# Политическая разведка. Курсант.

Олег Константинович Шевченко

Старый, больной раком, уставший от жизни преподаватель философии соглашается на предложение Ольгерда Рыкова попасть на планету Зарбуган. Предвкушая очарование жизни галактического рантье в обеспеченном обществе космической империи незадачливый философ сильно разочаровывается. В силу таинственных обстоятельств связанных с работой устройства КУБ, он оказывается в теле местного жителя и при этом помещается в психиатрическую клинику... Ситуация обостряется интересом к нему со стороны специальных служб внутренней безопасности Империи.

Шевченко О.К.

ПОЛИТИЧЕСКАЯ РАЗВЕДКА.

Курсант.

Пролог

Пыльный истерзанный двумя предыдущими войнами серовато-бурый шарик, гордо именующий себя Вольной Планетой Зарбуган, мало интересовал Ольгерда Рыкова. Вернее сказать, его интерес находился в плоскости статистических таблиц и геологических выкладок, что с трудом можно назвать интересом к родной планете. Ольгерд не обладал чувством любви к Родине, также как игнорировал эмоциональную сторону любования чистотой космоса и роскошностью панорам, открывающихся с естественного спутника Зарбугана - Гриноида. Всем этим обладал я, чем крайне раздражал Ольгерда. Но ему приходилось мирится, ведь мы договорились о сделке...

Он, вооруженный знаниями унылой провинциальной планетки с разграбленными ресурсами, и жутью сверх урбанизированного подземного мира надеялся найти себя на нежной как грудь девственницы планеты со смешным названием: Земля. Обладая технологическими навыками парня рожденного в эре межзвездных перелетов, для которого вопрос синтезации пищи или создания управляемых кибернетических машин с основами искусственного интеллекта - это базовые задачки техно-школы для посредственностей, 12-14 лет, был уверен в том, что Земля с ее архаической инфраструктурой и колоссальными резервами полезных ископаемых неминуемо ему покорится. Ну, ну... рисковый этот парень Ольгерд, явно склонный к гусарским аферам, хотя на Зарбугане он это тщательно скрывал.

А, я что же, одинокий, лысый, рыжий, с большущими биноклями на глазах, и солидным брюхом "вечный доцент" кафедры философии одного не самого известного городка России решил, что вояж в мир звездных путешествий, фантастических реалий космической цивилизации это самое оно для жирного, старого философа, которому поставлен вердикт: Рак печени. Насколько я понял из объяснений "Звездного пацана", мы находимся в одном времени, но очень далеки друг от друга. В общем, то ли мы из параллельных пространств, то ли из разных Галактик, я как то не сильно и уловил. Пацан явившейся у меня дома вместе с вспышкой света и легким громом, во время создания мною очередного бюрократического творения (Рабочей программы дисциплины "Философия власти" - кто знает тот поймет), очень убедительно, при помощи нескольких пощечин, которыми он выводил меня из обморока доказал свою реальность, а пару демонстраций того оборудования которое у него было под рукой - окончательно убедили меня в его реальности. Кстати аккуратно выплавленная часть межкомнатной перегородки привела в ступор моего знакомого строителя, который цокал языком и никак не мог добиться от меня внятного ответа, как это часть перегородки была вырезана и что это за чудесное жидкое стекло, которым облиты края вырезки.

Одним словом я стоял в центре комнаты абсолютно голым, но с серьезным "геологическим" рюкзаком, который я по совету Ольгерда набил всякой мелочью, которая сгодится как артефакты "одной древней цивилизации" и вызовут восторг у тамошних Зарбугановских антикваров. Что позволит мне получить не плохое материальное вознаграждение... А дальше: покупка гражданства Зарбугана, лечение рака и размеренная жизнь межзвездного рантье.

