# Лунная Орхидея

Павел Алексеевич Смирнов

Рассказ в "нуар" - стилистике. Бывший полицейский несёт справедливость в город своими методами. Внезапно появляется возможность "разобраться" с крупной ОПГ, воспользуется ли он этой возможностью?

" Лунная Орхидея "

Где - то раздавался звонкий девичий смех. Этот день мало чем отличался от череды других дней. Большой город играл по своим правилам и "сегодня" было похоже на "вчера". Это, как один бесконечный, тянущийся долгое время бред и в центре этого бреда сегодня был он, Малкольм Буллет. Да, город тонул в бреду. Название этому бреду дали сами улицы - "Небесная Пыльца".

Есть вещества, от которых бывает хорошо. Есть вещества, от которых бывает плохо. А есть вещества, которые убивают. "Небесная Пыльца" относится как раз к последней категории. Это вещество убивает. Причём, убивает далеко не сразу, а словно даёт время, чтобы расцвести множеству чувств и ощущений. Но, часы уже запущены. Сколько потом остаётся времени: год, месяц, неделя?

Так, или иначе, "Небесная Пыльца" быстро вытеснила конкурентов, заполонив улицы города. Дешёвое производство, доступность, быстрый эффект... Это вещество стало воплотившейся мечтой для тех, кто хочет забыться, уйти в страну грёз, хотя бы на время. Покупали "Небесную Пыльцу" и просто из интереса, доступность делала своё дело. Побочные последствия проявлялись далеко не сразу, так что народ радовался новой "игрушке". Но могло ли так продолжаться вечно?

Он плотнее запахнулся в плащ. Вечер выдался прохладным. Пустой и безлюдный проулок не освещал ни один фонарь. Прохожие спешили к яркому свету от витрин магазинов и фонарей. Электрические факела, дающие не яркий, призрачный свет в мрачном, новом средневековье. Однако, с местом, похоже, повезло. Улицу видно достаточно далеко, а увидеть его здесь не так - то просто. Да и кто сюда сунется? Удобное место. Хорошо ощущать себя неуязвимым. Кажется, что сам мрак укрывает тебя. Выдаёт только тлеющая сигарета. Он много мог рассказать о табаке, от самых простых до самых лучших марок. Наверное, больше он знал лишь о выпивке. И эту страсть объединяли женщины. Если считать эти привычки пагубными, то он был достоин этого города во многом.

Но, вероятно, более всего в определённые моменты в нём говорил гнев.

Невдалеке появилась шумная компания. Это были как раз те люди, с которыми следовало пообщаться детально.

Трое мужчин тащили куда - то девушку, при этом все едва стояли на ногах.

Малкольм некоторое время следил за группой. Кто рискнёт сунуться в эти проулки, кроме тех, для кого они уже стали домом, или тех, кто убеждён в собственной безопасности, собственной вседозволенности? Он покачал головой, докуривая, затем отбросил в сторону бычок и сделал шаг из тени. Он старался натуралистично прихрамывать и делал вид, будто смертельно пьян, пошатываясь из стороны в сторону. Необходимо было скрыть и высокий рост и ширину плеч, всё, что могло выдать в нём опасную цель. Хорошо, что свет витрин и окон квартир почти не попадал сюда. Мрак играл на руку.

- Н-не надо! - девушка сопротивлялась, но как - то неуверенно.

Троица лишь рассмеялась в ответ. Двое были на вид обычными парнями, только одеты чуть лучше большинства местных. Страх девушки лишь раззадорил их. Третий стоял чуть в стороне, ухмыляясь. Он был высок и плотно сложен, на вид чуть более тридцати лет. Вероятно, он был наиболее опасным из всей троицы. Это следовало учесть и не спускать с него глаз.

Малкольм всё так же прихрамывая, доковылял до галдящей группы и словно невзначай толкнул одного из молодых подельников:

- Ой, простите - пробурчал Малкольм, стараясь, чтобы его голос звучал как можно глуше.

- Смотри, куда прёшь - буркнул в ответ парень, толкнув бродягу в плаще так, что тот упал в сторону на какие - то коробки и затих.

- Круто ты его - одобрительно хмыкнул второй парень - Смотри, сходу свалился. Как бы, не помер от твоего тычка.

- Это происшествие нам здесь не нужно - заметил старший из троицы - Присмотрите за девкой, я гляну, что с этим "жмуриком". Не хотелось бы привлекать внимание полиции, мы и так задержались изрядно, занимаясь всякой ерундой.

- Но, Беспалый, девчонка, сам видишь, что мимо такой не пройдёшь.

- Угу. Потом сам объясняй старшему, что мимо не прошёл, мозгляк.

Тот, кого звали Беспалым, пнул пару раз ногу Малкольма носком ботинка, а потом и вовсе согнулся над Малкольмом, видимо хотел проверить пульс.

Приклад был тёплым. Он долго сжимал приклад в закрытой беспалой перчаткой руке. Именно из - за спрятанного под плащом обреза он и хромал. Малкольм всячески старался скрыть наличие оружия до этого момента. Вот палец тянет спусковой крючок, и обрез издаёт громкое "бламс", звук рикошетом отлетает от стен. Было немного грустно, поскольку пришлось стрелять прямо через плащ. Малкольм метился таким образом, чтобы заряд дроби пришёлся в бедро противнику. Если бы на том был бронежилет, силы выстрела могло бы не хватить, чтобы вывести противника из строя полностью. А, вот раздробленная нога - серьёзный повод больше не вставать с асфальта. Попасть во мраке в голову - не так - то просто, поэтому пришлось импровизировать.

