# Весенние игры по-взрослому

Серж Жданов

Сверхсекретные и смертельно опасные для их участников операции, казалось бы, направлены на спасение мира, цивилизации и жизни на нашей планете. Кто ж откажется от возможности принять в них участие? Тем более, что ты давал присягу и носишь на плечах погоны... Вот только почему-то воняет от этих операций до омерзения подозрительно, привлекают к их исполнению спецов совсем не тех ведомств и даже не того профиля, а руководят всем лица второго эшелона...

Весенние игры по-взрослому


Пролог.

Отталкиваясь от стенок отсека, Рахимов подплыл к Николсону - янки, что-то мурлыча себе под нос, увлечённо колдовал у монитора орбитального телескопа, однако появление сменщика учуял и от дела, как оно интересно ему ни было, всё-таки оторвался. И даже без всякого сожаления - ведь его программа заканчивалась через полторы минуты, далее наступала очередь русского напарника, и тут уж проси не проси, а у каждого был свой участок работы, требовавший немедленного исполнения, и Рахимов вряд ли бы уступил коллеге хоть десять минут из своего запаса времени.

Ибо дорогое это было удовольствие - исследования на МКC-2, и каждый вложенный в них доллар, евро или рубль должны были если и не приность прибыли, то уж, как минимум, окупаться. А иначе и не стоило бы весь огород городить! Впрочем, с окупаемостью на станции пока что всё обстояло в порядке, а кое у кого даже и в двойной плюс работы шли!

- Что у тебя? - дежурно поинтересовался Николсон, уступая Рахимову место у монитора, хотя и сам мог прекрасно об этом узнать, просто заглянув в план научной программы, хранившийся в свободном доступе бортового компьютера.

Но среди экипажа станции такое принято не было - космонавты уважали право коллег на приватность. Захотят - скажут сами. Нет - их право. Никто не обидится.

Рахимов вежливо улыбнулся, смешно сморщив нос:

- Да так, мелочёвка, обычная картографическая съёмка.

- Ну, тогда желаю успеха! - Николсон дружески хлопнул ладонью о подставленную ладонь коллеги и ловко вынырнул из помещения наблюдательного поста. А Рахимов уже пристраивался у пульта. Закрепился ремнём к специальному держателю на стене, дабы не отлететь во время работы в сторону от аппаратуры, затем соориентировал телескоп на нужный квадрат и приступил.

Работа действительно была из серии "мелочёвок" - у каждого "эмкаэсовца" таких были полные карманы. Конкретные прикладные задачи от определённых госструктур. Понятно, каких!

Ну, тут уж ничего не поделаешь: помимо чисто фнудаментальных, научных изысканий, имелись ещё и заказы, что называется, "актуального характера", которые также приходилось отрабатывать. Как бы даже и не в приоритетном порядке. Типа вот этого, чем сейчас и был занят Рахимов. Было оно действительно несложным - картографирование окрестностей одного милого, уютного островка, полукуротного (полу - потому что, хотя здесь и можно было неплохо отдохнуть, но туристов мало прельщали подобные места), хотя и довольно-таки захолустного, но зато лежавшего в крайне удобном месте, на стыке Норвежского и Северного морей. Аккурат между Шотландией и Швецией, буквально в двух шагах от оживлённых морских трасс. И оттого являвшемуся лакомым кусочком для многих военных и разведывательных ведомств Европы. Да и не только её. В плане контроля за корабельными перевозками.

В принципе, с картографической съёмкой этого района свободно мог справиться и обычный спутник. Но вот ведь какая досада: орбита ни одного из российских сателлитов не проходила над здешними краями!

Чего не скажешь об "МКС-2".

Вот и втиснуло родное Минобороны РФ свой сугубо прагматический интерес в научную программу Роскосмоса - не впрямую, конечно, а по линии института геодезии Академии Наук. Вполне себе пристойная маскировка: карты ведь нужны всем, и военным, и гражданским. Последним даже как бы и не в первую очередь!

Вот Рахимов и картографировал: вёл съёмку квадратов, над которыми пролегал путь станции, и параллельно - с ленивым любопытством, разглядывал сине-зелёное морское полотно, величественно разворачивавшееся перед ним на мониторе.