Сам Ольгерд при помощи, какого то хитрого прибора-артефакта, также абсолютно голый с необходимыми технологическими финтифлюшками будет стоять на Гриноиде, спутнике своей планеты. Артефакт сработает и поменяет массы местами: я окажусь на Гриноиде, а Ольгерд на Земле. Артефакт предусматривает возможность лишь дважды явится из Гриноида на Землю (или другую планету по выбору оператора артефакта), каждый раз на 4,5 минут, при этом ни одного миллиграмма вещества вынести или пнринисти - не получится. А на третий раз артефакт позволяет произвести единовременный обмен одинаковых масс, вместе с одинаковым количеством (в штуках) носителей разума. Итак, я разумный носитель - штука один (Ольгерд проверил меня на своем приборчике в первое еще посещение и очень удивился, когда приборчик опознал меня как носителя разума), вес биологического вещества (консервы, колбаса, сыр и тому подобные продукты на "первое время) и вес неорганических вещей (планшет с зарядкой, бумажные комиксы, бутылка из под лимонада и тому подобные остатки "древней цивилизации") - 52 кг. Почему так, для кого это надо или для чего уже не знал сам Ольгерд, как работать с артефактом уяснил, а кто его создал, когда и для чего - ему было совершенно не известно. Работает - да и ладно. Перспектив у него на планете было мало (он не сильно то и уточнял), а прибытие на Землю считал весьма реальным шансом для себя стать величиной и вырваться из рутины в мир игры за собственное тщеславие. Да и что можно было толком узнать за 9 минут общения. Часть из которых ушло на приведение меня в чувство, на доказательства реальности происходящего. Мы не сильно узнавали подробности миров друг друга, в основном обменивались инструкциями, например: как объяснить, что "остатки цивилизации" такие новые ("Принцип совмещенности хронотопов в статис поле, я там написал подробно, посмотришь возле артефакта". - сообщил Ольгерд) или выдавались инструкции по легализации в новом мире (вернее где эти инструкции лежат здесь и там). Кстати язык друг друга мы понимали без проблем ("Я Вам пару месяцев жизни обменял на знание языка, еще в первое посещение", - заметил Ольгерд, засранец, галактический). Еще раз проверена масса груза сопровождающего разумного. И... вот спустя 48 часов после первого посещение посланца из Зарбугана, я стою голый с рюкзаком за плечами.

Восемь пятьдесят одна, восемь пятьдесят два, сейчас, сейчас, восемь пятьдесят три сильный свет по глазам - все, пока Земля, я полетел.


## Глава1.


Ольгерд Рыков. Школьник. 14 лет. Зарбуган.

Пыльный истерзанный двумя предыдущими войнами серовато-бурый шарик, гордо именующий себя Вольной Планетой Зарбуган, мало интересовал Ольгерда Рыкова. Вернее сказать, его интерес находился в плоскости статистических таблиц и геологических выкладок, что с трудом можно назвать интересом к родной планете. Ольгерд не обладал чувством любви к Родине, также как игнорировал эмоциональную сторону любования чистотой космоса и роскошностью панорам, открывающихся с естественного спутника Зарбугана - Гриноида. Всем этим обладал я, чем крайне раздражал Ольгерда. Но ему приходилось мирится, ведь мы договорились о сделке...

Вот ведь гадёныш Зарбугановский... В общем, так получилось, что после переноса меня на Гриноид, мне пришлось вместе с Ольгердом любоваться на чистоту Космоса и пыльный шарик Зарбуганеа. Да вместе. И Ольгерду пришлось заткнуться и молчать. Почему? Очень просто, я стал им, а он, надо полагать стал мною. Да. Да. Перенос удался. Но я, смотря на голое, крайне мускулистое и жилистое тело подростка лет 14-ти понял, что смотрю, на свое тело, уже свое. Рядом со мной в круге желтого метала, лежит какой-то издевательски оранжевый ранец, а не мой совдеповский рюкзак, а в иллюминаторе на железной стенке крутится шарик Зурбагана. Финиш. Я в теле подростка, на спутнике Вольной планеты Зурбаган, в металлической коробке, у моих ног дешевенькое старье этого мира (которое имеет ценность лишь в мое время). И все, инструкций, пояснений - нет. Я очень захотел потерять сознание, но не смог. Я лишь сел на ранец и просто завыл на Зарбуган.