Судя по почти звериному рёву, сопроводившему выстрел, импровизация прошла успешно.

Парни растерялись. Громкий звук и оседающий на асфальт подельник ввели их в шок. Эта заминка давала время. Небольшой револьвер, словно сам по себе прыгнул в левую руку, последовала пара мощных хлопков и второй подельник, отшатнувшись к стене дома, медленно сполз на грязный асфальт. Он тщетно пытался зажать рану на шее и, вскоре затих.

Грязный проулок, словно пьяница - выпивку поглощал и хрипы и стоны. Казалось, что даже выстрелы становились глуше.

Внимание Малкольма привлёк третий подельник, оставшийся на ногах. Малкольм выбирал цели не по - наитию. Первого подельника он устранил из - за явной угрозы. Кроме того, старший, вероятно, неплохо вооружён, поэтому он - приоритетная цель. Затем необходимо было избавиться от парня, стоящего рядом с девушкой, чтобы тот не прикрылся ей, словно щитом. Остался третий, который был между Малкольмом и девчонкой. Быстро убежать он не мог, ещё находясь в шоке, ведь всё действо заняло лишь несколько секунд.

Малкольм поднялся, отбрасывая в сторону ещё дымящийся обрез и перекидывая револьвер в правую руку. Он знал, что сейчас будет и встал на колено, чтобы получить верную позицию для стрельбы. Сейчас нужно было стрелять аккуратно, хоть расстояние и было всего в пяток метров, но попасть в движущуюся мишень - не просто.

И точно. Парень вздрогнул, повернулся и попытался броситься в оживлённый переулок, туда, где были люди, которые могли бы помочь ему.

Буллет прищурил глаз. Револьвер дважды дрогнул в его руке, отправляя в полёт пару гильз, с незаметным во мраке дымным шлейфом. Но, что важным было то, что две пули легли точно в цель. Запах пороха от прошлых выстрелов ещё не успевший рассеяться, получив новую "пищу". А парень упал ничком, не пробежав и пары метров. В отличие от двух других подельников, этот должен был остаться в живых.

Малкольм бросил взгляд на оседающую на асфальт девушку. Её округлившиеся глаза выражали лишь ужас. Тем лучше. Буллет не хотел прибегать к запугиванию, или побоям, да и вообще нанесение вреда безоружной девушке вызывало в нём отвращения, но если бы она кинулась защищать своих "друзей", это создало бы лишние проблемы.

Он поднялся, отряхивая плащ, и подошёл к тому, кого называли Беспалым. При себе у бандита был не только нож, который он успел выхватить, но и пистолет, кажется полуавтоматическая "беретта". То, что нужно. И, похоже, что он был в лёгком бронежилете, что не удивительно. Буллет забрал тяжёлый пистолет и неторопливо подошёл сразу к последней жертве. Похоже, он попал в ногу и в плечё. Парень пытался отползти, но удар рукояткой пистолета по голове заставил его потерять сознание. Малкольм взвалил тело на плечё и двинулся в глубину переулка, оставляя за спиной место перестрелки и напуганную девушку.

В глубине проулка, была изношенная, жестяная дверь, скрытая старыми коробками и мусором. Эта дверь вела в соседний проулок, где через грязные переходы трущоб можно было пробраться к одному заброшенному дому. Ночью эти места были практически безлюдны. Здесь рисковали ходить либо те, кто ночью выходил на охоту, либо те, кто отчаялся и не дорожил жизнью, либо те, кто употреблял некий дурман, вроде "Небесной Пыльцы", то есть - отчаявшиеся. Пришлось задержаться в одном из проулков и наскоро обработать раны парня. Кровавый след - прерывистая, но верная тропинка, возможно, что сыщики его не потеряют.

Это заброшенное, скрытое от посторонних глаз строение Малкольм привык именовать домом. Он вошёл в пустой подъезд и остановился около железной двери. Он напряг слух, но, похоже, что вокруг никого не было. Тогда, Буллет набрал код на старом, металлическом замке и вошёл в длинный коридор, заперев за собой дверь. Теперь, можно сказать, что всё в порядке. Малкольм прислонил свою "поклажу" к стене и осторожно прошёл чуть дальше. Примерно на середине холла была натянута тоненькая проволока, крепимая к чекам пары гранат. Буллет аккуратно снял "растяжку" и расположил парня в гостиной, предусмотрительно стянув наручниками руки и ноги. Затем он взял шприц и тщательно выверив, вколол дозу снотворного.

Окончив эти процедуры, Малкольм стал готовиться к операции.

Очередной укол вернул парня в сознание и тот застонал. Буллет знал, что последствия такого укола значительно хуже последствий похмелья, но особого выбора не было.

- Где я? О ч-чёрт - парень увидел Малкольма и лицо его побагровело от гнева.