Красивое было зрелище, что и говорить!

Каждая деталь - будь то россыпи островков, нефтяные пятна разливов, маленькие коробочки медленно ползущих судов, всё можно было рассмотреть с высоты, не напрягая зрения и не прибегая к увеличению. Отдельные участки, свободные от загрязнения, позволяли даже рассмотреть и рельеф дна. Впрочем, тут и глубины-то были небольшие - так что играло свою роль ещё и это обстоятельство, а не только чистота и прозрачность воды.

Постой-ка! А это ещё что такое?

Рахимов моментально очнулся от своей соцерцательности и с крайне заинтересованным видом чуть ли не воткнулся носом в монитор. Торопливо прибавил увеличения - и от увиденного аж застонал восторженно:

- Ну, ни черта ж себе, братишка! Такое я только в кино видел!!

---------

Они всегда встречались в этом кафе на протяжении вот уже более десяти лет. Не часто, конечно, слишком уж разные у них были рабочие ритмы, но и не от случая к случаю, чтобы начать подзабывать что-то общее, что связывало их столько времени. Причём, не просто встречались - а обедали и общались. Обсуждали интересующие обоих темы, делились заботами, решали проблемы - серьёзные, понятное дело. Из тех, что вот так, походя, не разрулишь. А с теми, что были из разряда повседневных, справлялись сами - ибо мужиками оба были самодостаточными, свой груз - пусть даже и на дружеские плечи, перекидывать не любили. Жили по-правилу: каждый нормальный мужчина несёт свою ношу лично.

Сегодня они просто обедали. Заранее созвонились, порадовались, что обеденные окна у них совпали, предупредили хозяина кафе о своём появлении - тот заверил, что для своих у него всегда столики держатся, и вызвав - каждый свою, машины, отправились на место встречи.

К их приезду столик был уже накрыт - в кафе знали вкусы постоянных клиентов. Они выбрались из машин, не торопясь сошлись у входа в заведение, пожали друг другу руки.

- Привет, Бродяга!

- И тебе не хворать, Доктор!

- Как сам? Семья?

- А у тебя?

- Да всё по-старому...

- И у меня - тоже.

Они прошли в зал - людей было мало, несмотря на обеденный час и на то, что кафе находилось буквально в двух шагах от делового центра столицы, а следовательно, по теории, могло привлекать внимание разнообразного офисного планктона и мелких предпринимателей. Но - не привлекало. Отпугивали цены и строгая охрана на входе, пускавшая исключительно своих или серьёзно выглядевших людей.

Присели за стол и первые полчаса ни о чём таком особенном - не беседовали. Потому как - не комильфо было. Да и поесть требовалось, как следует, поскольку оба старинных приятеля действительно проголодались. Так что первые тридцать минут они просто энергично работали челюстями, глотая самые разные вкусности и запивая их хорошим вином, эпизодически перебрасывясь ничего не значавшими словами.

После поданного в завершение обеда крепчайшего и великолепно заваренного кофе, который они сдобрили не менее великолепным коньяком, что достался им от одного интересного человека, жившего ещё в годы советской Грузии 70-ых годов прошлого века, Доктор (в определённых кругах больше известный, как академик Эдуард Вельяминов, генеральный директор Роскосмоса) наклонился к Бродяге (которого ныне знали, как первого заместителя Центра космической разведки ГРУ Генштаба генерал-майора Леонида Тинкаревского) и тихо, но весьма значительным тоном проговорил:

- Ста-а-ричок! А я ж тебе подарок подготовил!

Генерал воспринял эти слова совершенно спокойно. Как будто ему каждый день старинные приятели подарки преподносили. Лишь коротко бросил:

- Серьёзно? Тогда давай!

Доктор шлёпнул перед ним несколько цветных снимков и хитровато сощурился:

- Ну, и как оно?

Тинкаревский неторопливо взял снимки, с любопытством просмотрел. Потом вскинул на друга удивлённый взгляд:

- Ты хочешь сказать, что это то, о чём я думаю?

