# Так бывает

Татьяна Александровна Шумкова

Первая любовь... Что обычно возникает в душе у человека, когда кто-то произносит эти слова? Какие мысли, эмоции появляются, едва мы их слышим? Да почти у всех одинаково. Улыбка, воспоминания. И конечно осознание того, что, несмотря на то, что эти воспоминания приносят только светлые и теплые чувства, ничем серьезным первая любовь почти никогда не заканчивается. Вот и с героями романа все произошло именно так. Им казалось, что, несмотря на юный возраст, все происходящее между ними серьезно и навсегда, но жизнь развела их в разные стороны на годы. Однако, как ни странно, дала потом второй шанс. Воспользуются ли они им? Или эта случайная встреча станет только лишним доказательством того, что жизнь гораздо серьезнее и многообразнее, чем нам представляется...РАЗМЕЩАТЬ КНИГУ НА ДРУГИХ РЕСУРСАХ КАТЕГОРИЧЕСКИ НЕ РАЗРЕШАЮ. Книга ЗАКОНЧЕНА. ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ТЕКСТА УДАЛЕНА. Полностью текст книги можно приобрести на сайте Призрачные миры

Шумкова Татьяна


Так бывает


Из-за слепящего глаза апрельского солнца Артем почти не видел, что там учительница писала на доске. Но поправить шторку, хотя и сидел у самого окна, даже не пытался. Зачем, если смысл слов Марины Александровны все равно до него не доходил. Он обвел взглядом класс. Все сосредоточенно слушали учителя и старательно записывали материал. Да и что удивительного. Последний выпускной класс, впереди ЕГЭ. Рисковать никто не собирался. Тем более, в их математическом классе. Как говорила классная, вы, мол, самые лучшие и должны показать на экзаменах соответствующий результат.

Артем, конечно, был не против показать результат, да и ему, как и всем остальным, это надо было гораздо больше, чем учителю. Но сейчас мысли невольно были заняты другим. Он снова поругался с матерью. И от этого настроение было ни к черту. Мать он любил, и каждая ее слезинка была словно ножом по сердцу. Но и согласиться с ней не мог. Это был давний спор. Через три месяца они должны были всей семьей переехать в другой, более крупный, чем их, город. А он упорно отказывался и собирался остаться здесь, с бабушкой. Конечно, мама не могла с этим смириться. Как он не смирился с появлением в их семье четыре года назад отчима.

Нет, Артем не ненавидел его, но и принять так и не смог. Игорь Сергеевич был абсолютно чужим для него человеком, а еще тем, кто занял место его отца, хотя того не было в живых уже почти пять лет. Да, он относился к Артему, как к сыну, и маму, без всяких сомнений, любил, не смотря на то, что был достаточно суровым и жестким человеком. Но разве в годах и в отношении дело. Просто это было законное место его отца. И это незыблемо, также как это треклятое, так некстати веселящееся солнце за окном. И именно поэтому, почти все время после его смерти он жил у бабушки. И мама со временем даже перестала его уговаривать вернуться, понимая, что постоянные скандалы ни к чему хорошему не приведут. И все эти годы просто разрывалась между двумя домами, пытаясь и отчиму угодить и связь с сыном не потерять. Благо, что у бабушки было достаточно сил, чтобы присматривать за внуком.

Мать же никак не могла понять, почему сын воспринимал каждое слово отчима в штыки и так и не нашел с ним взаимопонимания. А Артем, в свою очередь, не смог признаться, что однажды невольно подслушал ее разговор с бабушкой, из которого следовало, что Игорь Сергеевич появился в жизни матери еще до того, как умер отец. И возможно именно этого не мог им обоим простить. У них была идеальная семья, и представить, хоть маломальскую приемлемую и убедительную причину, по которой мама могла изменить отцу, он не мог. Тем более, отчим был намного старше нее. Ей и сейчас-то всего тридцать семь, а когда они познакомились, было и того меньше, слегка за тридцать. В то время, как Игорю Сергеевичу недавно исполнилось пятьдесят. Неужели из-за денег. Нет, быть этого не может. Его мама не такая. Да и о темном прошлом своего избранника, на которое очень откровенно намекала бабушка, она не могла не знать. Вроде как он даже сидел в лихие девяностые.

Но факт оставался фактом. Мама жила с этим человеком, хотя, по его мнению, особо счастливой никогда не выглядела, и очевидно не собиралась с ним разводиться. Да Артем и не просил ее сделать это, а просто ушел в свое время жить к бабушке. Не мог он каждый день встречаться с отчимом на кухне и спокойно общаться с ним, смотреть в глаза. Видеть, как утром они выходят из спальни. Как отчим обнимает и целует маму. И Артема не привлекали ни возможность жить в шикарной квартире, ни совсем другой уровень жизни, который им обеспечивал Игорь Сергеевич. Который к тому же был не просто богатым бизнесменом, но и одним из самых влиятельных людей в городе. Артему стоило только заикнуться, как все двери перед ним откроются. Любой престижный Вуз страны и даже заграницей, а после окончания практически любое тепленькое местечко. Но его ничего не интересовало. Он твердо был уверен, что сам поступит в местный Университет и всего в жизни добьется тоже сам...

От всех этих мыслей Артема отвлек звонок с урока, и он тут же поднялся с места. Впереди был еще один последний урок, но он понял, что просто уже не выдержит. Ему срочно надо было проветриться, успокоиться и привести мысли в порядок. Покидав в сумку вещи с парты, тут же направился к выходу. И тут же услышал за спиной до противности заботливый голос Аллочки, которая сидела с ним за одной партой:

- Артем, пожалуйста, не опаздывай на контрольную.

Вот черт, про контрольную по истории он и забыл. Но намерений своих не изменил. Плевать, скажет потом, что голова заболела. И ему точно поверят, потому как числился в тройке лучших учеников класса и почти никогда не прогуливал уроков. Поэтому, так и не ответив своей соседке по парте, которая к слову в своей навязчивой опеке уже перешла всякие границы, пользуясь тем, что она президент класса, почти бегом вышел из кабинета.

Солнце, которое так мешало ему на уроке, действительно не обмануло. На улице стояла отличная погода. Даже в ветровке было жарковато. Артем, не задумываясь, направился в парк, который находился неподалеку от школы. Лучшего места в будний день, чтобы хоть немного побыть в одиночестве и представить трудно. Тем более, школа прилегала к парку с противоположной стороны от главного входа, и народу там почти совсем не было. Однако поразмышлять в одиночестве ему так и не удалось. Едва свернув с тропинки на газон, он почти сразу наткнулся на группу девчонок из их школы. Некоторых Артем узнал. Правда учились они, в отличие от него, в девятом.

Он не сразу сообразил в чем дело, но притормозить успел, оказавшись укрытым за небольшими кустами. Девчонки галдели, а шум ему сейчас был крайне противопоказан, от того, он сделал шаг назад, чтобы незаметно ретироваться. Однако, картина, представшая перед ним, неожиданно привлекла внимание. Здесь явно происходили разборки и весьма недетские. Одна из девчонок, совсем худенькая, с почти прямо таки пацанской прической коротких чуть вьющихся волос, стояла в окружении остальных и явно подвергалась нешуточным нападкам. Ее кстати, он раньше почему то не видел, иначе бы обязательно запомнил.

- Только попробуй, еще хоть раз с Костиком сесть за одну парту и тебе не поздоровится, поняла? - наступала одна из особо ретивых, видно она и была здесь заводилой. - Да ты на себя посмотри. Оборванка, а туда же. Он просто посмеялся над тобой, пошутил, понимаешь? А ты, дурочка, и повелась, - продолжала она убеждать.

- Да не нужен мне твой Костик. Он сам предложил мне сесть с ним, - попыталась оправдаться девчонка, но не была услышана.

- Сам предложил... - передразнила другая. - Как же. Не верь ей Светка.

- Так вот, я предупредила, - продолжала грозно красотка, как успел заметить Артем, хотя симпатии к ней это не прибавляло. - В следующий раз порванными тетрадками не отделаешься. Саму в грязи изваляем, поняла?

Артем невольно опустил взгляд и действительно увидел разбросанные по земле тетрадки и учебники, сумка валялась неподалеку. И это все ему уже совсем не понравилось. Он, не задумываясь, сделал несколько шагов и оказался в гуще толпы.

- А ну малявки, быстро разбежались отсюда, - прикрикнул он сурово и для верности присвистнул. - Чтоб через пять секунд духу вашего здесь не было. Иначе ваши сумки окажутся в ближайшей канаве.

Девчонки сначала опешили от его внезапного появления, но потом опомнились и попытались возразить.

- Да она сама виновата, - произнесла заводила уже не так уверено, как раньше. - Пусть к чужим парням не липнет.

Однако Артем не поддался, он без лишних разговоров схватил сумку девчонки и закинул ее подальше в кусты.

- Эй, ты чего, я все брату расскажу, - попыталась возмутиться самая смелая, однако остальные не поддержали ее, а молча ретировались, видно испугавшись за свое имущество. А может просто не хотели со старшеклассником связываться, тем более с таким грозным видом. Мало ли что можно от такого здорового ожидать. Ростом то Артем был немаленьким. Явно за метр восемьдесят.

- Ну что смотришь? Учебники тебе не нужны? - спросил он насмешливо. А девчонка, которая стояла и смотрела на него с явным недоверием, наконец, очнулась и, наклонившись, стала собирать разбросанные вещи. А он ей помогал. Наконец все было собрано и они оба выпрямились.

- Хоть бы спасибо сказала, - произнес он все с той же насмешкой, и с небольшой долей недоумения. Ну ведь и правда, могла бы хотя бы для вида и поблагодарить.

- Я тебя не просила мне помогать. Сама бы справилась, - пробурчала она совсем невежливо.

- Да? - Он посмотрел на нее на этот раз с нескрываемым интересом. Загадочный экземпляр. Вроде как действительно недовольна была, что ей помогли. Обычно девчонкам нравятся, когда их защищают, а эта выглядела вроде как даже равнодушной. Хотя глаза заметно так увлажнились, но не слезинки не пролила. Пигалица, но гордая. А ведь и правда оборванка, невольно подумал Артем, хотя и понимал, что подобные мысли недостойные что ли. Но более чем скромная одежда девчонки бросалась в глаза. Да и сумка совсем не выглядела презентабельно. Видно семья неблагополучная.

- Ты новенькая? - спросил он, чтобы оправдать свое разглядывание.

Но худышка, как он мысленно ее окрестил, не поддалась. Закинула сумку через плечо и отправилась, даже не взглянув на него, как ни в чем не бывало по своим делам, а вернее к выходу из парка. Ему только и оставалось, что с недоумением смотреть ей вслед. Вот и помогай после этого. Хотя это он от обиды подумал. На самом деле, конечно, совсем не жалел, что вмешался. Это еще от отца осталось. Сильный всегда должен помочь слабому. Артем на всю жизнь запомнил папины наставления.

И вроде как к вечеру и думать забыл про утренний инцидент. Но, когда уже засыпал, перед глазами неожиданно промелькнула картинка. Эта странная худая девочка в солнечных лучах с чуть вздернутым аккуратненьким носиком, и совсем не по детски внимательными, почти черными глазами, выглядывающими из под волнистой челки. К чему бы это. Сроду он особо на девчонок не заглядывался. Не до этого ему сейчас. Главное, учеба, а остальное потом. Еще все в жизни успеет. С этими мыслями и уснул.


И все постепенно стало приходить в норму - настроение, мысли. Тем более, мама, когда звонила ему, больше не заговаривала об отъезде. Но в воскресенье у нее будет День рождения и возможно все беседы она отложила именно до этого момента. Тем более, бабушка, которая почти всегда была на его стороне, приболела и на День рождения дочери не придет. Артем конечно не сможет пропустить столь важное событие, поэтому придется настраиваться на штурм. Конечно мама непременно воспользуется тем, что вроде как ему некуда будет деваться и выслушать ее аргументы по поводу отъезда придется. Только бесполезно это. Он все уже для себя решил. Точно остается...

Неделя прошла как обычно. Учеба, тренировки. И ни на что другое сил уже не хватало. Особенно напряженной выдалась суббота. К урокам прибавились дополнительные занятия по подготовке к экзаменам. А потом снова тренировка. Так что вечером, едва приняв душ, Артем просто рухнул в постель и проспал до обеда следующего дня. Бабушка даже испугалась, не заболел ли он. Да уж неделька выдалась тяжелой.

Но едва переступив порог квартиры, где жили мать с отчимом и, преподнеся маме цветы и небольшой подарок, Артем понял, что неделя еще не закончена. И пожалуй это будет самый ее трудный день. Столько людей, вроде и знакомых и в тоже время абсолютно чужих. Оттого возникал законный вопрос, зачем он здесь. Ну ничего, посидит, сколько там требуют правила приличия и пойдет восвояси. Однако все вышло совсем иначе, чем он предполагал...

Вечер уже подходил к концу. Все тосты произнесены. Хозяева и гости расслабленны и ведут неспешные беседы под негромкую музыку, разделившись на группы и попивая при этом коньяк. А Артем просто наблюдает за всем этим в сторонке. Свою миссию он выполнил. И сейчас ему больше всего хотелось бы уйти, но он точно знает, что не сделает этого. Ради матери останется. Хотя конечно, люди, которые здесь собрались, не вызывали и капли симпатии. Да и вообще, это не был их круг общения. Но другого круга у Ольги Анатольевны теперь не было. После того, как она вышла замуж за Таирова, со своими друзьями больше не общалась.

В какой-то момент вечера, когда некоторые гости стали уже расходиться по домам, Артем наблюдал, как мама разговаривает с отчимом. И в голове все время вертелась какая-то догадка. Только вот смысл ее никак не удавалось разгадать. А, когда до него дошло, он даже застыл в напряжении и жарко стало. Хотя и наблюдать не перестал, но теперь делал это с полным пониманием того, что по-настоящему осознал гораздо больше, чем ему было открыто ранее. У него в голове будто тумблер переключили.

Выйдя на балкон, Артем подставил ветру лицо, стараясь хоть немного охладиться. А следом за ним на балконе оказалась мама, видно заметила его отсутствие. Она встала рядом и с улыбкой посмотрела на сына.

- Устал? - Протянув руку, погладила Артема по голове. А он не сопротивлялся. - Совсем ты у меня взрослый стал. - Но Артем не поддался ее настроению. Он твердо был намерен подтвердить свою догадку. Хотя и не сказал бы, почему именно сейчас.

- Мама, почему ты живешь с Таировым? - задал он, во всех смыслах, наверняка ненужный и неуместный вопрос.

Наступила пауза, потом все же мама ответила:

- Странный вопрос. Он мой муж. - Голос звучал ровно и спокойно, однако это его не обмануло.

- Но ведь ты его не любишь. - Сын не спрашивал, он утверждал. Но, что самое удивительное, мама не стала спешить опровергнуть его слова. Она отвернулась и будто нехотя произнесла:

- С чего ты взял? - получилось довольно раздраженно.

- Мама, просто скажи, зачем тебе это надо? Жить с нелюбимым человеком? - Он и сам не знал, зачем настаивал и не понимал, что поступает жестоко.

Ее ответ прозвучал совсем неожиданно и как то устало:

- Ну ты уже взрослый, как я понимаю, раз затеял подобный разговор. И должен понимать, что обстоятельства бывают разные. А еще обязательства...

- Что? - Он даже опешил от ее слов. И сейчас смотрел на мать с полным недоумением. - Какие обязательства, о чем ты? Я не понимаю абсолютно тебя. Ведь ты молодая красивая женщина, а живешь с человеком, которого не любишь. Да еще говоришь про какие-то обязательства. У меня в голове не укладывается. Тебе просто необходимо развестись,- произнес Артем более, чем уверенно, а потом безапелляционно добавил:

- Ты ему ничего не должна. - А потом вдруг в его глазах мелькнула догадка. - Ты его боишься?

А она неожиданно рассмеялась.

- Никогда я не боялась Игоря Сергеевича. Могу тебе даже поклясться.

- Тогда почему? - снова эта настойчивость в голосе.

- Прошу тебя, давай не будем об этом, - взмолилась мать почти с надрывом. А он заглянул в ее глаза и сто раз пожалел, что затеял этот разговор. Там было столько боли, а он, разве мог хоть что-то изменить. Нет, не мог.

- Извини, - произнес Артем, опустив голову, и сразу же вышел с балкона. И почти тут же выскочил из квартиры, прихватив с собой бутылку водки. Не мог он больше там находиться. Это было почти невыносимо. Сплошное притворство. Неужели все это можно так долго выдержать. Насколько ее еще хватит. И в тоже время, Артем был благодарен матери. Возможно, она решила, что он стал совсем взрослым и с ним можно быть откровенной. Но вот что теперь с этой правдой делать, об этом Артему вряд ли кто-нибудь скажет.

А потом он сидел на крыше дома, где жил с бабушкой и накачивал себя алкоголем. Чего раньше с ним никогда не случалось. И он уже почти жалел, что так бездумно вмешался. Ведь теперь со всем этим надо что то делать. Или забыть или сделать вид, что ничего не знает, Но винить было некого, он сам, по своей воле открыл этот ящик Пандоры. Одно было хорошо, что про отъезд мама так и не заговорила. Возможно, он ее просто с толку сбил.


Звездное небо, отличная погода... Однако ничего не радовало. И эта бутылка в его руке тоже была лишним атрибутом сегодняшнего вечера. Совсем лишней. Он, в отличие от своих сверстников вообще спиртным не баловался, да и с курением также. Куда важнее для него был спорт. А это, так, нашло что-то. Но больно тяжело было видеть свою мать с этим человеком. Сейчас ему особенно казалось, что она несчастлива. И никак иначе. Ведь он то тоже был не особо счастлив, потому как так и не смог смириться со смертью отца. Она же его так любила. Что могло заставить маму почти сразу после его смерти выйти замуж за Таирова? Артем пытался найти ответ, но не мог. И что за отношения у них были, когда папа был еще жив...? Все эти мысли вертелись в голове безумным хороводом и не давали покоя. Казалось, его сейчас ничего больше не интересовало. И что греха таить, хоть он и не особо в этом готов был признаться, причем, прежде всего самому себе, но почти наверняка, считал ее замужество с Таировым предательством по отношению к папе, да и к себе тоже... Затуманенное алкоголем сознание кидало его от одной крайности к другой. То он винил мать в предательстве, то жутко жалел ее.

А потом показалось, что он все-таки пришел к истине. Ключевыми для него стали слова: 'что могло заставить'. Да как же он сразу не догадался. Таиров заставил маму выйти за него. А почему нет. У него все средства для этого есть. Отказать такому человеку себе дороже. Связи и влияние у него в этом городе нешуточные. Наверняка он ей угрожал. Без всяких сомнений. Версия как то постепенно перешла в разряд убежденности.

Артем поднялся и отшвырнул бутылку, которая покатилась по крыше и остановилась возле его ноги. Он же смотрел на нее и очевидно на что-то решался. И наконец решился. Да и как иначе. Алкоголь притуплял многие чувства. В том числе и всяческие сомнения. Его штормило и лучшим решением в подобной ситуации было бы отправиться домой и проспаться, тем более и спуститься то надо было недалеко, всего несколько этажей. Но Артем похоже твердо решил идти до конца в своих намерениях. Схватившись за телефон, он не раздумывая набрал номер отчима. Тот ответил практически мгновенно:

- Ты куда пропал? Да еще и телефон отключил. - В голосе без труда читалось беспокойство, на которое Артему было плевать. - Мама с бабушкой с ума сходят.

- Никуда я не пропал... Со мной все... нормально..., - произнес он с трудом. Все-таки с выпивкой основательно переборщил. Похоже, его развезло.

И, тем не менее, довольно убежденно подтвердил еще раз:

- Все нормально... - Правда, было ощущение, что слова предназначались больше себе, чем отчиму.

- Ты где? Адрес скажи. Я сейчас приеду. - Голос отчима уже изменился. Он очевидно понял состояние Артема. Однако тот не ответил, а просто отключился. Хотя позвонил сам, и желание поговорить, это была его идея, но почему-то в последний момент дал заднюю.

Спустившись с крыши, он оказался на лавочке возле подъезда. Там его и застал Игорь Сергеевич, примчавшийся буквально за десять минут на своей огромной и жутко дорогой машине. Интересно, а где его люди? Что-то не видно. Надо же, сам снизошел до решения такой маленькой и неудобной проблемы, как непутевый неродной сын... Странно, что в это время и в таком состоянии сознание выхватывало именно эти детали. Абсолютно ненужные и совсем неважные. Но были мысли и явно актуальные в данный момент. К примеру, что ему очень плохо, причем во всех смыслах и надо домой. Но туда идти не хотелось. Да и перед бабушкой появляться в таком виде было стыдно. Поэтому Артем и сидел на этой лавочке, расставив широко ноги и наклонясь при этом вперед.

- Хорош, - насмешливо протянул Игорь Сергеевич, как то незаметно оказавшись стоящим перед Артемом. - Ничего не скажешь... - И тут же скомандовал:

- Давай быстро в машину. К нам поедешь, нечего бабушку 'радовать'.

Однако, Артем на это только головой мотнул.

- По...говорить надо...

- Тебе сейчас самое время разговоры разговаривать. Проспишься, тогда и поговорим.

Снова поворот головы.

- Нет.

Но отчим видно не собирался с ним церемониться. Да и не такой у него характер. Привык все решать быстро и сразу. Ухватив парня за руку, заставил его подняться и, крепко держа, повел к машине. Да, хватка у него была железная. Но Артему каким-то образом удалось вывернуться. Несколько шагов и он уже возле гаражей. Игорю Сергеевичу невольно пришлось последовать за ним. Он твердо намеревался доставить пасынка домой.

- Поговорить надо. - На этот раз слова звучали более, чем настойчиво. Артем стоял, уперев руки в бок, и в упор почти с ненавистью смотрел в глаза отчима. В данный момент он никак не мог контролировать свои чувства.

- Хорошо, говори, - произнес Игорь Сергеевич почти снисходительно и даже с насмешкой в голосе.

- Вы подлец. Оставьте мою мать в покое, отпустите ее. Мы оба знаем, что она вас не любит. - Как бы он не был пьян, но прозвучало на одном дыхании, без запинки и с изрядной долей агрессии.

Насмешка из глаз отчима исчезла мгновенно, и они загорелись нехорошим блеском. Схватив Артема за грудки, он резко и довольно болезненно припечатал его к гаражу. Тот и опомниться не успел. И никакой кикбоксинг, которому он посвятил не один год тренировок, не помог. Чтобы вырваться и думать было бесполезно. Сейчас отчим был серьезен как никогда и к словам Артема тоже отнесся более, чем серьезно.

- Ты, что, сосунок себе позволяешь? Да я тебя в порошок сотру. Куда ты лезешь...? - прозвучало очень зло и с явной угрозой. Для убедительности он сильнее надавил, не давая и капли сомнений в своих словах. И снисходительность к своему пасынку, как это было раньше, проявлять он был не намерен. Никто и никогда не мог позволить себе такой роскоши, как оскорбить Таирова безнаказанно. Сначала Артем, что греха таить, испугался, но потом уверенно повернул несколько раз головой и даже позволил себе усмехнуться.

- Неет, ничего вы мне не сделаете.

Игорь Сергеевич смотрел на него тяжело дыша. Он был само напряжение. Но при последних словах Артема его отпустило. Разжав пальцы, слегка похлопал ладонью по его груди и даже отступил на шаг.

- Умный мальчик, ничего не скажешь. - А потом была пауза, во время которой он стоял, отвернувшись и уперев руки в бок, как совсем недавно Артем. Но тут же будто опомнился.

- Мы поговорим, когда ты проспишься. - Сейчас он говорил абсолютно спокойно и твердо. И очевидно, что спорить с ним было бесполезно. Однако Артем все же уточнил:

- Обещаете?

- Разве я когда-нибудь тебя обманывал?

Нет, отчим и вправду никогда не обманывал. Тут ему нечего было предъявить. Да и прав был конечно. Они оба взвинчены, разговора нормального точно не получится. Артем покорно поплелся к машине и дальше не произнес ни звука. Хотя и понял, что едут они совсем не домой. Но говорить все равно ничего не стал. Как бы он не относился к отчиму, но действительно понимал, что ничего плохого он ему не сделает. А маму и бабушку тот предупредил, что с сыном все в порядке и он за ним присмотрит. И даже услышал, как мама ответила, что теперь спокойна. Даже удивительно, насколько она ему доверяла.

Через некоторое время машина остановилась возле большого шикарного дома. Выйдя из машины, Артем удивленно посмотрел по сторонам.

- Это ваш дом? - задал вполне законный вопрос.

- Да, - прозвучало лаконично в ответ. - Но давай все же допрос отложим на завтра. Я чертовски устал.

Артем не стал возражать. И когда они зашли в дом, и он оказался в одной из многочисленных комнат, тут же рухнул не раздеваясь на постель и мгновенно уснул. С него и вправду на сегодня было достаточно.

А когда утром проснулся и немного освоился, приняв душ, спустился на кухню, где уже хозяйничал отчим. Увидеть Игоря Сергеевича в фартучке, это конечно тяжелое испытание. На сковородке что-то скворчало.

- Давай, садись, завтрак уже готов.

Артем сел за стол и уже через минуту перед ним стояла тарелка с яичницей и беконом и кружка кофе. Ловко это у него получалось.

Какое-то время прошло в молчании. Они просто наслаждались завтраком. А кофе для Артема и вовсе был кстати. Голова болела нещадно. Просто таки разрывалась на куски.

- Что, болит? - спросил отчим усмехнувшись, заметив его болезненную гримасу. Но звучало вполне так по-доброму. Вроде как он тоже знал, как это бывает. - Может отложим разговор?

При этих словах Артем неожиданно стал крайне серьезен и отставил кружку в сторону.

- Нет, мы поговорим сейчас.

- Хорошо, согласен. Я тебя слушаю. - Неожиданно легко согласившись, Игорь Сергеевич поднялся и, подойдя к окну, закурил.

Начать было трудно, но Артем все же решился повторить то, что уже говорил накануне, хотя на этот раз и не так уверенно:

- Вы должны отпустить маму. Вы и без меня хорошо понимаете, что она вас не любит. - Прозвучало почти просительно.

Игорь Сергеевич не спешил отвечать и, также, как мама, опровергать его слова, только курил. Его взгляд был направлен куда-то в себя. Будто напряженно о чем-то думал или, что скорее, вспоминал.

- Хорошо, я тебе все расскажу, а ты сам решишь, верить мне или нет. А то, чувствую, напридумывал себе бог знает что.

Снова пауза, потом он заговорил, медленно, будто обдумывая каждое слово.

- Твоя мама работала в моей компании. Красивая молодая женщина. Не заметить ее было трудно. Многие заглядывались и я тоже не устоял. Знал конечно, что она замужем, но ничего с собой поделать не мог. Начал ухаживать, но твоя мама твердо дала понять, что подобное ее не интересует. Скажу честно, сильно меня задела. И не буду отрицать, разные методы испробовал, но все тщетно. - Он нехорошо усмехнулся. - Даже угрожал увольнением. А она... Она сама уволилась, хотя в то время трудно с работой было. Узнал потом, что устроилась в какую-то мелкую фирму с гораздо меньшей зарплатой. Вот так вот, не жаловалась, не ругалась и никому ничего не доказывала. Знаешь, даже объясняться со мной не стала. Впрочем, ты свою мать знаешь. Она всегда была сильной женщиной. Истерики не для нее.

Таиров не спеша налил себе кофе и, сев за стол, прямо посмотрел Артему в глаза.

- Хочешь знать, было ли мне тогда стыдно? Да, было. Наверное, впервые в жизни. Но исправлять ничего не стал. Так все оставил, как есть. И к матери твоей больше близко не подходил. - Он сделал паузу, будто что-то вспоминая, и тут же продолжил:

- А потом она сама пришла. - Хмыкнув, несколько раз повернул головой. - Денег попросила. Много. А я дал, и даже не спросил, зачем они ей понадобились. И ничего требовать взамен не стал, каким бы монстром ты меня не считал. Хотя хорошо видел, что в отчаянии была, практически на грани. И потребуй я тогда все, что угодно, она бы не задумываясь уступила. Только тут и смутилась, видно до конца не была уверена в правильности своего визита. А зря, я тогда крепко попал.

Таиров снова поднялся и закурил. Видно и у него нервы имелись.

- Потом мои люди выяснили и про болезнь твоего отца и про дорогостоящую операцию. А через год он все-таки умер.

Артем слушал не перебивая. А на последних словах отвернулся, пытаясь скрыть навернувшиеся слезы. Спокойно слышать про отца он не мог. А Таиров решил быть честным во всем.

- Но отыграть до конца в благородного рыцаря не получилось. Правда, все честь по-чести, пришел с цветами, кольцом и сделал предложение. Сказал, что буду ждать, сколько потребуется. И больше у твоей матери не появлялся. А она вдруг через месяц позвонила и дала свое согласие. Если спросишь, почему, не отвечу, потому как не спрашивал. Скажу только одно, я очень люблю твою мать и никогда не обижу, - сказал, будто выдохнул.

Вот тут Артем встрепенулся и как то не по-доброму посмотрел на отчима.

- Наверное вы сказали мне правду, свою правду, - уточнил он. - За исключением одного. Вы очень хорошо знаете, почему она согласилась. Но вам выгодно делать вид, что это не так.

Игорь Сергеевич немного качнул головой, будто соглашаясь.

- Возможно, ты и прав. Я понимаю, о чем ты говоришь. - Чем очень удивил Артема. - Слово 'благодарность' не произносилось, но оба именно это имели в виду. - Только очень прошу, не лезь в наши отношения. Твоя мать сама приняла такое решение. Я на нее не давил. И скажу откровенно, если она надумает уйти, не буду ее удерживать.

- Вы сами то верите в то, что говорите? - Зная жесткий характер своего собеседника, и правда трудно было поверить в его чистые намерения.

- Да, - твердо ответил Таиров. - Только вряд ли еще кто-то будет любить твою мать больше. Я всегда рядом и готов все сделать для нее. А если пойму, что больше не нужен, тут же отойду в сторону. И чтобы ты не думал, я никогда не пытался занять место твоего отца. Да это и невозможно. - Слова звучали более, чем убежденно. - А тебя, прошу только об одном, дай ей самой возможность решать и не лезь с ненужными разговорами. И вообще, неужели ты не видишь, как измучил ее?

- Я...? - Казалось, большего удивления Артем никогда не испытывал.

- А ты как думал? Это твое упорное нежелание жить с матерью. Наконец, осуждение в каждом твоем взгляде. Думаешь, она этого не видит и не переживает?

Слова отчима наверное впервые заставили задуматься его о своем поведении и о том, что действительно именно он, а не Таиров, мог причинить боль собственной матери.

Игорь Сергеевич будто прочитал его мысли.

- Так что подумай о том, что я сказал. И не делай резких движений. Иногда они могут дорого обойтись нашим близким, какими бы чистыми намерениями мы не прикрывались. Когда-нибудь ты это поймешь. - Мужчина затушил сигарету и решительно направился к выходу. - Ладно, пошли, отвезу тебя и на работу. У меня дел по горло. - Очевидно, время откровений прошло.

- А можно последний вопрос? - не удержался Артем от любопытства.

- Да, спрашивай.

- Раз это ваш дом, почему вы тогда с мамой в квартире живете?

Таиров очень внимательно и со значением посмотрел на него.

- Так мама твоя захотела. А ее желание для меня закон. - Прозвучало очень убедительно.

Они возвращались в город, а Артем думал над словами отчима. Неужели, купаясь в своем недоверии к этому человеку, он упустил что-то важное? Он не знал до конца ответа на этот вопрос, но однозначно что-то в нем перевернулось...


