-кому... тем, кто взялся нас преследовать, обрушиться на нас с новыми обвинениями.

- Какая я тупая! - Бася хлопнула себя по лбу. - Совсем забыла! Ирмочка, у нас ведь тоже есть новости! И такие, что ты упадешь!

- Точно, "сяся"! - подхватил Мажонас. - Мы же в этой кутерьме не успели рассказать главного!

Он вдруг спохватился и приложил палец к губам.

- Тссс! И стены имеют уши... Поговорим в другом месте!


- 144 -


Они вновь вышли на свежий воздух. Зайдя за угол здания, в котором находится их старый офис, Мажонас, предварительно оглядевшись, жестом велел своим спутницам остановиться.

- В наших транспортах могли поставить "жучки"! В общем, мы сейчас у кого-то на мушке! Фигурально выражаясь!

- За нами следят, Ирма! - свистящим шепотом сообщила Бася. - Какая-то пся крев хочет устроить большую провокацию!

- Следят? - Ирма нервно заозиралась. - Я никого не вижу.

- Да нет... ты не так поняла! - Слон прикурил сигарету. - Бася имела в виду другое. Мы все - под колпаком!

- У Мюллера?

- У гэбистов - точно!

- А еще кто проявляет к нам интерес?

- Да фиг знает... пока еще не разобрались! Я вот хотел устроить допрос двум амбалам в офисе! Так полиция вмешалась. Нет, чтоб хотя бы на полчаса позже приехать!

- Они бы нам все рассказали! - поддакнула Бася. - Римас собирался одного из них пристрелить!

- Это правда? - Ирма строго посмотрела на двоюродного брата. - Римас, ты опять принялся за старое?

- Ой... Я опять что-то не то сказала! - Бася потрогала синяк под глазом. - Контуженная я, меня по голове ударили! Несу какую-то ахинею...

- Тут еще такой "интересный" момент, - продолжил Мажонас. - Мне так и не сообщили в полиции имена тех двух уродов, что влезли в наш офис...

- Они хотели подбросить нам компромат! - выпалила Ставицкая. - У одного хлопака была при себе дискета! И когда Римас начал по ним палить, он ее - сломал! Испортил!

- Если бы не нарисовалась так скоро полиция, я б заставил этих двух хмырей сожрать остатки дискеты! А потом они бы рассказали нам, что на ней было записано и кто им поручил это гнилое дельце! И еще...

- Они, наверное, хотели вставить дискету в один из наших офисных компьютеров, - перебила его Бася. - Или же... просто оставить ее на виду!

Чтобы полициянты, когда приедут в следующий раз осматривать помещение, сразу же ее и нашли!

- Пока ничего не поняла... Зачем кому-то понадобилось подбрасывать нам компьютерную дискету? Или вводить в нашу базу данных какие-то сведения?..

- Ирма, к нам на хутор приезжали какие-то хмыри! - Мажонас тоже перешел на полушепот. - Ночью! Я был немного того... - Он замялся. - Чуточку не в форме. Но не об том речь. Ночью меня разбудили Онуте и Вирас! И если бы не Вирас, кстати, мы б так и не узнали, что кто-то

- 145 -


подбросил в сарай портфель с документами и несколькими "сидюшками"!

- Вот как? - Ирма бросила на него удивленный взгляд. - Так это еще не вся история?

- А то! Ну вот... А потом Бася приехала - этой же ночью! Она видела транспорт, на котором передвигаются эти деятели - джип марки KIA!

- Да я чуть не впилилась в их самоход! В три часа ночи это было! Мы так плотно разошлись на дороге возле хутора, что оцарапали себе борта и снесли боковые зеркала!..


Они вдвоем, Слон и Бася, торопясь, горячась, иногда перебивая друг друга, поведали Ирме сначала ту историю, которая приключилась ночью на хуторе бабушки Онуте. А затем рассказали о сегодняшней стычке с двумя неизвестными, забравшимися в старый офис частного детективного агентства - эта парочка пожаловала туда явно с недоброй целью.

- Вы меня просто огорошили, - сказала Ирма, выслушав их рассказ. - Просто голова идет кругом! Кстати. Я, дорогие мои, тоже имею что вам рассказать... Про ЧП в Паланге - чуть позднее. А сейчас лишь скажу, что сегодня встречалась с адвокатом Науседой.

- Тем самым, что...

- Да, - поняв брата с полуслова, сказала Ирма. - Тем самым. Мы встретились с ним спустя час, как меня выпустили. В кафе, в Старом городе.

- И что он сказал?

- Он сказал, что намечается серьезная провокация против его давней клиентки. Против человека, которого, как вы знаете, еще до избрания на пост президента пытались обвинять в давних связях с КГБ. В том, что она и сейчас может поддерживать какие-то связи с теми людьми, кто ее - якобы! - вербовал в ту пору, когда она после окончания экономического факультета Ленинградского университета какое-то время училась в Академии общественных наук в Москве! А затем, уже в восьмидесятых, после защиты кандидатской, она преподавала в нашей Вильнюсской Высшей партийной школе... Так вот: против "Дианы", похоже, готовится какая-то акция.

- Он о чем-то тебя просил? Или просто принял твою инфу к сведению?

- Адвокат? Попросил кое о чем... Просил сообщать ему о всех случаях, когда меня или Стаса попробуют "раскрутить" по поводу той работы, что мы проделали для известной заказчицы...

- И все?

- Нет. Еще предупредил, чтобы мы были сейчас особенно осторожными и бдительными. Вы же сами в курсе - через месяц должна состояться церемония инаугурации нового президента! Со своей стороны он пообещал всяческую - хотя и тайную - помощь через свои связи. Причем, как в материальном плане, так и в плане правовой и даже властной поддержки.


- 146 -


Мажонас присвистнул от удивления.

- Фигасе! Так мы, выходит, тоже... того... важные люди в нынешнем раскладе?! От нас тоже что-то зависит? Или нас держат за марионеток?

- Я не хочу быть куклой! - заявила Бася. - Я живая! У меня есть свои мозги! Хотя они сегодня неважно работают.

Слон сгреб девушек в свои богатырские объятия.

- Эх, девчонки, пошла веселуха! Это я люблю, это - по мне.


Через несколько минут они уселись в машины. Слон забрал сестру к себе в джип, Бася села за руль "опеля".

Мажонас специально проложил маршрут так, чтобы проверить еще одну свою догадку.

Когда они выехали из дворов и свернули на мощеную брусчаткой старую вильнюсскую улицу, он вдруг притормозил.

- Вот здесь стояла их тачка, - угрюмо произнес он. - Тот самый джип "кореец", о котором мы тебе, Ирма, рассказывали! А теперь его здесь нет... Вот так вот.

"И этот кто-то, - додумал мысль он про себя, - вполне возможно, не имеет никакого отношения к органам правопорядка и местному "папаше Мюллеру"..."

Спустя минут двадцать обе машины въехали во двор почти новой кирпичной пятиэтажки с нарядным кремовым фасадом. В этом доме года полтора назад Ирма Мажоните - не без финансовой помощи агентства и лично Стаса Нестерова - приобрела себе двухкомнатную с холлом квартиру. Когда они поднимались по лестнице на четвертый этаж, Слон, в который уже раз за последние час или полтора перейдя на шепот, сказал:

- Сяся, за нами шел "хвост"! От самого Старого города! Так что расслабляться нам пока не следует.


Переговоры завершились около двух ночи. Визитеры, - кроме инспектора ССР - погрузились в "audi" и покинули объект. Янонис предупредил Стаса, что они тоже здесь долго не задержатся. Так и случилось: уже спустя тридцать минут инспектор вошел в гостевую комнату и сообщил Стасу новость - "карета подана".

События, как казалось Нестерову, развивались молниеносно.

Водитель микроавтобуса "Форд-Транзит" свернул с трассы на новую асфальтовую дорогу и почти сразу же затормозил.

- Выходим! - сказал Янонис.

Стас выбрался из фургона. Судя по всему, они сейчас находятся километрах в десяти от окружной дороги, на окраине одного из


- 147 -


пригородных коттеджных поселков. Неподалеку лес или роща; слышно, как свежий ветерок треплет кроны деревьев. Слева от них, через навалованную насыпь, находится какой-то небольшой водоем - пруд или отводной канал. Оттуда, разносясь по окрестностям, доносятся звуки лягушачьего оркестра - квок... квок... квок...

Они вдвоем с инспектором отошли от фургона на полсотни шагов. Вдоль асфальтовой дороги, описывающей в этом месте дугу, проложена дополнительно еще и велосипедная дорожка. Ночь выдалась безлунной. Но освещение здесь вполне приличное: через каждые пятьдесят метров вдоль дороги расставлены фонари на высоких гнутых штангах...

- С вами хотят поговорить! - негромко сказал Янонис. - Идите по дорожке... вы их увидите!

- А вы?

- Я обожду вас здесь.


Стас, пройдя еще с полсотни шагов, увидел человеческие силуэты. Двое людей - мужчина и женщина - шли навстречу ему по дорожке, которая в этом месте плавно огибает чуть подступающий к дороге мысок лесного массива.

Женщина - она на полголовы выше своего спутника - остановилась. Мужчина же направился прямо к Нестерову.

Стас сразу признал в нем человека, с которым был немного знаком еще до того дня, когда тот предложил ему, главе одного из столичных детективных агентств, выполнить заказ его клиентки...

Один из известнейших в местных краях юристов, самый "дорогой" вильнюсский адвокат - господин Науседа собственной персоной.

Адвокат, невысокого роста, вальяжный, лет сорока пяти, был одет точь в точь так же, как и в тот апрельский день, когда они виделись в "крайний" раз. Стас сильно сомневался, что ему больше нечего надеть. Скорее всего, это прием психологического плана. Для таких искушенных людей, как Науседа, мелочей не бывает... На нем темно-синий костюм с жилеткой, бабочка, остроносые лакированные туфли. В левой руке он держит - на сгибе локтя - плащ, а также трость и шляпу. Правую, когда они сошлись, протянул для рукопожатия.

- В вашем распоряжении четверть часа, господин Нестеров, - сказал он своим хорошо поставленным "дикторским" голосом. - Если есть просьбы, в том числе и материального плана - не стесняйтесь! Идите же... вас ждут!

- Сразу видно, что вы - на почасовом гонораре, - усмехнулся Стас. - Эх... мне бы такую работу!


Он подошел к женщине, дожидавшейся его на велодорожке. Несколько

- 148 -


секунд они стояли молча, разглядывая друг друга. На ней светло-серый плащ, брючный костюм, туфли на низком каблуке. Светлые волосы спрятаны под платком; концы легкого, почти невесомого серебристого плата свисают на грудь. Элегантная, остроумная, коммуникабельная, приобретшая не только опыт, но и лоск в те годы, когда она была депутатом Европарламента, а затем и комиссаром ЕС по финансам... Эта женщина, надо признать, умела нравиться. Не только отдельным людям, способным оказать ей ту или иную помощь, услугу, поддержку, но и разнородной массе, электорату.

Свидетельством тому являются почти две трети набранных ею голосов на состоявшихся недавно президентских выборах.

- Здравствуйте, господин Нестеров!

- Здравствуйте. Лучше по имени - Стас. Гм... А как мне к вам обращаться?

- Вы не забыли, от чьего имени с вами контактировал адвокат Науседа? Называйте меня - Диана.

- Как прикажете. Но...

- Вам не нравится это имя?

- Нет. Не в этом дело. Просто... вас называют в прессе то "янтарной леди", то - "стальной леди".

- Возникают ассоциации с... леди Дианой?

- Вы сами сказали.

- Эта женщина когда-то мне очень нравилась... Как и миллионам других людей.

- И поэтому вы взяли т а к о й псевдоним?

- Нет, не угадали. Одну маленькую девочку, родившуюся в Вильнюсе лет так... впрочем, то неважно... родители сначала хотели назвать Дианой. Но потом, буквально в последний момент передумали. И дали то имя, которое я сейчас ношу. Эта деталь из моей биографии, как я понимаю, вам не известна?

- Так глубоко мы не копали. В архивах, кстати, работала Ирма Мажоните...

- Да, я в курсе. Она прекрасный человек. И очень, очень добросовестная.

- Вы остались довольны качеством той работы, что была проделана по вашей просьбе?

- Да. Я просила адвоката Науседу передать вам и госпоже Мажоните мою искреннюю благодарность... Вместе с положенным в таких случаях гонораром. Благодаря тем сведениям, той информации, которую вы разыскали в архивах и узнали через некоторых лиц, я смогла в ходе избирательной компании парировать несколько неприятных выпадов. Отличная работа.

- Это целиком заслуга адвоката Мажоните. Могу я спросить?

- Да, конечно.

- А зачем вообще потребовалась дополнительная проверка некоторых фактов из жизни ваших родственников и знакомых?

- Я думаю, вы и сами, Стас, все прекрасно понимаете. Когда избираешься


- 149 -


на столь высокий пост, должен быть готов, что тебя будут просвечивать самым тщательнейшим образом! Что будут выискивать любое темное

пятнышко в твоей биографии. Или же в прошлом твоих близких! Для того, чтобы потом...

- Попытаться скомпроментировать? И устранить - на негативе, на компромате главного претендента на высший государственный пост?

- Верно. Именно по этой причине, чтобы обезопасить себя и свое окружение от возможных неприятных сюрпризов, я и инициировала сама - не прибегая к помощи официальных инстанций - ту проверку, которой занимались вы.

- В основном - адвокат Мажоните, - еще раз уточнил Стас. - Мы с двумя коллегами лишь оказывали ей в этих... гм... исследованиях... посильную помощь.

- Хотя избирательная компания закончилась, - с горечью произнесла "Диана", - некоторые не хотят признать своего поражения! И сейчас делают все возможное, чтобы заново переиграть всю партию...


- Вы не против? - Она взяла Стаса под локоть. - Пройдемтесь немного. Люблю движение. И терпеть не могу топтаться на месте... Знаете, а ведь ваше лицо мне сразу показалось знакомым.

- Наверное, потому, что адвокат Науседа показывал вам мое фото.

- Показывал, не стану этого отрицать, - она улыбнулась краешками губ. - Было несколько кандидатур... Но адвокат, которому я доверяю, рекомендовал именно вашу фирму. И, конкретно, вас.

- И это при том, что я... как бы это сказать...

- Нетитульной национальности?

- Да.

- Ерунда. Я привыкла судить по деловым качествам, а не по "крови". Стас, я в курсе, что вы... хм... что вы не совсем добровольно здесь появились. И я знаю о тех неприятностях, которые произошли в последние несколько суток. Я так поняла, вы все же согласились выполнить "деликатное поручение"?

- Мне не оставили другого выхода.

- Это честный ответ.

- А зачем я буду вам врать? Берусь за это дело с бо-ольшой неохотой! Но - берусь.

- У вас есть какие-нибудь просьбы? В том числе, материального плана? Говорите прямо. И пусть это не выглядит в ваших глазах делячеством. Я действительно хочу со своей стороны, Стас, как-то отблагодарить вас. Равно как и тех, на кого вы укажете.

- Спасибо, Диана. Лично мне ничего не нужно.

- То есть...


- 150 -


- У меня нет никаких просьб. Денежная сторона меня в данном случае тоже не интересует.

Они ненадолго остановились. "Диана", внимательно посмотрев ему в глаза, сказала:

- Умно... "Никогда и ничего не просите..."

Стас, сдержанно улыбнувшись, продолжил:

- "Особенно, у тех, кто сильнее вас"... Кстати, Диана. Это я у вас в долгу.

- Вот как? - Она удивленно приподняла брови. - Ну-ка, объясните!

- Это было в девяностых, когда я учился в Полицейской академии. Вы у нас читали лекции по курсу экономики...

- Так, так... То-то мне ваше лицо показалось знакомым!

- Наверное, потом ругали меня про себя.

- За что?

- Да был небольшой диспут в аудитории... Вы сказали что-то вроде того, что режимы могут меняться, могут меняться декорации и даже экономические системы... Но основы власти, механизмы власти, наконец, психология властителей остается в основном неизменной...

"Диана" вдруг рассмеялась.

- Это я такое сказала? Да не может быть! Какое-то... мракобесие! Вы, часом, не переврали мои слова?

- Может, чего и напутал за давностью лет, - Нестеров вновь усмехнулся. - Так вот. На следующую лекцию вы принесли томик "Государя" Никколо Макиавелли...

- Так, так... И что было дальше?

- И вручили мне. Сказав при этом примерно следующее: "Советую вам прочесть эту книгу. Многое поймете о том предмете, о котором вы брались спорить на прошлой лекции. Этот труд Макиавелли написал пятьсот лет назад... Никто, ни один человек вплоть до наших дней так безжалостно о существе власти еще не писал..."


Они вновь двинулись по дорожке, но уже в другом направлении - возвращаясь к тем, кто дожидался окончания их разговора.

- Да, занятно... - задумчиво произнесла "Диана". - Чем дольше живешь, тем сильней убеждаешься, что случайностей в жизни не бывает.

- Я не вернул вам эту книгу... Но не потому, что потерял ее или решил присвоить. Начиная со следующей лекции курс экономики нам преподавал уже совсем другой человек. А вас... Вас, Диана, я на некоторое время потерял из виду. А потом и книга куда-то пропала - а ведь на ней стоял ваш экслибрис с подписью и датой приобретения.

- То, что пропала - пустяки. А вы прочли эту книгу, Стас?

- Да. Хотелось, знаете ли, с вами "пободаться" в споре... Но минуло уже


- 152 -


пятнадцать лет. И я, признаться, мало что помню из прочитанного тогда.

До поджидавшего их на дорожке Науседы оставалось шагов двадцать, когда "Диана" вновь заставила остановиться своего спутника.

- Помните, что писал Николло про кондотьеров?

- Что-то вроде того, что правитель глаз не должен спускать с этих "полевых командиров"? И что он сам - настоящий государь, настоящий хозяин - должен быть в курсе военных дел, получать качественные разведданные и... И быть готовым к любым интригам.

- У вас хорошая память. А знаете, какая моя самая любимая цитата из "Государя"? Вот эта: "кто сам хороший друг, тот имеет и хороших друзей"!..

Она протянула руку, с каким-то особенным чувством пожав крепкую мужскую ладонь.

- Благодарю за интересную беседу. Увидимся еще. Удачи!


Девушки приняли поочередно душ. Затем, надев ночные сорочки, устроились на кровати в спальне. Ирма - ее пошатывало от усталости - хотела постелить брату на диване в гостиной. Но он отмахнулся:

- Вы идите спать, девчонки, а я тут мозговой штурм устрою. Мне, знаете ли, есть над чем подумать!..

Ирме казалось, что она уснет тот час же, как только голова коснется подушки... Куда там! В голову лезли разные мысли; ни на чем конкретно она сосредоточиться не могла, но и уснуть тоже не получалось.

Бася тихо посапывала, обняв подушку. Еще через несколько минут из гостиной донесся громкий храп: вот тебе и "мозговой штурм"...

А потом вдруг по квартире разнеслось пиликанье сотового телефона!..

Ирма выскользнула из постели. Звонили на трубку Римаса. А сам он спал так крепко, что его сейчас, пожалуй, и из пушки не разбудишь.

Взглянув на экранчик, она охнула - Стас звонит!

- Да, слушаю тебя, дорогой!

- Ирма? - в голосе, который она слышала, прозвучали то ли нотки раздражения, то ли - нетерпение. - А где Слон? Он где-то рядом?

- Спит... Мы только недавно приехали из Бюро!

- Разбуди его! Мне надо с ним переговорить! Это срочно!!

Ирма положила трубку на стол, после чего принялась трясти братца, который залег на диване, подложив под голову декоративную подушку.

- А-а? Что? Полиция?! Фигасе!!

Римас вскочил, больно наступив ей на босую ступню.

- Что? Не, не... я не сплю!

- Никакая не полиция! - прыгая на одной ноге, простонала Ирма. - Стас звонит! Тебя требует!!

Мажонас взял у нее трубку.


- 153 -


- Ну чё, братело? Ты где?

- Слушай сюда, Слон! Ты как... трезв?

- Обижаешь, начальник! Я в завязке.

- Ты на колесах?

- Да. А что?

- Значит так. Прыгай в тачку! И махом ко мне в адрес! Чтоб был через... двадцать минут!

- Понял. Но не очень-то врубился... Я так думаю...

- Не надо думать! Один приезжай! Дуй ко мне а вдрес, я тебя жду.

Римас, закончив разговор, сгреб со стола в гостиной кобуру с пистолетом, лопатник и ключи от машины.

- Сяся, я побежал!

- Всё... - пробормотала она. - Он меня совсем не любит.

Ирма поплелась в прихожую, чтобы закрыть за братом дверь.

- Дурочка, - на ходу сказал Римас. - Мы тут на дело собрались! Какая на фиг "любовь-морковь"?! Запритесь и никому не открывайте!


Черный "патфайндер" подкатил к одному из двух подъездов шестиэтажного дома с квартирами улучшенной планировки. Римас, не глуша движок, выбрался из салона джипа. Подошел к Стасу, который держал на сгибе локтя небольшую дорожную сумку.

- Оп-па... Куда это ты собрался, братишка?!

Нестеров приложил палец к губам.

- Все под контролем, - негромко сказал он. - Значит так, Римас! Я уезжаю. Думаю, дня на два или три. Но там как получится.

- Понятно, - сказал партнер (хотя ему ничегошеньки было не понятно). - Ну а ты сам-то как? В порядке?

- Относительно.

- Может, я с тобой?

- Это невозможно. Я тебя вызвонил, чтобы сказать пару слов... Лично, а не по телефону.

Слон подошел вплотную к своему многолетнему приятелю и партнеру.

- Нас слушают? - свистящим шепотом произнес он.

- Ты остаешься на хозяйстве, - не понижая голоса, произнес Стас. - Есть кое-какие проблемы... Я в курсе. Но все это со временем рассосется. Главное, не поднимать кипиш! Шум нам сейчас ни к чему. Понятно?

- Ясен пень! А если...

- Когда вернусь, тогда и поговорим!

- А почему бы...

- И последнее. Передай - сам знаешь кому - что я все поправлю! И что все у нас будет хорошо! Вот так и передай, слово в слово.


- 154 -


- Будет сделано, братишка.

- Мне пора. Я сейчас пойду - меня за углом машина ждет. А ты тут постой две-три минуты. Потом возвращайся к нашим. А за мной не ходи и не следи, не надо.

- Ты уверен? - шепотом спросил Слон. - А может...

- Не надо. Делай, как я сказал.

Они коротко обнялись. Стас, повесив сумку на плечо, зашагал по дорожке. Когда он свернул за угол, к нему присоединился инспектор Янонис. И уже вдвоем они направились к "форду", который был припаркован у торца соседнего здания.


Далее также все шло по плану. По плану, составленному отнюдь не Нестеровым. Но принятому им, в силу сложившихся обстоятельств, к безусловному исполнению.

Около половины седьмого утра "Форд-Транзит", покрывший почти три сотни километров, притормозил на станции в окутанном дымкой тумана приграничном городке Пагегяй. Янонис сам открыл боковой люк.

- Автобус будет здесь через десять минут! - негромко сказал он. - Стоянка тоже десять минут. Успеете оправиться и покурить. Все, удачи!

Действительно, точно в указанное литовским спецслужбистом время на автостанцию вкатил пассажирский "неоплан", исполняющий рейс по маршруту "Рига-Шауляй-Калининград". Стас вошел в полупустой автобус; оплатил водителю проезд до конечного пункта назначения, после чего прошел в кормовую часть.

Он не исключал, что среди двух с небольшим десятков в салоне "неоплана" может находиться и человек, посланный с целью понаблюдать за Нестеровым. К примеру, проконтролировать момент пересечения им сначала литовской, а затем и российской границ...

Стас занял кресло с таким прицелом, чтобы его манипуляции не были видны другим пассажирам.

Когда водитель тронулся, Нестеров достал из бокового кармашка куртки скатанный в комок листочек бумаги. Это было что-то вроде "малявы". Именно в тот момент, когда они с Римасом обнялись на прощание и обменялись крепким мужским рукопожатием, приятель и вложил ему - незаметно - в руку эту записку. Заблуждаются те, кто, гладя на Мажонаса, думают, что он способен лишь махать кулаками да пить ведрами водку. Слоны - животные умные...

Стас развернул бумажку. Написано крупными каракулями и явно наспех, уже по дороге в "адрес"... Но - разобрать можно.


АХТУНГ! НАМ ГОТОВЯТ ПОДЛЯНКУ!!


- 155 -


ПОДБРОСИЛИ НА ХУТОР ОНУТЕ ПОРТФЕЛЬ!

В НЕМ КОМПРОМАТ НА D! МЫ - ПЕРЕПРЯТАЛИ!

ПРИХОДИЛИ ГОСТИ И В НАШ СТАРЫЙ ОФИС!

ПЫТАЛИСЬ ПОДБРОСИТЬ ДИСКЕТУ! ХМЫРЕЙ

ВИДЕЛ НО КТО СТОИТ ЗА НИМИ НЕ ЗНАЮ!

КОРОЧЕ МЫ ВСЕ ПОД КОЛПАКОМ!

НИЧЕ ПРОРВЕМСЯ!


Вскоре они уже подъезжали к погранпереходу "Панемуне-Советск".

В салон вошел литовский пограничник: началась проверка документов.

Стас незаметно порвал записку - в мелкие клочья.

По другую сторону Немана, чьи воды видели многих завоевателей, разного рода авантюристов и прочих искателей приключений, за мостом королевы Луизы с его приметным южным порталом, похожим на триумфальную арку, видны строения Советска.

Наверняка, там его уже возьмут под контроль местные товарищи...


+ + +


- 156 -


Г Л А В А 16


В воскресенье, без пяти девять утра, к парадному четырехэтажного здания УФСНК по адресу Галковского 2 подкатил черный BМW-525iA с выключенным проблесковым маячком. Дежурный по Управлению, встречавший начальство сразу за линией турникета, в вестибюле, отметил про себя, что несмотря на неприятности последних нескольких суток, несмотря на обыски и выемку документов в офисе УФСНК, Бекетов ничуточку не изменил своему строгому распорядку.

Выслушав доклад, Бекетов переспросил:

- Уточните, подполковник! Сам Котов звонил? Или - его сотрудник?

- Сам Котов!

- Когда?

- Первый звонок... - дежурный по Управлению посмотрел на часы. - В половине девятого! Я сообщил вашему водителю!

- Да, я в курсе.

- И вот только сейчас он опять перезванивал! Просил немедленно соединить с вами!

- Он и сейчас на линии?

- Так точно! Еще минуту назад был - на линии! Что ему ответить, товарищ генерал полиции?

- Скажите, что я - занят! Пусть перезвонит позже!

- Но... Он говорит, что дело у него - "сверхсрочное"! Он буквально требует...

- Вы слышали, что я сказал? - оборвал подчиненного Бекетов.

- Так точно.

- Исполняйте, дежурный по Управлению!


Бекетов в сопровождении "личника" поднялся в свой кабинет. Здесь его уже встречал референт-помощник.

- Виктор Иванович, вам по "вертушке" звонит вице-губернатор!

Генерал усмехнулся про себя: "забегали, зашевелились, загоношились местные прокуроры и чиновники..." Хотя сегодня - воскресенье, выходной.

То ли еще будет... А то некоторые уже успели похоронить Бекетова. Мол, после случившегося, этого "варяга" уж точно снимут! И поставят вместо него кого-нибудь из местных. Назначат человека, который умеет ладить с "областной элитой". Каковая, кстати, тоже наполовину состоит из пришлых, их "командированных"... Но эти-то подстроились под местную систему, создававшуюся годами. Под систему, которая в значительной степени


- 157 -


кормится с колоссальных потоков грузов, частью контрабандных, с транзитного оборота, с теневых доходов разного рода коммерческих структур, в том числе, и московских, использующих льготные законы СЭЗ для реализации своих теневых схем либо нагло попирающих все законы, делясь прибылями от контрабанды с местным чиновничеством и различными "крышами", как с областными силовыми структурами, так и федеральными органами, призванными контролировать местных "силовиков"...

- Добро, соедините!

Бекетов, пройдя в свой служебный кабинет, снял трубку одного из полудюжины телефонов, стоящих на отдельном столике.

- Генерал полиции Бекетов!

В трубке послышался голос первого вице-губернатора.

- Здравствуйте, Виктор Иванович! Это Шевкунов.

- Здравствуйте, Сергей Юрьевич. Я вас слушаю.

- Виктор Иванович, нужно поговорить! Вы не могли бы подъехать ко мне в офис, на Донского?! Не в службу, так сказать, но... но по дружбе.

- Какое-то государственное дело?

- Ммм... Не совсем. У меня тут в кабинете сейчас Котов Александр Матвеевич...

- Сергей Юрьевич, я вас, конечно, уважаю, - спокойным тоном произнес Бекетов. - Но у меня есть свое начальство.

- Поэтому я и прошу вас об одолжении, Виктор Иванович! Александр Матвеевич хочет переговорить с вами по какому-то чрезвычайно важному вопросу! Но с раннего утра почему-то не может с вами связаться напрямую!

- Неужели? - в голосе Бекетова прозвучала ирония. - Подчиненные господина Котова у нас здесь едва ли не поселились! Вот только вчера следователи были в Управлении - произвели очередную выемку документов!

- Это - другое, - после паузы сказал вице-губернатор. - Виктор Иванович, считайте, что это - моя личная просьба!

- Ну, раз вы лично просите... Вы хотите, чтобы я встретился с господином Котовым? Я вас правильно понял, Сергей Юрьевич?

- Да. Именно так. Я могу передать ему трубку... он сам вам скажет.

- Это не обязательно. Я полагаю, Сергей Юрьевич, мне нет нужды приезжать сейчас на Донского... Не хочу отвлекать вас от важных государственных дел! Пусть Александр Матвеевич перезвонит в Управление! Я на месте, у себя. И, поскольку это в а ш а личная просьба, я, как только закончится запланированное на утро служебное совещание, отвечу на телефонный звонок господина Котова.


В половине первого пополудни к площадке перед входом в парк, расположенный восточнее улицы Литовский вал, подкатили два служебных


- 158 -


авто: чёрный BМW-525iA и Mercedes-Benz G 500 темного-синего цвета.

Из БМВ вышли двое: Бекетов и его "личник". Из прокурорского джипа тоже показались двое мужчин: прокурор области Котов приехал на "стрелку" с главой наркополиции в компании с одним из своих подчиненных.

- Виктор Иванович, благодарю, что приняли мое предложение. - Прокурор, судя по всему, едва сдерживался, чтобы не дать выхода переполнявшим его эмоциям. - Хотя я предпочел бы встретиться с вами в другом месте...

"Конечно, в другом - у Шевкунова в кабинете, - глядя на Котова, подумал Бекетов. - А еще удобней для тебя был бы расклад, если бы тебе удалось оформить меня - при поддержке местных и московских друзей - по какой-нибудь статье. И затем упечь в СИЗО. Если кое у кого получилось подвести под следствие руководителя Департамента оперативного сопровождения, фактически заместителя главы ФСКН, то тут, в данном конкретном случае, путается под ногами "всего лишь" начальник облуправления..."

- Вы просили о безотлагательной встрече со мной, Александр Матвеевич, - сухо произнес Бекетов. - Я вас слушаю.

Взгляд прокурора - сквозь линзы дорогих очков - был исполнен такой ненависти, такой ярости, что многие, окажись на месте спокойного, выдержанного, видавшего виды Бекетова, почувствовали бы себя сейчас крайне неуютно.

- Не здесь, - процедил прокурор. - Разговор приватный... не для чужих ушей! Может, в моей машине переговорим?

- Нет.

- Хорошо... ладно! Давайте - в вашей!

- Тоже не очень хорошая идея. - Бекетов кивнул в сторону парка. - Пройдемся?

Котов угрюмо кивнул. Он был человек не глупый и сразу понял, почему Бекетов в качестве места для стрелки назвал именно этой парк возле Литовского вала. Намек предельно ясен. Вы, прокуратура, обвиняете моего подчиненного в двойном убийстве. А одной из главных улик против Костина в этом деле фигурирует запись, сделанная оперативником УФСКН примерно неделю назад и именно в этом городском парке...


Стоял едва ли не первый по-настоящему теплый, по-настоящему пригожий июньский день. Пахло скошенной недавно травой, цветами, подсыхающей на солнце землей. Двое мужчин, не сговариваясь, сняли пиджаки. Повесив их на сгиб локтя, направились в сторону одной из боковых аллей.

Здесь, в этой части парка, всегда тенисто, прохладно; здесь меньше гуляющего люда, подростков, любителей собак и молодых мамаш с


- 159 -


колясками...

- Виктор Иванович, ну нельзя же так! - голос у прокурора дрогнул. - Это ведь... полный беспредел!

- Не понял? О чем это вы?!

Бекетов остановился. Поглядев на прокурора, лицо которого пошло красными пятнами, он переспросил:

- Вы сказали - "полный беспредел". О чем это вы?

- Слушайте!.. - Котов сорвался на фальцет. - Послушайте, вы... Не делайте вид, что вы не при делах!

Бекетов нахмурил брови.

- Если вы будете продолжать в том же тоне... Я вынужден буду тогда прекратить этот разговор.

Прокурор, нервно комкая в пухлой, с ухоженными ногтями, руке носовой платок, чуть смягчая интонации, сказал:

- Вы, наверняка, в курсе того, что случилось... Понимаете... это ведь против всяких правил! Если есть вопросы, есть проблемы... А такое случается... Ну так давайте будем их решать! Бех этих вот... штучек!

- Пока ничего не понимаю.

- Зачем же такими вот приемами пользоваться?! Где ваша деловая этика! Где мораль? Где человеческое понимание? Про честь офицера и не говорю.

- Александр Матвеевич, вы зачем меня сюда позвали?! Чтобы мораль мне здесь читать? Давайте внесем ясность. Вы говорите со мной, как человек, находящийся на государственной службе? Как глава прокуратуры области? Или...

- Или, - перебил его Котов. - Я говорю с вами, как... как отец.

- Странный поворот.

- Можно подумать, что вы - не в курсе?!

- В курсе чего?

- В курсе того, что минувшей ночью задержали моего сына!! И "оформили" сразу по нескольким статьям! Моего мальчика - арестовали!.. И лично я считаю случившееся - именно беспределом!

- А какое я к этому имею отношение? - Бекетов изобразил на лице удивление. - Лично я никого не арестовывал. И даже не понимаю толком, о чем идет речь.

- Это сделали ваши коллеги! Из московского областного управления!

Бекетов пожал плечами.

- У них свое начальство. Я, признаться, не в курсе. По сводкам ежесуточно в стране происходят сотни... тысячи правонарушений. Вы знаете это не хуже меня.

- Вот что, генерал!.. - Областной прокурор перешел на свистящий шепот. -

Я просто-таки уверен, что все это... я говорю о "подставе" и аресте моего сына, сделано по твоему "заказу"! Чего ты добиваешься, Бекетов? Ты...


- 160 -


Вы понимаете хоть, против к о г о вы пошли?!

- Мне пора возвращаться в Управление! - все тем же спокойным тоном сказал Бекетов. - Признаться, я так и не понял, господин Котов, зачем вы искали встречи со мной.


Генерал направился в сторону выхода. Или сделал вид, что собирается вернуться к поджидающей его служебной машине... Котов сначала придержал его за рукав. А затем, когда Бекетов стряхнул его руку, вдруг заговорил совершенно иным тоном.

- Ладно... извините, я не прав! - Котов как-то на глазах слинял. И, даже, как будто стал меньше ростом. - У вас ведь тоже дети есть? Значит, вы, как отец, если представите себя на моем месте, можете меня понять...

- Давайте каждый будет на своем месте. Вы - прокурор области. Я - начальник областного Управления. А все, что касается морали или там еще каких-то неслужебных сфер, давайте оставим за скобками нашего разговора!

- Хорошо, хорошо... договорились! - Котов вновь принялся вытирать платком обильно струящийся по лицу пот. - Виктор Иванович... огромная к вам просьба! Дайте команду вашим... вашим коллегам, вашим знакомым, чтобы спустили на тормозах дело! Ну, вы понимаете, о ком я, о чем я! Ну а я, со своей стороны, помогу здесь порешать ваши вопросы, ваши проблемы!.. Надеюсь, генерал, мы найдем здесь общий язык...

- Нет, пока не понимаю. Что вы от меня хотите? Объясните же толком!

Котов, что было совершенно не характерно для этого громогласного, вельможного и весьма красноречивого товарища (угодливого, лукавого с начальством), стал вдруг мяться, мямлить...

- Вчера вечером нам с женой прозвонила родственница... Сестра... она в Москве проживает. Еще совсем недавно работала в Минюсте... То есть, тоже имеет отношение, так сказать, к органам...

- Пока не улавливаю смысла.

- Дело в том, что вчера, около полудня, сотрудниками Госнаркоконтроля был задержан мой сын Матвей...

- Где и при каких условиях?

- В наркопритоне... в Балашихинском районе! Ему уже предъявили обвинение по статье "два-два-восемь"... и еще по двум статьям!.. - На лице прокурора появилась гримаса, но он сумел быстро справиться с собой. - Я уверен, что мальчика... или подставили, или вовлекли в какую-то грязную историю.

- Если вы уверены в невиновности вашего сына, так в чем же проблема? Почему он до сих пор не на свободе? При ваших-то связях, Александр Матвеевич?! Мне даже странно вас слушать. Тем более, что и


- 161 -


сестра, как вы говорите, работала на высоких должностях в Минюсте?!

- Поймите же... Все не так просто...

- Неужели вы думаете, что я, скромный начальник провинциального управления, имею хоть какое-то отношение к этому вашему несчастью?

Сказав это, Бекетов строго посмотрел на прокурора.

- Может, вы меня в чем-то подозреваете?

- Я этого не говорил.

- Но какие-то намеки в этом направлении - делаете!

- Вы меня не правильно поняли... Или... признаю... я сам допустил несколько неосторожных высказываний.

- Может, вы думаете про себя, что "посадка" вашего сына, это дело рук Бекетова? Говорите прямо!

- Нет, нет, - торопливо произнес Котов. - Я вас ни в чем не обвиняю! Просто я подумал... Я подумал, что у вас, возможно, есть знакомства, есть определенные возможности и связи...

- Хм... И что?

- И если вы сможете помочь мне в моей беде, то и я, соответственно, в долгу не останусь.


Бекетов вдруг остановился. Потом нагнулся, показав рукой на кучку насекомых, которые, облепив, тащили - наискосок через дорожку - какую-то щепку.

- Муравьи... негромко произнес он. - Видите, как они дружно живут? И как сообща делают одно общее дело?

Прокурор, пытаясь понять его мысль, присел на корточки и тоже уставился на этих мурашей.

- Да, вижу... И что?

- А то, Александр Матвеевич, что бывают ситуации, когда надо действовать дружно, сообща!

- Хм... Кажется, я улавливаю... Вы про оперативника, который задержан по подозрению в двойном убийстве? Костин Алексей... Вы - про него?

- Вы сами назвали эту фамилию.

- Хм... Сложный вопрос. Дело находится на контроле у первого заместителя Следственного комитета! Завтра должны приехать из Москвы трое командированных сотрудников Генпрокуратуры... У меня тут... как бы поточноей сказать... основательно связаны руки!

- Ну что ж... - Бекетов выпрямился. - Тогда я вряд ли смогу вам чем-то помочь.

- Постойте. Всегда можно найти какой-то выход!

- Так ищите. Кстати. Даже мне, начальнику управления, до сих пор не разрешено увидеться с Костиным!


- 162 -


- Ну вы же знаете... По закону мы не обязаны предоставлять вам такую возможность!

- Так и я, если по закону, не имею права просить у кого-либо за вашего отпрыска!

- Но...

- Вы, как опытный юрист и "законник" знаете это не хуже меня!

Котов судорожно вздохнул. Прокурор был весь мокрый, как скакун, которого умелый наездник, дабы обломать жеребячий гонор, гонял, держа на длинному поводу и щелкая плетью, по кругу в огражденном конном дворе... За тот неполный час, что длится их разговор, Котов, кажется, порядком сбросил в весе. Заодно и гонор свой поубавил, стал сговорчивей...

- Вы по-прежнему настаиваете на немедленной встрече с подследственным Костиным?

- Да. - Бекетов остро посмотрел на "загнанного" прокурорского. - И чем скорее такая встреча произойдет, тем больше шансов, что я смогу оперативно помочь вам в вашей беде. Подчеркиваю: фактор времени имеет значение!

- Я могу устроить свидание с гражданином Костиным... В одном из следственных кабинетов СИЗО. Правда, в присутствии следователя... Вас это устроит?

- Это уже кое-что. Устроит, но... только, как первый шаг. Сегодня же "пробейте" мне посещение СИЗО и встречу с Костиным!

- Уговорились. Не все зависит от меня, как я уже говорил.... в плане закрытия этого дела. Но со своей стороны сделаю все, что только смогу.

- Начальник УФСИН*, кажется, ваш добрый знакомый, Александр Матвеевич?

- Гм... Да, это так.

- Так вот, господин Котов. Когда мы закончим этот нелегкий разговор, вы - первым делом - отправляйтесь к нему. Условия содержания Костина должны быть максимально улучшены! Настолько, насколько того позволяют условия СИЗО! Если узнаю, что Костина продолжают "прессовать"...

- Я переговорю с руководителем оперативно-следственной бригады.

- С головы Костина не должен упасть и волосок! - жестко произнес Бекетов. - В противном случае я не смогу гарантировать гуманного обхождения с молодым человеком, задержанным по наркостатье! Да еще и по подозрению в педофилии! В местах предварительного заключения, - вы это знаете не хуже меня - насильников и педофилов страсть как не любят! А тут еще - небедный молодой человек из такой семьи...

