# Дамир повелитель иллюзий

Елена Владимировна Шихматова

В небольшом городке, где-то в глубине нашей необъятной родины, жил мальчик, Ярослав. Ему исполнилось тринадцать лет, когда произошла вся эта история, удивительная и невероятная, навсегда изменившая его жизнь. Когда в тот зимний вечер Ярослав выходил на улицу, он мечтал о том, чтобы что-то изменилось, он даже готов был на самые крайние меры, лишь бы уйти, убежать с острова невезения, на котором он в силу обстоятельств жил с самого рождения, но он и помыслить не мог, что всё изменится так, что он обретет друга, встретит кого-то, способного понять его.

Дамир - повелитель иллюзий.

И собрали гномы и эльфы совет,

и решили уйти - и вот уж их нет.

Чрез тоннель удивительный вместе прошли,

И в конце перехода новый дом обрели.

В небольшом городке, где-то в глубине нашей необъятной родины, жил мальчик, Ярослав. Ему исполнилось тринадцать лет, когда произошла вся эта история, удивительная и невероятная, навсегда изменившая его жизнь. Когда в тот зимний вечер Ярослав выходил на улицу, он мечтал о том, чтобы что-то изменилось, он даже готов был на самые крайние меры, лишь бы уйти, убежать с острова невезения, на котором он в силу обстоятельств жил с самого рождения, но он и помыслить не мог, что всё изменится так, что он обретет друга, встретит кого-то, способного понять его.

В тот тихий зимний вечер Ярослав быстро шел по улице, всё в его душе кипело, ему хотелось закричать, упасть в снег и зарыдать. Погруженный в себя мальчик никого и ничего не замечал вокруг. Во всеобщей картине радости, предновогодней суеты и мигания гирлянд Ярослав казался каким-то програмным сбоем, впрочем, он всегда казался людям одной сплошной ошибкой, взрослые смотрели на него с жалостью, дети с ненавистью и неприязнью, а он после тщетных попыток изменить себя, обозлился на весь мир и, сейчас, шагая, по свежему снегу, не чувствовал в себе ничего, кроме злости на всех этих улыбающихся людей. Они ждут Новый год, праздник, который он ненавидит.

Легкий ветер, подхватывая пушистые хлопья снежинок, рисовал перед глазами витиеватые узоры, словно соревновался в искусстве с морозом, разукрасившем окна в обветшалых домах - обычные стекла в старых деревянных рамах, столь характерные для квартир небогатых местных жителей. В эту зиму выпало на редкость много снега, а погода на удивление синоптиков соответствовала климатической норме, радуя детей возможностью покататься с горки, на коньках или просто на скользкой подошве ботинок. Ярослав быстро шел вдоль дороги, он не видел падающего снега, он не чувствовал даже холода, от которого точно не могли защитить летние кроссовки, пусть и на толстой подошве, синтетическая шапка и осенняя куртка - из неё он вырос еще год назад. Удивительно, но самого Ярослава тоже никто не замечал, хотя была уже почти полночь, и в это время ребенку следовало находиться дома и спать, а не брести куда-то по улицам города в одиночку. И вряд ли причина была здесь в его внешности - ничем не выделяющаяся голубые глаза, торчащие из-под шапки светлые волосы, обыкновенные среднестатистические нос, губы и брови и, наконец, по копмлекции он был обычным пареньком тринадцати лет, не худой и не полный, не высокий и не низкий; если описать его внешность внешность в трех словах, то можно сказать так: обычный русский мальчик.

Ярослав поднялся на мост, остановился, облокотился о высокую ограду, защищающую от воды, он стоял, низко опустив голову, словно пытался что-то разглядеть в проглядывающем из-под снежного одеяла куске льда. Никто из редких прохожих и сейчас не затормозил шаг, не подошел к нему и не спросил: почему ты здесь, мальчик? Почему ты один? Почему ты не дома? Что случилось? Но все, как это часто сейчас бывает, были слишком погружены в свои собственные проблемы, чтобы задумываться о ком-то еще. О, как бы хотел Ярослав о своих проблемах забыть хотя бы ненадолго! Но яркие картины очередной стычки между пьяными родителями и их друзьями-собутыльниками не давали мальчику и малейшей возможности успокоиться. Как же он устал от этого! Пьющие родители - большое горе для ребенка, это огромный карандаш, норовящий перечеркнуть всё, и настоящее, и будущее маленького человека. Ярослав всегда остро ощущал свое неравное положение в кругу других детей, яростно реагировал на всех, кто задевал его, огрызался каждому, кто спрашивал его о семье. Не случайно еще воспитательница в детском саду дала ему прозвище: ёжик. Ёжик, так его звали все, даже некоторые учителя, при этом он хорошо учился.

А ведь впереди такой праздник! Ярику так хотелось радоваться, как и всем его одноклассникам, но с каждым годом мальчик всё меньше ждал Новый год, и потом начал его бояться. Разгул, пьянство и безденежье - вот чем был для него Новогодний праздник. Подарки, развлечения, походы в кино и театр... Нет, это не про него. А ведь у него тоже были мечты, ему тоже хотелось получить заветный подарок. Ярослав съежился, положил голову на холодное ограждение моста - горячие слезы безудержно покатились по его щекам. Больше всего на свете ему хотелось забыться, не думать, не чувствовать, но чем сильнее ему этого хотелось, тем острее ранила боль, пульсирующая в сердце. Когда кто-то сзади положил руку на его плечо, мальчик в ужасе дернулся в сторону, поскользнулся и упал бы, если бы молодой человек не подхватил его и не поставил в нормальное положение.

- Осторожнее, так и под ограду скатиться можно, - как ни в чем не бывало произнес незнакомец, словно не он только что напугал Ярослава.

- Я... мне нужно идти, - заплетающимся языком произнес мальчик.

- Куда? Домой, где тебя явно не ждут?

Сердце мальчика бешено заколотилось. Кто он? Инспектор по опеке? Это вряд ли - что ему делать здесь в такое время, это первое, к тому же: чтобы в инспектора пошел работать молодой парень, это как-то не логично звучало, типичный образ инспектора - женщина средних или преклонных лет.

- Кто вы?

- Важнее, кто ты. Я видел твои рисунки на выставке в доме культуры. У тебя настоящий талант. И дело не только в том, как ты рисуешь, а в том, что ты рисуешь. Этот мир, который ты изобразил, он поразил меня, и благодаря тебе, я понял, как вернуться домой и помочь своему миру.

Своему миру! Похоже перед ним какой-то ненормальный. Ну да, кто бы еще стал бродить в такое время по улице, обращаясь к незнакомым детям с рассказами о выставке рисунков. Настораживало здесь только одно: Ярослав действительно сделал несколько рисунков и назвал их "Мир, в котором я хочу жить". Откуда этот парень узнал о них, откуда он узнал о нем, и самое главное, что ему нужно теперь?

- Честно говоря, я не планировал обсуждать это с тобой здесь и сейчас, но я даже рад, что так сложилось - сейчас нам ничего не мешает пойти в мой мир.

- Ты - псих! - резко и четко, забыв о вежливости, произнес мальчик. - И я с тобой никуда пойду!

- Верю, "пойти в другой мир" звучит бредово, но, Ярослав, послушай, мой мир на грани гибели, и ты можешь спасти его, точнее мы можем спасти. Тебе надо только...

Ярослав не стал его дальше слушать, со всех ног, не оглядываясь, он побежал прочь от этого странного типа. Возможно, ему только показалось так из-за страха, но он никогда с такой скоростью до того не бегал. Снег хрустел под ногами его кроссовок, а потом, подошва правого не выдержала и отвалилась в районе носка на пару сантиметров - этого хватило, чтобы зацепиться за неровность на дороге. В следующий миг Ярослав почувствовал, как летит и падает. Он упал, проехав на животе больше метра. Инстинктивно выставив вперед руки, он в кровь изодрал себе ладони и больно ударился подбородком о наросты ледяных участков. На несколько секунд он отключился от действительности, потеряв сознание.

- Ярослав, ты слышишь меня? - донесся до него взволнованный голос молодого человека.

Не такого избавления от насущных проблем он хотел! Не такого! Как же ему отделаться от этого парня?

Едва увидев, что мальчик открыл глаза, незнакомец, помог ему подняться на ноги, участливо спросив.

- Сильно ушибся? Идти можешь?

- Эй!

Ярослав резко повернулся, с огромной надеждой и неозвученной мольбой о помощи посмотрел он на идущего к ним мужчину. Не сразу, но мальчик узнал его - это был одноклассник его отца, он несколько раз попадался ему на улице, каждый раз спрашивал: как у него дела, как дела у отца, сетовал, что тот пьет и часто не работает.

- Что случилось?

- Ничего, всё в порядке, - спокойно ответил молодой человек.

- Нет, дядя Дима, от врет! Он хочет...

- Ярик, ты? Так, ну-ка отпусти его! - требовательно произнес мужчина, почти подойдя к ним вплотную.

- Не могу! - ответил молодой человек.

Что произошло потом Ярослав так и не понял, перед его глазами словно проскочила размытая картинка, а внутренние ощущения говорили, что он окунулся в какой-то омут, в котором вот-вот задохнется, к счастью, это длилось лишь несколько секунд, потом мальчик увидел совершенно другую обстановку. Он очутился в небольшой комнате, прямо перед камином. Настоящий огонь в самом настоящем камине! Такое сейчас не часто можно было увидеть. Ярослав зажмурился от яркого огня, и хотя приятное тепло манило к себе, он сделал шаг в сторону и открыл глаза. Он хотел повнимательнее осмотреть место, в котором оказался, но он не смог сосредоточиться ни на одной детали интерьера, потому что увидел перед собой эльфа. Да, эльфа! Похитивший его молодой человек оказался обладателем заостренных ушей, которые на улице скрывала шапка, и которые сейчас не могли скрыть короткие вьющиеся волосы. Перед мальчиком словно ожил один из героев фильмов фэнтези, но ведь фильмы такого рода многие вообще относят к сказкам, и он, Ярослав, не в сказке, а в реальном мире. Мальчик зажмурился и встряхнул головой - не иначе как это галлюцинации - должно быть, он так сильно ударился головой о землю, что потерял сознание и теперь видит причудливые сны. Но открыв глаза, он вновь увидел перед собой высокого стройного эльфа. Помимо длинных ушей особо выделялись еще его глаза - пронзительные, большие, глубокие и черные, обрамленные темными длинными ресницами и изогнутыми бровями, при этом у него, как и у Ярослава были светлые, но только не прямые, а вьющиеся волосы. Конечно, он мог покраситься... Или, что тоже являлось очень даже возможным - для эльфов такое сочетание светлых волос и темных глаз было вполне обычным и нормальным. Эльф! Бред какой-то! В голове мальчика никак не укладывалось то, что он видит перед собой того, кого не должен видеть нормальный человек ни при каких обстоятельствах. Сказочное существо при этом было одето отнюдь не в сказочные наряды, нет, на эльфе была вполне человеческая одежда: недлинное зимнее пальто и отглаженные брюки, явно теплые кожаные ботинки, лисью шапку-ушанку он держал в руке. Словно читая его мысли, молодой эльф взглянул на него своими удивительными черными глазами и ровным, немного прохладным голосом произнес.

- Не поможет, потому как это всё - реально.

- Это невозможно!

- Невозможно сейчас проигнорировать мою настоятельную просьбу о помощи, - возразил эльф. - Хм! Я смотрел ваши фильмы и передачи и, честно говоря, был уверен, что ты очень обрадуешься, увидев эльфа, и сразу захочешь помочь мне.

- Ты вколол мне какой-то наркотик? - предположил Ярослав.

- Что? Нет! - возмутился эльф и, посмотрев в потолок, в сердцах произнес. - Всё оказалось сложнее, чем я думал! Ладно, буду работать с тем, что есть. Ярослав, - обратился он к мальчику, в упор посмотрев на него. - Я даю слово, что верну тебя в твой мир, но, пойми, я должен спасти свой мир. Ты - часть этого спасения, поэтому ты пойдешь со мной.

И, уверенно шагнув ему навстречу, эльф цепко поймал его за плечо, словно не заметив попытки мальчика увернуться, а потом шагнул прямо в камин. С ужасом подумав о том, что он сейчас ударится о кирпичную кладку, подожжет свою одежду и потом, скорее всего, сгорит сам, Ярослав со всей силы дернулся в сторону, но эльф держал его мертвой хваткой. В отчаянии мальчик закричал, перед его глазами всё поплыло.

- Да, забыл представиться, меня зовут Дамир, Дамир с Малого Шипа, - произнес эльф, его голос прозвучал совсем рядом.

Если он услышал эльфа, значит, способен воспринимать звуки - это хорошо. Ярослав прислушался к другим своих ощущениям: он не чувствовал никакой боли, разве что дышал часто, но вполне нормальным свежим воздухом. Единственный дискомфорт доставляло то, что он вспотел - но это было как раз неудивительно: он ведь находился в верхней одежде в отапливаемом помещении, да еще у самого камина, и в этом месте, куда его во второй раз перенес эльф, тоже было тепло. Мальчик осторожно открыл глаза, вздрогнул от увиденного и хотел вновь зажмуриться. Даже короткого взгляда хватило на то, чтобы понять: странности не закончились, и эльф был лишь первой частью ожившей книги фэнтези. Мальчик очутился в каком-то длинном коридоре с высоким потолком, обычные каменные стены с виду ничего особенно в себе не заключали, а вот воздух - зеленый, со взвешенными в нем крупинками - вызывал большие опасения. Если бы не аромат свежего воздуха, подкрашенный легким оттенком цветущих трав, Ярослав закричал бы от ужаса и начал задыхаться, но он заставил себя не паниковать и мысленно приказал себе: "Успокойся! Ты дышишь, всё нормально!"

- Ярослав, ты идешь?

Мальчик перевел взгляд на эльфа. Как он себя назвал? Кажется, Дамиром, дальше следовало странное дополнение, что-то связанное с георгафией, но Ярослав не запомнил, что именно сказал эльф.

- Я с тобой вообще никуда не шел, это ты силой увел меня за собой, перенес сюда, заставил дышать какой-то зеленью! Уверен на сто процентов: она опасна!

- Ты дышишь абсолютно чистым воздухом, Ярослав, на этот счет можешь не волноваться. Зеленым воздух только кажется из-за скопления зеленых бабочек. Они живут здесь, в тоннеле между мирами.

И, картинно проведя рукой, словно он собирался, следуя за музыкальными тактами, танцевать, эльф почти торжественно произнес.

- Смотри!

Ярослав уже хотел съязвить по этому поводу, но слова застыли на языке, потому что из крошечных комочков, словно из бутонов, стали разворачиваться бабочки. Маленькие, с тончайшими зелеными крылышками, они казались такими нежными, хрупкими и изящными! Бабочки словно замерли в воздухе, но прошло лишь несколько секунд - и они вновь скрутились в зеленые крупинки. Ярослав даже испуганно ойкнул.

- Почему они так? Как ёжики свернулись?

- Потому что они раскрывают крылья только навстречу какому-то движению. Когда здесь никого нет, по тоннелю гуляет довольно сильный ветерок, а когда кто-то входит, пугливый ветер прячется, и бабочки сворачиваются, превращаясь в зеленые горошины. Пожалуй, в этом они действительно похожи на ежиков.

- Выходит, если я сейчас пойду, то они станут разворачиваться?

- Да, если обернешься на ходу, то увидишь тянущуюся за собой ленту бабочек, как она сворачивается и исчезает. Твое движение напомнит им о присутствии пугливого ветра.

- Как ветер может быть пугливым? Это же бред какой-то! Сказка!

- А разве я - не сказка?

- Ну да, скажи еще, что у меня галлюцинации, и на самом деле мое тело находится на том мосту, а сознание окунулось в дебри тоннеля между нашим и каким-то еще миром, ветер пугать.

- Уверяю тебя, - очень серьезным тоном возразил ему эльф, - не только твое сознание, но и твое тело, находится здесь. Просто ты все воспринимаешь слишком эмоционально, не надо так. Я всего лишь хотел сказать, что эльфы - не те существа, которых каждый день можно встретить на улице.

- Да вообще ни в какой день! Если только это все - не какой-то розыгрыш. Розыгрыш... Ну конечно! Так, показывай, где здесь камера?

- Нет здесь никаких камер!

- Тогда говори, какую гадость ты мне дал?

- Так, просто пойдем со мной.

Решительно, пресекая все его дальнейшие возражения и доводы, произнес эльф и, взяв Ярослава за локоть, потащил его за собой. Мальчик очень старался замедлить ход, он упирался ногами, выдергивал руку из хватки эльфа, но его всего словно одели в какой-то невидимый кокон, который, как привязанный тянулся следом за Дамиром. Так прошло не меньше десяти минут, и они преодолели не менее полукилометра, но на протяжении всего этого расстояния тоннель, как нескончаемый широченный перегон между станциями метро, давил своей однотипностью, заставляя удивляться только одному: чем питаются местные зеленые бабочки и почему пугливый ветер напрочь не хочет погулять в другом месте, предпочитая все время гоняться из конца в конец коридора.

Наконец, эльф остановился и надавил на ручку неизвестно откуда взявшейся двери, открыв проход в лес. Настоящий зимний лес, освещенный серебряным лунным светом и подсиненной белизной снега, ветви могучих деревьев покрывал иглистый иней, кустарники обзавелись белыми плодами из налипших комочков снега, Сугробы как замершие волны расстилались между стволами деревьев. И всё это было не просто большим, а по-настоящему огромным. Это место пугало и впечатляло, твердо заявляя о своей силе и значимости.

- Добро пожаловать в мой мир, Ярослав, мир Надежды.

***

В мире Надежды стало по-настоящему холодно, здесь и раньше выпадал снег, но настолько долго он не задерживался. И на то были причины. Волшебная сила медленно, но уверенно покидала его просторы, и пока один думал, что принятые меры накапливают магию, другой знал: это только усугубляет положение. Холодные ветры, снег с дождем и колкий град стали в мире Надежды частыми гостями.

Правитель гибнущей замерзающей страны молча смотрел на главную площадь, вид на которую открывался из фасадных окон дворца, и за которой теперь почти ничего не было видно: волшебный фонтан скрывали построенные по приказу царя заградительные сооружения. Как волновались и только что не бунтовали эльфы, когда царь Дир отдал тот приказ, но согласились в надежде, что это, и правда, поможет сохранить волшебную силу, не балующую своим богатством эльфийский народ в нынешние времена. Так были закрыты все фонтаны, в Главном городе и в провинциях. Больше эльфы не могли каждое утро купаться в искристых сухих струях волшебной воды, сила которой давно стала угасать. Последние несколько лет эльфы стали всё чаще болеть, увеличилось число смертей, и без того немногочисленный народ теперь вымирал. И пусть купание в фонтане не приносило исцеления, прежнего прилива сил, все равно лишенные такой возможности эльфы чувствовали, что утратили часть себя. Пусть волшебство копится, а не тратится, сказал им царь, тогда восстановится сила и богатство эльфийских земель, и вновь, как когда-то воцарится теплая ясная погода, изредка нарушаемая благодатными дождями. А зимой к всеобщей радости и взрослых, и детей выпадет снег, белее белого, из множества узорчатых витиеватых снежинок. Вернется Играющий Ветер, его струи заискрятся перламутром и станут резвиться как стайка вздорных маленьких котят. Вернется Конфетный Дождь, когда он шел, с неба падали крупные капли, по форме напоминающие конфеты, завернутые в разноцветные фантики. Как и струи волшебных фонтанов, они были абсолютно сухими и почти неощутимыми при соприкосновении с телом - чтобы увидеть Конфетный Дождь, нужно было широко открыть глаза и восхищаться или, как любили делать дети, бегать и пытаться поймать необычные капли. Он сам много раз становился свидетелем этого чуда, и сейчас искренне желал его возвращения, и для этого готов был пойти на все, и не только укрепить запрет на использование фонтанов, но и запереть в темницу к остальным мятежникам царевну, которая упрямо доказывала деду: он ошибся и выбрал неправильный путь, который не улучшит, а только усугубит положение. Хотя большая часть населения искренне пыталась согласиться с царем и признать его действия как единственно верное решение.

Раздался стук в дверь, устало вздохнув, нынешний царь разрешил посетителю войти. Это был его первый министр. В последнее время он приходил все больше с докладами о задержании, чем с докладами о благосостоянии города. Как закономерно звучали слова "Все хорошо" в этом красивейшем зале. Подражая снежинкам, замысловатые узоры на стенах медленно кружились и падали вниз - эту изящную иллюзию, живые обои, много лет назад создал величайший волшебник Лучезар. Мощные мраморные колонны поддерживали свод, украшенный реалистичными пейзажами Страны Северных Долин, которые отражались в прозрачном хрустальном полу. И как кисти искуснейших художников не могли точно передать естественную красоту природы, так яркие большие свечи, установленные сейчас в зале, не могли передать тепло и яркость солнечного света. С грустью вспомнив о солнце прошлого, царь перевел этот грустный взгляд на своего министра.

- Что случилось?

Царь был уже пожилым эльфом, когда-то его считали очень красивым, но сейчас вся его красота исчезла, как волосы на голове - остались лишь тонкие белые волосёнки у висков, а когда-то эту голову украшала пышная золотистая шевелюра. Большие голубые глаза теперь казались немного выпученными, и даже рост царя уменьшился на несколько сантиметров, при этом он убавлял еще столько же, горбясь и сутулясь. Единственное, что по-прежнему осталось броским и ярким - это одежда, царский кафтан даже в искусственном свете свечей переливался разными красками, ловя свет многочисленными драгоценными камнями, вшитыми в дорогую пурпурную ткань.

- Ваше величество, извините, что отвлекаю вас, но я решил, что вы должны узнать об этом немедленно.

- Что такое? - насторожился царь.

- Захвачен гном Бравлин.

- Бравлин? - царь только что не присвистнул. - Как, где? Неужто у него хватило смелости вернуться в столицу?

- Да, и не просто так, его поймали в сокровищнице!

- Что?! Да он, никак, совсем из ума выжил?

- Похоже на то.

- Вы выяснили, как он туда попал?

- Нет. Он сам отказывается отвечать. Точно пока только то, что никто ничего не видел и не слышал.

- А дверь в сокровищницу была открыта?

- Да.

- Странно, это всё очень странно, ладно приведите гнома ко мне, я хочу поговорить с ним.

- Да, ваше величество! - отчеканил министр и отправился выполнять приказ.

Не прошло и десяти минут, как министр вернулся, позади него двое стражников вели под руки гнома, маленького, меньше любого эльфа на голову, а то и на две. Неуклюжий, весь какой-то всклокоченный, гном выглядел ужасно нелепо в своем длинном широком кафтане. Укоротить бы и ушить кафтан, причесать волосы и бороду - глядишь бы что-то дельное вышло. Бравлин был уже не молод, с длинной седой бородой, которая то и дело цеплялась за пуговицы на кафтане. Из всего этого набора для потешного карнавала резко выделялись глаза, узкие, умные, прожигающие своей остротой. Царь Дир с трудом выдержал его взгляд.

- Садись, Бравлин, я хочу поговорить с тобой.

- Нам не о чем разговаривать! Всё, что я хотел сказать, я уже сказал. Из всех моих слов ты не услышал ни одного, тогда к чему продолжать бессмысленный разговор?

- Хм! С чего ты взял, что я буду обсуждать с тобой то, что тебя не касается? В данный момент я хочу знать, как и зачем ты проник в сокровищницу. Видишь ли, как бы это помягче сказать, сокровищница - это не то место, куда можно заходить по собственному желанию. У тебя не тот статус, Бравлин, да даже я, царь страны эльфов, захожу туда исключительно по делам государственной важности. Так что советую тебе во всём сознаться.

Теперь хмыкнул гном.

- А с чего ты взял, что я тебе буду что-то рассказывать? И не надейся меня запугать, у тебя вряд ли получится!

- Не получится, говоришь? Ну это мы легко можем установить на опыте, за это ты не беспокойся. Но при этом я не могу не сказать, что разочарован, Бравлин, я думал, мы сможем спокойно поговорить. Я ведь, заметь, и не думал изначально чем-то угрожать тебе. А ты вот так сразу, всё в штыки. Зря ты так!

- Я ничего тебе рассказывать не собираюсь! Можешь пытать меня сколько угодно!

Царь глубоко, сочувственно вздохнул, жестом отдал знак охранникам увести гнома.

- Мы еще поговорим, Бравлин, и поверь мне, мои дознаватели знают, как правильно спросить и узнать всю интересующую их информацию, - сказал он вслед, но гном воздержался от комментариев.

Арестованный гном Бравлин гордо проследовал в темницу, словно пришел сюда проинспектировать условия содержания и исполнение служебных обязанностей охранниками, а не стать одним из обитателей маленьких каменных казематов. Многие эльфы вставали и подходили к решеткам - почти все знали Бравлина и теперь не могли поверить в то, что он тоже арестован. Бравлина вели в самый дальний конец длинного тюремного коридора, на что он не преминул сделать едкое замечание.

- Смотрю, вам нынче тут весело, столько собеседников!

- Помалкивай! - буркнул в ответ конвойный.

- Ай-ай! Как невежливо, сынок, на "ты" к старому гному!

Конвойный промолчал, прекрасно понимая, что гном прав, к тому же он с детства знал его как Великого Бравлина, и лишь привычка относиться к арестованным как к провинившимся и незаслуживающим уважения заставила его забыть о дистанции и вежливости. Бравлин это оценил и даже не стал больше провоцировать молодого эльфа, хотя язык у гнома так и чесался сказать что-нибудь колкое.

- Мы пришли, - сказал конвойный, открыв дверь первой свободной камеры.

- Благодарю за компанию, - спокойно ответил Бравлин и, не торопясь, с тем же гордым видом прошел внутрь.

Он был спокоен, слишком спокоен для того, кого вот-вот должны закрыть на долгий срок. Стражника это насторожило, потому он еще целый час не спускал с гнома глаз, однако, поняв, что тот не собирается буйно вести себя. Объяснив себе спокойствие гнома его смирением и согласием с назначенным наказанием, эльф пошел обратно. Бравлин молча слушал, как удаляется звук от его шагов, и, когда наступила тишина, он встал, эффектно встряхнул кистями рук и приготовился читать заклинание.

- Вы господин Бравлин, да? - спросил чей-то тоненький голосок, скорее всего, голос принадлежал ребенку, но прежде, чем гном подумал об этом, он успел испугаться - голос-то он услышал, и прозвучал тот совсем рядом, вот только Бравлин никого не увидел.

- Кто здесь? - настороженно спросил гном.

- Я, - ответил некто.

Это точно детский голос, принадлежащий, скорее всего, девочке-подростку. Девочка-подросток! Ну конечно!

- Лара? - спросил Бравлин. - Это ты?

- Да, - тихо ответила девочка. - Я здесь уже два дня.

На этот раз Бравлин соориентировался и определил направление - он посмотрел направо и увидел в полумраке подземелья сначала только глаза маленькой царевны, а потом разглядел ее лицо и ладони, которыми она ухватилась за решетки между двумя камерами. Гном с трудом узнал девочку, сейчас от той красивой и жизнерадостной девочки, которую он видел всего пару месяцев назад, осталась лишь тень. Даже её одежда - серый брючный костюм - добавляла некой мрачности, а сама девочка выглядела уставшей и больной.

- Вас тоже арестовали?

- Нет, я дал себя арестовать, намеренно.

- Но зачем? - искренне удивилась девочка.

- Мне нужно было увидеть царя Дира, чтобы подтвердить свою догадку. И я оказался прав - эльф, называющий себя царем Диром, самозванец! Я проверил это, использовав специальное заклинание, я смог...

Бравлину так хотелось похвастаться своим собственным достижением, ведь никто до него не использовал такого заклинания - это он придумал его, он смог определить, что царь - самозванец, но маленькую царевну это не интересовало, для нее куда важнее был результат, вывод, который сделал гном.

- То есть мой дедушка - это не мой дедушка?! Но как? Я не понимаю! Нет, я знаю, что он очень изменился, его, действительно, как-будто подменили, но... Кто, кто мог такое сделать? И где же тогда мой дедушка? Что с ним?

- Я не знаю, моя дорогая, но я обязательно это выясню и найду настоящего царя, верну его на трон и...

В понимании юной Лары, он опять отвлекся, поэтому она взяла на себя смелось - перебила его, вернув разговор в нужное русло.

- А у вас есть идеи, где искать его? Вам что-нибудь известно? А вы знаете, кто выдает себя за моего дедушку?

- Э-э, нет, то есть да, в общем, нужно подумать, где искать его величество. Зато я точно знаю, кто выдает себя за нашего царя. Видишь ли, дорогая, с помощью моего уникального заклинания, которое я придумал сам, и не просто придумал, а смог успешно использовать, так вот с помощью своего изобретения я смог точно выяснить, что за царя себя выдает пожилой эльф. И это не просто какой-то старик, которому взумалось взять власть в свои руки - нет, это тот, кто смог использовать магию, изменив свою внешность, ни на пять минут, ни на десять, а на дни и недели. Не знаю, как давно самозванец находится у власти, но очевидно, что закон о закрытии волшебных фонтанов - его идея.

- Да, это точно! - кивая, согласилась с ним девочка. - Дедушка никогда бы такого закона не издал, это мог сделать только самозванец!

- Да, и я знаю, кто этот самознанец, я, гном Бравлин, смог определить это...

Он хотел сделать вторую попытку и рассказать о своем открытии, но теперь уже сам понял: сейчас это лишнее, а потому лучше сказать сразу ответ, тем более, что Лара не была настроена на оценивание его заслуг.

- Я высянил, что самозванец - это Дамир с Малого Шипа.

- Дамир - повелитель иллюзий? - недоверчиво и даже разочарованно переспросила девочка. - Но ведь он погиб много лет назад!

- Как видишь, моя дорогая - нет. А кто еще это может быть? Нет, давай расуждать логически. Во-первых, возраст, сколько ему сейчас должно быть? Под восемьдесят, не меньше. Во-вторых, создание иллюзии - и не просто иллюзии, а настоящей подмены облика! В-третьих, Дамир был тем, кто не боялся спорить с правителями и брать власть в свои руки. Ну и наконец, последнее, есть определенная группа эльфов и гномов, которые уверены в том, что Дамир не погиб, а затаился, чтобы уничтожить нашу страну, и теперь у него неплохо получается претворять свой план в жизнь.

- Ну да, - задумчиво ответила Лара, - если так рассуждать, то всё сходится.

***

- Если бы ты только мог представить, - говорил Дамир с заметной грустью в голосе, - каким красивым был мой мир, а теперь, очевидно, всё случилось так, как я и предсказывал, раз кругом снег, полумрак и холод. И это только подчеркивает необходимость спасения мира Надежды. Обычно у нас в самое холодное время года температура редко опускалась ниже нуля градусов, даже минус два-три градуса считались холодом, а теперь, наверно, вспоминается как теплая комфортная погода. И пусть страна эльфов называется Страной Северных Долин, на самом деле это название досталось ей в наследство, так наш дом назывался в твоем мире. Похоже, теперь северные долины - вполне точное описание действительности. И все из-за одного эльфа, которому по праву рождения досталось слишком много власти, но слишком мало здравого смысла!

Дамир замолчал, а Ярослав ощутил, как пробирается под его куртку холод, может, в этом месте и было когда-то тепло, но сейчас здесь господствовал мороз не меньше двадцати градусов. С некоторой завистью мальчик посмотрел на эльфа, который вновь надел свою лисью шапку, ему-то в его одежде, наверняка, тепло.

- Ты здесь для того, чтобы вернуть стране эльфов тот дом, который они знают и любят, Ярослав, - продолжал эльф. Подумай об этом, это просто геройский поступок, а вы люди, насколько я понял, очень трепетно относитесь к героям и к возможности сделать что-то полезное, я прав?

- Прав, только то, как вы забрали меня. Вы же меня похитили! Разве так просят о помощи?!

- Ну ты сам не особо шел на контакт, - пожав плечами, спокойно ответил Дамир, - тем более, ты был растроен и не готов воспринимать информацию.

- Всё равно! Это похищение! - сварливо произнес мальчик, но все-таки добавил. - Я помогу, и не ради того, чтобы стать героем, а просто потому, что в моих силах помочь. Ведь я правильно понял: я только буду помогать вам?

- Да, и я рад, что ты вспомнил о вежливом обращении, но мы уже вроде как час знакомы, так что можешь говорить мне "ты".

Ярослав молча кивнул головой в знак согласия.

- Хорошо, тогда давай переместимся в нашу мастерскую.

- А это далеко? - осторожно спросил мальчик, ему было стыдно в этой призначаться, но он очень хотел есть, в целом чувстовал себя ужасно усталым, а еще ободранные ладони больно пульсировали, каждые несколько секунд неприятно напоминая о себе.

- Да, отсюда это очень далеко.

Услышав его слова, мальчик совсем поник, но все-таки спросил.

- Я понимаю, только здесь ведь совсем нет дорог, ты точно знаешь, куда идти?

- На сто процентов, - спокойно ответил Дамир и, взяв мальчика за плечо, произнес странный, казалось, совершенно неразбиваемый на слоги набор звуков, потом Ярослав почувствовал, как куда-то проваливается, совсем как там, на мосту. Ну конечно! Эльфу не нужно было думать о направлении и волноваться об отсутствии дорог - он ведь умеет колдовать, и с помощью заклинания способен преодолевать любые растояния. Ярослав сжался в комок, едва вспомнив свои ощущения от перемещения в пространстве, к счастью, в этот раз, ничего такого не было - можно сказать, он вообще не почувствовал ничего необычного.

- Кстати, у тебя есть неплохие способности к магии, - произнес эльф, когда они оказались на обширном горном плато.

- Способности к магии? - недоверчиво переспросил мальчик.

- Да, только для их пробуждения нужен настоящий источник магии. Если все получится, а я надеюсь, у нас все получится, то ты получишь возможность пользоваться своими силами.

Ярослав замер, в который раз за этот долгий вечер он вновь был изумлен тому, что видел и слышал. Он сможет использовать магию! Он сможет колдовать! Мальчик ощутил легкое головокружение, если бы это было возможно, он бы ухватился за что-нибудь крепкое и устойчивое, но вокруг ничего не было. Ничего! Неужели, ему придется рисовать здесь, на холоде, на ветру, среди снега? Мальчику очень захотелось как там на мосту, напрямую сказать эльфу: "Ты - псих!", но вроде как они теперь стали друзьями, поэтому Ярослав сдержал эмоции, впрочем, его опасения очень скоро развеялись. Дамир прошел чуть вперед и развел руки в сторону, а потом резко свел их вместе и звонко хлопнул в ладоши - воздух вокруг завибрировал, а картинка перед глазами стала меняться, кто-то словно вытер сухой тряпкой запотевшее окно и на середине горной площадки возник настоящий замок - с башенками, с колоннами, с большими арочными окнами, с огромными узорчатыми входными дверьми.

- Вау! - изумился Ярослав. - Как в кино!

Дамир обернулся и, махнув ему рукой, сказал.

- Идем.

- А этот замок, ты наколдовал его? - спросил мальчик, догнав эльфа.

- Нет, этот замок построил великий Святогор, он... он был моим приемным отцом.

- Он умер? Ой, прости, глупый вопрос, точнее вообще не надо было его задавать. Извини.

- Ничего, всё в порядке. Замок был скрыт иллюзией, я просто убрал ее.

- Иллюзией? То есть не магией? Ведь иллюзия - это обман.

- В твоем мире да, но в моем всё работает иначе. Если правильно создать иллюзию, и заставить поверить в нее окружающих, то она становится реальностью. Когда я... ушел из дома после смерти отца, я не хотел, чтобы сюда заходили посторонние, поэтому сказал всем, что переношу замок в толщу горы. И все мне поверили, иллюзия сработала, и любой, кто приходил сюда, не видел ничего, кроме пустого горного плато, да и не смог бы увидеть - иллюзия стала реальной, и только я, как ее содатель, смог обратить ее действие вспять и вернуть первоначальный облик этому месту.

- Здорово! - искренне восхищаясь этому чуду, сказал мальчик.

- Есть правда одно исключение из правил - если кто-то окажется здесь, и ему очень нужны будут помощь и укрытие, он сможет попасть внутрь - я ж ведь не изверг, в конце концов - но вот выйти из замка этот кто-то не сможет до тех пор, пока я ему не разрешу.

- Как-то жестко звучит, - честно сказал ему Ярослав.

Дамир промолчал.

- А давно ты здесь не был? - спросил мальчик уже у самых дверей.

- Давно и недавно одновременно. Видишь ли... Я не сказал тебе сразу.. Дело в том, что время в проходе между мирами течет не так, как в самих мирах. Время там словно замыкается в некой капсуле, внутри которой оно останавливается или даже идет в обратном направлении. И если еще вчера это было больше моим предположением, то сейчас всё очевидно, и я прав. В общем, пока мы с тобой шли по тоннелю, снаружи могло пройти несколько часов, а может, и несколько дней, я точно не знаю. Надеюсь, тебя не очень огорчит то, если ты пропустишь встречу Нового года?

- Ты знаешь, нет, - спокойно ответил мальчик. - Скорее, наоборот, я этому обрадуюсь. Да что рассказывать, ты ведь следил за мной, значит, и так всё обо мне знаешь!

- Я за тобой не следил, просто, узнав, кто нарисовал те рисунки, нашел тебя и немного понаблюдал за тобой. Без обид, но твои родители не умеют тихо ругаться, так что я, когда хотел зайти к вам вечером, стал невольным слушателем происходящего. Я вернулся к себе и собирался встретить тебя на следующий день после школы, поговорить, но потом я подумал... представил, какого тебе быть там, и решил забрать тебя из того хаоса. Подходя к твоему дому, я увидел, как ты выбежал из подъезда и пошел следом за тобой.

- Это правда? - тихо, одними губами спросил мальчик. - Ты правда хотел забрать меня оттуда, когда они... когда дома...

На в силах скрыть свои эмоции, Ярослав обнял Дамира. Слезы, одна за другой, невольно потекли из глаз мальчика - это звучало странно и ненормально, но этот эльф из другого мира, с которым он знаком чуть больше часа, сейчас был для него куда роднее и добрее, чем его собственные, знакомые ему с рождения родители. Дамир дал ему немного времени успокоиться, потом тихо сказал.

- Пойдем, тут вроде как уже утро, судя по расположению созвездий, а для тебя, да и для меня тоже - я ведь прожил в твоем мире целый год - сейчас глубокая ночь, нам надо поспать.