После началась форменная истерика, я ощупывал взглядом и тыкал пальцами во все стены этой проклятущей железной коробки, величиной с санузел "Хрущевки", я бил кулаками, ногами, плакал, размазывал сопли и попросту орал в иллюминатор. Все было бесполезно. В какой то момент я остановился и подумал, а вдруг стена действительно откроется и я окажусь в безвоздушном пространстве, я кинулся к иллюминатору, но из не6го был виден только серовато-бурый шарик Зарбугана и ни одного признака того, что атмосфера на Гриноиде существует или отсутствует... Я заскулил... Когда я в изнеможении рухнул на металический пол, я вдруг понял, что частичка Ольгерда продолжает жить и мыслить внутри моего, моего... Мозга? Души? Она присутствовала и явно вела какой то монолог. Меня эта частичка игнорировала... Ее монолог был странной смесью слов, образов, каких то звуков похожих на треск, рычание... Но вдруг какофония сникла.

- Привет, это я Ольгерд. - Протрещал как скрипучий звук с кграмофонной пластинки, глос моего космического негодяя.

- Нет гаденыш, - ответил я, - теперь Ольгерд это мы.

- Я не знаю... Я не понимаю...

- Сволочь.

- Успокойся, давай успокойся, хорошо? Через 11 минут вся биологически активная масса в коробке будет ликвидированна...

- Так ты что планировал меня ликвидировать, как биологически активную массу... Ну ты... Я ж тебя... - у меня перехватило дыхание перед глазами от ярости пошли красные огоньки.

- Давай выберемся, а потом поговорим, хорошо? А то я ни ногой ни рукой двинуть не могу. Где то я не точность допустил... Или запятую в формуле не дописал, вот...

- Сволочь.

- Еще раз говорю давай выбираться.

- А за бортом воздух есть?

- Конечно, мы ведь на Зарбугане. В иллюминаторе... собственно это экран с картинкой... это не прозрачный пластик... Просто кино.

- Подлец и врун.

- Хорошо, пусть так, но давай двигай руками, осталось 9 минут.

- Где земля, звездун малолетний?

- земля?

- Земля, - мразь всепланетная! Только не вздумай врать! Себе же врать будешь!

- Ладно, ладно. Это никакое не параллельное измерение и прочая лабуда, это просто твое будущее. Вполне реальное будущее, с имеющейся планетой Земля. Правда планета эта жуткое местечко, где кипит лава и на отдельных островках как то выживает несколько наблюдательных станций. Результат Первой (и последней) Галактической войны, которая буквально разорвала Империю на части, а отдельные колонии, анклавы, полулегальные бандитские группировки и политические движения оформила во вполне себе самостоятельные государства. С момента изничтожения, известного тебе ландшафта Земли милитаристами-маньяками прошло около тысячи лет. А с первого выхода Человека в космос Алексы по прозвищу - прошло где то около 2-3 тысяч лет. Плюс минус лет 700. Толком информационная сеть не знает, - протарабанил Ольгерд. - Ну хватит уже, давай выбираться 5 минут осталось.

- Что делать то? - буркнул я.

- Стань в центре круга. Очень хорощшо. Ноги на ширину плеч, на кромки круга. Да. Верно. Левую стопу чуть дальше. Ана. Отлично. Теперь присядь не сдвигая стоп и приложи свои ладони вот к тем двум выщерблинкам, которые круг как бы черточками разделяют. Отлично. Так замри. Отсчет пошел... пять, четыре, три, два, один... сильный свет по глазам и я ухнул в тёмный овод забытья.

