# У бабушки Ирины удар (глава из биографического романа "Камень", автор - Владимир Шабля). 1933 год, февраль. Томаковка

Владимир Петрович Шабля

Бабушка Ирина на фоне голодания внезапно заболевает.

У бабушки Ирины удар

(глава из биографического романа "Камень", автор - Владимир Шабля).

1933 год, февраль. Томаковка.


Мария была довольна: сегодня она, наконец, отдала Лидии платье, которое шила последние две недели. Эта клиентка была женой партийного функционера, а потому могла себе позволить индивидуальный пошив. И хотя пришлось потрепать немало нервов с примерками и переделками, плата за работу, пожалуй, окупила всё.

Женщина бережно поставила на пол в коридоре кошёлку с продуктами, только что купленными на заработанные шитьём деньги.

"Будет хоть какое-то разнообразие в еде", - радостно подумала она, прикидывая, что бы приготовить изголодавшимся домочадцам.

Быстренько сбросив верхнюю одежду и обувь, хозяйка открыла дверь в кухню - и обомлела: на полу возле плиты в какой-то неестественной позе лежала мать.

- Мама! Мамочка! Что с тобой?! - крикнула Мария, бросаясь к любимому человеку.

Первым делом она перевернула тело, уложив его на спину, а затем на секунду застыла, приглядываясь к движениям груди.

"Слава Богу, дышит!" - констатировала дочь.

Тем временем Ирина начала подавать некоторые признаки жизни. Она пыталась что-то сказать, но в итоге смогла издать только совсем нечленораздельные звуки. Левой рукой старушка потянулась к дочери, одновременно как-то неловко шевеля головой. Лицо у неё перекосилось и выражало, скорее, смутную растерянность.

Мария подложила под голову матери подушку, укрыла одеялом. Затем накапала Ирине единственное имевшееся дома универсальное лекарство - валерианку с пустырником. Но старушка не смогла его выпить самостоятельно, так как её правая рука не действовала. После того, как с горем пополам удалось влить в рот матери резко пахнущее снадобье, Мария стала пальцами разминать ей виски.

За этим занятием женщину застал пришедший со школы Петя.

- Что с бабушкой, мама?! Опять голодный обморок?! - выпалил он, становясь на колени рядом.

- Не знаю, но боюсь, на этот раз хуже. Я её увидела лежащей здесь на полу. Похоже, парализовало правую половину тела.

- Чем я могу помочь?

- Беги в больницу, скажи в регистратуре, что у бабушки удар; попроси, пусть срочно придёт доктор.

Петя тут же побежал.

Пришедший примерно через час врач поставил неутешительный диагноз - тяжёлый инсульт с параличом правой половины тела, развившийся на фоне голодания. Медик дал указания по уходу за больной, назначил лечение. Однако то, каким образом он это сделал, не сулило ничего хорошего.

И действительно, в последующие дни состояние Ирины всё ухудшалось. Домашние по очереди дежурили возле неё, в точности выполняли медицинские предписания, но динамика была явно отрицательная. Спустя несколько дней у женщины перестала работать и левая нога. Говорить больная теперь совсем не могла, только обречённо глядела перед собой. А когда к её кровати подходил кто-то из родных - беззвучно плакала.

Вот и сейчас, сидя у бабушкиного изголовья, Петя наблюдал, с какой безграничной тоской она смотрит ему в глаза.

- Бабушка, всё будет хорошо. Ты выздоровеешь. Я тебя люблю! - со всей нежностью, на которую был способен, врал парнишка.

Он прильнул к Ирининой груди, расцеловал её.

Крупные слезинки прокатились у женщины по щеке. Подросток ощутил, как ком подступил к горлу. Он не мог отогнать от себя страшную мысль: "Как так может быть, что ещё вчера такой живой, любящий и активный, хотя и больной, человек в мгновение ока превратился в беспомощную развалину?" Это было противоестественно и нечестно.

С каждым днём жизнь в Ирине всё затухала. Через неделю после удара она тихо умерла ночью во сне. На бабушкиных похоронах Петя плакал навзрыд так, как никогда ни до, ни после того. Он не стеснялся своих слёз, целовал и целовал окоченевшие холодные губы, щёки и лоб. Но от этого становилось только тяжелее.