Академик аж расцвёл, как мальчишка, неожиданно нашедший на улице сто долларов - он длействительно был рад тому, что угодил Тинкаревскому.

- Орбитальная съёмка? - скорее констатировал, чем спросил генерал, по новой перебирая фотографии. Вельяминов согласно кивнул: - Точно.

- Спутник?

- А вот и не угадал, наша родная "МКС-2".

- А, ну да, конечно - об этом я как-то и не подумал, - хмыкнул Тинкаревский и взял один из снимков в руки. - Нет, какова чёткость, а? Где это?

- Догланд, - пояснил академик. - Южная оконечность, всего каких-то полмили от залива Монк. Драккар шёл в набег на побережье Британии, викинги в то время как раз мимо Догланда часто ходили, самый короткий и удобный путь был. Но парням не повезло - здесь малые глубины и много мелей. Вот на одну из них они и напоролись. Вероятно, был сильный шторм - он и швырнул их на камни. Так судно с тех пор там и лежит.

- И никто его не нашёл до наших дней...

- Как видишь, - развёл руками Вельяминов. - Лежал бы драккар и дальше, если б мой парень на него не наткнулся совершенно случайно. Так что владей! Может, в отпуск когда туда смотаешься, поныряешь в в водах Догланда, поишещь раритеты...

- Это-то - вряд ли, - задумчиво проговорил генерал. - Сам знаешь, я - невыездной. Но за подарок - спасибо! Чего и говорить, потрафил.

Тинкаревский ни капли не кривил душой - ему действительно был приятен подарок друга, который пришёлся весьма кстати. Ибо со школьных лет пронёс генерал увлечение эпохой викингов 9-11 веков. Неплохо в том периоде разбирался. Владел неплохой коллекцией антикварных вещей, имевших хождение в те годы и связанных с жизнью и бытом суровых и свирепых сынов Севера. А теперь вот ещё получил и возможность выхода к месту гибели настоящего драккара.

Тренькнул мобильный. Тинкаревский досадливо поморщился и, извинившись перед другом, вынул аппарат. Поднёс к уху:

- Слушаю! Что? Хорошо, буду!

Он сунул телефон в карман пиджака, отправил туда же и снимки. Встал с места. Одёрнул пиджак. Сказал виновато:

- Прости, Доктор, труба зовёт. Совещание тут неожиданно наметилось, проигнорировать ну никак нельзя.

- Да ладно тебе оправдываться! - хмыкнул академик. - Служба, мы ж понимаем, чай, не лапотные. Бывай, Бродяга! Ещё увидимся!

--------

Собрались отчего-то в кабинете начальника АХУ (сиречь - административно-хозяйственного управления) СВР. Оно располагалось не в Ясенево, а отдельно, на окраине Москвы, в неприметном трёхэтажном особнячке. От любопытных взоров здание и автостоянку рядом с ним укрывал небольшой, но довольно густой парк. Совсем нелишняя деталь для конспирации. Хотя чего там было конспирировать, не оперативные же структуры.

Выбравшись из своей машины, Тинкаревский заметил ещё несколько знакомых автомобилей и тех, кто из них выбирался, и недоумённо шевельнул бровями: его удивили персоны, приглашённые на встречу, как и само место. Хотя, что касается места - тут ладно, в плане секретности идея собраться у хозяйственников была далеко не самой глупой - завхозов почти не слушали, за исключением разве что тех, кто начинал подворовывать и оказывался фигурантом ДОР (дел оперативной разработки). Но вот участники самой встречи... Замглавкома ВВС? Замруководителя одного из главков СВР? Советник главы оперативной службы ФСКН? Он, Тинкаревский, тоже зам, только минобороновский.

Сплошные вторые лица. Причём, далеко не самые ОСНОВНЫЕ в своих Конторах.

От нехорошего предчувствия даже в сердце неприятно закололо. Не любил подобные посиделки генерал, ибо чреваты они бывали для всех, в них вовлеченных, большими неприятностями. Потому-то Тинкаревский и старался всегда их избегать, прикрываясь каким-нибудь благовидным предлогом. Но в этот раз - не получилось: созывал совещание не абы кто, а сам "Папа", помощник секретаря Совбеза Игнат Степанович Мартынов, лицо более, чем влиятельное, курировавшее все силовые структуры страны.

