# "Монах. Боль победы"

Евгений Владимирович Щепетнов

Пройдено две страны, добыто могущество, каким обладал в этой стране только император, но нет покоя. Проблема за проблемой кружатся, как снежинки и садятся на голову, на плечи, придавливая к земле тяжестью решений, которые нужно принимать Когда Андрей был на Земле, главное для него было - выжить. Выжить и тогда, когда он крался в 'зелёнке', каждую секунду ожидая выстрела, выжить, когда он был наёмным убийцей, выжить, когда он спрятался от преследователей в отдалённом монастыре и стал монахом. Здесь, в этом мире, главным оказалось другое - уничтожить Зло, а уж потом выжить. И для этого Андрей готов был не щадить ни себя, ни своих близких. Как на войне. КУПИТЬ КНИГУ "Монах.Боль победы" ТУТ

## Глава 1


Громыхают колёса кареты по булыжной мостовой, лезут в голову всяческие нужные и ненужные мысли, которые и хотел бы, да не отбросишь. Всё ли идёт так, как надо?

Пройдено две страны, добыто могущество, каким обладал в этой стране только император, но нет покоя. Проблема за проблемой кружатся, как снежинки и садятся на голову, на плечи, придавливая к земле тяжестью решений, которые нужно принимать Когда Андрей был на Земле, главное для него было - выжить. Выжить и тогда, когда он крался в 'зелёнке', каждую секунду ожидая выстрела, выжить, когда он был наёмным убийцей, выжить, когда он спрятался от преследователей в отдалённом монастыре и стал монахом. Здесь, в этом мире, главным оказалось другое - уничтожить Зло, а уж потом выжить. И для этого Андрей готов был не щадить ни себя, ни своих близких. Как на войне.

Впрочем - разве это была не война? Разве он теперь не был солдатом? Солдатом Света. Иногда он в этом сильно сомневался.

С тех пор, как Андрей прибыл в этот мир, заброшенный прихотью неизвестной Сущности - он надеялся, что Бога - бывший наёмный убийца и бывший монах только и делал, что убивал. Убивал, убивал, убивал...он уже устал от убийств, от грязи, от переживаний за своих близких, но конца-краю этому конвейеру смерти не было. Вот и сейчас, он ехал на оружейный завод, чтобы убедиться в том, что смертоносные изобретения, которые он внёс в этот мир, делаются по графику, что всё идёт так, как он задумал.

Карета расплёскивала лужи - начался сезон дождей, гарантирующий Балрону передышку перед гражданской войной. Во время сезона дождей, длившегося здесь полгода, и месяц после его окончания, ожидать от противника военных действий не приходилось - только сумасшедший мог решиться отправить многотысячную армию на штурм столицы, если люди и лошади вязнут по колено в непролазной грязи. Так что у Андрея было время, чтобы подготовиться.

С того момента, как было похоронено в пучинах вод 'тело императора', а вернее - изображавшая его драконица Шанди, прошло уже три месяца. Долгий срок. Для Земли, в которой жизнь идёт бурным потоком, захлёстывающим человека и уносящим его в неизвестные дали. Здесь - никто никуда не торопился. Андрею стоило большого труда заставить подчинённых работать так, как он хотел - быстро, в срок, без задержек и расхолаживания. Приходилось использовать все методы, от кнута, до пряника. Пряником, конечно, были деньги. Ну а кнут...кнут бывал и в совсем не фигуральном смысле.

Андрей отменил практику того, что на завод ранее брали заключённых - последний мятеж показал, что заключённым на режимном предприятии делать нечего. Если, конечно, не хочешь получить нож в спину, во время нападения очередных мятежников. Теперь там работали только вольнонаёмные - за хорошую по здешним меркам заработную плату. Кроме того, им было организовано питание, проживание - рядом с столицей Балрона, фактически вырос новый город-сателлит Анкарры, его теперь называли 'Оружейный город', по градообразующему предприятию.

При заводе организовали школу механиков, где обучали всех желающих работе со станками, с приборами и механизмами, действующими на заводе. Конечно же - с подписанием контракта, что они не будут работать нигде больше, кроме как на оружейном заводе. Всё шло хорошо. Если только забыть, что впереди грядёт огромная, страшная, кровопролитная война.

С юга угрожает спрятавшийся в своём поместье оборотень-бунтовщик Гортас, а в спину молча смотрит страна Исчадий - Славия, ради освобождения которой, собственно и был задуман весь этот план.

И это не всё - где-то бродят старейшины драконов, те, кто наблюдает за исполнением Договора, по которому драконы не имеют права вмешиваться в жизнь людей. Опасные, могучие, живущие тысячи лет существа строят свои козни, и как всегда бывает в этом мире, их слова, договоры, решения о невмешательстве в жизнь людей есть лишь слова и решения. Самое главное - это интересы самих драконов, и ради этого они постоянно подправляют историю людей. Увы, как оказалось - никто не избавлен от лицемерия, ни человеческий род, ни драконий.

Андрей узнал о том, что драконы наблюдали за ходом похорон из толпы от Шанти, его подруги, сестрички, а в миру - молодой драконихи Шантрагон, игравшей роль покойного императора, убитого при попытке изнасиловать любимую женщину Андрея - Антану. Она и убила его - им пришлось бросить тело императора в океан, а драконице изображать императора, якобы женившегося на Антане.

Все драконы имеют одну особенность, присущую их племени - они могут принимать любой облик, от кошки, до быка или синего кита - в пределах массы их тела. Драконья чешуя практически непробиваема для оружия средневековья - не зря доспехи из драконьей чешуи стоят огромных денег и носить их могут лишь императоры, или очень богатые люди. И вот теперь эти могучие и практически неуязвимые существа стали врагами Андрея.

Он не сомневался, что вскорости ему придётся встретиться со старейшинами драконов, и были небеспочвенные опасения, что встреча может закончиться смертью кого-то из них - или Андрея, или старейшин. Умирать он не собирался - дел по горло, какое там умирание? - так что следовало хорошенько подумать, как противостоять летящему на могучих крыльях многотонному огнемёту, бронированному непробиваемой чешуёй, и при этом обладающему мозгом, вмещающим мудрость десятков тысяч лет.

Впрочем - Андрей и сам был непрост - бывший спецназовец, бывший наёмный убийца, бывший монах в северном монастыре Земли, а теперь первоклассный воин и оборотень. За ним стояла мудрость земной цивилизации, её знания, её опыт. Достаточно просто вспомнить, что он знал о науке и технике. А вспомнить Андрей мог - его мозг, усиленный мутацией оборотня, был теперь способен вспомнить все знания, что когда-то, даже случайно, попали в его голову. И эта способность развивалась с каждым днём всё больше и больше. Знания выскакивали из закромов мозга, стоило только лишь как следует напрячь мозговые извилины. Перед глазами появлялись страницы книг, которые он когда-то прочитал, справочники, которые он листал, журналы и газеты, прочитанные им за всю жизнь.

Но - это всё жизни его не облегчало. Задача стояла мало сказать, что непростая - безумная! Искоренить Зло в мире, добиться справедливости - что может быть безумнее этого плана? Разве справедливость есть на свете? Андрей надеялся, что - да. Иначе - зачем всё было затевать? Кому затевать? Да Богу, конечно.

И сейчас воин-оборотень, и будущий император Балрона, был орудием Божьим. По крайней мере, надеялся, что это так и есть.

- И чего мы там будем смотреть? Зачем мы туда едем? - обратилась к Андрею скучающая девушка напротив, устроившаяся на кожаном сиденье, пробитом серебряными гвоздиками.

Это была симпатичная веснушчатая девушка с огненно-рыжими волосами, задорно задранным носиком и довольно приличной грудью, твёрдыми полушариями торчащей вперёд. Небольшого роста, ниже императрицы Антаны, и на вид девице было лет семнадцать, не больше. Она скучающе мотала ногой в кожаном сандалии, обвившем её ногу до самого колена, и морщась смотрела в окно на сырые стены домов, на серое небо, где ветер рвал клубы чёрных туч, на деревья, с которых летели вычурные листья, устилавшие булыжные мостовые. Люди пробегали под косыми струями дождя, подняв воротники, пряча лицо от резкого, хлещущего мокрыми ладонями ветра, уносящего радость светлого дня из этого утра.

- Ты чего молчишь? - продолжала приставать девушка - нечего сказать, что ли? Сидишь, и тупо молчишь! А мне скучно! А ты меня тащишь в этот поганый завод, когда я могла бы сейчас лежать на кровати, размышлять о вечном, а ещё играть с Антаной в лис и зайцев! Кстати - я всё-таки играю лучше людей! Согласись - драконы умнее вас!

- Мне по пунктам? Или ответить на всю твою ерунду? - иронически скривил губы Андрей, тяжело вздохнув в очередной раз: с Шанти, когда пребывала в дурном настроении, общаться было не то чтобы затруднительно - просто невозможно. Она ныла, она вредничала, проказила, и Андрей уже десять раз пожалел, что взял её с собой. Он хотел её развеять, потому что драконица не выходила из дворца уже...и не помнилось сколько времени. Чуть не с самых её 'похорон'. Зарядили затяжные серые дожди, и она заявила, что драконы - нежные, разумные существа - в это время лежат по тёплым, и главное сухим пещерам и не шастают, как глупые люди - под дождём.

Всё последнее время и до особого распоряжения, Шанти пребывала в облике человеческой девушки, создав свой образ сама, чем очень гордилась. Она до мелочей слепила тело девицы, перешёптываясь с Антаной и надолго исчезая с ней в спальне, где имелось огромное, в рост человека зеркало - одна из драгоценностей короны.

Потом, в один прекрасный день, Шанти выпорхнула из спальни и предстала перед Андреем в том виде, который себе создала. Он долго откашливался, так, что на его глазах выступили слёзы. А потом потребовал, чтобы она прикрылась чем-нибудь - не дай боже кто-то увидит, и решит, что они тут втроём с императрицей занимаются свальным грехом.

Однако - для себя отметил, что девицу Шанти с Антаной слепили довольно соблазнительную. Впрочем, при этом - отражающую весь безшабашный нрав драконницы - рыжая, огненная, и немного мальчишеская. Её зелёные глаза смотрели насмешливо и дерзко, не боясь ничего на свете и будто не веря в то, что с ней может случиться что-то плохое.

А образ девушки был выбран для Шанти после их совета с Антаной - Шанти рассказала об увиденных ей в толпе народа драконах, судя по всему - старейшинах племени. И о том, что почувствовала их удивление, возмущение, ярость - драконица была эмпатом, и довольно могучим. Было решено - Шанти будет рядом с императрицей, как её охранница и подруга. А какой тогда императорской наперснице пристало принять облик? Уж конечно не чёрной кошки, в роли которой Шанти пересекла две страны, сидя у Андрея на плече. Странно было бы, если б императрица играла в настольные игры с чёрной кошкой. Вряд ли бы придворные это оценили.

Вот так и стала жить во дворце Шанти, девушка из глубинки, дальняя родственница Антаны, её фрейлина и подруга - по версии для придворных.

В свет Антана не выходила, штата фрейлин себе не набирала, сказавшись невозможностью вести обычный для императриц образ жизни из-за беременности, и связанным с этим недомоганием. Это было враньём. Антана и сама являлась оборотнем, так что её беременность протекала вполне даже приятно и не тяжело.

Оборотни были известны своим могучим здоровьем, и какой-то там будущий император не мог подкосить его ни на миллиметр. Впрочем - после родов, Антане всё равно придётся вести придворный образ жизни - балы, приёмы, политическая жизнь - но женщина оттягивала этот момент на подольше. Ну - не любила дочь купца эти церемонии. За что бывала порицаема своим тайным мужем - Андреем.

Они решили подождать оформления своих отношений до родов - вот родит, а потом уже Андрей разведётся со своей официальной женой Олрой, бывшей его любовью, и потом женится на вдовствующей императрице, став принцем-консортом, и регентом при будущем императоре Балрона.

Олра до сих пор его любила, но он её - нет. Оставались ещё какие-то дружеские чувства, да. Но страсти, той, что была раньше - нет. Ушла. И она сама виновата в этом, отбросив руку Андрея, отвернувшись от него тогда, когда он предложил ей всё, что мог дать - свою любовь, верность и саму жизнь.

Ничто не проходит бесследно. Вот и тут остался след их любви - Олра была беременна, и скоро должна родить. Раньше, чем Антана. Ведь их с Олрой любовь случилось на несколько месяцев раньше...

Олра уже не могла свободно передвигаться по улицам города, и оставив свои политические и коммерческие дела, сидела дома, ожидая схваток и справедливо полагая, что стоит ей отправиться к графине Суран, или баронессе Амбуг с визитом, как она тут же родит где-нибудь в углу кареты. Такая перспектива её не прельщала.

- Что, нельзя было подождать, когда дождь хоть ненадолго прекратится? - канючила Шанти, выпятив нижнюю губу, розовую и пухлую, как настоящую. Если не знать, что за ней скрывается непробиваемый металлизированный хитин, то... - Андрей встряхнул головой, отбрасывая всякие глупые картины, типа хватания за розовую губу с воплем - 'ты замолчишь нафиг!' - постучал пальцами правой руки по сиденью, и с надежой спросил:

- Может пообедать хочешь?

- Хочешь мне заткнуть пасть куском мяса? - усмехнулась Шанти - так ты же не дашь есть сырое! Чтобы по нему текла сукровица, такая сладкая, такая свежая! Вам, людям, обязательно надо обуглить эти куски, а потом вы будете чавкая и клацая тупыми зубами пытаться оторвать от них мелкие, как кот нагадил кусочки!

- А может в трактире кто-то подерётся, и ты выкинешь его в окно? - с надеждой продолжил Андрей, пытаясь как-то заинтересовать нудную драконицу

- Щас прям! Они при тебе драться не будут! Знаю уже! Все будут тихие и нудные! Они же при виде тебя все обделываются, тебя каждая собака знает! А тем более, что с нами целая армия дармоедов! Вон, сидят как вороны на своих тощих, мерзких одрах и мечтают о том, чтобы тебя пронесло - за то, что ты потащил их из тёплых казарм под проливной дождь!

- О боже мой! Ну чего бы тебе не быть тихой! - не выдержал Андрей - нудной ты уже являешься! А вот тихой тебя можно сделать только заткнув пасть тюком сена!

- Да, да, заткни мне пасть! - с надрывом сказала драконница завывающим голосом, и хитро усмехнувшись добавила - и чего, если заткнёшь? Я всё равно по мыслесвязи могу говорить! Голову-то мне не отрубишь! Впрочем - от тебя всего можно ожидать - добавила она, подозрительно покосившись на злющего Андрея - ладно, ладно, не зыркай, как...оборотень на охоте. Молчу, молчу. Так чего мы там смотреть должны, на заводе?

- Средства для затыкания пасти особо говорливым драконам - сварливо ответил Андрей, поглядывая в окно на нахохлившихся в сёдлах гвардейцах. От них и правда исходила такая волна тоски и недовольства, что он даже поёжился - его как мутной водой окатило чувствами солдат. Быть эмпатом иногда вредно для здоровья.

- Это чего, куски мяса нас ждут, что ли? - нарочито непонятливо кивнула головой Шанти - так-то я не против хорошего куска мяса.

- Поздно. Я передумал тебя кормить - прищурился Андрей - нет, это не мясо. Приедем - увидишь. Тем драконам, которые испытают на себе эту штуку, не поздоровится.

- Я себя чувствую предательницей рода - вздохнула драконница - помогаю злейшему врагу драконов!

- Не был я никогда злейшим врагом драконов, ты же знаешь. И люблю тебя, мою строптивую и злобную сестрёнку нежной любовью. Это оружие против плохих драконов, тех, которые хотят вечно манипулировать людьми, и которые, кстати, сами нарушили Договор, вмешиваясь в дела людей. А кроме того - они скоро, уверен, пожелают лишить меня твоего общества, а ещё - самой жизни. А я как-то привык к тебе, а ещё - желал бы пожить подольше и посмотреть - что там, за горизонтом.

Шанти помолчала, потом удручённо ответила:

- Прости. Я и вправду что-то не очень хорошо себя веду. И ничего не могу с собой поделать! У меня такое сильное раздражение на этот дождь, на грязь, на отсутствие солнечного света, на эти тучи...и на скуку. Пытаюсь себя сдерживать - и не могу. Я не хотела тебя обидеть. Я тоже тебя люблю, братец. Ты и вправду стал мне родным, как мама, например. И плевать на этих драконов - что поделаешь, если они такие идиоты! Будем учить их вести себя правильно. Мы обязательно победим, уверена. Мы не можем не победить!

- Надеюсь - согласно прикрыл глаза Андрей - ну, всё, пошли? Подъехали. Возьми вот зонтик. Платье намочишь, а ты его сегодня первый раз надела. Кстати - оно очень тебе к лицу - зелёный шёлк к зелёным глазам - очень красиво.

- Правда? - улыбнулась довольная Шанти - а я думала ты не заметил...

- Женщины, женщины - пробормотал мужчина про себя и толкнул дверь застывшего на месте экипажа. Лесенка уже была откинута, он сошёл на каменный двор завода и подал руку драконице, легко спорхнувшей со ступенек. Над ней с хлопком раскрылся зонтик, и крупные капли дождя отбили свой вечный танец, наполняя пространство ровным гулом.

- Иди сюда! - Шанти властно и заботливо потянула Андрея за рукав под кожаное сооружение, украшенное золотой росписью - промокнешь! Я понимаю, что ты мужчина, самец,и бла-бла-бла всё такое, но ведь неприятно, когда льётся за шиворот.

Андрей усмехнулся, и они вдвоём, скрываясь под большущим зонтом, пошли к двум мужчинам, что-то яростно обсуждающих под заводским навесом. Они настолько разгорячились, что даже не заметили подходящего к ним советника Императрицы со своей спутницей, наконец-то выбравшихся из кареты. Уже когда Андрей был в двух шагах от спорщиков, они внезапно замерли, обернулись и нестройно приветствовали вельможу, синхронно поклонившись ему чуть не в пояс.

- Ладно, ладно! Без церемоний! - досадливо махнул рукой Андрей - о чём спор? Чего вы тут чуть не глаза друг другу выцарапываете?

- Спор у нас тут вышел! - начал Энар - вчера отдал заказ в третий цех, но вот он, Акур, отказался делать! Говорит - я дождусь господина Андрея, ему расскажу, как лучше, и мы будем делать по-другому!

- А что у нас третий цех делает? - задумчиво поинтересовался Андрей, глядя на бледного, но решительного парня лет двадцати.

- Самое главное! Пушки! Вернее - не делает. Отказался делать, пока с вами не поговорит! И мне не стал ничего рассказывать - чего он там придумал!

Андрей нахмурился - пушки были нужны в первую очередь. Будет нападение драконов - хана заводу. Одна надежда, что эти древние существа раскачиваются так же неспешно, как и живут - пока надумают, пока определятся - как наказать супостатов - пока спланируют само нападение - а к тому времени они уже подготовятся.

- Вот я и хотел ему морду набить! А он всё равно настаивает, говорит - хоть убей, а я буду ждать господина Андрея! И рассказывать кроме него никому ничего не буду, потому что это тайна великая, и если кто прознает... Мне отказывается, вот сволочь какая! Ууууу! Если бы ты не был моим братом - убил бы тебя, гадина!

- А не молод он для начальника цеха? - небрежно поинтересовался Андрей, вглядываясь в серые глаза парня, вызывающе поднявшего свой курносый нос.

- Хмм...нет - смущённо пояснил Энар, сам бывший ненамного старше Акура - вообще-то голова у него работает на зависть. Отец всегда говорил, что этот демонов племянник превзойдёт его самого. Инженер от бога. И работу он налаживает на загляденье. Я ему что доказываю - что надо сделать так, как сказал господин Андрей, а уж когда время останется, тогда уже делать то, что он придумал! А он ни в какую!

- Да чего же он придумал?! - не выдержал Андрей - так, пошли в контору, будете рассказывать! У меня нет времени на загадки. И вообще нет времени на пустые разговоры! Если идея не понравится, будете делать так, как я сказал. Понял, Акур?

- Само собой. Но я уверен - вам понравится - солидно кивнул тот и слегка переваливаясь, пошёл вперёд. Потом оглянулся на рабочих, стоящих неподалёку, и неожиданно зычно для его субтильной фигуры, крикнул:

- А чего тут толчёмся?! Ну-ка, по местам! Точить! Сверлить! Работать! Чего тут торчите? Оштрафую!

Рабочие рассосались быстро, как будто их никогда тут и не бывало, Андрей же усмехнулся - экономический рычаг иногда действеннее любых других репрессий. Жрать захочешь - будешь делать то, что скажут.

Они прошли в цех, пахнущий железом, огнём, телами разгорячённых рабочих, встретивший их гулом от ударов парового молота и визгом пилы по металлу, поднялись на второй этаж, и повернув ключ, толкнули одну из дверей, открывавшуюся в длинный кабинет, посредине которого стояли длинные столы, заваленные чертежами.

Акур подождал, когда все войдут, выглянул в коридор и плотно прикрыв дверь, снова запер её на ключ, под слегка насмешливыми взглядами двоюродного брата и Советника, стоявшего рядом с незнакомой красивой девушкой, почему-то смотрящей на него как удав на лягушку. Несмотря на свой небольшой рост, она выглядела так, как будто все вокруг должны пасть ниц и лобызать ей туфлю, выглядывающую из-под зелёного, переливающегося в свете нескольких фонарей платья. Но тут же он забыл о прекрасной незнакомке - всё вытеснила неуёмная жажда, та, что сжигала его всю его жизнь - создавать, изобретать, придумывать!

Акур с гордостью развернул чертежи:

- Вот! Смотрите! Я продумал всё! Как увидел ваши пистолеты, и подумал - а почему пушки должны быть такими неуклюжими? Почему они должны заряжаться только с дула? И стрелять дурацкими шарами? Смотрите, как здорово!

Андрей просматривал чертежи, и глаза его полезли на лоб:

- Ты САМ это придумал? О боже мой...а ты вообще-то воплотить это дело в жизнь сможешь? Снаряды, например?

- Чего? Что такое снаряды?

- Вот эти штуки называются снаряды - Андрей показал искомый предмет на чертеже - а вот это - затвор. Это - гильза. Там порох. Как ты вообще пришёл к идее заряжания с казённой части?

- Каз...чего? Какой части?

- Вот это называется казённик. Ты сам придумал этот затвор? Эти пушки?

- Сам! - просиял парень - я посмотрел пистолеты, которые мы делаем по вашим чертежам, и придумал! Только я думал это тоже будет называться 'патрон', а это - 'пуля'. Теперь буду знать. И откуда вы столько знаете?!

Парень восхищённо посмотрел на своего собеседника и тут же забыл о вопросе:

- Я уже сделал несколько образцов сна...снарядов! Я в цеху, где делают патроны сказл, что мне надо, брат распорядился - и мне сделали. Получилось! Гли..глизы из меди, капсуль тоже. Снаряд железный. Только я не придумал, как сделать так, чтобы снаряд не болтался в стволе. Пуля-то свинцовая, а он железный - как сделать, чтобы его раскрутило? И чтобы он нарезы не сильно снашивал? Но ничего, придумаю - парень многообещающе кивнул и ткнул пальцем - скорострельность будет выше! Смотрите - сюда затыкаем снаряд, потом закручиваем затвор, бьём молотком по бойку, тот по капсулю, и бах! Снаряд полетел! Представляете, на какое расстояние он полетит? И что он натворит у врага? Он сразу убьёт несколько человек, пролетая через строй! А ворота? По воротам бить! Издалека! Раскрученный нарезкой снаряд будет лететь гораздо дальше, и бить точнее!

- А как ты решил вопрос отдачи? - с интересом спросил Андрей. Ему было забавно поговорить с гением, изобретателем артиллерии этого мира. Он ещё не понимал, что сделал, его пушки были примитивны и смешны, но...он предвосхитил открытие. Он опередил время. Парень и взаправду был гениален.

- Какой отдачи? А! Отдачи! Ну, пушки поставим на турели, будут жёстко закреплены. Никакой отдачи и не будет. А если поставить на колёса - откатится назад, потом закатим её на место - и снова стреляй. Нормально. Вон, баллисты, гораздо дольше заряжают. А летят камни и стрелы ближе. И пробивная способность меньше. Вот так. Ну как, не зря я задержал изготовление пушек?

Андрей вздохнул, и с сомнением посмотрел на сияющего парня - сможет ли? Механизмы настоящей артиллерийской пушки настолько сложны для этого времени...сколько они смогут сделать их? Что лучше - иметь сто отлитых пушек, стреляющих ядрами, или же пять - стреляющих снарядами? Он взвешивал всё так, и эдак, прикидывал, потом спросил:

- Ты хорошо подумал? Ты представляешь, сколько надо для этого нитропороха? Дымный порох ведь сделать легче. Но дымный тут не пойдёт. А производство снарядов? А стволы - ты представляешь, какая там нагрузка? Ты сумеешь найти сталь нужной прочности? И сделать стволы? Нужны мощные прессы, нужны специальные механизмы для изготовления частей пушек. Ты сумеешь выдать к окончанию сезона дождей хотя бы десяток таких пушек?

- Сумею! - безоговорочно отрезал парень - денег давайте! Людей! Механиков, кузнецов! Металла, химикатов - я сделаю. Клянусь! Не сделаю - отрубите мне башку!

- Отрублю, отрублю - задумчиво протянул Андрей, рассматривая чертежи - и какой диаметр ствола ты думаешь сделать? Калибр то есть.

- Ну...миллиметров семьдесят - слегка растерянно пояснил парень - чем больше диаметр ствола, тем сложнее его отковать. Так что на сегодняшний день это максимальный калибр. Семьдесят миллиметров. Я и снаряды под него приготовил - так то ничего получились. Только надо ещё пушки сделать, но без вашего позволения не могу. Ну, так что, господин Андрей? Будем делать такие пушки?

- Нет. Не будем - сказал Андрей, весело глядя в лицо изобретателя. Тот на глазах потух, как будто сморщился, а его брат шумно выдохнул и с торжеством сказал:

- Вот видишь! Видишь! Я тебе что говорил?! Болван! Выпороть бы тебя! На целые сутки задержал начало выполнения заказа! Ну что с ним делать, господин советник? Дать бы ему в глаз, скотиняке!

- Никому в глаз мы давать не будем. Пушки будем делать, но не такие. Акур, быстро карандаш, бумагу! Ну, скорее! Сейчас скажешь - сумеешь ли сделать такое, или нет. Хватит ли у тебя разумения, или ты пока не дорос до такого!

Акур встрепенулся, и хмыкнув, встал со стула, с недоверием глядя на Андрея. Потом пошёл в угол и с минуту шарился, набирая свинцовые и грифельные карандаши, бумагу, линейки. Пришёл, положил груз перед Андреем и ожиданием уставился в его лицо:

- Показывайте. Я не верю, что могу что-то не понять или не сделать. Я гениальный механик. Им всем до меня - как до Славии пешком! Они болваны - парень задрал курносый нос вверх и шмыгнув, утёр его рукавом куртки.

- От сволочь! От наглец! - весело и восхищённо протянул Энар - батя всегда говорил, что это самая гениальная и наглая скотина во всём мире! Он его людям-то боялся показывать - говорит - узнают - сопрут! Но наглееец...

Андрей улыбнулся, и развернув лист бумаги, начал уверенными ударами руки художника рисовать то, что он хотело показать:

- Начнём со снаряда. Какого рожна он должен быть простой болванкой? Смотри сюда - здесь находится взрывчатка. Сделать её легко - я тебе скажу - как. Дам состав. Тут, впереди, вворачивается взрыватель - что-то вроде большого капсюля. При ударе снаряда в цель - взрывается капсюль, подрывает взрывчатку. Стальной снаряд разлетается...и все мертвы. Далее. Чтобы он закручивался в стволе - сюда надо приделать медные пояски, а снаряд должен быть вот такой...такой формы. Видишь, тут вдавлено? Ага. Одну проблему устранили. Дальше - никакая не глиза, как ты её гадко обозвал - гильза! ГИЛЬЗА! С ней всё понятно, ты её нормально придумал. Теперь к стволу: диаметр семьдесят миллиметров пойдёт. Хотя лучше бы семьдесят шесть.

- Почему семьдесят шесть? - автоматически спросил инженер, с лихорадочно-блестящими глазами наблюдавший за тем, как из-под карандаша Андрея выходят очертания орудия убийства.

- Ну...так лучше - уклончиво сказал советник - итак - семьдесят шесть миллиметров, разрывные снаряды. Нарезку в стволах вы уже умеете делать. А вот отковать такие стволы будет непросто. Сталь нужно очень хорошая, иначе разорвёт.

- Найдём! - уверенно кивнул Акур - дальше, дальше давайте!

- Теперь записывай: длина патронника 179,3 мм. В стволе 24 нареза, идущих слева вверх направо. Глубина нарезки 0,762 мм, ширина нарезов 7 мм, ширина поля 3 мм, крутизна нарезов постоянная, угол крутизны 11R49′44″, длина хода нарезов 15 калибров. Длина ствола будет...пять метров. Это увеличит дальность выстрела. Дальше: часть нужно поставить вот на такие штуки - лафеты называются. На колёсах. Цеплять будем к лошадям. Часть - на турели. Это крепостные пушки.

- Здорово! Ещё, ещё - жадно выкрикнул Акур - вы - гений! Вы превзошли меня! Я болван в сравнении с вами!

- Тихо, тихо, слушай - криво усмехнулся Андрей, и подумал, если кто и гений, так это тот, кто придумал эти штуки. И тот, кто выложил в интернет.

- Итак, дальше - наводятся они вот так - видишь, крутишь колёса, и пушка вверх. Вниз, в стороны. Бить придётся прямой наводкой, по стволу. Прицел придумаем потом. Итак - по отдаче - смотри сюда - это называется накатник, а это - откатник. Тут - жидкость и поршень с прорезями. Тут - мощные пружины, которые возвращают ствол назад. И ещё - на стволе, впереди, дульный тормоз. Вот тут каналы, в которые заходят газы после того, как снаряд вылетел из ствола. И тормозят откат. Для того, чтобы механизмы дольше служили. И теперь, самое сложное, как мне кажется. Гляди сюда - это затвор.

Андрей долго вырисовывал детали, а Акур впился в то, что он делает, вытаращив глаза, потом сел, открыв рот, и спросил:

- Вы - бог?! Как вы это могли придумать?! А я-то, болван, завернуть, заглушку, молотком...мне хочется врезать себе молотком этим по дебильной моей башке!

- Хватит самобичевания. Гляди сюда - это клин. Вот тут стопор...ага. Отводишь ручку, вставляешь снаряд, досылаешь в патронник - щёлк! Есть. Он в стволе. Тут спусковой крючок - нажал, бах! Снаряд полетел, а гильза - сама вылетела наружу, патронник открыт, досылай снаряд - бах! И полетела смерть. Сумеешь такое сделать?

- О боже, боже мой - как красиво придумано! - Акур впился в чертежи глазами и деловито спросил - подгонять будем, насколько я понял, под те параметры, что вы мне дали. Ох, сложная задача, ох и сложная! Но интересно, да! Клин тут, ага, тут защёлка...здорово! Гений, вы - гений!

- А то ж! - хохотнул Энар - а ты думал? Господин Андрей великий человек! А ты - я гений! Я гений! Дурак ты, а не гений!

- Сам ты дурак! - ощетинился брат - сейчас никто не видит, кроме своих - как дам тебе по башке!

- Тихо, тихо, ребята - остановил разгоравшуюся ссору советник - Акур, если ты сумеешь это сделать - ты и вправду гений. Ты сумеешь? Уверен?

- Я уже сказал! - надменно выпятив губу парень встал из-за стола и принялся расхаживать по комнате, заложив руки за спину. Это ужасно напоминало Ленина из кинофильмов, и Андрею захотелось хихикнуть, но он сдержал себя и только слегка улыбнулся.

- Я сказал - мне нужны деньги, люди, материалы! То, что у нас сейчас есть - недостаточно для постройки этих орудий. Денег понадобится много. Господин Андрей - ищите средства. Казне придётся раскошелиться, сразу скажу. Собирайте механиков и мастеров по металлу со всей страны. Всех инженеров. Если дадите то, что мне нужно - к концу сезона дождей я выдам вам само меньшее десять орудий с полными запасами снарядов - по тысяче на каждое. Уверен.

- Хорошо. Посчитайте, что вам нужно - завтра, к этому времени, пришлите во дворец гонца с расчётами. Я займусь организацией дела. Нам позарез нужны эти пушки. Впрочем - как и пистолеты. Энар - что там с пистолетами и ружьями?

- Делаем. Всё, как планировали. Пока идём в графике. На этой неделе выдадим сотню нарезных ружей с боеприпасами - по пятьсот выстрелов на каждое.

- Патрон больше давайте. Больше. Солдат надо тренировать. Акур, тут ещё кое-что, погляди-ка - как пушки, но только без стволов. Смотри - вот железные направляющие, по ним летят снаряды. Видел, шутихи запускают на праздники? Они взлетают и бабахают? Так вот - эта штука называется ракета. Она тоже летит, и бабахает. Так бабахает, что мало не покажется. Расстояние полёта у неё ниже, точность ниже, но когда враг идёт массой, плотной стеной - представляешь, если ракета попадёт в гущу войска и взорвётся?

- Ух ты...займусь! Будут ракеты! Кстати - их можно поставить на крепостные турели! И пусть попробуют подойти! И на лафеты можно. И стволы ковать не надо...интересно, очень интересно. Будут ракеты!

- Хочешь, я тебе набросаю ещё несколько штучек? - улыбнулся Андрей - подумай над ними. Но это уже дело далёкого будущего. Я запрещаю заниматься ими, пока не будет полностью выполнен этот заказ. Пушек и ракет надо много. И пистолетов. И ружей. У меня должна быть самая боеспособная армия в мире!

Андрей даже не заметил, как оговорился - 'у меня'. Ведь на самом деле он должен был сказать: 'у Балрона'. Он уже давно не отделял себя от государства... Его занимал один вопрос - где взять деньги? Казна империи, опустошённая распутством и мотовством покойного императора, оставляла желать лучшего. А точнее - была пустее, чем кружка для подаяний церкви, стоящей в жадной деревне. Богатый юг налогов не давал, сливая их бунтовщику Гортасу, а Север никогда не отличался богатством. Да и с Запада и Востока сборы были не ахти какие. Страна застыла в ожидании гражданской войны и выжать налоги из подданных империи было очень трудно. Все думали так: 'В пламени гражданской войны , возможно, сгорят мои долги, налоги. На кой демон сейчас платить императору, когда можно слегка выждать, и заплатить потом, тому, кто выиграет войну? Всё равно он потом потребует денег, так какого же сейчас суетиться?'

Так что, как оказалось - Антана, великая императрица Балрона, она же будущая официальная жена Андрея, оказалась перед разбитым корытом - трон есть, а денег нет. А нужно содержать армию, переоснащать её, набирать рекрутов - на какие деньги? Только содержание дворца, его штата обходилось в круглую сумму. А охрана, а гвардия? Зиртон уже докладывал, что в гвардии зреет недовольство - жалованье задерживают, заставляют заниматься муштрой, вместо того, чтобы как нормальные офицеры при прежнем императоре - слегка погулять на выданные им золотые. Сейчас они тратили те деньги, что Андрей забрал у исчадий, а ещё - те драгоценности и деньги, что Шанти отняла у разбойников. Но деньги таяли так быстро, что скоро Андрей и Антана останутся ни с чем. Одно дело расходы простой семьи, и другое - расходы на поддержание государственного строя.

Андрей задумался, слегка поколебался - надо ли? - потом всё-таки стал набрасывать Акуру чертежи. Он рисовал быстро, размашисто, но линии получались чёткими, точными, как у настоящего художника.

У Акура опять вытаращились глаза, и он почти ничего не спрашивал, только лишь жадно вглядывался в наброски и восторженно мычал. Рисование заняло около часа, во время которого Шанти изнывала от скуки и каждые пять минут толкала Андрей ногой в щиколотку, спрятанную за ножкой стола. Он злился, но не уступал, продолжая рисовать, чертить и писать. Наконец, и это было завершено.

Попрощавшись с братьями, смотревшими на Андрея как на божество, Андрей с недовольной Шанти погрузился в карету, окружённую гвардейцами, и отправился восвояси, приказав кучеру остановиться у самой хорошей харчевни в городе. Там, где чаще всего дерутся и где можно получить в ухо ни за что.

Кучер вытаращился на хозяина, как на морского змея, особенно когда тот приказал остановиться квартала за два до этого заведения и ехать потом во дворец без них, но как хороший, вышколенный слуга - ничего не сказал, низко склонившись в поклоне.

С его шляпы стекали потоки воды, плащ был мокрым, как если бы он нырял в пруд, потому, по большому счёту, ему было глубоко плевать на капризы и пожелания хозяев. Сказали их высадить - значит высадить! Всё!

Посоветовавшись с командиром охраны, он взгромоздился на карету, хлопнул кнут, лошади дёрнулись, и огромные, чуть не выше самой кареты колёса снова загромыхали по каменной мостовой.

Искомая таверна обнаружилась в портовом районе. Командир охраны постучал по дверце остановившейся кареты, и негромко сказал выглянувшему из неё Андрею:

- Господин советник! Вон там, в двух кварталах отсюда, таверна 'Штопаный парус'. Самое злачное из всех злачных мест. По молодости, курсантами, мы туда заходили - ни разу не обходилось без того, чтобы мы с кем-нибудь не подрались. Вы уверены, что вам туда надо? Нет-нет, я знаю, что вы великий мастер меча и очень сильный, смелый человек. Но надо ли водить туда невинную девушку? Вы можете не уследить, и кто-нибудь её обидит. И что тогда? Ну да, мы разнесём этот вертеп по брёвнышкам, но будет поздно. И, кроме того - могут вспыхнуть беспорядки. После того, как усмирили последние волнения, народ возбуждён, так и ищет повода - к чему бы придраться. Понравилось им, видите ли, грабить и бесчинствовать. Подумайте, надо ли вам это?

Андрей внимательно посмотрел в глаза сержанта гвардии, и прощупал его эмпатическим чувством. Тот искренне заботился о самочувствии охраняемого объекта и советник слегка устыдился за то, что создаёт людям лишние проблемы. Он полез в карман, нащупал пару золотых и подал охраннику:

- Найдите тут приличную харчевню и выпейте пива. Все, и кучера не забудьте - промок совсем. А о нас не беспокойтесь - мы прогуляемся и вернёмся. Только скажите, где вы будете сидеть, чтобы мы вас нашли. Я решил не отправлять вас во дворец без меня - боюсь, императрица обеспокоится. Зачем нам её волновать, не правда ли?

- Да, конечно - с готовностью кивнул охранник, повеселевший и предвкушавший выпивку за чужой счёт - мы пойдём вон туда, в 'Жёлтый кнут'. Недорогая харчевня, вполне приличная. Может - вы тоже там посидите? Нет? Ну, смотрите, вам виднее - закончил сержант, тут же забыв о своих господах, отправляясь сообщить остальным гвардейцам радостное известие. Приятно, в самом деле - и на службе, и законно можно пропустить парочку кружек пива. А может горячего вина со специями - это уже кто как любит.

Андрей накинул на Шанти непромокаемый дождевик, висевший в углу кареты, надел и сам - мужской вариант этого дождевика - накинул капюшон, и выпрыгнул из кареты, подав руку Шанти. Она грациозно вынырнула наружу, вся светясь довольством и красотой, и тут же тихо выругалась грязнейшим из ругательств, наступив сандалией прямо в лужу, где плавала дохлая крыса.

- Ааа! .......... - Шанти совершенно на автомате выдала такую тираду, что сержант гвардейцев отвернулся с невольной усмешкой - он, и то узнал новый оборот, и постарался его запомнить, чтобы употребить в казарменной бытовой речи.

- Ты чего это?! - рассердился Андрей - девушке не пристало выражаться такими словами! Выбирай выражения.

- А пристало тут разбрасывать всякую гадость? - нервно парировала Шанти - ффффуууу! Это надо же какую пакость Бог сотворил! Крыса!

- Мало ли какую ещё пакость он сотворил - туманно заметил советник - но язычок придерживай.

- Господин советник - туда, куда вы идёте, такой язык гораздо более употребителен, чем ваша правильная и вежливая речь. С тем народом так и надо, иначе на шею сядут. Может всё-таки с нами посидите, в этой таверне? Там есть отдельные кабинеты, закрывающиеся на ключ, вам будет удобнее. И госпоже.

Андрей слегка нахмурился, потом усмехнулся - чего это они себе вообразили? Что Шанти его любовница, и он скрывается с ней от своей жены в заштатной гостинице? А что ещё должны подумать солдаты, видя, что их господин шастает по злачным местам низшего пошиба? Значит - не хочет, чтобы его видели аристократы, знатные господа. И капюшон на голову надвинул для того же - чтобы не узнали.

Советник поглубже упрятался под капюшон и мысленно обратился к Шанти:

- Как акул жрать, так ничего? А тут крыску напугалась?

- Акулы чистые! В воде плавают! Крысы - они гадкие! И мыши тоже! Я их ненавижу! - парировала Шанти, тоже по мыслесвязи - отвратительнее существ нет!

- Ничего себе! Отважная драконица, гроза оборотней, боится мышей и крыс? - ехидно добавил Андрей - да может ли такое быть?

- И чего такого? Они ПРОТИВНЫЕ! Да, да, боюсь! Подавись! Боюсь! И что? Лучше я пять оборотней встречу, чем эту мелкую, серую гадость! Бррррр! Не говори мне больше про них! У меня просто чешуя дыбом встаёт!

- Ладно, не буду. Пошли. Только - тут полно крыс. Не боишься, что они кааак выпрыгнут?! Кааак набросятся?! И хвост оторвут у несчастного дракона, чешую которого не могут пробить даже стрелы?

- Я на провокационные вопросы не отвечаю! Наглые, грязные людишки развели крыс и мышей! Сами как крысы! И мыши!

Под разъярённое бормотание драконицы, парочка быстро дошла до искомого заведения, на котором имелась грязная вывеска, битая всеми морскими ветрами, и на ней слегка просматривался корабль, под всеми своими штопанымипарусами стремящийся к светлому будущему - вероятно, такому же вертепу, как этот.

Здание, чем-то напоминающее большой серый корабль, стояло на перекрёстке двух улиц, и не отличалось ничем приметным, кроме небольшого навеса, под которым уже сейчас уютно устроились трое пьяниц, обнявшихся и почмокивающих во сне, как младенцы. Их карманы были вывернуты, а шнурки, на которых раньше висели кошели, отрезаны, что свидетельствовало о стремлении заведения сохранять здоровье своих посетителей любыми доступными методами. Ведь если они не смогут потратиться на выпивку - значит и не нанесут ущерба своему здоровью! Можно было бы предположить, что обобрали алкашей случайные прохожие, но - только несведущий человек мог это предполагать. Все, кто попал за стены 'Штопаного паруса', должны оставить деньги в этом заведении, или нечего было сюда вообще приходить! Так считал Данеро, бывший пират, а теперь хозяин заведения, который отличался не только патологической жадностью, но ещё и светлым умом.

Когда-то его озарило, и он понял - пиратский промысел совсем не такое выгодное и почтенное дело, как считали большинство из глупых романтичных щенков, зачитываясь дурными книжками, а тяжкий, грязный и самое главное - вредный для здоровья труд, приводящий примерно через пару лет или на дно, с камнем на ногах, или на виселицу, под одобрительный шум матросов и рокот барабанов береговой охраны. Гораздо выгоднее грабить посетителей на берегу, заряжая им запредельные цены и обирая пьяных. Почтенно, и полезно для здоровья. И не менее романтично, кстати! Ведь главная романтика не в преодолении штормовых волн, а в обладании тугим кошельком. Вот где настоящая-то романтика! А как романтично перебирать в руках драгоценности, заложенные пьяницами и не выкупленные обратно - ведь достались они за гроши. А ещё - вещички с пропавших кораблей, и со случайных прохожих, забредших в этот район - не в то место и не в то время, когда было надо. Немного испачканные кровью, но вполне крепкие и самое главное - очень, очень дешёвые. Их хорошенько отстирать, заштопать прорезы на спине, и можно выставить в магазин для малоимущих, что в рыночном квартале. Мало кто знал о том, что лавка под названием 'Товары за низкую цену', что возле рыночной площади, принадлежала владельцу 'Штопаного паруса'. Он держал её через двоюродного племянника, который строго хранил эту тайну - под страхом смерти. Родственник или не родственник, а за некоторые вещи Данеро отрезал бы язык кому угодно! Таких лавок у него было три - одна на одежду, другая на ювелирные изделия, третья - на всё остальное, что попадётся в руки - от посуды, до оружия. Что-то вроде лавки старьёвщика, только повыше уровнем.

Парочка, что перешагнула порог заведения, не привлекла особого внимания - ну пара, как пара, ничего интересного. Девица, с наглыми зелёными глазами, задранным носом и пухлыми губами шлюхи, мужчина, прячущий лицо за капюшоном дождевика - мало ли сюда ходит искателей приключений? Тут бывают и аристократы, чтобы, так сказать, опуститься на самое дно, и затем полгода рассказывать своим менее смелым друзьям, что он, герой и отчаюга, посетил знаменитый притон! И ушёл оттуда живой и невредимый, прибив по дороге парочку хамов, посмевших сказать ему слово поперёк.

То, что он тихо, пугаясь каждого шороха, вместе со своими десятью такими же лопухами просидел тут всего пару часов и был обманут в расчётах минимум на золотой, а то и на два - об этом уточнять не стоит. Совсем не стоит.

И то, что если бы кое-кто захотел, не нашли бы даже его трупа - ему знать не нужно. Данеро выгодны такие посещения, тем более, что у него был целый штат проституток, обслуживающих его клиентов, среди которых были и очень важные персоны. После того, как сгорел корабль, которым владели конкуренты - корабль-бордель для особых лиц - главным заведением, поставлявшим 'товар' для вип-клиентов, стал 'Штопаный парус'.

Нет, сам Данеро не получал удовольствия от того, что его партнёрша извивалась и кричала от боли, вытаращивая глаза и пытаясь умолить своего мучителя не делать ей плохо. Он не такой извращенец. Но если есть люди, которые платят за это большие деньги, почему бы и не дать им то, что они хотят? Тем более, что через них можно прокручивать кое-какие делишки и посерьёзнее...не все драгоценности, что он приобретал у пиратов, имели бросовую художественную и ювелирную ценность. Были и такие вещи, что стоили очень приличных денег, даже по меркам аристократов. И кому их сбывать? Рыночным торговкам? Башмачнику Пежару с его толстозадой дочкой? Нет, такие ценные вещи находят хозяев среди родовитых людей. Кстати - не гнушающихся иметь свои комиссионные с краденой вещички. Титул вещь хорошая, но частенько проку от него не больше, чем от шляпы с перьями экзотической птицы для домашней кошки. Впрочем - даже меньше - в шляпе кошка может хотя бы уснуть, а титул для неё пустой звук. Как и для тех титулованных людей, не имеющих за душой ни гроша.

Как так получилось? Да мало ли причин...немилость императора, лишившего всех поместий, дурные наклонности - пьянка, азартные игры, жадные красотки - всё это приводит к разорению, и к поиску непыльных источников дохода. В общем, Данеро тут бывал как раз на своём месте, место страшного, кровавого паука, держащего в своих руках многие нити на тёмной стороне жизни.


## Глава 2.


Зал был полон процентов на семьдесят. Время обеденное, но в такие заведения люди ходят совсем даже не просто так пообедать, притом, завсегдатаи трактира появлялись обычно поздним вечером. Хотя - и сейчас около десятка бандитов сидели в дальнем углу и пили горячее вино.

Данеро знал, что они скоро незаметно исчезнут, отправившись на вечернюю 'охоту'. Лавки закрываются ближе к вечеру, и есть шанс выследить купца, идущего домой с приличной суммой денег. Потому торговцы частенько старались совместить свой дом и лавку - живёшь наверху, торгуешь на первом этаже. Но что поделаешь, если дом стоит не в проходном месте? И если до него надо ехать минимум час? Потому и случались в городе время от времени исчезновения людей или кровавые ограбления.

Несколько проституток зорко поглядывали за входной дверью, чтобы броситься навстречу посетителю и перехватить его, прежде чем им займётся 'коллега' по ремеслу. Доходило до жесточайших драк, однажды такая драка даже закончилась убийством. Данеро сквозь пальцы смотрел на это безобразие, если только оно не лишало его выгоды - никаких убийств, никаких членовредительств - девку, лишившую жизни свою товарку, он приказал задушить на глазах всего 'коллектива', в назидание остальным шлюхам - драться деритесь, но уничтожать станок, штампующий деньги - не моги! И ломать его нельзя - изуродованная девка не принесёт дохода.

Так-то даже интересно, когда девки дерутся за клиента - народ ради таких зрелищ бросает игру в кости и свои разговоры о том, кто кого сегодня выгодно прирезал в переулке. Но - всё должно быть в меру.

Данеро даже время от времени, каждую седмицу, устраивал борьбу шлюх - совершенно голые девки боролись на ковре посреди трактира, пытаясь положить одна другую на лопатки, а победительница потом собирала то, что ей накидали щедрые, или не очень посетители.

Немногие знали, что из этих денег девкам достанется хорошо если треть - остальное забирал Данеро.

Честно сказать, он уже давно не испытывал необходимости в деньгах. Денег у него было столько, что он мог бы купить несколько таких трактиров со всем персоналом впридачу. В тайном укрытии у него лежало больше двух миллионов золотых. А кроме того - он тайно скупал недвижимость - дома, землю. Но - как жадный паук, он не мог удержаться, чтобы не высосать сок ещё из одной жертвы, не мог остановиться, отказаться от денег, так и плывущих в его руки. Но при всём, при том, он был скромен, питался простой здоровой пищей, не курил наркотиков, не выпивал вина более бокала за день, и то разведённого. Любил женщин, да - а кто их не любит? Но и это не было его страстью - любая из проституток, умелых, тренированных, и частенько довольно красивых, обслужила бы его так, как он хочет. И обслуживали. По первому требованию, или скорее - кивку головы. Они боялись его до потери пульса и говорили о нём только тихим голосом, десять раз удостоверившись, что никто их не подслушивает. За 'язык' Данеро карал нещадно.

Внешне это был очень приятный человек лет пятидесяти, пятидесяти пяти - седоватый, с чистыми волосами, затянутыми сзади в воинский хвост. Одевался неброско, говорил тихо, вежливо, никогда не матерился и не богохульничал. Но при всём, при том это был один из самых страшных людей в империи, если не во всём мире.

Как он умудрялся при такой деятельности оставаться в живых? Имея при этом кругленький капитал? Легко. Это был главарь всего преступного сообщества столицы Балрона. Но самое интересное, что об этом не знал никто, кроме доверенных лиц - нескольких приближённых, осуществляющих от его имени управлением боевыми группами бандитов.

Все бандиты платили дань - двадцать пять процентов с награбленного, наворованного, отнятого и украденного. Чёткая бухгалтерия и многочисленные информаторы не позволяли преступному миру обманывать с 'оброком', а те, кто противился воле Данеро, исчезали, как вода из лужи под летним жарким солнцем. Акул в море много...им тоже надо есть.

Существовало несколько 'уровней' знания о Данеро.

Первый - для большинства - трактирщик, в трактире которого можно хорошенько выпить, и куда редко захаживают патрули городской стражи, то есть - здесь безопасно. А ещё - можно найти доступную женщину.

Второй уровень - для завсегдатаев - трактирщик, скупающий награбленное, тёмный махинатор, но - барыга, человек не их круга. Презираемая личность. Кто уважает барыг? Никто, кроме них самих. И кто уважает сутенёров? Вообще никто. Ни клиенты, ни проститутки. Почему до сих пор башку ему не разбили? Да кто знает - говорят, кто-то за ним стоит, кому-то он платит за защиту.

И третий уровень - это настоящая жизнь Данеро - главарь преступного мира столицы. Об этом уровне знали единицы. Три человека приближённых, главари самых крупных банд города, да ещё пара-тройка доверенных лиц.

Данеро не был женат. Зачем? Женщины есть всегда, а детей он не любил - от них одни хлопоты. Власть и деньги, деньги и власть - вот что главное в мире. Ему доставляло удовольствие смотреть на посетителей трактира из-за своей стойки и думать о том, что он мог бы любого из них стереть в порошок. Сломать жизнь, уничтожить, убить морально и физически. И не делает это только потому, что он МОЖЕТ это сделать. А раз можешь - зачем делать на самом деле? Разве предвкушение не слаще самого удовольствия? Вот ты добился, получил то, что хотел, а потом? Разочарование. Как с женщиной, которую ты добивался, взял её, как хотел, а потом, застёгивая штаны, разочарованно подумал: 'И зачем это было? Что у неё по другому, не такое, как у предыдущих женщин?' И остаётся лишь чувство досады...до следующего предвкушения, до следующей победы.

Данеро был в некотором роде эстет, и если бы он знал, что говорили по этому поводу мудрецы из параллельного мира, очень бы удивился - насколько их мысли совпадают. 'Главное не цель, главное - путь к цели'. И сказал бы, что они совершенно правы.

Парочка прошла в освещённый из окна угол - тут было меньше всего народа. Посетители трактира, как ночные животные, не очень любили освещённые места и старались забиться в угол, где темно. Пусть даже солнце и было скрыто за облаками, но инстинкт говорил - спрячься, не показывай себя!

Похоже, что этой паре инстинкт изменил. Или его не было вообще - мало того, что они уселись на самое освещённое место, так девица ещё скинула свой дождевик и осталась в одном зелёном шёлковом платье, тесно облегающем её упругие бёдра и грудь, норовившую выскочить из лифа.

Данеро невольно вздохнул - девица была хороша! Она просто светилась молодостью, чистотой, каким-то добрым весельем, и после взгляда на неё, трактир казался ещё более грязным, тёмным и подозрительным местом, чем даже на первый взгляд.

Трактирщик задумался - девка-то высшего сорта. Может, заняться ей? Граф Турасов любит таких - невинных, свежих. Обламывать их любит. Пытать. Можно взять с него большие деньги. Очень большие. Сомнения вызывает только этот мужчина в надвинутом капюшоне - кто он такой? Впрочем - важные персоны сюда не ходят. А с остальными справиться легко. Сравнительно легко. Все люди смертны...всё-таки, вначале нужно посмотреть, присмотреться к посетителям.

***

- Как я поняла, ты привёл меня сюда развлекаться - промурлыкала Шанти, оглядываясь по сторонам и примечая, где кто находится. Она вздохнула, и с удовлетворением отметила, что несколько мужчин неподалёку дёрнулись, сопровождая её соблазнительные полушария жадным взглядом.

- В общем-то да...только уже жалею, что привёл тебя сюда - сознался Андрей, оглядывая зал из-под капюшона - ощущение у меня нехорошее. Знаешь, я некогда воевал в горах, так вот, бывало идёшь, и вдруг - чувствуешь, что кто-то на тебя смотрит. И не просто смотрит - он твой враг! Он тебе хочет зла! Он сейчас в тебя выстрелит! Падаешь - и вовремя. Выстрел! И если бы ты не упал, лежать бы тебе с пробитой пулей башкой. Это непередаваемо. И не всем дано. Но я умел почувствовать. Может потому и жив до сих пор. И вот здесь - тяжёлая атмосфера. Угроза не от этих придурков с разбойничьими рожами, нет. Что-то другое. Более опасное. Как будто где-то в темноте сидит чудовище и поджидает меня, приготовившись к прыжку.

- Поэтично как! - восхитилась Шанти - вот так надо излагать свои мысли! А то - крысы, мыши...пугаешь меня всякой гадостью. А тут весело. Очень интересно! А что, хорошее место - много придурков, которых можно выкинуть в окно, много еды...кстати, чего там насчёт еды? Эй, милая, ну-ка, поди сюда! Брось ты их - иди сюда.

Подавальщица, девица лет двадцати пяти в ярком, облегающем её прелести сарафане подошла к столику, и завлекательно улыбнувшись мужчине в капюшоне, ласково спросила:

- Чего изволите? Есть хорошая оленья поджарка с крюолями, суп из осьмоногов с мидиями и артусами, сладкие булочки с мёдом, пироги с олениной и ещё много, много вкусного! И вино - хорошее, кракасийское - белое и красное. А ещё - она наклонилась пониже - возбуждающие мушки! Если мужчина употребит их за полчаса до постели - потом с себя не скинете! Затопчет!

Шанит хихикнула и спросила по мыслесвязи:

- Не хочешь меня потоптать? А потом я тебя!

- Жесткосердная драконица! После того, как ты потопчешь своей тушей...нет уж, обойдёмся без топтания!

- Нет, пока обойдёмся без топтания - лучезарно улыбнулась Шанти - оленьей печени. Почти не обжаренной, чтобы кровь сочилась. Мяса без специй. Слегка обжарить. Ну и...пирогов, пряного мяса с овощами, сладостей, пива - тащи всего побольше.

Подавальщица удивлённо вскинула брови, но переспрашивать не стала. Кивнула, и пошла выполнять заказ, виляя бёдрами так, что казалось, она извивается, будто змея. Видимо такой эффект создавали узоры на её сарафане, выполненные в виде переплетённых нешироких линий. Мужчины за столиком рядом проводили девицу взглядом, а один, когда девушка проходила мимо погладил её по заду, за что получил соблазнительную улыбку. Похоже, что девушка работала тут не только подавальщицей...

Андрей привычно осмотрел зал, как когда-то вышибалой, и отметил для себя трёх здоровенных парней - собратов по ремеслу, которым он некогда промышлял в Славии. Вышибалы были не очень крупные, но такие...квадратные, что ли - жилистые, сильные, с цепкими внимательными глазами. Они гасили конфликты в зародыше - достаточно было им только лишь подойти к скандалистам, как те сразу же замолкали, утихали, или выходили наружу, за дверь.

Проследив за взглядами вышибал, советник нашёл главного - мужичка лет за пятьдесят, скромно стоящего у стойки, и прихлёбывающего что-то похожее на сок из высокого хрустального стакана. Именно хрустального, а не стеклянного - Андрей отчётливо видел прихотливые изгибы стакана, а ещё - тонкую золотую гравировку в виде вычурных вензелей. Похоже, что это был именной стакан с гербом его владельца. Такие изделия были недёшевы, если даже забыть, что отделка золотом стоила больших денег.

Андрей задумался - этот штрих как-то выпадал их общей картины. Он чуял здесь что-то неправильное, неестественное. Но потом отогнал мысли - мало ли где трактирщик мог добыть этот стакан! На базаре купил, например. А то, что этот человек совершен точно внимательно разглядывал его и Шанти, проявляя большой интерес - так это благодаря драконнице, устроившей тут чуть не сеанс стриптиза. Её грудь, выпадающая из платья привлечёт внимание и совершеннейшего импотента, что уж говорить про обычного половозрелого голодного до баб мужика.

Они занялись едой. Шанти с удовольствием поглощала сочные куски печени, резала ножом сочащееся кровью мясо и насмешливо поглядывала на Андрея, который механически жевал то, что ему подали, практически не разбирая вкуса.

Он думал о том, как ему создать самую могучую армию в мире и при этом не замарать рук. Почему он должен был марать руки? А как иначе добыть деньги? Казна пуста. Его личные деньги кончаются. Что делать? Увеличить налоги? Да хоть разувеличавайся вхлам - если ты при нынешнем уровне налогов собираешь ноль, то увеличь налоги на четверть - ты будешь собирать больше на четверть от ноля. То есть - опять ноль.

Самое неприятное было в том, что армия волновалась. Не хватало денег на её содержание. А как сказал Наполеон: 'Тот народ, который отказывается кормить свою армию, будет кормить чужую'. Перефразируя его, можно сказать так - если они с Антаной не накормят свою армию, то...в общем хреново им придётся. А ведь ещё нужны деньги на оружейный завод, высосавший у него львиную долю всех личных сокровищ и опустошивший казну. Расходы на завод уже составили более трёх миллионов, а если продолжать его перестройку, строить новые прессы, создавать новые машины, то эта сумма может утроиться. Где взять деньги?

Внезапно в его голову пришла мысль - а не посоветоваться ли ему с 'женой'? Олра очень умная женщина, и она долгое время в одиночку вела все дела своего трактира. А теперь - занимается коммерцией и общается с элитой столицы Балрона. Что она посоветует? Больше всё равно ничего в голову не приходило - кроме вульгарной экспроприации денег у богатых людей. Но это порочный путь. Это приведёт к бунтам, мятежам и у Гортаса многократно увеличиться сторонников.

Неожиданно его внимание привлёк голос подавальщицы. Она что-то настойчиво у него спрашивала, и выйдя из своих раздумий, Андрей спросил:

- Чего? Что ты хочешь?

- Она хочет, чтобы мы с тобой прошли в кабинет хозяина и с ним побеседовали. Говорит, что за то, что нас беспокоят, за обед с нас денег не возьмут.

- А кто хозяин? - неопределённо пожал плечами Андрей.

- Вы его видели - извиняюще улыбнулась подавальщица. Он стоял там, у стойки. Невысокий такой мужчина с седыми волосами. Это наш хозяин господин Данеро. Очень, очень влиятельный человек. Поговорите с ним, пожалуйста, он будет вам очень обязан.

- Пойдём? - мысленно передала Шанти - сдаётся мне, что будет забавно.

- Ага, будет - мрачно передал Андрей - я так и знал, что тут тухлецой пахнет. Будь настороже. И это...без нужды не показывай истинную сущность. Иначе придётся всех, кто видел, поубивать. А так - просто поколотим их слегка, и всё.

Они прошли за своей провожатой через весь зал, потом через длинный коридор - куда-то вглубь здания, затем подавальщица оставила их возле мрачного мужика, шагающего с грацией боксёра-средневеса, который уже вывел их в большую комнату, в которой стояли несколько стульев вокруг овального стола.

В этой комнате всё дышало покоем - на стенах развешаны картины художников, изображающие вишни и яблони в цвету. Стены, оклеенные обоями с рисунками ручной работы были выполнены в пастельных тонах, а там, где должны были быть окна, висели картины, изображающие пейзаж за окном. Полотна написаны так искусно, что создавалось впечатление полной реальности увиденного. Это усиливалось шёлковыми занавесями обрамляющими картины - как будто хозяин только что их отодвинул, чтобы полюбоваться видом из окна.

Данеро сидел за столом. Перед ним стояли три прибора дорогой посуды - одним он воспользовался, другие два были предназначены для гостей.

Трактирщик жестом предложил Андрею и Шанти присесть, и когда они сели в кресла с высокой спинкой украшенные искусной позолоченной резьбой, сел и сам, испытующе глядя на посетителей.

Андрей прощупал хозяина заведения эмпатически, но ничего особенного не уловил - тот сочился довольством, радостью, и чуть не мурлыкал от удовольствия, как сытый кот. Ни агрессии, ни ненависти или готовности напасть - ничего. Спокойное доброжелательное настроение, как у радушного хозяина к своим желанным гостям.

Больше в комнате никого не было, хотя за дверями чувствовалось присутствие нескольких человек, затаивших дыхание, пахнущих агрессией и страхом. Оборотень хорошо слышал их хриплое пыхтение даже за толстой пластиной двери позади трактирщика.

- Осторожнее - передал Андрей мыслесвязью - за дверь толпа уродов наготове. Чего-то задумали, твари.

- Не учи учёную - усмехнулась Шанти, и сладко потянулась так, что её 'мячики' чуть не выскочили из лифа - знаю. Я что, не эмпатка, что ли? А слух у меня не хуже, чем у тебя.

Андрей промолчал, и попытался пододвинуть кресло к столу поближе - оно было поставлено почему-то чуть дальше чем надо, и до стола пришлось бы тянуться. Но ничего не вышло. Кресло оказалось намертво приделано к полу, так что сдвинуть его не было никакой возможности.

В голове Андрея что-то мелькнуло, какие-то ассоциации были связаны с этим креслом. Он напрягся, чтобы вспомнить, и вдруг в голове возник образ электрического стула и Андрей всё понял - но было поздно.

Из потолка над ними, мгновенно, как выстрелили, выскочили две стальные клетки, с грохотом вонзившиеся в пол, из которого выскочили зацепы, тут же пристегнувшие сооружения к полу. Теперь советник понял - почему кресла нельзя было сдвинуть. Он почуял опасность - не зря эти седалища были так намертво прикручены, но додумать не хватило времени.

Шанти вскочила с места, её лицо исказилось, но прежде чем она что-то сказала, Андрей предупредительно передал:

- Тихо. Сядь! Успеем. Послушаем, что эта гнида скажет. Наше приключение становится очень, очень интересным. Просто захватывающим. Не правда ли?

- Правда - хихикнула Шанти - это не драчунов в окно выбрасывать. Наклёвывается что-то поинтереснее.

Оно и наклюнулось. Данеро встал со своего места и подойдя к клеткам, в которых сидели двое людей, удивлённо спросил:

- А чего не кричите? Чего не возмущаетесь? Надо ведь угрожать, кричать, что найдёте на меня управу, что вы важные вельможи, и что все знают, куда вы пошли. И что за вас страшно отомстят, вытянув мне язык через зад. Где ваши правильные слова? - Данеро подошёл к решётке, за которой сидела Шанти, и тут же отшатнулся - 'девушка' стала хохотать, заливисто, звонко. Андрей ей вторил, и с минуту они не могли успокоиться, искоса поглядывая на ошеломлённого бандита.

Он, сам не зная того, озвучил то, что и на самом деле бы произошло. Если б с ними что-то случилось - Антана срыла бы с землёй этот поганый притон, разыскивая любимого и подружку. Видимо, трактирщик уже не раз слышал подобные угрозы, и давно не придавал им значения - мало ли что наболтают жертвы в порыве гнева. Потом, обычно, они умоляли о пощаде и сулили капиталы, принимаемые бандитами с благодарностью. Затем - умирали. Без мук, просто и чисто - чик в сердце! И в море. Никаких извращений, никаких мучений. Всё по-деловому, всё, как положено.

Трактирщик дёрнул за одну из бахромчатых нитей на занавеси у картины - в комнату тут же вошли трое мужчин. Крепкие, мускулистые, похожие на солдат-наёмников или же призовых бойцов. Они молча сели у стола, и тоже уставились на клетки с людьми.

- Скажите мне, друзья - начал трактирщик - как это понимать? Эти два создания сидят в клетках, и смеются в голос над несчастным стариком Данеро! Я разве заслужил это? Я что, клоун? Кстати - я так и не узнал, что это за человек под капюшоном. Васило, сходи, помоги ему снять капюшон. Надо же мне видеть лицо такого весёлого человека. Познакомиться с ним.

Мужчина встал с места, пошёл к клетке с Андреем, но тот сам снял капюшон, откинув его за спину. Наступило молчание, и трактирщик наморщил лоб:

- Где-то я уже видел эту физиономию...где-то видел...тихо, молчите - хочу сам вспомнить. Где-то видел...нет, не может быть! Тьфу, демонство какое! Фу-фу-фу... - Данеро присел на стул, упёрся руками в колени, и наклонившись вперёд несколько раз выпустил из груди воздух, пошлёпывая губами - вот так встреча! Господа! Вы знаете, кого я поймал? Это же советник императрицы господин Андрей!

- А я тебе и хотел об этом сказать - прогудел один из подручных трактирщика - это же тот самый победитель Турнира! Хозяин, вляпались по самое не хочу. То-то он и смеялся над нами, дураками! И что будем делать?

- А что вы вообще собирались с нами делать? - спросил Андрей - не поясните? Просто из чистого интереса спрашиваю.

- Что, что - задумчиво ответил Данеро - девку одному важному господину за хорошие деньги - он любит попытать таких свеженьких красоток, ну а тебя в расход. Чтобы не пылил на горизонте. В море. Акулам на корм.

- Так и не поздно, хозяин! - с надеждой сказал другой - девку продать, а этого в море! Кто дознается-то? У нас куча свидетелей, что они отсюда уходили! Посидели - и ушли. На улицу. А куда - откуда мы знаем?

- Нееет - протянул Данеро - она может сболтнуть графу, а тот потом будет меня шантажировать. Или шепнёт императрице. Императрица крута на расправу - потом на этом месте тридцать лет ничего расти не будет - даже солью место засыплют. Весь наш бизнес порушат. Если в море - обоих. Хоть я и люблю деньги, но ими ещё нужно воспользоваться. А это будет проблематично.

- А если их отпустить? Извиниться, дать денег? Мол - попутали, господин советник, прости бога ради! - сказал другой мужчина, упёршись глазами в пол - господин советник, вы как, не против?

- Он-то не против - сухо ответил Данеро - только верить ему нельзя. Вдруг - он обиделся, и потом нам отомстит? А ещё пуще - он поборник справедливости, и решит, что нам не место на этом свете? Да на кой мне это дело? Нет уж, ребята. Отпускать его нельзя.

- Так что - валим его? - спросил первый бандит - только это...девку жалко просто так валить. Попользуемся, а потом уже и завалим! Чур - я первый!

- Нет - ласково ответил Данеро - у меня есть другой план. Гораздо более выгодный. Фиртан, у тебя на юге хорошие контакты? Ты же оттуда родом.

- Да - понимающе кивнул головой мужчина лет сорока с шрамом, пересекающим его левое надбровие и спускающимся до скулы - хочешь его Гортасу продать? Голова! Ну ты и голова, хозяин! Двух зайцев сразу убиваешь - и денег срубим, и поддержку будущего императора получим. А девку как заложницу подержим. Если этот чемпион заартачится - мы её пополам порвём. Отдадим парням - они её наизнанку вывернут. А он будет смотреть!

- Ну что, пора? Или ещё послушаем дебилов? - передала Шанти - предвкушаю, какие у них будут рожи!

- Да вроде всё, что надо услышали - пожал плечами Андрей - можешь начать развлечение. А я посмотрю. Только это...без огня, без эффектов и побереги платье - ты в нём такая красавица! Не забрызгай мозгами. Стой! Погоди! Эту тварь сохрани живым. Мы его с собой заберём. Есть у меня одна мыслишка по его поводу. Рано ему умирать. Давай, пора... Стой! Этих тоже не убивай. Так, поколоти слегка, развлекись.

- Так, парни - пусть они пока посидят в клетках, а мы сейчас пойдём, обсудим... - голос Данеро замедлился и затих совсем. Глаза его вытаращились, как будто он, стоя на корабле, увидел морского змея, спросившего, как проплыть к городской магистратуре. Ну, сказать на милость, кто не ошалеет, глядя на это зрелище?

Стальная клетка была сделана из длинных прутьев, перевитых между собой короткими. Толщина каждого прута примерно в мизинец - это сооружение точно удержало бы тигра, или льва. Или слона. Данеро не любил пускать дело на самотёк и предпочитал перестраховаться - он не любил некачественных вещей. При всей патологической жадности, для себя он приобретал лишь самое дорогое и сделанное на высшем уровне. Так и с решёткой - ему пришлось отдать за эти клетки кругленькую сумму. Зато - он всегда был уверен, что эти сооружения не подведут.

В них перебывали уже много 'клиентов' - от приглашённых в гости конкурентов, до потенциальных жертв грабежа, уверенных, что хозяин приглашает их на приватный разговор из уважения к их высокому социальному статусу. Как говорил Данеро своим приближённым - люки, отправляющие 'клиентов' в подвал уже на актуальны, прошлый век. Надо работать с душой, с выдумкой, чтобы всё было красиво, но при этом эффективно.

Миленькая девушка, мечта извращенцев, вдруг начала раздеваться. Она сняла с себя красивое шёлковое платье, повесила его на спинку кресла, оставшись совершенно обнажённой, и не обращая внимания на вытаращивших глаза мужчин, осмотрела себя со всех сторон, огладила крепкую грудь, колыхнувшуюся под напором её ладоней. Потом сняла с себя сандалии, соблазнительно изгибая стройное тело. Затем взялась за прутья решётки и почти без усилия дёрнула их в стороны.

Металл с жалобным стоном поддался, разойдясь, как если бы прутья были сделаны из картона, а девица, примерившись розовой гладкой ножкой, аккуратно пролезла в образовавшуюся дыру.

Секунда - и вместо мечты всех мужчин на полу стояла громадная чёрная кошка, размером с телегу!

Прыжок! И один из бандитов, сообразивший, что надо бежать, был настигнут у выходной двери.

Удар лапой! И он врезается в дверь головой, как будто его сбил грузовик. Андрей даже поморщился от громкого стука - получилось так, как будто в дверь запустили пластиковой бутылкой с водой.

Две совершенно незаметных удара - и два других бандита, потянувшихся за висевшими на поясе подобиями мачете, почему-то именуемыми здесь ножами, повалились, как кегли, сбитые тяжёлым шаром.

