# Ведьма для деликатных поручений, главы 7-10

Олеся Сергеевна Шалюкова

Даже если всё плохо-плохо, можно найти что-то, что поможет удержаться на плаву. Так, убежав от убийцы, можно обрести кровного брата.

А поссорившись с "братьями", оказаться в весьма пугающем месте!

## Глава 7. Кровный брат.


Дождь был ужасным, ледяные струи колотили по голове и плечам, я мгновенно промокла насквозь. Но не остановилась.

Мои шаги потонули в дожде, темный костюм, в который я была облачена, помог мне слиться с окружающим миром. Меня никто не видел и не слышал. Рядом я ощущала чье-то присутствие, но не близко, а скорее немного отдаленно. Кто-то за мной подсматривал? Не знаю. Я не могла этого понять. Для меня и без того было вокруг много нового, непонятного, странного, страшного. Мне приходилось себя заставлять двигаться вперед, то и дело обходя разноцветные загогулины парящие в воздухе или темные провалы-пасти, поджидающие меня.

Дождь стих. Не сильно, но достаточно для того, чтобы сквозь его пелену я начала видеть окружающий реальный мир. Склонившиеся к земле кусты крупной сирени и душистой акации. Мокрые лавочки. Скользкие дорожки, покрытые капканами-лужами. Скрутившиеся в трубочки листья фруктовых деревьев.

Страшно не было.

Не было ощущения, что за спиной стоит кто-то с топором, но было ощущение, что я опаздываю. Что надо еще быстрее! Еще. Еще! И я побежала.

Мокрая трава цеплялась за ноги, дождь затекал за шиворот, ветви больно дёргали за волосы. Скорее.

Нетерпение сжигало изнутри, не давая покоя, не давая остановиться ни на миг. Еще быстрее!

Еще!

Вокруг меня сгустился воздух. Чуть слышно потрескивали молнии в поднявшихся волосах. Земля ... качнулась и скинула меня. Краткий миг падения-зависания, когда мое сердце остановилось от ужаса, что вот сейчас все, я упаду... и я не успею! Я не успею!

Земля качнулась мне навстречу, ветви деревьев подхватили, удержали, нежными объятиями погладили по плечам и спрятали от дождя.

"Наша! Наша! Наша!"

"Что тебе?"

"Проси"

"Приказывай"

"Требуй".

"Опаздываю, - взмолилась я, - пожалуйста, мне очень надо туда! Быстрее!"

И мир шагнул мне навстречу, уже второй раз.

За моей спиной не появилось крыльев, но воздух стал легче, намного легче, чем должен был быть. Сила гравитации, которая прижимала меня к земле, пропала, и я взлетела.

"Ну, так, лети", - засмеялся звонкий женский голос. - "Тебе об этом не надо просить, дитя. В этом ты в своём праве".

Воздушные потоки послушными котятами легли под руки, обняли за ноги, подхватили за пояс и рванули меня вперед! Прочь от сада, сквозь высокую стену, которая послушно разошлась при нашем появлении, буквально раскололась на две части. Еще дальше, дальше, дальше!

Вдоль брусчатки, по которой еще несколько часов назад меня привезли в этот особняк. Мимо темного леса, стоящего непроходимой стеной и... Нет! Мне надо туда. Туда, где узловатые ветви сплелись на моей дороге. Туда, где толстые корни выползли на землю, получив приказание никого не впускать.

Но как же так?!

"Проси".

"Приказывай".

"Требуй".

Три слова закружилось вокруг меня, завертелось, но... приказывать?! Требовать?! Кто я такая, чтобы диктовать кому-то свою волю?!

"Ведьма!" - откликнулся жарким эхом мир.

"Ведьма", - добавил лес.

"Ведьмочка", - засмеялся ветер, распахиваясь за моей спиной острыми лезвиями.

Но, я бы не была собой, если бы стала слушаться голосов разбушевавшейся шизофрении. Моя холодная натура очнулась и вылезла, снисходительно сообщив, что бояться нечего.

"Бывает, бывает. Ты только крепись, Ника. Психушек здесь не водится, а если лишнего не говорить, то может и вообще еще все обойдется. Ну, подумаешь, лес говорящий, воздух ехидничает. И вообще, что ты тут торчишь, когда мы опаздываем?! Вперед, марш!"

И я пошла. Коснулась корней, погладила стволы деревьев и попросила меня пропустить, потому что мне надо туда, вперед, ближе к центру леса, к старой заброшенной избушке, около которой убивают кого-то мне очень-очень важного!

Лес остался глух к просьбе.

На мгновение появилось только ощущение взгляда. Чьи-то зеленые глаза без зрачка осмотрели меня снисходительно и не признали опасной. Не признали достойной того, чтобы приказывать.

В груди вскипела злость.

Холодная рассудительность жалобно пискнула и испарилась.

"Кажется, ведьмы в этом мире очень яркие, живут не на рассудке, а сплошь на эмоциях. А еще очень жаркие..." - констатировала я, разглядывая собственную руку, покрытую огнём.

Ветви леса прянули от меня в разные стороны, корни торопливо поджались, давая мне дорогу. Но перед лицом висел, насмешливо покачиваясь, тонкий щит. И со всей злости, которая во мне накопилась, на эту ситуацию, на этот мир, на историю, в которую я вляпалась, на себя саму, наконец!, я врезала в центр щита.

Заныли сбитые костяшки пальцев.

Что-то завыло, отчаянно, горько. Вокруг полыхнула темно-серая пелена, прянули от меня в разные стороны стихии.

Чье-то извинение звучало над ухом, но я не слышала, досадливо отмахнулась, проходя в лес.

И ни одна стихия за мной не последовала. А я... уже не шла! Уже бежала. И кололо что-то в боку, хрипело в горле дыхание, и чем меньше оставалось расстояние до поляны, тем отчетливее я понимала, к кому и почему я бегу.

И успела! Успела в последний момент, когда неведомый убийца уже заносил над склоненным Дайре топор.

- Дай!!!

Отчаянным рывком, не прыгнув - взлетев к другу, родичу, брату?! - я отшвырнула убийцу и закрыла рыжего мужчину собой.

Боль.

Обожгла позвоночник, раскатилась иголками по телу.

"Слишком много боли", - констатировал рассудок. И...

Всё.

Тьма обняла меня, тьма протянула свои руки, и я скользнула в ее теплые объятия, прижалась к груди и закрыла глаза. Здесь можно отдохнуть, здесь ничего не страшно...


...Долго разлеживаться мне не дали. Я слышала голос у себя над головой, встревоженный, перепуганный голос. Я чувствовала, как что-то горячее бежит по моему телу, ощущала как это горячее бежит во мне.

Кровь.

Чужая кровь!

Распахнув глаза, я увидела встревоженное лицо Дайре.

- Лежи, - велел он сухо. - И даже не думай вставать. Вот дали же стихии такую непутевую и шебутную сестрёнку!

- Дай...

- Что "Дай", что "Дай"?! Ты бы знала, как я перепугался, когда ты, выскочив из ниоткуда, бросилась прямо под топор!

- Не бросилась - тебя бы убили, - возразила я, ощущая как слабость, забравшаяся в мое тело, начинает отступать. Чужая горячая кровь отгоняла от меня эту противную хмарь, миллиметр за миллиметром, клеточка за клеточкой выигрывая себе пространство для манёвра.

- Ну, да... - после некоторой заминки всё же признался Дайре. - Это да.

- Как ты так глупо подставился? - спросила я тихо.

- А вот это мне ещё предстоит выяснить, как и почему тоже. Только у убийцы не спросишь, тип этот сбежал.

- Почему он нас не добил?

- Не получилось бы, даже если бы он очень захотел. Ты умудрилась создать такой щит, который, кажется, и на боевом слоне пробить не удастся. Вот, смотри, - мужчина придержал мою голову, чтобы мне было удобнее, а потом и вообще помог подняться.

На себя смотреть он мне не дал, но краем глаза насколько мне было видно, я была вся в крови. Чужой... и с тем учетом, что под куполом нас было только двое - кровь на мне была кровью Дайре.

Спросить, было ли это насущной необходимостью, я не успела.

Я увидела щит.

Нет. Нет, нет, нет!

Я его поставить не могла ни в коем разе и ни в коем случае!

Такие вещи не ставятся только потому, что так захотела левая пятка по велению зачесавшегося носа!!!

Щит был абсолютным. С тонкими стенками, чуть покачивающимися от ветра и по которым то и дело шли мыльные разводы в тех местах, где косой дождь, все-таки проходящий сквозь переплетение темных ветвей, был особенно сильным.

Диаметр той полусферы, что я начудила, был больше трех метров. Вполне достаточно, чтобы здесь можно было с комфортом разместиться.

Под купол не затекала вода. Не задувал дождь. Здесь была ровная температура, примерно двадцать два, двадцать четыре градуса. Не жарко, прямо скажем, но и не так мало, чтобы можно было заболеть, простыть или что там ещё в перечне возможных неприятностей при ночевке на природе.

Так! Опять меня мыслью куда-то унесло не то налево, не то направо.

- Дайре!

- Называй Даем, - отмахнулся мужчина, усаживаясь рядом. - Не снимай купол.

- Я не знаю, как его снять, - призналась я с тяжелым вздохом.

- Тоже хорошо. Раз сама не знаешь, значит, не заставит тот, из-за кого всё это и началось.

- Он... маг? - начала я понемногу разбираться в местной действительности.

Дай кивнул.

- Ментальный, что довольно редко в наше время.

- Почему?

Мужчина немного помолчал, явно подыскивая более простые слова, чтобы я поняла.

- Каждая магия на Альтане имеет свои ограничения и свои требования. Ментальная магия одна из самых сложных. Обучение её искусству занимает порядка десяти-пятнадцати лет, из всех магий она самая сложная и самая слабая, хотя и самая изощрённая. И при всём при этом ограничения, которые она налагает, одни из самых серьёзных.

- Не понимаю, - призналась я со вздохом.

Для меня действительно это всё звучало совершенно непонятно. Какие ещё ограничения?! При чём тут они?! Я понимаю ограничения на дороге, это нужно для того, чтобы не возникало аварий, не было угрозы для человеческой жизни. Но в магии откуда и зачем?!

- Вот представь. У тебя математика была?

- Конечно.

- Правила сложения, умножения... проходила?

- Деления тоже, - кивнула я, стараясь задавить в зародыше абсолютно дурацкую улыбку, которая сама собой разъезжалась у меня по лицу.

- Ага, значит и более сложные примеры решали?

- Дошли даже до логарифмов, - призналась я по секрету, - и стереометрия у меня была. Хотя с ней в итоге мы не подружились. Одним словом, ты ближе к делу, и не надо переходить на приземлённые примеры, можешь на отвлеченной материи объяснять.

- Хорошо. Магия - это процесс творения чего-либо, когда силу для этого ты берёшь или из внутренних источников - из своей ауры, или из внешних источников - это магия, которая распространена в воздухе.

- Так, - кивнула я. Понять было сложно, но вот принять на веру? Почему бы и нет.

- Хорошо. Магия не бывает универсальной. У каждого свои стихии, с которыми он может взаимодействовать. Самый частый случай - это ровно одна стихия. Самый редкий случай - это четыре стихии из возможных.

- А их всего четыре? - дотошно уточнила я.

- Отнюдь. Их шестнадцать. На Альтане живут три расы, и у каждой расы свои особые стихии, плюс есть универсальные. Начнём с универсальных: это огонь, вода, земля и воздух. Это те стихии, которые могут проявиться у представителя любой расы. Дальше, у орков, которые среди всех наиболее приземлённые, скажем так, - Дайре застыл, к чему-то прислушиваясь, потом покачал головой, видимо услышал не то, на что он надеялся, и посмотрел на меня.

К этому моменту меня начало потряхивать от потери крови... а кстати, я так и не спросила, что же здесь произошло-то!

Сняв с себя пиджак, мужчина накинул его на меня, а потом ещё и обнял. Стало тепло и уютно. Устроившись поудобнее, насколько это было возможно, я продолжила слушать тихий голос уже не друга - брата. Разум с сердцем и интуицией, наконец-то, нашли общий язык и выдали своё решение, а я уже и не спорила.