И утром следующего дня, проснувшись, возможно впервые почувствовал какую-то легкость что ли. Словно то, что держало его все эти годы и не давало спокойно наслаждаться жизнью, вдруг отпустило. Нет, не сказать, что он до конца стал доверять отчиму, но, однозначно, на ситуацию и на него стал смотреть по-другому. Хотя и не исключал, что вздумай матери пооткровенничать с ним, и открылась бы совсем другая правда. Но в одном, Таиров был прав, без всякого сомнения, нужно было беречь маму. И наплевать на личную неприязнь. Главное, чтобы ей было хорошо и спокойно. И с вопросами точно не следует лезть. Ей от этого определенно легче не станет.

С этими мыслями он, хорошо позавтракав на радость бабушке, отправился в школу. И вероятно, от того, что настроение было приподнятым, он так несся по лестнице, что не заметил препятствия в виде ведра с водой, которое он благополучно опрокинул. Артем остановился, как вкопанный. Но заставило его замереть совсем не ведро и разлитая по полу вода, а та, что стояла возле него. Эта была худышка из парка. Она сжимала швабру в руках и смотрела на него обвиняюще.

- Ты что, совсем под ноги не смотришь?

Не сразу, но он все же ответил:

- Извини, не заметил.

- И где мне по твоему теперь воду набирать? Знаешь, в твоем доме трудно у кого-то допроситься. А мне еще один подъезд мыть.

Артем вмиг до конца пришел в себя.

- Сейчас принесу. - Оставив сумку возле лестницы, он, не задумываясь, схватил ведро и отправился на свой этаж.

А когда набирал воду в ванной, в дверях появилась бабушка, на лице которой читалось явное удивление. Она была уверена, что внук, если не в школе, то на пути к ней. Сняв очки и, неопределенно махнув рукой, держащую газету, бабушка недоуменно спросила:

- Что случилось? И откуда это ведро?

- Да попросили. Там полы в подъезде моют. - Артему совсем не хотелось вдаваться в подробности.

- Правильно, молодец, - проговорила удовлетворенно. Бабушка у него мировая. Проработала в школе сорок лет, но при этом не стала циничной и свято верила в то, что людям надо помогать. - Да и женщина, что убирает, мне нравится. Хорошо свою работу делает. Правда, бедная, вечно уставшая. Наверное на нескольких работах вкалывает. Да, уж, время сейчас такое. Выживают люди, как могут.

Артем конечно удивился, когда бабушка сказала, что убирает обычно женщина, и даже возразить хотел. Но тут же передумал. Потом придется еще долго объясняться, что да как. А время не терпит. Да и сам догадался, что, наверное, мама этой девочки не смогла по каким-то причинам выйти на работу, вот дочке и пришлось ее заменить.

- Ну все, бабуль, я пошел, - поспешил он с полным ведром воды мимо нее на выход.

- Иди дорогой, с богом. Да смотри, через дорогу не беги, - почти крикнула она ему вдогонку. На что он только усмехнулся про себя. Для нее он всегда будет маленьким внучиком.

Спустившись вниз, увидел, что вода с пола уже собрана. Благо, что все случилось на первом этаже.

- Вот, держи, - протянул Артем ведро. Девчонка на этот раз все же произнесла 'спасибо', хотя он и не ждал благодарности, все-таки это его косяк. Развернувшись, она пошла к выходу из подъезда.

- А ты куда?

- Я же сказала, что надо еще один подъезд помыть, - ответила не оборачиваясь, а он с тоской посмотрел на ее руку, не без труда, держащую тяжелое ведро. Будто и не девятый вовсе класс заканчивала, а только пятый. Да и вся она была такая хрупкая, казалось переломится сейчас. Господи, она совсем не кушает что ли. Распахнув дверь, он догнал ее в три счета и схватился за ведро. Девчонка даже испугалась.

- Ты что? - уставилась на него своими большущими темными глазами, но пальцы разжала и ведро послушно отдала. Хватка то у него железная. Наверное, подумала, что он сумасшедший, поэтому Артем поспешил объяснить:

- Давай, помогу. - На что только хмыкнула и плечами пожала.

- Как хочешь.

Дойдя до другого подъезда, на девятый этаж поднялись на лифте.

- Так, фронт работы понятен, - улыбнулся он задорной улыбкой и схватился за тряпку и швабру. На этот раз худышка смотрела на него с нескрываемым недоумением.

- Ты что, мыть собрался? - Она явно растерялась. Он сумел ее удивить.

- А ты сомневаешься, что я умею?

Она ничего не ответила, только с интересом наблюдала, как он выжимает тряпку и обматывает ею швабру. У него и вправду это здорово получалось.

- Я же с бабушкой живу, ей уже трудно наклоняться, вот и пришлось научиться, - решил он объясниться, намывая при этом полы. А девчонка в сторону отошла и, скрестив руки на груди, с чуть заметной улыбкой наблюдала за его решительными действиями. И возражать не стала, хотя такого ей видеть не приходилось. Парни обычно не любят такую работу. Считают ее женской. Но раз сам вызвался... Она и не заметила, как они оказались на первом этаже.

- Ну вот, все готово. - Артем отставил швабру и подхватил ведро. - Только воду вылить осталось.

А потом он дождался, когда она отнесет инструмент в кладовку, и они вместе вышли со двора. У нее тоже была в руках школьная сумка.

- Ты из-за меня на уроки опоздал, - произнесла нерешительно. Ей и вправду было неловко. Но с другой стороны, она и не просила его помогать.

- Ничего. У нас русский, а я к экзаменам полностью готов, - заверил Артем очень уверенно. - Там сплошное повторение. Уже мозги плавятся.

- Везет тебе, а у меня не очень с русским. Вот математика неплохо дается.

- А хочешь, я тебе помогу?

Ответ прозвучал довольно резко:

- Нет, не надо, - усиленно замотала она головой. Даже почти испугалась. И будто враз снова закрылась, отгородилась от него.

- Ну, извини, я хотел просто помочь. - Он вроде как даже обиделся. Ну, действительно, чего такого. Не раз помогал своим одноклассникам в учебе и не считал это зазорным.

- Это ты меня извини, - произнесла она покаянно, видно поняла, что без всякой задней мысли спросил. - Если совсем туго будет, обязательно обращусь к тебе.

Через пять минут они были уже в школе. Заканчивался первый урок, и скоро должен был прозвенеть звонок.

- Спасибо тебе, - проговорила она как то смущенно. Они стояли напротив друг друга и вроде как не спешили расстаться. Даже странно было, что она не бежала от него. А поначалу такой колючкой показалась. Будто от всего мира ждала подвоха и никому не доверяла.

- Да не за что, - ответил Артем с улыбкой. - А могу я узнать, как тебя зовут?

- Настя. - Она еще больше засмущалась.

- А меня Артем... - Он еще хотел что то сказать, но прозвенел звонок.

- Ну ладно, пока. - Настя все же первая развернулась и отправилась в свой кабинет. А он смотрел ей вслед, не обращая внимания на толпу, с шумом вырвавшуюся из кабинетов. Благо, что ростом был немаленького. И отметил, что зашла она в десятый. Потом обязательно посмотрит, какой класс там был на втором уроке. Правда вряд ли понимал, зачем это ему понадобилось.

И несмотря на то, что действительно узнал, что учится Настя в девятом 'б', вновь увиделись они только через неделю. И, уже наверное по традиции, опять при не очень приятных обстоятельствах.

Артем решил после уроков погонять мяч с друзьями. И когда он, чуть опаздывая, надо было еще разобраться с информатикой, завернул за угол школы, увидел почти привычную картину. Настя стояла в окружении все тех же знакомых девчонок и стойко сносила их нападки. Он даже слушать не стал, что те говорили. Хотя слово 'замарашка' хорошо расслышал. И заводилой у них все та же Светка была.

- Настя, ты куда пропала? Я тебя обыскался. Договорились же, что ждать будешь, - почти выкрикнул он недовольно. И при этом решительно подошел к ней, полностью игнорируя других участников этой сцены, только ее удивленные глаза притягивали взгляд. Приобняв за талию, наклонился и поцеловал в щеку. Казалось, даже кожей ощущалось, что все внимание направлено исключительно на них. А любопытство летало в воздухе. Да и как иначе. Артем был видный парень. Можно сказать, мечта каждой девчонки. А тут 'замарашке', как они ее считали, достался.

Настя не ответила на его поцелуй, но и не оттолкнула, разве еще больше напряглась. Видно как то сразу разгадала, для чего он этот спектакль затеял, вернее, для кого. Артем сам отстранился, но руки с ее талии не убрал.

- Ну, что, ты разобралась со своими подружками? - Он демонстративно обвел нехорошим взглядом небольшую толпу. Она же только и смогла кивнуть. - Тогда пойдем.

Когда они сделали несколько шагов, он все же не выдержал и обернулся.

- Если еще хоть кто-нибудь из вас подойдет к ней, как там говорил наш президент, буду мочить в сортире. Причем в прямом смысле. - Посчитав, что сказал достаточно, он снова развернулся, и они пошли по направлению выхода со двора школы. И только зайдя за калитку, Артем отпустил ее и как то неожиданно сам засмущался. Его рука, до этого покоившаяся на ее талии, будто горела. А он с недоумением думал, что с ним происходит. Таких эмоций еще точно не приходилось испытывать. И про друзей даже не вспомнил, которые его за школой, наверняка, ждали. А Настя и вовсе не решалась не только взглянуть на него, но даже голову поднять. Так и стояли какое-то время и молчали. И думали сейчас не об ее обидчиках, а совсем о другом...

- Может в парк сходим? - неожиданно предложил Артем, как то нервно сглотнув при этом. Слова будто сами, помимо воли, вырвались. Она снова только кивнула в ответ. И они в самом деле, отправились в парк. Поначалу еще чувствовалось напряжение, но потом оба расслабились. Артем купил мороженое и дальше уже они шли по аллее и спокойно разговаривали.

- И за что они только на тебя взъелись?

Настя беспечно пожала плечами и даже усмехнулась.

- Угораздило меня, когда Светка болела, сесть с ее Костей за одну парту. Я же новенькая, откуда мне знать, что у них большая любовь. Да он мне сам предложил, мол здесь свободно. Вот теперь она мне это простить не может...

- Ясно. Ну ты, если что, обращайся.

- Спасибо, ты мне снова помог.

- А ты значит недавно в городе?

- Да нет, просто с бабушкой жила и в другую школу ходила. А недавно она умерла, вот и пришлось к матери переехать.

- Слушай, а я ведь тоже с бабушкой живу.

- А почему?

- Да, с отчимом не в очень хороших отношениях.

Они еще долго гуляли и обо всем разговаривали, пока Настя не очнулась, что ей домой пора. Артем, не задумываясь, вызвался проводить, а она не возразила. И теперь уже они неспешным шагом дошли до ее дома. Настя не стала долго прощаться, поблагодарив его и бросив 'пока', быстрым шагом двинулась к подъезду. Артем же, напротив, стоял еще несколько минут и смотрел на дом, будто гадая, в какой именно квартире она живет. Но свет нигде не зажегся. Значит ее ждали. А потом развернулся и тоже отправился домой. И только возле подъезда вспомнил, что бабушка просила в магазин зайти. Да что это с ним такое творилось. И главное, как не вовремя, ведь экзамены на носу и подобная забывчивость ему совсем ни к чему.


И снова уроки, сосредоточенные лица одноклассников и мрачные прогнозы учителей. Похоже, они переживали за экзамены больше своих учеников. В общем, атмосфера к концу года нагнеталась. Артем же, обнаружил в себе переживания совсем другого рода. Он уже неделю не видел Настю. Вроде ничего особенного, ведь не искал специально встречи, но отчего-то тревога не отпускала. Да еще, как назло, телефон забыл у нее взять. Но эта проблема разрешима, с кем то же она общалась из одноклассников.

С трудом дождавшись последнего звонка, он почти бегом направился к кабинету, где по расписанию должен быть ее класс. Ему повезло, их задержали, а возможно контрольную какую-нибудь дописывали, поэтому выходили не спеша. Артем пристроился возле подоконника, все свое внимание сосредоточив на двери. Но его надеждам не суждено было оправдаться. Настя так и не вышла. А вышла та самая Света, которая ее третировала. Он было отвернулся, показывая, что ему нет до нее дела, и знать ее не знает. Да по сути так и было. Но она сама подошла к нему.

- Ба..., - протянула без всякого стеснения, откинув при этом светлую прядь волос наманикюренными пальчиками, - какие люди и без охраны.

Он все-таки повернул к ней лицо и посмотрел насмешливо, ничего при этом не ответив. Но девчонку холодный прием не смутил.

- Что, Самохину поджидаешь?

Он вроде как сначала не понял о ком идет речь, потому как фамилии ее не знал, но потом до него дошло. Надо же, догадливая выискалась.

- Жду, - произнес без особого энтузиазма. Разговаривать с ней охоты конечно не было, но телефон как то надо было добыть.

- Зря ждешь. Она уже неделю болеет. Хрупкая больно у тебя девушка.

Слушать Светкины комментарии не хотелось, поэтому Артем решился:

- Слушай, а кто с ней в классе дружит?

Девчонка усмехнулась.

- Да есть у нас еще одна такая же убогая. А тебе зачем?

На этих словах лицо Артема вмиг изменилось.

- Нужно, раз спрашиваю, - ответил совсем недобро.

- Да, ладно, ладно. Я пошутила. Нечего так напрягаться. Я твою Настю теперь стороной обхожу. А подруга ее, Катька. Вон, как раз выходит... Катька! - повысила она голос, привлекая внимание. - Иди сюда!

Девушка и вправду по своей хрупкости могла сравниться с Настей, только волосы у нее светлые были. Она сначала замешкалась, видно, что со Светкой друзьями они не были, но потом все же подошла.

- Спасибо тебе, дальше я сам. - Артем выразительно посмотрел на Светку, и та правильно поняла его взгляд.

- Да не за что. - Еще раз хмыкнув на прощание, она собиралась было ретироваться, но когда сделала несколько шагов, вдруг развернулась вполоборота и произнесла довольно ехидно:

- Только зря суетишься. Я не так давно ее с парнем видела. Взрослый такой, серьезный. Запросто навалять может. И вообще, не тебе чета. И тачка клевая имеется. Так что угадай, кого она выберет...? Надо же, а замарашка наша нарасхват, кто бы мог подумать, - с этими словами девушка все же оставила их.

- Не верь ей, - подала голос Катя, которая до этого просто молчала, вероятно ожидая, когда одноклассница уйдет. - Врет она все. С самого начала Настю невзлюбила, вот и наговаривает. - А потом будто спохватилась:

- А ты что хотел?

- Да мне бы телефончик ее, - произнес Артем как можно более нейтральным голосом.

- А зачем тебе? Знаешь, я кому попало телефоны друзей не раздаю.

Блин, к такому допросу он был не готов и уже хотел плюнуть и уйти, но Катя вдруг сжалилась над ним.

- Ну, ладно, надеюсь, ты не с глупостями...?

- Просто хотел узнать, как самочувствие.

Катя чуть прищурила глаза и произнесла немного с издевкой:

- Ну да, конечно, в порядке шефской помощи. - А потом, вздохнула тяжело. - Ладно, дам тебе телефон, только боюсь мне Настя спасибо за это не скажет.

Она продиктовала ему номер, а он записал на свой айфон.

- Крутой у тебя телефон, - как то нехорошо хмыкнула Катя, а он с вопросом посмотрел на нее.

- Просто такие парни как ты, с такими, как мы, не дружат. Как там говорят, мы с тобой из разных социальных слоев. Не морочил бы ты подруге голову, - произнесла она довольно серьезно. - Ведь знакомая история. Поматросишь, а потом такую, как Светка, найдешь. А ей что делать? Слезы, сопли на кулак наматывать?

Лицо Артема как то вмиг также стало серьезным. Не любил он, когда к нему в душу лезли.

- Спасибо за телефон конечно, но дальше я уже как-нибудь сам разберусь, без твоих советов, - произнес твердо и непреклонно, всем своим видом показывая, что лучше за черту не переходить. А потом, развернувшись, стремительно пошел на выход. Хотелось быстрее позвонить, но делать при свидетелях этого не собирался.

Оказавшись в парке на скамейке, он наконец получил долгожданную тишину и уже хотел было набрать Настю, но почему то опустил руку. Его вдруг начали одолевать сомнения. А что если Светка сказала правду и у Насти кто-то есть. Но почти тут же решительно нажал кнопку вызова, сроду сплетням не верил, вот и сейчас не собирался.

Однако отвечать ему не спешили. Возможно смутил незнакомый номер, а возможно просто не слышали. А потом пришло запоздалое раскаяние. Он названивает, а человек болеет и возможно вообще спит. И только Артем решил отключиться, как ему неожиданно ответили.

- Да, слушаю.

Голос на самом деле, был такой, будто он разбудил ее.

- Привет, это Артем. Извини, я, наверное, не вовремя?

Но Настя поспешно возразила:

- Ничего страшного. Я и так постоянно сплю. Да и Катя предупреждала, что ты звонить будешь, - сказала она как то просто, и было понятно, что совсем не злилась, что таким образом он ее телефон заполучил. Возможно поняла, что беспокоится.

- И как тебя угораздило заболеть в такую погоду?

- Да я сама расстроилась. Самое неподходящее для этого время выбрала. Экзамены на носу, солнышко светит, а я болеть.

- Ничего, наверстаем потом. Я тебе помогу, - успокоил он ее.

- Стараюсь конечно заниматься, но с температурой и на таблетках все время в сон клонит. На самом деле, думаю, еще несколько дней и поправлюсь. Маму вот только расстроила. - Голос Насти при упоминании о маме изменился. Она и вправду ее жалела. - Она уехала то всего на несколько дней, вот я и мыла за нее полы, и тут же заболела. Такой уж организм. Чуть дунет и сразу простыла...

Настя вдруг закашлялась. А Артем сразу спохватился.

- А может тебе что-нибудь надо? Ну там таблетки какие или фрукты? Ты не стесняйся, я принесу.

- Нет, спасибо. У меня все есть.

- Ну, ладно. Тогда выздоравливай. Еще увидимся. - Артем, как бы ему не хотелось продолжить разговор, все же понял, что ей трудно говорить.

- Спасибо, что позвонил. Пока.

- Пока.

Она первая отключилась. А он вдруг почувствовал пустоту. От того, что не слышит больше ее голоса, чуть приглушенного, почти завораживающего. Но еще больше ему хотелось увидеть Настю. Его мысли в отношении нее в один миг перешли какую-то неведомую черту. А он и не заметил, как это случилось...


Идя с тренировки Артем чувствовал удивительную легкость. Все как то складывалось в жизни удачно. Экзамены сданы, золотая медаль благополучно заняла свое место в шкафу, в ряду всех остальных наград, грамот и кубков, завоеванных им в разные годы. Как там бабушка его называет в шутку - шкаф тщеславия. Но на самом деле, она безмерно гордилась своим внуком. И хотя периодически поддакивала маме, что надо бы ему к ним переехать, но по правде говоря, была счастлива, что он живет с ней. И как бы ее не подводило здоровье, каждое утро она готовила ему завтрак и провожала в школу.

И у Насти все с экзаменами было хорошо. Он, как и обещал, помог с русским, так что проблем не возникло. И теперь они до сентября были свободны, правда не совсем. В августе Артем собирался подрабатывать на автомойке. Но работа там сутки через трое, так что времени на все хватит. Главное, чтобы мама не узнала. Шею точно намылит. Но, на самом деле, это был не самый страшный проступок, совершенный им. Все было гораздо серьезнее. Мама, слава богу, ни о чем пока не знала и была занята переездом, так что ее приход и серьезный разговор откладывались. Однако, это было всего лишь вопросом времени. И оказалось, Артем даже не догадывался, что этого времени практически у него не осталось.

Он уже подходил к дому, когда увидел машину отчима возле подъезда. Идти домой как-то враз расхотелось. Ну вот, что называется, сглазил. И чему только радовался. Настроение тут же оказалось на нуле и даже ниже. К серьезному разговору он сегодня определенно не был готов. Замешкавшись, поднял голову и увидел на балконе Игоря Сергеевича, который курил и смотрел на него чуть насмешливо. Так, будто знал про него всю подноготную. А может и вправду знал, только не афишировал.

- Ну что застыл? Не стесняйся. Все в сборе, только тебя ждут. - Говорил он вроде как в шутку, но звучало не очень весело. И будто даже жалел Артема. Хотя возможно ему только показалось.

Он почти нехотя поднялся на свой этаж и зашел в квартиру. Все действительно были в сборе, а вернее, в полной боевой готовности. Бабушка с мамой пили чай в гостиной. Вроде на лицо семейная идиллия, однако напряжение, присутствующее в воздухе, не почувствовать было трудно. Подойдя к маме, Артем наклонился и получил положенный поцелуй в щеку.

- Ну, здравствуй сын, - улыбнулась она, как всегда, лучезарной, необыкновенной улыбкой. Его мама была очень красива и выглядела гораздо моложе своих лет. Ее часто принимали за его сестру, и она этим страшно гордилась. Редко, кто мог устоять перед ее обаянием. Но сегодня ему надо было во что было не стало выстоять. И теперь уже не только ради себя...

- Здравствуй, мама. - Он сел за стол и получил свою порцию торта и чашку чая. - Ммм... Какая вкуснятина. - Артему было стыдно, что он трусил и за ничего не значащими фразами старался это скрыть.

- Как дела? - спросила мама, как ни в чем не бывало. Но ее тон его не обманул. Все это было присказкой. Основная сказка ждала его впереди.

- Все хорошо мама. Ты же знаешь.

- Знаю. Только хотела бы об этом не только от бабушки узнавать, но хоть иногда и от тебя. Ты же знаешь, я скучаю. - Ее глаза смотрели на него с грустью. Он знал, что она и вправду скучает, и конечно тут же почувствовал себя виноватым.

- Мам, я просто мешать не хотел. У вас же дел куча с этим переездом.

Ольга повернула несколько раз головой.

- Как ты можешь такое говорить. Разве ты можешь помешать. - Было видно, что он действительно задел ее. И Артем уже пожалел о своих словах. Маму огорчать не хотелось. Хотя о чем это он, ему сейчас ой как придется, пусть и не специально, но все же огорчить ее.

Наступила пауза. Он усиленно делал вид, что страшно проголодался. Поэтому с жадностью накинулся на уже наверное третий по счету кусок торта. Но, оказалось, что к разговору так и не подготовился. Потому как, когда мама, посчитав, по-видимому, что предисловий достаточно, все же решилась, у него даже сердце быстрее забилось.

- Артем, послушай, - мама даже руки в замок сцепила, так волновалась. - Мы хотели бы с Игорем Сергеевичем с тобой серьезно поговорить.

Артем невольно вскинул взгляд на отчима, будто ища подтверждения ее слов, но тот стоял, скрестив руки на груди и отвернувшись при этом к окну. Бабушка тоже старалась не смотреть на него. Ясно, заняли нейтральную позицию. Ну что ж, похоже, союзников у него здесь не было. Придется самому выкручиваться. Он вопросительно смотрел на мать, хотя оба знали о чем пойдет речь, и она продолжила, будто поощряемая его молчанием.

- Ты очень самостоятельный сын. О таком можно только мечтать. И любая мать бы гордилась таким сыном. И поверь, я очень горжусь тобой. - Ольга Анатольевна немного выдохнула, но долго держать паузу явно не собиралась. - Но сейчас, поверь мне, ты делаешь непоправимую ошибку. Нет, конечно, любую ошибку можно исправить, но какой смысл терять столько времени, когда сразу можно поступить в тот Вуз, в котором ты можешь получить по максимуму. Тебя ждет несомненно большое будущее и ты не должен пренебрежительно относиться к своим возможностям. Вот и Игорь Сергеевич придерживается такого же мнения. Ведь даже во время учебы ты сможешь стажироваться у него в компании. В общем, что бы ты там себе не напридумывал, ты должен поехать с нами, - закончила она как можно убедительнее.

Наступила давящая тишина. И как бы ему не было трудно, но Артем все же решился:

- Мама, прости, но я уже подал документы в Университет. Я остаюсь здесь. - Слова прозвучали очень твердо и весомо. По его тону было понятно, что дальнейшие разговоры не подействуют. Но матери очевидно было на это плевать. Мириться с его решением она не собиралась и поэтому вознегодовала:

- Как...? Что ты сказал...? Вот так, за моей спиной? Скажи, чем я это заслужила?

Артем конечно все это предвидел.

- Мама, но это же неправда. Я всегда об этом тебе говорил. Просто ты не хотела слушать, - произнес он очень устало. - И также, я уже говорил тебе, что всего хочу добиться в жизни сам, без протекции.

На что мама только повернула несколько раз головой.

- Ты сам не понимаешь, что ты творишь..., - прозвучало с невероятной горечью, а потом она будто снова очнулась. - Игорь, а ты почему молчишь? Скажи ему наконец, что он просто хочет загубить свою жизнь, свое будущее, - обратилась она к мужу, словно он был ее последней надеждой вразумить сына.

Игорь Сергеевич, будто нехотя повернулся и произнес спокойным голосом совсем неожиданно то, что вряд ли от него ожидали услышать:

- Я считаю, что Артем прав. - Его слова произвели эффект разорвавшейся бомбы.

- Что...?

Артем мог бы поклясться, что никогда не видел у матери такого взгляда. Он не хотел верить собственным глазам. Мама смотрела на отчима с ненавистью. Его же взгляд, направленный на нее, оставался спокойным. Вроде как к таким взглядам он уже привык. Игорь Сергеевич внезапно оказался на стороне пасынка, но и он, в свою очередь, несмотря на былые прохладные отношения между ними, сейчас чувствовал, что, напротив, они близки, как никогда.

- Я тоже всего добился в жизни сам и ничего страшного в этом не вижу. Могу только добавить, что, если Артему понадобится помощь, он всегда может на меня рассчитывать, - произнес отчим весомо. А Артем подумал, что благодарен ему за эти слова как никогда.

- Спасибо, - только и смог он произнести в ответ. И он знал, что отчим его понял и ему этого было достаточно.

Но, Ольга, понятно, не прониклась этой трогательной сценой. Она собиралась бороться до конца.

- Понятно. Был бы родной, ты бы уж конечно расстарался, а так, тебе на него плевать. - Сейчас она была более, чем зла и сама на себя не похожа, и конечно не собиралась в подобной ситуации следить за словами, которые совсем не пахли справедливостью

Артем вскинулся и посмотрел в этот момент почему-то не на мать, а на Игоря Сергеевича. Однако, отвечать тот не спешил, да похоже и вовсе не собирался. Он вытащил сигарету и закурил, а потом не торопясь вышел из квартиры, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Разве Артем мог даже предположить, что пожалеет его когда-нибудь. И, тем не менее, это случилось.

А потом неожиданно подала голос бабушка, до сих пор не проронившая ни слова.

- Оля, ты сейчас совсем не права, Игорь Сергеевич он же всегда...

Ольга Анатольевна уже не сдерживаясь, тут же вскинулась.

- Ну что, Игорь Сергеевич...? А вы хоть раз подумали, мне какого...? И ради кого я это все терпела и терплю? - Видно было, что она еще много могла бы сказать, но запал прошел. А бабушка тут же отвернулась, схватившись за платок. Казалось еще немного и Артем сдастся. Но мать неожиданно поднялась и вновь обратилась к сыну:

- Твое решение окончательное? - На этот раз ее тон был почти обвинительным.

- Да. - Артем не выдержал ее взгляда и опустил голову.

- Я хочу, чтобы ты знал только одно. Все, что я делаю, делаю исключительно ради тебя. Только ради тебя. Помни об этом. - Слова прозвучали на этот раз почти устало. Она вроде как уже сожалела о своей вспышке.

Артем хотел бы очень возразить, что никаких жертв ему не надо и больше всего он бы хотел, чтобы мама думала прежде всего о себе. Но конечно не посмел. Она бы вряд ли его поняла.

Мама развернулась и направилась к выходу, бросив на ходу:

- Мы уезжаем через неделю, может ты все-таки одумаешься...

В комнате снова повисло молчание. Но потом все же Артем не удержался от вопроса:

- Как ты думаешь, почему они не разойдутся?

Бабушка только вздохнула на это.

- Не надо, не думай об этом. Это только их дело. Они сами разберутся. - Но потом почему то решила добавить:

- Игорь Сергеевич очень любит Ольгу. Только, боюсь, она этого никогда не оценит...

Наверное бабушка была права. Но Артем сейчас думал уже не об этом. Несмотря на то, что он добился своего, победителем совсем себя не чувствовал...


За всю дорогу до дома ни Ольга ни Таиров не произнесли ни слова. В машине стояла прямо таки гнетущая тишина. И в воздухе витало не просто напряжение, а без труда угадывалось начало настоящей бури. И она не замедлила грянуть.

Как только Ольга оказалась в спальне, тут же схватилась за чемоданы и уже не могла остановиться. Она металась по комнате, беспорядочно бросая вещи на кровать, почти не глядя на них и толком не разбирая, что делает. В горле стоял ком, а глаза застилали слезы, но она ничего этого не замечала. Таиров же, напротив, стоял, прислонившись к косяку двери, скрестив при этом руки на груди, и с вселенским спокойствием наблюдал за лихорадочными действиями жены. И это его спокойствие еще больше раздражало ее. Казалось, она за него и убить могла.

- Господи, какая же я была дура! И о чем только думала, когда на все это согласилась, - проговаривала она, кидая очередную вещь в чемодан. - Непонятно, на что только надеялась. Ведь знала же, что обыкновенный бандит и больше ничего...

Остановившись возле шкафа и смотря в него словно в бездонную пропасть, Ольга будто на миг задумалась, но мысли ее были совсем не о вещах. Но потом словно очнулась.

- Как ты мог?! - произнесла почти с надрывом, не поворачивая головы и слезы уже не таясь потекли по ее лицу. - Неужели я так часто тебя о чем-то прошу. Неужели так трудно было меня поддержать? Чем же тебе мой сын помешал, что ты так хочешь скорее от него избавиться?

- Ты знаешь, что это не так, - произнес Таиров устало и без всякой надежды быть услышанным. - Он взрослый человек и может принимать вполне самостоятельные решения.

- Взрослый!? - вот тут она уже, вскинувшись, посмотрела на него с нескрываемой злобой, и взгляд ее не предвещал ничего хорошего. - Что ты несешь? Кто взрослый человек? Ему всего восемнадцать лет. Не надо всех равнять по себе. Если тебя, как там говорят, закрыли на зоне в этом возрасте, это не значит, что ему надо идти по твоим стопам.

Ее слова не были справедливыми, но спорить в этой ситуации было бесполезно. Она его точно сейчас не услышит. Вся ее сдержанность, которая была присуща Ольге все эти годы, полетела к черту. И все же Таиров произнес:

- Да, твой сын стал взрослым, а ты просто этого не заметила.

- И что ты предлагаешь? - спросила она притворно заинтересовано. И даже руки на груди скрестила под стать ему, а глаза превратились в щелочки.

- Дать ему шанс. - Ответ прозвучал уверенно, да и по-другому Таиров не мог. Но Ольга конечно ему не поверила и не поддалась. Повернув несколько раз головой, она очень четко проговорила:

- Неет, совсем не о том ты говоришь. Я повторяю и убеждена в этом. Ты просто хочешь избавиться от моего сына. И переезд этот придумал, прикрываясь своим бизнесом и необходимостью, чтобы оставить его здесь. Потому что прекрасно понимал, что он откажется ехать. Или, по крайней мере, рассчитывал на это.

- Ты сама то понимаешь, что говоришь? - В голосе мужа без труда читалось неподдельное удивление ее словам, но она этого не заметила. Как и того, что ее несло.

- Я то понимаю. Только вот ты зря рассчитывал на свой план. Ты поедешь один! Неужели и вправду думал, что я брошу собственного сына? - выкрикнула она с горячностью.

Таиров не ответил, а она, постояв немного, испепеляя его при этом гневным взглядом, затем подошла к чемодану. Крышка с грохотом закрылась. Ольга же, взяв только сумочку, отправилась к выходу.

- Куда прислать твои вещи? - спросил он с нехорошей насмешкой.

Остановившись напротив и прямо посмотрев ему в глаза, она все же не выдержала и окончательно сорвалась:

- Если бы ты только знал, как я тебя ненавижу.