Они зашли внутрь, и первое, что заставило обратить на себя внимание - внутри было тепло. Тогда как, по логике вещей, дом, тем более такой большой, при условии, что в нем давно никто не жил, сейчас, когда снаружи стояла минусовая температура, должен был промерзнуть насквозь. Какое тепло! Откуда? Это явно какая-то аномалия. Дамир нахмурился.

- Похоже, кому-то очень потребовалось укрытие, - тихо сказал эльф.

- Думаешь, в доме кто-то есть? - шепотом спросил его мальчик, вмиг почувствовав, как не смотря на окружающее тепло, ему вновь стало холодно.

- Уверен, держись позади меня, но сначала я зажгу свет.

Дамир шагнул влево и провел рукой по стене - странный выключатель, решил Ярослав, но спорить не стал - хозяину дома виднее, как здесь подать освещение. И действительно, вскоре от вставных кирпичиков на стене стал исходить мягкий свет, постепенно, по нарастающей, он достиг каждого уголка большого зала.

- Это тоже магия? - шепотом спросил мальчик.

- Что именно? - не понял Дамир.

- Свет. Или у вас есть электричество?

- Ах, это! Электричества у нас нет, а свет исходит от лучистых камней, их гномы добывают в шахтах, и в отличие от электричества у них есть один большой минус: через каждые полчаса до них нужно дотрагиваться, в этом доме установлена маятниковая система, поэтому дотронуться нужно только до одного камня, и плюс покачивание добавляет несколько минут к той половине часа. А вот в обычных домах эльфам приходится регулярно дотрагиваться до каждого камня.

- Должно быть, это жутко напрягает.

- Привыкаешь. А теперь помолчим - нужно осмотреть дом и узнать, кто к нам пожаловал.

Они прошли в конец зала, и Дамир открыл дверь, ведущую на винтовую лестницу.

- Постой минутку, я закрою две другие двери, чтобы никто не вошел во входной зал.

Ярослав терпеливо подождал, пока Дамир, направив руки к двум дверям и вновь произнеся несколько неразбиваемых на слоги звуков, блокировал выход в этот зал из других частей дома, а потом, с плохо скрываемым сомнением в голосе спросил.

- Дамир, извини, но, если эльфы - такие хорошие волшебники, то почему ты уверен, что тот или те, кто сейчас находится в доме, не откроют закрытые тобой двери?

Молодой эльф грустно улыбнулся.

- Потому что даром природной магии обладаю только я. Все остальные эльфы, чтобы колдовать, должны иметь ежедневный доступ к волшебным фонтанам, которые как бы приводят в действие их способность к магии. Причем окунуться в воды фонтана нужно рано утром, а сейчас как раз ранее утро, значит, тот или те, кто находится здесь, даже если они тут всего сутки, не смогут отменить мои заклинания.

- Но... ведь это же здорово, то, что ты такой - уникальный, а ты почему-то не рад этому. Или мне показалось?

- Быть не таким, как все, тяжело, ты, как я понял, не хуже меня это знаешь? - вопросом на вопрос ответил Дамир.

- Ну да, - согласился с ним Ярослав, - смотрят всегда так, будто ты заразный.

Они поднялись по широкой винтовой лестнице, окруженной ровными стенами, заключенными в настоящий цилиндр, так что казалось, будто лестница умелым мастером пробита в толще породы. Они ступали очень тихо, но чего стоило достижение этого эффекта для Ярослава! Дамир, казалось, просто идет, также, как и всегда, тогда как он весь взмок и чувствовал нехватку воздуха из-за коротких вдохов и выдохов. Внезапно эльф остановился, и мальчик едва не налетел на него сзади. Сосредоточенный на том, чтобы идти осторожно и беззвучно, Ярослав не услышал наверху шума, однако сейчас, когда они остановились, он уловил отчетливые шаги, приближающиеся к ним. Мальчик совсем перестал дышать, а Дамир, коротко сказав ему: "Будь здесь", быстро преодолел последние пару десятков ступеней и, без страха и колебаний, открыл дверь на третий этаж.

Большая галерея с десятью винтовыми лестницами, ведущими в верхние башенки, сейчас утопала в полумраке, в котором отчетливо вырисовывался образ стоящего в нескольких шагах от Дамира эльфа. Гость ахнул и подался назад.

- Вы здесь один? - спросил его Дамир.

Услышав живой голос, эльф выдохнул - перед ним не привидение, уже хорошо.

- Да, я здесь один, а вы тоже оказались на плато?

- Не совсем, - ответил Дамир, подойдя к панели с крайним к нему лучистым камнем, - дело в том, что я... что я вырос в этом замке. Иными словами, в данный момент я дома.

Осознав его слова и увидев в нарастающем свете лицо Дамира, гость - а им оказался пожилой эльф - ужаснулся. Однако ужас быстро сменился злостью, а затем и вовсе перешел в некую ненависть.

- Ты! Я знаю, кто ты! Значит, всё это правда, и ты жив. Это ты наслал холод на Страну Северных Долин!

Обвинительные слова определенно придали ему сил, эльф шагнул в сторону Дамира, угрожающе указывая на него пальцем.

Ты думаешь, тебе сойдет это с рук? Ты за все ответишь! Это я тебе гарантирую!

Слова гостя настолько поразили Дамира, что все его спокойствие как ветром сдуло, в то время как Ярослав, который к тому моменту поднялся наверх, в галерею, был уверен, что молодой эльф почти не способен испытывать какие-то чувства, если не считать безразличия к большинству вещей.

Я наслал холод? Да вы в своем уме?!

В своём! И ты еще смеешь отказываться? Ах, ты негодяй! Еще и маску молодости на себя надел, как будто мы не знаем, сколько ему лет. Ну ладно, над собой ты колдуешь, но кто дал тебе право менять наш дом? Колдуй здесь сколько хочешь, но не смей трогать то, что принадлежит не одному тебе!

Эльф определенно вошел во вкус обвинительного тона, в то время как эмоциональная вспышка Дамира, которую он не смог сдержать, была очень короткой и, сложив на груди руки, молодой эльф решит дать гостю возможность высказаться. Раз уж тот твердо был уверен в виновности Дамира, просто так переубедить его не получится. А лишние эмоции только подогреют его гнев и упрочат уже имеющееся у него представление о причинах увядания Страны Северных Долин.

Вот-вот, замечательные слова, - сказал Дамир, своим обычным спокойным и преисполненным какой-то внутренней грустью голосом, - то, что принадлежит не одному тебе. Примерно так я говорил царю Солдару, но тот не захотел меня слушать.

Потому что мой отец знал, что ты лжешь и лишь хочешь отомстить всему миру за смерть Святогора.

Я так понимаю, что говорю с царевичем Диром?

Ты говоришь с царем Диром, - скорее высокомерно, чем гордо ответил тот, кому не так давно понадобилось укрытие на заснеженном плато.

Да, судя по всему, прошло очень много лет, куда больше, чем я предполагал, - задумчиво произнес Дамир. - Ладно, не знаю, что вас привело сюда, ваше величество, но в любом случае я вас не гоню, оставайтесь, если хотите. Скажите только, вы точно дома один?

Я не собираюсь отвечать! И вообще, немедленно перенеси меня во дворец!

А я не знаю, как.

Лжешь! Великий Святогор открыл заклинание по перемещению в пространстве и рассказал о нем только тебе. А ты... ты же ошибка природы, и можешь колдовать без волшебных фонтанов.

А может, я забыл то заклинание? В конце концов, я уже стар, вы сами сказали, а в старости всякое возможно.

Ну не настолько уж ты и стар! И вообще, что ты себе позволяешь?!

Свободу действий в своем доме, - невозмутимо ответил Дамир, - и вы, скорее всего будете против, но я хочу отложить наш увлекательный разговор часов так на восемь-девять.

Что? - негромко оторопело спросил царь.

Будь он не таким усталым, измотанным и голодным, он непременно бы закричал, выразив все свое чувство ярости и негодования, но сейчас он был просто сбит с толку поведением того, кому следовало, как он считал, молить о прощении и пощаде. Но Дамир держался так, словно это касалось кого-то другого, но никак не его, если только это не было очередным доказательством перешедшей все границы заносчивости...

Ярослав, - сказал Дамир, - идем вниз. Я думаю, перекусить нам обоим не помешает.

Мальчик молча кивнул. Он был порядком сбит с толку: Дамир утверждал, что его мир на грани гибели, но он не говорил, что или кто стал причиной этой угрозы, тогда как царь эльфов - царь, не кто-нибудь - обвинял во всем Дамира. Ярослав не хотел так думать, но невольная мысль: неужели он хочет обмануть сейчас меня? - закралась в его душу. Поймав его взгляд, молодой эльф устало отвел глаза в сторону, глубоко вздохнул и негромко сказал.

Никогда не делай поспешных выводов, Ярослав, в жизни это может здорово подвести тебя. А если хочешь объяснений, то я охотно расскажу тебе всё, но не здесь и не прямо сейчас. Идем пока в столовую.

Его слова очень смутили мальчика, он тут же возразил.

Нет, Дамир, ты не думай! Меня самого постоянно обвиняют в чужих грехах, так что я тебя понимаю. Но объяснения я все-таки хотел бы услышать: надо же знать обстановку, в которой придется работать.

Дамир вернулся на лестницу и стал спускаться, Ярослав последовал за ним, по пути их догнали насмешливые слова царя Рида.

Как же! Столовая им! Кто там для вас что-то приготовил, интересно?

А вы спускайтесь, ваше величество, - предложил Дамир, - вместе и проверим, кто и что там нам приготовил.

Еще чего! - тоном капризной барышни ответил Дир, но тут же, отметив, тон своих слов, сам на себя обиделся и решил немедля уйти в комнату, в которой он провел последние полтора дня.

Прошло уже две недели с тех пор, как его похитили из дворца, похитили в прямом смысле слова: ночью, когда царь спал. Почувствовав неладное, он сразу проснулся и с ужасом отметил, что он больше не во дворце, а в какой-то пещере, где очень и очень холодно. Похититель перенес его сюда вместе с кроватью, великодушно оставив ему толстое одеяло и подушки. Сначала Дир вообще решил: это какой-то кошмарный сон, это нереально, не может быть реальным! Но пронизывающий холод говорил об обратном. Сердце царя бешено заколотилось, он резко сел. В пещере было темно, слишком темно и жутко. Да и пещера ли это вообще? - подумал тогда Дир. - Что если это какой-то подвал? Тюремный каземат? Нет, в тюрьме не могло быть так холодно, а еще в подземелье не мог проникнуть ветер. Значит, это, действительно, какая-то пещера, а выход из нее, судя по тому, с какой стороны дует, находился где-то в нескольких метрах от его кровати. Минут десять Дир сидел не шевелясь, стараясь по окружающим звукам определить, что и кто его окружает. Шум в ушах мешал сосредоточиться, и сердце билось так сильно, а толстое одеяло мало спасало от холода. Однако спустя еще минут пять Дир все-таки смог вернуть себе слух - вокруг себя он не уловил никаких звуков, ни малейшего шороха, но легче ему от это не стало: все равно в пещере мог кто угодно затаиться, о том, где находится эта пещера Дир вообще старался не думать. Так, в холоде на фоне нестихающего страха он просидел до утра. Слабое освещение облачного дня при условии небольшого прохода не позволило ему детально разглядеть обстановку вокруг, но все-таки очертило обстановку в общих чертах. Он, действительно, находился в пещере, небольшой, метров четыре на три, через проход проглядывали очертания гор - значит, самые худшие опасения, о которых он даже боялся думать, подтвердились: он в горах. Царю хотелось завыть от горя и отчаяния. Кто это сделал? Зачем? Как? Но он не позволил себе поддаться отчаянию, но приказал собраться, найти силы и выйти наружу. Для начала Дир осмотрелся, и, чтобы хоть немного защитить ноги от холода, он собирался снять простынь, разорвать ее и обмотать тканью ступни и щиколотки, для чего переместился к краю кровати и уже хотел вытащить простынь, как вдруг обнаружил лежащие на каменном оледенелом полу теплые вещи, войлочные сапоги и куртку. Можно было бы сказать "спасибо" за заботу, если бы не сам факт того, что его перенесли сюда без его воли, фактически обрекая на гибель, если не от холода, то от голода.

Его величество быстро оделся и направился к выходу, обойдя кровать, он увидел корзинку, накрытую полотенцем, резко, не раздумывая, он сдернул полотенце - внутри была еда: с десяток буханок хлеба, несколько глиняных горшков и бутылок. Похоже, заботливый похититель решил разделаться с ним медленно, чтобы за оставшееся время в холодном плену, царь успел обдумать и оценить все свои поступки.

Внимательно пересчитав все припасы: 11 буханок хлеба, пять горшочков с медом и четыре бутылки некрепкого вина, Дир обнаружил на дне корзинки несколько сухих листьев - с плато Гигантов, судя по размерам - и два небольших камушка, которыми обычно пользовались для высекания живого огня. А в дальнем углу пещеры он заметил большую гору дров. В глубине души его величества закралась надежда: а вдруг его похититель скоро вернется и заберет его отсюда? Все-таки он не бросил его прям уж на произвол судьбы, а оставил ему вещи, еду и возможность согреться. Впрочем, нельзя было отрицать того, что похититель таким образом намекал ему начать жизнь в другой обстановке, забыть о прошлом, о том, кто он. Но последнее царя совсем не устраивало, он твердо решил уйти из этой пещеры, найти нужную дорогу и вернуться назад, во дворец. И хотя он прекрасно понимал, что о его желании вернуться сейчас лучше всего сказать: этот не тот случай, он не позволил себе думать о плохом.

Днем ветер стих, и Дир отправился исследовать окружающее пространство, он находился на пологом широком уступе одной из гор, бесчисленные вершины которых давили одним своим видом бескрайнего однообразного пространства, с новой силой заставляя поддаться отчаянию. А к вечеру вновь поднялся сильный ветер, он не стихал три дня - их его величество провел, сидя в пещере, пытаясь согреться у костра. Дир подтащил к выходу кровать и частично загородил ею проход, стало меньше дуть с улицы, зато внутри пещеры от огня прибавилось дыма, он неприятно щипал глаза и даже заставлял кашлять царя, привыкшего жить в исключительно комфортных условиях. Несколько дней Дир ломал голову над тем, что делать дальше - он не нашел никакого спуска с плато, спускаться по острым заснеженным и обледенелым горным уступам было сущим самоубийством. Естественно, он вновь и вновь задавался вопросом: кто так зло подшутил над ним? Зачем сделал это? Тот факт, что его перенесли сюда с помощью магии, ни о чем еще не говорил. Много лет назад заклинание для перемещения в пространстве открыл великий Святогор, который давно умер, он рассказал о нем только своему приемному сыну, который исчез не одно десятилетие назад, потом тоже открытие сделал гном Бравлин, так почему его не мог сделать кто-то еще?

К концу десятого дня его непоколебимость почти иссякла, он сам перестал слушать свои приказы и всё чаще думал о том, что никогда не сможет уйти с этого плато, а жить ему осталось считанные дни. В какие-то моменты ему хотелось выйти на улицу и покончить со всем быстрее, не ждать, когда закончатся припасы. Но потом разум и сила воли побеждали, и он вновь делал всё, чтобы выжить. Поел меда с хлебом, дождался, когда растает у костра принесенный с улицы снег, ему приходилось делать это пять раз, чтобы утолить естественную жажду, усиленную сладким медом.

На следующий день вьюга утихла, и Дир вновь отправился наружу, чтобы еще раз всё осмотреть. Он ни на что не надеялся, просто делал то, что должен был. Вьюга намела на плато мощные сугробы в одних местах и освободила другие, обнажив каменную поверхность. Его величеству три раза пришлось перелезать через сугробы, чтобы добраться до следующего расчищенного участка. Так, он вновь осмотрел окружность плато и убедился в нереальности спуска, он уже хотел идти обратно в пещеру, когда увидел люк. Люк! Настоящую деревянную крышку примерно метр на метр. Дир зажмурился и встряхнул головой - нет, не померещилось: когда он открыл глаза, люк был на месте. Сердце царя учащенно забилось: похоже, он нашел спуск с горы. Такие люки устанавливали гномы в своих выходных шахтах, периодически гномы проветривали все внутренние помещения, заменяли старые доски, если это требовалось. У этого люка все доски были как новенькие, значит, люком пользуются, а внутри этой горы живет какой-то гном. Единственная проблема заключалась только в том, что гномы запирали эти люки изнутри, не столько от непрошенных гостей, сколько от того, что люк могло унести ветром.

Запертый деревянный люк, - хихикая вслух произнес его величество.

Увидь его сейчас кто-нибудь со стороны, и он решил бы, что царь не в себе, и у него явно не всё в порядке с головой, но его никто не видел, и себе он позволил проявление чувств, пусть оно даже было таким глупым и несерьезным.

Словно не замечая всех снежных препятствий на пути, Дир прибежал обратно в пещеру, подошел к тлеющим углям и аккуратно подложил к ним несколько дровин, дождался, когда огонь разгорится и, взяв одно горящее полено пошел к люку. Когда он принес третью дровину, деревянный люк уже вовсю горел. Осталось только дождаться, когда он сгорит до конца - и всё, можно спускаться внутрь.

Зачем запирать деревянные двери? - смеялся Дир. - Кто только это придумал?

Однако, как оказалось, Дир многого не знал об устройстве деревянных люков в шахтах гномов. Прогоревшая верхняя деревянная часть обнажила внутреннюю прослойку - из металла, который защитил внутреннюю деревянную обивку и оставил вход в шахту закрытым.

Нет, нет, нет, это какая-то ошибка! - Дир упал на колени и стал отчаянно колотить по двери, потом встал и начал по ней прыгать, надеясь, что под его тяжестью она просядет, а замок и петли не выдержат, но ничего не помогло - люк был сделан и заперт на совесть.

Упав в бессилии на холодную каменную поверхность, царь готов был заплакать, и он даже хотел заплакать, потому что очередная волна страха вот-вот готова была накрыть его с головой, потому что возможность убраться отсюда исчезла вместе с деревянной внешней обшивкой люка, но слез не было. Когда сзади раздался странный скрипучий звук, Дир испуганно вздрогнул и, вскочив, выставил вперед кулаки, твердо намереваясь сопротивляться. И кого же он увидел? Из люка показалась голова недовольного гнома, окинув странного обитателя безжизненного до недавнего времени плато, он строго отчитал его за то, что тот напустил дыма в шахту, а еще уничтожил внешнюю обшивку люка.

Мне теперь работать тут не меньше дня! А вы вообще в курсе, насколько сложно в горах добыть хорошие доски?

Но Дир был настолько рад кому-то живому, что совершенно не обиделся на его ворчанье. Наоборот, даже хотел обнять гнома на радостях, но тот вовремя шарахнулся в сторону. Дир попросил вывести его из сети гор, и хотя хозяин тоннеля был всё ещё недоволен, он согласился помочь. Казалось, мучениям Дира пришел конец, и в скором времени он должен был быть на пути во дворец, но случилось очередное несчастье - по дороге, когда они проходили по узкому берегу подземной реки, царь поскользнулся и упал в воду, быстрое течение подхватило его, и гном не успел поймать его. Через несколько метров поток обрушился с высоты в пять метров, унося за собой в подземное озеро царя Дира. Ледяная вода парализовала его движения, он едва не потерял сознание, когда увидел еще один берег на другом конце этой большой пещеры. Собрав все силы в кулак, Дир, по-прежнему уносимый течением, проплывая мимо каменных уступов, ухватился за один из них и кое-как вылез на берег. Как никогда он понимал: если сейчас сесть, поддаться холоду, то встать он уже не сможет. И медленно, с трудом переставляя ноги, Дир пошел вперед, туда, откуда шел слабый свет, именно этот свет позволил ему увидеть берег. Идти было и без того тяжело, а теперь приходилось еще и подниматься вверх по каменным ступеням. Когда лестница вывела его на заснеженное плато, то, всё, о чем Дир мог думать - это отдых, тепло, сухая одежда. Обманчивые чувства уставшего, использовавшего все очевидные и все скрытые силы организма, начали рисовать перед его взором дом, там, где-то в глубине дома, наверняка, есть камин, эльф уже представил, как садится у камина в мягкое кресло, как огонь согревает его тело. И вдруг что-то щелкнуло в его голове - дом ему не мерещится! Сердце Дира бешено заколотилось, чей-то дом, или скорее замок, значит, он спасен! Спасен, надо только зайти внутрь. На его счастье дверь в дом была не заперта, а еще внутри нашелся камин и старые, но всё еще пригодные для использования дрова, впрочем, предметов мебели в качестве потенциального топлива тут было предостаточно. Казалось бы, угроза миновала, он нашел здесь укрытие, но дом оказался пустым, создавалось впечатление, что здесь долгие годы никто не жил, и самое главное, в доме не было ничего съестного, а невидимая преграда вокруг замка пресекала все попытки уйти с плато.

Дир абсолютно не обратил внимания на внешность спутника Дамира, он услышал имя "Ярослав", эльфов не часто, но называли таким именем, и вообще единственное, что сейчас волновало его величество: это поведение Дамира, названного повелителем иллюзий за его искуссное с ними обращение. Почему он так спокоен? Это, что дерзость или высшая степень безразличия ко всему, а может, просто высокомерие? Последнее было куда более вероятно, а как еще охарактеризовать подобное обращение к самому царю? А может, это он, Дамир, похитил его? Похитил, а теперь еще и смеется над ним? Да, точно! И, не смотря на слабость, вызванную голодом, да и просто всем пережитым, Дир медленно пошел вниз, на полпути он остановился, прикинув в уме, что может сделать, как заставит Дамира вернуть его во дворец. Ничего путного на ум не пришло.

Найти Дамира и Ярослава труда не составило, они активизировали работу лучистых камней везде, где проходили, поэтому его величеству просто нужно было идти по освещенным коридорам. Так, он довольно быстро пришел в столовую. Царь, готовый к пламенному словесному выпаду, так и не произнес ничего: он замер с открытым ртом на пороге столовой. Дамир стоял у стола, простерев руки над маленькой расписной скатертью, Дир видел в шкафу эту скатерть. Но действия Дамира сейчас не имели значения, потому что на стуле сидел некто со странной внешностью, в немыслимой одежде (впрочем, стоило признать, что Дамир тоже был одет странно). Эльфом ребенок точно не был, гномом тоже. Но не мог же он быть тем, кого нельзя увидеть: человеком.

А Дамир, опустив руки, словно поднял невидимую крышку со скатерти, на которой теперь лежали всевозможные вкусности. Посмотрев на царя, он увидел, что тот внимательно и неотрывно, словно собирается загипнотизировать, смотрит на Ярика, который не знал, куда исчезнуть от такого пытливого взгляда, он ерзал на стуле так, словно ему сильно мешали расположенные на сиденье мелкие камушки.

Ваше величество, рад, что вы решили к нам присоединиться. Проходите, не стойте в дверях.

На мгновение Дир переключил на него внимание, а потом вновь перевел взгляд на мальчика, определенно смахивающего на человека из старых сказок.

Вижу, вас заинтересовал мой гость? Я с удовольствием расскажу вам об этом замечательном мальчике, ваше величество, но только если вы пообещаете мне сначала поесть.

Что это? Он смеётся или делает вид, создает иллюзию заботы? Впрочем, какая разница, решил Дир, в любом случае верить ему нельзя. Но голод и сопутствующая ему вялость взяли верх. Молча царь прошел в просторную столовую и сел за стол напротив мальчика, по левую руку от Дамира. В полном молчании прошел этот странный ужин, плавно перешедший в плотный завтрак. Еда, взявшаяся из ниоткуда, была очень вкусной, более того, Диру и Ярику, она показалась не просто вкусной, а замечательной по всем характеристикам. Подобная по принципу действия салфетка, которую Дамир всегда брал с собой, спасла его в тоннеле между двумя мирами. Она могла бы спасти и того, кто случайно оказался в замке, но, к сожалению, его величество понятия не имел о волшебных свойствах скатерти. Дамир почувствовал невольный укол совести: он дал возможность нуждающемуся оказаться в его замке, но не оставил инструкций по выживанию здесь. Так, царь Дир вполне мог умереть тут от голода, проживи он тут еще несколько дней в одиночестве.

Пока его величество, стоя на лестнице, разрабатывал планы по изменению ситуации, Дамир успел обработать поврежденные ладони мальчика, целебная мазь почти сразу сняла боль, и теперь Ярослав почти забыл о ссадинах. Всё время, пока ел, мальчик то и дело посматривал на волшебную скатерть, не переставая восхищаться тому, каким образом они получили ужин. Да, он не раз читал в сказках про скатерть самобранку, но в сказках это всегда звучало как-то само собой разумеющимся, а здесь рождало благоговейный восторг перед такими возможностями.

А я так смогу? - тихо спросил Ярослав, наклонясь к Дамиру.

Что именно? - не понял Дамир.

Наколдовать еду.

Наколдовать еду? - переспросил эльф. - Получить еду, это звучит более правильно. И, да, конечно, сможешь, примерно через пять часов, столько нужно для накопления волшебной силы в скатерти, чтобы она смогла подарить полноценный обед на нескольких человек. Дело в том, что эта скатерть, а точнее ткань, из которой она сделана, сшита из льна, растущего на Чудо-поляне, тот лен питают водные токи, идущие от трех волшебных фонтанов. Из-за бьющих горячих гейзеров вокруг Чудо-поляны попасть на нее невозможно, но моя подруга детства Звездочка умела перелетать многие препятствия, поэтому я смог попасть на недоступную площадку и нарвать волшебного льна. Итог - чтобы воспользоваться дарами чудесного полотна, колдовать вообще не нужно, так как колдовство и так внутри него.

Но ты ведь колдовал! И... что за имя такое Звездочка?

Нормальное имя для стрекозы. Большой стрекозы, - пояснил Дамир, видя недоумение на лице мальчика, - с плато Гигантов. И я не колдовал, я лишь активировал накопительную силу скатерти. Ты тоже так сможешь, но попозже.

Кх, кх, - негромко откашлялся Дир с явной долей притворства, - я хотел бы услышать ответы на свои вопросы, а у меня их много накопилось. Для начала: кто это? Как ты его создал? Это твоя очередная иллюзия?

Я не иллюзия! - возмутился Ярослав, но Дамир, посмотрев на него, чуть заметно качнул головой, давая понять, что сам всё скажет.

Я привел его сюда из другого мира. Зачем, спросите вы? Да, всё за тем же! В своем навязчивом стремлении спасти наш мир. О, простите, уничтожить.

Слишком много говорит против тебя!

Что, например?

Ну, как же, всё началось после смерти великого Святогора, ты скрыл этот дом от взгляда всех, а потом заявился к моему отцу и стал отговаривать его от безобидной идеи, а потом...

Безобидной?! - вновь вспылил Дамир. - Уничтожить сильфов, по-вашему, это безобидно?!

Сильфы? - скептически изогнув бровь, насмешливо спросил Дир. - Сильфы - это сказка.

Дамир, который почти сразу вернул себе невозмутимое выражение лица, спокойным голосом пояснил.

Верно, мы все знаем одну сказку, в которой упоминается о сильфах. Но знаете, что здесь примечательно? Нет? А я вам скажу, эту сказку придумал не кто-нибудь, а Светомир, первый царь нынешней Страны Северных Долин, и не когда-нибудь, а тогда, когда эльфы и гномы под его началом вышли из тоннеля между мирами и провели здесь первую ночь. Этот мир, мир Надежды, придумали великие волшебники, вера в их иллюзию тысяч гномов и эльфов вывела их сюда, в место, которое появилось из небытия, но его внешние и внутренние границы были еще очень неопределенными и всё, что в ту ночь нафантазировал его величество Светомир стало реальностью. Так появились хранители мира сильфы, и, согласно мыслям царя Светомира, они были очень маленькими, да еще и невидимыми, и потому жили в стране, где всё крошечных размеров. Когда я говорил об этом вашему отцу, он высмеял меня, сказав, что никакого родного мира не было и тем более перехода через тоннель в выдуманный кем-то мир. Это всё мифы, сказания, предания, и нет никакого мира людей. Но, как видите, - Дамир указал глазами на Ярослава, - люди существуют, там, где когда-то жили эльфы с гномами. Кстати сказать, нас они тоже считают выдумками.

Но... тебя ведь закрыли в исчезающей пещере. Ты уверен, что тебе это всё не приснилось? К тому же, я всё еще сомневаюсь в реальности этого ребенка и склоняюсь больше к тому, что ты создал иллюзию человека из сказки так же, как создал свой облик, скинув себе не один десяток лет.

Ярослав вскочил и, сжав кулаки, уже собирался высказать этому недоверчивому царю всё, что он о нем думает, но его вновь остановил Дамир, отрицательно покачав головой, он с грустью сказал.

Не надо, он всё равно не поверит. Пойдем лучше я покажу тебе комнату, где можно отдохнуть.

Дир отправил им вслед не одно послание, вновь требовал вернуть его во дворец, предъявлял очередную серию доказательств виновности Дамира в проблемах Страны Северных Долин. Но почти всё это он говорил самому себе, упорно не замечая того, что остался один, и его никто не слушает. Но его величеству необходимо было высказаться, просто для самого себя, потому что Дамир все-таки посеял в нем зерно сомнения. И даже проговорив все доводы вслух, он все равно продолжать слышать слова сказки, как мама ее читала ему, совсем маленькому. Сказка, а точнее сказание о первом дне первого царя в новом мире... После получаса таких раздумий, сомнений, эмоций Дир решил не мешать Дамиру и Ярославу отдыхать. Несмотря на силу заклинаний, никакая иллюзия по преображению не работала, если тот, кто ее создавал, отвлекался, и тем более засыпал. Это первое. И второе, Дир вспомнил об оборотном зелье - было и такое, отвар нескольких трав, растворенный в воде из волшебного фонтана - его действие длилось самое большое пять часов. Значит, даже если предоложить, что Дамир использовал такое зелье, вдобавок ко всему дав его своему таинственному товарищу, то после пяти часов сна, от действия отвара ничего не останется, и вот тогда он, Дир, заставит виновника признать факт обмана. И тем не менее навязчивое чувство, что Дамир сказал правду, не давало ему покоя.

Он довольно быстро нашел комнату, в которой расположился Дамир, так как хорошо исследовал дом за время своего пребывания тут и прекрасно знал, где есть кровати; осторожно, на цыпочках он прошел внутрь, Дамир уже спал, одним своим видом развеяв первое подозрение его величества - об использовании иллюзии. Но оставалось еще зелье, да, это зелье, а что же еще? И, решив так, его величество расположился поудобнее в кресле, борясь со сном, он стал терпеливо ждать, когда каждый прошедший час приблизит разоблачение.

***

В эту ночь юная Лара крепко и быстро заснула, со спокойным сердцем, она по-прежнему волновалась за дедушку, но вера в то, что она сможет разоблачить преступника и исправить ситуацию, придала ей сил и отодвинула все страхи в сторону. Единственное, что по-прежнему казалось ей странным, так это то, что за всеми печальными изменениями в стране Северных Долин стоит давно пропавший Дамир повелитель иллюзий. Где он был всё это время? Почему ждал так долго? Да и зачем в принципе он мог хотеть навредить своей стране? Из слов Бравлина также следовало, что им стоит здорово опасаться Дамира, ведь не случайно, после стольких лет забвения, он занял место царя только сейчас. К счастью, никакие внутренние страхи и опасения не беспокоили девочку во сне.

Бравлин отвел юной царевне - которую он, конечно же забрал из тюрьмы - уютную комнату на верхнем этаже своего подземного дома. Сам Бравлин не спал до поздней ночи. Когда он перенесся во дворец, проверить свою догадку, что царь не просто так сильно изменился, то представлял, как потом расскажет всем об открытом им заклинании, а все, не скрывая своего восхищения перед ним, сразу же ему поверят. и вот он побывал во дворце, убедился в подмене царя, но что теперь? Как он соберет народ? И с чего вдруг все ему поверят? Поверить, конечно, могут, но просто так, если он будет говорить об этом отдельным эльфам, его слова передавать из уст в уста никто не станет. Проще было бы заявить это именно перед собранием народа, но кто соберет это собрание? Даже если он оставит везде обьявления, то лжецарь ни за что не даст собраться вместе большой группе народа для такой цели.

Наутро Лара напрямую спросила Бравлина за завтраком, почему он обвинил в бедах страны Северных Долин именно Дамира повелителя иллюзий.

Повелитель иллюзий! - насмешливо повторил гном. - А ты знаешь, что этот титул он сам себе присвоил, когда был еще совсем маленьким?

Лара отрицательно покачала головой. Что ей вообще рассказывали о Дамире? Говорили, что он был приемным сыном великого Святогора, обладал даром природной магии и много лет назад мешал ее прадеду, царю Солдару, сделать игровой сад для тогда еще маленького царевича Дира на плато Карликов. Еще все отмечали, что он был очень странным, но в чем именно заключалась эта странность, никто толком не объяснял.

Мало ли кто как себя называет в детстве? Я, например, помню, как просила дедушку звать меня Снежинкой. Сейчас я понимаю, это глупо, но тогда, по-видимому, для меня всё было серьёзно.

Ну, хорошо, согласен, став взрослым, он себя так не называл, однако имя уже всем запомнилось. Я помню его: он был какой-то... не такой! - с некоторой брезгливостью произнес Бравлин.

Не такой? Почему не такой?

Не такой как все.

И только-то? - с большим осуждением в голосе произнесла Лара так, словно она была умудренным опытом учителем и сейчас говорила с начинающим обучение учеником. - Мы все особенные - бабушка так говорила, она рассказывала, как познакомилась с мальчиком, которого никто не брал играть, потому что он был немного рассеянным, а его товарищи любили играть в мяч, бегать, прыгать, в таких играх надо быстро реагировать, но у того мальчика так не получалось. Бабушка рассказывала, каким несчастным он был, обиженным и расстроенным, ей стало его так жалко, и она сама стала с ним играть. Нельзя отталкивать других только потому, что они чем-то отличаются от большинства.

Лара говорила прописные истины, конечно, Бравлин всё это знал, и теперь чувствовал себя немного пристыженным после того, как ему об этих истинах напомнила тринадцатилетняя девочка.

Твоя бабушка была очень умной и доброй.

Я знаю, - тихо ответила девочка.

Ее родители погибли, когда она была совсем крошечной, тогда ребенка забрали к себе дедушка и бабушка, а три месяца назад царица Северина умерла, ей стало плохо и никто не успел оказать ей необходимую помощь. Именно после смерти жены царю Диру несколько чиновников предложили закрыть волшебные фонтаны, чтобы копить силу фонтанов, а не распылять ее понапрасну, но Дир отказался от этой идеи, а Лжедир воплотил её в жизнь.

А знаете, - сказала Лара, когда они, уже позавтракав, еще сидели за столом, - где-то месяц назад к дедушке приходил один старый эльф, его звали Руслан. Я знаю, что подслушивать нехорошо, но я читала в кабинете дедушки, куда мне тоже не разрешается ходить, в общем, когда я услышала, как кто-то идет, то спряталась в шкафу и невольно услышала весь их разговор. Этот эльф, Руслан, очень недовольно разговаривал, даже зло. Он возмущался, почему дедушка не отдал ему книгу его дяди, книгу великого волшебника Святогора, ведь он, как никто другой, должен хранить фамильное наследие. А дедушка ответил: книга должна остаться у него, в ней слишком много тайн, о которых не должен знать никто. Еще он удивился, откуда Руслан узнал о ней? Тот не ответил и ушел, он так сильно хлопнул дверью! А потом спустя какое-то время, книга пропала. И никто так и не нашел ее. Но я почему о ней вспомнила, - пояснила девочка, - пару дней назад я зашла к дедушке и хотела попросить его открыть хотя бы один из фантанов, столько эльфов болеют сейчас, волшебная вода могла если не исцелить их, то хотя бы облегчить их страдания, но он сказал, что фонтаны раскрывать нельзя, нужно копить магию, а не растрачивать ее там, где это лишено смысла. И тут я увидела у него на столе книгу, большую старинную книгу. Я спросила, что это? Дедушка сначала не хотел говорить, а потом сказал: эта книга принадлежала великому Святогору. Я естественно спросила, кто ее нашел и вернул во дворец? И была ли она у того старого эльфа, Руслана? После этого дедушка очень разозлился и приказал отвести меня в тюрьму, хотя он и сказал, что это из-за моего несогласия с закрытием фонтанов.

Бравлин недоуменно посмотрел на девочку, то, о чем она рассказала ему, наводило на многие мысли. Еще раз прокрутив в голове её слова, он ужаснулся.

Булыжники мои! Так ведь это значит... Руслан Белозерцев. Я знаю его, он, действительно, племянник великого Святогора, и почти ровесник Дамира. И... нет, этого не может быть! Чтобы он стоял за всем этим? Зачем ему это? И с Дамиром он точно не стал бы заключать никаких сделок, он его ненавидел, ненавидел с тех пор, как пришел к великому Святогору и попросил научить его магии. Святогор отказался, заявив, что магию нужно использовать только для помощи по хозяйству, и чем меньше эльфов и гномов владеют её тайнами, тем лучше. Руслан тогда здорово разозлился и обиженно спросил: почему же он учит Дамира, почему называет его сыном, а своему, родному племяннику, помочь не хочет? Но Святогор ответил: Дамир - особенный, и скорее сама мать Природа хотела, чтобы чему-то учился у него. Об этом Святогор рассказывал моему отцу, а мой отец мне. Но... Руслан потом оставил идею изучать магию, он был обычным эльфом и всю жизнь работал на почте. Правда года два назад он пропал, я слышал: он ушел жить на Плато Гигантов. Плато Гигантов - странное место, и никто бы в здравом уме и светлой памяти не отправился бы туда коротать старость. Так что я склонен был считать это пустыми слухами. Но сейчас даже не знаю...

Лара хмыкнула.

Надо полагать, плато Гигантов странное потому, что тоже не похоже на всё остальное, как Дамир повелитель иллюзий не похож на всех эльфов?

Это другое! И о том, что плато Гигантов - странное место сказал первым не я. Неужели ты никогда ничего о нем не слышала?

Слышала, но, по-моему, необычность плато Гигантов - это его естественная красота. Там здорово! Не понимаю, почему дедушка так не хочет, чтобы я там побывала.