Воспоминания из прошлой жизни, воспоминания об Андрее стирались, исчезали, замещаясь теплом Дайре. И это было правильно. Шестое чувство шептало, что этому не надо сопротивляться, что так - надо, так правильно и...

- Итак, ты остановился на орках, - напомнила я умиротворённо.

- Хорошо, - кивнул мужчина и повторил. - Орки. Они самые приземлённые ребята, поэтому у них магия тоже такая же, работает через проводника. Это стихия металла, рун, артефактов и зелий. Стихию рун по-другому ещё называют магией шаманизма.

- Хм. Ладно. Люди?

- Стихия предвидения - видеть будущее. Стихия разума - она же ментальная магия. Стихия смерти - некроманты, стихия жизни - целители. Но чаще всего среди людей появляются всё же элементалисты, то есть те, кто занимается магией четырёх стихий.

- А эльфы?

- Эльфы ... у них стихия света, поэтому они ярые противники человеческих некромантов. У них стихия тьмы - поэтому именно эльфы считаются лучшими медиумами, то есть магами, которые работают с призраками и привидениями. Магия природы, оно же друидство. Ну, и... магия иллюзий в полной мере.

- Ладно, - кивнула я, подумав о том, что чтобы всё это запомнить мне понадобится... о-о-очень понадобится шпаргалка! - И это возвращает нас к следующему вопросу. Что за ограничения?

- Что-то вроде... аллергии. Магия несовместима или с некоторыми действиями, или с носителями других видов магии, или с некоторыми продуктами, или с воплощениями стихии. Например, огненные маги не могут находиться очень долго у воды. Если по каким-то причинам они оказываются закрытыми в водном пространстве - они лишаются своей магии.

- Навсегда?

- Да. Считается, что маг, попавший под управление чужой стихии, лишается покровительства своей. Соответственно, находясь на территории чужой стихии, маг не может колдовать.

- Значит, ты маг воздуха, - констатировала я, с лёгкостью решив простую задачку.

Плечо Дайре под моей головой дрогнуло, он сам напрягся.

- Почему?

- Потому что сейчас мы на территории земли. Если я правильно помню одну совершенно дурацкую, но от того не менее затягивающую игрушку, пары-антагонисты это огонь и вода, воздух и земля. Вопрос в том, как насчёт стихий из других расовых чёрт? Они влияют как-то?

- Нет, - отозвался Дайре, справившись со своим удивлением. - Пары действуют только внутри четырех стихий.

- А в человеческих? Стихии разума противопоставляется стихия предвидения?

- Верно.

- Ага. Ладно. Это надо вначале обдумать, потом буду задавать вопросы. У меня остались пока ещё два готовых.

- Давай по порядку, попробую ответить. Только минуточку, - спохватился мужчина. - Это, конечно, формальность, но формальность, которая может сыграть свою роль после того, как ты получишь свой родовой медальон.

Губы рыжего прижались к моему виску:

- С гордостью и честью принимаю тебя, принцесса Таирсская, в нашу семью, и нарекаю своей сестрой по крови, по духу и по силе, - и чуть отстранив меня, улыбнулся. - Давай свои вопросы, сестрёнка.

Один вопрос отпал сам собой.

Чтобы ни случилось со мной в этом мире, теперь у меня был брат, который назвал меня кровной сестрой, открыв для меня сначала свой дом, а потом и свою душу.

- Спасибо, - шепнула я.

Дайре ухмыльнулся, подмигнул, став, наконец, похожим сам на себя.

И я улыбнулась ему в ответ.

Улыбка переросли в усмешки гиен, а потом мы расхохотались.

И только когда мы успокоились, я смогла спросить:

- Чего мы ждём здесь?

- Нашего брата. Я успел передать ему послание до того, как... как очутился на этой полянке.

- Ага! - обрадовалась я, - а это и переводит нас к следующему моему вопросу. Всё-таки, что здесь случилось?!

- Этот вопрос очень интересует и меня, - согласились у меня над головой.

Я подняла взгляд практически инстинктивно и мгновенно об этом пожалела. Страх вонзился в позвоночник раскалённым прутом, пригвоздив меня к земле. Страх свился клубком змей в животе. Господи, как же страшно!

Мужчина, подошедший к нам с грацией сонного хищника сквозь стенку купола, был настолько страшен, что я не сразу смогла понять, что он говорит что-то ещё, что он что-то требует от меня.

- Прекрати, - поморщился Дайре, отстраняя руку этого, нового, незнакомого, от меня. - Ты же знаешь, как на людей чистокровных действует твоя сила.

- Знаю. А ты быстро успел взять эту малышку под свою защиту. Она ещё родовой медальон не получила, а ты уже признал её сестрой.

- Она моя сестра. И больше этого ничего не изменит.

- Быстро она отыскала себе покровителей здесь. А если вы ошиблись? И она шпионка, засланка, кто угодно?

- Прекрати! Ты сам знаешь, что это не может быть правдой.

- Да ладно.

В моей голове что-то щёлкнуло. И... стало легче.

- Ты как? - заботливо спросил Дайре, придерживая меня за плечи.

- Слишком много всего, - покачала я головой. - А! Кстати, - всплыло в голове то ругательство, которое я слышала вслед. А меня сегодня тоже приходили убивать! Я как раз из спальни помчалась, когда в мою комнату кто-то ворвался.

"Ну, вот кому ты нужна", - мужчины не спросили, переглянулись встревоженно.

- Дайре? - спросила я изумленно. - Что-то не так?

- Про тебя знают считанные единицы, - пробормотал Дай. - Но, тем не менее, приходят убивать в ту же ночь, что и меня. Кому-то настолько не понравилось, что ты вообще можешь быть допущена в нашу семью? Я думал, о проклятии ведьмы лишние не знают. Или дело вообще в другом? Лис, признай её по-быстрому?

- Нет. Эту девчонку признавать я не буду. Она не сестра мне, и сестрой никогда не станет. И если вы все попали под её чары, то должен остаться хоть один трезвомыслящий человек, который не даст вас всех перерезать, когда она поймёт, что выполнила свою работу.

Опять.

Вот опять!

Непонятно откуда взялся, не представился, вообще ничего обо мне не знает, но смеет судить. Кто ему дал такое право!

Я оказалась на ногах быстрее, чем осознала это. И ноги, которые ещё пару минут назад отказывались держать меня, сами выпрямились!

- Меня зовут Ника! - сообщила я гневно, ткнув нахала в грудь. - Понял, Белоснежка? Ни-ка! Полное имя, конечно, содержит больше букв, но судя по твоему виду, запомнить и четыре буквы для тебя будет проблематично. Но ты уж, постарайся что ли?

Ой.

Ой, ой, ой! Это что, это вот я сейчас сказала?! Это вот я ляпнула?!

"Ну, мать, ты даёшь. Нахамила мужику ни за что ни про что! Ты смотри, как ресницами хлопает изумлённо. А реснички хорошие, длинные, чёрные, загляденье. Знаешь, что. Я с тобой,... ну с собой, со мной... короче, мы согласны с тобой, будет возмущаться - обдёргай ресницы его, себе возьмём!"

На этот раз в осадок выпала я.

Вот это. Вот, вот, вот это! Что это было мгновением раньше?!

Я настолько ушла в свои мысли, что мужчина, попавший в моё поле зрения, перестал казаться страшным.

И вот здесь меня ждал сюрприз.

Он был красив. Как Юэналь - красотой полукровки, взявшего от родителей всё самое лучшее.

Высокий, с одухотворёнными чертами лица, но не такой тонкокостный, как Кайзер или тот эльф с огненной шевелюрой. Нормостеник, как сказали бы в моём родном мире. Человек с нормальным соотношением всех параметров.

Уши были не нормальными, но только самую малость - чуть-чуть заострённые кончики. И чуть более вытянутая ушная раковина сама по себе.

Волосы у этого самого "Лиса" были белыми, как снег, и длинными! Ниже лопаток, прихваченные алой-алой лентой! Именно поэтому я, не думая, а надо было бы!, назвала его Белоснежкой. Он напомнил мне нашу классическую Белоснежку в инверсном варианте! Глаза у мужчины были чёрными. А ещё чёрнющие ресницы, разве могут быть такие ресницы у парня?! Светлая-светлая кожа и... он смотрел на меня. С улыбкой. С довольной улыбкой человека, который и не надеялся услышать что-то.

- Хорошо. Огрызаться ты умеешь, Ника. Я не признаю тебя своей сестрой, но признаю тебя принцессой Таирсской, ты умна, молода, образована, умеешь за себя постоять. Как иномирянка ты можешь стать хорошим магом. Достаточно только взглянуть на спонтанный купол, который у тебя получился. А теперь хватит просиживать здесь штаны. Дайре. Тебе надо выпить. И поесть, причём мяса. Нашей юной... принцессе, - бросил мужчина взгляд на меня, - пить нельзя, а вот поесть надо, а то упадёт от истощения прямо здесь. Ах, да, - внезапно "Белоснежка" куртуазно хлопнул себя по лбу, - как же я забыл! Прошу простить меня, леди, я не представился. Оэрлис дель Ниано, принц Таирсский, - и уже куда как более буднично и равнодушно добавил: - а ещё я заведую отделом внутренней безопасности, и как ты уже могла догадаться, я работаю с шпионами, разведчиками, заговорами и прочей шушерой, которая, ну, никак не может успокоиться.

- Ага, - кивнула я пришибленно, - я поняла.

- Ну, а для семьи и для друзей, как ты уже должна была понять, Ника, - Оэрлис придержал меня за плечо, когда я начала заваливать на бок. - Я - Лис. Ты тоже можешь меня так звать.

За что это так меня "осчастливили" было не очень понятно. Но... приятно.

Лис хмыкнул, глядя на мой осоловевший вид, осторожно убрал прядь волос, пропитанных кровью с лица:

- Конечно, надо будет смотреть на тебя при свете дня, но при должном усилии, из тебя может выйти толк. Главное, чтобы на рынке потенциальных твоих женихов не оказалось слишком проблемных, а то устроят с твоей помощью переворот, а мне распутывать.

То ощущение, которое начало теплиться в моей груди, исчезло мгновенно. Хам! Гад! И ... знать его не желаю!

И на этой оптимистичной мысли я благополучно потеряла сознание.

Второй... а то и третий раз за сутки, так и не узнав, что же такое на поляне случилось.

Не, в этом самом... Таире справедливость водится?!

- Водится, водится, - сообщили мне негромко, и снова вокруг меня распахнулись уже знакомые стены призрачной обители. - Умчалась, даже договорить не дала. Вот шебутная принцесса!

- Кайзер!

- Кайзер, Кайзер.

- А остальные где?

- Занимаются другим делом, - призрак уселся обратно на ступеньки к трону. - Слушай, внимательно, принцесса. В Таире недобрые дела творятся, не то заговор кто плетет, не то к трону кто-то подобраться чрезвычайно старается. Тебя никто не ждёт, о тебе пока мало кто знает, но пока в расчёт тебя брать не будут, ты можешь узнать что-то, услышать случайно. И хоть Лис... отнёсся к тебе не самым лучшим образом, ты прости его. Он на своем месте, он мастер в своей работе. И если что-то узнаешь, что-то, что может показаться тебе важным, нужным - сообщи ему. Он хороший парень, даром что некромант.

- Он полукровка? - спросила я, усаживаясь рядом с Кайзером.

Вопрос мой королю-основателю почему-то серьёзно не понравился.

- Этот вопрос лучше на Альтане не задавать, - наконец, нашёл он компромисс между тем, что хотел сказать и тем, что ждала в ответ услышать я.

- Ладно, - подняла я руки. - Не спрашиваю. Но... почему я так сильно его испугалась?

- Потому что он некромант, а ты - ведьма.

- А ведьмы, они какой-то определенной стихии?

- Я бы сказал "жизни", но это будет неправильно. Ведьм, юная леди, потому и истребили, что они могли пользоваться силами любой стихии, и каждая с удовольствием откликалась на зов ведьмы. Кому по просьбе, кому по приказу, кому по требованию.

- А в чём отличия?

Король кивнул:

- В силе воздействия. Слабая ведьма может только просить. Сильная - требовать. Самая сильная - приказать.

- А я какая?