Очнулся на аккуратной койке, вокруг которой были уставленны разные приборы, приборчики, над потолком как щупальца осьминога слегка качались какие тое шприцы, пилочки... То еще зрелище. Я зажмурил глаза и сосчитал до десяти. Вернее попытался сосчитать. На счет три раздался голос.

- Ольгерд открой глаза, не дури.

Когда я открыл глаза щупальца кибернетического ужаса никуда не исчезли, но слегка повернув голову на голос, я увидел вполне себе респектабельного доктора. Почему именно доктора? А я откуда знаю? Подумалось доктор, да и стал его так называть. Лощеный, с холенным лицом, одетый в какой то свободно висящий белый... комбинезон что ли. Чудного какого то покроя. Или не чудного. Я же не модельер или портной. Но на Земле я такой мешковины от горла до, наверное пяток, без швов с накладными плечами я не видел.

- Умница Ольгерд, сказал доктор. - Скажи а какой сегодня год? - добродушно улыбнулся обладатель белого комбинезона.

Мой мозг заметался в панике. Ольгерд живший в нем - молчал. Как в воду канул. Врач смотрел мне в глаза и улыбка его становилась все шире и шире.

- Я, я... э..э... я... я... не знаю, - тихо просипело мое горло.

- Конечно не знаешь, - не прекращая улыбаться заявил врач, - пройти сквозь Брайн-поле, Первой Федерации, это знаешь ли не шутка. Отшлифует мозги как собака косточку. Зачем ты полез в хранилище статис информации ты конечно же не помнишь?

- Нет, расскажите мне, пожалуйста, а что это такое, - я стремительно покраснел, подумав, а не ляпнул ли я какой то глупости.

- Пару слов, - врач потрепал меня по голове, - всего пару слов. Тебе многое прейдется вспомнить или разучить заново. Не завидую я тебе. Столько труда. Впрочем изволь. Статис-информация - это свойство, эээ...ээ как бы это попроще сказать. Видишь ли, тебе млзги очень хорошо прочистило, так, что память о школьной программе точно стерло, как и всю теорию. Тут, - он похлопал по одному из ящиков в моем изголовье, - есть слепки твоего ментального состояния. В общем, ты остался лишь с набором рефлексов и знанием языка. Почему так, загадка. Должен был вообще в овощ превратиться и слюни пускать как новорожденный. А тут рефлексы твоего базового набора вроде как сохранились, языком сносно владеешь, да и термины коре какие даже помнишь.

- Я ничего не помню, - сразу же, прикинулся полным "децелом".

- Не шали, - врач игриво покачал указательным пальцем перед моим носом, - что такое "школьная программа", ведь знаешь?

- Нет.

- Но догадываешься? Это что, детсадовская программа?

- Нет.

- Что нет?

- Нет не детсадовская.

- Ага, а почему?

- Ну это более высокая ступень... - окончательно, спалился я.

- Вот видишь! Значит знаешь, может не точно, не со всеми ньюансами. Но знаешь. С абстракциями знаком. В твоём положении это даже очень неплохо, я бы сказал феноменально щедро. Насчет "Абстракций", помучить?

- Не надо, вы лучше про "Статис-информацию", и "Брайн-поле" помучайте.

- Вот это да, так ты еще отслеживаешь ход беседы, имеешь стрктурированную память, логическое мышление, иронию. Ты не думай, - он покровительственно понизил голос, - я диагносту доверяю, но он такую красивую картинку выдал. Хотелось проверить. Ладно, - он махнул рукой, -про "Статси-поле", так про "Статис-поле". Это такое свойство информации, которое позволяет сохранять отдельные элементы реальности в виде спресованных кусочков волн. Понял?

- Нет.

- Ну вокруг нас полно информации, это мои слова, мысли, это речи политиков, сигналы... э... передающих машин. Согласен.

- Да.