"Наверно потому, что там погибли твои родители", - хотел сказать Бравлин, но промолчал, решив, что девочка скорее всего, не знает истинных обстоятельств гибели своих родителей, и он не тот, кто должен раскрывать ей тайну.

Немногие решались жить на плато Гигантов. Несмотря на всю привлекательность и, действительно, внешнюю красоту и эффектность этого места, проживание на его территории сопровождалось с настоящей опасностью: с одной стороны хищные насекомые, которые были не прочь полакомиться эльфами, что уж говорить о более крупных животных, с другой стороны - странная сила, эта сила лишала возможности видеть всё вокруг непринужденно, красочно. Тот, кто возвращался после удивительного пребывания на плато Гигантов, не мог понять лёгкости и жизнерадостности жителей Страны Северных Долин, наоборот, он становился чересчур серьезным, недоверчивым и мнительным. Нелепая фраза уже не могла быть шуткой, но лишь поводом обидеть. Говорили, это происходило из-за глубокого потрясения от увиденного: нелегко было переварить картины, где говорящие звери - а говорили они только на плато Гигантов - поедают друг друга или рассуждают о погоде, обгрызая кору деревьев. Тот, кто умудрялся прожить на плато Гигантов достаточно длительное время автоматически становился странным, как, например, Дамир повелитель иллюзий, которого великий Святогор встретил именно на плато, при этом мальчик утверждал, что жил там с рождения.

Нет, - решительно заявил Бравлин, - я не верю в то, что это всё затеял Руслан! Зачем ему это? Он столько лет трудился на благо своей страны, пусть работа была у него не самая ответственная и значимая, но её тоже кто-то должен выполнять. Нет, нет, не верю! Вот Дамир, эльф, который начал погружение нашего мира в бесконечную зиму, вполне мог продолжить осуществление своего коварного плана. Хотя непонятно, почему он молчал столько лет. Возможно, чего-то ждал, а возможно, искал какое-то нестандартное решение, а возможно и то, и другое.

Но зачем ему это? - осторожно спросила Лара.

Не знаю! Может сказалось его длительное пребывание на плато Гигантов. И ты напрасно думаешь, что это пустые, ничем не подкрепленные обвинения, Лара. Возможно, дедушка с бабушкой не рассказывали тебе, но много лет назад, когда твой прадед решил устроить для своего маленького сына игровой парк на плато Карликов, Дамир прибыл во дворец и потребовал от царя отказаться от своей идеи. Царь Солдар, естественно, не пошел у него на поводу и не стал выполнять эти требования, продолжив строительство, тогда Дамир наколдовал жуткую метель на рабочую бригаду, несколько эльфов едва не погибли в том снежном урагане. Я знаю, что после этого Дамира удалось схватить, но он сбежал, сбежал и больше полувека скрывался. Может, этот холод вообще последствия наколдованной им тогда метели, и Дамир всё это время наблюдал со стороны за тем, как мы все мучаемся.

А дедушка говорит, что Дамир мстил всему миру за смерть своего отца.

Вполне возможно, и это тоже!

Но наверняка вы не знаете, ни вы, ни дедушка, и вы, и он только предполагаете.

Хм! С чего вдруг ты так защищаешь его? - нахмурился Бравлин.

Опустив глаза Лара с полминуты молчала, потом тихо ответила.

Я читала его стихи, и я просто не верю в то, что эльф, который так любил природу, мог желать ей вреда.

Последовала логичная ответная реакция - Бравлин усмехулся и покачал головой.

Стихи - это выдумки, моя дорогая. А выдумать можно всё, что угодно, в том числе и любовь к природе.

Даже если это стихи из личного дневника? - упрямо, не уступая Бравлину, ответила девочка.

Личный дневник? - искренне удивился гном. - Откуда у тебя его личный дневник?

Ну... я нашла его в кабинете дедушки, дневник и маленькую книжку, в которой содержались сведения о полных затмениях, там рассказывалось, что полные затмения происходят раз в сто лет, и именно в те ночи открывается вход в исчезающую пещеру, она находится в горах у Горного Двухозёрья, там даже было обозначено точное место, на карте.

Боюсь, моя дорогая, исчезающая пещера - это тоже выдумка, как и всё в том дневнике, и мой тебе совет, не верь всему, что написано!

Так, твёрдо поставив точку, Бравлин дал понять: разговор окончен. Гном предложил девочке погулять по дому, а сам стал думать: что делать. Он ведь так и не решил, каковы его дальнейшие действия, а сказанное Ларой и вовсе заставляло серьезно задуматься.

***

Пока Бравлин раскладывал по полочкам информацию, Дир продолжал упорно и неотрывно наблюдать за Дамиром, он дожидался, когда его молодое лицо сменится на лицо старика, но время шло, а ничего не происходило. Когда за окном высоко поднялось солнце, и стало понятно, что перевалило за полдень, Дир в тяжелых раздумьях вышел из комнаты. Он вновь мысленно пробежался по сюжету древнего сказания и ужаснулся, холодный пот выступил у него на лбу. Как же так? Это всё правда! И он, не кто-нибудь, а именно он стал причиной гибели мира. Ведь это ему в детстве захотелось играть в стране Карликов, он хорошо помнил, как просил отца поставить там для него качели, домики, городок с препятствиями.

Это я погубил наш мир, я!..

Пожилого эльфа невольно качнуло, он инстинктивно облокотился рукой о стену. Перед глазами у него всё поплыло, а к горлу подступил комок. Дир не помнил, как добрел до кухни, он очнулся только тогда, когда на кухню зашел человек. Словно впервые увидев его, он остановил на нем долгий взгляд, отчего Ярославу вновь стало не по себе, он развернулся, намереваясь уйти, или скорее сбежать от этого пристального взгляда, но наткнулся на Дамира.

Ты уже завтракал? - спросил он.

А... Нет, но я не хочу!

Да ладно тебе, мы всё утро и часть дня проспали.

Но ведь мы уже завтракали.

Там был, скорее ужин, да и сейчас, уже скорее, обед. Давай, проходи, заодно попробуешь сам накрыть на стол.

Последнее предложение не могло его не заинтересовать. Ярослав постарался забыть о царе эльфов и как ни в чем не бывало, открыл шкаф и достал поднос с волшебной салфеткой, при этом мальчик постарался смотреть в сторону. Зато Дамир, взглянув на Дира, невольно за него испугался: на нем, как было принято говорить в таких ситуациях, не было лица.

Что с вами?

Словно утратив дар слуха, пожилой эльф не услышал его, но смотрел внимательно и неотрывно. Дамир не на шутку встревожился, он подошел к царю вплотную и, взяв его за плечи, легонько встряхнул.

Ваше величество! Что с вами?

Удивленно моргнув, Дир очнулся от оцепенения, в голову тут же ворвались шум и гудение, он невольно зажмурился.

Что такое? - вновь спросил Дамир. - Ничего не понимаю!

Дамир вопросительно посмотрел на Ярослава, но тот только пожал плечами.

Да я только перед тобой зашел, ты должен был видеть, как я сюда иду.

Я видел, и все-таки ты оказался здесь чуть раньше.

Это я, - скрипучим голосом произнес Дир.

Не ожидания его слов, Дамир чуть вздрогнул и отпустил его.

В смысле вы?

Это я, я погубил наш мир.

Но... Я не совсем понимаю.

Что ж тут непонятного? - грустно ответил ему пожилой эльф. - Ведь это я попросил отца сделать мне игровую площадку на плато Карликов, а значит, это я уничтожил сильфов, некому стало охранять наш мир от опасностей... Скоро всё здесь погибнет, замёрзнет от холода, а я ничего не могу сделать.

Пододвинув поближе табуретку, Дамир сел напротив царя и, внимательно посмотрев на него, бодрым голосом возразил.

Ваше величество, есть способ спасти Страну Северных Долин, для этого я привёл сюда Ярослава. Мы сделаем всё возможное, чтобы всё возродить. Вот увидите, тепло, магия, жизнь вернутся сюда.

Скажи, ты можешь дать слово, что всё исправишь? - с надеждой спросил царь.

Ну, - Дамир немного смутился и опустил глаза, - я думаю, всё получится.

То есть ты не уверен?

Дир вновь поник.

Я не уверен потому, что никогда не делал ничего подобного, но это не значит, что ничего не получится! Я всё продумал. Моё решение должно сработать!

Скажи, ты специально отправился в мир предков за этим мальчиком?

Специально? Вы шутите? Хотя, наверное, нет, вы ведь говорили о том, что я исчез, и, если учесть, сколько вам тогда было лет, вы реально могли ничего не знать.

Не знать чего?

Ваш батюшка пригласил меня во дворец якобы за тем, чтобы спокойно, мирно всё обсудить. Я поверил ему и пришел в тот вечер во дворец, где на меня напали, оглушили и усыпили. Не представляю, откуда они узнали... В общем, не хочу обсуждать это, но есть одна вещь, от которой мне, именно мне, почему-то, жутко плохо. В мире Ярослава это бы назвали аллергией. Я очнулся в коридоре с зелёным воздухом с жуткой головной болью, не в силах даже встать. Потом я на какое-то время вновь отключился, не знаю, сколько времени я пробыл в полубредовом состоянии, думаю, не меньше суток, пока вся дрянь не вышла из организма. Когда я смог встать и обследовать окружающее пространство, мне стало не по себе. Я не знал, где я, не знал, что делать и как выбраться из того перехода. Хотелось завыть от отчаяния.

Слушая его, Ярослав вновь подметил, что чувства Дамиру не чужды, сейчас он рассказывал о произошедшем вполне естественно, непринужденно, без той холодной отчужденности, которую подметил за ним мальчик. Может, ему просто показалось или в тот момент Дамир просто не хотел выдавать своих чувств? Но, словно отвечая на его неозвученный вопрос, молодой эльф порядком удивил мальчика своим ответом.

Учитель Святогор всегда говорил мне, что я должен быть спокойным и как бы отрешенным от проблем мира, я не должен поддаваться ярким чувствам, потому как это может погубить меня. Он сам был образцом непоколебимости, но мне самообладание давалось с трудом. И я наверно только тогда, в том коридоре между мирами, понял, насколько важно самообладание, самодисциплина. Вспомнив уроки отца, я смог успокоиться и взять себя в руки. Я вновь отправился исследовать свою тюрьму и по пути мне вспомнилась сказка о первом дне первого короля. Я подумал: а что если это тот самый проход между мирами? Если так, то в нем обязательно должны быть двери: одна в мир предков, другая в страну Северных Долин. Я пошел в один из концов коридора наугад, но никакой двери там, как и в первый раз, не увидел. Вновь вспомнив сказку, я также, как много лет назад первый царь страны Северных Долин представил эту дверь, и - она появилась, мне, можно сказать, почти не пришлось прибегать к магии. Я вышел в абсолютную темноту, так мне показалось сначала, но, привыкнув к полумраку, смог разглядеть очертания предметов в комнате. И самое интересное - развернувшись, я не увидел никакой двери, зато наткнулся на кирпичную кладку камина. Вряд ли дверь в Страну Северных Долин могла открываться в разных местах, поэтому сам собой напрашивался вывод: это место находится в другом мире. Дверь, ведущая из комнаты, оказалась заперта, применить магию для перемещения в пространстве было нельзя и мне ничего не оставалось, как просто ждать.

Но ведь ты забрал меня с моста в моем мире с помощью магии и перенес в другое место, - не мог не заметить Ярослав.

Я не говорил, что в твоем мире нельзя применить магию, просто у заклинания перемещения есть один большой минус - невозможно переместиться в то место, которого не видел. Нужно хорошо и отчетливо представлять, где окажешься. В общем, мне ничего не оставалось, как дождаться утра, но не прошло и часа, когда в комнату кто-то вошел. Я спрятался за гардиной и стал ждать. Вошедший включил свет, а потом вдруг повалился на диван и стал вслух причитать о нелёгкой жизни, десять раз повторив "За что?", "За что?", "За что?" Сразу уловив незнакомую речь, я использовал магию и перевел для себя его слова.

Но, - вновь перебил его Ярослав, - как же сейчас я вас понимаю?

Я говорил с тобой на русском, выучил язык, пока жил среди вас, а вот его величество ты понимаешь потому, что я немножко поколдовал над твоим восприятием. Не переживай, это не опасно, и твои мысли для меня закрыты. Впрочем, заклинания, позволяющего забраться в чью-то голову не существует, и, надеюсь, не появится.

Я ничего не чувствую, - неуверенно произнес мальчик.

Дамир сделал едва заметное движение рукой.

А теперь что-нибудь чувствуешь?

Услышав незнакомую речь, Дир недоуменно посмотрел на эльфа. Он слишком привык, что все говорят на одном языке, и теперь другая речь, как и до того мир предков, удивляли одним фактом своего существования.

Ничего такого, хотя что-то изменилось, только не могу понять, "что именно". Вроде бы стало как-то легче.

Ага, и ты как будто бы снял жилетку, ну или кепку.

Да, пожалуй что так. Извини, что прервал тебя, так что было дальше?

Ничего, я всё понимаю, - Дамир вернул ему способность понимать и говорить на языке эльфов. - А дальше я осторожно выглянул из своего укрытия и увидел лежащего на диване человека, и вот тут мне стало понятно: ошибки нет, коридор между мирами - не сказка, а я застрял в неизвестном мне мире. Уйти незаметно не получилось, парень меня увидел, но решил, что я ему мерещусь, он зажмурился и со словами: "Пора бросать пить!" повалился обратно на диван. Да, прожив в мире людей целый год, я узнал, что глагол "пить" стоит разделять на две группы: первая - пить можно безопасные жидкости, и вторая - кому-то зачем-то хочется пить отраву. Тогда я не понял, что молодой человек имел в виду, но на всякий случай решил не шокировать его своей эльфийской внешностью и с помощью силы иллюзии изменил черты лица. В общем мне удалось с ним поговорить и выяснилось, что это студент, подрабатывающий сторожем в библиотеке, учиться он давно забросил, а пагубная привычка пить спиртное затягивает его в могилу.

Что значит "спиртное"? - не выдержал на этот раз Дир.

К счастью, нашему миру это неведомо, и не будем уточнять детали, тем более, что главное я уже сказал: это добровольное убивание себя с помощью отравы, под действием которой человек перестает рационально мыслить и в принципе жить - жизнь превращается в периоды забытия и поиска выпивки для очередного погружения в забытие. Тот парень, Дима, осознал, что так продолжаться не может, и он очень хотел избавиться от пагубной привычки, но денег на платную клинику у него не было, а вернуться домой и рассказать матери, которая одна растила его, продолжала присылать ему часть своей небольшой зарплаты, что он перестал учиться и становится таким же, как его отец, он не мог. В тот момент я осознал, что сейчас бедняге гораздо хуже, чем мне, и я очень хотел помочь ему, но понятия не имел, как это сделать. Но, рассказывая мне о наболевшем, он сам нашел для себя решение - уйти в монастырь, чтобы прийти в себя, работать, помогать другим, единственное, что останавливало его - это несогласие с религией. "Как я буду молиться Богу, если я в него не верю?" Мне трудно всё это было понять, но я спросил его: "Разве так страшно принять то, во что верят другие, если это реально помогает выжить и помочь себе и другим?" И... это сработало лучше всякого заклинания. Мне до сих пор удивительно! Уже на следующий день я съездил вместе с ним в монастырь, он остался там и попросил никому не говорить о том, где он, а матери пообещал написать письмо чуть позже. И я выполнил его просьбу, но по-своему. Наверно, Ярослав сейчас скажет, что мне удалось нарушить не один закон, но, прибегнув к иллюзии, я вновь изменил внешность, и стал Дмитрием Воронцовым, жил в общежитии, учился в колледже и по ночам работал сторожем, потому что уйти назад, в страну Северных Долин, я не мог. Всякий раз приходя к тому камину, я пытался открыть дверь в проход между мирами, но ничего не получалось! Где-то через месяц я примирился с тем, что застрял в мире людей.

Но ты ведь не стал пить? - осторожно спросил Ярослав.

Нет, конечно! Пришлось, правда, вкрадчиво объяснить свою позицию однокурсникам Дмитрия, они удивлялись поначалу, потом смирились.

Ярослав облегченно вздохнул. Воспользовавшись небольшой паузой, Дир сразу спросил.

Я ничего не понимаю! Как ты вернулся? Почему для тебя прошло совсем немного времени? И, самое главное, как ты можешь спасти нашу страну?

Как вернуться, я не знал, но меня навели на мысль рисунки Ярослава, я понял, как открыть дверь в проход между мирами и как предотвратить катастрофу в Стране Северных Долин. Ведь много лет назад наши предки создали дверь в выдуманный ими мир, усилив свои желания и ожидания посредством магии. Я сделал тоже самое, причем сюда открыл свою дверь, на плато Гигантов. Насчет того, что время снаружи, пока ты находишься в коридоре между мирами, течет иначе, я понял, когда заглянул в него, лишь приоткрыв дверь. У меня было такое ощущение, будто я вижу себя со стороны, и не просто с одной стороны, а словно в разных проекциях, при этом я куда-то падал и поднимался одновременно. Не знаю, как объяснить, но ответ словно сам родился в голове - это действие временных качелей, странное словосочетание и странная на тот момент догадка подтвердилась, когда мы встретили вас, и вы предположили махинацию с внещностью с моей стороны. По поводу того, как можно спасти Страну Северных Долин, боюсь, вам не очень понравится идея, потому что я хочу изменить наш мир, преобразить его и перезапустить в новой версии.

Ты хочешь изменить всё вокруг с помощью иллюзии? - с нескрываемым ужасом в голосе спросил Дир. - Но это невозможно! Насколько я знаю, все должны поверить в твою иллюзию, чтобы она стала реальностью. Тебе не удастся убедить всех, повторю, это невозможно!

Иллюзия не всегда работает по этому сценарию, ваше величество, у искусства иллюзии много сторон и тайн, к тому же я не случайно привел в наш мир Ярослава. Он из мира, где нет места чуду, но зато есть сильная вера в него. Поэтому его воля в волшебном мире значит куда больше, чем мои иллюзии, но всё же без них Ярослав способен полностью заменить наш мир на другой. Чтобы этого не произошло, я буду, скажем так, подгонять картины нового под старое.

Чем я могу помочь вам?

Вы уже помогли.

Но..., - не понял Дир, на что Дамир мягко улыбнулся и пояснил.

Вы поняли: как на самом деле обстоят дела.

***

Когда неделю назад Бравлин, как и почти все жители страны Северных Долин, оказался отрезанным от волшебных фонтанов, он с чувством огромной утраты с трудом представлял, как будет жить дальше без магии. И гном был на грани отчаяния уже всего через день, он готов был поехать во вдорец и потребовать отменить приказ. Смиренно принимать решение царя он не хотел. Раньше он практически ничего не делал без магии, хотя гномы в целом крайне редко пользовались ею в силу своей удаленности от фонтанов с волшебной водой. Но Бравлин жил в городе и в своём доме в горах, в доме, доставшемся ему по наследству от отца, он бывал крайне редко. От резких намерений пойти к царю с требованием отменить указ его отговорили друзья эльфы, и Бравлин сдался и вернулся в сеть подземелий, где родился и вырос. Осматривая дом, он вспоминал и узнавал новое: в некоторых ходах, начинавшихся за мастерскими, как оказалось, он никогда не был и даже не знал, о том, что там начинается густая сеть тоннелей. И вот всего на второй день исследований Бравлин случайно наткнулся на грот с шумящим миниводопадом. Вода в небольшом бассейне оказалась теплой, что сразу показалось Бравлину крайне странным - обычно ему приходилось специально нагревать воду в котлах. Не в силах отказать себе в естественном желании искупаться, он, едва доплыв до миниводопада, вдруг испытал те же ощущения, что и при погружении в волшебный фонтан - по телу словно пробежала небольшая дрожь и он почувствовал необычайный прилив сил. Крайне удивленный Бравлин все-таки решил применить простенькое заклинание, и когда оставленная на берегу одежда приподнялась в воздух, он понял, что чувства его не подвели. Надо же! Это был источник, чьи воды протекали через какой-то волшебный фонтан, сухие струи которого буквально растворились в обычной мокрой воде. И этот источник был у него прямо под носом все детство и юность, а он понятия не имел о его существовании! В тот же вечер, сидя за чашкой травяного чая, он погрузился в воспоминания и решил, что его отец знал о существовании источника, потому что некоторые вещи он не смог бы сделать без магии, да и вообще он был замечательным волшбеником. Когда он практиковался в магии? Неужели только в то время, когда жил в городе? Подолгу в городе он не задерживался, самое большое проводя там несколько недель. "Да, очевидно: отец пользовался этим источником, но почему он мне ничего не рассказал?" - недоумевал Бравлин. Впрочем, он быстро понял: нет смысла сейчас сетовать на отца, главное, что теперь он всё знает и что этот источник вернул ему то, чего он по милости нынешнего царя лишился - возможности использовать магию.

***

Дамир был еще совсем маленьким, когда впервые встретился со Святогором. Он жил на Плато гигантов, будучи его вольным жителем, и делал то, что хотел: играл, бегал, катался на травинках и листках, питался нектаром, пил капельки росы, лакомился сочными плодами с огромных для него кустарничков. Одной ягоды черники хватало на то, чтобы наесться и напиться до отвала, зонтик одуванчика превращался в парашют, полые сухие стебли трав становились тоннелями для лазанья, иголки сосны служили шпагами, а листья - настоящими одеялами. Дамир не помнил, как попал на Плато гигантов, а потому считал, что жил здесь всегда, и что это его самый настоящий дом. Несколько раз мальчик издалека видел на плато эльфов, но никогда не оказывался с ними лицом к лицу, поэтому, когда он и его друзья - стрекоза Звездочка и жук-бронзовка Зеленушка, которую он ласково называл Зеля - прилетели на своё излюбленное место для игр и увидели там лежащего на земле эльфа, то все трое сначала испугались. Незнакомец лежал за пнем, поэтому они не увидели его сразу, а только когда подошли к ручью, по которому Дамир, Звездочка и Зеленушка собирались сплавляться на приготовленных заранее кораблях из коры и лиственных парусов. Жив ли вообще был странный гость? Звездочка испуганно поднялась в воздух, уже собираясь лапками подхватить мальчика и лететь отсюда куда-нибудь подальше, но Зеленушка остановила её, дернув за лапку в знак того, чтобы она вновь приземлилась.

Он спит? - тихо спросил Дамир.

Не знаю, - ответила Зеленушка, - но надо выяснить, что с ним. Вдруг ему нужна помощь?

Нужна помощь? - еще тише переспросил её Дамир. - Как это? Я не знаю, что нужно делать.

И не смотря на то, что она хотела сразу улететь, первой к эльфу решилась подойти Звездочка. Она осторожно перевернула его на спину - а эльф лежал на боку - и потрясла его за плечо. Пожилой эльф застонал, но остался лежать на земле с закрытыми глазами. Подойдя ближе, Дамир внимательно разглядел его. Когда раньше мальчик видел издалека эльфов, то больше всего его удивляла их одежда, поэтому сейчас он первым делом внимательно разглядел именно одежду. Дамиру так хотелось потрогать материал, из которого эльфы умудрялись делать такое, секунд пять мальчик боролся с собой, а потом не выдержал и дотронулся до ворота серой куртки. В этот самый момент ребенок понял, что на него смотрят. Медленно переведя взгляд на лицо эльфа, мальчик встретился с ним взглядом и, испуганно ахнув, отскочил в сторону.

Нет, нет, не бойся! - негромко, немного хриплым голосом произнес эльф.

Всё, он очнулся, и с ним всё в порядке, - взволнованно произнесла Звездочка, - летим отсюда.

И хотя говорила она очень тихо, эльф услышал её и попросил.

Прошу вас, не улетайте и помогите мне коснуться вод целебного источника.

Здесь нет никакого целебного источника, - не сразу, после минутного молчания, заверил его Дамир, - вы ошиблись.

Разве? - тихо и немного неуверенно произнес эльф.

Осторожно приподнявшись на руках, он осмотрелся. Да, он ошибся, здесь не было целебного источника, хотя он перенесся именно на то место, где этот источник когда-то был. Это было странно. Но еще более странно выглядел тот, кто ему об этом сообщил. Маленький мальчик, лет шести на вид, перечаканный грязью, с копной светлых вьющихся волос, сбившихся на голове в ершистую шапку, в одежде из природного материала: длинная накидка из сухих травинок и приделанные к ступням намотанными соломинками кусочки коры. На этом фоне черные глаза мальчика не очень выделялись, но Святогор никогда в жизни не видел эльфа с таким цветом глаз, обычно это был зеленый или голубой, реже сиреневый.

Кто ты, мальчик?

А вы кто? - вопросом на вопрос ответил он, добавив железный аргумент. - Это всегда было наше место. Значит, это вы пришли к нам, так что вы первый и отвечайте!

Логично. Меня зовут Святогор Растомин. Я перенесся сюда, чтобы исцелиться, коснувшись вод целебного источника.

Но вам же сказали: здесь нет никакой целебной воды! - нетерпеливо произнесла Звездочка. - Так что уходите!

Подожди, - сказал ей Дамир и с интересом спросил у эльфа. - Скажите, а что значит "вы перенеслись"?

Это значит, я использовал магию и, прочитав заклинание, перенесся в пространстве.

Магия? - повторил мальчик. - Что это? Это то, с помощью чего вы изменяете траву?

Я не поманию, - често признался Святогор.

Ну как же! Вы изменили траву. А как еще вы сделали это, - пояснил мальчик, указав рукой на его одежду.

Внезапно пожилой эльф рассмеялся, но почти сразу схватился за ребра.

Ой, больно! Как тебя зовут, малыш?

Дамир, - ответил мальчик, на мгновение он задумался, что еще добавить к своему имени, чтобы оно не выглядело бедным на фоне двойного имени их гостя, и очень быстро нашелся с ответом. - Дамир - повелитель иллюзий.

Повелитель иллюзий? - переспросил Святогор, - я с удовольствием послушаю, как ты повелеваешь иллюзиями, малыш, но мог бы ты сначала сказать: куда исчез отсюда целебный источник? Месяц назад он точно был здесь, а теперь его нет. Дело в том, что я ранен и мне нужно окунуться в воды целебного источника.

Мальчик задумался, смешно подперев подбородок грязной рукой, и вполне серьезным тоном ответил.

Кажется, я знаю, что вы имеете в виду. Только объясните мне сначала, кто вас ранил? Вдруг вы плохой, и вас ранил кто-то хороший. Получается, я вам помогу, а другим тем самым наврежу. Поэтому сначала вы скажите, что натворили, а я решу: помогать вам или нет.

Да, верно! - поддержали его хором Звездочка и Зеленушка. - Что вы натворили?

И хотя Святогор держался из последних сил, он понял, что выбора у него нет, и надо продержаться еще.

Натворил не я, а один гном, он слишком глубоко зашел, когда строил свою шахту. Я хотел спасти его, но не успел. К сожалению. Прошу тебя, Дамир, помоги мне! Без целебной воды я умру. Целебный источник едва заметен, раньше он пробивался здесь из-под земли, играя всеми цветами радуги, от его воды, - эльф замялся, ему было больно говорить и дышать, но мальчик договорил за него, верно продолжив то, что хотел сказать Святогор.

Становится тепло и уютно, а вся боль уходит.

Да, - прохрипел Святогор. - Ты знаешь, где это?

Мальчик посмотрел на него внимательно и немного удивленно.

Так, знаешь?

Молча кивнув, Дамир перевел взгляд на старый разрушающийся корень пня и тихим, ровным голосом произнес.

Источник здесь, недалеко от вашей правой руки. Он поможет вам вылечиться, вся ваша боль уйдет, как только вы коснетесь его воды. Посмотрите вон туда, вон тот источник.

Где? - обрадовался Святогор.

Он не увидел источника, когда перенесся на эту поляну, но вдруг он просто невнимательно смотрел и, будучи раненным, не увидел окружающую действительность четко и детально? Опершись руками о корни давно погибшего дерева, он переместился на четвереньки и дополз до того места, куда указывал Дамир. И о чудо! Источник, действительно, бил там из-под земли, между двумя корнями, переливаясь всеми цветами радуги, уже одним своим видом посылая надежду на исцеление. Даже волшебные фонтаны Страны Северных Долин не смогли бы сотворить такое чудо, но этот родник мог. Окунув руки в его перламутровые воды, Святогор опустил голову, позволил теплым струям смыть с себя боль и тяжесть, а потом, почувствовав себя лучше, он несколько раз зачерпнул воды и намочил бок, в который так сильно ударил отлетевший при взрыве камень.

Как хорошо! Спасибо, что показал мне источник. Я, старый дурак, не увидел его сразу.

Святогор повернулся к мальчику, который стоял и все-также странно смотрел на него.

Здесь нет никакого целебного источника. Это лишь моя иллюзия. Странно, что вы увидели её в первый раз. Обычно то, что я представляю, быстро исчезает.

Твоя иллюзия? - не веря своим ушам, переспросил Святогор, с опозданием осознав титул, которым себя наградил мальчик: повелитель иллюзий - похоже, он не просто так дал себе такое имя.

Повернув голову, Святогор увидел, что источника больше нет.

Но как такое возможно? - оторопело произнес старый волшебник.

Подойдя к мальчику, Святогор опустился на корточки и, взяв его за руки, сказал.

Кто научил тебя этому, Дамир?

Никто. Я просто это умею.

Он награжден даром от природы, - деловито пояснила Зеленушка.

Дар от природы, - повторил за ней Святогор, - действительно, иначе и не скажешь. Дамир, если ты так хорошо управляешься с иллюзиями, то почему бы тебе не вообразить себе одежду, как у меня?

Мальчик задумался.

Можно, конечно, только, что если я создам иллюзию, а она быстро исчезнет, тогда я останусь вообще без всего. Я замерзну!

Святогор улыбнулся.

Хочешь, я научу тебя, как создать иллюзию таким образом, чтобы она не исчезала?

Как вы можете меня чему-то научить, если сами ничего не умеете?

Почему ты так решил?

Потому что вы пришли сюда к целебному источнику, если вы умеете создавать иллюзии, то почему вы сами его не создали? А пошли искать то, что придумал другой?

Потому что я всегда считал, что искусство сотворения иллюзий огранично четкими рамками. Никто и никогда не создавал такого, как ты. Видишь ли, есть определенные правила, по которым можно создавать иллюзии, и одно из них - нельзя создать что-то, что может изменять внутреннее естество. Иначе это уже магия. А магия не позволяет прыгать выше головы, то есть я хочу сказать: невозможно наколдовать целебный источник, нет такого заклинания, и вряд ли его кто-то придумает.

Я не понимаю, - честно признался Дамир. - кто придумал правило, по которому нельзя создать иллюзию целебного родника?

Никто их не придумывал. Эти правила создала сама природа, а мы просто открыли их, изучили и пользуемся.

Мальчик вновь задумался.

А почему иллюзия это не магия?

Потому что иллюзию может создать тот, кто не обладает в данный момент магией. Скажи, а ты когда-нибудь окунался в волшебный фонтан?

Я не знаю, что это. Где это?

Это в Стране Северных Долин, в стране эльфов.

Мальчик отрицательно покачал головой.

Нет, я никогда там не был.

Как это? А где же тогда ты родился? Где живут твои родители?

У меня нет родителей, у меня есть друзья, Звездочка и Зеленушка, - просто ответил мальчик, указав на стрекозу и жука-бронзовку, на что отрицательно покачал головой Святогор.

Нет, Дамир, так не бывает, у всех есть родители. Звездочка, Зеленушка, скажите, у вас есть родители?

Да, да, - ответили обе, почти хором.

Ну, а у меня нет. Если бы были, я бы их помнил.

И хотя мальчик ответил так, достаточно бодро, он заметно погрустнел: у всех были родители, а у него, почему-то не было. И вообще, что он помнил о себе? Почти ничего, кроме того, что он всегда жил на плато Гигантов, а полтора месяца назад познакомился с Зеленушкой и Звездочкой.

Дамир, а хочешь, я стану твоим родителем? Я буду заботиться о тебе, учить тебя, иногда баловать. У тебя будет настоящая одежда, настоящий дом. Вот сейчас, где ты живешь?

В доме, - ответил Дамир.

В доме? И кто его построил?

Я, Зеленушка и Звездочка, мы сделали его из веточек, листьев, мха и лишайников. Если хотите, мы можем его вам показать.

Не смотря на такое радушное предложение мальчика, его друзья недовольно зашипели, им не очень-то хотелось приглашать к себе незнакомца. А еще им очень не понравилось то, что он хотел забрать от них их маленького друга.

Нет, Дамир, дом это совсем другое. Давай лучше я покажу тебе свой дом, а ты погостишь у меня какое-то время.

Не смотря на возмущение Звездочки и Зеленушки Дамир согласился погостить у Святогора. Мальчику очень понравились настоящий дом и настоящая одежда, вкусная еда, которую готовил ему Святогор. Потом он вернулся к своим подругам, к тому времени Звездочка и Зеленушка встретили своих избранников, а потому у них оставалось совсем немного времени, чтобы поиграть с мальчиком, через некоторое время они обзавелись семьями, время шло к осени, по ночам становилось прохладно, поэтому, когда Святогор вновь позвал мальчика в гости и предложил ему остаться в его доме насовсем, он согласился.

У Святогора не было своих детей, только один племянник Тимур и от него же внучатый племянник - Руслан, ровесник Дамира. Святогор мало общался со своими родственниками, которые до определенного момента не делали никаких попыток приблизиться к нему, о воспитаннике старого волшебника они слышали только от посторонних. Талантливый, одаренный от природы мальчик, немного заносчивый и порой вспыльчивый, но очень отзывчивый и добрый, он быстро завоевал симпатию у жителей одного из селений у Южного Фонтана. Однако в глазах Руслана и его отца Дамир стал тем, кому Святогор незаслуженно передавал свои знания. Когда волшебник открыл заклинание по перемещению в пространстве, в тот же миг став великим, Тимур вместе с сыном приехал к нему в дом и попросил взять маленького Руслана в ученики. Святогор не ответил ни "да", ни "нет" и попросил оставить ребенка в его доме на несколько дней. И, когда по истечении срока, Тимур вернулся, Святогор довольно резко ответил ему, что не станет учить мальчика. Почему тот принял такое решение? Что такого сказал ему семилетний ребенок, что так не понравилось старому волшебнику? Тимур сначала опешил, потом стал просить дядю изменить свое решение, а потом разозлился и, схватив сына за руку, накричал на Святогора и ушел, пообещав никогда больше не заходить к нему в дом. Вскоре о решении Святогора стало известно многим эльфам, и они, как и Тимур, откровенно не понимали его, кто-то из близких знакомых старого волшебника пытался поговорить с ним и объяснить: нужно передать кому-то свои знания. И кто как не ближайший родственник заслуживает этого, коль уж Святогор отказался записать свои открытия и наблюдения? Святогору очень не нравились эти речи, уже тогда он задумал поселиться отдельно от эльфов, которые пусть и не понимали, почему тот отказал в обучении внучатому племяннику, но похвалили за то, что чуть позже он все-таки взялся кого-то учить. Спустя два года, после того, как Дамир стал жить в доме Святогора, дом на плато Малый Шип был достроен, и волшебник вместе со своим маленьким воспитанником перебрался туда, взяв себе имя на манер гномов, с указанием места своего проживания: Святогор с Малого Шипа. Дом на горе мог посетить не каждый: гномы - да, и лишь некотые эльфы, поэтому такое переселение многие посчитали добровольным отшельничеством.

Спустя пятнадцать лет Руслан, уже став взрослым, договорился с одним гномом и попросил провести его по подземным тоннелям к дому дяди, от которого потребовал обучить его магии. В конце концов, он, Руслан - его родственник, и кто как не он должен продолжить династию выдающихся волшебников. Но старик лишь покачал головой и сказал, что никогда никого не учил, и не станет этого делать, потому как магия опасна и, чем меньше эльфы знают о ней, тем лучше. Руслан сразу же возмутился, спросив, почему тогда он учит безродного мальчишку, а его, своего кровного родственника, учить не хочет? Тогда Святогор сдержанно объяснил ему: Дамир - особенный и, скорее, сама природа захотела, чтобы мальчик чему-то учился от него. "Единственное, чему я действительно учу его, это добродетель, - отвечал Святогор, - а магии его учить не нужно, он сам обладает всеми навыками от природы". Конечно, Святогор, не договаривал всего: чему-то он все-таки учил Дамира, в первую очередь тому, как сдерживать и правильно направлять свои силы и да, он передал Дамиру свое главное открытие: заклинание по перемещению в пространстве.

Спустя несколько лет Святогор, будучи уже в почтенном возрасте, умер. Дамир ужасно переживал утрату своего учителя и названного отца. Он страстно хотел вернуть Святогора к жизни силой иллюзии, но понимал: это будет уже не тот Святогор, которого он знал. В сердцах Дамир создал иллюзию, в которой дом Святогора исчез, любой мог попасть на плато Малый Шип, пройтись по нему и не коснуться дома, который существовал только для юного эльфа. Прошел месяц прежде, чем Дамир решил вновь показаться среди эльфов. Горе сильно изменило его, он повзрослел и стал каким-то чужим всем тем, кто его знал. Юноша абсолютно не хотел общаться с кем-либо, старики эльфы пытались объяснить ему, что рано или поздно утрата близких ждет всех и тем, кто остается здесь, надо жить дальше, хотя бы потому, что ставшие частью природы близкие не обрадовались бы их слезам и безучастному горю. Но Дамир лишь кивал в ответ, молча, без эмоций. Он вышел к эльфам не за этим: перед тем, как он прервал свое отшельничество, ему приснился сон, в котором сильфы взывали к нему о помощи и просили помешать тому, что задумал царь Солдар, отец Дира. Солдар задался опасной и абсурдной целью: сделать из Страны Карликов игровой сад для своего маленького сына, а заодно и для всех эльфийских ребят. Всех восхитила эта идея и потому царь с большим недоумением услышал слова юного Дамира, который пророчил гибель всему их миру, если царь вознамерится претворить свою идею в жизнь. Солдар отнесся к словам ученика великого Святогора скептически, снисходительно объяснив юноше, что не делает ничего опасного и что игровой сад станет отличным местом развлечения для детей. Дир был единственным и поздним ребенком в царской семье, и потому Солдар ни в чем не хотел отказывать мальчику, чтобы там не говорил заносчивый юноша, с детства назвавший себя даже не царем, а повелителем. "Царь здесь я, мальчик, - ответил Дамиру Солдар, - и я знаю, что можно делать, а что нет. А ты, если хочешь, оставайся повелителем своих иллюзий, только смотри: не натвори бед!" Дамир не стал более тратить время на разговоры, перейдя от слов к делу. Он создал иллюзию, в которой все начальные труды рабочих исчезли. Сбитые с толку эльфы тут же обратились к царю, который сразу понял: чьих рук это дело. Солдар вызвал Дамира и потребовал вернуть начатому игровому саду прежний вид. На что Дамир вновь попросил царя отказаться от его опасной затеи. В ответ Солдар пригрозил юному эльфу серьезным наказанием, если он не прекратит свои шутки. Расстались они очень недовольные друг другом. Царь приказал следить по мере возможности этого задания с сомнительным успехом за Дамиром, а Дамир решил немного переждать. Работы в Стране Карликов возобновились, а через некоторое время Дамир создал иллюзию бури, которая смела все труды, напугав рабочих голосом, который раздался на фоне завывающего ветра: "Уходите прочь! Вы хотите уничтожить сильфов, но, если вы сделаете это, то уничтожите душу этого мира, а потом и весь наш мир!" За это царь приказал схватить Дамира, а всех эльфов призвал не верить юному мятежнику, который хочет посеять смуту и панику, мешая осуществлению хорошего плана. Многие эльфы, как и царь, были возмущены действиями Дамира, но были и те, кто задумался над словами ученика великого Святогора. Что они знали о Стране Карликов? Только то, что там всё маленькое, игрушечное, не более того. Никто не верил в населяющих Страну Карликов маленьких невидимых сильфов, которых Дамир назвал душой этого мира. Но все слышали старую сказку, а в сказках, как известно, при известной доли вымысла всегда скрывались крупицы правды. Что если Дамир говорил правду?