Бекетов направился к поджидавшей его служебной машине. Котов, потеряв весь свой лоск, всю свою начальственную стать, семенил

-----------------------

*УФСИН - Областное управление Федеральной службы исполнения наказаний.


- 163 -


рядом...

- И еще об одном одолжении хочу вас попросить, Виктор Иванович!

- Просите, - не глядя на "прокурорского", сказал Бекетов.

- Насколько я в курсе... а я вот полчаса назад только разговаривал с одним московским коллегой... В СМИ пока что о задержании моего сына ничего не сообщалось...

- Вы боитесь, что эта история может получить огласку?

- Мне бы этого очень не хотелось.

- Может получиться громкий скандал, не так ли?

- Э-э-э...

- Эта история может повлечь за собой и оргвыводы? К примеру, вам может быть предложено... уйти в отставку? Я вас правильно понял?

- Попросите ваших коллег не предавать огласке факт задержания моего сына Матвея! А я в долгу не останусь.

- Судьба вашего сына в ваших руках, господин Котов, - сухо произнес Бекетов. - И ваше собственное будущее - тоже.


+ + +


- 164 -


Г Л А В А 17


В субботу, около пяти вечера, две фуры с "тировскими" документами - сами тягачи принадлежат небольшой латвийской транспортной компании - выехали за ворота Калининградского морского порта. Машины с грузом медикаментов и медицинского оборудования следуют транзитом через территорию Янтарного края из Федеративной Республики Германии в Литву. Почему именно такой маршрут был избран логистами двух компаний, отправителем и получателем груза? По большому счету, это никого не должно интересовать. Главное, чтобы документы были в порядке. И чтобы при таможенном досмотре не был обнаружен контрафакт либо запрещенный к перевозке груз.

Примерно через час с четвертью водители обеих фур, несколько отклоняясь от маршрута, свернули с трассы А191 - поворот возле поселка Калиновка - на узкую асфальтированную дорогу.

Вскоре машины, миновав расположенные по обе стороны второстепенной дороги крупные свиноводческие комплексы, а также заброшенную ферму, достигли некоего пункта, который не значился в маршрутных листах водителей (совершавших, надо сказать, подобные поездки уже не в первый раз).

Этим пунктом является складской ангар, расположенный на опушке лесного массива. По документам данный объект принадлежит небольшой строительной организации, зарегистрированной в соседнем районе. На площадке перед ангаром, возведенном пару месяцев назад из легкосборных металлических конструкций, действительно, можно увидеть аккуратные "стопки" шлакоблоков, кирпичей и дорожной плитки на поддонах. Ангар, как ангар - типовой. Таких десятки появились по всей области в период строительного бума и роста транзитных грузоперевозок. До ближайшего поселка, той же Калиновки, около шести километров. По соседству, правда, всего в двух километрах, находится свинокомплекс - на три тысячи голов. Бывает, что изрядно попахивает... Но место для склада выбрано идеально: с одной стороны, он находится совсем недалеко от трассы, с другой, из-за двух новых свиноферм количество народа, посещающего эти места, уменьшилось сразу на несколько порядков...


Траки, проехав под задранной в небо стрелой шлагбаума, вкатили на небольшую заасфальтированную площадку. Вокруг серебристого ангара, на площади примерно в два гектара, устроен "периметр" из проволочной сетки, укрепленной на высоких, в человеческий рост, столбиках. На площадке, рядом с шлагбаумом, находится сборный домик - "сторожка". Дежурят здесь


- 165 -


обычно двое охранников; помогает им нести службу полкан породы московская сторожевая. На площадке, неподалеку от ангара, стоит JEEP GRAND CHEROKEE цвета серо-зеленый металлик. За несколько минут до появления на складе фур на объект приехали трое мужчин. Один из них - экспедитор из местной дочерней структуры компании "InWestFarmacom Baltic LTD". Остальные двое являются сотрудниками ЧОП "Арбалет": эта охранная структура создана фактически как частная служба безопасности областного филиала "Фармаком Болтик",

Охранник развел в стороны створки складских ворот. Один из траков медленно въехал внутрь ангара. Шофер, поставив машину на отметку грузовой рампы, выбрался из кабины и покинул ангар. Он забрался в кабину другого трака, который ожидает своей очереди на площадке. Водители достали пакеты с провизией и напитками - пока суть да дело, можно и подкрепиться... Ворота ангара - закрылись. Оба водителя даже не посмотрели в ту сторону. Их дело крутить баранку. К тому же, им платят хорошие деньги. Платят за то, чтобы они делали свою работу, не задавали лишних вопросов и вообще помалкивали в тряпочку.


Сразу четверо молодых людей, трое охранников и экспедитор, приступили к работе. Экспедитор, бывший работник областной таможни, вскрыл пломбы кормовых дверей - потом, кстати, он же и опломбирует заново. Двое крепких мужчин влезли через открывшийся кормовой люк внутрь грузового отсека. Еще один сотрудник уселся за рычаги небольшого вилочного погрузчика Komatsu...

Общими усилиями, действуя согласованно и споро - сразу видно, что подобная работа им не в новость - они выгрузили из фуры с полдюжины поддонов, завернутых - целиком - при погрузке в двойную пелену из непрозрачной пленки. Здесь же, в ангаре, стоят наготове точно такие же с виду поддоны с какими-то ящиками и крафтовыми мешками. Именно эти партии упаковок, изъяв часть груза, четверо мужчин, работавших в закрытом ангаре, в течение всего каких-то двадцати минут погрузили в фуру.

Экспедитор, у которого имеется при себе сумка с необходимыми инструментами и набором печатей, опломбировал кормовые двери фуры. После завершения всех этих манипуляций, один из охранников открыл ворота. Вернулся водитель трака. Как только первая фура покинула ангар, туда сразу же вкатил другой грузовик...


Вскоре обе фуры, пробыв суммарно на этом расположенном чуть в сторонке от трассы объекте всего минут сорок, чихая выхлопами, покатили в сторону шоссе А191.


- 166 -


Те трое, что приехали на "широком" из Калининграда, несколько задержались. Нужно было в темпе рассортировать партию "левого" груза, перепаковать содержимое некоторых ящиков и распределить на поддоны.

О том, что должно произойти дальше, знает покамест лишь старший смены, он же "экспедитор". Где-то в районе полуночи за товаром приедет грузовой фургон, который доставит эту партию груза - уже с другими, "выправленными" документами - на так называемый "фарм-пакгауз". То есть, в специальный складской комплекс, где сортируются, накапливаются и составляются в отдельные партии поступающие в область импортные лекарства, препараты, медикаменты - он находится в припортовой зоне облцентра.

В половине одиннадцатого, уже в темноте, эти трое, сделав свою часть работы, покинули склад.

Охранник - один из двух, кто здесь находится на суточном дежурстве - закрыл дверь ангара. Другой охранник, тот, что оставался в сторожке, нажал кнопку на пульте. "Гранд-Чероки", миновав проем в периметре и поднятую руку шлагбаума, покатил в сторону Калиновки и шоссе А191...

- Блямба! - мрачно произнес один из двух "чоповцев" (тот, что сидел за рулем джипа). - Сегодня от этих свинов такой вонизм!.. Голова трещит, как с бодуна! Я опущу пока стекла... ну на фиг! Как они там работают, на этих свинофермах? Это же газенваген просто какой-то!

- Швайневаген, - сказал другой охранник, краснолицый, коренастый, коротко стриженный, с мощным загривком мужчина лет тридцати с небольшим. - Типа концлагерь для свиней... Чисто душегубка.

- Сегодня был жаркий день, - подал реплику устроившийся позади "экспедитор". - От того и запахи сильнее. Но на очистительных эти ребята, что замутили здесь бизнес с хрюнами, точно сэкономили...

"Чероки" как раз проехал мимо вытянутых плоских строений свинокомплекса, когда у водителя затрезвонила мобила. Он, посмотрев на экранчик, ответил на вызов.

- Да... Хорошо. Понял!..

Водитель дал отбой. И почти сразу же стал притормаживать.

- Володь, - он повернул голову к сидящему справа коллеге. - Для тебя еще какая-то работа есть!

- Блин...

- Старший только что прозвонил. Велел высадить тебя здесь, на повороте! Он сказал, что ты ему - нужен!

- А он сам когда нарисуется?

- Да минут через десять. Поедете отсюда еще на какой-то объект...


"Чоповец" вышел из джипа. Недовольным взглядом проводил


- 167 -


скрывшийся за поворотом "Чероки"...

- Блин... - процедил он. - Нашли где высадить! В аккурат возле кучи дерьма!..

Он достал из нагрудного кармана початую пачку сигарет. Всего метрах в тридцати от того места на обочине, где он стоит, находится старое строение, в котором когда-то - может, совсем еще недавно - хранились какие-то едкие химические вещества. Запашок здесь еще тот... Похуже даже, чем от "швайнов".

Охранник прикурил сигарету от зажигалки. Когда он поднял глаза, то увидел человеческие фигуры: Людей было двое и они шли не по обочине узкой асфальтированной дороги, ведущей к шоссе А191, а приближались со стороны подступающего пвлотную к заброшенному складу леса...

- Володя, это мы... - прозвучал в темноте знакомый сипловатый голос. - Свои!

- Иван... ты? - удивленно произнес "чоповец". - А ты чё здесь делаешь? И кто там еще с тобой?

- Толя со мной! Толян Мухин... Я ж говорю - свои!

Двое мужчин остановились в нескольких шагах от сотрудника ЧОП "Арбалет". Тот опознал обоих. Собственно, в одно время они служили в одном из городских райотделов... Первым из ментовки ушел Глотов - в охранную фирму "Арбалет". Это было года три назад. Там же, в ЧОПе, вскоре оказался и Толя Мухин - в прошлом оперуполномоченный СКМ. А где-то полтора года назад, уволившись из органов внутренних дел, в "Арбалет" оформился и бывший оперуполномоченный, старший лейтенант милиции Владимир Тарасюк... На какое-то время эти двое исчезли из виду. Поговаривали, что их забрали в столицу, так сказать, на повышение - служить в ЧОПе, который опекает "материнскую" структуру "фармакомовцев". Но вот, совсем недавно, с месяц назад, эти двое вновь объявились... Мало того, они вернулись в органы, по сути - на свои же места. Определенно, без связей, без волосатой руки такие перемещения попросту невозможны.

- А где старший? - Тарасюк выронил недокуренную сигарету. - Это чё вообще за дела? Старший же сам позвонил?!

- Он нас послал, - в сипловатом голосе Глотова прозвучала насмешка. - Говорит, больше некого! Некому, бля, работать! Одни кретины: что ни поручишь, все сделают через задницу!

- Но... Вы же сейчас в ментуре... того... легализовались?!

- А ты думаешь, нам с Ваней это все в кайф?! - как-то зло, но одновременно и весело произнес Мухин. - Лично я ментовскими делами сыт по горло! Но... но нас для того и вернули в органы, чтобы всякую срань подчищать.

Сказав это, он принялся навинчивать глушитель на мелкокалиберный "марголин". Глотов - на всяк пожарный - расстегнул поясную кобуру...


- 168 -


Оба, похоже, в курсе, что их старый знакомый "чоповец" Тарасюк нынче не имеет при себе оружия.

Никакого.

Даже - травматика.

- Вы чё... мужики?! Я же это... полностью отмазался! Можно сказать - кровью смыл! Что мне Старший сказал, то я и сделал! И теперь я... того... чист!

- Володя... кр-ругом! - скомандовал Глотов. - Хватит трындеть, шевелись давай! А то здесь, млять, находиться долго вредно для здоровья!!

Мухин поднял удлиненный глушаком "марголин".

- Делай, что сказано! А то прямо здесь грохну!!!

- Мужики... вы ж это...- Тарасюк медленно попятился. - Мы ж с вами не один пуд соли съели!..

- Соли у тебя будет теперь... хоть жопой ешь! - Глотов коротко хохотнул. - Ты слышал, Толян, чё он гонит?! Кровью он смыл... ага! Своего же коллегу-чоповца грохнул! А ну двигай! Я, бля, все твои убогие мысли читаю! Рыпнешься, схлопочешь маслину! А так... поживешь еще несколько минут.

Тарасюк вел себя, как загнанный волк. Он хотя и пятился, но караулил момент. Чтобы либо ломануться прочь, пользуясь темнотой, либо - если не будет выхода и если ему дадут такой шанс - попытаться броситься на кого-нибудь из этих двоих...

Запах по мере приближения к строению усиливался. Он был уже настолько неприятным, настолько едким, что у Тарасюка запершило в горле. До черного провала входа оставалось шагов пять, не больше. Он понял, что его могут убить в любое мгновение... но надежда умирает последней.

- Мужики, не губите, - торопливо, захлебываясь, произнес он. - Вот вы меня того... исполните... И это будет - ошибкой!

- Неужели?!

- У меня это... все записано! И если чего со мной случится, то кассета с записью попадет в органы! Ну и к газетчикам, и на телевидение - тоже!

- Бля... полный идиот! - скривился Глотов. - Толян, пришей его на хер! Меня мутит уже от запахов и этих тупых базаров!

- Да пусть доскажет! Володь... давай в темпе! Минута времени тебе! Так где запись-то?

- Это я скажу... но скажу только Старшему!.. Если попадет в органы, будет тогда всем звиздец! Я и про тот случай, когда какая-то падла в пакгаузе притырила упаковку ампул, тоже все обсказал!.. В смысле - надиктовал на пленку!

- Прострелить тебе для начала коленную чашечку?!

- Да за что, мужики?! Я ж тогда... в ту ночь, когда несколько ампул исчезли... Я ж только на секунду отвернулся! Не помню... чё-то отвлекло меня! Там другой охранник - виноват! Он должен был следить за


- 169 -


фасовщиками!

- Ты, Володя, был старшим смены в ту ночь! - сказал Глотов. - Ну и что из того, что ты "исполнил" другого охранника? Того, кто должен был следить за этими фраерами, за Студентом и другими фасовщиками!?

- Но я сделал это!

- Герой!..

- И мне было сказано, что я полностью... того... реабилитирован типа! И все концы - в воду!

- Ага, "концы в воду"?! - Толян по-прежнему держал "чоповца" на мушке. - То-то нам с Иваном приходится в мыле носиться по окрестностям! И прибирать все то дерьмо, которое вы тут наваляли!

- Я ж говорю... всего на секунду отвлекся!

- Где та запись, про которую ты тут брякнул?! - вновь поинтересовался Мухин. - Ты придумал эту запись? Или в натуре ее сделал?!

- Кровью он смыл?! - зло произнес Глотов. - На секунду он отвлекся... А теперь прикинь, дубина, сколько народа уже положили! И все из-за твоей "секундной невнимательности"!..

- Где запись?! - рявкнул Мухин. - Запись где, тварь?!!

Щелкнул выстрел из "Марголина!.. Тарасюк покосился, припал на здоровое колено... по ушам ударил звериный вой!

- Не ори! - крикнул Мухин - Где запись?! Говори быстро, а то второе колено прострелю!!!

- Кончай его, Толян! - просипел Глотов.- Ни хрена он не скажет!!

- У-й-й-й!!! - Тарасюк уселся прямо на землю, корчась от боли в простреленной коленной чашечке. - С-суки... что ж вы делаете?!! Вам же самим будет кирдык!! Вас тоже грохнут!!!

- Володь, ну ты и вправду голимый идиот! - Глотов даже сплюнул от досады. - Ты ж в органах, бля, служил?! А значит, должен знать главное правило!!

- К-какое правило?!

- Главное правило нашей долбанной жизни гласит: "Умри ты сегодня, а я - завтра!"

- А если... если моя запись... того... п-попадет в органы?! Вас тоже тогда зачистят!!

- Дурак! Ты ничего не понял! Да по херу теперь твоя запись!! Грядет такая задница, что...

В этот момент лопнул выстрел. Пуля вошла Тарасюку в череп - чуть выше левого глаза!..

- Теперь ты, Иван!

Глотов взял у напарника "марголин". Прицельно всадил две пули: одну в голову, другую - в сердце.

- Блин! - выругался Мухин, беря свежеиспеченного жмура за руки. - Надо


- 170 -


было его как-то до самой ямы того... заманить! А теперь придется волочь через весь склад этого дохлого кабана!


Они сбросили тело в ту емкость с химикалиями в дальнем углу бывшего склада, где уже покоились несколько трупов. Туда же отправились "марголин" с глушителем и две пары перчаток.

Еще спустя короткое время, пройдя наискосок по тропке через мелколесье, они подошли к своей разъездной "ауди", которую оставили на проселке.

При свете включенных фар внимательно осмотрели себя: нет ли на них следов крови.

Мухин сел за руль; Глотов устроился в кресле пассажира. "Ауди" на заднем ходу выехала по проселку на асфальт. Мухин взял курс в сторону шоссе А191 - им пора возвращаться в город.

- Слушай, Ваня... Давай обкашляем тему.

- Ну. Говори.

- А ведь дело и правда принимает стремный оборот! - покосившись на приятеля, сказал Мухин. - Как бы и нам... того...

- Не попасть под раздачу?

- Именно.

Глотов сначала прикурил сигарету, потом заговорил.

- Толя, ты не забыл, сколько нам с тобой сейчас платят бабла?

- Да чё там... Хорошо, платят. Супер.

- Мы договорились эти вещи координировать, так?

- Ну да. Есть такой уговор. Строго между нами.

- Так вот. Нам платили штуку баксов в день. В течение месяца. Аккуратно переводили на те счета, что каждый из нас открыл. В моем случае, по бабкам все тип-топ. Может, у тебя есть какие-то претензии в этом плане?

- Не... все нормально. Деньги переводят, все четко. И то, что наликом просил, тоже все выдали.

- Вот видишь... Сейчас дерьмовый песец на дворе! Кризис. А нам, простым, в сущности, ментам, платили такие бабки.

- Верно.

- Мы ж с тобой не манагеры какие-то московские, штоб нам по тридцать тыщ зеленью в месяц платили?!

- Верно. Но...

- Вот раньше ты в "Арбалете" сколько получал? Столько же, как и я - примерно две тысячи зеленью в месяц! Так?

- Ну.

- Гну! А тут - сразу резкое повышение оклада! Да еще и премии за такие вот "внеурочные" заказы, как сегодня...


- 171 -


- К чему ты клонишь, Иван?

- А всю крайнюю неделю мы с тобой работает уже на новых условиях! Верно? Пять штук зеленью в сутки!

- Да я ж, Иван, на оплату не жалуюсь! У меня это... очко уже вибрирует! А вдруг следующими...

- Нас с тобой?

- Ну да! С этим вот Костиным тоже мутная история! Мы крепко в эти дела влезли! И многое знаем! По самое никуда влезли! Говорю это тебе, зная, что дальше никуда не уйдет!..

- Само собой! Мы в одной лодке, Толян! И нам не стоит ее раскачивать. А то оба на хер утопнем!

- Так что делать?! Может, пора когти рвать?! Всех денег не заработаешь, Иван!

- Рано еще нам разбегаться! - твердо заявил Глотов. - Во-первых, надо за эту работу, что сегодня сделали, получить "гонорар"! А во-вторых, нам еще, думаю, и Костина поручат "исполнить"... Тырцнуть ему по ходу одного из допросов дозняк! Но уже не с наркотой сделать инъекцию, а всобачить кое-что позабористей! Чтоб у него - сердце в лоскуты! И вот за эту работу, Толян, нам тоже очень прилично отмаксают!

- Думаешь?

- Уверен! Потому что, если не мы, то кто? Следаки только языком молоть горазды! Ни Шаврей, ни "важняк" такую вот работу проделать не способны!! Это наш с тобой профиль!

- Гм... Похоже, ты прав. Сколько еще у нас времени, как ты думаешь?

- До того, как придет пора рвать когти?

- Да.

Глотов ответил после некоторой паузы.

- Вот когда после Костина придет заказ на того же "важняка"... То надо будет, пожалуй, линять отсюда! И уже плотно залегать на дно: каждый под известную лишь ему корягу!


Они уже подъезжали к городу, когда запиликал один из двух сотовых, которые держал при себе Глотов.

Иван сверился с экранчиком. На проводе Старший, он же заместитель главы ЧОП "Арбалет".

- Есть одна интересная тема, - звонивший, как обычно, опустил приветствие и прочие предисловия. - Девушка... Вопрос по ней не потерял своей актуальности. Надо завершить начатое.

- Не вопрос, - поняв, о ком идет речь, сказал Глотов. - А что, появились новости?

- Кое-что удалось выяснить. Сослуживцы ее отца проживают в том самом


- 172 -


поселке, где вы ее уже искали...

- Так, так... Адреса? Явки?

- Все есть. Пару адресов пробили. Там же, в поселке! Один - совсем по соседству!

Глотов вспомнил свой разговор с соседом Паниной и то, что этот человек показался ему не искренним и даже подозрительным.

- Срочная тема?

- Да просто... горит уже!

- Добро. Но предварительно надо встретиться и перетереть. Где и когда?

- Отлично, - донеслось из трубки. - Через час. В том же месте, где и в крайний раз.


+ + +


- 173 -


Г Л А В А 18


Четыре стены - каменный мешок. Полки, заменяющие здесь нары, убраны вверх. Матрац, подушку и одеяло подследственному Костину так и не выдали. Вода только из-под крана - она течет тоненькой струйкой и пахнет хлоркой. От приема пищи подследственный Костин отказался трое суток назад.

Алексею по-прежнему не оставалось ничего другого, как мерить камеру шагами.

Четыре шага в сторону узкого зарешеченного окошка, прикрытого с внешней стороны деревянным "щитом".

Разворот.

Четыре шага сторону двери.

Восемь квадратных метров. Вот и все его нынешнее жизненное пространство...


На самом деле, это ему только казалось. Ему казалось, что он вышагивает по камере, так, как это было в первые сутки его пребывания в изоляторе. В действительности, в последние часы Алексей уже едва волочил ноги. Он передвигался по периметру, держась рукой за холодную и влажную каменную кладку. Порой он опирался на стену плечом или сразу двумя руками - чтобы не упасть, чтобы не потерять шаткого равновесия. И так мгновение за мгновением, минута за минутой, час за часом он шел, он продвигался - иногда бочком, бочком! - вдоль стены.

Вдоль кажущегося, несмотря на тесноту "двушки", бесконечным каменного периметра.

Со стороны это выглядело странно и... жутковато. Он, Костин, прошагал уже тысячи и тысячи шагов. Но все никак не мог найти выхода из этого каменного лабиринта.

За помещенным в камеру ? 27 гражданином - опасным преступником, кстати! - велось круглосуточное наблюдение. Периодически в глазок камеры, расположенной на втором этаже СИЗО ?1, заглядывали то младший инспектор СИЗО, то старший прапорщик внутренней службы, то старший смены. В воскресенье, в восемь утра, сразу трое сотрудников СИЗО ворвались в камеру. Попытка накормить подследственного через специальное приспособление закончилась ничем: все, что попало в желудок Костина через "шланг", тут же было исторгнуто на цементный пол камеры...


Алексей не позволял себе в последние часы присесть или лечь на пол. Ни на минуту! Что-то жизненно важное было в этом движении. Он откуда-то


- 174 -


знал (или догадывался, а может, внушил себе сам), что он и жив-то покамест лишь потому, что двигается, что не стоит на месте, что - как бы ему ни было худо - ищет выход...

Поскольку наручные часы у него отобрали, он не знал, что за день сегодня и какое время суток нынче. После инъекций, которые ему делались в ходе допросов, Костин потерял счет времени.

В уме у него было лишь одно: не сдаваться, двигаться, перебирать ногами и руками, Где-то должен быть выход; не может быть, чтобы выхода - не было.

Из коридора послышался топот шагов. Загремели запоры... Он даже не посмотрел в сторону двери. Одно из двух. Либо его попытаются вновь насильно кормить, вливая какую-то питательную жидкость через зонд. Либо прозвучит команда - "лицом к стене! руки за спину!", после чего на него наденут наручники и поволокут на допрос...

Но случилось - неожиданное.

- Костин Алексей Михайлович?! - раздался от порога чей-то звучный голос. - Я - начальник изолятора! Подполковник внутренней стражы...

Мучина произнес фамилию не разборчиво... а может, Костин, удивленный таким поворотом, сам ее не расслышал.

- Жалобы, пожелания, просьбы имеются? - спросил мужчина в форме, которого Костин видел смутно, как сквозь закопченное сажей стекло. - Какие-нибудь претензии к администрации изолятора?

Костин хрипло рассмеялся. Потом вдруг сипло, севшим голосом, запел:

Протрубили во дворце трубадуры,

Хвать стрелка!.. и во дворец волокут...

Начальник тюрьмы обернулся к сопровождавшему его старшему смены.

- Что это с ним?

- Симулирует сумасшествие! Четверо суток уже бродит по камере... Одну и ту же песню напевает! Про какого-то "королевского стрелка".

- Следователи в курсе?

- Так точно. Он это... еще и голодовку объявил!

- Что?! - начальник СИЗО бросил на подчиненного гневный взгляд. - Сколько дней подследственный без пищи?

- Трое суток. Мы сегодня пытались...

- Ма-алчать! - рявкнул начальник изолятора. - Почему сразу мне не доложили! Где постельные принадлежности?!

- Но...

- Почему я узнаю о... об этом беспределе от других людей?! А не от своих подчиненных?!

- Товарищ подполковник внутрен...

- Строгий выговор!!! Вы у меня сами по статье пойдете!! Здесь не ежовские застенки, чтобы над подследственным так издеваться!


- 175 -


- Э-э... но были строгие указания! Нас инструкти...

- Рот закрой! - свистящим шепотом произнес начальник СИЗО. - Все поменялось - есть другие инструкции! Значит так. Переведите его в "еврокамеру"!

- Но там ведь... там двое...

- А вот тех - сюда, в "двадцать седьмую"! Временно...

- Будет исполнено.

- Отведите его в душ! Потом покормите... по "высшему классу"!

- Но он ведь отказывается!

- Меня не иппет! Фрукты, соки, шоколад - в камеру! Но сначала дайте ему бульона... или чего-то легкого!

- Так точно. Но... Его ведь придется кормить опять через шланг!

Начальник тюрьмы погрозил подчиненному кулаком.

- Найдите подход! Исключительно - по-хорошему! Если хоть один волосок с его головы упадет... Я вас сам, млять, тогда поимею резиновым шлангом!


Глава УФСКН Бекетов приехал в СИЗО в половине первого ночи на понедельник. Виктора Ивановича, а также сопровождавшего его "личника" встречали двое: начальник изолятора и помощник областного прокурора (присланный самим Котовым).

Бекетов еще только поднимался по ступеням на "административный" этаж, когда во внутренний двор изолятора через служебный проезд въехал микроавтобус горпрокуратуры.

Из салона выбрался Михеев. "Важняк", разговаривая на ходу с кем-то по мобильному, торопливой походкой направился мимо козырнувшего вахтера в здание СИЗО...

Виктора Ивановича сопроводили в один из следственных кабинетов. Начальник изолятора крутился вокруг визитера ужом...

- Может, сначала рюмочку чая? - спросил он заискивающим тоном. - Вы ужинали, Виктор Иванович? У меня в кабинете и стол уже накрыт...

- Я сыт, - сказал Бекетов. - Давайте не будет терять времени. Вы, должно быть, знаете, зачем я здесь?

- Да, конечно. То есть, мне позвонили! И предупредили, что вы приедете где-то в районе полуночи! Я сейчас дам команду, чтобы привели гражданина Костина. Вот только...

Начальник изолятора замялся.

- Какие-то проблемы?

- Сейчас должен подъехать глава оперативно-следственной группы, которая ведет дело...

- И что?

- Поймите, Виктор Иванович... Я к вам со всем уважением!.. Но


- 176 -


закон - есть закон! Ваша... ваше... э-э-э... свидание с подследственным Костиным будет проходить в присутствии старшего следователя Михеева!


"Важняк", тем временем, закончив разговор на повышенных тонах с самим начальником следственного отдела СК Генпрокуратуры РФ по области, вступил затем в перепалку с помощником Котова, которого он застал в компании начальника СИЗО в коридоре возле блока следственных кабинетов.

- Вы что, с ума сошли?! - процедил он, отозвав коллегу в сторонку. - Что это за самодеятельность?! Кто дал санкцию на приезд Бекетова и его встречу с Костиным?!

- Остынь, Федор Николаевич!..

- Я задал вопрос!

- Котов лично дал санкцию! - сухо сказал коллега.

- Не известив меня?! Через головы "московских товарищей"?!

- Я думаю, Александр Матвеевич согласовал этот вопрос... с кем надо!

- А почему я ничего не знаю!

- Так тебе ведь позвонили, Николаич! И поставили в известность...

- Ни хрена себе... поворот! - зло сказал Михеев. - Так дела не делаются!


В этот момент в коридоре административного крыла появились двое сотрудников СИЗО.

Они вели, придерживая под локти с двух сторон, третьего.

Этим третьим был подследственный Алексей Костин. Капитана полиции, задержанного по подозрению в двойном убийстве, - на этот раз он был без наручников - ввели в кабинет, где его дожидался глава Управления. Следом за ним, шепча под нос ругательства, в помещение вошел Михеев. Один из сотрудников СИЗО, старший прапорщик внутренней стражи, по требованию "важняка" остался в кабинете - он стоял у дверей, держа руки строго по швам.

- Виктор Иванович, должен вас предупредить! Если здесь прозвучит хоть слово по существу расследуемого моей бригадой дела, я вынужден буду...

Генерал, даже не поглядев в его сторону, подошел к Костину.

- Здравствуйте, Алексей Михайлович! Мне разрешили с вами встретиться!

- Я такого разрешения не давал! - хмуро сказал Михеев, привычно усаживаясь на угол письменного стола. - О деле - ни слова!

Генерал сам взял руку Костина - она была холодная и какая-то безвольная. Пожал ее... Посмотрел в глаза...

Костин выглядел измученным. Лицо обросло щетиной, щеки впали, губы потрескались. Синяки под глазами, ссадины на подбородке... На остриженной голове, ближе к темени, свежая нашлепка - марлевый тампон,


- 177 -


закрепленный пластырем....

На какое-то мгновение их взгляды пересеклись, встретились. В глазах Костина генерал увидел нечто такое, из-за чего у него самого защемило в груди... В его взгляде были и горечь, и недоумение, и подозрительность... Но и какая-то нездешняя выдержка, космическая отстраненность и даже готовность идти до конца.

Бекетов подвел Костина к табуретке, аккуратно усадил. Сам взял стул и сел рядышком. Виктор Иванович хотел многое сказать этому парню, своему подчиненному. Но вот сейчас, в эту самую минуту, когда он сидит напротив человека, которого, судя по всему, прессовали здесь на полную катушку, которому пришлось в последние несколько суток хлебнуть лиха сполна, Виктор Иванович понял, что все заготовленные им слова будут лишними. И что сейчас - именно сейчас - нужно просто побыть с ним рядом несколько минут. Молча. Не тратя слов и эмоций в присутствии чужих, недружественно настроенных и опасных личностей.


Так, в полной тишине, прошло что-то около двадцати минут. Костин сидел на табурете, откинувшись - или опираясь - лопатками на выкрашенную маслянистой краской стену. Генерал устроился на стуле, напротив него; тяжелые веки прикрыты, показалось даже, что он задремал. Прапорщик по-прежнему торчал у входа, походя на каменную статую - этот, кажется, боится даже пошевелиться...

"Важняк" был до крайности удивлен поведением Бекетова. Тот ни о чем не пытался расспросить Костина. Не делал каких-то намеков. Просто сидел на стуле рядом с Костиным и молчал.

Да, именно так. Они оба за все время не издали ни звука.

Так умеют - многозначительно - молчать люди, которым не нужны слова, чтобы понимать друг друга.

Наконец Бекетов, тряхнув головой, поднялся на ноги.

- Продержись еще чуток, Костин, - сказал он негромко. - Откажись от голодовки, это сейчас - лишнее. Я тебя отсюда вытащу. А потом, когда подлечишься, пойдешь в отпуск: ты по-прежнему числишься в штате нашего Управления...


Чиянец проснулся от громкого стука: кто-то колотил кулаком в дверь.

Он включил сначала настольную лампу, затем, встав с дивана, на который прилег всего часа полтора назад, включил свет в гостиной.

Стрелки на настенных ходиках показывают четверть третьего ночи.

Одел брюки от спортивного костюма, сунул ноги в шлепанцы. Выйдя через дверь в застекленную веранду, громко спросил:


- 178 -


- Кто там? Что нужно?!

- Милиция! Участковый!! Открывайте, Александр Иванович! Есть разговор!

- Что? Милиция?.. Я никого не вызывал!

- У нас важное дело, гражданин Чиянец! Открывайте!!

Чиянец увидел через стекло, как мимо веранды - по дорожке - прошел какой-то мужчина. Даже не прошел, а - прошмыгнул, согнувшись...

- Вот что... Сейчас ночь на дворе!

- У нас очень важное дело! Откройте, надо поговорить!

- Приходите утром... А сейчас я не открою!

Чиянец метнулся обратно в комнату. Схватил лежащий на столе телефон. Кого это еще леший принес среди ночи? Стук в дверь прекратился... Надолго ли?

Он набрал номер своего бывшего однополчанина Вячеслава Кузьмичева. Того самого человека, к которому он недавно отвез дочь другого своего армейского товарища...

Наконец телефон ответил.

- Слава, это я - Чиянец!

- Саня? - послышался в трубке сонный голос. - Что стряслось?

- Тут ко мне какие-то люди пришли... Стучатся... Говорят - из милиции!

В это время послышал звон разбитого стекла!..

- Будь на чеку, Слава! - крикнул в трубку Чиянец. - Потом перезвоню!

Положив сотовый на стол, хозяин поспешил к "секции". Он уже открыл секретер, где у него, рядом с документами в отдельной коробке лежит наградной ПСМ и снаряженная обойма к нему, когда на пороге комнаты возник какой-то рослый мужик - в джинсах, темной кожанке, в шлем-маске, скрывающей лицо.

- Ша! А ну руки за голову!! И без дураков!!!

Держа хозяина на прицеле своего удлиненного глушителем ствола, Мухин вошел в гостиную. Следом за ним в комнату шагнул и Глотов, на котором тоже была надета "маска". Иван, подойдя к отставному военному, который так и не успел достать из коробки ПСМ, ловко подбил тому ноги, свалив его на пол...

- Кто-нибудь есть еще в доме?! - спросил Мухин. - Лежать!!

- Никого нет, - прохрипел хозяин, которого сверху оседлал второй "налетчик". - Я один... Если нужны деньги...

- Заткнись! - рявкнул Мухин. - Говорю - я! А ты отвечаешь на вопросы!

- Что вам нужно?..

- Где твоя соседка?! Марина Панина?! Вот кто нас интересует!

- Соседка? Ну так... я ее давно не видел.

- Не ври! Она приезжала в Чкаловск и ночевала у себя в домике! Ты не мог ее не видеть, Чиянец!


- 179 -


- Меня не интересуют соседи... Я сам по себе!

- Опять врешь!

- Почему?

- А вот это-то и интересно... почему ты - врешь?! Ты ведь, Чиянец, друг ее отца! Вы вместе служили много лет!

- Ну и что? Мало ли с кем жизнь сводила...

- А кто за ее участком смотрит? Там посажены разные овощи, зелень растет... И сорняков там нет! Наверняка, Чиянец, это ты присматриваешь за соседним участком и домом!

- Глупость... Даже если и так, разве это криминал?

- Нам нужна Панова! Мы не причиним вреда ни тебе, ни этой... этой девушке! Но она нам нужна срочнейшим образом! Мы должны ее найти! И если ты, Чиянец, не скажешь нам... прямо сейчас!.. где мы можем ее найти... У тебя будут большие проблемы!

- Я думаю, вы ошиблись. Пановой здесь нет.

- А где она?

- Спросите у кого-нибудь другого...


Иван Глотов не участвовал в разговоре. У него слишком приметный говор: этот отставной вояка может узнать его по голосу, они ведь уже разговаривали с ним не так давно. Если узнает, если догадается, кто к нему нагрянул - придется мочить этого хрыча. И не то, чтоб было его жалко, но перебарщивать по части жмуров тоже не следует. Тем более, что за этого бывшего летуна, за его смертушку, если до такого дойдет дело, им наверняка не заплатят и ломаного гроша.

Глотов достал из кармана куртки сложенный для компактности пластиковый пакет и крепкий шелковый шнур. При помощи напарника он надел на вывернутые назад руки Чиянца пластиковые браслеты. Затем уже, действуя по старой и многократно опробованной на практике методе, насунул экс-военному на голову пакет и прихватил у горла шнурком...

Мухин остался возле Чиянца, чтобы регулировать подачу кислорода и периодически спрашивать о местонахождении Пановой. Глотов же принялся осматривать дом...


Прошло четверть часа. Глотов ненадолго выходил из дома - чтобы осмотреть хозпостройку и теплицу. Когда он вернулся, Чиянец, у которого было багровое, как у человека, перенесшего апоплектический удар, лицо, задушено хрипел на полу...

- Ну что? - повернув к нему голову, спросил Мухин. - Что там у нас в сухом остатке?

- 180 -


Глотов молча продемонстрировал ему "ланкомовскую" помаду, которую он нашел на полу - тюбик закатился под диван - на втором этаже дома.

- Не густо... Может, это жена самого Чиянца пользуется таким сортом помады...Все?

Глотов ухмыльнулся под маской. Затем продемонстрировал напарнику сотовый, который он нашел на столе. Причем, предварительно включил опцию "исходящие" звонки...

- Оба-на! - Мухин, надо сказать, умел соображать быстро и был наблюдательным человеком.. - А номерочек-то... известный нам?! И звонил он, получается, в аккурат, когда мы в гости к нему напросились!

Глотов тоже покивал головой: мол, все верно, Чиянец прозвонил еще одному своему приятелю, который живет недалеко от озера, в пяти минутах отсюда...

- Не зря, значит, наши хлопоты - появился кончик! Но... теперь надо держать ушки на макушке! А то фиг знает, что он там успел брякнуть своему корешу-летуну!


В этот момент запиликал сотовый - это звонили на трубку Чиянца. Глотов взглянул на экранчик. На нем появилась надпись - КУЗЬМА.

"Кузьмичев звонит, - промелькнуло в голове у Глотова. - Друг Чиянца, однополчанин Панова, отца этой рыжей суки. Надо действовать резко... А то он может догадаться, что дело не ладно... И если даже Панина нынче гостит не у него, не у Кузьмичева, то этот тип может поднять тревогу...Прозвонит, к примеру, в ментовку, в дежурную часть. Или подаст тревожную весточку самой Паниной. Если, конечно, у него есть такая возможность...

Мухин достал из кармана коробочку.

Раскрыл ее, взял оттуда шприц-ампулу с сильнодействующим снотворным. Вопросительно посмотрел на напарника. Тот показал большой палец: все правильно, все по уму.

Мухин сделал отставнику, который все еще толком не пришел в себя и дышал, как выброшенная на берег рыбина, инъекцию. Потом снял с него наручники. Когда Чиянец проснется - а они перенесут его на диван - он либо совсем ничего не вспомнит об этом их визите, либо его память сохранит крайне смутные, весьма отрывочные обрывки о случившемся этой ночью.


Марина провела уже около суток в дачном доме дяди Славы Кузьмичева, еще одного друга отца. Вячеслав Андреевич приехал в Чкаловск из облцентра по звонку Чиянца. После выхода на пенсию Кузьмичев работает инструктором в частной летной школе. Марина училась в одном классе с его дочкой и знала его сына, который, после окончания военного авиационного


- 181 -


института, служит в военной авиации - он пошел по стопам отца.

Дом совсем небольшой. Первый этаж кирпичный, второй - деревянный. Две комнаты: на первом этаже с печкой, вторая комната - летняя.

Дядя Слава ни о чем ее не расспрашивал. Вернее, дело было так: они о чем-то переговорили с Чиянцем, который привел Марину в этот его дачный дом на окраине поселка. Втроем поужинали. Около десяти вечера Александр Иванович ушел к себе. Марина вскоре поднялась на второй этаж, устроилась на диванчике. Она толком не спала уже несколько суток, и теперь ее неодолимо тянуло в сон...

Проснулась она уже среди ночи. По дому кто-то ходил; снизу слышались мужские голоса. Потом... потом заскрипели ступени деревянной - с перилами - лестницы. Кто-то поднимается в летнюю комнату...

Марина вскочила на ноги. От страха сердце у нее колотилось, как у бедного зайчишки. Она все никак не могла вспомнить, где здесь у дяди Славы включается свет...

Человек, поднявшийся на второй этаж, судя по силуэту, был на голову выше невысокого коренастого Кузьмичева... Панина уже готова была закричать, завизжать от страха, когда прозвучал знакомый голос:

- Марина, это я - Андрей Губарев!


Глотов и его напарник спешно покинули дом Чиянца. Прошли на улицу через калитку, не забыв ее запереть за собой. В кармане у Глотова запиликал сотовый. Сняв перчатки, он сунул их в боковой карман куртки, туда, где лежат сложенный пластиковый пакет и шнур.

Вытащил сотовый, разложил.

На экранчике высветилась надпись - МЕНТ#7.

Звонит коллега, сотрудник дежурной части - еще один мент из числа тех, кто находится на подкорме у "фармакомовских" и - отчасти - у владельцев ЧОП "Арбалет".

- Иван, ты?

- Ну? Чё стряслось?

- Только что вызов прошел через нас! - коллега говорил так тихо, что Глотову приходилось распрягать слух. - Из поселка Чкаловск звонили!