- Но информация это еще и цвет твоих глаз, это камень вылетевший из под моей ноги. Причем информация это не только цвет твоих глаз, камень, моя нога, но и процесс вылета камня и его возможная или безусловная связь с твоими цветом глаз и моей ногой. Вникаешь?

- Да, - а как тут не вникнуть, когда это уж очень сильног мне напоминало лекцию по философии. Дискрус анализ с постструктурализмом блин. Впрочем я зря так уверенно сказал Да, и при этом еще так многозначительно, по профессорски хмыкнул. Глаза доктора как то уж очень азартно сверкнули, да уж, тот еще крокодил. Только пальчик покажи, как вю руку слопает. Такому годзиле не надо и палец в рот класть, сразу же оприходует по всем правилам Статис информации.

- Ну вот, вся, подчеркну вся информация которая разлита вокруг нас не имеет смысла, пока ее..., - он сделал паузу и пытался подобрать слова. Как же ученые мы, в прямом смысле ученые, знаем мы такие штучки, да и тебя любитель бедлого цвета немного просчитал. Ждешь, когда я вновь "расколюсь". Мы только с металлическими коробками воевать не можем, и без воздуха плачем, а с людьми можем и потягаться. Все таки двадцать лет подковерных интриг на кафедре нас чему то и научили, - несколько азартно подумал Я.

- Кто то не прочет, - разочарованно протянул доктор, не дождавшись от меня ответа. Куб. Именно так с большой бувы: К У Б. Собирает всю информацию по планете и пакетами передает на следующий уровень системы. Та обобщает и отсылает дальше. Пока Информация не начнет трансформироваться в материальные тунели. Ну тунели, которые позволяют короблям, летать за ничтожно малое время между солнечными системами, звездными скоплениями, в общем по обжитому космосу. Куб мигрирует по нашей солнечной системе, его практически не возможно засечь техническими наблюдением. Такое впечатление, что он сам строит себе тунели. Большинство солнечных систем имеют такие кубы. Но где то они разрушены, где то утеряна с ними прямая техническая связь. Вот в товем случае это КУБ с утерянной технической связью. Но после твоего броска через брайн-поле, мы зафиксировали точку появления куба, сумели наладить маячки, скинуть информацию компетентным в этом вопросе ребятам.

- А что они с ним сделают?

- Ну это как то помогает улучшить работу тунелей. После Галактической войны, они сильно заросли. Многие исчезли. Систему то создавала Первая Федерация. Больше тысячи лет назад. Как она действует - Бог весть. Сделана на совесть. Техническое обслуживание мы делать умеем, так сказать нажимать на кнопки и мелкий ремонт проводить. А вот принципы работы, врач извел руками, - не известны.

- А "Брайн-поле"?

- Понимаешь в этих КУБАХ есть хитрость всем известная, даже школьникам. При попадании в Куб, необходимо 11 минут сидеть в круге оператора, - я вспомнил желтый круг на полу куба, - и тогда Брайн-поле снимается. Если же совершить экстренный выход из Куба, то выносится тело, а вот сознание, память, приобретённые рефлексы напрочь стираются.

Я, честно говоря, замер. Вот ведь, гнида этот Ольгерд. Так он, что, не хотел меня терпеть в своем теле и решил стереть? Вот ведь... циник, хладнокровный, быстро соображающий циник. Вот ведь аферист. Получается Брайн поле стерло настоящего Ольгерда, а ведь могло и меня. Сыграл в "русскую рулетку" парнишка и проигра. Но игра, игра то какова. Стоп, а почему не слова о переносе тел, путешествия между мирами Доктор не сказал?

- Доктор, а зачем оно это поле?

- Понимаешь, это толком не ясно, но судя по всему тут какая то система внутренней безопасности. Вроде как экстренный выход из Куба нужен в том случае если сознание оператора подвергнется атаке, или захвату.

- Захвату? - я попытался это сказать как можно более не принужденно.