- Не правильное чувство, парень - Малкольм покачал головой - Можешь даже не начинать свою обычную "тянучку", вроде: "ты убил моих подельников", или "мы отомстим тебе так, что в аду станет холодно". Я был там и там, действительно бывает прохладно. Но суть сейчас не в этом, а в том, что - Малкольм положил на стол заряженный револьвер - У меня "пушка" и шесть свинцовых "гвоздей" в твой гроб.

Парень почти мгновенно побледнел.

- Ах да, кстати, "почему это я вверх головой" спросишь меня ты - Малкольм выждал паузу - Дело в том, что ты висишь на крюке вверх ногами. Я подлатал тебя, вытащил пулю из ноги, так что ходить ты сможешь. В плече сквозная рана и артерии не задеты, тебе повезло, что я неплохой стрелок. Вот только времени у нас мало. Поэтому в твоём плече эта штука, от капельницы - Малкольм указал на обрезок прозрачной трубки - Сейчас кровь, что осталась в тебе, капля за каплей падает вниз. Время у тебя есть, но не то, чтоб много. Поэтому подумай, прежде чем захочешь поговорить со мной, или орать, или выкинуть какой ни - будь фортель.

Проведя разъяснительную работу, Малкольм отошёл к окну, бросил взгляд на улицу и продолжил упаковывать пару больших сумок. Очевидно, что прерывался он только ради разъяснительной беседы, и теперь ждал только конкретных ответов.

- Послушай - спустя какое - то время неуверенно произнёс парень, со страхом поглядывая на пол - Ты же коп, да? По - моему, я тебя где - то видел. Тебе же нет смысла убивать меня.

- Ну, в чём - то ты прав - деловито собирая вещи, кивнул Малкольм - Я не "коп", я бывший полицейский - особо отметил он, что жаргонизм был неуместен - Вашими стараниями, или нет, но я вылетел со службы, хотя успел сделать неплохую карьеру и ещё помнил такое слово "порядочность". Но, в связи с одним делом, которое, в свою очередь - Малкольм показал на пальцах - Имело связь с другим делом, я, в итоге и вылетел. Вот ведь какая жалость, не находишь?

- Но мстить всему миру, это не выход, поверь мне.

- Миру? - Малкольм подошёл к подвешенному парню - Тебя как зовут?

- Джеймс - ответил парень, стараясь отстранится от темнокожего, щетинистого лица.

- Вот, что я тебе скажу, "брат" - произнёс Малкольм доверительно, чуть ли не на ухо - Мне плевать на всю ту чушь о мире, мне уже плевать на карьеру, но те незабываемые шесть месяцев, что я "тянул" ваше дело мне въелись прямо в кожу. Мы находили тела чуть не каждый день, а улики вели к вам. Мы находили и стреляные гильзы, и брошенное оружие с отпечатками, которые опять вели к вам. Даже больше скажу, мы брали кое - кого - Малкольм выразительно показал глазами на потолок - С самого верху и от "дела" его снова "отмазали" вы. Я не могу прямо сейчас провести расследование относительно тебя. Может ты белый и пушистый и вообще, как у вас говорят "не при делах", но что - то мне подсказывает, что вы там втроём не банку "колы" распивали. Так, что даже если я и ошибаюсь, то подозреваю, что моя совесть будет чиста, и тебя надо бы было "прищучить" за что - то другое. Да просто за то, что стоял рядом с теми бандитами.

- Но я тут не причём, они меня втравили в это дело.

- Расскажи, когда появится интересная информация. Например, покажи того, к кому вы собирались зайти сегодня. И торопись!

- Зачем тебе это нужно, ты же не ведёшь больше наше дело!

- Это меня взбодрит.

- Постой, а как ты определишь, что я не лгу?

- Вот и пошёл деловой разговор - обрадовался Буллет - У меня есть пара своих способов. Но предупреждаю сразу, за каждое ошибочное имя я буду ломать тебе конечность. Так, что не сложно определить - у тебя лишь четыре попытки.

- Ты просто сошёл с ума!

- Не по своей воле, поверь.

- Я не знаю имени!

- Не важно. У меня есть пять фото и это кто - то из них. Вы встречались с ним лично, полагаю, так что его ты, вероятно, запомнил. Просто кивни на фото, и интересный день будет не у одного тебя, это я могу гарантировать. Ты готов?

- Ладно, ладно, показывай свои фото!

Малкольм взял со стола подготовленную пятёрку фото и уже на втором Джеймс закивал головой.

- Этот, этот полный парень, в фетровой шляпе, мы его знали как "Брата Луи".

- Странно, он вроде не итальянец.

- Не знаю, видимо хотел походить на гангстера, постоянно выделывался, важничал.

- Что ж, проверим - Малкольм кивнул Джеймсу - Я ненадолго, повиси тут и никуда не уходи.

Малкольм поднялся на второй этаж, набирая номер на мобильном телефоне.

- Джонс? Да, это Баззи! Ну, помнишь Баззи? Столько раз с тобой встречались раньше! Меня интересует вопрос, как там дела у Тобби? Тобби Мокко, знаешь такого? Ну да, "Луи". Такой, в фетровой шляпе, с тонкими усами, наверное, во что - то итальянское одет. Сегодня в "Марокко" он был? А, он всё ещё там! Замечательно. Сидит в ресторане? Только что ушёл в отдельный номер со "своими ребятами"? Хорошо, буду через час - два, не уходи далеко. В случае чего звони на "трубу" номер три, конец связи.