- А этого пока никто не знает. Впрочем, хватит с тебя на сегодня. Дайре расспросишь о случившемся сама. Завтра придёт король, принесёт твой родовой медальон. Он уже почти готов. А поскольку ты принята в род, всё пройдёт очень быстро. И... знаешь, скажи Хилю, чтобы тебя пока не представляли принцессой, пусть отложит знакомство с двором. Для начала... ты останешься козырной картой в нашем раскладе, а может быть, даже и джокером.

Возразить я ничего не смогла.

На мои плечи легли руки. Знакомые, знакомые! Такие... таки...

Голова отяжелела. Веки налились свинцовой тяжестью. Мысли стали неповоротливыми, я хотела повернуться, но... не могла.

- Спи, принцесса, - шепнул мне голос, который я уже много раз слышала сегодня в этой хмари нереальной реальности. - Спи.

И я, сама себе удивляясь, послушалась приказа, так и не узнав, что же это был за мужчина...


## Глава 8. Маркиза де Лили.


Могли ли вы когда-нибудь себе представить, что в другом мире самое сложное - это совсем не те приключения, которые выпадают на долю героинь некоторых книг? Самое сложное в другом мире - это утро, когда ты просыпаешься.

Разум, не желающий иметь с фантазийщиной ничего общего, сразу же после пробуждения выдаёт тебе чётко определённую мысль, о том, что ты дома. Что только что ты видел чудесный сон, и, наверное, будет неплохо, если ты прямо сейчас поделишься им с родными.

А потом несколько следующих минут, когда ты понимаешь, что тебе ничего не приснилось, что всё на самом деле, в душе воцаряется ад. Потому что тебе ничего не приснилось и не показалось, всё было на самом деле. И разум впадает в истерику.

Сегодня было моё ... третье утро на Альтане. За два дня успело столько всего случиться, что я до сих пор не могла всё это осознать, разложить в голове по полочкам.

Я совсем не хотела принимать такую реальность, какую мне подсовывал окружающий мир, Альтан, потому что мне было страшно.

Магия, стихии, эльфы, орки, власть, политика, проклятье, королевский дом и призраки... Я была от этого далека. Я была чужая этому миру, но уже не была ему чуждой. Только легче особо от этого не было.

Мои мысли, а точнее будет самокопание, прервал тихий голос:

- Миледи, вы проснулись? Миледи? Можно войти?

Видимо, миледи здесь я. Ага...

- Входите, - хрипло велела я, прижимая к груди белую простыню.

Мера предосторожности была не лишней, потому что кто-то... и я не хочу знать, кто именно!, вчера меня вымыл от крови, раздел и уложил в постель. Нет, за действия по "отмыванию" и "укладыванию" меня в кровать большое спасибо! Но неужели нельзя мне было оставить хотя бы мое белье?!

Двойная дверь, ведущая в мою спальню, медленно приоткрылась, и на пороге появилась молоденькая девушка, лет семнадцати, наверное, краснеющая и боящаяся поднять на меня взгляд.

- Меня зовут Мисси, Миледи. И если вы сочтёте меня достойной, я стану вашей личной горничной.

Ага. Чудесно. Мне ещё по этикету и личная горничная положена. А одна? Или несколько? А в том самом учебном заведении, куда мне предстоит отправиться, это будет озвучено, или как?!

И вообще я должна её, эту девочку сейчас как-то поприветствовать?! Или что?!

Паника, поднявшаяся из глубин души, была задавлена морально-волевым усилием.

- Спасибо, Мисси. Для начала, пожалуйста, распорядись насчёт завтрака, я хочу сегодня позавтракать в комнате. И принеси мне костюм.

- Да, миледи, - девчушка торопливо склонилась в поклоне и исчезла за дверями, давая мне несколько мгновений передышки.

Всё, что от меня сейчас требовалось, это распорядиться полученным временем с как можно большим толком.

... Как выяснилось через несколько минут, я не угадала. Мне надо было не собираться с мыслями, а срочно искать ушные затычки, потому что вместе с Мисси, появились ещё экономка замка и местная помощница портного.

Появившаяся гоп-компания занялась моим просвещением на два голоса. Очень быстро я сделала несколько очень интересных, на мой взгляд, выводов.

Во-первых, в отличие от Мисси, в голосе которой звучало искреннее уважение, "миледи" в отношении экономки и помощницы портной, было куда более панибратским. И даже едва уловимо насмешливым. Не знаю, что именно сказали Мисси, но как показал дальнейший подтекст разговоров от помощницы и экономки, меня посчитали за любовницу.

Но не Дайре, что было бы достаточно понятно, а... самого короля. Ведь его я принимала в замке, когда никого не было. И разговор шёл за закрытыми дверями, а потом всем объявили, что я "миледи", что ещё можно было бы подумать в такой ситуации? Только то, что я королевская тайная любовница.

По логике вещей мне стоило возмутиться, обязательно. Сообщить, что я принцесса, и наверняка за оскорбление представительницы дома правящего рода они понесли бы наказание, но я молчала и только улыбалась, не говоря ни "нет", ни "да". В голове прочно засели слова Кайзера.

"Скажи Хилю, чтобы тебя пока не представляли принцессой".

И финт с любовницей был ничем не лучше и не хуже других.

Скорее даже, в моих реалиях он был наиболее удачен. Оставалось только как-то объяснить свою точку зрения королю. И, наверное, Дайре. Он же должен будет сейчас быть дома? И я с него не слезу, пока этот рыжий и полосатый котяра не объяснит мне, что вчера случилось!

Запала злости мне вполне хватило на то, чтобы: 1) пропустить мимо ушей все тонкие смешки насчёт моей внешности; 2) все зубоскальства на тему того, что я совершенно не умею себя вести; 3) удивлению по поводу моего вчерашнего явления в крови, вместе со страшным начальником отдела внутренней безопасности. Ага, это было самым удивительным. Как выяснилось, именно он нёс меня на руках! Ну, впрочем, это было оправданно. Дайре потерял немало крови, и по прибытию в руки лекаря попала только я, а вот мой младший брат... оказался прямиком у лекаря-мага.

Не могу. Как же мне до сих пор тяжело смириться с мыслью о том, что я не дома. Что мне не чудесный сон снится, а я здесь, в этой действительности. Да ещё, страшно подумать, сама ведьма!

И да, говоря о ведьмах, почему их так активно уничтожали? Во вчерашнем разговоре про магов, Дайре про ведьм не сказал ни слова. Ни слова! Почему?

Процесс одевания я перенесла стоически. И гору кружев на довольно симпатичном платье, которое подгоняли на меня прямо в процессе разнообразных примерок, кстати, тоже перенесла стоически.

Туфли так вообще я получила без каблуков, что меня обрадовало. Потому что после вчерашнего стоять я бы вряд ли смогла даже на самом маленьком каблучке.

Да и в своей обычной жизни, по нормальному асфальту я на каблуках особо не ходила - на работу офисные лодочки, а по ... "деликатным поручениям" все было еще лучше и проще - кроссовки и ничего кроме кроссовок.

Через два часа после подъема две деятельные и говорливые дамы, доставшие меня до звона в ушах, удалились. Вернувшаяся ко мне Мисси принесла мне второй завтрак (первого было вкусно, но уж очень мало). Для моего "растущего" организма. А вот уже после завтрака меня ждала встреча с Его Величеством, прибывшим инкогнито, его высочеством Дайре и... его высочеством Оэрлисом, то есть - Лисом.

Две разрозненных информации повернулись другим боком и соединились. Кажется, "Белоснежка" вчера тоже ушел ни с чем! Ведь если получается, что Дайре сразу же попал в руки мага-лекаря, то добраться до него Лису вчера ночью не получилось. Не повезло!

И... говоря о везении. Между прочим, а мне ведь очень повезло, что первым мужчиной, которого я увидела после Дайре, был Рауль! Увидь я именно Лиса, ведь влюбилась бы именно в него по замещению узлов с моего родного мира. И... постаралась бы разлюбить всеми правдами и неправдами. Этот тип бесил меня до нервного тика!

Ладно, откладываем эти мысли, откладываем!

Вначале еда. Еда!

И снова мои мысли и организм разошлись во мнении. Психика бастовала, утверждая, что уже четвертая порция той самой чудесной запеканки в меня не влезет, а вот организм сообщал, что место еще и на кусочек сочной отбивной останется, которой сейчас пахнет с кухни.

О том, что стоило вначале позаботиться о собственной репутации, я поняла значительно позднее. Когда Мисси, бледная как мел, пискнула, что принесёт мне ещё корзиночку с булочками, и вылетела из комнаты мухой.

И где-то примерно за минуту до её отбытия, по коже пробежали мурашки. В тёплой комнате мне стало зябко, по плечам словно скользнуло что-то тяжёлое, холодное. И всё пропало.

Но... В комнате я больше была не одна.

- Я вот думаю, - подняв голову, я совсем не удивилась, увидев в своей комнате Кайзера. Поздороваться с ним мне и в голову не пришло, ведь виделись всего несколько часов назад. Я просто продолжила разговор, который прервал тот некто очень речистый. - Кайзер, вот смотрите. Дяде Хилю я могу безоговорочно доверять, Дайре тоже. За Лиса... Ручаетесь вы. Как насчет того, что именно можно им рассказать, а что не стоит?

С королевским достоинством опустившись в кресло напротив меня, Кайзер молча смотрел на мою скромную персону. И взгляд был... Не то чтобы совсем уж пугающим, но что-то во взгляде было от настороженности.

- Когда ты меня почувствовала? - осведомился призрак, начисто проигнорировав мой вопрос.

Ну, для хорошего чело... призрака слов не жалко, хотя чего он всполошился, все равно не особо понимаю. Ну, не то чтобы переполошился, но... что-то ему не понравилось то ли в моём поведении, то ли в чём-то ещё.

- Примерно две минуты назад, - отчиталась я, потянувшись к следующей булочке. - Мисси попятилась к дверям, а ты вошел. Через зеркало почему-то. Прошёл за моей спиной, аж холодно стало, в окно выглянул, а потом поднялся к потолку. И когда Мисси вышла, стал видимым глазами.

- А до этого как ты меня видела?

- Не знаю, - легкомысленно сообщила я, затем замерла.

А как я его видела? Кожей? Или нет...

Не понимаю.

Вначале возникло ощущение холода. Дрожь прошлась по рукам, даже гусиная кожа россыпью осталась, чуть поднялись волоски, словно от страха... или как наэлектризованные в школьном опыте с расчёской. ... Хм. Электризация.

- Какова природа призраков? - задала я новый вопрос.

И... Кайзеру что, умные женщины никогда не встречались?! Ну что он опять выпал в осадок. Так, что со мной происходит?! Что за откат во времени и что это такое творится с моим лексиконом?!

- Кайзер, почему у меня ощущение, что я тупею.... Нет, - помотала я головой, - не тупею. Откатываюсь во времени назад. Примерно лет на пять-семь. В поры подростковой злости, бессмысленных выражений и совершенно жуткого подросткового сленга?

- Это магия, - призрак протянул руку и коснулся моего плеча, погладил утешающе. - Ничего страшного, это пройдёт также быстро, как и возникло. Точнее, ты откатишься ещё немного назад, где-то до двенадцати лет. Так что...

- Когда?

- Ночью. Всё происходит очень быстро в твоём отношении, ты уже принята в род, причём теми, кто обычно затягивает всё до последнего.

- Вами?

Кайзер кивнул.

- История знала случаи, когда в род пытались принять очень... нехороших людей, тогда мы, призраки, тянули время как могли, но не всегда это помогало. Потом короли научились лучше разбираться в людях, ну, а мы привыкли всё затягивать.

- Не самый лучший подход.

- Ты этим олухам призрачным скажи, - хмыкнул король-основатель. - В любом случае, тебе сегодня ночью никуда выходить не надо. Сиди в комнате, говори, чтобы всю еду тебе приносили сюда, и главное, ни с кем не разговаривай.

- Это ненормально? - уловила мгновенно я главное.

- Нет. Нормально. Почти... Просто слишком быстро. Но дело в другом. Магия должна остаться твоим личным козырем. Дайре и Лис уже знают о ней, можешь сказать королю, потому что от этого будет зависеть выбор твоего пансиона. Но остальным лучше об этом не знать. А эти трое, они хоть ребята и хорошие, но им не надо знать, как быстро меняется структура твоей ауры.

- Кайзер.

- Да?