- Ну, да, усмехнулся врач, есть такая легенда, что система Кубов создавалась для просеивания прошлого. Ну понимаешь информация то распадается, однако не уходит в ничто. И генерируя информацию Кубы вроде как могли просеивать и воссоздавать, что ли прошлое. Операторы в этот момент могли подвергнуться атаке. Вернее сознание операторов. И вот Брайн поле яко бы создавалось для таких случаев. Но могу успокоить твое сознание никто не захватывал, - хохотнул врач. Ну да, - подумал я, - очень смешно, интересно, ты мне это говоришь или Ольгерду. - Как готовить операторов, какие их функции мы не знаем. Можем лишь младших техников для Кубов обучить. Да и броски в прошлое - фантастика. Кстати по этой же идиотской гипотезе, система каналов, или тунелей, как тебе будет угодно, это побочный, представляешь, - развесилился врач, - побочный продукт деятельности Кубов.

- Неужели не пытались найти управляющие центры системы, - заинтересовался я.

- Пытались. Вернее нет не пытались. Ну, одним словом, таких центров нет. Вернее каждый куб это узелок сети Кубов, а нити это туннели или каналы. Конечно, большинство нитей, это только возможность каналов, но такая возможность которая оказывает воздействие на реальность. Одним словом центром, управляющим центром является вся сеть разом. И вот в этом то и загводка, как ее управлять, если для малейшего акта управления необходимо одновременно находится во всех Кубах без исключения. И также контролировать все каналы без исключения при помощи информационных матриц.

- А...

- Все, - улыбнулся врач. Хватит информации. Сейчас ты уснешь, а когда проснешься получишь доступ в информационную сеть, а также инструктора по обучению работы с сетью. Месяц на реабилитацию и свободен.

Врач встал сделал пару шагов и обернулся, - кстати, за находку Куба тебе полагается премия, но учитывая твое состояние, было решено выдать ее тебе не галактами, а натурой. Ты получишь право на восстановление своих знаний и рефлексов до того уровня как ты вошёл в куб, ну или новых, иных знаний, кратных тем, которые ты получил до своей находки. Все за счет государства. А теперь спать.

После этих слов веки мои начали стремительно тяжелеть, а мое сознание медленно и мягко вошло в состояние дремы.


Денис Хамов. Врач третей категории. 71 год. Зарбуган.

Хамов вышел из больничного блока, где заснул Рыков. Он решил пройтись по коридорам больничного комплекса и выйти в свою любимую оранжерею. Странный пациент не давал покою опытному медику. Конечно, - говорил он себе, - случай удивительный. И дело не в находке куба, что случалось частенько и раньше. И даже не в последствиях воздействия Брайн-поля. Феномены с частично стертой памятью теоретически возможны. Все дело в любопытных реакциях пациента на ряд вопросов. Хамов прокручивал в голове данные диагноста одновременно восстанавливая ход беседы с пациентом. По всему выходило, что произошла избирательная, - именно, так, отметил Хамов,- избирательное сглаживание информационной оболочки. Очень любопытным оказался словарный запас пациента, его работа с символами и абстракциями. Но еще удивительней оказалась попытка переиграть его, опытного психиатора с солидным стажем подростком попавшего под удар Брайн-поля. Ведь Ольгерд просчитал мое желание раскрутить его на более обширное знание реальности, чем он демонстрировал прежде, очень точно просчитал и не дал мне возможности четко зафиксировать умение поциента проводить стремительный фактор-анализ неизвестных данных, на основании ограниченных вводных. Но это самое не желание признаваться в своих умениях, разработанная игра по выуживанию из меня хоть и общеизвестных фактов, но все таки во преки моему желанию, очень о многом свидетельствует. Собственно говоря, - продолжал вить нити размышлений Хамов, подходя к оранжереи, - это свидетельствует о весьма высоком уровне социальной адаптации и о весьма специфических навыках. Другое дело, что эти специфические навыки далеко не рнеализованны, иначе Ольгерд позволили мне сыграть в свою игру, не выдавая своего знания о ней. Демонстрируя понимание этой игры и применяя контрмеры он лишь еще больше убедил меня в своей не типичности и очень странной, очень выборочной амнезии. Что касается последней, то Рыков явно хотел увести меня от этого. Очень неумело, очень по детски, но очень последовательно и напористо.