Странным, и более того - тревожным фактором, было ещё и то, что просьбу свою Игнат Степанович передал Тинкаревскому лично, минуя его непосредственное начальство. Просто позвонил на мобильный и пригласил, не забыв предварительно предупредить слегка обалдевшего генерала, чтобы тот о его звонке - не распространялся. Ох, мутят что-то кремлёвские небожители, так их и разэтак! А нам, бедолагам, потом отдувайся!..

К Леониду не спеша приблизился "федерал" Лаптев - рослый мужчина, в дорогом черном костюме и светло-бежевой рубашке. Без галстуками - их Лаптев на дух не переносил. Оттого и ходил чаще в гражданском, а не в военной форме.В ФСБ генерал "сидел" на департаменте ЗаКоСиБТ (защиты конституционного строя и борьбы с терроризмом), точнее - на одном из его направлений, связанном с работой по националистическим и экстремистским молодёжным организациям. С Тинкаревским его связывали полуприятельские отношения - с курсантских ещё времён. Только генерал тогда остался в Минобороне, а Лаптева прибрало к рукам ФСБ.

Поздоровались. Потом Лаптев поинтересовался нарочито равнодушным тоном: - Тебя тоже сюда лично, - он выделил это слово интонацией, - пригласили?

Генерал молча кивнул.

- И о чём будет спич - ты, разумеется, не в курсе?

- Нет.

- Жаль, - вздохнул - теперь уже совершенно непритворно, Лаптев. - Так хотя бы знали: сколько вазелина с собой брать...

- А сколько не возьмёшь - всё равно не поможет, - философски ответствовал Леонид.

- Это да, - согласился с ним Лаптев и посмотрел в сторону коллег, двинувшихся к зданию управления: - Пошли и мы что ли?

- Пошли...

Втянулись в кабинет начальника АХУ по очереди, кивая на ходу друг другу - кто небрежно, с барственной презрительностью, а кто - с дружеской, и мимолётно-быстрой улыбкой. Как и везде, среди собравшихся не все все друг друга жаловали.

"Папа", восседавший во главе длинного стола, небрежно махнул народу на свободные кресла, подождал, пока все рассядутся, и только после этого повернулся к молодому парню в тёмно-сером халате, застывшим за левым плечом Мартынова.

Спросил деловито: - Чисто?

- Абсолютно! - торопливо заверил его парень, кидая внимательный взгляд на какой-то прибор в своих руках, сильно смахивавший на обычный планшетник.

- А окно? Если вдруг лазером попробуют снять разговор...

- Исключено, - помотал головой парень. - Окно- фальшивое, это всего-навсего обычный экран, на который транслируется изображение с уличных камер. И то я их сейчас отключил, мало ли что... Береженого, как говорится,Бог бережёт!

И замер, почтительно глядя на "Папу".

- Свободны, - отпустил тот его, и парень моментально выскользнул из кабинета, не забыв плотно прикрыть за собой дверь. А "Папа" опёрся о столешницу локтями, сцепил ладони в замок и водрузил на них подбородок. Обвёл присутствующих пронзительным взглядом, хмыкнул и наконец соизволил промолвить:

- Господа, я созвал вас всех, чтобы сообщить пренеприятное известие...

"К нам едет ревизор!" - машинально чуть было не схохмил Тинкаревский, но вовремя удержался, разумно рассудив, что Мартынову его цитация не принесёт никакого удовольствия. "Папа" был известен абсолютным отсутствием чувства юмора. То есть шутки и анекдоты он, конечно, понимал - не дурак ведь был! - но шутить не любил и это дело не приветствовал. У подчинёных - в особенности.

Народ тоже предусмотрительно отмолчался, и тогда "Папа" продолжил:

- Эта неприятность касается не просто подрыва престижа нашего государства - и не такое переживали! Это прежде всего больно ударит по обороноспособности страны. Полетят головы! Большие головы! - уточнил "Папа", с удовольствием наблюдая за тем, как у присутствующих от этих слов вытягиваются физиономии. - И прежде всего ваши, уважаемые товарищи и господа. Потому как большие люди по определению лишаться своих мыслительных агрегатов не должны - на это есть вы.