Но он не поддался на провокацию.

- Я знаю. - Голос звучал все также спокойно, что казалось еще больше ее разозлило. Ольга даже прикрыла глаза и сжала кулаки, стараясь изо всех сил сдержаться. И ей это удалось. Открыв глаза, она молча прошла мимо мужа, так и не сказав про вещи.


Однако, уже на следующий день ворвалась в его офис, даже не замечая секретарши, которая пыталась ее остановить. Но то, что у мужа было совещание, это ее совсем не волновало.

- Ах вот значит как ты решил отомстить? - были ее первые слова, когда она оказалась в его кабинете. Раскрасневшаяся, прекрасная и с таким неподдельным негодованием в глазах. Она и не представляла, как выглядит. Таиров так засмотрелся, что не сразу ответил. Но потом все же взял себя в руки.

- И тебе здравствуй, дорогая, - произнес он с улыбкой, хотя и понимал, что она сочтет это издевательством. Ольга понятное дело не ответила. А потом добавил, уже обращаясь к сотрудникам, с интересом наблюдающим за сценой, развернувшейся перед ними:

- Все свободны.

Когда за последним человеком закрылась дверь, и кабинет опустел, Ольга без приглашения прошла к столу и уселась в кресло. А Таиров отдал распоряжение секретарше.

- Анечка, принеси кофе.

Он был, как всегда, невозмутим, в то время, как Ольга чувствовала настоятельную потребность вцепиться ему в лицо. И как только еще держалась. Возможно только присутствие секретарши останавливало ее. Та, накрыв стол, не торопясь удалилась.

- А она ничего, - произнесла Ольга, проводив ее взглядом и не без издевки. - Ты ее здесь, прямо на столе трахаешь? - Ее целью было задеть Таирова и она своего добилась. Вот здесь выражение лица мужа изменилось. Спокойствием в нем больше не пахло. И смотрел он на нее уже совсем по-другому. Она даже поежилась от его взгляда. А ведь прекрасно знала, как муж относится к подобным, с позволения сказать, шуткам.

- Ты зачем пришла? - бросил он жестко. И голосом и интонацией показывая, что игры закончились. Ольга сразу оценила ситуацию. Вовремя остановиться она тоже умела.

Выдержав небольшую паузу, почти совсем спокойно и с горечью произнесла:

- Неужели заблокировав мои карточки, ты действительно думал, что я прибегу к тебе обратно? - Она повернула несколько раз головой. - Как же ты мелок и насколько же плохо ты меня знаешь...

- Ну ты же прибежала, - усмехнулся он как ни в чем не бывало и откинулся при этом на спинку стула.

- Таиров, ты скотина..., - произнесла она уже почти беззлобно. Но он казалось ничуть не обиделся.

- Ты, как всегда, ошиблась в выводах. Я просто хотел еще раз тебя увидеть. Как видишь, ты вполне предсказуема. Почему то был уверен, что захочешь высказать мне в лицо, а не по телефону, все, что обо мне думаешь.

- Ты это серьезно? - Ее недоумевающий взгляд только подтверждал вопрос.

- С какой стати мне шутить.

- Ну хорошо. - Ольга поднялась, так и не притронувшись к чашке с кофе, стоящей на столе. - Тогда слушай. Можешь подавиться своими деньгами. Я к тебе даже под дулом пистолета не вернусь. Лучше с голоду подохну, - кинула она ему в лицо, уже не думая о последствиях.

А он вдруг так посмотрел на нее, что ей не по себе стало. Даже вроде как раскаялась в своих словах.

- Скажи, за что ты мне мстишь? - Она непонимающе продолжала смотреть на него. - За то, что он умер, а не я? - произнес он почти шепотом. А она чуть не крикнула, чтобы он замолчал. И почти сразу опустила голову, не в силах больше всего этого выдержать, особенно его понимающего взгляда. А потом, выйдя из-за стола, направилась к выходу, но у самой двери остановилась.

- На развод подам сама.- И тут же с раздражением захлопнула за собой дверь. Ее конечно никто и не думал задерживать. Таиров был не из клуба любителей бегать.


- Теперь вы Любовь Андреевна, видите, какая сволочь ваш Таиров?! - с негодованием вещала Ольга, словно раненый зверь в клетке, метаясь по кухне в доме своей свекрови от одной стены к другой. А той только и оставалось, радоваться тому, что внука не было дома. В таком состоянии она ее еще не видела.

- Он думает, я к нему на коленях приползу, но он крупно ошибается. Еще сам умолять будет... - Дрожащими пальцами она схватила сумку и, вытащив сигареты, закурила. Любовь Андреевна открыла окно. Делать замечания даже не думала, понимая, что Ольге надо выговориться. А та только уверенно и с нескрываемой злостью, которую усиленно сама же и подогревала, повторила:

- Сам приползет, но я не прощу... - Она еще хотела что то сказать, но свекровь по-видимому уже не выдержала:

- Хватит, остановись Ольга...

Та, резко развернувшись, с непониманием посмотрела на женщину, которая совсем тихо добавила:

- Что с тобой? Я тебя не узнаю. Что с тобой стало? - произнесла Любовь Андреевна не без нажима. И это подействовало.

Ольга, которая стояла возле окна, даже замерла от этого вопроса. А потом провела свободной от сигареты рукой по лицу и повторила:

- Не знаю. - И головой повернула несколько раз. - Потеряла я себя Любовь Андреевна, потеряла.

А потом, затушив сигарету в пепельнице, вдруг стремительно двинулась к столу и, опустившись перед женщиной на колени, уткнулась ей в ноги. Сдерживать рыдания сил уже не было.

- Я не знаю, как мне жить дальше. Так и не научилась это делать без него. Видит бог, я пыталась, но ничего не получается. - Она что-то еще шептала, но расслышать было невозможно. Да и не нужно. Любовь Андреевна ее, как никто понимала. Она гладила Ольгу по голове, и украдкой смахивала слезы. Разве ей было легче? Разве была минутка в ее жизни, чтобы она не думала о сыне. О том, как же рано, несправедливо рано он ушел. Только внук и был ее спасением.

Немного успокоившись, Ольга поднялась и села за стол. Выпив холодного чая, она все же пришла в себя.

- Извините. - Ей и вправду было стыдно. Упиваясь своей болью, она забыла, о беде матери, которой было в тысячу раз тяжелее.

Наступила пауза. Во время которой каждая думала о своем. Но потом Любовь Андреевна решилась.

- Послушай меня Оленька. - Женщина старалась быть как можно убедительней. - Ты всегда была мне как дочь. Никогда и никто не сделал бы для моего сына большего чем ты. И ты также хорошо знаешь, что я никогда не осуждала твое замужество с Таировым. Но сейчас, прошу тебя, остановись. Хватит жалеть себя, пора подумать о других. Неужели не понимаешь, что причиняешь боль собственному сыну? Ведь он взрослый уже, как бы ты не хотела это осознавать, и все понимает. Он также вспоминает отца и скучает о нем, но жизнь продолжается и надо думать об этом, о его будущем.

- Но я как раз только и думаю о его будущем, - возразила Ольга. - Ну вы же не можете не понимать, что ему однозначно будет лучше учиться в более престижном Вузе и одновременно набираться опыта в компании Таирова. Разве я не права?

- Права конечно. - Ольга удивленно посмотрела на женщину. Она не ожидала, что с ней согласятся. - Но Артем, действительно, рано повзрослел и хочет идти своим путем и учиться на своих ошибках.

- Не знаю. Разве не мать должна правильно направить сына, чтобы он не совершал ошибок?

- Но ведь он так может и не понять, что это была ошибка. А у Таирова Артем обязательно поработает. Верь мне. Только пусть он сам к этому придет.

- Не знаю, может вы и правы. - До конца не поверив, Ольга, по крайней мере, задумалась над словами свекрови. Но тут же нехорошо усмехнулась.

- На самом деле, уже и спорить наверное не за чем. Я сказала Таирову, что развожусь с ним.

- Не говори глупостей. - Любовь Андреевна была на этот раз категорична. Она встала и налила им еще горячего чаю. - Давай, не дури. Возвращайся, спокойно поезжайте, куда вам надо. Мы тут с Артемом сами справимся. И роди Таирову девочку. А всякие глупости выкинь из головы.

У Ольги от такого заявления даже рот округлился от удивления. Она никак не ожидала услышать от женщины таких слов.

- Вы шутите?

- Ничего подобного, - заявила Любовь Андреевна решительно. - Родишь, а я буду нянчиться. Силы у меня еще есть.

- Таирову уже пятьдесят, да и я не молоденькая девочка...

Но свекровь только отмахнулась.

- Все это отговорки... - Но договорить она не успела. В дверях появился Артем.

- Здравствуйте, что опять за собрание и о чем спор? - спросил он с улыбкой.

- Здравствуй. Да ничего, - расцвела в ответ мама, а бабушка тут же засуетилась, разогревая ему обед. - Вот, хотела напроситься пожить у вас. Не прогоните?

- Да нет, конечно. - Артем удивленно смотрел на мать. - А что случилось?

- Твоей маме возжа под хвост попала. Вот что случилось. - Любовь Андреевна и не думала миндальничать. А внук пребывал в недоумении, так бабушка с мамой еще никогда не разговаривала.

- Значит нельзя? - уточнила Ольга, хитро смотря на свекровь, впрочем совсем не сомневаясь в ответе. На что бабушка только тяжело вздохнула.

- Живи, конечно. И спрашивать не зачем. Только подумай хорошенько. Как бы поздно потом не было. Все хочешь сына уберечь от ошибок, а сама их только и совершаешь...


Сидя на скамейке в парке Артем никак не мог избавиться от тревожных мыслей. Вот ведь как жизнь иногда поворачивается. Только недавно он не любил Таирова и всячески желал их развода с матерью, а теперь все поменялось кардинально. Тот серьезный разговор, который затеяла его мать, когда они приехали с отчимом и эти три дня после этого, когда мама жила у них, все изменило. И хотя вряд ли бы когда признался матери, но он, действительно, ко всей ситуации стал относиться по-другому. Ведь если хорошенько подумать, и вправду, Игорь Сергеевич не сделал ничего плохого. Тут бабушка, которая всегда об этом говорила, была права. Вся его 'вина' заключалась лишь в том, что он всегда заботился об их семье. И несомненно любил маму.

Артем с улыбкой посмотрел на воробьев, которые устроили настоящее купание в ближайшей луже. Почему бы и нет. Погода была замечательной. Стоило только позавидовать их беззаботности... Итак, что касается отчима. С этим все было ясно, а вот с мамой все гораздо сложнее... Артем уже давно принял решение, что никуда не поедет. Но теперь... Теперь вдруг его решение утратило былую категоричность. Получалось, что он мешал их с Таировым счастью. Ведь, несмотря на показную злость, было видно, что мама страдала. И совершенно очевидно, запуталась в своем отношении к отчиму. До Артема будто только сейчас по-настоящему дошло, что на нем в данный момент лежала основная ответственность за развитие дальнейших событий. Во многом все зависело от него. И он конечно был близок к тому, чтобы изменить свое решение. В конце концов, действительно, что он терял. Наоборот, в глубине души он отлично понимал, что тот Вуз, в который его уговаривала поступить мама, на самом деле, был лучшим. А самостоятельность, о которой он так мечтал, он мог проявить и там. И вроде как ему даже легче стало от подобных мыслей. Но внезапно, подняв голову, тут же увидел перед собой ту, которая, пусть и невольно и даже не подозревая об этом, могла помешать его отъезду.

Именно ее он и ждал, сидя на этой скамейке в парке. Настя немного опаздывала, поэтому шла довольно быстро и улыбалась при этом. А он любовался. При всей своей хрупкости, у нее была замечательная фигура. И летний, слегка обтягивающий сарафан, несомненно подчеркивал ее. А сдержанность в движениях только прибавляла индивидуальности.

- Привет, - слегка приподняла она ладонь, когда оказалась возле него. Артем же, поднявшись, поцеловал девушку, чем конечно как обычно смутил ее. Никак она не могла привыкнуть к его вниманию, а возможно просто от природы была стеснительной. Вон даже румянец на щеках снова проявился. Хотя былая настороженность по отношению к нему, давно прошла и даже, напротив, казалось, она сейчас просто безмерно ему доверяла.

- Привет, - улыбнулся в ответ. А Настя не могла не заметить чуть заметную грусть, затаившуюся в его глазах, пусть он и старался тщательно ее скрыть.

Они оба уселись на скамейку и какое-то время разговаривали ни о чем, а потом отправились гулять по парку. Июль месяц и великолепная погода, грех не воспользоваться дарованной ненадолго свободой. Все было как обычно. Веселое настроение, мороженное и абсолютный комфорт от общения друг с другом. И все же, как заметила Настя еще вначале их свидания, что-то с Артемом было не так. Иногда он о чем-то задумывался и трудно было не обратить внимания на его рассеянность, когда Настя его о чем-то спрашивала. Да и порой отсутствующий взгляд говорил о многом. Но и очевидно, что он старался полностью сосредоточить свое внимание на девушке, чтобы ни в коем случае ее не обидеть.

- Может зайдешь в гости? - спросила она, когда он ее провожал до дому и они оказались возле подъезда. - С братом тебя познакомлю. Правда мама сегодня поздно будет.

Артем так удивился, что даже не сразу догадался хоть что-нибудь ответить. Еще ни разу Настя не приглашала его.

- Да, хорошо, - согласился он с опозданием и с большой охотой и даже кивнул пару раз. А она рассмеялась и не удержалась от замечания:

- С тобой определенно что-то сегодня не так.

Он вынужден был согласиться:

- Извини. Сам не знаю, что со мной. Просто дома проблемы.

- Серьезные? - забеспокоилась Настя и в ее глазах и вправду отразилась тревога.

Но Артем поспешил ее успокоить:

- Да ничего страшного. Так, семейные неурядицы. Сама знаешь, взрослые любят сначала сами себе создавать проблемы, а потом их решать.

- Это точно, - согласилась она охотно. А потом усмехнулась. - Ну ничего, мой брат тот еще весельчак. От его разговоров вмиг о своих проблемах забудешь, - произнесла она с большой уверенностью.

А когда они зашли в квартиру и оказались в небольшой прихожей, Артем, который не сразу, но все же привык к яркому свету, вдруг остановился как вкопанный, забыв, что надо снять обувь. Ближайшая к ним дверь распахнулась, и он увидел незнакомого парня, передвигающегося на инвалидной коляске. Конечно, Артем почти сразу догадался, что это брат Насти, кому же еще быть. Но смотреть с удивлением не перестал. Как то она забыла рассказать ему об особенности своего брата. Но потом все же очнувшись мысленно отругал себя за такое тупое поведение. Будто никогда не видел людей с ограниченными возможностями.

- Привет, - произнес он как можно беззаботней.

- Привет, - прозвучало весело в ответ. А потом даже парень присвистнул. - Ну ничего себе, какого парня сестренка отхватила, а все недотрогой претворялась.

- Ну, перестань, - отмахнулась она притворно сердито. - Ты лучше бы прежде именем гостя поинтересовался. Но что с тебя взять, ты всегда был неотесанным мужланом.

- Да это ты недотепа. Уже давно бы сама представила своего хахаля.

Артем с интересом наблюдал за шуточной перепалкой девушки с братом. И хорошо видел, что обоим это все жутко нравилось и было обычным стилем общения. И при этом конечно нельзя было не заметить, что они безмерно любят друг друга.

- Артем, - решил он сам представиться и тем самым прервал их общение. И тут же подошел и пожал парню руку. А тот с охотой ответил.

- А это Слава, как ты наверное догадался, мой брат.

- Знаешь, с этим ты опоздала. Я бы и сам представился, - произнес тот ворчливо. - Это у меня ноги не ходят, а язык подвешен, будь здоров.

- Вот с этим не поспоришь. Язык твой, враг твой. Ты Артем не обращай внимания на моего невоспитанного братца. Ужасно противный, занудный и приставучий, - произнесла Настя, с прищуром глядя на брата, но он похоже не обиделся, а от следующих ее слов довольно заулыбался.

- Но при всем при этом, перед тобой компьютерный гений. Младше меня на год, а учиться уже в десятом. А учителю информатики от него здорово достается.

- Здорово, - только и смог восхититься Артем. Все-таки Настя скрытная, ничего ему не рассказывала. Так, только сказала, что брат есть и все.

- А ты чем занимаешься, учишься или выпнули уже... ?

- Слава..., - почти простонала Настя. - Можно как то повежливее. К тебе в гости пришли.

- Ну, извини, если обидел.

- Вообще то, Артем в Университет подал документы, на экономиста будет учиться.

- О, понятно. Только боюсь, вряд ли тебе это пригодится. У нас в городе экономистов, как собак не резанных. А еще должен тебя огорчить, непутевая тебе жена достанется. Моя сестра полный профан. И очень далека от экономики, да и не только. Но зато готовит, отменно.

Девушка снова покрылась румянцем и закатила глаза.

- Ну, все, перестань пожалуйста. Знаешь, не все могут твои шуточки понять. Сейчас возьмем и уйдем.

- Ладно, ладно. Молчу. - Слава поднял ладони в примирительном жесте. - Давай тогда сестренка, угощай гостя. А я что, нем как рыба, - проговорил он вроде как смиренно. Но его хитрая улыбка выдавала его с головой. И когда они сели за стол, и Настя стала поить их чаем, все только подтвердилось. Слава и не собирался, что называется, прикусить язык. Шуточки так и сыпались из него. Но Артему все это очень нравилось. Он и о своих проблемах забыл.

А когда пришло время уходить, даже как то грустно стало. К сожалению, у него не было ни брата, ни сестры. И сейчас только понял, как многого был лишен. Настя проводила его до двери и он как то вздохнул с сожалением.

- Ну что, пока?

- Пока. Надеюсь, мой брат тебя не утомил. Иногда он бывает несносным. - Едва она это произнесла, как дверь в комнате брата приоткрылась. Он еще во время чаепития ушел к себе, так как ему позвонили.

- Я все слышу, - произнес Слава громко. Правда так и не показался. - Ты лучше на себя посмотри. Вон, друг твой, больно быстро от тебя сбегает. Не выдержал твоего вздорного характера.

- Ну вот, видишь. Представляешь, какого мне с этим шалопаем справляться? - произнесла Настя со вздохом, но глаза выдавали ее. Она обожала брата.

- Спасибо за чай. - Артем говорил почти шепотом и такое настроение было, словно умиротворенное. Давно так хорошо вечер не проводил. Он уже было открыл дверь, но потом развернулся и, наклонившись, поцеловал Настю. На этот раз в губы и весьма смело. Она сначала растерялась, но потом ответила. А он, будто нехотя, тут же отступил.

- Пока, - произнес с улыбкой и, не дождавшись ответа, пошел к лестнице. Правда спускаться было недолго. Настя жила на первом этаже.

А когда шел домой, невольно размышлял о прошедшем вечере. И даже вроде как стыдно стало. Столько переживаний. И о чем только. То отчим ему не нравился, то с мамой не могли общий язык найти? В какой Вуз поступать? Что за проблемы. Побывав у Насти дома, он понял, что у людей вон гораздо серьезней проблемы, а они не унывают, стараются, как могут, справляться со всеми трудностями. Хотя понятно, что нелегко приходится, но поддерживают друг друга. И не падают духом. А живут, это Артем сразу заметил, совсем непросто. Явно не шикуют, можно сказать, более, чем скромно. И мама, очевидно, не на одной работе вкалывает, чтобы детей прокормить. Отца у Насти не было.

Так он и дошел до дома, занимая себя размышлениями. А, когда вошел, очень удивился. В прихожей стояли два маминых чемодана. А она сама разговаривала по телефону и вызывала такси. Артем вопросительно посмотрел на бабушку.

- Сама тебе сейчас скажет, - произнесла тихо, чтобы не мешать разговору и пожала при этом плечами.

Мама, наконец, отключилась и внимательно посмотрела на сына.

- Ну, иди сюда. - Она протянула руки и обняла, когда сын подошел к ней. - Возвращаюсь к Таирову, - произнесла с улыбкой, но при этом довольно твердо. Однако в глазах веселья почему то не было. Возможно была не уверена, что мужа ее возвращение обрадует.

- Может останешься? - спросил Артем с тревогой.

Но мама поспешила успокоить его:

- Да ты не переживай, все хорошо. Правда. Я сама возвращаюсь, понимаешь? Это мое решение.

Артем только кивнул на это. Мама еще хотела что-то сказать, но зазвонил телефон. Оказывается, приехало такси. Ну вот, когда надо быстро, приходится ждать. А сейчас, напротив, хотелось бы еще поговорить с матерью, а такси тут как тут.

- Ну ладно, пойду я. Да вы не переживайте, мы еще не завтра уезжаем, - произнесла мама серьезно, увидев, как родные напряжены.

Артем подхватил чемоданы, и они спустились вниз. Бабушка тоже решила проводить.

- Игорь Сергеевич то в курсе? - спросила она, почти зная ответ. И не ошиблась.

- Сюрприз будет, - ответила Ольга с улыбкой и, поцеловав сына и свекровь, села в такси. А когда машина скрылась за поворотом, Артем с тоской подумал, что за три дня успел привыкнуть к тому, что мама дома. А теперь вот снова надо привыкать жить без нее. А скоро и вовсе будут редко видеться. Правда у него все же были еще пути к отступлению. Но Артем почти был уверен, что все останется, как есть. И причиной тому, была Настя и сегодняшний вечер. Не сможет он теперь уехать, нет...


Однако, сюрприз получился для нее. Когда Ольга приехала домой и зашла в квартиру, там никого не оказалось. Чемоданы так и остались стоять в прихожей, а она бесцельно бродила по пустым комнатам. Хотя, еще раньше, едва зайдя в спальню, обнаружила, что почти половина вещей мужа отсутствует. Но, по-видимому, в движении ей лучше думалось. И ее хождение оказалось не напрасным. В какой-то момент все же до Ольги дошло, что муж просто напросто переехал в свой дом. Он всегда хотел там жить, но ради жены они остались в квартире. Ей очень нравился старый зеленый город, и она ни за что не хотела менять его на новомодный район с коттеджными постройками.

Пройдя в гостиную, она наконец уселась в кресло возле маленького стола, предварительно налив себе коньяку. И невольно горько усмехнулась. Любовь Андреевна, похоже, увлеклась, рисуя перспективы ее будущей жизни, а она невольно поверила в эту сказку. Надо же, даже про ребенка подумала. Как все смешно и нелепо. Не зря говорят, разбитую чашку не склеить. А была ли она вообще в их случае целой...?

И похоже, своим скоропалительным переездом Таиров хотел показать, что все действительно закончилось, да и возможно с самого начала зря затевалось. Ведь на самом деле, он и так должен был вскорости переехать в другой город. Вроде как зачем столько хлопот. Но вероятно, он предвидел, что она может вернуться и решил, разом обрубить все концы. Ольга и не ожидала, что будет так горько и обидно. Но, в глубине души, понимала, винить некого. Во всем виновата она одна. В конце концов, Таиров и так был слишком терпелив с ней, но любому терпению рано или поздно приходит конец. Любовь Андреевна безусловно права. Она пыталась воспитывать взрослого сына, в то время, как самой, хороший подзатыльник, точно бы не помешал.

Снова поднявшись, Ольга прошла на кухню и сварила себе кофе. Теперь надо было уже совсем серьезно решать что делать. Когда кофе закипел, она с чашкой уселась за стол и, отпив глоток горячего, почти обжигающего напитка, задумалась. Ирония судьбы, она прожила в этом городе столько лет, а идти ей вроде как некуда было. Возвратиться в квартиру, где они так счастливо жили с Виктором, просто не сможет. Духу не хватит. Так буквально каждая мелочь, каждая вещь, напоминали о нем. Снова напроситься к свекрови, тоже не годится...

Ольга тяжко вздохнула и снова поднесла чашку к губам, но почти сразу услышала, как в замке поворачивается ключ. И хотя конечно догадывалась, кто это, все же внутренне напряглась. То ли от страха, то ли от волнения. В дверях кухни появился Таиров. Несмотря на то, что он конечно видел чемоданы в прихожей, и на его губах играла насмешливая улыбка, все же она могла бы поспорить, что в глубине его глаз притаилось удивление.

- Тебя выгнали и тебе некуда идти? - спросил он вполне так по-доброму, хотя и не без иронии. А она подумала, что он попал в самую точку, в том плане, что ей действительно некуда идти. Как оказалось...

А потом вдруг сама не ожидая от себя подобного, вдруг спросила:

- Но ты же меня не выгонишь? - Слова дались труднее, чем она рассчитывала.

Таиров же тоже стал серьезен. Ольга удивилась, когда поняла, что волнуется, ожидая от него ответа.

- Нет, конечно, не выгоню. - При этих словах он ухмыльнулся. - Это и твоя квартира.

- Ты же понимаешь, не о квартире я сейчас говорю. - Откуда только смелости набралась. Если он пошлет ее к черту, будет сто раз прав.

- Понимаю, - произнес он, пристально глядя на нее. Его тон отчего то не понравился Ольге. - Только, если ты действительно решила вернуться, сделаешь это на моих условиях.

Невольно пришла мысль, что вот и вернулся тот Таиров, у которого она когда то работала. Да в сущности, он всегда был таким. Только именно с ней все эти четыре года, что они были вместе, сдерживал себя и ограждал ее от своего непростого, и временами, жесткого характера. Но именно сейчас почему то решил, что пора прекращать миндальничать. Странно, но она не обиделась. Возможно, считала его в данный момент правым. В конце концов, надо принять решение раз и навсегда...

- И какие же твои условия? - спросила с улыбкой.

- Условия довольно простые. - Таиров налил себе кофе и уселся напротив нее. - Ты будешь послушной женой и родишь мне девочку. Тон был категоричен и не предполагал возражений.

От такого заявления она даже опешила.

- Вы что, сговорились с Любовь Андреевной?

- Почему?

- Она тоже меня пыталась убедить, что мне непременно надо родить.

- Ну, я всегда считал ее умной женщиной.

- А меня? - Не удержалась она от вопроса.

- А тебя даже слишком, - произнес он достаточно жестко и закурил. Его движения были резкими, но при этом отчего-то они ее волновали.

В разговоре наступила пауза, а потом она неожиданно согласилась.

- Хорошо.

- И к чему это твое 'хорошо' относится?

- Я подумаю, насчет девочки. Но насчет покладистой жены не обещаю. - Все же характер брал верх.

Ольга была уверена, что он будет возражать, однако все вышло наоборот.

- И на том спасибо, - вроде как согласился он и тут же поднялся.

- Ты куда то спешишь? - Ей почему то нравился их разговор.

- Да, я собственно заехал за документами.

- Понятно, - как то вмиг растерялась она.

- Мне срочно уехать надо, а за тобой водителя пришлю. Я в дом на оставшиеся несколько дней перебрался.

- Вот как? А моего согласия ты не хочешь спросить? - В голосе явно угадывалось удивление.

- Нет, не хочу, - ответил он жестко. А она поняла, почему он так спокойно отреагировал на ее заявление про то, что не обещает быть покладистой. Вероятно, решил, что сам воспитает.

Он действительно прошел в гостиную, и, взяв документы, тут же направился к выходу.

- Водитель вернется за тобой через полчаса. - С этими словами Таиров вышел из квартиры. Вот так вот, и никаких сантиментов и нежностей. Наверное, решил, что она еще заслужить их должна. Однако, несмотря на некоторые, можно сказать, неприятные моменты, Ольга была благодарна мужу. Ведь она столько наговорила ему тогда, а он, не только не напомнил ей ее жестокие слова, но и очевидно простил.


В этот день Артем решил встретиться с друзьями. У него оставалось буквально несколько дней в запасе до того, как он начнет работать на автомойке, и свободного времени будет совсем мало. Они небольшой компанией сидели за столом, расположенном в глубине зала, и весело что-то обсуждали, когда Артем неожиданно увидел входящую в кафе парочку. Сразу же узнав Настю, он несказанно удивился. Но удивление вызвала не она сама, а скорее ее кавалер. Он его тоже на самом деле, сразу узнал. Потому как не раз видел его в зале клуба Олимп, куда ходил на тренировки. Звали его Тимур Саитов. Он также тренировался, и, насколько Артем успел узнать о нем, у него были какие-то еще дела в клубе и он лично был знаком с его владельцем. И Артем также хорошо знал, что чистоплотностью парень в делах не отличался. В общем, мутный был. Таких обычно остерегаются. Поговаривали даже о продаже наркотиков. Его мало конечно это интересовало, в чужие дела лезть не собирался, но, как оказалось, ровно до сегодняшнего момента. Совершенно было непонятно, что могло быть общего между семнадцатилетней девушкой, да что говорить, почти девчонкой, и парнем, которому явно давно было за двадцать. И у которого был совсем другой круг общения...

Однако, когда парочка села за стол и они сделали заказ, Артему все стало ясно и без объяснений. То, как Саитов смотрел на Настю, не давало и малейших сомнений в его откровенном интересе. О дружбе речь очевидно не шла. Очень нехороший такой взгляд и он, конечно, не мог понравиться Артему, впрочем, как и само их здесь нахождение. И последующие полчаса он помимо воли наблюдал за ними, хотя и умудрялся при этом и в своей компании поддерживать беседу. Даже смеялся и шутил, хотя весело ему точно не было. Настя сидела к нему почти спиной, и хорошенько ее лицо он не мог разглядеть, но то, как девушка напряжена, заметить не составило труда. Сдержанность была во всем. Минимум лишних движений, и то, довольно скованных, и также дело обстояло с эмоциями. Ему даже показалось, что она выглядела как то взрослее, чем обычно.

Настя слушала своего собеседника, а сама почти все время молчала, иногда поднося ко рту чашку и делая очередной глоток. Тарелка с пирожным оставалась нетронутой. Правда иногда девушка все же что-то отвечала, ограничиваясь парой фраз, а еще почему то отворачивалась при этом или опускала голову, вроде как предвидя реакцию собеседника на свои слова. Саитов, лицо которого Артем как раз хорошо видел, не спускал с нее цепкого взгляда и при этом что-то говорил. И даже иногда улыбался, хотя улыбка ему шла также, как корове седло, да и особо искренне не выглядела. Так что зря он на нее рассчитывал. И было видно, что то, как складывался разговор, ему не нравилось, потому как частенько недовольно кривился, чуть прищуривая глаза, когда вероятно собеседница с ним не соглашалась. Артем даже пару раз заметил, как желваки заходили на его лице. Однако, несмотря на нетерпение, сквозившее в каждом жесте, черты не переходил и продолжал что то объяснять и вроде как, судя по мимике и напору, упорно доказывать. А в Артеме помимо воли закипала злость. Он вроде как и не имел права предъявлять Насте никаких претензий, не настолько они еще были близки, но заглушить в себе нехорошее чувство не мог. Лучше бы и не видел вовсе, и зачем только в это кафе поперся. Непонятная досада все больше охватывала его. Хотя и понимал, что это страусиная позиция. Ну увидел и что с того. В конце концов, объяснений этой встрече могло быть много. Можно же просто поговорить и все обязательно выяснится. Ведь сам всегда осуждал, если кого то огульно обвиняли.

Между тем, его друзьям сидеть в кафе, по-видимому, надоело и они решили, что пора переместиться на пляж. Расплатившись, все отправились на выход. Артем шел последним и помимо воли, когда проходил мимо столика, где сидела Настя, повернул голову и посмотрел на нее. Девушка, как будто, почувствовав его взгляд, подняла голову и встретилась с ним глазами. В них тут же промелькнуло удивление, почти сразу сменившееся радостью. Она улыбнулась, казалось, забыв о своем собеседнике и даже вроде как собиралась что то сказать или просто поздороваться. Но Артем не поддержал ее настроения. Его лицо оставалось хмурым и в нем без труда читалось обвинение. Отвернувшись, он прошел к выходу, не оглядываясь. Только крепче вцепился в ремешок сумки, перекинутой через плечо. Понимал конечно, что ведет себя по-детски, но ничего поделать с собой не мог. Какое-то ранее незнакомое чувство зарождалось в нем, и он даже не подозревал пока, что это банальная ревность.