Данеро, обладавший быстрой реакцией и великолепной сообразительностью, за те секунды, что 'кошка' расправлялась со своими врагами, сделал две вещи: шагнул к столу и что-то сделал - похоже, вызвал подмогу - и второе - бросился к потайному ходу, открывшемуся за стеной, на которой висели картины с пейзажами.

Обои треснули под напором потайного механизма, открыв сводчатый кирпичный ход, ведущий куда-то вниз, в сторону порта. Андрей хотел крикнуть, предупредить Шанти, но та успела перехватить негодяя прямо на пороге, зацепив его за одежду огромными когтями и отбросив в сторону, на противоположную стену. Пролетев по воздухе метров десять, преступник ударился о неё с противным шмяком, будто огромная жаба, и сползя вниз, остался недвижим, как труп.

- Эй, дорогая, аккуратнее! - взволновался Андрей - он мне нужен живой! Вот этих можешь терзать как хочешь, а его поаккуратнее!

Андрей имел в виду 'этих', которые ворвались в кабинет с оружием в руках - пятеро одетых в кольчуги и шлемы бойцов с короткими, тяжёлыми абордажными саблями в руках, и два арбалетчика со стальными арбалетами двойного заряда - каждый мог выпустить по две стрелы, расположенные друг над другом.

Увидев громадную чёрную кошку, они на долю секунды оторопели, но к их чести - тут же бросились в атаку. Арбалетчики спустили курки и тяжёлые стальные болты полетели в 'кошку'.

Два из них Шанти смахнула лапой, как мошкару, а два ударили ей в грудь, и видимо ощутимо, потому что она утробно заревела, и бросилась вперёд с яростным криком:

- Шкуру портить?! Чешую царапать?! Грязные твари!

Через секунду тела арбалетчиков валялись на полу. Драконица сорвала их головы с плеч, и они покатились по разным углам как детские мячики.

Пятеро остальных попытались ударить её со спины, один даже успел опустить свою саблю ей на спину, отчего по всей комнате раздался скрежет, как ножом по сковороде, но это был последний удар в его жизни.

Молниеносным движением Шанти буквально переломила бойца пополам. Остальные расстались с жизнью в течение двух секунд - за ударами драконницы мог уследить только Андрей - настолько они были молниеносны. Через несколько секунд после начала расправы, в комнате наступила тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием выживших бандитов, лежащих в бессознательном состоянии.

Андрей удовлетворённо осмотрел поле боя, потом ухватился за стенку клетки, и дёрнув вверх, вырвал её из зацепов на полу. Поднял, и вышел наружу, не глядя бросив клетку позади. Подошёл к лежащему на полу Данеро, и внимательно посмотрел его ауру. У того была сломана ключица, раздроблен плечевой сустав, которым Данеро врезался в стену, три ребра, сотрясение мозга и перелом костей ноги. Андрей обернулся и погрозил кулаком 'кошке', с довольным видом поглощавшей какое-то угощение с тарелки Данеро:

- Чуть не прибила гавнюка! Я же тебе сказал - аккуратнее! Вот ты негодная! Развлекаться надо со смыслом! Слушать надо, что тебе говорят!

- Ну - извини, извини - ответила Шанти без всякого смущения - ну - погорячилась. Больно уж шустро он удирал! Вот я и перестаралась. Но ведь живой же? Живой. Подлечи гада, и будет как новенький!

- Подлечу, не сомневайся! - буркнул Андрей, и вздохнув, приступил к лечению. Ему очень не хотелось этого делать, но...куда деваться. Этот человек был ему нужен. Впрочем - человек ли? Разве можно назвать таких тварей людьми?

Через пятнадцать минут чёрные и красные пятна в ауре бандита были сведены до едва заметного уровня, а цвет лица Данеро стал из землистого розовым, дыхание нормализовалось. До лечения тот дышал прерывисто, как будто задыхался.

Проверив остальных оглушённых, Андрей остался доволен - побиты, но не сильно. Шанти била лапой с закрытыми когтями, так что они пребывали в банальном глубоком нокауте.

- Вот тут всё в порядке! Что, не могла и с этим обойтись помягче? Иэххх...руконогая! Вот есть у нас пословица - 'Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибёт' Ты не пояснишь её? А то я всё думаю - о чём это она?

- Ну хватит измываться! - буркнула Шанти - ну погорячилась - с кем не бывает? А сам-то, сам-то...

- Ну, и чего сам-то? Где я допустил такую ошибку? Расскажи - вкрадчиво спросил Андрей, грозно глядя на 'кошку'.

- Не хочу. Настроения нет - сварливо ответила та, опасливо косясь глазом на 'брата' - и вообще, чего ты пристал? Думай, как доставить этих гадов во дворец. Ты же для того их сохранил? Чего-то от них хочешь?

- Сиди тут и охраняй. Всех, кто сюда зайдёт - глуши. Можно не до смерти. Или у тебя лапа может только убивать?

- Ты бываешь таким нудным! Таким вредным! Даже вреднее меня - сварливо парировала драконица - куда пошёл - за охранниками?

- Само собой. Думал, вначале - послать гонца, потом передумал. Тут идти пару кварталов - сам добегу. Пока дождёшься... Постой-ка - надо посмотреть, куда ведёт подземный ход. Не хочу вытаскивать их на глазах посетителей. Нам лишний шум ни к чему.

- А чего такого? Может кто-то возмутится...есть повод его выбросить в окно. Веселье будет!

- Нет! Я же тебе сказал - всё должно быть тихо и мирно. Пока что тихо и мирно. Мне кое-что надо обдумать.

***

Потолок был низким - Андрею приходилось нагибаться, чтобы не бить макушкой по кирпичам. И скорее всего, этот подземный ход был гораздо старше самого здания - кирпичи старые-престарые, позеленевшие от времени, покрытые каким-то сероватым мхом. Освещения не было никакого, но Андрей великолепно видел в темноте, его глаза оборотня улавливали очертания коридора, круто забирающего вниз под углом почти в тридцать градусов, повороты направо и налево - коридор разветвлялся на три таких же тоннеля, ведущих в неизвестном направлении.

Немного подумав, Андрей выбрал прямой тоннель, ведущий в сторону порта и ничуть не удивился, когда тот метров через сто пятьдесят выправился, стал пологим, и через ещё сто метров вывел в широкий канализационный тоннель, сквозь который городские нечистоты выливались в бухту.

Выйдя в канализацию, Андрей прошёл туда, где брезжил дневной свет, и скоро оказался за портовыми складами возле береговой линии прибоя. Тут орали чайки, хватая куски пищи, сконцентрированные в потоке дерьма и бороздили океан плавники акул, занимавшихся примерно тем же.

Вдохнув свежий морской воздух, особенно сладкий после путешествия по миру нечистот, советник быстрым шагом стал подниматься в гору, проскальзывая сапогами по скользкому глинистому склону, заросшему бурьяном и забросанному различным мусором, вроде подозрительных костей и драных тряпок.

Сержант и остальные охранники сидели в трактире, возле камина с потрескивающими в огне дровами и весело смеялись какой-то истории, которую им рассказывал конюх. При виде Андрея, они с готовностью встали, а сержант, отсалютовав, спросил:

- Прикажете во дворец? А где госпожа Шанти? Что-то случилось?

- Пойдёмте со мной - Андрей отвёл сержанта в сторону и объяснил, что тот должен сделать. Затем последовала команда, и всё солдаты дружно встали и вышли из трактира, оставив на столе допитые второпях кружки из под пива и вина.

Через двадцать минут они были у выхода в канализацию - Андрей показал место, сидя на облучке рядом с кучером. Оставив здесь небольшую охрану, отряд, во главе с советником и сержантом, вошёл в трубу и хлюпая ногами по вонючему содержимому, пошёл к месту выхода тайного тоннеля.

Солдаты тихо матерились сквозь зубы, сослепу наступая на трупы животных, застрявшие в тоннеле, на мусор и утопая выше щиколотки в наслоениях ила, дошли до места.

Путь назад, в комнату Данеро, был потруднее чем из неё - пришлось идти вверх по тоннелю, осклизлому и покрытому плесенью - двое солдат всё-таки грохнулись, подскользнувшись на полу, и едва не улетели назад, как по ледяной горке. Однако, не без приключений, они но всё-таки добрались до комнаты, где скучала Шанти, уже успевшая принять человеческий облик и развлекавшаяся тем, что время от времени тыкала саблей в совершенно голого мужика, стоявшего в клетке. Он жалобно завывал, а на его заднице виднелись следы многочисленных уколов, от которых тонкие дорожки крови протягивались до самых пят. Отряд застал её как раз в тот момент, когда она в очередной раз спрашивала:

- И как ты хотел меня насиловать? Вот этим отростком, что ли? А ты вообще им можешь чего-нибудь? Он тебе, такой маленький и не нужен! Дай-ка я его отрежу...- она деловито приподнимала оный предмет острым концом сабли, пропуская его между ног супостата, и делала вид, что сейчас же кастрирует негодяя. Негодяй завывал, и под ним уже образовалась вонючая лужа - от страха тот потерял контроль за функциями организма.

Завидев Андрея Шанти слегка разочарованно убрала саблю, бросила её на пол, и доложила:

- Приходили ещё двое - вон, в углу лежат. Живые. Может их тоже захватим?

- А этот как здесь оказался? - с интересом спросил Андрей, разглядывая трясущегося человека в клетке.

- А он очнулся. Пришлось посадить в клетку. Позабавилась немножко. Уж больно он наглый был. И куда чего делось-то, когда оказался без штанов...

Сержант и солдаты удивлённо переглядываясь смотрели то на 'поле боя', то на весёлую и довольную Шанти, красиво отставившую ножку в элегантных сандалиях, а потом взялись за дело.

Их было десять человек, так что на каждого из бандитов пришлось минимум по два человека. С подручными Данеро Андрей приказал не церемониться, ни с живыми, ни с мёртвыми, но его самого сказал нести аккуратно и без повреждений.

Мёртвых бандитов скинули в канализацию, навстречу светящимся в темноте крысиным глазам - сегодня у них будет пир. Живых - погрузили в карету, уложив штабелем, как дрова.

Данеро положили сверху, на трясущегося от ужаса голого бандита. Андрей лично предупредил этого человека, что если тот нагадит в карете - он сам отрежет ему голову. Бандит мелко и часто закивал головой, карета тронулась, поскрипывая, и будто тяжело вздыхая под тяжёлым грузом поехала вверх, из порта, по направлению к императорскому дворцу.

***

- Мы не собирали внеочередных сходов уже пятьсот тридцать лет. Мы собрались для того, чтобы обсудить важную проблему, назревшую практически мгновенно, на протяжении всего одного года - огромный черночешуйчатый дракон поднял уродливую, украшенную рогами голову и посмотрел на собравшихся.

Драконы спокойно ждали, никто не торопил, никто не кричал: 'Давай! Не тяни! Ближе к делу!'

'Чёрный' усмехнулся - с одной стороны это было хорошо - никто не нервировал, никто не теребил оратора требуя немедленного объяснения, не требовал ускорить течение сбора, иначе у них сорвутся все дела. А с другой - раскачать драконов, заставить их принять какое-то определённое решение, было задачей непростой.

Главный принцип принятия решений драконов был: 'Давайте подождём. Может быть оно само как-то рассосётся?' И как ни странно, частенько и рассасывалось, или...вот это самое 'или' знали немногие. Председатель совета старейшин и его заместитель частенько действовали на свой страх и риск. Впрочем - какой риск? Что им будет, если узнают, что они постоянно подправляют историю людей, устраивая заговоры и притормаживая развитие науки и техники? Хмм...он частенько задумывался над этим вопросом. В совете старейшин - может быть и ничего, но остальные драконы...

Эти бездельники, парящие над морем и пикирующие на оленей в лесах и прериях до сих пор пребывают в неведении по поводу того - кому они обязаны своим многотысячелетним ничегонеделанием. Попробуй им скажи, что Закон не выполнялся ни одного дня. Что старейшины только и делают, что суют свою морду в людские дела. Что они уже давно живут среди людей, 'очеловечились', и вообще давно предпочитают не парить над гладью моря, а жить во вполне комфортных условиях, с туалетом, водой из виадука, разнообразной вкусной едой и красивой одеждой. И не дай боже узнать всей этой массе простых драконов, что им НРАВИТСЯ вершить людские судьбы! Что нет большего наслаждения, чем видеть, как по твоей воле возникают и исчезают огромные государства, полные сотен тысяч и миллионов людей, как рушатся и возносятся наверх судьбы отдельных личностей, через которых можно управлять этим скопищем двуногих тварей, гордо именующих себя разумными людьми.

Председатель прервал паузу, которая в человеческом обществе показалась бы странной, неприличной, и продолжил:

- У нас имеются сведения, что один или несколько драконов, не входящих в Совет, живут в человеческом обществе, вмешиваются в дела людей - притом на самом высшем уровне. Более того - рядом с этим драконом или группой людей находится человек, который владеет знаниями, могущими перевернуть жизнь людей, увести их от праведного пути, и приняв эти знания, люди будут угрожать жизни, и самому существованию драконьего рода. Вот тема, обсуждению которой мы и посвятим сегодня наш внеочередной сбор.

Председатель тяжело опустился на каменную плиту высокого помоста, возвышающегося над полом пещеры на высоту драконьего роста - место для произношения речей - и мысленно выругался, перекрыв каналы мыслесвязи: сейчас бы он великолепно чувствовал себя в человеческом теле. Легко, уютно. А вынужден пребывать в многотонной туше, носить которую отказываются его древние ноги и крылья. Давненько он уже не был в своём родовом теле. Обычно - или человеческое, или птица. И летать легко, и жить приятно.

Усмехнулся - вот бы узнали о его мыслях соратники! Как бы они отреагировали? Заклеймили позором отступника? Честно говоря, он подозревал, а иногда и знал, что у его коллег, таких же древних монстров как и он, со стотысячелетней жизнью, те же самые проблемы. Вот только признаться друг другу они не могут. Драконы сами по себе невероятные индивидуалисты, трудно сходящиеся с другими драконами - если только не для зачатия - а тут ещё такие интимные размышления. Нет, исключено. Никто и никогда не признается, что ему надоело жить в драконьем теле и как диким зверям охотиться за свой добычей.

Интересно было бы проследить за тем, как проводят время остальные члены Совета - можно поставить свою жизнь против чешуйки старой драконницы, что они болтаются где-нибудь в тёпленьких местечках возле людей и прожигают жизнь по образу и подобию презираемых ими людишек.

Драконы помолчали, затем старая драконица, которая была старшей в совете, и похоже старше даже Председателя, сказала:

- Ты нагнетаешь атмосферу страха. Никто и никогда не смог противиться воле драконов. Ты же утверждаешь, что вся наша жизнь висит на волоске. Вот я и думаю -для чего это тебе нужно? Что ты хочешь?

- Я что хочу? Да ты заигралась в человека, Натороканта! Тебе всё время мерещатся заговоры, интриги! Я лишь хочу, чтобы всё оставалось по прежнему, как было!

- Я заигралась? - насмешливо хмыкнула старая драконица - а не ты ли? Ты уже забыл, когда надевал своё родовое тело! Я что, не знаю, что ли? Вечно строишь козни людям и манипулируешь правителями! Тебе ли упрекать меня?

'Старая сволочь! Откуда она знает?! И ЧТО она знает?!' - подумал Даранаяс, но для всеуслышания, как можно любезнее, сказал:

- Давайте не будем сводить счёты, когда касается такого важного дела...

- Важного?! - снова фыркнула Натороканта - это для тебя важного! А мне, в Островном государстве, плевать, что происходит в твоём провинциальном Балроне! Мне нет дела до него! И считаю, что нечего было тащить меня сюда! Только моя любовь к порядку, к традициям, заставила меня прилететь на этот брошенный богом остров в затхлую пещеру Совета! И ведь знала - ничего хорошего ты созвать не можешь! Я была против, когда тебя избирали. Ты не можешь сам решить даже такую простую проблему - найти какого-то там нарушителя Договора и человечишку, изобретшего какую-нибудь чепуху. Не можешь сам устранить проблему, не хватает ума, и ты вытащил всех старейшин, чтобы показать свою несостоятельность, как Председателя! Нееет...следующий выборный совет, через пятьсот лет, я буду настаивать на смене Председателя. Я не вижу, чтобы ты мог и дальше эффективно возглавлять Совет. Какие-то истерики, запугивание, наведение тени на очевидные вещи. Я очень, очень разочарована в нашем председателе, старейшины.

Драконица замолчала, а Даранаяс, кипя от злости, нарочито спокойно сказал:

- Ещё будут мнения? Или вы хотя бы поинтересуетесь, ЧТО именно изобрёл этот, как выразилась наша самая СТАРАЯ старейшина? Даранаяс специально выделил слово 'старая', чтобы уколоть драконицу, намекнув, что она впала в маразм от старости. Но никто, даже она сама не повёлся на провокацию. Драконы молчали, и от них исходила волна равнодушия и скуки. Даранаяс сразу остыл, и ещё более спокойно, добавил:

- Хорошо. Если Натороканта выразила всеобщее мнение, то я ставлю на голосование один вопрос: 'Даёт ли Совет полномочия Председателю Даранаясу на то, чтобы по своему разумению устранить проблему с человеком, угрожающим существованию рода драконов, а также - найти и покарать по своему разумению дракона, нарушившего Договор о невмешательстве в дела людей без разрешения Совета старейшин'. Начинаем голосование, кто за разрешение?

- Один...два...пять...

- Скоро этот Председатель будет ставить на голосование - раздавить ли ему насекомое на своём брюхе, или нет! - злобно проворчала старая дракониха, но тоже подняла головной гребень в знак согласия на дачу полномочий. Ей хотелось скорее убраться из этой дыры и залечь в благоуханную ванну в королевском дворце островной империи, где она играла роль не кого-то, а Королевы.

- Итак, Совет единогласно принял решение. Если больше вопросов нет - Совет окончен. Уважаемые старейшины - запомните это решение и передайте его вашим преемникам - произнёс Даранаяс старинную формулу окончания голосования. Старейшины могут покинуть пещеру Совета - до следующей встречи!

Драконы медленно потянулись к выходу по длинному тоннелю, который потом будет запечатан Председателем.

Через пятнадцать минут в пещере остались только двое - Даранаяс, и его приятель Хевессанор, с которым они вместе выросли и который был заместителем Председателя и мог созывать Сбор Старейшин и ставить на нём вопросы, если Председатель отсутствовал и его не могли найти. Правда такое трудно было даже представить - но закон есть есть закон - положено так, издревле. Совет не должен оставаться без главы ни секунды. Не мы эти законы утверждали, не нам их отменять - так думали драконы, самые консервативные существа в этом мире, а может и в других мирах тоже.

Приятели выждали минут пятнадцать с того момента, пока не исчез последний дракон, затем Хевессанор радостно засмеялся:

- Ты гений интриги! Как ловко всё обстряпал! Фактически ты получил полномочия на открытое вмешательство в человеческую жизнь, и ни одна сволочь не догадалась! Спасибо тому человечку, спасибо неизвестному дракону. Они нам помогли. Теперь можешь развлекаться без оглядки на Совет - разрешение у тебя есть. Может ты сам возглавишь эту страну? А что - будешь императором. Хватит уже сидеть в тени. Хватит драконам прятаться, как крысы, по тёмным углам!

- Не забывай - буркнул довольный похвалой Даранаяс - есть ещё сотни простых драконов, которые считают, что мы только и думаем, как соблюсти закон. Не нужно засвечиваться, не нужно, чтобы знали, что мы занимаемся тем, чем занимаемся - пусть всё идёт так, как нужно. Я и из тени сделаю всё, что нам нужно. Кстати - люди очень размножились, ты не находишь? Пора слегка уменшить их количество. Что-то давно не было хорошей войны. На юге засел этот Гортас, надо бы ему помочь. Пусть он станет императором...в обмен на лояльность некому обществу 'Чёрных плащей'. Вот как мы назовёмся. Якобы есть такое общество людей-колдунов, и оно будет ему помогать. Будем рядом с ним, станем направлять его помыслы. Будет много, очень много крови...

- А что с тем человечком? Что с драконом-отступником?

- Сейчас сезон дождей - у меня нет желания летать в Балроне под струями воды. Отправляемся на Юг, где сейчас посуше и хоть иногда выглядывает солнце, будем разговаривать с Гортасом, а как только дожди закончатся - вернёмся назад и растопчем этого поганца с его изобретениями. А отступника найдём - как ты помнишь, он изображал мёртвого императора...вот тут и таится какая-то интрига, и я хочу её разгадать. Но потом. Сейчас главное Гортас. Он должен идти на Балрон! Он должен взять трон. И мы должны сделать так, чтобы с ним ничего не случилось. У меня есть основания думать, что его попытаются убить. Это же напрашивается само собой - если есть дракон-отступник, участвующий в интригах, то что ему стоит полететь к Гортасу и нормально оторвать тому голову? Я бы так и сделал.

- А кто тебе мешает оторвать голову этому человечку? - задумчиво спросил Хевессанор - войти во дворец, и рраз! Готово.

- Фу! Вульгарно. И неинтересно. Притом - зачем? Пусть он делает то, что делает. Мы успеем с ним покончить, и выберем момент тогда, когда он не ждёт. Пусть люди как следует покрошат друг друга, уменьшат поголовье...ну а там и мы вмешаемся.

- Всё интриги строишь - с сомнением покачал головой Хевессанор - а как же его изобретения? Угрожающие драконам и такие потрясающие мир?

- Да ладно тебе смеяться. Первый раз, что ли? Никто и не вспомнит этого изобретателя, когда он исчезнет. А в то, что он может сделать что-то, что РЕАЛЬНО может повредить драконам - я не верю. Это было сказано так, для этих дураков. Всё, давай-ка, полетели. Я что-то проголодался, а нам ещё нужно лететь и лететь, да ещё под этим демоновым дождём. Бррр! Как я ненавижу дождь! Говорят, что наши предки вышли из морской пучины - бред, враньё и наговор! Ненавижу воду.

Драконы выползли из пещеры, упёрлись в огромный круглый камень с три человеческих роста высотой, и перекатили его к дыре, закупорив её как пробкой. Потом Даранаяс выпустил долгую струю пламени, оплавившей край скалы и край камня, соединив их в единое целое. Пещера была запечатана.

Неожиданно Хевессанор спросил:

- А почему мы тогда не поддержим этого человечка? Зачем нам Гортас? Честно сказать, я слышал, что человек-то он гадкий, подонок, одним словом. Так же можем устроить бойню - уничтожив войско Гортаса!

- Во-первых САМИ мы ничего уничтожать не будем - открыто. Одно дело под прикрытием ночи сжечь домишко вместе с его хозяином, а другое - целое войско. А во-вторых - против нас играет неизвестный дракон, аура которого не походит ни на одну знакомую ауру. Это не член Совета. И мне интересно - как он будет нам противостоять! Там дракон, и тут драконы, там армия, и тут армия. И...началась резня! Это будет забавно.

- Хмм...ты всё забавляешься - хмыкнул приятель - уже десятки тысяч лет строишь интриги и сталкиваешь людей лбами. Не надоело?

- Глупец! Это единственное, ради чего стоит жить -интрига, власть над живыми существами! Иначе - что остаётся? Животное существование? Жрать, пить, совокупляться подобно этим тварям, именующим себя людьми? Это не для драконов. Это удел животных. Это не для меня.

Через минуту со скалы, нависающей над бушующим морем, сорвались две большие морские птицы, и понеслись на юг, рассекая воздух и струи дождя своими мощными крыльями. Они не отличались от других таких птиц, но горе тому хищнику, который попытался бы встать на их пути, и горе всем, кто соберётся помешать их полёту...


## Глава 3


Длинная каменная лестница вела вниз, в подземелье, откуда несло замогильным холодом и сыростью, со смесью запахов человеческих нечистот, мышиного дерьма и дешёвой похлёбки, которую варили для заключённых из потрохов и костей, вываривая до состояния клейстера. Андрей давно хотел заняться ревизией и реформированием мест заключений, но руки так и не дошли. Некогда. И без того дел хватает. Кроме того - заключенные тут надолго не задерживались - раз-два, и полетела голова, или задёргался человек на верёвке в весёлом танце, удобряя место под виселицей своей кровью и выделениями, чтобы мандрагоре хорошо рослось.

Впрочем - про мандрагору - легенда. А вот про виселицу - нет. Хотя - за то время, что Андрей был у власти...что Антана была у власти! - не было ни одной публичной казни. Двух преступников казнили, да - один был растлитель и убийца, долго время насиловавший свою падчерицу и убивший жену, чтобы жениться на молоденькой 'дочке', и другой - просто грабитель, вырезавший семью купца.

Некоторое время назад, после мятежа, все камеры были забиты, но быстро освободились - кого повесили, кого отправили на принудительные работы - читай - на каторгу, а кого-то выпороли, и отпустили. Теперь в камерах было почти пусто - не сезон, так сказать. Эти камеры использовались лишь для особо опасных преступников, 'тяжеловесов'. Воры, грабители, хулиганы и насильники располагались в другом крыле здания Стражи, в общих камерах, ожидая скорого суда. Здесь не принято было держать преступников по нескольку месяцев и кормить на дармовщинку помоями из требухи.

Стражник у двери погремел ключами, и взяв фонарь, сопроводил советника к камерам допроса, почтительно освещая ступеньки и предупреждая о порожке, через который знатный вельможа может упасть. Андрей вежливо поблагодарил, хотя никакого фонаря не было нужно - видел он в темноте лучше кошки.

Обитая железом дверь раскрылась без скрипа, и он оказался в большой комнате, где горел очаг, вделанный в стену. Андрей слегка порадовался распространяемому от очага сухому теплу, и сел так, чтобы видеть, как горят поленья. В комнате сидел Фёдор, а ещё - Первый Инквизитор Акодим. Больше никого, за исключением палача - невысокого мужчины с кудрявой седоватой головой, и Данеро, привязанного к высокому креслу, напоминающему электрический стул.

- Наконец-то! - проворчал Фёдор - ты где запропастился? И вообще - зачем ты меня сюда позвал? За компанию, что ли? Что это за тип?

- Да, Андрей, что это за тип такой? - прогудел Акодим, потирая огромные руки - ну и холодище здесь, внизу, как на севере! Хоть вина бы горячего наливали, что ли.

- Налить вам, господин инквизитор? - оживился палач - у меня есть! Вон, чайничек греется - со специями, вкусно!

Акодим некоторое время боролся с искушением, потом махнул рукой - давай! - и палач с готовностью налил ему парящей тёмной жидкости в глиняную кружку. Посмотрел вопросительно на Андрея - тот отрицательно махнул головой, и палач снова поставил чайник к огню. Фёдору почему-то не предложил, видимо не счёл его достойным драгоценного напитка.

По камере сразу разлился запах пряностей, и Акодим с удовольствием крякнул, отпивая из кружки. Посмотрел на Фёдора, и протянул ему:

- Хлебни, вкусно! Затрис умеет делать горячее вино. А кроме того - узнавать правду у тех, кто её не хочет говорить. Так что, Андрей, зачем нас сюда собрал? Что это за тип?

- Трактирщик это - невозмутимо пояснил Андрей - только своеобразный трактирщик. Насколько я понял - довольно-таки одиозная личность. Кода я его взял, считал, что у него просто бандитский притон. Но мы тут с Ша...в общем - допросил я его подручных, и что выяснилось - этот вот божий одуванчик, глава самой крупной, если не единственной в городе преступной корпорации! Все, кто промышляет в городе, платят ему дань. Это своеобразный ночной император столицы. Можете в это поверить? Я - с трудом. Не похож он на главаря преступного мира.

- Так, так... - задумчиво протянул Фёдор - и похоже, что ты взял его с собой...дай-ка догадаюсь...собираясь обобрать до нитки. Верно?

- Верно. Но перед этим надо было выяснить - кто он такой. Поговорить с его людьми. Как это такие головорезы его слушаются, да ещё и боятся, как огня. И много чего они рассказали...но не всё. Не всё. Они и не могут знать всё. Например - где хранятся его деньги.

- А я зачем здесь? - разочарованно спросил Акодим - думал, сейчас исчадье будем терзать, допрашивать, а этот уголовник мне неинтересен. На кой демон он мне?

- Ну...может тебе будет интересно - связан ли он с исчадьями, или нет - пожал плечами Андрей.

- Если бы узнали, что связан - тогда бы и позвали. У меня и без него дел полно - вон, сегодня три инквизитора пришли с жалобой, что их плохо приняли а провинциальных приходах и чуть ли не в шею вытолкали прочь. Нужно разобраться что происходит, не влияние ли это исчадий, или же слабость инквизиторов, которые не умеют себя вести. А кроме этого...

- Иди, иди! - махнул рукой Фёдор - Андрей, отпусти его! Пусть идёт, а то всю плешь тут поест своим нытьём.

- Иди, Акодим, если что будет дельного - я тебя приглашу - согласно кивнул головой Андрей, и Акодим широкими шагами вышел из комнаты, оставив друзей одних, наедине с палачом и преступником. Тихо потрескивали дрова, парил чайничек палача, а Данеро с ужасом смотрел на разложенные перед ним инструменты, напоминавшие хирургические. Тут были и зацепы, захваты различных видов, и всяческие иглы, щипцы, молотки, стамески. Всё блестящее, начищенное, красивое.

Палач перехватил взгляд Андрея и с гордостью сказал:

- По специальному заказу делали! Большие деньги отдал! Зато не ломаются, всегда острые, и от нагрева не отпускаются, как обычные. А то бывало нагреешь щипцы докрасна, схватишь клиента за кость - а щипцы-то и гнутся! А эти нет - говорят в них драгоценные камни добавили, в сталь эту.

- Вынь кляп у него изо рта, а то сейчас подавится - поморщился Андрей. Рассуждения палача никак не вдохновляли его на дело. Он понимал, конечно, что это тоже работа, и что такие люди, палачи, тоже нужны, но не собирался с ними общаться или пить их вино. И ничего с собой не мог поделать. Впрочем - и не хотел.

Палач семенящей походкой подошёл к бандиту и развязав полоску ткани, завязанную у того на затылке, вынул изо рта кляп, скрученный из грубого холста. Кляп был мокрый, слюнявый, но палач рачительно осмотрел его, и положил на полочку у входа:

- Потом сполосну, и снова можно использовать. Без споласкивания он протухнет, завоняет, а так можно его много раз применять. Экономия! Расточительность нигде не приветствуется. А у меня всегда порядок в хозяйстве. Ну что, господин советник, мне его слегка подрезать, чтобы говорливее стал? Давайте я ему откушу подушечки пальцев на руке. Оно и не сильно изувечит, но воздействие на настроение клиента оказывает очень сильное - большинство сразу начинает говорить, как видят свои белые косточки - палач радостно захихикал, Андрей же нахмурился и отвернулся в сторону.

Данеро сидел бледный, явно обдумывая ситуацию. Потом хрипло спросил:

- Сколько?

- Всё, что есть - подумав, ответил Андрей - сколько у тебя есть?

- Трактир. В трактире тысяч семь. Всё. Я всё отдам - только отпустите. И буду платить вам пятьсот золотых в месяц. А ещё - любые девочки. Бесплатный стол. В любое время. Кроме того - специальные услуги - наёмные убийцы, найду для любых дел. Всё, что хотите.

- Всё? А тогда чего ты нас кормишь всякой чушью - жёстко спросил Андрей - палач, ну-ка, отрежь ему палец.

- Какой? - деловито осведомился палач, взяв с подноса блестящие кусачки, способные перекусить и руку - ты какой рукой пишешь, болезный? Говори сразу - чтобы потом не жаловался, что подписать ничего не сможешь.

- Андрей, ну на кой демон ты меня сюда пригласил - скривился Фёдор - не хочу я смотреть на это!

- Все вы чистоплюи - нахмурился Андрей - а кто кричал, что денег на армию нет, что надо что-то придумывать, что я не понимаю, вероятно, как это важно, чтобы солдаты получали жалование. Ну вот, так добываются деньги. Один из способов. Когда я пишу записку в казначейство, и тебе деньги передают - это нормально, да? Они не пахнут, правда? А когда вот так, в подвале...чуешь? Стой, палач, пока не надо.

- Чую. Воняет - Фёдор встал с места и пошёл к двери - извини, я здесь не останусь. Я понял тебя - деньги пахнут кровью. Но я ничего изменить не могу - солдаты хотят получить жалование.

- Скажи тюремщику, что я распорядился привести того типа, что привезли последним. Шагай.

Фёдор чётко, как на плаце, повернулся и вышел из камеры, держась прямо, как будто кол проглотил. Андрей остался один. На душе у него было хреново. Зачем он пригласил Фёдора? Сам не знал. Возможно, для того, чтобы было легче делать то, что он собирался. Вроде как, если переложить часть груза на плечи друга, ему станет легче. Нет, это не тот груз. И стало ему гораздо тяжелее.

Дверь распахнулась и в дверной проём влетел человечек с кудрявыми волосами, торчащими густой шапкой, подпихнутый в спину сильной рукой тюремщика. Он дико огляделся по сторонам, заметил сидящего на стуле Данеро и плюхнулся на колени:

- Прости, хозяин! Я боюсь боли! Кто-то им сказал, что я твой бухгалтер, они меня захватили и привезли сюда! Я всё рассказал! Прости!

- Хватит ныть - презрительно-спокойно сказал Данеро - господин советник, что на самом деле вы от меня хотите? Деньги? Я отдам всё, что есть. Ещё что? Ведь вы не только деньги хотите. Или вернее - не только те деньги, что у меня есть. Я понимаю - попался, и должен заработать свою жизнь. Это нормально, это понятно. Так что я должен?

- Палач, забери этого - Андрей указал на человечка у ног - и выйди вместе с ним. Дверь прикройте плотно. Узнаю, что подслушиваешь - уши обрежу. А я узнаю.

- Обижаете, господин советник - что в мои уши вошла, там и умерло! Вы бы знали, сколько государственных тайн я выслушал - были бы очень удивлены, очень! И никто ничего не знал. Ваше недоверие меня даже обижает...

- Вон отсюда! - рявкнул Андрей - ещё слово, и ты сам попробуешь свои инструменты!

Палача как ветром сдуло. Подхватив бухгалтера, он выскочил за дверь, плотно прижав её к косяку. Андрей и Данеро остались одни.

Противники внимательно смотрели друг на друга. Каждый был умён, и умел добиваться своего. И каждый знал, когда следует идти вперёд, а когда надо отступить, потому что проиграл, и дальнейшие действия лишь ухудшат ситуацию. Сейчас поиграл Данеро. И должен платить по счетам. Это он понимал чётко. Как понимал и то, что пока он жив - всё ещё может быть. А если он будет мёртв...в общем - понятно.

- Ты отдаёшь мне все деньги, что у тебя есть. За исключением тех, что нужны на содержание трактира. Насколько я знаю, у тебя около трёх миллионов. Далее. Ты переписываешь в казну все дома, земли, что у тебя имеются. Это ещё на два миллиона. По рыночной цене. А она упала. Далее. Ты каждый месяц отдаёшь мне девяносто процентов денег, полученных от своего преступного промысла. Я приставлю к твоему бухгалтеру своего бухгалтера, и он будет проверять все счета. Кроме того, я лично буду тебя допрашивать, и поверь, у меня есть возможность узнать - врёшь ты, или нет. Кроме того - я буду давать тебе задания, которые ты должен выполнять - это сбор информации, это услуги убийц, это любые услуги, которые я у тебя потребую. Ты мой. Ты труп. Но пока живой. Но если ты сбежишь - я найду тебя везде. Клянусь. И разорву на части. И ещё - мне нужен контакт с пиратскими капитанами. Я готов предложить им службу, дав грамоту, разрешение, на грабёж судов, принадлежащих южным магнатам. Тридцать процентов награбленного - моё. Корабли не топить, это моя собственность. Насколько я знаю, пираты в большинстве случаев не связываются с захваченными кораблями - негде ставить, больше проблем, чем выгоды. Так вот - приведёт в порт - получит вознаграждение. Договоримся - какое.

-Какие-то запреты? - хмуро спросил Данеро - вряд ли такой господин как вы, боящийся замарать рук, не поставит какие-нибудь запреты в моей деятельности. Обязательно найдётся что-то, что вам не по нраву.

Андрей задумчиво встал с места, прошёлся по комнате, заложив руки за спину потом подошёл к Данеро, встал, покачиваясь с носка на носок, и вдруг неожиданно нанёс два хлёстких удара в лицо пирата, сломав тому нос и разбив губы. Хлынула кровь, обильно залив рубаху ошалевшего от боли бандита, он обвис в кресле, потом поднял голову и хлюпая носом, из которого текла струйка крови, спросил:

- Зачем?

- Чтобы ты не забывался, с кем разговариваешь. А ещё - чтобы знал, что я не боюсь запачкать рук в крови. Теперь ты это понял?

- Понял - согласно кивнул Данеро, с опаской следя за руками этого странного человека. За последние тридцать лет это был единственный человек, который напугал его до глубины души. Данеро даже на секунду показалось, что через странные жёлтые глаза советника на него смотрит демон из ада....

- Это хорошо что понял - спокойно кивнул головой Андрей, и коснувшись ауры, остановил кровотечение, зарастив сосуды в носу. Потом резко дёрнул сидящего за нос, с хрустом поставив сломанные хрящи на место. Данеро взвыл от слепящей, палящей как огонь боли, но Андрей не обратил на его вопли никакого внимания. Он даже не стал отключать у того боль - пусть почувствует то, что ощущают его 'клиенты'. Снова аура - и через несколько минут нос был как прежде, цел и невредим. Если бы не залитое кровью лицо и рубаха бандита, можно было бы сказать, что ничего не случилось.

- Запрет: никакого убийства и пыток девушек. Узнаю, что ты снова поставляешь девушек эти подонкам - убью. Мучительно и страшно. Вот так - Андрей протянул руку к ауре Данеро, и тот вдруг ощутил дикую, страшную, слепящую боль в теле, такую, как если бы он превратился в одну развёрстую рану, сочащуюся кровью. Андрей задержал боль на несколько секунд, всего на пять, или семь, но за это время Данеро чуть не умер от сердечного приступа, настолько велика была боль. Он обмочился, тяжело дышал, и был совершенно сломлен. Его дикий крик, вероятно, достиг самого верха, так жутко он кричал.

Андрей повернулся и пошёл к двери. Приоткрыв, крикнул палачу:

- Иди сюда!

Палач вошёл, ревниво оглядел место работы, и с лёгким укором сказал:

- Ну зачем вы утруждали свои рученьки, господин советник! Я бы так поковырялся у него в носу, что и нос был бы цел, и до конца жизни он помнил бы о боли, что я ему причинил! Давайте я вам полью на руки, вы испачкались! А вы здорово его приложили, он так кричал, любо-дорого послушать! Просто песня! Нам у вас ещё поучиться надо!

Андрей едва не ударил палача, угодливо хихикающего возле него. Он чуть не вздрогнул, когда тот его похвалил - палач констатирует, что ему у него нужно поучиться, как пытать людей! Это ли не ужас?!

И в который раз Андрей задал себе вопрос: 'Всё ли верно я делаю? Так ли я должен поступить?' - и в который раз ответил, что не видит другого выхода.

- Пойди к тюремщику, пусть вызовет судью и двух свидетелей-стряпчих. Бумаги пусть берут. Будем писать документы и заверять их. И ещё - отмойте его морду...

Андрей пошёл к двери - ему ужасно хотелось вдохнуть свежего воздуха, пусть даже это воздух пополам с мелкой дождевой взвесью. Ему было плохо и тошно.

Судья прибыл через полчаса - встрёпанный, с ошалелыми глазами. Похоже что его вырвали прямо из-за обеденного стола, потому что на его бороде повисли крошки печенья, а губы лоснились, как будто он только что ел что-то жирное. Впрочем - может он и всегда такой неряшливый - подумал Андрей, и тут же ощутил запах еды, впитавшийся в одежду судьи. Еды, и едких чернил, пахнущих спиртом и краской.

- Приветствую вас, господин Советник! - судья склонился в поклоне и махнул рукой своим спутникам - молодым парням с письменными принадлежностями в руках - быстрее, быстрее! Не заставляйте ждать! Господин советник очень занят, да и я не просто так болтаюсь по улицам. Бездельники!

Через час всё было закончено. Бумаги, подтверждающие перевод денег со счёта Данеро в казну, купчие на землю и дворцы - всё было готово. Остальное, укрытое в тайниках под трактиром, Данеро обязался отдать по первому требованию.

Требование возникло сейчас, и 'трактирщик', в сопровождении Фёдора и нескольких человек гвардии в гражданской одежде, отправился к захоронке.

Фёдор протестовал, пытаясь сказать, что генералу гвардии не пристало ездить по притонам выкапывать сокровища, но потом смирился - и правда, кому ещё можно было поручить достать деньги? Перевезти их во дворец? Альтернативы не было. Люди падки на деньги, и подвергать их испытанию сокровищем стоимостью семьсот тысяч золотых было бы неправильно. Потом лови, отнимай...без этого дел хватает.

Отправив Фёдора, Андрей побрёл во дворец, благо, что он располагался недалеко от управления Стражи, так что не надо ни кареты, ни даже извозчика.

Конечно, 'не статусно' советнику Императрицы бродить по улицам, как простому солдату, но Андрею было плевать на статусность. Он так устал от всех этих церемоний, и ему очень хотелось просто посидеть где-то в трактире, выпить кружку пива и послушать музыканта, заунывно вещающего балладу о приключениях отважного героя и о его неразделённой любви.

Увы, и этого он не мог себе позволить. Последний раз, когда он собрался это сделать, получилась история с Данеро. Впрочем - окончившаяся довольно хорошо. Вовремя пришли эти деньги. Хотя их и было капля в море. На неделю-две заткнуть дыры. Остальные доходы от преступной деятельности поступят ещё очень не скоро.

Андрея аж передёрнуло от этой мысли - государство, живущее на доходы от преступной деятельности, той, от которой оно должно оберегать граждан! Это ли не фарс? Это ли не лицемерие? И тут же усмехнулся - а что, всю деятельность государства, в котором он жил до попадания сюда, можно назвать НЕ преступной? На его взгляд, государство постоянно грабило своих граждан. Денежные реформы, дефолты, грабительские налоги и поборы чиновников - это ли не грабёж? Ну да, так откровенно, заставляя преступников платить налог со своей преступной деятельности - так - нет. Хотя...нет? Разве нет?

Гвардейцы у входа во дворец отсалютовали, чётко вытянувшись и взяв ружья 'на караул'. Андрей кивнул головой - Фёдор муштрует солдат, гоняя по плацу как проклятый, с утра до ночи. Но результаты есть. Исчезла расхлябанность, исчез этакий налёт анархизма, присущий ранее элитным частям, прикормившимся возле императора. Пить, драться, распутствовать - вот была их главная задача. Правда после начала реформы армии посбегало процентов двадцать тех, кто пришёл лишь за званием и красивой формой, сынки богатых родителей. Их объявили в розыск, как дезертиров, заочно приговорив к наказанию. Но они скрылись где-то в провинции, у родственников, и власти некогда было заниматься поиском беглецов. После. После войны. Всё теперь откладывалось на 'после войны'. А она дышала в затылок...

Длинный коридор, посты гвардейцев, спрятанные за портьерами. Паркетный пол, с прихотливым узором, натёртый до блеска так, что по нему стыдно было идти в грязных, забрызганных водой из луж сапогах.

Антана сидела у камина, удобно полулежа в широком кресле напротив Шанти. Они играли в 'Лис и зайцев' на доске, похожей на шахматную. Впрочем - это и был род шахмат. Антана научила играть в эту игру Шанти, и они целыми днями сидели за доской, иногда споря до хрипоты - Шанти норовила сжульничать, и очень сердилась, когда её на этом ловили. Играли они с переменным успехом, хотя Андрей подозревал, что Антана специально поддаётся драконице - чтобы той не было обидно. А ещё - чтобы та не бросила играть. Неинтересно же всё время проигрывать, а против Антаны у Шанти практически не было никаких шансов - девушка играла в эту игру с детства - отец научил.

- Кто выигрывает? - устало спросил Андрей, целуя жену в щёку и усаживаясь рядом, в такое же кресло.

- Анташка! Она чего-то жульничает! Я не знаю как, но она придумала какое-то свинство и меня обыграла! Всё, не буду сегодня больше играть! - Шанти скинула фигурки зверей с доски и раздражённо фыркнула - дурацкая игра! Типично людская! Она слишком глупая, чтобы мой мозг мог опуститься до такого безобразия!

- Да, да..человеческий мозг не идёт ни в какое сравнение с мозгом мудрых драконов - покорно кивнула головой Антана - это мудрое племя никак не может опуститься до этой дурацкой игры, его занимают более важные, мировые проблемы...да, да...

Шанти фыркнула и ловко запустила в Антану пирожком с ягодами, Антана выхватила его из воздуха, внимательно осмотрела и откусила кусочек, но тут же отложила в сторону и вздохнула:

- Не буду. Полнею. Надо мучного меньше есть.

- Да чего ты ерунду говоришь - ответила Шанти, лениво облокотившись на подлокотник кресла,и закинув на другой свою длинную ногу, высвободив её из под платья практически до пояса- тебе надо есть побольше, чтобы создавать младенца! Не будешь есть - младенец будет хилым. Ешь, ешь пирожок.

- Шанти, почтенные леди так не сидят - прищурил глаз Андрей - убери ногу с подлокотника и спрячь её под платье. И вообще - почему ты не носишь нижнего белья? Если уж ты сделала себе всё, как у людей - какого демона ты этим сверкаешь на глазах у собеседников?

- Да чего такого-то?! - раздражённо парировала Шанти - тут все свои, никого чужого нет. А если бы я не сделала всё, как у людей, кто-нибудь бы случайно увидел - служанка, например - и мог бы заинтересоваться, почему это у девушки нет пупка, или...

- Ладно, ладно! - прервал речь Андрей - хватит откровений.

- Ну - ты же спросил. Тебя же очень интересует, что у меня там под юбкой! - продолжала упорствовать Шанти - бельё не ношу потому, что оно давит! Неприятно! Может тебя интересуют ещё какие-то подробности моего строения, или процессов жизнедеятельности...

- Вот это меня интересует меньше всего - вздохнул Андрей - Анта, она чего, опять в депрессии? Чего такая ядовитая?

- Она проиграла пять раз подряд, вот и психует - сообщила императрица, не обращая внимания на возмущённое фырканье драконницы - а не надо заявлять, что люди суть глупые создания, что они плохо соображают, и что им нужен поводырь из мудрых, осенённых веками, красивых существ.

- Это она про себя, похоже на то - невозмутимо ответил Андрей - а что, в этом облике она красива, да. Ничего против не имею. А как наденет свою настоящую личину - преступники в штаны делают от страха, не то что простые люди. Что касается мудрости...тебе рассказать, чем она развлекалась в трактире, когда я пришёл? Она тебе ещё не рассказала?

- И чего, и чего? - захихикала Шанти - ну, попугала негодяя, так живой же! Зато больше не будет девушек обижать. Впрочем - для верности стоило бы откусить ему голову...но тут уж ты мешаешь наказывать супостатов как следует. Кстати, как я поняла, теперь ты сам глава преступного мира столицы. Не жмёт корона из дерьма?

- Умеешь ты испортить настроение - скривился Андрей - да, я теперь глава преступного мира! И все деньги, кровавые, грязные, будут течь в казну! Почти все...надо же что-то оставить им на раззавод, иначе вообще ничего не получим. За один страх никто работать не будет.

- Работать? - недоумённо переспросила Антана - ЭТО - работа? Грабить людей? Отнимать заработанное? И мы на эти грязные деньги будем жить? Я не хочу таких денег, Андрей. Это чёрные деньги. А гадов, которые воруют и грабят, надо вешать!

- Согласен - вздохнул Андрей - но нам надо выбирать между плохим, и очень плохим. Если мы не добудем денег, всё, что я задумал, пойдёт прахом. Погибнут множество людей. Подожди ещё, это не всё плохое, что я сделал. Будет хуже.

- Что ты задумал? - настороженно спросила Антана

- Задумал. Пока не скажу. Меньше знаешь - крепче спишь. Тебе нельзя волноваться. Как ребёнок?

- Толкается! - просияла женщина - так-кой шустрый, это что-то! Скоро, скоро... Задержка. Повитухи говорят - бывает.

- Врут они всё. Может просто срок посчитали неточно. Я-то помню, когда мы с тобой первый раз...

- Эй, а ничего, что я тут слушаю о ваших совокуплениях? - возмущённо буркнула Шанти - вы на меня уже как на мебель, совершенно внимания не обращаете! Как мне ножку выпростать из-под платья, так целая лекция о непристойном поведении, а сами обсуждают подробности своих постельных утех! Да ладно, ладно, я пошутила - чего такие рожи-то скорчили? Как дерьмо увидали! Так - молчать! Ни слова! А то обижусь! Лучше расскажи, чего ты там с этим подонком договорился.

- Я же сказал - будем его доить, как корову, под страхом смерти. Буду забирать у него девяносто процентов денег, отнял три миллиона - теперь есть чем заплатить армии и стражникам. Договорился, что меня выведут на пиратских капитанов - дам им грамоты, что теперь они пиратствуют от нашего имени, будут грабить корабли южан, плывущие под флагом Гортаса. Пятьдесят процентов добычи наши. Пока всё нормально, в общем.

- Ты думаешь - получится, с пиратами? - с сомнением покрутила головой Антана - они с твоей грамотой будут грабить всех подряд. А когда их прихватит береговая стража - скажут, что это распоряжение императрицы, что они грабили только корабли Гортаса. И опровергнуть их слова будет некому. Знаешь почему некому? Все, кто смог бы опровергнуть - будут на дне морском. Или ты заранее миришься с таким положением? Андрей, ты ведь знал, что так будет, да? Что они будут грабить всех подряд? Ты понимаешь, что перевозки по морю тогда будут парализованы напрочь? Это что, ты вроде как налогом обложил купцов? Предсказываю тебе - никто не поедет больше по морю. Все будут тащиться по грязи. Или не поедут вовсе. Вот результат этой операции. Пока пиратов как-то сдерживала стража, пока они боялись - большинство кораблей проскакивало, а ты же знаешь, что в сезон дождей другого транспорта, способного доставить груз в прибрежные города - нет. Рвать колёса в грязи и уродовать лошадей не хочет никто. Торговли просто не будет.

- Умная сестрёнка - кивнула головой Шанти - уже не так обидно, что она меня обыграла. Дело говорит. Ты думал над этим? Или тебе важнее сорвать денег именно сейчас? Сей момент? А потом что?

- Потом может и не наступить - если мы не добудем денег - буркнул Андрей - знаю я всё. И знаю, что контроль за пиратами иллюзорен. Как узнать, сколько они чего награбили? Сколько процентов отдали нам, а сколько заныкали по тайникам? Впрочем - это-то можно узнать, на то есть агенты...кстати, сестрёнка - не хочешь заняться работой? Поработать, так сказать, для людей, для общества, для нас с Антой?

- На людей и общество мне плевать - невозмутимо констатировала Шанти - а вот для вас...негодяи вы, конечно, обижаете меня...не любите...не хвалите, не приласкаете никогда...но - я не против. Чего надо? Кому-то голову откусить? Ноги-руки оторвать? Я всегда готова!

- Ну...я не знаю...засомневался Андрей - могу ли я предложить тебе это дело...оно сложное, грязное...не все могут это сделать...

- Что, носки твои постирать, что ли? - хмыкнула Шанти - да, это страшное дело! Вряд ли я на него сгожусь! Тут нужен смелый человек!

- Нет, не носки - мягко продолжил Андрей - мне нужен начальник тайной службы, который организует сеть соглядатаев, шпионов, доносчиков, тайных убийц, интриганов и шантажистов. Фёдор на это не годится. У меня нет времени, хотя мне и приходится этим заниматься. Дело очень, очень сложное, и тут нужен умный начальник, не гнушающийся ничем, но верный мне, как...ты. Больше никто мне в голову не пришёл. Я вспомнил, как ты преследовала бандитов по улицам города, устраивала засады - ты же готовый тайный агент! А то, что ты можешь принимать любой облик - это просто великолепно. И убить тебя очень трудно, почти невозможно. Так что скажешь?

Шанти молчала, что не удивило Андрея При всей её безалаберности и хулигански-независимой натуре, на самом деле, она была очень ответственным существом. Если уж она даст добро, то будет работать не за страх, а на совесть. Это точно. И ещё - она умрёт, но не предаст его. Это он знал наверняка.

Молчание затянулось, и Антана нетерпеливо переменила позу, прижав руку к животу. Андрей встрепенулся:

- Что, началось?!

- Нет. Пока нет - с вымученной улыбкой ответила императрица - но скоро. Очень скоро. На днях. Скоро, сестричка, станешь тёткой. Будешь нянчить Андрюшку?

- Почему Андрюшку? - удивился Андрей - вы уже имя ему подобрали? А меня спросили?

- Да чего спрашивать-то? - парировала Шанти - не ты же вынашиваешь! Тебе чего - сунул, брызнул - и пошёл себе! А ей таскать в животе! У нас самка даёт имя ребёнку. Самцы улетают и знай себе болтаются на охоте. Чего им? Дело-то сделал!

- Фу, гадость какая! - буркнул Андрей - ты в своём репертуаре. Ляпнешь, так ляпнешь. Ну - Андрюшка, так Андрюшка. А чего - хорошее имя. Кто предложил? Понятно. Почему-то я так и подумал.

- И будет у меня два Андрея - улыбнулась Антана - большой, и маленький.

- И оба - дети - хихикнула Шанти - без надзора им никак. Хорошо. Буду я твоей начальницей тайной стражи. Но чтобы жалование, всё как у людей! Дворец мне дашь, слуг - иначе странно будет, что я живу вместе с вами. Да и принимать людей где-то надо. С чего начнём?

- С информаторов у бандитов. Подумай, как это сделать. И ещё - подумай, в каком виде будешь к ним приходить - в этом же? Или примешь более незаметный вид?

- Не суть важно - отмахнулась Шанти - какой надо, такой и приму. Я их запугаю, тварей. Они медяк лишний будут бояться заныкать! А что - забавно, да. Мне нравится. Спасибо, братец, за развлечение - она довольно улыбнулась мыслям и встала с кресла - кое-какие задумки у меня уже есть. Ты отпустил этих трёх - подручных Данеро? Ага. Вот с них и начну. А что касается пиратских кораблей, подкину тебе мыслишку - а почему бы тебе вообще не искоренить пиратство, вооружить корабли стражи новым оружием и самому не заняться грабежом судов Гортаса? На кой демон тебе эти пираты сдались? Проходимцы и мошенники?

- Вообще-то я собирался это сделать в дальнейшем - сознался Андрей - но только тогда, когда пираты отдадут мне призовые корабли. Оснастить их, вооружить, и...вперёд!

- Ты лучше ограбь этих тварей, отбери корабли, а их перевешай! И будет спокойнее, и будет развиваться торговля, и налогов пойдёт побольше. И флот будет! Учись, братец! Видишь, как хорошо, когда у тебя умная сестричка?

- Иди, умная сестричка...подальше - ухмыльнулся Андрей, и серьёзно добавил - я подумаю над твоими словами. Мне кажется - тут ты права.

Шанти выпорхнула из комнаты - Андрей не стал спрашивать, куда она направилась. Пусть сама решает, как справиться с заданием. Если что - он подправит. Они остались вдвоём с Антаной, и та пристально посмотрела на него:

- Тебе не кажется, что мы всё больше куда-то погружаемся, опускаемся? Как в болото какое-то?

- А ты что хотела - хмуро ответил Андрей - так не бывает, чтобы влезть на самый верх и не измазаться. Подожди немного - всё наладится.

- Сколько - немного? - погрустнела императрица - всё так хрупко...построено на лжи, на грязи. Получится ли то, что ты хотел? Стоят ли жертвы результата?

- СтОят! - убеждённо заявил Андрей - я ведь хочу только добра...

***

Карета остановилась у высокого двухэтажного дома, с воротами, украшенными позолочёнными фигурками воина, побивающего какое-то легендарное чудовище, напоминающее дракона.

Андрей усмехнулся - Шанти сейчас что-нибудь сказала бы по этому поводу. Какую-нибудь необычайную гадость. Но её не было - уже три дня она исчезала с таинственным видом, ничего не говоря Андрею, лишь отнекиваясь фразами, типа: 'Я работаю! Ты сам же предложил работу! Не лезь, я всё тебе потом расскажу!'

Он и не лез, зная, что та всё равно не выдержит и в конце концов расскажет о происходящем. Чем больше на неё нажимаешь, тем больше она сопротивляется. С Шанти тактика грубого давления не проходит, Андрей уяснил это уже давно.

В этом красивом доме живёт Олра, бывшая его любовь, и ныне официальная жена Советника Андрея Монаха. Пока официальная жена. То есть - можно сказать, что это его дом. Впрочем - по документам он и числится его домом. Хотя - бывал Андрей тут совсем не часто, можно сказать даже редко.

Солдаты охраны загарцевали вокруг ворот на своих сытых, высоченных лошадях, а кучер, спешившись, постучал в ворота древком кнута:

- Эй, дома! Открывайте! Господин советник приехал!

В окошечко выглянул привратник, и через минуту ворота с противным скрипом растворились, освобождая путь карете хозяина. Кучер вычурно выругался в адрес привратника, обвинив его в лености - даже петли смазать не может! - потом забрался на козлы и карета въехала на широкий двор, выложенный гладкими каменными плитами.

Навстречу карете уже бежали несколько слуг, во главе с мажордомом, высоким седым стариком, работавшим ещё у прежнего хозяина, обедневшего и продавшего дом со всем содержимым - даже со слугами впридачу. Он задыхался, и подбежав к Андрею, тревожно сказал:

- Наконец-то! Хорошо, что вы быстро приехали! Госпоже совсем плохо! Когда я посылал за вами, она ещё не была так плоха, похоже, что у неё родовая горячка!

- Ребёнок? - озабоченно спросил Андрей, вбегая в дом по ступеням широкой лестницы - ребёнок жив?

- Жив! Слава светлому господу нашему! Девочка! Госпожа Олра назвала её Марго! Сказала, что вам, господин, понравится это имя.

Андрей нахмурился, но ничего не сказал. Олра верна себе - она как бы перед смертью дала понять, что знает о подмене, что Антана когда-то была Марго, и Андрей был с ней близок. Впрочем - это ничего не меняло.

Андрей вбежал на второй этаж, туда, где была спальня Олры, и бросил через плечо Зорану, своему секретарю, едва поспевавшему за хозяином:

- Жди здесь. Возможно - ты мне понадобишься.

Толкнул дверь, и оказался в удушливой атмосфере сырости, железистого запаха крови и чего-то сладкого, как будто в комнате воскуряли ладан или что-то подобное. Олра лежала в кровати, накрытая по шею, а вокруг суетились люди - четверо, вероятно именующих себя лекарями.

Один из них сцеживал в плоскую тарелку кровь из руки женщины, второй что-то речитативом читал, подвизгивая на каждом слове, двое остальных перебирали сумки с резко пахнущими снадобьями, похожими на смесь навоза и селитры.

Губы Олры посинелим- она умирала. Её лицо было бледным, как простыня, на которой она лежала. Увидев Андрея, женщина шевельнула рукой и попыталась что-то сказать, но не смогла, и её бледная рука упала назад, на кровать.

- Вон все! - жёстко сказал Андрей

- Господин советник, мы...- начал тот, кто сцеживал у Олры кровь, но Андрей с размаху ударил его по лицу обратной стороной ладони так, что отбросил шага на два:

- Вон, твари! Она и так море крови потеряла! Ты чего, тварь, у неё последнюю скачиваешь?! Убью, сука!

- Но, мы...дурную кровь...

- Я сейчас тебе самому дурную кровь выпущу! Всю! До капли!- Андрей шагнул к лекарю, и того как ветром сдуло - он выбежал следом за своими коллегами, позабывшими даже о сумках с дерьмовыми порошками, и прикрыл за собой дверь.

Повернувшись к Олре, Андрей коснулся ауры и стал впитывать лихорадку, боль, всю болезнь, которую занесли грязными руками повитухи. Он никак не мог привыкнуть, что этот мир не дорос до понятия 'дезинфекция', и к тому, что каждые третьи роды заканчивались заражением роженицы, а каждые десятые обязательно заканчивались смертью новорождённого. Каждые двадцатые - смертью роженицы.

Мельком проскочили две мысли - первая - надо реформировать систему медицинского обслуживания. И вторая - как и решил, нельзя подпускать ни одного человека к Антане во время родов. Сам примет ребёнка.

Олра задышала легко и спокойно. Синюшняя бледность ушла, но до полного выздоровления было ещё далеко - организм не мог так сразу восстановить утраченную кровь. Для этого нужно было время. Однако, лечение пошло на лад, и тело зарастило раны, полученные при родах, оставив небольшие шрамы, которые рассосутся в течение нескольких дней. Видимо, девочка была крупной, поэтому роды прошли тяжело. Да и квалификация этих чёртовых лекарей оставляла желать лучшего.

Женщина очнулась. Она робко открыла глаза, как будто не веря в происшедшее, глубоко вздохнула, подняв полной грудью простыню, на которой виднелась ярко-красное пятнышко крови.

- Ты пришёл...я так боялась, что ты не придёшь...я звала тебя, звала, звала, кричала...и чуть не умерла. Ты знаешь - я папу видела. Но он меня прогнал. Я к нему потянулась, обняла его, но он улыбнулся, оторвал мои руки и толкнул назад, к тоннелю. Я летела...летела..летела...бах! И снова тут. И ты тут. Ты знаешь, у нас ведь родилась девочка. Я назвала её Марго. Ты не сердишься? Ты не подумай чего плохого, милый, я тебя до сих пор люблю. Я никогда не причиню тебе зла, клянусь! Никогда, пусть я лучше умру! Дура я была. Ох дура...надо было хватать тебя, и бежать с тобой на край света, бросить всё, забыть обо всём...но что теперь поделаешь. Всё так, как оно есть. Правда же? Или нет? - Олра с надеждой смотрела в глаза сидящего рядом с ней на постели мужчину, а он молчал. Его глаза говорили: 'Прости, у меня в душе осталось ещё что-то, да...но...место занято. Той, которой я оказался нужен больше' - и Олра заплакала.

Она не плакала так с детства, когда чужой мальчишка сломал подаренную ей отцом игрушку. Плакала так, как не плакала никогда, будучи взрослой женщиной - навзрыд, с воем, до обморока, как по мёртвому. Впрочем - по мёртвому и есть. Она оплакивала убитую ей любовь.

Отрыдавшись, Олра успокоилась, и замерла, схватив руку Андрея и прижав её к губам.

Андрей смотрел на женщину, бывшую когда-то для него самым близким человеком в мире и думал о том, как мало нужно, чтобы дом, строившийся месяцами, а то и годами, разрушился. Стоит лишь толкнуть в нужном месте, подправить...и посыпались стены, завалили всё, что было красивого, светлого.

- Всё, успокоилась? - спросило он грустно - что же ты раньше за мной не послала? Это же не лекари, это шарлатаны проклятые! Поубивал бы! Через пару дней уже будешь на ногах. Как девочка? С ней всё нормально?

- Да, слава Господу! Крупненькая, шустрая такая, красавица! В нас с тобой - Олра счастливо улыбнулась - я так мечтала о девочке, так её хотела! Спасибо тебе! Не думала, что рожать так больно и трудно. Не ожидала.

- Делов-то - лукаво усмехнулся Андрей - напряглась - щёлк! И готово. Чего преувеличиваешь-то?

- Тьфу! Треснула бы тебя! - рассмеялась Олра, довольная, что Андрей с ней шутит, как в былые времена - сам бы попробовал! Вас, мужиков, заставить бы рожать, тогда знали бы, как получаются дети. А то небось в вашем представлении это только лишь...мда. В общем - плохо мне пришлось. Спасибо тебе.

- Нечего благодарить - досадливо отмахнулся Андрей - не чужие ведь. Да, не чужие. Ты мать моей дочери. И я тебя не оставлю без помощи. Ты же знаешь.

- Знаю - опять грустно сказала Олра - знаю. А может мы с тобой, иногда, когда Антана не может...

- Давай не будем об этом, а? - прервал Андрей - лучше поговорим на другие темы!

- Понимаю - кивнула головой Олра - давай. Как у тебя дела с армией? Я слышала - разговоры идут нехорошие. Вроде как жалование задерживают. Ты выправил положение?

- Кто тебе сказал про армию? - насторожился Андрей

- Я же бываю у вельмож. Благодаря тебе, кстати. Они пытаются заручиться моей поддержкой - так, на всякий случай. Я же ведь жена самого могущественного человека в империи. Правой руки императрицы.

- Ага. Понятно. И что говорят?

- Говорят, что казна пуста, что армия волнуется, и как бы скоро у нас не был новый император. Многие собрались бежать в провинцию, в свои дальние поместья, на всякий случай, пока гроза не пройдёт.

- А что насчёт лояльности? Основная масса - как? Не собираются, строить мне козьи морды?

- Какие морды? А! - Олра рассмеялась - иногда я просто теряюсь в сочности твоих высказываний - ты пойми, я общаюсь с теми, кто тебе, в общем-то, лоялен, или нейтрален. Те, кто тебя ненавидит - меня не принимают.

- Интересно. И много таких?

- Нуу...половина. Не меньше. Но они тоже выжидают. После того, как ты расправился с главарями мятежа - охоты бунтовать у них точно поубавилось. Боятся. Хотя связь с Гортсом, я думаю, держат. Шпионят для него, это точно.

Андрей помолчал, переваривая услышанное, и кивнув головой, подтвердил:

- Да. Проблемы с деньгами есть. И большие. На время я их решил, на пару недель, максимум, но мне нужны деньги. Много денег. На ведение войны, на переоснащение армии. Если я успею провести реформу армии - война будет выиграна. Сто процентов. Но где деньги взять - ума не приложу. Я сунулся в имперский банк, взять заём - а он пуст. Почти пуст. Остались вклады мелких пользователей - по миллиону-два-три. Остальные успели изъять вклады. Вывезли золото. Банкиры разводят руками, мол - нет ничего. Перехватил пару миллионов, и то - еле успел, граф Ситаран возмущался так, что чуть не описался от злости. Всё выгребли. Вот и посоветуй - где взять деньги? Как добыть несколко десятков миллионов, нужные на армию, на перевооружение, на постройку завода, на всё, что мне нужно? Казна пуста. Что делать?

- Грабь - ни секунды не задумываясь ответила Олра - что ты на меня так смотришь? Грабь! Отбирай деньги! У тех, у кого они есть! У кого много денег! Подумай - у кого они есть, и забирай. Война окончится, ты выиграешь, и никто не вспомнит на какие деньги ты её выиграл и как ты их добыл. Победитель всегда прав.

- У нас говорят - 'победителей не судят' - автоматически буркнул Андрей, взвешивая сказанное.

- Вот-вот, хорошо сказано - победителей не судят - обрадовалась Олра - смотри, что получается - есть банк, в котором лежат деньги. Назрела война, эти люди деньги изъяли, лишив банк возможности профинансировать государственные программы, фактически подкосив твои планы под корень. То есть - они сработали, как государственные преступники. Что тебе мешает объявить их таковыми? И забрать, всё, что у них есть? Повод можно найти, да. Придумать, на самом деле. Пусть пять человек покажут, что такой-то отправлял их к Гортасу, намереваясь заключить с ним соглашение. Гадко? Да. И что? На наплевать! Главное дело! Я тебе дам примерный сисок тех, кто сочувствует Гортасу, кстати - это самые богатые аристократы и есть. Стоп, чего ты улыбаешься? Вот негодный! Ты же это сам уже продумал, и давно! Я же тебя знаю, муж мой. Не хмурься, не хмурься...дай мне хоть иногда называть тебя мужем. Ведь мы были когда-то счастливы...как я сейчас. И пока ты мой муж. Я тебе нужна, я верная, умная, преданная тебе. И я мать твоей дочери. Кстати - мы скажем ей, что ты её отец?

- Конечно. Дочь должны знать своего отца. И ты будешь жить во императорском дворце. Наши дети должны воспитываться вместе, одинаково, пусть даже один будущий император, а другая...другая будет графиней. Скажу Антане, чтобы она подписала указ о присвоении тебе графского титула. Мы сделаем по-хитрому - найдём хороших писцов, подчистим генеалогическое древо какого-нибудь исчезнувшего, захиревшего рода, и впишем туда твоих родителей, якобы они дети одного из графов, а ты - соответственно графиня. И императрица, узнав об этом, восстановит справедливость, присвоив тебе титул. Она имеет на это право. Всё будет отлично.

- Я люблю тебя. Какой ты умный, какой ты...

- Только не рыдай, не вой, ладно?! - рассмеялся Андрей - если любовь кончилась, это не означает, что не может быть дружбы и привязанности. Я же сказал, что не оставлю тебя и мою дочку... дочку - Андрей будто покатал на языке это слово, и смущенноё улыбнулся - никак не могу привыкнуть, что я стал отцом. И скоро стану им снова.

- Как, кстати, у Антаны дела? Скоро?

- Скоро. Ждём со дня на день. А ты переходила, да?

- Ага. Переходила. Предлагали мне попить порошков, чтобы выгнать ребёнка пораньше - я отказалось. Бред это всё. Когда надо ребёнку, тогда он и выйдет. Как Бог решит. Её не тошнит?

- Кого? А! Анту? Нет. Отлично себя чувствует.

- Эх, мужчины, мужчины...я тебе про ребёнка - а ты уже мыслями весь в деле - рассмеялась Олра - да, наверное это правильно. Для нас нет ничего важнее детей, а вы должны думать, как нам всем выжить. Отец тоже такой был. Наверное - потому я тебя и полюбила, что ты очень похож на моего отца.

Олра вздохнула, и добавила:

- Ладно. О любви потом. Слушай ещё: о церкви ты думал? Вот у кого денег - просто море. Все жертвуют церквям. У них капиталы немеряные. Объяви, что церкви, как часть государства, должны заботиться о его сохранности. Иначе...в общем...вижу, вижу - ты уже и это продумал. С тобой неинтересно, ты всё знаешь! - рассмеялась Олра - хочешь посмотреть малышку?

- Хочу - признался Андрей - а можно?

- Глупый! Тебе всё можно! Я твоя! Малышка твоя! Мы твои близкие! О чём ты говоришь?! Сейчас.

Женщина дёрнула за шнурок у постели, где-то далеко раздался удар гонга. Дверь в комнату распахнулась и в неё заглянуло озабоченное лицо мажордома:

- Что, что, господин...госпожа! Ой, радость-то какая! Госпожа здорова! А эти идиоты-лекари...

- Тебя как звать? - спросил Андрей у старика

- Аким

- Аким, открой дверь пошире, и встань рядом, не загораживай проход...ага, вот так!

Андрей наклонился, поднял три лекарские сумки, взяв их в охапку, и со всей силы вышвырнул в коридор, как метатель ядра. Сумки с гулом пролетели мимо испуганного мажордома, и похоже, в кого-то попали, потому что за дверями пискнули и заскреблись.

- Чтобы этих тварей, именующих себя лекарями, и на пороге больше не было! Увижу - убью! И ни медяка им! Всё. Давай сюда малышку, я хочу на неё посмотреть.

Сейчас, сейчас! - просиял старик - она напилась молока кормилицы, спит, такая красивая, такая славная!

Он исчез, и через пять минут в комнату вплыла здоровенная бабища, одна из самых больших женщин, которых Андрей видел в своей жизни. Её груди напоминали арбузы, а руки - ручищи борца-тяжеловеса или штангиста. Этими руками она нежно прижимала к себе маленький куколь, потерявшийся в её здоровенных 'граблях'. 'Штангистка' улыбнулась Андрею, и прогудела, как тихая сирена, если такие бывают:

- Здравствуйте, господин советник! Какая славная у вас малышка! Крупненькая! Здоровенькая! Поздравляю! Она красавица - вся в вас. И в маму. Напилась молочка, и спиит... Хотите посмотреть на ручки-ножки? У неё всё в порядке - и рученьки, и ноженьки. Я всё проверила. Никаких безобразий. Славный ребёнок. Молока у меня много, будет кушать и расти, кушать и расти...уууу....моя сладкая!

Андрей наклонился на куколем и всмотрелся в лицо дочери - честно сказать, никакой похожести ни на кого он не увидел. Младенец, как младенец - глазки закрыты, сопит носом...красненькая.

- А чего она красная такая? - озабоченно спросил Андрей - чего не розовая? И пятнышки какие-то...не болеет? - он проверил ауру - нет, та сияла ровным светом, ни красных прожилков, ни черноты. На всякий случай Андрей добавил ей здоровья от себя, аура засветилась сильнее, а красные пятна вроде как побледнели.