- Кто?

- Мужик какой-то! Он не представился! Но назвал адрес... два адреса! Сейчас вот передали по рации, один "патруль" уже выехал!..

Глотов, не произнеся более ни слова, дал отбой.

Они уже садились в свою разъездную "ауди" - хорошо, что додумались тачку оставить в соседнем переулке - когда на поселковой улице, той самой, на которой находятся домовладения Чиянца и Пановой, лихорадочно пульсируя огнями мигалок, показались сразу две патрульных машины...


- 182 -


Спустя еще несколько минут "ауди" уже катил по пригородному шоссе - прочь от Чкаловска.

- За малым не влетели! - угрюмо сказал Мухин.- Надо же, какой кипиш подняли! Жаль... Носом чую, что эта рыжая сука, которую никак не удается изловить, где-то у корешей ее папаши прячется...

- Наверняка! - просипел Глотов. - Будь иначе, зачем бы Чиянец звонил среди ночи Кузьмичеву?!

- И, обрати внимания, в ментовку или в прокуратуру Панова так пока и не обратилась!

- Да, за малым не влетели с этим Чиянцем, Толя. Теперь надо быть вдвойне внимательными!

- А может того...

- Что?

- Может, пора рвать когти?

Глотов ответил лишь спустя пару минут, когда они уже ехали по городской магистрали.

- Рано, дружище... еще не время.


+ + +


- 183 -


Г Л А В А 19


Стас Нестеров, как ему и было велено, первым делом поселился в гостинице "Калининград" - это самый крупный и самый известный отель столицы Янтарного края.

Он снял номер на трое суток, заплатив наличными что-то около десяти тысяч рублей.

Номер, как номер: двухкомнатный люкс бизнес-класса с широкой кроватью и кондиционером.

Нестеров при пересечении границы задекларировал следующую наличность: пять тысяч евро, тысячу долларов США и двадцать тысяч рублей. Конверт с деньгами ему вручил инспектор Янонис. Этих средств, конечно же, недостаточно для покупки той информации, тех материалов, за которыми нынче охотятся как литовские спецслужбы (за которыми стоят конкретные люди), так и некоторые политики. Включая саму "Диану", для которой, как понял Нестеров, как он предполагал, вопрос обладания неким всплывшим из прошлого досье на инициативного "внештатника" КГБ СССР NN теперь стал вопросом жизни и смерти - как политика, как будущего главы государства.

Выданная Стасу сумма, это всего лишь командировочные. Как посредник, он будет выполнять строго ту миссию, с которой его сюда послали. Для этих целей тех денег, что дал Янонис, вполне достаточно. А вот по окончательной "цифре", если все сладится, если досье не "фейк", не чья-то придумка, будет договариваться уже другой человек. У которого, надо полагать, будут совсем иные полномочия и совсем другие финансовые ресурсы.

Воскресный день, начиная с того момента, как гражданин Литовской Республики Стас Нестеров вселился в свой гостиничный номер, прошел в ожидании звонка. Сотовый телефон марки Nokia 8800 Sirocco Dark с сим-картой, роумингом и кредитом ему выдал все тот же Янонис. Предупредив строго, что Стас должен брать с собой эту мобилу даже в туалет - дабы не пропустить важного звонка от местного конфидента.


Стас проснулся около девяти утра. Наконец-то удалось выспаться. Чувствовал он себя неплохо. Настроение бодрое, боевое. Первым делом он убедился, что не пропустил - не проспал - каких-либо звонков или SMS-сообщений. Принял душ, побрился. В половине одиннадцатого спустился вниз, в бар. Едва ли не впервые с того момента, как у них с Ирмой на глазах взрывом снесло голову Игорю Завальному, к Стасу вернулся аппетит. После завтрака и двух чашек кофе "по-турецки", после выкуренной сигареты, он вновь поднялся к себе в номер.


- 184 -


Едва он вошел в свое временное жилище, как запиликал сотовый.

- Здравствуйте, Стас! - мужской голос, прозвучавший в трубке, Стас уже где-то слышал. - С приездом!

- Добрый день!

- Рад вас слышать. Как говорят островитяне: the enemy of my enemy...

- ...is my friend,* - закончил вторую половину британской пословицы, служившей нехитрым паролем, Нестеров. - Приветствую. И слушаю...

- Олег, - представился звонивший (это второй пароль). - Вы вчера приехали?

- Да. Еще до полудня.

- Чтобы иметь время осмотреть наши достопримечательности?

- Верно. Вчера, во второй половине дня, выходил на прогулку по городу. Надеялся, что встречу кого-нибудь из... знакомых.

- Встретили?

- Нет. Не сложилось.

- Вам стоит посмотреть еще кое-какие достопримечательности.

- Например?

- Музей Мирового океана... Кафедральный собор... И могилу философа Канта - она находится там же, на острове, рядом с собором.

- Именно в такой последовательности?

- Да. Возможно, кто-нибудь захочет в этот раз составить вам компанию. Не исключаю, что вы сведете знакомство с каким-нибудь интересным человеком. Который в дальнейшем окажется вам полезен...

- Хорошо, я понял. Спасибо за совет. Могу я задавать вопрос?

Реплика Стаса осталась без ответа: в трубке зазвучали короткие гудки.


Нестеров вот уже около полутора часов прогуливался по центральной части города, раскинувшегося на берегах реки Преголя. Города, чья история насчитывает более семи с половиной веков. Города, который был в значительной степени разрушен сначала при массированных налетах англо-американской авиации в 1944-м, затем в ходе февральского - 1945 года - штурма Красной армии.

От прежнего Кенигсберга мало что осталось. После войны, еще когда не был до конца решен вопрос принадлежности Восточной Пруссии и ее столицы, он был превращен в каменоломню. Все, что можно было разобрать, включая руины зданий, разбиралось, грузилось на баржи и вывозилось в Ленинград - для восстановления разрушенных варварскими артобстрелами и бомбардировками зданий и строений другого города, не сдавшегося врагу, выстоявшего на протяжении всей тяжелейшей девятисотдневной блокады...

-------------

*В переводе с английского: "Враг моего врага... мой друг".


- 185 -


Теперь этот древний город носит другое название. И выглядит иначе - советская и новорусская эклектика в сочетании с сохранившимися прусскими постройками делает его облик по-своему интересным, неповторимым...

Впрочем, Стас сейчас менее всего обращал внимание на городские достопримечательности. Ему доводилось бывать здесь неоднократно. И по делам его бизнеса, и без особой цели, как это было в годы ранней юности, когда все жили в единой стране. Этот город он знает почти также хорошо, как и родной Вильнюс. Он знаком также с многими его обитателями. Не все их них, впрочем, живут и здравствуют. Одного из его знакомых, местного уроженца, например, не так давно разорвало взрывом на палангской вилле. Голова отдельно, рука отдельно, туловище - само по себе. А еще одной его знакомой, гражданской жене Игоря Завального, как проинформировал Стаса инспектор Янонис, вдруг захотелось полетать, аки птица. Вот и выбросилась то ли из окна, то ли с балкона многоэтажки.

Хотя, вероятней всего, ей кто-то помог совершить этот гибельный поступок...


Стас, как заправский турист, осмотрел отреставрированный не так давно Кафедральный собор. Здесь же, на острове Кнайпхоф, находится могила знаменитого немецкого мыслителя. Именно по этой причине остров называют часто не по его историческому имени, но островом Канта.

Он догадывался, - вернее, предполагал - почему ему было предложено отправиться в эту прогулку по центральной части города. Кое-кто из местных контрагентов хочет убедиться, что за ним, за прибывшим из Литвы человеком, нет слежки. Что его, Нестерова, не "ведут" какие-то другие люди, другие структуры. Что он не засвечен в глазах каких-то недружественных кругов, от которых можно ожидать каких-то неприятных сюрпризов или контрдействий.

Стас присел на одну из скамеек в конце центральной аллеи. Отсюда хорошо видна часовня в стиле неоготики, возведенная в 1880-м над могилой философа - она находится близко к северо-восточному углу собора. Людей в этот будний день и в это время было немного. Неподалеку от часовни расположились с полдюжины молодых людей с мольбертами - наверное, начинающие художники. Стас снял пиджак: выглянуло солнце и начало потихоньку припекать. Достал сигареты, зажигалку, закурил...

Сотовый телефон не подает признаков жизни. Возможно, эти люди, от чьего имени ему прозвонил некий "Олег", обнаружили что-то подозрительное. Факт скрытого наблюдения за "литовцем", к примеру. А может, проверка не закончена и еще какое-то время придется торчать здесь, изображая из себя любознательного фрика и поклонника Канта в одном лице.

Сам Нестеров даже не пробовал "проверяться" или как-то еще пытаться


- 186 -


выявить тех, кто за ним сейчас наблюдает. Зачем? Это не его территория. И не его бизнес - в данном случае. Он сделал глубокую затяжку. Мыслями Нестеров был сейчас далеко. Он вспоминал один из фрагментов той беседы, что у него состоялась позапрошлой ночью с "делегатами" на безымянном объекте литовских спецслужб. Это был важный, ключевой момент того складывавшегося столь непросто разговора...


Стас еще не переварил новость, которую он услышал из уст экс-комиссара, - о том, что ему предстоит выехать с какой-то "миссией" в соседнюю область - как сотрудник ССР Янонис огорошил его новым сообщением.

- Мы знаем, Нестеров, что вы не причастны к взрыву на вилле, - сказал инспектор. - За вами следили. Вас плотно опекали. Начиная с того момента, когда вы с вашей спутницей выехали из столицы на взморье, чтобы встретиться там с вашим калининградским знакомым... Ваш мобильный и сотовый Мажоните были поставлены на прослушку. Производилась также видеосъемка: начиная с того момента, когда вы прибыли в Палангу.

- Вот как? - удивленно произнес Стас. - Это люди из ДГБ за мной следили? Я правильно вас понял?

- Да. Но и... не только они.

- Значит, старший инспектор Монкайтис нарисовался там так споро, потому что... Он у ж е был в момент ЧП в Паланге?

- И это верно.

- А вы? Вы тоже за нами следили?

- Этот вопрос я предпочту оставить без ответа, - спокойным тоном произнес Янонис. - Важно то, что есть данные наружного наблюдения. Есть материалы оперативной видеосъемки. Вот, например, взгляните на эту запись...

Инспектор взял со стола пульт.

На плоском экране "плазмы" появилось изображение.

Стас сразу узнал действующих лиц, занятых в этом сюжете. По дорожке, свернув с главной палангской "стрит", - чуть не доходя до линии дюн и нового пирса - шли двое. Это были никто иные, как Нестеров и его спутница - адвокат Ирма Мажоните. Человек, снимавший на "цифру", - на курорте каждый второй шляется с камерой в руке - судя по изображению, снимает их с расстояния шагов в пятнадцать или двадцать - со спины.

Вот они остановились - неподалеку от гостевого дома "Rokos Villa 4". Стоят, обнявшись. Вернее, Стас обнял девушку за плечи. На левом плече у него висит сумка. Эти двое о чем-то разговаривают... Вот они повернули головы в сторону виллы. Теперь, после смены ракурса, виден также - сквозь прореженный хвойный лесок - силуэт мужчины, который только что вышел из дверей гостевого дома на площадку. Вот он, этот плотный коренастый


- 187 -


мужчина, подходит к припаркованному у крылечка черному "иксу"... Разговаривая с кем-то по мобильному, открывает багажник...Наклоняется...

"Что там у Игоря было в багажнике? Сумка? Кейс? Пакет?.."

И в следующую секунду изображение резко дернулось - на вилле Rokos раздался взрыв...


- Я фигею, дорогая редакция, - пробормотал под нос Стас. - Я просто глазам не верю!

- Мы, когда просматривали эту пленку, тоже сначала глазам не поверили, - сказал Янонис. - Особенно удивило то, что вы, Нестеров, даже не попытались прийти на помощь своего знакомому! По приглашению которого, кстати, вы и приехали с Мажоните в Палангу.

"Я что, должен был попытаться прикрутить оторванную голову обратно? - подумал про себя Стас. - Блин... у них, оказывается, есть видеозаписи... С одной стороны, это хорошо. В том плане, что на этих записях наверняка зафиксированы все наши с Ирмой передвижения по Паланге с момента приезда. Как и то, что он, Нестеров, не подходил к "иксу" Завального ближе, чем в тот момент, когда прогремел взрыв. С другой, не очень хорошо - получается, что Стас Нестеров, глава детективного агентства и бывший сотрудник органов утаивал в ходе предварительного следствия и первых допросов существенную часть информации..."

- Стас, я тебя прекрасно понимаю, - подал реплику экс-комиссар. - У тебя на глазах мужику снесло чердак. Напрочь. Ты прикинул, - в считанные секунды - что, во-первых, вы ничем не сможете ему помочь. А, во-вторых, с учетом некоторых обстоятельств тебе и твоей подруге лучше на светиться там, на вилле, возле трупа и взорванной машины. Но ты не учел, дорогой мой, что за всеми вами - следили.

Нестеров криво усмехнулся.

- Альгирдас... я вас очень уважаю. И не буду с вами спорить. Но... но я одного не пойму! Если, как вы говорите, за нами наблюдали, - вон, даже на цифру снимали - так какого... такого-сякого... не предотвратили взрыв?! Почему - прошляпили! И кто за это ответственен?! А то нашли крайнего... Кто подложил Завальному в "икс" взрывное устройство?! Я так понимаю, что этого человека... или этих людей - не нашли?

- Найдут, - сказал ветеран. - Если бы кое-кто из наших коллег не маялся дурью... И не скрывал кое-что от полиции и другой спецслужбы...

- Службы специальных расследований? - уточнил Стас.

- В том числе... Так вот, если бы не серьезные промахи, допущенные...

- Монкайтисом? - Нестерова вдруг осенило. - Я так понимаю, что Феликс и его люди приехали из Вильнюса заранее, чтобы проконтролировать мою встречу с Завальным?! Ну и ну... На глазах у целой компании


- 188 -


спецслужбистов взрывают российского гражданина! И бывшего сотрудника органов! Это же... Это не просто ротозейство, это даже не преступление - это ошибка!

- Дай мне договорить! - Ветеран усмехнулся. - Впрочем, ты о многом уже и сам догадался... Янонис, поставь еще одну запись!


На плоском экране вновь появилось изображение. Съемка велась из какого-то авто: сотрудник снимает через лобовое стекло. На шоссе, проходящем по окраине курортного города, ведущем к аэропорту Паланги - и далее к литовско-латвийской границе - временами виден идущий впереди черный "икс". Это внедорожник Завального. Внизу экрана высветилась строка с показателями таймера - 12.35...

"Мы как раз с Ирмой в это время подъезжали к Паланге, - отметил про себя Стас. - Телефон Завального - не отвечал..."

Черный внедорожник, проехав поворот, ведущий к пансионатам и домам отдыха, расположенным на севере курортного города, свернул на грунтовку, ведущую в хвойный лес.

- Ну ка, ну ка... - пробормотал Стас под нос. - Интересно... У него там с кем-то была встреча?

- Совершенно верно, - услышав его бормотание, сказал Янонис. - Завальный провел встречу с... помощником одного столичного юриста. Тот приехал на место чуть раньше, поэтому его машины на данной записи нет.

"Помощник адвоката Науседы? - предположил Стас. - Если это так, то... то сюжет получается весьма интригующий".

- А он, этот человек, не мог подложить взрывное устройство в машину Завального?

- Нет... Это совершенно исключено.

- А кто тогда? Есть какие-нибудь версии?

Янонис и экс-ветеран переглянулись, после чего инспектор вновь заговорил.

- Завальный и его... контактер, скажем так, обсуждали одну важную тему -без свидетелей. Сотрудники бригады внешнего наблюдения не стали идти за ними в этот лесок...

- Чтобы не засветиться перед Завальным?

- Верно. Ну и вот... Эти двое пробыли в лесу около сорока минут. Съемку возобновили лишь после того, как транспорт русского вновь выехал из леса. И повернул на шоссе - Завальный возвращался обратно в Палангу, где должен был вскоре встретиться с вами, Нестеров.

- Игорь, наверное, на какое-то время отошел от своего внедорожника... В этот самый момент ему и могли подбросить "гостинец"...

- Мы придерживаемся именно этой версии.


- 189 -


- А кто это мог сделать? Кто-нибудь попал в ваше поле зрения?

Янонис произвел какие-то манипуляции с пультом. Ага... промотал запись вперед. Вид тот же: хвойный лес, исчезающая в зеленой стене грунтовая дорога... Показания таймера: 13.08. На дороге показался... мотоцикл! За рулем какой-то мужик. Байкер, судя по прикиду! Патлатый - космы волос выбиваются из-под нахлобученного на голову шлема. Сзади, обнимая его, прижимаясь к его спине, сидит какая-то девица... Эта тоже вся в кожаном! А вдобавок она еще и в шлеме, так что лицо толком-то и не рассмотришь, как и у ее сидящего за рулем байка приятеля.

- В Палангу летом приезжают целые компании байкеров, - прокомментировал картинку Янонис. - Из Латвии, из соседнего Калининграда... Наших тоже хватает. Для них даже кемпинг специальный работает. Они собираются на территории бывшей советской погранзаставы. Именно по этой причине на эту парочку "байкеров" первоначально не обратили особого внимания.

- Так это... они?

- С огромной долей вероятности.

- Удалось их задержать?

- К сожалению, нет. Нашли только два парика... в лесопарке неподалеку от кемпинга байкеров. А этих и след простыл.

- А камеры внешнего наблюдения? А сам байк?

Янонис пожал плечами.

- Смешались с себе подобными. А потом... как сквозь землю провалились.

- У них, скорее всего, имелся здесь сообщник, - сказал ветеран спецслужб. - Или - сообщники. Полиция и ДГБ разослали ориентировки на все погранпункты...

- С Латвией-то граница открыта...

- Вот именно, - флегматичным тоном произнес Янонис. - Не факт, что эти двое после совершенного решили остаться в нашей стране. Еще меньше резонов им было ехать на этом самом байке... Опять же. Некоторые умники из числа наших коллег... из другого ведомства, - он криво усмехнулся, - почему-то решили, после того, как спохватились и обратили наконец внимание на эту парочку "байкеров", что те будут вырываться отсюда через российскую границу...

- А те могли продумать себе отход через Латвию, - покивал седой головой ветеран. - Ищи их теперь свищи.

Глянув на экран, Нестеров увидел, как на нем - тайминг 13.17 - появилась машину Завального. Игорь, закончив разговор с каким-то местным конфидентом, отправился обратно в Палангу... навстречу собственной смерти.

- А о чем говорили там, в лесу, эти двое?

- Всего, Нестеров, не положено знать ни вам, ни даже нам, - сказал


- 190 -


Янонис.- Человек, разговаривавший с вашим русским знакомым, рассказал нам в общих чертах, о чем они вели беседу...

- А записи что, нет? У него, этого "помощника столичного юриста", разве не было при себе диктофона?

- Не могу точно сказать. Но такие отношения, как вы сами прекрасно знаете, строятся на доверии. Если одна сторона убедительно просит, чтобы не делалось никаких записей, то... Сами понимаете.

- Так что он рассказал?

- Человек, который встречался с Завальным?

- Да.

- Хм... Касательно вашей персоны и относительно к нашему разговору, представляет интерес один фрагмент их беседы. Строго между нами!

- Да ладно, - Нестеров пожал плечами. - Можете и не рассказывать. Достали меня уже эти чужие секреты.

- Вы разве не слышали? - Янонис уставился на него своими прозрачно-серыми глазами. - Это имеет прямое отношение к вам! Вы ведь ехали в Палангу для того, чтобы встретиться с Завальным. Не так ли?

- Это одна из целей поездки. Но зачем, для чего именно меня хотел видеть Игорь я, признаться, так и не понял. А теперь уже и спросить не у кого.

- Так я вам скажу, Нестеров. Мы об этом знаем... хотя и располагаем недостаточно полной информацией... Завальный сказал "конфиденту", что у "группы товарищей", интересы которых он представляет, есть сведения, есть материалы, есть информация, представляющая огромную ценность для руководства Литвы.

- А я-то тут при чем?

- Завальный известил "конфидента", что в этом деле нужен - посредник. И что наилучшей кандидатурой являетесь именно вы, Стас Нестеров.

- Итти твою... - Стас вздохнул. - Удружил ты мне, Игорек... Царство тебе небесное.

- Еще один нюанс. Довольно странная вещь...

- Валяйте. Я уже ничему не удивляюсь.

- Завальный в разговоре с "конфидентом" сказал, что "досье"...

- Какое такое "досье"?!"

- Об этом чуть поздней. Так вот, досье, из-за которого, собственно, первоначально и пошли все эти переговоры, весь этот торг...

- Ведущийся под контролем у "гэбистов"? И еще и под вашим - двойным - контролем?

- ...лишь прелюдия к главному. Он сам сказал примерно следующие: "Досье" - это так, для затравки. У нас найдется предложить вам кое-что "покруче". Информация, которой мы готовы с вами поделиться, спасет не столько и не только некоторых ваших политиков... Но за такие вещи надо платить. Причем, вопрос по этой теме, по обмену информации на дензнаки


- 191 -


или иные профиты и "ништяки", должен решаться резко! Счет пошел на дни... А возможно, что и на часы!"

- Речь, я так понимаю, идет о какой-то серьезной опасности?

- Именно. И если раньше можно было бы игнорировать подобные "намеки", считать, что кое-кто из действующих или отставных российских спецслужбистов решил втихую торгануть служебной информацией...

- То после взрыва на вилле вы склонны относиться к словам Завального на полном серьезе?

- Совершенно верно. Это все очень серьезно. Работали профи высшей пробы...

- Вы думаете, господа, - задумчиво спросил Нестеров - что это... эти вот двое "байкеров" - иностранный контингент? Какие есть основания так думать?

- Телефон Завального - прослушивался, - сказал Янонис. - Вы помните, чем занимался этот человек, когда он - торопливо! - выбрался из дома и подошел к джипу?

- Хм... Он с кем-то говорил по мобиле?!

Янонис щелкнул какой-то кнопкой на пульте. В невидимых динамиках тут же зазвучали мужские голоса.

- Пойми... я уже переговорил с человеком "юриста"! - Это был голос Завального. - А сейчас должен Стас подъехать... Буквально с минуты на минуту!

- Игорек, ты меня слушаешь?!

- Да, конечно! Но не понял, из-за чего кипиш?!

- Уезжай! Прямо сейчас!! Нас, блин, "слушали" все это время! Не по телефону, млять... уезжай немедленно! Потом с ним поговоришь! Вызовем его к нам, в Кениг!

- Как так - "слушали"?!

- Блин! Молча! Мы их пасли, а они - нас!

- Ты...

Запись в этом месте оборвалась. Равно как и оборвалась на этой недосказанной фразе жизнь Игоря Завального, гражданина РФ, отставного сотрудника российских правоохранительных органов...


Стас все еще сидел на скамейке. Он хотел было прикурить очередную сигарету, когда в кармане пиджака запиликала "нокиа".

- Да, слушаю.

- Насладились видами? - спросил уже знакомый Стасу голос.

- Вполне.

- Никто вам не мешал любоваться красотами? Никто не вертелся под ногами?


- 192 -


- Нет. Все нормально.

- После длительной прогулки неплохо подкрепиться, верно? Вы ведь не обедали?

- Нет, только завтракал.

- Советую вам посетить одно заведение - там прекрасно готовят. И там в это время не бывает много народа.

- Какое именно заведение вы мне советуете?

- Небольшой ресторанчик на Ленинском, за эстакадным мостом. Называется: "У королевы Луизы".

Стас хорошо знал, где находится это заведение. Близко находится. Минут десять или двенадцать неторопливым прогулочным шагом.

- Спасибо за совет! Я непременно им воспользуюсь.

- Сейчас самое лучшее время посетить этот ресторанчик. И еще... Там два зала. Вам лучше устроиться во втором "малом" зале, за дальним столиком. Там тихо и обслуживают быстро, красиво, качественно.


Нестеров уже примерно двадцать минут сидел ровно в том заведении и ровно за тем столиком, что ему были указаны. Когда подошла девушка с белыми косичками в наряде немецкой фройляйн тридцатых годов прошлого века, он попросил меню, а также заказал чашку кофе.

Обстановка несколько мрачноватая. Темно-красные, цвета крови, кирпичные стены. Основательная мебель, сделанная из дуба. Под сводчатым потолком металлическая люстра, похожая на корону; тяжелые канделябры со свечами на столах.

С противоположной стены на Стаса внимательно смотрела - явно копия какой-то картины - важная дама в наряде конца ХVIII века. Женщина в расцвете сил, "народная королева", Августа Вильгельмина Амалия Луиза, урожденная принцесса Гессен-Дармштадская. Супруга несчастного и нерешительного Фридриха Вильгельма III, знаменитая королева Пруссии, которой молва приписывает любовную связь с гениальным и кровожадным Наполеоном Буонопарто и русским царем Александром Первым, взявшимися делить не только Пруссию, но и всю Европу.

"А ведь голос этого мужика, - Стас продолжал думать о своем, - представившегося Олегом, довольно похож на голос того, кто звонил Игорю Завальному - за несколько секунд до взрыва..."

В этот момент он услышал какие-то странные звуки. Откуда-то снаружи донесся треск... Как будто даже прозвучали автоматные очереди!

Он выковырял из пачки сигарету. И даже успел прикурить ее, прежде, чем с улицы донеслось - "Помогите!.. человека убили!.."


- 193 -


Нестеров, удивляясь собственному спокойствие, выкурил сигарету и выпил кофе, который фройляйн официантка принесла за минуту до начавшегося переполоха.

Он вытащил из бумажника купюру в пятьсот рублей, положил ее под чашку с кофе. Встал и направился к выходу.

Когда он выбрался на свежий воздух, возле припарковавшгося несколько минут назад на площадке перед ресторанчиком "бумера" с пробитыми автоматными очередями передним и боковым - со стороны водителя - стеклом уже собралась немалая толпа народа.

С двух сторон проспекта, от вокзала и от моста к месту перестрелки неслись с включенными мигалками и сиренами две патрульные машины.

Стас, выбравшись из толпы, зашагал по тротуару в сторону гостиницы.

Между лопатками веяло холодком. По лицу струился пот.

А ведь не соврал прозвонивший ему с полчаса назад человек: и в правду обслужили "быстро, красиво, качественно..."


+ + +


- 194 -


Г Л А В А 20


Первый рабочий день новой недели прошел в хлопотах.

Ирма Мажоните составила исковое заявление по факту незаконных действий сотрудников департамента госбезопасности.Оплатила пошлину и зарегистрировала документ в вильнюсском апилинковом суде. Также она подала апелляцию на решение судьи другого местного суда второй инстанции. Во исполнение которого приставами были заблокированы все банковские счета и опечатаны офисные помещения детективного агентства Стаса Нестерова и одной дочерней охранной структуры.

Во второй половине дня, ближе к вечеру, Мажоните встретилась в старом вильнюсском кафе с адвокатом Науседой. Она еще раз смогла убедиться в том, сколь серьезными связями располагает этот человек. Около четырех пополудни - без присутствия сторон - судья Вильнюсского окружного суда отменил решение своего коллеги и вынес новое постановление.

Таким образом, какая-то часть проблем была решена. Удалось разблокировать счета и снять арест с личного имущества владельцев агентства, а также освободить транспорт и офисные помещения...

Мажонасу и Ставицкой пришлось почти весь день провести в кабинетах дознавателей. Хотя их вчера выпустили - выперли! - из камеры предварительного заключения Криминального бюро, где они оказались после ЧП в старом офисе, само дело это, оказывается, отнюдь не было закрыто.

В шестом часу вечера они вдвоем с Басей наведались в "новый" офис. Незадолго до их появления здесь побывали двое сотрудников из конторы судебного пристава. Во исполнение уже иного, нового решения суда сняли арест и содрали с входной двери свои бумаги с прежним постановлением; убрали и пломбы с печатями. В офисе детективов поджидал Иван Петрович, ветеран, подполковник милиции - еще советской - прослуживший в МВД Литовской ССР около тридцати лет и ушедший на пенсию уже при новых властях. Петрович, хотя ему и шел уже седьмой десяток, был очень даже на своем месте. Стас упросил его как-то - лет пять назад - поработать в агентстве в должности "кадровика". И потом ни разу ни Нестеров, ни его партнер Мажонас не пожалели о том, что приняли в штат этого опытного, знающего и очень надежного человека.

Римас дал ЦУ Петровичу: вызвонить двух сотрудников - из числа тех, кто сегодня не несет дежурство. И вместе с ними сразу же отправиться в Старый город, немного там прибрать и потом закрыть до времени старый офис на все запоры.

Около шести часов прозвонила Ирма.

- Римас, едем к Онуте! - сказала она. - Захвати и Басю с собой! Это - очень


- 195 -


важно и очень срочно!


Спустя час с небольшим две машины, "опель", который взяла для своих нужд Ирма, и "патфайндер", подкатили к усадьбе бабушки Онуте.

Хозяйка обняла и поцеловала внучку. Приветливо кивнула Басе. И сердито погрозила клюкой своему непутевому внуку.

- Вы бы меня, детки, заранее предупредили!.. - Она обернулась к "лешему", который тоже вышел встречать гостей. - Вирас, возьми топор и отправляйся в курятник! А я ощипаю куренка и сварю суп с лапшой! Баня протоплена - думала сегодня косточки свои старые погреть.

- Бабушка, не нужно... не сейчас! - Ирма кивнула в сторону братца, который выгружал из багажника пакеты с провизией. - Мы тут привезли кое-что с собой: по дороге заехали в маркет!

- Ну... тогда проходите в дом!

- Конечно, Онуте... Но у нас есть одно срочное дело.

- Ладно, не буду вам мешать, - сказала хозяйка. - Занимайтесь своими делами. Это ведь и ваш хутор, не только мой.

Когда старуха ушла в дом, трое молодых людей собрались на совещание.

- Куда вы перепрятали сумку с документами и снимками? - спросила Ирма.

- Тут недалеко... в лесу! - сказал Бася. - А место мне показал Вирас.

Они знаками подозвали этого странного мужчину, которого бабушка Онуте из милости приютила у себя на хуторе. И который, надо сказать, сполна отплатил и ей самой и ее родне за все то доброе, что было для него сделано.

- Вирас, где сумка? - спросил Мажонас. - Та сумка, что нам подбросили в сарай! Ты ее в старом "бункере" спрятал?

Мужчина, издав какой-то странный звук, походящий на ворчание сыча или неясыти, - "угу-гу, угу-гу" - покивал головой.

- А в каком? Дальнем "схроне"?

Вирас почесал всклокоченную бороду... затем повел головой слева направо.

- В ближнем?

Последовал утвердительный кивок.

- Ага. Понятно... - Римас вопросительно посмотрел на сестру. - Ну что, "сяся"? Какие наши действия?

- Ты иди с Вирасом в лес! За этой сумкой. А я сейчас кое-кому прозвоню. Тут недалеко где-то их машина: люди ждут моего звонка!


Минут через двадцать - уже начало смеркаться - Мажонас вышел из леса на дорогу, ведущую через этот лесной массив к "укмяргскому" шоссе. Возле


- 196 -


"опеля" его ожидали обе девушки.

- Ты чё надумала, "сяся"? - удивленно произнес Слон. - Куда это вы собрались ехать?

- Не вы, а я одна, - сказала Ирма, беря из его рук черную сумку.- Ого... довольно увесистая!

Она поставила сумку на землю, после чего опустилась на корточки.

- Ты захватил с собой фонарь?

- Да.

- Посвети! А ты, Бася, дай мне перчатки!

Римас включил мощный бошевский фонарь, направив сноп света на сумку. Надев пару тонких резиновых перчаток, Ирма вжикнула молнией. Осторожно взяла верхнюю папку. Стала перелистывать подшитые в нее бумаги, пытаясь получше понять, с чем именно они имеют дело.

Прошло минут пять. Ирма бегло ознакомилась с содержимым лишь двух папок, а всего их было в сумке около дюжины. Некоторые документы напечатаны на бланках КГБ СССР и КГБ ЛитССР. Подтвердились худшие опасения. Не суть важно сейчас, настоящие ли это документы, или искусная подделка. Гораздо важней другое: почему сумку с этими документами, снимками и компьютерными дисками подбросили на хутор Онуте? Не потому ли, что здесь часто гостят компаньон Стаса Нестерова Мажонас и его girlfriend Ирма Мажоните? Да и сам владелец вильнюсского детективного агентства довольно частый гость на этом хуторе...

И другое важно, кроме "почему": кто это сделал и по чьему заказу.

У Ирмы на секунды возникло такое ощущение, что она только что приоткрыла некий "ящик Пандоры"... Положила папку обратно в сумку и торопливо закрыла молнию.

- Римас! Бася! Никому ни слова про эту сумку! И про те вещи, что в ней лежат!

- Ты чё, "сяся", за идиота меня держишь?! Да я и не знаю толком, что там! Только фотки видел... этой...

- Молчи! Больше ни слова.


Ирма достала свой сотовый. Набрала нужный номер. Когда ей ответили, бросила в трубку:

- Приезжайте, я жду.

Дав отбой, она посмотрела на брата.

- Пожалуй, будет лучше, если вы с Басей останетесь на хуторе! Переночуйте здесь. Утром, к девяти, подъезжайте в новый офис, там и поговорим.

- Так ты все-таки собираешься отвезти эту сумку, "сяся"... В Вильнюс?

- Нет. Опасно! От нас только и ждут каких-то ошибок и промахов!


- 197 -


- Можем того... Да хоть и сжечь все на фиг!

- Римас, этот вариант тоже не пойдет! Сейчас приедут люди, они ее и заберут! Я тоже поеду! Нужно будет встретиться с одним человеком.

- Ты уверена? Может, кому-то из нас отправиться с тобой?

- Не нужно. Мою безопасность обеспечат... не волнуйтесь!


В темноте, сквозь кустарник подлеска, стали видны огни передних фар - какая-то машина ехала в их сторону.

- Это они, - сказала Ирма. - Идите же! И... я вас очень, очень прошу: ведите себя хорошо!

Мажонас с некоторого расстояния все же понаблюдал за тем, как далее развивались события.

На дороге появилась какая-то иномарка темного цвета - подробностей не разглядел.

Из нее вышел некто...

Но не со стороны водителя, а через правую заднюю дверь.

Этот некто взял сумку и положил ее в багажник авто. Потом уселся обратно в машину.

Водитель сдал задом, развернулся...

Вскоре габаритные огни исчезли в темноте.

А еще через пару минут Ирма завела движок "опеля". Ей предстояло этой же ночью встретиться с адвокатом Науседой, чтобы убедиться, что сумка попала в надежные руки и дабы выслушать его мнение о "находке".

Когда "опель", мигнув фарами, скрылся с виду, Слон вытер рукавом обильно струившийся по лицу пот.

- Ну на фиг! - пробормотал он. - Не знаю, как ты, Баська, а я мокрый, как будто вагоны разгружал!..


Вернулись на хутор, где бабушка Онуте уже принялась накрывать на стол. Римас сказал, что поужинает поздней. Переоделся в шорты и майку, захватил пакет с банными принадлежностями и отправился в баньку. Новый сруб с "каменкой" они втроем - Стас, Вирас и он сам - поставили на фундаменте прежней бани. Каковая, кстати, сгорела после визита на хутор компании лихих людей - это ЧП случилось в позапрошлом году.

Первым делом он нырнул с мостков в небольшой, метров двадцать пять на пятнадцать, пруд. Вернее, это была копанка - водоем, отведя из леса ручей, соорудил еще прапрадед Римаса. Вода в нем, в этом пруду, всегда холодная - даже в самый жаркий день...

Освежившись, Слон отправился в баню - Вирас по его заявке раскочегарил котел и каменку по-новой...


- 198 -


Выйдя из парилки в предбанник, он взял со стола старый, оставшийся еще от дедов, керамический кувшин с нехитрым деревенским орнаментом. Запрокинув голову, стал пить крупными глотками холодный, кисловатый, бархатистый на вкус хлебный квас... Онуте, кстати, недоверчиво переспросила у внука, когда тот попросил дать ему что-нибудь с собой попить в баню. Точно ли не домашнего пива? Только квас? Удивлялась, наверное, про себя, что это за перемена произошла с внуком за последние несколько дней.

Открылась входная дверь. На пороге стояла Бася - тоже в шортах, только в коротких. И в майке без рукавов.

- Ой!.. - сказал она, отведя взгляд в сторону. - Пшепрашем... Я это... думала, что...

Слон сдернул с крючка полотенце, быстро намотал его вокруг чресел.

- Заходи, Бася! Извини за вид...

- Я думала, что ты... э-э... закончил. Слышала, как плескался в пруде... Я подожду снаружи!

- Вот еще! Или ты стесняешься меня?

- Я? Нисколько! В бане все равны!

Ставицкая сняла шортики, оставшись в одних "стрингах". Потом, повернувшись к Мажонасу боком, стащила через голову майку...

Римас невольно залюбовался ее фигурой: ладная, с длинными ногами и широкими бедрами, с тонкой талией и нежными полушариями грудей, венчающимися конически сосками...

Хлопнула дверь парилки. Мажонас, усмехнувшись, покачал головой. Кому-то может показаться, что Бася Ставицкая - легкомысленная особа. Но это поверхностный взгляд. Римас однажды присутствовал при том, как прежний парень Ставицкой, с которым она находилась в романтических отношениях год или даже больше, - этнический поляк, служит в дорожной полиции - однажды приперся в съемную квартиру Баси, когда у нее по случаю какого-то праздника собралась небольшая компания. К тому времени Ставицкая уже рассталась с ним. Тот, по ее словам, настаивал на "шлюбе", а сам, хотя и все время вел речь о немедленной женитьбе и венчании в костеле, волочился за каждой юбкой. Ну и вот: явился этот типок и стал трезвонить в дверь. Бася сказала ему по-хорошему: убирайся, пся крев! И забудь этот адрес! Парень - вот что значит "гаишник" - повел себя борзо, нагло: у тебя, мол, в квартире, любовник... Я его сейчас выкину вон!

Ну и вот. Мужик тот попытался дать волю рукам. Но Мажонасу даже не пришлось выходить на лестничную площадку. Бася, как заправский боксер, провела прямой в челюсть... Потом еще раз попала - в нос, сломав перегородку. И спустила этого хмыря, обливающегося кровью, с лестницы...

Это лишь один случай. Барбара, она такая: веселая, коммуникабельная, но и чуточку сумасбродная. А иногда - непредсказуема, как горный поток,


- 199 -


выворачивающий на своем пути деревья с корнем и тяжелые валуны. И если

сунуться в эту реку, "не зная броду", то можно и костей не собрать.


Бася пробыла в парилке недолго. Постояв с минуту под струями душа, она крикнула:

- Римас... ходь сюда!

Мажонас, сидевший на лавке в предбаннике, прошел в душевое отделение.

- Пшепрашем... не мог бы ты потереть мне спину!

Римас взял намыленную мочалку. Полотенце, накрученное вокруг чресел, как-то само собой соскользнуло на пол. Бася повернулась к нему лицом. Положила руки на плечи: ее остроконечные соски теперь касались груди Мажонаса.

- Ну что? Все еще не забыл ту курву?!

- Какую? - опешил Мажонас. - Ты про кого?

- Да про суку эту... Про Виргу!

- А-а...

- Ну ничего! Ты про нее забудешь! Я тебя - вылечу! Ты справный хлопак, - послышался тихий смех. - О-о... Теперь панночка понимает, почему хлопаку дали прозвище - Слон...

Неизвестно, чем бы все у них закончилось, но тут снаружи послышался какой-то подозрительный шум.

А еще через несколько секунд прозвучал мужской голос, усиленный "матюгальником":

- Эй... кто там есть в бане! Выходить по одному! Руки на затылок! Быстро! И без глупостей!!


На хутор Онуте - тремя транспортами - прибыли сотрудники смешанной оперативно-следственной группы. В ее состав входят как сотрудники Криминального бюро МВД, так и Департамента госбезопасности.

Старший инспектор ДГБ Монкайтис был сильно не в духе...

- Ну что, Мажонас! Даю тебе последний шанс! Выкладывай начистоту: что вы прячете на этом хуторе у своей родственницы?! И что вы вообще задумали... на пару со своим партнером по бизнесу?!

Слон - он был в одних шортах, босиком - стоял у стены бани. Ему, равно как и Басе, которая успела натянуть шорты и майку, разрешили опустить руки. Обыскивать этих двоих нет смысла: они были почти голыми.

- Феликс, а не пошел бы...

- Не надо, Римас! - торопливо произнесла Бася. - Молчи! А то наговоришь себе на административный штраф! И на пару суток в арестантской!


- 200 -


- Значит, не хотим сотрудничать со следствием?!

- Молчу, Бася, - процедил Слон.- Ты права: не стоит метать бисер перед свиньями...

Монкайтис, на скулах которого играли желваки, посмотрел на виленчанку.

- А ты что скажешь, Ставицкая?

- Юж я все сказала, пан начальник. Нас же вызывали на допросы!

- Ставицкая, не изображай из себя дурочку! Хватит идиотничать!

- Мне до вас, пан начальник, далеко... Так, как вы, я не умею!

- Бася! - подал реплику уже Мажонас. - Ты сама попридержи-ка язычок!

Монкайтис сокрушенно покачал головой.

- Значит, вам нечего сказать?

- Глух и нем, греха не вем, - выпалила Бася.

- Ну... тогда пеняйте на себя! Я вам дал шанс сделать "признательное"! А вы им - не воспользовались.


Оставив двух полуголых молодых людей под охраной вооруженных "аровцев", Монкайтис в сопровождении коллег из полиции направился к каменному сараю.