Царь Солдар нанял новые группы рабочих, и сооружение игрового сада пошло ускоренными темпами, а двум волшебникам Солдар поручил найти и схватить юного Дамира, навсегда избавившись от докучливого юнца. Одним из этих волшебников был отец Бравлина Ювар, он обманом попал в дом на Малом Шипе, откуда выкрал некоторые бумаги, пару волшебных предметов, книгу великого Святогора и в том числе дневник Дамира. Как близкий друг Святогора, он знал слабое место его воспитанника, чем успешно воспользовался потом. Дамир успел сделать еще один ход прежде, чем его обманом заманили во дворец, схватили и, едва не прикончив, бросили за появляющуюся раз в сто лет дверь. Он наслал иллюзию разрушения, и как не внушал рабочим сам царь не идти на уловки Дамира, не верить всему необычному, они все равно жутко испугались, опустившийся на землю холод и колкий лед вместо снега из тяжелых туч заставил их бросить всё и в панике бежать. Если бы Дамир не ответил на приглашение царя Солдара, то он смог бы помочь сильфам уже тогда. Он собирался уничтожить проход в страну Карликов, но решил еще раз поговорить с царем.

Царь Солдар завершил постройку сада для игр и вплоть до взросления Дира ничего необычного не происходило. Все решили, что пророчества Дамира были лишь его больным воображением или он, еще того хуже, хотел наслать на всех иллюзию бед! Но вот Дамира уже давно не было в Стране Северных Долин, а мир постепенно стал рушиться на глазах. Чудеса стали редкостью, волшебной воды в фонтанах заметно убавилось, а та, что оставалась не оказывала прежнего эффекта, погода с каждым годом становилась всё суровее и холоднее, лето всё короче, а зима всё длинней. Говорили, что не за горами тот день, когда всё навсегда покроется снегом. Но никто не видел слез последней горстки маленьких сильфов, которые горестно оплакивали гибнущий мир. Из слезы превращались в колкий лед, вместо мягких снежинок он падал с неба...

***

Уединившись в своем кабинете, Бравлин еще раз прогнал в голове всё, что ему стало известно за последние часы: во-первых, он подтвердил то, что царь на троне - самозванец, во-вторых, ему стало известно, что самозванец стар. Если бы только его заклинание по разоблачению могло работать чуть лучше! Дело в том, что он словно видел того, кто скрывался за маской царя Дира, из-за занавески, то есть общие черты проступали, а детали нет. Хотя по здравом размышлении Бравлин признавал: Дамира он видел много лет назад, будучи еще ребенком, а потому он вряд ли смог бы сейчас соотнести образ того юноши и нынешнего старика, будь у него даже возможность разглядеть каждую морщинку на лице самозванца. Хотя одна деталь могла бы внести точность: у Дамира были черные глаза, ни у одного эльфа Бравлин никогда не видел таких глаз. Вспомнив этот момент, гном отвлекся на разбор своего заклинания: можно ли как-то изменить его возможности и убрать занавес нечеткости. Обнаружив временный тупик в решении этого вопроса - а Бравлин решил обязательно к нему вернуться - он попытался вспомнить Руслана Белозерцева, которого видел лет тридцать назад один единственный раз. "Нет, это было слишком давно!" - признал гном и вновь прокрутил в голове свой разговор с Ларой. И как бы не хотелось ему разрабатывать только свою догадку о личности лжецаря, он не мог не признать: исчезновение книги, которую Руслан требовал ему отдать, а потом её чудесное обретение, после которого юную царевну отправили в тюрьму - говорили не в пользу внучатого племянника великого Святогора. Но кое-что Бравлин мог поставить в защиту Руслану: во-первых, откуда он узнал о книге, написанной великим волшебником, во-вторых, из каких источников ему стало известно, что книга находится именно во дворце, у царя Дира?

"В любом случае нужно поговорить с Русланом!" - рещил, наконец, гном. Встав, он пошел искать Лару, чтобы сообщить ей о своем намеренении посетить плато Гигантов. Там уже целый год жил его знакомый, эльф по имени Древан. На плато проживало не так много жителей страны Северных Долин, они все знали друг друга, а потому один мог рассказать о другом. Например, Древан Багров о Руслане Белозерцеве.

О, это очень хорошая идея! Когда мы туда отправляемся?

Я отправляюсь, - поправил её гном. - Я просто сообщил о том, куда собираюсь пойти, но рисковать твоей жизнью, Лара, я не просто не имею права. Ты остаешься здесь.

Разве это так опасно? Вы ведь просто хотите поговорить с этим эльфом, правильно? И он ваш знакомый, как я поняла, а не враг. Тогда почему вы боитесь взять меня с собой?

Бравлин нервно покусал губы, но все-таки после нескольких минут уговоров согласился взять девочку с собой.

Спасибо, спасибо! - радостно воскликнула Лара.

В заклинании по перемещению есть один нюанс, - признался ей Бравлин, когда девочка, одетая в теплую одежду из гномьего гардероба, в крепко привязанных к ногам ботинках на меху, которые были велики ей на добрых пять размеров, уже стояла в кабинете дома, готовая зажать уши (чтобы не подслушать заклинание по перещению) и отправиться на плато Гигантов. - Перенестись можно только в то место, которое знаешь, то есть в котором был непосредственно. И это при условии, что там не произошло глобальных изменений, перестановок. Я был на плато Гигантов, но только в нескольких местах.

Но разве вы не были дома у своего знакомого?

Нет, к сожалению. Я больше знаю его брата, от него мне стало известно, где сейчас живет Древан. Миран говорил, что где-то в Лиственничной аллее. К счастью, аллея примыкает к Клеверовой поляне, где я бывал, это рядом, но если учесть тамошние размеры, идти придется долго, и, чтобы не провалиться в снег, мы пойдем на лыжах.

Лара перевела взгляд на две пары широких лыж в углу, на которые она сначала не обратила особого внимания.

Уверена, что хочешь пойти со мной? - спросил её Бравлин. - Уверена, что не боишься столкнуться с каким-нибудь хищником, который вполне может оказаться рядом нас? И не обязательно хищником, даже если на нас прыгнет какой-нибудь огромный заяц, мало не покажется.

На этот раз Лара дрогнула, почувствовав как предательски заколотилось сердце чаще обычного. Однако из книг она знала: страх - это нормальное чувство, а отвага - похвальное. Страх не должен одерживать верх над отвагой, поэтому, сжав кулаки, девочка молча кивнула, подошла к лыжам, поставила их на пол, продев ноги в округлые кремления из ремня, взяла палки, а потом повернулась к Бравлину. С нескрываемым восхищением посмотрев на нее, гном тоже подошел и надел свои лыжи, а потом, попросив Лару закрыть уши, прочитал заклинание по перемещению, указав, что хочет перенести не только себя, но и девочку. О том, что заклинание сработало, Лара поняла, когда картинка перед её глазами начала таять. Через пару мгновений ясность вернулась, сменив интерьер гномьего кабинета на невероятно широкие высоченные стволы деревьев на плато Гигантов. Проследив взглядом наверх, Лара так и не увидела окончания дерева. И такие мощные исполины были здесь повсюду.

Действительно, плато Гигантов! - восхищенно произнесла девочка.

Да, и причем с гигантскими опасностями повсюду, - ворчливо произнес Бравлин. - Следуй за мной и не отставай!

Гном развернулся ровно на сто восемьдесят градусов и, как ни в чем не бывало, неспешно отправился вперед. А вот Лара едва не вскрикнула, от ужаса, поняв, что они перенеслись в самое начало поляны, и впереди их ждет нескончаемое пространство. Видимо, Бравлин, решила она, запомнил район около одного из деревьев, поэтому и переместился именно в эту точку, а не в другую, скажем, на противоположном конце поляны, что было бы очень кстати. А еще Лару крайне настораживал тот факт, что гном не был в Лиственничной аллее, он знал, что его знакомый живет там, но где именно? Учитывая местные размеры, исследовать аллею вдоль и поперек - весьма трудоемкое занятие и, скорее всего, вопрос не одного дня. Как они найдут нужное место? Стараясь об этом не думать, Лара молча следовала за Бравлином и, чтобы отвлечься, вспомнила одно из стихотворений Дамира-повелителя иллюзий, которое недавно выучила наизусть.

Наш мир удивителен, неповторим,

народом он нашим был сотворим.

Три разных страны соединив,

три мира в одном, и каждый красив!

Здесь листья-гиганты укутают вас,

здесь маленький листик так радует глаз,

здесь есть волшебство, здесь есть чудеса

и будто игрушечные леса.

На каждом плато свой порядок и стиль,

но утро, и день, да и ночь - части лишь,

и их переход не всегда различишь.

Так можно понять, пройдя много миль,

что воздух и небо едины для всех,

и между мирами нет граней, прорех.

Бравлин шел вперед очень уверенно, радуясь тому, что поблизости не видно никаких говорящих зверей. Как и Лара, он старался не думать о том, как найдет Древана Багрова, искренне веря в то, что соориентируется на местности, стоит им только добраться до Лиственничной аллеи. Под корнем у второго дерева справа от входа с Клеверовой поляны - вполне конкретное объяснение. Но у какого входа? Таких входов было много и, чем ближе становились гигантские лиственницы, тем сильнее ощущал Бравлин растущее в душе чувство безнадежности - они ничего и никого не найдут! Никакого дома, который сейчас, скорее всего, погружен в снежный покров, а потому скрыт от взгляда посторонних наблюдателей.

Прошел час прежде, чем они они достигли границы Клеверовой поляны. К этому времени Бравлин окончательно расстроился, а Лара окончательно уверовала в безнадежность идеи найти того, кто мог что-то рассказать о Руслане Белозерцеве. Однако стоило им встретить того, кто мог говорить и немало рассказать если не обо всем плато Гигантов, то о Лиственничной аллее точно, как оба: и Лара, и Бравлин, в ужасе подались назад. Гном незамедлительно стал читать заклинание по перемещению, забыв напомнить девочке о сохранении своей тайны, как вдруг Лара воскликнула.

Стойте!

Бравлин сбился и, удивленно моргнув, перевел взгляд на девочку. Не было времени объяснять: насколько опасно оказаться рядом с гигантской белкой, которая могла раздавить их одной лапой. Но Лара, выйдя вперед, спокойно с ней заговорила, рассудив так: белка - нехищный зверь, а Дамир - повелитель иллюзий когда-то дружил со стрекозой и жуком-бронзовкой, что являлось свидетельством адекватности местных обитателей.

Здравствуйте, уважаемая белка! Могли бы вы помочь нам?

Это зависит от того, в чем заключается ваша просьба. Здравствуйте, - вежливо ответила та.

Мы ищем эльфа, знакомого этого гнома. Его зовут Древан Багров. Его брат рассказывал господину Бравлину, что Древан обосновался в Лиственничной аллее рядом Клеверовой поляны. Скажите, слышали ли вы что-нибудь о господине Багрове?

Слышала, более того, я с ним хороша знакома, он живет на том же дереве, что и я. Только я вверху, а он внизу, под одним из корней. Но дерево-то одно, так что Древан Багров - мой сосед.

О, это замечательная новость. Тогда, пожалуйста, проводите нас к нему.

Конечно!

Лара охотно отправилась вслед за белкой, а вот Бравлин с минуту стоял в нерешительности, не веря в то, что всё оказалось так просто, что гигантская белка не стала их растаптывать, а, наоборот, оказала помощь. Но помощь ли?.. Что если она специально так сказала Ларе и теперь ведет её на какой-нибудь камень, об который будет удобно их раздавить? Едва подумав так, Бравлин похолодел, внутри него словно что-то оборвалось.

Лара! Лара, постой! Постой, это может быть опасно!

Что опасно? - спросила, притормозив, белка.

Выглядела она удивленной, а не злобной. Впрочем, Бравлин не взялся бы оценивать настроение белки по ее морде. Она вполне могла с удивлением спрашивать: почему их насторожил тот факт, что она хочет их раздавить на твердом камне?

Лара, - поровнявшись с девочкой, шепотом произнес Бравлин. - Мы не знаем, куда она нас ведет.

Нет, знаем, - громко возразила девочка.

Но... Что если... Что если оно хочет... раздавить нас, - одними губами прошептал Бравлин, с крайним недоверием и опаской посмотрев на белку.

Что? Вы шутите? Она нам помогает! - на этот раз Лара тоже ответила шепотом, но только затем, чтобы не смущать белку подобными речами.

Мы не знаем этого!

Да, а еще мы не знаем, где живет ваш знакомый. А она знает, - и повернувшись к белке, девочка извинилась за задержку и попросила продолжить путь.

Ладно, подумал про себя Бравлин, он может воспользоваться заклинанием по перемещению и воспользуется им, едва почувствует угрозу. Но прошло еще десять минут, и они увидели небольшой узкий лаз в снегу, со ступеньками, который вел под корень лиственницы.

Ну вот, там живет Древан. Передавайте ему привет от меня, - сказала белка и, ловко запрыгнув на дерево, быстро взобралась по стволу наверх.

Спасибо вам огромное за помощь! - крикнула ей вслед Лара.

И спасибо за то, что не раздавила, - добавил вполголоса Бравлин, снимая лыжи. - Я спущусь вниз, а ты, Лара, побудь пока здесь. Мало ли что. И, пожалуйста, не спорь!

А я думала мне будет безопаснее рядом вас. Вдруг в аллею прыгнет какой-нибудь гигантский заяц или мимо пробежит гигантская лиса, - рассудительно ответила девочка.

Бравлин открыл, было, рот, чтобы возразить, но не нашелся, какие аргументы привести. Довод Лары прозвучал неоспоримо.

Хорошо, - сварливо произнес он. - Следуй за мной и будь начеку, почаще оборачивайся. И желательно нам не разговаривать.

Вслед за Бравлином Лара сняла лыжи и стала спускаться по ступенькам из прочно скрепленных веток. Это было так удивительно! Они фактически шли по тоненьким веточкам, которые для них были настоящими бревнами. А этот корень - он словно нога гигантской лиственницы замер в попытке вырваться из земляного плена и сделать шаг вперед. И под этой корягой кто-то очень маленький смог соорудить себе дом! В Стране Северных Долин под корнями деревьев маленькие существа тоже строили себе дома, но эльфы не замечали их, считая как бы несуществующими. Лара считала это неправильным: все живые существа имели право на жизнь, если их создала природа. И эльфы обязаны были признавать и понимать эту значимость. Но, похоже, именно этого эльфам, да и гномам, как раз не хватало, потому что: как еще можно было объяснить разрушение первозданного мира на плато Карликов? Как и Дамир-повелитель иллюзий Лара была уверена: идея царя Солдара сделать игровой сад стала ужасной ошибокой, приведшей к трагическим последствиям. Возможно, их мир вообще доживал последние дни. Об этом Лара старалась не думать, но пугающие мысли все равно пробирались в сознание, приводя в еще большое уныние, выбивая почву из-под ног и забирая всякую надежду.

Спустившись вниз, они увидели домик. Только небольшие окна из стекол были явно завезены для его строительства из Страны Северных Долин, но остальные материалы взяты с плато Гигантов. Основная кладка из щепочек, между ними мох, который, свисая как накидка, оплетал весь дом, кровля состояла из кусочков коры.

Какой милый домик! - не могла не восхититься Лара необычности и оригинальности его постройки.

Бравлин решил оставить своё мнение при себе: в силу своего происхождения, он куда больше любил дома, вырезанные в толще гор, с выходами к подземным источникам, с лазами к горным вершинам. И вообще сейчас его куда больше заботило: как их встретит Древан, тот всегда был угрюмым и немного диковатым, не случайно же он решил переселиться на плато Гигантов.

Пока Бравлин подбирал слова, думая, что скажет Древану Багрову при встрече, Лара обратила внимание на шорох позади себя, обернувшись, она увидела птицу, та примостилась на корне дерева и с хищным интересом наблюдали за ними сверху. Искренне сожалея, что она не может протиснуться в щель и влезь под корень, чтобы склевать аппетитных гостей, она смотрела на них еще и с грустью. Прочитав ее мысли по одному взгляду, Лара ощутила, как пробежал мороз по коже. Только сейчас осознав слова Бравлина об опасностях плато Гигантов, девочка подумала, что разумнее было бы жителям Страны Северных Долин и Страны Гор никогда не появляться здесь, соблюдая незримые законы природы, согласно которым каждый должен жить на своем плато и не пересекать границы другого. Собственно говоря, границы всех трех плато и не пересекались, это были как бы три мира в одном, невозможно было разглядеть гигантские деревья даже с самой высокой вершины, или игровой сад царя Дира, стоя на окраине Страны Северных Долин. Но семьдесят три года назад один гном при обустройстве подземного хранилища открыл два таинственных коридора, один из них вывел его на плато Гигантов, а другой - на плато Карликов. Так, элементы сказки о первом дне первого царя стали реальными.

Поднявшись на крыльцо и даже войдя внутрь, Лара по-прежнему ощущала на себе хищный вгляд хищной птицы - судя по-внешему виду это был гигантский поползень, а они для него представлялись очередной парочкой насекомых. Не смотря на опасения Бравлина Древан хорошо встретил их, охотно впустил в дом, спросил, как дела и даже предложил выпить травяного чая.

Вот люблю я местные размеры, - говорил Древан. - оторвал кусочек листа, высушил и заготовил себе чая на неделю, а то и на две. Очень удобно, я вам скажу! А вкус какой! Просто волшебный!

Радушный хозяин предложил им сесть, указав на диван, сделанный из веточек, накрытый пухом от бодяка полевого - получилось довольно мягко.

Как же ты нашел меня, Бравлин? Нет, я рад, ты не подумай, просто удивлен.

Миран сказал мне, где ты обосновался.

Миран? Как он? Ты давно его видел?

С ним все в порядке, он по-прежнему служит в руководстве селений у Южного фонтана.

Древан поморщился.

- Никогда не понимал его выбора, впрочем, как и он моего. Мне не нравится нудная однообразная работа, а ему не нравится исследование природы. Такие вот мы разные, хоть и братья.

Простите, господин Багров, - не удержалась Лара, - а почему вы решили поселиться на плато Гигантов?

Надо полагать, я говорю с юной наследницей престола Страны Северных Долин? - спросил эльф и тут же пояснил. - Ты очень выросла, Лара, с тех пор, как я видел тебя последний раз. И знаешь, именно твоя история заставила меня переселиться сюда. Дело в том, что недалеко отсюда есть волшебный фонтан.

Что? - Бравлин вскочил с места. - Это невозможно!

- Возможно, - ответил он гному и, переведя взгляд на девочку, добавил. - Ты тяжело болела, и сила фонтанов на территории Страны Северных Долин не могла исцелить твоего недуга. Тогда один эльф рассказал им о фонтане здесь, на плато Гигантов. Подход к лазу - а фонтан находится в небольшом гроте - охраняла семья хищных крыс, местных крыс, гигантского размера, которым и фонтан-то был ни к чему, животные даже искупавшись в фонтане, магию применять не могут. Но твои родители рискнули, ради тебя, за что поплатились жизнью, они и часть стражников из отряда, который взяли с собой.

Услышав его слова, Лара опустила глаза, заметно погрустнев. Её родители пожертвовали собой ради неё... И погибли они не где-нибудь, а на плато Гигантов. Так вот почему дедушка так не любил его и так не хотел, чтобы она попала сюда! Попала во второй раз, как выяснилось теперь.

Когда я заболел и на практике выяснил, что наши фонтаны не могут исцелить меня, то тоже рискнул. И не зря!

Но как же ты миновал ту крысиную семью? - удивленно спросил Бравлин. - Или они передумали охранять проход к фонтану?

Нет, не передумали, но я попал туда обманом, мне помог Кисточка, это белка, она, точнее он, живет на лиственнице, под корнями которой находится мой дом. Кисточка отзывчивый, решил помочь, он очень рисковал, идя на такой шаг, и мы оба едва унесли ноги. Честно говоря, я до сих пор опасаюсь, что те крысы узнают, где мы живем и найдут нас, чтобы поквитаться. Так, мы с Кисточкой стали друзьями и живем здесь. Я вот построил дом, вроде неплохо получилось.

Да, у тебя очень симпатичный домик, - похвалил его Бравлин. - Значит, родители Лары отправились сюда ради её спасения, а не для того, чтобы пожить здесь какое-то время. Надо же! И волшебный фонтан... Об этом я точно слышу впервые.

Ну это довольно секретная информация, потому как посещать плато Гигантов довольно опасно, а если о таком узнали бы все, то от желающих окунуться в местный мощный фонтан, отбоя бы не было.

Логично, согласился Бравлин, и немного погода спросил то, о чем хотел спросить Древана изначально. - Скажи, ты знаешь что-нибудь о Руслане Белозерцеве? Где он живет?

Не на плато Гигнатов, это точно!

Точно?

Точно, я знаю всех эльфов, кто живет на плато, есть даже парочка гномов, но эльфа с таким именем я не знаю. Постой-ка... Руслан Белозерцев... А это не племянник великого Святогора?

Что же это получается? - оторопело произнес Бравлин. - Руслан и вправду мог...

Мог что? - поинтересовался Древан, так как гном замолчал.

Это неважно.

А по-моему, - возразила Лара, - важно! Ваш Руслан Белозерцев вовсе не на плато Гигантов, так же как и Дамир повелитель иллюзий не во дворце!

Дамир повелитель иллюзий? - удивился Багров. - Но ведь он исчез много лет назад...

Мы со всем разберемся, ваше высочество! - заверил её Бравлин, вставая с дивана, - и начать нужно с возвращения на среднее плато.

Да что происходит? Вы можете объяснить?

И, не смотря на то, что Бравлин не очень хотел рассказывать Древану о том, что происходит, он и Лара остались на чай, а за чаем они по очереди рассказали о том, как и что им стало известно о подмене царя, поделились своими подозрениями и опасениями.

Вернувшись домой, Бравлин вновь еще раз всё прокрутил в голове. Вроде бы следующий шаг был очевиден: немедленно отправиться во дворец и призвать к ответу самозванца, так посоветовал Древан Багров, но гном решил сделать еще одну попытку в сторону проверки своей теории: здесь замешан Дамир, Дамир повелитель иллюзий, а не кто-нибудь другой.

***

Закончив дневной завтрак, Дамир тем временем собирался приступить к выполнению своей идеи по восстановлению мира, когда Дир попросил его об услуге.

Перенеси меня во дворец, Дамир. В конце концов, я вам здесь не помощник, а у меня там внучка, Лара, что если ей угрожает опасность?

Хорошо, только сначала, думаю, вам нужно всё разведать. Как насчет того, чтобы стать невидимым?

- А это возможно? - недоверчиво спросил Дир, одновременно почувствовав холодок по коже: если с точки зрения магии это возможно, то где гарантия, что у него за спиной то и дело не разгуливали волшебники?

Видя, как изменилось его лицо, Дамир немного развеял его опасения.

Сделать вас невидимым просто так посредством магии или иллюзии невозможно, однако у отца был янтарный камень, способный искажать изображение, делая невидимым того, кто его носит. Отец говорил, что этот камень его предки принесли из родного мира, я сам видел действие янтаря, однако после смерти отца, камень исчез. И мне крайне не хочется этого признавать, но, боюсь, все слишком сходится. Янтарь забрал Ювар с Грозного Шипа. И еще меньше мне хочется признавать: это он сообщил царю Солдару о моей слабости, потому как больше просто некому.

Но если камень пропал, то...

Я принес янтарь с собой, из древнего мира.

Открыв змейку на боковом кармане стоей толстовки, Дамир достал брелок в виде лягушки, телом которой являлся граненый янтарь.

Вот. Осталось только вложить в него немного магии, - сказал Дамир и подул на камень, отчего тот на пару секунд ярко вспыхнул, - теперь осталось произнести ключевые слова: "Спрячь меня!"

И как только Дамир произнес эти слова, как его изображение стало таять, быстро, буквально за несколько секунд, он растворился в воздухе. И Дир, и Ярослав невольно ахнули, а Ярослав инстинктивно пошарил рукой в воздухе, почти сразу наткнувшись на руку Дамира.

Ой! А я думал, ты вообще исчез.

Нет, исчезло только мое изображение. А потому, ваше величество, будьте крайне осторожны, вас слышно и сквозь двери вы проходить не сможете. Сделать невидимым кого-то еще, кроме себя, вы тоже не сможете, я имею в виду, если вам вдруг захочется взять кого-то с собой или спрятать кого-то от чужих глаз. Янтарь работает только на того, в чьих руках находится, при условии произнесенного пароля, конечно же.

Я понял.

Хорошо, тогда я не прячусь! - произнес Дамир и его образ стал быстро вырисосываться на светлом фоне стены в столовой. - Теперь второй нюанс, - продолжил эльф, протягивая царю брелок, - как я уже говорил, перенестись можно только в то место, в котором был сам. Не так много мест во дворце, где я был, и это при условии, что там не особо всё изменилось, и эти места вряд ли пустуют в такое время.

А если я стану невидимым уже сейчас? Ты перенесешь меня, невидимого, а потом вернешься сюда. Я же сразу постараюсь отойти в сторону, чтобы меня не обнаружили.

Тогда, может, лучше во внутренний двор? Войдете в здание за кем-нибудь следом. И во дворе, мало кто сможет понять, что произошло, кто там появился из воздуха и быстро исчез.

Думаю, ты прав, - согласился Дир.

Хорошо, тогда как мне забрать вас? Нет, если вас там ищут и ждут, это одно, а если ваше место кто-то занял - это другое.

В смысле занял?

В прямом. Что если кто-то принял ваш облик? Нельзя этого отрицать.

Верно, и скорее всего всё обстоит именно так, а еще, скорее всего, этот кто-то - Руслан Белозерцев. В любом случае он здесь замешан.

Руслан? Тот самый? Внучатый племянник отца?

Да. Видишь ли, он приходил ко мне месяц назад и требовал, чтобы я отдал ему книгу великого Святогора. Не представляю, как он узнал, что она у меня. Отец говорил: это страшная тайна, и никто, кроме его тайного друга об этом не знает. Я в свою очередь говорил о местонахождении книги только жене, которой больше нет, и двум своим министрам, но они оба надежные и проверенные, к тому же зачем кому-то из моих министров искать Руслана и рассказывать ему... А, может, проговорился как раз тайный друг отца? Если так, то секрет уже давно может быть не секретом.

Тайный друг! - хмыкнул Дамир. - Тайный враг, вот, кто он! Тогда это точно Ювар, больше некому, он знал о книге, которую мне отец завешал хранить и беречь, а при необходимости уничтожить.

Покачав головой, Дамир грустно произнес.

Значит, исчез не только янтарь!.. Чего именно хотел Руслан? Он объяснил: зачем ему книга?

Нет, просто потребовал вернуть то, что принадлежит его семье по праву. Он назвал книгу фамильной ценностью. Но самое страшное то, что книга спустя пару недель пропала. А спустя несколько дней я оказался в горах. Не знаю, Руслан или не Руслан, но похититель овладел заклинанием по перемещению в пространстве, возможно, именно с помощью книги.

Тогда вам однозначно надо быть очень осторожным, - сказал Дамир после некоторого молчания. - Будьте через четыре часа в том же месте, куда я вас перенесу, чтобы я мог вас забрать. Вот, держите.

Сняв с запястья наручные часы, Дамир протянул их царю.

Когда маленькая стрелка будет здесь, а большая здесь, я приду за вами. Даже если вам не хватит времени выяснить всё, вам все равно нужно отдохнуть, поесть и только потом возвращаться обратно. Ярослав, побудь пока здесь, я быстро.

Перенестись во внутренний двор замка получилось не с первого раза: представив фонтан, Дамир, конечно же, не смог перенестись. Чтобы фонтан ичез... Это звучало неправдоподобно. Но, когда Дамир и Дир увидели на вместе выстроенное загорождение, оба не знали, что и думать. Зачем кому-то такое понадобилось? Это и многое другое предстояло выяснить невидимому для всех царю.

Ну, что идем? - бодро спросил Дамир, вернувшись обратно.

Идем. Только я не понял, как ты поймешь, что прошло 4 часа? У меня нет часов.

А у меня пока не села батарейка, - с улыбкой ответил Дамир, достав из кармана смартфон.

Неожиданно, - честно признался мальчик. - И невероятно: эльф со смартфоном в руке!

И не говори! - весело ответил Дамир.

***

Неожиданное появление из воздуха эльфа сразу привлекло внимание всех немногочисленных обитателей внутреннего двора замка. Один из охранников бросился докладывать о происшествии царю, а двое других тщательно обследовали место, где возник эльф. Дир быстро отошел в сторону, все еще таращась на выстроенное у фонтана загорождение. В первую очередь его удивляло: как быстро это построили, не так уж долго его и не было. А тут! Целое сооружение! Поднявшись на крыльцо, Дир дождался, когда откроют двери двум министрам, и прошел вместе с ними незамеченным во дворец. И каково же было его удивление, когда из фасадных окон дворца он увидел фонтан на главной площади, также закрытый деревянными загорождениями. Покачав головой, Дир не адресовал тому, кто претворил в жизнь эту идею, ничего, кроме осуждения. Если во внутренней части дворца, фонтан служил источником магии в основном для царской семьи и придворных, то огромным фонтаном на главной площади пользовались все прохожие, жители и гости столицы. Едва подумав, к каким последствиям это уже привело и могло привести в будущем, Дир нахмурился еще больше. И не только от осознания создавшейся ситуации, но и от того, что вспомнил: кому принадлежали подобные идеи.

Сначала Дир отправился в комнаты Лары. Двери в её покои не были заперты, а внутри никого не оказалось. Обычно в это время девочка занималась с учителями, но сейчас здесь не было никакого намека на чье-либо недавнее присутствие, как будто Лара не появлялась в своих комнатах несколько дней. Чувствуя в душе растущую тревогу, Дир направился прямиком в приемный зал. Двери в него также были открыты. И, не смотря на то, что Дир понимал, кто-то может выдавать себя за него, всё равно он невольно замер на месте, увидев на троне себя самого. Точь-в-точь, с тем же невозмутимым взглядом, чуть свесившись на правый край и подперев рукой подбородок. Так, преспокойно восседая на троне, самозванец слушал доклад чиновника о волнениях в Серебряном ключе, вызванных требованиям открыть волшебный фонтан. "Значит, фонтаны закрыли не только в столице, - мрачно подумал про себя Дир. Ему страшно хотелось подойти и накричать на самозванца, потребовать снять маску, снести загорождения и, самое главное, сказать, где Лара. Но Дир сдержался. Если его сейчас схватят, то он не сможет ничего выяснить, не сможет помочь Ларе, не сможет вернуться во внутренний двор в назначенное время.

Это всё? - холодно осведомился самозванец.

Да, ваше величество.

Понятно, тогда пригласите ко мне Сабиру.

Сабира, руководитель охранной и розыскной службы, была уже пожилой эльфийкой, неспешно войдя в приемный зал через несколько минут, она поднялась по ступенькам к трону и, наклонясь к царю, стала почти что шепотом докладывать обстановку. Диру ничего не оставалось, как подкрасться ближе, на цыпочках, он поднялся наверх, остановившись буквально в паре метров.

Скоро они будут на месте? - спрашивал самозванец.

Да.

Когда Руслан перенесется в следующий раз?

Теперь уже после захвата.

Понятно, как только он вернется, пусть сразу же подойдет ко мне. Пусть расскажет, с кем он успел поделиться заклинанием по перемещению.

Может, это не он?

А кто? Бравлин? Нет, - Лжедир покачал головой. - Бравлин слишком жаден на такое, он так кичился тем, что переоткрыл заклинание Святогора! И теперь передать свою тайну какому-то юнцу-эльфу! Нет, исключено.

А может быть такое, что тот эльф тоже переоткрыл заклинание по перемещению? Ведь если великий Святогор смог, Бравлин с Грозного Шипа смог, то почему и кто-то другой не может.

Да, только вот откуда у этого кого-то доступ к волшебным фонтанам? В любом случае сначала нужно спросить Руслана.

Все фонтаны закрыты, ваше величество, к ним никого не подпускают. Если только...

Если только что?

Если только речь идет о фонтане на плато Гигантов. Где-то тот же Бравлин черпает силу. А где еще, если не там?

Ты не знаешь всего, Сабира, - хмыкнув, сказал Лжедир. - А вот мне стало достоверно известно: в доме Бравлина есть свой волшебный источник.

Но как?... - оторопело спросила Сабира. - Я думала, фонтаны есть только в Стране Северных Долин, ну и еще один на плато Гигантов.

Я тоже так раньше думал, до сегодняшнего утра, пока не прочитал информацию об этом отцовских отчетах: у Бравлина есть свой источник волшебства, поэтому, когда мы захватим его дом, этот источник нужно найти и заблокировать.

Да, ваше величество!

Что касается девочки, приведите её сначала ко мне, пусть расскажет, что она узнала от Бравлина, о его планах и намерениях, а потом, потом придется отправить её туда, где она находилась до своего побега.

Но...

Не обсуждается, Сабира. Она виновата и должна ответить за своё поведение. И то, что она царевна и еще ребенок, не должно давать ей поблажек! Можешь идти.

Да, ваше величество, - покорно, но уже не с таким энтузиазмом ответила Сабира. - Как прикажете.

И вновь Дир едва сдержался: он хотел пойти за Сабирой, спросить у нее, что случилось с Ларой, почему она сбежала и куда её хочет отправить Лжедир. Но идти по ступенькам быстро и тихо у него бы не получилось, а выдавать себя по-прежнему было нельзя. Да и как бы отнеслась к голосу из пустоты сама Сабира? Вряд ли бы она начала охотно докладывать ему, что происходит. Да и покажись он ей в другой, явно нецарской одежде, и это тоже навело бы женщину на мысли. Когда царь успел переодеться? Зачем? Почему именно в такую одежду? Где он вообще взял её? У слуг? Нет, пока надо ждать и оставаться в тени.

***

Тем временем Дамир предоставил Ярославу бумагу, кисточки и краски.

Они волшебные?

Дамир улыбнулся.

Нет, они обычные.

Но... Как же тогда у меня получится изменить ваш мир?.. Я не понимаю! - честно признался мальчик.

Мир изменят иллюзии, которые я вплету в твои рисунки. Я уже говорил о том, что в твоем мире нет места чуду, но очень сильна вера в него, именно это станет мощным началом иллюзии по преображению, а увидев, что все вокруг меняется к лучшему, то есть налаживается и возвращается к нормальному существованию, эльфы с радостью поверят в то, что мы им покажем. И тогда ложь станет явью.

Но,.. - неуверенно протянул мальчик. - что если эльфы не поверят в наши иллюзии? Или поверят, но не все?

Силы веры от пары сотен уже будет достаточно. Пусть кто-то и решит, что его больное воображение рисует странные картины, или что это всё какое-то наваждение, главное, что часть обязательно поверит.

Понятно. Это прям как на выборах президента. Пусть за кандидатом не пойдут все, но и части достаточно.

Верно. Ладно, давай начнем. Твоя задача изобразить леса, реки, луга и поля, какие-нибудь необычной формы камни, скалы, можешь представить загадочных животных. Я буду помогать тебе, а именно ускорю твою работу, направив твою руку вслед за мыслями. Да, пожалуй, они и правда будут заколдованы, я имею в виду кисти и краски.

Поняв, что от него требуется, Ярослав утвердительно кивнул и, представив опушку леса с огромными елями, пушистыми кустарниками и растущими под сенью деревьев грибами, приступил к работе. И стоило ему провести кистью один раз, как на бумаге отобразился фрагмент готового рисунка. Сделав еще пару взмахов кистью, Ярослав увидел роскошную игольчатую ветку, которая как лапа невиданного зверя накрыла собой семейку грибов с фиолетовыми шляпками. "Здорово!" - хотел воскликнуть мальчик, но, увидев Дамира, который сидел напротив него с закрытыми глазами и с очень сосредоточенным лицом - очевидно было, что эльф колдовал - не стал его отвлекать.

Закончив с первым рисунком, Ярослав приступил ко второму, третьему, с увлечением и азартом он представлял новые картины будущего мира, которые заменяли гибнущие и угасающие картины мира нынешнего. Как только каждый рисунок был готов, в небе возникала вспышка, одну из которых увидел Бравлин, перенесшийся на плато Малый Шип. Как и предполагал гном, перед ним стоял дом Святогора, что означало: он прав, Дамир здесь, и сейчас не иначе как именно он что-то делает с их миром, возможно, подталкивает его к неминуемой гибели.

Решительно пройдя к дому, Бравлин поднялся на крыльцо и дернул на себя дверь - та была заперта. Тогда гном решил выбить дверь каким-нибудь силовым порывом, но потом передумал и позвонил. Когда перелив звонких колокольчиков раздался по дому, Дамир и Ярослав недоуменно переглянулись. На мгновение оба решили: им это показалось, но звонок раздался снова - ошибки не было, кто-то пожаловал в гости.