А когда вышел на улицу, вдруг неожиданно отстал от своих. Заметив это, ребята обернулись.

- Эй, ты чего? - позвал один из друзей.

- Ребят, вы идите, я тут вспомнил, у меня дела... - Врать друзьям не хотелось, но и понимал, что ему сейчас не до веселья.

- Да ты чего, мы же собирались целый день тусить. А то потом пропадешь там на своей автомойке.

- Бросьте, еще увидимся, - заверил Артем и, подняв ладонь, развернулся и направился в противоположную сторону. Однако, зайдя за дом, резко развернулся и спрятался за деревом. Господи, он и сам понимал, что ведет себя глупо, да что говорить, как полный дебил. Но ничего поделать с собой не мог.

Прошло наверное минут двадцать и интересующая его парочка, наконец то, вышла из кафе. Саитов с Настей остановились возле машины. Он распахнул перед ней дверь, а она сначала вроде как отказывалась садиться и даже отрицательно головой повернула, но он что то сказал и, по-видимому, девушка сдалась и все же села, хотя и ненадолго замешкалась при этом. Да уж ее кавалер, без сомнения, обладал настойчивостью и даром убеждения. Через минуту перед входом в кафе стало пусто, также как в душе у Артема. Некстати вспомнил слова одноклассницы Насти, Светы кажется, что мол зря он время теряет и что у нее парень есть. Получается, действительно не обманула.

Домой пришел совсем без настроения. Отказавшись от обеда, быстро прошел мимом бабушки и, оказавшись в своей комнате, тут же бросился ничком на постель. Наступила апатия. Двигаться и размышлять совсем не хотелось. А перед глазами все время стояла картинка, как Настя садится в машину. Так незаметно и уснул. Но поспать долго не удалось, разбудил звонок в дверь. А потом раздался голос бабушки:

- Артемушка, к тебе гости.

Он нехотя поднялся, хотя и не сразу, а потом еще посидел немного, приходя в себя после сна. На улице было жарко и его развезло. Не любил он спать днем, но тут срубился. Умыться бы надо, подумал отстраненно. Но дверь неожиданно открылась.

- Ну что же ты. К тебе Настя пришла. Встречай гостью.

Бабушка видела девушку всего один раз и то мельком. Они тогда приходили готовиться к экзаменам. Артем, как и обещал, помог ей. Но когда Настя уходила, даже от чая отказалась, настолько стеснялась. Но бабушка запомнила ее. Да и что удивительного. Артем практически первый раз в дом девушку привел, ну не считая тех случаев, когда у них бывали компании его друзей или одноклассников.

Услышав, кто его ждет в прихожей, почти не удивился. Настя оказалась смелее его. Привел себя в порядок и вышел из комнаты. Отчего то стало вдруг стыдно. Сейчас ему особенно было очевидно, что там в кафе вел себя совсем не по взрослому...

- Привет. - Настя обеими руками сжимала впереди себя ремешок сумочки и очевидно также выглядела смущенно. Похоже, им сегодня обоим было не по себе.

- Привет, - ответил Артем.

- Что же вы стоите, проходите, - решила бабушка взять инициативу в свои руки. - А я сейчас чай поставлю. - Внук как никогда был ей благодарен. Ему нужно было немного времени, чтобы окончательно взять себя в руки.

- Проходи в комнату, - показал он рукой направление. И Настя не задумываясь, пошла за ним.

- Садись, - махнув на стул возле стола, сам сел на кровать.

Наступила пауза. Видно было, что Настя по-прежнему испытывала неловкость.

- Я хотела поговорить..., - произнесла она неуверенно, возможно боясь его реакции. Но Артем уже остыл, поэтому почти сразу ответил:

- Ты не обязана ничего объяснять. А я.... - Ему все же пришлось прокашляться, чтобы продолжить. - Я вел себя глупо, - признался он откровенно и, ничуть на этот раз не стесняясь. Артем всегда был честен, и прежде всего перед самим собой, увиливать и изворачиваться, это не про него. Виноват, так виноват.

- Но я все же хотела объяснить.

Он молчал и она продолжила. Все же очевидно, что услышать объяснения был бы не против, хотя вряд ли готов был в этом признаться.

- Мы с Тимуром познакомились полгода назад. Брату стало плохо и, я позвала соседа, он частенько нас выручает. Сам знаешь, Слава не может передвигаться, а врач иногда одна на вызов приезжает. У Димы в гостях оказался Тимур. Вот они оба и помогли. Я конечно поблагодарила их и даже на чай пригласила. Но даже не ожидала, что Тимур придет, причем без Димы. Ну а потом иногда звонил, спрашивал, как дела. И даже встречал меня после школы. Погулять приглашал. Я ему пыталась объяснить, что между нами возможна только дружба, но он как то не особо понимал. Сегодня вот снова, когда встретились, он мимо проезжал, пристал с расспросами. Я и согласилась то в кафе пойти, чтобы еще раз точки все расставить. Не знаю, вроде понял. Во всяком случае, когда до дому подвез, больше никаких разговоров не затевал. Просто уехал.

Настя замолчала, а Артем после небольшой паузы произнес:

- Спасибо, что все рассказала.

Она пожала плечами и бесхитростно ответила:

- Это правда. Да я с ним вообще себя неуютно чувствую. Он совсем взрослый. Даже не знаю, зачем я ему нужна.

А Артем, выслушав ее, вдруг решился:

- Знаешь, когда в следующий раз пристанет, скажи, что у тебя парень есть.

У Насти от его слов щеки загорелись.

- Ты это серьезно? - спросила она с волнением глядя на него. А он тоже отчего то волновался.

- Конечно серьезно, а ты против? - Его взгляд, направленный на нее был почти настороженным, вроде как боялся услышать от нее ответ.

Она тут же замотала головой, будто опровергая его слова.

- Нет, не против. - Но при этом глаза опустила, совсем смутившись. С одной стороны, вроде как, что уж смущаться, если они давно общаются и он даже ее уже целовал. Но все же такое официальное что ли придание статуса их взаимоотношений, очевидно, оказалось для Насти неожиданным. Да и не только для нее.

Момент был неловким, и снова положение спасла бабушка, деликатно постучавшая в дверь.

- Ребятки, а у меня шарлотка готова. Все к столу.

Оба одновременно рассмеялись и расслабились. Артем открыл дверь, и они отправились вслед за бабушкой в кухню.

- Бабушка, я тебя обожаю, - произнес он уже сидя за столом и потянувшись за следующим кусочком пирога.

- Ну, еще бы. Кто тебе таких пирогов напечет. - Любовь Андреевна была крайне довольна и очевидно, что Настя ей понравилась. Иначе бы она точно так не старалась.


И снова весна. А как иначе. У природы свои законы и пока никаких противоречий с ними нет. Артем стоял возле школы с травинкой во рту, подперев стенку забора и щурясь от яркого солнца. Впрочем, так бывало часто в последнее время.

- Кого ждешь? Уж не меня ли? - Улыбающаяся белокурая бестия остановилась недалеко от него. Он не зло ухмыльнулся, Светка. Ну куда без нее. Друзьями они конечно не стали, но главное Настю больше не доставала. Да и поняла давно, что ее Костик кроме нее самой никого не интересовал. И похоже Светке тоже в последнее время не особо был нужен, так как ходила или одна или в компании одиннадцатиклассников.

- Извини, но не тебя, - продолжал Артем улыбаться и смотреть на нее с прищуром.

Но девушка не обиделась. Своих кавалеров хватает.

- Твоя сдает там что-то. Все боится двойку получить.

- Я знаю.

- А ты настырный оказался, - хмыкнула она. Даже не ожидала. Ну надо же, у такого мужика отбил. И что вы только все в ней находите? Ни рожи ни кожи. - Сама она без сомнения, гордилась своими пышными, совсем не по возрасту, формами.

Он хотел было ответить, но тут же увидел Настю, и все мысли разом вылетели из головы. Она шла к нему вся такая улыбающаяся и счастливая в ярких лучах весеннего солнца. Глаз невозможно было оторвать. Миниатюрная фигура, словно статуэтка и изящная почти по-мальчишески короткая стрижка с непослушной волнистой челкой над длинными пушистыми ресницами карих глаз. А походка, как за год изменилась, почти как на подиуме. И только сейчас отметил про себя, что Настя почти всегда теперь на каблуках ходила. Легкая белая блузка и строгая темная юбка чуть ниже колен, ей необыкновенно шли. А единственным украшением была цепочка с сердечком, которую ей подарил Артем и на которую сам же и заработал.

- Ну, ладно, гуляйте малыши..., - с этими словами одноклассница вышла со двора школы. Но вряд ли Артем или Настя это заметили. Они смотрели исключительно друг на друга.

- Привет, - девушка привычно потянулась к нему за поцелуем.

- Привет, - не остался он в долгу. Правда, на этот раз, настолько был под впечатлением от нее, что не ограничился одним поцелуем. Обхватив двумя руками за талию, притянул к себе и поцеловал уже более смело. А, когда чуть отстранился, увидел ее смущенное лицо. Все же свидетелей возле школы действительно было слишком много. - Пойдем? - спросил, перехватывая сумку из ее рук.

Она только и смогла кивнуть. Как обычно в последнее время отправились в парк. Сценарий почти всегда был один, мороженое, разговоры на скамейке и конечно поцелуи, но он им не надоедал. Главное, это быть рядом друг с другом. Остальное совсем не важно.

Все срочные новости, коих впрочем было немного, рассказаны и они с увлечением что то рассматривали на планшете, сидя на скамейке в дальнем конце парка.

- Слушай, забыл, - спохватился Артем. - Меня на день рождения одногруппник пригласил, пойдем?

Настя, как обычно, при подобных разговорах вся как то съежилась и явно напряглась. Ну, что поделать, не любила она все эти сборища и тусовки. Да еще люди все незнакомые. Хотя явно была еще причина, но Артему она была неизвестна. И он не удивился, когда Настя виновато произнесла:

- Может ты один пойдешь?

Конечно, он ожидал подобного ответа, и спрашивать вроде как не стоило. Но в этот раз, в отличие от всех остальных, почему-то обиделся. И сам не знал, что вдруг нашло. Но так уж захотелось, чтобы Настя с ним пошла.

- Ты меня стесняешься? - Вопрос как то сам собой вырвался. Артем сидел отвернувшись от нее, напряженный и явно недовольный. Первый раз с ним подобное случилось в отношении Насти, но ничего с собой поделать не мог.

Настя смотрела на него чуть ли не открыв рот и с полным недоумением. Она хотела что-то сказать, но у нее никак не получалось, настолько была ошарашена его вопросом.

- О чем ты?! Да как ты такое подумать мог?! - наконец с негодованием отвергла она его домыслы, абсолютно несправедливые.

- Ну тогда в чем дело? Или ты просто не относишься серьезно к нашим отношениям, поэтому светиться не хочешь? Так сказать, портить репутацию.

- Ты это серьезно? - Она смотрела ему в глаза с таким выражением, будто не могла до конца поверить, что он это произнес. А потом, не выдержав подобных обвинений, вскочила с лавочки и быстрым шагом направилась не оглядываясь по аллее. Даже про сумочку забыла. Артем конечно бросился за ней. Нагнав в три счета, схватил за руку и резко развернул к себе. Как и ожидалось, Настя плакала. Артем, не отпуская ее руки, невольно чертыхнулся.

- Прости, ну прости меня дурака. Давай забудем этот разговор, вроде как и не было. Я вообще больше никуда не пойду. Всегда только с тобой буду. - Он говорил, не останавливаясь, лишь бы только она успокоилась. И своего добился. Слезы мгновенно высохли, а Настя улыбнулась.

- Ты и вправду дурак Артем, - произнесла она еще с отголосками обиды. А потом добавила с нехорошей усмешкой:

- Это ты меня стесняться должен.

- Я.? - Вот теперь пришла его очередь недоумевать. И смотрел он почти также ошарашено, как она только недавно.

- Разве не помнишь, что уже была с тобой на вашей тусовке на Новый год. И что вышло?

- Что...? - снова искренне не понял он.

- Да твои однокурсницы готовы были мне в глотку вцепиться из-за тебя. Только и ловила на себе ненавидящие и презрительные взгляды, правда не без привкуса зависти. Артем, ты хоть смотришь на себя иногда в зеркало? - спросила она со всей серьезностью.

- Ну, иногда, бывает..., - растерялся парень, явно не понимая, куда Настя клонит. - А к чему это ты?

- Да, к тому, что неподходящая мы с тобой пара, - вздохнула она без капли веселья. - Тут твои однокурсницы правы. Ты словно с обложки глянцевого журнала сошел. А я что? Замухрышка, и есть замухрышка. Ты хоть иногда обращаешь внимание, в чем я хожу? Да один твой телефон стоит больше, чем вся моя одежда на все сезоны...

Теперь уже он вскинулся на нее с негодованием.

- А ты сама то понимаешь, что спрашиваешь и о чем вообще говоришь? - Его пристальный взгляд не предвещал ничего хорошего. - Неужели и вправду думаешь, что я смотрю на твои вещи и оцениваю их стоимость? Или думаешь, я буду слушать чьи то дурацкие разговоры или вести себя по чьей то указке?

- Ну да, ты еще про всеобщее равенство расскажи, - усмехнулась нехорошо Настя. А потом вдруг спохватилась и также вдруг покаянно и, опустив глаза при этом, произнесла:

- Извини. Сама не знаю, что на меня нашло. Не обижайся, ладно? - И посмотрела на него таким виноватым взглядом, что ни о какой обиде и речи не могло идти. Артем вдруг притянул ее и крепко обнял. И так они и стояли прижавшись к друг другу. А потом Настя отстранилась и произнесла с улыбкой, но достаточно твердо и уверенно:

- А знаешь, ты прав. Нечего на чьи то глупые сплетни внимание обращать, не стоят они того. Так что идем на твою вечеринку.

Артем только теснее прижал Настю к себе и уткнулся при этом лицом в ее волосы. Ему так хотелось оградить ее от совершенно ненужных, по его мнению, глупых мыслей. Нашла о чем думать. Да он, когда смотрит на нее, у него дыхание перехватывает, крышу напрочь сносит. Ничего и никого не видит вокруг себя, только ее глаза. А она про какие то там тряпки говорит...


Однако, действительность брала свое. Все вышло совсем не так, как им бы хотелось. Хотя поначалу, когда они только пришли на День рождения и поздравили, как положено, именинника, все вроде шло неплохо. Народ веселился, и если у девчонок с их группы и были какие глупые мысли насчет Насти, они их держали при себе. Она тоже вела себя достаточно раскованно и даже позволила увести себя имениннику на экскурсию по двухуровневой квартире. А посмотреть там конечно было что. Даже бильярд и сауна имелись.

Артем, который после вчерашнего разговора не отходил от Насти ни на шаг, видя, что она чувствует себя спокойно, тоже позволил себе расслабиться. Танцевал, шутил, в общем вовсю веселился. Но ровно до тех пор, пока в квартире не появилась его бывшая одноклассница Аллочка. И откуда только взялась. Как он понял, с ним вместе на факультете училась ее подружка. Она то и позвала Аллу. Видно та ее уговорила. Она всегда отличалась настырностью. Проходу ему в школе не давала. Ну да, был грех с его стороны. Поцеловались они как то в десятом классе, но разве это что-то значит. Первый раз тогда он основательно выпил, вот и расслабился. А она все по-своему поняла. Предала какое-то вселенское значение этому поцелую. И никак ей объяснить было невозможно, что для него то он точно ничего не значил. Она так и просидела с ним за одной партой до самого окончания школы. И только Артем после сдачи экзаменов вздохнул наконец спокойно, мол не увидит ее больше, и надо же, явилась. И не ошибся в худших прогнозах.

Алла ему весь вечер проходу не давала. Разодетая вся в пух и прах. С такой прической, будто целый день в салоне просидела. Да так и было наверное. В общем, во всеоружии. Только даже не догадывалась, что один только взгляд Насти совсем ненакрашенных глаз, был ему дороже всех ее шмоток и макияжа, вместе взятых. Но она то точно этого не понимала, вот и вертелась все время возле него. А еще пыталась Настю всячески перед ним принизить, отпуская довольно неприятные шуточки. Настя вроде как только посмеивалась над всей этой ситуацией и отвечала очень даже решительно, не давая никакого спуска обидчице, чем еще больше ее злила. Когда Артему весь этот цирк надоел, он подошел к ней и попытался уговорить уйти домой, но Настя неожиданно воспротивилась и проявила характер, который она демонстрировала нечасто, но он у нее безусловно был. Мол, она не собирается от кого то убегать и прятаться. А уж тем более, от всяких дурочек. Артему оставалось только согласиться.

А потом зазвучала медленная музыка и его девушку пригласили танцевать и она с его согласия пошла с новым кавалером, он же отправился на кухню поискать чего-нибудь попить. На столе к концу вечера осталось только спиртное. И даже не заметил, как за ним Аллочка увязалась.

- Ты что, прячешься от меня? - проговорила она с не очень то веселой улыбкой и прислонилась при этом к закрытой ею же двери.

- С чего ты взяла? - Артем смотрел на нее с недоумением. Даже чуть брови приподнял. Мол надо мне от тебя прятаться. Ерунда какая.

А она вдруг решила сменить тему.

- Ну да ладно. Надеюсь, твои глаза скоро сами наконец раскроются и ты увидишь, с кем связался.

- А тебе какое дело с кем я связался? - Артему определенно этот разговор не нравился, но и оттолкнуть от двери Аллочку не мог, не так воспитан.

- Да ты пойми, эта девчонка не нашего круга. Тебе же самому потом стыдно будет с ней в приличном обществе показаться. А мой отец с твоим отчимом всегда на короткой ноге были. Ты же видишь, я тебя всегда любила и буду любить. Где ты еще такую жену найдешь? Представь, если наши семьи объединяться. Это такая сила будет, что другим и не снилось.

Артему надоело слушать всю эту чушь и на этот раз не стал церемониться. Оттолкнув от двери девушку, он отправился на поиски Насти. Надо было срочно увести ее отсюда. Не дай бог, Аллочка разойдется не на шутку. Он ее характер хорошо знал. Не остановить потом.

Но Насти нигде не было. Кто-то подсказал, что видел, как она вышла из квартиры. Артем сразу догадался, что разговор их с Аллой слышала, и сам не свой кинулся за ней. Но застал уже только дома. Она не сразу, но все же открыла. Какая то вся поникшая и потерянная. Видно было, что плакала. А он вдруг решительно шагнул в квартиру и, закрыв дверь, прижал ее к стене. И тут же стал целовать. Напористо и с полной уверенностью, что имеет на это право. Он ее больше точно никуда не отпустит. Она его и точка. А на вечеринки плевать, раз его девочке они не нравятся и сам не будет ходить. А, когда наконец отпустил Настю, она смотрела на него с недоумением. Первый раз его таким смелым и решительным видела. Ну, в смысле поцелуев.

- Ты знаешь, что подслушивать нехорошо? - спросил Артем наигранно строго. Она тут же отвернулась от него. И снова в глазах эта вселенская тоска. Но он, ухватив ее за лицо, заставил посмотреть на себя.

- Мы же вроде договорились, что не будем обращать внимание на любые разговоры. Разве не так? - прозвучало уже гораздо мягче. А она только и смогла кивнуть головой. Артем провел большим пальцем по ее щеке, стирая слезы и снова, наклонившись поцеловал.

- Ну вот как я теперь тебя смогу с твоими глупыми мыслями одну оставить? Еще бог знает что себе напридумываешь.

А она вдруг как то странно посмотрела на него, словно на что то решаясь и неожиданно после небольшой паузы произнесла:

- Я сегодня совсем одна. Дома никого нет. Слава в больнице, на обследовании, а мама в командировке. Так что, прошу тебя, не оставляй меня, пожалуйста. Когда я тебя не вижу, и вправду всякие глупые мысли в голову лезут. - Ее взгляд был более, чем многозначительным. Оба думали об одном и том же.

После ее слов, которые никак сегодня не ожидал услышать, он вдруг такими глазами на нее посмотрел, каких никогда у него не было. В них столько всего было, что даже и говорить ничего не имело смысла. А потом, едва справившись с голосом, спросил почти шепотом:

- Ты уверена?

Настя, не задумываясь, кивнула. Он тут же подхватил ее на руки и понес в комнату. И неизвестно, откуда эта решимость взялась. Возможно, в дело вмешался алкоголь, а возможно для подобного решения просто время пришло.


Комнату освещал только уличный фонарь, но им было этого достаточно. Они сидели на кровати и, казалось, никуда не спешили. Настя бесконечно доверяла ему и ни на грамм не сомневалась в правильности того, что они делают. И даже обычное смущение покинуло ее. Она смотрела прямо и открыто, разве что щеки чуть зарделись от легкого волнения, или даже скорее, предвкушения необычного, что между ними должно было произойти. То, что их еще больше свяжет, вознесет их чувства на недосягаемую высоту. Они оба были в этом безгранично уверены. Именно сейчас, в этом месте, в данный момент все совпало. Их желания, стремления и бесконечное чувство любви. И оба в глубине души были рады, что не торопились, подобно другим, и что их чувство по-настоящему созрело и подтолкнуло к правильному решению...

Артем без труда справился с пуговицами на ее блузке. И, приблизившись к губам, медленно поцеловал. А потом его губы спустились ниже и он стал действовать уверенней. Ничего не оставалось без внимания. Шея, грудь. Попутно они снимали с себя одежду, и оба через мгновение оказались лежащими на кровати. И уже ничего не мешало им наслаждаться друг другом. И, несмотря на то, что Артем испытывал нереальные ощущения и почти забыл, где он находится, потерял счет времени и пространству, он все же периодически смотрел на Настю, следил за ее реакцией. А вдруг, все же она поддалась эмоциям и решит передумать. Но, она отвечала с не меньшим желанием и также не сомневалась ни в чем. Ну, почти ни в чем...

В какой-то момент она немного отстранилась от Артема и тихо произнесла:

- Артем, я только не знаю, что делать... - Фраза повисла в воздухе, а Настя в смущении отвернулась и потупила глаза.

Он неожиданно усмехнулся.

- Ничего, поверь мне, разберемся.

От этих слов девушка испытала настоящее замешательство.

- Ты хочешь сказать... - Трудно было в этой ситуации подобрать слова, но он ей помог:

- Ты угадала, у меня это тоже в первый раз. - И он, в отличие от нее, не испытывал смущения.

- Но как же тогда... - Настя и вправду растерялась, а он вдруг спросил, глядя прямо ей в глаза:

- Ты меня любишь? - Чем вызвал у нее почти негодование.

- Артем, зачем ты спрашиваешь. Ты же знаешь.

- И я тебя люблю, - уверено вторил он ей. - Значит, все хорошо будет. - И снова поцелуй, будто предостерегающий от дальнейших расспросов. И она сдалась, понимая, что он прав. Просто надо следовать за своими чувствами и эмоциями. Природа сама все сделает. Да и как иначе...


Они лежали утомленные и умиротворенные. Настя спиной была прижата к груди Артема. А он, словно сторожевой пес, охранял ее покой. Но она не спала.

- А можно тебя спросить? - обратилась очень осторожно, боясь спугнуть такой прекрасный момент опрометчивым словом.

- Спрашивай, - усмехнулся Артем. Ему даже смешно стало, что она может опасаться его реакции. В данный момент он чувствовал себя так, будто его растопили, как сливочное масло на сковородке. Ни рук ни ног поднять, а уж проявить хоть какую то сильную эмоцию, это было почти немыслимо. Он сегодня отдал все силы, как бы это грубо не звучало, но зато в точку, чтобы не облажаться, и, кажется, его старания не были потрачены впустую. Хотя и понимал, что это он получил нереальные ощущения, такие, которые даже представить невозможно, превосходящие любые ожидания, а Настя, напротив, скорее всего чувствовала в тот момент себя не лучшим образом. Ведь теоретически Артем был подкован, да и разговоры парней, помимо воли, долетали до него. Так что конечно понимал, что в первый раз Насте все это было не в кайф, но, к сожалению, это было неизбежно. И был уверен, что в следующий раз все будет по-другому. Он все для этого сделает.

Настя словно немного задумалась, как правильно сформулировать вопрос, но потом все же спросила:

- Просто, парни всегда хвастаются своими победами. Чем больше, тем лучше. А ты так спокойно признался, что у тебя никогда еще этого не было... А ведь от девчонок наверняка отбоя не было.

- Ты хочешь спросить, почему? - в который раз помог он ей.

Она только кивнула.

- Просто хотел, чтобы это произошло только с одним человеком. Раз и навсегда. Особенно это понял, когда с тобой познакомился.

- На всю жизнь? - спросила она так, словно ей трудно было поверить в правдивость его слов.

- Угадала, - согласился слегка насмешливо. Ее неверие, будто его забавляло. Но, на самом деле, эта была правда.

- И ты действительно веришь, что такое возможно?

- Верю, - произнес он твердо. - Особенно, если мы сами этого очень захотим. А, вообще, спи давай, отложим допрос на завтра.

И она уснула, даже не сомневаясь в его словах. Обычно парням не доверила, но ему верила почти безоговорочно, и подчинялась, словно это было чем то естественным и обыденным.


Кто-то усиленно тряс его за плечо, а он никак не мог проснуться. Всего-то поспал несколько часов. Открыв глаза, Артем увидел, склонившуюся над ним Настю.

- Пора вставать, - произнесла она шепотом.

- А сколько времени? Сегодня же вроде выходной, - попытался он прийти в себя и уселся на кровати, почти с недоумением смотря на ее прибранный вид. И куда она собралась в такую рань? А Настя при этом прикрыла ему рот ладошкой.

- Тшш...

- Что-то случилось? - Вот сейчас он уже окончательно проснулся. Протянув руку, Артем хотел приблизиться к Насте и поцеловать. Но она не дала ему сделать этого и так и не убрала ладошку с его губ. Только ответила все также тихо и с улыбкой на лице:

- Ничего не случилось. Мама из командировки вернулась. Так что тебе лучше поскорее одеться и сбежать, пока она из душа не вышла.

Артем действительно быстро поднялся и оделся.

- Но она же вроде вечером должна была приехать?

- Даже не знаю, - пожала плечами Настя. - Возможно билет поменяла.

А он вдруг решил возразить:

- Слушай, но я не вор и вообще ничего плохого не сделал, чтобы вот так сбегать. Я вообще-то жениться на тебе собрался. И пора уже выйти из подполья и наконец познакомиться с твоей мамой. Или ты думаешь, что она будет против?

Настя по-доброму усмехнулась, проведя при этом по его волосам, и ответила с иронией.

- Я нисколько не сомневаюсь в твоих намерениях и мама точно не будет против. Она у меня очень хорошая и понимающая. Но давай все же не будем ее вот так сразу огорошивать. Без определенной подготовки не обойтись. Пусть хоть отойдет от командировки, да и путь она проделала не близкий. А потом мы все сделаем как надо. Ну там, цветы, торт и семейный ужин.

Артем тоже усмехнулся и немного расслабился.

- Кажется ты права. Не стоит таким образом начинать знакомство с будущей тещей.

- Не стоит, - повернула Настя несколько раз головой и проводила его в прихожую. Но, как бы она не торопилась, он все же исхитрился поцеловать ее, прежде, чем оказаться за дверью. А когда уже вышел из подъезда и подставил лицо утреннему весеннему солнышку, про себя невольно усмехнулся. Прямо как в анекдоте, будто любовник, который убегал от мужа, не вовремя вернувшегося из командировки.

Войдя в свою квартиру, Артем сразу же оказался перед бабушкой, которая смотрела на него с укоризной.

- Но я же тебя предупредил, - произнес он все же виновато, понимая, что она в любом случае за него волновалась.

- Предупреждал, - согласилась Любовь Андреевна. - Только не рано ли тебе дома не ночевать?

Он в досаде отвернулся и как то вмиг напрягся.

- Бабушка, ну ты сейчас прямо как мама. Вы похоже обе периодически забываете, что я уже взрослый. У нас в городе куча студентов, которые в общаге живут. Их родители месяцами не видят. И ничего.

- Взрослый, - вздохнула женщина тяжело и посмотрела на него с грустью и вроде как смирившись. А потом вдруг спросила в лоб, хотя и не без сомнения в голосе.

- Но ты хотя бы предохранялся?

Артем хотел было возмутиться такому прямому вопросу. Да уж, не ожидал он подобного от бабушки. Она оказалась гораздо прогрессивнее в этих вопросах, чем он мог предположить. Но потом до него вроде как дошла суть того, что она спросила.

- Бабушка..., - протянул замерев и не без страха в голосе и, резко развернувшись, выскочил из дома. В аптеке было жутко неловко объясняться, но он смело пошел на это, понимая, что возможные последствия перевесят всякую неловкость.

Настя открыла сразу, едва он только позвонил, будто под дверью стояла. А он тут же протянул ей таблетки, на что она только усмехнулась и показала почти точно такие же.

- Мама напомнила, - произнесла она, слегка сдвинув брови. Вроде как вот мы оба даем. О таких элементарных вещах не подумали.

- Да уж, мы с тобой взрослые, - произнес он вроде как и с иронией, но в тоже время ругая себя последними словами. Она сумела разглядеть его смущение и поспешила успокоить:

- Ничего, в следующий раз будем умнее.

- Подожди. - До Артема вроде как дошло. - Ты сказала, мама тебе их дала...?

Настя головой кивнула.

- Зря мы только конспирацию затеяли. Оказывается, когда мама приехала, она сразу ко мне в комнату заглянула. А я позже проснулась.

- И что? - спросил он почти с испугом.

- Ничего. Говорит, что пора вам познакомиться.

С Артема будто тяжелый груз сняли. Он с любовью посмотрел на Настю.

- Моя мама мне доверяет, - заверила она. Но потом вмиг стала серьезной. - Ты извини, но мама отдыхает. Давай вечером встретимся. - Она сама, потянувшись, поцеловала его.

- Я уйду, а ты тоже спать ложись. Вечером у нас будет насыщенная программа, - пообещав это, он почти тут же вышел из квартиры, чтобы не поддаваться соблазну.

И с мамой Насти, Ниной Алексеевной, он конечно потом познакомился. Когда брат Насти вернулся из клиники, они все-таки устроили настоящий праздничный ужин. Действительно с цветами, тортом и даже шампанским. И, несмотря на то, что Артем жутко волновался, знакомство прошло удачно, о чем Настя не преминула ему потом рассказать.

Казалось, счастье было полноценным и ничто его не могло омрачить. Хотя один момент все же волновал его. Настя так и не познакомилась с его мамой. Но это было пока невозможно. У них с Игорем Сергеевичем и без того хлопот хватало. Сначала они переехали в другой город. А потом мама все же родила, как и заказывала бабушка, девочку, и поэтому все время было посвящено ей. Нет, Артем конечно, наведывался к ним иногда, как же он мог не навещать маленькую сестренку, но как то все никак не мог подгадать правильное время, чтобы рассказать своим про Настю.


Это был ничем не примечательный беззаботный день, вернее вечер, каких множество. Артем закончил с успехом первый курс, а Настя десятый класс. Они целый день гуляли, ездили на речку, а теперь шли после кино домой. Утомленные, но довольные. Да и как иначе. Им всего в жизни хватало с избытком... Вполне заслужили подобное времяпрепровождение. Тем более, надо было безусловно воспользоваться шансом, чтобы побыть друг с другом подольше, так как оба снова, как и в прошлом году, собирались летом работать, и времени потом будет мало.

Шутили, целовались. Все, как обычно. И ничего при этом не замечали вокруг себя. Пока в одном из переулков, где в основном стояли старые ржавые гаражи и все освещение, единственный одинокий слабый фонарь, им не преградили дорогу несколько человек. Называется, решили срезать немного. Похоже, зря... Внимательнее приглядевшись, в одном из парней Артем без труда узнал Тимура Саитова. Честно сказать, купаясь в своем счастье, они и думать про него забыли. Тем более, он и не проявлял себя никак. Его даже на тренировках в Олимпе не было видно. Настя его конечно тоже узнала и только теснее прижалась к Артему. Он безусловно чувствовал, как она напугана.