Малкольм не тратил времени даром. Во время разговора, он расплёскивал бензин из объёмной бутыли. После чего, в лужицу бензина упал телефон, по которому он только что говорил. Затем, Буллет чиркнул спичкой, бросил её в небольшую лужу на сухом, дощатом полу, и насвистывая какой - то мотив спустился вниз.

Конечно, Джеймс был на месте.

- Что ты собираешься делать? - всполошился парень, когда Малкольм вновь достал одноразовый шприц, на этот раз из поясной сумки - Хватит меня колоть!

- Это набор веществ, которые на ноги поставят даже полумёртвого - Малкольм срезал верёвку и опустил парня на предусмотрительно подложенный матрац - Бегать может и не сможешь, но вылезешь из дома сам - он снял наручники с ног и рук парня, быстро смотав их другой верёвкой - Руки держи впереди, вот тебе нож, верёвку разрежешь, как только хлопнет входная дверь. Наверху начинается пожар, но минут пять - десять у тебя ещё есть. Вот телефон, но я его переделал, так что кроме "службы спасения" никого не вызовешь. Твой телефон, прости, пришлось "потерять". Вот так и страдаю через свою доброту, можно сказать - человеколюбие.

Малкольм Буллет прошёл по коридору и специально громко хлопнул дверью. Выйдя на улицу, он быстро скрылся в тени домов и вновь закурил. Ждать пришлось не более пяти минут. Дверь распахнулась, и на улицу хромая выбрался бывший "гангстер". Пожар, как раз только разгорался. Малкольм смотрел на грандиозный костёр, который он развёл с сожалением. Столько времени этот дом в трущобах был его домом, его полицейским участком, его базой. Сейчас горели старые "зацепки", стенды с фотографиями, старые "дела", которые он сам собирал и распихивал по толстым папкам. Горела небольшая лаборатория, импровизированный архив вещдоков. Горело недалекое прошлое. От этого становилось грустно. Но такие вещи, как по - отдельности, так и все вместе были уликами против него. А его не должны были поймать. Ещё какое - то время.

Спустя час Буллет был уже около здания с яркой вывеской, гласящей: "Марокко". Метро доставило его практически к самому бару. Оставалось только преодолеть пару сотен метров. Заведение явно не бедствовало, не смотря на то, что находилось в одном из наиболее криминальных районов города. Очевидно, что местные "авторитеты" старались появляться в этом заведении лишь как клиенты. Подобное "уважение" нужно было заслужить. А значит, заведение явно было не в ладах с законом. Точнее, должно было быть.

В условленном месте, стоял одетый в повседневный, цветастый костюм явный поклонник движения "раста". Увидев Малкольма, "растаман" криво усмехнулся и отшагнул в тень сквера.

- Как дела? - небрежно бросил Буллет.

- Твоими страданиями, "брат" - усмехнулся "раста", покручивая тонкую бороду - Мне кажется, ты чертовски вляпался и уже сам не видишь своего прошлого, "брат". У меня есть Путь для тебя.

- Ты опять куришь эту дрянь, Трэвис? - настороженно уточнил мальком, поставив на землю тяжёлые "баулы".

- Нет, "брат", тут дело не в куреве - Трэвис покачал головой - Чего стоят слова, произносимые в пустыне, где кроме ветра и дюн их некому услышать. Так и я, говорю с тобой, но слышат меня лишь дюны, да ветер.

Малкольм пытался определить, насколько Трэвис неадекватен по глазам, но глаза скрывали плотно пригнанные тёмные очки.

- Тогда, что не так? Если ты о маскировке, то никакого "хвоста" за тобой не будет. Не зря же вся эта комедия с "Тобби" и "Баззи" по телефону? "Прослушка", даже если она и была не сразу поймёт, о чём я говорил. Никто не наблюдал за мной, хотя я чуть попетлял по району до того, как сесть в метро. Да я с собой и чёртову дюжину "трубок" таскаю ради такого дела!

- Я говорю о тебе, "брат" - Трэвис ткнул твёрдым пальцем в грудь Буллету - Может сложиться так, что вокруг не будет никого. Ты будешь окружён. Облава будет повсюду. Тогда иди в "Лунную Орхидею". Понял? Заведение, тут, неподалёку, в этом квартале.

- Там же заправляет китайская ОПГ. У меня на них ничего нет. Ни связей, ни информаторов. Ты вообще, не рехнулся ли часом, Трэвис?

- Мы все, по - своему ненормальны, "брат" - Трэвис раскачивался из стороны в сторону - Просто запомни, я же вижу, что ты сжигаешь мосты, и ад идёт за тобой, запомни место. Тебя там и так узнают.

- Ты чертовски прав - усмехнулся Малкольм, воровато озираясь.

Буллет расстегнул один из баулов, от чего Трэвис присвистнул. Из сумки пахнуло оружейным маслом. Малкольм достал короткий и удобный автоматический дробовик с коробчатым магазином, проверил его, положив на укрытый чистой тряпкой каменный забор. Затем достал короткоствольный пистолет - пулемёт и пару запасных обойм. Повесил на пояс взятые из дома гранаты, уже не скреплённые проволокой. Подготовленное оружие он прикрепил к надетой на лёгкий бронежилет "сбруе", только дробовик прикрыл полой плаща. Снова закурил.