- Почему у меня такое ощущение, что что-то идёт не правильно? - спросила я тихо.

- Потому что неправильно оно и идёт. Ты будешь очень сильной ведьмочкой, девочка, но именно поэтому у тебя и складывается ощущение неправильности. Твоя аура сейчас затачивается под магию ведьм, которые колдовали, как дышали, не зная ничего об ограничениях или о том, что нельзя использовать все стихии сразу. Они были... иными, но именно поэтому в классической магии тебя ждёт очень большой провал.

- Ага, - кивнула я. - Вот оно. То есть никаких там заклинаний, пассов, взмахов руками, волшебных палочек или колец? Что там ещё наши фантасты напридумывали за всё время, что писали свои книги?

- Ничего подобного, - согласился со мной Кайзер, потом оглянулся к двери. - Хиль не дождался твоего явления, идёт сам... и Лис с Дайре с ним. Чтобы не терять время, им можешь сказать, что принята в род нами, и можешь сказать, что я взял тебя под покровительство. Кто были ещё двое - ты не помнишь. Ага?

- Ага... - кивнула я.

И Кайзер пропал.

Ну, и ладно! Не очень то и хотелось!

Облизнувшись, я потянулась к плетенной чашке, и обнаружила, что булочек там больше не осталось. Именно поэтому появившиеся в комнате мужчины нашли меня в кресле с обиженным выражением лица.

- Кто-то обидел?! - бросился ко мне Дайре.

- Нет, - помотала я головой с улыбкой, дав себе мысленный пинок для ускорения мозгов. - Всё в полном порядке. Правда. Просто... булочки закончились.

Дядя Хиль расхохотался.

- Я сейчас скажу, чтобы принесли ещё.

- Не стоит, - заметил Лис, усаживаясь на диван сбоку от меня, - она растолстеет и не будет пролезать ни в одни двери.

- Лис! - возмутился Дайре, - ты вообще думай, что говоришь!

Я так вообще кипела как чайник, казалось, что пару минут, и у меня пар повалит аж из ушей.

- Вот что думаю, то и говорю. Благородным леди мучного достаточно, вот, лови.

Ой!

В мои руки опустилось яркое румяное яблоко, с такими наливными боками, что желудок довольно заурчал, требуя немедленно это самое чудо съесть! И такого замечательного парня никак больше не обзывать...

Да вот счас! Он меня с прихода успел уже обозвать... что, впрочем, не значит, что я должна промолчать!

- Спасибо, - улыбнулась я, - очень выглядит аппетитно. И, в общем, дядя Хиль, что вас привело сегодня?

- Родовой медальон. Помнишь, я тебе про него говорил? - король подошёл ко мне, обошёл со спины и застегнул на моей шее длинную цепочку. - Ну, вот. Теперь однажды ночью к тебе придут призраки, и ты будешь почти приня...

Он говорил что-то ещё, я не слышала.

Горячие щекочущие ощущения поднимались откуда-то из груди, огнём облизнули круг на моей груди, довольным воздушным зверьком скользнули по плечам, ласковым касание воды обагрили щеку и чуть качнули землю под ногами.

Четыре стихии людей признали меня окончательно своей. Вот что именно должно было случиться, с принятием силы! А теперь надо снять медальон и посмотреть, что он хоть из себя представляет!

Я не успела. Не слушая короля, не видя изумленного взгляда Дайре, не обращая внимания на спокойный взгляд Лиса, я потянулась к медальону и получила по пальцам ветвистой серебристой молнией.

Ой!

Следующая молния ударила меня сзади, прошив тело сияющим разрядом. Больно не было. Молния была насквозь не материальна. Третья молния ударила меня прямо в то место, где на груди был медальон. И началось то, чего я точно не ждала!

А трое мужчин, собравшихся в моей комнате, если о подобном и знали, то точно не удосужились меня предупредить.

Медальон оставался на коже, я ощущала его раскаляющиеся края и морозящую льдом середину, но при этом от меня в воздух отделялась его призрачная копия. Вначале яркий серебристый круг, в котором стоял на дыбах единорог с развевающейся призрачной гривой. Чудесный зверь пробежался вокруг меня, скользнул под протянутую руку, позволив скользить по своей холке, встал на дыбы, да так и застыл.

По серебристой кайме побежали тонкие лозы какого-то растения. Сплетаясь в причудливые завитки, они на моих глазах ткали тонкий воздушный орнамент. Он ещё не был закончен, а между светло-серебристыми листьями уже набухли бутоны. По комнате поплыл тонкий аромат, немного дурманящий, но для меня он пах запахом свободы. А потом бутоны дрогнули и распустились.

Пятилепестковые, чуть зубчатые лепестки были тёмно-фиолетовыми, такими же - как и глаза единорога. Такими же были и три лилии внизу. А как раз под передними копытами чудесного зверя распустилась геральдическая лилия.

Покружившись перед моим взглядом, словно хвастаясь, мой герб вернулся в родовой медальон, звякнула разорвавшаяся цепочка, обожгло грудь, и медальон пропал, оставшись на моей коже разноцветным узором... который пропал спустя мгновение.

Дар речи ко мне вернулся не сразу.

- Это, это, что это было?! - возмутилась я в голос. - Это что?! Это как!!!

- Это принятие в семью, с ведома и разрешения призраков... - пробормотал дядя Хиль. - Но ведь... ты же не могла с ними встретиться?!

- В первую же ночь здесь они меня уволокли в свою обитель, - вздохнула я. - Я просто сказать не успела, что они меня приняли. И вообще, это нормально? Что теперь медальон у меня не на шее, а где-то в моём теле?!

- Он не совсем в теле, - пробормотал Дайре. - Он в ауре, скрыт её слоями. Каждый сильный маг увидев этот герб, мгновенно поймёт, что ты относишься к правящему роду Таирсского государства, потому что только мы имеем право помещать на свой герб лилию. Но она ставится только нашими призраками. До совершеннолетия принцы ходят со своими гербами, но лилий в них нет. И если призраки не примут принца, то лилии у него никогда не появится.

... Слов не было. Ага. Вот даже тех самых, пресловутых, нецензурных, в голове металось только одно-единственное, выраженное в эмоции: "Ошизеть".

Дядя Хиль взглянул на меня и покачал головой:

- Сплошные сюрпризы. Ещё что-то приготовила?

- А! Ага! - вспомнила я. - Кайзер сказал, что было бы неплохо, если бы меня двору сейчас не представляли. В стране происходит что-то странное, а я могу оказаться запасным козырем. Вот! - довольно улыбнулась я.

Улыбка на моём лице увяла сразу же, трое мужчин на меня смотрели подобно оголодавшим акулам. А тут такое мягонькое мяско. И главное ведь никто не звал, само пришло. Это я о себе если что...

- Кайзер? - спросил мягко дядя Хиль. - А с ним ты где и когда познакомилась?

- А он мой покровитель, - не обдумав последствия подобных слов, легкомысленно сообщила я.

Ага. Всё. Мужчин можно выносить ногами вперёд, на связную мыслительную деятельность и осознанную деятельность речевого центра ни один способен не будет! Ай да, я!

- Кайзер? Твой покровитель? Он же даже королей не берёт под покровительство, - отмер первым дядя Хиль. - Так, Ника, а давай-ка по порядку рассказывай всё, что помнишь о случившемся в призрачной обители.

Да что мне жалко? Я расскажу. Всё расскажу... Не-а! Не всё! Даже в юном подростковом возрасте, когда язык без костей, а на плечах не голова, а тыква, хранить секреты я умела!

На рассказ много времени не ушло. На какую-то долю времени моя хладнокровная отстраненная половина взяла бразды правления в свои руки. Отчитывалась она-я не только быстро, но ещё и успела выдать идею, которую сегодня подсказали мне экономка с помощницей повара. Если в заведение для благородных уедет принцесса, о ней будут знать все уже через пару дней. Потому что слухи разлетаются быстрее скорости света.

А вот если в любой пансионат под "не своим именем" отправится любовница короля, с каким-нибудь не очень громким титулом, то никто ничего не поймёт. Я смогу научиться всему необходимому, а уже потом, когда буду хотя бы понимать, что такое этикет, как правильно вести себя на балу, чем отличается один титул от другого, и что у нас по текущей политической обстановке - вернусь.

- Хорошая идея, - пробормотал Лис. - Даже чересчур хорошая, для девушки, которая в нашем мире всего пару дней. То, что леди любовница короля придаст пикантности ситуации. Но никто из благородных и не подумает считать тебя за равную, поэтому будут и принижать, и подкалывать.

Я хмыкнула.

Это он сейчас что, меня запугивать пытается?

- А я простолюдинка, - ответила я с очаровательной улыбкой. - А мы не гнушаемся и за космы оттаскать зарвавшихся дур, и словами бить. Ещё посмотрим, кто кого!

Дядь Хиль вздохнул.

- Мне это не нравится, да и герб в твоей ауре, с лилией...

- Пап, - голос у Дайре сел. - Посмотри на него сам. Прямо сейчас.

Король взглянул на сына, потом на Лиса, присвистнувшего с довольной усмешкой, и потом уже перевёл взгляд на меня. По спине пробежали мурашки, вокруг меня полыхнуло разноцветное зарево, и снова передо мной повис в воздухе родовой герб.

Больше не было единорога и орнамента из незнакомых мне цветов.

Был сноп пшеницы, была какая-то птичка на этом снопу и ... всё.

- Говоришь, Кайзер стал покровителем? - пробормотал Хиль, - ладно. Будешь маркизой де Лили. То есть титул дан лично королём за какие-то особые заслуги. Дальше всё додумают без нас, и всё пройдёт как по маслу. Легко и без печалей. Значит так. Тогда ... меняем планы. Для начала я вызову сюда на дом пару портных, чтобы тебе приготовили гардероб. Затем отдам свою коляску, чтобы ты могла добраться до пансиона. И... Нет, - неожиданно нахмурился король. - Нельзя.

- Почему? - удивился Дайре.

- Единственный пансионат, где принимают девушек, невзирая на их титульность и чистоту их крови, это пансионат леди Раш.

- Самый лучший? - переспросил Лис.

- Точно. Леди Раш сама не из потомственных благородных, она приобрела титул, оказав моему деду особую услугу - спасла жизнь его единственному сыну - моему отцу. После того, какой травле она подверглась в высшем обществе, пока дед не наказал особо ретивых, она сама создала пансионат.

- И чем плохо то место?

- Недобрые дела там творятся, - пробормотала я, вспомнив слова Кайзера. - Дядя, у нас нет выбора. Всё складывается так, что мне придется отправиться в это место. Если я сейчас появлюсь в обществе, в качестве принцессы, это может закончиться или заговором, - бросила я взгляд на Лиса, - или что ещё хуже, меня по незнанию вовлекут во что-то недоброе. Так что, пусть лучше будет этот пансионат. Единственное в таком случае, о чём я попрошу, так это о том, чтобы рядом был кто-то, к кому я смогу обратиться за помощью. Доверенный человек, шпион, наконец. И слушайте, мне что-то в голову ни разу не пришло спросить. А сколько длится обучение в этом вашем пансионате?

- Три года, - пробормотал Дайре. - Три долгих года.

В комнате повисло молчание, мужчины переглядывались.

- Хорошо, - решился Хиль. - Пансионат находится рядом с летней резиденцией королей Таирсских. Мы сделаем так, около пансионата я куплю домик, поставлю там своих людей, чтобы постоянно на связи рядом с тобой был кто-то. Я дам тебе магического связного, будем разговаривать каждый день. И... еще два пункта. Во-первых, если возникнет хотя бы тень опасности, ты покинешь пансионат немедленно. И во-вторых, завтра пройдёт домашняя вечеринка, на которой ты познакомишься со своими остальными братьями. И после этого - мы доставим тебя в пансионат.

Кивнув, я улыбнулась.

Кажется, жизнь налаживалась!

Ах, если бы я была чуть внимательнее, если бы прислушалась к словам Кайзера... если бы, если бы...

Часы моей судьбы снова щелкнули и сместили свою стрелку, мои приключения и мои злоключения только начинались!


## Глава 9. Братья.


Как я пережила ночь, я поклялась себе не вспоминать даже в самых страшных кошмарах. Восемь часов!!! Восемь часов, когда у меня не получалось даже сообразить, сколько мне лет. Я спала и не спала в это время одновременно.