Что будем делать? - тихо спросил Ярослав.

Нужно проверить, кто там, - спокойно ответил Дамир. - Побудь здесь, я скоро вернусь.

Можно я пойду с тобой? Пожалуйста.

Ну хорошо, идем.

Бравлин звонил и звонил, пока дверь ему, наконец, открыли. Гном уже собрался вылить на хозяина дома целый поток обвинений и требований, вроде освобождения царя, но замер с открытым ртом, так и не произнеся ни слова. Молчание нарушил Дамир.

Надо полагать, ты Бравлин? Просто ты никогда особо не следил за внешним видом. Без обид, простая констатация фактов. Э... Бравлин, ты не пойми меня неправильно, но я сейчас очень занят и в интересах всех, не только в моих, но в прямом смысле всех, будет лучше, если я продолжу. Так что давай поговорим в другой раз, хорошо?

Бравлин не ответил. Пожав плечами, Дамир уже собирался закрыть дверь, когда гном вдруг схватил его за запястье. Эльф сдавленно вскрикнул, дернув руку назад, Бравлин его не удерживал и тут же разжал ладонь. В следующий миг вскрикнул Ярослав, потому что Дамир пошатнулся, его качнуло в сторону и, облокотясь правым боком о стену, он медленно сполз вниз.

Он не превратился в старика, - оторопело произнес гном.

Ты что сделал, гад?! - воскликнул мальчик и, подбежав к гному, резко толкнул его в сторону выхода, но тот стоял прочно как скала или силы мальчика просто не хватило, чтобы сдвинуть его с места.

И тут Бравлин словно впервые увидел Ярослава, с удивлением спросив.

А ты кто такой?

Мальчик вновь с силой толкнул гнома и даже закричал, от отчаяния. Он не знал, что делать, как убрать отсюда это ужасное лохматое чудовище, которое что-то сделало с его новым другом, он не знал, как помочь Дамиру.

Я тот, кто скажет тебе правду, вот кто я! Ты только что причинил вред тому, кто пытается спасти этот мир. Тому, кто не сможет помочь царю Диру и вернуть его сюда. Что, решил докончить дело отца? И убить того, кого он не смог? Еще скажи, что не знал, как твой отец предал Дамира и вместе с царем Солдаром отправил его в коридор между мирами, где он чуть не погиб! Хочешь знать, почему он в старика не превратился? А я тебе скажу: потому, что для него прошел всего лишь год в моем мире, а в коридоре между мирами время течет иначе, оно ускоряется. Вот почему он остался молод, а вы, вы все как ненормальные набрасываетесь на него, обвиняя в том, чего он не делал. Тогда как он хочет помочь и всех спасти!

Выкрикивая всё это гному, Ярослав чувствовал, что вот-вот заплачет, от отчаяния и бессилия что-либо сделать и исправить. А гном всё это время стоял и смотрел на него каким-то безучастным взглядом.

Ууу! - в сердцах произнес мальчик, понимая, что это всё бесполезно и гном непробиваем, и нет смысла тратить на него время и что-либо объяснять ему.

Опустившись на колени, Ярослав потряс эльфа за плечо.

Дамир, ты меня слышишь?

Переведя взгляд на руку Дамира, мальчик с ужасом обнаружил, что та сильно распухла и покраснела. Сам эльф дышал сдавленно и отрывисто.

Дамир, пожалуйста, не умирай! Я не смогу возродить твой мир без тебя! Я один не справлюсь.

Он не умрет, - услышал мальчик голос гнома позади себя.

Обойдя Ярослава, он подошел с другой стороны и, взяв руку Дамира, перекинул её через плечо.

Отойди от него! - воскликнул мальчик.

Успокойся, он через пару часов придет в себя. Может, и раньше, в конце концов я лишь уколол его иглой, смоченной медом.

Что? - оторопело спросил мальчик. - Мед? У него аллергия на мед?

Аллергия? - не понял гном. - Не знаю, что это, но сейчас тебе нечего опасаться: я хочу помочь.

Сначала хотите убить, а теперь хотите помочь?!

Ой, да не убил бы я его этой каплей меда! Так, только обезвредил ненадолго. Послушай меня, сам ты его не дотащишь, а я... признаю, что поторопился. Давай, бери его с другой стороны, нужно дотащить его до какой-нибудь кровати или дивана.

С большим подозрением взглянув на гнома, Ярослав все-таки послушал его и вместе с ним дотащил Дамира до ближайшей кровати, в которой этим утром спал сам мальчик.

Вот так, - сказал гном, накрыв Дамира второй половиной пледа. - А теперь расскажи мне всё по порядку. Скажу сразу, я тоже хочу помочь своему миру, поэтому внимательно тебя слушаю. К тому же ты что-то говорил о возвращении царя Дира. Боюсь, если Дамир не успеет прийди в себя, помочь смогу только я. И я помогу, если ты всё расскажешь.

Ладно, - ответил мальчик. - Только мы останемся здесь.

Как скажешь, - охотно согласился гном и устроился на кресле в углу комнаты, Ярослав сел на край кровати.

Дамир слышал всё, что они говорили, но слышал как сквозь туман, не в силах пошевелиться и что-либо добавить. Впрочем, Ярослав достаточно уже разобрался в ситуации, чтобы всё объяснить гному. Боль в руке Дамира постепенно стихла, дышать стало легче, а потом на него навалилась какая-то тяжесть и он ощутил, как невольно куда-то проваливается. Он не мог сказать, как долго падал, как долго пробыл в полном забытии, но в какой-то момент он открыл глаза и увидел, что лежит посреди полянки, о том, что это именно поляна, говорили растущие рядом деревья, или точнее деревца, самые высокие из них достали бы ему только до колен. Встав, Дамир огляделся - повсюду, куда бы он ни посмотрел, всё было ужасно маленькое и словно игрушечное. Очевидно, что он на плато Карликов, но как он очутился здесь? Что еще удивляло, так это: почему нигде не видно следов вмешательства? Где все игровые площадки, качели, карусели и городки, которые царь Солдар строил для своего сына еще много лет назад? В следующий миг Дамир почувствовал, что становится меньше, буквально, всё вокруг постепенно увеличивалось в размерах, а он сам словно таял на общем фоне.

Что происходит? - вслух спросил он, с ужасом представив, как сейчас станет букашкой на фоне огромных деревьев, а потом просто исчезнет.

Но он не исчез. Уменьшение его размеров прекратилось, как только всё вокруг приобрело естественные размеры. А потом словно из ниоткуда вокруг него стали появляться крылатые эльфы - сильфы. Их было около двадцати, один из них вышел вперед и заговорил от лица всех.

Мы рады видеть тебя здесь, это честь для нас, большой брат, - сказал он и на удивление Дамира поклонился ему. - Мы безмерно счастливы тому, что ты смог узнать, как возродить наш мир. Это замечательная идея! И мы над ней хорошенько подумали и поняли, что если мальчик нарисует плато Карликов, то это запустит преображение всего и повсюду, подобно волнам, которые разбегутся в разные стороны. Единственное уточнение: нарисовать нужно изначальный облик плато, до вмешательства царя Солдара, тогда нашей веры в твою иллюзию будет более чем достаточно для её воплощения в реальность.

Но... я могу воспроизвести только ту нетронутую часть плато, которую видел, когда Солдар начал здесь работу.

Нет, ты видел всё плато, ещё до прихода эльфов, тебе просто нужно вспомнить.

Вспомнить? - удивленно переспросил Дамир.

Образ сильфа стал мерцать и быстро таять.

Постой! Как я могу вспомнить то, чего никогда не видел?!

Но к моменту, когда Дамир произнес последнее слово, сильфы и плато Карликов окончательно исчезли из виду. Неодоуменно озираясь по сторонам, эльф не увидел ничего, кроме некой пустоты. Где он оказался теперь? Каким образом? Вместо ответа на этот вопрос, Дамир ощутил, как что-то подхватило его и стало поднимать наверх, потом его мысли вновь стали путаться и он уже хотел поддаться этим ощущениям и забыться, как вдруг вспомнил: спать нельзя, он должен забрать царя Дира из дворца. Должен забрать... А который сейчас час?

Открыв глаза, Дамир увидел пустую комнату. Сколько времени прошло? Сколько он спал? Встав, Дамир сначала прошел на кухню и выпил два стакана воды, как и в прошлые разы после отравления медом, он испытывал жуткую жажду; потом обойдя весь дом, и так никого и не найдя, эльф не на шутку встревожился. Судя по темноте на улице и довольно высоко висящей в небе луны, было уже поздно. Но проведя год в мире людей, Дамир абсолютно отвык ориентироваться во времени по положению светил в разное время года, поэтому, зайдя в мастерскую, где он и Ярослав работали над новыми картинами мира, он взял в руки мобильник. Двадцать один тридцать две. Он конкретно опоздал, царь Дир давно уже должен был быть здесь. По всему выходило, что Бравлин и Ярослав исчезли не просто так, скорее всего, они отправились во дворец, и то, что они до сих пор не вернулись наводило на плохие мысли: что-то случилось, иначе они давно все трое были бы здесь. О том, что Бравлин совсем не поверил рассказу Ярослава и перенес его в свой дом, эльф даже думать не хотел. Нет, если бы Бравлин хотел зачем-то забрать мальчика, он бы сделал это еще у двери и не стал бы тащить его, Дамира, до кровати, а потом слушать рассказ Ярослава. Гном, если не поверил полностью, то проникся пониманием точно.

Быстро переодевшись, Дамир перекинул через плечо меч и перенесся прямиком в приемный зал дворца. Не смотря на поздний час там находилось много народа, все были одеты нарядно, а некоторые даже пафосно. Похоже, решил Дамир, он попал на праздник. В зале играла музыка, взрослые о чем-то говорили друг с другом, а несколько детей танцевали в такт мелодии. Появление нового гостя все заметили не сразу, сначала ближайшие к нему эльфы, а потом стоящие поодаль перевели на него взгляды, увидел его и царь.

Дамир! Хвала небесам, с тобой всё в порядке! Я уже начал переживать: где ты и что с тобой.

Молодой эльф стушевался. Кто говорил с ним? Какой Дир, настоящий или поддельный? Услышать такие слова от первого было вполне логично, но и второй вполне мог задать их. Если настоящего царя не смотря на наличие у него янтаря схватили, то подставной мог узнать от него: как тот появился на площади и кто его должен забрать. Меж тем все отошли от Дамира на некое расстояние, давая ему подойти ближе к тронному возвышению.

Вы смогли определить того, кто выдавал вас за себя? - спросил Дамир.

Да, это был Руслан, племянник твоего отца.

И где Руслан сейчас?

Он бежал, к сожалению, но ничего, его поймают, главное, что он разоблачен, и я теперь вновь на своем месте. Собственно, по этому случаю мы и собрались здесь на праздник.

Понятно, а как именно вы его разблачили, могу я поинтересоваться? Нет, вы не подумайте ничего плохого, просто мне интересно.

Ну что ты! Конечно, ты имеешь право всё знать! - с улыбкой ответил царь. Спустившись вниз, он подошел к Дамиру и хотел по-отечески обнять его, но тот, памятуя недавнее ядовитое прикосновение Бравлина, сделал шаг назад. - Что такое? Я чем-то обидел тебя?

Нет, просто я бы хотел сначала услышать ваш рассказ. И плюс, вы могли бы отдать мне янтарь?

Видишь ли, какая штука, - просто ответил Дир. - Я его потерял, точнее выронил, именно после этого меня и увидел самозванец. Потом мы вступили в небольшую потасовку, в которой я почти одержал верх, и вот тут-то всё дело. Я почти победил, но в какой-то момент Руслан вырвался и, пользуясь своим обликом, точнее моим, смог беспрепятственно выйти из дворца, потом его словно след простыл. Но, повторюсь, мы его найдем.

Понятно, - протянул Дамир, сразу поняв: кто перед ним. - А Бравлин и Ярослав приходили сюда?

А-а... нет, не приходили.

Ясно, ну а Лара, с ней всё в порядке?

О, Лара, бедная моя девочка! Представляешь, Руслан упрятал её за решетку, её, тринадцатилетнюю девочку, словно она какой-то отъявленный преступник! Это ужасно. Потом здесь по какой-то причине был Бравлин и он забрал её из камеры, Руслан приказал вернуть девочку, и её вернули, но она сбежала, уже здесь, во дворце. Я так переживаю за неё, я не знаю, где она и что с ней. Если бы я только мог сказать ей сейчас, что её дед, настоящий, неподдельный, вновь здесь...

Вы лжете! - раздался звонкий детский голосок.

Все стали оборачиваться и искать того, кто это произнес, но все присутствующие в зале дети молчали, некоторые вслух произнесли: "Это не я". Дамир тоже посмотрел по сторонам, чего делать было нельзя и не известно, чем бы всё кончилось, если бы голос не осек его.

Дамир, берегись!

Так уверяющий его в том, что Лжедир отстранен от трона, царь шагнул к нему и хотел схватить его за руку. В ярком свете блеснула в его руке игла, которую Дамир не заметил накануне у Бравлина. По сигналу царя, несколько стражников бегом направились к Дамиру. Взмахнув рукой, эльф создал песочную волну, которая ослепила и сбила с ног всех, кто стоял в радиусе двух метров вокруг него.

Живо ко мне! - воскликнул Дамир. - И стань видимой!

Я не прячусь! - услышал он через несколько секунд голос рядом себя.

Из воздуха появилась девочка, как раз лет тринадцати на вид. Должно быть, решил Дамир, это и есть та самая Лара. Поймав её за руку, он быстро прочел заклинание по перемещению, и кинувшиеся к нему стражники столкнулись лбами в том месте, где они только что стояли.

Вернувшись домой, Дамир отпустил девочку.

Ты знаешь, где твой дед сейчас?

Его куда-то повезли, его, Бравлина и мальчика, который выглядел не как эльф. Я хотела залезть в телегу, но там было три стражника, которым ОН приказал ловить меня сразу, как я приближусь. Знаю, они меня не видели, но слышали, - грустно произнесла девочка, опустив глаза, она виновато сказала. - Чувствую себя трусихой и предательницей.

Глупости, ты осталась во дворце и предупредила меня об опасности. Хотя, я так понимаю, ты не меня ждала в тронном зале, верно?

Девочка отрицательно качнула головой.

А кого?

Я... я следила за самозванцем, как то же он должен преображаться и делаться похожим на моего дедушку. И вот, если бы он пил зелье, я бы разбила кружку, фляжку или стакан, или из чего бы он там его пил. А если бы говорил заклинание по преображению, то я бы поднесла к его лицу зеркало - я читала, что в таком случае эльф может остолбенеть на несколько часов.

Понятно. Хочешь чего-нибудь? Попить или поесть?

Попить. И еще извиниться, - тихо, опустив голову, ответила девочка.

Извиниться? - не понял Дамир. - За что?

За то, что обратилась к вам на "ты". Не знаю, почему я так сказала, это как-то само получилось, но понимаю, что была не права.

Дамир улыбнулся.

Извиняю, а заодно разрешаю и даже прошу и впредь обращаться ко мне "ты". Раз уж само получилось, значит, тебе так говорить комфортнее.

Девочка уже открыла рот, чтобы возразить, но Дамир опередил её.

Будем считать вопрос закрытым, а пока идем на кухню, расскажешь мне всё, что произошло во дворце, подробно.

***

Дир оставался в тронном зале и терпеливо ждал, что вот-вот сюда приведут Лару, подходило время, когда Дамир должен был вернуться за ним, и его величество буквально разрывался на части, прекрасно понимая, что внучку бросать нельзя, но и, если он её увидит во дворце, то вряд ли сможет далеко убежать вместе с ней. Рассчитывать на помощь Дамира было куда логичнее и разумнее. В какой-то момент Дир поймал себя на мысли, что кусает губы и слишком громко вздыхает, последнее могло выдать его. Взяв себя в руки, он немного успокоился и уже собрался возвращаться на внутреннюю площадь, благо двери в тронный зал были открыты, как услышал шаги и недовольные восклицания: "Отпустите меня!", "Я не пойду с вами!" Это была Лара. Дир встал со скамьи, на которой сидел у входа в зал и вышел в коридор. Увидев, как девочку буквально тащат внутрь, он сжал кулаки и стиснул зубы. Нельзя, надо ждать. Час назад он сходил в свои покои и переоделся в ту же одежду, в которой сейчас разгуливал самозванец, чтобы потом, став видимым, выдать себя за него или, скорее, себя за себя самого.

Двое эльфов стражников ввели девочку в тронный зал.

Милая, - осуждающе, встав с трона и спустившись вниз, произнес Лжедир. - Зачем же ты покидала стены дворца. Я так переживал за тебя!

Если бы переживали, то не стали бы сажать меня в камеру!

Прости, Лара, но ты сама виновата, и ты это заслужила. Да, возможно, это было слишком суровое наказание для тебя, но то, что ты царевна, не должно отделять тебя от простых эльфов, к которым такое наказание применяется. Поверь, мне было очень жаль отправлять тебя туда, но...

Ничего вам не жаль! - оборвала его девочка. - Вы не мой дедушка! Вы самозванец и я точно это знаю, Бравлин это знает и может доказать. И он призовет вас к ответу!

Хмыкнув, Лжедир отметил про себя основные моменты: Бравлин понял, что он не настоящий царь, это первое; скорее всего, у Бравлина есть какое-то вполне конкретное объяснение, как он пришел к первому выводу, это второе, а еще гном собирается публично заявить о своих догадках, это третье. Теперь оставалось выяснить у девочки только детали.

Правда? - с по-настоящему актерской искренностью удивился Лжедир. - Он правда так сказал, что я - это не я? И кто же я, позволь поинтересоваться?

Где-то в глубине души Лары промелькнула благая мысль: не надо ему ничего рассказывать. Но высказаться сейчас для неё было куда важнее, чем рациональное взвешивание: что говорить можно, а что нельзя.

Вы - Руслан Белозерцев!

Лжедир сначала никак не отреагировал, медленно он спустился с тронного возвышения и внимательно с головы до ног посмотрел на девочку, которую по-прежнему удерживали двое эльфов-стражников, а потом позади себя Лара услышала шаги - кто-то вошел в зал. Лжедир широко улыбнулся и, указав рукой на вошедшего, негромко, отчеканивая каждое слово, произнес.

Вот, Руслан Белозерцев. Обернись, посмотри, как он выглядит.

Повинуясь его словам, девочка повернула голову и увидела неприятного вида старика. Не то, чтобы старость так уж изуродовала его, нет, просто взгляд у него был недовольный и даже злой, а изогнутые седые брови и редкие седые волосы придавали им оттенок хищности. Лара невольно вспомнила хищный взгляд того поползня на плато Гигантов, отчего вновь ощутила холодок по коже.

Проводите мою дорогую внучку туда, откуда она незаконно сбежала, - тем же тихим и зловещим голосом произнес Лжедир. - А ты, Руслан проходи, мне нужно задать тебе несколько вопросов о деталях спецоперации.

Стражники, оторвав девочку от пола, бойко развернулись и понесли её к выходу, потом по коридору, они уже миновали два лестничных пролета, когда сзади разадался голос царя.

Постойте!

Стражники повиновались. Быстро, но не бегом, к ним подошел царь и, вновь окинув девочку взглядом с головы до ног, сказал.

Надеюсь, для тебя это было хорошим уроком, Лара, за твое поведение. Но я ведь твой дед и не могу позволить себе вновь отправить тебя в камеру. Ну, что вы по-прежнему её держите? - недовольным голосом спросил он стражников. - Отпустите её!

Немного сбитые с толку стражники вновь повиновались.

Вы свободны, спасибо, что помогли Ларе понять, что я готов был поступить самым решительным образом. Надеюсь, впредь она будет вести себя с большим почтением и уважением.

Девочка уже хотела возмутиться, и даже хотела наброситься на самозванца с кулаками, но услышала то, что заставило её остановиться.

Давай пройдемся, Снежинка, заодно спокойно поговорим.

Снежинка, так она маленькая просила её называть, бабушка считала это полным вздором и ерундой, дедушка при ней тоже говорил девочке о вздорности такой просьбы, но, когда они оставались одни, называл её так, как она просила. И потом, когда Лара стала страше, всё равно продолжал её так называть. Так, неужели перед ней её дедушка?.. Но как? Откуда он здесь взялся? Вконец сбитая с толку Лара дала взять себя за под руку.

Зачем же ты сбежала, Лара? Пошла с этим Бравлином! С чего он только взял, что я - это не я? Как ему такое в голову могло прийти! - громко произнес Дир, однако, когда стражники были уже достаточно далеко от них, понизил громкость до шепота. - Лара, это правда я. Сейчас нам нужно как можно скорее попасть на внутренний двор. Там меня, нас, заберет Дамир. Тот самый Дамир, повелитель иллюзий. Самозванец сейчас по-прежнему в тронном зале. Он в любую минуту может узнать, что его исходная копия движется к выходу из дворца, а потому идем быстро и не останавливаемся. Великий Светомир! Я так переживал за тебя. Когда зашел в твои комнаты и увидел, что тебя там нет, думал, с ума сойду! Но это всё потом, потом. А пока смотри, - он достал из кармана янтарную лягушку. - Это камень, с помощью которого можно исчезнуть из виду. Возьми его!

Лара пока еще не окончательно решила, настоящий ли дедушка перед ней, но решила дать ему шанс. Взяв брелок, девочка убрала его в карман куртки.

Чтобы исчезнуть, ты должна сказать "Спрячь меня!", а чтобы вновь стать видимой "Я не прячусь!".

Они вышли в коридор, в конце которого стояло двое стражников, потому Дир больше ничего не стал говорить и, поровнявшись с ними, поприветствовал и пошел дальше, вон из дворца, уводя за собой Лару. Вдвоем они быстро дошли до центральной лестницы, спустились вниз и, миновав еще один пост охраны, вышли, наконец, на улицу. Они успели пройти только несколько метров, как у фонтана, из воздуха появился... нет, не Дамир. Там появились Бравлин и Ярослав. А потом с балкона донеслось.

Задержите их! Это самозванец, пытающийся увести за собой царевну!

Это говорил не царь, а Сабира. Царь был уже у входа, и перенес его туда Руслан.

Стой, самозванец! - громко и требовательно произнес он.

Бежим! - скомандовал Дир и бросился бежать к Бравлину, к которому с разных точек спешили пятеро стражников.

Прошло каких-то несколько секунд, а Бравлина уже повалил на землю крепкий стражник, мальчика крепко держал второй.

Дир в ужасе обернулся и увидел в паре метров от себя двоих стражников, оттолкнул от себя девочку, крикнув "Прячься!"

И я спряталась, - грустным голосом произнесла девочка, - потом дедушку, господина Бравлина и того мальчика повели во дворец, мне удалось пройти следом, но потом, когда их повели в камеры, я не смогла просочиться незамеченной. Я думала, что будучи невидимой, я неосязаема, а оказалось: это не так. Один из стражников наткнулся на меня и схватил бы, если бы я не увернулась. А потом, потом я вновь вышла на внутренний двор, и там видела, как их погрузили в телегу.

Мы найдем их, Лара, найдем и осводим, даю тебе слово! - уверенно произнес Дамир, одной своей интонацией приободрив девочку и дав ей надежду, ведь ей говорил это не кто-нибудь, а тот самый, ставший почти мифическим для неё, Дамир - повелитель иллюзий.

***

Связанных по рукам и ногам троих пленников увозили всё дальше от города. Бравлину помимо всего прочего завязали рот, а царю надели еще и мешок на голову. Ярослав недоумевал по поводу последнего, а вот Бравлин быстро смекнул, что к чему: когда закончится действие зелья, которое по заявлению самозванца принял Дир, то станет понятно, что зелья никакого и не было, тогда у стражников могут появиться вопросы, а так они получили четкий приказ, не снимая мешка с одного из пленников, доставить всех троих в дальнюю пещеру, оставить там и завалить вход. Но стражники не особо заинтересовались самознацем, куда больше их внимание привлек мальчик, на которого они то и дело стреляли взглядами, то удивленными, то подозрительными, то осторожными, а то и испуганными. Вот кто для них, действительно, принял какое-то зелье и стал похож непонятно на кого. Но ничего, решили стражники, царь приказал продержать пленников в пещере два дня, за это время всё волшебство выветрится, и из гнома, и из самозванца-царя, и из странного ребенка, а потому без задней мысли они выполнили приказ Лжедира, совершенно не ставя его под сомнение. На самом деле самозванец, назвав условную дату "два дня", собирался бессрочно её продлить.

Скажи, Лара, ты запомнила стражников, которые увозили твоего дедушку, Бравлина и Ярослава? - спросил Дамир, перед этим он вкратце объяснил девочке, кто такой Ярослав и как он сам оказался здесь и сейчас, как собирался спасти мир Надежды.

Да, я их знаю, даже знаю, где один из них живет.

Это хорошо. Так мы сможем выяснить, куда они отвезли всех троих. Но, боюсь, сделать это лучше не сейчас, а утром, рано утром. Знаю, ты тревожишься за дедушку, поверь, я тоже очень переживаю за Ярослава, ведь это я привел его сюда, и здесь я за него несу ответственность, но сейчас мы вряд ли сможем что-то выяснить.

Девочка грустно опустила глаза, но спорить не стала: они, действительно, не представляли, куда велел отвезти пленников Лжедир, единственной ниточкой сейчас был знакомый Ларе стражник, но нужно дождаться его возвращения в город.

Дай слово, что постараешься уснуть, - почти требовательно произнес Дамир, открывая перед девочкой дверь комнаты.

Она несколько удивленно посмотрела на него: какой сон, когда судьба её дедушки, судьба мира висит на волоске, он пояснил.

Пойми, если ты с больной головой отправишься завтра на поиски, то можешь банально упустить что-то, не заметить. Ты должна быть бодрой и полной сил, чтобы справиться со всеми трудностями. Понимаешь?

Лара молча кивнула.

Насчет безопасности не волнуйся. Даже если кто-то перенесется на плато и или сразу захочет проникнуть в дом, у него это не получится. Я закрыл дом защитным куполом. Его просто так не пробить, ну а если кто-то захочет попробовать, то мы сразу об этом узнаем.

Как? - искренне не понимая, спросила Лара.

Ты услышишь громкий шум и увидишь яркую вспышку. Такое проспать невозможно. Так мы договорились: ты отдыхаешь этой ночью?

Девочка вновь кивнула.

Хорошо, утром я тебя разбужу.

Не смотря на то, что сам он только что говорил Ларе о необходимости отдохнуть этой ночью, скоро заснуть у него не получилось. Скорее всего, решил Дамир, это из-за вечернего сна. Однако спустя час он все-таки задремал и вскоре погрузился в странный сон. Сначала он ощутил небольшой холод, а потом навалились жуткая грусть, печаль невосполнимой утраты. Ему ужасно хотелось уйти от этого давлеющего тяжелого чувства, но у него никак это не получалось. Потом стали проявляться картинки: сначала он увидел траву, небольшие красные цветочки среди зелени, затем свои руки, почему-то они были очень маленькими, так, как если бы он сам был еще совсем малышом.

Дамир, где ты? - услышал он женский голос где-то вдалеке.

Он обернулся на звук. Вокруг него стояли вековые сосны, а он сам находился в центре небольшой поляны.

Я здесь! - как мог громко ответил он.

Услышав свой голос, Дамир понял, что он, действительно, очень мал. Но ведь это не так. Ему уже двадцать шесть лет. А тут, он говорил так, словно ему на двадцать лет меньше. Это какой-то странный сон, решил Дамир. Он понимал, что спит и это всё не более, чем игра воображения, но какая-то его часть утверждала обратное: это всё реально, только... это прошлое. Прошлое, о котором он забыл.

Меж тем из-за деревьев показалась женщина, она была молода и очень хороша собой, в длинном белом платье, с красивой заколкой в волосах, это она звала его. И все бы ничего, если бы у нее сзади не было крыльев. Но ведь у эльфов не бывает крыльев, крылья есть только у сильфов!

Дамир, зачем ты убежал? Все ищут тебя.

Пусть ищут, я не вернусь!

Дамир, зачем ты так говоришь, мы ведь очень переживаем за тебя и хотим, чтобы ты был с нами.

Нет, не хотите! Не ври мне! - с обидой, громко, почти переходя на крик, ответил он женщине, та лишь покачала головой.

Дамир, ну что ты такое говоришь! Давай, пойдем со мной.

Она подошла ближе и протянула ему руку, но он вновь упрямо повторил.

Нет!

Хорошо, - после некоторого молчания сказала женщина. - Куда ты тогда пойдешь? С кем будешь жить? Где?

Не здесь! И не с вами! - надув губы, буркнул он в ответ.

Сев на корточки, женщина взяла его за руки и, посмотрев ему в глаза, вкрадчиво сказала.

Это из-за Ясниты, да? Ты так обиделся из-за её слов?

Яснита... Перед глазами вспыла другая картинка, как он бежит вдоль берега реки, босиком. Песок под ногами теплый и мягкий, а каждое движение ему дается легко и непринужденно. Он оборачивается: сзади его догоняет девочка, маленькая, лет пяти на вид, на ней смешное красное платьице с желтыми одуванчиками, она тоже босая и не менее счастливая, чем он. Только почему-то у нее тоже за спиной виднеются крылья, маленькие, полупрозрачные, но крылья.

Дамир! Подожди!

Догоняй!

Потом картинка вновь сменилась. Перед стояла та же девочка, только вся в саже, со спутанными волосами, она испуганно смотрела на него. Позади неё стояла та женщина, что звала его в лесу, только, как и девочка, она была вся в саже, со сбитой набок прической.

Ты спас нас, Дамир! - сказала женщина.

Спас, да, он потушил пожар, создав из ниоткуда воду. Как это получилось? Как-то само собой. Все метались туда-сюда, приносили ведра, вновь и вновь летая от реки к горящему дому, но они делали это так медленно, что мальчик понял: им не успеть, не спасти оставшихся внутри девочку и женщину, его двоюродную сестру и тётю.

Ты - колдун! - трясущимся голосом произнесла вдруг девочка. - Ты наколдовал воду.

Да, я хотел потушить пожар.

И наколдовал воду!..

Да, а иначе ты и тётя Мирана погибли бы.

Он, прав, милая. Спасибо тебе, Дамир.

Мама, он колдун! - резко развернувшись к ней, громко произнесла девочка, а потом вновь посмотрела на него и сказала. - Я больше не хочу, чтобы ты жил с нами! Ты колдун! Ты не такой, как мы!

В следующий миг всё исчезло и погрузилось во тьму, среди которого раздался чей-то шепчущий голос. "Колдовство не наш удел, оно творит лишь беспредел. Когда средь нас родится маг, наш мир погрузится во мрак..." Эти слова повторялись снова и снова, Дамир схватился за голову и, наконец, проснулся. Вокруг было темно, он дотянулся до мобильника и, включив подсветку, посмотрел на часы: два часа ночи.

Приснится же! - прошептал он.

Дамир вновь лег, но странный сон долго не шел из головы, прошел еще час прежде, чем он вновь уснул. На этот раз он очутился над лесом, кто-то крепко держал его, кто-то, кто летел над верхушками вековых деревьев. Дамир ощущал себя невероятно счастливым. Рядом летела женщина, похожая на ту, что приснилась ему в прошлый раз. Её взгляд был устремлен вперед, но в какой-то момент она повернулась, посмотрев на него с большой теплотой и любовью.

Пойдешь ко мне? - спросила она.

Да!

Мужчина, который держал его, замедлил полет и бережно передал его в руки женщины, и стоило ей прикоснуться к нему, как сердце Дамира бешено заколотилось. Это мама! Это его мама! С такими же черными глазами, как у него, с теми же чертами лица.

Мама! - вслух произнес Дамир и вновь проснулся.

Открыв глаза, Дамир долго не мог прийти в себя. Он был уверен, что вспомнил свою маму, это было настолько невероятно и волнительно, что он уже хотел встать и пойти заняться делом, например, проверить защитный купол, как вдруг услышал резкий громкий звук, похожий на отдаленные раскаты грома, за которым последовала яркая вспышка. Отдых этой ночью окончательно сорвался. Вскочив, Дамир нацепил на ноги ботинки, на ходу надел куртку и поспешил к выходу.

Оставайся здесь! - приказал он Ларе, выскочившей в коридор.

Вновь прозвучал раскат грома и пронеслась яркая вспышка. Значит, гость или гости решили повторить попытку разрушить защитный барьер, его действие считалось нерушимым, однако нельзя было исключать, что за прошедшие годы кто-нибудь изобрел что-нибудь способное пробить даже такую мощную оборону. Выбежав на улицу, Дамир невольно зажмурился и загородился рукой, вспышка ударила ему прямо по глазам, а еще он вмиг замерз, даже несмотря на теплые куртку и ботинки - пижамные штаны пронизывало насквозь, а голова без шапки стала легкой мишенью для мороза. Стоять просто так было непозволительной роскошью, Дамир судорожно соображал: что делать, когда прозвучал еще один раскат грома, промелькнула еще одна вспышка, а потом раздался звук, словно рядом разорвалась ткань. Прямо перед ним, в защитном куполе образовалась трещина, в которую уже протиснулся первый эльф, затем второй, третий. Щель быстро разрослась в настоящий проем, через который внутрь защитного барьера проскочили все десять эльфов.

Бежать или принять бой? Из дома меж тем выскочила Лара, испуганно вскрикнув, она подалась назад, слезы хлынули из глаз девочки, и Дамир услышал, как она расплакалась. А вот это уже чересчур, решил он, так пугать ребенка! И Дамир вспомнил, как создал ту воду - во сне или наяву много лет назад, неважно, важно было то, что сейчас, на морозе, мокрая одежда могла реально остановить отряд вооруженных до зубов эльфов, который пожаловал сюда без приглашения.

Когда вода обильным душом окатила гостей с головы до ног, они почувствовали жуткий холод. Сбитые с толку, они затормозили шаг, а один из них повалился на скалистую поверхность плато. Пусть почувствуют побольше холода, решил Дамир и следом за дождем наколдовал сильный ветер, который буквально приковал непрошенных гостей к одному месту. Некоторые из них закричали, а тот, кто лежал на земле, крикнул.

Прекрати!

"Не дождетесь!" - подумал Дамир, усилив вихрь снежинками, огромными, частыми - в считанные секунды снег залепил лица эльфов, а потом сбил с ног.

Пожалуйста, хватит!

Не надо!

Умоляю!

Остановись!

Такие слова, с просьбой о помощи, были куда лучше, чем требование прекратить защищаться. Перестав колдовать, Дамир быстро направился к лежащим на земле замерзающим эльфам.

Кто из вас применил заклинание по перемещению? - требовательно спросил Дамир.

Он не очень расчитывал на скорый ответ, но тот поступил почти мгновенно.

Я, - произнес слабый, старческий голос, тот же старческий голос, который минуту назад требовал прекратить сопротивление.

Сколько еще вас вокруг дома?

Только мы.

Ну если врьешь, берегись! - пригрозил Дамир.

Холодно!..

Серьезно? Спать надо по ночам, а не врываться в чужие дома! А коль уж сами не спите и нам не даете, то терпите холод!

Это Руслан Белозерцев, - тихо произнесла подошедшая сзади Лара, подошла она вообще беззвучно, Дамир даже вздрогнул, когда услышал её голос.

Да-а-а? - удивился Дамир - Так это же в корне меняет дело! Померзнете пока, гости дорогие, - сказал он и принялся укреплять защитный барьер, но сначала окутал льдом руки Руслана, чтобы тот не смог колдовать.

Рано утром Ярослава и остальных, наконец-то привезли на место. Одного за другим пленников сняли с повозки и повели к пещере. Если бы только он мог освободить руки и рот чуть раньше, с грустью думал Бравлин, не менее грустный Дир сожалел о том, что решил уйти из дворца, даже не попытавшись доказать свою правоту. Он ведь мог привести массу примеров, доказывающих, что он - это он! Теперь время было упущено. И только Ярослав твердо намеревался освободиться и спасти остальных. Как только они оказались в пещере, вход в которую завалили - судя по звуку - огромным камнем (два эльфа-стражника без особого труда переместили его, воспользовавшись магией), и мальчик сразу приступил к своему плану освобождения. Местные стражники, видимо, не знали, что пленников сначала обыскивают, а зря! Изловчившись, Ярослав продел связанные сзади руки через ноги, затем достал из бокового кармана брюк складной нож, кое-как открыл его и принялся резать веревки.

Китайская дешевка! - пробурчал себе под нос мальчик, поняв, что ножик тупой, но, к счастью, тот был не настолько тупым, чтобы его совсем нельзя было использовать по назначению.

После десяти минут усилий и периодического вынужденного отдыха, мальчик освободил руки и сразу подошел к Бравлину. Вынув кляп изо рта гнома, Ярослав перешел к веревкам на его руках.

Зря стараешься, сынок, - грустно произнес гном. - Действие волшебной воды закончилось. Я не смогу воспользоваться магией и вытащить нас отсюда.

Значит, надо найти ближайший волшебный фонтан и воспользоваться им.

Как? - тем же грустным голосом, но уже Дир, спросил у мальчика. - Все фонтаны заколочены.

Ломать не строить, что вы с самом деле! - отмахнулся Ярослав. - К тому же вы царь, ваше величество, а значит, можете приказать местным открыть фонтан. Скажите, например, что вы подумали, подумали и решили: здесь фонтан можно открыть. Я уверен, эльфы охотно поверят вам и с радостью сломают загорождения, потому что, насколько я понял, от этой воды зависят не только магические способности, но и здоровье эльфов, так?

Да, - оторопело произнес Дир.

Вот! Так что не надо киснуть!

Не надо киснуть! Мощно он это сказал, и не кому-нибудь, а царю. С опозданием Ярослав понял, что выразился некорректно, и в его случае правильнее было сказать "Не падать духом!", но сказанное - не напечатанное, просто так нажатием нескольких кнопок ситуацию не исправишь.

А... в общем я хотел сказать, что... Не всё так плохо, как кажется.