- Ну что, сосунок, поговорим? - Саитов смотрел волком и ясно, что разговор затевался серьезный.

- Поговорим, - ответил Артем смело, несмотря на то, что численное преимущество явно было не на их стороне. Но отступать не привык. Такому его не учили. Хотя ради Насти и стоило об этом подумать. Но оценив обстановку, он понял, что вряд ли им дадут просто так уйти. Они стояли почти в окружении. Значит, драться придется. Блин... Настя... В данный момент только эта мысль волновала.

- Ты что же мудила наделал? Куда полез? Пока я этот гребаный год на нарах парился, ты с моей девушкой развлекался? - Саитов был настроен более, чем решительно и злить его не стоило. Но и согласиться с ним Артем никак не мог.

- Ты ошибаешься, это моя девушка, - твердо заверил он. - Вернее, это моя жена, - добавил он весомо.

- Что...? - Саитов будто и вправду не понял. - Повтори, что ты сказал?

Артем подчинился:

- Настя моя жена, - произнес почти по слогам, вроде как, чтобы у его собеседника не было никаких сомнений.

А Настя тоже решила вмешаться:

- Тимур, ну зачем ты так? Я же тебе все объяснила. - Она старалась быть осторожной. Но боялась не за себя...

Однако, Саитов даже не обратил внимания на ее слова. Ясно, что разговор предполагался мужской и ее мнения никто не спрашивал. Он не торопясь сплюнул, а потом сделал резкое движение вперед, схватив Артема за грудки.

- Ты ошибаешься, сильно ошибаешься, и я тебе сейчас это хорошенько объясню. Чтобы на всю жизнь запомнил. И чтобы западло было на чужое зариться, - произнес Саитов с явной угрозой и нанес первый удар. Но Артем был готов, поэтому успел отклониться, а удар пришелся по касательной. Настя закричала, и ее тут же оттащили. А дальше начался настоящий кошмар. Казалось, они дрались не на жизнь, а на смерть. И сначала Артему удавалось держаться. Все же тренировались они в одном клубе и у одного тренера. Но потом он упал. Разница в возрасте и опыт сыграли свое дело. Да и видно было, что оппонент Артема гораздо больше был искушен в уличных драках и правила его совсем не интересовали. Он не собирался драться по-честному. Настя снова закричала, даже голос сорвала, и всеми силами пыталась вырваться. Но куда уж ей тягаться с парой дюжих парней. А Саитов начал наносить удары ногами. Казалось, ничего его уже не могло остановить.

Но им неожиданно повезло. Какой-то мужчина видно вышел с собакой погулять, а увидев драку, начал кричать. А потом вызвал полицию. Саитов, хотя и явно нехотя, остановился и не торопясь, подошел к Насте.

- Ну что же, подумай, как дальше себя вести и с кем ты, если конечно хочешь, чтобы твой дружок и дальше небо коптил. - После этих слов, он не спеша закурил, будто приезда полиции и вовсе не опасался. А потом, кивнув своим парням, спокойно удалился.

Настя, как только оказалась на свободе, сразу бросилась к Артему. С трудом перевернув его, она начала вытирать кровь с его лица. Но потом, будто очнулась, и, достав дрожащими руками телефон из сумочки, позвонила в скорую.


Все оказалось не так страшно, как выглядело в тот злосчастный день. Синяки еще не сошли, но главное, никаких серьезных травм не было. Однако провести несколько дней в больнице Артему еще все же придется. Настя сидела возле его кровати, и они весело шутили. И конечно старались не сосредотачивать внимание на том, что произошло. Но девушка, безусловно, думала об этом и конечно чувствовала себя виноватой. Оттого, всеми силами старалась отвлечь Артема разговорами. Впрочем, он не отставал от нее, потому как ее настроение не было для него секретом. А бабушка позаботилась об отдельной палате, так что они могли почти целый день наслаждаться обществом друг друга. И в полной мере пользовались этой возможностью, и именно поэтому даже не заметили, как в какой-то момент оказались не одни в палате.

Артем продолжал еще что-то говорить, а Настя все же почувствовала боковым зрением какое-то движение и, повернув голову, наткнулась взглядом на очень красивую женщину, стоящую в дверях. По ее выражению не трудно было догадаться, о чем она думала и насколько обеспокоена. А Настя без всяких подсказок сразу поняла, кто перед ней. Без сомнения, это была мама Артема. Они никогда не встречались, но безусловное сходство между ними не увидеть было сложно.

- Здравствуйте, - произнесла девушка. Но ей не ответили, отчего она сразу почувствовала себя неуютно. Женщина смотрела исключительно на сына, а Настю игнорировала, вроде ее и вовсе не было.

- Мама, здравствуй, - произнес он, в свою очередь, почти обреченно. Хорошо понимая, через что ему придется пройти. Без объяснений конечно теперь не обойтись. Ей богу, лучше бы еще раз подраться. Но в то же время понимал, бабушка не могла поступить по-другому. Как она сама сказала, просто не имела такого права не позвонить матери.

Ольга подошла к кровати и, присев на краешек, положила ладонь ему на грудь.

- Здравствуй, сынок. - Она старалась говорить спокойно, но давалось это с трудом. Ее чувства можно было понять. Увидеть сына в таком состоянии, тяжелое испытание. И он конечно поспешил ее успокоить:

- Мама, все хорошо. Ну, подумаешь, подрался. Ничего страшного. Врачи просто перестраховываются. Да еще бабушка постаралась, всех здесь на уши подняла. Ты же помнишь, какой я иногда с тренировки приходил. И видок у меня еще похуже был. Вот лучше познакомься, это моя девушка, Настя..., - попытался он сменить тему, но так и не договорил, потому как увидел слезы на мамином лице, которые она так и не смогла сдержать. Однако, уже в следующий момент, смогла взять себя в руки и, неожиданно повернув голову и посмотрев на Настю, произнесла достаточно ровным голосом:

- Я бы хотела поговорить со своим сыном наедине. Ты не могла бы нас оставить?

После этих слов и, без сомнения, обвинительного взгляда, девушка конечно поднялась и едва бросив взгляд на Артема, быстро вышла из палаты. Не было сомнений, что она ей не понравилась и подругами с мамой Артема, они вряд ли станут. Было какое то стойкое довольно неприятное ощущение, что все безвозвратно менялось в их жизни. Будто до этого момента они жили в какой то своей реальности, принадлежащей только им одним. Но теперь вдруг столкнулись с настоящей действительностью, и как быть в этом случае, пока не осознавали. Во всяком случае, Настя уж точно не знала, что их ждет.

Оказавшись в коридоре, она даже выдохнуть не успела, когда к ней подошел незнакомый мужчина, довольно представительного, как ей показалось, вида. Пока она гадала, кто бы это мог быть, он сам представился:

- Здравствуй. Меня зовут Игорь Сергеевич. Я отчим Артема.

- Здравствуйте. Настя.

- Присядем? - произнес он, пристально глядя при этом на девушку. Она только и смогла кивнуть, ничего хорошего не ожидая от разговора. Сейчас она особо чувствовала, насколько они с Артемом были из разных миров. Рядом с его родителями она ощущала себя более, чем неуютно. И была стойкая уверенность, что дальше лучше точно не будет.

Они присели на стулья, стоящие возле стены.

- Ты девушка Артема? Я правильно понял?

- Да, - подтвердила она тихо.

- И ты присутствовала на той драке? - не стал мужчина ходить вокруг да около.

Настя кивнула и отвернулась.

- Артем не хочет говорить, кто это сделал, и ты молчишь, но что-то мне подсказывает, что вы оба хорошо знаете нападавших. - В его голосе угадывалась уверенность.

- Нет, я не знаю, - произнесла она с трудом. Ее ответ звучал более, чем не убедительно. Но Таиров не стал настаивать.

- Ну хорошо. Мы еще потом поговорим.

Сомневаться в его словах не приходилось. Это был не тот человек, который бросает слова на ветер. Дальше они говорили исключительно об Артеме, Игоря Сергеевича интересовало только его здоровье. А потом он отправился покурить, а, вернувшись, зашел в палату, и девушка вздохнула свободней. Еще примерно через полчаса они вместе с мамой Артема вышли из палаты.

- До свидания, - довольно тепло, как ей показалось, попрощался Таиров. А женщина, напротив, даже не взглянув на девушку, отправилась к выходу. При их появлении Настя встала было со своего стула, но потом вновь опустилась, глядя им вслед. Тоска сжимала ее сердце. Такого противостояния она точно не выдержит. Но постепенно, все-таки взяв себя в руки, вернулась в палату. Не стоит, чтобы Артем видел ее потерянной. Здоровья ему это точно не прибавит.


Едва очутившись в машине, Ольга сразу же обратилась к Таирову:

- Ты нашел, кто это сделал?

- Нет. У меня было мало времени. В милиции сказали, что Артем не спешит помогать и мне, как ты заметила, он ничего не сказал.

- Но ты бы мог узнать..., - она не знала, как подобрать слова, - по своим каналам что ли, разве не так? - Жена смотрела на него более, чем многозначительно. И было понятно, на что намекает.

- Ты кажется забыла, что я уехал из этого города, как раз для того, чтобы как можно меньше обращаться, как ты говоришь, к своим каналам. Да и не ты ли все время была недовольна моим прошлым и всячески на него намекала?

- Сейчас речь идет о моем сыне, - парировала она без запинки.

Он нехорошо усмехнулся.

- Когда речь идет о личном, все принципы побоку...

Она не ответила. Да и слова в данной ситуации были ни к чему. Наступила пауза, а потом вдруг Ольга снова заговорила:

- Я хочу все знать об этой девушке. Это то хотя бы можешь для меня сделать? - спросила она не без сарказма.

- Это могу, - ответил он ей под стать. - Только вопрос, для чего?

- Просто хочу знать, с кем общается мой сын. Почему то уверена, что драка произошла из за нее.

- Почему ты так решила вдруг?

- Считай это интуицией. Да и до встречи с ней, ничего подобного с моим сыном не происходило.

- Хорошо, я все сделаю, - согласился он.

И на следующий день перед ней лежала полная биография Насти. Всего две страницы. Но больше и не надо. Даже нескольких предложений об ее отце, который отбывал очередной срок в местах не столь отдаленных, Ольге хватило. Да, он давно не жил в семье, но разве это имело значение.

Таиров вообще времени зря не терял. Он довольно быстро узнал, как говорила жена, по своим каналам, кто стоял за этой дракой. Но также и узнал, что у Саитова были большие покровители. Не зря, получив немаленький срок, он после пересмотра дела, уже через год оказался на свободе. Нет, Таиров, конечно, даже уехав из города, еще многое мог в нем. Но при этом понимал, что это означало бы войну. Раньше он бы, даже не задумываясь, в нее ввязался, но теперь у него была семья, и ему было что терять. Сейчас он не хотел рисковать. Не для этого так упорно старался порвать с прошлым. Просто не хотел больше видеть презрения в ее глазах. И он не стеснялся своей осторожности. Именно это он постарался донести до Ольги. Все сейчас зависело исключительно от нее. Одно только ее слово и он не задумываясь ввяжется в драку. Но она согласилась с его доводами и с тем, что лучшим решением будет переехать Артему к ним. О чем собственно Таиров и собирался с ним поговорить, надеясь убедить его в подобной необходимости.


Настя возвращалась домой из больницы. Настроение было очень хорошим. Завтра Артема должны были выписать. Разве что-нибудь могло еще сравниться с такой новостью. Правда за то время, пока он болел, Саитов несколько раз появлялся возле ее дома, но она его быстро отшивала и он, слава богу, не предпринимая более активных действий, уходил ни с чем. И что совсем удивительно, чего она вовсе не ожидала от такого человека, даже извинился перед ней за драку. Вроде как сильно пьяный был, и не соображал, что делал. Так что, надежда, хотя и довольно слабая, что все обойдется, у нее была. Хотя и страх никуда не ушел. И поэтому конечно в последнее время, возвращалась домой все же с опаской.

Однако, на этот раз, когда она подошла к своему дому, настроение вмиг упало. Правда, не из-за Саитова. Возле ее подъезда на лавочке сидела мама Артема. Вот ее то как раз Настя меньше всего ожидала здесь увидеть. Да, что греха таить, наверное, меньше всего хотела бы видеть именно ее почему-то. Встречи в больнице было достаточно. Сердце вмиг будто остановилось. Стало трудно дышать.

Ольга Анатольевна поднялась со скамейки. Холеная, уверенная в себе. Что она против нее.

- Здравствуй Настя. Мы могли бы с тобой поговорить?

- Здравствуйте. Да, конечно. - Голос девушки помимо воли уверенным не был. - Только у меня брат дома.

- Мы можем поговорить в другом месте. - Женщина кивнула на машину, стоящую неподалеку. - Я знаю одно хорошее местечко, где нам точно не помешают. - Настя только кивнула на это. Женщине она очевидно не нравилась и она этого не скрывала. И понятно, что от этого разговора ничего хорошего не ожидала. Более того, была будто даже уверена, о чем пойдет речь и чем разговор закончится. И даже вроде как смирилась с этим. Встать между матерью и сыном она не сможет.

Сев в машину и захлопнув дверцу, Настя с какой-то вселенской тоской посмотрела в окно. Все, что находилось по ту сторону стекла, вдруг вмиг окрасилось в серый цвет. Она словно оказалась отгорожена от всего хорошего, что осталось где-то там, в той жизни. А впереди только пустота. От нехороших предчувствий всегда трудно избавиться. Особенно, когда они подкреплены вескими фактами...


Даже не дождавшись, когда врач принесет документы на выписку, Артем, спешно одевшись, буквально выскочил из больницы. Волнение перехлестывало через край. Он ничего не понимал, что происходит. Когда вчера вечером перед сном попытался дозвониться до Насти, ничего не получилось. Ее телефон был отключен. Тогда он не придал этому особого значения, только подумал, что наверное аппарат вышел из строя, ведь древний совсем. И сколько раз ломался, не счесть. А уже засыпая, решил, что как только заработает, сразу новый купит.

Однако, все оказалось гораздо серьезней. Утром он снова сделал еще одну попытку дозвониться, и ему неожиданно ответили, хотя лучше бы он вовсе не слышал того, что Настя ему сказала. Она попросила его больше не звонить ей и не приходить к ней домой. Были еще какие то слова про то, что им не надо больше встречаться и их отношения это ошибка, но он почти не слушал. Будто не относился серьезно к ее словам. И решил, что с Настей что-то случилось, раз такое говорит. Вроде, как временное помутнение. В конце концов, была в тот момент просто сильно расстроена или он ее ненароком обидел каким-нибудь неосторожным словом или замечанием. Девчонки ведь они такие, на все обижаются... Поэтому, быстро одевшись, поспешил к ней домой.

Сначала дверь открывать никто не спешил, но потом все же после его настойчивых звонков открыли. Нельзя было не удивиться той перемене, которая произошла с ней. Это была одновременна и она, его любимая Настя и, в то же время, не она. Девушка вела себя холодно и отстраненно. Напряженное лицо и какой-то абсолютно потухший, пустой, почти безжизненный, взгляд. Первый раз он у нее такой видел. Но Артем не собирался сдаваться.

- Настя, скажи мне, что произошло? Я тебя обидел? - проговорил он в волнении.

Она усмехнулась, а он даже не догадывался, насколько ей тяжело давался этот спектакль.

- Нет, не обидел. Просто поняла, что не люблю тебя, - произнесла она неожиданно твердо и даже с безразличием в голосе.

- Что ты такое говоришь? - Он и вправду не понимал, что происходит. И ни капли не верил ей. Может это просто сон, причем кошмарный, а он не может проснуться. - Кто тебя надоумил? Ведь сама ты не могла такое выдумать?

Настя тут же вскинулась и проговорила гневно:

- По-твоему я совсем дурочка и не могу иметь собственного мнения? Так то ты ко мне относишься? Только лишний раз убедилась, что не зря решила с тобой расстаться. А теперь убирайся. Не хочу больше с тобой разговаривать. - Она попыталась закрыть дверь, но он не дал ей этого сделать.

- Подожди. Я не это имел в виду, не то хотел сказать. Прости меня. Ты же знаешь, как я люблю тебя.

- А мне плевать, что ты там имел в виду и что ты меня любишь. Убирайся! Надоел хуже горькой редьки, видеть тебя не могу! - прокричала она ему в лицо. А потом произнесла неожиданно твердо и почти по слогам:

- Еще раз повторяю для непонятливых. Я то как раз не люблю тебя. Вообще никогда не любила. Что тебе не понятно? Поначалу думала симпатичный, да еще не бедный. Грех такого упустить. Но потом поняла, что даже ради денег не могу претворяться. Противно. Так что уходи. Все, затянувшийся спектакль окончен. - Последние слова были сказаны тихо и как то совсем устало.

Артем буквально опешил от ее слов. Он стоял будто истукан, словно не понимая, где вообще находится, и даже немного отступил, чем Настя сразу же и воспользовалась, быстро закрыв дверь. На которую он еще долго потом смотрел, вроде как до конца не веря в реальность происходящего. Однако, наконец, очнувшись, стал медленно спускаться с лестницы, с трудом передвигая ногами, а когда вышел на улицу, снова замер. Трудно было смириться с тем, что сейчас произошло, почти невозможно. И вновь подумал, что наверное он просто спит. Такого с ним не могло произойти наяву. Нет, невозможно. Настя его любит. Все, что она сказала, не может быть правдой. Наверное действительно обиделась на что-то. Надо дать ей время остыть. Он придет завтра, и они спокойно поговорят, и все обязательно разъяснится.


Настя буквально сползла по закрытой двери на пол. Рыдания сотрясали ее плечи. Ей, в отличие от Артема, было еще хуже. У него, по крайней мере оставалась, пусть маленькая, но надежда. А у нее и этого не осталось.

- Что же ты наделала? Догони его. Скажи, что пошутила. - Услышала она словно издалека. С трудом подняв голову, наткнулась на внимательный и, что еще хуже, осуждающий взгляд брата. И слезы вдруг вмиг высохли, а на лице снова маска.

- А ты знаешь, Славик, что подслушивать нехорошо? - произнесла она зло. - Валил бы в свою комнату и занимался своими делами, а со своими я как-нибудь сама разберусь. Мне твоих дурацких советов не надо. - Она с трудом поднялась с пола и прошла мимо него, но его слова вновь остановили ее:

- Сама же потом выть будешь, по полу кататься, а исправить уже ничего нельзя будет. Давай, беги за ним, пока еще не поздно.

- Поздно уже, Славик, поздно. - Прозвучало на этот раз совсем беззлобно, и скорее обреченно.

- Ну ты и дурра! Настоящая идиотка! - процедил он сквозь зубы. А она аж опешила от его слов. Никогда брат так с ней еще не разговаривал. И вновь ее лицо будто окаменело. Настя развернулась и, подойдя к нему, опустилась перед ним на колени, положив при этом руки на колеса его коляски. И в глаза ему посмотрела, пристально так и зло.

- Ничего ты не понимаешь, ничего, - произнесла она твердо и даже для убедительности головой несколько раз повернула. - Мы с тобой люди второго сорта. Клеймо на всю жизнь. Папочке нашему спасибо скажи.

Он смотрел на нее почти удивленно.

- Да кто тебе такую чушь внушил? Что за ерунда? - Он и вправду не понимал, что она такое несет.

- Неет, братец. Поверь, это совсем не ерунда. Нашлись добрые люди, объяснили. Про наследственность и прочую хрень. У мальчика большое будущее, а я ему могу биографию подпортить. Не его мы круга. Не его, - повторила уверенно.

- Да чушь, это все собачья, - повторил Слава уверенно. - Кто бы тебе такое не сказал, он идиот. Сама подумай, что ты можешь испортить? Посмотри на себя в зеркало. Умница, красавица. Ты не представляешь, как я горжусь своей сестрой.

Настя после его слов посмотрела на него уже по-доброму и даже смогла усмехнуться сквозь слезы.

- Спасибо тебе братец. Я тебя тоже люблю. Только пора бы нам уже повзрослеть и снять наконец розовые очки... - Она хотела было еще что-то сказать, но неожиданно выдержка изменила ей и она разрыдалась, положив голову ему на колени. И, слава богу, не видела его слез, выступивших у него на глазах. А еще, сжатых в кулак ладоней. Как же тяжело чувствовать себя бессильным, не способным защитить собственную сестру. Больше всего Слава хотел бы оградить ее от всех несчастий, но не мог...

Потом Настя сутки металась по комнате. Славик был прав, по полу каталась и выла. Хорошо мама этого не видела, уехала в очередную командировку, а то бы непременно испугалась или психушку бы вызвала. А, когда пришел вновь Артем, она ему дверь не открыла. Даже полицией пригрозила, если он не перестанет звонить и стучать. Однако, ушел он только через час. То стучал, то на ступеньках в подъезде сидел. Или стоял у закрытой двери и пытался с ней хотя бы так поговорить. Но конечно Настя старалась не слушать его, а только гнала. Всеми силами, стиснув до боли зубы... А к вечеру поняла, что предел достигнут. Все, она больше не выдержит. Сорвется и, действительно, побежит к нему. Только ни к чему хорошему это не приведет. Не могут они быть вместе. За них уже все решили.

Поэтому приведя себя в порядок, решилась на то, что навсегда отвратит от нее Артема. После этого он и думать про нее забудет. И уже без всякой подсказки с чьей-то стороны, навсегда она станет для него вторым сортом. Да что говорить, после такого он ее точно возненавидит и даже в ее сторону не посмотрит. Разве что плюнет. Такого не прощают. Да и сама она себя не простит.

Она и не помнит, как дошла до дома Саитова. Все было словно в бреду. Он как то подвозил ее и дом свой издалека показал, и номер квартиры сказал. Мол, если что, в гости заходи. Для нее тогда его приглашение было какой-то нелепостью, недоразумением. С чего вдруг она добровольно к нему в гости соберется. Но, оказывается, ничего в жизни случайным не бывает. Надо же, пригодился адресочек.

Не сразу, но Настя все же нажала на кнопку звонка. И даже вздрогнула, когда железная громоздкая дверь почти с грохотом отворилась.

- Блин, Серый. Куда ты пропал... - Слова застряли у Саитова в горле. Он стоял весь такой расслабленный в расстегнутой рубашке и с бутылкой пива в руке. Но, как только ее увидел, выражение лица вмиг изменилось. Настя даже нашла в себе силы усмехнуться про себя. Эко его как торкнуло. Вон глаза в пол лица и явно дар речи пропал.

- Ты...? - протянул удивленно, на этом его красноречие закончилось. А Настя поняла, что не вовремя пришла, так как на заднем плане раздавались чьи то веселые голоса. Компания видно не маленькая гуляла.

- Я, - ответила просто. Тимур как то суетливо тиснул бутылку на тумбочку и стал лихорадочно застегивать пуговицы на рубашке.

- Мне наверное лучше в следующий раз зайти, - озвучила она свои мысли. - Ты занят.

- Нет, нет, проходи. - Он отодвинулся в сторону, пропуская ее вперед, и закрыл дверь. А потом стремительно двинулся в комнату. Послышались недовольные голоса, и она поняла, что Саитов бесцеремонно выпроваживает своих гостей. Странно, но неловко она себя не чувствовала. Это не ее проблемы. За последние два дня Настя сильно изменилась, почти кардинально. А еще отчего то была странная уверенность, что ее никто здесь не обидит. Не посмеют. И сама не знала толком, откуда такая уверенность была. Ведь на самом деле, пришла сама к взрослому мужчине, да еще подвыпившему и таких же, как он, гостей полон дом. Но страха не было. Будто какие-то чувства умерли в ней, притупились. А вместо них пришло безразличие. Разве теперь имело значение, что с ней будет.

В прихожую вышли человек пять здоровых мужиков, явно недовольных таким поворотом событий, а увидев ее, стали бесцеремонно и с нехорошей усмешкой разглядывать. Один даже присвистнул.

- Ничего себе девочка. А ты что же, Тимур, даже не поделишься? Раньше ты таким жадным не был.

- За базаром следи, - гневно сверкнул глазами хозяин квартиры, а весельчак тут же заткнулся. Дошло видно, что это совсем не та девочка, с какими они привыкли развлекаться. Когда дверь за последним гостем закрылась, Саитов махнул рукой в сторону гостиной.

- Проходи. Только извини, у меня тут настоящий бедлам.

Она прошла в гостиную, в середине которой действительно красовался стол, заставленный бутылками и всякой снедью. Но сама квартира удивила Настю. Не ожидала она такого увидеть. Как теперь говорят, настоящий евроремонт.

Саитов спохватился и, ухватив скатерть с двух сторон, не церемонясь, вынес ее со всем, что на ней было, на кухню. А вернулся минут через пять с подносом в руках. Поставив на стол чашки с чаем и вазочку с печеньем, пригласил Настю:

- Присаживайся. Извини, не думал, что ты придешь, так что ничего больше нет.

Еще бы... Не думал он... Она и сама еще два дня назад такого даже в страшном сне не могла представить.

- Нет, спасибо, - тут же возразила она. А потом не очень уверенно добавила:

- Если можно, я бы вина выпила.

Он вновь посмотрел на нее с большим изумлением. Сегодня она второй раз смогла его удивить. Немного замешкавшись и смотря при этом на нее почти с подозрением, вытащил все же из бара бутылку с вином и разлил его по бокалам. Настя как то сначала осторожно пригубила, а потом вдруг будто решилась и выпила все. Похоже, Саитову еще долго придется сегодня удивленным ходить. А она подумала, что он пока даже не подозревал, насколько еще ему придется сильно удивиться. К своему бокалу Тимур даже не притронулся. Только снова сходил на кухню и принес какой то закуски, но Настя только головой повернула несколько раз.

- Не надо. - Вряд ли бы ей сейчас кусок в горло полез.

А Саитов просто сидел напротив и смотрел на нее. В его глазах появился интерес, а еще насмешливый прищур. Что же гостья незваная еще для него приготовила, какой сюрприз? Его растерянность от ее прихода быстро прошла. И это был уже прежний Саитов, которого она всегда боялась. Вот и сейчас невольный холодок прошел по ее спине от его пристального взгляда, но отступать Настя явно была не намерена. Второй раз уже ни за что не решится. Духу точно не хватит.

- Может покажешь квартиру? - спросила Настя неожиданно.

- У меня не прибрано, - возразил он. И смотрел на нее с абсолютным непониманием происходящего. Что она творит. Вроде только недавно даже глаза боялась на него поднять. Вздрагивала от каждого легкого прикосновения...

- Да нужен мне твой порядок. Спальня, где у тебя? - произнесла она уже более, чем настойчиво и даже грубовато. Вроде как, ну что за непонятливый. А вино явно давало о себе знать.

Он почти нехотя поднялся и повел ее в спальню.

- Хорошо у тебя. Даже не ожидала, - одобрила она, когда оказалась стоящей возле кровати. Между тем, Тимур поправил покрывало, а валяющиеся в беспорядке вещи, собрал и сунул в шкаф.

Настя будто и не обратила внимание на его суету, а просто уселась на кровать, закинув при этом ногу на ногу.

- А ничего так, мягко.

Саитов стоял, прислонившись спиной к стене, с засунутыми в карман руками. Его взгляд исподлобья добрым совсем не выглядел. Ее игра в раскованную девицу ему совсем не понравилась. И она это прекрасно видела, но ей было плевать. Хватит, была она уже хорошей девочкой и что ей это принесло? Да ничего хорошего...

Настя вдруг посмотрела на него насмешливо.

- Вот уж не думала, что ты такой непонятливый. Уже не знаю, какой еще знак подать. Или не нравлюсь тебе? - спросила она зло. Видно, что его бездействие начало бесить ее. Он ей совсем не помогал. Хотелось, чтобы уже все поскорее закончилось, иначе окончательно сорвется.

- Нравишься, - ответил Саитов невесело. А потом его вдруг как осенило:

- Ты со своим парнем поссорилась и решила таким образом отомстить ему?

Настя вдруг зло вскинулась на него, даже глаза гневно сверкнули. Ее терпение все-таки лопнуло.

- А тебе какое дело, что у меня там с моим парнем? Вот я вся тут, сама пришла, пользуйся, пока разрешают! - почти прокричала она. И тут же вскочив, стала нервно расстегивать пуговицы на блузке. Правда руки при этом дрожали. Да что говорить, ходуном ходили. Но и на этот раз Саитов не сдвинулся с места, хотя зрелище его вряд ли не впечатлило. Заметив это, она в изумлении уставилась на него и про пуговицы забыла.

- Ты что, импотент что ли? - спросила, не думая о последствиях. Даже не предполагая, что такое только ей позволено. Другую давно бы за весь этот спектакль прибил. А она вдруг вдобавок еще и в лицо ему рассмеялась, казалось напрочь утратив чувство самосохранения.

- Вот же везет мне. Один маменькиным сынком оказался, а у другого не стоит. Да что ж такое то? - Даже руки в недоумении в стороны развела. И снова громкий смех. Нервный, раздражительный. Настя наклонилась, почти пополам согнулась, такое веселье на нее напало. И видно было, что сама с этой истерикой не справится уже. Саитов, отлепившись от стены, все-таки подошел к ней. Наверное, ей все же удалось вывести его из состояния равновесия. И встряхнув грубо за руки, заставив при этом посмотреть на него, вдруг ударил ее. Вроде совсем несильно, так слегка задел костяшками пальцев по скуле. Но ей этого хватило, чтобы оказаться лежащей на кровати. Не стоило его злить... Истерика вмиг прекратилась, сменившись рыданиями. Тимур принес стакан воды и, приподняв ее, заставил выпить почти половину. А потом, несмотря на ее сопротивление, прижал к себе, ничего не говоря при этом. Разве что ладонью провел по волосам, спине. Настя, даже не осознавая наверное что делает, вдруг расслабилась и прижалась к нему, словно маленький котенок. Да она и была еще совсем маленькой. Главное для него было и, пожалуй, самое трудное не забывать об этом.

Рыдания становились все тише и тише. А потом и вовсе прекратились. Она задремала, согретая его руками и горячим телом. Он бережно уложил ее на кровать, прикрыв при этом уголком покрывала. Но сразу не вышел, а смотрел какое то время на спящую девушку не отрываясь. Разве мог он еще недавно о таком мечтать. Сама к нему пришла. Но это была только иллюзия. Обстоятельства ее заставили. Отчаяние. Он не знал, что там у них произошло, но очевидно, что ситуация непростая. А возможно и окончательно расстались. Она правильно сказала, какое ему до этого дело. Свой шанс упускать он не собирался. И ее теперь никому не отдаст. Не достоин ее тот сосунок, раз довел до такого состояния, что она, плюнув на все, решила лечь с ним. Видно до грани дошла, до точки. Этот поступок для нее был сродни тому, когда люди с моста прыгают.

И возблагодарил бога, что сдержался сегодня. Хотя и стоило это ему не мало. Да, если по совести, чуть не спятил. И поэтому подальше отошел, и руки, сжатые в кулак, в карманы засунул. Особенно, когда эти треклятые пуговицы стала расстегивать. Думал все, не выдержит, набросится на нее словно голодный зверь. Но однако же смог устоять. Каким-то неимоверным, просто таки титаническим усилием сдержал себя. Смог. Не хотел он воспользоваться ее состоянием. С ней так не хотел. Несмотря на то, что сама пришла, не простила она бы его потом, никогда не простила. Это точно. А так, может и есть у него шанс. Ведь к нему все же пришла, а не к какому-то левому мужику. Про него в такой момент вспомнила. А он потерпит, подождет. Что у него, для своих потребностей девок нет. Да вон, как грязи. Только свистни. А Настю он обязательно добьется. Никуда не денется, поймет рано или поздно, что без него уже никак. Да и он без нее уже тоже не сможет. Такую власть она над ним имела, о которой даже не догадывалась. Когда на свободу вышел и про сосунка узнал, думал убьет. Однако, пришлось только поучить немного. Понимал, иначе она бы его точно возненавидела... А потом и вовсе казалось отступил. Но теперь все, баста. Достаточно в благородство наигрался. Не его это. Хрен он ее кому теперь отдаст. Сосунок этот похоже проштрафился, так ему и надо, сам виноват. Тимуру это только на руку. По большому счету, спасибо должен ему сказать. Да и вообще, бог с ним, пусть живет. А он заботиться будет о ней, на коврике спать возле двери, как пес, но своего добьется. Пусть не полюбит она его никогда, но по крайней мере может поймет, что без него уже не обойтись. Уж он постарается ей это доказать. С этим твердым решением Саитов и вышел из комнаты.