Сразу двое операторов, один - сотрудник Бюро, второй - ДГБ, снимали происходящее на видеокамеры. Было включено полное освещение; на сарай вдобавок направлены фары прибывших из Вильнюса служебных машин... Здесь же находятся и двое гражданских лиц, которым предстоит выполнить функции понятых.

К Монкайтису подвели пожилую женщину в повязанном на голове плате, опирающуюся на клюку.

- Онуте Мажонене?

- Я уже пятьдесят семь лет как Мажонене!

- Очень хорошо... Вы-то нам и нужны!

- Что значит, "хорошо"? Плохо! Я долго живу на свете! А такое, как сегодня, видела только при коммунистах, при ястребках и ЭнКаВэДэ!

- О своем прошлом расскажете как-нибудь в следующий раз! А сейчас отвечайте на вопросы!

- "Красные" так говорили...

- Вы - хозяйка хутора? Уточню: вы собственник домовладения и участка?

- При коммунистах тоже так спрашивали. А потом людей забирали и отправляли в Сибирь!

Монкайтис даже сплюнул от досады.

- Правильно в народе говорят: "яблоко от яблони..."

- Зачем вы приехали? Почему держите внука под прицелом? Почему обижаете мою гостью?! Кто вам дал право так себя вести?


- 201 -


- У нас ордер на обыск! - процедил Монкайтис. - Оружие на хуторе есть?

- Есть. Берданка... и еще два охотничьих ружья. Одно - моего покойного мужа. А второе - внука Римаса.

- Где эти стволы?

- В доме.

- Оружейный шкаф имеется?

- Все, как у людей.

- И разрешение есть?

- Я ответила.

- Мы проверим... Кстати. У вас тут еще один человек проживает. Мужчина. Мы бы хотели с ним тоже поговорить.

- Вирас?

- Да, именно о нем речь.

- Вы не можете с ним поговорить.

- Это почему же?

- Потому что Вирас - глухонемой.

- Но вы ведь как-то с ним общаетесь? Где он сейчас?

Онуте пожала плечами.

- Не знаю. Он, бывает, пропадает на несколько дней...


Беседу Монкайтиса с хозяйкой прервал один из сотрудников.

- Феликс, на минутку!

Они отошли чуть в сторону. Монкатис, понизив голос, спросил:

- Ну что? Нашли?

Сотрудник покачал головой.

- Ни-чег-го!

Монкайтис нервно дернул головой.

- Как это? А вы хорошо посмотрели?

- В том месте, где... где было сказано, нашли лишь пачку старых газет и журналов! И кучку дерьма.

- Что?! Не может быть...

- Парни уже разобрали весь "дровник" в сарае! Нашли только эту вот пачку старых газет... И еще кто-то там кучу наложил.

- И ничего... ничего похожего на черную сумку?

- Нет.

- Старнно... сигнал ведь верный был?! - Монкайтис почесал в затылке. - Вот что. Переверните весь хутор кверху дном! Может быть, эти деятели нашли ту сумку и где-то ее перепрятали! Заодно, возможно, найдете какой-нибудь криминал, вроде "левых" стволов!

- А что в той сумке-то было?

Монкайтис пожал плечами.


- 202 -


- А я что, знаю? Сказали - черная сумка. В сарае, в левой - дальней - части поленницы. Наше дело - служба! Что велено, то мы и должны исполнить.


Обыск на хутор продолжался до трех утра. Когда Монкайтис перезвонил своему непосредственному начальнику, велевшему держать его "в курсе", тот недовольным тоном - не сулившим ничего хорошего лично Феликсу Монкайтису - приказал свернуть мероприятие и возвращаться в столицу.

Оперативник и группа физической охраны уже погрузились в транспорты. Монкайтис тоже собирался сесть в джип, как вдруг его окликнул Мажонас.

- Старший инспектор, можно вас на минутку?!

Монкайтис, в котором - как это иногда бывает - вспыхнула искорка надежды, подошел к Мажонасу.

- Ну что, Римас? Хочешь сделать какое-то заявление?

- Да, - усмехнулся тот. - Имею кое-что сказать. Лично тебе. Приватно, без присутствия посторонних.

- Ну говори, я слушаю.

- Феликс, ты совсем не ловишь мышей.

- Это все?

- На хера, спрашивается, хозяину кот, который не умеет ловить мышей?!

- На что ты намекаешь?

- Тебя выгонят из твоей конторы взашей! Пинком под зад! - все с той же широкой ухмылкой сказал Слон. - А мы, Феликс, тебя к себе в фирму теперь же точно не возьмем...


Стас после ЧП, случившегося возле ресторана "У королевы Луизы" вернулся в гостиницу и заперся в номере. Он решительно не знал, что именно ему следует предпринять, как ему следует поступить. Когда его инструктировали перед поездкой в Калининград, рассматривались самые разные варианты развития событий. Но, как это часто бывает, произошло то, чего никто из людей, пославших его к соседям с тайной миссией, не ожидал. Человека, с которым он должен был встретиться и обсудить условия сделки, расстреляли в собственной машине. Приговорили в центре полумиллионного города, на глазах у десятков людей...

Нестеров, благо в номере имеется телевизор, подключенный к кабельной сети местного оператора, просмотрел несколько выпусков новостей областной и городской телекомпаний.

Товарища, которого расстреляли на центральном проспекте города, зовут Стерхов Олег. Он бывший сотрудник органов. В настоящее время трудится - трудился, вернее - в местной охранной фирме "Эгида Плюс"...

Киллеров было как минимум двое. В "масках". Стреляли из "калашей".


- 203 -


Оружие сбросили там же, на проспекте. Машину - старую "девятку" - милиция обнаружила в переулке, в трех кварталах от места преступления. По-видимому, там их ожидал сообщник на другом транспорте. План "Перехват" результатов пока не принес, ведется поиск преступников...

По-хорошему, если руководствоваться голосом разума, Стасу следовало бы выписаться из гостиницы, забрать вещи и валить отсюда. Это было бы единственно верным решением. Но. Но. Он, Стас Нестеров, сейчас не может руководствоваться эмоциями. Слишком многое поставлено на карту. Без команды "оттуда", от людей, которые его отправили в эту поездку, он не может покинуть этот город. А такой команды пока не поступало.

Стас взял со стола трубку, включенную на подзарядку. Проверил еще раз - на предмет входящих. Ожидание было томительным. Требовались граничные усилия воли, чтобы побороть желание плюнуть на все и, прихватив сумку, отправиться на вокзал...


Звонок, которого он так долго ждал, раздался около трех ночи.

Стас сверился с экранчиком - Янонис звонит!

- Да, слушаю, - произнес он по-русски.

Инспектор тоже заговорил на русском. Причем, Стас впервые за все время знакомства с этим человеком уловил в его голосе нотки беспокойства. И даже - растерянности.

- Вы где сейчас?

- В гостинице. В своем номере.

- Уезжайте оттуда!

- Как это?

- Выпишитесь из гостиницы! И... и возвращайтесь! Немедленно!!

- Но сейчас ночь...

- Вы слышали, что я сказал?! Попросите вызвать вам таксомотор!

- Прямо сейчас?

- Да, сию минуту! Возвращайтесь тем же маршрутом! Все, до встречи.

Вещи у Стаса уже были сложены. Он надел пиджак, положил зарядку в сумку, а трубку в карман. В этот момент раздался стук в дверь.

Стас подошел к двери.

- Кто?

Из коридора послышался женский голос.

- Дежурная по этажу. Господин Нестеров, извините, пожалуйста... но к вам тут курьер с каким-то пакетом!

- Пусть придет утром!

- Это срочно!

Стас судорожно вздохнул... и открыл дверь.

- Господин Нестеров?


- 204 -


Отодвинув плечом местную служащую, вперед выступил какой-то

незнакомый ему мужчина в штатском. Стас успел заметить, что в коридоре находятся еще пятеро или шестеро мужиков. Причем, двое в брониках, масках и с короткоствольными автоматами.

- Старший следователь Следственного отдела подполковник юстиции Шаврей! - мужчина продемонстрировал постояльцу отеля свое служебное удостоверение. - Пройдемте в номер!

Двое крепких мужиков, прихватив Стаса за локти, буквально внесли его в сдвоенный "люкс".

Шаврей, посмотрев на стоящую в коридоре у входа сумку, хмыкнул.

- Я вижу, вы куда-то собрались? В три часа ночи?..

- А что, собственно, происходит?

Шаврей вытащил из кожаной папки какой-то листок и помахал им перед носом у Стаса.

- Сейчас будет произведен обыск - и гостиничного номера, и личный обыск! Затем вы проследуете с нами в отделение милиции! Там будет составлен протокол о задержании.

- Я что - арестован?

- Гражданин Нестеров, вы задержаны по подозрению в соучастии в убийстве двух и более лиц! А также по подозрению в совершении преступных деяний, подпадающих под действие российского и международного законодательства! Вам будут разъяснены ваши права - в соответствии с нашим законодательством.

Шаврей посмотрел на одного из оперативников.

- Хорошенько осмотрите номер! Понятых сюда! И наденьте-ка на этого господина наручники.


+ + +


- 205 -


Г Л А В А 21


Марина Панова стояла у зарешеченного окна, рассматривая уже вполне знакомый ей вид. Прямо впереди, - как говорят моряки, "по курсу" - за невысоким бетонным забором, виден Калининградский морской канал. Чуть левее - пустующий причал с полуразобранным краном. К нему ведут рельсы со стороны терминала "Балтийский лес". Cами пути заросли травой и даже мелким кустарником; рельсы уже порядком прихвачены ржавчиной. Это тупиковая ветка - по ней уже несколько лет не ходят товарные поезда.

Наверное, Марина могла бы сейчас и про себя сказать, что жизнь загнала ее в тупик. Она уже вторые сутки находится на этом небольшом охраняемом объекте в городе Светлом, расположенном на берегу Калининградского (Вислинского) залива, на равном расстоянии от облцентра и Балтийска. И пока никакой ясности в ее судьбе не появилось.

Панову привезли сюда позапрошлой ночью. Появление в Чкаловске Андрея Губарева (в компании с еще тремя или четырьмя людьми в штатском), было для нее сродни грому среди ясного неба.

Андрей, помнится, спросил, при себе ли у нее та ампула, про которую она рассказала по телефону. Марина передала ему футлярчик, в котором, в герметичном самозакрывающемся пластиковом пакетике, завернутая в вату, лежала та самая ампула без маркировки, что ей дал для экспресс-анализа Леша Костин.

Поговорить тогда они толком так и не успели. Что-то у них произошло, кто-то в тот момент прозвонил Андрею... После этого звонка Губарев оставил девушку на попечение двух своих помощников, а сам с остальными сотрудниками куда-то уехал. Марине даже не дали толком попрощаться с друзьями отца - Кузьмичевым и Чиянцем. Ее усадили в микроавтобус. Через час они уже были в Светлом, на этом объекте, расположенном на юго-восточной окраине бывшего прусского городка Циммербуде. Человек, назвавшийся Виктором, остался на объекте (именно он опекал Панову эти сутки с лишним). А второй мужчина тот час же уехал...

Марина видела через разграфленное решеткой окно второго этажа, как по каналу прошел среднетоннажный контейнеровоз. Судя по наличию контейнеров на верхней палубе и по осадке, судно следует в порт на выгрузку... В дверь ее временного "номера", - раскладной диван, кресло, телевизор на подставке, холодильник с запасом пищи и напитками, отдельно санузел - постучались. Она, не оборачиваясь, громко сказала:

- Входите, Виктор!

- Марина, это я... Губарев!

Панова бросилась к нему. Андрей был одет в штатское: темные брюки, белая сорочка, легкая светло-серая куртка. Под левой мышкой, оттопыривая


- 206 -


полу куртки, пистолет в наплечной кобуре... Роста он примерно такого же, как Костин - под сто девяносто. Крепкий, очень сильный физически мужчина; подбородок раздвоен ямочкой, стрижен коротко, по-армейски. Панова обратила внимание, что лицо у Андрея осунулось, а глаза покраснели, как будто он сам не спал несколько суток. Видно, и ему в последнее время довелось пережить немало неприятностей и пройти через какие-то испытания...

- Андрюша... ну что?! Какие новости?!

Губарев кивком указала ей на диван (она еще раньше убрала постель в ящик для белья). Взял из холодильника бутылку минералки, налил полный стакан, опустошил его в один прием.

- Марина, новости самые разные, - Губарев опустился в кресло. - Есть и хорошие, но и скверные тоже имеются. Даже не знаю с чего начать.

- Что с Алексеем?

- Он пока в изоляторе. Но оставаться он там будет недолго.

- Костина освободят?

- Хм... Не все так просто. Многое будет зависеть от развития ситуации.

- Есть какие-то сложности? Или... Или же против Леши есть какие-то серьезные материалы или улики?

- Марина, я тебе не все сейчас могу сказать.

- Служебная тайна? - Панова горько усмехнулась. - Ты такой же, как Лешка. Чуть что - "служебная тайна". Что-то крутите, вертите, темните... А потом...

Не договорив, она махнула рукой.

- Марина, ты права, конечно. Но... - Губарев почесал раздвоенный ямочкой подбородок. - Скажу то, что могу. Из местного изолятора Лешу "выпишут" уже в ближайшие часы. Его дело затребовали... в более высокие, нежели областной уровень, инстанции, - Губарев поднял глаза к потолку. - Его самого - в рамках другого уголовного дела - должны будут доставить на "материк".

- Пока ничего не поняла.

- С ним все будет нормально, Марина! Я не исключаю, что Алексей может оказаться на свободе даже скорей, чем некоторые себе это представляют... Но не все зависит от него, от меня и нашего руководства. Так что... Так что пока ограничусь сказанным.

- А что с папиными друзьями? С ними все в порядке?

- Той ночью двое неизвестных проникли в дом Чиянца...

- Дяди Саши? О Боже...

- Не волнуйся, с ним все в порядке! Они не успели причинить ему вреда! Их, правда, не смогли задержать. Улизнули, сволочи! Успели скрыться до появления милиции! И до того момента, как к дому Чиянца подъехала машина с нашими сотрудниками...


- 207 -


- Они что... за мной приходили?

Андрей бросил на нее внимательный взгляд.

- Марина, сейчас это не суть важно. Здесь ты в полной безопасности!

- Как долго вы будете тут меня держать?

- Суток двое или чуть больше.

- А дальше что?

- Возможно, тебе... как и Алексею, придется поменять место жительства. Есть и другой вариант: кое-кто ответит за случившееся. И "присядет" надолго... - В голосе Губарева прозвучали жесткие нотки. - Но, в любом случае, не исключено, что и тебе, и Костину придется какое-то время провести вдали от этих мест. Повторюсь, при худшем раскладе.

- Это моя родина, Андрюша! Почему я должна уезжать отсюда?

- И моя - тоже. Хотя я и служу сейчас в "центре"... Эй, эй... Марина, не надо плакать!

Он достал из внутреннего кармана носовой платок. Подошел к Пановой и протянул его ей.

- Маринка... ну прекрати! Ты молодцом держалась все эти дни! И ты... хотя и вряд ли догадываешься об этом... очень, очень нам помогла!

- Да ну?! Ну чем я вам могла помочь?! - Панова улыбнулась сквозь слезы. - Бегала все эти дни, как заяц! Ты просто меня успокаиваешь...

- Ампула! Это очень важно! Хорошо, что ты ее не выбросила!..

- А что, уже известно, что за препарат в этой ампуле? Что-нибудь наркотическое?

- Нет, это - другое. Известны пока только первые результаты экспресс-анализа, - после паузы сказал Губарев. - И они нас очень, очень встревожили!

- А где делали исследования?

- В лаборатории МЧС...

- Да? У них хорошая база и лучшие специалисты.

- Ампулу с остатками вещества отправили в Москву... Вчера последним авиарейсом вылетели двое людей с контейнером... с этой вот хренью. Там, в одной столичной лаборатории, произведут уже более обстоятельное исследование. Ждем новостей. И вряд ли эти новости будут хорошими.

- Что-то опасное?

- Ты про содержимое ампулы?

- Да.

- Хм...

- Опять служебная тайна?!

Губарев криво усмехнулся.

- Бери выше... теперь это уже - государственная тайна! Но... Но поскольку именно ты, пусть даже помимо своего желания, а лишь волею случая, не только сохранила эту ампулу, но и передала ее в нужные руки...

- То есть - тебе?


- 208 -


- ... то кое-что приоткрою. В этой ампуле содержится доза препарата вакцинального действия.

- Вакцина? Против чего? Против какой именно инфекционной болезни?

- Судя по первым данным, этот препарат не входит ни в перечень зарегистрированных в России вакцин, ни в Национальный календарь прививок, ни в более широкий реестр препаратов вакцинального действия ВОЗ*... Это нечто неизвестное доселе... совершенно новый и уникальный по-своему, как мне сказали, образчик вакцинального препарата. Мы даже не знаем пока, где, когда, в какой стране и какой именно фирмой был разработан этот препарат. И прошел ли он серию необходимых в таких случаях испытаний и сертификаций.

- А почему ты тогда говоришь об опасности? Кстати, ты не назвал болезнь, иммунитет против которой должен обеспечить этот вот препарат, эта вакцина!

- Марина, пока есть лишь ряд предположений... очень тревожного свойства! Этоь препарат, во-первых, продукт очень сложных генно-инженерных технологий. При анализе выделены генетические материалы микроорганизмов...

- Суть вирусов? То есть, потерявших активность микробов, призванных стать антигенами? На основе которых через ослабленные штаммы микроорганизмов или дрожжевые клетки изготавливается уже сама вакцина?

- Вот видишь... ты лучше меня разбирается в этих вопросах. На лету все хватаешь!

- Какой именно вирус выделен?

- Это комбинированная вакцина... мне так сказали! Она содержит в своем составе сразу несколько расщепленных вирионов...**

- Вот как? - удивленно произнесла Панова. - Что-то вроде "Бубо-М" или "Пентаксим"***?

- Принцип, по-видимому, тот же. Я - повторюсь - небольшой специалист в этой области. Ты еще что-то спросила?

- Да. Какой именно вирус... или вирусы выделены при исследовании

---------------

*ВОЗ - Всемирная организация здравоохранения (World Health Organization, WHO), специальное агентство при ООН.

**Вирионы (вирусные частицы) - представляют собой белковую капсулу - капсид, содержащую геном вируса, представленный одной или несколькими молекулами ДНК или РНК.

*** "Бубо-М" - вакцина против дифтерии, столбняка и гепатита В.

"Пентаксим" - комбинированная вакцина для защиты от 5-ти опасных инфекций - коклюш, дифтерия, столбняк, полиомиелит, гемофильная инфекция типа b (Хиб)


- 209 -


препарата?

Губарев посмотрел в сторону зарешеченного окна.

- А вот это, Марина, я тебе уже сказать не могу! Это и есть... начиная с момента получения первых данных - TOP SECRET!

- Ассоциированная вакцина... - задумчиво произнесла Панова. - Да еще и неизвестного производителя...

У нее в голове вдруг мелькнула дикая догадка, которую она немедленно озвучила.

- Может, это какая-то новая вакцина против свиного гриппа? Против "Эй-Эйч-один-Эн-один"?

Губарев вздохнул.

- Как говорят в детской игре "холодно-горячо"...

- Горячо? Я угадала?!

- Не совсем... но близко! Я же уже намекал, что препарат - комбинированного свойства!

- Так и угроза, значит, для профилактики которой он создан, тоже носит комбинированный характер? - пробормотала под нос Панова. - Значит, "свиной грипп"... и еще что-то?

- В этом месте давай остановимся, - твердо сказал Губарев. - Это здорово, что ты сохранила ампулу. У спецов есть теперь возможность исследовать данный препарат. И путем "от обратно" сделать кое-какие важные заключения. Но на эту тему больше - ни слова!

- Хорошо, я поняла.

- Без обид, Марина. Ладно?

Панова вымученно улыбнулась.

- Да какие там обиды! Ты, Андрей, очень вовремя появился. Похоже, что за этой самой ампулой охотились какие-то люди... Причем, они, как я поняла, или сами из органов, или имеют по этой части какие-то связи и возможности.

- Вот об этом, дорогая Марина, мы сейчас и поговорим. Я, собственно, и приехал с двойной целью: повидать тебя, рассказать кое-какие новости, но еще и порасспросить!

- Что именно тебя интересует, Андрей?

- Все, что связано с этой историей и ампулой. Расскажи мне, как она - ампула - к тебе попала. Что сказал Алексей, когда давал тебе ее. Что он говорил, когда ему позвонили ночью - он ведь был у тебя на Еловой... Про Игоря Завального и Людмилу Шварц... Ну и про тех, кого ты видела возле своего офиса, возле дома, из верхнего этажа которого "выбросилась" твоя знакомая и потом возле дачи в Чкаловске....

Андрей приоткрыл дверь.

- Витя, сооруди нам кофе, - сказал он караулившему в коридоре сотруднику. - Ребята могут подкрепиться и перекурить! Скажи шоферу и


- 210 -


нашим, что выезжаем через... через сорок минут!


Губарев уже заканчивал расспрашивать Панову, когда в комнату без стука вошел его сотрудник.

- Командир, Москва на проводе!

- Что-то срочное?

- Да!

Андрей взял руку Марины в свои большие ладони.

- Все будет хорошо... верь мне!

Он вышел в коридор, затем прошел через открытую дверь в помещение, расположенное напротив. Сотрудник передал ему трубку спутникового телефона.

- Командир... "Юпитер" на проводе!

Губарев подобрался; хотя он и не последений винтик в конторе, да и подразделение, заместителем командира которого он является, на особом счету, все же не каждый день приходится общаться с самим главой Службы...

- "Адонис" у аппарата.

- "Адонис", это "Юпитер"! Как вы меня слышите?

- Хорошо слышу!

- "Адонис", появились новые данные! Сейчас... одиннадцать тридцать две по московскому?! У вас на час меньше?!

- Так точно!

- Немедленно отправляйтесь на встречу с "Гефестом" - необходимо сформировать сводную оперативную группу! Инструкции получите непосредственно от "Гефеста". А также - по телефону - от вашего начальника! В час пополудни по местному - жду доклада от вас!

"Гефест" - это Бекетов, начальник облуправления ФСКН. Вместе с Губаревым в облцентр самой западной российской губернии прилетели - обычным рейсовым самолетом - еще трое сотрудников. Андрей уже встречался с Бекетовым; это было вчера, ранним утром, после акции в поселке Чкаловск. А до этого он дважды, в присутствии своего непосредственного начальника - главы оперативного-боевого департамента Службы - звонил Бекетову и согласовывал свои действия в связи с приездом его спешно сформированной группы в Янтарный край...

- Будет исполнено, "Юпитер"!

- И еще! Сейчас рассматривается и согласовывается план чревычайных действий! Ориентировочное начало мероприятий по планам "Заслон" и "Атипичная угроза" - сегодня, двадцать два ноль ноль! Повторяю, начало спецоперации намечено на десять вечера текущих суток!

Губарев облизнул пересохшие губы. События развиваются настолько


- 211 -


стремительно, настолько непредсказуемо и драматично, что у него даже дух захватило...

План мероприятий "Заслон" подразумевает собой координированные действия сразу всех федеральных и местных силовых структур на случай возникновения масштабной угрозы. Такой, как техногенная катастрофа с многочисленными жертвами. Или маштабные теракты. Или даже боестолкновения и массовые беспорядки в крупных населенных пунктах. Также он может быть введен в случае угрозы возникновения массовых эпидемий и прочих "атипичных" угроз, требующих напряжения сил всего государства. Требующих проведения масштабных, жестких - даже жестоких - и очень быстрых по времени мероприятий...

- Вот что, сынок... - послышалось в трубке после небольшой паузы. - Сейчас еще есть возможность блокировать угрозу! У меня есть основания так говорить - подробности поступают буквально в каждую минуту! Ты и твои сотрудники... вы будете на самом острие! И от вас, именно от вас - говорю без всякого преувеличения! - будут зависеть жизни очень большого количества людей!..


+ + +


- 212 -


Г Л А В А 22


Во вторник, в четверть десятого утра, на платной стоянке возле пассажирского терминала аэропорта "Домодедово" припарковался Lexus GX 470.

Из темно-синего джипа выбрались трое мужчин: шофер, он же охранник, и двое сотрудников холдинга ""InWestFarmacom LTD" - группа компаний, обьединенных под этой вывеской, входит в топ крупнейших российских фармацевтических компаний. "Лексус" закреплен за исполнительным директором "балтийской" дочки компании - а именно, "InWestFarmacom Baltic LTD" - Игорем Малиновским. Ему тридцать пять; внешность и попадки вполне типичны для московского манагера среднего звена. Коллега, занимающий пост главы департамента в той же компании, чуть моложе - года на три. Именно ему, Роману Легостаеву, - так зовут этого худощавого брюнета - предстоит сегодня вылететь в служебную командировку в самый западный регион России. Ну а господин Малиновский, как и было ему сказано "координатором" во время их вчерашней инструктивной беседы, отправился лично проводить коллегу в аэропорт...

Водитель достал из багажника кейс и дорожную сумку от Louis Vuitton. Посмотрев на шефа, у которого был до крайности измученный вид, - Малиновский сам признался, что чуствует себя "неважнецки", но все равно отправился в аэропорт - поинтересовался:

- Игорь Михайлович, мне проводить вас в бизнес-зал?

- Нет. Оставайся здесь и жди моего возвращения.

Брюнет, одетый в легкий летний костюм светлых тонов, повесил сумку на плечо. Малиновский взял его кейс. Пройдя через раздвижные двери, они направились в зал ожидания и регистрации бизнес-класса.

На табло уже высветилась надпись о регистрации пассажиров на авиарейс КД995 Москва - Калининград (Домодедово - Храброво). До ее завершения оставалось около получаса. Легостаев, подойдя к стойке, передал сотруднице авиакомпании свой билет и паспорт. Сумку оформил в багаж, оставив при себе лишь кейс. Через пару минут все формальности были соблюдены. Но Легостаев не спешил проходить во внутреннюю зону VIP-зала. А его коллега не торопился с ним распрощаться.

Они прошли в туалетную комнату. Малиновский чувствовал себя паршиво: тошнило, кружилась голова, отчего-то болела грудь... Он подошел к раковине, выпустил холодную воду. Ополоснул пылающее лицо; взял бумажное полотенце, кое-как вытер влагу...

- Что, паршиво, Игорек? - участливо произнес Легостаев.

- Не то слово...

Малиновский залез в карман пиджака. Вытащив оттуда упаковку


- 213 -


"транков", сунул в рот капсулу... Запил водой прямо из-под крана.

Легостаев неодобрительно покивал головой

- Вот это ты зря!

- Зараза к заразе не пристает.

- Да я не о том! Зря ты, Игорь, колеса жрешь! А еще, я видел, ты в машине закинул в себя пару таблеток "аспирина" и еще какую-то хрень!

- Мне б сейчас цианида... - Малиновский вымученно усмехнулся. - Чтоб разом покончить со всем этим! Шучу... шучу.

- Я вижу, ты в миноре? Позволь спросить...

- Ну?

- Ты вчера, как я понял, вечером неслабо так принял на грудь? Алкоголь... или еще что-то употребил?

- Не твое дело, Рома! Ты мне не отец... И ты не мой босс, чтоб тут нотации читать!

- Ты меня неправильно понял. Я же с полным сочувствием!

- Ну тогда... тогда отъ...сь! Делай свое дело, понятно?!

Брюнет осмотрелся - нет ли еще кого в туалетной комнате зала бизнес-класса. Понизив голос, сказал:

- Это у тебя, верно, после прививки! Мне когда эту хрень вкололи... я дня три или четыре ходил, как зачумленный! Температура... рвота... грудь болела, как будто у меня приступ стенокардии! И вот только к выходным стал чувствовать себя уже вполне нормально...

Малиновский, лицо которого было влажным и нездоровым, посмотрел на наручные часы.

- Ладно, Рома, хватит болтать! Скоро уже посадку обьявят. Значит, так...

Он достал из кармана блокнот и шариковую ручку "Паркер". Начертал несколько букв и цифр, после чего показал запись коллеге.

- Роман, транспорты уже выехали! Выгрузка на транзитном складе! Ориентировочно, сегодня между восемью вечера и полуночью! В аэропорту Храброво тебя встретят наши! Вчером, после шести, вас отвезут на обьект! Повезут местные... это какой-то новый склад! "Координатор" сказал, что старший из "чоповцев" будет в курсе, они обеспечат прием и разгрузку! Ты лично проконтролируешь выгрузку препарата! Всего там должно быть двести доз! По сотне в каждом транспорте! Запомни адрес, в котором тебя будут ждать люди! После поездки на склад передашь этим двум половину доз. Оставшееся наши передадут другому человеку, это тебя не касается!

Где именно будет спрятан препарат и в каких он упаковках, я сказал тебе ранее. По этой теме есть вопросы?

- Нет. Адрес запомнил. Все сделаем. Не в первой...

- Вот и хорошо! До утра "посылки" должны быть доставлены по назначению! Потом отправляйтесь в наш гостевой дом! И ждите там ЦУ!..

- А ты, Игорь, - Легостаев пытливо посмотрел на коллегу, - разве не


- 214 -


прилетишь... туда... завтра?

- Дадут команду - прилечу. Но, думаю, ты и сам с этой задачей справишься. Ты все запомнил?

Малиновский вырвал из блокнота листок с записями, а также и еще несколько листков, на которых могли остаться оттиски от шариковой ручки. Порвал их в мелкие клочья, бросил в унитаз и спустил воду.

Они вышли из туалетной комнаты.

- Я постою тут еще пару минут, пока ты не пройдешь в зону вылета, - сказал Малиновский. - Ну, Рома... ни пуха, ни пера!

Коллега, криво усмехнувшись, промолчал.


Примерно за час до приезда двух менеджеров "Фармакома" в Домодедово, в одном из зданий Совбеза РФ на Старой площади, в подземном помещении "малого" Ситуационного центра началось служебное совещание.

Вернее сказать, совещания на уровне экспертов и ряда высокопоставленных сотрудников ФСКН, ФСБ, СЭС и МЧС по теме, которой дали кодовое название "Атипичная угроза", шли всю ночь с понедельника на вторник. Каждый, кто участвовал в подобных совещаниях или обсуждениях, был строжайше предупрежден о "неразглашении", о необходимости соблюдать полную секретность. Чтобы не допустить утечки информации, нескольких специалистов из числа вирусологов и разработчиков бактериологического оружия - боевых штаммов - вывезли поздним вечером на закрытый объект в Балашихинском районе. Там был организован еще один "мозговой штурм", там, можно сказать, начал функционировать временный филиал Антикризисного центра РФ...

На совещание, о котором идет речь, собрались спецслужбисты уровня первых заместителей глав своих ведомств. А именно - ФСБ, МВД, Минобороны, МЧС, ФСКН... Присутствовали также представитель главного санитарного врача РФ и куратор от Администрации президента.

Короткий доклад - он занял около десяти минут - сделал первый зам Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков. Заканчивая свое выступление, он сказал:

- Вся эта тревожная и противоречивая информация, которую я сообщил в обобщенном виде, стала известная буквально в последние два-три дня! Должен сказать, что в поле интереса Службы деятельность руководства некоторых департаментов и подразделений холдинга "ВестИнФармаком", являющегося одним из крупнейших импортеров лекарственных препаратов и медицинского оборудования, находится уже не один месяц...

- Тогда почему не пресекли? - бросил реплику представитель Администрации президента. - Где уголовные дела?

- Заводили дела... но... - генерал полиции развел руками. - У этой


- 215 -


структуры очень мощное лобби! Любая наша попытка просветить холдинг наталкивалась на мощнейшее противодействие! Были сняты с должностей или переведены на другое место службы несколько наших сотрудников! А трое, включая начальника оперативного департамента, оказались под следствием! Главы двух областных управлений, пытавшиеся прикрыть транзитный коридор через порты Калининграда, Санкт-Петербурга и другие балтийские порты, были - под сильнейшим нажимом - убраны со своих должностей...

- Прокуратура? Таможня? Пограничники, наконец?!

- "Фармакомовским" удалось либо подкупить рад сотрудников этих ведомств, либо проводить свои операции по таким схемам, когда поймать их за руку - крайне сложно.

- А откуда стало вообще известно об этом... об этой "атипичной угрозе"?

- Отчасти благодаря прослушке, которую мы - совместно с коллегами из ФСБ - осуществляем в рамках вновь открытого дела по некоторым эпизодам - зафиксированным! - ввоза "дочками" этого холдинга несертифицированных или некачественных препаратов из-за рубежа. Отчасти благодаря случайности... Неделю назад примерно в Калининграде был задержан сотрудник нашей Службы. Ему инкриминировалось двойное убийство...

- Хорошенькое дело?! - хмыкнул куратор. - Еще один киллер в погонах?

- Нет, это дело целиком сфальсифицировано. Этот сотрудник, возможно, сам того не до конца понимая, копнул там на месте... Слишком глубоко копнул! В его распоряжении оказалась ампула с неким препаратом...

- Тот самый препарат, из-за которого мы здесь собрались?

- Не совсем так, - сказал генерал полиции. - Препарат, который попал сначала к некоему драгдилеру Синицину, затем - через капитана полиции Костина, которого обвиняют в убийстве и держат в заключении в СИЗО - к его девушке, а от нее уже к нам, является антивирусным препаратом нового поколения. Как и всякая вакцина, этот препарат, пусть даже он не сертифицирован и не содержится в отечественном и зарубежных реестрах, не представляет из себя опасности...

- А что тогда предствляет из себя угрозу?

- Штамм... Иначе говоря - вирус или инфекционная болезнь. Для профилактики, для предотвращения заболевания которой... с большой... очень большой долей вероятности смертельного исхода... и создана эта неизвестная нашим ученым-вирусологам, но вполне "читаемая", комбинированная вакцина.


В аэропорту "Домодедово" обьявили посадку на рейс КД995 Москва - Калининград. Малиновский - через прозрачную стеклянную стену - видел,


- 216 -


как его коллега, пройдя через арочный металлодетектор, - кейс просветили на установке X-ray - последним из пассажиров прошел в "стерильную зону"... Все... скрылся из виду.

Малиновский судорожно вздохнул. Не хотел бы он сейчас быть на месте Романа. Не хотел бы он лететь на борту "Boeing 737"... прямиком в преисподнюю, двери которой вот-вот могут распахнуться. Неужели Рома не понимает, куда все катится?! Вроде бы не глупый малый... С другой стороны, а что он, собственно, должен "понимать"? Есть только догадки. Есть интуиция... А шестое чувство у разных людей и развито по-разному.

Впрочем, ему, Игорю Малиновскому, и на своем-то месте было паршиво. Вчера чуть не прокололся перед женой, чуть не сболтнул лишнего. А может и сболтнул... Это как посмотреть.

Малиновский уже хотел было отправиться на выход из терминала, чтобы пройти к машине, где его ожидает личный шофер. Но у него после вчерашнего был такой сушняк, что даже губы потрескались, как у бредущего через безводную пустыню путника.

Он подошел к стойке небольшого бара.

- Бутылку минеральной воды без газа. Только - холодной!

Девушка хотела налить ему из пластиковой емкости воды "Эванс", но он сам взял бутылку и сам налил себе в стакан.

С жадностью выпил.

Вчера он, надо сказать, сильно перепил. Как говорят разведчики, был "на грани провала"... После инструктивной беседы с "куратором", - один из директоров холдинга, бывающий в Москве наездом, проживающий большей частью в Будапеште - которая завершилась около восьми вечера в их головном офисе, Малиновский отправился в свой загородный дом. Когда водитель привез его в коттеджный поселок близ Апрелевки, Малиновский, устроившийся на заднем сидении "лексуса", успел опустошить обе походные "фляжки" емкостью по двести пятьдесят милилитров, заряженные первоклассным "молтом" - Whisky Grand Macnish Pure Old...

Когда он вошел в дом, Лариса в компании с няней укладывали четырехлетнего отпрыска Максима в постель. Малиновский с трудом дождался момента, когда она вернулась из детской - ему край как нужно было поговорить с женой. По ходу выпил еще пару "дринков"... Что удивительно: пил много, но не пьянел. А не пьянел потому, что было страшно... До жути страшно.

Ну и вот: когда Лариса наконец соизволила выйти к нему, он обьявил: "Завтра вы с Максимом улетаете в Прагу! Билеты для вас я уже заказал. Оттуда - через сутки примерно - вылетите в Лондон! И там будете ждать моего приезда..."

Жена, естественно, взвилась! Попыталась устроить скандал. Напомнила, что у ее отца, тестя Малиновского, в прошлом высокопоставленного "белодомовского" чиновника, через три дня - юбилей (ему исполняется

- 217 -


шестьдесят). И что она, а также ее сын, не говоря уже о самом Игоре, просто таки обязаны присутствовать на этих торжественных юбилейных мероприятиях...

Малиновскому понадобились почти два часа времени и все его личное обаяние, - а Лариса вышла за него по большой любви - чтобы уговорить супругу не поднимать кипиш, не звонить папочке с жалобами на мужа, а сделать именно так, как он требует. В ее же интересах, в интересах сына и всей их семьи.

Похоже, он сильно напугал Ларису, когда приводил ей доводы в пользу принятого им решения...

"Ты мне все это говоришь, потому что - выпил? - спросила Лариса. - А вот те иньекции вакцины, которые нам сделали с Максимом, когда приезжал ваш человек... это разве не от "свиного гриппа"?

"Свиной грипп - это мелочь, это просто... легкий насморк! - ответил ей тогда Малиновский. - Не спрашивай меня, откуда я знаю... И что именно я знаю!"

"Что-нибудь опасное, Игорь? Теракты? Война? Эпидемия?..."

"Я сам только сегодня начал врубаться, куда все катится и что может произойти уже в ближайшие день или два! Надо валить отсюда, Лариса! Вы с Максимом, как я уже сказал, отправляетесь завтра же... Полетите предпоследним рейсом на Прагу - в восемь вечера!"

"А ты?"

"Надеюсь, что успею вырваться... Я подьеду позже, встретимся уже в Лондоне. Так что собирай чемоданы, дорогая! О том, что слышала от меня, никому ни слова! Особенно, родителям! И еще. Провожать вас с Максимом я не приеду - в аэропорт вас отвезет наш шофер!.."

...Малиновский, в душе которого поселился страх, в чем-то был прав. Он, сам не зная того, уже около месяца находился под колпаком у спецслужб. Разговоры одного из руководителей "дочки" фармацевтического холдинга прослушивались с санкции суда. А его собственный дом близ Апрелевки - после визита двух сотрудников газораспределительных сетей в минувшую пятницу - был напичкан "жучками"...


За несколько минут до того, как Малиновский попрощался с коллегой, отправляющимся в служебную командировку в самую западную область страны, на паркинге близ терминала случилось небольшое ЧП.

Водитель темного-синего "лексуса", коротавший время за чтением журнала, который он прихватил с собой, почувствовал сильный толчок... А следом послышался и какой-то хруст.

Надо быть конченным мудаком или дауном, чтобы - на полупустой стоянке! - въехать в корму стоящей на размеченной стоянке тачки...


- 218 -


Он выбрался наружу. Да, так и есть: микроавтобус "газель" с символикой какой-то долбанной авиакомпании врезался - сзади и чуть правее - в корму джипа. Удар отчасти смягчила "запаска". Но повреждены "стоп-сигнал" и верхний правый пакет; помят спойлер, в одном месте видна полуметровой длины царапина...

Водитель "лексуса" танком попер на мужика в синей униформе, который одновременно с ним выбрался из-за руля своей долбанной мотолыги.

- Твою мать!! Ты где взял права, урод!!! - он принялся трясти - схватив за грудки - молодого парня в комбезе, которому с виду лет двадцать пять. - Ты посмотри, мудак, что ты натворил!! Ты слепой, да?! А теперь прикинь, урод, на к а к и е деньги ты сейчас вот попал?!!

Откуда-то - словно из-под земли - нарисовались двое ментов.

- Старший лейтенант Сазонов, транспортная милиция, линейное УВД "Домодедово"! - Плотный, коренастый сотрудник милиции лихо козырнул. - Так, граждане!.. Без насилия! А то протокол составим!

Водитель "лексуса" с неохотой выпустил из рук жертву - парня в униформе.

- Он сам в меня вьехал! - выкрикнул тот. - Сдал задом... А я стоял с заглушенным движком!

- Что-о?!! - у водителя "лексуса" даже глаза на лоб полезли от такой наглости. - Ну все... киздец тебе, урод! Да твоим задом теперь будет половина зоны в каком-нибудь Мухосранске пользоваться! Ты, чмо, не представляешь, во что ты упоролся!! И с кем ты имеешь дело!!!

- Да пошел ты... козел! - парень в униформе попытался кинуться на своего обидчика с кулаками. - Сам ты... мудак слепошарый!!

Между ними тут же вклинился милиционер.

- Давайте все же без насилия, граждане! И без этих вот... ругательных и оскорбительных выражений!

- Но вы-то все видели?! - водитель "фармакомовского" авто уставился на старшего по званию мента. - Ты видел, командир? Прикинь... каков наглец?!

Милиционеры переглянулись.

- Надо вызывать по факту "дорожно-транспортного" сотрудников ГИБДД, - сказал старший лейтенант. - Пусть составят протокол.

- Да некогда мне! - фыркнул водитель "лексуса". - Сейчас шеф выйдет... Мне его в офис надо везти! А этого... - он кивнул на "борзого" парня в униформе. - Дайте-ка мне записать его паспортные данные! И еще название фирмы, где он работает! С ними потом разберутся. И стребуют по полной программе!