Конечно дело не в захвате личности Рыков иным индивидуумом, - Хамов присев в кресло, находящееся среди зарослей папоротников, усмехнулся, - иначе ментоскоп показал безусловные изменения базовых параметров, биологических параметров организма. Конечно если до этого, - пунктуально отметил Хамов, - некоторое время не соседствовало два сознания, хотя бы на протяжении 4-5 минут. Сознания Рыкова и иного. В таком случае биологическая основа тела не будет измененна, но, тогда либо факт двойственности сознания отметил бы ментоско, либо потребовалось бы оперативная ликвидация сознания Рыкова. Сосуществование в одном теле двух полных наборов личностей? Факт совершенно смешной, невероятный и смехотворный. Захват чужого тела, путем изничтожения личности-обладателя тела - еще куда не шло. Но подселение иного сознания? Смех да и только. Для этого нужны очень специфические лабораторные условия, минимум 6-7 месячная подготовка двух тел, и их сознаний, одним словом процесс крайне дорогостоящий, крайне сложный и совершенно невероятный для Зарбугана. А уж избирательной ликвидации после 4-5 минут соития одного из сознаний - просто не вероятный. По крайней мере Хамов, имеющий третью категорию из 72-х возможных, о таком ни разу не слышал.

Других версий Хамов не смог сформулировать. Он знал, что возможна также серьезная оперативная разработка самого Рыкова силами Имперской службы внутренней безопасности. В конце-концов заменить данные Рыкова, на данные того тела-сознания, которое дрыхнет в больничном блоке не Бог весть какая сложность. И тогда после сверки Ольгерда попавшего под Брайн-поле с данными архива выясниться пролная идентичность. Ну почти полная. А все недочеты можно списать на само Брайн-поле. Вот только кто такой Ольгерд Рыков чтобы с ним ИСВБ проводила такую интригу? Или любая другая специальная служба, будь то имперская, корпоративная, пиратская или сопредельных держав? Обычный пацан старших классов. Да и если проводить такую разработку то ни к чему столь звонкие условия, находка Куба, избирательная ликвидация сознания, денежная награда. Конечно в масштабах империи это просто информационный мусор. Да и в масштабах Зарбугана хоть и яркое, но очень недолгое событие, которое будет вытеснено иными фактами ихз жизни стихий, террористов или сексуальных новинок. Но все таки оно будет зафиксированно и при достаточно глубоком зондаже найдено и годы спустя.

Хамов в свое время сотрудничал с ИСВБ, более того подумывал вступить в ряды этой организации, но не прошел финального отбора в курсанты Академии ИСВБ, срезавшись на физических нагрузках. Однако перспективного молодого аристократа приметили, предложили сотрудничество и время от времени использовали как консультанат в ряде случаев связанных с его профессиональными навыками психиатора. В последнее десятилетие Хамов перешел в разряд агентов службы, которые в народе называли просто и хлестко "Стукачи". Будучи вхож в разнообразные слои общества, преимущественно элитарные пласты экономического бомонда, профессор иногда давал не плохие информационные сюжеты и "в темную" использовался в качестве агента влияния. Что поделать - Зарбуган был еще той дырой и богатством агентов с узкой специализацией он не обладал.