Моё тело лежало на кровати, как ему и положено, а с кем-то я играла в куклы, в догонялки, слушала сказки... Кайзер обманул, хотя если бы я знала, что скачусь рассудком до мелкой пацанки пяти-семи лет от роду, я бы рехнулась от ужаса.

И при всём при этом, когда на утро я открыла глаза, я была сама собой, от начала и до конца. И опять не смогла вспомнить, с кем именно я играла во сне-не сне. Я была, пожалуй, уверена только в том, что во сне я видела не Дайре. Тогда кого? Рауля? Он был тем, кого я встретила во вторую очередь здесь, на Альтане. Или может быть, это кто-то из призраков? Ведь до того, как всё это завертелось и закрутилось, я несколько раз ощущала присутствие призрака.

А значит Кайзер. Юэналь. Дитрих.

Из живых Рауль. И даже дядя Хиль...

Странно как-то всё.

Голоса их всех я могла слышать до попадания в преддверия призрачной обители. Да и к тому же, я могла слышать ещё чей-то голос, до того, как ...

Мало информации для того, чтобы делать выводы.

Слишком мало.

И чтобы получить побольше информации, я ведь так и не узнала от Дайре, что случилось на поляне!, мне нужны были источники информации. А значит - мне нужно было познакомиться со своими "братьями".

Что-то мне не верилось в то, что вся толпа, которую мне предстояло узнать получше, воспримет меня как манну небесную. Вполне возможно, что кто-то захочет меня узнать, чтобы после этого сделать свои выводы. Но каким может быть самый первый вывод, когда кто-то увидит необразованную деревенщину, для которой слово "этикет" в первую очередь соотносится с понятием "бизнес этикет"? Я знала, как нужно отвечать на звонки и деловые письма, как принимать посетителей и как проводить совещания. Это всё мне было знакомо.

Но вот бальный этикет?!

За столом я могла спокойно пользоваться всеми нужными столовыми приборами, но не когда их двенадцать штук! И пару из них я вижу впервые в жизни.

Одним словом, выбирая бальное платье на вечер среди тех немногих готовых, что на меня подогнали вчера, я думала о том, что меня ждёт полный и безоговорочный кошмар.

Дурные мысли сопровождали меня весь день, и не всегда они у меня возникали спонтанно и без повода.

Мои родственники сопровождать меня в походах, естественно не могли, поэтому с удобством устроившись в королевской коляске и получив на руки список портных, и Мисси в качестве сопровождающей (заповедь три, дробь четыре, пункт два по малому этикету), я отправилась гулять по магазинам. Гулять. Нервы тратить, а не гулять!!!

Когда я была у портных, уже со своим "новым" гербом, на меня смотрели спокойно, но командовали снисходительно, и впихнуть хотели... В общем, да, обычно я спокойна. Попробуйте выйти из себя, когда общаетесь с людьми, которые подозреваются в психических отклонениях? Вообще, с психами работать надо очень осторожно, потому что никто не может сказать, что им может прийти в голову, и не схватятся ли они в следующий момент за канцелярский нож.

Именно поэтому первые два курса и на первой же производственной практике, мы всем составом работали над собой, вымарывая из своего характера такие черты, как гневливость, вспыльчивость, агрессию.

Грубо говоря, я могла виртуозно делать из себя белую и пушистую овечку. Но как показали несколько последних дней, никуда не делись мои агрессивные черты. Моя ярость, моя злость и злоба. Вспыльчивость. Мстительность.

В общем, характер у меня был не сахар.

И когда ко мне приложили следующее розовое нечто с лиловыми оборками и ядовито-жёлтыми вставками, моя крыша сказала "пока-пока милая" и умчалась в тёплые края вместе со сдержанностью.

- Это что? - спросила я тихо.

- Платье! Это последний писк моды!

- Сдыхающей? Это позывы её предсмертных корч мы и видим? Или нет, это предсмертные корчи мастера, создавшего "это", я наблюдаю? Хотя нет, дайте угадаю, вот это разляпистое нечто, в котором из хорошего я вижу только аккуратные стежки и дивные пуговицы - работа какой-то поденщицы. Вы решили, что работа мастера слишком великолепна, и вы никак не можете коснуться её своими руками. Ну, давайте я вам что ли помогу. Ибо если вы сейчас будете утверждать, что это работа мастера, я пойду к другому портному и специально выберу ваших конкурентов. А! Как у вас заблестели глаза! Дайте догадаюсь, вы работаете на конкурентов, специально у мастера отбивая клиентов. Чудесно. Какая гениальная махинация. Стражу позвать стоит?

- Миледи? - тихий голос прервал моё кипячение в самой высшей точке.

Повернувшись, я воззрилась на высокого остроухого мужчину, стоящего у выходной двери. Вмешавшийся в мою обличительную тираду эльф был в тёмно-зелёном камзоле изумительного кроя. Бриджи и высокие мягкие сапоги дополняли его костюм. На поясе был хлыст, а судя по тому, что с рук этот красавчик стягивал перчатки, он только что с дороги.

- Добрый день, - отозвалась я вежливо, насколько мне позволяла кипящая в жилах кровь.

- Меня зовут Арман, и я главный портной в этом маленьком магазинчике. Судя по тому, что вам сейчас предлагает эта... уже уволенная девушка, вас ввели в заблуждение намеренно. Я могу вам чем-то помочь?

"Разумный человек!" - возликовала душа.

"Угу, ещё бы вспомнить, что он эльф", - согласился разум. - "Вот пообщаемся, посмотрим, есть там ум или он нам только показался?"

Ну, да, опять крышеснос тотальный, и снова у меня! Кыш, кыш!

- Мне нужен гардероб, - сообщила я твёрдо. - И если тот костюм, что на вас, сделан вашими руками, то весь гардероб я закажу у вас от и до.

- Почту за честь, красивая девушка со вкусом - это редкость в наши беспокойные времена. Ты, - взглянул он на красную как помидор помощницу. - Уволена. Марш отсюда, пока я не позаботился о страже. А вы, миледи, прошу за мной.

Арман оказался вполне нормальным эльфом, ну, то есть в меру заносчивым и высокомерным, это можно было перенести. К тому же, даже осознавая, что перед ним просто человеческая аристократка, особо нос он не задирал, а вот портным оказался отличнейшим.

Все мерки были сняты с меня в кратчайшие сроки. Помимо того, что будет шиться мне на заказ, а потом будет выслано на мой адрес в пансионат, Арман подобрал мне пару бальных платьев из уже сшитых. Затем мы подобрали кое-что из повседневной одежды и костюм для верховой езды. Этому мне предстояло учиться в любом случае. Белье и обувь должны были естественно шиться на заказ.

Расплачиваться с Арманом собирался дядя Хиль. В том смысле, что потом, когда начнут выяснять, откуда взялась маркиза де Лили, будут проверять и её контакты. Обязательно выйдут и на эльфа, и на королевский транш. Чудесно!

Дурные мысли вернулись и нахлынули на меня с новой силой после того, как посреди леса, посреди которого шла дорога в особняк Дайре, у коляски отлетело колесо. Двигаться дальше она, безусловно, не могла. На дороге в результате оказались: я, Мисси, оглядывающаяся по сторонам, и два гвардейца, которые отрядил с нами дядя Хиль. Отремонтировать коляску не под силу было никому из нас.

- Миледи, - один из мужчин повернулся ко мне, - простите, пожалуйста. Нам придётся немного подождать. Мы оповестили капитана о случившемся с магическим соколом. Так что в течение ближайшего получаса к нам подгонят вторая коляска.

Кивнув, я оглядела покореженную коляску, сидеть в которой однозначно было невозможно, и махнув мысленно рукой на платье - уселась прямо на землю. Благо юбки были достаточно пышными для того, чтобы прохлада уже остывающей земли мне не навредила.

- Леди, - бросилась ко мне Мисси, - нельзя сидеть на земле!

- Это выставочный образец? - наклонила я голову, ощущая как немного схлынувшая злость снова начинает поднимать свою уродливую морду.

- Н... нет.

- Она от того, что я на ней посижу, как-то испортится?

- Н... нет.

- Может быть, от того, что я тут устроилась, я нанесу какое-то оскорбление ей?

- Нет, леди! - девушка понизила голос, потому что двое гвардейцев, стоящие за её спиной, уже начали сдержанно посмеиваться. - Это не по этикету.

- Ему придётся как-то пережить эту трагедию, - отрезала я. - Мне тут нравится, птички поют, травка зелёная, земля тёплая. Зачем я буду бить ноги?

- Но тут же лес!!!

- Мисси, в твоём голосе столько страха, что можно подумать, сейчас из леса ка-а-ак выскочит страшный серый волк! - укорила я, потом устыдилась. Ну, вот какой из меня психолог? Девчонка может действительно леса боится, а я тут над ней подтруниваю. - Иди сюда, - вздохнула я.

Мисси, то и дело оглядываясь по сторонам, чисто загнанный зверёк, села рядом со мной. Разбираться, что это значит, я не стала, хотя надо было! Ведь ближайшие три года нам придётся провести вместе. Но почему-то неожиданно захотелось спать, так, что сил держать глаза открытыми, не осталось...

Голова потяжелела, стало так мягко... так тепло, и сквозь сон я слышала теперь уже совершенно незнакомый голос:

- Ещё пока слишком рано, я никому пока не дам тебя убить...


Провал в памяти дело сугубо неприятное, особенно, когда тебе выпадает честь наблюдать за этим провалом со стороны.

В том смысле, что я отлично помнила, как отвалилось колесо у коляски, как я уснула там на зелёной траве, и как очнулась уже, когда коляска подъезжала к особняку Дайре. Два гвардейца и Мисси были уверены, что мы проследовали всё это время без остановок и чрезвычайных происшествий.

Кра-со-та, одним словом.

Мне, правда, совершенно не нравящаяся. Именно поэтому, к тому моменту, как должен был начаться бал, я была в прекрасном платье, с прекрасной причёской и изумительным макияжем... и насколько я была прекрасна внешне, настолько черна была сейчас моя душа.

Я была зла... нет, пожалуй, чрезмерно раздражена, а ещё - испугана. Я хорошо помнила слова того человека с незнакомым мне голосом. "Никому пока не дам тебя убить". Из одной простой фазы, всего шесть слов следовало сразу два очень важных вывода. Во-первых, коляска сломалась не случайно, в том месте меня должны были убить. Вопрос в том, кому я - ещё никому не представленная принцесса, скорее уж иномирянка, могла так мешать? Во-вторых, "пока", то есть человек, который пришёл мне в этот раз на помощь, в следующий раз может прийти для другого. То есть не спасти меня, а взять мою жизнь.

Именно поэтому, я не столько смотрела по сторонам, сколько была задумчива. Именно поэтому, моя невнимательность стоила мне весьма странной встречи и неприятных последствий.

Я шла по коридору, куда мне было указано (дядя Хиль сначала хотел мне представить самого младшего принца), когда она встретилась мне. Девушка, чем-то похожая на меня, прошла по коридору, обгоняя. Потом резко остановилась, повернулась, прижала палец к губам и... поманила за собой.

Она хочет, чтобы я проследовала за ней?

Разум сообщил, что я никого здесь не знаю, и любой может оказаться предателем. Нечто куда сильнее меня намекнуло, что за этой девушкой нужно пойти.

И я пошла.

Свернула послушно с главного ярко освещенного пути, на узенькую простеночку, о которой мало кто знал, поскольку людей здесь не было. Низко наклоняла голову, чтобы не стукнуться о выступающие камни и не вляпаться в паутину. Придерживала края платья, чтобы не испачкать их в пыли углов и шла. Шла.

Пока не пришла. Это был очень маленький балкончик-козырёк, выступающий над уютной открытой гостиной, в которой... сидели шесть мужчин. Половину из них я знала, половина мне была решительно не знакома.

У камина с бокалом янтарного напитка сидел Рауль. Сердце жалобно ёкнуло и затихло, радуясь тому, что можно посмотреть на любимое лицо. Хладнокровная половина отстранённо сообщила, что узы замкнулись. И этого мужчину мне предстоит ближайшее время воспринимать, как мою неудачную любовь.