Мне бы ваши проблемы, хотел добавить Ярослав, но, естественно, промолчал. В своей жизни он сталкивался с куда более серьезными вопросами, исправить ситуацию в которых едва ли представлялось возможным. Так, он не мог поменять себе родителей, не мог сменить место жительства, не мог вырваться. Да, пока он в другом мире, у него даже есть важнейшая миссия, более того, от него зависит судьба этого мира, но рано или поздно ему предстоит вернуться домой. Вернуться и вновь погрузиться в ту пучину невзгод и проблем, в которой он живет с самого рождения. Так что стоили проблемы царя Дира и гнома Бравлина в сравнении с его бедами? Ничего! Царь Дир просто боялся проявить силу, вступить в бой и доказать всем, что он - самый что ни на есть настоящий правитель Страны Северных Долин, а возможно, он боялся, вступив в сопротивление, потерпеть неудачу, предпочитая вовсе ничего не делать, дабы исключить негативный сценарий. Бравлин же слишком привык иметь под рукой источник магии, слишком часто ориентировался на силу заклинаний, потому теперь, потеряв под ногами почву, чувствовал себя потерянным и лишенным своего единственного оружия. Сейчас слова мальчика произвели впечатление на обоих, и им даже стало стыдно за своё упадническое настроение, но полностью поднять в них боевой дух Ярославу пока не удалось. И в первую очередь это было связано с огромной каменной глыбой, которая загораживала им путь наружу.

Нужно идти вглубь пещеры, здесь, наверняка, должен быть еще один выход, - бодро произнес мальчик, на что царь Дир, покачав головой, грустно ответил.

Нет, в этой пещере другого выхода нет. Сюда не зря привозят самых опасных преступников.

Тогда надо отодвинуть камень!

Как? - совсем упадническим голосом, хрипло спросил Бравлин. - Мы не можем колдовать!

Зато мы можем раскачать этот камень. Видите щель между камнем и сводом пещеры? Это значит, что камень не упирается в стену, и, раскачивая, можно заставить его сдвинуться с места. Не знаю, как вы, а я хотя бы попытаюсь!

Какими тщетными и, наверно, жалкими выглядели со стороны попытки раскачать огромный камень! Но Ярослав не оставлял попыток. Нельзя сдаваться! Сдаться легче всего. Сдаться, забыться, не думать о плохом, и просто смотреть на всё со стороны без необходимости вмешиваться. Так однажды мать объяснила ему, почему стала пить. Она ничего не могла сделать с мужем, не могла вытянуть его из трясины, не могла найти хорошую работу с достойной зарплатой, и часто не досчитывалась даже тех жалких грошей, которые ей платили: они тайком уходили на зелье. Отец называл примерно те же причины: завод, на котором он работал с момента окончания техникума, закрыли, в городе рабочие с его специальностью нигде не требовались. Он хотел сначала уехать куда-нибудь на заработки, но лишь зря потратил деньги на телефонные переговоры: свободных мест нигде не было. Так, ему пришлось пойти в грузчики, а потом от безысходности и отчаяния он решил запить и забыть кошмарную действительность. Нехитрый способ сработал, и отец, когда наступило протрезвление, решил не задерживаться надолго в реальности.

Когда сзади подошли Бравлин и Дир, и стали помогать ему, Ярослав уже готов был разреветься от неспособности сдвинуть с места этот камень в одиночку. Но им троим это оказалось под силу. Когда огромный булыжник тронулся с мертвой точки, Дир едва не отскочил в сторону, не от страха, нет, а от неожиданности: он искренне не верил в то, что это возможно, а вот Бравлин воспрял духом: еще не всё потеряно! И все трое, не сговариваясь, хором крикнули "Да!", когда камень перекинулся на следующую грань, освободив небольшой проход наружу.

Кажется, теперь я понял, почему сюда сажают преступников по одному, - произнес Дир, когда они выбрались наружу. - Одному такое не провернуть. Хотя не знаю, приходила ли когда-нибудь кому-нибудь из заточенных здесь подобная мысль. Это просто гениально, сынок! - похвалил его Дир, положив руку на плечо мальчика. - Ты настоящий молодец.

Спасибо. Я рад, что хоть кого-то убедил не сдаваться, - честно признался Ярослав, но не стал разъяснять свои слова.

Убедил, убедил, это точно. Что ж, идем в местное поселение, оно называется Красный берег, там есть волшебный фонтан. Пора открыть его!

Еще перед отъездом пленников одели в теплую одежду и нацепили им теплую обувь - валенки на странной негнущейся, словно деревянной подошве. Непонятная щедрость и благосклонность, особенно если учесть, что в пещере их оставили без еды и воды. Но хотя бы холод, который под утро стал особенно принизывающим, отошел на второй план. Ярославу и Бравлину обувь и пальто были велики, и оба смотрелись со стороны, наверняка, нелепо и забавно. Гном чувствовал себя крайне неловко, постоянно спотыкался и подтягивал сползающие рукава, а вот Ярослав искренне порадовался большим размерам, потому что по опыту знал: в маленькой одежде и тесной обуви будет холодно, даже если одежда и обувь теплые.

От пещеры шла небольшая дорога, достаточная для того, чтобы проехала небольшая телега, и это было счастьем, что шли они по дороге, расчищенной, - вокруг лежали сугробы, не самые высокие, но достаточные для того, чтобы ноги приходилось переставлять с трудом, перелезая через реальные препятствия.

А далеко отсюда поселение? - спросил Ярослав. - Нет, я не жалуюсь, что устал там и всё такое, просто интересуюсь.

Нет, видишь те холмы? - ответил ему Дир. - Вот прямо за ними поселение, в низине.

Скорее бы уж окнуться в фонтан и, вернув себе способности, убраться отсюда! - мечтательно произнес Бравлин.

Э-э... Не поймите меня неправильно, но... как вы можете окунаться в фонтан зимой? И еще меня очень волнует вопрос: вы в одежде окунаетесь? А как же потом её высушить? Нет, если всё время в здание перемещаться, и всё равно...

Ярослав умолк, потому что Дир и Бравлин от души рассмеялись.

Что? - оторопело спросил мальчик. - Что я такого спросил?

Видишь ли, сынок, - первым отсмеявшись, пояснил Дир, - волшебная вода - это не совсем вода, её видно, но она немокрая.

Немокрая вода?! Такое бывает?

Да, ты увидишь и всё поймешь.

А Дамир не рассказывал тебе об этом? - поинтересовался Бравлин.

Нет, если честно, мы знакомы всего сутки, и времени на рассказы о Стране Северных Долин и о мире Надежды в целом у нас, считай, не было.

Всего сутки! Значит, ты сразу согласился помочь нашему миру, это очень благородно, ведь при условии неправильно текущего времени в проходе между мирами, ты можешь вернуться к себе спустя годы.

Э-э, - замялся Ярослав. - Об этом я узнал только здесь, но ничего страшного, обо мне особо скучать не будут.

Но как же твои родители? - удивленно спросил Дир. - Они ведь будут очень волноваться за тебя. Я думал, что Дамир поговорил с ними прежде, чем забрал тебя. Пусть он не знал о точных временных расхождениях, но о самом факте их существования он точно знал. Так что же получается, он просто взял и забрал тебя из твоего мира без согласия твоих родителей?! Я надеюсь, хотя бы твоё согласие он получил?

Да, - ответил мальчик, умолчав о том, что это согласие он дал уже здесь, в мире Надежды, куда его отправили силой.

Это... безрассудно и в то же время благородно, - немного помолчав, произнес Дир, сразу пояснив, - я имею ввиду: твое решение. Что касается Дамира я еще с ним поговорю на эту тему.

Нет, нет, всё в порядке, не нужно ругать Дамира, он только хотел помочь и... мне не хочется об этом говорить, но вы не знаете моих родителей: поверьте, они сейчас в таком состоянии, что спрашивать у них о чем либо бесполезно...

Это не говоря уже о том, что просьба "Отпустите вашего сына в другой мир, очень нужна его помощь" ни за что не была бы воспринята всерьез, в каком бы состоянии его родители не были. Но Дир этого не знал, зато помнил рассказ Дамира о его пребывании в мире людей. Сочувственно посмотрев на мальчика, он осторожно спросил.

Они пьют ту самую отраву, о которой говорил Дамир?

Мальчик грустно опустил глаза и молча кивнул головой. Ничего не понимающий Бравлин уже открыл рот, чтобы уточнить детали, но Дир, поймав его взгляд, едва заметно качнул головой, без слов сказав: "Не надо, не сейчас".

Тем временем из-за холма показалась небольшая телега, запряженная одной лошадью. Местный стражник, который не смотря на распоряжение начальства из столицы оставить пленников одних, не мог представить: как они будут там, на холоде, без возможности разжечь костер и перекусить, а потому, едва столичные конвоиры уехали, съездил домой, в Красный берег, и собрал корзину еды, большую охапку дров, несколько теплых одеял и поехал обратно. Увидев издалека странную компанию, по числу и по росту подозрительно похожую на ту самую группу пленников, он порядком испугался и хотел, было, повернуть назад, чтобы мчаться за помощью. И не важно, как посмотрят потом на содержимое его груза, однако что-то стражника остановило. Пусть беглецы и находились еще довольно далеко от него, тем не менее он все равно увидел царя. Или того, кто был очень похож на него. Но... ведь все возможности самозванца выдавать себя за другого эльфа, закончились. А это означало, что... В конце концов, несильно подхлестнув лошадь, он заставил ее идти быстрее. И чем больше сокращалось расстояние, тем больше становился очевидным факт: вот он, царь Дир - самый что ни на есть настоящий!

Когда стражник эльф подъехал к беглецам почти вплотную, он спрыгнул и, упав на одно колено, воскликнул.

Мой царь! Как... Я ничего не понимаю! Откуда? Кто тот самозванец? Как он схватил вас? Откуда он взялся? Почему так жестоко отнесся к вам? Ведь столичные стражники передали мне приказ не кормить вас, не давать дров и вообще, забросить в пещере на два дня. Не понимаю! Почему ему поверили? - спросил он, и тут же понурив голову, сокрушенно добавил. - Впрочем, я и сам поверил.

По-отечески похлопав эльфа по плечу, царь поднял его на ноги.

Ничего, сынок, ты же не специально поверил самозванцу, ты думал, что он - это я. И потом, я смотрю, ты решил не выполнять жестокий приказ, это правильно и благородно. Спасибо!

Да, я... Ой, хотите чего-нибудь? То есть, я решил не выполнять ужасный приказ и потому вез вам поесть, то есть вам и...

Тут он всретился взглядом с Ярославом, теперь он мог разглядеть мальчика более детально, только понятнее от этого не стало.

Всё в порядке, - успокоил его Дир. - Ярослав - гость из древнего мира, он пришел сюда, чтобы возродить Страну Северных Долин и весь мир Надежды. Да, видеть его непривычно и странно, и тем не менее, поставь себя на его место и представь, что это на тебя так пристально и подозрительно смотрят.

Ой! - вновь спохватился эльф. - Я понял, простите. Так, дать вам что-нибудь? У меня есть пироги, сухари и сушеные коренья.

И мы с удовольствием позавтракаем этим в тепле. Ты ведь пригласишь нас к себе домой?

Да, да, конечно, забирайтесь на телегу, сейчас мы вмиг доедем до деревни!

И действительно, меньше, чем через десять минут, они были уже у дома эльфа, маленькой избушки на окраине деревни. Дом располагался на холме, а потому отсюда хорошо было видно загорождение вокруг волшебного фонтана в центре поселения.

Ваше величество, - осторожно спросил эльф, когда они все уже сидели за столом на его маленькой кухне. - Скажите, а этот приказ про фонтаны...

Это не мое творчество. Поэтому, если тебя интересуют мотивы самозванца, то, боюсь, их мы не узнаем до тех пор, пока он не будет свергнут.

Эльф широко улыбнулся.

Это не важно, - медленно, растягивая слова произнес он, но тут же спохватился и быстро пояснил. - То есть важно, конечно, но я имел ввиду: здорово, что это не вы. Я всегда знал, что царь Дир такой ерунды бы не придумал! Многие по поводу этого распоряжения думают, будто вас заставили придворные, наговорили какой-нибудь ерунды, придумали какие-нибудь сладкие ложные доводы, одним словом, чтобы вы запутались и приняли неверное решение. Но теперь-то понятно: никто вас не заставлял издавать такой дурацкий приказ! Потому что вас и на троне-то в тот момент не было.

Ярослав меж тем с наслаждением попивал вкусный, и самое главное, горячий травяной напиток, чем-то похожий на иван-чай, только с сушеными плодами не то шиповника, не то каких-то лесных ягод, и рассматривал скромное жилище обычного эльфа. В который раз он поймал себя на мысли: он сейчас на самой оригинальной экскурсии, какая только может быть. А на экскурсиях, как известно, нужно не только ловить впечатления, но и узнавать что-то новое. Например, как живут обычные эльфы на окраине эльфийского государства в другом мире. Жили они, надо сказать, довольно скромно: в доме была печка, деревянные полы и мебель, занавески на окнах. Вроде бы стандартный набор любой избы, но нет, здесь всё имело свой, неповторимый, оттенок. Мебель, пусть и деревянная, была резной, разуркашенной витиеватыми узорами, в которых угадывались сказочные птицы, невиданные цветы и плоды, странные непонятные предметы. Пол, тоже росписной, напоминал лужайку, словно утопая в зеленой траве с разноцветными красивыми цветами. Не ковер, конечно, но смотрелось очень неплохо. Посуда тоже была деревянной, но грубой и громоздкой не выглядела. К слову сказать, в доме Дамира посуда была керамическая, а мебель не только из дерева, но и из металла, а также камня; вместо разукрашенных полов мраморная плитка, вместо скромных занавесок из белого полотна - ажурные полупрозрачные тюли. Да и размеры явно отличались от размеров избы. По всему получалось, что Дамир, а точнее великий Святогор, был весьма обеспеченным эльфом.

После сытного перекуса, в тепле, после бессонной ночи и холода, всем троим ужасно хотелось спать, и если Дир только периодически зевал, но в целом держался бодрячком, то Ярослав буквально боролся со сном, а Бравлин все время встряхивал головой и заставлял себя открывать глаза. Конечно, стражник-эльф все это заметил и предложил всем троим отдохнуть в его доме. Они сначала хотели отказаться, но когда поняли, что сейчас они не смогут пойти и сразу окунуться в фонтан - для начала им предстояло убедить в этом местное население и переубедить стражу выполнять приказ сверху - согласились.

Спать в это утро хотелось и Лжедиру. Ночью он отправил Руслана с заданием: обезвредить и доставить к нему Дамира, на всю операцию предполагалось потратить не более часа, но, когда прошло два часа, а потом три, самозванец понял: что-то пошло не так и, Руслан не может вернуться, а сон откладывается на неопределенный срок. Утратив возможность быстро перемещаться на расстоянии, Лжедир ощутил злобу, досаду, обиду и даже грусть, ведь еще вечером всё было возможно и доступно! Скрипнув зубами, он вызвал Сабиру и приказал ей организовать срочную разведовательно-наступательную кампанию к дому Дамира. Но пока еще отряд доберется до гор, договорится с гномами и выйдет на плато Малый Шип! И это угнетало больше всего. В какой-то момент Лжедир не выдержал и, вскрикнув, с силой пнул тумбочку в своих покоях - красивое изделие из красного дерева покачнулось и опрокинулось на бок, уничтожив стоящую на нем красивую хрустальную вазу. Но тумбочки и вазы Лжедиру было не жаль, а вот того, что он потерял возможность исправить свою ситуацию - да.

О том, что его, скорее всего, больше не побеспокоят, понимал и Дамир, но укрепил оборону вокруг дома, на всякий случай. Спать ему и Ларе, к слову сказать, тоже в это утро не пришлось, всю оставшуюся часть ночи он допрашивал Руслана, точнее пытался (эльфов из наступательного отряда он запер в отдельной комнате, предусмотрительно забрав у них оружие) - старик упорно молчал и только время от времени хмуро смотрел на Дамира. Игнорировал он и Лару, которая не по возрасту сурово и требовательно спрашивала у него: кто выдает себя за её дедушку и зачем ему это нужно. В конце концов Дамир закрыл Руслана в отдельной комнате - благо тот, утратив возможность колдовать, не представлял собой угрозы - и вместе с Ларой отправился в столицу Страны Северных Долин. Им предстояло навестить стражника, который увозил Дира, Ярослава и Бравлина, чтобы выяснить, куда самозванец приказал отвезти пленников.

Утро на Малом Шипе выдалось на редкость холодным, выглянув в окно, Дамир оценил, сколько снаружи градусов и отправился в свою детскую комнату, чтобы принести Ларе вещи потеплее. Когда девочку схватили в доме Бравлина, она была в домашней одежде, но одна из стражниц, молодая эльфийка, дала ей теплую куртку и валенки, которые накануне давал девочке Бравлин, но на ногах у Лары были надеты всего лишь тонкие колготки, шапка отсутствовала. Было ли ей холодно вчера вечером на внутренней площадке дворца? Или этой ночью, когда она полураздетая выскочила на улицу? Конечно, ей было холодно! Потому теперь, увидев шапку-ушанку, теплые штаны и валенки, она даже подпрыгнула от радости, хлопнув в ладоши.

Здорово!

Это мои детские вещи, хорошо хоть отец не выкинул их в свое время, и они не сгнили за прошедшие годы. Ладно, одевайся, жду тебя на улице.

Ничего себе! Она наденет вещи самого Дамира полителя иллюзий! Девочка словно только сейчас поняла, в чьем доме оказалась, а еще эта мысль придала ей уверенности, она вспомнила, как Дамир обезвредил непрошенных гостей. Уж кто-кто, а он точно сможет помочь, освободить её дедушку, разоблачить самозванца и вернуть тепло и жизнь в мир Надежды. Бодрая и уверенная в в благоприятном исходе событий, девочка быстро надела теплые вещи и вышла на улицу.

Многие ли эльфы знают тебя, Лара?

Да, а почему ты спрашиваешь?

Потому что привлекать внимание нам сейчас ни к чему, надеть капюшон, не хочу, чтобы самозванцу сразу донесли о твоем появлении в городе.

Понимаю.

Посмотрев на него, девочка внимательно разглядела его при свете дня. Она читала, что у Дамира повелителя иллюзий были необычны глаза, однако увидела она их только сейчас. Большие, чуть раскосые черные глаза, которых не было ни у одного эльфа.

У тебя глаза сильфа, - неожиданно сказала девочка.

Он готов бы услышать от неё: "Я готова, идем!" или что-то вроде того, но только не такое.

Что?

У тебя глаза сильфа, - повторила девочка, - я читала в одной очень старой книге в дворцовой библиотеке, что у сильфов были черные глаза.

Допустим, только у сильфов еще были крылья на спине, а у меня вроде как их нет. Если я сильф, то как ты это объяснишь? Не говоря уже о моих явно не микроскопических размерах и видимости.

Я не сказала, что ты - сильф. Просто... Извини, - виновато опустив глаза, не менее виноватым голосом сказала девочка, - не знаю, почему вдруг это пришло на ум. Я не должна была этого говорить. Идем в Главный город.

Взяв её за руку, Дамир произнес заклинание по перемещению и перенесся к памятнику первому царю эльфов, будучи уверенным, что такую святыню за годы его отсутствия никто не тронул, и оказался прав. Памятник стоял на своем прежнем месте. Всего скульптур было две, одна из них стояла в центре города на холме, а другая перед городской стеной. Сюда, к этому памятнику и перенесся Дамир, сразу пояснив Ларе своё решение.

Знаю, придется идти до города, но не так уж это и далеко отсюда, к тому же наше появление не вызвало переполоха.

Узкая дорожка к памятнику была тщательно расчищена, да и за самой скульптурой явно ухаживали: никаких снеговых шапок на ней не было, зато рядом высилась снежная гора.

Они стали спускаться. Шли молча, Лара проигрывала в уме, как они схватят и раскроют самозванца, как вновь с ней будет её дедушка, а вот Дамир не мог выгнать из головы слова девочки "У тебя глаза сильфа". Раньше он бы он не воспринял её слова всерьез, но после своих странных недавних снов, он задумался. Сначала сильф во сне назвал его большим братом и сказал, что он, Дамир должен помнить, каким было плато Карликов до вмешательства царя Солдара, потом он видел свою тетю Мирану и двоюроную сестру Ясниту - тоже сильфов, и наконец, он вспомнил свою маму, сильфа. Всё сходилось. Только... как сильф, невидимый и крошечный мог стать видимым большим эльфом? Это невозможно! К тому же сильфы - это выдумка, выдумка первого царя Светомира, а он - он настоящий. Настоящий!

Бред какой-то! - вслух произнес Дамир.

Что? - не поняла шедшая подле него Лара.

Ничего, это я о своем.

Они вошли в Главный город, так просто и не броско называлась столица Страны Северных Долин. Обычно, насколько помнил Дамир, вход в город был свободным, никакие стражники у ворот не стояли. Но сегодня закрытые ворота и вооруженная охрана говорили: всё изменилось.

Неожиданно, - честно признался Дамир. - Зачем они здесь?

Видимо, чтобы посторонние не проходили в город, или нежеланные, как мы, например, - ответила Лара, сразу пояснив. - При дедушке такого не было.

Ясно. Ладно, будем сочинять по обстоятельствам.

Может, ты лучше сразу как-нибудь уберешь охрану?

В смысле?

В том смысле, что твои глаза - без обид - выдадут тебя, что бы ты ни сказал.

Раньше это как-то не вызывало проблем. Многие, видя меня удивлялись, но не более того.

Тебя долго не было, Дамир, если бы только знал, что эльфы и гномы говорят о... твоем вкладе в нынешнюю ситуацию.

Наслышан, наслышан, от твоего дедушки.

Раз так, то ты должен понимать: эльфы тебя, - Лара замялась и шепотом произнесла, - тебя ненавидят. И теперь прибавь к этому желание самозванца взять тебя в плен, думаешь, он не дал четких указаний этим стражником? Ладно, может, не он лично отдавал им приказ, но, убеждена, такой приказ есть.

Нехотя, скрипя сердце, Дамир признал: девочка права. Лжедир наверняка уже предупредил всю городскую охрану о том, кого и по каким опознавательным знакам, нужно хватать. И если издалека никто бы не стал приглядываться, то оказавшись нос к носу со стражниками, скрыть такое вряд ли получится. В подтверждение его мыслям, стражники, едва увидели подходящих к ним эльфа и ребенка, сразу насторожились и обнажили оружие. А ну как это тот самый Дамир повелитель иллюзий и захваченная им в плен царевна?

Ладно, придется тогда опередетить их и привлечь к себе внимание уже сейчас, - тихо произнес Дамир.

Вряд ли стражники будут приглядываться к гостям столицы, если поднимется сильный ветер, внезапный порыв, да еще пойдет снег, одним словом, погода резко испортится. Но, чтобы создать такое, нужно взмахнуть руками и не один раз. То есть так он точно выдаст себя. Выдаст, если использует магию, но не иллюзию. Улыбнувшись своему решению проблемы, Дамир - а они были в метрах двухста от ворот - замедлил шаг и представил, как начинается снежная пурга, резкая, неожиданная, мощными рывками она поднимает снег, лежащий вдоль дороги, создает небольшие воронки и водовороты. Первой это увидела Лара, изображение показалось ей размытым, но девочка так испугалась, что пурга ей не кажется, что невольно остановилась. Что же делать? Как они пойдут в такую пургу? И откуда она только взялась! Мешаться и приносить сплошные неудобства. И стоило девочке принять увиденное за правду, поверить, как блеклое изображение вьюги, стало четким и ощутимым. Лара почувствовала, как холодный ветер ударил ей в лицо, девочка загородилась рукой, с ужасом спросив.

Как мы пойдем?

Ножками, - просто ответил Дамир.

Почему он так спокоен? Недоумевала девочка. Меж тем стражники тоже увидели из неоткуда взявшуюся пургу и испугались, с ужасом представив, как будут мерзнуть здесь, выполняя приказ царя: встречать всех подозрительных эльфов и захватить Дамира повелителя иллюзий, если он вдруг появится здесь. Сменить караул планировалось только в полдень. Их страх усилил действие иллюзии, она стала реальной. Ветер хватал всё новые порции снега и кружил их с большой скоростью, быстро застлав глаза эльфов снежной пеленой. Стражники загораживались рукой от ветра и снежинок, в такой пурге они бы и родственников не узнали, а потому спросили только, куда идут пришедшие в столицу. Те, пререкрикая шум непогоды, сказали, что идут к родителям от бабушки с дудушкой. Не заподозрив ничего предосудительного в этих словах, стражники пропустили их в город, за ворота.

Лара, перестань бояться! - громко произнес Дамир, когда они прошли несколько кварталов. - Это иллюзия, пурга ненастоящая!

Девочка оторопело и с некоторым испугом посмотрела на него. Иллюзия... Не прав был, Бравлин, когда говорил, что Дамир, будучи ребенком, придумал себе титул: "повелитель иллюзий" без права носить его. Нет, Дамир смело мог так называть себя. Искренне не понимая, как Дамир смог так легко обмануть её, её и двух стражников, девочка постаралась успокоиться. Получилось не сразу - уж слишком реальным всё выглядело, но вскоре она убедила себя, что пурга ненастоящая и только кажется ей таковой.

Это невероятно! Ты, действительно, повелеваешь иллюзиями, - восхищенно произнесла девочка, когда пурга окончательно утихла.

Повелеваю? Нет, это, пожалуй, чересчур. Умело обращаюсь, это да.

Лара так не считала и понимала, что после этой локальной пурги точно не сможет смотреть на Дамира, как прежде. Она с каждым часом всё больше осознавала: вот он, необычный эльф из прошлого, о нем много чего говорили, правды и лжи, и теперь он здесь и сейчас, перешагнул значительный временный промежуток и собирается помочь ей, её дедушке и всему миру Надежды. Каждый ли способен повлиять на судьбу целого мира? Точно не каждый!

Лара привела Дамира к дому стражника, который вчера увозил пленников из Главного города. Ей очень хотелось услышать, что он скажет, но она также понимала: стража верна царю, а царь для них в данный момент - самозванец, сидящий на троне. Поэтому теперь, перед самой дверью, она остановилась в нерешительности, боясь поднять руку и постучать. Понимая, что остановило её и испугало, Дамир сам шагнул вперед и постучал. Один раз, второй, третий, наконец, дверь открылась и в дверном проёме показалось лицо мальчика, лет десяти.

Лара! То есть, царевна Лара.

Привет, Зарян! Скажи, твой отец дома?

Нет, он еще не вернулся со службы, хотя должен был прийти еще вчера вечером.

Зарян, кто там? - послышался из дома женский голос.

Нет, нет! - остановила его Лара. - Не кричи, а то кто-нибудь может услышать.

Девочка инстинктивно заозиралась по сторонам. Не очень понимая её реакцию, мальчик пригласил гостей войти в дом. Подошла мать мальчика, увидев Лару, она заулыбалась и пригласила их раздеться и пройти внутрь. Дамира она приняла за обычного придворного, который просто сопровождал царевну, поэтому не поинтересовалась: кто он и как его зовут.

Что-то случилось? Просто Зарян собирается в школу, да и тебе сейчас нужно заниматься... Нет, мы в любом случае рады тебе, - тут же стала оправдываться женщина.

Да, кое-что случилось. Дело в том, что...

Дело в том, что нам нужно поговорить с вашим мужем, - вмешался Дамир, оборвав девочку на полуслове. - Это очень важно. Поэтому да, Лара сейчас не занятиях.

А вы её учитель, надо полагать?

Да, преподаю ей законы счета.

Хм, - женщина с явным недоверием посмотрела на него, и имела на свое недоверие все основания: во-первых, она прекрасно знала учительницу законов счета у царевны, поскольку та была её родной сестрой, и во-вторых, она не слышала, чтобы сестру собирались заменить, тем более на какого-то молодого эльфа, которого лично она видела впервые, и это при условии, что она знала в столице если не всех, то очень многих.

Лара тоже понимала оплошность, которую допустил Дамир. Ну сказал бы, что он её учитель и всё! Зачем было уточнять предмет?

Э-э, господин учитель несколько торопится, - сгладила ситуацию Лара, - он будет вести у меня законы счета со следующего года.

Да? А почему...

Естественно, женщина хотела спросить, почему отстраняют её сестру, но вовремя осеклась: вряд ли девочка решала такие вопросы. Видимо, преподавание её сестры чем-то не понравилось столь изменившемуся в последнее время царю. А с царем, который отправил царевну в темницу за несогласие со своим решением, лучше не спорить. Если уж он с любимой внучкой так поступил!

Значит, вы хотите поговорить с моим мужем, я правильно поняла?

Да.

Ну что, как сказал Зарян, он еще не вернулся, но вы можете подождать его здесь.

Лара вопросительно посмотрела на Дамира, тот утвердительно кивнул. В конце концов, в любой момент они могут переместиться отсюда в дом на Малом Шипе. Поэтому, даже если отправившийся в школу Зарян и расскажет кому-нибудь о царевне в своем доме, а этот кто-то донесет информацию во дворец, то они всегда могут уйти. Сбежать, грустно добавила про себя Лара.

Они ждали в гостиной, девочка безучастно смотрела в окно, а вот Дамир обратил внимание на картину, висящую на стене. Что-то знакомо ему было в этом пейзаже: небольшой водопад, впадающий в маленькое озеро, и растущие вдоль озерца клиновидные пихты. Вроде бы ничего такого, обычный уголок природы, да, красивый, но ничем таким непримечательный. Дамир подошел ближе. Он словно слышал шум водопада, ощущал аромат хвойных деревьев, знал, что вода в озере ужасно холодная.

Что-то не так? - спросила Лара.

Дамир стоял подле картины уже минут пять, как завороженный. Со стороны это выглядело несколько странным. Издалека услышав её голос, Дамир зажмурился и встряхнул головой, прогнав охватившее его наваждение.

Ничего, я просто..., - он замолчал, и Лара уже не надеялась, что он ответит, а потому вздрогнула, когда он вновь заговорил. - Я как будто бывал там.

И что такого? Красивое место. Может, ты там и бывал.

Исключено, - сказала зашедшая в этот момент в комнату хозяйка дома, она принесла на подносе горячий чай и пирожки.

Почему? - удвиленно спросила девочка.

Потому, что это место на плато Карликов. Это было написано много лет назад, еще тогда, когда плато только открыли. Потом на этом месте убрали пихты, а озеро расширили.

Резко отвернувшись от картины, Дамир отошел от неё подальше. Его уже начинали беспокоить его странные не то воспоминания, не то видения. Но что это всё-таки? Воспоминания или видения, сродни неким наваждениям? И почему раньше с ним ничего подобного не происходило? Если только на него так повлияло возвращение в родной мире после длительного отсутствия, хотя последнее тоже звучало довольно странно. Дамир хотел по всем разобраться, но в то же время на неком подсознательном уровне ощущал, что не хочет ничего знать, и это также казалось странным.

А окуда у вас такая редкая картина, если не секрет? - спросил Дамир.

От моего прадедушки, он в числе первых отправился исследовать плато Карликов. Он был художником, а потому написал не одну картину с изображением тех мест.

Значит, у вас есть и другие пейзажи плато Карликов?

Нет, - с улыбкой ответила женщина, наливая ему чай в чашку. - Они все во вдорце, в галерее. И раз уж вы теперь будете учить Лару, а потому часто бывать во дворце, советую вам обязательно посмотреть картины моего прадедушки, они очень красивые.

Дамир тоже улыбнулся.

Обязательно посмотрю. Спасибо, что рассказали о них.

У вас необычные глаза, - не могла не заметить женщина.

Да, я знаю, - ответил Дамир, укорив себя за то, что не изменил их цвет с помощью магии или иллюзии, он ведь мог это сделать, да и Лара предупреждала его, но теперь уже сделать было ничего нельзя: такое резкое изменение в его внешности могло навести женщину на мысли и посеять подозрение.

Скажите, а из каких мест вы будете?

Я с самой окраины, из Горного хребта.

Ларе хотелось ударить себя ладонью по лбу! Зачем он вновь уточнил детали?! Сказал бы обтекаемо: "с окраины", и всё!

Хм! И не скучно было жить там, водиночку? - с явным сарказмом в голосе спросила женщина, но Дамир, лишь взглянув на Лару, и так понял, что сказал лишнее.

Господин учитель шутит, - вновь спасла его из патовой ситуации девочка. - Он всем говорит, что родом из вымершего и заброшенного поселения, намекая на то, что его деревня Белый Колос совсем маленькая и расположена на отшибе.

Дамир виновато улыбнулся и развел руки в стороны.

Не стоило так говорить, простите.

Ничего, - натянуто ответила женщина, посмотрев на молодого эльфа с еще большей степенью недоверия, хотя Лара и дала ей пояснение, уж больно притянутым за уши оно выглядело. - Угощайтесь.

С этими словами она подвинула ближе тарелочку с печеньем, Дамир взял его и, откусив, не знал, что делать дальше: проглотить этот соленый сухой и невкусный кусок или выплюнуть: последнее хотелось сделать больше всего, но, конечно, он поступил по правилам вежливости и проглотил малосъедобный фрагмент печенья, положив остальную часть на стол возле своего блюдца. С некоторым недоумением эльф посмотрел на Лару, которая без особого удовольствия, но бойко уплетала это кулинарное недоразумение.

Из чего это сделано? - шепотом спросил Дамир, когда женщина вышла на несколько минут на кухню.

Из муки и соленушки.

Соленушка? Что это?

Трава такая, она сейчас хорошо растет на полях, солоновата правда, но зато не боится летних заморозков, как и серый овес, из которого теперь делают муку.

Без обид, но это есть невозможно.

Девочка пожала плечами.

Я привыкла.

"К такому привыкать нельзя! Нужно срочно менять мир Надежды и возвращать ему прежний облик!" - сказал, нет, прокричал себе Дамир. С некоторой обидой и даже злостью он подумал: если бы не этот Бравлин, сейчас он и Ярослав могли бы изменить значительную часть природы, смягчить холод и вернуть часть волшебства. Дамиру было больно видеть свой родной мир таким, умирающим и замерзающим, он искренне хотел помочь ему, хотел вернуть его былую красоту и мягкий климат, а эльфам возвратить возможность выращивать пшеницу и делать настоящее, вкусное и сладкое печенье.

Через минут двадцать Дамир и Лара остались в доме одни: хозяйка дома сказала, что должна идти на работу, но она любезно разрешила им подождать мужа.

Расскажи мне о том, что происходило в нашем мире после моего исчезновения, - попросил Дамир, с грустью добавив. - Я наслышан о том, что меня обвинили во всех грехах и приписали беды нашего мира мне. Но ведь не одной лишь ненавистью ко мне жив был народ. Знал бы еще этот народ, что не было дня, когда бы я не думал о доме!..

Не весь народ винил тебя, я, например, никогда не верила в то, что ты желал зла нашему миру.

Вот как? - удивился Дамир. - Но ведь твой дедушка...

Не читал твоих стихов и не читал твоего дневника.

Дамир нахмурился.

Что?.. Откуда у тебя мой дневник?

Лара смутилась и, опустив глаза, принялась извиняться.

Прости, пожалуйста, я же не знала, что когда-нибудь встречусь с тобой, иначе бы я никогда не стала читать твой дневник. Я знаю, это личное, и посторонние не должны...

Лара, я спросил: откуда у тебя мой дневник? - прервал её Дамир.

Он был в библиотеке, во внутренней библиотеке, что в кабинете дедушки.

Дамир с минуту молчал, угрюмо смотря в пол. Теперь у него не осталось сомнений в том, что это Ювар предал его, хотя то, зачем он взял его дневник, было непонятно. Что он и Солдар надеялись там найти? Доказательства его кровожадности и желания уничтожить родной мир? Но кто как не Солдар знал, кто стоит за измененем мира? Или он надеялся найти что-нибудь неопределенное, чтобы трактовать всем по своему? Или всё как раз наоборот: в дневнике Дамира не было никаких компроментирующих его слов, а потому никто не должен был иметь доказательства другой версии событий, отличной от той, где Дамира обвинили во всех грехах. В пользу последнего предположения говорили слова Лары о том, что она поверила в его невиновность, прочтя его дневник.

Почти два часа Лара рассказывала о том, что происходило в мире Надежды за годы отсутствия Дамира. В основном это были частные истории о современниках Дамира, многих из которых сейчас уже не было в живых. Оба не заметили, как открылась входная дверь, и оба вскочили, когда в гостиную вошел мужчина, порядком удивленный таким гостям.

Здравствуйте, господин Лумир! - поприветствовала его Лара.

Здраствуй, Лара, что ты здесь делаешь?

Я жду вас, - просто ответила девочка и также просто, напрямую, спросила. - Скажите, куда вы отвезли моего дедушку?

Лумир не ответил, переведя взгляд на Дамира, он вдруг резко развернулся и бросился к выходу.

Стой! - на ходу выкрикнул Дамир,

Мужчина, не одеваясь, выскочил на улицу, прямо на мороз, и рванулся в сторону дворца, Дамир выскочил вслед за ним, быстро нагнал его и повалил на землю. Через минуту к ним подоспела Лара, в руках она несла одежду и обувь, в которой они с Дамиром пришли сюда.

Молодец, - похвалил девочку Дамир, он встал и рывком поднял Лумира, со лба последнего капала кровь, падая он здорово ударился о лед.

Дамир перенесся в свой дом, и только тогда выпустил Лумира, тот хотел вновь бежать, но предущее болезненное падение не позволило ему сейчас сделать резкое движение - мужчина упал на колени и успел упереться руками об пол, чтобы не распластаться на нем плашмя.

Что это? Куда вы перенесли меня?

Лара, будь добра, отнеси свои вещи к себе, а мои закинь в мою комнату, пожалуйста. А я пока отведу господина Лумира к одному из наших гостей.

Девочка молча кивнула и ушла разносить вещи, а Дамир тем временем поднял на ноги Лумира и, держа его за шиворот, повел в комнату, в которой он запер Руслана.

Я знаю, кто ты! Ты - Дамир повелитель иллюзий, это ты заморозил наш мир, ты всех нас хочешь убить! - вопил Лумир, несмотря на то, что он мог вырваться и, если не убежать, то хотя бы не идти туда, куда его вели, но он позволял управлять собой, не то от страха, не то просто от нерешительности.

Дамир молча шел вперед, все эти обвинения в свой адрес он уже слышал и успел к ним привыкнуть. Ничего не говоря, он достал свободной рукой ключ и открыл замок комнаты, в которой находился Руслан. Открывать замок, снимать его, а потом открывать дверь одной рукой было страшно неудобно, но выпускать воротник рубашки Лумира эльф не стал.