- Сегодня будет жарко - констатировал Буллет, надевая бликоотражающие очки.

Он сделал пару шагов к ресторану, затем бросил через плечё:

- Пригляди за сумками, Трэвис. Если минут через двадцать не вернусь - используй на своё усмотрение.

И вновь направился к бару. Бар ярко светился, словно рождественская ель. Силуэты прохожих и машин, казались тенями. Впрочем, это освещение сыграет ещё не одну злую шутку, поскольку сложно бы было рассмотреть Малкольма, даже, если его кто - то ждал, пока он сам не вошёл в фойе.

Он был готов, к тому, что будет.

Танцующие люди, полуодетые девушки, извивающиеся на сцене и пара "громил", которые двинулись ему на встречу.

- Тебе нечего тут делать, проваливай! - заявил один из них.

- Я пришёл в гости к старому другу! - Буллет расплылся в улыбке - Не с пустыми руками, у меня с собой подарки.

- Чего - оба "громилы" чуть приостановились - Какие подарки? Ты что выпил лишнего?

- Да вот же, поделюсь с вами! - Малкольм резко вскинул оружие, пальцы плотнее сжали удобную рукоять. Новенькая модель лишь пару раз дёрнулась в руках. Выпуская облако смертоносных игл прямо в громил. Буллет старался стрелять с минимальным разбросом, попадая только по целям. Два тела, нашпигованных мелкими осколками упали к его ногам.

- У меня ещё полно этого - сплюнул на пол бывший полицейский и шагнул дальше, в переливающийся яркими огнями холл.

Над сценой висел плакат, призывающий отдыхать в "Меккано" - новом курортном городке . Имел ли он какое - то отношение к танцующим парням и девушкам, или просто был декорацией, Буллет не знал. Он почти не удивился отсутствию реакции на его приход. Фойе было скрыто полупрозрачными перегородками из стекла, а скоротечные, глухие хлопки дробовика скрадывала громкая музыка. Но в его задачу входило посеять панику. В баре не менее десятка охранников. Больше половины, наверняка при оружии. Нужно выманить цель. Строение было привычным, и где находится запасный выход, Малкольм знал. Оставалось посеять панику.

Малкольм протолкался поближе к сцене, заранее присмотрев нишу, где можно скрыться. Резким рывком он оказался на подиуме, выхватив микрофон у одной из танцующих девиц. Пока человека на сцене считали продолжением шоу.

- Дамы и господа! - крикнул Буллет, перекрывая своим голосом, привычным к командам даже музыку - Время "свинцового буги"!

Он отбросил микрофон и выхватил пистолет пулемёт, пустив длинную очередь над головами. Пули разбивали прожектора, высекали снопы искр из электроники и разбитых динамиков, прошивали экраны подвешенных к потолку мониторов. Для натуралистичности он подкосил ещё одного впрыгнувшего на сцену охранника, метясь в ноги. Последние патроны он расстрелял в стеклянные перегородки у входа, освобождая проход для толпы.

Как раз с началом гвалта он нырнул в толпу напуганных, снующих людей и начал продираться к примеченной заранее нише. Главным было сохранить равновесие, не упасть, не быть растоптанным. До ниши он добрался довольно быстро Там, в относительном покое Малкольм вставил новый магазин в оружие, вернув его в кобуру и сжал покрепче дробовик, осторожно пробираясь во мраке к служебному выходу. Он занял место в длинном холле, поближе к чёрному ходу, скрывшись в тени автоматов по продаже напитков. Он ждал.

Из комнаты выбежала легко одетая девушка, затем высунулся угрюмый охранник. Охранник оглядел коридор и быстро занял позицию у противоположной стены. Затем показался второй охранник, тоже быстро оглядел коридор и сделал знак кому - то, вероятно, Тобби Мокко. Ага, вот появился и сам "Луи" без шляпы и слегка потрёпанный он двинулся к выходу, но вместо двери ткнулся носом в грудь Малкольма и тут же осел на ковёр, от удара дробовиком в живот и упал получив по голове складным прикладом оружия.

Охранники только оборачивались, а тот из них, что был у двери, уже получил в лицо облако металлических шипов. Малкольм не прекращая стрелять, вёл серию выстрелов ко второму охраннику, который быстро перекатился, покидая сектор обстрела и прячась за угол, мгновенно вздыбившийся изорванным в клочья гипсокартоном и штукатурной крошкой. Малкольм стрелял и стрелял, волоча бессознательное тело "Луи" каких - то пару метров, до металлической запасной двери. Хорошо, что дверь уже открыли, не иначе в комнате "Луи" был собственный пульт управления.

Буллет стремительно выкинул "тело" за дверь и отбросил расстрелявший все патроны дробовик. Он достал две гранаты, вынув из них кольца, удерживал рычажки запалов пальцами. Пальцы зудели, но он выжидал. Как только показались первые "секьюрити", пришедшие на помощь охраннику Тобби, Буллет отправил гранаты в полёт и юркнул за дверь. Только Малкольм хлопнул дверью, как в стальное полотно ударили первые пули.

Буллет быстро подобрал с асфальта небрежно брошенное "тело", как спустя мгновение, за дверью почти одновременно "ухнули" два взрыва, посыпалась штукатурка со стены и погас фонарь над входом. Вновь сжав в правой руке пистолет - пулемёт Буллет двинулся по пустынному и грязному переулку к замершей невдалеке машине.