Он замолчал и растянул тонкие губы в милой улыбке. Совсем, как старый добрый Санта-Клаус, собравшийся поздравить ребятню с наступающим Рождеством.

"Всё, песец! - мрачно подумал Тинкаревский и затравленно покосился в сторону Лаптева. Тот сидел с каменной рожей и в глазах своего приятеля генерал тоже не разглядел особой радости. - Это называется приехали. Куда нас втравливают?!! Что ещё за схватки бульдогов под ковром?.."

- Но пока наши большие люди ещё не знают: действительно ли им что-то может грозить или это так, очередные происки их заклятых друзей. И поэтому они взяли тайм-аут, а мне поручили разобраться с возникшей ситуацией. Но исключительно неофициальным образом. И тогда я выбрал вас. По очень простой причине, - "Папа" снизошёл до откровений: - Вы хоть и в чинах приличных, да далеко не в первых рядах в своих конторах. И подразделения ваши там не основные. В этом-то и есть огромное преимущество. Потому как вам и внимания будет меньше - со стороны заинтересованных лиц, и поводов для манёвров вашим людям станет неизмеримо больше. Так что - слушайте приказ! - наконец-то перешли к делу, и народ подобрался, обратившись во внимание. - Подберёте подходящих людей, таких, чтобы и стреляли хорошо, и думать умели, и рыло при случае могли качественно начистить. Возраст - неважен, хоть пенсионеров берите, лишь бы сработали как надо. Да, знание английского или французского - обязательное условие! Все необходимые ресурсы: деньги, документы и прочее, вот у него, - "Папа" прихлопнул ладонью по столу, и присутствующие догадались, что речь идёт об отсутствующем хозяине кабинета, - И помните! - он грозно возвысил голос: - Облажаетесь - пойдёте под пресс. Увольнениями не отделаетесь! А ухватите Фортуну за хвост - считайте, вытащили целую кучу выигрышных лотерейных билетов!

Тут "Папа" вдруг совершенно по-свойски подмигнул участникам совещания и осклабясь, сообщил им: - Обойдёнными не окажетесь, парни, можете мне поверить! И на погоны звёздочек насыплем, и деньгами не обидим. Молчим? Очень хорошо: значит, согласны! Теперь - к сути... Генерал! - окликнул он замглавкома ВВС и тот поспешно, будто его неожиданно пнули под задницу, подскочил со своего места. - Введите товарищей в курс дела!


## Глава 1.


Аргон решил в этот вечер напиться. По-серьёзному. Не так, как он это обычно делал - полбутылки перед сном, под немудрящую закусь в виде куска колбасы или ломтя ржаного хлеба с простой луковицей. А, что называется, по полной программе, до поросячьего визга. И чтоб при этом выпивон был нормальный, продукт к нему соответственный, да потом с кем-нибудь незнакомым по душам поговорить, а повезёт - так и в рыло ему заехать и под занавес очухаться с жесточайшей головной болью на грязных нарах в местном околотке. Эх, как давно он этого не делал!..

Наверное, уже лет пять, с той самой поры, когда его попёрли со службы. И никакая мразь тогда не заступилась, даже просто с сочувствием никто не подошёл, шарахались, будто от прокажённого! А ведь он же совсем не виноват был - в том, в чём его обвиняли! Даже наоборот... Ну, да ладно, теперь всё это дела, как писал какой-то там классик чей-то там дитературы, давно минувших дней, преданья старины глубокой! Вернёмся к современности. То есть, к реализации намеченного.