- Хо-хо-хо! - заухала человек-гора, как Санта Клаус в переднике - ой, не могу! Простите, господин советник - не удержалась. Все мужики это спрашивают. С чего ей быть розовой, когда она только что вылезла из...в общем нормально это. Потом кожа очистится и будет розовенькая и красивенькая. Вас протащи через...хммм...вы и не так пятнами покроетесь...хо-хо-хо...подержите-ка вот её. Не бойтесь, не бойтесь, она не стеклянная! Чувствуете, какая тёпленькая, приятная? Ваша дочь, запомните - как вы взяли её в руки в первый раз. Всё когда-то в первый раз - вздохнула, она, и приняла назад свёрток с младенцем.

Андрей повернулся в Олре, хотел что-то сказать, и тут позади раздался озабоченный голос Зорана:

- Господин советник, господин советник! Посыльный! Срочно! Императрица рожает! Быстрее, вас требует!

Андрей ошеломлённо обернулся к секретарю, хотел бежать, но Олра поймала его за рукав, приподнялась, нагнула за шею, и поцеловала в губы, шепнув:

- Может последний раз. Прости уж за смелость. Удачи вам с Антой.

Женщина откинулась на подушки, следя за убегающим любимым, и горько вздохнула по ушедшему. Потом посмотрела на дочь, и её лицо озарилось счастьем - вот она, дочь!

И всё остальное показалось таким неважным, мелким, таким незначительным...


## Глава 4


Секретарь подал графу Гегайло футляр, запечатанный печатью императрицы. Граф, полный мужчина лет сорока, с глазами навыкате и широким жирным лбом, посмотрел на этот футляр, будто в нём могла лежать ядовитая змея.

- Что это? Откуда? - воззрился он на секретаря Жасиора, человека лет тридцати, шестого сына мелкого чиновника Управы, работавшего у графа второй год - ты где это взял?

- У посыльного, господин граф - секретарь склонился в поклоне, усмехаясь себе в усы. Интересно было посмотреть, как у графа, наглого и самодовольного типа трясутся поджилки при виде имперской печати.

- Какого посыльного, болван?! - вспылил граф, стукнув кулаком по столу - ты можешь объяснить как следует?! Какого демона ты паясничаешь?

- Простите, господин граф! - ещё ниже согнулся секретарь - и мысли не было паясничать! Приехал посыльный на коне, передал привратнику грамоту, сказал, что это письмо Императрицы, и всё - ускакал! Я не знаю, что это такое. Оно запечатано личной печатью императрицы. Это всё, что я знаю!

- Распечатывай - приказал граф, глодая ножку фазана, запечённого под сильванским соусом с яблоками - читай, только почётче, я стал что-то плохо слышать. (Жир тебя душит, гадина ты эдакая! - подумал секретарь - а жалованье зажимаешь, гнида обжорская!)

Мужчина сломал печать, и достал из футляра свёрнутый в трубочку листок бумаги. Она была непривычно белой - говорили, что советник императрицы наладил производство такой бумаги, отличающейся от старой, коричневатой, похожей на кожу. Эта приятно похрустывала и была на порядок выше качеством, чем прежняя.

- Читай, читай быстрее! - потребовал граф, и даже отложил на время фазанье крылышко, которое собирался положить в рот.

- Господин граф! - нараспев начал секретарь - Я, Императрица Антана, приветствую вас, своего верного подданного. В это непростое время, я уверена, каждый человек в империи думает о том, как помочь родной стране преодолеть трудности, связанные с тем, что мятежники пытаются начать братоубийственную войну. Как известно, победить в войне без армии невозможно, а на неё нужны средства. А где взять средства, если некоторые подданные забывают вовремя заплатить налоги? Уверена, что вы просто забыли выплатить свой долг казне, размером в семьсот восемьдесят тысяч золотых. Кроме того, как верноподданный, уверена, вы не откажете казне в небольшом займе, размером в десять миллионов золотых..

- Сколько?! - прервал секретаря граф, вытаращив свои рачьи глаза так, что они чуть не выпали на стол

- Десять миллионов золотых - равнодушно повторил секретарь, и продолжил - как мне известно, вы располагаете такой суммой. Только лишь недавно вы забрали из имперского банка двенадцать миллионов золотых, мотивируя это желанием прикупить новое поместье и земли. Уверена, вы поможете империи в такое непростое время, и ссудите короне деньги под полпроцента годовых. Жду вашего письма с датой и временем передачи денег в казначейство, с учётом задолженности по налогам.

Императрица Балрона Антана, дата, подпись.

- Это что такое?! Это грабёж! - яростно крикнул граф, и не успел затихнуть его крик, как в двери появился мажордом:

- Господин граф! Здесь к вам граф Хаденор! Что ему сказать, вы его примете?

- Болван! Конечно! Давай его сюда!

Минут десять граф Гегайло яростно расхаживал из угла в угол, плюясь и ругаясь всеми чёрными словами, что знал, потом уселся и стал ждать гостя, сцепив руки в замок так, что его толстые, как сосиски пальцы побелели.

Граф Хаденор, высокий, импозантный мужчина лет пятидесяти появился в дверях, держа в руках футляр, похожий на тот, что получил Гегайло. Он был хмур, сосредоточен и молчалив более обыкновенного. Без лишних слов и околичностей, он кивнул на стол Гегайло, где лежало такое же письмо, и спросил:

- Что думаете по этому поводу? Сколько она вам выставила?

- Десять. А вам?

- Тринадцать.

- Ну да, вы же побогаче меня. А забрали из банка, наверное, пятнадцать? - усмехнулся толстяк - всегда считал, что держать деньги в банке - всё равно как размахивать ими на перекрёстке дорог - смотрите, сколько у меня есть!

- А зачем тогда клали на счёт? - пожал плечами Хаденор

- Ну не дома же хранить! Всегда было надёжно. А как война началась, я так и решил - могут пропасть денежки. И снял. И вы так же сделали, да?

- Сделал. И не жалею. На кой демон нам поддерживать этих выскочек? Якобы она происходит из семьи герцога Паленского, а он - из графов Ворновых! Лгут, как рыночные торговцы! Слепили документы, и всё! Весь архив в руках императрицы, делай что хочешь. Так что будем делать, Габраил?

- Сермон, уважаемый, я только что получил это письмо. У меня голова кругом идёт, я не знаю что делать! Может вы что-то посоветуете, как я понял, у вас было больше времени, чтобы подумать над посланием. Когда вы его получили?

- Час назад. Почитал, подумал, и сразу к вам. Послушайте, может она знает, что мы связались с Гортасом? Что его отец был приятелем моего, и учился вместе с вашим в одной школьной группе?

- Нет. Они выскочки. Им никто ничего не скажет. Императрица и советник не нашего круга. Кстати, слышали - якобы сын императрицы, будущий император, очень похож на советника!

- Перестаньте. Сколько ему - несколько дней? Три? Четыре дня? Как можно сказать, от кого он? Младенцы все на одно лицо. Хотя...слухи такие ходили. Уж очень этот тупой рубака близок к Антане. Женщины любят вояк...

- Вам-то это точно известно - криво усмехнулся Гегайло - ходят легенды о ваших победах над дамами, генерал. Замужними, в основном.

- Перестаньте. Сейчас не до легенд. Итак - запрос императрицы. Что делать?

- Бежать, конечно. Уехать из города. Немедленно. Поехать в дальнее поместье, ближе к югу, и ждать Гортаса. Взять сильную охрану, погрузить золото, и в путь.

- Всё золото?! Вы представляете, сколько оно весит? - хмыкнул Хаденор - вы же не сможете взять всё! Вам понадобится караван из десяти возов! А мне из двенадцати. И охрана. Я только из хранилища банка возил их несколько дней. Кстати - у вас задолженность по налогам есть?

- А у вас?

- Девятьсот тысяч. За несколько лет.

- А чего не платили?

- А вы? Чего глупые вопросы задаёте?

- Успокойтесь, Хаденор, мы с вами сидим на одном стуле. Платить, конечно, глупо - завтра Гортас придёт, а мы деньги отдадим этой курице! И её петуху! Уезжать надо. Деньги спрятать в поместье, а с собой забрать то, что уместится в одной повозке. Уверен, у вас есть тайник, который найдёте только вы. И у меня есть. Так что даже если заберутся в дом, ничего не найдут. Впрочем - здесь оставим сильную охрану, и всё будет нормально. Мы двое самые богатые люди в этой империи, или одни из самых богатых, скажем так. Чего нам бояться эту выскочку? У нас сильная охрана, наёмники, плюс наши гвардейцы, которые не чета рохлям Антаны. Если что - пробьёмся!

- Уверены? Говорят, что гвардия императрицы в последнее время стала гораздо более боеспособной. А ещё - этот самый спецназ, как его называют. Вырядились в странную форму, как грязную, всю в пятнах, и бегают, палят из этих штук - ружья называются. Не опасно будет выезжать?

- Демоны! Что, горите желание вывалить ей тринадцать миллионов? Пока за нас не взялись - бежать надо! И прямо сейчас, в ночь! Иначе поздно будет. Вы как хотите, а я уже собираюсь - Гегайло посмотрел на Хаденора, и вдруг за его спиной увидел небольшую чёрную кошку. Она как будто улыбалась, глядя на графа, и в её глазах ему привиделся демонический блеск.

- Откуда здесь эта тварь?! - яростно крикнул Гегайло, и будто несчастная кошечка была виновата в его бедах, изо всей силы кинул в неё фарфоровой чашкой с остатками чая.

Конечно, не попал, и только лишь забрызгал тёмной жидкостью рукав камзола Хаденора. Пока извинялся, пока искал глазами кошку - та уже куда-то исчезла.

- В общем, Хаденор, я выезжаю. Что касается этих ружей - чушь собачья! У меня пятьдесят лучников, да пятьсот солдат в полном вооружении! И здесь остаётся двести человек. Пусть попробуют взять!

Караван был готов через три часа. Доверенные слуги долго перетаскивали мешки из потайной комнаты в тоннеле под домом, следя за тем, чтобы никто не увидел, где она находится. Затем граф собственноручно запер потайные двери хитрыми замками, подобрать отмычку к которым было невозможно. Его домашние уже сидели в карете - старший сын, с вечно недовольным плаксивым лицом, похожий на отца как две капли воды, дочь, еле влезшая в очередное парчовое платье и жена, надменно взирающая на своего мужа, менее родовитого, чем она. Она его всегда презирала.

После того, как Гегайло взгромоздился в карету, заскрипевшую под его немалым весом, караван двинулся из открытых ворот. Управляющий поместьем остался стоять у ворот, провожая хозяина, а гвардия Гегайло и наёмники, закованные в броню, ощетинившиеся клинками разнообразного первоклассного оружия, обступили карету живой, закованной в железо толпой, расталкивая случайных прохожих и нещадно хлеща плетьми куда попало. А попадало так, что некоторые падали, сбитые с ног ударом тяжёлой плети с вплетёнными в неё свинцовыми шариками.

Вечерние улицы были свободны В последнее время деловая жизнь столицы затихла, уснула, в ожидании перемен и грядущей войны. Дождь, как будто напугавшись грозного вида отряда графа, заполонившего всю улицу от стены до стены, тоже притих, и даже ветер не колыхал поверхность больших луж и намокшие плюмажи шляп челяди графа.

До городских ворот они добрались за час - отряд шёл небыстро, да и огромная лакированная чёрным лаком карета шла медленно, влекомая четвёркой лошадей. Кроме того - три воза с деньгами, окружённые охранниками в блестящей броне, непробиваемой даже стрелой, не располагали к бодрой скачке.

Граф прикинул, что до первого поместья они доберутся к утру - дорога от столицы до поместья была булыжной, так что особых хлопот не предвидится.

Поместье большое, окружённое мощными стенами, можно сказать даже крепость, так что взять там графа будет очень трудно, особенно с его войском. Оттуда он разошлёт гонцов по остальным своим поместьям, и скоро соберёт войско, сравнимое даже с императорским. Денег у него хватает, оружия тоже. Несмотря на свой смешной облик, граф совсем даже не был дураком. Наоборот - он обладал трезвой головой и ясным умом, не зря в первую очередь Хаденор бросился именно к нему. Гегайло умел в определённый момент выбрать правильное решение.

Неожиданно отряд остановился. Гегайло открыл дверцу карету и покричал своего секретаря. Жасиор выслушал приказание, пришпорил коня и поскакал в голову колонны, узнать, что там случилось. Через несколько минут вернулся со слегка растерянным видом:

- Господин граф! Ворота закрыты! Стражник сказал, что у него есть приказ не выпускать вас из города.

- Чтооо?! Это как понимать?! Да я их...я их...в порошок сотру! Я их уничтожу!

- Габраил, мне всё это не нравится - слегка гнусаво сказала графиня - чувствую, это неспроста. Не спеши. Выясни, в чём дело. Как бы беды не было...

- Думаешь, они закрыли ворота в связи с письмом? - нахмурился Гегайло - впрочем, я сейчас узнаю.

Пыхтя, как паровоз, Гегайло вывалился из кареты, и мимо строя своих латников пошёл к воротам. Перед опущенной стальной решёткой стоял парень в солдатской одежде с алебардой, разговаривающий с какой-то красивой рыжеволосой девушкой. Они увлеклись разговором, смеялись, и обращали на Гегайло и отряд латников внимания меньше, чем на муравейник.

Граф, кипя от злости подошёл к парочке и только тут заметил, что парень был одноглазым - вместо одного из глаз была чёрная повязка, а на виске шрам, как будто через глазницу что-то прошло и вышло через висок.

Парень мельком глянул на подошедшего графа, которого сопровождали секретарь и командир графской стражи, сорокалетний мужчина с жёстким, угловатым лицом и прищуренными, как у кота глазами, и снова отвернулся к собеседнице, звонко рассмеявшейся на какие-то слова парня. И только когда Гегайло рявкнул, повернулся, и выжидательно уставился в лицо графа:

- Вы граф Гегайло? Замечательно. И вы спрашиваете, почему ворота закрыты, и какого хрена вас не выпускают? Отлично. Вы тот, кто нужен. У меня грамота, которую я обязан вам отдать, предварительно прочитав во всеуслышание.

- А кто ты такой? - презрительно спросил граф, мучительно вспоминая, где он видел этого наглеца.

- Я Зоран, секретарь Первого Советника Императрицы - спокойно ответил парень, и граф, наконец-то вспомнил - да! Этот наглец всегда был рядом с советником. И девицу он где-то видел, но где - неизвестно.

- Так вы готовы выслушать указ императрицы, господин граф? Он касается персонально вас.

- Читай, а потом открывай ворота, иначе мы их сами откроем - прорычал граф - хамы! Наглецы! Пороть вас надо, твари безродные!

- Я, Импаратрица Бларона милостью Божьей, Антана, объявляю:

Граф Негайло, который, вопреки моей воле, попытался скрыться и лишить короны принадлежащих ей денег в виде укрытых от нас налогов, а также, будучи уличён в связях с бунтовщиком и богоотступником Гортасом, объявляется государственным преступником и подлежит императорскому суду.

Имущество графа Негайло и его состояние конфискуется в пользу империи, а сам он будет препровождён во дворец для решения его судьбы.

Всякий, кто осмелится оказать ему помощь, материальную или военную, также объявляется государственными преступником, и подлежит наказанию в соответствии с законами Балрона.

Императрица Антана, сего года, сего числа, четырёх часов пополудни, императорская резиденция.

- Вот, господин граф, получите указ. Вопросы есть? Сами сдадитесь, или же нужно прибегать к силе? - наглое лицо парня светилось довольством, он как будто не видел стоящих против него нескольких сотен тяжеловооружённых солдат и ему нравилось играть с судьбой.

- К силе? - ошеломлёно спросил Гегайло - К СИЛЕ?! Он завопил так громко, что вспугнул птиц, клевавших лошадиное дерьмо немного поодаль, на дороге, возле серо-жёлтой лужи с грязной водой, перемешанной с лошадиной мочой.

- Ты что, идиот?! Открывай ворота, одноглазая помесь свиньи и петуха! Иначе мы их сейчас сами откроем! А тебя повесим на этих самых воротах, дебил!

- Господин граф, это же бунт, бунт против короны - громко и чётко произнёс парень - я же зачитал и передал вам указ нашей императрицы, да продлит Господь её дни!

- Императрицы?! Этой смазливой шлюхи? - завопил Гегайло, совсем потеряв разум от ярости - да пошла она...! Грабить взялась?! Как разбойница?! Да она медяка от меня не получит, медяка, ломаного и тёртого! Рийтер, открыть ворота! А этого придурка повесить на них!

Короткая команда, и двое латников бросились к Зорану. Не успели они добежать, как прогремел гром, и оба упали на землю, как подкошенные, и под ними начала образовываться красная лужа.

Гейгало побледнел и рысью побежал назад, за прикрытие из своих солдат. Они образовали каре, выстроившись боевым порядком - привратная площадь это позволяла - и начали двигаться к воротам короткими приставными шагами, прикрывшись окованными железом щитами. Позади закованных в сталь латников выстроились несколько десятков лучников с наложенными на тетиву стрелами - благо что дождь ненадолго отступил, и тетивы оставались сухими, пригодными для стрельбы.

Внезапно откуда-то выскочил большой отряд солдат в странной форме, покрытой разводьями, пятнами, будто бойцы недавно валялись в грязных лужах. Они заняли позицию перед воротами. Передний ряд бойцов держал огромные квадратные щиты, упёртые нижним краем в землю под углом в сорок пять градусов. Невысоко над землёй в щитах были сделаны прорези, в которые бойцы высунули непонятные сдвоенные трубки. Кроме того, такие же солдаты появились на крепостной стене, и тоже держали трубки, укрепленные на деревянной ложе. Эти штуки чем-то напоминали арбалеты, но на ложе не было стального лука.

Рийтар помедлил, засомневавшись, но потом подал команду на атаку:

- Лучники - стрельба по моей команде! Первый взвод - бегом в атаку и захватывать механизм подъёма ворот! Начали!

Стая стрел с убийственной точностью вылетела с луков наёмников и с огромной, кажущейся невероятной, силой вонзилась туда, куда они метили - в ноги, руки, в части тела, случайно выглянувшие из-под щитов противника. Остальные стрелы воткнулись в странные щиты, завязнув в них, мелко дрожа, будто боясь того, что сейчас могли бы наделать.

На крепостной стене не было ни одного раненого. Бойцы прикрылись зубцами, а кроме того, у них тоже были щиты, подобные тем, за которыми прикрывался отряд внизу. Стрелять из луков наверх было гораздо сложнее, точность была меньше.

Всех вместе бойцов, противостоящих пяти сотням наёмникам Гейгало, было около двухсот человек, потому Рийтар и решился на эту атаку. Весь его воинский опыт говорил о том, что перевес на его стороне. Но он просчитался.

Ответный залп был ошеломляющим. Пули со стальными сердечниками из нарезных двуствольных штуцеров буквально вынесли первые ряды нападающих. Промазать было невозможно - в тесном строю атакующие латники бежали друг за другом, и тяжеленные пули, пробив, как картонные, латы нападавших, прошили их тела, а на излёте, ранили или убили тех, кто бежал следом. Второй залп прозвучал через секунду после первого, затем наступила тишина, которую нарушали лишь стоны и крики раненых, да звон гильз, выброшенных эжектором штуцеров на мостовую.

Те, кто сидел на крепостной стене, были вооружены не штуцерами, а длинноствольными винтовками, партия которых сдана буквально на днях.

Их было шестьдесят человек, самых умелых стрелков, выделенных их общей массы рекрутов после длительных, изнуряющих тренировок с ружьями. С ними они отстреляли не менее тысячи патрон каждый. На овладение новым оружием, винтовками, у них ушло дня два, потому Фёдор очень волновался, как они покажут себя в снайперской стрельбе. Для короткоствольных штуцеров дальность была неважна - главное большой калибр и скорострельность. По толпе невозможно промахнуться, а вот снайперы с винтовками должны были быть очень умелыми.

Да, часть стрелков всё-таки промахнулось, но большинство попало в цель.

Половина лучников полегла сразу, остальные получили по стреле и болту из крепостных луков и арбалетов от затаившихся рядом традиционных стрелков, что тоже не было полезно для здоровья. Оставшихся лучников добили снайперы с винтовками. Хотя они и стреляли гораздо медленнее штуцеристов, но их скорости хватало, чтобы перезарядиться раз в несколько секунд - дёрнуть затвор, вогнать патрон, навести - бах! Пуля со стуком пробивает латы, оставляя маленькую дырочку с неровными краями и... всё. Совсем всё. Навсегда.

Отряд наёмников споткнулся о трупы товарищей, наваленные как дрова, замешкался, и был расстрелян на месте, как стадо куропаток, любопытно поднимающих голову навстречу смерти - откуда же она летит? Пока наёмники сообразили, что единственный выход, это упасть на землю и закрыть затылок руками в знак сдачи в плен, от отряда осталось в живых около ста человек, и те были в основном ранеными.

Рийтар погиб одним из первых - штуцерная пуля разворотила ему грудь, и сломав грудину, ушла вверх, выйдя через правое плечо, оставив тоннель, через который кровь вылетела за считанные секунды.

Гейгало, который до начала атаки ушёл назад, туда, где стояла его карета, остался жив, и получил лишь ранение в щёку - шальная пуля ударила в карету, отщепила длинный кусочек лакированного дерева, и тот воткнулся ему в подбородок, как маленькая стрела. Бежать он не успел - улица позади него уже была перекрыта стражей, и Гейгало оставалось лишь трястись, как пудинг и ждать своей участи.

***

- Не подранили? - Андрей обернулся к Зорану, спокойно стоявшему у стены с пачкой документов в руке. После того, как парень получил ранение, лишившее его глаза, он стал спокойнее, и как-то...злее, что ли. Раньше он просто лучился светом и весельем, теперь его душу будто подёрнуло пеплом, как на тлеющие угли.

Андрей мог бы вернуть ему глаз, вылечить, но пока не хотел этого делать. Светить свои способности не хотелось. Потом, когда-нибудь. Да и времени не было. Растить глаз - это не кровь остановить. Процесс сложный и длительный.

- Нормально. Мы сразу нырнули за будку привратников, так что до нас ни одна стрела не долетела. Ох, и месиво же там получилось! Я думал, госпожа Шанти испугается крови, а она молодец, даже не вздрогнула - Зоран с любовью посмотрел на драконицу, и Андрей слегка нахмурился - этого ещё не хватало! Влюбиться в драконицу, которая не может ответить тебе тем же - это ли не трагедия? Зоран не знал, что Шанти не человек. Для него она была яркой красоткой с огненными волосами, мечтой мужчин.

- Записали, что говорил Гегайло?

- Всё, до слова. Судья подписал. Свидетели тоже. Они прятались на стене.

- Перепугались?

- А то ж...судья чуть под себя не наделал от страха, когда засвистели стрелы - это мне ребята со стены рассказали. Но всё оформил как надо, так что для суда всё готово. Там вас дожидается Патриарх, позвать его? Вы назначили ему на полдень. Похоже, что он кипит от злости - обед - дело святое. Гораздо святее, чем молитва. А вы его лишили обеда.

- Ничего. Иногда надо отказаться от яств в пользу бедных, попоститься - безжалостно отрезал Андрей - пусть посидит, ему полезно. Спесь сойдёт. Что там с Гегайло? Остальные деньги? Сопротивления в особняке не было?

- Нет. Мы доставили его туда, к воротам, и он приказал открыть их. Потайную комнату вскрыли, деньги перевезли в хранилище банка, оформили поступление на счёт казны. Оформляем документы на переход права собственности всего его имущества.

- А семью куда? Жена, дети?

- А не всё ли равно? - равнодушно пожал плечами парень - уехали куда-то, к родне своей. Она же из знатного рода, супруга его. Только матерится, как сапожник. Нас материть боится, а мужа крыла так, что уши в трубочку сворачивались. Злостная баба.

- Сколько поступило в казну от Гегайло?

-Шестнадцать миллионов триста восемьдесят три тысяч двести три золотых, и...серебро надо упоминать?

- Нет. Медяки тоже. Неплохо, неплохо. Но мало. Надо гораздо больше. Что там со вторым магнатом?

- Граф Хаденор заперся в своём особняке, и держит оборону. Выходить отказывается. Есть сведения - Зоран посмотрел на Шанти - Хаденор хвалится, что досидит в своей крепости до прихода Гортаса. У него там большие запасы еды, воды, кроме того, к дому подходит виадук с чистой проточной водой. Поместье большое, и в нём не менее тысячи человек охраны. Мы блокировали его со всех сторон, но не штурмуем, ждём вашего указания. Генерал Гнатьев сейчас там, осматривает позиции, готовится к атаке. Спрашивал у вас - когда начать.

Андрей недолго подумал, и сообщил:

- Атаку запрещаю. Займите позиции вокруг поместья, на высоких домах. Если таких рядом нет, постройте вышки на таком расстоянии, чтобы до вышек не мог добить ни один лук или арбалет. Посадите там снайперов с винтовками, самых лучших. Пусть палят во всё, что шевелится. Не давайте им жизни. Пусть стреляют по окнам, по лошадям, по всему, что там есть. Отсоедините их виадук. Разрушьте его. Поставьте баллисты, и забрасывайте в поместье дохлых собак, кошек - всю дохлятину, что найдёте.

- А трупы бродяг можно? - счастливо спросил Зоран, поблёскивая здоровым глазом

- Нет. Они не заслужили. А вот трупы наёмников, выступивших против короны - все туда. Пусть они будут вместе - мёртвые бунтовщики и живые. Стены крепкие?

- Крепкие. Высота десять метров, на стенах охранники, лучники. Укрыты за щитами и зубцами. Это настоящая крепость, по типу императорского дворца. Выкурить оттуда их будет сложно.

- Ничего. Как вонять начнёт, так быстро повылезут. Время от времени бросайте туда листовки с предложением сдаться. Обещайте наёмникам жизнь и свободу. Что с остальными должниками? Есть подвижки?

- Пока мало - признался Зоран - пока что пришли в банк и сдали требуемое лишь процентов пять от тех, кто должен. Всех переписали. Добавилось три миллиона пятьсот шестьдесят тысяч золотых. Мелкие держатели счетов. Остальные думают.

- Готовьте казнь Гейгало. На центральной рыночной площади, сегодня, в четыре часа пополудни. Там эшафот уже есть, как я знаю.

- Способ казни? Голову рубим, или вешаем? Вешают обычно воров и грабителей, благородным рубят голову.

- Какой, к демонам, он благородный? Предатель! - отрезал Андрей - в петлю его! А потом насадить тело на кол, и пусть стоит на площади. Прицепить табличку: 'Граф Гейгало, клятвопреступник и вор! Так будет со всеми с предателями и ворами' Тогда и посмотрим, как понесут деньги в банк. На воротах усилили пропускной режим?

- Да. Прежнюю стражу сняли, теперь только спецназ. Проверяют все фургоны, вскрывают мешки. Пропускают только простой люд, благородных заворачивают назад. Уже было два инцидента - благородные попытались напасть на охранника у ворот, чтобы заставить его пропустить наружу. Оба застрелены на месте, как вы и сказали.

- А как определяете - благородные они, или нет? - усмехнулся Андрей

- Да гонор-то куда спрячешь? - ухмыльнулся Зоран - у наших людей глаз намётанный. Ну - может кто-то и проскочил, но только без золота, это точно. Золото всё в городе.

- Отлично. Что с мастеровыми, механиками?

- Везём! Собрали, откуда могли - теперь отправились в северные провинции. Забираем с семьями, с инструментом, со всем скарбом, и сюда.

- Поаккуратнее с ними. Народ творческий, не любит грубости. Дома для них построили?

- Днём и ночью строят. Бараки, вы так их назвали?

- Пока бараки - поморщился Андрей - потом те, кто захочет, останутся здесь навсегда. Дадим им настоящие дома. А сейчас пусть живут в бараках. Обеспечьте доставку воды, еды. Постройте вокруг несколько трактиров. Но без крепкого спиртного! Только пиво, и то слабое. Проверю, узнаю, что торгуют вином - управляющего повешу.

- А вы не совершаете ошибку, господин советник? - осторожно спросил Зоран - не лучше ли обеспечить их и вином, и пивом, и всем, чем захотят? Пусть только оставляют деньги в наших трактирах - деньги и вернутся. Вот вам и ещё источник дохода.

- Он верно говорит - вмешался молчавший до сих пор Казначей - деньги вернутся назад. Трактиры-то все наши...

- Нет! - резко сказал советник - никакого вина! Вы не понимаете - слегка смягчился он, глядя на недоумевающие лица своих соратников - вино разрушает людей. Мы больше потеряем, когда те же мастера сопьются, запорют нам детали оружия, и оно в самый ненужный момент откажет. Кстати, Зоран, на вечер собери мне механиков. Будем говорить прямо на заводе. Нужны бумага, карандаши, хорошее освещение. Всех механиков и инженеров, что есть собери. Ещё - мне нужны корабелы. Найти всех, кто занимается постройкой судов, и ко мне. Завтра утром, на десять часов - он взглянул на стол, и помягчел лицом - часы! Наконец-то часы! Грубые, не очень точные, но настоящие часы. Он так страдал здесь без часов. Время встречи здесь можно было назначить только примерно - плюс-минус полчаса, час. Здешний народ никуда не торопился... Один из механиков понял, что нужно советнику и часы были изготовлены в рекордные сроки, всего за неделю. Уровень здешней механики это допускал. Просто до сих пор не было желания сделать что-то подобное. А ещё - не было идеи. Вот, например, стремена. Казалось бы - чего проще стремян? Ну такая простая штука! Однако изобретение этих штук полностью перевернуло военную тактику и привело к усилению роли всадников в военном деле, превращению их в 'танки'.

- Исполним - синхронно кивнули головой Зоран и Казначей. Если они и не поняли, то выполнят наверняка. В самодержавии есть свои преимущества. Никто не будет тянуть с выполнением приказа, каким бы глупым он не казался - можно и головы лишиться. Увы, в этом случае всё зависит от того, насколько умным окажется самодержец. С умным - страна пойдёт вперёд семимильными шагами. Ну а с глупым...понятно.

- Вот ещё что - пусть стряпчие подготовят проект указа. По нему - всё винокурение будет только государственным делом. Каждый, кто торгует вином, должен взять лицензию у государства. Все винокурни облагаются налогом в семьдесят процентов с оборота. Если нет желания платить - могут продать казне свои предприятия. Уклоняющиеся от винных налогов будут казнены. И вот ещё что - сделайте указ, по которому все, кто уклоняется от налогов будут подлежать суду и конфискации имущества в размере, тысячекратно превышающем сумму задолженности.

- Полетят головы, чую я! - усмехнулся Зоран, переглянувшись с Казначеем - народ не привык платить налоги.

- Добавь - о том, что сборщики налогов, которые будут взимать их с превышением суммы, или же вымогать взятки - будут казнены.


Отпустив Зорана и остальных выполнять кучу отданных распоряжений, Андрей остался вдвоём с Шанти, с насмешливым превосходством поглядывающей на своего друга-брата. Её элегантные сапожки, на которые она сменила сандалии, блестели свежим кремом, а мужской костюм, обрисовывающий крепкие бёдра, был чист, как только что из мастерской портного.

- Когда успела переодеться?

- А может я никуда не выходила из дворца? Откуда ты знаешь? - рассмеялась драконица - лежу тут в кроватке, наслаждаюсь покоем...

- Ладно, ладно - усмехнулся Андрей - а то я не видел, как Зоран на тебя смотрел, когда говорил про полученную информацию. Шпионишь в виде кошки? Уже слухи прошли, что императрица оборачивается кошкой и ходит, подсматривает, подслушивает...

- Откуда слухи? - нахмурилась Шанти - А! Вспомнила! Эта жирная тварь, Гегайло, видел меня у себя в доме. Увы, придётся осваивать другой образ. Смотрю - у тебя всё крутится, всё бурлит?

- Бурлит. Кошмар какой-то. Времени так мало, а надо успеть так много... да ладно. Ты расскажи, чего там у тебя?

- Ну что же...начну с главного. Пираты. У них своя база, где они ремонтируют корабли, потрёпанные в штормах и в драках с купцами. (Кто бы мог подумать! - буркнул Андрей)

- Хватит ёрничать! Ты же не знаешь, где эта база!

- И где? В море на острове, да?

- Да, в море на острове. Да. И я знаю - где. Мало того, я там была. Слетала. Это сто миль на северо-запад. Большой остров, сорок вёрст в длину, и двадцать с чем-то в ширину. Большая бухта, свежая вода, лес - всё, что нужно для жизни. Город с населением тысяч в десять - все, кто обслуживает пиратов. От проституток, до корабельных мастеров. Там пираты отстаиваются, оттуда идут на 'охоту'. У нас в порту они появляются как добропорядочные купцы, под флагами каких-то вымышленных купеческих контор. Все всё знают, но молчат. Начальник порта Грист получает хорошие взятки. Здесь, в порту, корабли пиратов разгружаются людьми Данеро, грузят необходимые припасы, товары, и снова к себе на остров. Например - сейчас у причальной стенки стоят пять пиратских судов, изображающих честных купцов.

- И морская стража их не трогает?

- А чего ей их трогать - начальник морской стражи тоже имеет мзду. Так было заведено испокон веков.

- А что, никто не обращает внимания на то, что там банда головорезов?

- Они никого не трогают. Ходят себе по берегу, не хулиганят, не дерутся. Почти. Оружие? Оно у всех есть, и у купцов - тоже. Баллисты на носу и корме? У каждого первого купца. Вообще, такое впечатление, что и купцы, бывает, подрабатывают пиратством. Трудно отличить пирата от купца. Или купца от пирата.

- Предлагаешь захват?

- Почему нет? Пять отрядов с пистолетами и штуцерами. Снайперы, как ты их называешь, на причале - сбивают всех, кто пытается убрать верёвки, привязывающее к стенке

- Отдать швартовы это называется - автоматически поправил Андрей.

- Да мне чихать как это называется. Только захватить эти суда легче лёгкого.

- Уверена, что это пираты?

- Медяк ставлю против тысячи золотых. Данеро-то у нас на что?

- Кстати - как он к тебе относится? Как ты с ним общаешься?

- Боится. Он же видел меня кошкой. Большой кошкой. Думает, что я колдунья. Это хорошо. Пусть думает. Информацию он поставляет, деньги отдал, всё идёт как надо. Вернёмся к пиратам - ты думаешь захватывать эти корабли, или нет?

- Думаю. И думаю захватывать все пиратские корабли, что подойдут к причалу. Мы как только эти возьмём, сразу же их отгоним в другой порт, и пока пиратские капитаны сообразят, что исчезают суда неспроста - захватим десяток кораблей.

- Что будешь делать с пиратскими экипажами?

- А что с ними...на каторгу. Пусть строят завод. Что у тебя с сетью осведомителей? Или ты так и будешь сама шастать в образе зверей и подслушивать?

- А что, плохо подслушиваю? Если бы не я - сбежал бы из города этот пузан, и конец всей операции.

- Ну, положим, я что-то подобное предполагал...и за ними всеми следили...и на воротах мы бы их не выпустили....но вообще - ты молодец. Да. Вовремя предупредила, и получилось красиво. Умница.

- Ладно. Прощён. В общем, так - бандитов я попугала, подружилась, среди них теперь есть осведомители. Являлась к ним в разных видах, несколько человек пришлось крепко побить. Ничего, выживут. Теперь они тащат мне информацию. И деньги. Я с них деньги вымогаю.

- Почему-то я и не сомневался, что так будет - вздохнул Андрей - куда тратишь?

- На тех же осведомителей. Мальчишек, кухарок, проституток. Кстати - девицы очень, очень много знают. В постели клиенты расслабляются и болтают, похваляясь своими подвигами. А девки мне всё рассказывают. Я с ними подружилась. Побила пару-тройку жестоких клиентов, девчёнки ко мне и прониклись.

- Я смотрю, ты там весь преступный мир терроризируешь...а кем представилась девицам?

- Долго думала - что же им сказать, кто я такая. Так и не придумала. Прихожу, когда мне захочется, ухожу, когда захочется, появляясь тогда, когда мне надо - кто смотрит за мышами или крысами? Или кошкой - куда она ходит? Они считают меня ведьмой на службе у Данеро.

- Чисто интересно, а как с позиции твоего племени, ты видишь проституцию? Ну, вот что ты чувствуешь, когда общаешься с этими девушками? Мне просто интересно. Противно тебе, или ты сочувствуешь им?

- Ничего не чувствую - хмыкнула Шанти - ну хотят они этим заниматься, и ладно. Их дело. У драконов такое просто невозможно. Мы совокупляемся лишь для размножения. Удовольствие можно получить и другим способом -например поедая вкусную пищу. А такое явление, как проституция возможно только у людей. Мне всё равно, в общем. Хотя я и против того, чтобы их обижали - они тоже самки, и если какой-то противный самец норовит причинить им вред - это меня злит. Я его накажу. Вот и всё. Давай к делу, а? У меня встреча через полчаса, а у тебя там патриарх сидит, не забыл? Он сейчас половину бороды сжуёт!

- Когда узнает, зачем я его позвал, вторую половину сжуёт. Я жду Акодима, он должен присутствовать. Как бы проблем не было.

- Хочешь ограбить церкви? - понятливо кивнула Шанти - а что, великолепная задумка. Разжирели они, раздобрели. Вера в бога в душе, а не в золотых побрякушках. Можно бы и поделиться с государством частью сокровищ. В общем так - я отправила купцов, снабдив их своим товаром - на разведку к Гортасу. Дороги ужасные, тащиться они будут долго, но через месяц-полтора, надеюсь, мы кое-что узнаем от наших торговых шпионов. Можно было бы туда слетать, конечно, но не хочется бросать дела здесь. Я неплохо всё наладила, но нужно держать все нити в руках.

- Я как раз хотел с тобой об этом поговорить. Я хочу, чтобы ты полетела к Гортасу и попыталась его убить.

- Оп-па! Интересно. С тобой полететь?

- Я не могу оставить дела. Мне нужно держать на контроле строительство оружейного завода. Плюс - добыча денег. Их ещё мало. Придётся тебе. Если бы удалось убрать Гортаса - мятеж бы задохнулся в зародыше. Они бы все там передрались, и тогда можно было бы вздохнуть посвободнее. Понимаешь? Армия недостаточно обучена, и я боюсь, что пушки к нужному сроку не будут готовы. Одними ружьями воевать будет труднее.

- А моё дело? Тут как?

- Я думал над этим. Знаешь, что предлагаю - возьми себе в помощницы Олру. Она умная, хитрая, и самое главное - полностью мне лояльна. Ей можно доверять. Сейчас она живёт во дворце, после родов уже окрепла, так что может работать. И она тоже занимается тайными делами для меня - работает с знатью. Узнаёт их настроения, интригует, втирается в доверие. Возьми её в заместители, если ты не против, конечно.

- А как я ей представлюсь? Кто я?

- Так и представься - Шанти, моё доверенное лицо, Глава тайной службы. А я сам с ней поговорю. Передай ей нити, те, что считаешь возможными передать, и отправляйся к Гортасу. Только, сестричка, осторожнее, пожалуйста, ладно?

- Ты будешь расстроен, если меня убьют? - усмехнулась Шанти

- Не то слово! Мы с Антой будем рыдать до конца своей жизни.

- Врёшь, что до конца. Но - наверное всё-таки поплачете - ухмыльнулась Шанти - впрочем - я не дам вам такой возможности. Меня невозможно убить. Я непобедима!

- Болтушка ты - рассмеялся Андрей - помни о тех старейшинах, и если почуешь их - не лезь. Возьми с собой пару пистолетов с патронами, пригодятся.

- Нет. Ваши человеческие придумки мне ни к чему. Я убью Гортаса сама, своими лапами!

- Ох, что-то у меня тяжело на душе от твоих речей...уже жалею, что попросил тебя - признался Андрей - давай-ка мы отменим твой полёт. Слишком уж ты самоуверенна. Боюсь за тебя.

- Перестань! Что за недоверие! Я разве когда-нибудь тебя подводила?! Вспомни сундук с золотом! А вспомни...

- Помню, всё помню. Ты молодец. Только вот не на месте у меня душа, и всё тут. Ноет что-то...предчувствие какое-то и всё. Ладно. Лети. Души гада.

- Не хочу душить. Я ему голову оторву! - хихикнула Шанти

- Смотри, он не простой человек. Он оборотень, как и я. И вокруг него, возможно, его Стая. Будь ОЧЕНЬ осторожна.

- Била я уже оборотней, побью и этого. Всё, братец, я побежала искать Олру.

- Чего искать? Она сейчас у Анты. Иди к ней, там и поговоришь. Всё, вали, и зови Патриарха - похоже я так и не дождусь этого демонова Инквизитора!

- Кто там демонов поминает в связи с моим именем? А вот анафемкой приложить?

- Сам тебя приложу чем-нибудь, Акодим! - рявкнул Андрей, приветствуя входящего Первого Инквизитора - ты где бродишь?! Когда я за тобой послал? Там Патриарх весь на дерьмо изошёл, ожидаючи! А я без тебя с ним говорить не хочу. Слишком важный разговор. Шанти, девочка, беги, отдыхай. Мы всё обговорили.

- Да, братец, побегу к девчонкам, поболтаю! - весело подхватила Шанти и вышла из кабинета, вильнув бёдрами.

Акодим проводил её восхищённым взглядом и задумчиво сказал:

- Где мои двадцать лет? Был я молод, да не висели на шее матушка с пятью детьми - ушёл бы за этой егозой на край света! Ты тут чего, советник, не прелюбодействуешь,случайно? Против такой красавицы может устоять только пень, или старый пень - вроде меня.

- Она названная сестра моя - не вдаваясь в подробности пояснил Андрей - и по совместительству Глава Тайной Службы, чтобы ты знал. Только языком не болтай. Не о том речь, а о том, что...оооо! Приветствую вас, Патриарх! А чего вы такой сердитый? Проходите, садитесь сюда, вам будет удобнее...может вина подать? Чаю? У нас важный разговор, так что...успокойтесь, располагайтесь поудобнее - Андрей встал из-за стола, приветствуя сердитого мужчину с длинной окладистой бородой и вызолоченной тиарой на голове.

Патриарху подчинялись все приходы страны, так что это был очень большой, важный человек. Формально он подчинялся императору, но с давних времён повелось, что церковь была сама по себе, а император сам по себе. Патриарх автоматически поддерживал императора, настраивая своих подчинённых на то, чтобы те направляли прихожан в нужное русло, а император не трогал доходы Церкви, очень недурные даже по нынешним временам. Фактически Патриарх был первым после императора в списке самых богатых персон Империи. Состояния тех, кого сейчас терзал Андрей, вымогая у них деньги, по сравнению с состоянием Патриарха были крошками на обеденном столе. Но подходить к вопросу следовало очень, очень осторожно. Настроить против себя церковь, означало получить много хлопот вплоть до бунтов. В истории такое случалось.

- Вы меня интригуете - насторожился Патриарх, и сел в кресло напротив Андрея - только не говорите, что вы собираетесь со мной поступить так же, как с несчастным Гегайло.

- С вами? Да нет, что вы...а что с Гегайло такого? Он нормально через два часа лишится головы на рыночной площади. За предательство, за оскорбление Её Императорского Величества, за связь с бунтовщиком Гортасом. А что, вы тоже связались с Гортасом? Умышляете против престола?

Патриарх внимательно и молча посмотрел в глаза Андрея, спокойные и тёмные, как омут, в котором можно потерять свою жизнь. Он ответил не сразу, но веско и без обиняков:

- Что, деньги?

- Да. Мне нужны деньги на войну с Гортасом.

- Вы не посмеете. Вы глубоко верующий человек, я знаю. Вы не пойдёте против Веры.

- Против Веры - нет. Против Церкви - запросто. Если придётся. Вы часть государства, почему вы не заботитесь о том, чтобы в нём было хорошо, спокойно, чтобы не было бунтов и потрясений?

- Мы над политикой. Мы служим Господу нашему. А грабя Церковь, вы грабите Господа.

- Ничего подобного. Бог - в душе. Но не в золотых побрякушках, которые вы носите - Андрей посмотрел на Патриарха, и вдруг на долю секунды ему показалось, что в полированной столешнице, у которой тот сидел, отразились часы на руке священника. Он встряхнул головой, отгоняя призрака - видение пропало.

- Вы набили карманы сокровищами, и вас не заботит, что казна пуста! - продолжил Андрей - а любой намёк на то, что у вас попросят денег взаймы на нужды государства вызывает такую бурную реакцию. Почему? Вы же должны служить Господу нашему, а не золоту! Для службы хватит и простого полотняного одеяния, а для еды - простой пищи, без особых изысков. Не кажется ли вам, святейший, что вы заелись? Устроили государство в государстве?

- А не кажется ли вам, господин советник, что вы слишком уж резко берётесь за дело? - патриарх пристально посмотрел в глаза Андрею - если вы меня сместите, начнётся смута! Многие верующие примут это как сигнал того, что вы идёте против Веры, что вы адепт Сагана! Вам это надо? В такое время?

- Угрожаете? - Андрей наклонился вперёд, и со стороны казалось, сейчас он ударит священника - а вам не кажется, что сейчас вы работаете на Сагана?

- Да как вы смеете так говорить?! - возмущённо вскричал священник и вскочил с места - я потомственный священник, мой отец был Патриархом, мой прадед был Патриархом! Мы служили Господу с незапамятных времён! А вот вы откуда взялись - это ещё надо посмотреть! Мой ответ - нет! У Церкви нет денег на гражданскую войну претендентов на трон! А если вы попробуете забрать деньги сами, ограбить церкви - будет бунт! На улицы выйдут сотни тысяч людей! Они сметут вас! Прощайте. Да просветлит Бог вашу заблудшую душу! - Патриарх широкими шагами вышел из кабинета, не затворив дверь, и грузно топая по коридору, исчез за поворотом. Воцарилось молчание, потом Андрей со всей силой ударил по столешнице так, что она жалобно хрустнула и едва не переломилась пополам. Если бы не умение неизвестных столяров, сделавших из дуба не только произведение искусства, но и крепчайшее сооружение, стол вскорости оказался бы на мусорке.

- Тварь! Скотина! Но надо отдать ему должное - он стойко держался. И не дал себя запугать. Это вызывает уважение. Как считаешь - Андрей встал и прикрыл дверь в кабинет - если его прихватить, и вправду могут начаться волнения?

- Он имеет огромное влияние в церковной среде - неохотно признал Акодим - многие из настоятелей крупных храмов больших городов - его ставленники. Зажми его - начнутся проповеди о сущности власти, о том, как она погрязла в Зле и так далее. И правда может довести до бунта. Тем более, что они сразу могут перекинуться к Гортасу и готовить народ к смене власти, настраивать против правящей императрицы. Вся задача Церкви была в том, что она настраивала людей на верность власти, престолу, ну и Церкви, само собой разумеется.

- То есть ты считаешь, что стрясти с Церкви денег не удастся? - нахмурился Андрей - я всё-таки рассчитывал, что он напугается. А видишь, как вышло... Так как на него воздействовать? Убрать его совсем, обвинив в пособничестве Гортасу? Снести башку?

- После того, как ты прижал аристократию? Мало того, что ты рассорился с аристократами, так ещё и Церковь пнёшь? Может начаться такая смута...война с Гортасом покажется детскими играми. Страна сгорит в пламени бунтов. И тот же Гортас придёт как освободитель, избавитель от злой власти.

- И что делать? Деньги нужны!

- Пока что деньги на первое время у тебя есть. Не горячись. Обдумай всё. Я тоже помозгую, как быть. Там и решим, что делать. Мдаа... - Акодим встал с места, и стал ходить по комнате, заложив руки за спину. Паркетный пол стонал под его массивной тушей, а борода торчала вперёд, как таран корабля.

- Задачка...деньги, всюду нужны деньги. Ну что могу тебе сказать - собирай с народа. Недоимки, налоги. Тряси аристократов. Купцов. Всех богатых людей. Это всегда было и будет - как только короне нужно денег, она трясёт народ. Армия у тебя уже сильна, ты это продемонстрировал всем, кому надо - так что организуй команды силовой поддержки сборщиков налогов, и вперёд. Злостных по тюрьмам, пока не расплатятся. Что ещё можно придумать?

- Мда...надо думать. Надо думать. Слушай-ка, скажи, а если Патриарх будет как-то опорочен? Ну я имею в виду - замечен в нехороших поступках? Поднимется за него Церковь?

- Скажут - напраслину возводишь. Специально это сделал - нахмурился Акодим - нет, скорее всего - не проскочит такое дело.

- А что у Церкви считается таким, что за это можно лишить поста, если не сана?

- Ну за что могут сместить...всё, как обычно. Прелюбодеяние, пьянство, непристойное поведение. Но это надо ведь зафиксировать, под присягой. Чтобы все видели - это правда. А потом суметь довести до сведения людей. А как ты доведёшь до их сведения? Гонцами? Так они, гонцы, государственные. Значит вам, власти, подвластные. Фактически это вы говорите то, что они читают на площадях. А может напраслину возводите?

- Угу, понял - медленно ответил Андрей, думая о чём-то о своём - скажи, а у нынешнего патриарха есть конкурент? Такой, чтобы метил на его место? И вообще - как происходят выборы Патриарха?

- Император вносит кандидатуру, а Синод утверждает. Тут есть нюансы - Император вначале консультируется с Синодом, надо ли им этого Патриарха...предлагает три кандидатуры. Утверждают одного.

- Кто входит в Синод?

- Двенадцать архисвященников, главы самых крупных приходов, по числу областей Балрона. Из них и выбирают Патриарха. Если им представить доказательства неправедного поведения Патриарха - они его сместят и выберут кого-то из своего состава. Самый реальный претендент - архисвященник Хессонского прихода Шаларон. Они с нынешним патриархом не любят друг друга с детства - вместе учились в церковной школе и вечно соревновались, кто выше подымется. Фактически они ненавидят друг друга. Но - против Церкви ни один из них не пойдёт, даже если между собой они режутся на ножах, учти это. Вот такой расклад.

- Ясно. Давай прощаться. Если что - я тебя позову. Мне надо зайти к императрице, посоветоваться, а потом...потом надо посетить казнь Гегайло. Противно, но надо.

- Удачи! - Акодим кивнул головой и вышел в коридор.

Андрей остался один, со своими мыслями и проблемами. Впрочем - как и обычно.


## Глава 5


- Господин советник, все на месте, как вы и приказали. Здесь механики, кузнецы, инженеры, и...корабелы. Оружейники тоже тут. Не знаю, правда, чего тут делают корабелы - слегка ворчливо добавил Зоран - но раз вы сказали...

- Сказал - усмехнулся Андрей и вылез из кареты, раскрывая над головой зонт.

Дождь хотя и был и несильным, но пока дойдёшь до заводоуправления промокнешь до нитки. Зоран вприпрыжку шагал рядом, обегая лужи, и глинистая земля чавкала под ногами - чтобы как следует замостить территорию руки так и не дошли. Все силы бросили на установку новых цехов.

Вся честнАя компания дожидалась Андрея в огромном цеху, перекрытом крышей, но ещё пустом, зияющим оконными проёмами без рам. Стоял стол, с листами бумаги стопой лежащими на нём, перед стеной, так, чтобы падал свет - большая чертёжная доска на деревянной станине. На ней уже закреплён лист тонкой бумаги, тоже большой - с газетный лист.

Когда советник вошёл в цех, последовала команда, и все приглашённые встали, нестройно приветствуя именитого хозяина завода. Андрей махнул рукой, и все снова уселись на свои места, напряжённо глядя на этого жилистого, темноволосого молодого человека. Именно молодого, потому что на вид Андрей никак не выглядел на свои сорок с лишним лет. Максимум, что можно было ему дать - двадцать пять, тридцать - не больше. А среди мастеров - люди и по пятьдесят, и шестьдесят лет, с именем, многие из них имели свои мастерские, свои кузни и были очень недовольны, что их вытащили сюда, на завод.

Но - много было и молодых парней, едва за двадцать, с восторгом смотревших на того, о ком уже слагали легенды - сам Советник Андрей! Гениальный изобретатель, оружейник! Победитель Турнира и первый Советник императрицы! Лишь для того, чтобы просто посмотреть на него, стоило сюда попасть.

- Приветствую вас, мастера. Собрал я вас здесь в трудную год для империи - на юге засел бунтовщик, угрожающий войной, а на севере ждёт момента, чтобы ударить в спину, Славия, с её Исчадьями.

Андрей замолчал, собираясь с мыслями, и посмотрел в окно, на мокрый двор, по которому катили тачки такие же мокрые рабочие, на птиц, сидящих на высокой стене периметра и слетевших после приближения охранника, нахлобучившего на голову капюшон. Потом повернулся к залу, и резко сказал:

- Я не извиняюсь за то, что вас оторвали от дел, что вытащили из тёплых постелей, из своих родных домов. Этого требуют интересы государства. И я бы проделал это столько раз, сколько потребуется. Вы нужны империи. Личное - потом. Кстати сказать - вы не будете обижены - вам будут хорошо платить, вы будете хорошо питаться. Тем, кто останется и после окончания строительства - построят отдельные дома и вы будете работать на заводе. Но те, кто будет мешать, те, кто будет плохо работать - окончат свои дни здесь. На плахе. Предупреждаю сразу. Ваше неправильное поведение будет расценено как предательство. Это - чтобы было ясно ваше положение. Да! В бега срываться не советую. Найдём и казним. Теперь о том, что вам предстоит сделать. Здесь сидят те, кто работал с металлом - за исключением корабелов. С ними мы поговорим в последнюю очередь. Первый механизм, что нам предстоит сделать - называется прокатный стан. Смотрите сюда - Андрей несколькими линиями быстро изобразил то, что хотел на листе бумаги - главный принцип прокатного стана заключается в том, что раскалённые листы стали прокатывается между валиками, как хозяйка раскатывает тесто для пирогов. При прокатывании стали - она уплотняется, и приобретает новые свойства - гибкость, упругость. Примерно так же, как при проковке - об этом вам говорить не стоит, вы сами это знаете. Мы сделаем прокатные станы не только для тонких листов стали, но и для бесшовных труб. Оружейники сразу поняли, что это значит, вижу. Я набросаю вам эскизы, как должны выглядеть прокатные станы, что в них должно быть, какие детали, как происходит сам процесс прокатки, и вы будете создавать эти механизмы. Возникнет вопрос - что будет двигать этими станами? Откуда возьмётся движущая сила? Объясняю: от водяных колёс, которые установлены на реке и которые запитывают большие молоты и другие механизмы, но в основном - от паровой машины. Вы её тоже построите. Смотрите, как она работает - Андрей набросал схему паровой машины, и пояснил детали. Зал молчал. Мастера смотрели на советника с недоверием, как на фокусника, достающего из шляпы кролика. Потом один седой мужчина, сидящий на табурете в первом ряду, сказал:

- Это возможно. Я возьмусь сделать паровую машину. Но мне нужен металл, инструменты и помощники.

- Всё будет - довольно сказал Андрей - вот директор завода, инженер Энар. Обращайтесь к нему. Он всё, что нужно, даст. Кто займётся прокатными станами? Впрочем - это снова к Энару. Он всё организует. Теперь к корабелам - я должен объяснить ситуацию. У меня мало времени, так что буду говорить коротко и быстро: глядите сюда!

Андрей нарисовал на листке контуры, потом сделал ещё несколько эскизов, и закончив, посмотрел предводителя корабелов - тот сидел с отсутствующим видом, видно было, что происходящее в зале его интересовало меньше, чем мышиное дерьмо.

Здесь, среди мастеров по металлу корабелы были как белые вороны. 'Механиком' на судах служил плотник. Их там было несколько человек, ремонтирующих корабли при поломке. Так что корабела ничуть не трогали объяснения советника.

- Проснитесь, уважаемый - ехидно крикнул Андрей, наклонившись почти к самому уху пожилого мужчины. Тот вздрогнул, и поднял голову под смех присутствующих мастеров - посмотрите на эскизы, понимаете, что это такое?

- Стальной корабль? Да ещё с этой дурацкой машиной? Бред - поднялся старый мастер - нет ничего лучше доброго бруса, обшитого выдержанным деревом! Корабль живой, он дышит, он чувствует. А эта дурацкая железка - да он потонет, как только его спустят на воду!

- Понял - кивнул головой Андрей - бестолочь. Есть кто-то поумнее? - советник махнул рукой на красного от возмущения старика.

- Есть - улыбнулся молодой мужчина лет тридцати пяти рядом с смущённым старым корабелом - я сделаю. Хочу сделать. И моё имя будет прославлено в веках - мастер Воронт. А те, кто боится новизны, кто держится за старое - пусть плачут! Скажите, господин советник, а где у этого корабля будут стоять мачты? Вы не показали.

- Нигде. Мачт нет и не будет. Корабль это будет двигаться с помощью винта, отбрасывающего воду. Бронзового винта. Движитель - паровая машина. Судно будет боевым. На нём установят пушки - знает,е что такое пушки? Нет? Узнаете. Там будут палубы, на которых расположится абордажный отряд,, трюмы для снаряжения, ну всё, как обычно. Кроме - вот тут будет угольный погреб, тут - пороховой, оружейный. Вот так. Но прежде надо построить прокатный стан, срочно. Корабль будете строить из металлических листов, сделанных на прокатном стане. Выковывать каждый лист очень долго, да и молоты нам нужны для постройки стана. Вот так.

- А как будут скрепляться листы? - не унимался корабел

- Заклёпками. Я набросаю вам эскизы - как всё должно быть, размеры судна, расположение его частей. По нему и будете делать. Вы будете первыми кораблестроителями построившими стальное судно на паровой тяге. Гордитесь - усмехнулся Андрей и кивнул головой Энару, отвёл его в сторону - занимайся. Потом составишь мне отчёт - что сделано, что делается. Доставишь во дворец с посыльным. Бухгалтеров устроил?

- Да, всё в порядке. Занимаются расчётом жалованья работникам. Отдел кадров тоже при деле - всех надо оформить. И хозяйственный отдел загружен. Не представлял, что с заводом будет столько хлопот. Не остаётся времени на изобретательство.

- Ты изобрети рабочий процесс - вздохнул Андрей - изобретений и без тебя хватает. Братец как там? Скажи - прибью, если будет отвлекаться на другие изобретения! Пусть мой заказ вначале как следует сделает.

- Боюсь за него. Безумный фанатик - не спит - чертит, считает. Есть-пить забывает. Засел в кабинете, воняет, как козёл - не моется, подозреваю, что в штаны делает, лишь бы не отвлекаться! Совсем одичал. Но так-то процесс идёт. Многое сделали, я представлю всё в отчёте. Лишь бы этот ненормальный себя не загнал. Или не спятил. Впрочем - он давно спятил - рассмеялся Энар. Вот что с ним делать?

- Ты это...бери людей - тащи его в мойню, отмойте, насильно - за стол, корми, если надо - с ложки! Он мне нужен просто позарез. А если помрёт - это крах многим планам. Он гений, Энар, безумный гений! Насильно корми, приставь охрану, разработай ему режим - спать минимум пять часов, питаться четыре раза в день, соблюдать гигиену - скажи, я распорядился, а то отберу у него все игрушки и запру в камере!

- Ага, так и скажу - рассмеялся инженер - это для него страшнее всего! Запереть, и чтобы ни карандашей, ни линеек. Сделаем.

- Ну, тогда всё. Дерзай! - кивнул Андрей - деньги тебе привезут завтра, отчёт каждую неделю. Смотри, не разбазаривай. Денег в казне мало, каждая монета на счету.

- Деньги нужны. Льются - как вода между пальцев. Всех кормить надо, поить. Стройматериалы возить, металл возить. Руду покупать, уголь покупать. У меня просто голова кругом от всего! Каждый день приходят возы с металлом, химикатами. Я не успеваю. Мне нужно минимум пять помощников.

- Ну - прими, кто тебе запрещает - рассеянно ответил Андрей - лишь бы дело шло. Смотри Энар, времени мало. Не успеем - нас сомнут. И тогда тебе тоже не поздоровится. Давай штуцера, давай винтовки, патроны. Пушки, пушки давай! Ну, всё, я уехал.

Андрей быстрым шагом вышел из цеха, оставив Энара улаживать дела с новыми мастерами. Зоран ждал его у кареты, через пять минут кавалькада выезжала из ворот завода.

***

Шанти аккуратно поднялась на второй этаж дворца и прошла в самый дальний конец коридора. Всё тут было знакомо, всё по-прежнему. Комната, в которой стояли швабры, вёдра, лежали тряпки, мешки, висела рабочая одежда - слуги складывали здесь свои нехитрые приспособления для поддержания дворца в чистоте и порядке. Пахло чем-то едким - возможно составом, которым натирали паркет.

Шанти недовольно фыркнула, подошла в лестнице, ведущей на крышу. Та была широкой, и люк, открывающийся наверх такой большой, что это могло сравниться с входными дверями. В одиночку и не откроешь - если ты человек. Массивный люк плотно закрывал проём, веся не менее ста килограмм. Проём был таким широким потому, что в случае осады дворца, на крыше располагались солдаты, расстреливающие нападающих. А кроме того, туда можно поднять баллисты и катапульты, чтобы послать врагу увесистый подарочек.

Драконица легко подняла люк, с грохотом обрушившийся на крышу, и поморщилась - такое впечатление, что от этого стука сейчас поднимется вся стража. Однако, всё было тихо, толстые перекрытия дворца хорошо гасили звук.

Шанти вылезла на плоскую крышу и осмотрелась. Отсюда хорошо был виден порт - даже через завесу из мелкой дождевой мороси. Горели огни кораблей, стоящих на рейде, огонь маяка пробивался через мрак, указывая путь заблудшим корабелам, горели фонари у складов товара, где охрана круглые сутки несла службу, не давая ворам пробраться к сокровищам в виде муки и пряностей. Жизнь шла своим чередом и не замирала даже глубокой ночью.

Шанти опустила крышку люка на место, потом аккуратно сняла с себя лёгкую куртку, платье, сапожки тонкой, хорошо выделанной кожи с золотым тиснением по краям. Они стоили очень дорого, в сравнении с обычной обувью, но драконица, приняв облик красивой девушки, неожиданно вошла во вкус к хорошим вещам. Она одевалась и обувалась только у лучших мастеров, и бывала очень довольна, когда кто-то обращал внимание на её безупречный вкус в одежде.

Особенно ей нравилось когда это замечал Андрей, скупой на похвалы и очень удалённый от темы одежды и обуви. Её иногда злило, что он так наплевательски относился к тому, что на нём надето. Но с другой стороны, если уж он похвалил её платье или сапоги, значит они на самом деле такие шикарные, что даже он, аскет, это заметил.

Сложив вещи в непроницаемый мешок из тонкого, но плотного брезента, Шанти приняла свой обычный облик, благо что территория дворцовой крыши позволяла это сделать и перекрытия даже не дрогнули, приняв на себя вес полуторатонного существа. Драконица повела крыльями, расправив их в стороны, и слегка поводила ими в воздухе.

Последний раз Шанти использовала свои крылья...и забыла когда. В ночь после похорон императора? Нет, было ещё пару раз, летала на охоту. Но уже забыла - когда. Подвигав крыльями, решила - надо летать почаще, а то этак сделаются хилыми отростками, как тогда, когда она сидела маленькой больной уродкой в материнской пещере.

Осмотрела тело - осталась довольна. Чешуйки поблёскивали в свете дворцовых фонарей, переливаясь синим, зелёным, красным - красота, да и только! Интересно, что бы сказал по этому поводу Андрей... Точно бы похвалил.

Фыркнула - ну почему его похвала так для неё важна? Почему этот человек стал для неё важнее всего на свете, важнее даже матери?! Она думала над этим, но так и не пришла ни к какому выводу. Сексуальный интерес? Да какой может быть сексуальный интерес у полуторатонной драконницы, закованной в непробиваемую броню, и мягкого человека, который и живёт-то как мотылёк, один день, один час по времени драконов. Но вот что-то не давало ей покоя, какое-то чувство - дружба, наверное? Так его называют люди, это чувство. Непонятное чувство, не знакомое драконам. Привязанность между драконами - да. Сексуальный интерес - да. Родственная дружба и любовь - да. Но почему она чувствует эту самую родственную любовь к человеку? Почему он стал ей как мать, отец, брат вместе взятые? Нет ответа. Наверное она извращенка. Выродок драконий.

Придя к такой мысли, Шанти тихо захохотала, что вышло у неё, как будто где-то далеко прогремел гром. Её глотка стала взрослой, и могла исторгнуть такой рёв, что перекрыла бы шум базара в рыночный день, оглушив стоящих рядом.

Успокоившись, она прицепила на шею мешок с одеждой, используя специально сделанные лямки, потом короткий разбег...и огромная чёрная день бесшумно понеслась в темноту.

Несмотря на свой огромный размер, драконы умели двигаться так тихо, что их могла бы услышать только уличная кошка, привыкшая всегда быть настороже в этом большом злом городе. Этому удивлялся даже Андрей, сам ступающий тихо, как кошка. Он объяснял данный факт тем, что драконы изначально были хищниками, подкрадывающимися к добыче, и этот инстинкт так и не изжился у них за сотни тысяч лет.

Шанти летела на 'охоту'. Страшную охоту. Хотя сама она храбрилась и внешне была спокойна, самодовольна и весела, внутри неё царил холод. Не за глупым оленем она летела. Не за косулей, яростно убегающей от гибели, перепрыгивая через колючие кусты. За оборотнем, не менее сильным, чем Андрей, который смог устоять в битве даже против её матери, драконихи Гараскарании, весящей несколько десятков тонн, опытной поединщицы и охотницы. А что может она, Шанти, если на людской возраст её всего двенадцать лет? Впрочем - сравнивать возраст людей и драконов некорректно. Нет тут никаких сравнений. Но...всё-таки. Она ещё даже не умела делаться невидимой, как её мать, ставя перед глазами наблюдателя непроницаемую завесу, отводя глаза.

Огромные крылья несли Шанти на юг, к новым приключениям, а в рогатую голову, украшенную великолепным красным гребнем, лезли и лезли мысли, рассуждения, воспоминания...она давно заметила - почему-то работа крыльями очень располагает к размышлениям. Может от скуки? Тупо машешь крыльями, надо же чем-то себя занять? А может кровь, разбегающаяся по жилам от активной физической нагрузки активизирует мозг больше, чем обычно? В любом случае - делать же всё равно нечего...можно и подумать.

Мать. Она связывалась с ней последний раз больше месяца назад. Для драконов это 'ни о чём'. Что такое месяц, если её мать уже прожила сорок тысяч лет? А ей самой, Шанти, больше ста лет! Но всё равно, по людским меркам - давно не общалась с Гараскаранией. Та сама не лезет, не связывается, и Шанти тоже не отвлекает. Может она сейчас как раз охотится, пикируя на дичь, а может наша себе нового самца, и совокупляется с ним. А тут Шанти - здавствуй, мама! Здравствуй, дочка. И что? О чём говорить? Самое смешное, сейчас она поняла - и правда, говорить-то не о чем! Вся её, Шанти, жизнь - у людей. Интересы людей ей ближе интересов драконьего рода. Даже сейчас она летит для того, чтобы помочь человеку, своему названному брату. Парадокс? Дракон - для людей!

А может и нет парадокса? Что сделали драконы для неё? Лишь предлагали матери убить этого уродца со сломанными крыльями. Зачем, мол, этому уродцу мучиться. Чик! И нет головы. А ты нового родишь. Лучше. Красивее. Шанти хихикнула - мать тогда прогнала самца, который сказал это, и порвала ему гребень. Он летел, ругаясь человеческими ругательствами и ревел, а Гараскарания драла его как злая шустрая уличная собака, вцепившаяся в большого домашнего пса. Потом вернулась, накрыла дочь огромным крылом, и сказала: 'Дочка, я верю, что ты будешь летать! Есть у меня предчувствие этого. Моя бабка чувствовала будущее, и мне передался этот дар. Когда-нибудь он проявится и у тебя. Так что верь мне - всё будет хорошо!'

В душе у Шанти всколыхнулось тёплое чувство к матери, и та, где-то далеко, как будто бы это ощутила - по нити, связывающей двух дракониц, прокатилась волна тепла и любви. Такая же нить, как ни странно, связывала Шанти с Андреем. Даже если они не могли говорить по мыслесвязи из-за большого расстояния, то чувствовали друг друга где угодно. Иногда доходило до смешного - только Шанти устроится поспать, а тут Андрею приспичит совокупиться со своей самкой! И на драконицу накатывается такая волна удовлетворения, сексуального возбуждения, что та начинает жалеть, что родилась драконницей. Она бы тоже хотела ощущать такие страсти, как люди.

У драконов, ей мать объясняла - всё по-другому. Всё более размеренно, всё с расстановкой и осмысленно. И редко. Не как у людей. Андрей - тот может по нескольку раз за день. Или за ночь. Что частенько и делал.

Шанти как-то высказала свои мысли о том, что наверное он замучил несчастную Антану, терпящую его домогательства каждую ночь в таких маньячных объёмах, так они с Андреем долго смеялись. Потом Антана, почему-то порозовев, шепнула ей, что такой мужчина как Андрей - мечта всех женщин. И что она частенько сама провоцирует его на совокупление, лишь бы снова ощутить его тело.

Нет, Шанти не могла понять таких вулканных страстей, хотя иногда и завидовала людям - ей тоже бы хотелось такой страсти. Ну, в крайнем случае, хотя бы попробовать, как это бывает...

Шанти хихикнула, и прибавила хода. Лететь до места было далеко, и надо успеть к утру. Не хочется, чтобы кто-то видел, как она пролетает над сёлами и городами. Официально - драконов нет. Они что-то вроде легенды. Нет их, и всё тут. А откуда чешуя, которую время от времени находят люди? Нууу...природные какие-то явления - ракушки, например. И вообще - чего пристали? Лучше займитесь делом - подоите коров, или сена накосите! Примерно так.

Те, кто встречались с драконом, видели его, обычно молчали. Начнёшь болтать - скажут - ненормальный. Обычно так и происходило с теми, кто утверждал, будто встречался с драконом. Допился, мол, до зелёных драконов. Так что не стоило своим легендарным видом вводить людей в смятение духа. Особенно, зная, что где-то рядом с ними притаились неведомые старейшины, огромные, злые...

По дороге Шанти задержалась один раз - не могла удержаться, увидев в прерии стадо антилоп - уж больно вкусно выглядели эти полосатые бестии.

Прихватив одну, весом килограмм под тридцать, молоденькую, жирненькую, она перекусила, с наслаждением ощущая, как к ней возвращаются силы. Всё-таки, что ни говори, отвыкла летать на большие расстояния, а сегодня она пролетела...много. Счётчика расстояний у неё же нет...

По прикидкам, скоро должна была быть на месте. Пришлось лететь вдоль береговой линии - город, в котором сейчас засел Гортас, находился на берегу моря, впрочем - как и большинство крупных городов Балрона. И это понятно - по воде легче доставлять грузы, а большие города требуют большого их подвоза.

Впрочем - на востоке, вдоль огромной реки Эмос тоже имелись крупные города, особенно возле золотых и серебряных россыпей. Эти города и возникли вокруг добычи драгоценных металлов. Хотя россыпи и были не очень богатыми, потому особого ажиотажа вокруг них не было. За весь день человек мог намыть всего грамм золота, за добычей которого строго следили надзиратели, пресекающие воровство с государственной собственности. Вся добыча драгоценных металлов испокон веков находилась в руках государства. Деньги же надо из чего-то чеканить, вот и заботилась империя о том, чтобы золото и серебро по возможности не утекало на сторону. Впрочем - как обычно, безуспешно.

Нужный город - судя по карте, которую Шанти изучала перед отлётом, показался под утро, когда небо уже было серым, а очертания деревьев, и даже листьев на них, легко рассмотрел бы любой человек, не только дракон с его ночным зрением.

Драконица, как только начало светать, максимально забралась в небо, на высоту двух километров. С земли в этом случае она будет казаться лишь тёмной точкой в голубом небосводе, а может и вообще станет незаметна в слепящих лучах солнечного диска.

Когда до города осталось уже около трёх вёрст, Шанти круто забрала к берегу, и сложив крылья, начала пикировать, целясь в прибрежную волну. В самой низкой точке она с хлопком раскрыла крылья и спланировала на берег, покрытый округлой беловатой галькой.

Бросив под куст мешок с одеждой и обувью, вошла в воду, и с наслаждением поплыла в открытое море, приняв облик акулы. Мощный хвост взбивал волны, вымётывая из них белую пену, ветер рвал горизонт - хорошо!