Услашав приближающийся шум, Руслан молча поднял голову, но остался сидеть скамье. К слову сказать, Дамир запер его в кладовке, поэтому никаких кресел, кроватей и диванов здесь не было, только скамья, да и то как полка для ведер и тряпок. Окон внутри не было, и после кромешной тьмы Руслан невольно зажмурился, когда из коридора на него упал дневной свет. Толкнув Лумира внутрь, Дамир включил свет и сам вошел внутрь.

Вы наверняка знакомы с Русланом Белозерцевым, господин Лумир. Если нет, то тогда познакомьтесь. У меня к вам будет несколько вопросов. Первый - вам известно, что Руслан Белозерцев помогает самозванцу, имя которого не называет, выдавать себя за царя Дира? Второй вопрос - вы знаете, что этот самозванец отправил Лару в тюрьму? Третий вопрос - вам известно, что это именно самозванец, называя себя царем Диром, приказал закрыть фонтаны, чем еще больше усугубил и без того плачевное состояние Страны Северных Долин? И еще, господин Лумир. я хочу, чтобы вы знали: тот мальчик, которого вы по приказу лжецаря отвезли в неизвестном направлении может спасти наш мир. Прошу вас, проявите благоразумие и скажите: куда вы их отвезли?

Лумир, сидя на полу в неудобной позе, молча переводил взгляд то на Руслана, то на Дамира. Да, он знал Руслана Белозерцева как помощника его величества, да. он слышал о том, что царь приказал запереть внучку в тюрьме за её ярое несогласие с закрытием фонтанов, но то, что мальчик, не похожий ни на эльфа, ни на гнома, может спасти мир Надежды, зацепило его. В это очень хотелось верить, но ведь эта информация исходила от предателя и виновника просиходящего, так как ему можно было верить?!

Это правда? - тихо спросил Руслан.

Всё, что я сказал: правда, и тебе это прекрасно известно!

О самозванце да, но о мальчике... Он, правда, может спасти наш мир?

Да, не без моей помощи, хотя правильнее сказать: я без его помощи ничего не могу сделать.

Поклянись именем Святогора, что это правда! - потребовал Руслан, а вот Лумир, понимая, что тот сейчас скажет, где искать пленников, схватил старика за ногу и в отчаянии закричал.

Нет! Не говорите ему! Неужели вы верите ему, верите в то, что какой-то мальчик, пусть он и странно выглядит, может спасти наш мир! А что если это чудовище хочет до конца уничтожить нас? Одним росчерком, чтобы не мучались?!,

Не взирая на его причитания, Руслан неотрывно смотрел на Дамира, который не колебаясь произнес.

Я клянусь именем великого Святогора, своего приемного отца, что говорю правду: я спасу мир Надежды, мы спасем, я и Ярослав.

Хорошо, - кивнул ответил Руслан.

Что? - в ужасе вскричал Лумир. - Нет! Нет, не делайте этого! Он всех нас погубит!

Опираясь на Руслана, Лумир встал и схватил за плечи старого эльфа, на этот раз он оттолкнул от себя стражника.

Дурак! Во всём виноват царь Солдар и его безумная идея сделать игровой сад для своего сына, - небрежно сказал ему Руслан и, вновь посмотрев на Дамира, произнес. - Их отвезли в пещеру у Красного берега, девочка знает: где это.

Спасибо. И... может теперь ты назовешь имя самозванца?

Оно ни о чем тебе не скажет, - мрачно ответил эльф, однако заверил, - но я назову его имя царю Диру, даю слово.

Хорошо.

Лумир притих. Он отметил, что Руслан не отрицает наличие самозванца во дворце, да он и сам видел вчера двоих царей, один из которых был ненастоящим. Так неужели он, Лумир, отвез настоящего в тюремную пещеру? Опустив голову на руки, мужчина закрыл глаза и облокотился спиной о скамью. "Что же я наделал?" - с ужасом подумал он про себя.

Дамир вновь закрыл кладовку на замок, однако через минут десять он вернулся и приказал обоим, Руслану и Лумиру, выйти. К тому времени Лумир уже успел высказать старому эльфу всё, что думал, едва не поколотил последнего, и наверно, поколотил бы, если бы нашел в себе достаточно сил. Руслан выслушал его молча, так и не проронив ни слова, молча он вышел из кладовки и пошел вслед за Дамиром, который привел обоих в центральный зал, где уже находились солдаты, с которыми Руслан прибыл на Малый Шип ночью.

Не сочтите меня плохим хозяином, но я намерен выпроводить вас из своего дома. Не пугайтесь, на морозе в горах я вас не оставлю, хотя вот недавно с царем Диром именно так и поступили, среди нас даже есть тот, кто точно знает, в какую пещеру его переместил, верно, Руслан? Нужно ведь знать место, в которое перемещаешься, значит, ты бывал там.

Все молча посмотрели на Руслана, отчего тому стало не по себе от этих хмурых, недовольных и даже гневных взглядов.

Я перемещу вас к городским воротам Главного города, - продолжил Дамир, - оттуда дойдете пешком. Перемещу всех, кроме Руслана. Извини, но ты пойдешь с нами, - ответил он на вопросительный взгляд старого эльфа. - Хочу дать тебе возможность исполнить своё обещание и назвать царю, настоящему царю, имя самозванца. И да, чуть не забыл.

Дамир кинул Лумиру куртку, которую держал в руках, а потом валенки, что стояли перед ним на полу.

Одевайтесь побыстрее, времени нет.

Не веря всему, что происходит, Лумир быстро нацепил валенки и куртку, а потом Дамир приказал встать всем стражникам в круг, подле него. Короткое заклинание, и они оказались перед городскими воротами, переполошив выставленную там охрану, которая не сразу пропустила всю компанию в город, только после того, как получила исчерпывающие объяснения. Дамир же вернулся домой, где застал картину: Лара стояла в двух метрах от Руслана и, уперев руки в бока, кричала, что он за всё ответит. Старик слушал её, виновато опустив голову, не возражая.

Меня не было пару минут! - поразился Дамир, произнеся эти слова тихо, почти себе под нос, но следующую фразу он сказал громко и отчетливо. - Лара! Прекрати немедленно!

Девочка замолчала и повернулась к Дамиру, в её глазах читалось явное непонимание и даже возмущение.

Лара, я знаю, что он виновен, но ты не должна себя так вести, это некрасиво и уж точно не подобает поведению царевны. И не смотри на меня так, пожалуйста.

Девочка насупилась, но промолчала.

Спасибо, - поблагодарил её Дамир за, пусть и не ревностное, но всё-таки понимание. - Лара, расскажи, что ты знаешь о поселении Красный берег. Твоего дедушку увезли туда, в пещеру у Красного берега. Я впервые слышу такое название, но Руслан утверждает, что ты знаешь это место.

Да, я была там, - тихо, не сразу, ответила девочка. - Поселение относительно недавно построили, после того как с гор сошел поток снега, камней и грязи и смыл Береговой край. Там поселились те, кто выжил, плюс несколько деревень поблизости стали совсем маленькими, и их жители тоже переехали в Красный берег.

Понятно. В Береговом крае я был. Скажи, а статуя стихии воды осталась?

Да, она как раз стоит между уничтоженным Береговым краем и нынешним Красным берегом.

Отлично! Туда и отправимся. Даю пятнадцать минут на сборы.

К удивлению Руслана Дамир пригласил его на кухню и, достав волшебную скатерть, предоставил возможность позавтракать. Сейчас Руслан немного потерялся в своих чувствах к тому, кого много лет ненавидел, обида никуда не делась, но при этом появилось нечто схожее с уважением. Отогнав эти мысли, Руслан молча поел и без особого желания отправился вместе с Дамиром к статуе стихии воды. Встречаться с царем старому эльфу точно не хотелось! Вот здесь Руслану сомневаться в своих чувствах не приходилось, поскольку чувство вины затмило всё остальное. Да, он виноват, и никакие объяснения не оправдают его. О том, как царь Дир накажет его - а он наверняка это сделает - Руслан даже думать не хотел. И вкупе с чувством вины он, конечно, испытывал желание не возвращать царя, но понимал: Дамир восстановит Дира в правах. А еще было очевидно, что Дир не винит Дамира в похолодании климата, а значит, последний либо сумел привести веские доказательства, либо Дир и сам понял: на ком лежит вина на самом деле.

Через пятнадцать минут Лара, хмуро и неотрывно смотрящая на Руслана, Руслан, упорно отводящий от девочки взгляд, и Дамир стояли в центре гостиной, откуда все трое переместились к статуе стихии воды. Статуя представляла собой каменную волну, ударяющуюся о кусочек берега, её установили здесь, у великой горной Игрун-реки, много лет назад. Её не затронула стихия, что разбушевалась двадцать пять лет назад и вызвала сход селя, уничтожив большую часть поселения Береговой край. А эльфы не стали уходить далеко от статуи, построив себе рядом неё новый дом, на подъеме в соседнюю гору.

Было холодно, холоднее чем утром, дул сильный ветер, а с реки веяло дополнительной волной холода.

Свежо, однако, - сказал Дамир, обхватив себя руками и растерев плечи, чтобы немного согреться. - Но ничего не поделаешь, надо идти.

Береговой край был хорошо виден с их позиции, при условии расчищенной до статуи дороги, казалось, что идти нужно совсем недолго, однако реально идти пришлось несколько дольше, чем каждый рассчитывал, Руслан и вовсе успел запыхаться, к тому моменту, как они приблизились к окраинным домам, он едва переставлял ноги. Чем ближе они подходили к поселению, тем больше начинала волноваться Лара, в душе сожалея о том, что она не предложила взять с собой Лумира. Где та пещера, куда увезли пленников? Что если местные жители не захотят отвести их туда? Что если их попытаются схватить? Последнее беспокоило девочку меньше всего, ибо рядом с Дамиром она чувствовала себя уверенно и спокойно, а вот насчет первого и второго она здорово переживала. Переживала, но не высказывала свои опасения вслух, боясь накликать беду раньше времени.

Троица вошла в Береговой край, миновала несколько улиц в поисках прохожих, но, так никого и не встретила. Конечно, на улице была не самая комфортная, располагающая к прогулке погода, и всё-таки. Никто не вышел им навстречу, чтобы хотя бы поинтересоваться: кто они и зачем пришли в Береговой край. Ладно бы еще была ночь, и все бы спали, но тут! Все трое нашли это странным, и Лара уже предложила постучаться к кому-нибудь в дом, но Дамир посчитал это крайней мерой - стучаться к незнакомцам с просьбой указать на местоположение пленного царя-самозванца вряд ли могло расположить к себе местных жителей - сначала эльф решил дойти до центра поселка.

Там есть фонтан? - спросил Дамир у Лары.

Да, он кстати появился на новом месте после того, как старый фонтан погребли камни и грязь. Это настоящее чудо!

Вполне закономерное чудо, потому как свидетельства о перещении фонтанов после их уничтожения природными стихиями существовали давно.

Да? - удивилась девочка. - Никогда о таком не слышала.

А ты читай больше познавательной литературы.

А не только чужие дневники, добавила про себя Лара, расценив слова Дамира как неоконченную фразу. "Нет, но я же не знала, что когда-нибудь увижу его вживую! - попыталась успокоить себя девочка. - Конечно, если бы я знала, что встречусь с ним, что он жив, я бы ни за что не стала читать его дневник!"

Пройдя несколько минут они услышали шум и голоса впереди, а еще через пару минут увидели деревянные загородительные конструкции вокруг фонтана, у которого собралось огромное количество эльфов, это были если не все жители Берегового края, то их большая часть точно. Эльфы явно собрались по какому-то случаю.

Похоже, там собрание, - вслух произнесла Лара.

Будем надеяться, что оно по случаю закрытого фонтана, а не по вопросу выделения дополнительной охраны новым пленникам.

Об этом Лара не подумала, но, услышав слова Дамира, немного испугалась: а что если это так? Тогда просить о помощи будет еще сложнее.

Толпа гудела словно рой шмелей, и отдельные голоса просто утопали в этом шуме, а потому понять: кто о чем говорит, было нереально. Гудение как высушенный болотный мох впитало в себя все потоки - оттенки голосов: и женские, и мужские, и детские. Каждый говорил с соседом, с одним, с другим и с тем, до кого не докричаться. Определенно, здесь произошло что-то из ряда вон выходящее. Подойдя ближе, Дамир взял за руку ближайшего эльфа и, перейдя на крик, спросил, что здесь происходит. Так же, криком, ему ответили.

Царя подменили!

"Ну это не новость", - подумал про себя Дамир. Тем более, что сюда привезли того, кого назвали самозванцем. Неудивительно, что всех взбудоражила эта новость, хотя странно, что свое потрясение эльфы вышли выражать на улицу, в такую погоду, в общем гвалте толпы.

Самозванец в пещере? - прокричал Дамир следующий вопрос.

Нет! Он во дворце!

Услышав эти слова, Лара с ужасом подумала: дедушку вновь повезли обратно. Зачем, пока неясно, но ясно, что найти его будет сложно. Однако следующие слова, которые прокричала стоящая рядом неё эльфийка, разом погасили тревогу девочки.

Царь там, у фонтана!

"Дедушка! Он здесь!" - воскликнула про себя девочка и прежде, чем Дамир успел остановить её, нырнула в толпу.

Лара, стой!

Промахнувшись в попытке поймать девочку за воротник, Дамир был вынужден следовать за ней, дважды он терял её из виду, один раз упал, но быстро поднялся на ноги, а потом кто-то схватил его за руку и резко дернул вперед.

Сделай что-нибудь! - прокричал ему в самое ухо... царь Дир. - Они меня не слушают!

Не сразу сообразив, что от него хотят, Дамир сначала убедился, что Ярослав и Лара здесь и с ними всё в порядке, потом, обернувшись назад, он увидел всю эту шумящую толпу с другого конца. Они не слушают Дира... Похоже, эльфы понимают, кто перед ними, но не могут успокоиться, чтобы выслушать царя. Но что он-то мог сделать?! Микрофон у него в кармане не завалялся, да и мегафона под рукой не было. И тут на помощь пришел Ярослав.

Можешь снять загорождения с фонтана?

Это он мог. Кивнув, Дамир встал поудобнее и, выставив вперед руки, произнес одно единственное заклинание-иллюзию, которое возвращало жизненную силу, превращая доски снова в деревья. Это придума сам Дамир. Когда он думал над тем, как разобрать и уничтожить игровой сад царя Солдара, то ему пришла замечательная идея - разобрать все доски, не прикасаясь к ним. К сожалению, Дамир не смог сразу выдать решение задачи, так как магия имела определенные границы, а дополнять волшебство иллюзией, или наоборот, иллюзию волшебством было попросту невозможно и противоречило законам природы. Однако в чужом мире у него была уйма времени, и вот тогда он с опозданием понял: закон можно обойти, и в этом нет ничего сложного. Если бы только решение проблемы удалось найти раньше! Тогда, возможно, он смог бы остановить царя Солдара много лет назад, и мир Надежды, его природа и населяющие его народы, не скатывались бы сейчас в ледяной капкан.

Сначала раздался скрип, потом пощелкивание, которое смутило всех собравшихся на площади, постепенно все замолчали и с открытыми ртами стали наблюдать, как выскакивают из досок гвозди, со звоном падая на обледенелую поверхность вокруг фонтана, как расходятся доски, словно подхваченные невидимыми руками, и встают вертикально, врастая одним концом в замерзшую землю, а другим разрастаясь в пышную безлиственную крону. Магия в этом чуде была нужна для того, чтобы убрать из досок гвозди, всё остальное являлось хорошо продуманной иллюзией, которая, как и предполагал Дамир, поразила всех своей реалистичностью, восхитила самой идеей, а потому в то, что это правда, хотелось верить всем.

Как ты это сделал? - спросил оторопевший Бравлин, в полнейшей тишине.

Давай, я как-нибудь потом тебе расскажу, ладно? - негромко ответил Дамир.

Тишина! Этого Дир никак не мог добиться от взбудораженной толпы, но теперь тишина воцарилась над площадью, сейчас было неважно каким образом это достигнуто, главное, что он может и должен это использовать. И пока все как завороженные смотрели на качающиеся безлиственные кроны деревьев - а ветер никуда не исчез и продолжал дуть с прежней силой - царь Дир обратился ко всем собравшимся у фонтана эльфам.

Фонтан... Наконец-то Ярослав смог его увидеть, увидеть и понять, почему купание в нем зимой не могло стать причиной воспаления лёгких. Волшебные капли походили на настоящие, очень сильно смахивая на отображение картинки на интерактивной доске - вроде всё так, как должно быть, но вместе с тем четко видно: они ненастоящие. И вот эти копирующие реальные капли голограммы поднимались из-под земли по трубе цвета слоновой кости и с силой выливались из последней, образуя четкий круг с метр в радиусе вокруг себя. Чтобы искупаться, достаточно было ступить на широкую, но низкую каменную кладку и шагнуть в чашу фонтана. Искупаться было бы здорово! Ведь Ярослав помнил, как Дамир говорил ему о его способностях к магии, которые можно активировать водой из волшебного фонтана. Но мальчик понимал: сейчас нужно просто постоять и дать возможность царю Диру выступить перед народом.

Мои дорогие сограждане! Как я уже сказал, во дворце находится самозванец, именно он издал указ о закрытии фонтанов, именно он отправил сюда меня, Бравлина и этого мальчика. Ярослав, подойди ближе.

Когда мальчик подошел ближе, Дир положив руки ему на плечи и продолжил.

Этот ребенок может спасти наш мир, он и тот, кто сейчас явил нам это чудо, - Дир обернулся на полоборота, указав глазами на деревья из бывших досок. - И пусть самозванец не знал о шансе для нашего мира на спасение, но сам факт закрытия им фонтанов уже говорит о нежелании заботиться о Стране Северных Долин. Но я в отличии от него забочусь о своей стране и своем народе, а потому предлагаю отпустить наших спасителей, в то время как мы с вами должны пойти в Главный город и свергнуть самозванца!

Толпа вновь начала шуметь, пока несильно, но это был вопрос времени, когда шепот перерастет в недавний шум и гвалт. Если и добавлять что-то, что должно быть услышано, то сейчас! Выйдя вперед, Дамир громко произнес.

Руслан! Руслан Белозерцев! Он пришел с нами, но остановился перед... собранием. Пожалуйста, найдите его, он знает, кто выдает себя за царя, а еще он обещал мне, вот царевна Лара свидетель, что назовет имя самозванца лично царю.

Имя самозванца. Да, это интересовало многих. Подмена царя возмутила и разгневала каждого, кто стоял сейчас на площади, а потому эльфы очень быстро вернули успевшего отойти от места событий Руслана и провели его сквозь толпу. Старик не особо сопротивлялся, но и не шел послушно следом за двумя здоровенными эльфами, которые вели его под руки. Тем временем Дамир уточнил, нужна ли царю его помощь, нужно ли перенести его ближе к Главному городу, но тот лишь покачал головой.

Спаси наш мир, а с самозванцем я разберусь сам.

Хорошо, - утвердительно кивнув, ответил Дамир и, забрав с собой Ярослава и Лару (ей Дир, не взирая на возражения девочки, сказал идти с Дамиром), перенесся в свой дом.

Вот, ваше величество! - сказал один из эльфов, что вел Руслана Белозерцева к царю. - Это тот старик, что пришел с царевной и... волшебником.

Толкнув старика вперед, они перестали его держать, отчего тот потерял равновесие, опасно наклонился вперед, но устоял на ногах. Что он скажет, интересовало всех, а потому каждый замолчал и, сдерживая дыхание, стал ждать от Руслана откровений и объяснений происходящему.

Значит, Руслан Белозерцев, - медленно и строго произнес Дир, от такого тона, старик невольно вздрогнул и опустил глаза, предпочтя разглядывать заледенелую поверхность площади, чем смотреть в глаза царю, перед которым был виноват. - И как же ты объяснишь свои действия?

Все молчали и ждали, что ответит Руслан, но он молчал. Прошла томительная минута ожидания, а ответа так и не последовало.

Ладно, тогда начни с имени самозванца. Кто приказал тебе перенести меня из дворца в ту пещеру в горах?

Пошла вторая томительная минута ожидания, за которю Руслан опять не обмолвился ни словечком.

Отвечай немедленно! - требовательно воскликнул Дир, отчего всякий шепот среди эльфов испарился.

Наступила полнейшая тишина, но даже при этой тишине хриплый голос Руслана услышали только те, кто стоял поблизости. Но услышали и передавали из уст в уста имя самозванца.

Милан Кустодиев.

Милан Кустодиев. Это имя Дир повторил про себя несколько раз, и каждый раз с удивлением и ужасом. Как он мог? Как мог его двоюродный брат так поступить? Он ведь давно уже жил в далеком имении, лишь изредка наведываясь во дворец. При этом всегда оставался доброжелательным и участливым, а еще Милан никогда не претендовал на престол и всегда признавал право Дира быть царем эльфов. Тогда почему же сейчас он пошел на такое? Как в принципе на всё это решился? И как он мог приказать отправить его, Дира, в пещеру в горах, оставив словно в насмешку небольшие запасы еды, по окончании которых Дира ждала неминуемая гибель. И он бы погиб, если бы не его упорство и сила воли, если бы не тот гном и если бы, конечно же, не Дамир. Последнему имя самозванца, действительно ни о чем бы не сказало: Милан был сыном сестры царя Солдара, по вступлении в брак она сменила фамилию, но на тот момент Дамира уже не было в мире Надежды.

Милан мой друг, - тем же хриплым голосом добавил Руслан, - мы живем..., жили в одном поселке.

Ясно, - оторопело произнес Дир, всё еще не веря в предательство двоюродного брата, который отнесся плохо не только к нему, но и к Ларе. - А как Милан объяснил... свой поступок? Что вообще у него был за план?

План? - переспросил старик, подняв голову, он удивленно посмотрел на царя, - Так известно какой план: спасти сына.

Сына? Ничего не понимаю! А что с ним?

На этот раз Руслан озадаченно посмотрел на Дира, его откровенно удивил тот факт, что тот не знает положение дел в семье двоюродного брата. Подметив этот взгляд, Дир еще раз спросил.

Расскажи, пожалуйста, что случилось с сыном Милана.

Он болен, - ответил Руслан, надо сказать, голос его уже окреп и не был таким тихим и скрипучим. - Его могла бы исцелить сила воды волшебного фонтана, но фонтаны сейчас уже не те, даже фонтан на плато Гигантов не смог помочь, поэтому Милан предположил: если тратить волшебство понапрасну, не тратить на всех, то сила подкопится и потом можно будет ею воспользоваться.

А я думал: это кто-то из моих чиновников, кто высказывал подобную идею.

Подобную идею, - поправил его Руслан, - высказывают очень многие. Я сам так же думаю.

Шагнув вперед, к Руслану подошел Бравлин, и, указав на эльфа пальцем, осуждающе произнес.

Значит, вы решили копить магию для одного больного, в то время как все остальные должны мучаться и, возможно, умирать без шанса если не на исцеление, то хотя на облегчение страданий? Очень благородно, нечего сказать! К тому же лично я уверен: это дурацкая идея, лишенная всякой логики. Если магия уходит из нашего мира, то неважно: закрыты фонтаны или открыты, это всё равно что дырявое ведро. Представь: вытекает вода из дырявого ведра, заделать дырку ты не можешь. И что в таком случае остается? Налить несколько стаканов воды, чтобы успеть собрать хоть что-то. А вот если стоять и ничего не делать, то вода всё равно вытечет, и у тебя в итоге не останется ничего кроме воспоминаний. Я доступно объяснил?

Вполне, - угрюмо, понурив взгляд, ответил Руслан.

Да, волшебная вода не обладала такой силой, как раньше, но все-таки немного вошебства в ней еще осталось, а потому сегодня жители Красного берега ощутили прилив бодрости, больные почувствовали себя намного легче. А завтра ранним утром они вновь обретут способность колдовать, использовать магию на благоустройство жизни.

***

Тем временем Дамир и Ярослав вернулись в комнату с первыми рисунками обновленного мира Надежды. Взглянув на них, Дамир с грустью отметил, как их мало! Да, идея хорошая, и она работала, но сколько времени понадобится на полное преображение? И как бы не получилось так, что изменение в одной части может просто не дождаться изменения в другой, в результате чего всё пойдет на смарку. Вот если бы изменить всё разом, как и говорил ему во сне сильф... Но ведь то был сон... Или не сон? Да. возможно, он списал бы всё на сон, если бы не его последующие видения, ощущения, картины, которые почему-то кажутся воспоминаниями.

Дамир! Дамир! Да что с тобой?

Словно издалека услышал он слова Ярослава.

Всё нормально...

Нормально? - не согласился с ним мальчик. - Да ты замер как вкопанный, я говорю: давай начинать, а ты молчишь, я тебя зову, а ты не реагируешь.

Да? Прости, просто я... Слушай, пойдем выпьем чаю, мне надо с тобой... посоветоваться.

Ну ладно.

Дамир выглядел не то расстроенным, не то чем-то озабоченным или озадаченным, с точностью Ярослав сказать не мог, но определенно встревожился за эльфа. Что с ним такое? Что такого случилось за те неполные сутки, что они не виделись?

Ты хорошо себя чувствуешь? - на всякий случай уточнил мальчик.

А... да, да, всё хорошо, просто... Пойдем.

Они пришли на кухню, где сидела хмурая и всё еще злая на дедушку Лара.

Будешь с нами чай? - спросил у неё Ярослав.

Переведя на него взгляд, Лара стала молча разглядывать его, изучать, отчего мальчику стало не по себе, такого внимательного взгляда со стороны девочки в его адрес еще никогда не было. Ярослав почувствовал, что краснеет.

Мы на тебя накроем, - ответил за неё Дамир, - на всякий случай. Надумаешь, присоединяйся.

Привычным движением Дамир достал волшебную скатерть, расстелил её, забыв подумать о перекусе и чае. Когда на столе так ничего и не появилось, Ярослав повнимательней пригляделся к скатерти - да, та самая. Тогда почему не сработало? Неужели прозошел какой-то сбой и волшебная сила еще не успела накопиться с скатерти-самобранке?

Ой, прости, - спохватился Дамир. - Сейчас.

Он быстро сложил скатерть, а потом, подумав о перекусе, развернул её, вновь положил на стол и снял с неё невидимую крышку. На этот раз появились самовар, три чашки, вазочка с разнообразным печеньем, тарелка с бутербродами, а еще тройка плавленных сырков.

Ух ты! - удивился мальчик. - А я думал, она на наши продукты не работает.

Она работает на то, о чем думаешь. Можно, конечно, и просто подумать о сытном обеде, тогда появится произвольный набор, знаешь, как обед дня в столовой - точно обед, но какой - выбираешь не ты. А можно, наоборот, подумать о чем-то конкретном, или добавить что-то конкретное, как плавленные сырки, например. Уверен, ты тоже их любишь.

Обожаю! - признался мальчик, с грустью добавав. - Хотя меня ими никогда не баловали.

Угощайся, - с улыбкой ответил Дамир и, обратясь к юной царевне добавил, - Лара, попробуй и ты, уверяю, плавленный сырок - это очень вкусно. И точно: ты такого никогда не пробовала.

Шумно вдохнув воздух, девочка насупилась и сложила на груди руки в знак того, что общаться не расположена. Хоть перестала смотреть в его сторону, обрадовался Ярослав. Хотя сам он, пока они пили чай, украдкой то и дело посматривал на неё. Эта красивая девочка с длинными золотистыми толстыми косами, с большими голубыми глазами, девочка, которой очень шли её эльфийские ушки, определенно привлекла внимание мальчика. Даже то, как она сейчас злилась, показалось ему очень милым.

Эй! - обиженно произнес он, когда Дамир запустил в него печенькой, четко попав мальчику в лоб.

Это не очень красиво, - пояснил ему эльф, отчего Ярослав вновь залился краской и сосредоточил взгляд исключительно на свою чашку, зато девочка, увидев это всё краем глаза, невольно улыбнулась.

Так то зачем? - тихо произнес мальчик спустя минуты две.

Ну извини, я не на педагога учился, а на айти-специалиста, поэтому, как правильно объяснять подрастающему поколению нормы поведения, не знаю.

На айти-специалиста? - искренне удивился мальчик. - Значит, ты взламывал зарубежные сайты?

Эй! - теперь уже возмутился Дамир. - Я же не хакера учился! К тому же я вообще не умел пользоваться компьютером, в моем мире, как ты успел заметить, этого нет, для меня элементарно освоиться - уже было испытанием, и о взломе зарубежных сайтов я в принципе не думал.

А как это "взламывать сайты"? - удивленно спросила Лара (она не очень хотела вступать в разговор, но её съедало любопытство, уж больно необычно и странно звучали новые для неё слова и понятия).

Ох, это будет сложно объяснить, - ответил Дамир. - Давай для начала мы с Ярославом расскажем тебе о мире людей.

Так, Лара подсела к ним, с удовольствием попробовала плавненный сырок, с восхищением, не переставая удивляться, слушала о мире, в котором когда-то жили её предки, и который с тех пор изменился до неузнаваемости. Они просидели пару часов, в итоге запросив у волшебной скатерти настоящий обед, и потом просидели еще час. За эти несколько часов все трое стали немного ближе друг к другу, Ярослав перестал смущаться, а Лара уже совсем не злилась на Дамира за то, что тот согласился с её дедом и забрал её с собой, да и Дамир стал чувствовать себя немного свободнее и легче. А потом до самой ночи они работали над рисунками нового мира. Ярослав изображал картины, которые рисовало ему его богатое воображение, Дамир ускорял процесс создания рисунков и переводил их в иллюзии, в будущем они должны были заменить реальность. Лара помогала, рассказывая и описывая то, что нужно и как можно изменить. Спать все трое пошли поздно вечером, почитай, уже ночью.

***

А меж тем Дир выступил на Главный город, ведя за собой растующую от поселения к поселению армию эльфов. Чтобы ускорить продвижение, эльфы брали повозки, запряженные лошадьми. Бравлин с его возможностью перемещаться быстрее помочь не мог, так как остался в Красном береге, он хотел дождаться раннего утра, чтобы окунуться в волшебный фонтан и вернуться домой; после того, как на его дом совершил налет Руслан Белозерцев вместе с отрядом лжецаря, там царил хаос, всё было разбросано или даже поломано, разбито. Дир не возражал, впрочем, он и не стал бы просить его о помощи: переносить эльфов небольшими кучками было хлопотно и долго, а так, продвигаясь от поселения к послению, можно было увеличивать число своих последователей, создавая реальную силу, способную смести с трона лжецаря одной своей многочисленностью. К тому же так не пришлось ждать, давая Милану лишнее время для подготовки к встрече с настоящим царем и его импровизированным войском.

Эльфы были возмущены захватом власти, тем, что их царя едва не погубили, оставив на морозе в горах с небольшими запасами еды. Но больше всего их возмутила новость о том, что именно Милан Кустодиев приказал закрыть все фонтаны, лишив граждан доступа к волшебной воде. А еще все узнавали, передавая из уст в уста о возвращении того самого Дамира повелителя иллюзий, который по заверению самого царя, не был виноват в гибели мира Надежды, но зато нашел способ возродить его, и в скором времени всё должно было измениться. Все эти новости будоражили, впечатляли, пугали и радовали, возмущали и восхищали. Неужели, и правда, скоро вернется теплая погода? Неужели, и правда, скоро волшебные фонтаны вновь обретут прежнюю силу? Неужели, и правда, в Страну Северны Долин вернется жизнь?

К вечеру огромная процессия добралась до Главного города, встретив ворота закрытыми. Мало этого, на городских стенах стояли вооруженные луками эльфы, и они собирались использовать своё оружие, случись Диру и его наскоро собранной армии проникнуть в город, об этом сообщила Сабира, стоящая над самыми воротами на городской стене. Напрасно Дир уверял её в том, что её обманули, напрасно о том же кричали эльфы, пришедшие с настоящим царем. Сабира стояла на своем, непоколебимая в своей непреклонности, и это было странно. Неужели она не верила всем этим эльфам у городских стен? Неужели она не видела перед собой настоящего царя? Или её слова диктовались какими-то другими мотивами? Одним словом, ночь обещала быть долгой.

Уверенный в том, что всё нормализовалось и странные видения оставили его, Дамир спокойно лег спать, однако стоило ему задремать, как он ощутил, что вновь куда-то проваливается, падает сквозь непонятную пустоту. Как и в прошлый раз, он очутился на полянке, потом вновь стал уменьшаться в размерах и, наконец, перед ним опять показались крылатые сильфы. На этот раз вперед вышла пожилая женщина-сильф, она тихо подошла к нему и стала внимательно разглядывать его лицо. На мгновение Дамиру показалось, что он знает её, но тут же отсек эту мысль - это же невозможно - откуда ему знать сильфа, если он сам можно сказать никогда их не видел. Странные сновидения невсчет, и даже тот сон, в котором его призывали к действиям много лет назад - тоже. И все-таки что-то непонятное, неуловимое было знакомо Дамиру в этой незакомке.

Здравствуй, - улыбнулась ему женщина, её улыбку нельзя было назвать доброжелательной, скорее грустной и виноватой, - я рада вновь видеть тебя, Дамир. Мне... очень жаль, что всё так вышло. Ведь это из-за меня ты ушел тогда и всё забыл.

Уверены? - недоверчиво спросил Дамир. - Я вас впервые вижу.

Вот, подтвержение моих слов. Ты всё забыл, заставил себя забыть с помощью магии.

Как можно что-то забыть с помощью магии? Это невозможно!

Для всех, пожалуй, что да. Для всех, кроме тебя. Меня зовут Яснита, я твоя двоюродная сестра. Дело в том, что...

Так! - резко оборвал её Дамир. - Вы, наверно, немного не в курсе, но я не сильф, я - эльф, а потому моя двоюродная сестра, даже если бы она у меня была, не может обладать крыльями.

Женщина покачала головой.

Мне неведомы тайны волшебства, Дамир, поэтому я не понимаю и не представляю, как тебе удалось стать эльфом, но рожден ты был сильфом и это неоспоримый факт.

Нет! - резко выкрикнул Дамир. - Это неправда! Сильфы - это выдумка царя Светомира, я - не выдумка!

Женщина вновь грустно улыбнулась.

Ты и раньше так говорил, с тех самых пор, как услышал предание о рождении нашего мира.

Дамир огляделся, это всё походило на кошмар, на кошмар, из которого он не знал, как выбраться. Нужно проснуться, нужно выбраться из мира сновидений, и тогда бредовые слова о его прошлом развеятся и перестанут иметь всякий смысл. Но как? Как проснуться? Дамир ушипнул себя, сильно зажмурился и встряхнул головой, но, открыв глаза, увидел перед собой ту же картину - стоящих перед ним сильфов и вышедшую вперед пожилую женщину.

Чья-то выдумка однажды стала целым миром, так почему кем-то выдуманный народ не имеет право на реальное существование?

Это всё мне снится! Снится! - воскликнул Дамир, схватившись за голову.

Нет, Дамир, послушай...

Оставьте меня! - закричал он.

Потом что-то качнуло его в сторону, а еще он услышал, как кто-то зовет его, не здесь, нет, кто-то звал его из другого места, издалека. Невероятным усилием воли, Дамир вынырнул из этого мира и проснулся. Открыв глаза, он в свете лучистых камней увидел рядом себя Ярослава и Лару, оба встревоженно смотрели на него.

Ты кричал, - пояснил мальчик. - Мы испугались за тебя. Что случилось? Тебе плохо?

Всё нормально, - на отвяжись ответил Дамир и, сев на кровати, добавил. - Идите спать.

Но вместо того, что послушаться его, оба, и Лара и Ярослав сели на кровать, она с правой стороны, он с левой, и оба вопросительно посмотрели на него.

Эй! Я кажется сказал, чтобы вы шли спать.

Пойдем, когда ты скажешь, то случилось и как ты себя чувствуешь, - ответил за двоих Ярослав.

Шумно вздохнув, Дамир постарался ответить как можно спокойнее.

Со мной всё в порядке, мне просто приснился кошмар.

Точно? - спросил Ярослав.

Точно. Тебе, что разве кошмары никогда не снились?

Снились, но я никогда не кричал так, словно меня убивают.

Прям уж я так и кричал, - нехотя ответил Дамир, но Ярослав уверенно и твердо повторил его слова как опровержение его недоверчивому тону.

Прям уж так и кричал. Мы реально за тебя испугались.

Спасибо, но сейчас всё хорошо. Идите спать.

Расскажи, что тебе приснилось, - предложила вдруг девочка, - я слышала, что когда перессказываешь кошмар, то становится понятно, насколько это всё нелепо, и что на самом деле такое невозможно.

Я... не могу рассказать. Я... забыл, что мне снилось.

Дети переглянулись меж собой, на их взгляд Дамир явно недоговаривал или откровенно не хотел рассказывать. Что ж, возможно, ему действительно, приснилось нечто настолько ужасное, о чем даже говорить не хотелось, решили оба, и разошлись спустя несколько минут по своим комнатам, оставив Дамира одного. Спать последнему больше не хотелось, а точнее он боялся засыпать, боялся вновь увидеть пугающие картины. Лучше бы уж ему приснились ходячие мертвецы или военные действия, они хотя бы имели только устрашающий вид, а не жуткое содержание, напрямую связанное с рельностью. Или всё-таки несвязанное? Что если это только сны, точнее серия странных снов, вызванная его возвращением в родной мир? Ведь он и первые несколько дней в мире людей плохо спал, ему постоянно снилась какая-то ерунда и несуразица, но потом всё нормализовалось. Ухватившись за эту спасительную идею, Дамир вновь лег. Сон не приходил, всю сонливость как рукой сняло. Зато тревожные мысли не давали ему покоя. Так, пролежав два часа, Дамир встал, оделся, взял с собой янтарную лягушку и перенесся в приемный зал во вдорце. Как ни странно, ночной тишины вокруг не было, и пусть в зале никого не оказалось, зато по коридорам дворца ему то и дело попадались эльфы, один раз он едва не столкнулся с Диром, а точнее с тем, кто выдавал себя за него. Выглянув в окно, Дамир увидел снующих туда сюда стражников, при этом и с улицы, и из внутренних помещений дворца то и дело доносились голоса. А еще везде было светло, из чего следовало, что во дворце никто не спал.