- Что там творится! - шофёр в тёмном, "деловом" костюме даже забыл прикурить и так и стоял с сигаретой во рту - Что с "Луи"?

- Оглушило взрывом - буркнул, прикрываясь "телом" Малкольм - Там этот, ненормальный коп положил половину "наших". "Луи" сказал, надо к "Самому".

- Какой коп? Что твориться - то, я вообще сегодня ехать не должен был!

- Да какая разница! - Малкольм опустил на сидение "ношу", и уже не скрываясь, сел рядом - Начальник сказал к "Самому" езжай, времени объяснять, мол, нету!

- Да понял я, понял! - парень быстро оказался на водительском месте, бросив сигарету на асфальт - Вот день сегодня! Сначала Беспалый опоздал, чего не бывало раньше, теперь погром в баре, войну с нами кто - то начал, что - ли?

Машина рванула с места, унося в темноту улиц Малкольма. Он надеялся, что весь этот странный, импровизированный блеф он сможет "раскрутить" до самого конца.

За окном проносились многоэтажные постройки, перемежаемые грязными дворами. Исписанные городскими "иероглифами" неизвестных графитчиков стены порой возникали из темноты, выделенные скупым светом тусклых фонарей, неоновых ламп, окон соседних квартир. Странные люди собирались группками на улицах, слышался смех, громкая музыка разных жанров причудливо смешивалась в какофонию Города. Затем потянулся однообразный пейзаж пригорода. Тут освещение стало лучше, а сами улицы - тише. Хотя квартал ещё спал, в паре домов не только ярко горели все окна, но и громко гремела музыка.

Машина остановилась около шикарной загородной виллы, миновав высокий забор. Место было неподалёку от города, Малкольм был уверен, что не бывал здесь раньше, и это осложняло дело. Шофёр всю дорогу тихо ругался, понося то свою неудачную смену, то это происшествие. А "Луи" так и не приходил в сознание, чему помог сам Буллет, когда улучил момент и ещё раз приложил начавшего стонать бедолагу по голове.

- Прибыли - шофёр открыл дверь - Вам помочь?

- Не нужно, управлюсь - кивнул Буллет, подхватив тело - Он никому не доверяет, а я в его баре уже давно работаю.

Не смотря, на свою ношу, полицейский в тайне ликовал. Он нашёл самое сердце этой "гидры" и готовился вонзиться, вгрызться в него, пусть и без шанса на спасение для себя. Ступени сами ложились под ноги. Он даже, кажется, считал их: одна, две, три и выше, и дальше. Вот уже высокие, современные двери из дерева, стекла и пластика. Двери не заперты и вот он входит в пустынный холл. Эхом отдаются шаги от мраморных плит пола.

Наверх ведёт ещё одна лестница с красным ковром, на верхней площадке застыли коротко стриженные ребята. На ком - то была тёмная форма охраны, на ком - то вечерний, а то и просто повседневный костюм. Они заняли верхний этаж и вниз смотрели только дула штурмовых винтовок. На его груди "плясали" точки лазерных прицелов, заметные даже при ярком свете.

Малкольм замер. Спектакль только начинался.

На балкон, расположенный прямо над лестничной площадкой вышел высокий, но довольно молодой парень, одетый в белоснежный костюм.

- Вы так хотели видеть меня, мистер Малкольм? - произнёс он с некоторой иронией в голосе.

Малкольм похолодел. Сомнений не было, он где - то "провалился". Слишком хорошим было начало.

- Вероятно, вы спрашиваете себя "в чём же ошибка"? - выдержав театральную паузу продолжил парень - И верно, всё складывалось так удобно для вас и так неожиданно для меня. Сегодня я в городе. Сегодня мои люди отправились к "Луи" осведомиться насчёт одного бывшего полицейского, который уже не первый месяц портит нам распространение "Небесной Пыльцы" и мешает получать прибыль в полном объёме. Проблему следовало решить, так, или иначе.

Парень опёрся о перила балкона.

- Такой долгий путь. И всё ради чего? Неужели ты считаешь, что даже, если убьёшь меня, то поставки яда в твой город прекратятся? Это уже не зависит от моего, или от твоего хода. Ты "разобрался" с моими людьми. Ты пришёл в бар "Луи" и устроил там разнос. Ты решил сам прибыть ко мне. Почему я должен этому мешать? Тебя видели по камерам. Тебя опознали ещё в баре. Видели, как ты садишься в транспорт и сам едешь ко мне. Сюда. В отдалённый, загородный дом. В дом, набитый охраной. Так зачем мне мешать убить тебя тут? Мне не придётся искать тебя в городе, поднимая не нужную никому панику. Засим, полагаю, ты всё понял?

- Не совсем - усмехнулся Малкольм, перехватывая "тело" поудобнее - Как ты отсюда уйдёшь?

- Действуйте, парни - щёлкнул пальцами парень, поворачиваясь спиной и исчезая с балкона.

Малкольм ждал этого. Он сделал пару стремительных шагов под первые залпы, прыгнул и заскользил по полу к спасительной колоннаде, чувствуя, как в тело "Луи" впиваются новые пули.