Вот странно - задумалась она - дождь я ненавижу, а купание в морской воде - обожаю! Почему так? Может мои предки были морскими ящерами? Но почему всё-таки дождь мне так неприятен? Из-за того, что вода в нём пресная? Впрочем - не весь ненавистен, дождь, а вот такой - затяжной, мерзкий. Гроза, после яркого солнца, недолгая, шумная, снова сменяющаяся солнечными лучами - вот это приятно. После неё и цветы пахнут сильнее, и травы - и дичь почему-то после грозы вкуснее - вероятно наелась этих самых пахучих трав.

Сполоснувшись, Шанти повернула к берегу, и уже подплывая, приняла облик девушки, той, кем когда-то была во время нападения на трактир бандитов - темноволосой, стройной, с фигурой как у рыжеволосой красотки, какой она привыкла бродить по дворцу. Образ рыженькой погубительницы мужских сердец она решила не принимать - слишком уж запоминающейся была её внешность, могли и заметить, запомнить. Шпионов Гортаса в Анкарре хватало.

Из воды она выходила как морская богиня из людских легенд, и топча босыми ногами скрипучую гальку, пошла туда, где оставила одежду.

Подойдя ближе, учуяла запах пота, наркотических курений и дешёвого спиртного - за кустом, у её одежды, возились четверо в полувоенной форме, возрастом от двадцати до тридцати лет, по виду типичные рекруты-новобранцы. Она насмотрелась их - толпами приходящих в Анкарру по призыву императрицы.

Парни ошалело уставились на обнажённую красотку, потом один из них, рыжеватый, лет тридцати, с угрястым крупным лицом и здоровенными ручищами молотобойца, с придыханием сказал:

- О господи! Счастливый день! Парни, вы посмотрите, кто тут у нас есть! Я не был с бабой уже три дня, и последней была вонючая беззубая старая проститутка с чирьем на шее! О Боже! Иди к нам, цыпочка, иди в папочке! - парень встал и впиваясь глазами в прелести девушки, поманил её пальцем.

- Хург, может не надо? - недоверчиво спросил один из парней, худой парнишка лет двадцати - она на мою сеструху похожа. Представь, у тебя была б сестра, и кто-то её обижал? Тебе приятно было бы?

- Иди нахрен отсюда, чистоплюй! - выругался рыжий - не хочешь, иди со своим кулаком балуйся, а мне баба нужна! Глянь, она уже разделась для нас!

- Не трогай, я сказал - Хург вырвал из рук рыжего платье Шанти, и кинув ей в руки, преградил дорогу - девчонка чистая, домашняя, невинная, какого чёрта ты к ней вяжешься?!

- Ах ты сука... - рыжий сделал незаметное движение, и Хург вдруг вздрогнул, согнулся и упал на гальку, держась за живот - получи, тварь! Против меня идти, гнида!

В руке рыжего заблестело лезвие ножа, с которого падали капли крови.

- Иди сюда, сучка! Удовлетворишь нас троих, останешься жива!

- Какой там жива - буркнул один из парней, продолжавших потрошить мешок Шанти - ты Хурга замочил, а если кто узнает? Валить её надо. Тем более что баба не простая - глянь, какая одежда дорогая, видать из благородных!

- Да мне похрену, из простых она, или из благородных. Дырки у неё такие же, как у всех. Иди сюда, сучка! Да, да, ближе!- ухмыльнулся рыжий и замер, вытаращив глаза и болтая ногами в воздухе. Стройная сисястая красотка одной рукой взяла его за горло и без напряжения приподняла над землёй.

Секунду он висел, пытаясь схватить воздух широко разинутым посиневшим ртом, потом сообразил, и попытался ударить её девушку ножом, который держал в руке, но лезвие лишь скользило по чему-то твёрдому, как стекло. Потом его сознание погасло.

Шанти тряхнула рукой, как кошка, играющая с мышью, шея преступника с сухим треском сломалась и он обвис, как кукла.

Второй, что рылся в мешке и предлагал её убить, вскочил...но не успел сделать и шагу - драконица сбила его ногой, так, что он упал ничком, затем ударом пятки сломала позвоночник.

Третий успел отбежать метров на пять, когда ему в затылок влетел камень, размером с кулак взрослого мужчины, раздробив череп и убив его наповал.

Шанти осмотрелась вокруг - больше никого не было. Подумала, и наклонившись над Хургом, попытавшимся её защитить, перевернула его на спину.

Парень был ещё жив, но скорее всего - ненадолго. Нож рыжего вспорол ему живот, и сквозь прорезь в рубахе виднелись сизые петли кишок, залитые густой кровью и своим содержимым. Парень застонал и открыл глаза, широко раскрывшиеся при виде девушки. Потом скосил глаза и увидел лежащих на берегу 'товарищей', не подающих признаков жизни.

- Ты...кто? - спросил он с трудом.

- Я Шанти. А ты?

- Я Хург. Ты прости, что напугали тебя...этот Грох такая гадина...

- А как ты оказался с ним вместе?

- Мы из армии Гортаса...рекруты. Забрали из дома...на войну...пригнали сюда...а еды мало... жалование задерживают, вот мы и ходим на промысел. Воруем... с огородов выкапываем. Рыбу ловим. Я раньше не ходил с Грохом... но меня Жатор уговорил...говорит - он удачливый, всегда с добычей. А он тварь оказался. Грабит людей. Я хотел уйти от него...ругались...вот, тебя встретили. Прости, что так вышло. Я бы не дал тебя обидеть, если бы смог.

- А ты и не дал - вздохнула Шанти, и подумала о том, что люди всё-таки не такие гады, как казалось бы. Вот, парнишка - умер за неё. А она стояла и смотрела, пока эти разбойники наговорят побольше, чтобы её совесть не мучила. А единственный приличный тут человек погиб. Но откуда она знала, что тот негодяй схватится за нож?!

- Ты похожа на сестрёнку - улыбнулся парень - такая же красивая, такая же...

Его глаза закатились. Хург умер.

Шанти с досадой подумала о том, что даже не знает - оттуда он, из какой деревни...хоть родителям бы сказать, где он лежит. Пошарила у него по карманам - пусто, ничего, чтобы могло указывать на то, откуда он пришёл. Потом заметила тонкую серебряную цепочку на груди парня - крестик, больше ничего.

Рядом застонал тот, кому она сломала позвоночник. Он не мог шевелить ногами, но пополз в сторону на руках, спасаясь от страшной 'богини', вышедшей из моря.

Шанти проводила его взглядом, потом встала. Сделала к нему пару шагов...передумала, вернулась и закрыла глаза Хургу.

Снова пошла к раненому и не раздумывая, схватила за голову обеими руками и свернула ему шею. Обшарила карманы - нашла пару серебряных монет, немного медяков, несколько цепочек и медальонов - нахмурилась. Банда действительно занималась грабежом и убийствами. Вот тебе и рекруты...

Трупы бандитов Шанти оттащила в воду, и отплыв подальше пустила в свободное плавание. Акулы сожрут.

Немного подумав - что делать с телом Хурга, она решила его похоронить. Так-то Шанти не была сентиментальной, да и знала Хурга всего несколько минут, но ей показалось неверным бросить его на корм акулам, или же оставить гнить на берегу. Он вступился за неё, не пожалел жизни, и она должна оказать ему уважение. Последнее уважение. Всё-таки это был правильный человек.

Она приняла облик драконицы и мощными когтистыми лапами стала рыть могилу под высокой сосной. Корни дерева рвались как нитки, под напором полуторатонной землеройной машины, и через пятнадцать минут могила была готова.

Шанти отнесла Хурга к яме, аккуратно положила, накрыв лицо рубахой, сорванной с убитого бандита, а потом закидала рыхлой супесью пополам с галькой. Постояла, вспоминая, что должна сделать по людским канонам, и так и не вспомнила ни одной людской молитвы. Просто сказала:

- Покойся с миром Хург, правильный человек. Я буду тебя помнить. Прими Господь его душу.

Затем повернулась и пошла к воде.

Отмывшись от земли и крови, Шанти надела платье, сапожки, курточку и двинулась вперёд, по направлению к городу.

***

Андрей постучал по стенке рукоятью тяжёлого пистолета, и кучер затормозил, громко крикнув на лошадей:

- Трррр! Стоять, проклятые!

Сзади в них чуть не врезался экипаж какого-то мелкопоместного дворянина, он высунулся в окно, разъярённый и красный, но увидел императорские гербы и охрану из гвардейцев, тут же умолк и спрятался назад, нырнув, как в прорубь. Андрей усмехнулся - с некоторых пор имперские гербы внушают родовитым подданным что-то вроде священного ужаса.

Высунувшись в окно, Андрей крикнул мальчишке, стоящему на перекрёстке улиц с пачкой бумаги в подмышке:

- Эй, малец, подь сюда! Чего там у тебя такое?

Шустрый городской мальчишка, не боящийся ни бога, ни чёрта, бойко зачастил:

- Это газета, называется 'Новости Балрона'. Купите, господин! Всего два медяка! Тут про то, как казнили графа Гегайло! Про Гортаса - оказывается он враг империи и поклоняется исчадьям! Про Первого Советника - оказывается он из древней императорской семьи, и вообще внебрачный сын покойного отца бывшего императора! (Это-то зачем - поморщился Андрей, глядя на хихикающего Зорана). А ещё - про цены на муку, сахар, соль! Объявления - может, хотите купить коня - вот тут есть! Очень, очень интересно! Смотрите - картинка тут - вот Гегайло вешают, а рядом он уже торчит на колу! Очень весёлые картинки! (Тьфу! Хотел забыть эту пакость, а тут...сам рисовал, или художника нанял? Сам! Я что, рисовать не умею? А потом клише вырезали) Купите, господин!

- Дай одну - кивнул Андрей, кинул счастливому мальцу серебряник и взяв газету, закрыл дверь кареты. Потом стукнул по стенке, карета заколыхалась и погромыхала дальше.

- А что, впечатляюще - ухмыльнулся Андрей, рассматривая картинку и текст под ней. И Гортаса хорошенько опорочили. Хорошо, что ты не стал ему приписывал диетическое питание младенцами.

- Какое питание? Дие...чего?

- Ну...прописанное лекарями - отмахнулся Андрей - ты в другие города отправил?

- Само собой! Скорой почтой, быстрыми извозчиками. Конечно, жаль, что не сразу дойдёт, но всё равно дойдёт - через неделю, две. Как это вы здорово придумали с почтовыми станциями - раз! - и заменили лошадей. И с сигналами. Гудеть только любят, негодяи, почтовики эти. А формой гордятся, да. Умеете вы проворачивать дела.

- Ты лучше скажи, почему газета продаётся за два медяка, хотя первый тираж должен быть по медяку!

- По медяку - это для тех, кто продаёт. Но им-то чего-то надо зарабатывать. Потом поднимем цену. Сейчас она так и обходится нам дороже, чем по медяку.

- Бумаги хватает? Краска? Учти, газета мне очень, очень важна. Это пропаганда. Кто владеет информацией, тот правит миром. Пусть в убыток, пусть невыгодно коммерчески - распространяй по городам, отправляй куда можно. И вот что - найди людей, которые будут поставлять информацию - слухи, события, всё, что угодно. Через газету можно сливать информацию о тех, кого нужно опорочить...

- Понял! - усмехнулся Зоран - я буду платить им за информацию, этим несунам. Надо будет нанять людей, которые напишут эти новости. В этот номер писал я сам, но мне тоже иногда хочется спать, так что...

- 'Несуны' эти называются репортёры. И нужен журналист, что будет интересно и хлёстко писать статьи, с упором воздействия на общественное мнение. И редактор, что будет отслеживать - что ставить в номер, а что нет.

- Понял, сделаем. Хотите убрать патриарха?

- Меньше болтай вслух. Особенно в тех местах, где это делать нельзя. Понял?

- Понял - кивнул головой Зоран и Андрею показалось, будто тот незаметно подмигнул здоровым глазом. Может показалось?

***

- Привет, милый - Антана обняла Андрея за шею и крепко поцеловала - как ты сегодня? Устал? Сейчас я прикажу подать ужин. Я не ужинала, тебя ждала. Пригласим к обеду Олру, а то она скучает одна?

Андрей внимательно посмотрел на Антану, помолчал, и осторожно спросил:

- Ты на самом деле этого хочешь? Или предлагаешь, чтобы доставить мне удовольствие? Или испытываешь меня?

- Ты что? - ошеломлённо сказала Антана, и отшатнулась, будто её ударили - ты что такое говоришь?! Ты не заигрался ли в свои политические игры, что подозреваешь в таковых даже МЕНЯ?!

Она резко встала, и отвернувшись, подошла к большому окну, выходящему в сад. Полупрозрачные портьеры шевелил ветерок, доносящий запах каких-то пряных цветов, усыпавших колючие кусты, постриженные в виде шаров, в небе проносились тучи, и сеял бесконечный серый дождь...

Андрей встал, подошёл к жене, и обнял её за плечи. Антана дёрнулась, убирая его руки, и он увидел, что та плачет, тихо роняя слёзы. Потом она горько сказала:

- Проклятый престол! Проклятая корона! Проклятый дворец! Когда ты был простым воякой, борцом со Злом, ты бы никогда мне так не сказал! Никогда! Ты любил меня! А теперь, когда мы у вершины власти, ты стал меняться. Ты стал жестоким, холодным! Ты думаешь лишь об интригах, о том, как удержать эту власть! И не думаешь обо мне! Ты...

- Прости - Андрей коснулся губами шеи Антаны - прости, я ляпнул не подумав. Я всегда любил и люблю тебя и ради тебя умру. Дурак я! - Андрей опустился на колени перед женой, и прижался головой к её бедру - прости дурака! Я же просто мужчина. Я не знаю, что у женщин на уме. Ты спросила, и я подумал, что ты меня проверяешь, люблю ли я тебя. Есть ли у меня что-то к Олре, кроме дружбы и воспоминаний. Решил, что ты сомневаешься в этом, потому так и спросил. Милая, прости меня, пожалуйста. Ты мне дороже всего на свете...

Антана опустила руку, положила её на голову Андрея, и легко пошевелила пальцами, вороша его волосы. Потом вздохнула:

- Наверное я сама виновата, что ты меня не понял. Встань, иди сюда - она сильной рукой подняла Андрея и обняв, прижалась к его груди - ты как-то отдалился от меня в последнее время, приходишь холодный, напряжённый, злой. Мне кажется - эта власть нас разделяет. Ведь мы были гораздо счастливее в том домике...гораздо счастливее. Я знаю, что ты скажешь - долг, дело прежде всего...отец так говорил. И где он? И ты меня оставишь...уйдёшь однажды, и не вернёшься. Молчи! - она приложила руку к губам мужа - ничего не говори. Я скажу, моя очередь. Я упомянула Олру только потому, что думала - тебе будет приятно, что я выше предрассудков, что для меня ничего не значит мысль о том, что когда-то ты с этой женщиной занимался любовью, обнимал её, целовал, что у неё от тебя ребёнок. Скажу откровенно - да, немного карябает по сердцу. Но я знаю, что ты любишь только меня. Знаю, и всё тут. И я не боюсь, что ты снова с ней сойдёшься. Но ваш с ней ребёнок должен жить так же, как и наш с тобой. Я не верю, что ты будешь относиться к ним по разному. И не хочу, чтобы ты разрывался между бывшей женой с ребёнком, и мной. Пусть они будут рядом. И мне спокойнее - Антана слегка улыбнулась и посмотрела жёлтые глаза Андрея. Всё? Вопрос закрыт? Как ты обычно говоришь. Если не хочешь - мы её не пригласим. Будем ужинать вдвоём. Кстати - а где наша сестричка? Где Шанди?

- Полетела по делам - уклончиво ответил Андрей через денёк-другой прилетит. Возьми вот, почитай - Андрей подал жене газетный листок - кстати, можешь положить его в библиотеку, в ларец для редких книг - когда-нибудь он будет стоит огромных денег. Это первый номер нашей первой газеты!

Антана села на краешек кресал и с интересом стала рассматривать картинки, читать статьи, забыв обо всём. Потом подняла восхищённые глаза на Андрея, и сказала:

- Потрясающе! Ты даже не представляешь, что ты сделал! Ведь все скучают - дамы сидят дома и собирают сплетни, не знают чем заняться! А это - сборник сплетен! Они разнесут их по всем домам, они будут ждать каждого номера, драться из-за него! Великолепно! Позову Олру, покажу ей - она сразу поймёт. Ты только глаза щуришь, а сам ни демона не понимаешь важность этой штуки!

- Где уж мне - усмехнулся довольный Андрей - представляешь, когда тут появится статья о нынешнем Патриархе, о его прегрешениях перед Церковью, моралью и всяким таким прочим. И сразу, во всех крупных городах! Как ты думаешь, сумеет он при этом сохранить своё место?

- Никогда - решительно мотнула головой Антана - слетит, как птичка с гнезда. Вот для чего ты сделал газету - прошептала она задумчиво - ну и демон же ты. Ты страшный противник. Не завидую тому, кто встанет у тебя на пути.

- Мне приходится быть страшным и безжалостным. Ты же знаешь - я не для себя делаю. Мне не надо этих денег, этой власти! Я для людей хочу! Я хочу, чтобы люди хорошо жили! Чтобы не было Зла! Чтобы...

Он замолчал, осекшись, потому что подумал - ведь было уже. Всё было. 'Счастье всем даром, и пусть никто не уйдёт обиженным!' И убивали ради этого. Тысячами. Миллионами. И он будет убивать. И убивает. А убивая - разве можно остаться прежним?

Антана увидела, как осунулось лицо мужа, и ласково коснулась его плеча:

- Не переживай. Это я так, вгорячах сказала. Сама уже не рада, виню себя за это. Сейчас я позову Олру, и будем ужинать. Будем относиться ко всему проще, ладно? А то мы и правда что-то заигрались в интриги. Начали друг друга в чём-то подозревать...а то я брошу эту демонову корону, и уйду! Не нужен мне этот трон! Мне нужен только ты...и Марк.

- Увы, назад дороги нет - грустно усмехнулся Андрей - давай, командуй к ужину. И Олру зови. Я пойду поищу кое-что в библиотеке, ладно? Как будет готово - позови меня. Да! Как там Марк? Всё в порядке?

- Иэххх! - насмешливо сказала императрица и кинула в Андрея сложенной в комочек кружевной салфеткой со столика - в первую очередь надо о ребёнке. А потом свои газеты-мазеты. Ну, мужчины...это что-то. Иди, иди, ройся в своих пыльных фолиантах. Позову.

Андрею хотелось найти какое-то упоминание об исчадьях, и всё свободное время он посвещал библиотеке. Прочитал всё, что было написано об этих тварях, но так и не узнал практически ничего нового.

За исключением одного упоминания о странном явлении, которое видели моряки, доставлявшие товары в островную империю - небо на горизонте как будто разорвалось, пропали звёзды, была вспышка...и всё. В общем-то всё. Если не считать того, что падение предполагаемого болида по времени совпадало с рассказами драконов о новом игроке, появившемся в этом мире. С натяжкой можно было притянуть друг к другу эти два явления, и...чего и? Ничего. Ничего в голову не лезло.

Андрей выругался, собрался ещё пошарить в запасниках библиотеки...но тут появился слуга и позвал его к ужину. Есть хотелось ужасно, так что поиски истины позорно проиграли куску мяса и кружке пива.

Кстати - как не пыталась Антана приучить Андрея к культурно-аристократическому вину, отучив от пива - ничего не вышло. Он заявил яростный протест, сказав, что ему наплевать кто там чего пьёт, а если она будет возмущаться - отдаст приказ вырубить все виноградники. Она поверила и отстала.

Олра была слегка насторожена, но поддерживала разговор, и в восторге, как и Антана, перечитывала газету, снова и снова тыча пальцем в отдельные строки хроники. Потом заявила, что это лучшая идея, которую можно было бы придумать, и предложила иногда подкидывать материал для газеты. На что Андрей ответил, что в общем-то для того и было придумано. А не для светских сплетен. На что обе женщины хором напали на него, и сообщили, что мужчины эгоисты и не понимаю, как женщинам важно получать такую информацию. Затем зашёл разговор о детях - Олра рассказала, как дела у Марго. Всё было отлично. И Марго, и Марк сосали одну кормилицу - ту самую, человека-гору, и росли не по дням, а по часам.

Потом женщины вспомнили что-то весёлое про Зорана, отмочившего какую-то каверзу с молоденькой замужней кухаркой - муж долго стерёг его возле дверей, и тому приходилось попадать в комнату через окно. На всякий случай. Положение секретаря советника, конечно, очень весомо, но полено в руке обманутого мужа ещё весомее.

Андрей слушал весёлый трёп, и почему-то ему было не смешно. Он сильно беспокоился за Шанти, и на душе было тяжко. И вдруг, как в подтверждение его подозрений, ему стало нехорошо, больно, сердце сжалось и затрепетало, будто бабочка, пойманная в сети. И он понял - с Шанти беда. Ей плохо, и возможно, она умирает.

Андрей побелел, вскочил из-за стола и вцепился в его край так, что пальцы оставили вмятины на полированном дереве. Женщины перепугались, стали его тормошить, пытались заставить выпить воды, но он стоял, сжав зубы и вытянувшись, как стальной клинок, затем выдохнул, и хрипло сказал:

- С Шанти беда. Я знаю. С ней плохо - и он упал в кресло, едва не потеряв сознание.

***

- Вы?! Откуда? Как успели? - глаза купца, агента Шанти, выпучились, будто он увидел чудище морское. Купец узнал свою начальницу - драконице пришлось снова принять облик рыжеволосой красотки, но при этом 'перекрасить' волосы. Перестаралась она некогда со своими огненными волосами, став заметной, как факел в ночи.

- Проходите. Скорее! Тут бродят целые толпы голодных солдат - опасно.

Купец закрыл ворота дома, купленного им ещё до гражданской войны и повёл Шанти внутрь.

- Ужас, что творится! Они собрали все мужчин со всех провинций юга - кто будет весной пахать и сеять - непонятно. А всю эту массу надо кормить, поить. Те и рыщут, голодные, всё сожрали, даже кошек и собак! Вы не представляете, что творится - банда на банде! Убийства, грабежи, изнасилования!

- Представляю - сухо кивнула Шанти - мне нужно знать, где располагается резиденция Гортаса. Какая там охрана. И вообще - всё о нём, что можно знать - куда ходит, где бывает, кто к нему приходит. Я давала вам такое задание. Что можете сказать?

- Ну что сказать... - задумался купец, усаживая гостью за стол в гостиной - он живёт в особняке на Бирюзовой улице. Особняк большой, окружён войсками. Входа туда нет никому, кроме доверенных лиц, и то с пропусками. Вот, вроде и всё.

- А слуги? Слуги выходят? Заходят? Как он может обходиться без слуг?

- Хмм...наверное заходят... А толку-то? Их всех знают в лицо. Вы хотите туда проникнуть?

- А вы читаете, что я задаю вопросы просто из развлечения? Делать мне нечего?

- Извините... - купец слегка стушевался, но тут же воспрянул духом - чем могу помочь - я всегда готов! Этот Гортас всех уже достал - весь городской люд его ненавидит!

- За что? - с вяло осведомилась Шанти, обдумывая информацию.

- По городу не пройти - одно хулиганьё. Девушкам вообще ходить невозможно - того и гляди юбку задерут в кустах. Я удивлён, вы-то как сюда прошли? Без проблем? Нет, я не имел в виду... - купец покраснел, поняв, что сморозил лишнего, и замолчал.

- Вы имели в виду, что мне задрали юбку в кустах по дороге сюда? - безжалостно уточнила Шанти - нет, не задрали. Со мной нельзя так поступать. (Особенно, если у задиральщиков сломаны обе руки - подумала она со смешком - интересно, что они потом рассказали по поводу инцидента? Неизвестная красотка едва не оторвала руки.)

- Информацию приняла. Но мало её. Почти ничего нет.

- Так я сколько тут? Всего два дня! Что я мог узнать за два дня? - обиженно буркнул купец

- Понятно. Схожу, посмотрю на дом этого Гортаса. Здесь же не очень далеко?

- Пять минут хорошей ходьбы. Через три улицы. Выходите, сразу направо, доходите до перекрёстка, поворачиваете налево и три квартала вверх, в горку. Белый дом с красной крепостной стеной - вот это и есть поместье Гортаса. Только смотрите - они хватают всех, кто походит близко! Шпионов ищут. И убийц. Прошёл слух, что Гортаса хотят убить, что Императрица подсылает к нему убийц. Пятерых уже казнили. Двое и правда бросились на него, когда тот проезжал в закрытой карете. Был он в карете в этот момент, или нет - ещё вопрос. Да эти несчастные даже на подножку не успели запрыгнуть. Их тут же перехватили агенты Гортаса. Весь город наводнён агентами Гортаса, и говорят - они оборотни! Убийц казнили так страшно, что я даже рассказывать об этом не хочу - вырвет. То, как советник поступил с Гегайло - цветочки. Детская игра. Там похуже было...

- Императрица не посылала убийц - фыркнула Шанти - так кто же были на самом деле эти несчастные?

- Не знаю. Мало ли недовольных? Например - отцы-братья-мужья-любимые тех девиц, что он замучил. Гортас славится экзотическими привычками, с детства. Говорят, что он не получает сексуального удовлетворения, если партнёрша не кричит от боли. Извращенец ещё тот.

- А где он девушек берёт?

- С улиц. Его подручные ловят девушек, оказавшихся на улице не в том месте, не в то время, и доставляют к нему. Из его поместья они уже не выходят. Говорят, случайные прохожие на берегу видели длинные свёртки, которые его слуги выбрасывают в море. Но никто ничего точно не знает. И ещё - возле него появились какие-то колдуны. Именуют себя 'Общество Чёрных Плащей'

- Что за общество? - насторожилась Шанти

- Никто не знает. Говорят - могущественные колдуны. Гортас хвастался, что с их помощью он разнесёт войска императрицы в клочья. А потом завоюет Славию.

- Мдя...такого негодяя на престол...это исчадье какое-то... Кстати - не исчадья ли? Как у них отношение к Церкви? У Гортаса?

- Нормальное отношение. В церковь не ходит, но и не запрещает. Храмы стоят, как стояли.

- Значит не исчадье..понятно - протянула Шанти - скажи, а где, по каким улицам промышляют ловцы девушек?

- Хмм...не знаю. Вероятно - начиная от его поместья и по всему городу. На городском рынке ещё. Да, говорят там хватали.

- А почему люди не бунтуют? Как они терпят такое?

- А вы видели, сколько у него солдат? Задавят сразу. Кто пытается сопротивляться - казнят на месте. Закона нет - есть Гортас. Один, говорят, вступился за свою молодую жену - они на рынке вместе торговали - так его прицепили к лошади и тащили по улицам, пока он не помер. А жена исчезла в поместье у Гортаса. Все и говорить-то боятся, даже шептать! На рынке мало что продаётся, и то по большим, очень большим ценами. Я выставил немного муки и зерна в своей лавке, по цене в три раза дороже, чем обычно - вмиг смели. Как не бывало. Так-то выгодно здесь торговать, но нет гарантии, что ночью к тебе в дом не вломятся и не отберут наторгованное. Или по дороге к лавке фургон не ограбят. В общем - это ужас какой-то. Я никогда такого не видал. Поговаривают уже - скорей бы Императрица башку Гортасу снесла - устали все.

- Снесёт, снесёт - задумчиво сказала Шанти - а где у вас рынок?

- Налево, пять кварталов. Там ещё пожарная каланча стоит высокая. Её отовсюду видно. Не ходите туда! Вы думаете, узнаете там последние слухи? Народ молчит, все боятся рот открыть. Наживёте неприятностей, и всё. Не надо!

- Спасибо за предупреждение, но я всё-таки схожу - улыбнулась Шанти - если со мной что-то случится - всё расскажете госпоже Олре.

- Не нравится мне ваша прогулка, ох, не нравится - закрутил головой купец - не дай боже налетят ловцы - пропадёте!

- Авось не пропаду - сказала Шанди и встала из-за стола - открывайте дверь, мне пора. Собирайте информацию - всё, что сумеете узнать. Количество солдат, вооружение - всё, что можно.

Перешагнув порожек калитки, Шанти вышла на мостовую, и подняв голову слегка улыбнулась. Проглядывало солнце, несмелые лучи тихонько ощупывали мир, и на душе было светло и ясно. Всё-таки хорошо, что здесь хоть иногда проглядывает светило! - подумала она, и бодрым шагом отправилась туда, где над городом возвышалась пожарная каланча, похожая на высокого человека в шляпе.


## Глава 6


Ещё когда Шанти вошла в город, ей сразу бросилась в глаза грязь, покрывающая городские улицы. Всё заплёвано, загажено, такое впечатление что власти всё равно, как живут горожане. Никаких сдерживающих факторов. Да, ходили патрули из хорошо вооружённых солдат во главе с младшими офицерами, но они не обращали ровно никакого внимания на мусорящих, пачкающих просто гадящих рекрутов и новобранцев. На глазах драконицы один из претендентов на солдатское жалование просто сел и сделал своё грязное дело, не обращая внимания на то, что он находится в людном месте. И никто ему даже слова не сказал.

Шанти прикинула - если бы это происходило в Анкарре - придурок уже получал бы свою порцию плетей. Чего-чего, а за порядком там следили.

Стоящие у стен и слоняющиеся без дела парни обращали внимание на идущую по улице девушку - присвистывали, показывали пальцем, чмокали губами и показывали непристойные жесты. Такое впечатление, что у всех этих парней как-то сразу наступило умственное помешательство - думала Шанти - ведь у себя дома они так себя не ведут, стыдно ведь! А почему тут так? Война всё спишет? Вполне может быть, что так и думают. Всё равно, мол, подыхать, так хоть перед смертью почудить.

- Девушка, девушка, у меня есть пять серебряников! - перед ней возник прыщавый длинный юнец в одежде с цветами Гортаса - пойдём со мной! Пойдём! Ты такая сладкая!

Его глаза лихорадочно блестели, парень был как будто в горячке. Больной? - подумала Шанти - похоже, что скоро у них тут начнётся веселье в виде чумы - если вовремя на наведут порядка.

- Пошёл вон! - презрительно сказал драконица и обойдя его сбоку пошла дальше, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит сзади. Она ожидала чего угодно, только не этого - парень упал на мостовую, и стал рыдать, биться головой о камни и скоро затих. Шанти оглянулась - несколько человек уже обшаривали его карманы, кто-то срезал кошель и тут же началась драка. Засвистел патруль, побежали тяжеловооружённые солдаты регулярной армии, блеснули клинки - на мостовой осталось два трупа.

Шанти нахмурилась - и с такой армией они собираются взять Анкарру? Да это бред какой-то! И тут же просветлела - ценная информация. Всё это значает, что большая часть армии Гортаса есть никуда не годный сброд. И пусть она превышает армию Андрея по численности в несколько раз, зато боеспособность армии Империи гораздо выше.

- Девушка! - раздался голос откуда-то сбоку. Шанти обернулась, готовая отразить агрессию и увидела мужчину лет далеко за сорок, седого, в кольчуге, наплечниках, с прямым мечом на поясе и кинжалом слева на боку. Опять?! - подумала она - вы никак не успокоитесь!

- Девушка, не ходила бы ты по городу - неожиданно сказал мужчина - ты видишь, что происходит? Нагнали сброду, тут мужикам-то ходить небезопасно, а уж таким красоткам подавно! Иди скорее домой, иди! Давай я тебя провожу, чтобы никто не обидел.

Шанти прощупала его эмпатически - нет, никакого сексуального влечения, искреннее участие.

- У меня дочь такая как ты, тоже красавица- пояснил тот - идём, я до дому тебя провожу. Не бойся, я не дам тебя в обиду.

- Я не боюсь - лучезарно улыбнулась Шанти - я только до рынка дойду, и назад. Не нужно помощи. Иди по своим делам. Останься в живых.

Мужчина неодобрительно покачал головой, но настаивать не стал. Он проводил долгим взглядом красотку, так напомнившую ему дочь, и затосковал - на кой демон ввязался в это предприятие? Денег заработать? Этот демонов Карил, пообещал, что тут будут хорошо платить, а вся компания закончится в считанные недели. И что? Засели на весь сезон дождей, жалования нет, жрать нечего. Сын с дочерью там одни, жена больная. Ну зачем, зачем он попёрся сюда?!

И вдруг пришло решение - валить надо отсюда. Правильно сказала девчонка - надо остаться живым. И вообще - он уже не в том возрасте, чтобы так, как в двадцать лет махать железкой. Тут ломит, там болит, раненая нога под дождём ноет - валить надо, точно. А если предъявят претензии, мол, дезертир? А некому будет предъявлять. Этот сброд никогда не победит. Они разбегутся тут же, как в них врежутся тяжеловооружённые конники. А Гортасу отрубят башку победители. Всё, решено - уходить!

Ветеран просветлел, и зашагал в сторону южных ворот, привычно придерживая рукой длинный меч. Идти до дома трое суток - без еды, без денег, на которые он мог что-то купить. Но солдат не унывал - выдержит. Зато - скоро дома. Обнимет жену, детей, и останется в живых. Спасибо девчонке, навела на мысль. Жаль её - попадёт в беду. Он остановился, подумал - может вернуться, проводить её? Но потом махнул рукой - она сама знает, что делает. Каждый должен сам отвечать за свои поступки. И пошёл дальше.

***

Рыночные ворота не отличались ничем от своих собратьев в других городах империи. Если только тем, что были более ободранными? На створках ворот свежевыцарапанные матерные слова, и виднелись следы того, как если бы кто-то метал в дерево ворот ножи или дротики - вся поверхность в глубоких ранках.

Привратник в будке встрепенулся, увидев Шанти, потом выскочил из своего рабочего помещения и замахал руками:

- Дура! Ты куда прёшься?! Вдруг сейчас 'охота' Гортаса прискочит, и сгинешь навечно! Уходи, уходи отсюда! - красные щёки старика пошли пятнами, а седые волосы растрепались от сна. Он него пахло спиртным и застарелым потом.

- Быстро уходи отсюда! Не то время, чтобы по рынку бродить! Сплетни пришла собирать, что ли? Тут и сплетен-то нет, одно безобразие! Я даже плату за въезд уже не собираю - торговцев-то почти нет. Что ты тут хотела купить-то?

- Да так, посмотреть хотела - пожала плечами Шанти, и её лёгкая курточка распахнулась, обнажив крепкие полушария грудей, чуть не вываливавшихся из лифа.

Старик замер, впившись глазами в грудь девушки, и тихо сказал:

- Ты точно дура. Не миновать беды. Ты чего так вырядилась, запахнись! Скорее! Ну! Поздно. В будку, в будку прячься! - старик попытался оттащить Шанти от входа в рынок, но вокруг них уже заплясали сытые, красивые кони. Семеро хорошо одетых молодых людей с цветами Гортаса на камзоле внимательно смотрели на Шанти, пока один не сказал:

- Вот так добыча! Неужели мы могли пропустить такую красотку? Зехер, сажай её к себе. Подержись за неё, пока Гортас до девки не добрался.

Всадники захохотали, а упомянутый всадник перегнулся, и схватив Шанти за пояс усадил её впереди себя, крепко обхватив за грудь.

Шанти, если бы захотела, могла бы сейчас перекачать свой вес из Нечто в своё человеческое тело. И тогда конь просто сломался бы под полуторатонным весом. Но задача стояла совсем другая, и ей пришлось ко всему прочему терпеть руки потного парня, шарящего у неё по груди. Она создала иллюзию настолько мощную, что рука 'охотника' ощущала лишь гладкость кожи, а его нос чуял запах цветов, исходящий от незнакомки.

Парень остро пожалел, что он не Гортас, и что после хозяина девка достанется ему измочаленной, окровавленной, избитой до полусмерти. Как бы он хотел быть первым их тех, кто вонзится в её бархатную плоть!

Скрипнув зубами всадник подстегнул лошадь, и та помчалась в стае своих товарищей, опрокидывая не успевших убраться с дороги прохожих.

В трёх кварталах от базара под ноги лошади попался какой-то седой солдат, замечтавшийся о чём-то своём, лошадь сбила его мускулистой грудью, он покатился по мостовой и ударился головой о придорожный камень, проломив себе висок.

'Охота' поскакала дальше, не обратив внимания на свою случайную жертву, а к трупу уже начали стягиваться стервятники в человеческом обличьи. Не успел солдат вернуться домой...

Кавалькада влетела в ворота поместья, тут же закрывшиеся за ней и ощетинившиеся копьями и алебардами охраны. Вокруг здания, как и вокруг стены и на стене, было множество охранников, вооружённых до зубов. У многих - луки и арбалеты в боевой готовности. Никто не мог пройти без проверки даже в переулок, где находилось поместье. Шанти в этом убедилась сразу, и поняла, что если она появилась здесь одна, её скорее всего приняли бы за шпионку, и до Гортаса она могла бы и не добраться. Так что ей решение верное.

- Давай её в комнату! Что она, плачет? Молчит? Перепугалась видать. Знает, что её ждёт. Тащи в дом, только не повреди. Синяки поставишь - Гортас тебе башку снимет. Он сам любит им синяки ставить, свежачок любит чтобы был! Он скоро придётся из мойни.

- Одеть её во что-то другое? - спросил мужчина, по виду напоминавший мажордома - ливрея, гладкое холёное лицо

- Нет. Как есть пускай. Придёт - сам решит. Веди её в комнату для утех, привяжи там к стене. Ребята, помогите ему - вдруг она будет сопротивляться, ещё поколотит несчастного!

Командир охотников заржал, а Шанти сквозь слегка прищуренные глаза посмотрела на его ауру.

Точно Андрей говорил - оборотни. Целая стая оборотней. И они подчиняются старшему, он их инициировал. Стая. Интересно, подумала она - любовь Андрея и Антаны, вернее - Антаны к Андрею, не следствие ли того, что он является её Старшим? Или там всё намешано - и любовь, и подчинение Старшему? Впрочем - не больно-то видно,чтобы она так беспрекословно ему подчинялась. Может как-то особым образом делается, чтобы при инициировании Стая подчинялась Старшему? Шанти пожалела, что не поинтересовалась этим вопросом поподробнее, но раздумывать над этой проблемой было некогда - её втащили в дом, затащили в какую-то комнату...и она вздрогнула от отвращения.

Пыточная. Настоящая пыточная. Инструменты, блоки, крюки, петли. Запах. Как ни вымывали - остался запах крови. Сладковатый запах тлена. Вымывай не вымывай, а запах бойни никуда не деть.

Её толкнули к стене, и растянув руки в стороны, зажали их в плотных стальных захватах, проложенных толстой стёганной тканью - видать, чтобы жертвы раньше времени не повредили себе руки. Ноги тоже были охвачены обручами на ширине плеч.

Конвоир сжал её грудь, провёл по бедру и ухмыляясь, сказал:

- Мы с тобой ещё увидимся. После того, как с тобой развлечётся Гортас. Правда после этого ты будешь уже не такая красивая и гладкая. Жаль. Но ничего! Тебе всё равно будет приятно, мы постараемся доставить тебе как можно больше удовольствия! Ведь ты же любишь мужчин? Сегодня у тебя их будет много.

Мужчина резко засмеялся, глядя на Шанти жёлтыми глазами, затем вышел из комнаты, и она осталась одна.

Когда её вели в дом, Шанти осмотрелась по сторонам - да, её выводы были верными. Никакими путями в дом проскочить было нельзя. Первое, что приходило в голову - замаскироваться под слугу. Принять его облик. Но эту идею она отбросила сразу - где искать этого слугу, чтобы всмотреться в него и принять его облик? Где его поймать? Можно, да, попробовать получить информацию - кто там слуги, куда они ходят, где берут продукты и всё такое прочее. А если не ходят? Если продукты давно в доме, если их не выпускают из поместья? Такие сооружения по типу крепостей обладали запасами продуктов и воды на годы вперёд. Зачем кому-то выходить, и где они будут чего закупать в голодном городе? Тем более, что из соображений безопасности лучше слуг не выпускать вообще.

Далее. Принять облик какой-нибудь зверюшки или птички. И такая мысль была, самая реальная по исполнению. Вот только одно 'но' - только представить себе птичку или зверюшку, которая вдруг рвётся в дом! Её, само собой, попытаются отогнать, убить, в конце концов. И закончится это банальной дракой. А там ведь оборотни. Шанти помнила, как толпа оборотней ободрала её до самого мяса. Даже непробиваемая чешуя не спасла. Это вам не обычные люди с их жалкими сабельками.

Кстати сказать, Шанти не была уверена в том, что тяжёлое копьё в руках потрясающе сильного оборотня не пробьёт её чешую. Убить может и не убьёт, но вот поранить - запросто. Оборотни такая злостная штука...их только жечь огнём, но и горящие они бросаются, как сумасшедшие. Притом - ему только отбежать в сторону, перекинуться, и вот он снова здоров. Кроме того - а где гарантия, что в это время Гортас будет дома? На месте? И где его искать по дому? Со Стаей, висящей на хвосте... Нет, зверюшки-птички на выход.

И вот тогда ей пришёл в голову элегантный ход - её доставят к этому негодяю. Враги. И так оно всё и вышло. Неприятно, конечно, всё время хотелось откусить руку, тискающую её иллюзорную грудь...но всему своё время. И до этой шаловливой руки доберётся. Когда оторвёт Гортасу башку. Надо только немного подождать...

Комната, где приковали Шанти, была огромной. В длину около ста пятидесяти человеческих шагов, и в ширину пятьдесят, не меньше. По центру колонны, поддерживающие свод. По всей вероятности тут свободно могли бы разместиться несколько десятков купеческих возов. Драконица вначале не поняла, зачем нужен такой зал, да ещё и с потолками на высоте третьего этажа, потом поняла - в таких залах люди сходятся, чтобы танцевать, развлекаться. Подобный зал она видела во дворце императора, и назывался он - 'танцевальный зал'. В связи с войной массовых гуляний и пиров там не устраивали, но вообще-то там частенько пировал покойный император и все его предки.

Скорее всего, здесь давно не устраивали балов, оборудовав пыточную. Впрочем, возможно они соединяли приятное с приятным - и пировать, и пытать. Чем не развлечение - насиловать и пытать красивую женщину на пиру, на глазах у всех.

По зрелому размышлению, Шанти всё больше утверждалась в мысли, что так и было. А ещё ей пришло в голову, что эти люди, хотя они и ходят в церкви, молятся Богу, ничем не отличаются от Исчадий. Те не скрывают своё Зло, поставили его во главу своей веры, а эти - просто врут. И делают то же самое, что и исчадья. . Все врут! - с горечью подумала Шанти - люди врут, драконы врут, вообще - есть кто-то, кто не врёт?

Ждать пришлось около часа. Потом где-то далеко послышались голоса, затопали ноги в и в зал вошёл Гортас, в сопровождении группы людей в чёрном. Шанти видела его на турнире и хорошо запомнила лицо.

Гортас был весел, вполоборота он что-то говорил своим спутникам, а увидев Шанти, прикованную к стене, замер и с удивлением сказал:

- Красотка...странно. Почему у неё такая интересная аура? Я такую видел только у вас, Даран...и у Хевеса.

- Аура?! - напряжённо сказал тот, кого назвали Дараном и жёстким, скрипучим, как нож по стеклу голосом сказал - вон отсюда, Гортас! Быстро! Уходите! Не смотрите на меня так - Хевессанор, вынеси его отсюда! Это тот, кого мы ищем!

Телохранители Гортаса почему-то решили, что схвативший их хозяина поперёк туловища 'колдун' напал на него, и попытались вонзить в него спрятанные под одеждой короткие клинки, но не смогли пробить драконью чешую. Хевессанор выкинул Гортаса за дверь, как щенка, закрыл её на засов - толстую, окованную железом дверь - и тоже уставился на прикованную к стене Шанти.

- Предательница! - холодно прогремел голос дракона в голове Шанти - как ты посмела нарушить Договор?!

Шанти посмотрела на двух 'людей' в чёрном - вокруг них сияли ауры драконов. Такая была и у её матери. А ещё - она вспомнила лицо одного из них, когда её везли мимо толпы в виде трупа императора. Старейшины! Она попалась. Глупо, тупо - попалась!

Шанти стало так горько, так грустно, что она невольно передала мощнейший импульс мыслесвязи Андрею:

- Беда! Я попалась! Меня захватили! Я погибаю! - отчаяние её было таким сильным, таким безысходным, какого она не испытывала с тех пора, когда человек сломал её младенческие крылья, и она поняла, что никогда не сможет летать.

Почему-то весь выплеск, вся сила её мыслесвязи ушла не на связь с матерью, а для того, чтобы связаться с Андреем. Дошёл ли он? Шанти в этом не была уверена.

Шанти рванулась из захватов, они лопнули, как картонные. Сбросив оковы, драконица кинула взгляд по сторонам - единственный выход находился за спиной у врагов. Там же и большое окно, через которое, при желании, хоть и с трудом, она могла бы пролезть в своём драконьем обличье. Теперь было уже не до Гортаса - ноги б унести!

Она быстро перекинулась в драконицу - одежда полетела в стороны, лопнула, как трухлявая, разлетелись щегольские сапожки, которые стоили ей столько, что и вспоминать неохота. Платье - такие красивое, так идущее ей...плевать! Всё будет! Только бы вырваться, только бы уйти!

Острые когти вырывали дощечки из паркетного пола - Шанти рванула вперёд как гоночный автомобиль с места - только дым из под колёс! Нет, она не была настолько глупой, чтобы броситься на старейшин - только уйти, пролететь над ними, врезаться в раму, высадить её и улететь в небо. А там...там её стихия. Пусть попробуют взять! Вперёд! Не подведите, крылышки мои!

Не удалось.

Драконы поступили так же, как и она. Стали драконами. И не просто драконами, а Драконами! Если сравнивать Шанти и чёрного дракона Даранаяса, чтобы иметь представление о размерах обоих драконов, нужно представить себе кошку. И новорожденных слепых котят. А потом перенести пропорции на драконов в зале.

Даранаяс был потрясающе, ужасающе огромен! Он возвышался под потолок, и Шанти с разгону врезалась в его грудь, как в скалу. Удар был ошеломляющим. Даранаяс тоже вздрогнул, но...даже не пошатнулся. А драконица упала на спину, едва не сломав крылья. Сколько в нём было веса? Сорок тонн? Сто? Неизвестно. Его можно было сравнить только со стратегическим бомбардировщиком, каким-то чудом забравшимся в бальный зал. Он занял не менее четверти этого зала. А ещё одну четверть - Хевессанор.

Даранаяс обрушился на драконицу всем своим весом, припечатав её к полу. Летели куски дерева - Шанти пыталась вырваться из-под дракона, разбрасывая лапами вырванный паркет, доски, куски балок. Хвост драконицы, бьющейся в попытках освободиться, ударил по колонне, поддерживающей свод, и столб в два обхвата треснул, как спичка. Посыпалась пыль, извёстка, с грохотом врезалась в пол позолочённая стеклянная люстра, висевшая на цепи под самым потолком - в пылу борьбы драконы задели механизм для её подъёма, спрятанный за потайной дверью разбитой в щепы.

Драконы ревели, хрипели, рвали друг друга, в борьбу включился и Хевессанор, зажавший хвост Шанти и рвавший ей хребет огромными белыми зубами.

- Не убивай! - крикнул по мыслесвязи чёрный дракон - мы её казним показательно, чтобы другим было неповадно! Я сейчас её обездвижу!

Даранаяс нанёс несколько мощнейших ударов лапами, как молотом, прямо по голове Шанти, сознание которой уже поплыло от боли и сотрясений мозга. После пятого удара драконица затихла, обмякла и перестала шевелиться. Её аура стала слабой, и в ней появились красно-чёрные пятна и полоски.

Шанти была сильно избита. Под ней собралась большая лужа крови, вся спина драконицы изрезана, чешуя сорвана до мяса, крылья разорваны, лапы сломаны. Теперь, даже если она и вырвется на свободу, лететь точно не сможет - это было видно с первого взгляда.

Драконы снова превратились в людей, и прикрыв тело остатками одежды и сорванными с окна портьерами, открыли засов на двери.

- Это что тут было? - ошеломлённо спросил Гортас - ЧТО это? Дракон?

- Это была колдунья - невозмутимо пояснил Даранаяс - отступница, работавшая на империю. Её послали, чтобы она вас убила - как мы и предупреждали. Слава богу, мы оказались рядом. Теперь видите, что бы могло с вами случиться - Даранаяс обвёл рукой разрушенный зал - да, хорошо, что мы оказались рядом. Теперь о главном - сейчас нужно принести цепи, и как следует связать отступницу. Мы будем по очереди возле неё дежурить, чтобы она не сбежала, превратившись в какую-нибудь кошку, или голубя..впрочем - крылья у неё не работают. И ноги сломаны, да. Так что никуда не убежит. Но всё равно, на всякий случай - вяжите её. И нужно сделать клетку, в которой мы поместим её для того, чтобы отвезти в укромное место. Наш орден колдунов должен совершить казнь отступницы. Мы бы могли убить её прямо сейчас, но это неправильно. Должна свершиться казнь. Вы можете сделать такую клетку, чтобы она в неё поместилась?

- А чего её делать - пробормотал Гортас - не такая уж она и большая, эта тварь. Есть такая клетка на колёсах, для преступников. Вот как втащить её туда..она же весит, наверное, прилично. Хотя - собрать солдат, возьмут верёвки - толпой затащат. Эй, Хефенор, распорядись - клетку для преступников к окну, доски, и народу побольше. И цепи не понадобятся - засунем её туда, в клетку. Прутья у клетки крепкие, а лапы, я смотрю, у неё переломаны - так что не вырвется. У этих тварей кости не за минуты сращиваются, нет? Ага. Значит никуда не денется. Да, вижу, господа...без вас бы мне точно конец пришёл. Благодарю.

***

- Куда?

- На завод. Быстрее, быстрее! - Андрей подпрыгивал от нетерпения, глядя, как готовят карету, потом опомнился, вырвал у одного из солдат поводья лошади, и запрыгнул в седло. Пришпорил, и галопом с места понёсся через дворцовые ворота. Охранники вразнобой тоже повскакивали в сёдла, во дворе остались только кучер, недоумённо смотрящий вслед ускакавшему хозяину, конюхи, запрягающие лошадей в карету, спешенный солдат и Зоран, жалобно вопящий вслед:

- А я?! Меня забыли!

Андрей скакал так, что свистело в ушах, а кованые копыта лошади выбивали искры из мостовой. Солдаты подтянулись ближе, часть выдвинулась вперёд и разгоняя случайных вечерних прохожих гиканьем и свистом, заставляя поскорее убраться с дороги. Слава богу - обошлось без травм и особых приключений, пару похожих с синяками не в счёт.

На заводе, завидя хозяина, тут же раскрыли ворота и Андрей, влетев на двор соскочил с коня и побежал в заводоуправление.

Энар был на месте - он ошеломлённо уставился на Андрея усталыми глазами, потёр их, как будто пытаясь избавиться от наваждения, и спросил:

- Что случилось? Чего вы так поздно?

- На склад! Оружейный склад, быстрее! Мне дорога каждая минута!

Они буквально выбежали из здания, через пару минут были уже у низкого, без окон здания, выполненного из красного кирпича, со стенами толщиной в метр. Дверь была такой же мощной - стальная, прошитая железными прутьями. Энар погремел здоровенными сложными ключами, открыл, и они вошли внутрь.

Винтовки, штуцера, пистолеты - всё было разложено по полкам. Длинные ряды стволов, готовых к войне. Полки заполнены только процентов на пять, не больше. Но и этого бы хватило, чтоб остановить орду Гортаса. Если бы были патроны. А их пока маловато - несколько десятков ящиков.

- Где у тебя пистолеты - те, самые мощные?

- Вон там, в углу. Но их ещё мало - всего десяток. Для них нужны особые патроны, а ещё - стволы. Первая партия оказалась негодной - разрывались через одного. Мы все перепробовали. Сделали новую партию, из новой стали, как вы сказали - эти отстреляли нормально. По тридцать выстрелов - и никаких проблем. Впрочем - нет. Есть проблема - замялся Энар.

- Что? Какая?

- Отдача. Даже когда мы их держим двумя руками...в общем Акуру лоб раскроило. Аккурат промеж глаз, прямо до кости садануло. Он не ожидал такой отдачи, вот и получил.

- Надеюсь - без последствий?

- Почти. Поблевал немного, но отошёл. Чертит там у себя чего-то.

- Понял. Мне давай пару пачек патрон к этим стволам..нет - три пачки. Два пистолета, чтобы проверенные были и не подвели. И...нет, ничего. Всё. Стоп! Вещмешок есть? Такой, чтобы с двумя лямками и регулированием их длины?

- Найдём... - слегка удивился Энар - вам когда их нужно? Пистолеты, мешок?

- Вчера - хмуро ответил Андрей - стой! В пачке сколько патрон?

- Как обычно - десять.

- Пять пачек клади. Да бегом, бегом, Энар! Срочно!

Через пятнадцать минут в руках Андрей был увесистый мешок с двумя двуствольными крупнокалиберными нарезными пистолетами и пятью пачками патрон. Он взлетел на коня, махнув Энару на прощанье, и снова поскакал по улицам города.

Привратники на южных воротах уже опускали решётку, когда заметили приближающийся отряд конников. Остановились, и когда узнали Первого советника, по его приказу снова подняли решётку так, чтобы можно было проехать. Андрей двинулся к воротам, охрана за ним, но он остановил:

- Не нужно. Поезжайте во дворец. Мне необходимо остаться одному. И да, вот ещё что - он слез с коня и кинул поводья старшему охраны - конь не нужен. Всё, приказываю возвратиться во дворец - жёстко сказал он, глядя на недоумевающее лицо офицера. Тот отсалютовал, и весь отряд, медленно, оглядываясь на Андрея, поехал по улице, исчезая в сумерках.

Андрей закинул вещмешок за плечи, и не обращая внимания на любопытные взгляды привратников, вышел за ворота.

Смеркалось. Возле ворот никого не было, кроме запоздавших возчиков, прикидывающих, как устроиться на ночлег возле закрытого на ночь города. Увидев, что ворота открылись, они радостно бросились вперёд и фургон загромыхал по мостовой под ругань привратников. Пока они рядились с охранниками по поводу въёзда, Андрей отошёл метров на сто и свернув в сторону, к ручью, в тень деревьев, исчез из глаза наблюдателей.

Тут было грязно - мусор, лошадиный помёт - видать здесь ночевали фургоны, не успевшие въехать в город до закрытия. Андрей поморщился, выбрал место почище и стал раздеваться, вешая одежду на ветку старого дуба, наклонившегося над водой. Раздевшись донага, сложил вещи в вещмешок, раздувшийся до приличных размеров - в нём ведь ещё были и пистолеты с патронами, совсем немаленькие штуки.

Перекинуться в Зверя было делом секунды. Попрыгал на месте, разгоняя кровь. Прикинул - как пристроить на спину вещмешок. Пришёл к выводу - на спине ему, увы, не место. Будет болтаться, помешает бежать. Альтернативы нет - взял мешок в зубы. В принципе ничего так, можно таким способом передвигаться - если не обращать внимания на противный вкус мокрой ткани.

Глубоко вздохнул пару раз перед стартом, как спортсмен, готовящийся к рекорду и сорвался с места, наращивая и наращивая бег. Рекорд ему сегодня предстоял, да. Ещё никогда он не бегал с такой скоростью и на такие расстояния. Нет - с такой скоростью бегал, конечно, когда догонял добычу. Но чтобы пробежать так несколько сот километров... выдержит ли? Должен выдержать. Иначе Шанти погибнет. Андрей чувствовал, что драконица ещё жива, но жизнь в ней теплилась едва-едва.

С досадой подумал о том, что неплохо было бы вызвать её мать - уж она бы навела шороху! Хотя...кто знает? Она ведь драконица, привыкла подчиняться старейшинам. А кто мог захватить такого танка, как Шанти? Уж не Гортас с его людьми-оборотнями, это точно. Хотя...всё бывает. Андрей уже давно ничему не удивлялся. Жизнь иногда выкидывала такие фортели, что и не придумаешь. Шанти тоже не всесильна, тем более, что она ещё ребёнок, и многие функции ей недоступны. Например - невидимость, которой пользуются взрослые особи. Ну - опять же - невидимость эта против людей. А драконы прекрасно видят драконов, скрытых под пеленой, отводящей глаза. Так что и невидимость бы не помогла, если б за Шанти взялись старейшины.

Старейшины...они ассоциировались у Андрея с чем-то старым, замшелым, как огромные валуны, принесённые древним ледником. От них исходила такая же опасность, как от горного обвала - лучше под него не попадать. А чтобы не вызвать - нельзя кричать, шуметь, бросать камни и шагать слишком смело. А они с Шанти шагали и шумели. Вот и дошумелись.

Проносятся перед глазами кусты, травинки, стволы деревьев, вспугнутый заяц прыснул в сторону, с ужасом скакнула косуля, почуяв запах Зверя. Живите...не до вас!

Километры, километры, километры...ложатся под могучие лапы, почти не знающие усталости. После двух часов бега возникла проблема - оказывается, тащить мешок во рту не такая уж и хорошая идея - а как высунуть язык? Андрей никогда бы не подумал, что это так важно! Зачем язык высовывать? А как снизить температуру тела? От активного движения идёт перегрев тела, а язык способствует снижению температуры, как охлаждающий элемент. Ведь Андрей бежит не в экономичном режиме, он бежит на максимуме, на пределе возможностей. По его прикидкам - около ста километров в час выдаёт. Как автомобиль. С такой скоростью, и только на короткие дистанции могут бегать лишь гепарды. От Зверя уже валил пар, и если бы не то, что он бежал сквозь дождевые струи, охлаждавшие его тело, то результат мог бы быть плачевным.

Шло время, под утро Зверь стал уставать, его мышцы немели, и ему всё больше хотелось есть - до умопомрачения, до потери человеческого сознания. Тогда он бросил мешок, и сходу, зачуяв запах еды, набросился на молодого лося, вспугнутого им у водоёма.

В три могучих прыжка Зверь настиг несчастное животное, и набросившись ему на спину, перекусил затылок громадными белыми зубами. Ему повезло - это была лосиха, рогов не было, так что потери времени на возню с убийством сильного животного не возникло.

Зверь с наслаждением вгрызся в лося, ещё подёргивающегося в последних попытках тела удержать жизнь, и рвал, рвал, проталкивая в желудок куски тёплого, сочащегося кровью мяса. За раз он съел огромное количество мяса, так что его живот раздулся, будто у беременной женщины. Немного отдохнул, посидел возле добычми, переваривая, потом пошёл к речке, к которой и приходила лосиха, вошёл в воду и опустился на песчаное дно, наслаждаясь ощущением струй воды, обтекавших разгорячённое тело. Полежал, ощущая, как снижается температура разгорячённого организма, потом вышел из воды и отправился доедать добычу. Подходя к растерзанной лосихе, обнаружил неприятную вещь - на трупе суетился небольшой медведь, который завидя приближающегося Зверя глухо зарычал, как бы предупреждая - это моя добыча! Не трогай!

Зверь осторожно подошёл на расстояние прыжка, глаза его светились, а в глотке клокотала ярость. Постояв секунду, он вдруг взревел - так громко, так страшно, что испуганная дичь в радиусе километра бросилась наутёк, заслышал голос странного существа. Медведь бросил есть, и ворча стал пятиться, искоса поглядывая на хозяина добычи и боясь посмотреть его в прямо глаза.

Зверь подошёл к остатках лосихи и снова стал есть. То, что он съел раньше уже наполовину растворилось в желудке - обмен веществ в организме оборотня был потрясающим, и он мог быстро переваривать еду, перегоняя её в кровь.

Насытившись, Андрей вернулся к брошенному мешку, взял его в зубы, пачкая кровью, и снова помчался по лесным тропам. Бежать было тяжело - живот набит мясом. Но скоро он снова вошёл в ритм и понёсся с огромной скоростью, срывая когтями подстилку из листьев, отбрасывая ошмётки земли и расплёскивая дождевые лужи.

Утро застало его в прерии, в нескольких километрах от города, в который он бежал. Мышцы всего тела буквально гудели, содрогаясь от полученной невыносимой нагрузки, Зверь был покрыт грязью, а на подбородке висела засохшая пена.

Жарко. Очень жарко - Андрей бросил мешок и с разбегу запрыгнул в море, с наслаждением смывая с себя грязь. Судьбе было угодно сделать так, что купался он в том же месте, где до этого купалась Шанти, и если бы он присмотрелся, но увидел бы её следы в прибрежной гальке. Но ему некогда было присматриваться. Преобразившись в человека, ещё немного поплескался, потом вышел из воды, вынул одежду из мешка и натянул на себя. Закинув вещмешок на плечи, зашагал к городу, чьи стены виднелись в паре километров отсюда, на вершине холма.

Он не знал, что чудом разминулся с очередной группой мародёров - они прошли всего в ста метрах от него. Да его и не интересовало - кто и где бродит. Он шёл к своей цели как торпеда, и если бы мародёры попались на дороге, он бы смахнул их из этой жизни, как фигурки с шахматной доски. Впрочем - скорее всего они бы к нему и не полезли. От Андрея исходила такая эманация опасности, его острые черты лица были такими хищными и жёсткими, что даже привратник в городских воротах не стал его окликать, чтобы спросить о цели посещения города. Пырнёт ещё...сейчас какого только сброда не набежало в этот несчастный город.

Теперь нужно было найти Шанти, подойти на расстояние мыслесвязи и поговорить с ней. Где она сейчас может находиться? Само собой - в поместье Гортаса. Где находится поместье? А вот тут уже нужен шпион. Шанти перед отлётом передала Олре свои контакты, и Андрей узнал у неё, как найти засланного купца. Найти его дом не оставляло труда - надо было всего лишь пройти пять кварталов от городских ворот, повернуть на восток, пройти ещё шесть кварталов...и вот он, дом с зелёной крышей.

Стучать пришлось долго. За дверями кто-то дышал, чувствовался страх стоящего, потом Андрей снял с головы капюшон, который на всякий случай опустил пониже, чтобы не узнали те, кто бывал в Анкарре на Турнире.

- Хватит, открывай - сказал он, и за калиткой заскреблись. Она открылась, испуганный купец пропустил Андрея внутрь, тихо заохав:

- Ой-ёй! Вы?! Откуда?! И не побоялись?! Да вас же каждая собака знает!

- Да нет тут собак - угрюмо сказал Андрей - похоже, что всех съели. Шанти была у тебя?

- Была, была, вчера была! Говорил я ей - не ходите на рынок, там рыщут 'охотники' - не послушалась! Захватили её. Во дворце она. Я ходил на рынок, узнал. Мне привратник сказал. Описал её - ошибки нет. Госпожа Шанти.

- Что за охотники?!

- Сейчас я вам расскажу...

Минут десять купец рассказывал Андрею всё, что знал об 'охотниках' и Гортасе. Потом пересказал всё, что знал о расположении поместья. Через полчаса Андрей знал всё, что знал купец о том, как расположен дом, где охрана, какое её примерное количество и так далее. А ещё - узнал, что в доме Гортаса был большой шум, поймали убийцу-колдунью, которую скоро казнят.

- Кто казнит? Где казнят? Как-то можно выяснить? - сумрачно спросил Андрей, прикидывая, как ему пробраться к поместью.

- Нет. Это всё, что я смог узнать. Нет, вру - вот ещё что - сказали, что возле Гортаса находятся колдуны в чёрном, которые его и спасли от смерти. Распознали колдунью А она, вроде как, отступница из тех же колдунов. Вот теперь всё.

- Таак...а откуда известно? Ну - про колдунов и отступницы?

- Да кто знает? Я узнал от того же привратника, и стоило это мне пару медяков. Откуда он узнал - разве скажет? Видимо, кто-то из солдат слыхал, разболтал, и пошёл по городу гулять слух. Вы же знаете, как это бывает.

- Знаю - задумался Андрей. Ему предстояло решить - как подобраться к поместью и пока он никакого плана не выработал. Следовало подумать как следует. Промахнуться - означало обречь Шанти, да и себя самого, на верную гибель.

***

Всё так болело, что Шанти долго не могла собрать мысли в один кулак. Она двинула лапами, и боль пришла ошеломляющей, шипящей волной, как если бы она сунула ногу в костёр и держала, пока не слезла чешуя. Глаза заплыли и с трудом открывались. Дышать тоже трудно - видимо сильно помята грудина. Стала вспоминать - старейшина. Громадная чёрная гора, обрушивающаяся на неё вновь и вновь. Потрясающая, невероятная, злая сила, припечатавшая её к полу так, что толстенные брёвна, служащие опорой, переломились как лучинки. Этот дракон был больше её матери, больше, чем все те драконы, которых она видела в своей жизни. Как он мог поднять такую тушу в воздух, даже если он и обладал способностью уменьшать свой вес? Впрочем - почему и нет...вполне может и летать. А ещё - бить своими ногами-колоннами.

Что она сделала перед тем, как её растоптал этот монстр? Что-то такое, чего нельзя было делать, что может привести к беде... Андрей! О боже - Шанти чуть не заплакала - Андрей! Ей брат, её единственный друг... Если он придёт сюда, чтобы спасать её - погибнет. Точно погибнет! Никто, никто не может сравниться в силах со старейшинами! Она сама не представляла мощь этих тварей! Это даже не драконы, это какое-то стихийное бедствие, вулкан, землетрясение! Нельзя, чтобы Андрей приходил. У него жена, у него дети. Он нужен своим друзьям и всему миру. А она...ну, что она? Неудачно получилось, да...но что поделаешь? Сделала всё, что могла. Как тот парень, похороненный ей на берегу моря. Он тоже имел право выбора, и выбрал свою дорогу. И она выбрала. И винить в этом некого, кроме себя самой. Не выяснила, не разведала как следует - попёрлась к Гортасу. Ошибка. И это не ошибка при пикировании по добыче. Там - промахнулась, чиркнула по земле когтями, и дальше полетела. А тут - со всего размаху, с пике - и в землю. Насмерть. А почему насмерть? Она же ещё жива! Пока жива - можно надеяться. Пока не умерла - ещё есть шанс...ой...как больно...

- Видишь, жива, тварь! - голос человека где-то позади - зашевелилась. А до того - тыкай, не тыкай - даже не вздрагивала. Видать очнулась.

- А что, правда то, что она в девку превращалась?

- Правда. Её хозяину привезли, а оказалось - она нарочно к нему хотела пробраться и убить его! Уууу...тварь! - опять боль, что-то острое воткнулось ей в бок, не прикрытый чешуёй, прямо в рану.

- Что тут происходит? - холодный, тягучий голос, ледяной, как дыхание горных ледников - пошли вон отсюда!

- Не больно-то тут командуйте - сказал заносчивый голос, тот, что делал ей больно - всякие колдуны ещё будут тут... - хлёсткий удар, грохот:

- Вон отсюда, иначе лишишься головы, ничтожная человеческая тварь! Ты посмотри, Хеве, как эти твари обнаглели! Размножились, насекомые проклятые...тьфу! Какого демона я на их языке говорю...

Голос замолк, потом загрохотал в голове Шанти:

- Ты очнулась, я вижу. Открой глаза как следует. Не притворяйся, я знаю, что ты в сознании!

Открыла глаза, и медленно, преодолевая боль, повернула шею, глядя на того, кто стоял рядом, за толстыми прутьями решётки.

- Вот так. Жаль, что так вышло - сказал 'человек' в чёрном - но ты сама виновата. Ты пошла на поводу у людей, ты помогаешь им, нарушила Договор. Потому - будешь наказана.

- И какое наказание - спросила Шанти, уже зная ответ.

- Смерть, конечно - дракон даже удивился - ты что, разве не знала? Тебе лет сто, наверное, не больше, но ты должны знать, что бывает с теми, кто нарушает договор. Мать же тебе об этом рассказывала? Так? Кто твоя мать? Как тебя звать?

Молчание.

- Не хочешь отвечать? Твоё право. Но только учти - ты можешь умереть просто, легко, а можешь умереть очень больно и страшно. В любом случае - ты будешь сожжена. Уже готовится для тебя костёр, на который ты ляжешь. Но - ты можешь уснуть, и не чувствовать, как сгораешь, поджариваешься заживо, а можешь жить на костре долго, получая сполна всё, что ты заслужила за своё предательство.

- И в чём заключается моё предательство? И кого я предала?

- Род драконов, конечно - вмешался другой дракон - ты помогала человеку, а люди естественные враги драконов. Нельзя, чтобы они поднялись до такого уровня, когда смогут нанести вред драконам. Их, людей, надо держать в зубах, и чуть только начнут выскользать - прижимать эти зубы. Вот зачем тебе понадобилось лезть в это дело, скажи?

- Будешь молчать - тебе будет очень больно - равнодушно пояснил первый дракон - или ты отвечаешь на наши вопросы, или...

- Кричишь на медленном огне - закончил второй - очень неприятно. Последний, кто связался с людьми, умирал пять часов. Всем надоело ждать, и мы его добили. Когда это было, Дар? Хмм...тысяча восемьсот лет назад. Он решил, что может без Совета старейшин решать, кому из людей жить, а кому нет. Вот и поплатился.

- И за что должен был умереть приговорённый вами человек? - небрежно поинтересовалась Шанти - ну тот, за кого заступился погибший дракон.

- Изобретатель некий. Изобрёл кое-что, о чём тебе знать не надо. Впрочем - ты всё равно умрёшь...огонь он изобрёл, который не тух даже под водой. А этот самый дракон с ним вместе вырос, и не желал допустить гибели товарища. Вот и поплатился за это. Надо время от времени кого-то казнить, чтобы остальная масса драконов знала, что наказание последует немедленно и бесповоротно.

- Вы негодяи - спокойно передала Шанти - вы сами живёте среди людей, пользуетесь их трудом, и пакостите, гадите им. Ненавидите их. За что? Что они вам сделали? Среди них много хороших людей, не заслуживающих смерти. Притом, что вы сами нарушаете Договор - вы вмешиваетесь в их жизнь! Вы натравливаете их друг на друга! Совет изжил себя. Вас давно следовало разогнать, как стаю бешеных псов. А когда люди узнают, что вы делаете с их жизнью - они вас убьют.

- Значит, говоришь, убьют? - усмехнулся первый дракон - вот мы и защищаем всех драконов от людей. Люди хитрые твари, изворотливые, они могут втереться в доверие. Но дай им волю - обязательно нанесут вред. Что касается Договора - дура! Этот договор для вас! Для массы драконов, которые охотятся на просторах прерий! Для нас нет договора, мы НАД договором! Мы следим за его исполнением, а следить - значит быть над ним. И все драконы довольны. Всем хорошо.

- Всем? А людям?

- Люди?! Что люди?! Это такие же звери, как олени или зайцы, только ещё умеют связно излагать свои глупые мысли. Да и то не всегда. Что о них думать?

- А почему же вы их не уничтожили совсем? Уничтожили бы - да и жили бы себе спокойненько. Врёшь ты всё. Вы наслаждаетесь властью над людьми. Вы мелкие, подлые твари. Вот вы кто.

- Хочешь меня разозлить, мечтаешь умереть быстро? - усмехнулся первый дракон - не выйдет. Уничтожить? Их слишком много. Было уже такое, пытались уничтожать это племя - но они прячутся, а потом снова размножаются, как насекомые. Пусть они сами себя уничтожают. Сами. Руками людей. Власть? Да, мне нравится власть. И что? И вообще - ты чего-то разболталась, вот только не по делу. Итак - как твоё имя? И как имя того человека, которому ты помогаешь? Не хочешь сказать? Я тебе скажу - усмехнулся дракон - ты Шанти, а тот, кто тебя послал убить нашего человеческого ублюдка - Андрей. Скоро мы им тоже займёмся, пусть только поуменьшит количество людей. Думаю - он устроит хорошую бойню. Но мне нужно знать - что он изобрёл, какую опасность эти изобретения представляют для людей. Вот что главное.

- Пошли вы в ....

- Видишь, как много плохого ты взяла у людей? Даже ругаешься, как они.

Дракон постоял, потом схватился за прутья клетки и стал с силой её трясти. Клетка раскачивалась, Шанти бросало из стороны в сторону, боль рвала внутренности, распухшие лапы не могли помочь удержаться, и драконица билась о прутья клетки.

- Хватит, Дар! - озабоченно сказал второй дракон - ты клетку сломаешь! В чём потом её везти? Не на себе же тащить?! Кстати, надо озаботиться о том, чтобы поменьше народа её видело. Ни к чему разговоры о драконах.

- А те, кто её повезёт? Охрана? Они-то точно скажут, что затаскивали на костёр дракона.