- Нет, все же вызовем "гаишников", - неожиданно строго и как-то суховато сказал старший лейтенант милиции Сазонов. - Потому что... для "упрощенки" этот случай - сложный!

- Да ясно же, как летний день! - сказал водитель "лексуса". - Он в меня


- 219 -


впилился! Тупо!! В корму вьехал! Уснул, наверное. Ну и мудак.

- И протокол о правонарушении составим! Вон, у гражданина, - "Сазонов" кивнул на парня в униформе, у которого вдруг закровенил нос, - налицо следы телесных повреждений...


Малиновский выпил подряд два стакана холодной, сводящей зубы минеральной воды. Вытер губы носовым платком. Затем промокнул выступившую на больном - с оттенком желтизны - лице испарину.

Пора возвращаться в машину. В полдень он должен быть в офисе. Вон оно как все сложилось: он даже не сможет поехать в аэропорт, чтобы проводить своих близких...

Он вышел из зала бизнес-класса, на ходу набирая номер мобильного Ларисы. Решил позвонитьсупруге и спросить, все ли в порядке, собрала ли в дорогу вещи.

В этот момоент кто-то сильно толкнул его в плечо...

- Эй, полегче! - буркнул Игорь проходившему мимо мужчине. - Смотри, куда прешь!

Спустя пару мгновений он остановился, как вкопанный: только что в его правой руке была "верта"... А теперь ее - нет!

- Держи вора! - крикнул кто-то от входа. - Он телефон выхватил!! Не дайте ему убежать! Милиция!!!

Малиновский увидел, как двое людей в милицейской форме схватили за руки какого-то парня в коричневатой куртке. Этот тип, кажется, толкнул его отнюдь не случайно?! Выхватил, гад, дорогой телефон и попытался скрыться под шумок... Ан не вышло!

К Игорю - через зал - направились двое милиционеров и какой-то мужчина в штатском.

Один из сторудников представился. Потом спросил, глядя на Малиновского:

- Это у вас, гражданин, только что украли мобильный телефон?

- Да... у меня.

- Пройдемте в служебное помещение! Надо составить протокол!

Малиновский отрицательно покачал головой.

- То что поймали... хорошо! Но у меня совершенно нет времени на эти вот разбирательства! Если вас не затруднит... верните мне мою "верту"! А сами уже разбирайтесь с этим негодяем.

- Закон есть закон! - строго сказал сотрудник. - Это займет всего две или три минуты! Здесь рядом все! Вот дверь... нам сюда!


Малиновский и сам толком не понял, какого лешего он согласился на


- 220 -


требование местных ментов "оформить" этого мелокого воришку...

- Только побыстрей, пожалуйста! - сказал он, когда эти трое ввели его в какое-то помещение, где из мебели имеются лишь стол и два стула. - У меня совершенно нет времени!

Двое "ряженых" взяли Малиновского под руки и жестко усадили его на стул. На руках Игоря вдруг защелкнулись наручники.

- Эй, эй!.. Что тут происходит?! Вы что, с ума сошли!

Мужчина в штатском, которому с виду под сорок, чуть передвинул другой стул и уселся напротив задержанного.

- У нас тоже мало времени, Малиновский!

- Что... Не понял?! Что вы имеете в виду!

- Есть два сценария дальнейших событий - выбор за вами!

- Какие еще сценарии?! Что за ерунда?! По какому праву...

Мужчина в штатском посмотрел на него своими прозрачными серыми глазами.

- Рот закрой! И слушай...У вас есть двадцать минут, Малиновский! Сценарий первый. Мы договариваемся с вами! И тогда вы в темпе - пока ваш водитель занят своими проблемами на паркинге - отвечаете на наши вопросы и соглашаетесь на сотрудничество под нашим контролем!

Лицо Малиновского сначала стал красным, даже багровым... А затем кровь отхлынула и он стал быстро бледнеть.

- В этом случае мы дадим вам вот эту капсулу, - мужчина разжал правый кулак и продемонстрировал двухцветную - оранжево-коричневую - капсулу. - Вам ведь не оперировали аппендицит?

- Аппендицит? Что?... А-а... нет.

- Когда вы примете этот препарат, - а вы это сделаете в случае благоприятного для вас исхода нашей беседы - то уже спустя несколько минут почувствуете резь и сильные боли в животе... в низу живота! Предупреждаю сразу: боли будут реально очень сильными и резкими!

- Но...

- Повторяю, симптомы будут те же, что и при сильном приступе аппендицита! Вы еще не успеете даже выехать из паркинга возле аэропорта, когда вас скрутит так, что не будет мочи терпеть!

- Но почему... за что? И кто вы такие?!

- Органы, мать твою! - гаркнул "штатский". - Мы прослушиваем вас, "фармакомовцев"! Вы у нас под "колпаком"! И если ты, Малиновский, будешь тут хвостом крутить и изображать из себя целку, то получишь вот эту капсулу!

Спецслужбист, разжав кулак левой руки, продемонстрировал ему капсулу черного цвета.

- И тогда ты умрешь от инсульта! От кровоизлияния в мозг! И из этого вот кабинета тебя повезут уже не в больницу - где ты мог бы под нашим


- 221 -


контролем пробыть ближайшие два или три дня - а прямиком в морг!

Спецслужист поднялся со стула и подошел к поникшему, находящемуся в полуобморочном состоянии сотруднику фармацевтического холдинга.

- И учти! Толку от твоего молчания будет ноль! Если ты не согласишься сотрудничать с нами, то наверняка согласится твой коллега Легостаев! Которого, если ты решишь героически умереть за долбанный коммерческий интерес, за бабло и по причине собственной глупости, мы вынуждены будем "принять" по прилету в Храброво! И вести дальнейшие переговоры по теме уже с ним! Или с теми двумя, которых вы отправили в Янтарный край еще вчера - они у нас тоже на прицеле!

Сказав это, старший еще раз продемонстрировал обе капсулы, оранжево-коричневую и черную.

- Выбор прост. Либо живи сам и дай шанс другим. Либо - сдохни как собака.


+ + +


- 222 -


Г Л А В А 23


После визита в СИЗО главы УФСКН Бекетова прошло около полутора суток. Подследственного Костина за все это время ни разу не вызвали на допрос. Из камеры "улучшенной планировки", куда его перевели из каменного мешка, где он провел почти неделю, его выводили несколько раз. На осмотр к медику (это был другой врач, не тот, что осматривал его в первые дни заключения под стражу), на прогулку во внутренний дворик и в санитарный блок, где он наконец смог принять душ...

Тогда же, сразу после странного свидания с генералом, в четырехместную "еврокамеру" с телевизором, приставкой для видеоигр, CD-проигрывателем и холодильником, - прежних сидельцев куда-то временно переместили - принесли сумку и два пакета. В сумке обнаружились спортивный костюм, два комплекта нижнего белья, две пары носков и тапочки. А также три полотенца, банное и два размерами поменьше, и предметы личной гигиены. Пакеты были нагружены провизией и напитками. Круг копченой колбасы, ветчина, сыр, баночка икры, две упаковки с нарезанным хлебом, белым и черным, сливочное масло. А еще несколько плиток шоколада, маринованные огурцы, персики, гранат, дыня, четыре упаковки мультивитаминного сока...

Выполняя просьбу - вернее, приказ - генерала Бекетова, Костин прекратил голодовку. Песню про бедового "королевского стрелка" он тоже не заводил, и более не метался по камере, как тигр в клетке. Его по-прежнему держали взаперти. Он по-прежнему не свободен, обвинение не снято, дело не закрыто. Из коридора, как и прежде, доносятся звуки шагов и реплики вертухаев. Через узкое, как бойница, окно виден лишь клочок блеклого прибалтийского неба.

Но ситуация теперь уже не казалась подследственному Костину, обвиняемому в убийстве двух граждан, такой уж беспросветной, безнадежной, как в первые часы и первые дни после его задержания.


Из коридора донеслись звуки шагов. Загремела связка ключей; дверь ПКТ распахнулась. В камеру вошел прапорщик внутренней службы. Еще двое сотрудников ФСИН - эти были незнакомы Костину с виду - остались стоять снаружи, в коридоре.

Костин сидел на "шконке" - ближней к окну. Прапорщик вместо того, чтобы поднять сидельца, вместо того, чтобы показать - одним из доступных способов - кто в казенном доме хозяин, вежливым, обесцвеченным нейтрально-служебными интонациями голосом произнес:


- 223 -


- Гражданин Костин, вам тут комплект одежды принесли! Переодевайтесь!

И поторопитесь: внизу товарищи ждут!


Гражданина Литвы Нестерова, взятого под стражу прямо в гостиничном номере, после составления протокола о задержании поместили в камеру предварительного заключения одного из райотделов милиции.

В одиннадцать за ним приехал транспорт. Еще спустя тридцать минут Стаса Нестерова уже оформляли в спецчасти областного следственного изолятора.

Процедура оформления заняла десять минут. Двое сотрудников СИЗО сопроводили задержанного в административное крыло изолятора, в блок, где находятся следственные кабинеты. Запястья Стаса по-прежнему окольцованы наручниками. До настоящего времени обвинение ему так и не предъявили. Если, конечно, не считать того заявления - в устной форме - что сделал старший следователь Шаврей в номере отеля "Калининград".

Стас еще в гостинице, когда на него надели браслеты, потребовал, чтобы о случившемся проинформировали консула Литвы в Калининграде и области. Затем он повторил это требование в ОВД. Его заверили, что это будет сделано. Но его встреча с консулом - кстати, вряд ли тот извещен о секретной миссии Стаса - пока что не состоялась.

Нестерова ввели в казенное помещение. В кабинете с зарешеченным окном его ожидали двое мужчин, одетых по форме. Оба - в звании подполковник юстиции. Одного из них Нестеров сразу признал: старший следователь Шаврей, знакомый ему по задержанию и обыску в отеле. Другой, невысокий лысеющий субъект с холодными глазами иезуита, представился сам:

- Старший следователь по особо важным делам подполковник юстиции Михеев Федор Николаевич! Я являюсь руководителем оперативно-следственной группы, расследующей ряд преступлений, совершенных на территории нашей области... и за ее пределами. С моим коллегой вы, господин Нестеров, как я понимаю, уже знакомы?

Стас, которого сотрудник СИЗО подтолкнул в спину, сделал пару шагов к столу. Шаврей стоял, скрестив руки на груди, у зарешеченного окна. "Иезуит", поднявшись из кресла, уселся на край стола.

- Прикажете снять наручники? - поинтересовался сотрудник СИЗО.

- Мы сами тут разберемся. - Михеев кивком указал на дверь. - Ну-с, гражданин Нестеров, - продолжил "важняк" уже после того, как закрылась дверь за сотрудником изолятора, - что скажете? Вы не стойте... присаживайтесь! Может быть, сделаете признательное? Тем самым вы сильно облечите себе жизнь.

- О чем идет речь, я не понял? - сухо поинтересовался Стас. - Меня уже


- 224 -


восемь часов держат в наручниках и под стражей! А никакого обвинения - в установленном законами вашего государства порядке - мне так и не было предьявлено!

- Э... вон как он заговорил! - Шаврей криво усмехнулся. - Нестеров, здесь вам не в "европах"! Хватит валять дурака! Вы человек бывалый, опытный! Выкладывайте-ка все начистоту... Это в ваших же интересах!

- Господин Нестеров, вы задержаны с санкции суда, - подал реплику Михеев. - Пока что - на десять суток. Если уж вы такой знаток российского законодательства, то должны знать, что у следственных органов есть в запасе эти самые десять суток! Для того, чтобы предъявить вам обвинение в совершении того или иного преступления в рамках расследуемого уголовного дела! У нас уже сейчас имеется достаточно улик и свидетельских показаний, чтобы - как минимум - предьявить вам обвинение по двум статьям УК! По "сто пятой", а также и по "двести десятой"! Да, да, не удивляйтесь: помимо соучаствия в убийстве двух и более лиц вам также будет предьявлено обвинение в организации преступного сообщества!

- Международного преступного сообщества! - уточнил Михеев. - А именно, преступной организации, члены которой действуют на территории стран Балтии и Российской Федерации!

- Не понимаю, о чем вы. Чушь какая-то.

- Нестеров, вы ведь были хорошо знакомы с Игорем Завальным? - вновь взял на себя инициативу Шаврей. - С вашим коллегой по бизнесу, владельцем частного детективного агентства, бывшим сотрудником правохранительных органов? Вы ведь много раз встречались с ним, не так ли.

- Я буду разговаривать лишь в присутствии литовского консула.

- Консульский отдел извещен. Самого консула, как нам сказали, сейчас нет в городе. Он в Вильнюсе и приедет только вечером. Вы совершили уголовное преступление. Мы имеем право вести дознание в отсутствие посольских или консульских работников!.. Повторяю вопрос: какие у вас были общие дела с Завальным? А также с его гражданской женой Людмилой Шварц?

- Я не стану отвечать на ваши вопросы.

Михеев неодобрительно покачал головой.

- Глупо, Нестеров, отрицать очевидные факты... Ладно, начнем, как говорится, ab ovo! Какова цель вашего приезда в Калининград?

- Я указал во вьездной анкете.

- Еще раз скажите.

- У меня - многоразовая виза. В вашем городе я бываю иногда по делам бизнеса, иногда с целью туризма и развлечения, скажем так.

Шаврей выдавил из себя мрачный смешок.

- Развлечения, говорите? А знаете ли вы, что многих, с кем вы "развлекались", уже нет в живых?

- Знает, конечно, - сказал Михеев. - Он в этой банде один из лидеров. Не


- 225 -


так ли, Нестеров? Вы ведь знаете, кто именно заказал Завального?! И кто в

тот же день "попросил" его гражданскую жену выброситься с балкона девятого этажа?!

- Ерунда какая-то. Вы меня с кем-то перепутали, граждане начальники.

- Завального взорвали в Паланге неделю назад! Буквально - именно в буквальном смысле - у вас на глазах! Что, Нестеров, вы и э т о т факт будете отрицать?! Почему молчите?

- Жду приезда консула. Либо лица, заменяющего его.

- Напрасно... - кривя губы в недоброй ухмылке, сказал Шаврей. - Мы о вас знаем если и не все, то очень многое! Повторяю вопрос: что за бизнес вас связывает - или связывал - с Завальным и некоторыми другими гражданами, проживающими в нашей области? А также отдельными товарищами из Москвы?

- Не понимаю, о ком это вы.

- Раскажите нам о ваших связях с гражданином Ивановым Евгением, главой одного из небезызвестных столичных ЧОПов!

- Спросите у самого Иванова.

- Спросим, не сомневайтесь!.. Кстати. Вас ведь на днях задерживала ваша собственная "госбезопасность", не так ли? Спустя всего несколько часов после взрыва на вилле "Рокос-четыре"... Что скажете на эту тему? Вы не молчите! Не надо тут изображать египетского сфинкса. Не стоит так загадочно молчать. Рассказывайте!

- Я не собираюсь комментировать ваши предположения.

- А почему вас выпустили? Что за задание вы получили от ваших спецслужб?

- Напрасно стараетесь. Я не буду отвечать на ваши вопросы.

- Нестеров, вы спецом выманили Завального в Палангу? Вы действовали по своей инициативе, идя на контакт с Завальным? Или ваша преступная группировка имеет кураторов в спецслужбах балтийских стран и иных западных государств?

- Не понимаю, о чем вы.

Шаврей, глядя уже не на задержанного, а на колллегу, сказал, как бы призывая Михеева в свидетели.

- Интересная получается картинка. Этот гражданин - он кивнул в сторону сидящего на стуле посередке кабинета мужчины, - созванивается с Завальным и едет на встречу с ним в Палангу...

- Взяв с собой для прикрытия некую даму по фамилии Мажоните, - Михеев решил тоже продемонстрирвать свою прекрасную осведомленность в происходящем. - Которая, кстати говоря, подрабатывает в его агентстве "Nesterov&Partners". А также имеет приемные часы в одной из юридических фирм в Вильнюсе...

- Завального - взрывают, - подхватил Шаврей. - Нашего "героя" тем же


- 226 -


вечером задерживают в Паланге сотрудники ДГБ. И его подругу - тоже!

- Да, верно... Их допрашивают на месте, затем под стражей отвозят в Вильнюс. Владельца вильнюсского частного детективного агентства

помещают в камеру Лукишеского изолятора... Я правильно воспроизвел канву недавних событий, Нестеров?

Стасу не оставалось ничего другого, как в пятый или десятый раз обронить:

- Не понимаю, о чем речь.

- И вот что любопытно, - продолжил Михеев. - Господина Нестерова, на глазах которого его приятель и деловой партнер Игорь Завальный вознесся в клубах огня и дыма на небо...

- Скорее, наоборот, отправился в преисподнюю... - подал реплику Шаврей.

- ...этого самого господина...

- К которому и у российской Фемиды накопилась масса вопросов, в том числе и по "палангскому" эпизоду...

- ... его в д р у г выпускают из тюрьмы! Не взяв с него даже подписку о невыезде! И он уже вскоре - это еще один крайне любопытный момент! - спокойно, без всяких проблем пересекает границу. И приезжает к нам, в город, где и без того уже порядком наследил! Каково?

- Беспримерная наглость, - резюмировал Михеев. - Нестеров, как вы обьясните эти вот "сказочные" мотивы в ваших действиях? Кто тот добрый дядя волшебник, что мановением палочки вытаскивает вас из жизненных передряг? Кто помогает вам - или направляет вас - по жизни?

"А они хорошо проинформированы, эти двое, - подумалось в этот момент Нестерову. - Очень даже неплохо разбираются в теме. Причем, в такой стремной теме, где простым прокурорским или ментовским следователям ловить просто нечего - не их это поляна, не их это бизнес..."


Михеев подошел к задержанному "литовцу". Который, вообще-то, по национальности - чистокровный русак (это тоже, кстати, интересный момент, над которым следует хорошенько подумать...)

- Нестеров, мы знаем о вас больше, чем вы можете себе представить, - сказал он. - Мы в курсе, что вы прибыли в наш город с какой-то миссией. Мы знаем, что вам звонил в гостиницу один из партнеров покойного Завального... Представьте себе, имеются распечатки ваших телефонных разговоров! Вам назначили встречу в одном из ресторанов. А спустя короткое время этого человека расстреливают киллеры!.. Вокруг вас гибнут люди! А вы изображете из себя простака, эдакого "незнайку"!

Стас по-прежнему молчал.

- Кто вас сюда послал, Нестеров? О чем вы собирались договариваться с гражданином Стерховым? С тем самым гражданином, который вам назначил


- 227 -


встречу в ресторане "У королевы Луизы"! И которого неизвестные расстреляли на паркинге возле этого заведения!

- И еще нам важно знать, - вновь вступил в разговор Шаврей, - кто вам звонил на трубку минувшей ночью?! Звонок был из Литвы?! Что это за человек? И почему он вам дал команду - "срочно уезжать"?! Давайте, выкладывайте, кто вам прозвонил на мобильный! Мы все равно узнаем правду!

В этот момент - стоило лишь упомянуть в разговоре сотовую связь - запиликал сотовый...

Михеев, сверившись с экранчиком, ответил на вызов. Звонил помощник областного прокурора Котова.

- Что... что ты сказал?? Как это - "забирают" от нас?! - раздраженно произнес в трубку "важняк". - Что это еще за новости?

Выслушав ответную реплику, он процедил:

- Что, уже "оформляют"? Так... Даже так... Что?.. И этого тоже? Сейчас я спущусь вниз!

Сунув трубку в карман, он посмотрел на Шаврея. Они отошли к зарешеченному окну. Перейдя на шепот, Михеев сказал:

- Плохие новости, Гена!

- Что стряслось?

- Дело этого... "королевского стрелка"... как ты знаешь, затребовали в "центр"!

- Ну и что? Ты же звонил вчера вечером... этим - "московским"?! Они сказали, что решат вопрос через свои возможности. Что блокируют все эти вот варианты!

- Значит, не смогли. За "стрелком" - приехали! Его собираются этапировать в центр! Уже оформляют документы в спецчасти. Котов, как я понимаю, не только в курсе, но и втихую - от нас - вел свою игру! Сейчас надо будет ехать в прокуратуру, собрать документы по данному уголовному делу и... И передать "московским товарищам"!

- Чё... прямо из Москвы приехали??

- Да. Прилетели. Двое из генпрокуратуры и пара сопровождающих из ФСИНа... И этого, - он кивнул в сторону Нестерова, - у нас тоже забирают! За ним приехали товарищи, сейчас они в "спецчасти"... Думаю, это "конторские" проснулись и решили подгрести под себя все эти дела! Так что, Гена... держи ушки на макушке!


Михеев, прихватив с собой портфель, спустился на первый этаж.

В коридоре, возле дверей "спецчасти", стояли двое незнакомых ему мужчин в штатском. Здесь же обнаружился коллега Михеева - старший помощник областного прокурора по надзору за соблюдением законов в


- 228 -


исправительных учреждениях. Он представил "важняку" двух приехавших из Москвы товарищей: это были сотрудники центрального аппарата Генпрокуратуры РФ. А Михеева, соответственно, представил им.

Не успели переброситься даже парой фраз, как открылась металлическая дверь. Из спецчасти в коридор вывели "королевского стрелка".

На запястьях наркополицейского по-прежнему красуются наручники. Сотрудник ФСИН - в форме, с кобурой на поясе - придерживает подследственного, которого приказано этапировать в Москву, под локоть. На

плече у Костина висит темно-синяя дорожная сумка с вещами.

"Стрелок", увидев знакомца из прокуратуры, вдруг остановился - в шаге от "важняка".

- Гражданин начальник? - на бледном, с запавшими скулами лице Костина появилась кривая усмещка. - Очень кстати... успею попрощаться.

Сотрудник ФСИН, не повышая голоса, скомандовал:

- Проходим! Двигай прямо! И без разговоров!!

- Хочу признательное сделать!

Все случилось в доли секунды.

- Вот тебе мое признание, сука!!

Костин шагнул к важняку и, "кивнув", головой ударил того в лицо...


Спустя пару минут после ухода Михеева в кабинете, где происходил допрос задержанного ночью в отеле "Калининград" литовского гражданина, зазвонил телефон внутренней связи. Старший следователь Шаврей, чуть побледнев, снял трубку и выслушал, что ему было сказано.

- Хорошо, - сказал он звонившему. - Я понял... прекращаем допрос.

Положив трубку, следователь нажал кнопку вызова.

- Отведите этого гражданина в спецчасть! - сказал Шаврей прапорщику внутренней службы. - За ним уже приехали...

Когда вертухай вывел "литовца" из следственного кабинета, Шаврей перекрестился.

Ему край как не хотелось влезать в эти игрища.

Санкцию на перевод Нестерова из СИЗО ?1 в другое место, с подачи прокурора города уже подписал судья Балтийского райсуда.

Вот так-то: что-то где-то решили в начальственных кабинетах, не ставя в известность непосредственных исполнителей вроде Михеева или Шаврея...

Скорее всего, это Котов, находящийся под прессом из-за истории со своим сынком-извращенцем, стал действовать по принципу: "и нашим и вашим".

А может, в движение пришли такие силы, против которых ни областные прокуроры, ни заместители главы Следственного комитета, ни генералы и сенаторы не могут ничего поделать.

Как бы то ни было, но с ФСБ шутки плохи - а за Нестеровым приехали


- 229 -


именно люди из Конторы.


"Важняк" схватился за голову... Покачнулся... Стал медленно оседать, судорожно хватаясь рукой за стену. Из разбитого носа хлынула кровь!..

Двое прибывших из Москвы сотрудников ФСИН жестко прихватили Костина. И повели - едва ли не силком потащили! - по коридору в сторону выхода, через который можно попасть во внутренний двор изолятора.

- Напрасно! - с досадой сказал один из них. - Больше никаких "фокусов", Костин!

Они подвели наркополицейского к крытому фургону, - микроавтобус марки "Фольксваген" - на бортах которого не было никаких надписей.

- Стоять! - скомандовал один из конвойных. - Лицом к машине!

Костин выполнил команду.

Хотя и был несколько удивлен - почему его не поместили сразу в "автозак"? Что это еще они придумали?


Стас Нестеров пробыл в спецчасти изолятора не более пяти минут.

За ним приехали трое мужчин в штатском. Один из них показал служебное удостоверение: майор госбезопасности Белов, Управление ФСБ по городу и области. Он спросил - уже в присутствии Стаса - у местного начальника режима: "почему на господина Нестерова надели наручники?" Тот ответил, что данного гражданина привезли в СИЗО менее часа назад. И что этот вопрос - про наручники - надо переадресовать сотрудникам оперативно-следственной группы, которые производили допрос в одном из помещений изолятора.

Браслеты, кстати, даже после этого обмена репликами - не сняли.

Стасу возвратили его вещи: дорожную сумку со всем ее вместимым, сигареты, зажигалку и портмоне. Не вернули лишь сотовый телефон Nokia 8800 Sirocco Dark. Трубку и подзарядку к ней, помещенные в пластиковый пакет, майор Белов положил в карман пиджака.

Нестеров отказался ставить подпись под бумагой, в которой были перечислены изьятые у него ранее вещи. Сотрудник спецчасти попытался было что-то сказать на ушко старшему из прибывших в СИЗО гэбистов. Но тот отрицательно покачал головой, добавив вслух:

- Это ваши проблемы. А нам пора ехать.


Стаса вывели во внутренний двор, часть которого использовалась как паркинг для служебного транспорта а также автомашин некоторых сотрудников.


- 230 -


- Нестеров, слушайте внимательно! - вполголоса произнес Белов. - Сейчас мы проведем вас мимо фургона... мы как раз к нему приближаемся.

Они действительно уже подходили к темно-серому фургону, возле которого стояли трое мужчин: двое в форме ФСИН и один - лицом к фургону - в штатском.

- Тот, что в наручниках! Посмотрите на него внимательно! Ничего не надо говорить! Просто посмотрите и запомните это лицо!

Похожие слова и в эту же секунду произнес один из двух "конвойных":

- Костин, сейчас мимо фургона проведут одного гражданина! Посмотрите на него внимательно! Может, вы где-то его уже видели?! Говорить ничего не нужно! А теперь... кр-ру-гом!

Стас понятия не имел, в какие игры играются эти люди.

Он-то уж точно не собирается им подыгрывать.

Но почему бы и не посмотреть на этого парня, раз уж остановились?

Тот как раз повернулся лицом к ним. И, что не менее интересно, уставился на Нестерова.

Их глаза на несколько секунд встретились.

Стас подумал про себя, что он, определенно, уже видел где-то этого человека. И он заметил - по глазам, под которыми залегли глубокие тени - что тот тоже его узнал.

Они стояли так, приглядываясь друг к другу, наверное, секунд десять. Один из сотрудников ФСИН открыл боковую дверь фургона. Костин и сам не заметил, как оказался уже внутри этого вполне комфортного "автозака".

Нестерова подвели к другому транспорту: это был "мерсовский" микроавтобус с тонированными стеклами.

"Ну все... полный абзац! - подумалось Стасу. - Лубянские по мелочам не суетятся. Похоже, что собираются шить "шпионаж"... со всеми вытекающими последствиями".


+ + +

- 231 -


Г Л А В А 24


Фургон марки "Фольксваген", выехавший из ворот СИЗО ?1 менее часа назад, притормозил на обочине шоссе, ответвляющегося от зеленоградской трассы. В иных условиях подобные действия сотрудников ФСИН, этапирующих подследственного из точки А в точку Б - транзитом через аэропорт - могли бы повлечь за собой жесткие дисциплинарные меры. Вплоть до увольнения или даже привлечения к уголовной отвественности...

Дорога, на которой они остановились, ведет прямиком к гражданскому аэропорту "Храброво".

Спустя короткое время по корме у фургона остановился джип. С заднего сидения "лендровера", имеющего местные дорожные номера, выбрался рослый мужчина лет тридцати пяти. Одет в джинсы и тонкий свитер, в руке держит легкую светлую куртку. На лице у него солнцезащитные очки, на голове - бейсболка.

Мужчина нырнул в открывшуюся боковую дверь "автозака". Оглядев внутренности салона, сел в кресло рядом с подследственным - место ему освободил один из двух "конвойных", переместившийся ближе к корме.

- Андрей? - удивленно произнес Костин. - Губарев?! А ты... ты почему здесь, а не в Москве?!

Губарев взял у "конвойного" ключ; сам открыл наручники...

- Он еще спрашивает?! Скажи спасибо Маринке! А заодно и своему начальнику... Бекетов стоял за тебя горой!.. Кстати, здесь все свои. Так что можешь говорить свободно, не опасаясь чужих ушей.

Костин с чувством пожал протянутую товарищем руку.

- Я пока ничего толком не понимаю... Но все равно - спасибо! С меня, как говорится, причитается!

- Отработаешь!.. Ну и наколбасил ты, Леха! Еатворил делов. Всех на уши поставил!! И здесь, и в столице нашей Родины!..

- Подожди... Хочу спросить. А где сама Марина? Что с ней? Она в порядке?

- С твоей подругой целая история приключилась. Кстати, из-за той ампулы, что ты ей передал, и возникли серьезные проблемы...

- Блин... Я долго думал об этих вот вещах в камере! Андрюха, я во многом сам виноват. Подставился по полной программе...

- Ты, брат, конечно, заслуживаешь киздюлей! Это с одной стороны. С другой... Если бы не твоя самодеятельность, если бы ты не потревожил...

- По глупости!

- ...это их осиное гнездо... То мы могли бы и не узнать ничего о тайных планах тех, кто стоит за ширмой! Или узнали бы о них тогда, когда уже ничего нельзя было бы предпринять!

- Так с Мариной все нормально?


- 232 -


- Да, Марина в порядке. Я разговаривал с ней пару часов назад. Кстати, она передала ампулу лично мне.

- Что в этой ампуле? Какая-нибудь новая наркота? "Синтетика"?

- Нет, не угадал.

- Тогда - что? У меня следаки про эту вот ампулу на каждом допросе спрашивали! И еще их интересовало, что у нашей Службы есть на "фармакомовцев" и кто конкретно из должностных лиц курирует эту тему!

Губарев бросил взгляд на наручные часы.

- Совсем мало времени... Уже началась посадка на "московский" рейс!

- Меня что, и в правду в Москву этапируют?

- Да... но только для вида. Инсценировка. Уголовное дело против тебя будет закрыто. Это я сейчас могу тебе точно сказать, я на эту тему имел разговор с бо-ольшим начальством! Но, чтобы не вызывать подозрение в глазах некоторых из местных и московских товарищей, пристально наблюдающих за развитием ситуации, было принято решение разыграть этот вот спектакль с твоим этапированием...

- Если бы меня осовободили прямо в изоляторе...

- То это вызвало бы кое у кого сильные подозрения! Ситуация такова, друг мой Алексей, что беда может случиться в любой момент! И из-за любого кажущегося пустяковым события! Это как лавина: снег накапливается на склоне горы месяцами, а потом из-за одного легчайшего сотрясения, из-за любого чиха может сорваться и пойти крушить все на своем пути!

- Что-то намечается, как я понимаю?

- Намечается, ты прав. Причем действовать надо было, как говорится, еще вчера!.. Леша, я хотел бы, чтобы такой опытный и знающий спец, как ты, входил в мою команду! Мне сейчас спецы, знающие местность, специфику и людей, край как нужны! Потому что действовать придется, по-видимому, резко... и с листа!

- Ну так в чем проблема?!

- Есть множество разных нюансов, Леша! Велика опасность того, что мы можем - если будем действовать топорно, без оглядки - спугнуть кое-кого...

- Пока ничего не понимаю! И про ампулу ты так ничего и не сказал! Что в ней?

- Тебя - по прилету - будут встречать наши коллеги! Они введут в курс дела... если сочтут нужным!

- Что-то затевается? Против "фармакомовцев", как я понимаю? Ну так я реально могу быть вам полезен!

- Хм... Не знаю, не знаю... Сейчас нам важно точно установить местонахождение "левых" пакгаузов! А также и складов "Фармакома" на трерритории области!

- У меня есть кое-какие версии! А одно местечко надо бы особенно тщательно проверить!

- Какое местечко? Выкладывай, что знаешь! Только в темпе, а то со

- 233 -


временем у нас напряг!


Губарев внимательно выслушал сбивчивый рассказ приятеля, которого удалось выцарапать из "крытой". И на помощь которого он, Андрей, надо признаться, очень и очень рассчитывал.

Оказывается, Студент во время последней по времени встречи с "куратором" в парке возле Литовского вала сказал Костину еще нечто интересное. Нечто такое, что сам Алексей затем, сразу по окончании этого их разговора стер с пленки. Да, он стер фрагмент записи: примерно полторы минуты разговора. Зачем он это сделал? Очень просто: чтобы не подвергать угрозе жизнь своего информатора - на случай, если сведения об этом разговоре, об этой записи просочатся за пределы той конторы, где служит Костин. Да и тема целостности собственной шкуры, надо сейчас признать, тоже стояла не на последнем месте...

И, как показали дальнейшие события, эти меры предосторожности, если говорить о судьбе самого Костина, а не его информатора, себя оправдали.

- Так ты, значит, ездил посмотреть на то место? - переспросил Губарев. - Когда? В минувший понедельник?

- Во вторник, после шести. А уже вечером, вернувшись, я поехал к Маринке. И уже оттуда, ночью, по звонку Свидерского...

- Время, товарищи командиры! - подал реплику один из "конвойных". -

Регистрация на рейс уже заканчивается...

Губарев несколько секунд молчал, о чем-то напряженно думая.

- Алексей, как ты себя чувствуешь? - спросил вдруг он.

Не дожидаясь - угадал его наперед - ответа, негромко хлопнул в ладони.

- Так, мужчики... план меняется! - Он посмотрел на Костина. - Леша, давай-ка в темпе раздевайся!

- Э-э... Не понял?

- Поменяешься одеждой с нашим сотрудником! Он примерно твоего роста и твоей комплекции!

Губарев вытащил из кармана куртки портативную рацию.

- Коля, ответь Первому!

- На связи!

- Давай-ка сюда... в фургон!

Из джипа, со стороны кресла пассажира, выбрался рослый парень. Андрей сам открыл дверь фургона. Когда тот забрался в салон, Губарев вкратце обьяснил, что нужно делать.

Сотрудники, ряженные под "фсиновцев", надо сказать, очень спокойно реагировали на все происходящее.

- Мужики, планы меняются! Повезете вместо Костина - нашего парня!

- Придется "маску" на него надеть!

- Конечно! В остальном действуйте так, как договаривались! Об этом

- 234 -


маневре я сам сообщу в Центр!

Костин поменялся одеждой с сотрудником. Чужой прикид оказался каждому из этих двоих более или менее в пору. Обувь они оставили свою.

Один из "фсиновцев" достал из сумки пару "шлем-масок". Одну он дал коллеге, которому придется играть роль этапируемого сотрудниками ФСИН подследственного. Вторую протянул Костину.

Спустя минуту Губарев и Костин выбрались из "автозака" и сели в джип, водитель которого держал движок включенным. Фургон покатил в сторону здания аэропорта, где уже заканчивалась посадка на авиарейс Калининград - Москва. Костин, все еще находясь под впечатлением от случившегося, на время лишился дара речи: такого поворота событий он не ожидал...


Наручники с Нестерова сняли сразу же, как только он оказался в салоне "мерсовского" микроавтобуса.

Стас предположил, что его повезут в штаб-квартиру местного лубянского филиала. Но он - в который уже раз за последние дни - ошибся.

Микроавтобус покатил на выезд из города - в западном направлении. Майор госбезопасности Белов и двое его сотрудников сохраняли полное молчание. Стас, по понятным причинам, тоже не испытывал желания вступать с кем либо в разговоры.

Вскоре они уже мчались по щоссе А-193. Затем, на одной из развилок, водитель свернул на дорогу с указателем "Светлый"...

Еще через каких четверть часа они прибыли на место. Это был какой-то закрытый обьект, обнесенный бетонной стеной, поверх которой закреплена на заостренных прутьях колючая проволока...

Двое охранников в пятнистом камуфляже без опознавательных знаков - но с автоматами АКСУ-74 и портативными рациями в кармашках тужурок - перебросились словцом с водителем. После чего створки метллической брамы поползли в стороны, пропуская транспорт на обьект.

Микроавтобус подкатил к трехэтажному зданию из светлого силикатного кирпича. На плоской крыше здания целый лес антенн. Справа от строения, под "маской" из камуфлированной материи, угадываются купола и тарелки спутниковой связи

- Приехали, - сказал майор Белов. - Нестеров, вы пойдете со мной! А вы, - он посмотрел на одного из сотрудников, - отнесите вещи нашего гостя в его "номер".


Стас в сопровождении чекиста направился по вымощенной плиткой дорожке в противоположную от въездной брамы сторону. Ограждение с этой "южной" стороны обьекта заметно ниже, чем на всем остальном


- 235 -


периметре. Примерно в человеческий рост. Здесь, прямо в стене, оборудована металлическая дверь - что-то вроде калитки. Возле прохода караулит еще один охранник. Не произнеся ни слова, - как и Белов, кстати - он открыл эту "калитку". И выпустил через нее наружу двух мужчин.

Нестеров и сопровождавший его чекист оказались на узкой, метров всего в пять шириной прибрежной полосе земли, очищенной от кустарника. За этой полоской суши лежит водная гладь, поделенная - горизонтально - еще одной узкой и длинной полосой земли. Надо сказать, что они были здесь не одиноки, на этом узком клочке суши. Стас сразу заметил человека, который, стоя спиной к ним, глядел на серо-зеленоватые, с мелкой рябью, воды залива...

Они подошли поближе. Про этого человека можно сказать, что у него нет особых примет. Ему около сорока пяти. Он чуть выше среднего роста. Когда ему было тридцать два, он уже занимал должность начальника отдела в Управлении ФСК - тогда еще ФСК, а не ФСБ - по Москве и области. В конце девяностых он подал в отставку, будучи в звании подполковника и занимая фактически генеральскую должность. Основал одну из самых известных нынче в российской столице частных охранных структур. Как он сам однажды признался Стасу Нестерову, с которым познакомился лет пять назад на почве выполнения одного частного заказа*, его главный девиз таков: "Помогаю решать вопросы в сфере безопасности"...

- Евгений Иванович... вот - привел! - Сказав это, Белов передал мужчине какой-то пакетик. - Я обожду возле калитки!


Чекист отошел в сторонку, оставив двух мужчин наедине.

- Евгений Александрович?! Вот уж кого не ожидал здесь увидеть, так это тебя! Хотя... Как там у вас говорят? "Бывших чекистов не бывает"...

- Так не только у нас говорят, - без тени усмешки произнес Иванов. - У вас, у "натовцев", в этом плане такие же подходы.

В иной ситуации, при иных обстоятельствах, они бы наверняка были рады встрече. Обменялись бы рукопожатиями, может, даже, обнялись бы, как это принято у хороших знакомых. Которых вдобавок связывают несколько

удачных совместных проектов...

Но эти их удачи остались в прошлом. А вот настоящее, насколько отдавал себе отчет Нестеров, ничего хорошего лично ему не сулит.

Иванов, как показалось, тоже был далеко не в радостном, не в благодушном настроении.

- Влип ты, Стас. По самое никуда.

- Не дурак, сам вижу, что вляпался.

-------------

*См. роман "Персона нон грата".


- 236 -


- Знаю, что не дурак. Иначе не стал бы с тобой разговаривать...

Иванов достал из кармана куртки пачку Marlboro. Предложил "литовцу". Тот, поблагодарив кивком, достал свои сигареты - початую пачку "кэмела".

Закурили. Некоторое время стояли молча, думая каждый о своем. По каналу, совсем близко, так что можно было рассмотреть лица вышедших на правое крыло мостика капитана и лоцмана, прошел в сторону Балтики небольшой сухогруз. Порожний, судя по осадке...

Москвич негромко произнес:

- The enemy of my enemy...

Стас промолчал. А что ему еще оставалось делать.

- Что, память отказывает? - В голосе собеседника, экс-чекиста, послышались ироничные нотки. - Забыл "отзыв"? Могу напомнить.

- Вербовать будешь?

- Нет, не угадал. Это не мой профиль. К тому же, - Иванов покосился на собеседника, - ты - "неформат".

- То есть?

- Из такого человеческого материала не сделаешь шпиона. Ладно, проехали.

Стас, помолчав несколько секунд, вдруг произнес вслух то, что более всего беспокоило его в последнее время.

- Никак не могу врубиться, Женя... Где и когда я "прокололся"?.. Или, формулируя иначе: мог ли я притормозить? Мог ли найти какую-то развилку и свернуть на другую дорогу?..

- Правильно мыслишь, Стас. Хотя твое прозрение несколько запоздало.

- И все же?

- Нигде ты не мог свернуть. Твоя траектория четко спланирована. Подобно роботу, ты все последние дни действуешь строго по заданной программе. Хотя продолжаешь все это время думать, что решения принимаешь ты сам, а не кто-то другой...

- Ты намекаешь на то, что мною манипулируют? А сам я этого не понимаю?

- Ты толковый мужик, Стас. Но... ты уж не обижайся... Есть люди, есть организации, способные заставить человека, даже против его воли, делать ровно те шаги, те поступки, которые выгодны им. Подчеркну - любого человека. Именно на такие вещи, на такие технологии ты и попал, Стас.

- Попахивает "теорией заговора".

- Называй как угодно. Но я скажу так: вас разыгрывали на пару с Завальным! Как игральные карты... Кропотливо и мастеровито - этого не отнять - раскладывали пасьянс. Выстраивали нужную им конфигурацию... А когда Завальный выполнил свою миссию в этой игре, его карту убрали со стола. Теперь, Стас, многое будет зависеть от того, удастся ли нам - общими усилиями - сломать им игру... А это, если хочешь знать мое мнение, сделать будет крайне непросто.