К вечеру Хамов закончил подробный отчет о проишедшем и по установленному каналу, скинул его своему куратору. Канал представлял собой эротический ресурс для подростков, где пользователи могли анонимно расклеивать разные фривольного вида фотографии и размещать щекочущие гормоны видеоролики. Стандартный шифроватор Хамова переводил текстовую информацию в эротические видеосюжет с участием козочки и прыщавого парнишки. Парнишка и козочка были всегда разными, менялся и ландшафт, но набор действий парочки был крайне скуден. Что поделаешь, профессор не был сколь нибудь ценным источником информации и в его распоряжении находился достаточно простенький шифратор. Увидев размещение нового видеоролика. Куратор Хамова скачивал его, переводил в буквенный текст и решал о значимости информации. Было три направления: Экстра (серьезная информация, которая в полнотекстовом варианте направлялась в планетарный отдел), Мезо (любопытные вырезки доклада), Зеро (информационное барахло, которое сдавалось в архив, через год стирался текст, но оставалось тема, дата, резюме, а еще через год оставалась только тема, спустя еще год информация полностью уничтожалась, сохраняя лишь количество фактов Зеро в биографии агента).

Куратор Хамова молоденькая девушка-практикантка, выпускница отдела журналистики, по совместительству, с третьего года обучения привлекавшаяся к аналитической работе ИСВБ Элли Джонсон, после дешифровки видео игр с козочкой, с недоумением посмотрела на обилие формул с очень краткими вставками текста. Вывроды профессора возмнившего себя как минимум начальником секторального отделения Службы в звании однозвездного генерала, она прикусила губку решая, что делать. В итоге сделав нарезку из максимум формул и минимум текста она перевела инфоррмацию в категорию Мезо и отправила на второй этаж здания планетарно отделения Имперской службы, своему непосредственному начальнику Ратибору Кемпбэлу, стерев излишние куски текста.

Ратибор получив данные Мезо и тупо уставившись в формулы с игрой в злобных пришельцев от лица доктора Хамова, покраснел лицом и вызвав по Интеркому Элли объяснил ей все что думает по поводу действий практикантки, которая, когда не знает какова ценность информации Экстра или Зеро сразу переводит ее в категорию Мезо и бомбардирует своего шефа. Попросив ее не издеваться над Ратибором, а лучше выполнять свои обязанности (подозревая розыгрыш коллег или проверку на устойчивость к информационному бреду), Ратибор вернул материалы обратно Элли. Последняя переверал уже изрядно урезанный текст из категории Мезо в категорию Зеро, скинула в архив, поставив значок "Просмотрено и рекомендовано к Зеро - Куратором агента "Козлик" Э. Джонсон, подтверждено старшим агентом Ратибором Кэмпбэлом", тем самым сократив на 50 процентов время хранения информации, как такой, которая дважды признана категорией Зеро. Первый раз по подозрению в ничкменности, второй раз после тщательной и всесторонней проверке сотрудником в звании не ниже чем "Старший агент".

Мстительная Элли, получив нагоняй от своего шефа, написала жесткий ответ на полученную от агента "козлик" информацию, посоветовав меньше совать свой нос в подобные вопросы, меньше заниматься фантазиями и больше заниматься экономикой планеты.

Хамов, получивший спустя 12 часов ответ на свой отчет вспотел и занервничал, решив, что таки наступил на мозоль своей родной службы, вмешавшись в проводимую операцию. Решив максимально себя обезопасить, профессиональный психотерапевт провел 4 часа работая с ментоскопом тщательно корректируя свои собственные воспоминания, эмоции и чувства связанные с Ольгердом, чтобы и тень подозрения изложенного в отчете не падала теперь на Ольгерда в его собственной голове. После проведенной экзекуции, испытывая сильную головную боль, профессор лишь удивлялся тому зачем это было ему так терзать себя из-за какого то мальчишки. Но удивление, памятуя, где он получает свое второе жалование, удалось быстро погасить убедив себя, что негоже ему связываться с удивлением связанным с парнем, который так важен для ИСВБ (именно такую матрицу поведения и планировал профессор сформировать у себя в голове начиная работу с ментоскопом, о чем он конечно же уже не догадывался).


Продолжение следует