- А кто сказал, что они оттуда вернутся? Их тоже...на костёр. Как гарнир к основному блюду - дракон громко засмеялся, ему вторил другой, и Шанти стало страшно и противно. Нет, не за то, что она умрёт. Умрёт - значит так тому и быть. Страшно за людей, за Андрея, за его детей, за Антану с Олрой - ведь останутся такие вот твари, и они сделают всё, чтобы навредить её близким. Близким? Да, близким. Как ни странно, близкими ей стали люди. А вот эти твари, её сородичи - враги. Странно как...

- Мне стыдно, что я принадлежу к роду драконов - с горечью сказала Шанти - вы не разумные существа, вы монстры. Вас надо уничтожать! Безумные, бешеные звери!

- Ничего. Скоро ты избавишься от принадлежности к драконьему роду. Навсегда. Уже сегодня вечером. Хеве, ты разослал приглашение Совету?

- Да. Так что сегодня вечером мы покажем нашу работу. Мы поймали отступника. А если она и там, на Совете, выступит так же как здесь - перевыборы Председателя ты выиграешь наверняка. Слышишь, предательница - когда будет Совет, выступи с такой же речью. Тогда мы добавим тебе огоньку и ты умрёшь быстрее. Меньше мучений будет - дракон опять засмеялся, затем добавил - на кой демон нам её рассказы? Мы узнаем об изобретениях и без неё, через своих людей. А потом спросим у самого изобретателя. Перед его смертью. Пойдём отдыхать, готовиться к Совету. Кстати - через пару часов надо выдвигаться на место. Лучше прибыть заранее, осмотреть - как всё приготовили к казни. Эти люди такие необязательные, за ними нужен контроль.

- Ты прав. Пойдём, нужно пообедать.

Задёрнув полог на клетке, драконы пошли прочь из большого амбара на задворках поместья, где стояла клетка с Шанти. Она осталась наедине с темнотой и болью.

Время текло бесконечно...в круговерти полузабытьи и боли нет времени, есть только красный туман, застилающий мозг. Сквозь него Шанти, горящей в лихорадке, представлялись картины - мать, принёсшая добычу...Андрей, так смешно удирающий от Гараскарании...младенцы Марк и Марго, ползающие перед глазами счастливых матерей...Зоран, тайно влюбленный в 'Шанти', девушку его мечты - так он сказал ей когда-то. Забавный мальчишка...был бы он драконом... Андрей, стоящий справа от трона, гордый, хмурый и такой родной. Андрей, Андрей...не приходи, не приходи сюда!

- Почему?

- Что почему?

- Не приходить почему?

- Хмм...беда будет. Не надо приходить, даже из моего бреда. Сиди в голове и не приходи.

- Шанти, ты что? Шанти, очнись, ты больна? Шанти!

- Ты голос в моей голове...ты картинка в моем мозгу...уходи, не надо приходить, ты погибнешь...они ждут, что ты придёшь. И тебя убьют. Я знаю, они тебя хотят убить, они сказали.

- Кто 'они'?

- Дар и Хеве. Они так называют друг друга.

- Старейшины?

- Да. А откуда ты узнал? Ааа..ты же у меня в голове, вот откуда. Они хотят меня сжечь. А потом полететь и сжечь тебя. Они ненавидят людей. Они всех ненавидят, кроме себя самих. Их интересует только власть! Они больны! Их надо уничтожить! Больно, мне так больно...

- Что они сделали с тобой?

- Всё, что могли. Всё...я не могу летать, не могу ходить. Я почти труп. И у меня лихорадка. Я умираю. Но драконы так просто не умирают, ты же знаешь. Пока жив мозг, я буду жить. Умирать. Дооолго...и мучительно. Они обещали это. Будет Совет, и потом они меня сожгут. Скоро повезут на казнь. Скоро...

- Куда повезут? Куда?

- Куда-то на берег моря...там костёр готовят. Чтобы меня мучить. А теперь уходи...я немного посплю... - мозг Шанти затопила волна беспамятства и она отключилась. Её трясло в лихорадке, и мозг время от времени отключал тело, как будто нажимая на выключатель.

***

Андрей, лёжа на крыше здания в районе поместья Гортаса, закрыл глаза и тихо простонал:

- Она даже не поняла, что это я! Думала, что это галлюцинация! Твою мать...твари! Они её изувечили...ненавижу! Ненавижу!

Он скрипел зубами, дёргался, как помешанный - такой шипучей ненависти у него не было с тех пор, как он сидел в клетке, а перед решёткой стоял Адепт исчадий и над ним измывался.

С трудом успокоившись, Андрей подполз к краю крыши, перевалился, и по стволу дерева спрыгнул позади этого дома, видимо ранее служившего лавкой, или небольшим магазинчиком. Теперь он был закрыт, и на его стене написано - 'Продаётся'.

Андрею понадобилось полдня, чтобы обойти все дома вокруг поместья Гортаса, да ещё сделать так, чтобы никто не обратил на него внимания. Нужно было подобраться к поместью на расстояние мыслесвязи. Какое? Он и сам не знал. Андрей пробовал связаться с Шанти со всех мест, которые он проходил, но неудачно. Не получалось. И только здесь, в ста метрах от стены поместья - получилось. Может - вышел на нужное расстояние, а может просто Шанти до того была без сознания, и он не мог к ней пробиться. В любом случае - информация получена, и отбросив эмоции, нужно было готовиться к акции. А там - будь что будет.

Куда они её повезут? Скорее всего - на юг. Там берег более пологий. Скорее всего вывезут подальше, километров за десять, чтобы никто не видел, как сжигают Шанти. Им ни к чему привлекать внимание к драконам. Должен быть рядом лес - дрова-то надо набрать, не с собой же тащить. И большая плоская площадка - чтобы приземлить несколько монстров размеров с пароход. Ну - может и поменьше, не с пароход, но если судить по матери Шанти - они должны быть очень большими. Тогда вперёд - искать это место...и устраивать засаду. Посмотрим, кто кого!

Андрей завернул за угол и зашагал к южным воротам. Пистолеты успокаивающе постукивали по спине, лёжа в заплечном мешке, а в голову лезла песня:

'Наверх вы, товарищи! Все по местам!

Последний парад наступает!'


## Глава 7


А если они поедут не здесь? А если он ошибся, и повезут через северные ворота? Андрея обдало волной страха, и он, будучи уже почти у самых ворот, повернул назад.

Нет, он не может рисковать. Пусть вероятность ошибки составляет одна тысячная процента, пусть всё просчитал, но...нет, нельзя.

Быстрым шагом вернулся назад, и сделав полукруг, обошёл поместье Гортаса сбоку, и встал т так, чтобы нельзя было проехать мимо него незаметно. С западной стороны улочки упираются в дома других высокопоставленных горожан, а выезд на центральную трассу только здесь. Когда повезут - он увидит.

Сел у стены дома, приладил на коленях котомку, опустил капюшон пониже, повесил голову на грудь - типичный пьяница, напоровшийся, и усевшийся, чтобы поспать. До перекрёстка отсюда далеко, метров сто пятьдесят, вряд ли кто-то его рассмотрит как следует. И ауру на таком расстоянии почти не видать.

Сидеть пришлось минут сорок. За это время дважды на него покушались. Вернее не на него, а на котомку. Шаловливая рука уцепилась за неё и поволокла в сторону. Андрей мгновенно перехватил вора, рука хрустнула и её обладатель с жалобным криком убежал вдоль по улице. Андрей даже не видел, кто это был.

Второй - полез по карманам. Этого пришлось двинуть так, что он или помер, или забылся в глубоком обмороке. Андрей прислонил его к стене рядом - вроде как они вдвоём сидят и отдыхают от трудов праведных. Почти обнявшись. А то, что из пасти одного из них течёт струйка крови - так может он съел чего-то...

Процессия с повозкой показалась неожиданно, хотя Андрей её и ждал - здоровенная телега, накрытая плотной тканью, вокруг охрана из солдат - человек тридцать. Телегу тащит четвёрка лошадей, запряжённая парами друг за другом. Солдаты на лошадях, вооружены, а позади телеги двое на вороных лошадях, в цвет их плащей. Лица рассмотреть трудно, да и ни к чему - какая разница? Они могут принять любой облик, эти твари.

С пути процессии согнали всех - кто не успел быстро убраться - получил по голове и плечам плоской стороной меча. Двух прохожим это не понравилось до такой степени, что они остались лежать на обочине, как кучи тряпья.

Андрей встал, и тихо побрёл следом за повозкой, держась на большом удалении от неё, скрываясь за прохожими, с удивлением рассматривающими странную процессию.

За городские ворота вышел без проблем, стражники были заняты рассматриванием конвоя и обсуждением того, что повезли в этой повозке.

Варианты таинственного содержимого были разные, от золотого запаса Гортаса, до преступников, собранных со всего города и предназначенных для ритуального убийства двумя колдунами, едущими позади отряда. Мол - у них вырвут сердца, сожгут на костре, и это нанесёт непоправимый ущерб Императрице и её прихвостню. 'Прихвостень' не дослушал - каким образом вырывание чужих сердец нанесёт ущерб его 'насосу' для перекачке крови, свернул в сторону от фургона, скрывшись на боковой дороге, идущей вдоль основной, и побежал. Не превращаясь, просто как обычный бегун. В человеческом обличии.

Пробежав около километра, вернулся на основную дорогу, тем более, что боковая тут резко поворачивала под девяносто градусов и уходила вдоль реки куда-то в сторону.

На каменном мосту, сложенном из грубых камней, никого не было, так что он беспрепятственно перешёл на противоположную сторону реки, и снова побежал туда, где следовало искать площадку для сожжения драконицы.

В голове его проворачивалась карта окрестностей, так что он автоматически перебирал все возможные места, куда мог повернуть конвой. И по всем заданным параметрам у него выходило только одно место - маяк. Вернее - бывший маяк.

Это был полуостров, выдающийся в море, огороженный по берегу волноломом - огромными камнями, о которые разбивались шторма. Камни лежали живописными грудами, и в них жило много морских обитателей, потому сюда любили захаживать рыбаки, неизменно наполнявшие корзинки пойманными осьминогами, мидиями, крабами - всем, что море дарило настойчивым и умелым людям. Маяк давно не использовался - он был таким старым, что никто и не помнил, когда его построили. Говорили, что во времена прапрадеда умершего недавно императора. Осталась лишь крепкая башня, построенная из камней, сложенных на старинном растворе, рецепт которого утерян, да ровная площадка перед башней, размером с поле. Зачем предкам была нужна такая площадка, с какой целью - никто уже и не знал. Но то, что она имела искусственное происхождение - это точно.

К площадке вела булыжная дорогая, местами сильно поросшая травой, но вполне проезжая и крепкая, без рытвин и ухабов - такая же древняя, как и маяк.

Стоял это маяк в двенадцати верстах за городом, достаточно, чтобы из города не было видно пламени, но и не так далеко, чтобы не доехать до места за три-четыре часа. Караван шёл медленно, так что скорее четыре часа, чем три. Но это и неважно - созванные на Совет драконы должны были слететься к ночи, так что у созвавших Совет времени хватало.

Андрей, конечно, насчёт времени прилёта 'судей' ничего не знал, но место он выбрал безошибочно - после часа с небольшим бега, ему открылся полуостров, в основании которого, у башни, виднелся большой помост, на котором суетились люди. Они укладывали брёвна, стволы деревьев, охапки хвороста. На этот помост-костёр был заранее сделан въезд, и выезд. То есть - достаточно было просто направить лошадей на эту гору дров, остановить их наверху, распрячь...и оставить там телегу с содержимым. До того момента, когда это самое 'содержимое' не придётся раскрыть перед Советом.

Андрей залёг на каменистой горке, окружённой лесом - высоченными деревьями, окружающими её со всех сторон. Сквозь стволы, лишенные листьев до высоты в три человеческих роста, хорошо просматривалась бурная деятельность вокруг будущего костра.

Люди суетились, бегали, на них кричали старшие, и было видно, что они торопились. Андрей прикинул время - было далеко за полдень, где-то около четырёх вечера. Ночь наступала через пять часов. Скорее всего, по логике, драконы должны были прилететь поздним вечером, или ночью - решил Андрей - в темноте они видят великолепно, а их желание оставаться незамеченными требует покрова ночной тьмы. На это указывал и выезд конвоя в вечернее время. Совет точно должен состояться ночью.

Нужно было решить - или ждать, когда телегу с Шанти подгонят к костру, после этого драконы, скорее всего, выгонят отсюда всех людей, чтобы не наблюдали за происходящим вокруг костра, или же напасть на караван в дороге. И там и тут были свои преимущества, и свои минусы. Меньше людей - не придётся убивать кучу народа, да и хватит ли у него на это времени - пока будет возиться с солдатами, прилетят остальные старейшины и тогда ему мало не покажется. Хватит и двух имеющихся в наличии 'мегатанков'. С ними бы справиться. Но зато, если не прилетят до темноты - он успеет разобраться с двумя драконами без участия охранников. Сумеет ли - закралась тревожная мысль.

Напасть на подъезде к месту? Придётся убить всех охранников. Людей придётся убивать? Так это не люди, это охранники на работе, и уж на то пошло - они выполняют свою работу, на которую подписались. И он не виноват в их смерти - нечего было трогать Шанти. И вообще - они оказались не в то время, не в том месте.

После рассмотрения всех вариантов, остался один - на подъезде. Он не мог дать врагу ни малейшего шанса. Дополнительного шанса в виде толпы престарелых безумных старейшин. Солдат он как-нибудь перебьёт, а вот старейшин - вряд ли. Когда они прилетят? Он мог лишь догадываться, а на ошибку у него нет права.

Придя к этому выводу, Андрей встал, и побежал назад, к тому месту, где дорога, идущая к маяку, отходила от центрального тракта. Там было одно очень удобное место - дорога спускалась в лощину, густо заросшую деревьями, растущими по обочине. Если кто-то крылатый-огромный соберётся там полетать - деревья не дадут ему это сделать. Некоторые экземпляры лесных гигантов достигали толщины двух обхватов, а в кустах под ними трудно заметить засевшего диверсанта, тем более что путь просто-таки утопал в большущих лопухах, напоминавших земной конский щавель. Только высота здешнего была под два метра. Настоящие тропические растения. Вот тут Андрей и собрался дать бой.

Он знал, что будет тяжко, но верил в успех предприятия. Иначе быть не могло, потому что...не могло. Это было бы нехорошо, несправедливо. Неправильно.

И лишь одна мысль мучила его постоянно - вот он освободил Шанти, а дальше? Она весит полторы тонны, и передвигаться сама не может. Сумеет ли она сделаться маленькой, чтобы он мог её унести? Если они её вконец изувечили, и драконья способность к метаморфозе исчезла - тогда всё. Конец. И скорее всего - ему тоже конец. Он ведь Шанти не оставит, попытается её увезти...и как следствие - его прикончат прилетевшие на Совет старейшины.

Ну что сказать - значит судьба. Значит - так тому и быть. Делай то, что нужно, и будь что будет - так вроде сказал кто-то из великих? Или не великих. Неважно.

Андрей разделся, зарядил пистолеты, разложил патроны по карманам куртки, набросав их россыпью, несколько штук положил рядом на землю, положил на куртку заряженные 'стволы' и уселся на землю, впадая в ступор ожидания, отбросив все мысли, кроме одной - убить, и остаться в живых. Как когда-то...

Караван показался через час. По крайней мере, так показалось Андрею. Но вполне может быть, что он ошибался - то состояние, в котором находился во время ожидания было сродни забытью - сознание плавает, витает в воздухе, отключенное за ненадобностью, работает только сторожевой пункт, который должен подать сигнал - когда потребуется.

Вначале появились передовые всадники - они отодвигали нависшие над дорогой огромные лапы лопухов, а потом показалась упряжка, тащившая клетку.

Андрей, как тень, скользнул со своего места, перекинувшись в Зверя, максимально отдав своему второму 'Я' управление над телом, оставив лишь одну задачу - убить всех, кто вокруг клетки и не дать убить себя.

Зверь бесшумно спустился к обочине, дождался, когда отряд приблизится на расстояние десяти метров, и выскочив на дорогу, издал жуткий, протяжный рёв-вой, тот, которого напугался даже хозяин леса - медведь. Если уж медведь попятился от этого рёва, если в округе разбежалась вся дичь, включая старого, видавшего виды огромного секача, что говорить о лошадях, которые и волка-то настоящего не видали? А тут ещё запах Зверя, бросившийся в ноздри и на генетическом уровне заставивший лошадей вспомнить те времена, когда они скакали по прерии громадным косяков свободных лошадей, и их проследовала стая зверей.

Лошади взвились на дыбы - часть из них просто выкинула всадников из сёдел и ускакала, хрипя и выпучивая глаза, часть понесла удержавшихся на спине ездоков, убегая от этого воплощённого ужаса возникшего на дороге.

Кони, которые были запряжены в телегу с клеткой, тоже попытались бежать, разворачивая повозку поперёк дорогу, и Андрею пришлось их убить, перерезав глотки. Теперь они бились на дороге, заливая её кровью, смешивающейся с дождевыми лужами.

Лошади, несущие двух драконов, понесли, и Даранаяс с Хевессанором, удержавшись в сёдлах, долго не могли их остановить, когда же остановили, вернули назад - возле клетки всё почти завершилось.

Те, кто был выброшен из сёдел, и те, кто шёл пешим строем, пожалели, что когда-то пошли на службу к своему хозяину. Их наняли для войны, для охраны, для того, чтобы убивать и защищать - людей, и от людей. Но это чудовище не было человеком. Это был демон, вырвавшийся из ада.

Первое, что сделал Зверь, он пронёсся вдоль каравана. Те, кто попадался ему на дороге, умерли, или были искалечены так, что не могли принимать участия в драке. Да и какое участие? Люди парализованы страхом, и всё, что они хотели, это спастись от неминуемой смерти. Но поздно. Последнее, что оставалось у них в глазах - оскаленная пасть чудовища, с горящими жёлтыми глазами.

Удар лапы! Разбитая голова. Рывок зубами - из бедра вырван кусок мяса, размером с несколько кулаков, хлещет кровь и человек падает, ещё не зная, что он труп.

Чтобы расправиться с конвоем, у Андрея ушло секунд двадцать. Мало кто пришёл в себя настолько, что попытался взяться за оружие, настолько ужас обуял этих солдат.

Стойкое сопротивление оказал лишь один - это был оборотень из Стаи Гортаса. Он успел перекинуться, и схватился с Андреем со всей своей отчаянной силой, вместо того, чтобы просто убежать. Он никогда ещё не сталкивался в битве с другими оборотнями, всё, что ему доводилось - убивать людей ночной порой, проносясь по улицам города. Он ошибся. Нужно было бежать, бежать куда подальше от этого разъярённого чудовища, шансов у него не было никаких. Ведь Андрей бился за своего друга, за всех, кто стоял за ним - любимую, друзей, детей, за весь мир, и у него не было права проиграть. И он не проиграл.

Два оборотня столкнулись грудь в грудь, взрёвывая, и осыпая противника ударами. В секунду схватки они наносили не менее пяти ударов каждый, полосуя противника стальными когтями и зубами. Однако - Андрей был точнее, сильнее и опытнее. Через пару секунд его зубы сомкнулись на шее противника, та хрустнула перекушенными позвонками и голова чудовища беспомощно повисла на мышцах и сухожилиях.

Отбросив труп, Андрей пробежал по дороге туда-сюда, добивая тех, кто спрятался и был ранен, потом сорвал ткань с клетки и посмотрел на её содержимое.

Состояние Шанти было ужасным. На её боках зияли глубокие раны, порезы, воспалившиеся и покрытые густой кровью, гребень на голове разорван в клочья, хвост сломан и торчал под углом девяносто градусов, губа разорвана и в ране виднелись белые зубы, окрашенные кровью.

- Шанти, девочка! Очнись! Шанти! - ответа не было

Андрей в отчаянии рванул дверь, через которую драконицу затаскивали в клетку, запор не выдержал и лопнул, издав жалобное звяканье лопнувшей струны. Телега качнулась, а Шанти в клетке перекатилась с места на место, издав рёв-стон боли.

- Шанти, девочка моя, очнись, пожалуйста! Шанти, я тут, очнись!

- Андрей? - послышался слабый, очень слабы сигнал мыслесвязи - ты правда тут?

- Да! Да! - обрадовался Андрей - Шанти, скорее, уменьшайся в размерах! И я тебя унесу! Скорее, скорее, девочка!

- Я попробую - слабо ответила драконица и шевельнулась в клетке, пытаясь принять позу поудобнее. Увы, это не получилось, более того - похоже, что драконица потеряла сознание, потому что она обмякла и замерла беспомощной окровавленной грудой мяса.

Андрей разочарованно заревел и бросился на тех, кто теперь возвращался, чтобы покарать наглеца, осмеливавшегося противиться воле своих властителей. Теперь начиналось настоящая битва. Он не успел унести Шанти, увы. Оставалось - или убить, или умереть.

И шансы у него были слишком иллюзорны. Это он понял тогда, когда лошадь, раздавленная тушей гигантского дракона, жалобно захрипела, заржала, придавленная к земле. Даранаяс не удосужился даже слезть с лошади, преобразуясь в своё настоящее тело. Зачем? Лошадь - расходный материал. Как и эти люди, как этот жалкий человечишка-мутант, осмелившийся противостоять его, дракона, воле.

Андрей задрал голову вверх, и глухо зарычал от ненависти. Чёрный, как ночь дракон возвышался над ним невероятной горой, его голова была на уровне второго этажа высокого здания, и оборотень рядом с ним - почти что как слепень рядом с человеком. Что он может сделать? Ну что?

Лапа, похожая на мостовую опору, приближалась как в замедленном действии, и на ней были видны чешуи, плотно покрывающие её так, что не оставалось ни малейшей щели, через которую можно добраться до мягкой плоти. Да и была ли у этого существа мягкая плоть? Казалось, он весь сделан из камня, старого, вытертого ветрами и грозами.

Андрей отступил в сторону и земля задрожала от удара, раздавившего в лепёшку два трупа, лежащие рядом. В уши ударила звуковая волна, как будто кто-то ударил огромной мухобойкой. Спасло человека то, что он был оборотнем, с невероятно быстрой реакцией. А ещё - то, что дракон был слишком массивен. Его масса, дающая ему эпическую силу, была и его проклятием - такую массу сдвинуть непросто.

- Зажился ты, тварь! - выкрикнул Андрей по мыслесвязи, уворачиваясь от следующего удара и перемещаясь в сторону, к оставленным вещам - пора бы тебе и сдохнуть!

- Ха ха ха...уж не ты ли прекратишь моё существование? Ну давай, давай, попробуй! - загрохотал дракон, не прибегая к мыслесвязи, и засмотревшись на зрелище хохочущего монстра, Андрей едва не попал под удар другого дракона, зашедшего со стороны и обрушившегося на него со склона горы. Хорошо, что он слышал малейшие шорохи чутко, как зверь. Этот монстр, несмотря на потрясающие, апокалипсические размеры передвигался тихо, как хищник.

- Может и я! - передал Андрей мыслесвязью, галопом срываясь с места в сторону оставленного оружия. По дороге он перекинулся в человека, и дракон, заметивший это, с некоторым удивлением и восторгом заметил:

- Это кто у нас такой?! Хеве, ты посмотри, какой подарок судьбы! Это же дружок мятежницы! Тот самый наглый человечек, что нам нужен! Не убивай его! Он пойдёт гарниром к своей подружке. Обездвижь его.

Мимо Андрея пролетело облако какой-то желтоватой жидкости, и он вспомнил, что Шанти рассказывала ему о том, как охотятся драконы - эта жидкость, вырабатываемая из специальной железы, выбрасывалась в стороны жертвы, отравляя несчастную, и та замирала, парализованная, как если бы её вкололи яд.

Если дракон применял и вторую железу, служащую катализатором, то это жёлтое облако возгоралось, и получался этакий огнемёт, дальность которого зависела от способностей его обладателя. Некоторые экземпляры могли метать огонь на сто - сто пятьдесят метров, и больше, а длительность импульса могла достигать десяти секунд. Температура же в самой горячей точке пламени такова, что плавились камни. Андрей предполагал, что получалось что-то вроде облака перегретой плазмы - очень, очень злая штука.

Скрывшись под кустами, он, как опытный вояка, быстро перекатился в сторону и точно - в это место ударила струя яда. Бегом пробежав к одежде, за несколько секунд натянул штаны, куртку, сапоги, показывая чудеса циркового переодевания и снова бросился к полю боя, зажав в руках пистолеты.

Это были не простые пистолеты. Не зря Энар жаловался, что стрелять из них практически невозможно, даже держа обеими руками. Это были не пистолеты в том понимании, как их принято считать. Напоминали они обрезы двустволки двенадцатого калибра, с пистолетной рукоятью и вертикальным расположением стволов. Заряд нитропороха был усилен, а пули...пули специально сделаны именно для этих пистолетов.

Они были похожи на жакан, но внутри пули имелся стальной стержень из закалённой стали. Если мягкая свинцовая пуля обладала большим останавливающим действием, то заключённый внутри стержень, при соприкосновении пули со стальной бронёй, прорывал мягкую оболочку и прошивал сталь, как картонную.

Когда эти патроны испытывали при стрельбе по стальным доспехам самого лучшего качества, пули прошивали латы навылет. В броне оставалась вмятина с тарелку, как будто туда врезали приличной кувалдой, а в центре небольшое входное отверстие. Что было бы с содержимым лат - пока не известно. Эти пистолеты, и эти патроны ещё ни разу не были использованы против людей. Впрочем - и против других существ тоже. Андрею предстояло, так сказать, провести полевые испытания нового оружия, и он очень надеялся на то, что оно не подведёт. Ну - очень надеялся. А что ему ещё оставалось, кроме как надеяться?

Быстро переместившись по краю лощины, он добежал до чёрного дракона, ползающего вокруг клетки как танк и вопящего как тепловоз:

- Ну что же ты, человечишка! Вылезай! Ты же хотел лишить меня жизни, мелкий гадёныш! Давай, лиши, насекомое!

'Мелкий гадёныш' тихо тосковал за здоровенным деревом, напоминающим секвойю, со стволом обхватов пять в диаметре, и собирался с духом, слушая, как трещат под ножищами монстра деревья двадцати сантиметров толщиной. Тот работал как сваезабивательный копр, явно наслаждаясь разрушением и хаосом, которые он щедро вываливал на этот лес.

- Ну где же ты, кусачее мерзкое насекомое! - вопил Даранаяс, радостно хохоча - Хеве, я и не думал, что наша затея будет такой весёлой! Давно не получал такого удовольствия от жизни!

Андрей осторожно выглянул, прикинул расстояние до весёлого душки-дракона, и рванул вперёд в спринтерском беге так, что точно посрамил мировой рекорд бега на короткие дистанции.

Подбежав к дракону, продолжавшему предаваться весёлому развлечению, Андрей разрядил пистолет, который держал в правой руке прямо в переднюю левую лапу монстра. А точнее - в сочление сустава. Оно находилось выше его головы на высоте около трёх метров.

Эффект был ужасающим. Ранее Андрей не стрелял из этого пистолета, и когда тот рявкнул, перекрывая хохот и рёв дракона, он едва удержал ствол в руках, и это притом, что Андрей был гораздо сильнее самого сильного человека. Пистолет едва не вывернулся из его руки и чуть не врезал в глаз. Зато и результат впечатлял - удар сразу из двух стволов превратил в кровавую кашу сустав Даранаяса, и нога, не выдержав веса десятков тонн живой массы этого существа, подломилась, и тот стал заваливаться вперёд и на бок, как взорванная водонапорная башня. Андрей едва успел отскочить в сторону, как туда, где от стоял, грохнулся подбородок дракона, ударившийся в землю так, что разбрызгал в стороны грязь и опавшие листья. Андрей успел запомнить этот взгляд больших жёлтых глаз на всю свою жизнь.

Он поднял второй пистолет и выпустил заряды двух стволов в этот жёлтый мерцающий глаз.

Голова, на самом деле, это сосуд. Сосуд с жидкостью, которая практически не сжимается. Голова мало чем отличается в этом отношении от пластиковой бутылки, или арбуза. Выстрелив из ружья в эти предметы, можно посмотреть интересное зрелище. Калибр у пистолетов Андрея был ружейный, кроме того, заряд усилен более чем в полтора раза в сравнении с ружейным - не зря предыдущие стволы не выдерживали нагрузки и пришлось менять ружейную сталь. Эти стволы выдержали.

Голова дракона просто взорвалась. Если б Андрей выстрелил в толстенную кость черепа - она бы погасила удар, и даже если бы стальной сердечник проник в мозг и убил дракона - такого потрясающего эффекта бы не вышло. Но факт есть факт - свинцовые цилиндры с закруглённым концов, как два поршня вонзились в мозг через глазницу и мгновенно уничтожили всё содержимое черепной коробки, превратя его в кашу.

Этому способствовало и то, что мягкий свинец пули при ударе о жидкость сплющился, и эти 'поршни' превратились в свинцовые лепёшки. Стальные стержни полетели дальше, и сила энергии их была такова, что один из них вырвал кусок кости из затылка дракона и упал, на излёте, где-то в лесу. Второй стержень пролетел через глотку в шею и попал в грудную полость гиганта, где и завяз в кости.

Даранаяс прекратил своё существование - как и хотел. По крайней мере с его слов - хотел. Его гороподобное туловище ещё долго вздрагивало, не желая умирать, лапы двигались, скребли землю, но мозга, способного отдать команду органам уже не было. Из тоннеля на месте глаза гиганта текла густая кровь, кусочки мозга и тёмно-красные брызги покрыли Андрей с ног до головы, и чтобы рука не скользила на рукояти пистолета, ему пришлось вытереть руки о куртку.

Переломлен пистолет, эжектор выбросил медные гильзы, с глухим пробочным стуком два новых патрона заняли свои места, потом та же операция проделана ещё раз, и боец снова готов к бою. Остался ещё один дракон, и пока он здесь...

А он был здесь. Гороподобная туша нависла над Андреем, и он не раздумывая спустил курки, метя в грудь Хевессанору. Расстояние были небольшим, так что промахнуться невозможно. Две пули пропахали широченную грудь дракона, вырвав кусок мышцы и вонзившись в ствол секвойи позади врага. Ещё один выстрел усадил дракона на зад, и у него возникло ощущение, как будто кто-то ударил его огромной лапой, такой, как у Даранаяса. Пуля раздробила ему толстенную грудную кость, вызвав ужасную боль.

И Хевессанор испугался. Такого ужаса он не испытывал с детства, когда учился летать, прыгая с высокого утёса, и налетевший порыв ураганного ветра едва не разбил его об острые скалы. Как и тогда, дракон понимал - сейчас он погибнет, и ничего, ничего не может с этим поделать.

Сбивая деревья, натыкаясь на толстые стволы, он бросился бежать, взмахивая крыльями, на ходу принял облик птицы, и мелькая среди ветвей унёсся в сторону моря. Последний выстрел Андрея был сделан уже вслед врагу, и не зацепил того - пуля просвистела рядом с телом Хевессанора, однако лишь добавила скорости ошалевшей 'птице'. Перезарядка - и Андрей снова готов к бою.

Прислушался - вокруг тихо, затихли даже птицы. Вечер, сумерки, где-то далеко кричат люди, громко переговариваясь и стуча топорами. Ни ветерка, не шумят листья, не жужжат мухи. Будто попрятались все...

Не глядя на конвульсивно вздрагивающую тушу чёрного дракона, Андрей опустил руки с пистолетами и привалился к стволу соседнего дерева, переводя дыхание. Руки и ноги тряслись, его буквально лихорадило, как от тяжёлой болезни. Уже очень давно он не испытывал таких нервных и физических перегрузок, как в этот раз.

Позволив себе постоять секунд десять, оторвался от дерева и тяжёлой рысцой побежал к клетке с Шанти.

Драконица была без сознания, что удалось легко выяснить опытным путём за три секунды.

Не получив ответа, Андрей приступил к лечению, внимательно следя за 'воздухом' - сбежавший враг точно должен был привести толпу таких же злых и возможно гораздо более умных существ, и те не будут церемониться, устраивая показательные аутодафе, как убитый придурок. Они нормально спалят все окрестности своим 'напалмом', справедливо решив, что рисковать своей тысячелетней жизнь есть глупость, недостойная просвещённых драконов.

И потому человеку нужно поторопиться.

Аура драконицы была красной, местами с чёрными пятнами и прожилками. Андрею дважды пришлось перекидываться в Зверя, чтобы устранить впитанную болезнь Шанти. Он буквально переполнялся её повреждениями, как ядом, и на пределе наполнения трансформировался, скидывая накопленную дрянь. Наконец, аура драконицы снова засияла нормальным цветом - местами ещё оставались розовые пятна, но они исчезнут через какое-то время. Раны затянулись, воспаление исчезло. Увы, как следует срастить конечности и хвост он не смог - не было времени. Как не был времени и на то, чтобы выправить крылья. Этот процесс был довольно долгим, так что...потом. Всё потом.

- Проснись, девочка! Шанти! Проснись! - Андрей постучал по клетке, и драконица, открыв глаза внимательно и недоумевающее посмотрела на него:

- Ты жив...я так рада...

- А я-то как рад! Ты даже не представляешь! - криво усмехнулся Андрей, утирая с лица смесь кусочков жирного жёлтого вещества пополам с тёмно-красными сгустками - быстро уменьшайся и полезай в карман! Бежать надо! Сейчас тут будет толпа уродов с крыльями! Да и на берегу слышали выстрелы, могут прискакать - у меня нет желания ещё немного повоевать, особенно с существами размером в три твоих мамы. А то и в пять.

- Чего пять? - не поняла Шанти

- Мам пять! - нетерпеливо ответил Андрей и гаркнул - скорее, демон тебя задери! Уменьшайся! Я тебе чего сказал!

- Так бы и сказал - растерянно ответила Шанти, похоже, так и не вошедшая в полный разум и находящаяся в шоковом состоянии. Она замерцала, и через несколько секунд на полу клетки сидела маленькая драконица. С котёнка величиной.

Андрей облегчённо вздохнул, осторожно поднял её, и сунул в карман куртки. Шанти завозилась в кармане, высунула оттуда мордочку, изувеченную зажившим шрамом и капризно сказала:

- Там воняет. Я не буду там сидеть. Я буду глядеть на дорогу. И чего ты такой грязный? Чего это на тебе висит? Ты неаккуратно покушал?

- Твою мать! - выругался Андрей - не хватало, чтобы ты спятила! Да, покушал! Слопал мозг этого придурка! Только не спрашивай о вкусе - он был противным.

Андрей подхватился, и побежал по дороге. Потом свернул в сторону, забрал вещмешок, рубаху, спрятал в мешок заряженные стволы, и помчался дальше, размышляя - а не перекинуться ли ему в оборотня? Потом решил - нет. Шанти ещё слаба, держаться как следует не может, так что лучше пусть сидит в кармане. Да и тащить мешок будет неудобно.

Выбежав на тракт, Андрей осмотрелся - темно, на дороге никого - люди опасались в это время ездить по дорогам. Того и гляди днём-то ограбят, чего уж говорить о ночи.

Он немного подумал, выбрал маршрут и помчался вперёд размеренным быстрым бегом. Андрей запомнил дорогу, уходящую куда-то в сторону вдоль небольшой реки с каменным мостом. В город в таком виде идти он не мог, значит нужно было искать ночлег где-то в другом месте. Река - самое подходящее дело. И питьё, и еда - на водопой обязательно кто-то придёт вот тебе и мясо. Отдохнут, он полечит Шанти, ну а там и придумают, как быть дальше.

***

Андрей осторожно снял с себя куртку с тихо сопящей Шанти, и задумчиво посмотрел на её мордочку, торчащую из кармана. Она не открыла глаза, и лишь как будто улыбалась рассечённой губой. Он зарастил раны, да. Но шрамы остались. Нужно будет зашивать её губу, как следует вправлять хвост, ноги посмотреть - как состыковались и начали срастаться кости. И крылья...всё заново. Но всё это потом. Больше всего его беспокоило то, что у неё, похоже, было психическое расстройство. Шанти вроде и понимала, где находится, и одновременно не понимала. Она как-то будто снова вернулась в те дни, когда вдвоём со своим другом-человеком путешествовала по миру, больная, маленькая, не умеющая летать, озлобленная на весь мир. Ясно, что это был результат стресса, болезни, отравления продуктами распада организма - всего того, что она испытала за эти дни. Мозг как будто выключился, ушёл в прошлое, вырезал кусок воспоминаний за все эти нелёгкие дни. Увы - вместе с тем, что было хорошего. Почему? Кто знает. Она ведь дракон, а не человек.

Вздохнув, Андрей перекинулся в Зверя и тихо растворился в чаще.

На охоту у него ушло максимум двадцать минут - уже через минут десять он зачуял косулю, догнал её и задрал. Съел на месте часть мяса, а остальное принёс туда, где лежала Шанти. Положил мясо возле неё, а на лист лопуха выложил свежую печень - она её всегда так любила. Аккуратно достал Шанти из кармана куртки, положил возле мяса - драконица даже не пошевелилась, спала. Собрал одежду, вытряхнул из карманов патроны и ушёл к реке - надо было отстирать кровь. В качестве мыла использовал песок - драил долго, но всё-таки добился, чтобы одежда приобрела более-менее приличный вид - когда высохнет, конечно. Выжал, и пошёл назад, к своей подруге.

Как на грех подул ночной ветерок, и снова зарядил мелкий, противный дождь. Андрею было холодно, одежда всё мокрая, и немного подумав - пошёл ломать хворост для костра. Правда - совершенно не понимая, как он будет его разжигать, учитывая то, что шёл дождь. Впрочем - был один способ, даже два, но... В любом случае - можно хотя бы погреться ломая сучья. Что касается сухости дров - всегда можно найти и сухие, особенно там, где деревья настолько плотны, что их кроны не пропускают воды к своим стволам. Здесь были такие, густые и похожие на земные ёлки, только ещё гуще. Вероятно какой-то вид елей. Под их разлапистыми ветками всегда было сухо, и всегда имелись сухие ветки. Немного, но были, надо только хорошенько поискать.

Разложил 'пионерский костёр', укрыв его за густым кустом, а потом принялся так сказать мыслить - 'А чем же зажечь? Если бы Шанти была здорова... не хочется её будить. А если пальнуть в костёр из пистолета? Пороха в патронах полно. Вот только грохота будет...на всю округу. Надо нам это? Хмм..а костёр надо? А вдруг те же драконы решат его разыскать? И прилетят на свет костра? Хорошо. Будем рассуждать логически - отошёл примерно километров на пятнадцать - быстрым шагом, а где и бегом. Ушёл вдоль по реке, далеко от моря. Где они будут меня искать? Скорее всего в городе, в селениях. На кой чёрт я пойду в лес? Да на какой - на такой! Если я так рассуждаю, значит и они так будут рассуждать. Могут искать и в лесу. Однако - с чего я решил, что они кинутся меня искать? Вот так взяли - и полетели? Ох, сомневаюсь! Им ещё надо решить с покойным Председателем - куда-то убирать его тело, им надо выслушать второго дракона, чтобы он поведал им, какая я гадина. Потом они будут долго думать - как состроить мне козью морду и у них на это уйдут недели, а то и месяцы. Это же драконы - Шанти всегда говорила, что её родичи принимают решения в час по чайной ложке. Это люди всегда куда-то торопятся, а они нет. У них впереди Время! Это мы мотыльки, порхающие у костра времени... кстати - как там моя девочка?'

Андрей внимательно посмотрел на ауру Шанти, и вдруг заметил чёрное пятнышко у неё на затылке - второпях не заметил. Опухоль на мозге, видимо следствие сильного удара. Он выругался про себя - вот и причина её странного поведения! Вот откуда лакуна в памяти. И причина того, что она всё время спит.

Через несколько минут от опухоли не осталось следа. Аура светилась ярко, пропали и розовые прожилки. Если бы не её увечья...

Шанти потянулась, вздрогнула, в её ауре вдруг возникла краснота боли. Она открыла глаза, и заметив Андрея протяжно сказала:

- Это ты, братец! Как хорошо, что ты пришёл! Ты меня услышал, да?

Андрей осторожно взял Шанти на руки, прижал к груди, как ребёнка, и просто сказал:

- Как я мог не прийти, глупенькая? Я всегда приду, чтобы с тобой не случилось, ты же знаешь. Прости меня...

- За что? Не за что тебя прощать. Я сама пошла. Не захотела бы - не пошла. Даже не сомневайся. И не вини себя. Зато теперь я хорошо знаю наших старейшин. Очень хорошо знаю. И гораздо лучше отношусь к людям. Знаешь - когда тебе твои сородичи ломают лапы, а человек тебя приходит выручать - начинаешь на многое смотреть по-иному. Впрочем - когда я встретила тебя, на многое стала смотреть по-иному. Иногда мне кажется, что от дракона у меня осталась лишь оболочка. А теперь - изломанная оболочка. Стоп! А как ты меня вообще выручил? Как ты сумел?! Оооо...чувствую, рассказ будет интересным.

- Вот что - перекуси, а потом и поговорим.

- А чего ты голый сидишь при девушке? Где твоя одежда?

- При девушке? - поперхнулся Андрей и демонстративно оглянулся по сторонам - а где тут девушка?

- Я девушка - невозмутимо ответила Шанти, и не выдержав, прыснула - ну правда, какого демона ты тут вывалил свои телеса? Где одежда?

- Она в крови была. Я постирал. Мокрая вся. Вон, под деревом лежит. Не на себе же сушить. Костёр разожжёшь?

- А почему нет? - хмыкнула Шанти - тащи меня к костру. Ноги у меня побаливают. Как я поняла - ты меня подлечил. Но не до конца. Боюсь даже спросить - чего они со мной сделали. Крыльев опять нет, ноги болят, а тут чего? - она провела лапой по губе - вот твари! Такую красоту порушили! Надеюсь, ты им крепко за меня наподдал. Я знаю, какой ты в гневе. Зря они с тобой связались! Мой братец ещё тот злюка!

- Ага, злюка. Одного я убил. Второй улетел, с пулями в груди. И во что это выльется - одному богу известно. Разжигай, я замёрз до посинения! Ух ты - классная зажигалка! Ты мне напоминаешь паяльную лампу!

- Чего это за лампа такая? - подозрительно спросила драконица, поглядывая блестящими глазками на разгорающийся костёр. Она выпустила в него великолепную струю перегретой плазмы, и сборище сучьев вспыхнуло так, как будто его полили бензином.

- Вот такая - *картинка. образ паяльной лампы*

- Фффу! Вот выздоровею, я тоже тебе какую-нибудь гадость скажу - злорадно пообещала драконица. Пока не могу - меня душит чувство благодарности к спасителю, а ещё - любопытство. Начнёшь тебя ругать - не будешь как следует рассказывать о твоём бое с драконами. А я от любопытства помру.

- Вот что - сейчас я принесу ещё сучьев, чтобы нам веселее сиделось у костра, развешаю свою опоганенную кровью подлеца одежду для просушки. А кроме того - пожарим немножко мяса, ты не против?

- Не против, братец. С тобой научилась есть всякую гадость! Жарь. И печёнку подогрей. Но не до конца жарь, а так, чтобы сок был, а угли, и... Скажи, я сильно уродливая стала? Уродка, да?

- Глупенькая! Для меня ты самая красивая драконица на свете, и вообще - самая красивая девушка - если не считать Антаны, конечно. Впрочем - она-то явно не девушка...

- Фу! - фыркнула Шанти - солдатский юмор. Это Зоран на тебя дурно действует. Ты полечишь меня?

- Нет, конечно? Зачем? Больная ты злее, напущу тебя на врагов - ты их порвёшь, как тряпку!

- Негодяй! - рассмеялась Шанти и бросила в Андрея подобранной с земли палочкой - суши свою одежду, а до бродишь вокруг меня с голым задом!

- Кто бы говорил - рассмеялся Андрей - ладно, всё сделаем. Печень пожарим, одежду посушим, крылья сошьём, губу поправим! Главное - мы живы, вместе, и катись всё к демонам, правда, сестрёнка?

- Правда, братец! Мы им всем глаз на зад натянем, этим старейшинам!

- Здесь тоже такое выражение есть? - удивился Андрей - точно, натянем. Отдыхай, всё будет...

***

Драконы совета молча смотрели на Хевессанора - жалкого, грязного, тяжело дышащего, покрытого потёками засохшей крови и не говорили ни слова. Потом Сертанайон, огромный красный дракон, неодобрительно сказал:

- Доигрались. Даранаяс всё-таки доигрался. Я никогда не доверял этому выскочке. Он слишком любил власть.

- А кто её не любит? - возразила зелёная Остраназа - ты, что ли, не любишь власть? То-то ты на южном континенте устроился советником Чёрной Страны. Развлекаешься мелкими племенными войнами... Все хороши. Мы все заигрались. И доигрались до того, что люди скоро нас будут уничтожать. Стоило прислушаться к словам Даранаяса о том, что человек изобрёл оружие, способное нас убивать. Хевессанор, почему вы нас не убедили? Почему вы с Даранаясом не рассказали - что именно изобрёл этот человек?

- А что бы это изменило? - устало парировал Хевессанор - вы вспомните, как Дар начал доклад, и что? Натороканта чуть не пасть ему затыкала! Оскорбляла, говорила гадости! И что он должен был сделать? Мы решили сами устранить проблему, и потом довести до сведения Совета - что мы сделали. Вот и всё. Дар не хотел переваливать на Совет то, что мог сделать сам. В чём он виноват? Кроме того - мы и сами до конца не знали, что это оружие так опасно.

- Вы не знали! - фыркнула Натороканта - вы не знали, а мы должны были догадаться с ваших слов, да? Ну вы и мыслители, ну вы и...один уже лежит кучей пепла, другой - изображает здесь подстреленную косулю - смотреть на тебя жалко! Жалкий вид, как у бродячего пса! Я предлагаю переизбрать Председателя совета и его заместителя. Эти два типа не оправдали оказанной им чести. Впрочем - Председатель сам переизбрал себя. В покойники. А вот Заместителя - надо другого. И вообще - я бы изгнала Хевессанора из Совета. Он слишком бестолков, чтобы вершить судьбы мира. В Совете должны быть драконы с головой, а не с задницей вместо неё!

- Перестань, Натороканта - вмешалась Олисовия - ты же знаешь, что мы выбираем членов Совета из самых старых драконов. Потому и называемся старейшины. Хевессанор по старшинству один из самых старых драконов. И не такой уж и глупый, как его тут выставляешь. Ты вечно мутишь болото, скандалишь и нападаешь на других членов Совета. Вот и сейчас - вместо того, чтобы решать главную проблему - появление в мире оружия, способного нас уничтожить - ты начинаешь дрязги о власти. Что, самое время для этого, что ли? Пока мы тут власть делим, люди нас уничтожат! Надо думать - что делать с ситацией, а не переизбирать Заместителя. Хватит дрязг, давайте вместе всё обдумаем. Ты вот, Натороканта, что бы сделала? Какие у тебя предложения?

- Уничтожить Балрон. Вместе с тем человечком. Сделать так, чтобы им некогда было заниматься изобретательством. Загнать их в пещеры. Пусть сидят у костров и жрут полусырую оленину.

- Предлагаешь, чтобы это сделали драконы?

- Нет, конечно - усмехнулась драконица - я не готова подставлять своё брюхо под удары неизвестного оружия. Вон - Хевессанора достаточно. Люди должны сами себя уничтожать. Тем более, что если не помните - наш закон гласит: 'Мы правим тайно. Драконов для людей нет!'. У меня в Островной Империи давно не хватает места под людей, размножились. Нужно подсократить количество. Они, мои людишки - воинственный народишко, и надо просто показать им дорогу к благословенным балронским берегам. Тут тепло, много еды. Не надо убивать друг друга за клочок земли, места хватает. Я направлю их флот к Балрону. Кроме того, нужно направить в Анкарру разведку - выяснить до мелочей - что это за человек такой, что смог убить дракона. Откуда он взялся, какое у него оружие. Хевессанор - что ты скажешь об этом человеке? Что вы с Даранаясом знали о нём? Прежде чем подставили свой зад, который вы именуете головой.

- Он советник Императрицы Антаны, правящей Балроном. По слухам - её любовник, фаворит. Откуда взялся - никто не знает. Строит завод, производящий оружие. Говорят, что для войны с Гортасом, которого мы с Даранаясом поддерживали. Гортас оборотень, у него своя Стая. Негодяй, конечно, но управляемый негодяй. После окончания сезона дождей должна была начаться война. Оружие? Не знаю, что это такое. Две трубки. Оттуда вылетает пламя, и какие-то снаряды. Пробил мою чешую. А надо сказать - её дротик не пробивает. И тяжёлое копьё едва царапает. Он пробил. Если каждый из людей получит такое оружие... Да! Забыл сказать - он тоже оборотень, как и Гортас. Вот вся информация.

- А кто отступница? Почему её имя не фигурирует?

- Шанти её звать. Она тоже советница Императрицы. Молодая драконица, по всем параметрам ей не более ста-ста пятидесяти лет. Дитя. Наглая, как акула. И бесстрашная. Дралась с самим Даранаясом. Он её сильно побил, а человек этот пришёл отступницу спасать.

- Слышали уже - перебила Натороканта - не повторяйся! Значит - человек строит завод...интересно. В общем так, советники, предлагаю: избрать Председателя совета. Второе - требую добро от совета на полномасштабное вмешательство в жизнь людей в виде отправки армии завоевания в Балрон. Третье - направить советника к Гортасу, только умного, чтобы не вышло, как с Даранаясом. Хевессанор ему поможет. Хевессанора сместить с поста Заместителя, а вместо погибшего Даранаяса принять ещё одного советника. И нужно послать разведку в Балрон на завод, узнать, чем они там занимаются. Какие есть мысли по этому поводу?

- Из всего перечисленного, предлагаю ограничиться одним пунктом - медленно сказал Аанараннаон, чёрно-зелёный - выбрать Председателя и его заместителя. Остальные пункты нужно как следует обдумать и принять решение в следующее собрания совета, через два месяца. Каждый обдумает, что ему делать, чем может помочь в этой ситуации и выскажет своё мнение. Коме того - подберём надёжную кандидатуру нового советника. Мы же не дети, чтобы принимать решение второпях. Как бы ни было опасно оружие этого человека - в нашей истории бывало всякое. И где те люди? А мы здесь. И будем здесь. Не будем торопиться. Следующий сбор будет в пещере Совета, как положено. Итак, кто согласен, кто нет?

- В принципе - ты прав - буркнула Натороканта - таки решения нельзя принимать одним днём. Давайте сделаем так - ровно через шестьдесят дней, в пещере Совета. Без Зова, просто собираемся и решаем все эти вопросы. Даже этот срок маловат...но время поджимает. Давайте - через три месяца. Как раз к концу сезона дождей. Каждый готовит своё решение. Там и выберем Председателя, Заместителя, примем нового члена Совета. Сейчас разлетаемся. Сегодня был очень бурный вечер, всем нужно обдумать происшедшее.

Драконы закивали головами, и стали по одному расходиться в стороны стартовать. Через двадцать минут на берегу, возле так и не зажжённого костра, который готовили для Шанти, остался несчастный, страдающий от боли Хевессанор. Он ударил лапой по берегу, взметая в воздух кучу галечника, потом обернулся птицей и полетел в сторону Анкарры. Его снедала дикая ярость, злоба, ему хотелось кого-нибудь убить - и он знал - кого. Как он это сделает - Хевессанор не знал. Но то, что сделает - был уверен. Несколько недель ему придётся подождать, полечиться, ну а потом... Золота у него хватает, отсиживаться есть где, а месяц погоды не сделает. Лететь трудно, но...потерпит. Тем страшнее будет его месть...

***

Андрей осторожно освободил руку и оставил Шанти лежать на подстилке из иголок. Она посапывала сладко, как младенец. Андрей отполз от ствола дерева, где они прятались от дождя и пошёл к реке. Над речкой стоял утренний туман, и было прохладно, как осенью в октябре.

Андрей плеснул в лицо водой, потом подумал, и разделся донага. Осторожно войдя в воду по песчаному пологому спуску, поплыл, фыркая, как тюлень.

Плыть было приятно - вода, прежде холодная и неласковая, через минуту стала желанной и освежающей, волшебным эликсиром, разгоняющим застоявшуюся за ночь кровь. Сквозь прозрачную толщу виднелись колышащиеся зелёные водоросли, а возле берега притулилось семейство лилий, ещё не распустившихся из-за раннего времени. Под лилиями стояли крупные рыбины по типу язей, и Андрею захотелось есть - он представил этих рыб жареными на углях, и сглотнул слюну.

Неожиданно из под берега с шумом и кряканием вылетела стая уток, и Андрей громко выругался, чуть не нахлебавшись воды от неожиданности. Сзади кто-то громко захихикал, и Андрей, не оборачиваясь, сказал:

- И ничего смешного! И вообще - подкрадываться сзади нехорошо! А если бы я врезал по твоему сопящему носу? Я тебя слышу уже с тех пор, как зашёл в воду!

- И ничего не слышишь. С тех пор, как ты стал эмпатом, как и я, ты чувствуешь приближение живых существ по их настроению. Кстати, заметила, твоя эмпатическая сила увеличилась. Раньше ведь ты вообще не умел чувствовать. Почему сейчас стал?

- С кем поведёшься...а если серьёзно - видимо мутации. Прорвалась способность, и всё. А чего сложного? Ничего сложного. Раз кто-то может, значит и другой может смочь. Эй, эй - слезь с плеча! Потопишь! Ты бы ещё натуральный вид приняла - совсем было бы здорово!

- А надо? Могу - коварно усмехнулась Шанти.

- Лучше акулий вид приобрети. И налови нам рыбы. Зажарим.

- Хвост сломан. Плохо плаваю. Он стал кривым...

- Ничего...не грусти, наладим. Я тебя сделаю красивее прежнего! Хочешь, мы тебе чешуйки позолотим? Будешь вся сиять золотом!

- Ффууу...безвкусица какая! - фыркнула Шанти - а чешуйкам надо ещё отрасти, чтобы их можно было раскрасить. Я вообще-то предпочитаю натуральную чешую, в отличии от человеческих самок. Тем более тех, кто за деньги позволяет себя совокуплять. Ты меня хочешь уподобить этим самкам?

- Не придирайся к словам - невозмутимо парировал Андрей - чего опять бурчишь? Чего настроение такое? Чувствую же - раздражена, злишься. Не забывай - я тоже эмпат.

- На себя злюсь. Простое задание, а я его испоганила. Не разведала как следует, попёрлась, как дура. Вот и получила по-полной. Тебя стащила с места, оторвала от важных дел. Чувствую себя идиоткой. Слушай - давай мы его всё-таки убьём? Ты сам подумай - сколько мы жизней спасём! На весах сейчас жизни Гортаса и горстки его людей, и тысячи, десятки тысяч людей, которые останутся живы! Не забывай - это твои и Антаны подданные. Имеем ли мы право всё бросить и спокойно уйти к себе домой, дожидаясь, когда Гортас, как саранча, пройдёт по стране?

- Хмм...вообще-то ты озвучила мои мысли... - удивлённо сказал Андрей, ложась на спину и сплывая по течению реки - только вот что - ты туда больше не пойдёшь. Не забывай - у тебя на боках чешуи - через одну, половины нет. Ты хромаешь, супить без боли не можешь. И летать не можешь. Так что ты участвовать в этом не будешь.

- А если подлечусь? Кто мешает нам вернуться к купцу, купить медицинские инструменты и заняться лечением? Есть какие-то противопоказания? Вера не позволяет? Боги запрещают?

- Хммм...сегодня ты в ударе, девочка моя. Твоя маленькая головка соображает - с ухмылкой признался Андрей и мощными гребками погнал своё тело к берегу - догоняй! Кто последний - тот...в общем продукт жизнедеятельности хорьков. И его будут тянуть за длинный кривой хвост!

- Кого ещё тянуть будут! - фыркнула Шанти, прибавила ходу и через пару секунд вырвалась вперёд - а теперь кто хорьковое дерьмо?

- Это не считается! У тебя хвост как винт работает! И ещё - ты обманула, что плаваешь плохо! Вот гадкая рептилия, а!

- Ну - обманула. И чего? На тебе-то ехать приятнее.

Хохоча, они выбрались из воды, Андрей надел рубаху и штаны прямо на мокрое тело, острожно вытер курткой мокрую Шанти и посадил её в карман.

- Ну что же, пошли к купцу. Раз начали дело - надо его завершить. Будем тебя лечить, красотка!

Через пять минут они шагали по дороге к тракту.

Проглянуло солнце, редкий гость в это время года, и на душе у друзей стало совсем светло. Андрей мурлыкал под нос песенку, и это был уже не 'Варяг', а что-то весёлое, залихватское, как раз под стать настроению. Шанти ему подсвистывала, улыбаясь во всю зубастую пасть, и им было хорошо вместе. Впрочем - как и всегда.


## Глава 8


- Когда? Мне уже надоело сидеть в этом городе! Я его ненавижу! Я видеть не могу эти рожи! Эту грязь!

- А в пещере сто лет просидеть в грязи - это ничего? А тут неделю в городке, и уже видеть не можешь? Избаловалась ты, девочка моя.

- Ну - избаловалась! Да! И что? К хорошему привыкаешь, отвыкать трудно. Дебильный город, дебильные люди! Такое впечатление, что сюда собрали всех дебилов со всей страны! Где они столько их взяли-то?

- Давай к делу, а? Мы что с тобой делаем - обсуждаем проникновение в поместье Гортаса. А ты мне тут истеришь. Успокойся. Я понимаю - тебе скучно, ты ещё не до конца восстановилась, но не надо же раздражение выливать на меня!

- А на кого надо? У кого хватит терпения меня слушать? Гиом дрыхнет, на улицу идти - точно кто-нибудь докопается. Кстати - что за тряпки ты мне купил? В таких тут шлюхи ходят! Что за красное платье?! Через него задница просвечивает! Приличная девушка в таком не то что на улицу, в кухню-то не выйдет!

- Я откуда знаю? Ты мне сказала - купить что-то к твоим глазам, что-то красивое, можно красное. Вот я и купил. Не надо было сидеть дома. Поленилась - вот и ходи в этом. Кстати - очень привлекательно в нём выглядишь. Это я тебе как мужчина говорю.

- Точно? Не врёшь? Ладно, прощаю тебя - Шанти фыркнула и успокоилась - правда, меня всё раздражает. А ещё - собственная беспомощность. Ведь ты туда, в дом, сам полезешь, а мне что делать?

- А как ты туда ты полезешь? Ты пощупай бока-то - чуешь чешую? Нет? Почему - нет? Потому что нет её, чешуи. Ты нежная и пухлая, как младенчик. В тебя любая стрела воткнётся по самое оперение. А ждать, когда ты обрастёшь, мы не можем. Так что выбора нет - лезть в дом мне. Кстати сказать - тебе отводится самое важное место в плане. Крылья теперь у тебя работают, так что летать ты можешь. Нечего возмущаться. И давай ещё раз пройдёмся по плану - кто что делает. Я хочу, чтобы ты чётко усвоила то, что я тебе говорил. Говори, ну!

- Зверь ты. Жестокий и бесчувственный тип. Ладно, слушай! Ночью, мы с тобой выходим на загаженную мостовую, и поскользнувшись на солдатском дерьме...

- Без красочных подробностей, пожалуйста.

- Без красочных? Тогда всё тупо и скучно. Я хватая тебя за телеса, тащу на дом, бросаю на крышу. Ты быстренько отрываешь головы всем, кто сторожит крышу, уворачиваясь от стрел, мечей и копий, а потом идёшь вниз, отрывая головы всем, кто попадётся по дороге. Находишь Гортаса, отрываешь голову ему, возвращаешься на крышу, я снова тебя хватаю и я уношу к жене, бросив в конце пути прямо на её гладкое нежное тело твою измученную воздержанием тушку.

- Я же сказал - без красочных подробностей - невозмутимо заметил Андрей - всё верно. Чем проще, тем лучше. Нам плевать на шум, плевать на то, что кто-то узнает о существовании драконов. Пусть старейшины боятся, что о них узнают. Нам уже всё равно. Что же касается тебя - нельзя тебе лезть в дом. Даже в обличье кошки. Ты беззащитна, и я не прощу себе, если ты погибнешь. Ты хочешь, чтобы я всю оставшуюся жизнь страдал, вспоминая, как послал тебя на смерть?

- Не хочу - хмыкнула Шанти - да поняла я. Буду выполнять твои указания. Когда полетим?

- Сегодня и полетим. Как стемнеет побольше - и полетим. По слухам - к нему доставили женщину, так что он сегодня ночью очень занят.

- Ты так спокойно говоришь об этом? - возмутилась Шанти - ты забыл, что они хотели сделать со мной?

- Я не спокойно. Я просто не позволяю себе думать о том, что там происходит. Если мы успеем - освободим эту несчастную. Если нет - отомстим за неё. Всё. Отдыхаем. Через час вылетаем.

Андрей пошёл к кровати, сел на неё, снял сапоги и улёгся, вытянув ноги. Шанти подумала немного, и тоже улеглась - рядом с ним, глядя в потолок.

Минут пять они лежали рядом, молчали, потом Шанти неожиданно спросила:

- Скажи, а ты думал, что будет, когда ты покончишь с Гортасом, вооружишь армию? Ты же пойдёшь на Славию, да?

- Ну да... - сонно ответил Андрей - пойду. Мы же для того и шли к власти в Балроне. Надо же нам исчадий бить.

- А людей тоже бить?

- Каких людей? - открыл глаза Андрей

- Тех, что живут в Славии. Тех, кого ты собрался защищать от исчадий. Исчадий - один на несколько тысяч. Но когда ты будешь за ними охотиться - ты убьёшь множество тех, кто к исчадьям не имеет никакого отношения. Солдат. Селян. Горожан. Они ведь, исчадья, соберут свою армию, из этих людей. И ты их убьёшь. Тысячи этих людей. Ради чего? Чтобы освободить их от исчадий, которые их убивают? Тебе не кажется это странным? Нет, я не осуждаю, я пойду за тобой везде, сделаю всё, что ты скажешь. Но ты - уверен в том, что ты делаешь?

- Нет. Не уверен - хмуро ответил Андрей. Сон у него как рукой сняло, и где-то в сердце защемило так, как будто кольнули иглой

- Тогда почему ты делаешь это? Вернее - собираешься делать?

- А ты видишь другую возможность очистить Славию от исчадий? Вот скажи, как мне поступить? Убить тысячи, а может и десятки тысяч людей для того, чтобы счастливо жили остальные, или же оставить всё, как есть, и те же тысячи будут десятилетиями, сотнями лет умирать на жертвенных алтарях, превращаться в людей без чести совести, руководствуясь лишь одним законом - правом сильного? Что мне делать? Ты думаешь, я не задавался этим вопросом? Думаешь, я не думаю об этом каждый день? Каждый раз, как мысль касается Славии? Если Господь избрал меня мечом Божьим, чтобы избавить мир от скверны - что я могу сделать? Это моя боль, и моя гордость! Я - Меч Божий!

- А кто тебе это сказал? Ты сам догадался? Или сторож на базаре рассказал?

- Ты чего меня мучаешь - с болью сказал Андрей и отвернулся к стене - тычешь когтем прямо в открытую рану!

- Потому и тычу, что я знаю тебя. Ты потом будешь сгорать от мысли, что ты убийца тысяч ни в чём неповинных людей. Одно дело, когда мы защищаем себя от бунтовщиков. Убить негодяя Гортаса - это не просто святое дело, это долг каждого разумного существа. Он не имеет права на существование, он гад. Но те, в Славии? Сможешь ли ты забыть, что уничтожил их? А ты не задумывался над тем, что может тебя совсем не бог подвигает на это, а?

- А кто? - встрепенулся Андрей - нет, нельзя так говорить! Нельзя! Его лицо побелело, как полотно, он тяжело дышал, а глаза светились в темноте, как два фонарика

- Никогда так больше не говори! Я - оружие в руке Божьей! Всё. Закончили на этом. И вообще - нам пора.

Андрей отодвинул Шанти, встал, прошёл в кухню, налил кипячёной воды и долго пил, проливая на грудь. В его голове колоколом звенели слова Шанти: '...может тебя совсем не бог подвигает на это?' Он встряхнул головой и отбросил лишние мысли. Потом подумает над её словами. А пока нужно идти и сделать то, что делает лучше всего - убивает. Убить всех, кого задумал, всех, кто помешает ему сделать задуманное. И он сделает это.

***

Проверил пистолеты - работают безупречно. Щёлкнул пару раз, открыл, посмотрел на свет стволы. Разложил по карманам патроны, четыре штуки сразу вложил в свои 'пушки'. По виду эти патроны больше напоминали выстрелы к подствольному гранатомёту 'калашникова' ГП-30. Такие же толстенькие, тупорылые. Вот только не разрывные.

Увы - Андрей никак не мог решить проблему с взрывчаткой. Казалось - это так просто. Нужно всего лишь взять толуол, произвести с ним некие операции, и получить тринитротолуол. Тол, в просторечии. Этакую похожую на мыло субстанцию, которую можно разогревать на костре, разливая в ёмкости, можно поджигать - и он будет гореть, как пластмасса, выделяя коптящий дым. А если в него вставить взрыватель и рвануть - поотрывает руки-ноги супостатам.

Вот только проблема - а ГДЕ взять толуол? Эту прозрачную ядовитую жидкость? Ну да, понятно - из каменного угля, или из нефти. Так вот для того, чтобы добыть его из каменного угля, надо вначале сделать печь, в которой этот самый уголь будет запекаться, выделить из него смолу, а потом, нагревая до ста одиннадцати градусов, достать этот самый толуол.

Или то же самое сделать с нефтью, разделив её на фракции путём перегонки. И тут - смешная проблема. Кто-то когда-нибудь задумывался - какое значение в нашей жизни имеет термометр? Ну этот самый - обычный градусник? Чтобы толуол получился чистым, его надо отделять при одной и той же температуре. Как этого добиться, если нет прибора, её измеряющего? Нужно его сделать. Как сделать? Взять стеклянную трубочку, заполнить часть её ртутью, запаять. Потом погрузить трубочку в кипящую воду, подождать...и разметить термометр на сто делений. Просто, ага. Только где взять ртуть? Трубочку-то выдуть плёвое дело, стеклодувов полно. Но где взять эту чёртову ртуть? Из киновари, конечно. Так-то добыть ртуть несложно. Но надо привезти киноварь. А она на юге. А юг в войне. Можно отобрать киноварь у тех, кто делает краску - у них она точно есть, ещё довоенные запасы, но нужно вернуться в Анкарру...

И вот так - одно за одно цепляется, и столько проблем, что голова кругом. Нужно сделать много серной кислоты, чтобы сделать много азотной. Нужно узнать, где есть выходы нефти - если есть. Где есть коксующийся уголь. Где добывают киноварь и пирит. Где...да много чего - где! Скорее бы грохнуть Гортаса, да домой.

Домой? Где он, дом? Вроде на Земле был дом... Да какой там дом? Кто его ждал на Земле, кроме чистильщиков, желающих укоротить жизнь наёмника? Дом - это Антана, это Марк, это Олра с Марго, это Шанти, которая тихо сопит за плечом, боясь его потревожить, это Фёдор с семьёй, это все, все его друзья, его близкие, его люди...люди? И Шанти люди? Конечно. Дай бог всем быть таким человеком как она.

Андрей сунул пистолеты в вещмешок, завязал узел и закинул рюкзак за плечи. Готов.

- Ну что, моя крылатая радость, пошли, позабавимся? - бодро предложил он, и под весёлое бурчание Шанти вышел из дома. Пришлось поднять купца, чтобы он закрыл за ними дверь. Тот щурился спросонья и явно не понимал, куда собрались его 'постояльцы'. Андрей не стал ничего ему говорить - меньше знаешь - крепче спишь.

Захлопнулась калитка, и они с Шанти остались наедине с облачным небом и ночным ветром. Холодный ветерок пытался пробраться под крутку, и Андрей, запахнув её поплотнее, зашагал туда, откуда должен был начаться их полёт.

- Ну что, птичка моя, полетели?

- Полетели - мышонок мой! - хихикнула Шанти и разогнавшись, подпрыгнула над землёй, раскрывая крылья и на ходу цепляя Андрея за специально сделанную шлею. Его рвануло так, что перехватило дух, и он невольно ругнулся:

- Эй, там, наверху! Ты не оленя тащишь, а своего несчастного брата, имевшего неосторожность попасть в твои лапы! Не дёргай!

- Не нравится - могу отпустить! - пошутила Шанти, и Андрей, в тон ей, тоненько закричал:

- Ой, ой, владычица неба, пощади!

Они летели и перешучивались, подавляя в себе страх - Шанти боялась за Андрея, а он за неё - не дай бог случайная стрела вонзится ей в бок, или дротик - запросто может погибнуть. Впрочем - как и он. Там слишком много охраны, слишком много.

И это не новобранцы. В основном гвардейцы из дезертиров, дети землевладельцев с Юга. А ещё - Стая Гортаса.

Сколько он уже успел инициировать - неизвестно. Может пять человек. Может десять. А может...любое количество. Любое. Насколько у него хватит совести. Ведь из тех, кто заражался кровью оборотня, выживали немногие. Совсем малый процент. Андрею и Антане повезло. А вот приближённым Гортаса могло и не повезти. Большое количество претендентов он мог инициировать только из рекрутов - сдохнут - новых приведут. Сколько успел заразить? Это вопрос.

Биться со всеми Андрей не сможет. Патронов не хватит. Их осталось штук сорок, патронов этих. На сорок человек. И надо экономить. Одна пуля - один труп. Чеканная заповедь снайпера. Придётся обходиться тем, что есть. Нет, не когтями - двумя широкими короткими клинками, по типу абордажных сабель. Найти их было несложно - чего-чего, а оружия в городе хватает. Продавалось всё - от не годных ни на что железок, не по праву именуемых саблями, до клинков из первоклассной булатной стали. Таких как те, что висят сейчас у него на поясе. Жаль, конечно, что мало патрон, и их нужно беречь. Для кого? Для Стаи, конечно. Со всеми сразу он не справится без мощного оружия. И с оружием-то будут проблемы...много врагов, очень много.

Шанти сделала широкий круг, и зашла со стороны порта, с тылу поместья.

Крыша поместья, плоская, как и у большинства домов-крепостей аристократов, была освещена факелами и на ней стояли два лучника, скучающие, как и все солдаты на посту. Время за полночь, тихо, муторно, и ничего не хочется, кроме как залезть в тёплую постель, да ещё и бабу под бок получить. Внимание рассеяно, тетивы сняты и приходится держать их за пазухой - чтобы не отсырели. Скажите, тогда на милость - зачем тогда тут торчать лучникам?

Этот вопрос Хистан задавал своему сержанту не раз, и не два, и каждый раз получал один и тот же ответ:

- В ухо захотел, свиной выпердыш? Сказали стоять, значит стой! Самый умный, что ли? Школу закончил, грамотный, считаешь, что можешь теперь своей тупой башкой думать?! А не соображаешь, что ты нужен как наблюдатель, чтобы поднять тревогу, ударив в колокол, а ещё - когда враг будет красться снизу - натянуть тетиву и отстрелить ему яйца! Понял, прошлогодний ослиный понос?!

Он так и не понял. Потому что было неясно - чего можно рассмотреть со второго этажа на земле ночью, в кромешной тьме, при том, что огонь факела освещает максимум на пять шагов вокруг. И толку тогда от наблюдателя? Ну ладно - день. Тут да, дело святое - гляди по сторонам, предупреждай, что враг крадётся, и никаких проблем. Служба есть служба. А это ночное стояние есть не служба, а тупость!

За такие констатации факта Хистан и правда пару раз получал в ухо.

Андрей, если бы знал о таковой ситуации, обязательно прокомментировал бы это так: 'От многия знания - многие скорби' Вот не был бы Хистан грамотным, учёным парнем - и не лезли бы ему в голову мысли - почему, да как, да зачем. Стоял бы и стоял, как приказали командиры. Так нет же - думать взялся.

Этот самый Хистан едва не загубил всю операцию. Парень, в очередной раз раздражившись на глупый приказ, спрятался за дымовую трубу, уйдя от пронизывающего сырого ветра, и Андрей, который как кошка приземлился на крышу, его не заметил.

Увы, не помогло и ночное зрение оборотня, и многолетний опыт войны. На войне всегда присутствует элемент удачи - оказался человек не в то время, не в том месте - и вот уже посреди его лба распустился кровавый цветок, а родные заплакали, опуская труп с останками сына и брата в могилу. Что поделаешь - такая его судьба. И наоборот - люди чудом спасаются от шквального огня, или выживают в невероятных по катастрофичности авариях . Как та дама, которая спланировала из взорвавшегося пассажирского самолёта к земле на куске обшивки и только отбила себе зад. Высота была в несколько километров. Кто отвечает за удачу? Никто не знает. Ангелы хранители? Демоны? Говорят - за удачу в лотерее отвечает сам Сатана. А в бою? Кто?