"Похоже, Дир уже добрался до Главного города" Больше - Дамир этого, конечно, знать не мог - жители города, не взирая на угрозы стражи, не взирая на оружие в её руках, открыли своему царю ворота. Отдать должное Сабире - она не стала отдавать приказ об использовании оружия против простых эльфов, пусть и вели они себя сейчас неправильно. Она категорически отрицала тот факт, что перед ней царь, однако Дир привел ей неопровержимые факты, рассказав о том, как однажды она спасла его, и как потом он просил никому не рассказывать, как царь, испугавшись громкого крика совы, раздавшего прямо над ним, рванулся вперед, задел ногой веревку от ловушки и повис в итоге вниз головой. Да, Сабира хорошо помнила ту ночь и знала, что свое слово она сдержала, никому ничего не рассказав, а все знали официальную версию: из чащи выскочил лось, увидев эльфов, он испугался, задел копытами большую ветку, которая упала на растяжку, в результате сработала ловушка, не поймавшая ничего съедобного, поэтому её пришлось переустанавливать.

О, ваше величество! Простите меня, простите! - взмолилась пожилая женщина, упав перед царем на колени. - Я была уверена, что вы - самозванец, но как же тогда?.. Кто же тогда во вдорце?

Во дворце находится как раз самозванец, Сабира, который обмнанул всех, который запретил всем пользоваться фонтанами, который запер юную царевну в темнице и который ответит за то, что сделал. Вставай, идем с нами!

Огромная процессия подошла к стенам дворца и закрытым высоким воротам. Большинство обитателей дворца - это была небольшая часть придворных, чиновников, стража - не спали с самого вечера и теперь собирались обороняться, отбивать атаку взбунтовавшегося народа. Милан Кустодиев объяснил всем происходящее как попытку населения захватить дворец и находящийся на внутренней площади волшебный фонтан, последний и был их главной целью.

Еще во второй половине дня Милан получил сообщение о продвижении Дира и его растущей от поселения к поселению армии последователей. Но до самой ночи он так и не решил, что с этим делать, слишком поздно приняв решение об отпоре. Надо было выдвигать вперед стражу! Чтобы они задержали Дира еще где-нибудь на подступах к столице, а не у её ворот. И ладно бы он только сейчас додумался сам до такого плана, нет, Сабира еще днем предлагала ему так поступить, отправить вперед стражу и атаковать мятежников, тогда бы на их стороне было хоть какое-то преимущество, но Милан отверг эту идею под предлогом нежелания причинять зло своему исстрадавшемуся народу, по факту же он боялся народного гнева, и за то, как он поступил с царем, и за то, как распорядился полностью ограничить доступ к фонтанам. Когда армия эльфов стала видна с городских ворот, Милан сообщил всем, что её, скорее всего, ведет самозванец, тот самый, которого он накануне отправил в пещеру у Красного берега. Поэтому, когда настоящий царь приблизился к воротам города, Сабира и все, кто стоял на городских стенах, знал, кто перед ними, и что ему ни в коем случае нельзя верить. Здесь Милан совершил вторую ошибку: он остался во дворце, в то время как его присутствие на городских стенах могло вселить в эльфов уверенность, что настоящий царь с ними, а тот, кто хочет открыть ворота, лишь выдает себя за него. Он опять слишком долго думал, слишком долго всё взвешивал, слишком боялся. В принципе Милан был непротив сдаться, покаяться перед Диром, объяснить, почему пошел на такой шаг, готов был просить прощения, если не для себя, то для сына. Но стоило ему подумать так, как он тут же отбрасывал эту мысль: так ему никогда не спасти сына, Дир ни за что не согласится вновь закрыть фонтаны (он и изначально бы на это не согласился, Милан прекрасно понимал это, зная о благородстве двоюродного брата и его установке считать нужды народа выше своих собственных). И пусть велика вероятность, что удержать власть не получится, но он хотя бы попытается!

В который раз Милан пожалел, что рядом с ним нет Руслана, в который раз он обругал себя за то, что отправил его захватить Дамира. Захват Бравлина дал Милану слишком много уверенности, именно поэтому он был уверен, что внезапно объявившегося после многолетнего отсутствия волшебника удастся обезвредить и доставить во дворец еще быстрее. Но он недооценил Дамира или, наоборот, переоценил Бравлина. Сейчас он корил себя за многое, с грустью и негодованием признавая: царь из него вышел так себе, недальновидный и самонадеянный. Вот зачем он вообще погнался за Бравлином? Мог бы просто пообещать всем, что накажет наглого гнома, посмевшего бродить по царской сокровищнице и дерзить царю, но накажет попозже, когда придет время. А уж когда придет то самое время!.. И пусть гном забрал Лару. Всё равно рано или поздно все бы узнали, что царевна в тюрьме, но Милан побоялся мгновенной огласки и возможного народного гнева, подогреваемого подстрекательствами Бравлина. Побоялся, хотя прекрасно видел, что все придворные жалели девочку, но соглашались с суровым решением царя. Дамира Милан испугался до ужаса, ведь он, как и все, считал его виновником увядания Страны Северных Долин, а значит, теперь он появился не иначе, как затем, чтобы довершить начатое много лет назад. Поэтому лжецарь твердо решил: надо провести операцию по захвату и устранению очевидной угрозы. И вот тут сработала самонадеянность Милана, и показала себя его недальновидность: он решил это просто, как с Бравлином, всего-то застать Дамира врасплох, обезвредить и доставить пленником во дворец. Но не тут-то было!.. Руслан не справился с поставленной задачей и его самого захватили, а теперь он вообще вместе с настоящим царем. И, скорее всего, с ним заодно, ведь Дир вполне мог пообещать старому эльфу не предследовать его и не наказывать в обмен на помощь. И где гарантия, что Руслан не появится в скором времени во дворце и не застанет Милана врасплох? А что если он уже где-то рядом, в соседнем коридоре или на какой-нибудь лестнице?.. От всех этих мыслей Милан сходил с ума, он был на грани срыва, на грани отчаяния, но оставалась в нем какая-то незримая сила воли, не позволяющая ему окончательно пасть духом. И сила эта черпалась из любви к единственному сыну, которого могла забрать страшная болезнь. Он обязан был помочь своему ребенку! Обязан был хотя бы попытаться...

Дамир бывал во дворце всего несколько раз, и за прошедшие десятилетия в его отсутствие здесь могли многое переделать. Он знал, что раньше художественная галерея находилась в правом крыле дворца, на первом этаже исторический музей, где по слухам сохранились вещи из древнего мира, на втором галерея и коллекции различных изделий из дерева, камня, стекла и других материалов. Перенесли это всё куда-то в другую часть здания или вообще вынесли из дворца в некое отдельное помещение, он не знал, и потому сначала шел проверить старое место. Во всех коридорах и во многих комнатах сейчас горел свет, так что на активирование маятниковой системы в еще одной части дворца никто не обратил внимания, как внутри дворца, так и с его снаружи. Это было на руку Дамиру, что никто не сбежался на зажженый среди ночи свет.

Зачем он вообще здесь? Зачем решил найти картины старого плато Карликов, он и сам не до конца понимал. Отчаянно сопротивляясь той мысли, что он - каким-то образом изменивший себя сильф, потомок выдуманного царем Светомиром народа, он надеялся увидеть и не узнать ни единого уголка природы, тогда бы он успокоился и поверил сам себе: ему всё это приснилось, а все эти странные сны связаны с его возвращением в родной мир. И в то же время Дамир испытывал жуткий страх, что он узнает, вспомнит изображенные на картинах места, и тогда всё окажется правдой... Как жить с осознанием собственной нереальности? Как и Милан, Дамир был на грани срыва, на грани отчаяния, но, как и Милан, он не мог взять и всё бросить, уйти в мир людей, жить там и ни о чем не переживать; не мог потому, что должен был помочь своему родному миру, должен был спасти его. И даже если подтвердится его родство с сильфами, он сможет вспомнить плато Карликов до его преобразования и тогда, как сказал ему во сне тот сильф, начнется преображение всего мира Надежды. Как потом он будет жить с мыслью о своем происхождении, окажись всё правдой, Дамир старался не думать.

Нервничал и Дир. Ворота замка, как ворота города, открыть вряд ли получится. И что тогда делать всей этой толпе простых эльфов? На дворе ночь, надо спать, в тепле и в кровати, а не на улице и в холоде. А если осаждать дворец придется долго? Одну ночь эльфы, может, и потерпят - Дир видел, как то тут, то там загорались костры (дрова принесли местные жители) - но что если это всё затянется? Что эльфы будут пить и есть? Как будут спать? В душе Дир уже начинал ругать себя за то, что абсолютно не продумал это, понадеясь на скорую сдачу Милана. Последнего он звал к воротам, чтобы поговорить, обсудить создавшееся положение. Но Милан отсиживался во дворце, тогда Дир перешел на угрозы и потребовал немедленно открыть ворота, пообещав двобродному брату пожизненную каторгу, если он этого не сделает. И вновь тот ответил молчанием. Понимая, что стоять так и ждать бесполезно, Дир подозвал к себе Руслана. Как и предположил Милан, царь пообещал Руслану частичное прощение - полностью помиловать его он не мог - в омен на помощь. Тот, низко опустив голову, попросил дать ему время подумать.

Наступило раннее утро, в кабинете царя было относительно тихо, тишину нарушали только проникающию сквозь закрытые окна звуки с улицы. Милан молча сидел в так понравившемся ему кресле и грустно смотрел на большие костры и основную массу толпы, хорошо видные с третьего этажа. Он отдал приказ не открывать ворота и ответить оружием, если постанцы начнут атаку на дворец. Ему передали, что "самозванец требует выйти к воротам Милана Кустодиева", но, коротко ответив "Милана здесь нет", он ушел сюда, надеясь немного успокоиться, всё обдумать и принять какое-то более или менее взвешенное решение. Подумать ему не дали. Милан услышал, как сзади кто-то вошел в его кабинет, без стука. Взрогнув, он медленно встал и обернулся.

Руслан...

Милан.

Ты ведь не согласился помогать ему? Ты ведь помнишь, почему подписался на всё это? К тому же я просто не верю в то, что Дир так просто простит тебе всё.

Верно, он не может простить мне всё.

И? Ты согласен отбывать наказание?

А если я его заслужил? - вопросом на вопрос ответил Руслан, усаживаясь на диван, Милан развернулся кресло и тоже сел.

Но ты ведь так хотел вылечить свою жену!

И я это сделаю, и ты, Милан, тоже сможешь исцелить своего сына.

Милан криво усмехнулся.

Как? Если они пооткрывали все фонтаты, и их сила перетала копиться?

А копилась ли? Знаешь, Бравлин высказал интересную мысль. Он сказал, если собирать воду в дырявое ведро, то накопить её не получится, как ни старайся.

Я в это не верю! Фантаны - это не какие-то там дырявые вёдра, это сосуды, которым не дают наполниться, всё время вычерпывая то, что там накопилось.

Возможно и так, - не стал спорить Руслан. - только это всё уже не важно. Потому что скоро наш мир преобразится, Дамир повелитель иллюзий изменит его и вернет нам жизнь и магию!

Не смотря на вполне серьезный тон Руслана, Милан не выдержал и нервно рассмеялся.

Зря ты смеешься.

А по-моему, ты свихнулся! Или, нет, Дамир, околдовал тебя и теперь ты уверен, что это не он подвел наш мир к краней черте. Точно, он околдовал тебя!

Никто меня не околдовывал, Милан! - строго возразил ему Руслан. - Это ты околдовал себя мыслью о единственном пути решения.

Да, - не менее строгим голосом ответил ему Милан. - Единственный путь решения! Я всё еще намерен идти по нему, идти и добиваться своей цели.

И каким образом ты собираешься переубедить всех этих эльфов? Уж не планируешь ли ты применить оружие?

Не собирался, - ответил ему Милан, вставая, - но теперь собираюсь. И можешь передать Диру, что он сам виноват в гибели своих подчиненных, приведя их всех к стенам дворца.

Нет, - спокойно возразил ему Руслан, тоже вставая. - Я не стану ему это говорить, а ты не станешь отдавать приказ о применения оружия.

Понимая, что он собирается делать, Милан рванулся к выходу, но Руслан уже читал заклинание и, цепко поймав его за шиворот, он перенесся из царского кабинета обратно на дворцовую площадь.

Отпусти! Отпусти немедленно! - заверещал Милан, но уже спустя несколько мгновений понял: случилось худшее из возможного, Руслан вытащил его из дворца.

Милана обдало резкой волной хорода, от которой у него перехватило дыхание и застучали зубы. Он разом замерз, обхватив себя руками, стал переминался с ноги на ногу. Вокруг него стояли эльфы, и все они смотрели на него, смотрели и молчали, словно ждали, что он вот-вот начнет говорить длинную речь. А потом толпа расступилась и пропустила вперед точную копию царя, сейчас их отличало только наличие теплой одежды - у одного она была, а у другого нет. Дир долго испытывающе смотрел на него, но Милан упорно отводил взгляд. Дир так ничего и не сказал, только попросил дать тому теплую одежду и пошел к Руслану. К Руслану? Зачем? Из-за холода Милан стал плохо соображать, с опозданием, когда оба эльфа перед ним исчезли, он понял: куда они направились - во дворец. И на вопрос "Зачем?" здесь было очень просто ответить: отменить его приказ и открыть ворота. Действительно, меньше, чем через десять минут, ворота дворца открылись и царь Дир торжественно объявил всем, что правда победила, самозванец обезврежен, а все, пришедшие в Главный город, приглашаются внутрь перекусить и переночевать.

Едва ли во дворце когда-то принимали такое количество гостей, и это в лучшие дни, а что уж говорить о временых нынешних, когда еды катастрофически не хватало, и сама еда как печенья из соленушки была невкусной, неаппетитно выглядела, странно пахла. Пусть так, решил Дир, но он просто обязан был отблагодарить всех этих эльфов, которые поверили ему, который пошли за ним и помогли вернуть трон. Милана тоже пригласили во дворец, только не в царские и не в гостевые палаты, а в камеру. Дир не собирался мстить ему или преследовать - не смотря на все его преступления, он понимал: почему тот пошел на такое, не ради корыстных целей и захвата власти - но посчитал, что посидеть и подумать над своими методами Милану будет очень полезно.

Художественную галерею никуда не переместили со времен царя Солдара, она находилась там, где была всегда. Войдя внутрь, Дамир активировал освещение и медленно прошел вглубь первого зала. Пока ничего знакомого - обычные пейзажи и виды Страны Северных Долин. Там раскинулась живописная пойма реки, там крутые склоны большого озера, а вот утонувший в ярких красках луг, рядом стройная береза, листья которой шевелил легкий ветерок и стайка сосен, выросших у небольшого извилистого ручья. Следующий зал посвятили диким животным, кого здесь только не было: от маленького птенчика, сидящего в гнезде, до дикого лося, бегущего по лугу, от юного лисенка, выбравшегося из норы на разведку, до огромного медведя, точащего когти о ствол векового дерева. Дальше галерея разделялась на два зала, справа и слева, оба тупиковые, один с нотюрмортами, второй с огромными гобеленами, таких боковых ответвлений центральный коридор имел еще три, затем резко уходил вправо. Когда Дамир вернулся на то же место, он понял, что шел по кругу и ему осталось проверить только центральное огороженное помещение, он вернулся назад и, открыв дверь в круговой зал, замер на пороге. Изображения с картин, которые висели там, замелькали перед его взором, с разных сторон послышались голоса. В голову Дамира словно ворвался ураганный ветер, он ничего не мог разобрать в хаосе окруживших его звуков. Шум нарастал, но в какой-то момент всё резко стихло.

Мне очень жаль, малыш, это был несчастный случай. Твои родители... они спасли нашу деревню, пожертвовали собой ради всех нас, и в первую очередь ради тебя. Они хотели, чтобы ты жил. Слышишь, Дамир, ты должен жить, этого хотели твои родители, а родителей надо слушаться!

Небольшая туманная завеса стремительно разрасталась, не вширь - в глубину, языки тумана разлетались в стороны, уплотняясь и превращаясь в стены коридора, уводящего в неизвестность. Неизвестность... Не важно, что там будет, главное - покинуть это место, уйти и никогда не возвращаться. И он вошел в тоннель, смело миновал не один десяток метров в полумраке и вышел в подземную пещеру, в которую пробивалось слабое освещение через расположенную высоко над его головой щель. Воспользовавшись крыльями и опираясь периодически о каменные выступы, он выбрался на поверхность, и попал в удивительное место, где всё было таким огромным, что сердце замирало от удивления и восторга. Он вспомнил, как мама рассказывала ему о трех плато, на одном из которых всё имело огромные размеры, непостижимые для маленького сильфа. Похоже, он прорубил окно в тот самый мир Гигантов! Он пошел вперед, с интересом озираясь по сторонам, касаясь толстенных стеблей травы и цветов и прячась от огромных насекомых. Хорошо, что сильфов никто не видит! Так, он шел очень долго, успев устать и проголодаться, и вдруг впереди себя он услышал голоса, для крошечного мальчика они звучали очень громко и поначалу испугали его, но потом, выйдя на довольно большой участок мха, он увидел перед собой двух девочек, они о чем-то весело болтали между собой. Как же ему захотелось остановить их, поговорить с ними! Но они прошли мимо, не заметив среди зелени мха крошечного невидимого их глазу сильфа. И тогда он отчаянно захотел стать таким же, как эти дети, вырасти до их размеров, стать видимым. Он представил, как меняется, он всем сердцем желал этого - и свершилось чудо. Маленький невидимый сильф стал большим и видимым эльфом.

Привет, меня зовут Дамир, - поздоровался мальчик, но обернувшиеся на звук девочки, увидев неизвестно откуда взявшегося ребенка, испугались, закричали и бросились бежать.

Сначала он хотел побежать за ними, но не стал, в душе колыхнулось что-то знакомое, связанное с образом девочки, что-то грустное и даже обидное, но он не смог вспомнить, что именно. Ему очень хотелось уйти от этой нахлынувшей на него печали, и потому, решив, что этот мир ему не нравится и оставаться здесь он не хочет, мальчик побрел обратно. С новыми размерами идти оказалось совсем недолго, только вот пробраться в щель оказалось сложно, он едва протиснулся внутрь, и едва не соскользнул вниз по ставшим крошечными уступам, но все-таки спустился вниз. Вот и проход в мир, из которого он пришел, такой маленький проход, что теперь ему туда просто не протиснуться, и тогда он представил, как тоннель расширяется, увеличиваясь в длину и в ширину. И он уже ступил внутрь коридора, когда вдруг вспомнил, что в мир на другом конце ему не хочется возвращаться. Почему? Почему он не помнил, забыл, но поверил своим ощущениям. И тогда он создал второй проход, ведущий из Страны Северных Долин на плато Гигантов, где и оставался жить до тех пор, пока не встретился со Святогором.

Дамир видел всё словно со стороны, видел своё прошлое, с ужасом сознавая, что это, действительно, он, пусть и сам того не желая, стал причиной увядания мира Надежды и его погружения в царство холода, ведь это он связал двумя тоннелями все три плато. Именно он дал возможность царю Солдару пройти в страну сильфов и начать строить там игровой сад для сына. Именно он едва не погубил родной мир!..

Открыв глаза, Дамир увидел над собой навес, медленно переведя взгляд направо он обратил внимание, что лежит на кровати, а переведя взгляд налево, увидел Ярослава.

Ты очнулся! - радостно воскликнул мальчик и, быстро встав с дивана, подошел к нему и сел на край кровати. - Как ты себя чувствуешь?

Я... не дома, - глухим, каким-то несвоим голосом, спросил Дамир. - Но как тогда ты?..

Мы во дворце, утром нас с Ларой забрал Руслан и перенес сюда. Нам сказали, что тебя нашли в художественной галерее.

Который сейчас час? Полдень был?

Да, и давно. Так как ты себя чувствуешь? Мы все так переживали за тебя...

И напрасно! - резко оборвал его Дамир.

Почему? - удивился мальчик.

Потому что я не достоин сострадания со стороны тех, кого едва не погубил. Я и перед тобой виноват, без твоего решения забрал тебя в другой мир, где подверг опасности.

Ты же не специально подстроил для меня опасности, - возразил ему Ярослав. - Вот если бы ты продумал всё заранее, а потом, не предупредив меня ни о чем, наблюдал бы со стороны, как я мучаюсь, тогда да. А так, кто же знал, что всё так случится!

Да, - грустно ответил Дамир, - никто не знал.

Он замолчал, Ярослав понимал: что-то произошло, и Дамир не случайно такой грустный, не просто так даже не пытается встать, а молча лежит, смотря в одну точку. И хотя мальчику очень хотелось развеселить его или хотя бы узнать, что случилось, он тоже молчал, давая Дамиру время прийти в себя.

Дир был прав, - произнес, наконец, эльф. - Это я виновен в страданиях мира Надежды, это я наслал на него холод. Это я!..

Что ты такое говоришь? Ты же сам говорил, что похолодание спровоцировано царем Солдаром, который обезобразил облик плато Карликов. И ты мешал ему осуществить задуманное, а не помогал!

Не помогал, - согласился Дамир. - Но... Дело в том, что я всё вспомнил, вспомнил, кто я. И что это я создал проходы между плато. Если бы не эти проходы, царь Солдар никогда бы не нашел плато Карликов, и никогда бы не захотел построить там игровой сад.

Глупость какая! - резко возразил ему Ярослав. - Если так рассуждать, то можно обвинить очень многих в том, чего они никогда в жизни не планировали. В моем мире масса таких примеров. Почему бы, например, не обвинить учителей, которые научили человека читать и писать, а тот потом, получив новые возможности к познанию миру, прочитал, как создать бомбу и решил проверить своё изобретение в общественном транспорте. И ты хочешь сказать, что учителя хотели этого? Хотели жертв от взрыва самодельной бомбы? Нет, они даже не предполагали, что так будет! Они думали совершенно о другом, что умение читать даст человеку возможность узнать об устройстве мира и познать себя, прочесть великие произведения классиков или вечерние новости. Я не верю в то, что ты, создавая проходы между разными плато, предполагал намерения царя Солдара.

Нет, конечно! Я... создал те проходы, чтобы уйти из своего дома, уйти от своих проблем. И мне было так мало лет, чтобы я хотя бы подумал о закрытии проходов. А потом я о них напрочь забыл!..

Некоторое время они молчали, Дамир по-прежнему лежал и угрюмо смотрел в одну точку, а Ярослав подбирал слова, которые могли бы вернуть его друга к жизни и заставили бы немного успокоиться и прийти в себя. Наконец, мальчик сказал.

- Я не так много знаю о жизни, Дамир, но уже точно могу сказать: если бы люди всегда заранее знали, чего делать нельзя и почему, где могут ошибиться, где нужно поступить по воле сердца, а где по воле разума, то мир точно был бы другим, и не только мой мир, но и твой. И потом иногда со стороны кажется, что люди вроде как рады плохим событиям, потому как для них случилось нечто хорошее. Ты жил в моем мире и знаешь, что в двадцатом веке было две мировых войны. Так вот, некоторые люди встречали друг друга именно на войне, но разве можно утверждать, что они этой войны хотели? Нет конечно! Да, я уверен, они бы согласились никогда не встречаться и остаться волками-одиночками, если бы знали заранее, что для их встречи должны начаться войны. И ты бы, я уверен, если бы знал, к чему приведет открытие тобою проходов между плато, никогда бы не стал их создавать, даже зная, что тогда уйти от своих проблем не получится и придется оставаться дома. Ну, или создав, действительно, сразу бы закрыл их. Но ты не знал, не предполагал плохого.

Дамир несколько удивленно посмотрел на не по годам серьезного мальчика, слова которого, действительно, как тот и хотел, подарили ему надежду и немного успокоили, потушив то пламя чувства вины, которое бушевало в нем, едва он всё вспомнил и осознал.

Знаешь, Ярослав, я не могу больше чувствовать себя в этом мире своим, точнее не могу считать этот мир своим. Я сказал тебе, что вспомнил, кто я. Так вот, я - выдумка, потомок придуманного царем Светомиром народа.

Ты сильф? - догадался Ярослав.

Да, я был рожден сильфом, но сам сделал себя эльфом. Потом я жил в мире людей и теперь чувствую себя чужим и там, и здесь. Но что если создать свой дом? Свой мир.

А это возможно? - шепотом спросил Ярослав.

Да, если мы будем работать вместе. Скажи, Ярослав, ты хотел бы оставить свой мир, гды ты родился, и создать свой собственный?

Спрашиваешь! Конечно, хочу! Только сначала нужно спасти этот мир и, если можно, ненадолго заглянуть в мой.

Конечно, можно, и не обязательно в последний раз. Если мы создадим проходы между мирами, то получим возможность быть там, где захотим, иными словами, сможем заглядывать домой, если появится желание.

Звучит... невероятно, таинственно и прекрасно. И так странно! Я с трудом верю, что всё это реальность и, если честно, где-то в глубине души мне до сих пор кажется: ты вколол мне что-то на мосту, и потому я с тех пор витаю в каких-то грезах.

Дамир сел и, с улыбкой посмотрев на Ярослава - пока еще грустной улыбкой, но это было уже что-то - сказал.

Давай спасем этот мир!

Забрав Ярослава, Дамир перенесся к себе домой, оба вернулись в мастерскую. Уже почти стемнело, но Дамир не спешил активировать освещение и остановил мальчика, когда тот хотел подойти к включателю.

Сейчас я тебе покажу небольшое кино.

Кино? - удивился мальчик. - Ты же говорил: у вас нет электричества!

Электричества нет, но есть магия.

С этими словами Дамир провел вокруг себя рукой, очертив круг, а потом закрыл глаза и стал представлять, вспоминать образы нетронутого рукой эльфа плато Карликов. С помощью магии эти образы проецировались в разных углах комнаты, и походили сворее на разноудаленные отдельные слайды, чем на полноценную картину.

Что это?

Это плато Карликов, до того момента, как туда ступила нога эльфа. Смотри внимательно, Ярослав, и запоминай эти образы. Прям деревце в деревце копировать необязательно, более того, внести что-то своё даже полезно и нужно, главное, воспроизвести основные детали картин.

Я постараюсь, только дай мне всё внимательно разглядеть.

Хорошо, смотри внимательно, не торопись.

Этой ночью в мире Надежды никто не спал, небо над всеми тремя плато то и дело озаряли яркие вспышки, воздух словно рой пчел гудел, везде чувствовалось странное напряжение. Многие эльфы знали о грядущем возрождении Страны Северных Долин, а потому они, ощутив волнение, выходили на улицу и рассказывали всем, кто не в курсе, что должно скоро произойти. Постепенно волна ожиданий и предчувствия охватили всех и каждого, а когда воздух стал прогреваться, началось всеобщее ликование. Снег таял на глазах, окружающая действительность менялась, и никто не жаловался, что где-то на месте вырубленного леса вырос новый, а на месте обмелевшей речушки растекалась полноводная река. С восходом солнца начался новый день в обновленном мире Надежды. Эльфы с радостью, как раньше, купались в волшебных фонтанах, чувствуя прилив сил и пробуждение магических способностей. А потом пошел конфетный дождь, которого никогда не видело целое поколение. Радости всех и каждого не было предела! Мир Надежды возродился и начинал заново жить!

Ярослав постарался изобразить картины плато Карликов в точности как на слайдах Дамира, на многих из них он изобразил сильфов, видимых, чтобы в следующий раз они могли сами рассказать всем желающим сделать игровой сад для детей в неположенном месте, какие последствия это может за собой повлечь. Кое-что добавил и Дамир, создав 3 целительных источника, по одному на каждом плато, чтобы тяжело больные эльфы, гномы, сильфы или животные могли исцелиться.

Все были очень благодарны Дамир и Ярославу за спасение мира, и все с грустью и некоторым удивлением, непониманием узнали об их решении уйти.

Но чего вам не хватает здесь, где вы герои, где все вас любят и уважают?.. А что ждет вас в том, другом мире? Вы ведь даже не знаете, каким он будет! - с явным непониманием говорил им Дир, стоя на балконе, с которого он всего несколько дней назад говорил торжественную речь, посвященную возрождению Страны Северных Долин; Дамир и Ярослав стояли в дверях, ведущих с балкона в центральный коридор.

Да, не знаем, - ответил за двоих Дамир. - Но представляем, чего хотим, а это уже большое начало. Я рад, что мир Надежды исцелен и будет жить дальше, и спасибо вам за вашу благодарность.

Значит, вы точно хотите уйти?

Да.

Что ж, вам решать. Еще раз огромное спасибо за всё. И... если будете еще когда-нибудь в нашем мире, милости просим, здесь всегда вам будут рады, и всегда будут помнить, ЧТО вы сделали.

Спасибо, - почти одновременно ответили Дамир и Ярослав.

По-дружески пожав царю руку, Дамир пожелал ему благополучия и долгих лет жизни, а затем перенесся сквозь расстояние на плато Гигантов. Несколько недоуменно Дир перевел взгляд на мальчика, который улыбнулся, поклонился на прощание царю и, произнеся заклинание, исчез из дворца.

Очищенное от снежных заносов плато Гигантов погрузилось в море звуков, свидетельствующих о торжестве жизни, которая вернулась в эти края после продолжительного сна. Птицы пели, гудели своими крыльями жуки, шелестели огромные листья, терлись друг о друга растущие рядом веточки, издавали всевозможные звуки самые разные животные, пожалуй, почти беззвучно летали только бабочки (из-за огромных размеров их крылья создавали вибрацию воздуха и рождали негромкие звуки). То тут, то там распускались цветы, наполняя всё вокруг своим благоуханием, добавляемым к аромату природной свежести.

Как мы помним, проход в мир людей открывался на среднем плато раз в сто лет, но Дамиру ждать было не нужно. Он создал и отрыл дверь, пообещав в ближайшем будущем научить этому Ярослава. Он уже представил дверь, контуры которой начала вырисовываться в пространстве, и на мгновение обернулся, окинув еще раз взглядом всё вокруг: гигантские деревья, кустарники и травы, яркое солнце и чистейшее голубое небо. "Я вернусь сюда, обязательно вернусь. Но сейчас мне здесь не место!.." - произнес про себя Дамир, стоя на пороге прохода между мирами.

Идем? - спросил он всхул Ярослава.

Идем! - решительно ответил мальчик.

Как только закрылась дверь, стих пугливый ветер, почувствовав присутствие посторонних, и сразу же зеленые бабочки скрутились в неподвижные комочки, отчего воздух стал казаться зеленым. Ярослав улыбнулся, вспомнив, как шел здесь, а точнее плыл вслед за своим похитителем, всего несколько дней назад, а сейчас возвращался домой вместе со своим другом. С собой Дамир и Ярослав взяли теплую одежду, предметы первой необходимости, спальные мешки, волшебную скатерть и книгу Святогора, которую передал им царь Дир, все вещи они положили в проходе между мирами, сделав его своим временным кабинетом.

У меня есть такая мысль: что если из этого прохода мы сможем войти в наш с тобой мир. Во всяком случае, надо это проверить.

А я читал в одной книге, - ответил Ярослав, - что есть некий коридор между мирами, из которого можно попасть туда, куда очень хочешь попасть.

Здорово! Только в нашем случае есть одна большая проблема: у нас такого коридора нет. Но, кто знает, возможно, нам удастся создать его или нечто ему подобное. Опять-таки, надо пробовать!

Целый год прошел с тех пор, как исчез Ярослав Озеров. Перед Новым Годом его родители подали заявление об исчезновении ребенка, но розыск ничего не дал. Родители погоревали о нем очень скромно, предпочтя считать, что мальчик, скорее всего сбежал и где-то болтается, чем думать о его кончине. Школа грешила на пеорядочных родителей, даже если мальчик, действительно, сбежал, то своё решение он принял не просто так, и сбедал в первую очередь от плохой жизни. Но вскоре все позабыли его. В классе никто не споминал об этом обидчивом ребенке из неблагополучной семьи. Только иногда учителя удачили о том, куда мог исчезнуть Ярослав и что с ним могли сделать.

И вот в канун следующего Нового Года, когда все в полнейшей суматохе бегают туда-сюда, куда-то едут, что-то спешно доделывают и, конечно, в глубине души надеются на что-то лучшее, на том самом мосту оказался Ярослав Озеров, рядом с ним стоял молодой мужчина в лисьей шапке. Пробегавшая мимо одноклассница мальчика остановилась и замерла как вкопанная, или, скорее, примерзшая. Изумленными глазами она смотрела на него, почти сразу отметив: он нисколько не изменился, тогда как все в их классе здорово повзрослели за прошедший год.

Ярик? Ты?

Мальчик кивнул.

Да. Рад, что ты меня помнишь.

А где ты был целый год?

О, это долгая история. Слушай, Света, раз уж мы встретились, сделай одолженние, предай всем в классе, что я прощаю вас.

Прощаешь... Как это?

Очень просто. Прощаю все ваши насмешки, издевки, подтрунивания, и прошу просто подумать: легко ли мне было.

Девочка недоуменно, непонимающе смотрела на него. Конечно, она понимала, что в классе Ярика не любили, и прекрасно знала, о чем он сейчас говорит. Она и сама не раз задевала его, шутя над его дешевыми кроссовками, снятой с чужого плача курткой, над простыми тетрадями, неукрашенными никакими рисунками. В глубине души девочка понимала: это неправильно, но так делали все, а если ты не со всеми, то тоже можешь стать объектом насмешек.

Ну что же ты стоишь? Ты ведь куда-то торопилась.

Я? А, да, да, мне домой надо, мама звонила, - сбивчиво ответила девочка, и, все еще не отрывая взгляда от Ярослава, осторожно обошла стоящего рядом него господина. - Пока.

Прощай! - ответил ей мальчик, коротко улыбнувшись.

Света пошла дальше, то и дело оборачиваясь. Ярослав и тот мужчина по-прежнему стояли на мосту, о чем-то разговаривали, смотря через перила на замерзшую и покрытую снегом гладь реки.

На башне было написано, что сегодня тридцать первое. Останемся до Нового Года?

Хочешь загадать желание? - с улыбкой спросил Дамир.

Ты знаешь, мои желания, никогда не сбывались, так что я давно понял: хочешь чего-то добиться, не жди чуда, делай сам. Просто... Новый Год - это праздник, я в последнее время стал его ненавидеть... из-за родителей, но сегодня, сегодня есть шанс встретить его спокойно, без нервов. На городской площади представление будет. Давай его вместе посмотрим?

Ладно. А к родителям твоим сейчас пойдем?

Да, только я не хочу сразу заходить, точнее, боюсь. Давай сначала подойдем, послушаем у двери, а там видно будет, хорошо?

Хорошо, - Дамир пожал плечами и только потом спросил. - Это была твоя одноклассница?

Ярослав молча кивнул. Не смотря на то, что он великодушно простил всех на словах, в душе он все равно продолжал обижаться. И эту обиду, эту горечь он еще не скоро забудет. Как он всегда завидовал им, Свете и всем своим одноклассникам! Их родители привели своих детей в первый класс в школу - он пришел сам, они покупали им одежду и обувь - он всегда всё донашивал, они возили их в разные города - он никогда не был даже в областном центре, они ходили на родительские собрания - его мама пришла лишь один раз, молча отсидела с больной головой на последней парте и также молча, чуть покачиваясь из стороны в сторону, ушла. Ярик так остро переживал, когда ребята шли на классные вечера, а он всегда присутствовал лишь на торжественной части. Родители его одноклассников всякий раз звали его столу, но он со слезами на глазах убегал: ему было слишком обидно и слишком больно. И не дело было не их благодушии. И все-таки в глубине души Ярик любил своих родителей, ведь они подарили ему жизнь, как могли заботились о нем. А еще он очень жалел их, ведь они столького себя лишили! Ярослав давно принял решение, что никогда не станет таким, как его родители, что бы там не говорили некоторые учителя, сокрушенно произнося слово "Наследственность!", помимо наследственности у человека есть еще разум и сила воли.

Обиженный, одинокий и брошенный мальчик, он был счастлив только тогда, когда уходил с головой в себя, придумывал свои миры, а потом изобржал их на бумаге. Когда Ярослав принес свои рисунки на организуемую домом культуры выставку, все очень удивились: как это мальчик, не посещающий художественную школу, мог нарисовать такое. Его похвалили и только одна женщина спросила его, почему он дал такое название "Мир, в котором я хочу жить". Мальчик ответил не сразу, но все-таки ответил: "В этом мире нет для меня места, поэтому я придумал свой". Он как сейчас видел - она качает головой и строго говорит: "Нельзя уходить в созданный тобою мир, Ярослав, нужно учиться жить здесь.". Тогда её слова обидели его, но сейчас он относился к ним спокойно и, действительно, перестал обижаться.

Попросив Дамира, подождать его внизу, Ярослав медленно поднялся на четвертый этаж. На площадку выходили двери четырех квартир, его дверь была самая обшарпанная и побитая. Мальчик глубоко вздохнул, подошел ближе и прислушался, но ничего, кроме тишины, не услышал. Может быть, никого нет? Ярик толкнул дверь - она поддалась, изнутри пахнуло стойким запахом сигарет и перегара, мальчик настолько отвык от него, что невольно зажмурился и встряхнул головой. Сделав над собой усилие, Ярослав пошире открыл дверь и шагнул внутрь. С кухни доносился негромкий храп, пройдя весь коридор, мальчик заглянул внутрь - да они оба спали, прямо за столом, и рядом сосед с нижней площадки. В последний раз взглянув на родителей, Ярик резко развенулся и пошел в обратную сторону, по пути заглянув в свою комнату. Его она уже явно не могла называться: здесь лежали чьи-то вещи, старое - видимо, притащенное с помойки - кресло, груда бутылок и куча всякого мусора. Пробравшись внутрь, Ярослав подошел к столу и открыл нижний ящик, цветных карандашей, подаренных ему от школы, не было, а жаль, он так хотел забрать их с собой! Там лежал только какой-то мусор, все эти вещи ему не принадлежали. Мальчик открыл средний ящик, немного порылся и достал книгу, подаренную ему на конкурсе за его рисунок на дне города. "Русские народные сказки" - вот всё, что он унес с собой из родного мира.

Часы на баше ударили один раз, второй, третий,..

А знаешь, Дамир, я пожалуй, загадаю желание. Пусть в нашем мире будет как можно меньше плохого, и как можно больше хорошего!

Раздался последний, двенадцатый удар, возвестив о начале Нового года, о новом этапе пути, где открывалось столько возможностей, где воображение уходило за видимые горизонты, а самые тайные и заветные желания могли сбыться!..