- 237 -


Стас, хотя день и был довольно теплым, поежился...

- Кому это - им? Можно поконкретней?!

- Нет, нельзя. Во-первых, не имею права разглашать некоторые сведения. А во-вторых, поверь мне на слово, эти люди - или организации - так ловко срежиссировали постановку, что вычислить авторов сией гребанной пиесы будет весьма и весьма сложно...

- В СИЗО был один странный момоент... Меня, перед тем, как посадить в транспорт, попоросили как следует посмотреть на одного мужика.

- Я в курсе. Ну и что? Ты узнал его?

- Да. Год назад я был в Калининграде. Мы с Игорем, в компании с дамами...

- Твоя Ирма тоже присутсвовала?

- Да, мы вместе приехали тогда. Так вот. Мы ужинали в ресторане "Ольштын". К нам ненадолго присоединилась пара местных. А именно, этот вот парень... его зовут, кажется, Алексей. И еще его девушка, рыженькая такая.

- Марина?

- Точно! Они пробыли около получаса, потом куда-то отьехали по своим делам...

- Хм... - Иванов на некоторое время задумался. - Все эти пересечения, Стас, могли бы показаться случайными. Если бы только не те события, из-за которых меня попросили сюда приехать.

- А каким, спрашивается, боком ты к этим событиям?

- Та структура, в которой работает... вернее, работал, Игорь Завальный и еще некоторые товарищи, является дочкой нашей фирмы.

- Ах вот оно что... Это многое обьясняет.

- Кстати. Заметь, что я не спрашиваю тебя о некоторых важных вещах.

- Например?

- Например о том, зачем, с какой целью ты приехал в Калининград. О том, какую тебе миссию поручили в а ш и.

- Правильно делаешь, Женя, что не спрашиваешь. Я все равно ничего не скажу. Даже - тебе.

- А ничего и не надо говорить. Я и так все знаю...

- Что именно ты знаешь?

Иванов скупо улыбнулся.

- Хитер... Сам ушел в "несознанку", а у других пытаешься выпытать полезную информацию.

- Можешь не говорить, - Нестеров пожал плечами. - Меня уже воротит от этих чужих тайн и секретов.

- Знаю про торги вокруг некоего "досье". Так вот: эта вот "компра" на вашу очередную "янтарную леди", на самом деле состоит преимущественно из поддельных бумаженций!

- Вот как? Так она... эта женщина, которую выбрали президентом...

- 238 -


- Нет, она никогда не была секретным сотрудником КГБ. Во всяком случае, по моей информации, по информации тех, кому лично я склонен доверять.

- Не понимаю, зачем ты все это мне рассказываешь...

- Хотя определенные связи, - продолжил Иванов, проигнорировав реплику Стаса, - какие-то разговоры, скажем так, в позднесоветскую эпоху имели место... Но ты же знаешь, дружище, что любого, кто выезжал за рубеж,

любого, кто - как она - учился или преподавал в Академии общественных наук или даже в Высшей партийной школе... Всех их "просвечивали", с ними работали...

- Гм... В этом месте я должен заглотить "наживку"? И приняться расспрашивать у тебя о "досье" и тех, кто пытается - или пытался - торговать этой информацией?

- Стас, ты уже сам давно на крючке! Сам того не замечая, превратился в эту самую наживку!

- Наверное, ты прав.

- Вся эта тема с "досье" использовалась лишь с одной целью...

- Какой?

- Установить контакты - через знающих людей, вроде тебя - с теми людьми в вашей элите, кто способен решать серьезные вопросы.

- Какие именно?

Иванов ответил после довольно продолжительной паузы.

- Наши коллеги... я говорю о частной охранной структуре... некоторое время назад предложили свои услуги местному филиалу крупного фармацевтического холдинга, располагающего на территории края своими складскими помещениями. Холдинга, который ввозит через местный порт, а также через пограничные терминалы... через Польшу и Литву... большое - огромное! - количество импортной продукции. Отдельные партии после "растаможки" фасуются по-новой, делаются другие комплекты документов и прочая, прочая...

- Уже интересно, - Стас насторожился. - А как называется эта фирма? Можешь сказать? Или - секрет?

- Пока обойдемся без конкретики... Достаточно сказать, что через местное "окно" проходят партии медикаментов, лекарственных препаратов и медоборудования на сотни миллионов долларов ежегодно! Что-то проходит легально, но в основном - по серым схемам. Так вот. "Дочка" холдинга, заправляющая здесь всеми этими вопросами, отказала "группе товарищей" под предлогом, что у нее уже есть крыша, что есть структуры, которые будут заниматься решением специфических вопросов...

- То есть, охраной и вопросами безопасности?

- Любыми вопросами, если потребуется, - с нажимом произнес Иванов.

- Дальше.

- Это была предыстория, без которой тебе было бы сложно сориентироваться и понять некоторые важные аспекты происходящего.

- 239 -


Чтобы не тратить время на говорильню, скажу теперь главное. Группа "товарищей", получив отлуп от "фармацевтов", принялись ломать голову, как им перевернуть, переиграть эту ситуацию.

Стас усмехнулся.

- Принялись собирать компромат? Чтобы взять под контроль данный

бизнес?

- Верно, на начальном этапе собирали компромат. Как на самих "фармацевтов", так и на ключевых фигур из силовиков, обеспечивающих крышевание. И здесь, в Янтарном крае, и в Москве, где находится головной офис холдинга. В ходе прослушек обратили внимание на некоторые моменты, имеющие отношение к трансграничной торговле... А если прямо сказать, то речь идет о контрабанде в особо крупных размерах. Отдельные моменты связаны с твоей страной. С Литвой. Из некоторых перехваченных разговоров складывалось впечатление, что к вам, в Литву, на пакгауз, принадлежащий одной из ваших фирм, должны были поставить... под видом ветеринарной вакцины... с подменными сертификатами и накладными - партию "левых" препаратов. А именно, десять тысяч доз для вакцинации поголовья свиноферм - каких, не ведаю - от так называемой свиной чумы...

- Оп-па... Что за фирма? О каком именно пакгаузе идет речь?

- Вижу, ты уже начал потихоньку врубаться...

- Ты сказал - "свиная чума"? Точно? Не свиной грипп? Ты ничего не перепутал?

- Да. Я сказала - "свиная чума". Точнее, это сказали другие люди, а третьи

- записали этот их базар... Ну а я, соответственно, читал распечатку...

- Хм... - Стас на некоторое время задумался. - Я небольшой специалист в этих вопросах. Но, насколько я в курсе, последний случай свиной чумы на территории стран Европы был отмечен давно... Лет десять назад. И, опять же, если я ничего не путаю, на людей вирус свиной чумы не действует.

- Зараженное этим вирусом мясо очень даже вредно для здоровья, - уточнил Иванов. - Не говоря уже о том, что ваша страна... как и западная область России, как и соседние регионы, могут в считанные дни остаться без поголовья свиней.

- Вот этой информацией, значит, и хотели "поторговать"? - в голосе Стаса невольно прозвучала ирония. - Игорь, можешь считать меня кем угодно. Марионеткой ли, туповатым отпрыском виленским староверов, или даже полным идиотом. Но я никогда не поверю, что весь этот сыр-бор... с взрывами, с убийствами, с досье и спецслужбистскими "активками"* разгорелся лишь из-за того, что кто-то таскает через границы контрабандные

----------

* "Активка", активные мероприятия - специальные мероприятия, имеющие своей целью оказание выгодного влияния в той или иной политической, военной или экономической сфере. Также служат определенного рода посланием тем или иным структурам и персонам.

- 240 -


вакцины! И что некто, как я тебя понял, планирует "злодейство": переморить всех хрюшек в Литве и на прилегающих территориях...

- Не хрюшек, Стас, - на удивление спокойно произнес Иванов. - Такие вещи, как "свиной грипп" или "свиная чума", это лишь дымовая завеса,

прикрытие. Есть мнение, что акция будет направлена против людей...

- То есть?

- Речь идет, к сожалению, об угрозе вспышки самой страшной эпидемии, которую только видела старушка Европа со времен гибельной "испанки"*...


Странно, но Стас - поверил. Сразу. Вот теперь, после услышанного из уст москвича Иванова, человека, имеющего давние наработанные связи с "лубянскими" товарищами - и не только - многое встало на свои места.

Он выковырял из пачки сигарету. Прикурил. Потом, сделав пару глубоких затяжек, спросил:

- Что вы решили, Евгений? Как э т о произойдет?

- Не понял твоего вопроса. Ты о болезни: О вирусе?

- Нет. Я о том, как в ы будете решать "проблему Нестерова".

- Хм... Врать не стану, такая проблема реально существует.

- Автомобильная катастрофа? Самоубийство? Или утопленника найдут в этом канале?

Иванов криво усмехнулся.

- Просек, вижу, ситуацию?

- Если те угрозы, которые ты помянул, будут воплощены в жизнь...

- Сплюнь!

Стас, поплевав через плечо, все же продолжил:

- ...то в этой истории обязательно появится некий "русский след".

- И опять попал в самую точку! Жаль, что поздно до тебя дошло... Паучье отродье уже раскинуло свою паутину. Ты в ней запутался, но только сейчас это заметил!..

- Получается, выхода нет?

- Не все так мрачно, Стас. Если говорить о тебе, то... Как там в песне поется? "А помирать нам рановато, есть у нас еще дома дела..."


Иванов вытащил из кармана тот пакетик, что перекочевал к нему от гэбиста

----------

*"Испанка", испанский грипп - тяжелая форма гриппа, пандемия которого наблюдалась в 1918-1919 г.г. Эпидемия началась в последние месяцы Первой мировой войны и превзошла это крупнейшее кровопролитие по масштабу жертв.


- 241 -


Белова.

- Держи, Стас, это твоя мобила!

Стас взял у него сотовый телефон "nokia", который перед поездкой вручил ему сотрудник ССР Янонис. Наказав при этом, что связь должна быть односторонней и что самому Нестерову звонить с этой трубы - не следует.

- Ты хочешь, чтобы я кому-то прозвонил? С этой мобилы?

- Да. Своему куратору. И не делай вид, что ты не понимаешь, что подразумевается под словом "куратор".

- Каков замысел? Что я должен сказать?

- Когда тебе ответят, скажешь следующее... Скажешь, что тебя задерживала милиция. И что ты провел ночь в "обезьяннике"...

- Это соответствует действительности.

- Конечно. Зачем врать? Ваши, можешь быть уверен, знают, что тебя свинтили в отеле и поместили под замок. Так вот. Скажешь, что тебя - выпустили. И что ты сам не понимаешь ни причин задержания, ни того, почему тебя выпустили!

- Логично... Это всё?

- Нет. Скажешь, что несколько минут назад тебе прозвонил - на вот этот номер - другой контактер! Что он сказал условленную фразу... "Враг моего врага"...

- Так, так... Продолжай.

- И что этот человек проинформировал, что он будет вести переговоры вместо "Олега".

- Хм...

- Не хмыкай! Последнее, что ты должен сказать куратору... Скажешь, что тот человек, который прозвонил несколько минут назад, предупредил тебя, что он обладает информацией, которой просто нет цены. Но есть люди, готовые ее продать за ту цену, каковая изначально оговаривалась с посредником в Паланге на прошлой неделе!

- Все же ты меня вербуешь... Разводишь на голом месте.

- Думай что хочешь. Главное, позвони и передай дословно то, что я тебе сказал.

- А если... если поймут, что я звоню не из гостиницы? И что я как бы... как бы не совсем свободен сейчас?

- Запеленговать место, откуда ты звонишь, у них не получится. Это наша территория, и соединение осуществляет наш местный оператор! Что касается остального.. А кто в этом мире, Стас, может похвастаться абсолютной степенью свободы? Звони.


Номер, с которого Стасу прозвонил Янонис - минувшей ночью - не отвечал. Вернее, в трубке прозвучал механический голос, который на


- 242 -


английском - не на литовском! - сообщил, что абонент находится вне зоны доступа.

- Очень хорошо! - неожиданно заявил Иванов. - Этого и следовало ожидать. Теперь набери с этой трубки номер кого-нибудь из своих сотрудников...

- Это плохая идея, Женя... Все мои - под колпаком!

- Вот именно, - Иванов неожиданно подмигнул ему. - Вот именно, дорогой мой! Именно, что "под колпаком"! Как зовут твоего компаньона? Римас? Звони ему!

- А что сказать? Или я могу с ним свободно болтать на любую тему?

- Нет, конечно. - Ивано усмехнулся. - Если не возражаешь, я сегодня побуду твоим суфлером. Скажешь своему партнеру следующее...


Стас, выслушав москвича, после некоторых колебаний стал по памяти набирать номер сотового своего соратника.

Мобила Слона ответила на третьем звонке. Но голос почему-то был не мужской, а - женский. Хотя и знакомый.

- Бася, это Нестеров!

На другом конце линии как-будто взорвался вулкан...

- Шеф?! Вы!! Курррва мать!! Это я не про вас!! Тут у нас такое...

- Ша, Бася, помолчи!

- Молчу... Я только хочу спросить! А вы где сейчас?

- В Кёниге! Дай трубку Римасу!

- Не могу... он с гэбистом размовляется!

- Что? Его опять задержали!

- Та нет... Этот "пся крев" сам прозвонил! Римас сейчас на "стреле" с ним! А я в самоходе сижу... Так Римас велел.

Стас вздохнул про себя: Баська в своем репертуаре. А Римас, похоже, опять встрял в какую-то историю. Вообще, если сказать правду, вся их фирма скорей напоминает не серьезную структуру, не нормальное частное детективное агентство, а дурдом, где собраны исключительно больные на голову особи.

Скосив глаза на Иванова, - Нестеров не сомневался, что этот разговор сейчас прослушивают коллеги экс-чекиста - он громко сказал в трубку:

- Бася, передай Римасу, что у меня все в порядке!

- Значит, вшистко в пожондку?

- Да. Меня только что выпустили из "зверинца"...

- Откуда выпустили? Не поняла.

- Меня задерживала милиция! Несколько часов просидел в камере!

Какое-то недоразумение... похоже, спутали с другим человеком! Сейчас я на свободе, все нормально! Скажешь Слону, что я пробуду здесь еще день


- 243 -


или два! Ну все, by!..


Не успел Стас прикурить очередную сигарету, как запиликал сотовый.

- Я ж тебе говорил, Стас, - ухмыльнулся москвич. - Все под контролем...

Звонил Янонис.

- Почему вы не уехали? - вместо приветствия спросил "куратор". - Вам что было сказано?

- Не смог. Ночь и утро провел в милицейском участке... Вот только с полчаса назад выпустили!

- Вам кто-нибудь прозвонил... на эту вот трубку?

Стас сообщил куратору то, что несколькими минутами ранее его попросил сообщить Евгений Иванов.

На другом конце провода повисла пауза. Она длилась долго: минут пять, наверное. Раза два или три Янонис - разговор проходил на русском - коротко бросал: "будьте на линии"...

Стас предположил, что эти люди не захотят рисковать. Что "куратор" - а Янонис явно с кем-то советуется в эти мгновения - прервет этот разговор и больше не станет отвечать на звонки.

Это было бы логично, это было бы разумно в нынешней ситуации.

Но на другом конце провода руководствовались отнюдь не логикой, отнюдь не рацио. Стас ощутил себя участником какой-то крайне опасной, безумной игры. По ходу которой, ближе к финалу, ее главных участников покинуло всякое здравомыслие...

- Вы на связи? Алло! Алло!! Вы слышите меня?

- Да, - сказал Стас. - Я вас слушаю.

- Оставайтесь пока в Кёниге. Встретьтесь с человеком, который вам прозвонил. И постарайтесь закончить начатое.


+ + +

- 244 -


Г Л А В А 25


В час пополудни на стоянке неподалеку от привокзальной площади Вильнюса припарковался черный "патфайндер".

- Бася, жди меня здесь, в машине! - Слон достал из кармана куртки мобилу и передал ее Ставицкой. - Пусть у тебя пока побудет... Не хочу брать с собой!

Заметив вопросительный взгляд виленчанки, Мажонас коснулся пальцем правого уха - нас, мол, могут прослушивать.

Выйдя из джипа, он направился в сторону расположенного в полусотне метров от стоянки "Макдональдса". Римас не был уверен, что он поступает правильно. Человек, с которым он должен здесь встретиться, не решился прозвонить непосредственно ему, Мажонасу, на его сотовый. Не говоря о том, чтобы приехать для разговора в один из двух офисов агентства.

Просьба о встрече была передана через Петровича. Римас остро сожалел, что Стаса нет в городе, что ему не с кем посоветоваться. Не известно, когда вернется Нестеров и какие последствия повлечет за собой эта его странная поездка к "соседям". Именно он, Мажонас, остался за старшего. А значит, он и должен принимать решения - исключительно на свой страх и риск.

Слон пригляделся к людям, потребляющим фаст-фуд за столиками на летней террасе. Это были в основном приезжие, а также молодежь студенческого возраста. Нужного ему человека среди них не обнаружилось.

Он прошел в заведение. Посетителей здесь меньше, чем снаружи. Римас подошел к стойке. Ему в жизни приходилось пробовать всякую-разную пищу. Например, мясо ползучих тварей, жареную саранчу, суши из рыбы-собаки ("фугу")... А также листики дрянного салата и чищенную морковку, которыми, подобно кролику, питалась его прежняя подруга Вирга, убежденная вегетарианка. Мало чего найдется в этом мире, что бы он, Мажонас, не смог бы съесть в сыром или обработанном виде под рюмку живительной влаги. Но он никогда не ел - и не мог себя заставить есть - ту хрень, что подают в заведениях вроде "Макдональдса".

Римас взял кофе-экспрессо, расплатился у кассы. Затем с подносиком, на который поставил дымящуюся парком чашку, направился к дальнему от входа столику, за которым питался - в одиночестве - его давний знакомец.

- Ну, - недружелюбно произнес Мажонас, усаживаясь напротив. - Вот он - я! Чего надо, Феликс? Зачем звал?

Он уставился на гэбиста, который уныло ковырял пластиковой вилкой остывшую ломкую картошку "фри". Тот поднял голову, посмотрел на Мажонаса. Выражение глаз у него было каким-то собачьим... Как у пса, который служил хозяину верой и правдой - по своему собачьему разумению. Но был бит хозяином, бит крепко и больно палкой или дрыном. А потом


- 245 -


пинком сапога - того сапога, к которому он льнул и который он лизал в приступе показной любви к хозяину - был изгнан прочь. Выброшен на улицу и теперь не знает, как будет жить дальше, где будет добывать пропитание...

- Мне влепили "строгача"...

- Всего лишь? - удивился Мажонас. - Я думал, что с тебя погоны сняли. И выперли из твоей конторы пинком под зад!

- К этому все идет, - тусклым голосом произнес старший инспектор ДГБ. - С завтрашего дня меня приказом оформляют в четырехнедельный отпуск без содержания.

- Гуманные у тебя начальники. Я бы с тебя с живого шкуру содрал.

- Это еще не все. У нас грядут сокращения. В моем отделе собираются сократить три штатные единицы. Мне уже дали понять, что я первый кандидат на вылет.

- Я не понял... Тебе что, Феликс, срочно понадобилась жилетка, чтобы поплакаться? Так я на эту роль не подхожу.

Гэбист судорожно вздохнул.

- Вот как в жизни случается, Римас... Я десять лет верой и правдой служил своей стране и своему ведомству...

- Не физди! Такие, как ты, думают только про себя. Про свой личный карман и свой желудок! Кстати, теперь я понимаю, Феликс, почему ты в последнее время стал... тупеть на глазах! - Римас с отвращением посмотрел на поднос гэбиста с остатками недоеденного "бигмака". - Потому что жрешь всякую дрянь! Если человек употреблят в пищу дерьмо, он и сам становится... этой самой субстанцией!

- Никакой благодарности! - Монкайтис печально покачал головой. - Дослужился до того, что меня поносят последними словами!

- Хватит ныть! Выкладывай, что хотел сказать! На какую тему забил "стрелу"?!

- Да гори оно все ясным огнем... - Монкайтис вытер пальцем заслезившийся глаз.- Суки! Я для них каштаны из огня таскал! А меня... меня!.. как использованную вещь...

- Ты и есть использованный кондом! - сердито сказал Мажонас. - Некогда мне тут с тобой лясы точить. Вытри сопли и говори по делу!

- Наводку на вас дали ваши коллеги из охранной структуры! Они у нас под контролем... давно!

- Это ты про что?

- Про ту сумку, которую так и не нашли в сарае на хуторе!

- Как называется фирма?

Монкайтис подался вперед... И полушепотом произнес название одной из местных "апсауг"*.

----------

*Apsauga (литов.) - безопасность. Здесь: негосударственная служба безопасности, аналог российского частного охранного предприятия.

- 246 -


- Хм... Почему я должен тебе верить?

- Дело твое, верить или нет. Но я говорю правду.

- Вопрос в том, почему ты вдруг решил выложить мне эту самую "правду".

Монкайтис бросил на него странный взгляд.

- Я просто в курсе, что вы со Стасом обзавелись мощной "крышей". Что у вас появился сильный покровитель...

- Да? - Мажонас почесал пятерней в затылке. - А вот я - не в курсе!

- Ладно тебе прикидываться... Пока вы будете под крылышком новой президентши, вас даже моя контора не сможет достать!

- А мы... Мы что, под "крылышком" уже? Мы перешли в разряд "неприкасаемых"?

- Можно подумать, что я сказал тебе новость.

- Так и чего ты хочешь? Так и говори: "Я хочу..."

- Чтобы вы с Нестеровым замолвили за меня слово перед новым руководством! Чтобы меня, значит, не увольняли, а оставили служить в ДГБ! Ну а я, Римас, отработаю по полной программе! Я вам буду полезен... Вот увидите! Вы не пожалете, если замолвите за меня словцо. Ну? Что скажешь?

Мажонас вновь принялся скрести пятерней в затылке. В прошлом Феликс Монкайтис иногда снабжал частных детективов полезной для них информацией. Их отношения довольно долгое время базировались на рациональных началах, на современной основе. А именно, на соблюдении принципа: "ты - мне, я - тебе"... Но в последние несколько месяцев эта схема не работала. Мало того, Монкайтис крепко им насолил. Взять хотя бы тему с арестом Нестерова в Паланге или акцию на хуторе, имевшую место позапрошлой ночью...

Римас в который уже раз за несколько последних суток остро пожалел, что рядом нет Стаса. Анализ быстро меняющейся, сложной ситуации, принятие ответственных решений - это конек Нестерова. Это прерогатива главы агентства, старшего партнера. А он, Мажонас, предпочитает действовать; многоходовые комбинации всегда давались ему с трудом.

- Стас сейчас в отъезде...

- Я в курсе.

- Вот как? Может, ты знаешь и то, где он сейчас находится?

- Знаю, - Монкайтис вновь понизил голос. - Это секретная информация. Он - у русских, в соседней области!

- А зачем он туда отправился? Это ты тоже знаешь?

- Нет, этого не знаю А врать не хочу.

Мажонас некоторое время молчал, пытаясь сообразить, что кроется за словами Феликса. Может, "гэбисты" придумали новую подлянку? Может, решили устроить еще одну провокацию?

- Я один ничего не решаю, Феликс. Это первое. И второе - ничего особенно интересного из твоих уст я пока не услышал! А потому не вижу пока


- 247 -


оснований рассматривать тебя в качестве партнера...

- Что именно тебя интересует, Римас? Я готов поделиться информацией...


Спустя четверть часа Мажонас вернулся в "патфайндер", в салоне которого его дожидалась Барбара.

- Стас звонил! - выпалила девушка. - Я с ним говорила по телефону!

- О как...

- Он на твою трубку прозвонил! Я сказала, что ты ушел на "стрелку"!

Римас протянул ладонь; Ставицкая вложила в нее мобильный телефон.

- Где он? Какие у него новости! Рассказывай!!

- Сказал, что находится в этом... в Кёниге!

- Дальше!

- Что у него все в пожондку! Что его только что выпустили из камеры...

- Что? - у Слона отвисла челюсть. - Как это? Его что, и там уже успели "закрыть"?

- Его арестовывали местные полициянты!

- Ничего себе - "в порядке"...

- Но шефа уже выпустили! И он велел передать тебе на словах, что пробудет там еще день или два!

- Это все?

- Как есть - всё! Я пробовала ему перезвонить, но ничего не получается! Теперь не знаю, что и думать.

Мажонас пощелкал кнопками своего мобильника... Потом, вполголоса ругнувшись, сунул трубку в карман. В тот же карман, где лежит миниатюрный цифровой диктофон, на который он записал состоявшийся только что в "Макдональдсе" разговор с гэбистом.

- Римас, что тебе сказал этот пёс?

- Феликс? Хм...

- Тайна?

- У меня нет от тебя секретов, Бася! Просто пока сам не знаю, можно ли верить на слово этому прохвосту... А рассказал он действительно кое-что интересное.

- Например?

- Назвал имена и фамилии тех двух мужиков, которых мы застукали в старом офисе! И поговорить по душам с которыми мне помешал приезд полиции и спецназа!.. А также сообщил номера их транспортных средств и адрес сьемной квартиры, где обретается один из них.

- Курррва мать... - Бася принялась хрустеть пальцами. - У меня кулаки чешутся! И вопросы пока к ним остались без ответов! Поедем в тот адрес, что тебе открыл Феликс?! У нас найдется, о чем с ними поговорить!

Слон завел движок и стал выезжать со стоянки на одну из привокзальных улочек.

- 248 -


- Надо подумать, Бася, - сказал он. - Идея интересная... В отсутствие Стаса мы не должны сидеть сложа руки! Но если что-то и предпринимать в этой связи, то не сейчас, а вечером.


События вокруг Алексея Костина развивались столь стремительно, в столь непредсказуемом ключе, что ему понадобилось какое-то время, чтобы хоть как-то осмыслить происходящее, чтобы прийти в себя.

Фургон с "ряженым", которого повезли в аэропорт Храброво, дабы довести до логического завершения написанный кем-то сценарий с этапированием подследственного Костина из местного СИЗО на "материк", уже давно скрылся из виду. "Лендровер" с тремя мужчинами, в числе которых был и Костин, свернул на зеленоградскую трассу. И покатил на юг, в сторону облцентра. В какой-то момент водитель сбавил скорость. Спустя минуту или две к ним присоединился, держась по корме, микроавтобус "Газель" с местными дорожными номерами, без служебной символики. Оба транспорта свернули на второстепенное шоссе. А затем и вовсе остановились, приткнувшись к обочине дороги возле лесополосы - старший группы дал соответствующую команду по УКВ-рации.

Андрей Губарев, - он сидел в кресле пассажира - обернулся к устроившемуся на заднем сидении "лендровера" Костину.

- Алексей, еще раз обкашляем тему! Тут важны любые мелочи, любые подробности и детали! Почему ты так уверен, что один из складов "фармакомовских" находится именно там, где ты сказал?

- Возле Калиновки?

- Да.

- Стопроцентной гарантии дать не могу.

- Стопроцентной гарантии не дает даже страховой полис! И все же?

- Я уже тебе говорил, что небольшой фрагмент записи, сделанной в парке, я стёр! Но я помню все, о чем мы там говорили! Итак... Я сказал Студенту: "Меня интересует не только портовый пакгауз "фармакомовцев", но и склад... или склады с контрабандой! Именно те склады или пакгаузы, где идет разгрузка "левых" партий медикаментов! Где заново фасуют поступивший товар! Откуда он уже с другими документами перегружается на транспорты и идет по цепочке дальше..."

- И он, то есть Студент, сообщил тебе, что его и еще несколько подобных кадров, тех, кто искал левого приработка, возили на подобные склады?

- Да, именно так. У меня этот тип - ныне покойный Синицын, он же Студент - давно под статьей ходил! Ну и вот: я ему сказал, что то, что он мне принес какую-то ампулу, это, конечно, интересно, но - не серьезно... Ты ж понимаешь, Андрей, что я и подумать не мог о том, что...

- Дальше!


- 249 -


- Он рассказал, что их возят на такие вот "левые" работы по ночам, в закрытом фургоне! И что было даже такое, что их заставляли надевать полотняные мешки на головы! Чтобы они, значит, не смогли разглядеть, не смогли понять, где именно находится тот склад или пакгауз, куда их доставили!

- Он назвал склад возле Калиновки?

- Нет... не совсем так. Он сказал, что один такой объект он сможет показать н а в е р к я к а! Их туда тоже возили в крытом транспорте. Но есть важный нюанс. Студент сказал, что этот ангар, мол, находится в таком месте, где нос сам ему подсказал догадку.

- Что он имел в виду?

- Он сказал дословно следующее: там воняет химией, мочей, паршивыми свиньями и дерьмом! И что, мол, поэтому в самом ангаре и в подземном складском помещении - а там по его словам есть и такое! - все время работает искусственная вентиляция.

- Почему ты решил, что этот ангар находится возле Калиновки?

- Появились основания так думать... Ни в воскресенье, ни в понедельник Студент на встречу в оговоренное место и время - не явился! Я стал прикидывать, как мне его высвистать, где мне его теперь искать. У меня, конечно, есть масса зацепок, он у меня в информаторах уже второй год! Опять же, биографию его я знаю доподлинно... Знаю точно, где он родился и где до сих пор проживают его мать и младшая сестра...

- Они из Калиновки?

- Да. Я тебе это уже говорил... Ну и вот, во вторник, уже в конце рабочего дня, я снялся и отправился туда. В адресе, где они прописаны, никого не застал... Их домовладение находится на западной окраине поселка. А тут как по заказу - еще ветерком в мою сторону потянуло. Не знаю, как там люди живут возле этого нового свинокомплекса... но запашок там стоит пренеприятный!

- И тебя - "торкнуло"?

- Не сразу. Сначала я подумал, что Студент мне "намакаронил". Что, рассказывая про склад, он присочинил, используя в том числе и эти вот детали... Но я решил проехать чуть дальше по дороге - там новая асфальтовая лента проложена!

- И увидел этот самый ангар?

- Точно! Было даже с расстояния видно, что на площадке стояли три фуры... И вот здесь меня именно озарило! Я подумал, что этот вот ангар - идеальное место для транзитного перегрузочного узла! Он находится всего километрах в шести от трассы и сравнительно недалеко от облцентра...

- Но ты не решился наведаться туда в одиночку?

- Нет, конечно. Я же видел, что там есть охрана!.. Кстати. Меня на следующий день, на среду, на два часа дня вызвал к себе Бекетов. Он хотел о чем-то со мной - я так понял - переговорить до того, как я свалю в отпуск!

- 250 -


- Ты собирался ему рассказать об этих своих "раскопках"?

- Да. Но только в том случае, если получится еще раз встретиться с информатором и раздобыть более детальную инфу! Я также рассчитывал на то, что удастся узнать, что в тех ампулах. Решил про себя так: если Бекетов сам не затронет тематику "фармакомовских", то и я не буду ее поднимать.

- До какой поры?

- А вот на эту тему я собирался посоветоваться с тобой, Андрей! Ты знаешь, из-за чего убрали отсюда прежнего главу облуправления?

- Из-за его интереса к теме "фармакомовских"? Да, я в курсе.

- Ну вот. О новом начальнике у меня сложилось неплохое впечатление... Но я так до конца и не понял, будет ли при нем продолжено расследование по теме серого импорта "Фармакома". Или он предпочтет спокойно здесь отбыть номер и спустя полгода или год перебраться в ту же столицу...

- Из Калиновки ты сразу поехал к Маринке?

- Нет, не сразу. Заехал к себе, принял душ, переоделся. А потом уже отправился к Пановой.... Остальное - ты знаешь.


Губарев вышел из джипа. Он и еще один сотрудник, выбравшийся из "газели", принялись о чем-то совещаться. Потом Губарев достал из кармана "кенвуд" и стал с кем-то переговариваться по рации..

Когда Андрей вернулся, то сел на заднее сидение, в компанию к Костину.

- Хочу сказать тебе кое-что, Алексей - чтобы не было между нами неясности и недомолвок.

- Ты считаешь меня кретином? Сам, мол, полез в одиночку туда, где целое управление ничего не смогло накопать?!

- Твое дело, как себя называть. Я о другом... Ты не прав, Алексей: дела по "фармакомовским" не прикрыли! Просто копать стали более глубоко и более системно! И, прежде всего, начали обкладывать не мелочевку, а крупных особей! А они водятся преимущественно в Москве...

- Вот этого я не знал...

- До поры и не должен был знать. Ты для местных "фармакомовцев" и их крыши был вроде контрольного датчика. По показаниям которого можно судить о состоянии их дел, о том, как близко облуправление Службы продвинулось на их направлении. Не зря ведь они подвели к тебе своего человека...

- Свидерского?

- Да. Я полагаю, ты уже и сам многое про этого субъекта понял... Даже то, что его мочканули, инсценировав самоубийство, не изменит лично моего отношения к нему - сука, иуда, перевертыш!

- Блин... Мы с ним один кабинет делили на двоих! И часто стреляли сотенку-другую до зарплаты - то он у меня, то я у него.

- У Леонида денег было - как у дурака махорки. Просто он, осторожничая,

- 251 -


не хотел до поры светить свои левые доходы... Ну а когда ты продвинулся слишком далеко, когда еще вдобавок случилась эта странная история с пропажей - или похищением - упаковки с ампулами... Вот тогда они решили действовать. Среагировали оперативно, резко и жестко!

- Еще одно подтверждение тому, что я... Да просто мудак, других слов нет!

- Сейчас не время посыпать голову пеплом! Алексей, тут имеется еще один немаловажный момент. Тебя могли бы шлепнуть - просто и без затей. Подстроили бы так, что ты застрелился из табельного ствола. Ну или повесился бы у себя в сьемной квартире... А может, помер бы от передоза! У нас, кстати, в столице, это новая такая фишка: уже несколько сотрудников МВД и нашей конторы отошли в свет иной вроде как от передоза наркоты.

- А что им помешало так и поступить? Зачем было огород городить?

- Затем, что кое-кто хотел убить сразу двух зайцев! Тебя "упаковать", навесив пару жмуров, и заодно скомпроментировать всю нашу контору!

Для того, чтобы если - вдруг! - всплывут сведения о криминальных делах "фармакомовских", а заодно и о тех силовиках, кто их покрывает.. Чтобы иметь на этот случай крепкие контраргументы! Ну что, теперь понял?

- Понял... Хотя мог бы и пораньше сообразить.

- Ни хрена ты не понял! Не до конца ты еще врубился в тему!

- Ну так просвети меня.

- Слушай сюда, Костин! В недрах моего департмамента...

- Оперативно-боевого?

- ... шел процесс формирования сводной оперативной группы особого назначения! Планировалось в июле отправить сюда, в облцентр, довольно большое количество наших сотрудников! Тебя, Леша, планировали поставить на должность заместителя командира этой сводной группы! Группы, которой предстояло осуществить ряд мероприятий в этом регионе! Как раз - по "фармакомовским"!

- А командиром кого собирались назначить?

- Вижу, начал просекать... Меня! Ну а я назвал начальству твою кандидатуру, потому что нужна была помошь местных товарищей.

- Вон оно как... Не знал. Даже не догадывался.

- Эти приготовления держали в секрете! Я тебя почему и вызванивал в последнее время! До поры не имел права раскрывать все карты. Предметный разговор должен был состояться в Москве, сразу после твоего приезда!

- Так вот почему мне так резко дали отпуск?

- Да, именно по этой причине!

Губарев хотел еще что-то добавить, но в машине заработала рация.

- "Первый", я "Восьмой". Мы уже на месте! Ведем наблюдение за объектом!

Водитель передал Губареву микрофон.

- Восьмой", я "Первый". Вас понял. Доложите обстановку. Как близко вы от объекта?

- 251 -


- В пятистах метров. Там, где вы указали! На виду только два охранника!

- А сам ангар?

- Соответствует описанию... Ангар и въездные ворота закрыты. На площадке одна легковая машина... Наверное, транспорт охранников! Пока никаких подозрительных передвижений не замечено!

- Добро. Оставайтесь на месте, продолжайте наблюдать! Я скоро буду у вас.


- Андр... Командир, можно я с тобой?

- Не можно, а нужно! Ты в команде, Костин! Сейчас поедем к нашим наблюдателям, которых я послал на место! По ходу я введу тебя в курс дела! Кстати. Я уже сообщил Бекетову, что решил тебя оставить. И в "центр" тоже доложил, что принял решение включить тебя в состав своей группы!

Подчиняясь жесту Губарева, Костин - он был обескуражен свалившимися новостями - выбрался из джипа. Из "газели" вышли двое крепких парней в джинсах, кроссовках и легких ветровках, застегнутых на молнию. Это явно не местные. Во всяком случае, не из облуправления - Алексей видел их впервые. Эти двое сели в джип, а Губарев и Костин забрались в "газель".

- Не хватает людей, - сказал Губарев. - Вернее, не достает тех, кто знает местность и специфику! К вечеру подтянется народ... Но надо действовать уже сейчас! Бекетов дал троих - из числа тех, кто не засвечен среди наших "клиентов". Двух я послал в Советск, они будут докладывать о тех фурах, что идут с литовской стороны! Еще одного, а также своего сотрудника, отправил на косу! Транзитные фуры у "фармакомовцев" идут в основном через "неманский" КПП. Но не исключаем, что транспорты могут послать и через КПП Нида-Рыбачий! Чего застыл? Садись за руль - поведешь "газель"!

Костин уселся за руль; Губарев уселся в кресло чуть позади его.

- Ты обьездную дорогу к этому ангару знаешь? Или только по асфальту через Калиновку?

- Хм... В принципе, там можно через лес проехать!..

- Правильно! - Губарев довольно усмехнулся. - Я своим, когда посылал на место, так и сказал! Ну и ладно, обойдемся без карт и ДжиПиЭса! Или мы с тобой не местные?!


Проехав километров восемь по зеленоградской трассе и миновав поселок Калиновку, окраинные дома которого смотрятся окнами на шоссе, "газель" вскоре свернула на проселок.

- А мы, значит, ждем гостей? - переспросил Костин. - Какие-то транспорты должны с "той" стороны прийти?

- Это лишь предположение. Пока многое до конца не ясно... Ситуция меняется стремительно и непредсказуемо! Сейчас нам особенно важно

- 252 -


пробить тему их перевалочной базы!

- Акция намечается на сегодня?

- Да. Одного "фармакомовского" хмыря взяли в оборот! Его задержали в Москве, в аэропорту. Отвезли в больницу - вроде как у него приступ аппендицита! Ну и вот: он расказал, что по его сведениям в область должны прибыть две фуры с неким грузом, который уже ждут...

- Что за груз?

- Партия лекарственных препаратов. Абсолютно легальная партия с чистыми документами. Но...

- Но что?

- В этой партии имеется одна левая коробка. Вернее, таких коробок будет две - по одной на каждый транспорт! Есть основания считать, что содержимое препаратов в этих упаковках не соответствуют надписям на коробках, на отдельных упаковках и на самих ампулах!

"Газель", притомаживая на неровностях грунтовой дороги, вьехала в тенистый смешанный лес.

- Это те самые ампулы, о которых мне говорил Студент? И одну из которых я передал Марине... а от нее уже она попала к вам?

Губарев процедил воздух сквозь сжатые зубы. Ответил в несколько приемов, роняя тяжелые страшные слова.

- Беда, Алексей... Может случиться страшная катастрофа! В ампуле... которую ты добыл... новейшая... не известная науке... не известная нашим экспертам комбинированная вакцина! Эту вакцину... под видом новой... новой вакцины против свиного гриппа, уже прокололи, как нам стало известно... нескольким десяткам человек! И здесь, в области... И в Москве... Все они трудятся в "фармакомовских" структурах. Что не может не настораживать! Эксперты заявляют, что эта вакцина... что она предназначена для профилактики...для предотвращения заболевания жутким вирусом! Названия которому даже еще не придумали!.. Но просчитанные параметры которого таковы, что в случае возникновения эпидемии... только в западной области в течение... в течение сорока восьми часов... погибнут сотни граждан! А еще через сутки, счет пойдет уже на десятки тысяч...


Костин, подчиняясь жесту командира, заглушил движок. Лес был полон - несмотря на кажущуюся тишину - разнообразных звуков. Ветер покачивает верхушки деревьев, где-то невдалеке долбит кору, выискивая личинок, дятел, чирикают, переговариваясь на своем птичьем языке, лесные птахи...

Информация, которую вывалил на него Губарев, не вмещалась в голове. Костин даже поплыл на какое-то время. В глазах у него потемнело, а в ушах, в ритме учащенного сердцебиения, стучали тревожной дробью молоточки...

Но он все же - усилием воли - смог быстро взять себя в руки.

- 253 -


Микроавтобус стоял на краю небольшой поляны, куда удалось свернуть с одной из пересекающих этот сравнительно небольшой - полтора километра на километр - смешанный лес грунтовых дорог. Теперь их отделяет от этой грунтовки полоса густого кустарника. Так что, если кто-то и будет здесь проезжать, то не факт, что смогут обнаружить их транспортное средство...

Андрей молча показал ему на сумки. Эти большие, как у спортсменов, тяжеленные баулы, - числом в полдюжины - занимают весь кормовой отсек "газели".

Костин раскрыл молнию одной из сумок. Копируя действия командира, надел поверх ветровки лохматый маскировочный прикид. Нечто похожее используют снайперы или наблюдатели (комплект типа "Леший", он же - "йоуи").