Шанти проскочила низко над крышей, бесшумно, как огромная летучая мышь. Она планировала, чтобы не создавать шума, и выпустила Андрея, когда тот был на высоте метра над поверхностью. Он приземлился, пробежал по крыше до её края, где скучал напарник Хистана, и на ходу достав из жёстких прикреплённых к бедру ножен клинки, снёс полусонному солдату голову, покатившуюся по крыше влево, за дымовую трубу.

Голова, с глухим стуком покатившаяся к ногам Хистана, вызвала у него такой ужас, что парень не смог издать ни звука - что его и спасло. Андрей медленно и осторожно направился к выходу с крыши, прощупывая пространство эмпатическим чувством, но так и не заметил солдата - тот застыл в ступоре, не испытывая ни страха, ни опасения - он был похож на камень. И оборотень его не почуял. Тем более, что ветер дул довольно сильно, и в сторону Хистана.

Потом солдат вспоминал эту ночь, и каждый раз молился, что судьба уберегла его от смерти. После этой ночи он ушёл в свой городишко, оставив военную службу, и устроился в храм послушником, через годы добравшись до поста настоятеля. Но каждый день он вспоминал то, как к нему подкатилась мёртвая голова напарника, и моргнула глазами - как живая. Он воспринял этот факт, как указание Господа - хватит войны, иди заботиться о душе!

Андрей нырнул в дверной проём - тот выводил на широкую лестницу, ведущую на второй этаж, в хозяйственные помещения - как обычно, ничего нового.

Необычно было только то, что внутри, возле лестницы, стояли двое солдат, с мечами наголо, и увидев Андрея, они без разговоров напали на него, и умерли через несколько секунд, захлебнувшись кровь из перерубленных шей. Андрей поздравил себя с удачей - ловко он обстряпал это дело - без шума, без пыли! И тут, будто в наказание за самонадеянность, на крыше, через которую он прошёл, забил набат - звонко, тягуче, истово, призывая расправиться с супостатом, проникшим в святая святых - хозяйский дом.

Это Хистан вышел из ступора, подполз к верёвке, свисающей с языка сигнального колокола и начал неистово её дёргать, как будто желая отомстить за свой страх.

Андрей зашипел сквозь зубы и неистово выругался, вспомнив самые чёрные из армейских ругательств.

Расслабился! Потерял хватку! ...........! Но делать было нечего - кроме как идти вперёд. Как там кто-то сказал? Если не знаешь, что делать - делай шаг вперёд!

И он сделал. Один шаг. Два. Десять. Прислушиваясь к крикам и шуму на улице. И... напоролся на целую толпу охранников, поднимающихся по лестнице с первого этажа.

Они были одеты в кольчуги, наплечники, поножи, на головах шлемы, а в руках небольшие, окованные железом щиты и короткие широкие мечи. Увидев незнакомца в обычной одежде, с двумя саблями в руках, охранники вначале пришли в ярость - беспокоить среди ночи - что может быть противнее? А потом обрадовались, и предвкушая скорую победу и расправу над несчастным, завопили:

- Стоять! Стой, придурок, брось оружие! Сдавайся, идиот!

А когда 'идиот' не выразил желания сдаться и получить по заслугам, выстроились в стальную стену и начали оттеснять его к лестнице, откуда тот, собственно говоря,скорее всего и появился.

С крыши деться ему некуда - рассуждали бойцы - здание окружено со всех сторон, если даже и спрыгнет, не переломав при этом ноги, то его тут же захватит наружная охрана.

Никто даже не задумался - откуда Андрей взялся на крыше? Да вообще никто ни о чём не задумался - вот есть чужой, он с оружием, его надо захватить, или убить. Всё! Нечего рассуждать, нечего впускать в голову лишние мысли, как какой-нибудь образованный. Бей, режь, стреляй! Вот что надо делать. Чужой сейчас подымется наверх, спасаясь от двух десятков здоровенных, закованных в сталь мужиков, они возьмут сети и лассо, поставят лучников, чтобы подстрелить в конечность, и скоро этот супостат окажется в пыточной. Чисто, хорошо, правильно. Как учили!

Увы - для них. Чужак никак не хотел следовать их стройному плану. Более того, он оказался слишком прыгучим и вообще ненормальным. Разве нормальный человек побежит на строй тяжёлых латников как зверь, с диким рёвом, всего лишь с двумя сабельками в руках? Да он даже шлем этими зубочистками не разрубит!

Разрубил. Первые два удара рассекли шлемы двух латников, как будто те были сделаны не из лучшей стали, а из тонкого дерева. Мозги, кровь, кусочки волос и кожи забрызгали соседей убитых, и на долю секунды заставили их остановиться. Два следующих удара подсекли ноги двух других, при этом один из страшных секущих ударов напрочь отсёк ногу сержанту Эгдару, тому, который заехал в ухо Хистану.

Хистан потом со злорадством думал о божественной справедливости - ведь он, 'придурок учёный', 'жалкий выпердыш', жив и здоров. А этот тупой буга, истёк кровью с отрубленной ногой. Есть Бог! Есть!

Это было последней каплей, отправившей Хистана на служение Богу. Нужно же было как-то отработать полученную милость в виде божественной справедливости. Хистан сам всегда хотел расчленить этого Эгдара, но ему не хватало смелости. Вот Бог и услышал его молитвы.

Затем началась бойня, об ожесточённости которой можно было судить по забрызганным стенам, и даже потолку, находящемуся в пяти метрах над головой - брызги разрубленной плоти достигали и его.

Андрей вертелся, изгибался, подпрыгивал, падал на пол, и каждым ударом доставал, доставал, доставал! Люди падали так, будто это были не тяжеловооружённые солдаты, а колосья пшеницы под ножом комбайна. Он размылся в серую нить, в смертельный туман, каждым касанием убивающий противника.

Чтобы уничтожить двадцать пять человек, ему понадобилось две минуты, и стакан крови. Как ни берёгся - а десяток порезов и колотых ран Андрей получил. Благо, что они на нём мгновенно затягивались.

Последнего остававшегося на ногах солдата Андрей добивал уже бегущего, в спину - подрубил клинком ноги в подколенную впадину. Тот проехал по натёртому паркету, как запущенный могучей рукой великана мешок картошки, и пополз куда-то в сторону, спасаясь от неминуемой смерти.

Андрей в три прыжка догнал раненого, рывком сорвал с него шлем, порвав ременные завязки, лопнувшие, как гнилые нитки, и уставившись в конопатое лицо с широко раскрытыми от ужаса глазами, жёстко спросил:

- Где сейчас Гортас! Отвечай, быстро! Иначе будет больно!

Раненый молчал, широко разевая рот - видимо был в шоковом состоянии, и Андрей резко ударил его по губам, наполняя рот горячей кровью:

- Быстро! Где?! Гортас?!

Раненый молча показал руками куда-то вперёд, вдоль второго этажа, но Андрей и сам уже слышал команды, топот, и звон железа, надетого на толпу стражников.

А ещё - голос Гортаса, который он запомнил на всю жизнь - глумливый, надменный голос человека, привыкшего к тому, что все вокруг удовлетворяли его желания.

Толпа, бегущая по коридору, остановилась, увидев картину - человек, с окровавленным лицом, с двумя клинками в руках, а вокруг лежит куча трупов, наваленных,как поваленные деревья. Чужак смотрел на них, наклонившись над лежавшим стражником, потом с отсутствующим лицом, на которое бросали неверные блики факелы в руках толпы - встал, не глядя вонзил острие клинка в шею раненого, и медленно пошёл на толпу.

Прозвучала команда, толпа раздвинулась в стороны, вперёд вышли лучники, мгновенно натянувшие луки и пустившие свои смертоносные снаряды в грудь чужака. Бесполезно. Он смахнул стрелы, как кот, сбивающий лапой мотылька, и оскалив белые зубы, сверкая жёлтыми светящимися глазами, лишь ускорил свой шаг. Ещё три стрелы разлетелись в стороны, отбитые молниеносными клинками, и человек побежал на охранников, рыча и выкрикивая какие-то непонятные слова.

Андрей матерился по русски, вспоминая все слова, какие знал, а потом просто заревел:

- Ааааааа! - и врубился в толпу.

Ему нужно было пройти через них, чтобы достать Гортаса, видневшегося где-то позади и раздающего команды.

Он уже не надеялся уйти живым, и впал в боевую ярость берсерка, который не обращает внимания на раны, лишь бы достать противника.

Он забыл, что у него есть семья, дети, друзья - осталась лишь всепоглощающая ярость, желание убивать и добраться до этой глумливой рожи, что мелькала в конце коридора.

Лица слились в одно лицо, тело послушно следовало инстинктам - не мысли, а инстинктам. Оно знало, что надо увернуться, и ударить, пропустить над собой меч, и ткнуть в горло, отбить саблю - разрубить её владельца до грудины.

Время остановилось - фигуры людей как манекены - стояли, медленно двигались, поднимали и опускали оружие, иногда прилетала стрела, которую Андрей смахивал прямо перед своим телом. А иногда и не успевал - две стрелы торчали в ключице и мешали ему двигаться, царапая кость острыми наконечниками.

Куртка набухла от крови, время от времени его обжигал очередной удар, прилетевший откуда-то сбоку - в такой толкотне было нельзя было увидеть ВСЕ удары, как ни старайся. Он парировал все опасные, и самое главное - уберегая голову. Если повредят мозг - ему конец.

Из глубины коридора прилетели две сети, утяжелённые по краям грузами, наподобие рыболовных сетей. Он знал эти ловчие сетки - их применяли стражники для захвата буйных преступников, которых хотели взять живыми. Чтобы потом публично казнить, конечно.

Андрей увернулся от одной, поднырнул под вторую, упав под ноги солдатам. Они навалились на него толпой, рассчитывая подмять массой. Он встал, вместе с шестью здоровенными солдатами, впившимися в него со всей отчаянностью и силой, на которые были способны, выронил один из клинков, и свободной рукой стал отрывать от себя и отшвыривать вцепившихся 'пиявок'.

Он разбрасывал их, в воздухе протыкая и разрубая клинком, и вдруг остановился, не понимая, что происходит, и почему его никто не бьёт. Оказалось - некому бить. Те, кто на него нападал - лежали перед ним, и вокруг него, молча глядя в потолок мёртвыми глазами, или постанывая в луже крови. Андрей посмотрел вдоль коридора, и увидел Гортаса, стоящего метрах в тридцати от него. Тот стоял, довольно улыбаясь, и показывал на Андрея группе парней, внимательно разглядывающих залитого кровью, израненного врага:

- Видите, что может сделать один, всего один опытный боец, ставший оборотнем? Учитесь, бездари! Вы не верили, что мы можем захватить мир? Смотрите - вы такие же! Сильнее всех, быстрее всех, опаснее всех! Со мной вы будете делать то, что хотите, будете выше всех! Браво, Андрей Монах! Браво! - Гортас похлопал в ладоши, и глумливо развёл руками - но извини, тебе придётся умереть! Сегодня пришла пора испытать моих мальчиков. Ты как их встретишь - своими сабельками, или перекинешься? Интереснее было бы, если бы ты стал Зверем. Им практика, а тебе...тебе же всё равно в каком виде умирать, не правда ли?

Андрей задумчиво кивнул головой, и двинув рукой метнул саблю в пол. Она воткнулась в пластину паркета и осталась стоять, покачиваясь, как под порывами ветра. Стукнули о пол стрелы, выпавшие из тела в момент трансформации, обратная трансформация устранила все порезы, все проколы и рассечения.

Рядом со стрелами валялся засапожный нож, который Андрей второпях и не заметил у себя в боку. Зажили повреждения внутренних органов, полученные им во время боя. Вот только рубаха со штанами пострадали, треснули по швам, не выдержав волн трансформации, когда тело Андрея корёжило, изгибало в разных направлениях. Куртка уцелела. В карманах перекатывались цилиндрики патрон, Андрей оглянулся по сторонам и с облегчением заметил рядом с собой высовывающийся из-под трупа вещмешок с пистолетами. Когда его пытались повалить - сорвали вещмешок.

Он дёрнул за верёвку, затягивающую горловину, та не поддалась, затянувшись в глухой узел. Тогда рванул ткань, она лопнула и тяжёлая воронёная сталь оказалась в руках Андрея.

Гортас с интересом смотрел за манипуляциями жертвы, которую он уже считал мёртвой, и увидев, что Андрей зажал в руке какие-то предметы, с насмешкой спросил:

- Ты собираешься бороться с моими ребятами этими дубинками? Глупец! Хоть сабли возьми, что ли! Тебе парами парней посылать, или всех скопом?

Андрей не ответил, и лишь подумал о том, что хорошо бы сейчас залечь вон там, у лестницы, с пулемётом 'Корд'. И тогда глумливая улыбка сразу же слетела с лица Гортаса. Навечно. Вместе с головой.

'Двадцать человек!' - думал он - 'Двадцать оборотней. Если они пойдут все сразу... Почему они пойдут? Почему не я?!'

Андрей сорвался с места и со всех ног бросился к Гортасу. До того было около тридцати метров - за сколько можно пробежать это расстояние? Секунда? Две? Неизвестно. Но стартовал Андрей так, что его мышцы просто взвыли от невыносимой нагрузки.

Противник не ожидал такого резкого спурта, и подарил ему секунду времени. Только через секунду Гортас крикнул:

- Убейте его!

Почему он помедлил? Кто знает... не поверил своим глазам, не ожидал такой наглости? Решил подпустить поближе - зачем? Гортас был безумным, и обладание сущностью оборотня отнюдь не добавило ему разума. Нельзя точно сказать - какие мысли в тот момент копошились в его голове. Но факт есть факт - он подарил Андрею такую драгоценную секунду. И потерял жизнь.

Стая трансформировалась, когда Андрей уже подбежал на расстояние эффективного выстрела. При всей мощи этого оружия, сказать, что оно было снайперским - нельзя. И Андрей не мог рисковать, стреляя с расстояния в тридцать метров. Когда ты не уверен в оружии, в его точности, ты должен сделать так, чтобы расстояние, с которого ты стреляешь, было максимально коротким. И тут был ещё один фактор - Андрей не ставил перед собой цели убить всю Стаю. Ему нужно было уничтожить Вожака. Убив Вожака, можно и драпать. А если нападут ВСЕ оборотни сразу - ему конец. Он убьёт четверых - остальные его разорвут. Значит что? Значит - как бы не казалась безумной его атака, она была единственно правильным решением. Андрей всю свою жизнь выживал именно потому, что умел принимать единственно правильное решение. Иногда совершенно не думая. Инстинктивно. Как сейчас.

Гортас находился уже в пяти метрах от Андрея, и видя, что тот приближается, успел перекинуться в Зверя. Но поздно.

Пуля встретила врага в прыжке, через разинутую пасть прошла в мозг и вынесла всю черепную коробку, забрызгав кровью и мозгами замешкавшихся на старте оборотней.

Труп отбросило назад, на изготовившихся в прыжке членов Стаи, и те замерли, недоумённо глядя на дёргающееся тело того, кто был для них больше чем отец и мать, больше, чем вся родня - он был Вожак! Тот, кто посылает на смерть, тот, кому принадлежала вся их жизнь, тот, с кем они были связаны узами прочнее стальных.

Пока Стая смотрела на труп Вожака, Андрей мгновенно сориентировался, и ударив плечом дверь справа, ввалился в какую-то комнату, из которой, похоже, и вышел ранее Гортас. На двери был здоровенный засов, и захлопнув дверь, Андрей задвинул железный брус - именно он и служил засовом - только тогда позволил себе осмотреться по сторонам, чтобы понять, куда он попал и как отсюда выбраться.

То, что он увидел в этой комнате, заставило его вздрогнуть. Пыточная. Похоже, что он отвлёк Гортаса в самый приятный момент его жизни - на стене висела молодая женщина. Её руки притянуты к стене стальными захватами и разведены в стороны. Ноги тоже в захватах. Голова притянута стальным обручем. Тело обнажено, и по нему виднелись следы многочисленных пыток. У женщины был вырван глаз - он висел на тонких нитях у щеки. Следы пыток были так ужасны, что Андрей невольно отвёл глаза. Она была мертва. С такими повреждениями жить не может ни одно существо. Да и аура её соответствовала ауре трупа. Серо-чёрная, гадкая...

В коридоре раздался дикий вой, леденящий в жилах кровь. А затем - в дверь ударили с такой силой, что она затряслась и прогнулась, как фанерная, несмотря на то, что изнутри была обита металлическим полосами, составляющими что-то вроде решётки. Сквозь дубовые доски пробились длинные острые когти, и толстая доска была вырвана, как будто это не выдержанный столетний дуб, а сахарное печенье, крошащееся при лёгком нажатии.

Хрипящая оскаленная морда, щёлкая зубами, сунулась в дырку и защёлкала зубами, как безумная. Оборотень завывал, пускал пену и остановился лишь тогда, когда получил 'жакан' прямо в пасть.

- Минус два - спокойно сказал Андрей, и переломив пистолет, вставил новые патроны - осталось девятнадцать.

- Минус три - сказал он, подойдя к дыре и выцелив ещё одного бесноватого, снёс ему башку. Оборотни прыснули в стороны, и перед дырой уже никого не было. Минуты три тихо, потом возле дыры раздался чей-то голос:

- Ты умрёшь! Ты всё равно умрёшь. Тебе некуда деваться. Оттуда нет выхода. Нет окон. Нет дверей. Ничего нет. Стены и потолок. Мы не выпустим тебя живым. Ты ответишь за Вожака. Ты умрёшь!

- Что ты заладил - умрёшь, умрёшь! - насмешливо бросил Андрей - сунь сюда свою морду, и ты умрёшь. Попробуй, возьми!

- Ты не сможешь без воды и еды - глумливо захохотал голос - мы подождём, когда ты ослабеешь и потеряешь сознание! Ты запер себя в темницу, там и сдохнешь. А мы подождём, подождём. Теперь я Вожак, первый инициированный. И я тебе обещаю - ты умрёшь.

Андрей поискал, на что сесть, нашёл табурет, и уселся к стене так, чтобы видеть дыру в двери, и не видеть растерзанного тела женщины. Он был серьёзен и хмур - Вожак был прав. Если отсюда нет выхода - он попался. Выходить нельзя - эти твари разорвут его. Застрелить он может только четыре штуки за раз - больше перезарядиться не дадут. При всей его скорости. Победить пятнадцать оборотней не сможет, даже если перекинется в Зверя - порвут. Их много. Бежать? Они бегают с такой же скоростью, как и он. А может и быстрее - он был ранен, потерял энергию. Хотя он и перекинулся туда и обратно, в Зверя и обратно, но всё равно часть силы потеряна - на восстановление, например. Да и на ту же самую трансформацию. Накопилась усталость, организм сжигал ресурсы, и через несколько дней Андрей просто умрёт от голода. Что делать?

Мысль всё возвращалась и возвращалось к одному - всё ли правильно он сделал? А если бы побежал к лестнице, пока те раздумывали на телом Вожака? Может у него был бы шанс? Вряд ли. Догнали бы и убили. А если бы успел выскочить наверх - Шанти всё равно бы не успела подхватить. И ещё хуже - второпях ошиблась бы и врезалась в крышу. Тогда и ей конец - без чешуи она лёгкая добыча для Зверей. Так у него хоть есть время всё обдумать. Поискать выход. Неужели и правда всё так плохо? Андрей встал, и пошёл обследовать стены комнаты.

Она была не очень большой, несмотря на высокие потолки, вровень с потолками в коридоре. Напоминала пенал длиной двадцать метров, и шириной десять.

Стена , где висела мёртвая женщина граничила с другой комнатой и была обита тонким железом.

Стена противоположная от двери - глухая - Андрей постучал по ней - монолит. Вероятно несущая стена. Толщина таких стен доходила в Балроне до полутора, а то и двух метров. Зачем? Во-первых безопасность. Такую стену - попробуй, пробей, даже таран не возьмёт. Дом-крепость. Во-вторых - комфорт. В жару камни неохотно нагревались, и в комнатах всегда было прохладно, как будто работал кондиционер. Строились эти стены из красного обожжённого кирпича. И пробить их каким-то способом - кроме бетонобойных орудий - было невозможно. Впрочем - можно сделать подкоп, поджечь, забросать камнями величиной с корову...бла бла бла... - всё это бред и фантазии, решил Андрей. Приземлённее надо думать и не отвлекаться на всякую хрень.

Итак - стену наружу не пробить. Пол. Что с полом? Посмотрел по сторонам, нашёл в 'инструментах' молоток с пятнами и присохшими кусочками подозрительно бурого цвета. Брезгливо поморщился, чуть не бросил это орудие пыток. Потом собрался с духом и стал долбить паркет, выбивая из него пластины дерева. Снял несколько штук, дошёл до перекрытия только нацелился на то, чтобы продолжить свою разрушительную работу, как вдруг услышал:

- Эй, чудак, ты там не пол собрался разобрать? Не трать силы. Мы тебя там ждём с распростёртыми объятиями. Лучше сам выйди, сдайся. Умрёшь быстро. Возможно. А так будешь умирать долго!

За дверь заржали, потом послышались голоса и в дыру кто-то заглянул. Андрей метнул молоток, и он в кого-то попал - раздался протяжный стон и отборная ругань.

- Эй, ловкач - ты ухайдокал начальника охраны хозяина! Теперь охранники тебя тоже не любят! Лови подарочек! - в дыру сунулся арбалет и болт с визгом отрикошетив от металлической стены, с чавканьем вонзился в бок женщине.

- Ты живой? Ты там не умирай - мы свежатинки хотим! - обладатель голоса благоразумно скрывался за дверью, и у Андрей было неистовое желание пальнуть прямо сквозь створку. Но он сдержался. Патроны нужны, да и может они вообще провоцируют его на стрельбу. Чтобы истощить боезапас. Зарядов оставалось чуть больше тридцати штук.

Заряды, заряды...а если опробовать прострелить потолок? Стену не взять - боковые перегородки может бы и прострелил, но там тут же окажутся оборотни - смысл тогда какой? А какой смысл в пробивании потолка? И там они будут. Вот это влип...что, неужто пришло время умирать? Шанти с ума сойдёт от горя... Шанти! Шанти, шанти - Андрей покатал имя на языке, и выругал себя - нельзя втравливать девчонку. Верная погибель. Однако - заманчиво, заманчиво...поговорить с ней? Стоит упомянуть, что он в ловушке - и она тут же попрётся его выручать. Или он не знает Шанти! Впрочем - за последнее время она сильно поумнела, остепенилась...ну не сильно, но остепенилась. В любом случае стоит с ней поговорить и рассказать, что происходит. Иначе она полезет узнавать сама, и может влипнуть в неприятности. А может он просто подсознательно всё-таки хочет, чтобы драконица его выручила? Болвана, попавшегося в ловушку? Даже если это угрожает её жизни? Хммм..наверное. Он же её тоже выручал...тоже рисковал жизнью... Обругал себя - как только ощутимо запахло сырой землёй могилы - куда девались принципы, мозг цепляется за любую возможность пожить подольше. Нет - ну а что делать? Хуже-то не будет, если он поговорит с Шанти! Или будет?

Совсем запутавшись в рассууждениях, Андрей мысленно сплюнул, попробовал связаться с драконницей, и тут же получил грохочущий, яростный ответ:

- Ты какого демона перекрылся?! Ты чего молчишь, болван ты эдакий! Я чуть на приступ не пошла, тебя выручать! Ты где? Что с тобой? Как твои дела?

- Я в ловушке. Слушай внимательно - Андрей подробно описал то, что с ним происходило после того, как он расстался с Шанти. Она долго молчала, потом решительно заявила:

- Я иду на приступ. Спущусь в коридор, и всех этих оленей перекусаю. А ещё - спалю.

- Стой! Не делай этого! Там их как грязи - сбоку высунутся, воткнут тебе копьё в бок, и поминай как звали! Надо что-то другое придумать. Мне бы стену пробить, или потолок...

- Легко.

- Что легко? - не понял Андрей

- Легко пробить.

- Как?

- Обыкновенно - прожечь. Я за пять минут такую дырку в камне прожгу - лошадь пройдёт. Только вони будет, пламени - ужас чего!

- А сбегутся? И тогда что?

- Пусть попробуют. Спалю.

- У тебя насколько струя огня добивает?

- А я знаю? Далеко бьёт. Не знаю - насколько далеко, не пробовала.

- Так, так...интересно, интересно... слушай что - а ты можешь пустить через выход на крышу облако парализующего яда?

- Хммм...поняла! Да, в коридоре все полягут. Не до стрельбы будет. А если не полягут - слезами обольются, это точно. Кроме оборотней - на них не действует. Я пробовала. Их только пламенем.

- Но они и не будут палить из луков и арбалетов, правда ведь?

- Не будут. Итак - я запускаю облако яда в коридор, потом бегу к тебе, прожигаю дыру и ты как-то выбираешься наверх, да? Я тебя хватаю, и мы показывает им зад. Они расстроены, вопят, кидают вслед присохшим прошлогодним дерьмом, плюются...

- Так - хватит! Без фантазий. Так и сделаем.

- Стой! А как я узнаю, где ты находишься? Где мне прожигать-то?

- В общем так - лови картинку. Видишь? Где крестик, тут примерно я и нахожусь. По правой стороне, в шестидесяти метрах от выхода наверх. И вот ещё что - прожигай угол. Тут до верха допрыгнуть можно, но трудно. А ещё - края будут раскалёнными, и мне не по нраву, если мои драгоценные руки превратятся в головёшки. Чем я тогда буду тебя за гребень таскать, когда ты провинишься?

-Тьфу на тебя - хохотнула Шанти - кто бы тебе ещё дал таскать меня за гребень...когда он отрастёт. Ладно. Всё. Готовность...ноль минут. Пошла искать место, где ты обитаешь.

- Ты прислушивайся эмпатическим чуством, должна меня учуять. Давай, детка, на тебя весь расчёт. Папочка попал в ловушку.

- Я бы сказала, куда ты попал...но не буду. Пошла. Я уже на крыше, тихо бегу. Никого вокруг нет. Валяется труп без головы...какой-то придурок затаился у каминной трубы...не тронула, бегу дальше.

- А чего не тронула?

- Воняет он. Обделался похоже. Полны штаны дерьма, аж мимо пробегать противно. Не хочу я до него дотрагиваться. Бегу, нет отвлекай...ага, где-то тут.

- Ты про облако не забудь! Вначале его пусти!

- Точно. Вот дура. Забыла. Бегу к входу. В придурка плюнула. Затих. Завтра отойдёт. Или раньше. Ну воняет - как дохлая рыба. Мы, драконы, никогда так не воняем.

- Ага...а кого я тогда из мусорного бака вынул? Кто вонял так, как дохлая рыба?

- Это было давно и неправда. Я такого вообще даже не помню! А я если у тебя такая память хорошая - прожигай дырку сам! Видишь ли - ему запах мой не по нраву!

- Тихо, не балуйся. К делу.

- Готово! Шикарное облако, поползло! Бегу к тебе!

В коридоре за дверью кто-то закричал, забегали люди, послышались звуки падений, потом знакомый голос крикнул:

- Ему кто-то помогает! Они травят нас! Быстро, тащим сюда ту штуку, скорее!

Минуты две было тихо, потом в коридоре тяжело затопотали, и на дверь обрушился тяжёлый удар, такой, что она чуть не слетела с петель. Андрей подбежал к дыре, но ничего не увидел - её заслонили чем-то вроде щита. А в дверь продолжали бить, с кряканием и гиканьем:

- Давай! Иэххх! Ещё немного! Давай, давай!

В комнате запахло горелым, и в углу, противоположном двери, обуглились шёлковые обои, распространяя запах палёной ткани и помойки. Шанти немного промахнулась и попала точно между комнатами, в межкомнатную стену.

- Девочка, немного правее, ты попала между комнатами! - напряжённо сказал Андрей, наблюдая за сотрясающейся дверью - поскорее, милая, мне сейчас оторвут причиндалы. Они притащили таран и вышибают дверь!

- Сейчас! Не мешай! Стараюсь как могу!

Шанти и вправду старалась со всех сил. Потолок наверху стёк белыми светящимися каплями прямо на паркет, отчего в том образовалась чадящая чёрная дыра. Комната утонула в удушливых клубах дыма, отчего Андрей раскашлялся, стараясь не потерять из виду разбиваемую дверь. От раскалённого сводчатого потолка занялись обои по всей комнате, раскалился металл, которым была обита стена с мёртвой женщиной на ней, запахло горящим мясом и кровью.

Наружная стена комнаты рухнула одновременно с дверью.

Андрей разрядил пистолеты в морды появившихся в проём оборотней - попал или нет - неизвестно. Вероятно попал, потому что те заверещали, завыли и на пару секунд подались назад. Тогда он крикнул Шанти:

- Лови меня влёт! - и разогнавшись выпрыгнул в дыру, надеясь, что драконица его подхватит. Ну, если нет - в любом случае приземлится с высоты третьего этажа земной пятиэтажки - не так уж и смертельно. А вот получить толпу оборотней на многострадальное тело - это как раз может быть фатально.

Успела.

Шанти подхватила Андрея почти у самой земли, с руганью и криками:

- Ты что?! Предупредить же надо заранее! Я тебе не птичка! Во мне массы как в табуне лошадей, ты соображаешь?!

В пробитую стенную дыру завыли, клацая зубами оборотни, а снизу в парочку друзей полетели стрелы - одна из них чуть не воткнулась в зад Андрею, пробороздив глубокую рану по внешней поверхности бедра.

- Валим отсюда, скорее! Эти твари чуть не насадили меня, как на вертел!

- Меня тоже - яростно крикнула Шанти - сейчас я им! Ну, держитесь! - она сделала разворот, и не обращая внимания на ругань Андрея, требующего лететь как можно дальше и быстрее из этого вертепа, направилась к стене здания, поливая всё, что было перед ней струёй синего пламени, напоминающего по цвету пламя газовой горелки.

Перегретая плазма мгновенно зажигала одежду, надетую на людях, они полыхали как факелы, с дикими криками разбегались в стороны, и через несколько секунд в дворе с этой стороны здания не осталось ничего живого. Лежали полыхающие трупы, да весело горели постриженные в виде причудливых фигур кусты. Один из них, как заметил Андрей, изображал дракона и ему в голову пришла мысль о причудливости вывертов судьбы.

Но Шанти не ограничилась такой 'мелкой' местью. Она подлетела к пробитой в стене дыре, зависла, хлопая крыльями, и буквально выжгла комнату, похоронив несчастную жертву вместе с её палачами.

В синем пламени мгновенно погибла стая Гортаса - вряд ли кто из них выжил в этой доменной печи, устроенной разгневанной драконницей. Шанти висела и поливала струёй 'напалма' поместье Гортаса до тех пор, пока языки пламени не стали вырываться из всех окон с этой стороны здания.

Наконец-то удовлетворившись местью, Шанти тяжело полетела в сторону порта, туда, где можно было приземлиться не цепляя крыльями за соседние дома.

Площадка для приземления нашлась возле воды, там, где заканчивались здоровенные корабельные сараи. Она вначале выпустила Андрея, благополучно приземлившегося на ноги и не потерявшего равновесия, потом совершила посадку сама, пропахав в прибрежной гальке длинную полосу и врезавшись носом в полуразбитую шлюпку, вросшую в берег.

Андрей подбежал к Шанти и обнаружил в крыльях драконицы три стрелы - одна вошла глубоко под правое врыло, возможно задев лёгкое, две другие торчали в левом крыле, пробив трубчатую кость.

- Только не надо говорить - 'Я же говорил!' - со стоном сказала Шанти - лечи, скорее! Больно - ужасно!

Андрей аккуратно, стараясь не обломить наконечник, вырвал стрелу из лёгкого Шанти и тут же, остановив хлынувшую кровь, начал её лечить. Рана затянулась минут через десять и Шанти задышала свободно как и раньше, перестав хрипеть и булькать кровью в горле. Две другие стрелы не представляли никакой опасности, и после извлечения были подвергнуты надругательству в виде топтания драконьими лапами и мочеиспускания прямо на их останки.

- Только не говори, что я невоспитанная! Я терпела до последней возможности - проворчала Шанти и без сил рухнула, отойдя всего на три шага - как я устала, ты бы знал!

Андрей подошёл к уродливой здоровенной морде, распростёршейся на берегу, встал на колени, и обняв её руками поцеловал прямо в чешуйчатый нос:

- Спасибо, сестрёнка!

- Эй, эй! Что за нежности! - буркнула довольная Шанти - мы с тобой брат с сестрой, а не любовники! Оставь свой пыл для Анты! Ну что, братишка, мы с тобой молодцы?

- Молодцы - подтвердил Андрей и плюхнулся рядом, раскинув руки крестом и глядя в сереющее предутреннее небо - честно говоря - уже прощался с жизнью. Сам не верю, что мы выбрались. А народу сколько перебили! Что там говорит твоя совесть насчёт невинных перебитых нами охранников?

- Она говорит - да и хрен с ними! Надо думать - кому служишь. Работа их такая была - защищать подонка. Кто виноват, что они оказались не в том месте, не в то время?

- Ага...точно - сонно подтвердил Андрей - ну что, пойдём домой?

- К купцу, что ли? Да ну его, а? Полетели сразу домой, в Анкарру?

- А поесть? А одеться?

- Да плевать. Ты одетый, а меня если что - сунешь в карман. Полетели? Что нас держит? Вещи почти все тут. Красное платье, что ты мне купил - пусть его купец надевает и торгует прямо в нём. Весь город сбежится на посмотреть.

Шанти хихикнула, помолчала, и уже серьёзно спросила:

- Как думаешь, мы остановили гражданскую войну? Всё закончилось?

- Думаю - остановили - вздохнул Андрей - предводителя нет, денег платить за содержание армии некому - они разбегутся. Вот только...

- Что? Что тебя беспокоит?

- Гражданской войны не будет, но это войско, что он тут собрал, ни черта просто так домой не вернётся. Начнутся грабежи, начнутся междуусобицы. Нам всё равно придётся сюда прийти и навести порядок. Это же наш Балрон, а не чужая страна. Люди, что живут тут, имеют право на спокойную жизнь. Но это потом. Когда закончится сезон дождей. Правда - полетели, домой, что ли? Ты отдохнула?

- Ага...могу лететь. По дороге поохотимся, отдохнём где-нибудь у речки, отмоем тебя...ты бы видел свою физиономию - ужас просто! Демон!

- Ты бы себя видала - хмыкнул Андрей и тяжело поднялся на ноги - летающий демон! Давай, поднимайся, пора домой. Наши там небось уже с ума сошли, нас ожидаючи.


## Глава 9


- Господи, я ведь тогда чуть не померла от страха за тебя! - Антана прижалась к боку Андрей, забросив на мужа обнажённую ногу и крепко обняв за шею - хотела уж бежать за тобой, искать!

- Только этого не хватало - ответил Андрей, улыбаясь в темноте спальни - одну замучился выручать, и другую пришлось бы.

-Кстати! - Антана приподняла голову - а Шанти мне рассказывала, что она тебя выручала...что, врёт?

- Хмм...я её выручал, и она меня выручала, и мы оба выручали друг друга - вывернулся Андрей - нормально всё. Повыручали, и прилетели. Делов-то...

- Мда...оба тощие, как будто вас два месяца голодом морили. Даже сейчас ещё худой, как узловатый вяз. Шанти мне много порассказывала...а ты вот молчишь. Почему? Она в курсе всех твоих дел, всегда с тобой, а я...ты мне не доверяешь? Думаешь, что я дура? Что не смогу тебе помочь? - Антана обиженно надула губы и слегка отодвинулась от Андрея.

- Ты не дура. Дуру бы я не полюбил. Дуры годятся только для постели. Да и то... Ты - моя любимая, мать моего ребёнка. А ещё - императрица большого государства, в котором живут сотни тысяч людей. И ты не имеешь права подвергать их опасности, оставляя государство без контроля. Случись что со мной - есть ты, которая продолжит моё дело. Ты в курсе всех дел, я не скрываю от тебя никакую информацию. Ты учишься быть императрицей, и хорошо справляешься со своим делом. И тебе нет нужды участвовать в операциях, которые могут закончится твоей гибелью. Даже ради спасения Шанти. Даже ради моего спасения. Я запрещаю тебе это делать и впредь!

- А как ты мне можешь запретить, хихикнула Антана - я твоя императрица, самодержица. Ничего ты мне не можешь запретить. А я могу тебе приказывать всё, что угодно!

- Начинай - усмехнулся Андрей

- Целуй меня! Ну-ка, крепче! Ага, вот так...ещё...ага...ох, как я соскучилась...бродишь вечно непонятно где, а я -жди. Чего остановился-то? Неужто кого-нибудь нашёл, в твоих героических поездках? Другую женщину?! Нет? Докажи... Ну-ка, доказывай как следует...вот таааак....сильнее, сильнее...ну! Вот! Хорошо...

***

- Докладывай. Что сделано за эти два месяца?

- Многое, но не всё. Вы же в курсе, господин советник? Мне ещё раз всё пересказать?

- Перескажи. То что я, как на работу ездил на завод ничего не значит. Мне нужно обобщить сделанное. Итак, начинаем - что сделано?

- Пять пушек. К каждой по сотне снарядов с болванками. Производство взрывчатки пока стоит на месте. Не можем добиться производства чистого толуола, хотя процесс идёт. Возможно - сегодня-завтра что-нибудь получится.

- Почему сегодня-завтра?

- Сделали хорошие термометры, кроме того, вчера в ночь приплыл корабль с нефтью. Кстати сказать, я вам забыл сказать - один корабль потерян из-за пиратов. Этот прошёл чудом. Капитан попался очень опытный, а ещё - судно имеет малую осадку и ушло по мелям. Иначе бы...

Андрей скривил губы - пираты в последнее время были его главной проблемой - время от времени пропадали суда, на которых везли нужные ему грузы. Через Данеро он забирал свой же груз, который пираты привозили на продажу, но каждый раз его просто корёжило от того, что он вынужден финансировать разбойников. Киноварь, нефть, серный колчедан, сера - всё могло просто пропасть - зачем пиратам эти объёмистые и дешёвые грузы, сбыть которые практически невозможно? И пропадали грузы. Вульгарно выбрасывали в море, и всё. Это же не золото... А империи они были совершенно необходимы - рядом с оружейным заводом уже стоял химический завод, на котором производили серную и азотную кислоту, порох, пытались разделить на фракции каменноугольную смолу и нефть. Тут же были построены печи литейщиков, и через стену - прокатные станы, уже выдающие продукцию - листы металла и бесшовные трубы. Немного, но пока достаточно для нужд производства. Паровые машины для обеспечения энергией заводские цеха должны были вступить в строй на этой неделе.

Самую первую паровую машину поставили на деревянный корабль, который Андрей взял из флота береговой стражи. По размеру он соответствовал земной трёхмачтовой шхуне, которой, в общем-то, и являлся. Только на палубе у него стояли две баллисты, а борта были высоко подняты и обшиты дубовыми досками - для защиты от лучников. Корабль назывался 'Акула'. Андрею понравилось это название, и он распорядился поставить судно на переделку. Сейчас корабль был практически готов, ожидал ходовых испытаний, а ещё - установки на его палубу орудий. Мачты убирать не стали - на всякий случай, вдруг машина не будет работать как следует. Подготовили помещения для абордажной группы, погреба для снарядов, отсек для угля - в общем, всё что нужно кораблю для счастливого плавания. И войны. Самое главное - корабль обшили бронёй. Броневыми листами. Весь. Его не могла пробить ни стрела, ни дротик, который метнут из катапульты. Он не сгорит, если на него забросят горшки с 'демонским огнём' - смеси нефти и фосфора. Если, конечно, они не попадут в пороховой погреб...то бишь орудийный. Тогда конец. Но кто бы им позволил приблизиться на расстояние выстрела из катапульты?

- Сделана очередная партия штуцеров и снайперских винтовок. Кстати - сегодня доставили первые прицелы со стеклянными линзами, как вы и показали. Это сказка! - Энар прищёлкнул языком - приближает - как будто рядом стоишь! И почему никто до сих пор этого не сделал? Непонятно. Так же очевидно - несколько линз, и всё далёкое стало близким! Есть пять приборов для винтовок, и два прибора для капитанов, как вы их назвали - бинокли. Получилось отлично. Сделали три винтовки по особому вашему распоряжению - крупнокалиберные, и патроны для них - с усиленным зарядом пороха и стальным сердечником. С ними пришлось повозиться. Но сделали. Пушки уже установили на 'Акулу'. Сегодня утром. На турели, как вы и сказали. Вращаются вокруг оси. Две штуки - на нос, и на корму. Отстреляли по два снаряда - всё работает хорошо. Ну что ещё...всё идёт так, как вы сказали, господин Андрей! Работаем в три смены, без выходных.

- Как себя чувствуют рабочие в таких условиях?

- А что им? Дома им дали, деньги платят, трактиры в городе работают - чего им ещё надо? Жрут, пьют. Безобразничают. Как вы и сказали - мы завели свою, заводскую стражу. И тюрьма своя есть. Если что-то серьёзное - будем отправлять к вам на суд. А дебоширы - порем, сажаем в камеры. Так-то пока ничего серьёзного не было. В городе Оружейном тихо, чисто, благостно. Церковь открыли - люди ходят туда, молятся, довольны. Школа ещё не готова, строится. Забавно - теперь желающие работать на нашем заводе стоят в очереди, пороги обивают, чтобы их взяли. Нравится жалование, условия - и дом хотят. Как вы и сказали - дом тем, кто будет работать на заводе. Уходят - дом освобождают. Все это знают. Но пока уходов не было. А может - холостым рабочим не будем давать дом? Зачем им?

- Затем, что они приведут жену, нарожают детей, которые будут работать на заводе. Я же тебе уже говорил.

- Деньги. На всё это нужны деньги. Размах велик, денег не хватает. Всё ухнуло, как в сортирную дыру. Я сам не ожидал, что так много уйдёт. Нужно ещё по крайней мере двадцать миллионов на ближайший месяц. Я вам предоставлю отчёт за каждый медяк - мы с братом ничего себе не взяли, кроме жалования. Да и то почти не тратим - хватает питания, которое даёт завод.

- Как Акур? Не спятил ещё?

- Нет! - рассмеялся Энар - очень даже здоров и весел, я заставляю его бегать вокруг завода, драться на саблях с телохранителями, питаться как следует. Так что он здоров и крепок, только очень зол. Ему не нравится, что даже в сортир ходит с четырьмя солдатами, держащими оружие на взводе. Говорит - ничего из себя выдавить не может, когда рядом сопят четыре здоровенных рыла.

- Пусть терпит - улыбнулся Андрей - он слишком нам дорог, чтобы допустить его, даже случайную гибель. И болеть ему нельзя.

- Господин советник... - нерешительно начал Энар - а куда мы так торопимся? Сезон дождей к концу, да, но ведь Гортаса уже нет? Это же вы его убили, так? Мне рассказали беженцы из Орнига. Все говорят, что там появился советник императрицы, на крыльях, огнедышащий, и сжёг Гортаса вместе с его приспешниками - Дикой Охотой. Конечно - насчёт огнедышащего - это бред, но то, что по рукам ходят наши гильзы к крупнокалиберному пистолету 'Орёл', с которым справляются только немногие, в том числе и вы - наводит на мысль о том, что не всё в словах этих несчастных враньё. Это вы уничтожили Гортаса. Не отвечайте, нет - я понимаю - государственная тайна, но вот какой вопрос - ЗАЧЕМ нам торопиться? Зачем мы не спим ночами и делаем оружие? Гортаса ведь нет...

Андрей посмотрел в простодушное лицо директора завода, и прикинул, что проще - послать его по известному адресу, или же что-то ему рассказать? Если рассказать, то - что? И зачем? Впрочем - если не доверять своему ближайшему подручному - кому доверять? И ещё - его никто не заставляет говорить всю правду...

- Во-первых, нам нужно послать корпус на Юг, в Орниг - тебе беженцы что рассказали о той местности? О городе? Как там люди живут?

- Плохо живут - пожал плечами Энар - чего бы они оттуда бежали, если бы жили хорошо? После того, как убили Гортаса, его армия разбежалась по округе - кто-то ушёл домой, но многие собрались в отряды, банды и начались грабежи. Начальник охраны Гортаса с большим отрядом захватил одно из поместий хозяина, объявил себя графом и теперь терроризирует соседей. Война идёт. Впрочем - виду, вы всё и без меня знаете. Так что, готовимся к походу на Юг?

- У нас висят три основные проблемы - мятежный Юг, пираты, которые уже на шею всем сели, и...Славия. Ты не забыл, что за спиной у нас висит огромное государство, которое так и ждёт, чтобы всадить нам нож в спину? А кроме того - драконы. Четвёртая проблема. Да, да, не строй удивлённые глазки - драконы. Я же тебе про них рассказывал. Ты думаешь - шутил, что ли? Три оставшиеся пушки ставь на турели, и пусть охрана круглосуточно несёт службу! Снаряды с картечью. Болванкой можно промахнуться. В любой момент может быть атака драконов! И давай скорее налаживай с толуолом - нам взрывчатка нужна как воздух! Только учти - толуол штука очень ядовитая, пары его чистая отрава. Надышишься - умрёшь. Все умрут, кто не будет осторожен. Чтобы без вытяжки никто не работал, слышишь? И тем, кто работает с ядами - двойная оплата.

- Они и так много получают - попробовал возразить Энар - и ещё двойную оплату?!

- Двойную. И этого ещё мало...опасная вещь. Береги и химиков, и рабочих. Пусть работают при включенной вытяжке и в перчатках. И наказывай, штрафуй за несоблюдение техники безопасности. И вот ещё что - к тебе придёт госпожа Шанти - проведи её по цехам, покажи рабочих. В склады с порохом и горючими материалами пускай только проверенных ей людей. Ты представляешь, если кто-то бросит факел в склад с порохом? Кстати - склад надо вынести подальше о основных цехов и поставить сильную охрану. Штуцерников. И склад со снарядами - тоже. Я распоряжусь прислать к тебе охрану. Пушек, пушек давай! Больше давай! Что такое пять пушек? Смех один!

- Не всё сразу - хмыкнул Энар, уйдя в свои мысли - доделываем ещё десять. К концу недели будут. Медленно идёт, но мы же должны выдержать стандарт? Вымеряем всё до мелких долей, чуть не точно сделали - будет заедать затвор! Ствол скривим - его может и разорвать...как прошлый раз. Чуть пушкарей не прибило. Эти-то пушки нормальные, отстреляли нормально, а вот первые...

- Когда оптику для пушек сделаете?

- Не знаю - покрутил головой Энар - это посложнее биноклей будет. Но сделаем. Времени не хватает. Мы хватаемся за всё сразу, и пытаемся объять необъятное. Мы захлёбываемся в заказах - и то надо, и это надо. Вы как будто скачете на лихом скакуне - пришпориваете, только брызги летят! Люди не привыкли так работать. Ворчат.

- Нечего ворчать - тяжело сказал Андрей, подняв глаза на Энара - кому не нравится - гони прочь. Они получают хорошее жалование, им гарантирована спокойная старость - по договору с заводом. Какого демона им ворчать? Вон всех недовольных!

- Нет - так-то работают, поспешил заверить Энар - только удивляются...и ещё, господин советник, тут такой шкурный вопрос...вы же с моим отцом были на паях? Как теперь обстоят дела? Не подумайте чего-то плохого, просто уяснить для себя - какое место я занимаю в этом мире.

- Место? - усмехнулся Андрей - место очень важное. Очень. Не зря я и к тебе приставил четырёх телохранителей. Теперь ты навсегда государственный человек. Тебе будет предоставлена пенсия, тебе выплачивается жалование по уровню бургомистра, не зря ведь? Кстати, могу попросить императрицу, и тебе, за особые заслуги, даруют наследственный титул дворянина и воинский чин, например - генерала. По статусу директора оружейного завода ты как раз подходишь под генерала. Хочешь? Тогда тебе пойдёт ещё и жалование за звание. И будет даровано небольшое поместье. Как и твоему двоюродному брату, кстати. Впрочем - его, скорее всего, это мало интересует. Что касается доли...понимаешь, какое дело...мы подписывали с твоим отцом договор на то, что каждый будет получать в пропорции с вложенными им средствами. Деньгами, то есть. И от прибыли. Прибыли у нас нет, и непонятно когда будет. Завод фактически уже давно государственная собственность, принадлежит императорской семье. Ты же понимаешь, что есть разница между отцовской мастерской и заводским комплексом, в который вложены десятки миллионов золотых. Тебе будет компенсирована стоимость мастерской отца - по высшей ставке, какая только может быть. Плюс ещё такая же сумма премиальных. И как я уже сказал - поместье и титул. Надеюсь, что тебе этого достаточно.

- Да я и не претендовал ни на что? - махнул рукой Энар - просто надо как-то понять, кто я, в каком статусе на заводе и в жизни. Спасибо, что позаботились обо мне. Приму всё с благодарностью. Забавно - сын механика - дворянин. А какое дворянское звание мне дадите?

- Придумаем что-нибудь - улыбнулся Андрей - ты на верфь со мной поедешь? Завтра утром спускаем 'Акулу' на воду. Будут ходовые испытания. И постреляем, кстати. Пройдёмся - может пиратов прихватим.

- Нет. Как ни жаль - дел по горло. Я пошлю на испытания двух механиков, что занимались постройкой и установкой машины. И двух пушкарей, чтобы учили ваших солдат стрелять. Мы с Акуром будем заниматься другими делами. Жаль, очень жаль.

- Как знаешь - кивнул головой Андрей - тебе на заводе что-то требуется? Продукты? Материалы? Ещё что-то?

- Не заморачивайтесь с этим, господин советник. Всё, что требуется - это деньги. Нужно закупать, нужно платить жалование. Кстати - цена на металлы выросла. Что-то надо делать с этими рудокопами. Последние караваны пришли по цене в полтора раза выше.

- Почему? В чём проблема?

- Говорят - вот так получилось. Мол, трудно стало работать, бла бла бла и всё такое. На мой взгляд - как только увеличился спрос - они подняли цену. С этим надо что-то делать.

- Сделаю - спокойно сказал Андрей, но от его спокойствия у Энара побежали по коже мурашки - лицо советника было жёстким, и холодным как лёд на горных вершинах. Зря это рудознатцы решили поживиться на проблемах государства. Теперь головы полетят.

- Господин советник, вы надолго заморозили постройку цельнометаллического судна? Будете вообще его строить?

- Будем. Но попозже. Вначале спустим на воду 'Акулу' и ещё пару 'хищников', а уж потом...

- Тут такая штука...вы нам показали, как сделать один мотор...так вот - Акур его почти сделал. Осталось довести до ума, и...может его поставить на новый корабль?

- Не отвлекайтесь от дела! - рассердился Андрей - у нас нет топлива для дизеля! Нужно строить ректификационную колонну , нужно...в общем - выбросьте из головы. Займитесь пока тем, что есть. Потом, когда-нибудь.

- Но мы всё равно будем разделять нефть на фракции, так почему не...

- Я тебе сказал. Хотите - в свободное время делайте. Если оно у вас есть. Но чтобы то, что я заказал - было сделано. Не злите меня! Вы хоть прокатные станы наладьте как следует - производительность очень низка.

- Так всё вручную - обиделся Энар - мы и так в кратчайшие сроки и печи сложили, и валки отковали! Ночи не спали! Зря обижаете, господин советник. Всё, что можно мы из станов выжимаем - он уткнулся глазами в пол и засопел.

Андрей чувствовал его обиду и примиряющее сказал:

- Не обижайся. Я нервничаю, мне надо пушки, а всё как будто застыло...не терпится получить оружие. Я чувствую, как над нами нависает угроза, всей душой чувствую - и мне хочется поскорее подготовиться к грядущему...

- А хотите подарок? - просиял Энар - пойдёмте, я вам покажу, что сделал Акур. И всего за два с небольшим месяца! Ну не гений ли? Глядите! - Энар сорвал покрывало с некого сооружения в углу, и Андрей замер - на него смотрела копия пулемёта 'максим'.

- Глядите - вот сюда заправляются патроны, а вот тут взводится. И пока нажимаешь вот тут - он стреляет! Мы думали - как сделать, чтобы не перегревался ствол, и придумали! Вот сюда наливать воду, и он будет охлаждаться! Единственно, что беспокоит - большой расход патрон. Но если стрелять по идущему на нас войску - многие из них попадут в цель. Ну как вам? Мы назвали его 'акур'! Как брата!

- Его называют 'максим' - бесцветно сказал Андрей, глядя в жерло крупнокалиберного монстра - вы сделали его под винтовочные патроны?

- Ну да...не делать же для него отдельное производство патрон, правильно же? Пятнадцатимиллиметровые патроны, такие как у снайперских винтовок. Мы эти патроны сейчас печём, как пирожки. Много народа работает, прессы сделали, станки. Пороха хватает = химики колдуют вовсю. Так что патроны будут.

- Лента на сколько патрон?

- Лента? А! ну да - верно, лента - на триста патрон. Мы её как кольчугу сделали, из звеньев. Потом её снова набить патронами, и всё. Лент есть десять штук. Все уже набиты. Как вы сказали? 'Максим'? А где его так называют? Разве такие уже есть? Акур очень расстроится. Вы ему показывали эскизы, но там были другие конструкции, а тут... Он подумал - а почему бы не вставить патроны вот в такую полоску, и чтобы по мере расхода они сами уходили в оружие? Это какая будет скорострельность! Восторг один!

Андрей смотрел на счастливого изобретателя, и думал - что он творит? Он, Андрей! В средневековый мир, который всегда в состоянии войны, принёс страшное оружие. И вот что получилось - безумный гений сделал ещё более страшное оружие, обладая которым армия будет непобедима!

Андрей вспомнил, как читал о том, что пятьдесят англичан в течение полутора часов сдерживали наступление целой армии туземцев в Африке. У них были винтовки и четыре максима. Армия отступила. На поле битвы насчитали три тысячи трупов! Три тысячи...за полтора часа. Это ли не производительность? Смерть была счастлива, собрав такой урожай. Теперь Андрей с его армией самые могучие силы в этом мире. Пока оружие, его секреты не расползлись по всему миру...

А они всё равно расползутся, и тогда...тогда будет то, что на Земле - смерть, страшные войны, сотни тысяч и миллионы трупов. Надо ли это? И тут же ответил себе - без трупов ничего в мире на становилось. И хорошо, что оружие в его руках, а не в руках тех же исчадий. Та же палка может служить орудием труда, а можно треснуть ей по голове книгочея - чем палка виновата? Ну давайте - запретим палки! Ведь они опасны!

Так и оружие - в правильных руках это средство сдерживания Зла. Ну а в неправильных...

- Энар! - Андрей прервал бурную речь инженера и свои мысли - сколько таких пулемётов вы можете сделать...ну...к примеру...за месяц?

- Десять - с готовностью откликнулся Энар - понимаете, их производство ручное, и приходится каждую деталь доводить до ума. Потому - медленно идёт дело.

- Энар, послушай меня внимательно - жёстко сказал Андрей, и Энару показалось, что странные жёлтые глаза советника засветились - первое: мне нужно максимальное количество этих пулемётов как можно быстрее. Второе: если я узнаю, что кто-то передал на сторону секреты производства оружия, любого - даже простого патрона - он умрёт. Обеспечь охрану секретам. К тебе, как я уже сказал, приедет госпожа Шанти, возможно с госпожой Олрой - ты им всё расскажешь и покажешь, и сделаешь в отношении безопасности то, что они скажут. Если они покажут пальцем на кого-то, прикажут в него стрелять - ты берёшь пистолет и стреляешь. Понял?

- Понял... - растерянно сказал Энар - я как-то не думал над этим...

- Тебе не надо над ЭТИМ думать. Тебе надо думать над изобретениями. А ещё - над тем, как организовать производство. Кстати - замов себе подобрал?

- Да. Дельные ребята, половина из них ещё у отца работала.

- Прежде чем допустить к секретам - пусть их посмотрит Шанти. Если она даст 'добро' - тогда возьмёшь. Будь осторожнее, считай, что мы в состоянии войны. И дай мне пулемёты!

- Дам. Один сегодня же доставят на 'Акулу', второй завтра утром, его доделывают...

- Нет! Один на 'Акулу', второй на вышку охраны, чтобы прикрывал воздух и территорию завода. Обучи с им обращаться охранников, которые завтра к тебе прибудут. И делай, делай ещё! Порадовал ты меня, ох, как порадовал! Быть тебе бароном! Барон Энар - тебе нравится?

- Нравится - просиял парень, и Андрей усмехнулся - как мало человеку нужно для счастья! Вот ему лично плевать на все эти титулы и звания, а человек от счастья чуть в штаны не написал. Ну какая ему разница, как его называют? Да директор Оружейного Завода в сто раз круче, чем какой-то заштатный баронишка!

С этими мыслями Андрей пошёл к выходу из кабинета

- Я тебе сказал - привезти мне усиленную винтовку и патроны, или забыл? - вдруг остановился он на пороге.

- Сейчас распоряжусь - кивнул Энар и тут же покричал посыльного, дежурящего внизу, у проходной в заводоуправление. Тот стремглав бросился бежать к складам оружия, зажав в руке бумагу с подписью директора.

***

- Все в сборе - удовлетворённо сказал Андрей, и осмотрел присутствующих - у нас прямо-таки женский коллектив. Один я мужчина, как, одинокий дуб на перекрёстке дорог. Итак, продолжается основная тема - где нам добыть деньги на дальнейшее строительство завода, и вообще - на чиновников. Какие будут предложения? Кто первый начнёт?

- Пусть Антана начинает - хмыкнула Шанти - она самодержица, так что пусть и отдувается.

- А чего я-то ? Вы с Олрой там чего-то решали, я чего вам? Я подписала? Подписала. Вот и отвалите от меня! Мне ребёнком заниматься надо. И думать, как мужа ублажить. Кстати - когда мы оформим отношения, мой дорогой? Сколько мы ещё будем перебегать из комнаты в комнату, как любовники? Коими мы на самом деле и являемся. Официально ты муж Олры. Олра, вы когда с ним планируете развестись?

- Когда с патриархом решим вопрос - нахмурилась Олра - этот козёл не желает разводить, пакостит. Вражина ещё та. Грохнуть бы его...

- Это дурное влияние Шанти - хмыкнул Андрей - ей бы только голову кому-нибудь оторвать. Элегантнее надо работать.

- А чего я, чего я - возмущённо завопила Шанти - а чего, верно она говорит! Грохнуть его, и всё! Я бы давно этому козлу башку оторвала, если бы не ты! Чего ты его прикрываешь-то? На кой чёрт он нужен?

- Нет. Мы не можем так поступить - жёстко сказал Андрей - да, он нам мешает. Но я уже сказал вам, как надо сделать. Что вы сделали по этому вопросу? Шанти, Олра, вам было поручено разобраться с патриархом. Что накопали?

- Накопали - довольно хмыкнула Шанти - вполне хватит чтобы свалить негодяя. Но может всё-таки башку оторвём?

- Рассказывай, что и как.

- Вот документы, они доказывают, что патриарх занимается прелюбодеянием с несовершеннолетними девочками в борделе Данеро - Шанти положила бумаги на стол перед Андреем - это показания судьи, показания девочек, показания понятых-стряпчих. Кроме того, есть сведения, что патриарх использует деньги паствы в личных целях. Ему, через подставных лиц, принадлежат магазины во многих городах. Он торгует продуктами, тканью, коврами. Налогов с этого не платит, так как лавки оформлены на Церковь, мол - они торгуют церковной утварью. На самом деле они торгуют другими товарами, деньги идут в его карман. Кроме того, есть информация, что он пытается наложить лапу на торговлю металлом, через своих людей перезаключает договоры с поставщиками.

- Так это он?! - Андрей в сердцах стукнул кулаком по столу - тварь какая! Цены на металл поднялись в полтора раза. Я собираюсь монополизировать добычу металла. Хватит уже таскать из нашей земли всё, что не лень.

- А земли, принадлежащие частникам? Их ты как заставишь не добывать металл? Они на своей земле имеют право делать всё, что хотят - резонно заметила Антана - если их зажать, могут начаться бунты.

- Подумать надо - кивнул головой Андрей - запретить разработки мы не можем, а вот запретить торговлю слитками металлов - запросто. Всю продажу металлов надо брать в свои руки. Олра, займись. Разработай правила, по которым мы монополизируем торговлю металлами. Кстати - как у тебя дела с казино? Люди ходят?

- Пока осторожничают. Но первые уже пошли. Думаю - дальше больше будет. Я сделала всё, как ты сказал. Денег вбухали уйму. Обрадую - хороший приход с винного дела. Монополия государства на вино - великое дело. Деньги в казну идут. Но...пока что не так, как планировали. Укрывают производство. Кроме того - возят из частных поместий с юга. Юг надо прижимать.

- Возят? Значит надо ставить заслоны на дорогах! Поговорю с Фёдором, поставим заслоны - перекроем поступление. Местных тоже прижмём - на всех воротах проверки - никуда не денутся. Шанти, как вы добились того, что судья зафиксировал шалости патриарха? Каким образом?

- Запросто. Этот Данеро давно собирает информацию о всех клиентах борделей. Есть у него один особо тайный бордель, в его частном поместье. Так вот - там стоят зеркала, очень дорогие штучки...

- Дай догадаюсь - ухмыльнулся Андрей - за ними комнаты, за этими зеркалами, и сквозь них можно смотреть на то, что делается в комнате?

- Точно. Мы сидели на стульях и смотрели, как патриарх ползает по полу, а девки водят его на цепочке, как собаку. Он им лизал ноги...ну и всяко разно. Девок аж пять штук. Наш блюститель нравственности, как видно, не привык скупиться на свои развлечения. Даже судья был в шоке. Кстати - о нём тоже поговаривают, что у него руки шаловливые насчёт денег. Но судья хотя бы нам лоялен. На него есть хорошее досье, в случае чего - прижать его запросто. Я собираю информацию на всех высокопоставленных чиновников и аристократов. Если бы ты знал, как они себя ведут...

- Да знаю я - досадливо отмахнулся Андрей - не первый день на свете живу. Пока они лояльны императрице - пусть хоть лают по собачьи, или дерьмо жрут на обед и ужин. Если узнаешь, что они строят козни государству - вот тогда мы их и прихватим. Все воруют, все берут взятки - для того они и пришли к власти. Но если начнут зарываться или подкапываться под трон - голову долой. Патриарха нужно убирать. И так убирать, чтобы другим острастка была. Вот тебе и ответ - почему я его не убрал раньше. Надо так вывозить его в дерьме, чтобы никто не мог сказать, что он пострадал невинно, что он жертва трона. Чтобы ни одна сука за него не поднялась! Анта, потом позовёшь Зорана - подготовьте указ о том, что Патриарх государственный преступник и прелюбодей. Зиртону прикажите его арестовать. Пусть возьмёт с собой не менее роты штуцерников - у Патриарха сильная охрана, я узнавал. Вот грохнули бы мы его, и что? Мёртвый - он - жертва, святой. С его именем можно поднять народ против императрицы, уничтожающей святых, праведников. Каковым он сразу станет после смерти. А сейчас он кто? Ворюга, государственный преступник, негодяй, прелюбодей! В газету большую статью, и срочно. Итак, вот нам и деньги - патриарх всё-таки попал на кол. Говорил я ему... Слишком он о себе возомнил, поставил себя над государством. Кто завтра со мной на испытания корабля поедет?

- Ты так и не сказал - когда мы с тобой поженимся - Антана мягко улыбнулась и подмигнула - хочу спать с мужем, а не с любовником.

- Как патриарха уберём, поставим нового, так и займёмся семейными делами. Разведёмся с Олрой. Потом, через неделю - поженимся. Устроим пир во весь мир, пригласим аристократов. Кстати - время от времени надо устраивать балы. По времени ты уже официально должна окрепнуть после родов, так что надо налаживать контакт с дворянством.

- Это верно - заметила поскучневшая Олра - меня уже не раз спрашивали о том, что - не гнушается ли императрица общества аристократов? Намекали, что возможно она просто выскочка и не умет себя вести в обществе. А я вам скажу - нельзя отбрасывать этих людей. Они мстительны, они злопамятны, и через какое-то время, объединившись, решат, что пора бы и поменять императрицу на более правильного императора. И герцог Монах, говорят, гнушается их общества, тоже выскочка. После того, как вы поженитесь, нужно обязательно принимать аристократов, прикармливать их. Этим вы избежите лишних междуусобиц и гражданских войн. Опора на простой народ, конечно, это всё хорошо, но среди аристократов много умных и высокообразованных людей. Вы упускаете возможность привлечь их в своё лагерь. А если они не в вашем лагере, то возможно - будут в чужом.

- Ну и башку им свернём - усмехнулась Шанти - всем свернём! Андрей рассказывал - в его мире всех аристократов уничтожили. И что? Выжили же.

- Одних уничтожили - других создали - заметил Андрей - ты права, Олра. Абсолютно. Учту. Ну что же, давайте расходиться. Как там Марго, Олра? Я её совсем и не вижу. Не болеет? Если что - сразу беги ко мне. Будем лечить. Никаких лекарей. Кстати - что там с постройкой больницы?

- Ну что...строят. Медленно только. Деньги нужны - пожала плечами женщина - а ещё нужны нормальные лекари. Ищем. Анта везде разослала приказ, всем градоначальникам - найти хороших лекарей и доставить в столицу. Отберём приличных, остальных отпустим. Только мне кажется они все придурки, как те, что мне кровь пускали. Их учить ещё надо - как лечить людей. А кто будет учить, если все такие, как они? Ты будешь учить? У тебя нет времени. Кто будет их учителем?

- Не знаю - признался Андрей - надо подумать. Не знаю. Если что-то надумаете - скажите мне. Обсудим. Ну всё, разбежались - Андрей встал, подал руку Антане, та тоже встала, и они оба вышли из комнаты. Остались Олра и Шанти, задумчиво смотрящие им вслед.

- А ответ-то и не выслушал - горько вздохнула Олра.

- Какой ответ? - недоумённо вскинула брови драконица

- Про Марго. Спросил. А ответа и не дождался. Ушёл. Наплевать ему на своего ребёнка. Да ладно...я же ему говорила, что не претендую на его отцовство. А всё равно обидно...

- Давай разберёмся - спокойно ответила Шанти - во-первых, несмотря на то, что ты отвергла его любовь, его предложение, Андрей до сих пор немножко тебя любит. Не возражай - я это знаю. И не важно - откуда. Во-вторых, нежно любит Марго. Но он мужчина. Он не может сидеть целыми днями у колыбели с младенцем. Он воин, он добытчик. На его плечах огромная ответственность, и мы должны ему помогать, а не осложнять его жизнь. Кроме того - он до сих пор не может свыкнуться с мыслью, что у него есть дети. Ты приучай его к этому - приноси дочь, когда будет возможность, давай подержать на руках. Он не будет против, я знаю. Олра, хочу тебя спросить... я видела, как ты отреагировала, на то, что сказала Антана. Это о разводе. Тебя просто покорёжило. Ты же знала что так будет! Почему это так тебя расстроило? Не объяснишь? Не смотри на меня так - я не чужая, доверенное лицо Андрея, и переживаю за него, за своего брата. Хочешь откровенно? Если я узнаю, что ты в отместку строишь какие-то козни в отношении Андрея - я тебя убью. Не сомневайся в этом ни секунды. Ты умрёшь, если я тебя на этом поймаю. Даже если он запретит. Андрей будет ругаться, будет меня материть, но потом простит. Так что давай начистоту - какие у тебя планы, и как ты планируешь жить. И ещё учти - я чувствую, когда врут. Просто знаю это.

- Догадываюсь. Странно - и откуда он тебя такую взял...сестру. Всё равно ведь не скажешь, да? И он молчит... Нет, я так просто, не хмурься. Твоя тайна это твоя тайна. Ну что сказать - да, люблю я его. И кроме того...ты знаешь, сколько я уже без мужчины? Во время беременности, после беременности... А я ведь люблю это дело. Очень люблю. Иногда лягу спать, представляю Андрея, и... В общем - трудно мне без мужчины. Кого-то завести? Любовника? А как посмотрит на это Андрей? Ему будет неприятно, тем более, что я официально его жена. Если бы он хоть иногда...но ведь он и слышать об этом не хочет! Он любит Антану и не хочет её обидеть. Какие планы? До конца жизни оставаться без мужика, похоже на то. Или уходить от Андрея и жить своей жизнью. Найти какого-нибудь приличного человека...или наоборот - покупать мальчиков и пусть меня удовлетворяют! Самой себя радовать уже как-то надоело... Что касается интриг - да бог с тобой, какие у меня могут быть интриги против отца своего ребёнка?! Драгоценного ребёнка, которого я ждала долгие годы, плакала в подушку, над тем, что у меня никогда не будет дочки. И вот - есть. Это счастье. И ещё - если с Андреем что-то случится, устранят от власти его и Антану - мне не жить. Многие только и ждут, чтобы порвать меня на части. Я же его жена, пусть и бывшая. Так что волей-неволей мне его поддерживать до конца жизни. Или уходить, насовсем.

- И к чему ты склоняешься?

- Не знаю.

Олра прикрыла глаза, вцепилась в поручни кресла так, что её пальцы побелели. Шанти всё это время прощупывала женщину эмпатическим чувством - нет, та не врала. Драконицу обеспокоили слова Олры по поводу того, что уйдёт от Андрея - женщина очень много делала для трона, была очень умна, и отпускать её было бы неразумно.

Практичной драконице были странны эти страсти по поводу отсутствия постели, она не понимала этого бурного желания совокупиться с мужчиной, но пожив с людьми принимала их такими, какие они есть. Ну что поделать, если такова ситуация? И Шанти решила обсудить это с Антаной. Именно с Антаной, а не с Андреем, потому что и так было известно, что скажет её 'брат'. Скорее всего, просто пошлёт её подальше, и всё, заявит, что они как-нибудь и сами разберутся в своих постельных делах. И что это не её дело. И вот тут Шанти была с ним категорически не согласна - именно её дело. Ведь Андрей ей не чужой. И его дела были для неё близки так, как если бы это были её дела.

Шанти усмехнулась - как то незаметно именно так и стало - его дела стали её делами. Почему, как это случилось - можно рассуждать долго и трудно, но факт есть факт. Она отдавала себе отчёт, что заниматься делами государства ей было интересно. Разве не приятно знать, что твои действия, твои усилия приводят в движение процессы в человеческом обществе? Власть всё-таки приятна, не зря старейшины так в неё заигрались. Шанти, конечно, не такая...но что-то сродни их чувствам она ощущала. Иначе она не смогла бы так эффективно работать для Андрея. Но всё-таки, основным фактором была дружба, и скорее даже братская любовь в этому странному человеку. Ради него она была готова на всё. Без всякого сексуального влечения - ну не смешно ли предполагать - любовь между летающей рептилией и человеком! Но что-то наподобие этой самой любви было. Как это не странно звучит.

- Я поняла тебя - кивнула головой Шанти - ну что же, займёмся делами? Зови сюда Зорана, будет решать, как нам ухайдокать этого демонова патриарха. Вот дурак - это надо же было так зарваться, чтобы навлечь на себя гнев Андрея! Вот и получит, как следует.

***

- Ты спишь? - Антана легко дотронулась пальцем до плеча мужа, и тот открыл глаза, как будто сейчас только не витал в цветных снах. Ему почему-то приснилось море, только не это море, а земное, Красное, и мириады цветных рыб, кружащихся у его руки. Когда он жил в отеле, то уходил на риф, взяв с собой пару-тройку яиц, сваренных вкрутую, ложился на воду у края рифа и крошил их рыбам, как будто это были не рыбы, а голуби где-то на площади в Риме. Собирались тучи рыб, от самых мелких, до здоровенных, в метр длиной, а он смотрел, смотрел, смотрел...

- Ты чего не спишь? - усмехнулся Андрей - и мне не даёшь спать. Может всё-таки поедешь завтра со мной на испытания корабля?

- Знаешь же, что нельзя - грустно усмехнулась Антана - кто-то из нас должен оставаться во дворце. Мало ли что случится...тут наши дети. С Шанти поедешь. Я попросила её, чтобы она тебя берегла. Когда Шанти с тобой, я спокойнее. Она не даст тебя в обиду.

- Это когда ты с ней говорила? Когда успела-то?

- Она со мной связалась. И кое-что мне рассказала про Олру. Шанти с ней беседовала, когда мы с тобой ушли.

- И что там с Олрой? - посерьёзнел Андрей

- Вот слушай...

Минут десять Антана рассказывала то, что ей передала Шанти. Потом замолчала, в комнате воцарилась тишина.