Буллет сидел за перевернувшимся диваном, стараясь не смотреть на изрешеченного "Луи", похоже, что ему "не судьба" проснуться больше. У самого Малкольма ныло плечё, штанина на ноге была порвана. Видимо он повредил пару рёбер, боль была ощутимой, но он боялся худших последствий. Хорошо, что так много света в холле, сложнее было точно целиться по нему.

По лестнице застучали ботинки. Вниз спускалось не менее пяти охранников. У всех винтовки, которые прошьют его бронежилет навылет, как иголка прошивает ткань, а у него только пистолет - пулемёт, револьвер, да полуавтоматическая "беретта". Ну что же, могло быть и хуже. Малкольм заскрежетал зубами и вколол себе шприц, готовясь дать последний бой.

Пятеро секьюрити, поводя стволами оружия, из стороны в сторону подходили к нише. В подушке дивана появились дырки, и в воздух взлетело целое облако пуха и перьев. Один из охранников отшатнулся, закрывая лицо руками. Второй ничком упал на пол, скорчившись в судорогах. Трое оставшихся сосредоточили было огонь на облаке перьев, как оттуда, из белого облака застрочил пистолет - пулемёт, разрывая связки, дробя конечности, дырявя лёгкие бронежилеты и дробя кости.

Пух осел на пол, и стало тихо. Ни стонов. Ни криков.

На половине пути вниз, на лестнице замешкались ещё трое охранников. Видимо они решили прийти на помощь своим, но дело решилось гораздо быстрее, чем они рассчитывали. Сейчас охранников мучила дилемма, оставаться на лестнице, или спуститься вниз и добить одного раненного полицейского. Они решили, видимо вернуться наверх, оставляя себе удобный обзор, когда вновь, на середину зала шагнула высокая фигура, с автоматом в каждой руке и ремнями, перекинутыми через плечи и уже без очков.

- Я приду за ним! - громко изрекла фигура, нажимая на спусковые крючки.

Свинцовые реки протянулись к лестнице, сбрасывая вазоны с цветами, сбивая штукатурку и разнося перила в щепки. Свинцовый вал захлестнул три фигуры, пытающиеся ответить этой реке шквального огня.

- Я иду за ним!

Малкольм отбросил бесполезные автоматы, вновь достав револьвер и сунув последнюю обойму в пистолет - пулемёт.

С верхнего этажа высунулся стрелок и тут же повалился после двух выстрелов из револьвера.

Прямо перед Малкольмом верхние ступени "прочертила" очередь автомата и стрелок попытался скрыться за деревянной стойкой. Снова два раза выстрелил револьвер. В стойке появилась пара дыр. Неудачливый стрелок, упал, раскинув руки, он вывалился из - за ненадёжного укрытия. В середине его спины одежда стремительно краснела.

Буллет шёл дальше.

Он вошёл в длинный коридор, украшенный лепниной и картинами, с рядом дверей по сторонам, оканчивался коридор, также дверью - кабинетом.

Из одной двери высунулся стрелок и тут же "принял" половину обоймы пистолета - пулемёта. Но второй стрелок, появившийся почти одновременно с первым, бросил что - то на ковёр. Раздался грохот. Комнату заволокло дымом. А Малкольма швырнуло в одну из запертых дверей. Дверь не выдержала мощного удара, затрещала и пропустила израненное тело в комнату. Он упал на пол, ощущая щекой толстый ворс дорогого ковра. Тело практически не ощущалось. И, только поднимаясь с пола он ощутил жар и медный привкус во рту.

Тело ныло. Болели ссадины на ногах. Похоже, что бронежилет не сдержал некоторые осколки, и одежда становилось тяжелее от жидкости, капающей на ковёр, такой красный.

Малкольм прислонился к стене. На диванчике рядом со входом лежал чемодан со странными колбами и несколько пакетов с непонятным порошком. Почему его оставили в таком виде? Колбы непонятного цвета и наполненный странной жидкостью шприц. Неужели это и была "Небесная Пыльца"? Малкольм взял шприц, выплеснул немного жидкости на ковёр и с силой вогнал его в ногу. Он надеялся, что попадёт в вену. Сил уже почти не оставалось, и усталый, он повалился на диван.

Мысли путались. Он не знал, сколько провёл в беспаметстве. Или беспаметство лишь почудилось? Перед глазами расплывались разноцветные круги. Кто - то вошёл в комнату. Не ясный, тёмный силуэт. Он наставил что - то на Малкольма. Что это? Что за звук? Похоже, и этот парень не понимает, что такое "кланг"? А, переклинило затвор. Такое бывает, бывает у всех рано, или поздно. Вот тебе, бери и угощайся, не жалко этих подарков для тебя. Тр-р-р, боль в руке, но парень оседает в странных вишнёвых, малиновых, или изумрудных фонтанах, которые бьют из его тела.

Рука находит что - то тяжёлое, видимо, это тот самый "трофей". Он снаряжен и заряжен. Надо идти, хоть ноги и не слушаются, но он идёт. Или даже плывёт, словно под ногами разлилось море, даже чудится где - то далёкий прибой. Уходя из комнаты, Малкольм взял один из увесистых пакетов.

Вот и заветная, тяжёлая дверь в самом конце коридора. Толстое полотно легко разлетается в щепки от удара ноги.