Губарев передал ему две рации: "тактическую" и портативную УКВ-рацию "кенвуд" с гарнитурой. Костин также надел под маскахалат - чем-то попахивающий... наверное, средством от комаров - поясную кобуру с компактным спецназовским пистолетом "Вул". Положил в карман две запасные обоймы. Повесил на грудь бинокль Лейка Геовид 8х42. Губарев достал из кармашка тюбик с "раскраской". Сам он этим средством пользоваться не стал, передав тюбик Костину...


Они шли по тропке, когда прямо перед ними - из ниоткуда, как показалось - выросла фигура еще одного "лешего".

- За мной! - шепнул сотрудник. - До опушки - полста метров.

Пригнувшись, продвигаясь неспешно и практически бесшумно, они преодолели дистанцию, отделяющую их от границы этого лесного массива.

Костин в какой-то момент едва не наступил на зеленоватый холмик - им оказался второй наблюдатель...

Залегли - под растущими на опушке леса разлапистыми елями. Губарев о чем-то пошептался сначала с одним, затем с другим сотрудником (на них были точно такие же маскировочные комплекты). Потом перебрался ближе к Костину, который дожидался от него ЦУ.

- Костин, назначаю тебя старшим! Имя тебе - Леший! Позывной в эфире - тоже "Леший". Справа от тебя - Восьмой! Того, что слева - Седьмого - я заберу с собой.

- Ты уходишь?

- Не сейчас, - прошептал Губарев. - несколько минут побуду с вами! Посмотрю своими глазами на этот объект! А потом мы с Седьмым уйдем... Вернее, уедем, а вас оставим тут на хозяйстве!


Какое-то время они молча рассматривали в мощные бинокли


- 254 -


огражденную площадку и расположенный в ее юго-восточной части серебристый ангар, длина которого составляет около семидесяти метров. Возле небольшого сборного домика с матовым стеклом во всю стену маячит охранник. Здесь же, рядом с сторожкой, как-будто даже в теньке, лениво распластался на земле какой-то крупногабаритный полкан...

Из помещения сторожки показался второй охранник. Перекинувшись словцом с напарником, он, как показалось наблюдавшему за ними из укрытия Костину, посмотрел на часы. Кого-то ждут? Или просто от скуки решил свериться с циферблатом? Чтобы определить, сколько ему - или им - остается времени до конца дежурства?..

Откуда-то - с очередным порывом ветра - принесло волну неприятных запахов. От этих едких запахов у Костина даже защипало в глазах...

Проморгавшись, Алексей стал разглядывать расположенное довольно близко от их НП строение. Это были останки какой-то фермы или постройки хозяйственного назначения... Возможно, здесь еще при прежних хозяевах, когда эта территория называлась Восточной Пруссией, был какой-нибудь крупный Vorwerk*. Хозяева которого среди прочего выращивали крупный рогатый скот в товарных масштабах... Судя по остаткам ограды и по наличию загородок и столбов с изоляторами, - но без проводов - в советское время здесь размещалась небольшая колхозная ферма. Теперь от нее остались лишь остов строения с прогнившей крышей...

Еще дальше, километрах в двух на северо-восток, за поворотом дороги через поле, видны строения нового крупного свиноводческого комплекса. Его, этот современный агрообъект, как и еще один имеющийся поблизости комплекс, построили и ввели в эксплуатацию сравнительно недавно...

И еще. Судя по запаху, в изрядно обветшавшем здании бывшей фермы долгое время хранили какие-то химикалии. А теперь это просто брошенный объект, хозяева которого вряд ли когда-нибудь объявятся...


Андрей уже хотел было покинуть наблюдательную позицию, когда в микродинамике, вставленном в ушную раковину, послышался доклад одного из сотрудников его сводной группы:

- Первый, это Второй пост!

Губарев, поправив дужку микрофона, вполголоса произнес:

- Слушаю!

- Только что мимо нас проехал джип GRAND CHEROKEE цвета серо-зеленый металлик! Этот транспорт есть в нашем списке! Номера сходятся!!

- Добро, принял к сведению.

- Пустить за ним наш транспорт?

- Отставить! Никакого "хвоста" не нужно.

-----------------

* Vorwerk - хутор, усадьба (нем.).

- 255 -


Не прошло и минуты, как послышался еще один доклад.

- Проследовал "темно-синий "ауди"! Транспорт отмечен в нашем списке! Номера сходятся!

- Добро, принял к сведению. Наблюдайте пока... ничего не предпринимать!


Послышался звук автомобильного движка. Вскоре из-за поворота - он просматривается частично из-за строения - показался джип "широкий"...

Костин предположил, что транспорт проследует по асфальтированной дороге прямо к объекту. В аккурат у шлагбаума которого, собственно, эта дорога, проложенная, видимо, для нужд построенных недавно свинокомплексов и продленная кем-то на километр с лишком уже непосредственно к огражденной площадке с ангаром, и заканчивается...

Но джип вдруг остановился: водитель затормозил неподалку от ржавых, сваренных некогда из металлических прутьев ворот. Которые и воротами-то теперь смешно называть из-за их ветхости...

Тем не менее, на этих воротах, створки которых крепились на бетонных столбиках - от них в обе стороны тянется проволочный забор с прорехами и покосившимися, смахивающими на пьянчуг столбиками - намотана добротная цепь, на которой болтается амбарный замок.

Из джипа вышли двое. Одного из них, коренастого, плотного мужчину лет пятидесяти с хвостиком Костин узнал без труда. Это был никто иной, как заместитель главы ЧОП "Арбалет" Старшинов. Кстати, бывший мент, служивший также год или два в их Управлении (Костин его даже застал, будучи еще зеленым опером)...

Другой, помоложе и повыше ростом, выбравшийся из кресла водителя, был ему смутно знаком. Кажется, видел его образину, просматривая оперативные видеозаписи и снимки, сделанные еще при прежнем начальнике... Связан то ли с таможней, то ли с погранцами...

Старший - а у Старшинова, кстати, именно такое прозвище было еще в ментовке - достал из кармана связку ключей.

Открыл амбарный замок, раскрутил цепь. На пару с водителем "широкого" развел створки брамы в стороны.

Вновь послышался нарастающий звук автомобильного двигателя. Ага... К ферме подкатил второй транспорт. Тот, о котором докладывал только что наблюдатель. А именно, темно-синий "ауди".

Из этой тачки тоже вышли двое мужчин. У Костина, когда он разглядывал их лица, даже пересохло во рту! Уж кого-кого, но этих двух борзых отмороженных ментов, он будеть помнить до конца своих дней!

Четверо сотрудников, одетых в маскировочные прикиды, недвижимо лежали на опушке, сливаясь с местностью. Ровно столько же человеческих особей сейчас находятся всего в полусотне шагов от них. И если они


- 256 -


ненароком обнаружат присутствие сторонних людей, то дальнейший ход событий не взялся бы спрогнозировать даже командир сводной группы Андрей Губарев...


Мухин, сидевший за рулем "ауди", всю дорогу от города до Калиновки молчал. Потом, когда они уже повернули на шоссейку, ведущую мимо свинокомплексов к объекту, вдруг судорожно - со всхлипом - вздохнул.

- Ты чего, Толян? - Глотов покосился на напарника. - Чё вздыхаешь, как корова?

- Я вот чё подумал, Иван... Не пора ли в натуре рвать когти?

- Рано еще, - процедил Глотов. - Я ж тебе сказал: не дергайся! Старший обещал вечером наликом еще по тридцать штук баксов отмаксать!

- За этого... которого мы сейчас исполним?

- За него... за кого же еще!

- Стремно, Ваня!

- А никто и не обещал легкие деньги! Получим бабки и разбежимся, как уговаривались! Вон их тачка! Тормози, Толян... счас обслужим еще одного клиента!


Они вышли из "ауди". Глотов, не скрывая своих приготовлений, принялся накручивать глушитель на очередной "марголин". Оружием и прочими нужными в их деле средствами "оборотней" в избытке снабдил Старший - все это добро хранится в тайнике в одном из гаражей, расположенном на тихой улочке городской окраины.

Глотов передернул затвор. Передал ствол напарнику. Тот хмуро поглядел сначала на Старшего, затем на "экспедитора".

- Не тяни, - процедил Глотов. - Нет времени!

- Может, товарищ хочет прощальную речь толкнуть?!

Мухин поднял руку, удлиненную "марголиным" с навернутым глушаком.

- Старшой, отойди чуток в сторонку!

Мухин прицелился в грудь "экспедитору"... Который, надо сказать, вел себя на удивление спокойно - он лишь чуток побледнел.

Толян мягко нажал на спуск...

Привычного уже уху звука - не последовало.

- Че за хрень... - пробормотал Мужин. - Осечка, мля...

Он передернул затвор. Прикрыв пальцем окно экстрактора, еще раз передернул... Вытащил обойму. Она была - пуста.

- Че за прикол, Иван? - он уставился на напарника. - Че за ствол ты мне дал? Ты же сказал, что все - "на товсь"!

- Идиот! - Глотов сплюнул под ноги. - Тоже мне, "киллер"!.. Гребанный


- 257 -


мудила! Кто ж доверяет чужому свой инструмент? Да хоть напарнику, хоть отцу родному?!

Он вытащил из поясной кобуры ПСМ. Да, без глушителя он "шумнее", чем "марголин" или любой другой ствол с оным. Но кто услышит звуки пистолетных выстрелов? Возле ангара - свои. А до ближайшего свинокомплекса немалое расстояние...

- Ваня... ты чё? - Мухин попятился. - Ты на кого пушку наставляешь?!

Глотов выстрелил ему в грудь! А затем, еще не дождавшись, когда напарник осядет, почти влет всадил пулю в глупую башку...

- Ну... вы сами все видели, - сказал он, адресуясь к двум остальным. - Чисто отмороз. Готов пришить любого, лишь бы бабки платили!

- Правильно сделали, что "хлопнули"! - угрюмо произнес "экспедитор". - От же тварь. Хотел в меня выстрелить!

Он подошел к лежащему возле стены бывшего коровника телу. Пнул мыском туфли. Потом еще и плюнул на свежеиспеченного жмура.

- От же гад!

Когда он обернулся, на него смотрели черные зраки двух пистолетов.

- И ты - тоже! - сказал Старший. - Без обид, дружище: бизнес есть бизнес!


Глотов и Старший потратили четверть часа, чтобы сбросить трупы в яму и прибрать следы.

- Значит так, Иван! Сейчас едем в "ангар" и оттуда до прибытия транспортов - ни ногой! Таковы инструкции.

- Когда приедут "фармакомовские"?

- После семи. Будет Роман из Москвы и те двое, которых я тебе показывал.

- Понятно.

- Отсюда поедем в город... Уже ночью, как и договаривались. Я с двумя "фармакомовцами" и с их товаром отправлюсь в известный мне адрес. Ты с Романом поедешь в тот адрес, который тебе назван. Москвич передаст ампулы двум людям... Встреча должна состояться ровно в час пополуночи!

- Это тоже понятно.

- Потом мочканешь Романа! Прямо там, в адресе! Но не раньше, естественно, чем он передаст "посылку"! Не раньше, чем те двое уйдут!

- Тоже понятно.

- И уже после этого можешь быть свободен... Как и договаривались изначально: разбегаемся! Кстати. Ты проверял электронные счета? Деньги тебе перевели?

- Проверял. Перевод прошел, все нормально.

Они направились к машинам; компания людей, прибывших на них из облцентра - уполовинилась.

- Надо отработать, Иван, все четко и до упора! - сказал Старший прежде,


- 258 -


чем они уселись каждый в свое авто. - Потому что, если кто-то облажается, или ты, или я... То найдут и под землей. И тогда мертвым позавидуешь!


Губарев опустил бинокль; обе машины только что вьехали на территорию объекта.

Он задумчиво пожевал травинку. Потом, выплюнув горчащую массу, негромко сказал:

- Ну вот и пошла "движуха"... Похоже на то, что эти ребята начали рубить хвосты! А это верный знак, что приближается "время "Ч"...

- Те, что приехали на "ауди" - мои знакомцы. Я тебе о них рассказывал.

- Мы могли бы их прихватить еще раньше. Но у нас - свои задачи!

- Какие наши действия, командир? - спросил Костин.

- Придется внести кое-какие коррективы. Вот что. Ты, Седьмой, тоже остаешься здесь!

- Есть, командир!

- Сейчас ты прогуляешься со мной к "газели"! И выгрузишь баулы с экипировкой и оружием! Будешь охранять наш временный складик с амуницией и стволами до прибытия группы поддержки!

Он замолчал на некоторое время, прислушиваясь к репликам, звучавшим в микродинамике.

- Первый, вас вызывает Юпитер! Просит связаться по спутниковому терминалу! Это сверхсрочно и сверхважно!

Губарев, поправив гарнитуру, негромко произнес:

- Передайте Юпитеру, что выйду на связь... через пятнадцать минут!


Губарев повернул голову к Костину, чье лицо было в тон траве и листьям.

- Леший, я дам команду, чтобы сюда, в этот лесок, выдвинулась одна из наших мобильных групп! Сотрудников будет трое... И вас тут трое; всего - шестеро!

- Ясно.

- Ты назначаешься старшим этой группы!

- Я?

- Ты как будто не служил в армии... да еще и в спецназе ГРУ?! Что надо сказать?

- Так точно! Есть, командир!

- Смогу ли еще в ближайшие часы подогнать спецов... не знаю, не уверен!

Не раньше вечера, скорее всего. Пока обходись наличными средствами!

- Есть.

- Ставлю задачу. Приказываю наблюдать скрытно за объектом, за всеми передвижениями и маневрами! Докладывать каждые четверть часа!


- 259 -


- Есть. Скрытно наблюдать. Докладывать каждые пятнадцать минут.

- Всех людей и все транспорты, что проследуют на обьект - фиксировать! Но не останавливать, не препятствовать их проезду!

- Ясно, командир.

- А теперь самое важное! Любого, кто попытается покинуть объект - а здесь одна дорога! - задерживайте, в наручники и мордой в землю!

- Ясно!

- Всех впускать, и никого не выпускать! В случае, если попытаются оказывать сопротивление - вести огонь на поражение из "тихих" стволов!

- Есть!

Губарев посмотрел в глаза давнему приятелю.

- Очень на тебя рассчитываю, Леший! Не подведи.


+ + +


- 260 -


Г Л А В А 26


В четыре часа пополудни в "малом" зале Ситуационного центра Национального антитеррористического комитета (НАК) началось совещание в узком кругу. Надо сказать, что в состав НАК, согласно указу Президента от 16 февраля 2006 года "О мерах по противодействию терроризму", входит около трех сотен сотрудников центрального аппарата Федеральной службы безопасности, а также по нескольку представителей от других силовых структур и ведомств. Решение передать тему под кодовым названием "Атипичная угроза" в ведение НАК было принято буквально час назад.

Причем, принято оно было на высшем государственном уровне.

Именно НАК, зарекомендовавший себя как действенная и эффективная структура, обладающая необходимыми организационными и материальными ресурсами, более всего подходил для решения самых сложных задач по реагированию на опасные вызовы, на возникающие или могущие возникнуть угрозы для жизни граждан, для национальной безопасности в целом.

Учитывая специфику событий, все мероприятия, связанные с темой "атипичной угрозы", изначально носили секретный характер. Именно по этой причине на совещание были приглашены лишь те, кто либо уже был в теме, либо без чьего присутствия сложно решить те или иные организационные, кадровые, технические вопросы.

Директор ФСБ, он же - глава НАК, после краткого анализа текущей ситуации по теме, резюмировал:

- Ситуация, как видите, крайне сложная, очень динамичная... Сведения к нам поступают противоречивые! Времени на обработку данных у нас не хватает. Но решение мы должны принимать уже сейчас! Какие будут предложения, товарищи?

Он посмотрел на расположившегося в конце стола главного санитарного врача страны.

- У нас есть понимание, с чем мы имеем дело?

- Полного понимания пока нет, - ответил тот. - Есть очень тревожные предположения! Наши эксперты, исследовавшие образец вакцины, сходятся в одном. Вакцина создана за рубежом - у нас такого рода образцов пока нет! Это первое. И второе, самое важное. И - самое тревожное...

Главный санитарный врач замялся... Слишком многое зависело сейчас от тех слов, что он произнесет. Или, наоборот - не произнесет.

- Слушаем вас внимательно!

- Я только что, менее часа назад, разговаривал на эту тему с двумя нашими лучшими специалистами в области вирусологии и создания боевых "штаммов" бактериологического оружия! Именно они проводили анализ той вакцины, что была обнаружена и перемещена из анклава...


- 261 -


- И каково их заключение?

Все присутствующие - а в зале собралось около полутора десятков высокопоставленных спецслужбистских чинов из ФСБ, МВД, ФСКН и МЧС - буквально затаили дыхание.

- Если есть ключ, значит, где-то есть и замок, под который этот ключ изготовлен, - после паузы сказал главный санварч страны. - Если есть противоядие - андитот, иначе говоря - то должен существовать и сам яд...

- А если сформулировать в менее образных выражениях? С чем мы можем столкнуться? Что это за вирус, вакцина против которого попала в наше распоряжение?

- Предположения наших специалистов... подчеркиваю, именно предположения!... таковы. Вирус выделен из искусственно созданного комбинированного мутагенного штамма. Скорее всего, генным материалом при создании вируса "нового гриппа" служили... обычные свиньи. Вернее, образцы их тканей.

- Почему так думаете?

- Так говорят наши специалисты. Мы ведь тоже десятилетиями проводили подобные работы... Но они уже несколько лет как свернуты. Свинья... это идеальный миксер. В организме этого животного способны смешиваться все известные болезни, от чумы до гриппа! На выходе зачастую получается поистине "адская смесь"!..

- Что именно получилось на выходе... в нашем конкретном случае?

- Крайне агрессивный патогенный вирус! С изменяемой - динамичной и нестабильной - вирусной РНК! С высочайшим уровнем вирулентности! Вирус замаскирован под "свиной грипп", под A/H1N1! Предполагаемая смертность среди людей в случае возниковения эпидемии этой неизвестной доселе разновидности гриппа, которая будет напоминать также "испанку" по ряду симптомов - от семи до девяти случае на десяток зараженных!.. Без специального лечения подавляющее большинство заболевших - обречены! А лечить - нечем! Нет вакцин... и не успеем произвести в нужном количестве! Даже если возьмем за образец эту чужую анонимную вакцину, не факт, что сможем повторить, создать аналог! А уже о том, чтобы произвести в ближайшие несколько суток или недель десятки миллионов доз новой вакцины... Об этом нечего и говорить!!

Докладчик с трудом перевел дух. Присутствующие молчали, понимая, что этот человек еще не все сказал. Что это еще не все плохие новости.

- Подытожу. Вирус новой инфекционной болезни - если случится самое страшное и если оправдаются худшие прогнозы - будет передаваться тем же путем, что и большинство известных нам вирусов! С той существенной разницей, что при высочайшей степени вирулентности количество зараженных будет расти, как снежный ком, как лавина! Смертельный исход с момента заражения прогнозируется в промежутке между тридцатью


- 262 -


шестью и сорока восемью часами! Если не закроем границы региона,

на территории которого, как предполагается, могут находиться либо "штаммы" нового вируса, либо материал для его производства в лабораторных условиях... То эта зараза поразит и население соседних регионов! Болезнь быстро перешагнет границы соседних стран! И неминуемо попадет через любой из транспортных каналов, через людские коммуникации к нам!.. И последнее. В случае возникновения пандемии - все загорится, как сухая солома! Полыхнет! И я не уверен, как и мои коллеги, что мы сможем как-то воспрепятствовать распространению этого гибельного вируса, этой новой смертельной болезни по всей стране... Результаты могу быть такими, как и в годы, когда были эпидемими тифа, чумы, испанки... Если даже не худшими! О чем я... непосредственно перед началом этого совещания... известил высшее руководство страны.


В зале послышалось чье-то восклицание... Еще кто-то из крупных чинов, не сдержав напора эмоций, произнес вслух крепкое народное словцо.

- Попрошу тишины! - сказал глава НАК. Выждав несколько секунд, он посмотрел на докладчика. - У вас есть что еще добавить к сказанному?

- Да, есть. Еще одна важная, на мой взгляд, информация поступила недавно из Нью-Йорка, где находится штаб-квартира ВОЗ... То есть, из головного офиса Всемирной организации здравоохранения. На сегодня там было назначено пленарное заседание. С учетом разницы во времени, оно должно было начаться в девять вечера по московскому времени. Планировалось, что исполком ВОЗ обьявит - официально! - о придании нынешней эпидемии вируса A/H1N1... так называемого "свиного гриппа"... статуса - "пандемия"! Уточню: подобное происходит впервые за последние сорок лет!

Повторю еще раз: решение о придании "свиному гриппу" высшего статуса "пандемия" планировалось принять именно сегодня! Но примерно два часа назад исполком ВОЗ опубликовал - и разослал во все национальные организации! - сообщение, что пленарное заседание по данному вопросу переносится на послезавтра!

- Вы преполагаете, что это как-то связано с теми событиями, ради которых мы здесь собрались? - спросил директор ФСБ. - То есть, некто, кто имеет решающий голос в аппарате этой всемирной организации... как бы подгоняет сроки под некое событие? Которого следует ожидать в ближайшие два или три дня?

- Похоже на заговор, - подал реплику кто-то из присутствующих. - Хотелось бы знать, кто за всем этим стоит.

- Заговоры - это не по моей части, - сказал главный санитарный врач. - Я всего лишь сообщаю известные мне и моему ведомству факты. Я


- 263 -


познакомил вас с оценками и прогнозами наших специалистов, сделанных как на основе анализа вакцины, так и исходя из наличия тех угроз, о которых меня дополнительно проинформировали товарищи из органов!..

- Каково ваше предложение? Какие меры надо предпринять в самом экстренном порядке? Чтобы предотвратить распространение вируса и инфекционной болезни... Если, конечно, эта "атипичная угроза" не окажется - "ложной угрозой"?!

- Нужно "закрыть" нашу западную область! Прекратить всякое сообщение! И экстренно готовиться к масштабным мерам санитарно-эпидемиологического характера!

- То есть... Действовать так, как словно мы уже имеем зараженных этим смертельным вирусом на территории как минимум одной области?

- Да. В таких случаях лучше "перебдеть"... Есть и другие предложения, я готов их изложить.

Глава НАК вдруг отрицательно качнул головой.

- Не сейчас. Спасибо, обсудим эту тему чуть позже.

Он посмотрел на сидящего по левую руку, через два человека, директора Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков.

- Ваши сотрудники уже проанализировали таможенные "инвойсы"* тех компаний, что входят в холдинг "Фармаком"? Удалось выяснить, откуда и кем поставляются партии лекарств и медпрепаратов через Западную СЭЗ**?

- Обработка этих данных в основном закончена. В списки поставщиков входят порядка двух с половиной сотен зарубежных фирм и компаний.

- Из каких стран?

- Преимущественно, это немецкие, швейцарские и австрийские фирмы. Некоторые партии оформлялись как "гуманитарка". В большинстве случаев партии грузов формировались на пакгаузах близ Бремена, Дюссельдорфа, Гамбурга и Киля. А также в Баварии.Это основные перевалочные базы такого рода продукции на их пути в аптечные сети и учреждения здравоохранения в страны Восточной Европы, в страны СНГ и к нам, в Россию.

- И найти упаковку или даже коробку некоего препарата, маркировка на котором не соответствует содержимому... Очень сложно, надо полагать?

- Это все равно, что найти иголку в стоге сена, - сказал глава ФСКН. - Тем не менее, мы считаем, что у нас есть шанс найти эту самую "иголку"... Если, конечно, нам действительно кто-то решил ее подбросить!

- А если удастся найти этот опасный препарат... Можно будет определить, кто является его изготовителем? В какой лаборатории он произведен? И через какую цепочку фирм и транспортных коммуникаций к нам попал?

----------------

*Инвойс (invoice) - в данном случае - документ, содержащий перечень товаров с указанием их стоимости, формальных особенностей (цвета, веса и т.д.), условий поставки и сведений об отправителе-получателе.

*СЭЗ - свободная экономическая зона.

- 264 -


Если он все же попадет к нам, потворюсь?

- На некоторые из этих вопросов смогут ответить лишь специалисты... Если вообще смогут. По нашей же части могу доложить следующее. При современных "серых" схемах доставки значительной части импортных медикаментов, установить изготовителя препарата и реального отправителя без помощи компетентых органов ряда стран... стран Запада, стран блока НАТО, уточню... практически не возможно. Мы уже сталкивались с проблемами, когда запрашивали информацию по трафику тех или иных препаратов. Там так все хитро запутывают, что концов не найти! И наши фирмачи путают следы, и западные иногда этим грешат! И злого умысла тоже вроде как не обнаруживается. Просто в ряде случаев нам не хотят идти навстречу. А без сотрудничества и обмена надежной актуальной информацией такого рода преступления зачастую остаются нераскрытыми.

Глава НАК понимающе качнул головой.

- Вы связывались уже с вашим коллегой из Германии?

- Да, я с ним разговаривал по телефону - дважды. Сообщил тот минимум информации, который мне было разрешено открыть. Попросил содействия устно, а также около десяти утра отправил на его офис официальный запрос с перечнем компаний. Как наших, отечественных, так и зарубежных, осуществляющих перевозки в интересах известного нам холдинга.

- Вам уже доводилось сотрудничать с соответствующими органами Германии по теме наркотранзита?

- Да. У меня хорошие личные отношения с этим человеком. Наши службы успешно реализовали ряд мероприятий.

- Вы запросили информацию по транспорту, который доставляет грузы для компаний холдинга "Фармаком"? И который проследовал через территории этой страны?

- Не только ФРГ. Мой немецкий коллега сейчас председательствует в комитете начальников наркослужб и наркокомитетов стран Евросоюза.

- Информация от него вам пока не поступила?

- Ответа все еще нет. Нужно время, чтобы запросить и собрать сведения у их таможенников и пограничников. Чтобы затем обработать данные и получить на выходе то, что нас интересует... Я надеюсь, что такая работа нашими немецкими коллегами будет проделана в максимально сжатые сроки и на традиционно качественном для них уровне!

- В этой части - понятно. Такой вопрос... Удалось ли обнаружить склад - или склады - на территории Западного края? Имеется в виду склад или помещение, где "фармакомовцы"... или отдельные сотрудники этого холдинга, поскольку мы не можем подозревать всех без разбора... могут хранить какие-нибудь опасные вещества и материалы.

- Местонахождение их пакгаузов и складских помещений на территории области нам известно доподлинно. Легальных, скажем так, обьектов...


- 265 -


- А нелегальных?

- Сейчас усиленно пробиваем эту тему! Есть обнадеживающие сведения. Но я готов буду доложить по этому вопросу лишь после перепроверки поступающих данных!

- А что тот человек, которого задержали в "Домодедово"?

- Его не задерживали... Наши сотрудники совместно с опергруппой ФСБ устроили все так, как будто он заболел... Острый приступ. Его увезли в райбольницу! Ну а там он находится под контролем наших сотрудников. И дает нужные нам показания.

- В его компании не заподозрили , что один их их сотрудников находится под вашим контролем?

- Похоже, что не догадываются... пока.

- Он знает про антигрипповую вакцину нового образца?

- Знает, хотя и в общих чертах. Ему сделали прививку. Еще десять дней назад... И не только ему, но и его жене, и сыну.

- А про склад дал показания?

- Он сказал, что местонахождение нового склада - не знает. Но в курсе, что такой есть. Еще он рассказал про задание, с которым в анклав отправлены Легостаев и - сутками ранее - двое сотрудников "дочки" холдинга. Вернее, рассказал то, что знает...


В течение последующих пяти минут глава ФСКН, ведомства, которое изначально курировало тему холдинга "Фармаком", изложил то важное, что содержалось в показаниях Игоря Малиновского, сотрудника холдинга "InWestFarmacom Baltic LTD".

Когда он закончил, вопросов не последовало. Вернее, вопрос был задан уже на другую тему.

- Считаете ли вы необходимым, - глядя на него, спросил глава НАК, - разумным и даже единственно возможным вариантом - немедленное закрытие границ западного анклава?

- Нет, не считаю. Эта мера может привести к очень тяжелым последствиям.

- Почему? Поделитесь вашими соображениями.

- Мы разом лишимся всех своих плюсов, пусть их пока и не слишком много! Мы потеряем фактор внезапности! Наш противник... а именно, те, кто разработали и методично воплощают свой чудовищный план в жизнь...

Вот они-то поймут, что мы что-то такое заподозрили, что мы готовимся осуществлять контрмеры! Нам пока удается сохранять все наши контрдействия в тайне! Мы уже многое узнали, многое выяснили, мы готовим ряд точечных акций! Которые, как я уже говорил ранее, должны согласовываться по времени и координироваться из единого центра!.


- 266 -


Закрывая границы до - а не после! - момента ареста основных фигурантов и изьятия всех опасных материалов - со всеми необходимыми мерами предсторожности! - мы рискуем дать событиям такой толчок и такое негативное направление, к которому мы пока что совершенно не готовы!

- Кто руководит в области текущими мероприятиями? По вашей части?

- Начальник областного управления генерал-майор полиции Бекетов.

- Он опытный товарищ? Вы лично ему доверяете?

- Да, полностью! Это один из лучших наших сотрудников! После перевода на другое место службы прежнего начальника облуправления... пострадавшего, скажем так, из-за активных попыток расследовать деятельность "балтийских" дочек холдинга, было принято решение направить в анклав именно Виктора Ивановича Бекетова. К сожалению, прошло совсем мало времени с момента его назначения. Мы планировали спецмероприятия на вторую половину июля... При ожесточенном, должен сказать, противодействии лоббистов этой структуры...

- Ладно, об этом после! Вы дали необхомые указания генералу полиции Бекетову?

- Я с ним несколько раз разговаривал по телефону! Бекетов и его сотрудники действуют в тесном контакте с двумя прибывшими из Москвы сводными опергруппами! Нашу сводную группу, которую, мы признаться, готовили работать как раз по структурам "Фармакома", возглавляет командир спецподразделения оперативно-боевого департамента Губарев...

- Он, этот ваш Губарев, опытный сотрудник? На него... до прибытия командированных нами товарищей... ложится большая ответственность!

- Он на хорошем счету. Губарев ранее служил в ГэРэУ. В Службе - пятый год, имеет большой опыт проведения активных мероприятий специального характера. Также мы в настоящее время скрытно перемещаем в регион, используя как пассажирский, так и служебный транспорт, дополнительный контингент наших сотрудников...

Директор ФСБ посмотрел на одного из своих замов, который по совместительству является также руководителем аппарата НАК и начальником Федерального оперативного штаба. Потом перевел взгляд на руководителя управления "А".

- Масштаб событий заставляет нас действовать быстро и неординарно! - сказал глава НАК. - Поднимайте по тревоге группу "Альфа"! Вылет на задание из подмосковного Чкаловска! Двумя бортами! Один пойдет через прибалтийский коридор - запросите "добро" на пролет транспортного борта! Если откажут, как это уже случалось, оба борта направите обходным маршрутом! Через Северо-Запад и далее через международный коридор в регионе Балтийского моря!


+ + +

- 267 -


Г Л А В А 27


В половине пятого к группе Лешего, занявшей наблюдательную позицию на опушке лесного массива в полукилометре от объекта, присоединились еще трое сотрудников. Двое из них, кстати, прибыли на место всего спустя час с небольшим после того, как они сошли - под видом обычных граждан - с "московского" поезда на перрон Калининградского железнодорожного вокзала. Как говорится - с корабля на бал.

В течение лишь последних нескольких часов в область обычными гражданскими авиарейсами и на пассажирских поездах прибыли не менее полусотни сотрудников ФСБ и ФСКН. Большинство из них, как и эти двое, получали в качестве сопровожатого кого-нибудь из местных сотрудников (в данном случае - оперативника УФСБ). После чего этих вновь прибывших товарищей либо немедленно отправляли с заданием на определенный участок, либо они поступали в распоряжение оперативного штаба. Который, кстати сказать, временно, до прибытия из Москвы двух больших спецслужбистских чинов, возглавили начальник УФСБ по области и городу и его коллега из ФСКН генерал-майор полиции Бекетов.

Эти трое прибыли в указанное им место на "ниве". Машину замаскировали, набросив на нее пятнистую "маску". Боец, охранявший временный склад, устроенный прямо в лесу - сумки со снаряжением сложил в сухую яму-промоину, прикрыв сверху камуфляжным тентом - выдал этим сотрудникам, прибывшим сюда по приказу командира сводной группы Губарева, экипировку, рации и оружие.

Быстро, но без суеты и спешки, экипировались. У одного из спецназовцев - как и у Восьмого - снайперский "винторез". Все шестеро теперь имеют при себе бесшумные спецназовские пистолеты ПСС "Вул". Также, кроме малошумных "винторезов", на вооружении группы четыре автомата АС "Вал", достаточное количество боеприпасов и светошумовые гранаты "флэши".

Люди, которых прислал сюда Андрей Губарев, явно имеют серьезный опыт участия в подобных мероприятиях. Они действовали грамотно, толково, несуетливо и бесшумно. Им не надо было разжевывать кашку - любую инфу воспринимают с лета, любую команду выполняют четко. У всех рации, микронаушники и головные микрофоны. Теперь группа дополнительно связана еще и сетью ближней тактической УКВ-радиосвязи. Дальность действия миниатюрных радиопередатчиков в этой сети не превышает трех сотен метров. Так что опасность того, что их обмен в единой тактической сети могут засечь те, кто находятся на охраняемом объекте, или еще кто либо, сведена практически к нулю.

Каждый из сотрудников получил от Костина позывной. За основу он взял


- 268 -


международный Свод сигналов. Себе он забронировал позывной "Альфа". Остальным, в соответствии с тем, как именно, в каком порядке они расположились на позиции, присвоил позывные "Браво", "Чарли", "Дельта", "Эко" и "Фокстрот".


Опять потянулось время, опять пошла полоса томительного ожидания.

Те двое, что приговорили своих спутников и затем припрятали тела на старой ферме, сразу по приезду на объект, перебросившись лишь накоротке словцом с двумя охранниками, направились в ангар. Они вошли внутрь этого серебристого строения через дверь, устроенную с противоположной стороны (а не там, где находятся ворота). Внутри явно находился еще кто-то; этот некто открыл дверь, когда Старший поднес к губам портативную рацию...

Да, именно так: Старшинов и "оборотень" скрылись в ангаре и более оттуда не выходили. Один из охранников практически все время торчит в сторожке. Другой, держа на поводке сторожевого пса, каждые полчаса обходит по периметру весь участок. А затем, посадив собаку на цепь, присоединяется к напарнику, дежурящему в сторожке.

Костин некоторое время размышлял над тему, почему Андрей не захотел прихватить тех четверых, что останавливались возле фермы. Почему командир не стал препятствовать разборке между ними? Почему он не дал команду хотя бы повязать тех двоих, что приговорили своих подельников и затем где-то на этой же "ферме" приховали их тела? Ведь и Старшинов, один из руководителй ЧОП "Арбалет" и тот, другой - мент-оборотень - наверняка обладают какой-то ценной информацией. Можно было бы устроить - прямо здесь, в лесу - экстренное потрошение...

Но Губарев такой команды не дал. И на то у него наверняка имелись веские резоны.

- Леший, ответьте Второму посту!

Костин, отодвинув манжету маскировочного комплекта, бросил взгляд на циферблат "командирских" - часы он получил в комплекте со всей прочей экипировкой.

Девятнадцать тридцать пять по местному времени.

- Леший на связи!

- С трассы в вашем направлении свернул BMW X3 цвета зеленый перламутр! Транспортное средство числится в нашем списке!

- Второй пост, вас понял! "Икс" цвета зеленый перламутр!

Не прошло и минуты, как послышался еще один доклад.

- Леший, от Калиновки к вам повернул джип марки "Ниссан-Патрул" цвета мокрый асфальт! Номер не отфиксировали... В списке есть только один транспорт этой марки и такого цвета...


- 269 -


- За кем числится джип?

- Частное охранное предприятие "Арбалет"!

- Принял к сведению. Отбой связи.


Вскоре из-за поворота возле старой фермы на дороге показался BMW X3. Костин слегка напрягся: может, и эти решат сделать небольшую остановку возле заброшенного строения? Обождут, к примеру, следующий в полукилометре примерно за ним "патрул" и затем устроят здесь очередной междусобойчик. Ополовинив разом число приехавшего сюда народа...

Но нет. "Икс" миновал ферму...

Следом промчался и джип марки NISSAN PATROL.

Охранник поднял шлагбаум. Обе тачки вкатили на площадку. Теперь уже возле ангара стояли в рядок пять машин. Из БМВ выбрались трое... Из "ниссана" - еще двое. Тот, что сидел за рулем "ниссана", пошел к охранникам в сторожку. Остальные четверо проследовали по дорожке, проложенной между заграждением и стеной ангара. Один из них поднес к губам рацию. Спустя несколько секунд им открыли. Все четверо проследовали в ангар, после чего кто-то запер дверь извнутри.

Костин опустил дужку микрофона к губам. Переключил "кенвуд" с волны дежурного приема на "командирский" канал.

- Первый, ответьте Лешему!

Через несколько секунд в наушнике прозвучал знакомый голос:

- Первый на связи!

Костин доложил Губареву обстановку. Андрей, выслушав доклад, сказал:

- Это "фармакомовских" на объект привезли! Будьте предельно внимательны! Задача остается прежней: всех впускать и никого - не выпускать!


В половине девятого вечера по московскому времени - в 18.30 по центральноевропейскому - в приемной директора ФСКН раздался телефонный звонок. Его принял старший помощник-референт. Справившись, кто находится на другом конце провода, он попросил немного обождать и переключил звонившего на другую линию.

Директор ФСКН в это время находился в служебном авто. Ему было приказано выехать с докладом - вместе с первым замом директора ФСБ - в Национальный центр МЧС в подмосковных Ватутинках, где в эти минуты проходило еще одно совещание по теме "атипичной угрозы". На этот раз с участием главы правительства.

Небольшая колонна служебных машин в сопровождении спецтранспорта


- 270 -


- под рев сирен, окутываясь пульсирующими всполохами мигалок, - уже миновала МКАД и неслась по калужскому шоссе...

Глава Госнаркоконтроля снял трубку.

- Берлин на проводе!

Двое мужчин, занимающие высокие посты в правохранительных органах своих стран, обменялись приветствиями. Разговор шел без переводчика, на английском, коим они оба хорошо владеют.

Колонна спецслужбистских машин уже подьезжала к новому комплексу НЦ МЧС РФ, когда глава Госнаркоконтроля, попрощавшись со своим немецким коллегой и поблагодарив его за помощь, связался по другой линии с оставшимся на хозяйстве заместителем.

- Факс от немцев уже пришел?

- Вот только что получили! Он у меня сейчас в руке!.. Здесь указаны номера транспортов... марки "фур"... Копии инвойсов пришлют в ближайшее время! Так... И самое главное!

- Что еще?

- Три "фуры" с грузами для балтийских дочек "Фармакома" вчера оформлялись в Киле!..

- В Киле? А далее - куда? Паромом? Или по суху пошли?

- На борту парома в Клайпеду!

- Добро! Срочно выясните, прибыл ли морской паром из Киля в порт назначения... То есть, в литовский порт Клайпеда! Передайте копию этого сообщения в оперативный "западный" штаб! Сообщите Бекетову! Но предупредите, что без дополнительной команды, без согласования с Центром - ничего не предпринимать!


Мажонас всю вторую половину дня провел в новом офисе. Дел накопилось столько, что просто руки опускались. И если бы не Петрович и не Бася, взявшиеся подсобить ему в деле разгребания авгиевых конюшен, то Римас попросту бы утонул в этом бумажном дерьме.

Вот так: стоит уйти в запой на пару недель, а потом еще и загреметь в каталагу, как наступает полная разруха... К счастью, тот документооборот, за который отвечает Мажонас, был на порядок меньше, чем у Стаса. Ирма сейчас плотно занята какими-то делами. Когда Нестеров вернется от соседей, его тоже ждет кипа бумаг - высотой с приличный такой холм. Но ему-то "сяся" наверняка бросится помогать с оформлением отчетности...

В семь вечера Слон отпустил Басю домой. У виленчанки из-за накопившейся усталости и нервных переживаний стал вдруг заплетаться язык. И даже глаза как-то странно косили... Она девушка крепкая, выносливая, работящая. Но силы у любого человека не беспредельны. Резервуар с жизненной энергий тоже нужно время от времени наполнять. Чтобы было потом откуда черпать.

- 271 -


В половине восьмого запиликал сотовый. Мажонас глянул на экранчик - Баська!

- Ну, чего?! Ты уже дома? Небось, в ванной полеживаешь!

- Не, не, я в самоходе! И я вижу тех двух хлопаков!!

Мажонас как-то даже не въехал с ходу, о чем это она.

- Не врубаюсь! Какие еще "хлопаки"?!

- Ну эти... на "корейце"! Которые к нам в офис вломились!!

- Что?? Как это... Откуда они взялись? Чё за дела, Барбара?!

В трубке на несколько секунд воцарилась тишина. Затем вновь донесся чуточку осипший - но и какой-то задорный - голос частного детектива Ставицкой.

- Римукас, ты только не ругайся! Я это... по пути завернула в тот адрес, что ты назвал. В тот адрес, где проживает один из этих хлопаков!

- Что-о? Зачем?! - рявкнул в трубку. - У тебя что, башню сорвало?!

- Не лайтесь, пан начальник!.. Мне это было по пути...

Мажонас вытер тыльной стороной ладони выступившую на лбу испарину.

- Ну, Бася, я так с тобой до старости не доживу... Ты их видела?