- И что ты от меня хочешь? - недоумённо спросил Андрей - приставить к ней трахальщика, что ли?! Я что вам, сводник? Ну что я могу поделать? Она взрослый человек, и сама знает, как ей жить. Зачем ты мне это рассказала? И зачем Шанти суёт нос туда, куда не надо?

- Она так и сказала, что ты это ляпнешь - со смешком парировала Антана - потому и не стала с тобой говорить. Она связалась со мной, как раз после того, как мы с тобой закончили заниматься любовью. Минуты через три, не больше, как будто знала, что мы делаем.

- Знала, мерзавка, а то не знала...она чует всё, я не могу скрыть от неё чувства. Мы соединены нитью. Всё что я ощущаю, то она чует. Отголоски, конечно, но достаточно, чтобы понять, что и как. Вот я ей задам!

- Не задавай. Она заботится о твоих делах. Обо всём, что тебя окружает. Если Олра уйдёт - это будет нехорошо. Не забывай - она и Марго заберёт с собой.

- Да что вы от меня хотите? Что вам надо? Постой...ты серьёзно? Ты что, правда толкаешь меня на измену? - Андрей поднялся на локте, и недоумённо взглянул в глаза жены - что с тобой? Я тебя не узнаю. То ты ревнуешь к каждому столбу, то...с чего ты решила, что я на это пойду? Ради того, чтобы моя служащая не ушла?!

- Она не просто твоя служащая. Она твоя бывшая жена. И один из твоих вернейших сторонников. Думаешь - мне приятно знать, что ты будешь заниматься любовью с этой женщиной, пусть даже она мне приятна и у меня к ней дружеские отношения? Но это будет правильно. Мне так кажется. И так сказала Шанти. А я ей верю. Она зря говорить не будет. В общем так - я даю тебе разрешение по поводу Олры, но только...чтобы я не знала, и ещё - никаких детей! Дети - только со мной. Кстати - а ты не хотел бы завести ещё ребёнка? Нет - это я так просто спросила. Так вот - может с Олрой, но чтобы я не знала, и...в общем - вот. Все делаем вид, что ничего не случилось, что всё так, как и было, и идём дальше.

- А меня ты спросила? Почему вы с этой рептилией решаете - с кем мне спать?! Андрей рассерженно сел на край кровати, откинув прозрачный полог балдахина:

- Я сам решу, с кем мне заниматься любовью! Никто за меня этого решать не будет! Поняла, дорогая?!

- Поняла, поняла...иди ко мне. Ну что ты сердишься...не сердись. Я просто сказала, что если так случится, что ты с Олрой...то не мучай себя - я дала тебе разрешение. Но только на неё! Узнаю, что ещё с кем-то, я тебе уши ночью откушу! Понял? А измена по разрешению - это не измена. А я тебе разрешила.

- Спасибо, ваше императорское величество - криво усмехнулся Андрей - а ещё чего-нибудь можете разрешить?

- Могу. Можешь сейчас как следует подмять меня. Если силы конечно есть. Есть? Ну тогда к делу? А то всё болтаешь и болтаешь...

- Это я болтаю?! Ах ты....сейчас я тебе покажу, есть ли силы...

***

Андрей искоса посмотрел на запрыгивающую в карету Шанти, и отвернулся к окну, демонстративно игнорируя её присутствие. Карета тронулась, а Шанти радостно сообщила:

- Несмотря на то, что ты строишь недовольную рожу, братец, я тебя всё равно люблю. Вот!

- Но это не означает, что ты можешь совать нос в мои постельные дела. Тебе не кажется?

- Не-а! Не кажется. Твои постельные дела почему-то тесно переплетены с твоими государственными делами, и...

- И мне хочет дать тебе пинка под зад! Чтобы ты полетела, как снаряд впереди кареты, наглая бесстыжая рептилия!

- Мне как - встать к тебе задом? Платье при этом снять? - хихикнула Шанти - если тебе будет легче - ну пни, пни свою сестрёнку! Убей её, жесткосердный мужлан! Ударь, ударь меня своей саблей!

- Что толку-то? Ты уже чешую отрастила - хмыкнул Андрей - не пробьёшь. Не лезь в мои постельные дела, а? У меня и так всё запутано, и ты тут ещё... Интересно - а как Антана отреагировала, когда ты ей предложила, чтобы я время от времени ублажал Олру? Ну чисто интересно, расскажи!

- И не расскажу - церемонно ответила Шанти - у женщин свои секреты! И нечего всяким мужланам совать в них нос! Да ладно, ладно, скажу - ничего я ей не предлагала. Она сама предложила. Так что можешь успокоить свою совесть, когда залезешь на Олру.

- Тьфу! Вот ты противная! С чего ты решила, что я залезу?!

- Залезешь, я знаю...я всё знаюю..я мудра! Я видела, как ты смотришь на бёдра Олры, а её обтянутый зад, и чувствую твоё вожделение. Всё равно не удержишься, хочешь - поспорим?

- Иди к демонам! Не буду спорить. И залазить не буду. Всё. Больше не говори об этом.

- И чего злишься? Потому, что я права? Ладно, ладно, не зыркай так! Всё. Говорим только о...чём? Скажи, а на корабле, где мы сегодня будем, там есть комнаты?

- Каюты называются. Есть.

- А кровати там есть?

- Само собой. Команда же не боевые кони, чтобы спать стоя!

- А Олру чего с собой не взял? Вот тебе и возможность на неё залезть, в корабельной кровати...

- Гадина! - Андрей кинул в Шанти шляпой, которая лежала рядом с ним, та ловко с хихиканьем её поймала и пристроила на голове:

- Мне так идёт?

- Тьфу на тебя! Не идёт! Уродка! По крайней мере - моральная уродка - точно! Ещё слово про Олру - и я с тобой разговаривать не буду!

- Будешь...куда ты денешься. Или мы с тобой записками, что ли, будем обмениваться, как два дурака?

- Шанти, ну правда, не надо поднимать эту тему, а? - взмолился Андрей - мне неприятно, я переживаю, ну будь хоть немного...

- Не буду! - перебила драконица - а чего ты мне врал? Что тебя Олра не интересует? Ведь врал?

- Врал. Довольна? Я с таким трудом загнал глубоко в себя мысли о ней, а ты взяла и всё вытащила наружу! Вот нет у тебя никакого понятия о порядочности! Одно слово - рептилия!

- Какие такие понятия, чушь это всё. Врать сестре не надо - безжалостно закончила Шанти - ладно, оставлю твои потрёпанные чувства в покое. Хочешь удержать Олру - ляжешь с ней в постель. Не хочешь - пусть катится на все четыре стороны. Проживём и без неё. Хотя она нам очень нужна.

- Приехали - тускло сказал Андрей - пошли.

Карета дёрнулась, остановившись, Андрей толкнул дверь и оказался перед строем солдат в камуфляжной форме. Они взяли 'на караул', и салютовали советнику.

- Господин советник! Взвод абордажной команды готов к выходу в море! Докладывает сержант Загран!

- Здравствуйте, солдаты! - отсалютовал Андрей, и обращаясь к Заграну, спросил - командир береговой стражи где?

- Здесь я, господин советник! - отсалютовал кряжистый человек с обветренным лицом - всё готово. Корабль ждёт спуска. Пойдёмте?

Андрей кивнул головой, и пошёл за стражником, глядя в его широкую спину. Это был новый командир береговой стражи - прошлого он с позором выгнал со службы - за бешеную коррупцию. Теперь его судьбой бывшего стражника занимались судьи. А этого он взял по совету Зиртона, командира его личной гвардии. Загран с нынешним начальником береговой стражи вместе вырос, и был его дальним родственником. Но важнее всего - тот был опытным боевым капитаном, и не брал взяток. А это самое главное. Систему береговой стражи нужно было полностью изменять - её съели коррупция, лень и пьянство. Толку от стражи не было никакого.

В доке стояла 'Акула'. Её сдерживал лишь туго натянутый канат - обруби его, и корабль уйдёт в спокойную воду. Под кормой блестел бронзовый винт, а над длинной трубой курился дымок. Паруса убраны, и матросы в ожидании стояли на палубе.

- Приветствую вас, господин советник! Всё готово к спуску - поклонился мастер Воронт - когда приступим?

- Хмм...да сейчас и приступайте - махнул рукой Андрей - чего тянуть. Вы машину запускали?

- Конечно. Вчера гоняли, и на холостых оборотах, и винт запускали - всё работает отлично. Мы готовы. Уголь погружен, продукты, вода - всё есть.

Мастер отошёл к кораблю, подал команду, на нос вышел человек с здоровенным топором, и начал рубить канат. Андрей усмехнулся - положено бутылку шампанского разбить о борт - надо ввести такую традицию. Шампанского нет - так бутылку вина. Моряки всегда были суеверны, эта традиция быстро приживётся.

Наконец, канат поддался героическим усилиям моряка, шхуна вначале медленно, потом быстрее заскользила по смазанным жиром полозьям и с шумом ушла в воду. Андрей с лёгким волнением смотрел за потяжелевшим кораблём - не утонет ли к чёртовой матери после того, как на него нацепили кучу железа?! Однако - нет. Корабль спокойно закачался на волнах, отражённых от стен дока. По нему не было видно, чтобы он слишком уж погрузился в воду - судно, как судно.

- Сейчас его отведут к причалу, и мы на него взойдём - пояснил мастер - здесь неудобно на него влезать, высоко.

К корме корабля подошла пузатая барка с рядами вёсел по бокам, на неё сбросили канат, вёсла заработали, и корабль, выкрашенный в чёрный цвет, стал медленно выходить из дока.

Все пошли к причалу, где уже кучковалась абордажная группа, и стали ожидать, когда судно подтянут правым боком. Буксир маневрировал, к нему присоединился ещё один, и общими усилиями они всё-таки приткнули 'Акулу' к причалу. Загромыхал деревянный трап, и по команде сержанта толпа солдат, топая как стадо лошадей перешла на борт судна. Следом пошли и Андрей с сопровождающими.

- Капитан Орсон! - представился мужчина лет сорока, в щеголеватом морском мундире - приветствую вас на борту 'Акулы', господин советник! Счастлив вас видеть у нас! Приветствую вас, госпожа - капитан поклонился Шанти, спрыгивающей с трапа - Господа! В капитанской каюте вас ожидает праздничный обед! Сегодня счастливый день - наша 'Акула' обрела новую жизнь. Сейчас пройдём за стол?

- Давайте всё-таки мы прокатимся в море - усмехнулся Андрей - мы же не обедать сюда пришли.

- А одно другому не мешает - тоже усмехнулся капитан - ну что же, тогда отправляемся.

Посыпались морские команды, снова заработали вёсла буксира, выводя шхуну в открытое море, Андрей же в это время рассматривал то, что сделали на корабле. На корме и на носу стояли зачехлённые пушки, силуэты которых просматривались сквозь брезент. Вся палуба, борта, были обшиты листовым железом так, что казалось, будто корабль целиком сделан из него. Даже если бы на шхуну прилетел зажигательный снаряд - скорее всего, поджечь судно бы не удалось - металл не горит. Впрочем - а кто даст пиратам подойти поближе? Пулемёт поставили между мачтами, тоже укрепив его на турели так, чтобы можно было стрелять и вправо, и влево. Достаточно развернуть корабль к противнику любым боком, и можно поливать врага смертоносными очередями. И мало не покажется - пятнадцать миллиметров это не шутка.

Наконец, канат вытащили, буксир отошёл и корабль задрейфовал на выходе из бухты.

- Ну что, господин советник, командуйте! - улыбнулся капитан - первый наш выход.

- Поехали! - усмехнулся Андрей, и капитан, вторя ему, скомандовал:

- Полный ход! Курс - на запад! - и дёрнул рычаг, переводящий стрелку на полный ход. Такая же стрелка в машинном отделении тоже указала на 'полный ход'. Корабль вздрогнул, и мало помалу стал набирать ход, разрезая волны стальным носом. Море рассыпалось солёными брызгами, сорванными свежим ветром, пахло йодом и рыбой, и на душе Андрея пели трубы - получилось! Всё-таки получилось! Это первый. А за ним последуют другие!

- Хорошо, правда, Шанти? - обернулся он к драконице, стоявшей немного позади

- Хорошо - подтвердила она, и осведомилась - может всё-таки пообедаем? Я сегодня не успела позавтракать.

- Сейчас - кивнул головой Андрей - посмотрим, как машина работает в разных режимах. Капитан, скорость замеряете?

- Да. Уже тридцать вёрст в час! И скорость ещё растёт! Великолепно! Главное, чтобы подшипники выдержали. Но вроде всё в порядке, не греются. Капитан отошёл к рулевому, Андрей же продолжал всматриваться в морскую даль - где-то там находился пиратский остров...скоро он его посетит. Обязательно посетит.


## Глава 10


- Всё, хватит - озабоченно сказал капитан - машина перегружена, механики волнуются. Нормальный ход двадцать пять вёрст в час. Сейчас мы перейдём на парусный ход, пусть машина отдохнёт, а механики осмотрят валы. Вроде как есть небольшая течь, надо сальник поменять. Хочу посмотреть, как работают пушки. У нас есть старая шлюпка, мы специально её с собой взяли. Спустим на воду, попробуем по ней попасть. Только вот волнение слишком уж большое, ветер разыгрался...

- Тогда может попозже? - Андрей посмотрел на небо затянутое тучами с редкими прогалами чистого неба - может стихнет?

- Нет. Не стихнет - мотнул головой капитан - этакая пакость теперь суток на трое, я уже знаю. Ветер с моря, так что дуть будет долго. Кстати - при этом ветре обычно приходят пираты - ветер как раз от них дует.

- Сколько вёрст до пиратского острова? - спросил Андрей, что-то для себя соображая

- Хотите посетить пиратское гнездо? - понимающе улыбнулся капитан - а не опрометчиво ли? Какой бы ни был этот корабль, против флотилии из сотни пиратских судов он не выдержит. Давайте лучше поищем пирата где-нибудь на подходе к материку? Там есть одно место, узкость между рифами - вдоль берега мели, скалы, они там обходят или по мелям, или же проскакивают сходу по фарватеру. Корабли у них шустрые, так что береговая стража обычно не успевает их взять.

- А может она не успевает потому, что пираты им денег за это дают? - вмешалась Шанти, всё это время внимательно наблюдавшая за морем. Драконица была непривычно задумчива и молчалива, так что её вмешательство в разговор удивило собеседников.

- Что скрывать - вздохнул капитан - видимо, дают. Чистить надо структуру. Вот новый начальник береговой стражи пришёл - и почистит. Отличный человек, настоящий моряк. Вообще, я вам скажу, у нас в стране значение флота почему-то принижено. Вы заметили - кроме торговых судов флота практически и нет? А ведь если посадить на корабли армию вторжения, да отправить её морем? А если установить на корабли пушки, и блокировать города? Это хорошо, что пушки у нас, а если бы у Славии? Да они бы смяли нас вмиг! Хорошо, что это оружие у нас, а не у них. А кроме того - у нас не развивается исследование морей! Что там, за морем? Может там другие материки, похожие на наш, и там есть государства, которые могут быть враждебны нам! А если они пожелают нас завоевать? Что мы можем им противопоставить, кроме одной 'Акулы', да пары десятков старых военных судов, которые не могут отогнать даже пиратов? У нас нет никакой информации - что там, за морем, находится. Ни-ка-кой. Нужно посылать экспедиции, нужно плыть в открытый океан.

- А почему это не развивается? - заинтересовался Андрей - почему так случилось? Казалось бы - плыви, исследуй - почему купцы этим не занимаются? Им же прямая выгода, если они найдут новый источник дохода?

- Вы меня спрашиваете? - усмехнулся капитан - я не купец. Но по моему разумению - они просто боятся. Вы знаете, что мы до сих пор, как в древние времена плаваем лишь вдоль побережья? У нас нет приборов, по которым мы могли бы ориентироваться в открытом море. Плыть куда-то, неизвестно куда, рисковать жизнь и имуществом - зачем, если даже не сможешь повторить обратный путь, если что-то найдёшь. Акулы, морские чудовища - всё там, в открытом океане. Мне говорили, что некоторые смельчаки пытались узнать - что же там, за тысячи вёрст от материка, но...все исчезли. Все. Ни один не вернулся. И с тех пор повелось - путешествие в неизвестность - это глупость. Вот так.

- Шанти, как думаешь, не твоя ли родня постаралась? - передал Андрей

- Почему бы и нет? Зачем им давать людям развиваться? Там есть материки, я знаю точно - мать говорила. И люди там живут. Правда я не интересовалась - что за люди, как они там живут - мне это всегда было безразлично. Но то, что там есть цивилизация - это точно. И не одна. На юге материк с чёрными людьми. На западе какие-то рыжие, что ли. Если бы мама была рядом, можно было бы расспросить поточнее.

- Кстати - а ты давно с ней связывалась? Пригласила бы её в гости, мы бы с ней пообщались...

- Хммм...давно не связывалась. Как с тобой закрутилась в делах, так и некогда стало. Да что такое для дракона год-другой? Она меня чувствует, я её тоже. Она здорова, довольна. По-моему даже нашла себе самца, и ты знаешь - как бы в скором времени я не обзавелась сестрой или братом. Скорее всего братом - у нас после рождения самки обычно рождается самец. Есть такие предпосылки, я чувствовала кое-что. Кстати, а вы с Антаной не собрались осчастливить меня ещё и племянницей? В прошлую ночь ты очень активно старался, активнее, чем обычно.

- Шанти, ну сколько раз тебе говорить - это неприлично, подслушивать и подсматривать! - рассердился Андрей - нет, не собрались, не до того сейчас.

- У меня это происходит самопроизвольно, подслушивать, ну что я могу поделать? Вообще-то, вы, люди, слишком много внимания уделяете сокрытию своих естественных потребностей, я уже тебе об этом говорила. Ну что плохого, что вы занимаетесь совокуплением? Все это делают. Почему надо соблюдать такую завесу тайны, делать из этого секрет? Никогда этого не пойму.

- Вот когда станешь человеком, тогда поймёшь - парировал Андрей - я не люблю разговоров о моих интимных делах, ты же знаешь! Зачем опять начала? Просто чтобы позлить меня, да? Ладно, пошли обедать, демон тебя задери. Уговорила! Вся изнылась!

- Я виновата, что ли, что не позавтракала? А вы болтаете и болтаете, несёте всякую ерунду, когда там обед стынет. Имей совесть, а? Голодная сестра тут изнемогает от скуки, а ты торчишь рядом с капитаном...

- Господин капитан! - Андрей прервал поток красноречия Орсона, с жаром рассказывающего о перспективах дальнего плавания - у меня предложение. Давайте мы всё-таки пообедаем, а потом продолжим ходовые испытания. И ещё - когда мы подойдём к этому самому проливу? Ну там, где бродят пираты?

- Часа через два. Она как раз между островом Шинунал и материком. Самое удобное место, чтобы подойти к материку. Там проход между рифами около версты. И от этого места до остова пятьдесят вёрст. Обычно корабли с юга на север и с севера на юг проходят вдоль барьерного рифа. Тут их и ловят. Потому многие купеческие суда имеют очень низкую осадку - чтобы сразу уйти на мели и пробираться между скалами. Очень неудобно. Давно пора заткнуть эту чёртову дыру! Тут нужно дежурить нескольким кораблям охраны, чтобы постоянно держать пиратов в страхе. Но...

- Что 'НО'? - пожал плечами Андрей - поставить пяток кораблей, и они будут стеречь дырку.

- Знаете что - улыбнулся капитан - давайте-ка поговорим об этом за столом. Кстати, я восхищён вами и вашей дамой - как это вы не подвержены болезни качки? Я всё ждал, когда вы начнёте выбрасывать за борт свой завтрак, решил, что вы отказались от праздничного обеда именно потому, ан нет - свежи, как цветки. Настоящие моряки! Поглядите на абордажную группу - все борта загадили. Хорошо хоть не на палубу...сухопутные ослы.

- Привыкнут - усмехнулся Андрей и следом за капитаном спустился с мостика. Сзади кралась Шанти, и по её настроению было ясно, что она сейчас может съесть быка.

Стол в большой капитанской каюте был уставлен холодными закусками. Капитан с улыбкой предложил гостям усесться на кресла с широкими ножками, закреплёнными специальными захватами в полу каюты, и дождавшись, когда Андрей и Шанти присядут, уселся во главе стола.

- Вы будете есть что-то горячее? - спросил он - если да - я сейчас прикажу повару, он может пожарить мяса.

- Да, да - мяса! - тут же отреагировала Шанти - и с кровью. Пусть не сильно прожаривает, чуть подрумянит и всё. А советнику хорошо прожаренного мяса.

- Слышал, Юсан - капитан обратился к стюарду - господин Хестар, а вам? Тоже мяса? Хорошо. А где у нас Загран?

- Он со своими абордажниками нянчится - с улыбкой ответил стюард - они там пластом лежат, помирают. Сухопутники, что с них возьмёшь. Так что он попозже подойдёт.

- Хорошо. Исполняй заказ. Итак, господа - продолжаем разговор о пиратах. Почему мы не можем заткнуть Демонову дыру.

- Какую дыру? - не понял Андрей

- Демонову. Так её называют. Этот самый проход - смущённо улыбнулся капитан - вообще-то смысл названия немного неприличный...для дам. Поэтому расшифровывать не буду. (Ага! Я так и знала! - передала Шанти - мы идём прямиком в задницу! Вот с тобой всегда так - в такую задницу с тобой влезаешь, потом еле-еле вылазишь.) Так вот: как только наши корабли перекрывают проход, пираты уходят на мель. У них суда с низкой осадкой, наши же не приспособлены для плавания на малых глубинах. Между проходом и берегом расстояние около версты - где-то чуть меньше, где-то больше. Наши баллисты не добивают до пиратских кораблей, тем более, что попасть в движущуюся цель с движущегося корабля практически невозможно. Были предложения построить на берегу укрепление,и попробовать перекрыть проход дальнобойными баллистами, но...всё заглохло. Мы отправляли прошение в военное министерство, однако поступил ответ - 'нет средств'. Да и вряд ли баллисты и катапульты могли бы изменить ситуацию к лучшему - юркие пиратские суда уходят по мелководью меняя направление движения, попасть в них и с берега практически невозможно. Сразу предвосхищаю вопрос - постройка таких же судов с малой осадкой? Ну да, можно было бы - если бы кто-то этим озаботился. Никому ничего не надо. Всё запущено. Господину Хестару разгребать эту помойку ещё очень долго.

- Надеюсь - недолго - улыбнулся начальник береговой стражи - как я слышал, господин советник резко взялся за перевооружение армии. Так что и до нас руки дойдут. Надеюсь.

- Дойдут - кивнул Андрей - всё равно не пойму - ну поставьте вдоль всего прохода суда, пусть купцы идут рядом с вами и не лезут на мелководье! Кстати - а почему они не обходят морем? За рифом?

- Бывает и обходят. Но только там опасно - если шторм, даже не спрятаться за риф. Прохода нет. Унесёт в океан - там сгинут. Оттуда никто ещё не возвращался, я уже вам рассказывал. И те же пираты наготове. В общем - этот вот проход между островом Шинунал и материком для кораблей самое опасное место. Впрочем - разбойники попадаются и дальше вдоль береговой линии - пиратские корабли стерегут везде.

- Сколько у них кораблей? Откуда вообще взялись эти пираты? Почему до сих пор они живы? Они ведь и корабли Славии грабят, и корабли Балрона?

- А вот тут вопрос интересный. По нашим данным - только корабли Балрона. Корабли Славии свободно проходят через Демонову дыру, и вообще везде.

- Это как? С какой стати? Вы намекаете, что это скопище бандитов есть дело рук Славии?

- Не знаю - капитан Орсон многозначительно поднял брови - но корабли Славии проходят, и их не грабят. А наши время от времени захватывают. Или у них соглашение с пиратами, или...они есть подразделение Славийского флота. Мы не знаем. Дошло до того, что наши купцы стали вывешивать флаги Славии, чтобы их не трогали. Но пираты всё равно как-то узнают, что это балронцы. Впрочем - как? Останавливают и проверяют. Я слышал о таком случае.

- Шанти, наше упущение! - передал Андрей - это что же получается, у нас под носом база неприятеля, а мы спокойно сидим? И ничего не узнали про то, что сказал капитан. Как так вышло?

- А я что, знаю? - недовольно передала драконица - я с пиратами не общалась, а Данеро ничего про это не говорил. Мне и в голову не пришло спросить. Как-то само собой предполагалось - раз пираты, значит - грабят всех.

- В моём мире было такое - пиратов нанимали на службу, и они грабили суда вражеского государства. За проценты от прибыли. Имели специальные патенты на это дело. Своих не трогали. Я сам так хотел здесь сделать. Видимо - Славия успела раньше нас. Вот тебе и проблема пиратства...представляешь что было бы, начни мы боевые действия со Славией - они могут полностью заблокировать поставки по морю.

- Да, неприятно. Но теперь не заблокируют. О! Наконец-то несут мясо. Я уж готова была съесть этого болтливого капитана вместе с его поваром.

Полчаса собеседники наслаждались едой, обмениваясь лишь короткими фразами. Когда перешли к десерту, капитан предложил вина, но к его удивлению гости отказались, предпочтя фруктовый сок. Откуда ему было знать, что алкоголь на советника и его соблазнительную спутницу не действует. Наконец, и с десертом в виде сладких булочек с мёдом было покончено.

- Ну что же, господа...подходим к Демоновой дыре - сообщил капитан - поднимемся к рулю? Оттуда вам всё будет хорошо видно. Пойдёмте.

Они вышли из каюты, и слегка покачиваясь, когда судно очередной раз мотало на крутой волне, прошли наверх, в будку рулевого, где стоял вахтенный офицер и рулевой сжимал в руках штурвал.

- Что тут у нас, Шассон?

- Господин капитан! За время моей вахты происшествий не было. Прошло два судна купца Эртана, две шхуны. На горизонте вроде бы виднелся какой-то парус, но резко ушёл на мель. Похоже что пираты. Они заметили флаг Балрона и улизнули. Вон, болтаются в полутора верстах отсюда. Скоро подойдём ближе, увидим получше.

- Сейчас увидим - Андрей улыбнулся, и снял с плеча сумочку, в которой лежал бинокль. Капитан давно странновато посматривал на эту сумку на плече советника, но ничего не спрашивал - мало ли что у того в сумке? Кому какое дело, что вельможа носит с собой.

Бинокль сиял полированной медью и был украшен морскими рисунками. Эксклюзивная вещь. Андрею приятно было просто даже держать его в руках.

Сняты крышечки окуляров...и вот - перед глазами появилось неизвестное судно. На нём реял красный флаг, что означало в этом мире принадлежность к сообществу джентльменов удачи. Наоборот - флаг Балрона был чёрным с серебряным императорским гербом.

Пиратский корабль представлял из себя длинную двухмачтовую шхуну с плоской палубой, на которой, на корме и носу стояли баллисты, метающие камни и горшки с зажигательной смесью. Эти камни обычно лежали перед каждым из 'орудий' в специальных ящиках - камни размером примерно с человеческую голову, похожие на ядра для гладкоствольных пушек - таким оружием были оснащены большинство судов этого мира.

На палубе шхуныразмещалось не менее полутора сотен вооруженных людей - они пили, ели, спали - в общем, занимались тем, чем и занимаются солдаты в свободное от службы время. Отсюда не было видно черт их лиц, но очертания фигур, оружие, которое было на них - всё отлично просматривалось, как если бы они находились через дорогу от наблюдателя.

Капитан Орсон с интересом смотрел за манипуляциями Андрея, а когда тот предложил ему посмотреть в бинокль, немедленно согласился и жадно приник глазами к окулярам.

- Вот это да! - воскликнул он восхищённо - великолепно! Где можно купить такой прибор?! За него никаких денег не жалко!

- Это новое изобретение, называется 'бинокль' - пояснил Андрей - покупать ничего не надо, мы будем обеспечивать такими всех наших капитанов. В первую очередь вас. Скажите, что, у их судна осадка меньше, чем у нас?

- Конечно. Они встали на якорь и стоят, как вкопанные. Пережидают. Когда мы уйдём, и появится какой-нибудь балронский корабль, они тут сорвутся с якоря и пойдут его грабить. Видели, сколько там народа? Им главное зацепиться за купца, а влезть на его палубу не представит никакой трудности. Кстати, вы не задумывались, почему они на нас не напали? - озабоченно спросил Орсон.

- Ну как почему...хмм...вы имеете в виду, что наш корабль идёт под флагом Балрона, он не известен пиратам - очертания 'Акулы' ведь изменились - но они уже знают, что это именно она?

- Точно. Уже доложили им. Шпионят, твари. Ну и вещь у вас! Великолепен этот ваш бинокль!

- Ладно - дарю - усмехнулся Андрей - всё равно позже бы получили, берите, вам нужнее.

- Благодарю, господин советник! - расплылся в улыбке счастливый капитан - я отработаю подарок сполна! Погоняем пиратов!

- Кстати, насчёт погоняем - а не заняться ли нам пристрелкой пушек?

- На версту? - недоверчиво спросил капитан - в том месте, где мы будем максимально близко находиться к пиратской шхуне, до них будет верста. Достанем?

- Достать-то достанем...только вот хотелось бы ещё и захватить это судно. Подумайте - как мы сможем это сделать?

- Нереально - отрезал капитан - будут слишком большие потери. Чтобы сейчас до них добраться, надо спустить шлюпки, насадить туда десантников из абордажной группы, и под обстрелом лучников подойти к шхуне, на которой более полутора сотен разбойников, и...дальше продолжать? На мой взгляд, их легче утопить, чем захватывать. Одним пиратом меньше - миру легче. Если бы мы столкнулись с ними на глубокой воде, тогда да - борт в борт, и всё. А там...

- А волнение допускает спуск шлюпок? В такую погоду можно это сделать? - спросил Андрей, обдумывая план действий.

- Можно - почему нет? Шлюпки у нас большие, а там, где мы встанем - риф прикрывает от волнения, вполне можно подойти к пиратам. Но повторяю - смысла нет. Они, скорее всего, пустые...хотя...вы знаете, что-то они глубоковато сидят в воде. Может пограбили кого-нибудь и отстаиваются, чтобы переждать и уйти на Шинунал? Всё может быть.

- Ясно. Где пушкари с завода?

- Вон там, с Заграном возятся, возле пушек и вон той штуки, что ночью поставили. Как её назвали? Пулемёт? Забавная штукенция. Она тоже может стрелять? Я видел, как испытывали пушки - впечатляет. Но это что-то маленькое...

- Может стрелять - усмехнулся Андрей - скомандуйте, чтобы пушкари подошли. И Загран.

Капитан негромко отдал приказ вестовому, и тот со всех ног побежал к Заграну. Через несколько минут командир десантников и три механика-пушкаря стояли перед Андреем. Загран был весел, бодр, как и один из пушкарей. Двое других зеленели лицами, как свежий салат, и едва стояли на ногах.

- Слушаю, господин советник! - отсалютовал сержант

- Чем занимаетесь с пушкарями?

- Обучают нас. Правда - с трудом. Видите, как их полощет? - Загран показал пальцем на одного из механиков, бросившегося к борту и пытавшегося излить досаду и желчь. Рвать ему было уже нечем.

- Слушай меня внимательно, Загран... - Андрей внимательно посмотрел в лицо сержанта, и в течение десяти минут подробно изложил план действий. Сержант ничуть не удивился, не напугался, вообще не выразил никаких эмоций - надо, значит надо. Он побежал к абордажной группе, оставив возле Андрея механиков и солдат, обучаемых пушкарями.

Скоро всё закрутилось, завертелось, забегало и зашумело - десантники грузились в шлюпки, кроме тех, что лежали пластом и еле шевелились. Таких было процентов сорок. Так что в шлюпки уселись около тридцати человек. Им предстояло встретиться с более чем в пять раз превосходящим их противником.

Расчёты пушек побежали к орудиям, двое встали к пулемёту. Андрей взял у капитана бинокль и посмотрел на пиратское судно - там зашевелились, забегали, расчехлили баллисты и стали разворачивать их для метания по шлюпкам. Шлюпок было две - каждая брала пятнадцать человек.

Андрей посмотрел на шлюпки, отошедшие уже метров на двести-триста, и вдруг в одной из них обнаружил Шанти, счастливо улыбавшуюся, будто ехала на прогулку, а не на смертельный бой.

Андрей обернулся, и найдя глазами дежурного офицера взревел, перекрывая шум ветра и плеск волн:

- Кто позволил ей сесть в шлюпку?! Как это вышло?

- Она приказала, господин советник..сказала - вы не против. Как мы могли ей отказать? Взяла саблю и спрыгнула в шлюпку. Мы думали - вы в курсе, так удивились, что женщина идёт в составе абордажной группы. Извините, не знали.

Видимо Шанти почувствовала его гнев, так как весело помахала Андрею, сидя на корме шлюпки, а он скрипнул зубами - вот поганка! Подвергает себя опасности, как глупый ребёнок. Потом немного успокоился - чешуя у неё почти вся отросла, а палить по десантникам он пиратам не позволит.

Шлюпки легли в дрейф на расстоянии четырёхсот метров от пиратов и закачались на волнах.

- Заряжай! - крикнул Андрей - огонь по моей команде! Пли!

Оба орудия рявкнули, оглушив всех присутствующих так, будто рядом ударила молния. Некоторые матросы даже присели от неожиданности и со смехом закрутили головами, потирая уши. Зашелестели снаряды, Андрей посмотрел в бинокль на фонтаны возле бортов - недолёт.

- Поднять стволы на три градуса! Огонь!

Снова рявкнули пушки, и в бинокль стало видно, как один из снарядов ударил в корму, взметая куски обшивки. Второй ударил в борт, под толстые дубовые доски, прикрывающие стрелков от вражеских выстрелов. Болванка снесла кусок барьера и проносясь через палубу, убила трёх пиратов, буквально разорвав их на части.

- Так держать! Беглый огонь без команды! Пулемёт - огонь!

Крупнокалиберный 'акур' начал строчить, поливая палубу пирата смертоносным дождём. Тяжёлые пули довольно кучно ложились по пиратам, пробивали дерево обшивки, как картон.

Люди метались, сбиваемые свинцовым градом, и лишь немногие попытались организовать хоть какое-то сопротивление - судно стало срочно сниматься с якоря, а баллисты выпустили по снаряду, бессильно упавшие не долетая до шлюпок. В шлюпках тоже не бездельничали - они начали палить по пиратам из нарезных штуцеров, для которых расстояние в четыреста метров было совсем ерундовым расстоянием.

На пирате творился кромешный ад - люди падали, как скошенные косой, болванки, выпущенные из пушек разбивали всё, во что они ударяли. В бортах зияли дыры, одна мачта уже обрушилась, сбитая удачным выстрелом пушки.

Пулемёт выпустил полную ленту в триста патронов, второй номер пулемётного расчёта притащил вторую ленту и заправил её в затвор. 'Акур' снова заработал, снося всё с палубы пиратского корабля.

По прикидкам Андрея, за время обстрела было уничтожено более ста пиратов. Оставшиеся залегли за обломками бортов и не подавали признаков жизни. Их корабль качался на волнах, весь в рваных пробоинах, с разбитой кормой, но стоял прочно - похоже, что течей в корпусе не было. Андрей старался стрелять только по палубе, чтобы судно не затонуло.

- Прекратить огонь! - последовала команда, и пушки смолкли с открытыми затворами. 'Акур' тоже замолк. От кожуха пулемёта шёл пар - начал крапать дождик, оставляя шипящие капли на раскалённых стволах орудий.

Андрей прикинул - за время обстрела они выпустили не менее чем по тридцать снарядов в максимальном темпе стрельбы. Все снаряды ушли как надо, ни одну пушку не раздуло, они не начали 'плеваться'. Все снаряды ушли в цель. Теперь дело было за десантниками.

Шлюпки двинулись вперёд, а десантники, чутко следя за тем, что происходит на подбитом судне, палили во всё, что шевелится.

Андрей заметил, что одна из баллист зашевелилась, нацеливаясь на десантников, возле неё копошились люди. Огонь штуцерников снёс половину из них, но камень всё-таки улетел в цель. Андрей с замирание в сердце смотрел, как булыжник с голову человека величиной приближается к шлюпкам и увидел фонтан, взметнувшийся возле лодки, в которой сидела Шанти. Он закусил губу и облегчённо помотав головой, пробормотал:

- Убью негодяйку! Ну, негодная! - потом крикнул - винтовку мне! Дайте винтовку!

Телохранители Андрея куда-то убежали, потом вернулись с чудовищем рода винтовок, напоминающим противотанковое ружья времён второй мировой - здоровенное сооружение на сошках под пятнадцатимиллиметровый патрон.

Андрей как игрушечную подхватил эту убойную штуку, и попробовал пристроиться к борту шхуны, заглядывая в оптический прицел. Он был очень мощным, восьмикратным.

Дослав патрон в патронник, Андрей широко расставив ноги встал у борта, положив винтовку на деревянный брус, и затаив дыхание привычно заглянул в прицел.

Видно было, как возле баллисты, не обращая внимания на ружейный огонь, шевелились люди. Возле борта появились несколько лучников с мощными, изогнутыми как у сарматов луками, а также несколько арбалетчиков. Командовал ими человек в широкополой шляпе - высокий, в чёрном костюме, с саблей в руках. Так как укрытия для стрелков на палубе не осталось, пираты приволокли какие-то бочки, поставив их друг на друга, и становились за ними, готовясь к стрельба.

Штуцерники стреляли часто, но пули по большей части уходили в белый свет - шлюпки бросало на волнах, и прицелиться было очень трудно. Даже тяжеленную тысячетонную 'Акулу' колыхало на крупной зыби - чего там говорить об этих мелких скорлупках.

Андрей прикинул направление и силу ветра, упреждение, которое нужно взять, дождался момента, когда 'Акула' более-менее успокоится, и нажал на спуск.

Отдачей его едва не посадило на зад. Звук был сродни выстрелу из пушки. Из дульного тормоза на конце ствола вырвалось овальное облако огня длиной метра полтора, с отростками, вылетевшими из прорезей в боках. Андрей сам не ожидал такого эффекта, и подумал о том, что надо поплотнее прижимать приклад - плечо ощутимо ныло. Было такое ощущение, будто его лягнула лошадь.

Посмотрел в прицел - капитан так и стоял возле мачты, с удивлением рассматривая дыру в мачте левее и выше. Андрей перезарядил винтовку, и снова стал выцеливать объект.

Выстрел! В этот раз удачно. Тяжёлая пуля, которая могла бы пробить и броню бронетраспортёра, ударила человека в грудь. Он стоял вполоборота, и ему раздробило всю грудную клетку, отбросив человека в сторону на десять метров. Он проехал по палубе, и перевалившись, свалился за борт на поживу акулам.

Андрей пускал пулю за пулей - они прошивали бочки, из которых брызгала какая-то жидкость - вероятно вода. Доставал пулями стрелков, которые, впрочем, после гибели капитана не горели желанием пострелять. Прекратил огонь только тогда, когда десантники уже полезли на корабль, забросив на него 'кошки'. Всегда оставался шанс того, что корабль качнёт неожиданно пришедшей волной, и пуля уйдёт в сторону, попав в кого-то из своих.

Андрей положил винтовку на палубу, и бросившись к капитану, наблюдавшему за происходящим на пиратском корабле, практически вырвал у него бинокль, приникнув к окулярам и пытаясь рассмотреть Шанти. Он успел как раз к тому моменту, когда её стройная фигурка, одетая в мужскую кожаную одежду, по канату взлетела на палубу судна. Потом он увидел её яростно сражающейся с двумя пиратами, потом потерял из виду - Шанти переместилась за мачту, и Андрей яростно выругался.

Он стиснул зубы и передал бинокль капитану, чуть не подпрыгивающему от возбуждения, а сам уселся на ступеньку лестницы, ведущей к капитанской рубке. Дело было сделано. Ещё бы эта поганка не попала в беду...впрочем - у него было чувство что этого не случится.

Так и вышло. Через пятнадцать минут на пиратском судне замелькали сигналы морской азбуки, и капитан прочитал вслух:

- Судно захвачено, потерь нет. Поднимаем якорь, подходим к вам.

Андрей вздохнул, и украдкой потёр лоб. Всё-таки он сильно переживал за исход операции. Но она удалась.

***

- Ты зачем это сделала?

- Тоскливо мне. Какая-то суета, болтовня...так хоть развлеклась.

- Что это за развлечение - рубить пиратов саблей?

- А что - не хуже какого-нибудь другого развлечения. Почему бы и нет? Я же всё-таки хищница, не забывай.

- Ни секунды не забывал. Ты мне не даёшь забыть. Только и ты не забывай - ты ведь ходишь в облике нежной красотки, которой не положено скакать по пиратским кораблям с абордажной саблей! Согласись, это выглядит странно. Люди на тебя таращатся, как на морского змея.

- Пусть таращатся. Они восхищены, в отличие от тебя! Второй помощник целовал мне руки и сделал предложение, на которое я обещала подумать. Боцман нёс за мной саблю и спрашивал, не надо ли госпоже её отполировать, и норовил всё время коснуться руки госпожи. Капитан таращил глаза, краснел, бледнел, и то мне на сиськи глядел, то на саблю.

- А где ты костюм-то взяла? Ты же в платье приехала.

- У второго помощника взяла. Он худенький, как раз впору пришлось. Только в бёдрах немного жало да зад обтягивало. Платье сбросила у него в каюте, пока вы смотрели на пиратов, вот и бегала так - свободная, как птичка.

- Кстати, а чего ты вообще одеваешь человеческое платье? Ну создала бы иллюзию, и всё...

- Во-первых лень. Во-вторых мне нравится носить наряды и менять их. А иллюзия...слишком приземлено. Ты не поймёшь.

- Кстати, насчёт женитьбы...скажи, а ты могла бы создать такую иллюзию, чтобы человек, который находится рядом с тобой, чувствовал именно то, что ты изображаешь? Ну...как бы тебе это сказать...

- Так и скажи - если я лягу в постель со вторым помощником, будет ли он ощущать то же, что с женщиной? Может ли он со мной совокупиться? Так?

- Хмм...ну...в общем так. Не извиняюсь, что спрашиваю такие интимные вещи - ты мне вообще-то должна за все выкрутасы и подсматривания.

- Да от тебя разве дождёшься извинений? - Шанти откинулась на подушку и лукаво посмотрела на Андрея, закинув ноги на спинку кровати и шаловливо шевеля розовыми ступнями.

- Хорошо. Давай разберёмся. Открою тебе тайну драконов - иллюзия - на самом деле не иллюзия, как её понимают люди. Я не знаю, как этот механизм работает, и никто не знает. Вот ты знаешь, как происходят процессы в твоём организме? Впрочем - ты-то может и знаешь... В общем так, расскажу тебе - как мне объясняла мама. Есть некий дракон. Он хочет принять некий вид какого-то существа. Ему необходимо представить, как он будет выглядеть. Мозг подаёт команду, и тело начинает трансформироваться, приобретая тот вид и те свойства, что присущи существу, которое дракон изображает. Ты будешь трогать мою руку, и ощутишь лишь человеческое тело. НО! Я желаю оставить при себе те свойства, которые присущи мне изначально - это свойство моей чешуи отражать удары, это силу, которая присуща моему настоящему телу, это скорость, которая гораздо выше, чем у человека. Но - как я уже сказала, и если я захочу - ты ощутишь лишь то, что с тобой настоящий человек. Ты никогда не догадаешься, что я не настоящая женщина. Пока я этого не захочу.

- Надо понимать, что это ответ на мой вопрос? То есть ты можешь лечь в постель с этим помощником капитана, и он ощутит всё, как с настоящей женщиной?! Ничего себе...ты никогда об этом не говорила.

- Это слишком интимно - фыркнула Шанти - потому у нас и не принято превращаться в других существ. Это считается неприличным, я тебе уже говорила. Более того - волей-неволей организм начинает подстраиваться под тот образ, под то тело, которое ему досталось, и...

- Только не говори, что ты сможешь родить как человек! - потрясённо выдохнул Андрей - почему ты до сих пор молчала, негодная?!

- Я что, должна тебе докладывать обо всей своей физиологии? Может ты мне расскажешь, что ты делаешь с Антаной, когда тебя заливает волна вожделения, такая, что у меня дух захватывает? Почему ты, лично, не любишь об этом говорить, а я должна кричать на каждом перекрёстке? Да, у меня такая физиология. Да, такие способности дал нам Господь - мы, драконы, самые совершенные существа в мире. Мы можем быть и драконами, и кем захотим. Вообще есть версия, что мы, драконы, прародители всего сущего. Вначале Бог создал драконов, а потом уже из драконов, выбравших себе другой облик, образовались все существа, что есть в мире. Да - есть такое старое верование в драконьем роду. Но я в это не верю. Кстати - потомки драконов уже не будут жить десятки тысяч лет. В каждом поколении способности драконов теряются. Говорят, что целый род драконов создал из себя людей и стал жить как люди. Оттуда люди и пошли. От драконов-отступников. Но я в это не верю - мало ли какие легенды есть.

- Нет, постой! Вот у тебя, например, не выросла потерянная чешуя - ну сделай иллюзию, что она у тебя есть! Если ты можешь придать любые свойства - сделай! Почему не делаешь?

- Пойми, я могу придать свойства телу только в пределах того, что у меня имеется! Проекция моего настоящего тела в виде человеческого - вот что такое я! Если у меня нет на боку чешуи в настоящем теле - откуда она у меня возьмётся в проекции?

- Аватара...

- Что? Что такое аватара?

- Ты в человеческом теле - аватара! У нас есть некое верование у одного из самых древних народов, так вот, там бог является на Землю в виде своих воплощений, аватаров - совершенно разного облика. Интересно...может это отголоски того, что наши мира когда-то были едины? Что драконы существовали и на Земле? У нас множество легенд и сказаний, связанных с драконами, и они описываются так, как будто реально существовали!

- Не может быть! - преувеличенно удивлённо вытаращила глаза Шанти - драконов же не бывает!

Они рассмеялись, а потом Андрей осторожно спросил:

- А ты что будешь ощущать, если с тобой займётся тот же помощник капитана? Будешь что-то ощущать?

- Хммм..любопытный - хихикнула Шанти - во-первых, чего ты привязался к этому помощнику капитана? Да больно он мне нужен, рыжий демон! Во-вторых, я ещё очень молода для совокупления, хотя, признаюсь, слушая ваши с Антой страсти, у меня начал просыпаться инстинкт размножения... Моё человеческое тело соответствует семнадцати-восемнадцати годам, но моё основное тело, не аватара - на человеческий подсчёт ещё очень молодо, двенадцать-тринадцать лет, может чуть больше. У меня ещё не проснулся инстинкт размножения. Я не могу настроить себя на получение удовольствия от совокупления, потому что я его просто не хочу! Не хочу, и всё тут! Мне полетать хочется, покушать, повеселиться. Какое к демонам совокупление? Хмм...заставил меня задуматься - может меня тебя в мужья взять...лет через сто? А что? Почему бы и нет...мы с тобой брат и сестра названные, а на самом деле.... не пугайся, не пугайся! Я ещё слишком молода. Да и не смогу причинить вам с Антой боли. Вы для меня слишком дороги, особенно ты. Живите себе, размножайтесь. Найду себе какого-нибудь самца, когда время придёт.

- Я ошеломлён. Я просто не знаю, что сказать. Больше не лягу с тобой в постель - раньше я лежал просто с моей любимой летающей сестрёнкой-ящеркой, а теперь...красотка, спи одна, а? - Андрей конфузливо усмехнулся, и потёр себе лоб.

То, что сообщила Шанти, ставила с ног на голову всё, что он знал о драконах. Так-то она рассказывала ранее - и про то, что основное тело пребывает где-то..непонятно где. В подпространстве. И про свойства. Но он слушал...и не слышал. А ведь стоило подумать над фактами. Они ведь были очевидны. Если он может трансформироваться из человека в подобие помеси медведя, волка и бабуина - почему этого не могут делать драконы? Фактически та же самая трансформация, только драконы могут перекидывать свою массу куда-то...в Ничто. А раз они трансформируются, то могут ведь приобрести и те свойства, что присущи объекту, в который превратились! Мимикрия, доведённая до совершенства. Не только вид, но и свойства! Совершенные существа.

Андрей задумчиво посмотрел на Шанти, та хитро усмехнулась и спросила:

- Что, думаешь небось - какие совершенные существа? Хе хе...точно, думал. Да ладно, плюнь. Мы такие же дураки и сластолюбы, как и вы. Думаешь зря эти старейшины так борются за свою власть? Они очеловечились. Не удивлюсь, если у них окажутся человеческие дети. Полудраконы, полулюди. И более того - таких должно быть много. Этот мир когда-то был миром драконов. Откуда взялись люди? И почему старейшины так упорно не дают людям подняться? Ну да, опасаются за свою власть, хотят сохранить свои привилегии, но может они охраняют тайну происхождения рода человеческого? Впрочем - в мире так всё перемешалось, что сказать наверняка ничего нельзя. Кроме одного - я люблю тебя, братик. Ближе тебя у меня никого нет. К худу ли, или к добру, но это так. И ничего не изменилось - я так и осталась - твоя сестричка, хулиганка-Шанти, а ты мой старший брат, мудрый и справедливый. Забудь всё, что я тебе наговорила.

Забудешь тут - подумал Андрей и посмотрел в смеющиеся зелёные глаза драконицы. Ему было немного не по себе...

***

- Начинаем - ментальный голос Хевессанора был холоден, как лёд - по праву Заместителя Председателя Совета - я начинаю. Итак, сегодня мы должны выбрать Председателя и принять в совет нового старейшину. Начинаем со старейшины. Самая старая в Совете - Натороканта. Ей и начинать. Предлагаю не выходить на Камень Слова, а говорить с мест - так будет быстрее.

- А куда нам торопиться? - усмехнулась старая драконица - это люди пусть торопятся. Ты слишком очеловечился, Хевессанор. Ты уже не можешь мыслить, как настоящий дракон. Итак, самый старший в драконьем роду помимо Совета - это Шанандор. Вы его знаете. Предлагаю принять его в состав старейшин.

Драконы по одному поднимали гребни - голосование на самом деле было формальностью, места старейшины ждали тысячами лет, так что было ясно, кто станет следующим. Для порядку, конечно, следовало спросить - согласен ли он. Но на самом деле никто и никогда не отказывался. Шанандор был принят единогласно.

- Теперь - Председатель и его Заместитель. На мой взгляд Хевессанор не соответствует должности Заместителя, и уж тем более - Председателя. Предлагаю его переизбрать. Какие будут предложения? Кого предлагаете? Каждый, как обычно, пишет на табличке тех, кого он предлагает выдвинуть на эти должности. Тот, кто наберёт больше всего голосов, тот и займёт соответствующие места. Итак, начали!

Каждый дракон взял табличку, и стал когтем выводить имя претендента. На языке людей. Если бы кто-то упрекнул их в использовании письменности тех, кого они презирали, услышал бы в ответ: 'Это мы дали им письменность, мы, драконы! И мы можем использовать её так, как хотим!' И ни один бы не вспомнил, что на самом деле - не они, а драконы-отступники дали людям письменность. И ещё многое, многое...прежде чем умерли от старости, растворились в своих потомках, полностью утративших драконьи способности.

Хевессанор тяжело обошёл драконов и собрал дощечки. Потом снова взобрался на председательский камень, несколько минут рассматривал доски, перекладывая их из стороны в сторону, и объявил:

- Новым Председателем объявляется Сертанайон, а Земестителем Остраназа. Да будет так.

- Да будет так! - торжественно сказали драконы, а Хевессанор сполз с камня председателя и устроился подальше, в тёмном углу. Ему было горько и обидно, и его снедала дикая ненависть к тем, кто всё это сделал, прервав жизнь Даранаяса и нарушив их безмятежное существование..

Красный дракон и серая драконица заняли свои места, и Сертанайон объявил:

- После того, как мы завершили наши внутренние дела, переходим к тому, ради чего мы собственно все и собрались. Проблема Балрона. Хотелось бы услышать Хевессанора - что он выяснил? Насколько опасен этот человек и его помощница?

- Это смерть - холодно ответил дракон - всем нам! И если вы думаете, что отсидитесь за морем - ошибка! Скоро он будет и у вас. Через год, два, десять лет - но всё равно будет. И тогда не останется места, где вы можете спрятаться. Род драконов исчезнет. Мы приложили невероятные усилия и средства, чтобы люди не размножались, как насекомые и не вытеснили нас из этого мира, чтобы эти помеси отступников и потомков обезьян не уничтожили род драконов! И что же? Всё прахом! Я предлагал вам уничтожить это насекомое, но вы были равнодушны и неразумны. Теперь пожинайте плоды.

- Опять пугает - проворчала Натороканта - старейшины, он болван! Я уже говорила, когда его принимали с Старейшины - это дружок Даранаяса, тот был не очень умён, а этот совсем болван! Ни один человек не может угрожать роду драконов! У них нет на это ни сил, ни разума!

- Дура! - отчётливо послышалось из угла Хевессанора.

- Что?! Ах ты... - драконица шустро, несмотря на свой возраст и гигантские размеры поползла в сторону Хевессанора, оскалив метровые клыки, но Председатель грозно окрикнул:

- Устроите драку - оба вылетите из Совета! Трупами! Прецеденты были! Натороканта, Хевессанор - прекратите оскорблять друг друга! Мы собрались, чтобы выяснить истину, а не для того, чтобы слушать грязную брань! Натороканта, ты вечная заноза в заднице - у тебя есть конкретные предложения? Что ты можешь сделать, кроме как обливать старейшин грязью? Пока что кроме болтовни и ругани от тебя ничего не услышали!

- Началось! Только залез на председательский камень, и уже нажимает на старейшин - буркнула драконица, и тут же её слова утонули в шквале неудовольствия старейшин. Она слегка опешила, потом примиряющее добавила:

- Я тоже за дело переживаю! Нечего меня выставлять скандалисткой без конкретных дел! Пока вы там думали, я уже всё придумала! Готов флот вторжения. Воины островной империи высадятся на Балроне и вырежут всё его население, вместе с мятежной драконицей и её человечком. Отплытие после окончания сезона дождей, то есть через месяц-другой. В составе флота жрецы, так что ни одна душа не пропадёт. Мы получим запас энергии ещё минимум на сто тысяч лет. Я бы предложила уничтожить и Славию. Мои островитяне размножились, и пора им осваивать новые территории. После Балрона наступит очередь и этой страны.

- Это хорошо! - удовлетворённо кивнул головой Председатель, и посмотрел на нового члена Совета, недоумевающее поглядывающего на остальных старейшин - Шанандор, всё, что ты здесь узнал, услышал, и узнаешь - есть Тайна. Если хоть слово выйдет из твоей пасти в сторону остальных драконов нашего рода, не старейшин - ты умрёшь. Ты останешься после сбора, и я сообщу тебе такую информацию, которая не известна никому, кроме членов Совета. Теперь ты старейшина, и уйти из Совета можешь только трупом. Учти это. Мы вершим судьбы этого мира, и от нас зависит продолжительность жизни драконов, и вообще - вся их жизнь. Без нас драконы жили бы несколько тысяч лет, не более того, а живут десятки, сотни тысяч лет! Мы, Хранители, заботимся о драконьем роде. И теперь ты один из нас. Итак, Натороканта собирается отправить флот на завоевание Балрона и Славии. Даём ли мы ей на это разрешение? Шанандор, ты пока можешь не голосовать. Я потом расскажу тебе всё, что знаем мы. Ты будешь вместе с Хевессанором курировать материк, на котором находятся Балрон и Славия. Итак, голосуем! Единогласно. Принято. Хевессанор, у тебя есть дополнения?

- Есть. Я не уверен, что флот вторжения сможет победить. Этот человек его уничтожит. Он - демон! Моё предложение - вмешаться старейшинам. Разрушить город, уничтожить оружейный завод и этого человека.

- Неприемлемо - тут же отреагировал Председатель - мы раскроем своё существование перед людьми, а остальные драконы узнают Тайну, и начнётся смута. Нет. Исключено. Натороканта, мы ждём результатов вторжения. Сбор окончен. Шананадор - останься, я введу тебя в курс дела.

***

- Нарекаю вас мужем и женой! - патриарх лучезарно улыбнулся, довольный жизнью, а консорт усмехнулся про себя и передал:

- Глянь, какой довольный! Как будто не мы с Антой женимся, а он присутствует на своей свадьбе!

- Ещё бы ему не быть довольным - ты же его вытащил из провинциальной дыры и поставил на должность Патриарха. Сейчас будет хапать обеими руками.

- А ты на что? Олра на что? Следите. Само собой - хапуга. Но это свой хапуга. Лояльный. Немного разгуляться ему можно позволить. Тем более - надо, чтобы было за что и этого повесить. Что-то на него уже есть?

- Будет - уверенно ответила Шанти - дай только ему в силу войти. Не отвлекайся от женитьбы. Анта вон поглядывает на тебя.

- Болтаешь? - тихо шепнула Антана - хоть бы меня в разговор брали, что ли! Не стыдно одним-то болтать?

- Прости...не хотел тебя отвлекать. Как мне не хочется на этот демонов бал...кто бы знал.

- Я знаю. От тебя такое раздражение исходит, как будто ты должен окунуться в яму с дерьмом. Муж мой - не так это и страшно! Потанцуешь со мной...со знатными дамами - так положено. Попируем. А потом - в постельку...баиньки.

- Так и баиньки? Прямо сразу?

- Нет уж, и не надейся! - хихикнула императрица - всё, пошли! Не споткнись о ступеньку, плохая примета!

- Сама не споткнись! - тоскливо парировал Андрей, и обречённо побрёл в бальный зал, держа свою жену за руку.

Прозвучали фанфары, и двери в огромный зал распахнулись. Зал был полон - весь высший свет Балрона, все были тут. У стены, в конце зала, на помосте, стояли два трона, вырезанные из дерева и украшенные позолотой. Они сияли, как будто и вправду были золотыми, а на сиденьях лежали красные бархатные подушечки, разрушающие пафос здоровенных неуклюжих кресел. Почему-то эта деталь насмешила Андрея и он слегка улыбнулся. Антана не поняла, и негромко заметила:

- Видишь, не всё так и плохо. Уже развеселился. Хоть развлечёшься немного, а то пропадаешь то на заводе, то в порту, то куда-то исчезаешь с Шанти. Я не вижу тебя целыми днями! Ребёнок без тебя растёт!

- Императрица Антана и принц-консорт Андрей! Да славятся их имена! - прокричал глашатай, и все в зале вразнобой завопили:

- Славься! Победители! Славься!

- Объявляется бал по поводу бракосочетания Императрицы и герцога Андрея Монаха! В честь этого события приглашены лучшие музыканты столицы, циркачи, актёры. В соседнем зале каждый может подкрепиться лёгкой едой, основной пир будет позже, после окончания танцев! Бал открыт!

Зазвучала мажорная музыка, перешедшая в некое подобие вальса. Императрица сошла с трона, на котором сидела, протянула руку, по локоть одетую в белую кружевную перчатку, и Андрей повёл жену к центру зала. Встал в позицию, и закружил супругу в прихотливых поклонах и оборотах.

Они учили эту танцевальную хрень на протяжении недели, доходило до скандала - Андрей категорически протестовал против того, чтобы его отрывали от дел ради такого бессмысленного времяпровождения. Но сдался - после нескольких залпов из 'слезомёта', а так же после увещеваний Шанти и Олры, порицающих его за обиды, нанесённые жене.

- Ничего, хорошо получается! - послышались ехидные слова Шанти, Андрей обернулся и посмотрел на чертовку, стоявшую возле трона - она была прекрасна в своём алом шёлковом платье, обтягивающем её формы так, будто ткань сейчас не выдержит и лопнет. Аристократы, пришедшие со своими разъевшимися жёнами шеи посворачивали, глядя на неё.

Рядом стояла Олра, лучезарно улыбающая под шепотками дворян: 'Бывшая! И не удавил?! Не отравил?! И в монастырь не отправил! Да что же это делается, вот времена настали...и от трона не отдалил...чудеса!'

Олра улыбалась довольно, как наевшаяся кошка, и Андрей невольно отвёл глаза, как будто Антана могла увидеть в них измену...он всё-таки не удержался, и они с Олрой...в общем у них случилось. И не один раз.

Рядом с Шанти стоял Зоран. Он был хмур, а его глаз яростно блестел, и всё время упираясь в упругий зад Шанти.

Та только похихикивала, когда Андрей упрекал её, что она возбуждает в парне необоснованные надежды. На что она со смехом отвечала: 'Ну почему необоснованные? Вот подрасту...пусть пока возбуждается, мечтает...всё равно выплеснет всё в какую-нибудь кухарку или служанку. Он всех служанок во дворце перепортил! Мне уже жаловались!'

Наконец, всё свободное пространство покрылось танцующими парами. Бал начался.

Андрей потихоньку отвёл Антану к трону, и они уселись рядом, глядя на то, как кружатся пары.

Императрица была счастлива, это отметили все, кто был на балу.


## Глава 11


- Угощайтесь. Небось в вашей холодной стране таких качественных мидий нет! И осьминогов. Мой повар умеет их готовить с пряностями - получается забавная штука... ну так что передал ваш император?

- Сумма на вашем счету увеличена на пятьдесят тысяч золотых. Но у него к вам претензии. Два случая нападения на наши корабли. Как вы это объясните? - посланец императора положил в рот содержимое раковины, приготовленное с чесноком, и с удовольствием прожевал.

Отсюда, с широкой веранды, была хорошо вида бухта, в которой качались на лёгкой зыби десятки кораблей. Все они были под красным флагом, флагом удачи и грабежа, флагом вольной жизни.

- Легко объясняется - поморщился хозяин - балронцы стали прятаться под флагом Славии. Как только приходят в Балрон - тут же снова становятся балронцами. А ваши суда не захотели остановиться для проверки - вот их и остановили. Я знаю об этих случаях, и приношу свои извинения. Всякое бывает. Никто не застрахован от случайностей. Даже вы.

- Случайностей не бывает - холодно заметил посол - они бывают только у тех людей, которые не хотят предусмотреть все возможные варианты развития событий. Или не умеют это сделать. Но я понял вас. Не забывайте - вы на службе у Славии, ваши деньги находятся тоже там, и земли, и поместья. Да, да - мы всё знаем. Про владения в Славии, через подставных лиц. И про ваши поместья в Балроне. Вы не любите случайностей, не правда ли? Предусмотрели все возможные выкрутасы жизни. Ну что же - можно это только лишь похвалить. Но к делу. Мой император готовится к войне с Балроном...

- Это и осьминогу понятно - фыркнул собеседник

- Не перебивайте - холодно парировал посол - ему нужны средства доставки солдат. А кроме того - обеспечение поддержки вашими баллистами. У вас тут сотня кораблей, значит минимум две сотни баллист. Это сила. Кроме того - нужны ваши люди - они пойдут впереди нашей армии.

- Ох вы и умники! - не выдержал собеседник - чтобы мы приняли удар первыми? Чтобы от пиратов остались одни воспоминания? С какой стати мы пойдём первыми? Ладно - обеспечить доставку, ладно - поддержать баллистами, но с какой стати мы будем подставлять свою шею под удар? Мы что - идиоты?

- Не знаю. Я не лекарь - сухо ответил посланник Славии - вы пойдёте вместе с нашими передовыми частями. Всё, что вы захватите, награбите - будет вашей платой.

- А потом? Что будет потом с моими людьми, когда вы захватите Балрон?

- А вам не всё равно? Неужто вам не наплевать на это быдло? На эти отбросы общества? У вас будут деньги, у вас будут земли. Вы получите баронское звание - что ещё вам надо? Живите, радуйтесь жизни! Вы же понимаете, что в конце концов это пиратское гнездо придавят - не Балрон, так мы! Вы послужили Славии, получите награду - кстати, вот вексель на те пятьдесят тысяч, что я озвучил. У вас на счету уже скопилась кругленькая сумма - миллионов десять, по-моему? И это не считая поместий. Вот - указ императора о присвоении вам баронского звания. А вот - дарственная на поместье в столице. Получите...и вот тут поставьте вашу роспись в получении. Ага. Вот так! - посланник подул на листок бумаги с завитушкой, оставленной хозяином дома и аккуратно уложил лист бумаги в водонепроницаемый цилиндрический чехол - ну так что насчёт ваших людей? Будут?

- Нуу...если в так ставите вопрос - будут люди - усмехнулся хозяин дома, могущественный владелец острова Шинунал, без разрешения которого ни один пиратский корабль не мог пристать к причалам порта.

Когда-то он начинал как простой разбойник, но за короткое время выделился не только силой, ловкостью и жестокостью, что для пиратов не редкость, но и острым умом, что для разбойников совсем нетипично. Ему пришлось пройти тяжёлый, грязный путь, устеленный трупами и залитый кровью, прежде чем влез на самый верх пиратской 'социальной лестницы'. Он прекрасно понимал, что пиратской вольнице когда-то придёт конец - не Балрон, так Славия уничтожат неподконтрольную им бандитскую организацию, и тогда...тогда он потеряет всё. И останется на шестом десятке лет нищим. Вот потому пиратский 'король' и вёл закулисные игры с главами двух государств, и вполне успешно, надо сказать. Впрочем - со смертью последнего императора Балрона его контакты с властями этого государства оборвались.

Конечно, его так просто не взять - бухта, где находился город, прикрыта мощными камнемётами, мечущими булыжники весом в сотни килограмм и кувшины с 'демонским огнём', пиратские корабли вооружены баллистами и на их борту сотни вооружённых до зубов разбойников, но...разве он может состязаться в мощи с целыми государствами, превосходящими его и в людских ресурсах, и финансовых возможностях, и в воинской мощи? Нет, конечно. И он это понимал. Только глупый человек мог думать, что вольница продлиться вечно. Капитан глупым не был.

- Скажите... - начал посланник императора Славии, и вдруг замолчал, впившись глазами в морскую даль - что это?

- Где? - не понял капитан, оглянувшись по сторонам.

- Да вон, на входе в бухту? - посланник привстал на месте, показывая вперёд - видите корабль? Нет? Да смотрите же - вон тот, чёрный, что входит в бухту? Странный...что за труба у него? Неужели повар так растопил печь? А как он идёт - без парусов? Как он может двигаться без парусов?

- Вот демон! Это 'Акула' - капитан вскочил с места, и схватив серебряный колокольчик, стоявший на столе, начала яростно его трясти, заливая веранду и окрестности мелодичным звоном. На его сигнал прибежали слуги и охрана, во главе с кряжистым мужчиной в костюме чёрного цвета, украшенном скромной золотой вышивкой.

- Быстро, дай команду - утопить эту чёртову 'Акулу'! Всем сняться с якорей и уничтожить наглеца! Навалиться всей мощью, скорее! СКОРЕЕ! Сам пришёл, нельзя не воспользоваться такой возможностью...

Над бухтой, притихшей в штиле, над шумным пиратским городом, поплыл густой звон тревожного колокола. Все, кто был на берегу, на кораблях, остановились, оставив свои дела, с тревогой и недоумением прислушиваясь к медному звону - последний раз колокол звенел тогда, когда между двумя группами пиратов вспыхнула бойня при делёжке награбленного. В схватке тогда участвовало по пять кораблей с каждой стороны, и конфликт едва не перерос во всеобщую войну, грозившую расколоть пиратское сообщество на две части.

Хозяин бухты погасил конфликт в зародыше, утопив из камнемётов два корабля, и повесив капитанов двух других. После этого за справедливым судом обращались только к нему. Что ощутимо увеличило его доходы. С тех пор уже десять лет на острове была тишь и благодать.

Следом загорелись сигнальные костры, выбросив вверх чёрный дым, затем замелькали флажки сигнальщиков, отдающих приказ фортам по бокам бухты и капитанам судов.

- Неужто она всё-таки попалась? - довольно потёр руки хозяин острова, разглядывая корабль, проходящий в центр бухты, на свободное место - все корабли стояли или у стенок причала, или на рейде вдоль берега, ожидая своей очереди на причаливание или просто отдыхая перед очередной вылазкой.

- Да кто это? - недоумевающее повторил посланец, глядя на покрасневшего от волнения капитана

- Это судно береговой охраны Балрона - резко выдохнул пиратский вожак, наблюдая за манёврами чёрного корабля - это наша главная беда! За месяц - десять кораблей, захвачено и утоплено, и есть подозрение, что ещё столько же не вернутся! Скорее бы вы уж напали на этот демонов Балрон!

- Один корабль не даёт покою сотне ваших кораблей?! Да вы смеётесь, капитан?! - недоверчиво хмыкнул посланец - этого просто не может быть!

- Вы отстали от жизни, как вижу... - рассеянно сказал капитан, и облегчённо вздохнул - ну, сейчас...

Черное облако из трубы корабля медленно подымалось над бухтой, обрамляя пейзаж будто траурной рамкой. 'Акула' сделала поворот, и резко остановилась, как будто кто-то потянул её назад. Парусные корабли был не способны на такой манёвр, и разбирающийся в этом посланник удивлённо вытаращил глаза. Рядом с кораблёй вдруг взметнулись высокие столбы воды - глыбы камня, выпущенные из камнемётов, промахнулись, и лишь один булыжник, заведомо шедший с недолётом, ударил в корпус судна, и звук от удара донёсся до резиденции главы острова. Увы, он ничего не смог сделать, развалился на куски, осыпавшиеся в море. Корабль закачался с борта на борт, и тут же ответил громом - с носа и кормы выплеснулись огромные языки пламени, по ушам ударило, будто рядом сверкнула молния, а серебряные ложечки и вилки на столе жалобно звякнули, сотрясаемые мелкой дрожью страха.

Там, где стояли катапульты, взметнулось пламя, и два форта прекратили своё существовали. Послышался звук, будто кто-то часто-часто забивал гвозди в деревянное бревно, и корабли, которые стали поднимать якоря и готовить абордажные команды, остановились - работать на лебёдке стало некому. Убиты.

Пушки отстрелялись по фортам, затем перенесли огонь на корабли. Новейшие разрывные снаряды прямой наводкой били в деревянные корпуса судов на уровне ватерлинии, и каждый взрыв наверняка уничтожал корабль, не имеющий никакой защиты против артиллерийского огня. Корабли тонули, горели, люди падали в воду и спрыгивали сами.

Восемь крупнокалиберных пулемётов системы 'акур' очищали палубы, будто метлой - расчёты едва успевали менять ленты. Ни один корабль не сумел даже стронуться с места - они погибли на рейде, и теперь из воды торчали лишь мачты, которые облепили уцелевшие моряки. Море вокруг кишело плывущими пиратами, будто головастиками в банке. Оно всё шевелилось от человеческих тел, и каждая пуля находила себе жертву. Пулёмёты секли тех, кто старался спастись, как будто отыгрываясь за десятки лет страха, в котором пираты держали всё побережье материка. Море покрылось красной пеной, в которой тонули десятки, сотни людей. Ужаса добавили акулы, для которых настал день пира. Похоже, что тут собрались акулы со всей округи. Море кипело от продолговатых стремительных тел, разрезающих волны высокими плавниками. Пули попадали и в них, разрывая, разрубая на части, которые тут же пожирались их родичами. А пушки били, били, били...

Бухта заволоклась дымом горящих кораблей, пламя вздымалось выше береговых утёсов, и когда ветер понёс его на берег, жители пиратского города отчётливо ощутили запах жареного мяса...

За час стрельбы корабль уничтожил весь пиратский флот. Весь, последнего корабля. Потом пушки замолчали и минут пять было тихо. И вдруг, они заговорили снова - указующие пальцы огня были направлены в сторону вилл, построенных на склоне горы, спускающейся пологим амфитеатромк порту. Похоже, что неизвестный капитан решил поквитаться со всеми, кто нажился на крови и грабежах.

Первым погиб пиратский вожак - снаряд разорвался точно на веранде, где тот только что отдыхал со своим славским 'другом'. Их изуродованные трупы отбросило на десяток метров в сторону, будто кучи тряпья. Остальные виллы продержались на полчаса дольше - столько времени 'Акула' обрабатывала город, нажившийся на чужой крови.

Когда корабль выходил из бухты, вслед ему неслись проклятия. И немудрено - фактически он уничтожил несколько тысяч человек за какие-то несколько часов. Задача выполнена - здесь никогда больше не будет пиратской базы. Пирсы разбиты, а город горел чадящим пламенем, раздуваемым некстати налетевшим ветерком. Теперь, даже если вернуться те корабли, которых не было в бухте - делать тут им совершенно нечего. Придётся искать другой приют.

***

- Как стволы?

- Пушки в порядке, господин советник. Шипят только, раскалились. Пулемёты - закипели. Пришлось доливать воды в кожухи. Но тоже в порядке.