Рядом с ним, на удобном диване развалился Дайре с книжкой. В стороне, прямо на подоконнике - Лис. Если бы я была кошкой, только при одном его виде выгнула бы спину и злобно-злобняче зашипела, а так просто перевела взгляд, рассматривая незнакомцев.

Итак, трое мужчин. Высокий молодой мужчина с копной пшеничных волос и синими глазами напоминал картинку с глянцевой обложки любовного романа. Красиво, очаровательно, но совершенно неактуально. В стороне мрачный тип, черноволосый, кажется, кареглазый, с желчным лицом, сухими чертами, тонкими губами. Нет, конечно, физиогномика без динамики - лженаука, но с этим типом знакомиться поближе мне как-то даже и не захотелось.

Третий мне незнакомый - среди всех отличался самой понятной и приятной внешностью на взгляд стопроцентного человека. Каштановые волосы, ямочка на щеке, приятная улыбка и гусиные морщинки у глаз. Он казался ровесником Рауля и точно был старше блондина или моего Дайре. А вот за Лиса не поручилась бы.

Взглянув на приведшую меня сюда призрачную леди, я изобразила, насколько могла изумление.

Ну, и, чего я тут должна делать?

Леди коснулась своего уха, потом показала на зал, улыбнулась и... пропала.

Это что, она ради меня появлялась?

Ой, что-то мне это не нравится. Но зато ладно, сказано слушать - буду слушать.

День выдался сегодня не из простых, стоять было тяжело, поэтому я с удобством устроилась прямо на входе. Снизу меня было не видно, балясины были толстыми, а мне через просветы балюстрады было всё видно просто замечательно!

Явно продолжая разговор, один из незнакомых взглянул на Дайре:

- Ну, и? Ты с ней общался больше всех, какая она? Эта девица.

- Она не девица, а девушка, очень миловидная и замечательная, умная, вежливая, умеет держать себя в руках, а ещё смелая и совершенно чудесная, - мгновенно отозвался рыжий. - И Аэрис, знаешь что, придержи свой язык в общении с нашей чудесной леди. Она всё-таки будущая принцесса.

"Ага, будущая, - отметила я. - Значит, до сведения остальных то, что принцесса я уже действующая не довели. А что тогда с гербом? Они его увидят? Надо будет спросить или Кайзера, или дядю..."

А Аэрисом оказался, кстати, тот самый мрачный тип! Надо же, какое неподходящее имя!

"Да ладно, - укорила меня хладнокровная половина. - Может этот парень только прикидывается жёсткой подошвой, а на деле мягкий белый и пушистый? Любит выращивать ирисы и жевать ириски?"

"Сгинь, шизофрения!"

"Да, да..."

- Дайре, не старайся, они всё равно тебе не поверят, - засмеялся мужчина с каштановыми волосами. - Ты для них слишком романтик!

- Я-то?! - возмутился мой рыжий братец.

- Ты, ты, - подтвердил Лис, даже ради этого убрав из рук книгу. - Романтичен до безобразия. Но, насколько мне известно, вышеупомянутую леди видел и Рауль.

- Рауль? - Аэрис взглянул на мужчину.

- В этот раз Дайре прав от первого и до последнего определения, - кивнул воин.

В душе мгновенно потеплело, по лицу расплылась глупейшая улыбка.

- Да ладно? - изумился Лис.

И радость из моей груди куда-то делась. Вот сейчас наговорит про меня гадостей!

И ... я не ошиблась.

- Я не спорю, если умыть и причесать, девушка будет достаточно миловидна, но в ней даже нет и капли королевской гордости. В ней нет породы. И этого достаточно, чтобы вынести решение. Я не признаю её своей сестрой.

- Оэрлис, минуточку, - Аэрис тряхнул головой. - Что значит "не признаю сестрой", отец что, в самом деле надеялся, что её кто-то из нас примет в семью? Я думал, он просто позаботился о том, чтобы такая племенная кобылка никуда от нас не делась. И один из нас рано или поздно на ней женится.

- Знаешь, Аэрис, твой язык такой же острый, насколько ты временами бываешь туп, - хмыкнул Лис. - Как думаешь, стал бы он для этого вводить девушку в семью? Дал бы титул, какой-нибудь там графини, пожаловал земли недалеко от наших исконных земель, познакомил бы со всеми нами. А мне лично он успел уже заметить, чтобы я держался от этой малышки подальше.

- Ты-то?!

- Я некромант же, как-никак.

- Я признал её своей сестрой, - сухо сказал Дайре, перебивая Лиса. В голосе брата звучала такая непримиримая сталь, что лёд, в который превратился от обиды и огорчения мой позвоночник, начал подтаивать. - И это ничто не изменит. Думаю, малыш Чи признает её своей сестрой с удовольствием. Папа уже признал её нашей по крови и по духу. С такими качествами, как у неё, она без труда пройдёт встречу в призрачной обители. Поэтому, говорю это всем сразу - придержите языки. Не посмотрю, что мы братья, никому из вас не дам её обидеть. Да, Аэрис, специально для тебя, лучше молчи. Ничего не говори ей. Потому что в отличие от тех куриц, что постоянно тебя окружают, эта девушка может постоять за себя. А ты проигрывать не умеешь. И ещё одно. Она принцесса. Пусть и будущая, но она принцесса Таирсского дома, поэтому ведите себя, как полагает.

На этом слушать я перестала. И выбравшись с тайного местечка, двинулась туда, где меня ждали.

Всё, что было дальше, слилось в какую-то мутную пелену, из которой только иногда я запоминала что-то яркой вспышкой. Информации снова стало слишком много, в один момент подслушанный разговор дал мне гораздо больше, чем могла бы получить я сама из разговоров и экивоков этих мужчин.

Маленькая, но уютная комната и четырёхлетний крепыш, который оказался моим самым младшим братом.

- Сеста! Сеста! - поприветствовал он меня, даже не осознавая, что замыкает последнюю цепь, вовлекая меня в род Таирсских. Но я была не против. Арчибальд был похож на отца, точно такие же шоколадные волосы, разве что в тёмных прядках запутались тонкие прядки цвета гречишного мёда. У младшего принца волосы были не прямые - чуть заметно вьющиеся. Глаза - серые-серые, а с тем учетом, что похож он был на своего отца, то лет через двенадцать уже из этого малыша получится парень - сухота девичья, устоять перед которым не сможет ни одна девушка.

С Арчи я просидела почти полчаса, пока дядя разбирался с накопившимися за утро делами, а уже потом, опираясь на руку короля, я проследовала в комнату, где мы должны были собраться вместе, всей семьёй.

К счастью, это был не бальный зал, и к ещё большему счастью - не в тот зал, где состоялся подслушанный мной разговор.

Это была охотничья гостиная.

Добротный стол из тёмного дерева, стулья с высокими спинками, камин и медвежья шкура у него - и по стенам свидетельства охотничьей доблести: чучела животных, птиц, рыб, головы крупных особей. Я узнала рысь, узнала лося с огромными рогами, кабана. Узнала огромного сома и щуку, маленького катрана и каймановую акулу.

Скользнув взглядом по всему этому изобилию, я опустилась по правую руку от дяди. Интересно было то, что по левую руку от него сел Лис. Если такое соседство было устроено ради меня, и этот невозможный тип надеялся, что я потеряю от него аппетит, то он ошибался. Аппетит у меня пропасть не мог даже после взрыва бомбы. По крайней мере, не сейчас, пока ещё шла перестройка ауры.

Впрочем, испортить его мне всё же попытались мужчины, которым меня представляли, а поскольку я с ними только-только знакомилась, мне надлежало изображать радость!

Итак, выяснилось, что:

Сидящий по правую руку от короля, Оэрлис дель Ниано, принц Таирсский, заведует отделом внутренней разведки. Лис с абсолютно хамской улыбкой приподнялся со стула, чмокнул мои пальцы и сообщил, что ему исключительно приятно познакомиться со мной, находящейся в сознании.

На что мне очень сильно захотелось познакомить его с универсальным оружием русских женщин - скалкой! Не помешало бы, для того чтобы этот тип раз и навсегда запомнил, как опасно с нами, красивыми и русскими связываться! А то, справляется, видимо, хорошо со шпионами и разведчиками, вот и решил, что ему всё можно!

Справа от меня сидел Дайре, и его король мне тоже представил, видимо соблюдая один из тех самых сводов этикета.

Справа от Дайре был Рауль, его мне отрекомендовали, как лучшего военачальника, который появился за последние пять веков в роду Таирсских. На мой вопрос, а кто же лучший, я надолго выпала в состояние прострации, узнав, что лучшим был... ага, тот самый Дитрих, который стал моим третьим призрачным покровителем! Что задумал Кайзер?! Ради чего вокруг моей скромной персоны появились такие силы?!

Следом за Раулем мне представили мужчину с каштановыми волосами, который назвал Дайре романтиком в подслушанном мной разговоре. Выяснилось, что это у нас Натан де Шутгардский, барон Шутгарда. И... судя по тому, какие черты прослеживались в лице Натана - это был один из моих братьев в том числе.

На другой стороне стола следом за Лисом мне представили остальных мужчин.

Обаятельного блондина звали Вайрис фон Майгард, маркиз Ленский. И заведовал этот молодой мужчина магией и наукой в королевстве. Подмигнув мне, Вайрис создал между пальцев белую фиалку, которую мне и вручил. А в моих руках цветочек дрогнул, потёк, меняя свою форму, и остался изящной заколкой, за которую принца я искренне поблагодарила.

Рядом с Вайрисом сидел Аэрис фон Шварц, граф Веззорский, он же глава финансового департамента.

Итак, считая очаровательного кроху Арчибальда - это всё были мои братья... Уже, вне зависимости от их желания - мои самые настоящие братья, потому что магия признала меня своей... Оставалось прояснить только вопрос с Лисом, потому что он трижды умудрился заявить, что не признает меня своей сестрой, и все три раза при этом у него были свидетели. И чем я ему так не угодила? Ууу! На него.

- А теперь, - дядя взглянул на меня с тёплой отеческой улыбкой. - Я представляю вам ребята нашу леди. Вероника Петровна, урождённая Белова, теперь маркиза де Лили, хозяйка бухты Сирен и принцесса Таирсская. И, позвольте, скажу вам кое-что ещё, прежде чем вы, ребята, не всегда сдержанные на язык, скажете лишнее. Леди уже принята призраками рода. И она уже принцесса Таирсская, она уже под охраной нашего рода. Итак, Ника, - обратился он ко мне, - что-нибудь сказать хочешь?

- Ага, - кивнула я, - очень.

Поднявшись, я посмотрела на мужчин, которых мне предстояло видеть теперь очень-очень много лет. С кем-то дружить, кого-то, скосила я взгляд на Аэриса, лучше избегать, иначе ничего хорошего не получится. Кого-то, как Лиса, ненавидеть, кого-то, как Рауля любить. Но в любом случае, было то, что сказать этим всем парням было необходимо.

Ухмыльнувшись, я чётко сказала:

- Ребята, вы меня простите, я вам сейчас разрушу устоявшийся шаблон. Но я не глупая домашняя курица, которую можно задвинуть в стороночку и сделать вид, что нет человека - нет проблемы. Я не кукла, которую можно заткнуть, завалив платьями, цветами, драгоценностями. Можете считать меня невоспитанной дикаркой. Можете сразу попробовать понять, что я человек другого мира и воспитана в совсем других правилах и устоях. У меня на всё есть своё мнение, я умею думать, анализировать и поступать так, как я решу, как я захочу. И да, я не постесняюсь защищать свое мнение, когда кулаками, а когда и магией, так что ли если вы против меня уже решили плести свои планы, то закатайте губу обратно! Ни-че-го у вас не получится!

После этих слов ужина не состоялось.

Лис, заржав как лошадь, свалил из гостиной, сославшись на какие-то дела. Дайре кусал губу, потом не выдержал и захохотал тоже, поцеловав меня в висок и сообщив, что мной гордится.

Когда то же самое проделал и дядя, нервы у остальных принцев сдали, и они очень быстро распрощались, сбежав по "неотложным делам и очень важным обстоятельствам". А я, объевшись как колобок, уснула в коляске по пути домой, на плече у Дайре. В корзинке у моих ног спал белый карапуз-щенок, которого мне вручил брат, сказав, что лишним не будет.

Завтра на рассвете, мне предстояло отбыть в пансионат...