- Да. Я только вьехала в тот двор... Как вдруг... они вдвоем вышли из подьезда! Я их сразу признала! У меня синяк не до конца сошел... пся крев!

- А они тебя, часом, не заметили?

- Нет... Я не выходила из самохода! И самоход у меня сейчас другой!

- Где ты находишься?

- Да за ними еду! На хвосте! Сейчас на улице Винцаса Кудирки!

Мажонас собирался приказать ей немедленно прекратить преследование "корейца"... Но с его уст слетели совсем другие слова:

- Следуй за ними, но ничего не предпринимай! А я свяжусь с тобой уже из машины!

Он дал отбой. Затем с треском захлопнул крышку ноут-бука.

- Что-нибудь стряслось? - спросил Петрович, когда Мажонас на секунду заглянул в его кабинет. - Куда ты собрался?

- Я поехал, Петрович! Мы с Баськой отправляемся на дело... А на какое, пока и сам не знаю!


В восемь с минутами по местному времени Губареву, который находился в салоне припаркованного на обочине зеленоградской трассы микроавтобуса, оборудованного комплектом спецсвязи, прозвонил Бекетов.

- Первый на связи!

- Пришла важная информация из Москвы! Вернее, эти сведения поступили из Берлина, из офиса заместителя главы Bundeskriminalamt!


- 272 -


- Немецкая криминальная полиция?

- Да! У них сегодня запрашивали информацию по трафику! А также по транспортам фирм, обслуживающих перевозки холдинга! Пришел факс... мне сейчас копию переслали! Теперь внимание! Три фуры с партиями медикаментов вчера утром были отправлены из Киля! Как раз в адрес двух дочек "Фармакома"! Две машины - к нам! И одна - к литовцам!

У Губарева сразу персохло во рту.

- Известны номера фур? И то, где они сейчас находятся?

- Данные на транспорты все известны! Запомните номера "фур"... А лучше - запишите!

Андрей вытащил из кармашка электронную записную книжку.

- Диктуйте!

Губарев внес в "книжку" записи. Затем, уже с экрана, повторил номера и марку транспортов, на которые теперь начнется настоящая охота.

Вот только по какую сторону границы они находятся, эти фуры? И кто за ними будет охотиться - российские или литовские спецслужбы?


- Слушайте далее, Первый! Паром, по нашим сведениям, пришел в Клайпеду... в шестнадцать ноль ноль! Сейчас эти две фуры, по нашим предположениям, либо на литовской стороне... Либо оформляются на пограничных терминалах!

- Сведения от таможни и пограничников уже имеются?

- Вот только что запросили! Ждем поступления информации!

- Ясно.

- Сейчас решается вопрос о закрытии границ области! Минутку... мне тут звонят!

Андрей, воспользовавшись паузой, ответил на другой вызов - звонили из Советска, куда он отправил небольшую группу сотрудников.

- Первый, тут две фуры только что прошли оформление! - доложил сотрудник. - Они так парой и вьехали на терминал!! А сейчас проехали мимо нас... мы тут стоим на площадке для очередников!

- Марка грузовиков и номера!

Сотрудник продиктовал в трубку эти данные.

У Губарева на какие-то мгновения перехватило дух...

Это были те самые две фуры, сведения о которых только что сообщил ему по телефону генерал Бекетов!..

На то, чтобы проанализовать ситуацию и сделать выводы, ушло еще несколько секунд. Судя по всему, границы теперь закрывать нет смысла: опасный груз уже находится на территории области.

- "Советск"... минуту! Будьте на связи! - сказал он. - И не теряйте из

виду эти две "фуры"!!!


- 273 -


На линии вновь был Бекетов. Каким-то другим, изменившимся голосом, он произнес:

- Мой сотрудник только что справлялся у таможни! Эти две фуры буквально... несколько минут назад... закончили формление таможенных документов на КПП "Советск! И теперь уже находятся на территории нашей области, нашей страны!

- Докладываю, что полчил аналогичные сведения! Мне как раз прозвонил наш сотрудник из группы наблюдения! Из Советска! И он доложил, что... что эти две фуры только что проехали через таможенную зону - в нашу сторону!

- Номера транспортов совпадают?

- Так точно!

На другом конце на какое-то время воцарилась тишина.

- Организуйте наблюдение и сопровождение! У вас в резерве две мобильные группы на транспортах?

- Так точно. И еще та группа, что была отправлена в Советск. От которой только что поступил доклад!

- Приказываю наблюдать за этими двумя фурами - скрытно! Учитывайте то обстоятельство, что известные структуры наверняка вышлют для их сопровождения свой транспорт с людьми! А также держите в уме то, что фуры с грузом могут следовать в разные адреса! То есть, будьте готовы к тому, что придется сопровождать две цели! Задача ясна?

- Так точно.

- И последнее. С минуты на минуту должен приземлиться борт с сотрудниками Управления "А"! Планируется, что силовой захват будут осуществлять бойцы группы "Альфа"!

- Ясно...

- Ничего не ясно, Первый! - словно уловив прозвучавшие в реплике Губарев нотки разочарования, сказал Бекетов.- Если они не поспеют... к нашей обедне, то по грузовикам и охране будет работать именно ваша сводная группа!!


После приезда на объект трех сотрудников "Фармакома", ситуация стала развиваться более динамично. И не совсем так, не совсем в том направлении, как это себе представляли некоторые из участников событий.

Двое "фармакомовцев" сразу прошли в небольшое помещение: внутри склада имеется выгородка, за которой расположены три комнатушки и уборная. Один сел на узкий диванчик, другой - на пластиковый стул. Взяли со столика журналы, стали их листать, убивая время.

Они не в первый раз участвуют в подобных делах. Главное сейчас, это запастись терпением. А уже после приезда траков на объект выполнить


- 274 -


как следует свою часть работы. Равно как и точно исполнить еще одно поручение: привезти в облцентр сумку с препаратом в упаковках антигрипозной вакцины.

А именно, десять упаковок - шприцампулы, одна доза 0,5 мл. - препарата "Бегривак" производства фирмы Кайрон Беринг (Германия).

Эта гриппозная инактивированная трехвалентная расщепленная (сплит) вакцина уже достаточно давно используется как прививка от различных форм гриппа. Антигенный состав данной вакцины обновляется ежегодно, препарат сертифицирован и рекомендован Всемирной организацией здравохранения при ООН.

Сумку с упаковками вакцины "Бегривак" в шприцампулах следовало передать двум сотрудникам "балтийской" дочки холдинга. Что они будут делать с этой вакциной - или что там находится в тех шприцампулах - это уже не их дело, не дело командированных из Москвы людей. Задание на этот раз они получили довольно странное. Но они привыкли не расуждать, а точно выполнять полученные от руководства инструкции.

В конце концов, именно за это им и платят весьма высокую по нынешним меркам зарплату.

Глотов и второй "чоповец", коллега Старшинова, устроились в другой комнатушке.

Роман Легостаев в компании с самим Старшиновым (с которым он был знаком по прежним его поездкам в анклав), прошли в дальнюю часть ангара. Чоповец сам сел в кресло вилочного погрузчика Komatsu. И минуты не прошло, как он переместил в сторону два поддона, груженных ящиками и завернутых в прозрачную пленку...

Отогнав чуть в сторону погрузчик, Старший выбрался из кресла. Достал из кармана пульт. Нажал кнопку. Рифленная металлическая плита, ничем внешне не отличающаяся от других секций, покрывающих пол ангара на всем его пространстве, поползла в сторону.

Стала видна металлическая лесенка, ведущая в подземное складское помещение.

Саршинов включил пакетником свет. За ним по лесенке спустился и Легостаев. Они остановились в небольшом коридорчике. Роман достал из кармана свой пульт. Оба поочередно нажали нужные кнопки. С тихим жужанием поползла в сторону дверка. Прошли внутрь бетоннированного помещения размерами примерно пять на четыре метра...

Часть "бункера" занимают шкафы, смахивающие на массивные сейфы. Но Романа содержимое этих громоздких шкафов не интересовало. Он подошел к дальней от входа стене "бункера", в которую был вмурован небольшого размера safe box.

Когда он набирал кодовую комбинацию из шести цифр и двух латинских букв, на лбу у него выступили бисеринки пота.


- 275 -


Стоит неправильно ввести код - и не осуществить сброс неверной

комбинации в течение тридцати секунд - и сработает пиропатрон.

Подрыв которого уничтожит содержимое этого вмурованного в стену сейфового бокса.

Если это случится, если сработает портативное ВУ, если Легостаев допустит ошибку в наборе, то он может дорого за это заплатить.

Роман не знал в точности, кто именно заложил пакет с ампулами в этот сейф. И когда именно, с какой из товарных партий, с каким из выгружавшихся здесь грузовиков, эта партия "бегривака" - или что там в тех шприцампулах с маркировкой известной германской вакцины - попала в этот бункер, в этот сейф.

У каждого своя задача.

Кто-то привез эти ампулы.

Кто-то другой, по-видимому, извлек их из картонного упаковочного ящика, а затем заложил в сейф. Не задавая себе при этом лишних вопросов.

Кто-то еще - уже в Москве - сообщил кодовую комбинацию тому, кто сообщил ее Легостаеву, отправившемуся в командировку в западную российскую губернию. Тому, кто дал ему пульт и кто в подробностях его проинструктрировал в отношении того, что ему следует делать - поминутно и пошагово.

Послышался легкий щелчок. Не хлопок, как если бы сработал пиропатрон, а именно щелчок.

Легостаев промокнул лоб носовым платком. Вытер потные ладони. Затем открыл сейф: внутри бокса лежит небольшого размера дорожная сумка темно-серого, почти черного цвета. А в ней, в этой сумке, переложенные мягким изолирующим материалом, хранятся десять упаковок, ничем не отличающихся от упаковок с вакциной германского производства "Бегривак". Всего - сто доз препарата в шприц-ампулах.


В лесу - даже на опушке - темнеет быстрей, чем на открытой местности или же в городских кварталах...

Циферблат наручных часов Костина показывает четверть десятого вечера.

- Альфа, это Фокстрот! У нас, кажется, гости... Слышу звук движка! Какая-то тачка... со стороны леса!

Тут же в наушнике прозвучал голос другого сотрудника, в сферу наблюдения которого входил не объект, а именно "тыловые коммуникации".

- Это Чарли! Вижу транспорт! Микроавтобус... Останавливается! Выключили фары... Вышел человек... Еще один!

- Внимание! Это Альфа! Чарли и Фокстрот, ведите наблюдение за этим транспортом и этими людьми!

Костин напрягся... В какой-то момент и он услышал негромкий звук


- 276 -


работающего автомобильного движка. Это еще кто такие?...

Губарев обещал прислать группу поддержки. Но соответствующего сообщения от не пока не поступало...

Алексей включил рацию на "командирской" волне. Говорить приходилось очень тихо: судя по всему, транспорт гостей остановился в сотне метров позади, на грунтовке. А в ночном лесу звук человеческого голоса разносится ой как далеко.

- Первый, ответь Лешему! Первый... вызывает Леший!

- На связи Первый! Что там у тебя?

- Транспорт! Остановился близко... всего в сотне метров! Проехали через лес, по-видимому! Хочу справиться: ты посылал к нам людей?

- Нет, Леший, только собираюсь отправить группу!.. Чужие, значит?

В этот момент в сети тактической связи зазвучали тревожные доклады.

- Я Фокстрот! Идут по тропинке... к нам! Двое! Они в маскхалатах! Что-то несут... оружие в чехлах!

- Я Альфа!Это - чужие! Повторяю, это - чужаки!

На УКВ волнах тоже шел оживленный обмен.

- Леший, вас вызывает Второй пост!

- На связи Леший!

- К вам с трассы повернул транспорт! Только что! Легковая "мазда"... красного цвета! В нашем списке этой машине нет!

- Принял к сведению!

- Леший, высылаю к тебе группу поддержки! - послышался голос Губарева. - Через двадцать минут транспорт с пятью сотрудниками будет на развилке возле поселка Калиновка!

- Внимание... это Чарли! На обьекте что-то странное происходит!

"Ну вот, - подумалось Костину. - Губарев как в воду смотрел. Действительно, "пошла движуха"...


Воспользовавшись еще раз пультами, старший "чоповец" и приехавший из столицы сотрудник холдинга привели в действие запирающее устройство в "бункере". Поднялись по лесенке. Старшинов щелкнул другой кнопкой пульта - рифленная плита встала на место, закрыв проход в подземную часть ангара. Почти в ту же секунду из-за выгородки показался Глотов. Старшинов сразу заметил, что тот почему-то держит правую руку за спиной.

- Вы куда-то собрались?

- Иван, наши планы несколько меняются! - зам главы ЧОП "Арбалет" не сводил глаз с "оборотня". Который, кстати, последние несколько часов был не особенно-то разговорчив. - Я сейчас отвезу Романа в город! И сразу вернусь...

Рука Старшинова непроизвольно потянулась к поясной кобуре...


- 277 -


Где второй охранник:?!

Было же строго приказано глаз не спускать с "оборотня"!

Глотов вытащил правую руку из-за спины. В ней зажат пистолет "Беретта-93R". Такое же оружие было у второго "чоповца". На брюках и на правом рукаве простеганного свитера, который Глотов надел уже здесь, видны какие-то бурые пятна... В голове у Старшинова промелькнула страшная догадка.

- Не люблю, когда меняют планы!!

Старший не успел даже расстегнуть кобуру; лопнули выстрелы!.. Тах-тах-тах!!! Пули легли кучно: не зря Глотов числится хорошим стрелком!.. Еще одна очередь из трех выстрелов! Гул выстрелов вновь заполнил, казалось бы, целиком, все немалое пространство ангара!.. Заставяля выбирировать воздух, пространство, кровельные листы, металлическую обшивку, больно ударяя по барабанным перепонках!

Попадание в шею! В правое плечо! И еще в раз в грудину!

Удивительно, но Старший - хотя его и повело, хотя он и покачнулся - все еще был жив!!

Он все еще стоял на ногах; он все еще пытался вторым темпом, хотя и запоздало, вырвать пистолет и открыть ответный огонь!

Из перекошенного рта "обортня" сорвалась матерщина.

- Сука! Блядь! Сдохни!!

Глотов - он держал "беретту" двойным хватом - еще раз нажал на курок! Прозвучала - автоматом - "троечка"*! Два попадания по корпусу! Одна пуля попала в пах!

Смешиваясь с другими звуками, резанул по ушам звериный вой... "Чоповец" наконец завалился на ребристый пол! Глотов - уже не торопясь - прицелился.

И добил свою жертву выстрелом в голову.


Костин в какой-то момент ощутил, что ситуация полностью вышла из-под контроля.

Обмен докладами в "тактической" сети прекратился.

Чужие были теперь совсем рядом.

Любой шорох, треск ли ветки или кашель, не говоря уже о человеческой речи, могли бы демаскировать всю группу Лешего.

Теперь можно было полагаться лишь на собственную интуицию, на звериное чутье. Да еще на опыт и профессионализм тех сотрудников, что

--------------------

* "Beretta 93R" (Raffica) - модифицированная модель "Беретты 92", позволяющая вести как одиночный огонь, так и фиксированными очередями по три выстрела.


- 278 -


находились рядом, людей, о которы Костин толком ничего не знал.

Алексей медленно перекатился на спину. При этом "вул" он

держал справа, в чуть согнутой в локте руке, которая, в свою очередь, имела точкой опоры землю.

Проблемы следует решать по мере их поступления.

Послышался легкий шорох. Слева и чуть сзади, всего в нескольких шагах от него, кто-то потревожил нижнюю лапу ели - той самой, под которой устроился и Леший. А затем этот некто, экипированный в коплект "йоуи", опустился на землю - совсем близко, метрах в пяти!

Со стороны асфальтовой дороги донесся звук приближающейся машины - наблюдателю сначала были видны фары, затем из-за поворота показалась сама "мазда".

Иномарка остановилась в аккурат напротив заброшенной фермы.

Один из двух "чужих", а именно, тот, что занял позицию почти рядом с Лешим, стал расчехлять чехол со снайперской винтовкой.

И в этот момент громко, как показалось, на весь лес, прозвучал первый такт рингтона! Костин, нервы которого были напряжены до предела, едва не нажал на спусковой крючок спецназовского "вула"...


Роман Легостаев при первых звуках выстрелов потерял голову. Он заметался, как заяц, по ангару!.. Затем, не найдя лучшего укрытия, стал протискиватся в узкое пространство между двумя рядами груженных на поддоны картонных упаковок...

Глотов выщелкнул израсходованную обойму. Вставил непочатую. "Беретту" и запаску он изьял у второго "чоповца". Которого несколькими минутами ранее пришил ударом заточки в шейную область.

Глотов, когда они на пару со Старшим приехали на склад, первым делом снял поясную кобуру с ПМ и положил ее на столик. Нехитрый фокус, но сработал. Туда же, на стол, выложил обе трубки, которыми он пользовался в последнее время, предварительно вытащив элементы питания.

Когда Старшинов и Роман спустились в "погреб", пришло время действовать.

Глотов применил нехитрый прием. Прикуривая сигарету, он обронил зажигалку. Тот сотрудник, которому Старший, надо полагать, поручил не спускать глаз с Глотова, на короткое время отвлекся. Опустил взгляд... чуть подался вперед. В рукаве свитера у Глотова была спрятана "заточка" - кое-чему он научился у преступного мира. Они как бы вдвоем потянулись за этой упавшей на пол зажигалкой... Секундное дело: Глотов со всего маху воткнул острую и длинную заточку в шею "чоповца" - в ямку между шейными позвонками и левой лопаткой!

Не обошлось, правда, без шума - по ходу свалился стул, на котором сидел


- 279 -


этот неудачливый и невнимательный охранник...

Но когда в их комнатушку заглянул один из двух встревоженных шумом "фармакомвцев", коротавших время в соседнем помещении, Глотов успел наставить на него ствол.

- Один звук... - прошипел он. - И пристрелю обоих!


Глотов несколько секунд - сверху вниз - смотрел на убитого им только что человека. Которого, кстати сказать, он хорошо знает лет десять, как минимум. И на пару с которым они не раз прокручивали общие дела-делишки.

Он криво усмехнулся. На Старшинове - под фирменный свитер - был надет кевларовый броник. Но это его не спасло.

Присев на корточки, Глотов вытащил из кобуры пистолет "чоповца". Снял ПСМ с предохранителя и направился за выгородку, где он оставил - приказав лежать на полу и "не рыпаться" - двух прибывших сутки назад из Москвы сотрудников "Фармакома".

Зачем ему столько народа? Хватит и одного - Романа Легостаева.

Из проема, с перекошенным лицом, выскочил один из этих двух чудаков! Попытался проскочить... надеялся, видно, юркнуть к проходу, добраться до двери запасного выхода.

Глотов завалил "фармакомовца" выстрелами в спину! Подойдя ближе, сделал контрольный в голову. Неспешно вытер рукоять ПСМ о полу свитера. Потом сбросил "старшиновский" ствол - тот с металлическим лязгом упал на ребристый пол рядом с очередным свежеиспеченным покойником...

Второй попытался спрятаться в туалетной комнате. Глотов расстрелял его через дверь. Убедившись, что и этот мертв, он, действуя по уже отработанной схеме, протер полой свитера трофейную "беретту" - чтобы не оставлять отпечатков. И бросил ствол в коридоре, возле туалетной комнаты.

Потом наведался ненадолго в другую комнатушку. Туда, где он, в ожидании "фармаковских", провел несколько часов. И где он пришил "чоповца". Переступив через распростертое на полу тело, из-под которого уже порядком натекло, Глотов взял со стола поясную кобуру с пистолетом.

Неспешно застегнул пояс. Так же неторопливо, без дурной суеты, вставил элемент питания в одну из трубок. Убедившись, что мобила работает, набрал нужный номер.

На третьем гудке - соединение.

- Приготовьтесь работать! - просипел в трубку Глотов. - Через минуту - выходим! Время пошло.


Слону удалось нагнать напарницу лишь спустя около получаса. И произошло это уже на окраине литовской столицы, в той части


- 280 -


Вильнюса, где располагаются обьекты промзоны: мастерские, сборочные производства, гаражи и складские помещения.

Он оставил машину на небольшом пустыре возле стены. За которой находится, наколько ему помнится, предприятие, знамающееся утилизацией списанных, битых, выбывших из эксплуатации транспортных средств - от большегрузных тягачей до малолитражных легковушек включительно.

Справа от него - вдоль стены - составлены в ряд бэушные морские контейнеры. Их тоже, надо полагать, привозят сюда на утилизацию, режут на металлолом. Позади, за невысоким заборчиком, располагается какое-то небольшое ремонтное предприятие.

Пока Мажонас колесил по городу, пытаясь нагнать Баську, а заодно и тех, за кем она вела наблюдение, успело порядком стемнеть. Машину Ставицкой он нашел в тупичке (и припарковался рядом). Но где же сама Барбара?

- Я здесь, - долелел откуда-то тихий голос. - Я их вижу...

Мажонас удивленно покрутил головой. Что за чудеса?! Голос Баськи он слышит, а саму ее - не видит!

- Я тут... наверху!

Он поднял голову. Ага, вон он что... Ставицкая, оказывается, успела еще до его появления вскарабкаться на один из контейнеров, который стоит вплотную к трехметровой стене. Мажонас отступил чуть назад. Теперь он мог видеть - на фоне подсвеченного закатными лучами неба - одетую в темное напарницу: она сидит на корточках у верхнего края стены.

Что это у нее в руке? Какая-то странная поза... Похоже, она ведет сьемку на мобильный телефон.

Мажонас хотел было приказать Ставицкой слезть с контейнера. Спуститься на грешную землю и немедленно объяснить, что, собственно происходит. Доложить, что это за дела, что дурацкая игра в кошки мышки!

Но не успел: из-за ограды послышались хлопки...

Затем прозвучал чей-то стон... Вернее, стоны и даже сдавленный матерок.

Еще несколько сухих хлопков!

Римас, подняв голову, заметил, как его напарница сначала отшатнулась от края стены, а затем и вовсе улеглась плашмя на крышу контейнера!

После чего он на время потерял Баську из виду.

Мажонас достал из подмышечной кобуры пистолет. Взвел... Он пока так толком и не понял, что вокруг него происходит. И что деется в данную секунду по другую сторону кирпичной ограды.

Но пречувствия у него были скверные.


- Йонас, займитесь... этими вот двумя! - донеслось из-за ограды. - Утилизируйте! И тачку их тоже пустите под пресс!

- Сделаем... - донесся чей-то глуховатый голос. - Не сомневайтесь.


- 281 -


- Прямо сейчас займись! А мы поехали... нас уже ждут в другом месте.

Римас услышал, как хлопнули дверцы какого-то авто. Завелся.... Тронулся.... Звук движка вскоре стал стихать...

Уловив какое-то движение со стороны контейнеров, Слон развернулся в том направлении.

- Свои! - каким-то странным, сдавленным голосом сказала Ставицкая - Не стрельни только в меня!

Мажонас опустил пистолет. Они, не сговариваясь, попятились прочь от этой стены...

- Ну что там? - шепотом поинтресовался Мажонас. - Что за фигня творится?! Где эти... двое уродов?!

Бася махнула рукой.

- Та нет их больше.

- Как это?!

- Надо ехать... шибчутко ехать отсюда! Быстренько!! Пошли к самоходам!!!

Римас поймал ее за локоть.

- Обьясни сначала! Потом - поедем!!

Бася, которую всю трясло так, словно на нее напала лихоманка, прижавшись к нему, зашептала:

- Я ехала за "корейцем"!

- Ну? Знаю. И что?

- Мы уже были на ковенской трассе возле гируляйского рынка! Когда этот самоход сначала затормозил, а потом повернул и пошел обратно!!

- Это я понял! Зачем они, эти двое на KIA, сюда поперлись?! И откуда взялись...

- Еще двое? - пребила Бася. - Они на "фольксвагене" приехали! Одеты в рабочие комбинезоны! Я их успела разглядеть!

- Ты не тяни... главное говори! Чё там случилось-то? Стреляли?

- Да! Из "бесшумок"!

- Кто?

- Те двое... в комбезах! Эти, которых мы в офисе застали, хотели с ними о чем-то поговорить! Они там что-то за пенензы терли... Но я не раслышала, кто, сколько и кому должен! Потому что началась пальба!!

- Их застрелили? Тех двоих, что приехали на KIA?

- Матка боска...Да! Убили из "бесшумок" и уехали на другом самоходе!


В кармане у Мажонаса зажжужал, загудел, заворочался как майский жук один из двух сотовых - тот, которым он пользовался в служебных целях.

Посмотрел на экранчик - звонит их сотрудник, старший смены с фармпакгауза. Расположенного, кстати, - Мажонасу только сейчас пришла эта мысль в голову - всего в полукилометре отсюда.

- 282 -


Он отошел чуть дальше, чтобы его разговор ненароком не стал достоянием чужих ушей. Набор прератился, но Римас сам набрал номер сотрудника.

- Мажонас! Ну? Что там у вас?

- Римас... тут такая странная фишка...

- Ну? Короче! А то я не могу долго базарить!

- Если коротко, то... У нас тут на несколько минут свет отключался на пакгаузе! Это было с час назад!

- И что? Я не электрик.

- Ну и вот... Напарник проверил помещения... вроде б все нормально. Но в нашей раздевалке, в шкафчике для одежды, нашел упковку...

Мажонас настрожился.

- Что за упаковка?

- Да какие-то лекарства. В шприцампулах! Но... но напарник говорит, что он их туда - не клал! И поскольку ты и Петрович предупреждали о возможных провокациях...

- Я еду к вам! - оборвал его Слон. - Мы едем к вам! И вот что еще. Ничего пока не предпринимать!


+ + +


- 283 -


Г Л А В А 28


Глотов легко нашел убежище, в которое, как в нору, пытался забиться обезумевший от страха Роман Легостаев...

- Вылазь! - сиплым голосом скомандовал он. - Быстро, кому сказано!! Не бойся, не трону! Но если будешь дурить... убью!

Легостаев выполз - буквально на карачках - из-за груженного ящиками поддона. Лицо перекошено от ужаса. К тому же он - обмочился.

- Встань! Не хер трястись! Где сумка?!

Роман вновь полез в проход между ящиками. Вернулся уже с сумкой - той самой, за которой они на пару со Старшиновым спускались в "бункер".

- Другое дело...

- Мы так... так не договаривались! - У Романа затряслись губы. - Сюда ведь транспорты должны подъехать! С минуты на минуту ждем!

- Заткнись! Мне твои транснпорты - пох! Что в сумке?

- Не знаю.

- Не физди! Говори правду, а не то пущу в расход!

- Ампулы! - выпалил Роман!

- Те самые?

- Да откуда мне знать?!

Глотов неодобрительно покачал говолой.

- Ты чё, страху лишился?! Хочешь молодым помереть?! Смерть за бабло? Ты мне, млять, все скажешь! Все, что знаешь! Но... но не здесь и не сейчас!

Он отобрал у Романа сумку; повесил ее себе на плечо. Затем схватил самого Легостаева - за шкирку - и потащил к дверям запасного входа.

- Подождите! Что вы делаете? - Тот вдруг взвыл дурным голосом. - Мы не выйдем! Там охрана! Нас же убьют!

- Не твоего ума дело! - просипел Глотов. - У тебя в кармане пульт. У меня - второй! Тырцай на нужную кнопку! И если, мля московская, эта дверь не откроется, то ты - труп.

Дверь открылась. Глотов, придерживая левой рукой манагера за воротник куртки, правой извлек из кобуры пистолет. Теперь Легостаеву предстояло - временно - исполнять роль живого щита. На случай возникновения всяких разных непредвиденных обстоятельств.


Двое штатных охранников и присоединившийся к ним сотрудник ЧОП "Арбалет" - тот, что привез на объект Легостаева - услышав подозрительные звуки, доносившиеся со стороны запертого ангара, высыпали разом из сторожки на вымощенную плиткой площадку.

У двух охранников в руках были "калаши". У третьего - пистолет. Звуки,


- 284 -


доносившиеся до их слуха, были подозрительно похожими на звуки стрельбы из пистолета.

- Чё за хрень?! - процедил один из них. - Что там происходит?!

Он достал из нагрудного кармана УКВ рацию. Стал вызывать Старшинова... Но рация начальника молчала.

- Вы оставайтесь здесь! - сказал "чоповец", водитель "ниссана". - Смотрите за "брамой"! А я - к запасному!

Он побежал по дорожке вдоль стены ангара. Обогнув его, стал колотить кулаком в запертую дверь.

- Старшой! Эй... откройте кто-нибудь! Что там у вас стряслось?!

Прошло несколько томительных минут. Определенно, что-то произошло в ангаре, какое-то ЧП!.. Сегодня командует здесь Старшинов. Только он и никто другой. Но начальник находится внутри ангара. И поэтому соврешенно не понятно, как им, охранникам, следует реагировать на случившееся.

"Чоповец" уже хотел было отправиться к коллегам, чтобы обсудить с ними ситуацию. Но вдруг услышал легкий щелчок...

Ага... Кто-то открыл все-таки дверь!


Первым охранник увидел - в дверном проеме - человека, которого он сегодня днем встречал в аэропорту Храброво, И которого не так давно привез на объект.

"Чоповец" на всякий пожарный вытащил из кобуры пистолет...

- Чё там у вас случилось? - спросил он, пытаясь разглядеть того, кто маячил за спиной Легостаева. - Где Старшой?

- Я за него! - процедил Глотов.

Откуда-то - как-будто даже из подмышки стоящего на пороге Легостаева - показалась еще одна рука. А в ней - пистолет.

Лопнул выстрел!

Пуля попала в голову "чоповцу" чуть ниже левого глаза. И вышла, вместе с брызгами крови, частицами головного мозга и осколками костей через затыльную часть...


В ту же секунду стрелок, прибывший на место в компании с другим боевиком, выцелил через снайперский прицел одного из двух оставшихся на площадке охранников.

Тот высматривает что-то, заняв позицию за углом сторожки; спиной к лесу и лицом к ангару. Автомат держит наизготовку; охрана явно встревожена тем, что происходит внутри запертого ангара.

Снайпер мягко потянул спусковую скобу.

Щелкнул выстрел из Steyr .50 HS!


- 285 -


Охранника не спас даже кевларовый бронежилет: крупнокалиберная пуля пробила и броник, и его самого; прошила также и весь сборно-щитовой дом!..

Снайпер медленно выдохнул... есть один!

Он собирался выцелить второго охранника. И "щелкнуть" его, чтобы довершить дело. Тогда путь для того, кто прозвонил только что на трубку напарнику, кто сейчас намеревается покинуть объект, прихватив заодно добычу, будет совершенно свободен и безопасен.

Стрелок вдруг уловил какое-то шевеление справа от себя. Как будто даже холмик ожил?.. Или это ему померещилось?

Костин выстрелил из "вула" ему в лицо! Затем еще дважды нажал на курок, метя по корпусу - для верности.

Снайпер, у которого теперь выше уха зияла дыра, так ничего и не поняв, уронил пробитую голову на приклад "штайра", из которого только что сам убил человека...

На краю лесного массива зазвучали приглушенные хлопки! И в самом лесу, и на опушке, и возле заброшенной фермы!

Огонь вели на поражение!

Потому что ситуация не позволяла поступать как-то иначе.


Двое, Эко и Чарли, переместившись к строению "фермы", расстреляли из малошумных "валов" тех двух, кто приехали на "мазде".

Кто они, эти двое мужчин, предстоит установить поздней.

Пока Чарли страховал, Эко подошел к "мазде". На всякий пожарный выпустил пару очередей в лобовое стекло. Затем всадил, опорожняя магазин, еще очередь и в боковое заднее стекло иномарки.

Один труп лежит у левого переднего колеса.

Это - водитель.

Другой чуть дальше, метрах в десяти - разлегся на дороге, на липкой, влажной асфальтовой ленте, отбросив левую руку...

Эти двое - явно не простые граждане. Они были вооружены. Их намерения, их задачи и цель их появления в данной местности не известны. Но. У них при себе оказались не просто "травматики" или даже штатное табельное оружие вроде "макарова". Но автоматы АКСУ с подствольниками. Одеты, кстати, в штатское, не в форму, не в камуфляж.

Эти двое, что приехали на "мазде" к заброшенной ферме, заглушили движок и вышли из машины. Возможно, они собирались устроить здесь засаду. А может, их задача была ровно противоположной - обеспечить дополнительно охрану важной подъездной коммуникации.

Может быть, им были поставлены совсем другие задачи. Вообще не понятно пока, кто они такие.

Но все это выяснится поздней. А сейчас имеет значение лишь одно.


- 286 -


Чарли и Эко, бойцы наспех сформированной группы Лешего, действуя скрытно, из засады, застрелили водителя и пассажира "мазды". И тем самым сняли как минимум одну проблему.


Вторую проблему устранили сотрудники, получившие позывные Браво и Фокстрот.

Они отвечали за того субъекта, что появился здесь вместе со снайпером. Он, этот человек, после поступившего ему на трубку звонка, стал перемещаться в сторону западной - торцевой - стены заброшенного строения. Пролез в дыру в ограждении. И двинул к той части бывшего коровника, откуда лучше всего просматривается расположеный через небольшое вспаханное - но незасеянное - поле серебристый ангар.

На нем маскировочный прикид. Он ловко перемещается; видна сноровка, угадывается выучка. В руке у него расчехленная снайперская винтовка со сложенными сошками.

Но занять позицию он так и не успел. И пустить в ход оружие не смог, не успел, в отличие от второго снайперюги.

В группе Лешего тоже имеются снайперы. Двое: а именно Фокстрот и Браво. Первым из "винтореза" по этой цели выстрелил Фокстрот. Пуля из малошумного винтаря попала чужаку сзади в голову, прикрытую отнюдь не каской - хотя и она бы не помогла. Но лишь наброшенным сверху капюшоном...

Выстрел, судя по всему, оказался точным. Смертельным. Но Браво "щелкнул" из своего "винтореза" по лежащему у стены телу еще дважды - для верности.

Самого снайпера, успевшего-таки завалить с расстояния в пятьсот метров одного из охранников, застрелил Костин из "вула".

О том, чтобы "прихватить" кого-то из этой странной публики, что шляется по вечерам в лесу в маскировочных прикидах и с навороченными снайперскими стволами, не может быть и речи.

Костин мог бы пристрелить "снайпера", устроившего себе лежку в нескольких шагах от него, и чуть раньше. До того, как тот "щелкнул". Но не сложилось. Пришлось, затаив дыхание, обождать чуток. Следовало дождаться нужного момента, выждать, пока его бойцы, пока люди, чьи мена, должности и звания ему неизвестны, не начнут делать свою работу...


Стас все это время находился на объекте, на который его доставили прямо из следственного изолятора. На какое-то время "литовца" оставили в покое. Нестерова сопроводили в одно из помещений, где он был предоставлен самому себе и своим тревожным мыслям.


- 287 -


Около четырех пополудни ему предложили подкрепиться. Он не стал

обижать отказом хозяевов этого заведения: попил чаю и перекусил бутербродами.

В четверть десятого вечера в комнату без стука вошел майор госбезопасности Белов.

- Следуйте за мной! Вещи брать не нужно.

Они вышли из здания. Потом проследовали уже знакомым Стасу маршрутом через "калитку", выйдя на узкую полоску берега.

Со стороны Балтийской косы задувал свежий прохладный ветерок. Стемнело; на западе, отражаясь в водной глади, догорает вечерняя заря. Нестерова знобило. Но не от бодрящего ветерка. Скорее всего, шалят нервы.

На берегу его поджидал давний знакомый.

- Стас, ты знешь, кто такие - "шерпы"? - Иванов бросил на него испытующий взгляд. - Слыхал когда-нибудь о таких?

- Странный вопрос... Кто такие шерпы? Гм. Кажется, есть такой народ... Где-то в Индии. А может, в Гималаях. Или - в Тибете. Не помню точно...

- Все верно. Проводники из числа шерпов очень ценятся элитными альпинистами, отчаянными горовосходителями. Они, то есть шерпы, можно сказать, на своем горбу таскают грузы и всяческое снаряжение! Тем самым освобождая "элиту" от чрезмерных нагрузок в период прохождения самых трудных отрезков горных склонов! Шерпы - лучшие, а порой и незаменимые помощники на пути к покорению грозных вершин!..

- Не понял, Евгений. К чему ты клонишь?

- Мы с тобой, Стас, и есть эти самые "шерпы". В переносном смысле, конечно... Шерпы, чьи услуги так ценят альпинисты, поднимающиеся на самые высокие в мире вершины, известны также издревле как... посредники. Именно шерпы посредничали на протяжении столетий в торговле между северо-восточными индийскими княжествами и провинциями, Непалом, Бутаном, Тибетом и Китаем. Отсюда и второе значение слова "шерп" - посредник. А если быть еще более точным - "тайный посредник".

- Хм...

- Сейчас, Стас, во многом именно от нас зависит, справится ли наша "элита" - скажу прямо - спецслужбистская элита наших двух стран с теми проблемами, что возникли отнюдь не по нашей с тобой вине!

Иванов вытащил из кармана куртки телефон "Нокиа". Ту самую трубку, что вручил Стасу Нестерову "куратор", он же сотрудник ССР Янонис.

- Забудь пока про досье! Сейчас на повестке стократ более важный вопрос. Вопрос жизни и смерти. А именно - тема "атипичной угрозы"!

- Н-не понял... Что еще за "атипичная угроза"?

Иванов проглотил подступивший к горлу комок.

- Я тебе сейчас вкратце обскажу то, что мы знаем! А потом ты прозвонишь своим! Ситуация такова: счет пошел уже не на часы, а на минуты! И здесь,


- 288 -


чтобы избежать катастрофы, хороши любые средства! Годятся любые каналы связи, любые приемы, лишь бы сработало!

- Что стряслось, Евгений? Обьясни толком!

- Несколько минут назад ваши власти были предупреждены по спецслужбистским и мидовским каналам об одной существенной угрозе! Переданы конкретные данные! В том числе и данные по транспорту, на борту которого сейчас находится - или может находиться! - крайне опасный груз! Ситуация пиковая!

- Намечается теракт?

- Хуже! Стас, мне, поскольку мы давние знакомые и в чем-то даже партнеры, поручено и далее взаимодействовать с тобой! Получена соответствующая санкция! Сейчас ты еще раз воспользуешься этой трубкой! Звони сначала своему заму Мажонасу! Он ведь из бывших "аровцев"?

- Да... Но что я ему должен сказать? И с какой стати я должен тебе... всем вам - верить?

- Сообщишь ему данные на этот транспорт! Его, этот грузовик, нужно срочно найти и блокировать! Надо не позволить его разгрузить! А если содержимое фуры уже выгрузили, то следует в темпе перекрыть район... всю прилегающую местность! Заблокировать и не позволить вынести или вывети что-либо из того, что прибыло из Германии на борту этой фуры!

- Блин... похоже, я медленно схожу с ума!

Заметив, что Стас колеблется, - уж слишком необычный разворот событий - Иванов вложил ему в ладонь мобилу.

- Стас, повторяю: вопрос жизни и смерти! Для сотен... тысяч людей!! Звони! И своему Мажонасу звони! И в ваши оперативные службы! Своему куратору! И всем дельным спецслужбистам! Обзванивай всех, кто только наделен властью и способен действовать резко и грамотно!! Давай же, звони, потому что время не ждет!!!


Глотов, на плече которого висит на ремне сумка с ценной добычей, толкая в спину своего пленника, гнал его вдоль стены ангара в направлении площадки. Туда, где припаркован весь наличный транспорт. Действительно, пора сваливать отсюда: по графику уже вскоре на объект должны приехать фуры с машиной сопровождения...

- Давай, Рома, хутчей переставляй ноги!

- Нас убьют...

- Все когда-нибудь помрем. Топай быстрей!

У сторожки яростно рвалась с поводка, захлебываясь хриплым лаем, огромная собака. Рядом с ближней стеной сборного дома - труп одного из охранников. Глотов отметил этот важный момент: сработали люди из его группы поддержки!


- 289 -


- Дурак ты, Толян, - процедил он, как бы продолжая диалог с ныне уже покойным напарником. - Привык по старинке работать! Днем - мент, ночью - оборотень. Никакого горизонта! Жил одним днем. Ну так и подыхай...

Роман Легостаев и идущий следом за ним Глотов вывернули из-за угла ангара. И здесь случилось то, чего по плану, по замыслу Ивана и прикрывающих его людей - быть бы не должно.

Второй охранник оказался целым и невредимым. Живехоньким. Они столкнулись с ним буквально нос к носу! Тот, ахнув, присел от неожиданности... Но дуло автомата смотрит в сторону Романа и Глотова!

- На землю! Оба!! Стреляю!!!

Глотов, толкнув не него Легостаева, резко ушел вправо! И тут же открыл стрельбу по охраннику!!

Протарахтела очередь из калаша... она оказалась не длинной.

Легостаев схватился двумя руками за живот. Не вся очередь попала в него; еще две или три пули, выпущенные из АК, пошли с визгом по низу, выбив искры при соприкосновении с плиткой.

Выстрелы смолкли. Глотов, цедя ругательства, сбросил отстреленную обойму и вставил запаску.

"Ну вот... - подумал он, - на словах все было ладно и складно! А как дошло до дела, так полезли косяки, пошли какие-то напряги!"

Он посмотрел - сверху вниз - на корчившегося от боли москвича. Как минимум два огнестрельных: в живот и правое будро. Брать этого хмыря с собой, учитывая тяжесть полученных им ранений - бесмысленно.

Ну ничего. Самый ценный приз - сумка с ампулами - у него при себе! Он довершит начатое. Получит огромные деньги! А там хоть трава не гори...