- Раненые как?

- Да в норме всё. Ушиблись, пару переломов, ничего опасного. Неужели мы всё-таки покончили с пиратским гнездом?! Не верится...

- Надеюсь - да. Скоро мы тут свою базу сделаем. Такое удобное место для контроля перевозок - и мы его упускаем. Так нельзя...

Андрей посмотрел назад, на охваченный дымом и огнём пиратский город и слегка удивился масштабу разрушений. Впрочем - немудрено, что город полыхнул, как сухая трава. В основном пираты строили недолговечные деревянные постройки, вот огонь по ним и разгулялся.

Интересно - подумалось ему - что жители города будут делать после того, как флот пиратов перестал существовать? Чем будут жить, чем заниматься? Вся их жизнь была построена вокруг грабежа, на обслуживании разбойников. Придётся искать новое поле деятельности. До тех пор, пока тут не появится военная база...и тогда снова откроются трактиры, публичные дома. Но - не в таком масштабе. Вояки, считающие каждый медяк, не склонны разбрасываться деньгами, это вам не 'джентльмены удачи', спускающие за ночь всё, что 'заработали' за неделю. Впрочем - его меньше всего интересовала судьба трактирщиков и проституток, обслуживавших пиратов. Каждый выбирает свою судьбу, и на чужом горе строить своё благосостояние просто подло.

Жалко было пиратский флот. Строить новые корабли, когда можно было просто отнять их у пиратов? Но все вместе - Андрей, Шанти, Олра, Анатана просчитали, и решили - надо покончить с пиратским промыслом раз и навсегда. Тем более, имелась информация, что пираты явно спелись со Славией. Закончиться этой альянс может только одним - вторжением, в котором будут использованы корабли и бойцы пиратского флота. Балрону это надо? Нет. Значит - остаётся лишь одно - прихлопнуть пиратов, как вредных насекомых. Что он и сделал. Заодно испытал новые снаряды - химики Завода всё-таки сумели построить ректификационные колонны и выделить толуол в чистом виде. Теперь, обладая разрывными снарядами, Балрон мог не опасаться ни Славии, ни мятежников. Теперь можно было немного перевести дух и заняться мирным строительством.

После уничтожения пиратов, слух о котором разойдётся по всему материку, никто не осмелится напасть на Балрон. И можно подумать о начале вторжения в Славию...через годик. Когда как следует, до конца, реорганизует армию и перестроит государство так, что в казну пойдёт стабильный доход. Пока что денег не хватало. Завод, разросшийся, как раковая опухоль, поглощал ресурсы будто выпивал жизнь. И поделать ничего нельзя - хочешь мира - готовься к войне. А уж если готовишься к войне...не жалей денег!

***

- Иди сюда...ну! Ты любишь меня?

-Люблю...

- Почему так тихо? Говори громче! Громче!

- Люблю...ЛЮБЛЮ!

- То-то же...твоя королева должна почаще слышать эти слова, тебе не кажется? Сюда смотри, в лицо! Ну! - женщина как тряпку отбросила в сторону своего 'собеседника' и разочарованно вздохнула:

- Животные! На что вы годитесь, животные? Вы даже не можете как следует ублажить свою королеву. Сегодня ночью ты был вял и неловок, Дроган! Что с тобой? Ты нашёл себе другую женщину? Узнаю, что ты развлекаешься с другой бабой - умрёшь! Я тебя подняла до моего уровня, я тебя и опущу...на кол! - женщина внезапно захохотала, ей ужасно понравился 'каламбур' - опущу - на кол! Хорошо сказано! Как ты будешь себя чувствовать, когда заострённый кол, намазанный жиром, раздвинет твои кишки и высунется из горла, а? Что скажешь, Дроган?

- Моя королева, чем я вызвал ваше неудовольствие? - рыжий гигант, который возвышался как осадная башня над хрупкой с виду, русоволосой девушкой, побелел от страха и рухнул на колени, коснувшись лбом грубого деревянного пола.

- Всем. Медленно готовишь армию вторжения. Медленно готовишь корабли. Даже в постели, и то - ты такой медлительный, что толку от тебя...как вот этого уголька! - женщина раздражённо пнула ногой сизый уголёк, выпавший из жаровни. Возьму вместо тебя молодого, юнца какого-нибудь, и пусть греет мою постель. А тебя...тебя в жертву. Да ладно, ладно, не бледней - довольно усмехнулась женщина - пока ты мне нужен. Позови ко мне Главного жреца, и займись делом. Стой! Когда всё будет готово к отплытию?

- Через неделю, госпожа. Как только подвезут оставшиеся продукты. Как вы сказали - плыть долго, нужно, чтобы воины не ослабели перед высадкой. Но всё скоро завершится - караваны идут. Корабли наготове, всё в порядке.

- Можешь идти. Вечером - вымойся как следует, и ко мне.

Драконица возлегла на ложе, укрытое драгоценным одеялом из полярной лисы, и усмехнулась- тупые люди! Эти твари ничего не могут сделать хорошо. Впрочем - как и драконы. И в этот раз старейшины отказались выбрать её Председателем. Глупые твари! Она ещё докажет им, что лучше, чем Натороканта никто не может сделать нужное дело. Правильно его сделать. Эти два придурка - Дараян и Хевессанор ничего не смогли сделать как надо, а она сделает! Итак - высадиться на побережье левее барьерного рифа, за два дня дойти до столицы и захватить её.

- Госпожа! - вы меня звали? - человек в тёмной мантии под меховой курткой склонил голову перед хозяйкой.

- Звала. На каждый корабль посадишь по жрецу. Их задача находиться там, где будут убивать. Не забывай - наша задача не просто убить, а собрать эманацию душ и отправить её Великому Господину.

- Вы уже говорили это, госпожа. Я всё запомнил - голос жреца был почтителен, но драконица чувствовала, к внутри собеседника бьётся огонёк раздражения и даже насмешки.

Она встала с лежанки, подошла к Главному Жрецу и взяв его за волосы подняла голову к своему лицу:

- Тварь, ты чего себе позволяешь? Ты как разговариваешь со своей госпожой? - она коротко, без замаха ударила в лицо мужчины открытой ладонью, и тот упал, отлетел к стене и почти лишившись чувств. Из уголка рта жреца выкатилась струйка крови, тут же загустевшая, застывшая, как на морозе. Он с ужасом смотрел на приближающуюся к нему королеву, попытался прикрыться от удара...но его не последовало.

Натороканта подняла мужчину с пола, ласково отряхнула, и подтолкнула к двери:

- Иди, работай. Исполни то, что я сказала!

Мужчина исчез за дверью, а драконица криво усмехнулась. Она была довольна - с некоторых пор Натороканта выработала особый стиль поведения со своими подданными - они никогда не знали, как их госпожа отреагирует на то, или иное деяние. То ли похвалит, то ли посадит на кол. Это приводило их в состояние смятения, они боялись и лучше ценили свою госпожу.

Вообще-то королева была искусницей в придумывании различных казней. Некоторые оказывались настолько жестокими и экзотичными, что о них рассказывали по всем селениям, вселяя ужас в людей Островной империи. Что может быть страшнее непредсказуемой королевы? Любой мог оказаться на жертвенном камне. Тысячи лет она правила этой империей - сама, лично. Ей так нравилось. Другие старейшины неодобрительно относились к её желанию быть королевой, они всегда действовали из тени, тайно. Идиоты! Нет ничего слаще прямой власти! Что забавного в марионетках-королях, управляемых своими 'кукловодами'? Они обосновывали это тем, что так удобнее быть над схваткой, не принимая сторону ни одной человеческой группы. Глупо. И ещё раз глупо. Она старше их всех и лучше понимает, как надо управлять человеческим стадом. Вот если бы во главе Балрона стоял дракон - никаких проблем бы не было! Он, как обычно, по договорённости с адептом Славии время от времени пускал бы людей друг на друга, собирал души, и всё бы шло как надо. Но разве докажешь этим глупцам? Иногда Натороканте хотелось, чтобы не было никакого Совета, чтобы драконами управлял свой Король...или лучше - Королева. И тогда...она бы уж тогда сделала бы всё как надо.

И кстати сказать - почему бы не использовать изобретения того человека для нужд Натороканты? Если он может убивать драконов, то можно заставить его убить тех драконов, которые ей ненавистны - а это те, кто не хочет подчиниться её воле! Убить всех несогласных, убить лишних людей, создать империю, в которой будут жить люди и драконы, и над ними Она, Королева Сущего! Как долго она шла к этой цели, как долго ждала, когда появится такая возможность, и вот - началось. Теперь нужно правильно всё сделать, правильно поступить... Собственно говоря - зачем ей драконы? Оставить какое-то количество этих погрязших в дикости существ, и всё. Сколько их сейчас? Триста? Пятьсот? Тупых летающих существ, зажившихся на этом свете. Их смерть тоже принесёт энергию в Артефакт, и продлит жизнь Натороканты вечно! Вечно!

Драконица освободилась от своих мечтаний, и улыбнулась, вспомнив, как она притормозила расправу на Андреем, приостановила разрушения оружейного завода - ей было нужно, чтобы он создал своё оружие, чтобы оно на самом деле могло убивать драконов. И тогда...жалкое оружие в чужих руках, этот человечек будет жить, думая, что он борется со злом. Дурак! Он борется за интересы Натороканты. Не более того. И удачи ему...

Драконица встала, надела меховую накидку и медленно пошла к выходу из покоев. Её апартаменты находились на втором этаже дворца, врезанного в скалы.

Здесь вообще практически были одни скалы - море, холодное, неласковое и скалы. Когда-то старейшины поделили сферы влияния, и ей достался этот неприветливый материк. Для виду она повозмущалась, но в глубине души была довольно - не любила жару. Впрочем - плодородная земля здесь была - подальше на юг. Но за неё приходилось бороться с тайгой, выжигать лес, осушать болота. Люди этого края были сильными, жестокими, воинственными. Она всеми средствами поддерживала их воинственность и способность отдать свою жизнь ни за что - в дуэли по поводу неловко брошенного слова, в пьяной драке или просто самоубийством, из-за некого понятия о чести или же по приказу командира. Ей было создано нечто вроде клановой системы. Вожди кланов подчинялись Королю, и он уже решал, как им жить. Так было номинально. Фактически - она правила этим народом, и Король был у неё под пятой. Но только наедине. Внешне - вся власть была на нём. Это удобно.

Чтобы народ не начал недоумевать по поводу того, что их королева такая долгоживущая - Натороканта время от времени 'умирала'. Король искал себе другую жену, и...счастливо находил. Драконица заранее планировала такое событие, придумывала 'легенду'. Ещё ей приходилось слегка 'редактировать' лицо - подрисовывать морщинки. Впрочем - старуху изображать не приходилось - 'умирала' до старческого возраста.

С каждым новым королём приходилось работать заново - претендента на трон выбирал Совет жрецов. И выбирался он из вождей кланов. Тринадцать кланов, тринадцать претендентов - после того, как Король умирал, выбирали нового, в этот же день, эту же ночь. Никакого наследования. Никаких принцев и принцесс. Король был выборной должностью, и сколько бы у него ни было детей - наследовать они не могли. Король обладал огромной властью, но передать её не мог никому.

После того, как Король умирал, тут же собирался Совет жрецов, и он объявлял того, кто станет новым королём. Конечно - по указке Натороканты. Семь высших жрецов, семь её ставленников, обладавших особыми способностями, данными им Артефактом.

Драконица нахмурилась - последние пятьсот с небольшим лет этот драгоценный объект стал работать не так, как всегда. Сотни тысяч лет, с тех пор, как драконы обнаружили его свойства, они лечились возле Артефакта, восстанавливались после болезни, излечивали раны. И только немногие из них знали, что этот странный камень даёт им возможность жить так долго. Как так получилось? Кто первый узнал это? И кто раскрыл его страшный секрет? Неизвестно.

С давних времён старейшины хранили эту Тайну - Артефакт питался душами живых существ, впитывая их, как сухой песок. И лучше всего подходили для 'питания' камня люди, и...драконы.

И вот пятьсот лет назад произошёл какой-то сбой. Ранее, для того, чтобы жрецы получили доступ к Силе, нужно было доставить их к Артефакту, и лишь потом они становились Слугами Артефакта. Но с некоторых пор свойства Слуг стали проявляться в новорожденных - не всех, конечно, в некоторых. В Славии их стали тут же забирать, обучать, а в Балроне инквизиция уничтожала этих несчастных, как только становились очевидны их паранормальные способности. Более того - начались мутации. Оборотни - тоже одно из проявлений действия Артефакта.

С одной стороны вроде и неплохо - чем больше уловителей, передатчиков душ, тем лучше - Артефакт наполняется, и драконы живут, но... Натороканта ощущала неправильность. Что-то испортилось в этом 'механизме'. Он как будто подчинил себе всё и вся, начал распространяться, завоёвывать мир. И ещё - у неё было ощущение, что изначально Артефакт не был простым камнем. Откуда первые Старейшины узнали, что он требует жертвоприношений, в обмен на здоровье и долгую жизнь? Не ОН ли сказал? Не ОН ли внедрил в их мозг понимание того, как всё надо устроить? И вообще - ЧТО он такое? Зло? Кому как...

Разве в мире есть очевидное понятие добра и зла? Люди кричат, что жертвоприношения, убийства, это зло - КОМУ зло? Драконам? Драконам добро. Людям? Наверное - зло. И что? Люди едят домашних животных, которые им доверяли, которые росли вместе с ними, ели с их руки - это как? Добро? С точки зрения людей - да. А с точки зрения коровы, которую хозяйка выпаивала молоком, которая ласково тыкалась ей в бок - для неё как? А для косули, бродящей в лесу на свободе, и не подозревающей что она оказывается, создана для того, чтобы её убили и нарубили в гуляш - для неё как?

Потому драконица совершенно спокойно относилась и к людям, мало чем отличающимся от животных, и к драконам, которые настолько недальновидны, что вряд ли поймут выгоду паразитирования на людях. Да, да - паразитирования. Натороканта была умна, и прекрасно понимала, что такая жизнь есть вид паразитирования. И так же прекрасно понимала, что не все драконы правильно воспримут этот факт - драконы суть паразиты. Звучит гадко, но...разве это не так?

Тысячи лет старейшины удерживают баланс, делая так, чтобы люди не очень развивались, чтобы не заполонили весь мир, вытеснив драконов, но одновременно поддерживая их, когда популяция слишком уменьшалась. Были случаи, когда приходилось даже останавливать войны, затеянные людьми без участия драконов. И всё ради блага людей. Всё ради того, чтобы они исправно передавали свои души в Артефакт.

Остров в океане, скала, на которую можно попасть только с воздуха, отвесные скалы, а на них - площадка. Небольшое плато, километра три в диаметре. И посреди неё, в углублении, заполненном прозрачной дождевой водой- прекраснейший, великолепный цветок - Артефакт. Он пульсирует, переливается всеми цветами радуги, а когда находишься возле этого чуда, тебя охватывает восторг, наслаждение, тепло... Так бы и стояла возле него вечно...

Но нет - через какое-то время ты испытываешь желание бежать, лететь от него - куда угодно, подальше. Это значит - ты получила всё, что мог дать тебе Артефакт. Ты излечилась, ты продлила свою жизнь ещё на несколько тысяч лет...и хватит. Лети, живи...как понимаешь, как можешь и как хочешь. А хочешь ты - жить вечно, и чтобы Артефакт всегда был в этом мире.

***

- Ну что, Федя, удачи тебе! - Андрей похлопал друга по плечу, и неловко обнял - за женой я присмотрю, в обиду не дадим. Возвращайся быстрее. Как думаешь, сколько времени займёт операция?

- Да кто знает - хмыкнул Фёдор - если поубивать всех к демонам, то быстро. Перевешать, да и всё. Но ты же добряк, ты хочешь, чтобы и замирить, и никого не прибить. Так что боюсь - затянется месяца на два. Идти туда, опять же - недели три. Вот и считай - на полгода ты меня загнал в дальние края. Да ладно, не хмурься - шучу! Понимаю, что надо юг почистить. Только и ты потом не ругайся, если придётся вздёрнуть в петле десяток аристократов - я это сделаю.

- Не переусердствуй, Федь. Нам с ними жить. Юг - это зерно, это рудники, это золото и серебро, это сера и пирит, это киноварь и медь. Договаривайся, угрожай, привлекай к сотрудничеству. Вздёрнуть - легко. Ты сумей договориться! Ладно, до скорого. Постарайся завершить поскорее. Не забывай - уводишь самые боеспособные части.

- У тебя ещё остаётся личная гвардия, плюс рекруты - они достаточно обучены. Воевать пока не с кем - пиратов разгромили, Славия притихла, так что всё будет нормально. Всё, поехал.

Фёдор вскочил на коня, и рысью поскакал за последним обозом, выезжавшим из ворот города. Уже перед самыми воротами он оглянулся, помахал Андрею рукой, и исчез под аркой.

Андрей проводил его взглядом, повернулся, и тоже вскочив на коня, поехал во дворец, погрузившись в раздумья, которым не мешали десяток телохранителей, скачущих сбоку. Он уже настолько к ним привык, что и не замечал.

Проезжая мимо восточных ворот, он вдруг передумал:

- На завод! - пришпорил коня, взявшего с места в аллюр, и помчался, обходя ближе к обочине фургоны, вереницей тянущиеся из города. В этих фургонах везли всё - от муки и круп, до слитков металла и нефти. Тяжёлые телеги продолбили глубокие колеи, и Андрей задумался - не начать ли строить булыжную дорогу? Кстати - пора бы и территорию завода замостить камнем...

Ворота были открыты, стоял дикий шум - возчики сцеплялись колёсами, норовя проникнуть на территорию и разгрузиться пораньше, охранники на них матерились, грузчики ещё добавляли мату, возчики витиевато отвечали и в воздухе висел такой густой мат, что у неподготовленного человека уши норовили свернуться в трубочку. Андрей видал всякое, особенно в армии, потому относился к этой неразберихе спокойно и с улыбкой, чего нельзя было сказать о его телохранителях, плёткой разгоняющих воинственных возчиков.

Энар и Акур были на месте, в кабинете, и очень обрадовались, увидев Андрея:

- Скорее пойдёмте! Мы покажем вам!

- Чего вы там собрались мне показать - усмехнулся Андрей

- Увидите! - загадочно подмигнул старший брат и колобком выкатился из дверей кабинета. Следом за ним Акур, Андрей едва успевал за шустрыми изобретателями.

Привели они его на полигон, вниз по реке - пришлось километра два почти пробежать за неугомонными братьями. Здесь была площадка, на которой испытывали всё оружие, что делали на заводе. Сейчас механики возились возле установки, которая очень напоминала 'Катюшу'. Только не на машине, а на турели с трёмя направляющими. Длинные снаряды с оперением, уложенные на продольные направляющие, нацелены в бугор, находящийся в пятистах метрах от реки.

- Вот! - с гордостью сказал Энар - смотрите! Не надо стволов, не надо прокатных станов - снаряд сам летит, ударяется о землю и взрывается!

- А если не ударяется? Если он пойдёт боком, вскользь?

- Тогда у него есть своё взрыватель, медленно тлеющий. Он всё равно подорвёт заряд! - радостно сообщил Акур - вы подали идею, я и сделал! Нитропорох, тол - всё, как надо!

- Чем запускаете?

- Вот, машинка - покрутить, а здесь медный провод, а там щёлкает искра - и бах! Полетели! Можно и факелом - но это как-то несовременно. Машинкой лучше. Вес снаряда - пятьдесят килограммов. Втроём загружают.

- А смысл делать такие тяжёлые?

- А чего мелочиться? - хихикнул Акур - трубы большого диаметра пока не можем, а эти штуки можно любого размера! Хоть с дом! А если попадёт в корабли, или в ворота...впрочем - я пока сам не знаю что будет, если попадёт в ворота. Но должно быть недурно. Попробуем? Всё готово. Только надо спуститься в траншею...на всякий случай.

Вся компания спрыгнула в окоп, и Андрей с интересом взял в руки 'адскую машинку' - примитивный генератор электричества. Стоило лишь в общих фразах рассказать принцип действия, и вот...

Идеи витают в воздухе. Если талантливому человеку показать направление, в котором нужно двигаться его разуму - для него нет преград.

Андрей вспомнил фантастический рассказ, прочитанный в юности - там провели эксперимент - группе изобретателей показали кино, в котором был заснят момент старта антигравитационной машины. Эта машина якобы на старте взорвалась, уничтожив изобретателя. И предложили этой группе повторить изобретение. И через некоторое время антигравитацию действительно изобрели - люди знали, что это возможно, знали, что кто-то это сделал, и они преодолели барьер: 'Это невозможно!'

Так и тут - стоило рассказать человеку, что прибор можно сделать, что он должен делать то-то и то-то, и вот - прибор готов. Голову, умелые руки, много денег и большое количество рук рабочих - можно сделать всё, что угодно, рано или поздно.

- Начинаем? Крутите ручку, ваше высочество! - Акур радостно заблестел глазами, и Андрей крутанул ручку три раза.

- Нажимайте на рычажок...есть!

Наверху жахнуло, поднялась пыль, и что-то завыло - ИИИИИИИ! Все высунулись из окопа, успев увидеть разрыв здоровенных снарядов. На холме в пятистах метрах от них выросли столбы земли, а по ушам ударил гром. Все благоговейно замерли, и с минуту царило молчание. Потом вдруг Акур вскочил на ноги и заплясал:

- Есть! Есть! Получилось! Всё получилось, как вы и говорили! Вы гений, ваше высочество!

- Нет, не гений. Вот ты и правда гений - улыбнулся Андрей - сколько снарядов 'катюши' уже готово?

- Каких снарядов? Катюши? Катюша...а что, хорошее название - улыбнулся Энар - пятьдесят уже есть. Пока больше не делали, надо отстрелять эти, а уж потом...

- Делайте больше. И вот что - мне нужны снаряды, которые будут разрываться без удара о землю. То есть с замедлением в несколько секунд. Чтобы могли разрываться в воздухе. И чтобы это замедление можно было бы регулировать. Вот смотрите - если заполнить эти снаряды по краям свинцовыми или стальными шариками...а в центре взрывчатку...

- Понял! Понял! Ничего сложного! Сделаем! - радостно завопил Акур, будто ему предложили сделать не шрапнельный снаряд, а что-то такое, что останется в истории как само человеколюбивое из изобретений.

Андрей грустно посмотрел на веселящегося изобретателя, и невольно вспомнил: 'От многия знания, многия печали'. Для безумного изобретателя это возможность изобрести новую игрушку, а то, что она убьёт множество людей - так это так, как в компьютерной игре. Он же их, этих людей, не видит...

- А это не всё! - продолжал радоваться Акур - пойдёмте, ещё что покажу!

Изобретатель выскочил из окопа, и бросился к накрытым брезентом предметам в десяти метрах от него, торжествующе сорвал ткань...миномёт. Андрей узнал его сразу. Да чего там узнавать - наклонённая труба на круглом основании, в ящике - хвостатые круглые мины.

- Калибр?

- Восемьдесят два миллиметра! На это оружие не надо бесшовных труб! Оно дешёвое, и мы можем делать их быстро!

- А мины?

- Нуу...с минами послжнее, конечно. Но делаем же мы снаряды - а мины чем сложнее? Да ничем. Принцип понятен - вышибной пороховой заряд, тол, взрыватель. Главное - не надо сложных затворов, не надо бесшовных труб - мы каждый орудийный ствол делаем с таким трудом...а тут - дешёвый металл, и бах! Полетела! Показать? Мы испытывали - работает отлично.

- Верю - Андрей помотал головой - давайте побольше 'катюш'. И миномётов. Всего побольше. И с взрывчаткой осторожнее. И вообще осторожнее. Ты бы сам не испытывал, Акур...не дай бог что с тобой случится...

- Он не может не испытывать - усмехнулся Энар - и я не могу. Ну как мы не попробуем своё детище? Это же главное, ради чего мы работаем! Заработало, отладили - хочется попробовать ещё чего-то, нового. Может всё-таки постреляете из миномёта? Он так забавно хлопает...а знаете, далеко ведь бьёт! На три версты мину кидает! И не спрятаться от него - она сверху падает. Даже в яме не спрятаться. Забавно так...

- Ага, забавно - неопределённо буркнул Андрей - давайте-ка без меня. У меня дел ещё полно. Вы машины для тех двух кораблей опробовали?

- Да, всё нормально. Их уже ставят.

Андрей кивнул головой и зашагал к заводской проходной. Ему катастрофически не хватало времени - он хотел успеть и на завод, и на верфь, и посетить магистратуру, и строительство больницы, и ...да много чего 'и'.

Куда он спешит, куда? - иногда приходило в голову, и тут же отвечал - нужно доделать дело! Нужно! Для чего он здесь? Отдыхать? Прохлаждаться? Некогда. Он должен...а что должен? Ну как что? Убрать Зло из этого мира. И тут же в голову стучало - принеся другое Зло? Вот сейчас он был на испытании смертоноснейших устройств, каких ещё не знал этот мир. ЭТО добро? Сколько убивают исчадья, и сколько убил и убьёт он? И это мысль, как и всегда, обдала его холодком, прошедшим вдоль спины...

***

- Посмотри - он ползает! Он уже ползает! - Антана залилась счастливым смехом, и подняла смеющегося Марка вверх - какой красавчик! Весь в тебя! И никогда не болеет! Умничка! Знаешь, какой он умный? Знаешь? Он сегодня игрушку у Марго отнял и уполз с ней! Вот!

- Ваш ребёнок с младенческих лет начинает проявлять своё пристрастие к грабежу. Весь в папу - меланхолично заметила Шанти, раскачивая на кончике большого пальца ноги изящную белую туфельку- но справедливости ради надо сказать - Марго от него не отстаёт. К чести женского пола - она догнала супостата, отняла добычу, и треснула его этой игрушкой по голове.

- Моя дочка! - радостно отметила Олра - они и правда очень быстро развиваются, Андрей! Все просто глаза вытаращивают - в таком возрасте, и уже ползают! И не болеют! Все дивуются!

- Ещё бы им болеть - передала Шанти - при папе-то оборотне. Как считаешь, Марго тоже приняла свойства папы?

- Наверное - передал Андрей - кровь-то у неё моя! Запросто может быть. Кстати - как бы проблем не было. Что-то опасаться я стал. Если у них рано проявятся свойства оборотня...

- Ну ты же знаешь, что так не будет. Пока не подрастут. Впрочем...всё бывает. Вон как быстро они развиваются. Откусит титьку кормилице...шуму будет! Весело!

- Андрей, или, подержи детей - предложила Антана - надо приучать их к твоим рукам! Держи, держи, ничего с ними не случится!

- Со мной бы ничего не случилось - сказал Андрей, с сомнением осматривая младенцев, сидящих у него на руках и крепко схвативших отца за нос.

- Ты имеешь в виду - они тебя обдуют? - заметила Шанти - а что, могут. Это не дети, а какие-то ползучие вёдра! Такие лужи, как они делают, только конь может оставить.

- Шанти! Вот посмотрю, какие у тебя будут дети! - возмутилась Олра - может они ещё больше лужи будут делать!

- Уверена - больше - хихикнула Шанти и подмигнула Андрею - как ты думаешь, братец, больше?

- Вряд ли - заметил Андрей, со вздохом передавая детей матерям и удручённо оглядывая мокрые штаны - придётся идти переодеваться.

Он дёрнул за звонок, и когда вошёл слуга - молодой человек лет восемнадцати, с приятным интеллигентным лицом - приказал:

- Приготовь мне свежий костюм. У меня тут кое-какие неприятности. В спальне положи. Да! - приготовь ванну.

Молодой человек без улыбки поклонился, и исчез за дверью. Андрей вздохнул, и шутливо отсалютовал:

- Всем пока! Ухожу опоганенный своими детьми при пособничестве их матерей! Заговор!

- Опоганенный?! - возмутилась Антана - да их 'водичку' пить можно и к больным местам прикладывать - такая она чистая и лечебная! Такое впечатление, будто тебя и правда кони обдули! Уж не брызни на него, размокнет, как сахарок!

- Да, размок прямо таки! - поддакнула Олра, и потянувшись к радостно расползающимся 'таракашкам' проугукала - идите к маме-Олре, детишки! Сейчас вам штанишки поменяем, сейчас...папка злой, папка не любит, когда мы на него писаем! За это мы как-нибудь на него ещё и накакаем!

- Ага - все усядьтесь, и сделайте это на папку - саркастически заметил Андрей, выходя из комнаты - Шанти, а ты повыше залезь при этом. Ты же любишь экзотику, высоту, тебе не привыкать!

- О чём это он? - заинтересовалась Антана

- Не слушай его! - смутилась Шанти - болтает всякую чушь! Слушать даже противно!

- Нет-нет, что, всё-таки - глаза Антаны заблестели - чего она опять вытворила? Ну-ка, признавайтесь!

- Да ничего! Чушь он несёт! - раскраснелась Шанти - ну залезла ночью на крышу, походила по краю, по перилам. И что такого? Приятно погулять на высоте, под звёздным светом. Небо такое красивое, такое глубокое...

- Ты же могла упасть! - осуждающе покачала головой Антана, и Олра, как её клон, повторила движение императрицы - ночью, по скользкому парапету! Шанти, не надо так делать, мы же переживаем за тебя!

- Ты не всё знаешь - ухмыльнулся Андрей - она гуляла по крыше голая!

- Чего-чего? - заинтересовалась Олра - голая? Вот это да! А как же охранники?

- Врёт! - возмущённо крикнула Шанти и вскочила со своего места - не голая я была, а в ночной рубашке!

- Только добавь, что ночнушка едва доставала тебе до задницы, и была такой прозрачной, что сквозь неё легко было рассмотреть звёзды!

- Какая сволочь сдала?! - Шанти поджала губы и возмущённо помотала головой - врут, всё врут!

- Ага, врут - теперь весь город говорит, что на крыше дворца появилась Белая Королева, и обходит дозором свои владения.

- Что за белая королева? - в один голос спросили Антана и Олра

- А вы у неё спросите - поднял брови Андрей - уверен, она знает. Работала ведь под неё. Только вот зачем свой зад охранникам показывала...хорошо хоть в темноте лицо не рассмотрели.

- Легенда такая есть, про Белую Королеву - буркнула Шанти, а потом не выдержала и захихикала - видели бы вы их рожи! Особенно, когда я зад показала - факел всё осветил, и один из стражников алебарду выронил! А та соседу по башку врезала - ну как он матерился! Впрочем - не очень качественно. Ничего нового я не узнала.

- А чего про королеву-то, чего про королеву? - спросила Олра, удерживая за пятку упорно уползающее чадо.

- Ну...якобы перед какими-то важными событиями в императорской семье появляется Белая Королева и обходит дозором дворец. И вроде её видели перед смертью Императора. Чушь, конечно, и бред. Но теперь они уверены, что этот самый призрак есть. Ну чего вы на меня так вытаращились? Ну, похулиганила немножко, никому же не навредила! Знали бы вы, как приятно стоять на краю крыши, над землё...практически обнажённой, залитой звёздным светом...чувствуешь себя такой цельной, такой всемогущей, такой свободной!

- Дааа... - протянула Олра - а я бы тоже забралась на крышу! Я всегда была отчаянной девкой, меня отец за это ругал. Мне сейчас тоже захотелось побродить под звёздами...голой, как в момент рождения, свободной...

- И мне... - неожиданно поддержала Антана, мечтательно улыбаясь - под звёздами, в темноте...в вышине...

- Да, да - все полезайте! - фыркнул Андрей - и детишек захватите! И все толпой голышом там гуляйте! Да что мне всё извращенки какие-то попадаются!

- Не понимает он нежных женских душ - нарочито вздохнула Антана - иди, переодевайся, опоганенный...Шанти, расскажи нам историю этой Белой Королевы, кто она была, за что её убили...её же убили, да?

- Да, да - закричал Андрей - за то, что голая по дворцу бегала! Вот её, извращенку, и прибили!

- Врёт - отрезала Шанти - ты иди, братец, мы тут поболтаем. Ни к чему тебе женские бредни слушать!

Андрей выскользнул в дверь, улыбаясь во всю ширь лица. Ему не хотелось уходить, несмотря даже на мокрые штаны. После общения со своей весёлой семейкой он всегда получал заряд хорошего настроения, выводящего его из депрессии, в которой он теперь частенько пребывал. Почему в депрессии? Он сам не мог этого определить. Вроде всё верно, всё идёт как надо...и вдруг ощущение, что он что-то делает неверно, не так, как надо.

Андрей привычно достал из-за воротника серебряный крестик и задумчиво погладив, приложил его к губам:

- Господи, дай разумения! Помоги мне справиться, сделать всё, что задумано, дай сил, дай мудрости!

И как всегда не услышав ответа, он вздохнул и побрёл к себе в спальню.

***

Брызги били в лицо! Ветер рвал волосы,и раздувал парус!

Дроган жадно впитывал морской воздух всем своим могучим организмом, и как будто бы набирался силы, всё больше удаляясь от материка.

Никогда он ещё не заплывал так далеко. Его Королева дала ему волшебный прибор, по которому они сейчас и прокладывали курс. А ещё - по звёздам.

Сто кораблей, каждый из которых нёс сто пятьдесят воинов - сильных, могучих, умелых. Их ждали новые земли - с жирными, мягкотелыми людьми, недостойными той земли, которая им досталась не по праву. Будет много крови, будет много пиров, будут женщины - законная добыча каждого вина, будут рабы, будут несметные сокровища - Королева никогда не ошибается.

Надо сказать, что Дроган боялся Королеву до обморока. В её хрупком на вид, гибком, сладострастном теле таилась невероятная сила. Она могла запросто переломить пополам любого из самых сильных воинов, разметать целую армию.

Дроган и боялся её, и благоговел перед ней. Он готов был лизать ей ноги, лишь бы она была довольна. Впрочем - иногда она позволяла ему это делать...

Никто не знал о её власти, никто не знал о её могуществе. Для всех она осталась сейчас дома, беречь домашний очаг, но на самом деле - Дроган знал - когда его воины ступят на землю тёплого материка, Королева будет уже там. Чей вид она примет - он не знал. Может быть она уже здесь, приняла облик одного из воинов, или облик жреца - он не знал. Табу. Всё, что касается Королевы, всё, что касается жрецов - табу. За попытку проникнуть в тайну можно поплатиться головой.

И такие случае в истории были. Дважды короли были низвергнуты жрецами, и закончили свои дни в муках, и муки эти были страшны. Зачем Дрогану эти 'неприятности'? Он Король всего народа, он может творить со своими людьми всё, что захочет! Прикажет - и все воины в этой ладье перережут себе глотки! Прикажет - и они прыгнут в море на корм морским тварям - потому что приказал он, Король, а его слово - закон. Иначе...иначе они закончат на жертвенном камне, или просто умрут, покрывшись страшными нарывами, от проклятия жрецов. А ещё - умрут все их близкие - жёны, дети, братья, сёстры, мать и отец - все.

Дроган усмехнулся, и тут же вздрогнул, вспомнив зелёные глаза Королевы...да, он благоговел перед ней, он любил её, но как же хорошо оказаться подальше от неё, и насладиться иллюзией собственной свободы и значимости! Здесь, в море - он свободен.

Ещё неделю их ладьи будут пробиваться через океан, а потом...потом оружие напьётся крови. Пятнадцать тысяч могучих воинов, лучших из лучших, не боящихся смерти - кто сможет им противостоять? Если только демоны, да и то...это ещё надо посмотреть, кто кого.


## Глава 12


- Рассказывай.

- Основная часть армии ушла из города на усмирение Юга. Командует армией друг консорта, генерал Фёдор. В городе осталась стража и охрана. Консорт, и его советница Шанти постоянно на Заводе, с оружейниками. Уезжают часа через три после рассвета, и возвращаются за полдень. Во дворце остаются Императрица с наследником, и бывшая жена консорта с его дочерью.

- Какова охрана дворца?

- Очень сильная. Специальная гвардия - спецназ, ну и обычные охранники. Спецназ вооружён пистолетами и штуцерами. Против них никто не устоит. Обычные охранники тоже непросты - у них пистолеты. Ну и обычное оружие - сабли, алебарды, копья и всё такое прочее. Насколько я знаю, круглосуточно несут службу триста человек, плюс шестьсот человек в казарме возле дворца. После уличных беспорядков охрана усилена и обучена быстро блокировать улицы вокруг дворца.

- Что такое пистолеты, штуцера? Можешь описать действие?

- Штуцера - это такие металлические трубки на деревянном ложе, прикладываются к плечу. Имеют два заряда - два раза выстрелил - перезаряжай. Перезарядка происходит в течение двух-трёх секунд, их специально тренируют делать это быстро. Штуцер стреляет пулей - это такая продолговатая металлическая болванка, которая пробивает любые латы на расстоянии в несколько сот метров. Эти солдаты непобедимы.

- А что такое пистолеты?

- То же самое, что и штуцера, только очень короткие, для ближнего боя. Вся армия Балрона перевооружается, у всех будут штуцера, винтовки и пистолеты.

- Что такое винтовки?

- То же самое, что и штуцера, только они длиннее и дальнобойнее. И диаметр стволов поменьше. Трубок этих самых.

- Как защищён порт?

- Никак. У нас с давних времён не было морских сражений, даже флота военного почти нет - не считая кораблей стражи. Ни катапульт, ничего. Единственная серьёзная опасность - 'Акула'. Она одна может разнести целый флот.

- Что за 'Акула'?

- Корабль береговой охраны. Его переоборудовали несколько месяцев назад. Он может двигаться без парусов, покрыт металлической бронёй, на нём стоят две пушки и восемь пулемётов. А ещё на нём находится абордажная команда - пятьдесят человек отборных головорезов спецназа.

- Уничтожить целый флот? Ты не врёшь? Сказки...

- 'Акула' в одиночку уничтожила несколько десятков кораблей в бухте острова Шинунал. И весь город Шинунал. На месте города теперь только обугленные остовы домов, причалов больше нет, а корабли пиратов лежат на дне бухты. Информация точная.

- Чем же она так? Как такое возможно?

- Пушки. Пушки бьют на несколько верст, выбрасывая снаряды - металлические болванки, которые взрываются при попадании в цель, уничтожая всё, во что попали. Один-два выстрела - и корабля нет. И пулемёты - представьте себе штуцер, который выбрасывает пули беспрерывно, как будто поливает струёй воды. Это смерть, плавающая смерть - вот что такое 'Акула'. Но - она сейчас в экспедиции, патрулирует между Шинуналом и границей Славии. Отлавливает последних оставшихся пиратов. Они же не все были в порту - кораблей двадцать осталось на плаву, и усиленно грабят, зная, что скоро их прижмут совсем. Грабят всех - и славийцев, и балронцев. Вот 'Акулу' и отправили показать им, кто в доме хозяин. Ушла три дня назад, и насколько знаю - дней на десять, точно. А может и больше.

- Хорошая новость...очень хорошая. Расскажи о заводе - что это за завод? Что на нём делают? Какова охрана? Всё, как о дворце императрицы.

- Завод. Это фактически город в нескольких верстах от столицы, и сам он тянется на несколько вёрст. Окружён стеной, как город. Находится на берегу реки. Это город-мастерская с населением в несколько тысяч человек. Точное количество жителей неизвестно. На его территории имеется химическое производство, изготовление изделий из металла, и...да чего там только нет! Описать это трудно, и займёт много времени. Главное - там делают всё оружие, что изобрёл консорт и его инженеры. Там же склады с готовым оружием и выстрелами к нему. Вокруг завода живут рабочие - каждому построен дом. Город, настоящий город. На территорию завода вход только по специальным разрешениям, отпечатанным на бумаге - их называют пропусками. Работают круглосуточно, по очереди - это называется посменно.

- Да плевать, как они работают! Охрана! Сколько охраны?!

- Точное количество неизвестно. И не в количестве дело. Завод окружён стеной десятиметровой высоты, и четырёхметровой толщины которую не пробьют и стенобитные машины. На стене стоят пушки, пулемёты и ещё какие-то штуки, которые только что появились - что-то вроде пушек, что ли. Говорят - страшные по силе приспособления. На заводе запасы продовольствия на случай осады, воды у них хватает - из реки. В случае опасности они могут держать осаду месяцами, а то и годами. Оружия у них - горы. Кроме того - можно вооружить рабочих. На территорию завода попасть без разрешения невозможно. Подойти - тоже.

- По реке?

- Решётки до самого дна, стена выходит и за реку. Стена длинная, но охраны хватает, чтобы успеть везде, где им нужно быть. Подойти незаметно нельзя - деревья вокруг срублены на пятьсот метров, бугры срыты. Ровная площадка, на которой можно уничтожить любое войско - вспомните 'Акулу', что она сделала с Шинуналом - так это ещё страшнее.

- А дома вокруг? Они охраняются? Ну - те, где живут работники.

- Стража. Патрулируют. Обычная стража, с обычным оружием. Ловят дебоширов, воров - как обычная стража. Такой, как на территории завода стражи нет.

- А что, у охраны императорского дворца нет пушек и пулемётов?

- Мне об этом не известно. Туда не подпускают чужих, останавливают на подходе, за два квартала. Может и есть. Скажите, вы готовите вторжение Славии в Балрон? По морю вы не пройдёте - придётся идти мимо 'Акулы', а она потопит флот. По суше...я бы уже знал, если бы войско, способное взять столицу подходило бы к её стенам. Кто вы, госпожа? Мне сказали, что вы из Славии...

- Тебе какая разница? С какой целью спрашиваешь? Я тебе плачу, ты даёшь информацию. Заткнись, и говори только тогда, когда я спрошу. Иначе ты умрёшь и не воспользуешься своим золотом.

- Да я ничего - нахмурился Данеро - надеюсь, я не пострадаю, от того, что дал вам эту информацию...

- Надейся - улыбнулась Натороканта и ухватив Данеро за голову переломила ему шею, как сухую ветку - все мы на что-то надеемся, не правда ли?

Она встала, отбросив труп бандита, положила назад в сумку мешочки с золотом, которое принесла для оплаты за информацию, и вышла из кабинета, закрыв голову капюшоном. Она узнала то, что хотела. Можно было бы, конечно, не убивать подонка, но...зачем рисковать? Зачем ей слухи о том, что скоро начнётся вторжение. Вместе с Данеро умерла и информация. А так - человеком больше, человеком меньше - какая разница? Больше ей от него ничего не было нужно.

Драконица проскользнула мимо охранников, равнодушно посмотревших её вслед, прошла через зал трактира и оказалась на тёмной ночной улице. Пройдя примерно с квартал, Натороканта запрыгнула в ожидающую её карету, и та тут же тронулась, увозя седоков подальше от страшного района. Человек, сидящий на скамейке облегчённо вздохнул, и спросил:

- Узнали, то, что нужно? - и не дождавшись ответа от надменной собеседницы, тут же добавил - Данеро знает всё об этом городе и его людях. Скажите - я могу рассчитывать на то, что когда захватят город, мои владения останутся целы? Что меня не тронут?

- Можешь - фыркнула драконица и приказала - останови здесь. Вот твоё золото - оно не понадобилось. Здесь я сойду. Если понадобишься - я тебя найду. (Она, вначале, хотела убить и этого человека - потом передумала. Может - пригодится... Уже когда ушла от него - пожалела - надо было и его убить. Зачем он теперь нужен?)

Владелец кареты мелко закивал головой на слова собеседницы - он считал Натороканту представительницей славийского правительства. Драконица проникла в его дом и пригрозила смертью, если он не поможет ей узнать нужную информацию. Он и вывел её на Данеро. Кстати сказать - барон был третьим, к кому она обратилась за помощью. Драконица просто выбирала нужные дома - те, которые побогаче, проникала в них под личиной птицы, или кошки, а потом искала того, кто может ей помочь в поиске нужных сведений. Два предыдущих аристократа были ей совершенно бесполезны, потому она уничтожила их без всякого сожаления. Можно было, конечно, просто полететь в тот же дворец, или на завод, и самой попытаться узнать всё, что ей нужно, но кто знает - может они умеют распознавать ауру дракона? Зачем рисковать? А кроме того - ей был нужен человек, который даст полную информацию, не только о заводе - обо всём, что делается в городе. И она такого нашла. Пусть даже и пришлось по дороге убить несколько человек. Теперь картина происходящего получила последние мазки. Всё складывалось на удивление удачно для армии вторжения, и Натороканта торжествовала - завтра утром корабли Островной Империи воткнутся своими носами в землю Балрона. Первоначальный план следовало изменить - ни к чему скрываться и высаживать армию где-то вдалеке - не лучше ли сразу высадится в незащищённый порт? И не надо преодолевать городскую стену - идиоты не удосужились защититься со стороны моря!

В глубине души драконицы копошились сомнения - неужели люди могли допустить такую оплошность? Но потом она отбросила эти мысли - люди вообще такие идиоты! Они и не такую дурость вытворяют. А то, что их оружие такое страшное, такое могучее - она не верила. Один корабль уничтожил целый флот? Чушь! Но тогда, возможно, Данеро врал и про другое?

Запутавшись в своих мыслях, сердитая, драконица приняла облик большой морской птицы и взлетела в небо, отравляясь туда, откуда сейчас приближались корабли армады. Лететь пришлось несколько часов, и скоро она оказалась над галерами, несущими своих хозяев. Выбрав ту, над которой развевался флаг Короля, Натороканта скользнула вниз, и через минуту уже стучала в дверь, за которой спал Дроган.

- Спишь? - сходу спросила она, стремительно врываясь в каюту - слушай внимательно. Планы высадки меняются. Срочно передавай на корабли - изменить направление движения на пять градусов влево. Будем высаживаться прямо в столице, в порту. Он не защищён. Кстати - нам везёт - армия Балрона недавно ушла на Юг, умиротворять мятежный район. Балрон сам падает нам в руки. Передавай, и я кое-что ещё расскажу, очень важное...

Дроган молча кивнул и вышел из каюты. Через несколько минут с флагманского корабля понеслись серии вспышек - сигнальщик передавал на остальные корабли приказание Короля. Дроган проследил за исполнением, и снова вернулся в каюту, где его ждала драконица, нетерпеливо постукивающая пальцами по столу.

- Теперь слушай! - Натороканта изложила Дрогану всё, что знала защите порта, дворца, и завода. Дроган слушал не перебивая, потом спросил:

- Их оружие на самом деле такое сильное? Или это россказни?

- Возможно, что и не россказни - неохотно призналась драконица - в любом случае - пока не попробуем, не узнаем. В общем, так - высаживаемся - часть сил отправляешь к дворцу, часть пусть режет горожан. И часть - на Завод. Только не бегите, как бараны к заводу - вначале небольшой отряд, на разведку. Потом только основной группой. Если войдёте во дворец - мне императрица и её сын нужны живыми. И её муж - тоже. Он будет работать для нас, а чтобы заставить его - возьмём жену и сына. Остальных можете вырезать. Впрочем - нет - бывшую жену оставите в живых, и её дочь. Это же тоже его ребёнок, так что пригодится. Отдыхаем. Завтра будет тяжёлый день... - драконица подошла к кровати Дрогана и упала на неё, раскинув руки и закрыв глаза. Ей предстояло многое обдумать, и не только завтрашний бой. Что бой? Проиграют они завтра, или выиграют - она всё равно в выигрыше. Но как хочется заполучить этого Андрея! С ним бы она точно завоевала весь мир...

***

Наблюдатель на смотровой башне порта протёр сонные глаза, потом взял сбоку, у парапета глиняную бутыль с водой, вылил немного в ладонь и плеснул в лицо. Прохладная жидкость освежила, а то хоть палочки под веки вставляй, чтобы не закрывались. Ночное дежурство всегда очень тяжёлое. Лучше два дневных, чем одно ночное. Впрочем - были и свои преимущества - все утром на службу, а он в постель, немного поспит, потом затащит в постель Дагру, и...потом снова поспит. Чем не жизнь? Так-то служба на смотровой башне необременительна - стой и смотри в море. Только вот что там увидишь - редкие купеческие суда, которые не отстоялись ночь на якоре по причине своей торопливости, да пираты, которые, впрочем, давненько тут не появлялись. Они лежат на дне морском - чего им появляться-то? Так что спи и спи. Впрочем - дадут тут поспать! Чёртов проверяющий может притащиться в любой момент, а тогда прощай недельное жалование, и плюс шкуру спустят плёткой. В прошлом месяце Граст заснул на посту, да ещё и нажрался вина - так его гнали сквозь строй и всю шкуру со спины спустили! Новый начальник поровой стражи сам не спит, и никому не даёт! Ну вот сказать по правде - какого демона туда смотреть? Ну что там в темноте, на этом демоновом море можно увидеть? Кто там может...что? Что это?

Стражник завороженно смотрел на целую стаю здоровенных кораблей, похожих на громадных морских птиц. Они, как в дурном сне, медленно, но верно приближались к берегу. Даже в предутренней серой тьме было видно, как поднимаются и опускаются вёсла, толкая суда вперёд, и большие белые паруса раздувается под утренним ветерком. Отсюда, с расстояния в несколько вёрст они казались маленькими, как игрушечными, но солдат видел, насколько они велики.

Славия? Вторжение! - первое, что подумал стражник, и со стыдом ударил себя кулаком в лоб - проспал, болван! Их надо было заметить ещё на горизонте! А он...впрочем - как их заметить в темноте? (Он не знал, что Натороканта специально подгадала так, чтобы корабли подошли под утро, она задержала эскадру за пределами видимости с берега.)

Стражник рванулся к бронзовому колоколу, висящему посреди башенной площадки, и ухватив за толстую верёвку, стал раскачивать тяжёлый язык. Ему всегда хотел попробовать, как звучит этот колокол. Говорят, что в него били редко - последний раз тогда, когда в порту был большой пожар и сгорело судно, нагруженное хлопком. Но тогда он ещё не служил. Ему всего-то от роду двадцать лет. Только женился. Жена на сносях, и вот - вторжение. Везёт, как пловцу сожранному акулами...

Густой металлический гул полетел над предутренним портом, над городом, над заснувшими причалами. Начальник береговой стражи вскочил с постели у себя дома - звук колокола был таким могучим, что разносился на всю округу, тем более что жил главный стражник недалеко от порта - чтобы в случае чего добежать на службу за считанные минуты.

Выглянул в окно - на башнях горели сигнальные огни, подкрашенные специальным порошком в красный цвет - вторжение! Опасность! Сбор всем!

Мужчина лихорадочно натянул штаны, под сонные вопросы жен, нацепил портупею с мощным двуствольным пистолетом, надел саблю, потом вспомнил - надо кольчугу. Хотел вернуться, но махнул рукой - некогда!

До порта была около полутора вёрст бегом, и пробежал он их в рекордное время, как будто бежал от смерти.

В порту уже всё кипело - бегали дежурные наряды, солдаты выстраивались цепью с заряженными штуцерами, на башнях расчехляли плотно укрытые брезентом пулемёты и открывали пушку.

Всего было четыре 'акура' и одна семидесятишестимиллиметровая пушка с разрывными снарядами. Начальник портовой стражи просил поставить ему больше орудий, но увы - часть пушек ушло с Фёдором, часть - стояла на стенах завода, две на 'Акуле'...порту досталась только одна. И четыре пулемёта. Боевых действий после того, как расхлестали пиратов не предвиделось, так что смысла в особом усилении порта никто не видел. И теперь начальник стражи сжимал кулаки так, что ногти до боли врезались в ладони - если бы пушек побольше! Если бы...

- Гонцов во дворец! Быстро! В казармы! Поднять всех! Стрельба по команде! Приготовились!

Начальник стражи вглядывался в подходившие галеры - они были уже довольно близко, и неслись, как будто на них установили паровые двигатели - им помогал утренний ветер с моря, раздувавший огромные паруса. На каждой галере виднелось не менее полутора сотен человек. Чужаки уже поняли, что их обнаружили, не скрывались, и распевали что-то ритмичное, грозное, отголоски чего доносились и до башни, на которой стоял начальник стражи. Хестар прикинул расстояние, и скомандовал:

- Пушку наводить! Бей по ближайшим, без команды! Как только начал тонуть - бей другого! Удачи, ребята! Пулемётчики - огонь, как только корабли окажутся в пристрелянной зоне. То же самое штуцеристы. Упавших в воду не бейте - пусть акулы работают. Ребята, покажите всё, чему вы учили вас всё это время! Огонь!

Щёлкнул затвор, несколько секунд молчание, потом пушка рявкнула, выбросив ослепительный в предутреннем сером тумане столб пламени, и всё началось.

Пушка била каждые несколько секунд. Снаряды ложились довольно точно - каждый второй выстрел накрывал галеру. Увы - точнее было нельзя. Галеры двигались, приходилось всё время менять прицел, притом они были направлены носом к берегу и составляли гораздо меньшую по размерам мишень, чем если бы повернулись бортом. В любом случае - десяток галер уже были разбитыбиты, три тонули, а ещё три застыли на месте, качаясь на зыби, и усиленно тушили возникший на них пожар.

Пулемёты поливали чужие корабли смертоносным дождём, сметая с их палуб всё живое. Пули с чавканьем впивались в дубовую обшивку, пробивали её, убивали гребцов и многие вёсла уже бессильно повисли у бортов кораблей, вырвавшись из рук мёртвых гребцов и мешая кораблю продвигаться вперёд.

За те полчаса, что галеры шли до берега, из ста кораблей, бодро рассекавших волны, остались относительно целыми всего шестьдесят. Пулемёты и пушка выкосили около пяти тысяч воинов островной империи.

Увы, как ни старались защитники порта остановить корабли на подступах к берегу, как ни мешали им - армада упорно продвигалась вперёд. Эти люди не знали страха. Вся их жизнь была подготовкой к смерти, и что им смерть, когда в загробном мире их ждали лучшие наложницы, вкусная еда и дуэли с утра до вечера! Вот жизнь, достойная воина, и нужно лишь умереть, чтобы оказаться в божественных чертогах. Главное - не струсить, и будешь на небесах. А если струсишь - демоны заберут тебя в ад, и будут пытать вечно, вечно, вечно!

Когда корабли приблизились на расстояние пятисот метров, к обстрелу подключились штуцерники - они били залпами, по команде капралов, а потом - кто как хотел, выбирая себе отдельную цель. Уже были видны лица русых и рыжих бородачей, потрясающих мечами и топорами. Они что-то кричали, и никто не мог понять - что. Этот язык не был известен в Балроне.

Когда галеры были метрах в трёхстах от берега, подоспело подкрепление из дворца, во главе с Андреем и Шанти. Они привели полк спецназа, и те тут же включились в обстрел. За те минуты, что галеры шли эти триста метров, они потеряли ещё три тысячи экипажа, расстрелянные в упор прямо на кораблях, и при высадке на берег.

Галеры воткнулись в берег, в причалы, и с них выплеснулась ревущая орда здоровяков, покрытых кровью товарищей, разъярённых и бесстрашных. Каждый штуцерник успел выпустить ещё по два заряда, пока их не смяли - чужаки рубили балронцев так, как будто в них вселились демоны, не обращая внимания на раны, на кровь, хлещущую из разрезов и проколов, били, пока не падали, изрубленные чуть ли не на куски. Их было много, слишком много, и они задавливали массой и яростью.

Балронцы дрогнули, и стали отступать к башням с пулемётами. Пулемёты молчали - их нельзя было использовать, пока защитники порта находились в такой близости к врагу.

Андрей и Шанти отступали последними, будучи на острие сопротивления. Они стояли рядом, и рубили всех врагов, что имели неосторожность приблизиться к ним на расстояние удара сабли. Каждый удар, нанесённый кем-то из этой пары, убивал, или калечил бойца. Они встали перед входом в башню и пока внутрь башен не вбежали оставшиеся в живых бойцы не бросили свои позиции. Все башни были соединены переходами, так что попав в одну, можно было перейти во все остальные.

Неожиданно, напор врага ослаб, и подчиняясь какой-то команде, чжаки побежали из порта в город, устилая землю трупами - вслед им начали бить все пулемёты, уже кипевшие от перегрева.

Андрей прислонился в стене, стёр запястьем кровь со лба, и тихо сказал:

- Это будет славная охота, Маугли...

- Ты с кем говоришь? - мрачно спросила Шанти, бросая на землю здоровенную абордажную саблю - они к дворцу побежали, и к заводу! Надо что-то делать!

- Я знаю. Нужно подумать. Самое плохое, что они подобрали оружие с наших бойцов. Вот теперь начнутся настоящие проблемы.

- Ушли в город! - задыхаясь сказал начальник стражи, чудом уцелевший в битве - он стоял рядом с Андреем и Шанти.

- Сейчас они там режут горожан - кивнул головой Андрей - завод прикрыт, дворец прикрыт, там они ничего не достигнут. Нужно ударить им в спину. Что это за люди, не знаете?

- Никогда не видел таких. Говорят непонятно. Некоторые слова вроде узнаю, но...не знаю. Мы их как косой скосили, а им хоть бы что! Да что же за твари такие?!

- Сколько осталось бойцов?

- Сотни две. Погибли две тысячи - угрюмо пояснил стражник, глядя на территорию порта, устеленную трупами и тяжелоранеными, стонущими, кричащими, как дети, бьющимися в последних судорогах - эти гады бросили свои галеры и в город! Это ненормальные. Не могут люди быть такими! Их даже пуля не останавливала! Я видел! Насквозь прострелили, а он бежит! И зарубил стрелка!

- Хватит нагнетать. Берите бойцов, собирайте раненых, оружие, сносите в башни. Мы с госпожой Шанти - к дворцу. Сотню бойцов со мной. Всё ясно?

- Ясно. Выполняю! - начальник стражи отсалютовал и побежал к башне. Через несколько минут возле Андрея выстроилась шеренга тех, кого отрядили им в сопровождение, плюс те из личных телохранителей Андрея, что остались в живых. Они прикрывали с флангов, и в живых их осталось только трое.

Андрей обвёл взглядом море, усыпанное обломками судов, поле боя, переложенное трупами в два слоя, и скрипнул зубами - как бы сейчас нужна бригада, что ушла с Фёдором! Лучшие бойцы! Умелые, тренированные! Вернуть назад? Как? Если только Шанти?

- Девочка - на тебя надежда. Лети за Фёдором. Пусть бросает всё - обозы, пушки - всё, и галопом на помощь. Дворец они не возьмут, завод тоже, но Анкарру снесут и жителей перережут - это точно. Лети, сестрёнка!

- Поняла - передала Шанти - лечу!

Драконица быстрым шагом пошла в сторону, уходя из под взглядов солдат, Андрей же переключился на новую задачу:

- За мной! Стрелять по команде, не отставать! Бегом!

Во главе отряда он побежал к дворцу, лихорадочно соображая - а как вообще-то он сможет туда войти? Если его осадили? Был путь, но... А куда деваться? Опять в канализацию... И он повернул к тому месту, где труба выходила к берегу моря.

***

Андрей выскочил из дверей, а в коридоре зашумели, кричали, затопали ноги солдат. Антана быстро оделась, не прибегая к услугам служанки. Она вообще терпеть не могла этот обычай - почему это императоров должны одевать слуги, как будто у них самих не хватало на это сил? Ну да, все эти платья с корсетами требовали помощи, самой управиться со множеством крючков и защёлок было мудрено, но императрица и не носила такие неудобных платьев. За ней следом и придворные дамы избавлялись от дурацких кринолинов и корсетов.

Андрей очень поощрял такие простые элегантные наряды, и сам подсказал ей несколько фасонов платьев, которые сидели на императрице просто умопомрачительно.

В этот раз Антана надела мужское платье. Война есть война. Мужское дело.

Осмотрелась по сторонам и пожалела, что Андрей не оставил ей пистолета. Он объяснял это тем, что не дай боже ребёнок ухватит за спусковой крючок - и будет беда. В крайнем случае, если приспичит, она и голыми руками уложит кого угодно. Конечно, по силе она не как Андрей, но толпу мужиков разбросает за секунды. Всё-таки оборотень, Зверица.

- Анта, что случилось? Что? - в комнату ворвалась Олра, в руках она держала Марго, уже одетую в ползунки и ботиночки. За ней следом в комнату вплыла кормилица, напоминающая 'Акулу' своими могучими обводами - она держала на руках Марка - за ней Никат, который был телохранителем Олры. Семья Никата жила во дворце, чтобы ему было удобнее круглосуточно быть рядом с хозяйкой. Следом зашла и воспитанница Олры Дирта, которую некогда Андрей спас от насилия в трущобах славийского города. Появился и Зоран, зорко кидающий взгляд своего единственного глаза по сторонам. Они все вопросительно посмотрели на Антану, и та, помедлив пару секунд, сказала:

- Нападение на столицу с моря. Андрей и Шанти с полком гвардейцев побежали в порт, отражать нападение - слышите, пушки бьют? Нам приказал сидеть во дворце и...не бояться. Всё будет хорошо!

- Ваше величество! - позади толпы приближённых возник Зиртон, начальник личной охраны императрицы - господин Андрей приказал поставить охрану вокруг ваших покоев. Прошу вас, пройдите в обеденный зал, там приготовлен завтрак, и всё необходимое для детей.

- Спасибо, Зиртон - императрица взяла из рук кормилицы Марка, прижала к себе, как своё главное сокровище, и быстро пошла по коридору.

Возле входа в обеденный зал стояли десятка три солдат в полном боевом вооружении, они отсалютовали императрице и распределились по коридору, наблюдая за окнами и дверями.

В зале на столах была разложена разнообразная еда, но есть никому не хотелось. Люди нахмурились, на лицах тревога, и лишь младенцы радостно гугукали и вопили, требуя, чтобы их спустили на пол. Кормилица скептически смотрела на то, как Антана обращается с ребёнком, на Олру, пытающуюся справиться со своим сокровищем, потом предложила:

- Ваше величество, да пустите его поползать! Госпожа Олра - вы тоже! Какая разница - сидят они у вас на руках, или же ползут? Если что, мы их сразу подхватим! Да и что может случится - тут солдат больше, чем блох на дворовой собаке!

- И правда, чего это мы? - облегчённо вздохнула Антана - спасибо, немного успокоила. Действительно - чего это мы? Дворец это сущая крепость, Андрей наставил охранников, пулемёты на крыше - чего нам бояться? Даже драконы не пробьются!

- Хе хе хе - драконы! - заухала кормилица - скажете же, ваше величество - драконы! Пока что я тут одного дракона вижу, и тот одноглазый! - огромная женщина легонько толкнула Зорана в плечо, и тот чуть не свалился под дружеским толчком.

Антана с усмешкой подумала, что кормилица, если бы захотела, могла бы, наверное, самого Никата в узел завязать, и это притом что он когда-то был кулачным бойцом и выступал на арене.

- Пулемёты! - озабоченно сказала Олра - пулемёты начали стрелять! Слышите? Похоже, что приступ. И в ворота бьют. Антана, у нас есть запасной выход из дворца? Так, на всякий случай...

- Есть. Через канализацию. Подземный ход из кухни, правый крайний чулан. Там люк, с замком. Ключ лежит наверху, за балкой. Так что мало ли что случится - спасайте детей. Слышала, Ганга?

- Слышала, ваше величество...но чего вы удумали? Да не взять нас никому. Там стены в рост толщиной! И ворота железные!

- Это точно - железные - проворчал Никат - слышите, бьют чем-то? Как в колокол. Пойду - узнаю, что там и как.

- Да, да, сходи, Никат! - обрадовалась Антана - и поскорее возвращайся. Девочки, давайте-ка позавтракаем. Что значит не хотите? Давайте, давайте - легче будет. Дирта, Олра, вот вкуснятина...давайте-ка...

Полчаса прошло в тревожном ожидании, потом появился Никат. Он был хмур, как туча.

- Ну что, что? Что там? - наперебой заспрашивались женщины.

- Обложили. Тысяч семь, не меньше. Но это ещё ерунда. Хуже вот что - они где-то взяли штуцера - видать наших в порту положили - и теперь садят из них по охране. Стреляют плохо, неумело, но голову поднять невозможно - того и гляди снесут. Двух пулемётчиков уже убили. Ну и с луков тоже недурно бьют. Ворота держатся. Их надо сутки долбить, и крепко, чтобы петли хотя бы расшатались. Ночи будут ждать, а потом жди штурма. Сейчас просто обложили и стерегут, чтобы никто не ушёл. Ребята слышали - вроде как штурмовые лестницы сколачивают. А в городе беда - режут всех, под корень. Убивают подряд. Насилуют. С крыши слышно, как люди кричат.

- Тише, Никат! - Антана, бледная как полотно, закрыла уши Дирны руками - детей напугаешь. Главное - Андрей жив? Что в порту?

- Говорят - видно, что на башнях люди ходят. Значит кто-то да жив. Про его высочество ничего не знают, сведений нет - мы отрезаны. Набили гадов кучу - вся дворцовая площадь засыпана трупами. Но и нашим досталось - убитых и раненых сотни три. Они на стены полезли, пока их сбили, пока что...а потом они палить начали. Ворота все во вмятинах, еле устояли. Хорошо господин Андрей штуцера делает, железо в палец толщиной - пули едва не пробивают. Подмогу нам нужно. Наших сил не хватит, чтобы выбраться и напасть на чужаков. И говорят - они дурные какие-то! Лезут, их режут, бьют, простреливают, а они как безумные - лезут и всё! Умирают с улыбкой! И откуда этих тварей принесло...

***

- Что у вас?

- Дворец осаждён. Готовим штурмовые лестницы. Держим гарнизон дворца в напряжении, постреливаем по окнам и дверям.

- Сколько их оружия захвачено?

- Около тысячи. Раздали самым умелым и сообразительным. Впрочем - там и соображать особо нечего - пленные всё показали, когда с них начали снимать кожу. Вот этот рычажок отодвигать, потом раз! - переломили. Сюда вставили выстрелы, вот эти штуки. Закрыли до щелчка, направили туда, куда надо попасть - нажали вот сюда на рычажки. Всё. Конечно, попасть из этого трудно, это не лук, но эта штука пробивает навылет двух человек, если попадёт. Случайно нажали, когда рассматривали - двое наших полегло. Очень сильная штука. Со стрелками можно бороться, только если до них добежал. В рукопашной эти парни полное дерьмо. Но с этими штуками - они сильны. Штуцер называется оружие. А это - патроны. Как ты, Дроган приказал - собрали всё, что нашли. Большую часть отдали тем, кто пошёл к заводу. Но и тут много осталось. Как ты умно приказал - ты великий король! С таким оружием мы захватим весь мир!

- Захватим, захватим - усмехнулся Дроган - только дожить надо до захвата. Мы только в город вошли, а уже потеряли почти половину воинов. Нужно взять Завод. Там этих штуцеров - как деревьев в лесу. У меня есть информация, что там и посильнее есть оружие. Завод нам важнее всего. Возьмём завод - всё наше будет. Ты предупредил, что всё пространство перед заводом простреливается? Что там стоят такие же штуки, как в порту?

- Предупредил. Мы собрали жителей, согнали кучей и сейчас их перегоняют к заводу. И здесь тоже скоро появятся. Прикроемся горожанами. Они не будут стрелять по своим из тех скорострельных штуцеров. И из громов тоже не будут. Так что подойдём вплотную. Решили сделать так - связать пленных верёвками, и пустить рядами - ряд горожан, ряд воинов. Наши пойдут в полуприседе, так что их будет почти не видать. А горожане ещё потащат штурмовые лестницы. Чего им просто так прогуливаться? Пусть работают.

- Молодец - ухмыльнулся Дроган - а если всё-таки с Завода начнут палить по своим?

- Не начнут - криво усмехнулся глава самого большого клана, и одновременно один из главнокомандующих Короля - мы бы - стали стрелять. Они - нет. Эти южные люди слишком мягкотелы. Так что ты всё правильно рассчитал. Чтобы убить нас, им придётся убить горожан.

- Проблем с горожанами не было? Нападения?

- Были, конечно. Но когда на глазах соседей разрубаешь на куски всю семью, которая пыталась сопротивляться нашим воинам - пыл сразу убавляется. Я же говорю - это мягкотелые южане. Потери есть, но мало. Местные запуганы, ошеломлены и не знают, что делать. Всё будет так, как задумано. А потери - какая война без потерь. Теперь эти воины пируют в чертогах богов. Славная смерть.

- Славная.

***

Дверь в зал распахнулась, и в неё зашёл незнакомый солдат. Он молча, не глядя на присутствующих, прикрыл массивную дверь, затем деловито запер её двумя стальными засовами, которые располагались сверху и снизу двери, уходя в косяки.

Все двери во дворце были массивны и снабжены подобными запорами - пословицу 'мой дом - моя крепость' здесь бы восприняли вполне нормально - а как ещё-то? Каждая комната во дворце была бы в случае нападения рубежом обороны, и эти двери с запорами позволили бы хозяевам уйти в более безопасное место, дав время на отступление.

- Солдат, ты кто? - насторожилась Антана - зачем ты запер дверь? Кто тебе разрешил? Никат, проверь, что это за человек...

Антана не договорила - ей в нос вдруг бросился чуждый запах, пахло как-то странно, так пахло от Шанти, а ещё - от человека исходила волна такой злобы, такой ненависти, что она просто била в мозг, как молотком.

- Назад, Никат! Не подходи к нему! Это дракон! - крикнула Антана, вскакивая с места, а потом закричала, обращаясь к Зорану и Олре - уносите детей, скорее! Скорее! Ганга, быстро уноси детей! Уходите, я его задержу!

- Узнала, сука! - ухмыльнулся 'человек', и сбросил с себя шлем, куртку, оставшись в рубахе и штанах - долго я ждал этого момента! Долго! Чтобы ты знала, кто тебя убил и за что - я Хевессанор. Да, да, тот самый. Твой муженёк рассказывал обо мне, да? Я вижу - рассказывал. Он убил моего друга. Он нанёс мне раны и телу, и душе. Он оскорбил меня. Он умрёт. Но прежде умрёшь ты. Вы все умрёте. И все ваши мерзкие детёныши. Много болтаю, да? А куда вы денетесь. Ваша охрана спит сладким сном, бежать вам некуда, и я буду вас рвать на части, как косулю на охоте.

- Берите детей и бегите, Зоран, Олра - почти прохрипела Антана - негоже вам видеть, что сейчас будет!

- Стоять... Ещё движение, и я вас разорву. А так вы ещё немного поживёте - человек вдруг замерцал, и на его месте оказался здоровенный дракон, с рогами, с гребнем на голове, с крупной чешуёй, переливающейся чёрно-золотым цветом. Он был бы красив, если бы не был так страшен - подумала Антана. А ещё подумала - почему он такой маленький? Ведь Андрей говорил, что эти два дракона были так громадны, что ломали толстенные деревья, как спички! И тут же сама себе ответила - да он просто не умещается в комнате! Он выбрал себе размер такой, который позволяет двигаться в комнате без особых усилий!

Дракон вдруг фыркнул, и выпустил желтоватое облако, запахшее чем-то сладким, как будто в комнате находилось много подвядших цветов, источающих терпкий аромат. Люди вдохнули отравленный воздух и замерли, как статуи.

Кормилица держала обоих младенцев, и застыла громадной статуей, будто выточенная из камня.

Никат застыл с открытыми глазами, и правая рука его сжимала саблю, которую от вытащил откуда-то из-под стола.

Зоран в правой руке держал табуретку, которой явно хотел забить дракона до смерти.

Дирна застыла возле Олры, вцепившись в её платье, а Олра...Олра стояла как ни в чём не бывало, недоумённо поводя головой из стороны в сторону.

Кстати сказать - младенцы тоже не собирались спать, весело гугукая и пытаясь вырваться на свободу размахивая руками и отталкиваясь о монументальной груди кормилицы.

- Анта, ты не пугайся...я не совсем человек - неожиданно сказала Олра - я оборотень.

- Давно? - сквозь зубы процедила Антана, глядя на дракона, оскалившего зубы в нечто похожем на улыбку.

- После родов. Случайно заметила - разволновалась, и перешла в Зверя.

- Кровь Андрея не пила?

- А почему я должна была пить его кровь, и причём тут он? - удивилась Олра, делая небольшой шажок поближе к детям

- Так он же оборотень. Я его крови хлебнула, вот и заразилась.

- Тыыы?! Ты тоже?!

- Это ты - тоже, а я давно оборотень - парировала Антана, тоже делая шажок по направлению к своему сыну.

- Эй, вы, твари - разболтались! - рявкнул дракон - куда направились? Вы за идиота меня считаете? Есть предложение - вы отдаёте мне Андрея, а я оставляю в живых вас и ваших детей.

- Врёт! Врёт! - в один голос сказали женщины.

- Он всё врёт - сказала Антана, с ненавистью глядя на дракона - он убьёт всех, и хочет поглумиться. Ну что, подруга, отучим его глумиться? Навсегда! Прошу извинить. Часть текста снесена по требованию издательства.