## Глава 10. Заповедный лес.


Коляска мчалась по дороге, без остановок и промедлений. Щенок, которого, не долго думая, я назвала Солнышком, дрых беззаботно на соседнем сидении с моим, всё в той же корзине. За пару часов с ночи этот комок пушистой шерсти прибавил в размерах, но меня это совершенно не удивило. Хотя, что именно это за зверь, я так и не узнала.

Когда рано утром я уезжала, чтобы к ночи добраться до пансионата, Дайре провожать меня не пришёл. Не появился во дворе замка и король.

Хотя оба и собирались появиться, по крайней мере, об этом они говорили, всё же своё обещание они нарушили. А может быть, всё дело в том, что никакого обещания особого то и не было?

Одним словом, коляска отправилась в путь задолго до того, как кто-то из аристократии проснулся бы! Рассвет ещё только набросил на окружающий мир серое полотно грядущего яркого света. Мисси сонно тёрла глаза, и долго не выдержала - уснула в коляске спустя полчаса после того, как мы отъехали от особняка, дав мне возможность себя рассмотреть.

Итак, моя личная горничная была миловидна, и, когда не отводила от меня взгляда, а сладко спала на сидении напротив, это стало очевидно. И да, кстати, я спросила у Кайзера, когда он появился ночью, и получила ответ, что этой девушке Мисси предстояло провести со мной три следующих года в пансионате.

Но когда об этом узнала она сама, то выглядела... снова я ощутила нечто странное от этой девушки. Почему она так выглядела, не то расстроено, не то испуганно? Одним словом, что-то с моей личной горничной было не то.

Узнала я от Кайзера и кое-что ещё. Моё отправление в пансионат леди Раш под титулом обычной маркизы, сыграло мне на руку. Если бы туда поехала принцесса, о ужас, сопровождали бы меня три личных горничных!!! Я с одной-то не знала, что делать!

Интересно, этому в пансионате учат?

Говоря о пансионате, мой венценосный защитник ужасно расстроился, когда узнал, куда именно я еду.

- Я старый дурак, - сообщил он грустно. - Совсем не подумал о том, что если принцессу не представить ко двору, то в пансионат тоже должна ехать другая леди. С другим титулом и гербом. А, значит, возможным останется только один вариант с лучшим пансионатом, но при котором мы не сможем появиться рядом и помочь! Ах, я дурак!

- Кайзер, не ври, - отозвалась я, наблюдая за тем, как в коляску ставят мой багаж.

Одно из моих личных привидений от такой наглости потерял дар речи.

- Прошу простить, леди? - нашёлся он с вопросом, когда я уже шла к коляске, придерживая подол тёмно-синего платья.

- Всё ты продумал, - отозвалась я тихо. - Ведь мой герб тоже изменился, а значит, Юэналь что-то сделал с ним ещё тогда, когда я получила медальон. Знаешь. Заботу обо мне я оценила, но всё же я больше ценю честность. Лучше сразу сказать, что за дела вокруг меня творятся, а то я когда начинаю додумывать, запугиваю сама себя лучше, чем кто-либо ещё.

Кайзер ухмыльнулся, а потом расхохотался.

- Умная девочка, - зазвучали мне вслед его пугающие слова. - На удивление умная.

Он так ничего и не пояснил - пропал, словно никогда и не было. А коляска, запряженная шестёркой чёрных лошадей, тронулась со двора прочь. Не кони - звери мчались всё дальше и дальше, а вокруг в знакомом и уже виденном сером мареве проносились незнакомые места. Долго смотреть по сторонам было невозможно, начинала тут же кружиться голова, поэтому в какой-то момент, я даже не осознала, в какой именно, я умудрилась заснуть.

Мощные рессоры смягчали тряску, на коляске был герб короля (я же якобы его любовница!) поэтому никто в здравом уме не должен был напасть на коляску, и ...

Я открыла глаза примерно через пару часов. Тент был опущен, чтобы лучи солнца не падали на лицо. Щенок всё так же спал на сидении, а вот моей горничной рядом не было. И коляска уже не ехала - мы стояли.

Я села, придерживая на груди теплую шаль, и когда она успела меня накрыть ею?! Огляделась по сторонам. Итак, мы действительно стояли в какой-то небольшой деревушке около колодца. Лошади нервничали, били копытами и надрывно ржали. Рядом не было ни возничего, ни моей горничной. Да и вообще, с людьми здесь были проблемы. В том смысле, что живых вокруг видно не было.

Тихо шумел ветер в кронах придорожных деревьев, поскрипывала на ветру калитка. Не лаяли собаки! Не было слышно и других звуков, которые должны были быть в деревне. То есть...

Страхом протянуло как плетью по стене. Волосы зашевелились и, кажется, даже встали дыбом.

- Миледи! - голос моей перепуганной горничной доносился откуда-то сбоку.

Выглянув из коляски, я воззрилась на Мисси. Растрёпанную, тяжело дышащую. Откуда-то бежала?

- Миледи, пожалуйста, я нигде не могу найти нашего возничего! Он куда-то пропал, но нам надо скорее выбираться отсюда! Пожалуйста... Это место опасно!

Удивления не было.

Скорее всё просто стало на свои места.

Деревня вокруг однозначно была населённой. Только её обитатели к живым относились не просто недружелюбно, а с намерениями очень голодными. Только в этом случае всё складывалось воедино. Просто очередная попытка убить. Какой дурак нападёт на коляску короля? Никакой, поэтому самый простой вариант - надо завести эту коляску туда, где не посмотрят на её принадлежность.

- Мисси, ты можешь сесть на козлы? - уточнила я, разглядывая задумчиво место возничего.

- Нет, миледи, я даже отдалённо не представляю, что надо делать в таком случае!

- Ага, - кивнула я, подтаскивая поближе сумку, в которой лежала моя обычная одежда, та, в которой я прибыла в этот мир. - Пока я переодеваюсь, скажи мне, пожалуйста, кто может здесь обитать?

- Как "кто"?! Миледи, вампиры же!

- А они что, могут высунуться на солнечный свет? - заинтересованно высунула я голову из коляски.

Моя горничная потеряла дар речи. В самом что ни на есть прямом смысле, то есть она открывала рот и снова его закрывала, не в силах выдавить из себя ни звука.

Интересно, что её так удивило? А, ну да, это то, что должны, наверное, знать все? Это просто я, как иномирянка так пролетела?

- Мисси, рассказывай про них, пока я переодеваюсь, - поторопила я девушку.

- Миледи, но...

- Рассказывай, рассказывай, - подбодрила я. - И не удивляйся моим вопросам. Некоторые вещи, так получилось, что я не знаю, не встречалось, в сказках, которые мне рассказывали, не упоминалось.

- Миледи...

- И завязывай называть меня миледи!

- Но ведь вы... принцесса...

Хмыкнув, я кивнула. Вот оно! Мисси точно знает, что я принцесса, но откуда? Она знала это ещё до того, как пришла ко мне. Точнее, даже не так, она стала личной горничной принцессы, а теперь, оказавшись привязанной к маркизе, что она думает? И почему меня так волнует этот вопрос? Ладно. Я запомню, но ненадолго этот вопрос отложу в сторону, иначе из вида выпадет то, что сейчас, к сожалению, более важно.

- Ну, так? Вампиры это съедобно?

- Нет, миледи! - прыснула девушка.

- Какая досада, - вздохнула я, делая разочарованный до глубины души вид. - Итак, что ты о них знаешь?

- Это проклятая раса. На их территории не действует никакая магия.

- Вообще?!

- Да.

- Разве так бывает?

- Поскольку вампиры появились не естественным путём, миледи, - Мисси нервно огляделась по сторонам, отгородила себя от деревеньки каким-то странным жестом и прижалась спиной к коляске. - То да, возможно. Они могут становиться невидимыми, солнце их не сжигает, серебро не только не убивает, но даже не причиняет им боли. Чтобы убить вампира, нужна магия, но на их территории, как я уже говорила, она не действует.

- Ага. А призвать сюда призраков можно?

- Нет, миледи, магия тьмы здесь не действует.

- Чудесно! А питаются эти вампиры чем?

- Кровью, миледи. А когда в теле человека её не остаётся, они выпивают остатки человеческой жизни и памяти.

- Очень страшно, - вздохнула я, перебрасывая тело из коляски на козлы и подбирая вожжи. - Ага, будем надеяться, что лошадки здесь ко всему привычные, и вынесут даже при полном неумехе!

- Миледи, вы... вы...

- В штанах, - ухмыльнулась я, протягивая руку. - Прыгай, Мисси. И кстати, это точно твоё имя? Просто как-то оно...

Моя личная помощница, которая по идее в пансионате для благородных девиц должна была быть лицом мне преданным по умолчанию - посерела.

- Миледи!

- Ого, какая реакция, - удивилась я, чуть тронув вожжи. По спине снова пронёсся порыв ветра. - Мисси, прыгай в коляску. У нас нет времени разбираться с тем, что ты скрыла от нанимателей, когда тебя принимали на работу.

- Миледи, вы не понимаете...

- Ага, - согласилась я легко. - Я понимаю только то, что если мы сейчас не тронемся с места, нас съедят, так что - прыгай. И побыстрее!

Она ещё колебалась. Несколько мгновений, а потом решилась и запрыгнула в коляску. В следующий момент, кони встали на дыбы и рванули прочь со скоростью, которую сложно было бы в них заподозрить. Подгонять лошадей или пуще того, пробовать их направлять я даже не стала, всё, что я делала - это крепко сжимала вожжи, чтобы коляска не улетела в кювет, и надеялась на то, что лошади вынесут нас прочь из этого места.

В какой-то миг одна из лошадей просто пропала, то есть была в упряжке, мчалась вперёд, надрываясь, а потом вновь тот же стремительный порыв ветра и лошадки не стало. Совсем не стало.

Где-то в стороне в небо ударил фонтан крови, раздались чавкающие звуки - и всё пропало. А поскольку вряд ли один вампир мог сожрать большую лошадь за несколько мгновений... поэтому вполне очевидным был другой вывод, самый очевидный - в том смысле, что... ага, рядом был далеко не один вампир, а больше, много больше.

Пересаживаться верхом на лошадь было бесполезно, тот единственный раз, когда я сидела верхом, отпечатался в подсознании просто вихрем эмоций, но вот что мне говорил инструктор по верховой езде, естественно, в памяти не осталось.

Не прошло и пяти минут, как мы лишились второй лошади.

Чёрный массивный красавец с белыми чулочками исчез, перепугано заржав.

- Миледи! Нас догоняют! - тихие слова перепуганной Мисси, звучали так, словно она уже успела попрощаться с собственной жизнью.

Оборачиваться, чтобы понять, что именно она там насмотрела, я не стала. Как бы... не то чтобы я трусиха, но некоторые вещи лучше не знать.

Новый порыв воздуха стегнул по спине, волосы приподнялись, словно чьей-то рукой тронутые, в воздухе запахло кровью. Моей, между прочим, кровью. А потом зрение словно перестроилось.

Это сложно объяснить. Несмотря на то, что я по-прежнему не видела тех, кто нас атакует глазами, я имела точное представление о том, где именно сейчас атакующий находится.

И когда поняла, что какое-то ... нечто тянет ко мне свои немытые лапы, а там точно инфекции! С таким количеством грязи на когтях! Я немного потеряла над собой контроль. Кажется, моя хладнокровная часть что-то пискнула, я не осознала. Но уже в следующий момент кони мчались между стволов огромных высоких деревьев, а коляска вместо того, чтобы подпрыгивать на булыжниках - летела...

- Миледи! Миледи! - надрывалась в коляске Мисси. - Там впереди обрыв!!!

Я не то чтобы не слышала, но я никак не могла вернуться в собственный рассудок.

То есть, кажется, я была немного не в себе. В один момент, я оказалась в своём теле и в то же время вне его. С ума можно сойти от этого раздвоения.

"Ты уже сошла", - порадовала меня хладнокровная часть.

"Очень радостно", - огрызнулась я.

"Ты это, не шипи на меня как бродячая кошка, а делай что-нибудь, а то коляска, конечно, летит, но в обрыв мы свалимся, как нечего делать. А мне ещё как бы хочется жить!"

"А мне, думаешь, нет?"

"Так ты один раз умерла, какая разница, будет второй раз или нет?"