Утром, проснувшись словно от толчка, Настя села на постели. Как то и напрягаться не надо было, чтобы вспомнить, где она находится и что вчера произошло. И сейчас, оглядев спальню досадливым взглядом, думала о том, как необдуманно и глупо поступила. Точно не в себе была. Надо же до такого додуматься. Одной прийти к мужчине вечером, да еще вдобавок в тот момент, когда у него полон дом нетрезвых гостей, таких же, как он сам, здоровяков, да еще с татуировками, и с более, чем неприятными очень говорящими взглядами. При воспоминании о них, даже невольно поежилась. Теперь она хорошо понимала фразу, когда человек действовал в состоянии аффекта. Именно это с ней и произошло. По-другому никак не объяснишь. Вот, что теперь делать? Она очень жалела о том, что натворила. И повернись время вспять, ни за что бы больше не совершила подобного...

Прислушавшись, сначала подумала, что в квартире никого нет, но потом все же поняла, что это не так. По-видимому, из кухни доносились характерные звуки. Закипал чайник, неоднократно включали воду, гремели посудой. А Настю волновал сейчас только один вопрос, как выйти из этой ситуации по возможности без потерь. Ведь Саитов наверняка сделал свои выводы после ее вчерашнего демарша. Точно считает ее, бог знает, кем. А соответственно может решить, что с ней и церемониться необязательно. И, по совести говоря, у него были на это основания. Но что теперь понапрасну себя казнить. Сделанного не вернешь...

Настя подошла к зеркалу и с досадой посмотрела на расстегнутые на груди пуговицы. Вот же идиотка, то же мне соблазнительница нашлась. Быстро приведя себя в порядок и набравшись храбрости, она все же вышла из комнаты. Немного постояв в коридоре, там же кстати на тумбочке оказалась ее сумочка, Настя пока никто не видит, решила уйти, так сказать, по-английски. Но не тут то было. Ключа в замке не оставили. Значит выбора у нее не было. Ничего не поделаешь, пришлось идти на кухню, сдаваться. Остановившись буквально в дверях, она, временно забыв о своих страхах, с интересом наблюдала за тем, как Тимур ловко раскладывает омлет по тарелкам. Такой большой и сильный, можно сказать, гора мускулов и при этом с маленькой лопаточкой в руке. Но еще большее удивление было от того, как он одет. На нем была светлая рубашка и отутюженные брюки, вместо привычных джинсов...

- Привет, - произнес Саитов, не поворачивая головы. Видно все же ее появление не осталось незамеченным.

- Привет, - произнесла Настя смутившись. Интересно, давно он ее увидел и что подумал об ее разглядываниях.

- Садись кушать.

- Нет, спасибо, - повернула она несколько раз головой. - Я совсем не голодная. Мне домой надо. Ты не мог бы открыть дверь?

- Сначала позавтракаешь, а потом я тебя отвезу, - произнес он безапелляционно.

Настя вроде как опешила сначала от такой бесцеремонности, но быстро поняла, что ей ничего не остается, как подчиниться и сесть за стол. Не устраивать же истерики. Похоже, Саитов не собирался считаться с ее мнением и желаниями. Ну а как она хотела после вчерашнего. Если ведешь себя, как маленькая несмышленая девочка, будь готова, что к тебе именно так и будут относиться...

Едва она села, повесив сумку на стул, перед ней тут же оказалась тарелка с аппетитным омлетом и чашка с ароматным кофе. Хозяин дома даже про салфетки не забыл. Да уж, многое в его поведении ее удивляло. Раньше он ей совсем другим представлялся. Тем более, она уже знала, где он провел последний год, да и вообще, кем был Саитов и чем занимался, без труда можно было догадаться. Ну, хотя бы примерно. Явно не в офисе штаны просиживал. Только вот зачем сейчас ему костюм понадобился. Настя многого о нем не знала, да, впрочем, и не стремилась узнать. Скорее бы уже дома оказаться. Однако, завтрак все же решила не игнорировать. Это было бы уже совсем не вежливо. Человек старался, да и как то надо загладить вину. Веселенький вечерок она вчера ему устроила.

Тимур тоже уселся за стол и, казалось, совсем не собирался ей выговаривать за плохое воспитание. Вроде как его ничего не смущало. Он ел, и время от времени, кидал на Настю странные взгляды, значение которых ей трудно было разгадать, но было явно не по себе. А потом, сама от себя не ожидая и не поднимая глаз от тарелки, вдруг произнесла:

- Ты извини меня за вчерашнее. Неудобно получилось. И с твоими гостями, и вообще... - Договорить было трудно. Настя, так и не закончив фразы, вспыхнула до корней волос. Как то все было сложнее, чем можно было предположить. Он взрослый, повидавший очень многое, мужчина, а она маленькая, ничего не видевшая еще в жизни, пигалица. Сидит тут, мямлит чего то.

Но потом, немного правда замешкавшись, она все же добавила:

- Ты был прав. Мы поссорились с Артемом, и сама не знаю, что на меня нашло... - Настя снова осеклась, уже проклиная себя за то, что начала этот разговор. Все было так глупо. Да и упоминать Артема, после той драки точно не стоило...

Совсем небольшая заминка, и Тимур, вроде как не обращая внимания на ее неуверенность, непринужденно ответил:

- Ничего, проехали. - И даже вроде как рукой махнул. Мол, нашла о чем переживать. А она про себя вздохнула с облегчением. Может и вправду обойдется, и он забудет обо всем, что произошло, будто и не было ничего вовсе. И даже не предполагала, насколько наивна в своих надеждах. Такие люди ничего не забывают. Благородным его при всем желании нельзя было назвать...

Когда они закончили с завтраком, неожиданно Саитов поднялся и вышел из кухни, а вернулся уже в пиджаке и с ключами в руках, слегка при этом поигрывая ими.

- Ну что? Пошли? Отвезу тебя, а мне по делам надо.

Настя снова заволновалась. И вправду наверное задерживает его. Это у нее каникулы, а люди работают. Хотя, чем он занимается, толком даже не представляла. Как он однажды ей сказал, помогает решать людям их сложные проблемы...

- Извини, - снова повторила она, соскочив со стула и схватив сумочку. И тут же оказалась прямо перед ним. Почти вплотную, чуть не задела. И, сама не зная, почему, шарахнулась, испугавшись его близости. От неожиданности даже шаг назад сделала и едва стул не снесла при этом. А он, как назло, стоял, словно скала, не шевелясь, и смотрел почти в упор на нее. И в его пристальном, проникающем в душу, взгляде и во всем теле без труда угадывалось невероятное напряжение. Будто он всеми силами удерживал себя от последнего шага. Вот тут, наверное, впервые со вчерашнего вечера, Настя по-настоящему испугалась. Она тоже смотрела на него не отрываясь, и пошевелиться боялась. Словно сделай она хоть одно неосторожное движение, и он набросится на нее.

И это было правдой. Саитов был в шаге от этого. Только руку протяни и обратного пути уже не будет. Не отыграешь. Она даже не догадывалась, в каком невероятном напряжении он находился со вчерашнего вечера, и какие чувства его обуревали. В эту ночь, зная, что она у него дома, тут рядом, за стенкой, почти не спал. Сидел в гостиной и курил, запивая все нехорошие мысли, что касались ее, алкоголем. И к двери спальни несколько раз подходил. Однако, так и не зашел. Даже заглядывать не стал, от греха подальше. Один бог только знает, чего ему это стоило...

Но вот черты лица его постепенно разгладились и Тимура вроде как отпустило.

- Ладно, пошли, - произнес слегка охрипшим голосом и наконец, к ее величайшему облегчению, развернулся и вышел из кухни. А она не мешкая последовала за ним, в который раз проклиная себя за свою глупость.

Выйдя на улицу, они оказались перед шикарной новенькой машиной. БМВ кажется, вроде ей как то Артем говорил. Хотя может и ошибается. Что она в этом понимала. Саитов помог ей сесть, а Настя продолжала почему то упорно размышлять про марку машины. И еще гадала о том, откуда она могла взяться у человека, который только недавно вышел из тюрьмы. Вроде как пряталась за собственными мыслями, стараясь не думать о том, что произошло в кухне. А вернее было бы сказать, о том, чего не произошло. Господи, скорее бы дома оказаться. Но тут же усмехнулась про себя, разве это ее убережет. Сама виновата...

Так они и ехали молча, думая каждый о своем. Саитов явно не стремился к разговору, а ей бы и в голову сейчас не пришло, добровольно первой заговорить с ним. Потом Настя спохватилась и, порывшись в сумочке, достала и включила свой телефон. Как и ожидалось, куча звонков и сообщений от брата и мамы. Черт... Только она собралась нажать на кнопку и позвонить, как телефон внезапно ожил сам. Но к ее величайшему удивлению звонили не родные, а сосед Дима.

- Настя, ты куда пропала?! - почти прокричал он в трубку. А у нее сердце остановилось от предчувствия беды. Такое бывает. Еще ничего не сказали, но ты уже будто точно знаешь, что произошло что то нехорошее. Да и с чего бы сосед звонил ей с утра пораньше.

- Славе плохо стало. Его только что на скорой увезли. - При этих словах она мгновенно побледнела и застыла вся, но почти тут же, с трудом справившись с голосом, произнесла дрожащими губами:

- Где он? В какую больницу его увезли?

- В третью. Я сейчас здесь.

Все это время Саитов внимательно смотрел на нее и очевидно разговор хорошо слышал. Впрочем не удивительно. Дима не сдерживал эмоций. Поэтому Тимур только уточнил:

- В третью?

- Да, - произнесла она едва слышно и, уже ничего не видя перед собой. Слезы застилали ей глаза.

Саитов посмотрел назад, а потом крутанул руль, развернувшись в неположенном месте, так резко, что визг шин больно резанул по нервам. Но Настя не испугалась. Даже толком не думала об этом. У нее сейчас вообще в голове была только одна мысль, что, когда ее брату было плохо, ее рядом не оказалось. В это время она занималась, бог знает чем. Тем, что не имело вообще никакого значения. Боялась совсем не того, чего на самом деле следовало опасаться. И за это казнила себя больше всего...

Когда машина подъехала к больнице, едва выскочив из нее, Настя поспешила к Диме, стоящему возле крыльца. Тревога просто зашкаливала, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди.

- Как он? Что случилось? - Она с трудом сдерживала себя, чтобы снова не разрыдаться.

- Слава сейчас в реанимации, но врачи говорят, что состояние стабильное.

- Но как же ты оказался рядом?

- Меня не было в городе. А сегодня приехал ночным поездом. Смотрю, у вас дверь приоткрыта, ну и зашел конечно, а он уже почти не дышит.

Настя закрыла рот ладошкой, однако всхлип сдержать не сумела. Но потом все же смогла взять себя в руки, слезами тут не поможешь.

- Спасибо тебе, - произнесла едва слышно и головой несколько раз повернула. - Если бы не ты...

- Да не за что. - Она смогла все-таки его смутить. - Ты извини, я домой поеду. Двое суток на ногах.

- Конечно, конечно, - поспешила согласиться девушка. Господи, и так столько хлопот ему доставляют. Ведь не в первый раз уже выручает.

Дима перекинулся парой фраз с Саитовым, с которым был знаком, и, пожав ему на прощание руку, ушел, а она поспешила в больницу. Саитов шел следом. Но их конечно не пустили к Славе. Врач только подтвердил слова Димы о стабильном состоянии и, что брата подключили к аппарату искусственной вентиляции легких.

Расположившись в вестибюле, они приготовились к долгому ожиданию. Саитов отлучился только, чтобы принести им кофе. А Настя вроде как спохватилась.

- Тимур, спасибо тебе, но ты иди. Тебе же на работу наверняка надо. - Все, что было там в квартире, враз стерлось из памяти. Действительно, не имело значения.

- Не заморачивайся, никуда мне не надо, - отмахнулся он. Они оба вроде как ненадолго задумались о чем то, а кофе помог немного прийти в себя. Правда, Настя все также продолжала молиться про себя. Лишь бы только со Славиком все хорошо было. Она мысленно давала себе слово, что больше никогда не оставит его, будет всегда рядом... Но потом Саитов неожиданно нарушил молчание:

- А как это с ним случилось?

Настя понимала, о чем он спрашивает.

- Под машину попал пять лет назад, - ответила она вроде как и спокойно, но за этими словами угадывалось столько затаенной боли. - А теперь вот время от времени приступы случаются. - Она отвернулась, стараясь не показывать слезы, вновь навернувшиеся на глаза.

- И что, ничего нельзя сделать? Я имею в виду, с ногами.

Она нехорошо и почти зло усмехнулась.

- Можно было бы попробовать. Мы с мамой писали в немецкие клиники, там ответили, что делают подобные операции, правда гарантии стопроцентной, конечно никто не даст. Но дело даже не в этом. У нас нет столько денег. А благотворительные фонды пока молчат. Там тоже очередь. Мама продала бабушкину квартиру. Но и эти деньги уже заканчиваются. Все на лекарства уходит, - произнесла она с горечью. Такое отчаяние было в ее словах. Потом они еще что-то долго обсуждали. Саитов явно старался отвлечь ее. А затем вдруг поднялся, сославшись на срочный звонок, но отправился почему то не на улицу, а куда то в сторону регистратуры. Однако долго сосредоточиться на этом Настя не могла, все мысли были только о брате. И именно в это время вдруг позвонил Дмитрий. Вероятно хотел узнать о Славе, хотя она думала, что он давно уже спит. Но оказалось, ошиблась. Поговорить он хотел совсем о другом.

- Настя, я хотел предупредить тебя о Саитове, - неожиданно заявил он.

- Я слушаю.

- Не знаю, что вас связывает, да и не мое это дело. Но только, поверь, это не тот человек, с которым такая девушка как ты, может водить знакомство.

- Спасибо тебе Дима, я поняла. И ты ошибся, у нас с ним ничего не было. Да и разве могу я сейчас думать о чем-нибудь, кроме как о здоровье брата.

Но парень тут же возразил:

- Ты не должна передо мной оправдываться. Это абсолютно не мое дело, - повторил он. - Просто решил предупредить. От таких лучше держаться подальше. Ты же знаешь, наверное, где он провел последний год. И это совсем не случайность и далеко не в первый раз. К сожалению, большего, как ты понимаешь, я сказать не могу. Но, поверь мне на слово, я его видел в разных ситуациях. Это все совсем не для тебя.

- Хорошо, я поняла, - согласилась она, хотя полностью сейчас сосредоточиться на том, что он говорил и о чем предупреждал, было трудно.

- Ну ладно, я все сказал. Отосплюсь и еще заеду в больницу.

- Спасибо тебе.

И он отключился. А Настя вдруг подумала о том, что в общем то всегда догадывалась про Саитова, а Дима только подтвердил ее догадки. Но сейчас она действительно не могла больше ни о чем думать, кроме как о брате. Все остальное не имело значения. Тем более, ей еще предстоял тяжелый разговор с матерью. Ведь она до сих пор ничего не знает и находится в командировке в соседней области. Давно надо было позвонить, но Настя все оттягивала этот момент. Что сказать, какие слова подобрать, чтобы ей не так больно было. Она всегда жалела маму, но сейчас понятно было, что как не скажи, вряд ли мама будет спокойна.


С тех самых пор прошел уже месяц. Каждый день похожий один на другой. Они с мамой вымотаны были, казалось, до предела. Но скорее не физически, а морально. Да, дежурили по очереди в больнице, да, уставали сильно. Однако дело было совсем не в этом. Слава очень медленно шел на поправку, не так, как они рассчитывали и от этого постоянно к горлу подкатывал страх, неконтролируемый, жестокий, словно змея, обвивающая шею. Настя даже самой себе вряд ли бы когда-нибудь призналась, что иногда у нее опускались руки. Хотелось выть в голос. Даже в церковь стала с мамой ходить, хотя раньше посмеивалась над ней из-за этого и не понимала ее. Но сейчас все это уже не казалось ей смешным. Совсем нет. Что называется, а вдруг поможет. Разве она могла пренебрегать хоть малейшим шансом. Да и любой шаг, пусть и неоднозначный, казалось был лучше бездействия. Поэтому, когда однажды мама засобиралась в церковь, рука Насти сама за платком потянулась, и ноги вроде как тоже сами ее повели.

Растерянность и непонимание происходящего были еще и от того, что у брата казалось было все для скорейшего выздоровления. Все самое необходимое и даже больше. Саитов, который всегда был рядом, расстарался. Никаких средств не жалел. Они с мамой поначалу усиленно открещивались от его помощи, потому как понимали, что никогда им с ним не расплатиться, но потом, видя, что Слава так медленно восстанавливается, вынуждены были смириться. У них просто другого выхода не было, как только принять его помощь. А потом и вовсе они во всем этом завязли, вроде как обратного пути уже не было. Да еще к тому же, Тимур поговорил с лечащим врачом и связался с немецкой клиникой. И там брата уже ждали. Только бы скорее ему лучше стало, иначе ни о какой операции и речи не могло идти. А врачи вроде как и сами были растеряны. И, если вначале, их прогнозы были очень даже оптимистичными, то сейчас они ограничивались дежурными фразами. Вроде надейтесь, не падайте духом. Мол все идет своим чередом. Действительно, оставалось только молиться...

А сегодня у Насти был День рождения. Никаких гостей или празднования они даже не планировали, однако мама настояла, чтобы дочь хотя бы сегодня хорошенько отдохнула и не ходила больше в больницу. С утра мол была и достаточно. Тем более, скоро первое сентября. Последний выпускной класс и силы ей еще ой как понадобятся. Единственное, что должен был прийти Саитов, и не принять его было бы просто невежливо. Конечно они обе понимали, почему он рядом и почему помогает, но так ни разу серьезно и не поговорили об этом. У мамы, по-видимому, духу не хватало. Ведь она прекрасно видела отношение Насти к нему. Ни о какой особой симпатии даже речи не шло. Но как теперь быть? Ситуация сложилась зыбкая, непонятная и даже порой, казалась, безвыходной. Они будто связаны по рукам были.

Саитов пришел вовремя, даже чуть раньше. С огромным букетом алых роз и, небольшой коробочкой, в которой оказался телефон, причем последней модели. Настя стояла растерянная и не знала что делать. Это все уже было слишком. У нее было ощущение, что она как та муха, попавшая в паучью сеть, не выбраться.

- Я не могу его взять, - проговорила еле слышно. Было неудобно, но она вроде как собиралась стоять на своем. Его лицо, до этого излучающее почти благодушие, вмиг стало напряженным, а взгляд черных глаз колючим.

- Почему? - спросил он в лоб. А она не удержалась и озвучила хотя бы часть своих мыслей:

- Ты и так нам столько помог. До конца жизни не расплатиться, а еще и это... - На самом деле объяснение выдалось трудным. Вроде как надо было одновременно и отказаться и не обидеть.

- Забудь, все это пустяки, - произнес Тимур уверенно, как отрезал. И настроение его вроде как вернулось. Но Настя, глядя на него, сейчас уже точно понимала, что пустяками это не было. Врать самой себе последнее дело. Она и без Диминой подсказки знала, Саитов не тот человек, который будет делать что-то просто так. Вряд ли когда-нибудь о благотворительности даже задумывался.

- Тем более тебе на самом деле нужен новый телефон. Мало ли какая ситуация может быть, и в больнице и вообще. А до тебя дозвониться нельзя будет или ты не сможешь позвонить. Твой то постоянно глючит, а то и вовсе отключается. К тому же, такое знаменательное событие, как восемнадцатилетие, один раз в жизни случается. Тут простым подарком не обойтись. Надо, чтобы надолго память осталась.

Аргументы конечно были железными. Возразить вроде как и нечего, но Настя попыталась:

- Да я как раз собиралась себе купить, только некогда последнее время. И мне бы попроще что-нибудь. Просто я такая растеряша. Представь, если на самом деле, потеряю. Жалко ведь, такой дорогой.

- Нашла о чем переживать. Потеряешь, новый купим. - Он не раздумывая сунул телефон ей в руки, вроде как и спор на этом закончен. Бери и пользуйся. А ей казалось, что принимая его, теряет очень многое. Только разве Саитову это можно объяснить, да вероятно он того и добивался. Окружил такой заботой и вниманием, что казалось, что уже и не вздохнуть свободно. Настя, на самом деле, почти всегда рядом с ним в напряжении находилась.

Наступила неловкая пауза. Положение спасла мама.

- Ну что же ты доченька, гостя в коридоре держишь. Проходите Тимур, пожалуйста. Я тут стол накрыла. Скромно конечно, но что успела. Посидите спокойно, отпразднуйте. А то последнее время все у нас на бегу. А мне в больницу надо. Вот уже и сумку собрала, - засуетилась она.

Однако Тимур, когда они уже оказались в гостиной, выдвинул Насте встречное предложение:

- А давай в ресторан пойдем? Ну не дома же в такой день сидеть.

- Нет, нет. Мне и надеть то нечего, - тут же возразила Настя. Даже головой завертела.

- Вот еще, нашла о чем думать. Да ты в любом наряде будешь самая красивая, - произнес он безапелляционно. А мама неожиданно его поддержала:

- Конечно идите. Совершеннолетие надо как следует отпраздновать. Что вам тут киснуть дома. Я ведь так и планировала, но кто ж знал, что все получится совсем по-другому. А потом Славик поправится, так все вместе обязательно в ресторан сходим.

Она конечно еще продолжала сомневаться, но Саитов проявил настойчивость.

- Давай, давай. Иди одевайся. Маму слушаться надо. - Он развернул ее и даже слегка подтолкнул в спину. Насте ничего не оставалось делать, как идти одеваться. Зайдя в свою комнату и открыв шкаф, стала выбирать подходящее платье для такого случая. Хотя выбор был совсем невелик. Давно она себе ничего не покупала и не шила. Разве им до того было. Почти следом за ней в комнату зашла мама. Она вроде как тут же стала помогать дочери, суетливо перебирая платья одно за другим, но думала, совершенно очевидно, совсем о другом. А потом вдруг неожиданно так замерла и произнесла каким то потерянным и абсолютно бесцветным голосом:

- Прости меня доченька. - И настроение и тон у нее были совсем другими, чем там, в гостиной. Она говорила, опустив глаза, и выглядела крайне виновато.

- Ничего мама, не казни себя. Все будет хорошо, поверь. - Настя приобняла маму, подбадривая ее. Она уж точно ни в чем не была перед ней виновата. Так обстоятельства сложились. Но мама, прикрыв рот ладошкой, только головой покачала.

- Никогда мне перед тобой не оправдаться, не вымолить прощения.

- Ничего мама, - повторила Настя. - Прорвемся.

Так и простояли несколько минут обнявшись. Однако делать нечего, гость ждет. Дочь первая опомнилась и, взяв первое попавшее платье, стала переодеваться. Ей плевать было, если ему не понравится. Его, как говорится, проблемы. А мама, тяжело вздохнув, отправилась пока занять гостя разговором.

Ресторан он выбрал один из самых дорогих, как ей показалось. Хотя сравнивать Насте не с чем было. Она и была то в ресторане всего один раз, когда тетя в гости приезжала. И то, тот больше столовую напоминал. А здесь все сверкало и искрилось. И оркестр джаз играл. Настя конечно чувствовала себя неловко в своем простом синем платье. Да еще администратор, когда они только вошли, поприветствовав ее друга с большим уважением, видно он тут постоянный клиент был, на нее посмотрел очень странно. Почти удивленно. Вроде как ее спутника он привык видеть совсем в другом обществе. Но казалось, что сам Саитов не замечал, насколько она отличалась от других женщин в этом зале, разодетых в пух и прах. Его вроде как все устраивало. Вон, даже улыбался и шутил, и вообще, вполне таким довольным выглядел. А еще буквально пожирал Настю глазами, отчего она сильно смущалась и хотелось уйти. Но в общем то вечер прошел вполне нормально. И даже под конец удалось немного расслабиться. Возможно вино ей в этом помогло.

Возвращались домой, когда времени было часов десять. Саитов предложил еще по набережной погулять, но она отказалась, сославшись на усталость. Выйдя из машины, они неспешно подходили к подъезду, когда дорогу им внезапно преградил, поднявшийся со скамейки Артем. Не надо было даже присматриваться, чтобы понять, что он был пьян. Настя таким его никогда еще не видела. Он стоял перед ними, слегка пошатываясь, и смотрел только на нее. Вроде как и не считал Саитова соперником. Казалось, он собирался бороться исключительно с ее страхами и сомнениями, хотя, по большому счету, так толком ничего о них и не знал. Разве что догадывался...

- Привет, - произнес, обращаясь к ней, полностью игнорируя Саитова. А тот пока молчал, видно решив сначала оценить обстановку. Ну что ж, верная тактика. Тем более, хорошо понимал, он сейчас в более выгодном положении, чем его соперник. Так что, можно и снисходительность проявить.

- С Днем рождения, тебя. - С этими словами Артем протянул ей букет цветов и коробку. - Это телефон, - пояснил он.

- Не надо, - ответила Настя. Столько тоски в ее отказе было, столько грусти и такой пронзительности. Как же давно она его не видела. Но почти тут же отвернулась. Выдержать его взгляд было просто невозможно. Он проникал в душу и выворачивал ее наизнанку.

- У нее уже есть телефон, - вмешался Саитов, причем вполне так миролюбиво и можно даже сказать осторожно, видно заметил, что девушке и так несладко. Вон, даже слезы навернулись на глаза. Конечно хотелось совсем другого. Вмазал бы этому сопляку с большим удовольствием. Ведь уже не было вроде его, так нет, опять откуда-то появился. Но сдержаться придется. Настя пусть и медленно, но видно, что постепенно привыкает к нему. Нельзя снова спугнуть.

Артем его вновь проигнорировал.

- Настя, я сам на него заработал, - произнес он так, будто призывал ее к чему то, убеждал. Взглядом, словами. Пытался обратить именно на себя внимание. Хотел, чтобы она вспомнила, что это именно он перед ней, а никто другой. Тот, с кем ей было так хорошо. Им обоим было когда-то хорошо. И никто не посмел бы этого отрицать. Всего один вопрос читался в его глазах: 'Что же ты делаешь?'. 'Неужели вот так просто все забыла?'.

Но она упорно молчала и просто стояла, глядя куда-то в сторону. Тогда он развернулся и положил цветы и коробку на скамейку. А потом снова посмотрел на Настю. И сейчас его взгляд был более осмысленный.

- Настя..., - протянул он. - Ну как же так... Черт, - произнес он в досаде. И головой повернул несколько раз. - Ты кажется совсем не понимаешь, совсем.

Подняв ладонь, с нажимом провел несколько раз по лицу, словно отгоняя остатки похмелья или стирая слезы. А потом заговорил уже практически совсем трезво:

- Думаешь, все это так просто? Ляжешь с ним и меня тут же забудешь? - Небольшая пауза и тяжелый вздох. - Неет..., - протянул уверенно. - Не получится. Поверь, пробовал я уже таким способом забыться. Но все это только физиология и ничего больше. Переспали и имени не помнишь. А вот выть потом хочется, сильно хочется. И головой о стенку биться. Тоже, кстати пробовал. Ни фига не помогает.

Небольшая пауза, вроде как с мыслями собирался. А потом заговорил, убежденно так, будто уверен был на сто процентов в каждом слове, которое произносил.

- А хочешь, я тебе скажу, что дальше будет? Ну месяц, два от силы даю вам. И возненавидишь ты его и себя так, что мама не горюй. Свету белому не рада будешь. Взвоешь потом, а поздно будет. Назад не отыграешь. У него же хватка, как у того бульдога. Вцепится и не отпустит уже. И глаза вон смотри, мертвые. Только не понимает, что тоже ничего не выгадает. Он не тебя получит, а только оболочку...

Тут уже Саитов похоже не выдержал. Положил ему руку на плечо и настойчиво так посоветовал:

- Шел бы ты домой, проспаться тебе надо. - И угроза в голосе присутствовала.

Артем вроде как непонимающе посмотрел на него.

- Проспаться...? Ты мне предлагаешь проспаться? - И тут же двинулся на Саитова, который похоже не ожидал от него такой прыти и поэтому удар пропустил. Сильный такой удар, от души. Но на ногах устоял. И в свою очередь, сжав кулаки, сделал шаг навстречу Артему. А глаза бешенные. Ясно было, что не пощадит. Вывел его этот щенок из себя.

- Неет! - Настя встала между ними, но смотрела на Саитова. - Если ты его тронешь, я с крыши прыгну или вены себе перережу, - произнесла она уверенно, так, что вряд ли кому придет охота в ее словах сомневаться или проверить. А слезы, уже совсем не сдерживаясь, текли по лицу, на котором было такое отчаянное выражение, будто терять ей нечего. И Саитова вроде отпустило. Он немного расслабился и назад отступил, видно, чтобы соблазна не было. Правда взгляд огнем полыхал. А Настя к Артему развернулась и в его глаза посмотрела.

- Уходи, - решительно заявила она. И голос твердый, какой только возможно. - Никогда больше ко мне не подходи. Вообще забудь дорогу к моему дому. Понял?!

Парень стоял, уперев руки в бок, и смотрел на нее исподлобья и почти с презрением.

- Понял, - ответил вроде как не торопясь. А еще вдруг усмехнулся и заговорил, сплюнув:

- Что ж тут не понять. Все правильно. Телефончик то поди подороже подарил, так что явно выбор не в мою пользу.

Снова небольшая пауза. Но потом все же нарушил молчание:

- Не бойся. Больше я к тебе точно не подойду. Будь уверена. Нет у меня столько бабла, чтобы перекупить тебя у него...

Он не договорил. Его щеку будто обожгло. Но не от силы ее удара, а от того, что наконец просто почувствовал ее руку, ее тепло. Настя стояла и смотрела на него с таким негодованием, до конца наверное не веря, что он это вообще сказал. Его слова резали по живому. У нее все сжалось внутри. Так больно было, особенно от него это услышать. Саитов вроде как снова не выдержал и двинулся на Артема, но Настя схватила его за руку. А Артем вроде как поспешил успокоить его:

- Ты меня всегда в зале можешь найти. Еще пару недель здесь буду, а потом уеду. Не буду вам глаза мозолить. - С этими словами он развернулся и пошел, уже не оглядываясь. А Настя все смотрела и смотрела на его удаляющуюся спину и, казалось не верила в реальность происходящего. Как уедет? не может быть. Так хоть вероятность была его хотя бы случайно увидеть, а теперь и этой возможности не будет. Все, это конец. Теперь уже по-настоящему. Как он сказал, назад не отыграешь.

- Пойдем? - услышала она словно издалека, возвращаясь от своих совсем невеселых мыслей в реальность. Не сразу, но все же послушалась, уже ощущая, как ее трясет всю. А когда к двери подошла, вдруг к Тимуру обратилась:

- Ты прости меня, но я сейчас хочу одна остаться.

Он конечно согласился, хотя и видно, что скрепя сердцем.

- Хорошо, без проблем.

А еще видно, что именно в этот день на другое рассчитывал. Не зря ведь столько этого дня ждал. Но ей явно не до чего было. Особенно сегодня. Да и вообще, сможет ли она когда-нибудь позволить ему приблизиться к ней, подпустит ли к себе...

- И вот еще что... Насчет крыши я не шутила. Тронешь его и меня больше не увидишь.

Саитов ничего не ответил, только смотрел на нее так, что она поняла, очень он хотел Артема тронуть и ее слова прозвучали своевременно.

- Хорошо, я понял, - буквально выдавил он из себя.