Первым в проход полетел пакет, сразу лопнувший от удара и поднявший в воздух невесомую, веселящую и бодрящую пыль. Или пыльцу?

Раздались частые хлопки.

Что - то ткнулось в грудь, в плечё, в живот, в ногу, но он стоит незыблемо в облаках пыли. Он тычет "трофеем" в троих стрелков, задерживаясь на каждом силуэте лишь на мгновение. И они оседают на пол в ярких и разноцветных фонтанах брызг. Как красиво! Это, наверное, как в аквапарке. Тяжело дышать. Воздух, он стал какой - то вязкий, но он видит, даже в этом мрачном и вязком воздухе, среди не спешащей осесть пыли, видит открытое окно. Он встаёт на подоконник, руки цепко хватаются за любую опору, он лезет на крышу.

По крыше мечется парень в белом. Он что - то кричит, но слов не разобрать. Малкольм идёт на него. У Малкольма больше нет "трофея" и он просто раскинул руки в стороны, глупо улыбаясь. У парня в руке игрушечный пистолет. Он стреляет, но пластиковые пули слабы, да и попадает он раза два - три. Не страшно. Малкольм подходит и хватает его за шею.

- Парень, как тебя зовут - говорит Буллет.

- Лемъен, Лемъен Лозар - хрипит молодой "босс" - Ты же понимаешь, что моя смерть ничего не изменит! Это бизнес, это не просто какая - то игра!

- Мы поиграем в другой раз, обязательно поиграем - обещает Малкольм.

Он, словно у игрушки поворачивает голову парня, медленно, медленно и тело падает вниз, словно сломанная кукла, туда, на асфальт, к правильному газону, к фонтану, к звуку приближающихся машин полиции.

Малкольм Буллет ещё некоторое время глядит вниз, затем разворачивается и движется к дальнему краю крыши, подальше от сирен.

Полчаса на поезде. На крыше поезда, он не полез в вагон и душистый ветер трепал его волосы. Он слез по пожарной лестнице и довольно быстро добрался до высокого перехода, откуда удалось упасть на крышу поезда. В трущобах, за полквартала до назначенного моста он спрыгивает, делает кувырок и тяжело дыша, встаёт на ноги, оставляя за собой пятна разноцветной палитры, такие разные на однотонном асфальте. Он идёт в единственное место, которое может оказаться безопасным, в "Лунную Орхидею".

Эта здание выглядело каким - то заброшенным и грязным. Однако, Малкольму оно действительно казалось похожим на некий цветок. На входе стояли пятеро желтолицых "братьев" которые о чём - то непринуждённо болтали друг с другом, но, увидев странного "гостя", они посторонились. Не со страхом, как многие ранние прохожие, в этот час, а с каким - то, как показалось Малкольму сквозь морок - уважением. Никто ничего не говорил, но двери открылись мгновенно. Никто не помогал и не мешал ему. Он поднимался всё выше и выше, вдыхая разнообразные запахи неземных трав, пока не оказался перед дверью. Но эта дверь была другой не страшной, как в коридоре, это была дверь надежды.

Девушка. Она была миловидна и облачена в яркие одежды. Она ждала его. Задумчиво дымя длинной трубкой.

- Входи - сказала она - Ты должен был прийти сюда и ты пришёл. Выхода нет для того, кто его не ищет. Считаешь ли ты, что из произошедшего именно для тебя нет выхода по какой - то причине?

- Если только вы дадите мне этот выход - произнёс тот, кого звали Малкольмом Буллетом.

- Почему ты так хочешь найти этот выход?

- То, что было нужно сделать - сделано, здесь мне более задерживаться не имеет смысла.

- Это - верно - кивнула девушка, указывая на высокое, стрельчатое окно, или, всё же на дверь? В обманчивом дыму было сложно рассмотреть.

- Это - произнесла девушка - Это твой выход. Иди же, но торопись, тебе могут помешать в любой момент.

Полицейский сделал шаг, второй, а потом почти побежал, отрываясь от плит пола и со странным, стеклянным звоном распахнул дверь, влетая в неясное ещё место, где, как он надеялся, ему будет уже безразлична обыденность.

- Это твой выход и, возможно твоя награда - кивнула загадочная девушка, глядя на разбитое стекло.

Спустя какое - то время комнату вошёл следователь, в сопровождении пары полицейских. Здание было отцеплено.

- Как это понимать, мисс - произнёс следователь - Люди видели, как подозреваемый поднялся сюда. Многие слышали звон стекла, да и обломки - вот они, на тротуаре. Но, что - то тут не чисто.

- Нет тела? - удивлённо осведомилась девушка, набивая трубку.

- Именно! - вскричал следователь - Куда, ну куда он мог деться? Мисс, имейте совесть, хоть при мне не набивайте трубку, непонятно чем, мы же полиция, в конце - концов!

- Вы - полиция?

- Ну, это же очевидно, мисс!

- Вот и ищите вашего "беглеца", "копа", "преступника". Мне нет дела до ваших проблем. В конце концов, зачем мне вставать на дороге закона?

- Прекрасно! Мы облазим весь этот дом от подвалов и до крыш!

- Конечно, конечно, я чиста перед законом, а также невинна, аки младенец. К тому же - девушка усмехнулась - Если я говорю, что если кого - то здесь нет, ну разве не очевидно, что его здесь нет?