"Зашибись. Кыш, шизофрения, из моей головы. Умничает она мне тут!"

Доспорить со своим внутренним раздвоением я не успела, потому что некая неясная сила вырвала у меня из рук вожжи, круто заворачивая коляску. Кажется, я услышала, как вскрикнула в коляске Мисси, кажется, я куда-то летела носом вниз, кажется...


...Я открыла глаза, разглядывая над головой проплывающие облака. Вон то, левое удивительно похоже на слона. А вон то, справа - на кролика. Что слон и кролик делают на одном поле?!

"Ёжику больше не наливать", - вспомнил внутренний голос подростковую кличку, которая меня всегда бесила. - "Ёжик и без того пьян!"

"Отвянь".

"Если я это сделаю, ты пропадешь в первые же два дня в этом мире, глупая".

"А ты вообще кто?"

"Я это ты, только умнее и взрослее".

"Очень понятно".

"Ну, так ты сама меня создала, а теперь от меня отказываешься. Вот есть в голове ум?! Ладно-ладно, не кипятись. Я - это ты. Я буду рядом, пока еще нужна тебе, а потом когда ты поймешь, как тебе жить - или исчезну, или стану снова частью тебя, как было всегда и как, собственно говоря, должно быть".

"Докатились", - ахнула я. - "Я разговариваю с собственной шизофренией, и меня это не удивляет".

"Ничего, ты ещё в своём соку поваришься", - оптимистично порадовал меня внутренний голос, - "ещё и не до такого докатишься!"

"Прелесть".

Потерев ноющую голову, я обнаружила, что, во-первых, могу похвастаться шишкой, но при этом крови нет. Во-вторых, когда я огляделась по сторонам, стало понятно, что Мисси без сознания, а щен дрыхнет в своей корзинке. Ну и самое главное, возничий таинственно не появился, но при этом я была уверена, что в тот самый момент, когда вожжи дёрнуло в сторону - на помощь кто-то пришёл.

Ещё бы этот некто указал, в какую сторону двигаться, вообще цены бы ему не было, а то торчать в глухом лесу (а лес вокруг был именно что глухой), мне не улыбалось. Впрочем, мысленно дав себе подзатыльника, я двинулась к тем, чьи жизни зависели от меня - к щенку и к моей личной горничной. Вот не было печали!

Высокие стройные деревья с развесистыми кронами шумели на ветру, покачивали своими ветками, словно что-то нашёптывали, подсказывали, указывали?

Я застыла на одном месте.

Кони тихо-мирно паслись, не волнуясь и больше не буяня. То, что их убивало ещё несколько мгновений назад, сейчас пропало. Рядом никого не было, вообще никого: ни живых, ни мёртвых, ни проклятых.

Не знаю, с чего мне в голову это пришло, только уверена я была в этом как в самой себе. Вокруг шумел лес, в их зелёных макушках запутался ветер. Где-то слышалось лёгкое постукивание, но не дятла и уж тем более не дровосека, а какой-то звук более мерный и спокойный-спокойный.

Воздух вокруг был чистый, такой вкусный, что дышать - не надышаться. Так и не дойдя до коляски, я села на траву, запустила пальцы в зелёное море соцветий, зажмурилась, подставляя лицо солнцу. На душу опустилось спокойствие. Как-нибудь решится всё, тем или иным способом. Кайзера позову, Дитриха или Юэналя. Мои же защитники как-никак! Но здесь и сейчас я была в безопасности.

Сколько я так просидела? Вопрос. Но в какой-то момент показалось, что кто-то меня неожиданно окликнул. Да не "Никой" назвал, а по полному имени! Негромко, деликатно, можно сказать. А рядом и нет никого.

Я глаза открыла, по сторонам смотрю - пусто, вверх - пусто, даже вниз наклониться не поленилась - никого нигде нет. А невидимка не утихает, даже уже словно рассердился.

- Вероника! Вероника! Да Вероника же!

- Ну? - спросила я, мысленно смирившись с собственным диагнозом. С ума сошла. Окончательно и бесповоротно. Можно подумать, мало мне было голоса, который утверждает, что она - это я, так ещё и голоса вокруг слышатся. Сейчас как скажет, что это смерть за мной явилась, и будет мне - кладбище вместо пансиона для благородных девиц.

Ответ от невидимого визави прозвучал мгновенно, только был совершенно не такой, как я начала ожидать. Сварливый голос рявкнул:

- Нукает она мне тут! Не нукай, ведьма-недоучка, а то сейчас уйду, и дальше делай, что хочешь!

Я уже говорила, что ведьмы явно люди не от мира сего? В том смысле, что на них не то, что голос, на них мысленно, кажется, лучше не ругаться, потому что вскипаем мы мгновенно. Ну, я и вскипела!

Мне даже в голову не пришло, что у меня не галлюцинации, а я действительно кого-то слышу! У меня в висках кровь набатом билась, и в душе такая страшная ярость поднялась, что меня тут кто-то недоучкой обзывать смеет!

В общем, что случилось дальше, думаю, говорить не надо, кивнув, я сообщила этому самому невидимому и говорливому, хотя скорее невидимой и сварливой:

- И проваливай.

На меня холодом повеяло тут же, а мне сам сват не брат, и любая лужа по колено!

- О помощи проси, недоучка! А то сгинешь в лесу заповедном, да тех, кто тебе доверился - убьёшь.

Ага, на те же грабли да с размахом!

Мало того, что меня недоучкой назвали, презрением с ног до головы облили, так вдобавок ко всему угрожать надумали! И ладно бы мне - дело привычное, в конце концов, по своим деликатным поручениям бегая, я не раз нарывалась. Но вот угрожать тем, кто от меня зависел, я просто не могла никому позволить.

- Не буду, - сообщила я уверено. - И без всяких невидимых нахалов сама разберусь!

Ну, какая из меня тогда принцесса?

Раз уж я встряла, как индюк в суп, то значит надо соблюдать хотя бы те правила чести, которые мне самой кажутся не то чтобы правильными и положенными по этикету, а естественными.

Грохотнуло прямо над ухом. От ледяного ветра, который по моему позвоночнику пролетел, ещё и волосы стали чуть ли не дыбом. Страхом меня охватило таким, что поджилки затряслись.

- Проси о помощи! На коленях умоляй!

- Не буду! - в третий раз отказалась я.

И всё пропало.

Совсем всё.

Воздух стал чуть-чуть более пряным. Не в том смысле, что запахло чем-то подозрительным - воздух запах летом. Кажется, кое-что мне было знакомо по летним прогулкам к бабушке в деревню. Но опознать среди всего дурманного разнотравья отдельные запахи чабреца, зверобоя, ромашки, дикой мяты и так далее - я бы не смогла.

Запели птицы. Чуть в стороне доносился знакомый стук дятла. Кажется немногим левее я слышала токование кукушки.

Но почему-то в этом месте гадать на зов кукушки мне не хотелось.

Четверо коней немного нервничали, но скорее дело было в запахе крови. Если в моей голове осталось что-то верное с очень давних времён, то у лошадей запах крови и падали вызывает сильнейшее отвращение, а в те моменты, когда невидимые твари рвали на куски их товарищей, капли крови попали на черные бархатные шкуры.

Короче, вместо того, чтобы продолжить путь дальше, следующие полтора часа, пока Мисси сладко спала в коляске вместе с моим щенком, я мыла лошадей. Воспользовалась для этого тем самым платьем, в котором покинула утром дворец Дайре, порвав его на клочки. И нет, не голыми руками, я же не Рембо! Или кто там в фаворе у современной молодёжи? Как все нормальные люди, я воспользовалась ножом, сделав надрезы, а уже потом порвав платье на клочки, заодно отведя душу. Ну, правда, после такого стресса, хотелось или разбить пару-тройку сервизов, или вот так поизмываться над материалом.

Мало-помалу кони стали спокойнее, перестали нервно косить взглядами через моё плечо в сторону темнеющего леса.

Поправьте, кто-нибудь, меня если я ошиблась, это что же - темнеет?! Это что, мне придётся провести здесь ночь?! Ау, люди! Караул! Верните меня обратно домой! Я же ничего не знаю о лошадях и о том, что с ними делать! Да и мы не планировали ночёвки на природе! Плевать на еду и одежду, это не так страшно, но лошадей то надо покормить! Задать овса, или что там обычно с ними делают!

И вообще, ещё было бы неплохо понять, где я нахожусь, и куда двинуться.

И кстати, да, двинуться надо бы обязательно куда-то.

А то сон моих подопечных мне не нравится. Он ... неестественный.

Мой голос, когда мне пришло в голову крикнуть громко "ау", в качестве зова на помощь - не прозвучал.

Вместо него пришло понимание, что в этом лесу не кричат, если хотят остаться в живых. В этом лесу живых вообще быть не должно.

Разве что иногда делаются исключения, для тех, кто тесно связан со стихиями тьмы, разума, света и огня.

Я не относилась ни к одной из четырёх категорий, и лесу моё присутствие не нравилось почему-то. Он не то чтобы хотел меня прогнать любой ценой, но был бы рад, если бы я ушла.

Почему?

Закрыв глаза, я вспомнила то странное состояние, когда я слышала мир, одновременно его не слыша, и тут же в голову хлынул чужой голос.

- Хозяйка, Хозяйка идёт! Придёт! Уходи, ведьмочка, уходи быстрее! Живым в заповедном лесу не место! Захочешь, вернёшься, а пока прочь, прочь беги, чтобы хуже не стало!

Думать, чётко направляя свою мысль этому самому чужому голосу было сложно, но в какой-то момент, я осознала, что меня слышат, и пока канал не пропал, поторопилась пояснить:

"Я заблудилась! Я не знаю, куда надо двигаться!"

- Я помогу, - шепнул лес. - Я выведу тебя отсюда, только быстрее! Быстрее! Хозяйка не любит гостей!

"Я могу тебе чем-то помочь?" - вопрос вырвался из глубины души сам собой. Приветливый лес, который боялся какой-то Хозяйки, точно был в порядке? Я, конечно, была недоучкой и много не умела, но я могла помочь! Всем, что есть в моём распоряжении. Но помощи моей никто не хотел и не искал. Лес услышал мой вопрос, и в ответ меня окатило словно стаканом газировки, шипящие пузырьки разбивались на коже на мелкие осколки, тепло, щекотно и совсем не страшно. И словно бы в голосе этого огромного гиганта леса, в чьих ладонях я сейчас качалась, зазвучало тепло.

"Спасибо, маленькая ведьмочка, давно мне никто не предлагал помощь, но Хозяйка нас защищает, и нам помощь не нужна. Но достаточно разговоров, я укажу тебе путь".

Кони снова мчали вперёд, из коляски не доносилось ни звука, я не слышала шума, которого могла производить коляска или кони. Я перестала слышать шум ветвей, всё вокруг растаяло в плотных клубах тумана, а спустя ... сколько времени прошло я даже не могла сказать, кони и коляска вылетели из тумана прямо у огромных ворот, на которых была изображена девушка-ангел и мужчина рыцарь.

В стороне была надпись "Пансионат леди Раш". Но гораздо более красноречивым был девиз, размещенный над сомкнутыми руками девушки-ангела и рыцаря.

Огромные буквы, словно сплетенные из лозы дикой розы, гласили:

"Lasciate ogne speranza, voi ch'intrate".

Буквы были знакомые, я когда-то их где-то уже видела, очень давно. Где-то... в прошлой жизни! В настоящей жизни, в той, где не было магии, не было всякой чертовщины и говорящего леса. Зато были намёки, страшилки у костра и необъяснимые явления. А ещё самые разные, зачастую страшные слова и буквы. Но что же значили вот эти, огромные, где я их видела?!

На шум загрохотавшей по брусчатке коляски, из небольшой пристройки появился привратник. И сразу же, опознав коляску, засуетился вокруг меня. Кажется, от центрального особняка к нам бежали какие-то люди, Мисси отпаивали не то травами, не то коньяком, а ко мне подступиться боялись вообще все. Что они там увидели в моём взгляде и моём лице, чего так испугались?

Как я пересекла границу врат - не осознала. Зато когда с пронзительным скрежетом за мной запахнулись врата, я вспомнила, что означают буквы.

"Оставь надежду всяк сюда входящий". Это было в девятой песне Данте! Стих над вратами в ад...