Настя зашла в квартиру и почти сразу закрыла за собой дверь. С нее в этот вечер было достаточно. Но из прихожей не ушла, а так и стояла в темноте, прислонившись к стене. И почему то именно сейчас в голове вновь всплыла встреча с мамой Артема. И ее четко выверенные фразы, бьющие точно в цель. 'Подумай, если именно в тот момент, когда он всего добьется, о твоем отце узнает его окружение'. 'К нему начнут относиться с подозрением'. 'Ты хочешь, чтобы он стал изгоем?'. 'Пойми, ты не его круга'. 'Если по-настоящему любишь, прошу тебя, отпусти его'. Как же ей хотелось все это стереть из памяти, раз и навсегда.

Она бы наверное еще долго так стояла, но возле нее внезапно оказалась мама.

- Что с тобой? - Спросила с тревогой. И за руки взяла. - Что случилось?

Настя на это только нехорошо усмехнулась.

- Не беспокойся, мама. Все, что могло, уже с нами случилось.

Видя состояние дочери, Нина Алексеевна обняла ее и повела в гостиную.

- Давай, садись за стол. Ведь мы с тобой так и не выпили за твой День рождения, - произнесла она ласково и разлила шампанское по бокалам. Как же тяжело было видеть дочь в таком состоянии. Но Настя все же постаралась собраться и взяла в руки бокал.

- За тебя доченька. Будь счастлива.

- Спасибо, мама.

Они выпили, но к еде не притронулись. Время было позднее и сил уже ни на что не было. А потом мама спохватилась.

- А давай чаю попьем, у меня же торт есть.

Дочь только на это кивнула. Мама вернулась из кухни и они действительно принялись пить чай с тортом.

- Ты знаешь, мам, мне кажется, Тимур неплохой человек, - неожиданно и как то задумчиво заявила Настя.

Мать пристально посмотрела на нее, гадая, почему она это произнесла.

- Ну, в общем да. Конечно, он нам сильно помог..., - ответила она, в свою очередь, достаточно осторожно и старательно подбирая слова.

- Да, сильно помог, - согласилась дочь задумчиво и смотрела куда то при этом в сторону, будто размышляя о чем то своем. - И знаешь, я уверена, он никогда не будет попрекать меня моим происхождением.

Нина Алексеевна явно растерялась от такого заявления, но возражать даже в голову не пришло, только произнесла как то очень настойчиво:

- Тебе жить доченька. Только об одном прошу, не принимай поспешных решений. Иногда они могут дорого стоить. Поверь мне.


Но потом все эти переживания отступили на второй план. Слава к их огромной радости наконец поправился. Еще до конца не веря в происходящее, они собирали документы для отъезда в Германию. Действительно, Настя пока так еще и не пришла в себя после того, как врач наконец сказал, что они могут ехать. Это казалось сказкой, чем-то нереальным. Они прибывали словно во сне. Настя правда оставалась дома, мама настояла. Ей надо было учиться и закончить школу. А Нина Алексеевна собиралась уехать со Славой на два месяца. На такой срок ее с работы отпустили. Ну а потом, когда маме надо будет вернуться, Настя обязательно сменит ее. А в школе непременно наверстает. Это все мелочи. Никто из них ни на секунду не сомневался, что все будет хорошо и все не напрасно. Трудности совсем не пугали.

Жизнь закрутила, завертела. Вздохнуть некогда было. На самом деле, бумаг пришлось множество собрать, да еще загранпаспорта с визами оформить. И минуты свободной не оставалось. Когда возвращались вечером домой, ни рук ни ног не чувствовали. Тем более, Настя продолжала мыть подъезды вместо мамы. Правда, Тимур об этом ничего не знал, иначе вряд ли бы одобрил. Но в остальном, конечно помощь Саитова была очень кстати. Да что говорить, в данной ситуации они были обязаны ему всем. Не помоги он, и ничего не случилось бы. Ни о какой операции в ближайшее время даже мечтать нельзя было. И мама и дочь хорошо это понимали, хотя так ни разу и не поговорили больше о взаимоотношениях Насти и Саитова. Какой смысл? Зачем лишний раз причинять боль друг другу. Правда была на поверхности, к чему ворошить то, на что невозможно повлиять или изменить. У них оставался один шанс и упустить его никак нельзя было. Гордость для них в данный момент оказалась непозволительной роскошью.

Потом все же им удалось получить помощь и от благотворительного фонда, но это также заслуга Саитова. И Настя была ему очень за все благодарна, а если точнее, безмерно. А мама чуть ли не молилась на него. Разве может что-нибудь сравниться с пусть даже только лишь надеждой на возможность брата снова ходить. Точно ничего. А Саитов подарил им эту возможность. И они ее обязательно используют, все силы приложат.

А Тимур был всегда рядом, готовый в любой момент прийти на помощь, переоценить которую трудно, почти невозможно. И вел при этом себя так, будто между ними все уже давно ясно и все решено. Вопрос, как говорится, времени. Разве что в их квартире не поселился, хотя вел себя там почти по-хозяйски. Даже продукты привозил. И наверное был прав, а как иначе... Правда дальше поцелуев в их отношениях ничего не сдвинулось, но Настя хорошо понимала, что так долго продолжаться не могло. Он взрослый человек и конечно, поцелуев ему было явно недостаточно. Пугало ли ее это? Да, конечно, без всякого сомнения.

Она чувствовала себя рядом с ним совсем маленькой, несмышленой девушкой. Да так и было. Тем более, привыкнуть к Саитову она так и не смогла до конца, хотя и не вздрагивала как раньше, когда он ее обнимал и целовал. Но, в то же время, Настя была ко всему готова. Даже ее наивности бы не хватило, чтобы представить, что носится с ними Саитов за простое спасибо. Вообще, удивительно, почему он так долго себя сдерживал. Настя вряд ли бы посмела отказать. В данной сложившейся ситуации, она вроде как вообще казалось была готова на все и уже давно смирилась с неизбежным. Или просто сама же и внушила себе подобные мысли. И совсем не из-за страха, хотя и он в их отношениях присутствовал. Все же Саитов был ее намного старше. Да и выглядел он далеко не простым парнем из соседнего двора. И костюмы, появившиеся у него в последнее время, не спасали ситуацию. Про то, где он провел предыдущий год, хорошо знала. Да и не только этот год. Сидел то он не в первый раз. Да еще почти ежедневные тренировки в зале. Накаченный, здоровый мужчина, с колючим взглядом исподлобья. Кого это не напугает. К тому же так и не понятно было, чем он занимается. Вроде как даже своя охранная фирма у него имелась, но до конца все же не верилось, что он только этим именно и занимается, потому как разговоры по телефону шли совсем о другом. Вероятно, охранная фирма была только прикрытием. Но расспрашивать Насте бы и в голову не пришло. Да и вряд ли он ответит. Саитов вообще мало о себе рассказывал.

Ей только и оставалось удивляться, насколько разносторонний у него круг знакомств. Он мог с утра встретиться с каким-нибудь чиновником из мэрии, а вечером уже пить пиво в компании совсем уж подозрительных личностей, которые кстати о костюмах имели самое отдаленное представление. Но разве это ее дело? Душу дьяволу она, похоже, продала без всяких вопросов. И если бы отмотать назад, Настя бы не задумываясь поступила точно также, какая бы правда про Саитова ей не открылась. Понимала ли она в каком положении может в конце концов оказаться и кем, в конечном итоге, стать для него? Конечно понимала. Дурой не была. Но только это ничего не меняло. Маховик закрутился и ничего уже нельзя было сделать. Счет, который Саитов был вправе ей предъявить, был слишком высок. И вправду, им за всю жизнь не расплатиться. А значит и правила в данный момент только он был вправе диктовать. И он это делал. А Настя просто была ему благодарна, что делал это, можно сказать, мягко, хотя если бы решил действовать более жестко, никто бы его не остановил...

Умники считают, что выбор у человека всегда есть. Возможно и так. Только она видно к ним не относилась, потому как выхода другого совсем не видела, кроме как продолжать плыть по течению. От нее в общем то уже ничего не зависело.


Они возвращались из аэропорта. Настя чувствовала какое-то опустошение и невероятную усталость. Да, это было только начало и им еще немало трудностей предстояло преодолеть, и вроде как расслабляться совсем не стоило. Но она понимала, что из-за всех этих переживаний и сборов, достигла по-видимому своего предела. Казалось, сейчас не было никаких желаний и мыслей тоже. Только бы до кровати добраться, и спать. Больше ничего. Да что говорить, она уже в машине почти спала. И Тимур хорошо видел ее состояние, поэтому осторожно вел машину и не донимал разговорами. А у нее невольно, сквозь дрему, мелькнула мысль, какой же он чуткий и даже вроде как что-то похожее на нежность к нему в душе промелькнула. А возможно просто благодарность зашкаливала. Кто бы сделал для них больше, никто.

И когда уже доехали до дома и зашли в квартиру, Настя вдруг неожиданно развернулась к нему и посмотрела смело в его глаза, явно решившись на что-то.

- Останешься? - спросила как о чем-то обыденным. Хотя это впечатление было обманчивым, и один бог только знал, сколько сил ей для этого простого вопроса понадобилось. И его ее кажущееся спокойствие похоже не обмануло. Тимур смотрел на Настю очень понимающим взглядом и с грустной насмешкой. А потом обнял и поцеловал. Нежно так, и почти тут же отпустил.

- Отдыхай.

А она конечно уговаривать даже не думала. И едва заметно вздохнула с облегчением.

- Ты не забыла про мой день рождения? - вдруг сменил он тему. Настя конечно забыла, но не призналась в этом.

- Нет, что ты. Он у тебя послезавтра, - улыбнулась весело. Ей и вправду было хорошо. Стыдно было признаться, но она почти откровенно радовалась, что Тимур не останется у нее сегодня. И казалось думать ни о чем другом больше не могла, как только о новой отсрочке. Оказывается, все гораздо сложнее, чем она себе представляла.

- Значит, готовься. Завтра поедем платье купим, а то знаешь, какие у нас женщины? Все косточки тебе перемоют, если что не так.

Она с готовностью кивнула.

- Поедем. - Сейчас вроде как на все была согласна.

И он, поцеловав ее на прощание, ушел.


Компания на День рождения собралась немаленькая. Настя ни с кем до сих пор так и не успела познакомиться из его окружения, да и не до этого было. Народ явно был настроен на веселье и хорошенько оторваться, да и для чего бы понадобилось откупать весь этот шикарный ресторан. Все веселились на полную катушку. И Тимур очевидно чувствовал себя абсолютно свободно, в отличие от Насти. Это был, что называется, его круг общения. Скованность, которая у нее была вначале вечера, так и не проходила. Особенно от того, как ее все разглядывали. Казалось, для всех собравшихся она была какой-то диковинкой. Слишком молодая и слишком скромная. И в тоже время, некоторые девицы, причем даже те, кто пришел со своим кавалером, смотрели на нее явно с завистью. Вероятно для многих из них, Саитов был завидным женихом. Но, слава богу, сказать какую-нибудь гадость, никто не посмел.

Потом начались танцы. Веселье достигло своего апогея. И к Насте подошел молодой человек, чтобы пригласить ее, но Тимур не разрешил, и парню пришлось ретироваться ни с чем. Саитов вообще сегодня вел себя как собственник. Никуда Настю от себя не отпускал и в тоже время, позволил себе расслабиться гораздо больше, чем обычно. Она никогда не видела, чтобы он столько пил и соответственно быстро пьянел. Таким он ей совсем не нравился. Постоянно обнимал, лез целоваться у всех на виду, словно всячески демонстрируя свое исключительное право на нее. Настя была в постоянном напряжении. Ей было жутко неловко.

Но, слава богу, все когда-нибудь заканчивается. И этот вечер закончился. Вернее, некоторые еще остались гулять в ресторане, а они с Тимуром отправились домой. Правда за рулем на этот раз сидел водитель. И приехали они не к Насте, а к нему домой. Трудно было не обратить внимания, что он даже формально не спросил ее согласия. Все происходило, как само собой разумеющееся. Ну вот и настал этот момент. Она конечно поняла, что основным подарком для него сегодня была именно она, а не многочисленные дорогие презенты от друзей. И уже когда он помог ей выйти из машины, вдруг подумала, что будет для него словно вишенка на торте, про которую сегодня все вещала одна из подвыпивших девиц на празднике. И только подтвердилась в своих мыслях, когда слегка повернув голову, посмотрела на Саитова. Он выглядел крайне довольным и сдерживаться на этот раз явно не входило в его планы. Настя как то обреченно вздохнула. А что она хотела, не могла же эта отсрочка продолжаться бесконечно. Глупо было даже надеяться...


Войдя в прихожую, Настя почувствовала еще большее беспокойство. До этого их все время окружали люди, какие-то звуки. Музыка, смех и громкие разговоры в ресторане. Потом они ехали на машине и, не смотря на позднее время, также не были на дороге в одиночестве. Других любителей ночной езды хватало. Да и водитель спасал ситуацию. Но теперь... теперь они оказались абсолютно одни. Закрытая дверь будто отделяла, отгораживала их от всего остального мира. И все посторонние звуки, помогающие хоть как то отвлечься от того, что должно было произойти, исчезли. Тишина давила и даже пугала, рождая в душе еще большие волны страха, какого-то совсем неприятного волнения. Нет, не предвкушения, а такого, от которого хочется поскорее избавиться. А щелчок замка, раздавшийся у нее за спиной, заставил вздрогнуть и одновременно понять. Все, обратной дороги уже нет.

Тимур подошел к ней и помог снять пальто.

- Замерзла? - спросил заботливо и взял ее ладони в свои.

- Нет, не успела, - ответила Настя тихо. В то время как на самом деле вдруг захотелось со всей силы крикнуть, отпусти меня! Сейчас она и вправду чувствовала себя маленькой девочкой, решившей поиграть во взрослые игры, но неожиданно будто прозрела и поняла, что нет, это не для нее. Она очевидно переоценила свои силы и еще не готова. А возможно, и вовсе никогда не будет готова.

Но кого это волновало. Ловушка захлопнулась. Обхватив за плечи, он провел ее в гостиную. А потом, пройдя к бару, разлил по бокалам вино. Хотя Настя заметила, что весь вечер до этого он пил водку. Странно, что сознание выхватывало именно эти детали. Словно пряталось от реальности происходящего. От волнения она даже не заметила, как выпила почти половину бокала. Тимур же едва пригубил из своего и поставил его на стол. И тут же решительно сделал шаг к Насте. А она невольно отступила. Слишком сильна была его энергетика, которая была сосредоточена в его горящем взгляде, направленном на нее и полном желания, которое не могло не испугать. Ее пальцы кажется прилипли к бокалу, потому что ему почти с трудом удалось вызволить его.

- Все-таки замерзла? - спросил Тимур, глядя на нее все также пристально. Хотя вряд ли до конца понимал, что с ней происходит, Наверняка списав ее робость на обычное волнение. Но возможно ее чувства и вовсе не волновали его, ведь он о них вообще никогда не спрашивал, да и о своих не говорил.

Ответить она не успела, потому что оказалась в его крепких объятиях, а ее губы накрыл его рот. Сразу напористо, по хозяйски, показывая, что сегодня уже все будет по-взрослому. Сдерживаться больше не входило в его планы. И в его движениях было совсем мало нежности. Алкоголь диктовал свои условия, спускал все тормоза, давал широким жестом на все отмашку. Да и его нетерпение можно было вполне оправдать, он столько до этого держал себя в руках. Игры действительно закончились. А Настя и не заметила, как успела привыкнуть жить в иллюзии, что все конечно случится, но не сейчас, когда-нибудь потом. И вот, это потом похоже настало...

Его руки, уже не стесняясь, исследовали ее тело, не пропуская ни одного сантиметра. Ласкали грудь, спину и ниже. Ладони все больше впечатывали ее в себя и Настя чувствовала его возбуждение. Пальцы нащупали застежку на молнии, одно движение и вот уже платье у ее ног, а она, заливаясь ярким румянцем, стоит перед ним в одном белье, и он откровенно любуется ею. И тут же, не выдержав, подхватил словно пушинку, понес в спальню, и, сдернув покрывало, положил на постель.

Настя конечно не сопротивлялась, хотя желание такое было, только наблюдала за его действиями из-за полуопущенных ресниц. Как раздевал уже до конца, снимая с нее очевидно так мешающие ему остатки одежды, как целовал, все также напористо и бескомпромиссно, абсолютно не интересуясь ее мнением. То поднимаясь к ее таким манящим и волнующим, сладким губам, то опускаясь все ниже, и заставляя Настю помимо воли краснеть от его откровенных ласк и стыдливо сводить ноги. Но разве это могло его остановить. Одно движение и вот она снова раскрыта перед ним и беззащитна, а его пальцы хозяйничают где-то там внутри. Настя пытается расслабиться, но у нее ничего не получается. Кажется, напротив, напряжение только нарастает и отвлечься вовсе не удается. Сквозь пелену сознания, как бы она от них не отгораживалась, все же прорываются не прошенные злые мысли. Не те руки, не те губы, не его...

Саитов ненадолго оставил ее, чтобы скинуть свою одежду. И не только. Он прошел к тумбочке и достал, как она догадалась, презерватив. А она невольно прошлась по нему взглядом. Его вид пугал ее. Нет, конечно, она уже не была невинной девушкой и хорошо все понимала. Но он был слишком взрослый, слишком опытный для нее и очень большим, особенно там. Как же ей было не бояться. И, когда он накрыл ее тело своим, а потом поласкав совсем немного грудь, вдруг неожиданно резко вошел в нее, Настя только укрепилась в своих страхах. Сильная боль буквально пронзила ее, она даже дернулась, будто пытаясь вырваться, но он конечно удержал ее. Оказалось она была так и не подготовлена к произошедшему. А ведь это у нее далеко не в первый раз, но такое ощущение, что было гораздо больнее, чем тогда. Такого Настя явно не ожидала. А Саитова это похоже совсем не волновало, а возможно просто терпения не хватило. Да и выпил достаточно, утратив способность анализировать. Проявлять внимание и заботу в таком состоянии явно было проблематично. Сейчас превалировали только собственные желания и своя потребность. Он начал двигаться сразу сильно, напористо, напрочь забыв об осторожности и поцелуях. Настя отвернулась, закрыв глаза и всеми силами стараясь не показывать слезы, выступившие на глазах. И только одна мысль билась в голове, только бы поскорее все закончилось. Однако Саитов явно знал в этом толк и долго еще, как ей казалось, мучил ее, не кончая, растягивая удовольствие, снова и снова, погружаясь в ее худенькое тело. И она даже не догадывалась, насколько ценным лакомством была для него...

А потом он, удостоив ее напоследок легким почти равнодушным поцелуем и, отодвинувшись, быстро уснул, вызвав этим у нее невероятный вздох облегчения. Настя же, напротив, еще долго лежала, глотая слезы и глядя куда-то в потолок. Все оказалось гораздо хуже, чем она могла даже предположить. Настя будто добровольно сама себе подписала приговор. Теперь она могла в этом признаться. Только понимала, что поздно. Разве может это знание принести хоть каплю облегчения.

Она тяжело вздохнула, вытерла слезы и отправилась в душ. Ей казалось, что за какой-то час стала намного взрослее. Вот теперь детство, похоже, окончательно закончилось. Наступила взрослая жизнь. Когда 'надо' перевешивает все возможные 'хочу'. Не слишком ли рано в ее случае. Конечно рано. Но что делать, так сложилось...

Завернувшись в халат, который ей был велик, Настя решила похозяйничать на кухне. Вскипятила воду и налила себе чай. А потом, устроилась с чашкой в кресле в гостиной возле самого окна, так и не включив свет. Уличного фонаря было достаточно. Внизу живота саднило, но больше это причиняло не физическую, а душевную боль. Неужели так будет всегда? От последнего слова веяло безнадежностью и на глазах снова навернулись слезы. Она совсем этого не хотела, но помимо воли в голове всплыли слова Артема, как он там сказал, даю вам месяц, от силы два. Нет, он был тогда слишком щедр... Вздохнув, Настя попыталась больше не думать о нем, ни к чему хорошему это не приведет. Только сердце лишний раз надрывать.

Внимательно приглядевшись в ночную темноту, увидела, как за окном, плавно кружась, падают крупные хлопья снега. Вот и зима пришла, только отчего-то рано в этом году...

Проснулась от того, что кто-то гладил ее грудь. Оказывается, это Тимур проснулся раньше нее и стоял позади кресла, а его руки хозяйничали у нее в вырезе халата.

- Ну ты чего соскочила в такую рань? - упрекнул он, продолжая ничуть не смущаясь свои движения. И вроде как даже не подозревая, что такое пробуждение ее, мягко говоря, смущало. А еще, к ее радости не догадывался, что в этом кресле она провела всю ночь. - Пойдем ка в постельку. Я рассчитывал еще поваляться. - Обойдя кресло, он легко подхватил ее на руки, а она запаниковала, усиленно ища выход. Нет, сегодня она точно этой пытки больше не выдержит.

- Тимур, прошу тебя. - Настя буквально уперлась ладонями ему в грудь. - Ты забыл, мне же в школу надо, - быстро нашлась она.

- Но ты же опоздала уже, - возразил он.

- Опоздала, но на третий урок успею. Если конечно ты меня отвезешь.

Он смотрел на нее скептически, явно перспектива везти ее в школу Тимура не радовала. У него были совсем другие планы. Его бы воля, сутки бы из постели не выпускал.

- Да ты пойми, у меня сегодня очень важная контрольная, - произнесла она почти с отчаянием, которое ей, учитывая нынешнее состояние, нетрудно было изобразить. И он, нехотя, послушался.

- Ну, хорошо. Раз уж тебе так приспичило, - проговорил недовольно и нехотя опустил ее на пол. Настиного энтузиазма по поводу учебы Тимур явно не разделял. Она же, едва почувствовав свободу, бросилась за платьем, которое лежало тут же, на диване. А потом вдруг обернулась и почти с мольбой посмотрела на Саитова, а он только насмешливо усмехнулся на это.

- Ладно, выхожу. - Ее стыдливость забавляла его, но он все-таки действительно вышел, а Настя быстро оделась.

И только у себя дома, куда он ее привез, чтобы переодеться и взять сумку с учебниками, почувствовала себя свободней. Но при этом невольно подумала, неужели это теперь и будет ее целью, любой ценой избежать близости с ним. И даже не догадывалась, насколько эти прогнозы были не далеки от истины. Вранье и ложь станут постоянными ее спутниками.


В это трудно было поверить, почти невозможно. Казалось, сделай она только лишь один единственный шаг и такая долгожданная, желанная картинка вмиг растворится и рассеется словно мираж. Именно поэтому Настя стояла, как вкопанная возле самой двери, боясь даже пошевелиться. Но в тоже время, до неё, хотя и довольно медленно, все же постепенно доходило, Слава действительно стоит. И ей это не приснилось, как бывало в последнее время и глаза её не обманывают. Да, он упирался руками в подлокотники кресла и ему очевидно было жутко тяжело и казалось, что вот-вот сейчас упадёт. Даже капельки пота на лбу выступили. Но разве все это важно. Главное, он стоит...

Настя никогда не верила в чудеса, но на этот раз отрицать, что сказки в жизни случаются, она бы вряд ли посмела. Точно случаются... Слава тоже долго смотрел на неё не отрываясь, стараясь при этом изо всех сил. И даже улыбался. Но потом все же видно остатки сил окончательно покинули его и он сел в кресло, почти рухнул в него. Ясно было, что отдал все до капельки, чтобы сестра увидела, что все было не напрасно, все их невероятные усилия. И он их не подвел. Тоже сделал все возможное и даже больше.

Настя наконец отмерла и бросилась к брату.

- Пусти, ну пусти, - отбивался он от её крепких объятий, как мог. Все же характер остался прежним и сантиментов Слава не любил. А вернее, пытался скрыть, как обычно, истинные чувства за маской этакой наносной грубоватости.- Задушишь же, - почти взмолился он. И Настя все таки отпустила брата, хотя и успела зацеловать его.

- Ну вот, обслюнявила всего, - проворчал недовольно, но глаза бессовестно выдавали его. Слава был очень рад видеть сестру и явно ощущал гордость за свои успехи. И вполне по праву. Операция это только полдела, главное, насколько потом пациент способен преодолеть себя и усиленно заниматься. Слава смог. Как говорили врачи, не часто встретишь такое упорство, которое в конечном итоге было вознаграждено.

Настя, хотя и послушалась брата, отпустив его, только все равно осталась рядом, опустившись возле него на колени. А он вытер слезы на её щеках.

- Рева, какая же ты рева, - проговорил при этом ворчливо, но в каждом слове так и прорывалась нежность. А сестра просто смотрела на него и не могла наглядеться.

- Славик, как же я соскучилась, - протянула совсем жалостливо. Они и вправду не могли чувствовать себя хорошо, когда долго не видели друг друга, словно близнецы.

Настя подмечала каждую черточку на лице брата, любое малейшее изменение. Глаза впали, да и сам он сильно похудел. И взгляд изменился, правда с первого раза и не заметишь, в нём появилась надежда. А Настя радовалась, что смогла подарить её брату.

Они потом долго ещё разговаривали. Столько всего накопилось за то время, пока не виделись. А если и удавалось пообщаться, то в основном говорили об операции, лечении. Зато теперь наболтались вволю. И планы строили грандиозные, как в горы поедут, и на море обязательно. Они имели на это право.

Правда про Саитова она все же не могла отвечать откровенно. А врать брату, духу не хватало, вот и приходилось ограничиваться общими фразами, что все хорошо у них. А он не настаивал, будто чувствовал, что правда не принесёт им облегчения. А может просто вмешиваться в её дела не хотел, да и Саитова он плохо ещё знал, чтобы судить и делать выводы.

Да она и сама всей правды про эти отношения не знала. Ясно было только одно, случись все пройти заново, не задумываясь бы согласилась...

Зашедшая в палату медсестра, напомнила им о времени. Действительно, брату пора было отдыхать. Настя, хотя и явно нехотя, все же, попрощавшись с ним, вышла в коридор. Мама с Саитовым, стоявшие недалеко, о чем то тихо разговаривали. С некоторых пор, Нина Алексеевна практически во всем советовалась с ним, полностью полагалась на его мнение. А с дочерью, по этой же причине, они, напротив, будто отдалялись друг от друга. Конечно, это не могло не огорчать, но Настя похоже давно уже смирилась с тем, что в жизни у неё все идёт не так, как хотелось бы.

- Ну что, устала? - Тимур первым заметив её, тут же подойдя и приобняв, поцеловал.

Она согласно кивнула. А потом вдруг, подняв руку, чуть притянула его голову и сама поцеловала. Осторожно провела ладонью по волосам, словно пробуя их на ощупь. И в глаза его открыто посмотрела. Пожалуй, впервые со времени их знакомства.

- Спасибо тебе Тимур, за все спасибо, - повернула она несколько раз головой. - Если бы не ты, ничего бы этого не было. - Настя в данный момент была как никогда искренна.

- Да, брось. Пустяки. Нашла о чем думать. - Но по тому, как он смотрел на неё, было понятно, что её ласка без внимания не осталась. Он словно давно ждал этого от неё. Подобные эмоции без труда читались в его глазах.

- А знаете, такое дело надо отметить. Поехали ка все в ресторан, - быстренько сменил Тимур тему.

Но мама отрицательно повернула несколько раз головой.

- Нет, нет, вы поезжайте, а я дождусь, когда Славик проснётся. - Возможно и вправду боялась оставить сына одного, а возможно не хотела им мешать.

Они ехали по вечернему Мюнхену и почти не разговаривали. Насте пока трудно было переварить то, что увидела своими глазами. Но, нет, это, к счастью была правда. Невольные слёзы снова выступили на глаза. Оказывается, от счастья люди тоже могут так много плакать. Тимур не мешал ей быть наедине со своими мыслями, видно понимал её состояние.

А она думала о прошедшем годе. Действительно, каком то почти сумасшедшем. Все переплелось, смешалось. Поездки мамы в Германию, операция, потом реабилитация, которая, по сути, только началась. Настины выпускные экзамены. И конечно переживания за своё поступление в Университет, хотя это и не стояло на первом месте. Но волнение без сомнения присутствовало. Тем более, отнесла документы в тот же ВУз, где учился Артём. Хотя, наверняка, он, как и обещал, уже давно уехал из города. Во всяком ,случае, когда Настя мыла полы в их доме, никогда не видела его. Стыдно признаться, но она, пока никто не видит, даже под его дверью подолгу стояла, как воришка, прислушиваясь, что происходит в квартире. Но там была тишина, разве что телевизор иногда работал. Вероятно бабушка жила сейчас одна.

Настя тяжело вздохнула, отходя от своих мыслей. А потом даже вздрогнула, когда машина остановилась и Саитов негромко произнёс:

- Приехали.

За столиком, где они расположились, было очень уютно. Горела настольная лампа, играла тихая музыка и обстановка была романтичной. Настя позволила себе немного расслабиться и выпить вина, больше, чем обычно. Но иначе слёзы вряд ли смогла бы остановить. Они что то сегодня совсем не считались с хозяйкой и глаза, все время были на мокром месте. А Саитов как мог отвлекал её. А потом вдруг, почти под конец ужина, неожиданно достал из кармана пиджака бархатную коробочку и, раскрыв её, положил перед Настей на стол. Замешкался он только на несколько секунд, а затем не без некоторого смущения, совсем ему не присущего, произнёс:

- Не знаю, как там правильно говорят, ну в общем, прошу стать моей женой.

Настя буквально опешила от его слов. Она сидела и смотрела то на него, то на кольцо, лежащее перед ней и сверкающее огромным бриллиантом, и никак не могла отойти от шока. Вроде как давно было ясно, к чему дело идёт, но сейчас Настя оказалась абсолютно к этому не готова. Да, на самом деле, можно ли было вообще к этому заранее подготовиться. Наступила довольно внушительная пауза, которая вроде как и не собиралась заканчиваться. Настя действительно не знала, что ответить, и в подтверждение этого, повернув несколько раз головой, честно призналась:

- Я не знаю, что сказать... - И взгляд смущенно опустила, успев заметить, как пристально он на нее смотрит. В его глазах без труда читалось ожидание.

- Ну скажи хоть что-нибудь. - Интонация, с которой Саитов говорил, не скрывала раздражения. Тимур явно рассчитывал на другую реакцию на свое предложение. Настя тут же почувствовала себя виноватой.

- Просто, все так неожиданно, - буквально промямлила она, ненавидя себя за это. Вот же размазня. Впрочем, рядом с ним она почти всегда чувствовала себя неуверенно. А потом вроде как нашлась:

- Не думаю, что тебе нужна такая жена. Ты же знаешь, кто мой отец и где он сейчас. - Настя нехорошо усмехнулась. - Как сказал мне один человек, дурная наследственность.

От этих неприятных воспоминаний слезы помимо воли блеснули в глазах, но она быстро взяла себя в руки и продолжила:

- Сколько себя помню, он всегда сидел. Да, они уже давно с мамой развелись, но, когда он все же выходит после очередной отсидки, все время приезжает. Правда, даже подарки привозит и деньги предлагает. Но мама ничего у него не берет. Просто выгоняет.

А потом вдруг Настя прямо посмотрела в глаза Тимура.

- Я его ненавижу, - призналась она. Однако почти тут же пожалела о своем признании. Никогда ничего подобного никому не говорила, а тут отчего-то вырвалось.

Саитов нехорошо усмехнулся.

- Ты тоже все хорошо про меня понимаешь и также знаешь, что меня этим не испугать. - Оба знали, о чем он говорит. И где он провел предыдущий год.

Правда по большому счету Настя как раз мало что про него понимала, но промолчала. Вряд ли, даже если спросит, он честно ответит. В общем, ее попытка отпугнуть его своим признанием, оказалась слишком слабой.

- Можно я подумаю? - спросила она словно школьница у строгого учителя на экзамене. Другого просто в голову ничего не пришло.

- Подумай. - Ответ прозвучал явно недовольно. А возможно ей просто показалось. Окончание вечера получилось скомканным и уже совсем не романтичным.

Когда они приехали в отель, шел первый час. Настя чувствовала себя полностью разбитой. Слишком много впечатлений для одного дня. Они поднялись на свой этаж и зашли в номер. С трудом пересилив себя, она приняла душ и, едва прикоснувшись к подушке, уснула. Сегодня ей перед Тимуром и притворяться не надо было, что она спит.

На следующий день они сидели с мамой в небольшом кафе недалеко от больницы и обсуждали последние новости от врача. Обе, казалось, боялись открыто радоваться хорошим прогнозам, чтобы ненароком не сглазить.

- Ты что-то сегодня сама не своя? - беспокойно спросила мама, пытаясь поймать взгляд дочки. Но та упорно отводила глаза. - Ничего не случилось? - Конечно от мамы не укрылась маетное состояние дочери. Та и вправду, места себе не находила. Промучившись еще пару минут, она все же потом честно призналась:

- Тимур сделал мне предложение.

Пришла очередь матери отвернуться.

- Ты же догадывалась, что так будет? - произнесла она с грустью в голосе. Радоваться новости дочери ей бы даже в голову не пришло. Она, как раз все понимала, что происходит и про Саитова о многом догадывалась. Сама прошедшая через многое со своим мужем, не хотела подобного для дочери. Но также очевидно, что вряд ли могла уже на что либо повлиять.

- Догадывалась, - отозвалась Настя словно эхо. А потом вдруг решила быть откровенной:

- Только отчего-то меня это все равно не радует. - В конце концов, было уже невозможно все держать в себе. Хотя она и понимала, что мама ей ничем не может помочь.

- Хочешь, я поговорю с Тимуром? - внезапно предложила Нина Алексеевна, причем с большим энтузиазмом. - Мне кажется, он умный человек и должен все понять. - Ее голос звучал как никогда убежденно. Только вот непонятно было, кого она все же уговаривала, себя или дочь.

Настя усмехнулась и отвернулась.

- Помнишь, ты как то сказала, что самый страшный человеческий порок, это неблагодарность. Не думаю, что с тех пор ты изменила свое мнение.

- Но это совсем другое. Это же твоя жизнь... - попыталась возразить мама, но Настя прервала ее:

- Нет, мама, это все тоже. - Она уже жалела, что поддалась искушению переложить на родные плечи часть своих проблем. Зря только расстроила маму. У нее итак забот хватало.

- Прости мама. - Настя как можно беззаботней улыбнулась и положила свою ладонь на руку матери. - Это просто минутная слабость. Наверное у всех подобное случается. Я приму предложение Тимура.

Нина Алексеевна как то враз сникла и будто на глазах постарела. Чувство вины наверное навсегда поселилось в ее глазах.

- И все же подумай, доченька. Мне кажется, я бы могла найти правильные слова и поговорить с Тимуром, хотя бы для того, чтобы вы не торопились, а еще раз могли подумать и все взвесить.

- Нет, не надо. - На этот раз голос Насти был более, чем категоричен. Хватит жалеть себя. Слишком часто она делала это в последнее время. За этот год Настя достаточно повзрослела и поняла что к чему в этой жизни. И что ничего в ней не делается просто так. С какой стати Саитов бы просто так помогал им. Все вполне логично. Конечно, любить своего мужа она вряд ли будет, но то, что уже почти привыкла к нему, это правда. А что касается постели... Это для нее было самым сложным. Ну ничего, перетерпит. Хотя в глубине души, понимала, что вряд ли каждый раз пересиливать себя будет для нее так уж просто. Да и последний год показал, что к этому привыкнуть гораздо сложнее. Почти невозможно...

Мама только тяжело вздохнула на ее ответ, но говорить больше ничего не стала. Потому как вряд ли решится вмешаться без разрешения дочери.


Был последний день их пребывания в Мюнхене. Вечером они с Тимуром уезжали. Мама оставалась еще на месяц. А Настю ждала учеба в Университете. Утром они конечно побывали у Славика и попрощались с ним. Настя едва не разрыдалась, но все же сдержала себя, понимая, что иначе сделает брату только хуже. Ведь даже врачи говорили, что для скорейшего восстановления ему нужны сейчас только положительные эмоции. Да она и сама это хорошо понимала. Поэтому постаралась по возможности постоянно улыбаться, да так рьяно, что даже брат не выдержал и посмеялся над ней. Мол с радостью на лице сестренка явно перебарщивает. Но, в общем-то, прощание хоть и вышло скомканным, но все же без надрыва.

Потом был шопинг по настоянию Саитова. Однако Настя к его неудовольствию купила себе всего несколько обновок, и то, без особого энтузиазма. Она всегда скромно одевалась и того, что у нее имелось, было достаточно... Закусив в небольшом ресторане, вернулись в отель. Ведь надо было еще собрать вещи. Настя все эти дни готовилась к разговору, собиралась с духом, чтобы сообщить Тимуру о своем решении, но каждый раз в последний момент трусила. Но сейчас вдруг решилась. Не смотря на то, что он не торопил ее с ответом, не хотелось оставлять это до их возвращения домой. Лучше уже избавиться от тяжкого груза прямо сейчас, зачем тянуть с неизбежным. Тем более, исход очевиден. Выбора по большому счету у нее не было. Во всяком случае, сама так считала. И слова про благодарность, которые говорила маме, были не просто так. Вряд ли бы кто-нибудь сделал для их семьи больше, чем Тимур... Но конечно Настя понимала, что вряд ли после озвучивания своего решения ей станет особо легче. Она была уверена только в одном, так будет правильно...

Не очень решительно и с явной долей неуверенности зашла в спальню и остановилась возле двери. Саитов стоял у окна и разговаривал с кем-то по телефону, наверняка по делам, а она невольно наблюдала за ним. Нет, Настя явно врала себе. Не сможет она привыкнуть к нему. К его грубоватой манере общения, к резким движениям, и чуть насмешливому, пронизывающему взгляду, казалось, знающем всю твою подноготную. Да и сам он, такой большой сильный, даже пиджак не скрывал перекатывающиеся под ним мышцы. Ведь и в постели он был не особо нежен. Иногда, хотя конечно и не специально, Тимур не рассчитывал свои силы, и у Насти порой появлялись синяки от его хватки. Он конечно жутко расстраивался из-за этого и извинялся. А потом вообще неделю, а то и больше, ее не касался. Но страсть и желание обладать ею рано или поздно пересиливали, и все повторялось. А еще его манера общения. Очевидно, что он редко прислушивался к чужому мнению, хотя, справедливости ради стоит сказать, что с Настей старался держать себя в руках и сдерживал командный тон. Но кто знает, что будет, когда она согласится стать его женой. Такие невеселые мысли кружились у нее в голове. Разве можно ко всему этому привыкнуть. Настя была уверена, что всегда невольно будет его опасаться...

Тимур отвернулся от окна, и наконец увидел ее. И тут же попрощался со своим собеседником. Он как обычно последнее время испытывающее посмотрел на нее. И на этот раз Настя его не разочарует.

- Ты что-то хотела? - спросил почти ласково, правда не особо у него это получалось.

- Да, поговорить. - Голос, как и ожидалось, был крайне неуверенным. Да и вряд ли могло быть по-другому. Чтобы отрезать все пути к отступлению и снова в последний момент не передумать, Настя подошла к Саитову и, положив ладони ему на плечи, чуть потянувшись, поцеловала его.

- Я хотела сказать, что согласна, - произнесла она просто и даже с легкой улыбкой, вроде как о чем-то обыденном. А еще таким тоном, будто по-другому и не могло быть. Но конечно, это впечатление было обманчивым. Решение далось нелегко. И Тимуру не надо было уточнять, о чем она говорит, потому как тут же оказалась в кольце его рук и почувствовала его настойчивые губы у себя на губах. А еще горящий взгляд, направленный на нее и не позволяющий даже сомневаться, какое впечатление произвело ее согласие на него. Она даже вроде как и не ожидала такой бурной реакции. И такой железной хватки... Ну что ж, сама напросилась. Но в какой то момент не выдержала и уперлась руками ему в грудь. Иначе, он бы ее точно раздавил.

- Прости, - прохрипел он, поняв свою оплошность. - Вечно со мной так. - Но Настя сейчас и не думала обижаться, понимая его эмоции. Она отодвинулась только совсем немного и с улыбкой посмотрела в его глаза.

- Ничего. Все хорошо.

Он тоже долго смотрел в ее глаза, а потом неожиданно подхватил Настю и положил на кровать. Его поцелуи не оставляли и капли сомнений в его намерениях. Она было воспротивилась.

- Тимур, нам же собираться надо, а то на самолет не успеем.

Он оторвался только на секунду.

- Ничего, успеем. - А дальше продолжил исследовать ее тело, попутно нетерпеливо избавляя ее и себя от одежды. И Насте ничего не оставалось, как сдастся, понимая, что Саитов всегда будет руководствоваться только своими желаниями.

И вроде день был неплохой, и настроение в общем то хорошим. Тимур на этот раз особенно старался расслабить ее, но ему это не удалось. Поэтому Насте только и оставалось потом как обычно смотреть в потолок, отсчитывая бесконечное течение времени и ждать, когда же все закончится... Пока Тимура все устраивало, но кто знает, что он предъявит потом. Ведь Настя понимала, что все должно быть не так. Во всяком случае, с Артемом у них все было по-другому. Она никогда так внутренне не зажималась и не напрягалась от его ласк. Напротив, всегда стремилась к нему. Но лучше было об этом не вспоминать. Особенно теперь, когда сама же решилась на эту определенность в отношениях с Тимуром. Это был ее выбор. Ну... почти ее.


Настя слонялась без дела по новой огромной квартире. Зайдя в кухню, поздоровалась с домработницей, которая готовила обед, и отправилась в свою комнату, что-то типа кабинета. Маленькая, но до невозможности уютная. Здесь был ее рабочий стол, где она занималась. Да вообще, будь ее воля, она бы из нее вовсе не выходила. Тем более, по дому Тимур ничего не разрешал ей делать. Отчего Настя чувствовала себя здесь не хозяйкой, а гостьей. Но спорить с мужем не решалась. Да и, откровенно говоря, сама она редко первая затевала с ним разговор. Единственное, в чем муж ей предлагал поучаствовать, это в выборе мебели, но она все отнекивалась. Ее все устраивало. А попросту, было безразлично.

С улицы послышались голоса и Настя невольно подошла к окну. На площадке детского сада, который располагался неподалеку, резвились дети. Тимур был недоволен этим соседством и шумом. Вроде как при покупке квартиры не обратил на этот факт внимания. Но заверил, что скоро, максимум через год они все равно переедут в другой город, где он уже развернул свой бизнес, и конечно купят другую квартиру. А Насте, напротив, нравилось наблюдать за малышами. Правда своих заводить пока не планировала. Невольная грусть набежала на лицо. Ведь она обманывала Тимура. Он как раз хотел детей. А она втайне от него принимала таблетки, хотя конечно и представить боялась, что будет, если он узнает. Тем более, муж уже намекал, что может быть ей пройти обследование в клинике. Ведь женаты они уже целый год.

Встряхнув головой, Настя постаралась выкинуть из головы нехорошие мысли. В конце концов, авось как-нибудь все образуется. А ей надо сдать сессию, остался последний экзамен. Ну а потом будет проводить все свободное время с братом. Господи, это же такие невероятные новые ощущения, когда они вместе выходят на улицу. Вот так просто, без коляски. Она до сих пор не верила, что это не сон. Слава рядом с ней, правда передвигался он с костылем и достаточно медленно, но главное, на своих ногах. Каждый раз они проходили на несколько метров больше, и Слава безумно гордился этими маленькими победами.

Улыбнувшись, Настя уже с другим настроением, подошла к столу и взяла конспекты, но тут зазвонил телефон. Сама не зная отчего, она вдруг невольно вздрогнула. Звук показался громче, чем обычно и резанул по нервам. Будто предчувствие прошлось по позвоночнику. На экране высветился незнакомый номер. Может быть просто ошиблись. Не сразу, но все же ответила. И замерла, а сердце будто и вовсе остановилось. Она услышала голос Артема.

- Здравствуй, - произнес он ласково, а ей выть захотелось. И ответить не смогла, горло сдавило спазмом, не справиться.

Только в голове будто пульсировало, господи, зачем он звонил. Почему именно сейчас. Ведь она только-только начала смиряться. А он этим звонком взбудоражил ее, превратил успокоенные нервы в хлам. Непрошеные крупные слезы потекли по лицу. Настя с тоской смотрела на кольцо на ее руке. Поздно, слишком поздно. Да и был ли у них вообще шанс... Но и отключить телефон, она не посмела. Просто молча слушала Артема и периодически вытирала слезы, которые бесконечным потоком текли по лицу. А еще закрывала рот ладонью. Казалось, еще немного и отчаянный всхлип уже невозможно будет сдержать.

- Родная моя, любимая. Ты можешь не отвечать, только выслушай. Прошу тебя.

Столько мольбы было в его голосе, да она и сама бы не смогла отключиться.

- Прости меня. Я был тогда не прав. Напился до чертиков, да еще тебя рядом с Саитовым увидел, вот и взъелся. Думал, получится без тебя. Действительно, в другой город уехал. Из универа перевелся. Только все зря...

Он тоже замолчал ненадолго, только было слышно его дыхание, а потом продолжил:

- Не могу я без тебя. Никто мне больше не нужен. Медленно схожу с ума... - Его шепот проникал ей в душу. Она молилась про себя, чтобы он остановился, и в тоже время, ни за что бы сама не попросила его об этом. Оттого, что хорошо понимала, что возможно последний раз слышит его голос.

- Ведь я знаю, ты меня тоже любишь. Уверен в этом. Только не пойму, почему так все вышло. Что тогда произошло...?

Настя уже почти не выдержала, и собиралась было ответить, но тут дверь скрипнула и она резко развернулась, перед ней стоял Саитов. Невольно рука дрогнула, и телефон упал на мягкий ворс ковра. Тимур медленно наклонился и поднял телефон, из которого доносилась мольба Артема.

Муж какое-то время смотрел ей пристально в глаза, и столько всего в его взгляде было намешано. Насте хотелось закрыть глаза, но она не посмела. А еще, было желание оправдаться, но понимала, что будет только хуже. А потом он протянул руку и отдал ей телефон. Она тут же нажала отбой, хотя и понимала, что поздно. Голос Артема муж наверняка слышал, да и разобрать, о чем он говорил, тоже мог. А ее слезы, которые не успели высохнуть, говорили о многом. Она была уверена, что Тимур начнет выговаривать ей за этот звонок, но он молчал. А потом и вовсе, развернулся и, так и не сказав и слова, вышел из комнаты. Настя тут же опустилась на пол, ноги не держали ее. Может быть, слова Артема так на нее повлияли, а может мужа испугалась. А скорее и то и другое вместе. А еще удивилась, что промолчал. Ей казалось, за подобное Тимур и убить может, хотя в жизни ее пальцем не трогал, но мысль у нее почему-то такая возникла. Потому как хорошо знала, Артема Саитов ненавидел. И конечно, никаких игр за своей спиной не потерпит...

Через некоторое время в дверь постучали. Она догадалась, что это была Вера Петровна. И не ошиблась. В комнату вошла домработница и сообщила, что обед готов. Настя поблагодарила женщину и отпустила домой, сказав, что сама накроет на стол. А когда осталась одна, сама себе усмехнулась. Ей сейчас совсем не до еды было. Но, тем не менее, отправилась сообщить мужу про обед, не хотелось еще больше его раздражать, и нашла Тимура в кабинете.

Он сидел за столом и будто о чем-то размышлял. И вроде как не обратил внимания на ее появление. Настя остановилась возле самой двери, не решаясь подойти ближе. Слишком уж мрачно Саитов выглядел.

- Тимур, обед готов, - произнесла как можно спокойней, хотя в душе спокойствия совсем не было.

Он повернул голову и так странно посмотрел на нее, словно принял для себя какое-то очень важное решение. А потом заговорил, а она буквально опешила от его слов.

- Ты можешь быть свободна. Я тебя отпускаю. Совсем.

Она стояла, как истукан и ничего не понимала. О чем он говорит...? Куда он ее отпускает...? Но уточнить не посмела.

Саитов нехорошо усмехнулся, наверняка над ее бестолковостью.

- Говорю тебе, ты мне ничего не должна, - произнес он почти по слогам и достаточно резко. Так, будто разговаривал с умственно отсталой. И до нее наконец дошло, о чем он говорит. Но с места не сдвинулась. Только голову опустила.

- Тимур, я не знаю, почему он позвонил..., - попыталась она все же оправдаться, но правильных слов подобрать не смогла.

А Саитов вдруг поднялся и подошел к ней. Обхватив голову одной рукой за затылок, заставил посмотреть на себя.

- Разве в этом дело, кто кому звонил? - произнес он все с той же насмешкой, а потом отпустил ее. И, отвернувшись, отошел на несколько шагов, засунув при этом руки в карманы брюк.

- Я ведь знаю, почему ты со мной была. И ты это отлично знаешь. Но, хорошего, как говорится, понемногу. Все, хватит, наелся семейной жизни. Повторяю, можешь идти, - резко кинул он ей через плечо. Будто даже злился, что она мешкает, а не бежит вещи собирать. Ведь он то сейчас хорошо понимал, что для Насти их семья, это клетка. Долго надеялся, что она хотя бы просто привыкнет к нему, но все напрасно. Каждый раз, когда в постель ложился, пусть и с законной женой, и все права на нее имел, но будто насилие совершал. Да что лукавить, так оно и было.

А потом сам не выдержал и, сдернув пиджак со спинки кресла, буквально бросился мимо нее вон из кабинета. И почти тут же Настя услышала, как входная дверь хлопнула. Вроде и радоваться должна была, что так все обернулось и враз все закончилось, но радости отчего-то не испытывала. Возможно, от того, что все произошло слишком неожиданно, а возможно, была другая причина.


Уже больше двух суток Тимур не появлялся дома. Сначала вроде Настя и вправду начала собирать вещи, но надолго ее не хватило. Отчего-то тревожность не покидала ее. Да и по большому счету, того, что действительно принадлежало ей, было не много. Но дело даже не в этом. Она просто не могла вот так уйти. Внутри что-то мешало. Хотя, казалось, чего проще переступить порог квартиры и навсегда закрыть за собой двери. Тем более, было оправдание. Ведь не сама же ушла, а можно сказать попросили сделать это. Так что совесть может, как говорится, спать спокойно. Ее вины вроде как и вовсе нет. Но... Она все равно чувствовала себя виноватой... И где-то в глубине души была еще причина, почему Настя мешкала и почти растерялась. Но сформулировать для себя внятно эту причину, она бы точно сейчас не смогла, потому как сама еще мало что понимала.

Так и слонялась по дому, не находя себе места. Пыталась готовиться к экзамену, но у нее это плохо получалось. Мысли невольно возвращались к Тимуру. К их недолгой совместной жизни. Почему у них ничего не получилось? Но ответа не находилось. Слишком молода она была и неопытна, чтобы правильно проанализировать. Конечно, можно было списать все на разницу в возрасте, но дело, очевидно, было не только в этом...

Саитов ведь на самом деле старался. Пусть и был немного грубоват и любил самолично принимать решения, не спрашивая ее мнения. Впрочем, она его, это самое свое мнение, особо и не озвучивала никогда. Но, надо признать, муж всегда все делал для нее, пусть и в своей манере. Заботился о ней, беспокоился о ее самочувствии, спрашивал, как дела в Университете. Внимательно выслушивал, о чем бы она не рассказывала, хотя подобное и редко случалось. А сколько подарков дарил ей, бесконечное количество вещей. Да, не особо она их носила, но Тимур то очевидно делал это от чистого сердца. Только она похоже не ценила этого. Выходит, Настя сама во всем виновата. Ее не устраивала их совместная жизнь, но при этом, она, по большому счету, не прилагала ни малейших усилий, чтобы хоть что-то изменить в их отношениях. Даже если и была чем то недовольна, просто закрывалась в себе, предпочитала отмалчиваться, а не обсуждать проблемы. Вроде как муж сам должен был догадаться, что ее не устраивало и исправиться. И даже не подумала, что Саитов совсем не тот человек, который о чем-то долго бы размышлял, сомневался. Он сам был всегда прямолинеен и вероятно ждал от нее того же. Но, очевидно, напрасно. Настя предпочитала играть в молчанку и в этакую Снежную Королеву, которая не дай бог снизошла бы до каких-либо маломальских объяснений.

От подобных открытий Настя горько усмехнулась. Да уж, не очень-то приятно обнаруживать в себе подобные качества. И даже в последней попытке себя оправдать, попыталась хотя бы мысленно предъявить хоть какие-то претензии Тимуру, но у нее ничего не получилось. Хотя нет, почему же. Запрещал по дому прибираться, ездить в Университет на общественном транспорте. Следил, чтобы зимой тепло одевалась... Не любил, когда она на вечеринках с однокурсниками задерживалась. Забирал ее оттуда, словно маленькую в одиннадцать часов. И ничуть не скрывал, что ревнует, когда она с кем-нибудь танцевала. Один раз даже чуть драку не устроил. Вернее, драка бы вряд ли получилась. Тимур бы попросту убил неудачливого ухажера, если бы Настя не встала вовремя между ними. Ну да, одногруппник позволил себе лишнего, приобнял ее чуть больше, чем позволительно во время танца и даже поцеловать ее пытался, чему конечно она воспротивилась. И оба не заметили, что оказывается Тимур наблюдал за этой сценой. Понятное дело, она ему не понравилась. Да одногруппник просто перепил немного. Зачем же сразу убивать. Но все, слава богу, закончилось хорошо. Настя ждала выговора и, что запретит потом вообще из дома выходить, но ничего подобного не случилось. Молча домой отвез и на этом инцидент закончился.

А еще, как же она могла забыть про главное, что ее не устраивало, конечно же это постель. Ведь вот, основная, можно сказать ее претензия. Терпела словно мученица. Только опять же, почему она так ни разу ее не озвучила ему в лицо. А предпочитала молча смотреть в потолок, не обращая внимания на любые его попытки ее расшевелить. Разве что иногда придумывала отговорки, чтобы избежать близости с мужем. И надо сказать, ей частенько это удавалось. Где то Настя когда то прочитала, что все наши проблемы в голове, похоже так и есть. Мы сами себе что-то напридумываем, принимаем за данность, и консервируем это у себя в голове. Потому что так нам удобно. Не надо прилагать усилий, чтобы что-то изменить, не даем себе труда проанализировать. Хотя это бывает крайне полезно...

Похоже, Настя бы еще долго копалась в себе и в их, не состоявшейся совместной жизни, но тут в глубине квартиры раздался звонок. Конечно, это ее телефон проснулся. Вернувшись в спальню, где так и валялась возле кровати несобранная сумка, Настя взяла телефон с тумбочки и ответила. Оказалось, звонил ее сосед Дима. Сердце аж замерло. Как то так получалось, что звонил он редко и обычно с не очень хорошими новостями.

- Дима, что случилось? - невольно громко вырвалось у нее. - Что-то со Славиком?

Правда в данный момент она хорошо знала, что мама дома, поэтому, если бы на самом деле что-то случилось, она бы сама позвонила.

- Нет, дело не в твоем брате, - поспешил ее успокоить Дима. - Я хотел поговорить о Саитове. Ты знаешь, где твой муж?

Наступила пауза. Вот с кем с кем, а с ним она точно не собиралась обсуждать свою семейную жизнь, как бы хорошо не относилась к нему. Но все же ответила, стараясь, чтобы голос звучал достаточно ровно:

- Нет, я не знаю, где мой муж.

- Я только что был в его клубе, с друзьями там отдыхал... Но это неважно, - перебил он сам себя. - Дело в том, что встретил там Саитова, совсем в непотребном виде. Он даже похоже меня не узнал. Я поговорил с персоналом, и хоть и весьма неохотно и за небольшое вознаграждение, мне поведали очень интересные вещи.

- Ты можешь как то покороче? - не выдержала Настя. Ей очень не нравилось, что он лезет туда, куда его не просят. С какой стати, Дима решил доносить ей на ее мужа. Да, он его явно всегда недолюбливал, но разве это дает ему право...

- Можно и покороче, - ответил Дима спокойно, казалось ничуть не обидевшись на нее. - Только мне сказали, что он второй день накачивает себя алкоголем и похоже останавливаться не собирается. Администрация не знает, что делать, потому как его вид и поведение отпугивают посетителей. Но, конечно, с хозяином никто связываться не собирается. Я не спрашиваю тебя, что там у вас произошло. Не мое это дело. Просто хочу предупредить, что он так долго не выдержит. Тем более, знаю, что в его клубе, чем и похуже, кроме алкоголя, балуются. Ты понимаешь, о чем я говорю... Саитов мужик конечно здоровый, но сердце, как говорят врачи, у всех одно. В общем, я тебя предупредил, а ты уж сама решай, что делать. Ну и конечно, если понадобится помощь, звони. Я на связи.

- Спасибо тебе, - ответила Настя, испытывая при этом чувство стыда. Ну вот, надумала про человека бог знает что, а он искренне помочь хочет.

- Да не за что. Пока.

Дима отключился, а она еще какое-то время переваривала его слова. Клуб мужа она хорошо знала. Когда он его купил, сразу ее туда привел. Вроде как похвастаться. А ей как обычно, все равно было. Настя вновь, уже который раз за вечер, горько усмехнулась. Ну вот, снова себя винить начала. К чему теперь все это.

А потом будто очнулась и, быстро одевшись, вышла из дома, предварительно вызвав такси. Машину на улице дожидалась, вроде как дома воздуха не хватало. Правда такси быстро приехало. А уже, сидя в салоне машины, пыталась самой себе объяснить свой поступок. Зачем ехала, что она могла сделать в этой ситуации. Но оправдание как-то само нашлось. Все-таки они еще были женаты, и она чувствовала свою ответственность. Вот разведутся, и пусть делает, что хочет. Хоть с моста вниз головой ныряет, ей все равно будет. Хотя, представить, как она сейчас сможет увести Саитова из клуба, тоже не могла. Что ее сорок пять килограммов против его ста. На себе же не потащит. А помощники в таком деле вряд ли у нее найдутся. Дима правильно сказал, никто в клубе против хозяина не пойдет. Тем более, все его характер знают. Не раз слышала, как он тем, кто на него работает, и не только в клубе, выговаривает. Самой хотелось под стол залезть. Ну да ладно, хотя бы попытается. В конце концов, может и вправду Диму попросит. Телефонов друзей самого Саитова у нее не было.


Возле клуба толпился народ, пытающийся пройти фейсконтроль. Правда, везло далеко не всем. Некоторые с разочарованными лицами отходили в сторону. Охрана честно выполняла свою работу. Да и как иначе, клуб относился к разряду элитных. Насте также пришлось встать в очередь. Вряд ли после пары посещений, ее здесь помнили. Однако, права качать она не собиралась. Да и кроме того, что у неё попросили паспорт, других препятствий, чтобы войти в клуб, не возникло.

Но, оказавшись внутри, все же растерялась. Много людей, громкая музыка и мелькающая иллюминация, все это дезориентировало. Тем более, приходить в ночной клуб девушке одной, не самая лучшая идея. На неё уже стали обращать внимание. А несколько подвыпивших парней, бех сомнения, чувствовавших себя неотразимыми мачо, попытались навязать своё общество. Едва отбившись от них, Настя в который раз обвела взглядом зал, гадая, куда ей идти. Но потом сообразила, что у неё одна дорога, на второй этаж. Там располагались vip столики, да и кабинет Тимура находился тоже на втором этаже.

Настя подошла было к лестнице, как внезапно дорогу ей преградил довольно представительный мужчина в строгом костюме, лицо которого показалось ей знакомым.

- Анастасия Владимировна, позвольте вам помочь, - вежливо обратился он к ней, чему Настя конечно вроде как поначалу удивилась. Мол с какой стати, такие реверансы в подобном месте, но потом наконец вспомнила, где его видела. Мужчину ей представлял когда то Тимур. И звали его, если она не ошибалась, Роман Константинович. Он был директором заведения. По мнению Настм не очень то подобный тип был здесь к месту, но понятно, что её вряд ли кто будет спрашивать.

- Да, именно вы то и можете мне помочь, - с лёгкостью согласилась Настя и даже головой кивнула. - Я мщу мужа. Не подскажите, где он? А то я здесь плохо ориентируюсь. - Она совершенно справедливо полагала, что ее вопрос и просьба, были более чем не обременительные. Но очевидно ошиблась. На лица Романа Александровича отразилась настоящая гамма разнообразных эмоций. Главная из которых выражала растерянность. И его дальнейшие слова только подтвердили это.

- Понимаете какое дело. Тимур Александрович действительно был сегодня в клубе, но давно ушёл. - Ответ прозвучал довольно неуверенно. И, по тому, как мужчина старательно отводил взгляд, было понятно, что он лжёт.

Настя с обворожительной улыбкой на лице повернула несколько раз головой.

- Нет, так дело не пойдёт. - А взгляд явно давал понять, что её не проведешь. - Вы же понимаете, что я не уйду. А скандал я думаю вам не нужен. Думаю, репутация вашего заведения сильно пострадает, если я начну без предупреждения ломиться во все двери. - Решительпый взгляд только подтверждал её угрозу. Однако, Роман Константинович сделал последнюю попытку:

- Тимур Александрович в данный момент очень занят и просил ему не мешать. - попытка оказалась довольно слабой. Настя её конечно не оценила по достоинству.

- Ничего, я не помешаю, - мягко возразила она. Мужчина видно понял, что спорить бесполезно и неожиданно сдался:

- Хорошо, я вас провожу. - Прозвучало довольно обреченно, видно понимал, что работы он точно лишится.

Роман Константинович стал подниматься по лестнице, а Настя последовала за ним, прекрасно понимая его состояние. Но другого выхода у неё не было. Видно предупреждение Димы произвело впечатление. Да и пока доехала сюда, изрядно успела себя накрутить.Ей уже мерещились самые страшные картины. Настя реально опасалась, что обнаружит бездыханное тело мужа в его кабинете.

Когда они оказались возле нужной двери, она обратилась к мужчине:

- Вы идите. И будем считать, что я сама сюда пришла.

Роман Константинович посмотрел на неё скептически, но возражать не стал. Просто развернулся и ушёл. Вообще, у него был вид, что терять уже нечего. Вроде как, хорошо она его подставила. Однако, долго размышлять об участи директора Настя не стала. Она вроде как мужа пришла спасать, поэтому решительно повернула ручку и без стука вошла в комнату. И тут же остановилась как вкопанная.

Оказалось, спасать никого не надо было. Картина, представшая перед ней, превзошла все ожидания. Тимур сидел на диване в окружении нескольких красоток, в характере занятий которых не приходилось сомневаться. А ещё одна ночная фея танцевала на столе. А что, обстановка и музыка вполне располагали. Правда детям такой танец точно показывать не рекомендуется.

Таким Настя своего мужа ещё никогда не видела. Он, что называется, был пьян в стельку. Очевидно, масштаб бедствия Дима сильно преувеличил. Все происходящее Саитову очень даже нравилось и помирать, во всяком случае, сию секунду он явно не собирался, что только подтверждалось наличием его руки на бедре красотки, сидящей с ним рядом. Ревновать мужа Настя конечно и не думала, но неприятный укол в сердце почувствовала.

Пока она переваривала все происходящее, красотка соскочила со стола и оказалась на коленях у мужа. Он, в свою очередь, рассмеявшись, что то сказал по этому поводу и внезапно немного повернул голову, чего вполне хватило, чтобы наконец разглядеть свою жену. Их глаза встретились, но ненадолго, он что то шепнул девице, и та спешно покинула его колени. Правда своё удивление от внезапного появления Насти Тимур демонстрировать не спешил, хотя наверняка считал, что она уже покинула его дом с вещами, а про него самого и думать забыла.

Да и раскаиваться в своём поведении муж похоже не собирался. Напротив, даже улыбнулся. Причём, улыбка получилась довольно наглой.