Любая нормальная пьянка, как известно всем знающим толк в этом благородном занятии, требует основательной подготовки. Сначала стол застилается газетой - не обязательно новой, но всегда целой. А затем на него выставляют продукты: сало, желательно с красными прожилками, оно самое вкусное, потом тарелочка с огурчиками - малосольными (но сойдут и солёные, и маринованные, и обычные), ещё одну - с аккуратно порезанным чёрным хлебом, затем - соль, крупнозернистую, помидорчики - свежайшие, но можно и консервированные, запивку - тут уместна классика, томатный сок, но и тархун сгодится, и апельсиновый нормально в горло пойдёт! Добавляются плавленные сырки - несколько штучек, зелёный лучок, колбаска опять же - варёная, разумеется, всякие там салями, копчёные, ливерные - профанация и оскорбление процесса!.. И как завершающий штрих, точка в конце предложения - литровая бутыль в центр стола с парой гранёных стаканов впридачу. Парой - потому как нельзя исключать возможности появления на сцене второго участника пьянки. А то, что он будет, Аргон не сомневался. Чуйка подсказывала: появится у него компания...

Чуйка не подвела: стоило Аргону опрокинуть в горло первый стакан и заесть его огурчиком, как в дверь решительно позвонили. А потом, не дожидаясь ответной реакции, ещё и ногой добавили от всей души.

- Неймётся же кому-то! - вслух посетовал отставник, однако вставать и не подумал. В нормальной пьянке спешка недопустима! Поэтому он наполнил стакан по-новой и придвинул к себе тарелку с салом.

Звонок вновь разразился занудливо-громкой и от того противной трелью. И не умолкал, наверное, с полминуты. Терпеть это издевательство уже не было никакой мочи.

- Убью ведь гада, - вздохнул Аргон, аккуратно поставил стакан обратно на стол и поплёлся в коридор открывать входную дверь.

На пороге стояли двое здоровенных мужиков. В одинаковых белых кроссовках, чёрных джинсах и такого же цвета кожанках. У обоих - короткие причёски, перебитые носы, невзрачная внешность. То ли бандиты, то ли какие-то силовики, а может - просто спортсмены. Одним словом, двое из ларца - одинаковых с лица.

- Аргонов Виктор Сергеевич? - осведомился тот, что был слева. Непроизвольно повёл носом - очевидно, учуял запах спиртного, исходящий от хозяина квартиры, и брезгливо дёрнул щекой. Очевидно, не выносил алкоголя. Сочувствуем!

- А он зачем вам понадобился? - сразу полез в бутылку Аргон. Не любил он подобных бесцеремонных и хамоватых людей. Потому что сам порой бывал таким. А кому ж понравится своё отражение?

Однако гости его попытку повыделываться пресекли в зародыше.

- Одевайтесь, поедете с нами, - распорядился второй визитёр. И добавил равнодушным голосом: - Будете задавать глупые вопросы и тянуть время - заберём в том, в чём сейчас находитесь. Оно вам надо?

Мда? Аргон скосил глаза и был вынужден таки признать правоту мужика: в трусах, грязной майке и комнатных тапках, да ещё к тому же рваных, покидать дом не хотелось.

Поэтому он пожал плечами и буркнув: - Ждите, я мигом, - отправился в спальню приводить себя в божеский вид.

Привезли его в какую-то квартиру на окраине. По гразной, замызганной лестнице поднялись на второй этаж. Остановились у обычной железной двери. Один из спутников позвонил, дверь открылась и на пороге возник ещё один тип - копия тех, что сопровождали Аргона.

Мужчина посторонился пропуская приехавших в квартиру, аккуратно закрыл за ними дверь.

Аргона подтолкнули в спину:

- Вас ждут в комнате.

Ню-ню, посмотрим, кто там меня ждёт. Такой нетерпеливый, что аж двух мордоворотов за ним отправил. Должно быть, беспокоился, что приглашение может быть отвергнуто. Вот и подстраховался.

Аргон шагнул в комнату и с любопытством огляделся. Не похоже, что здесь часто бывают и уж тем более - живут. Светло-зеленые обои на стенах, простенькая люстра под потолком, в центре - стол и пара стульев. Всё безлико и пусто, как в подготовленном к продаже жилье. Или - на конспиративной квартире. У окна, спиной к двери, мужчина среднего роста в чёрном костюме. На голове - короткий ёжик седоватых волос. Прижатые уши, как у профессионального борца. И совершенно бычий загривок.

Аргон наморщил лоб: у кого-то он уже видел похожий...

- Присаживайтесь, Аргонин, в ногах правды нет! - проговорил мужчина, оборачиваясь. Аргон не сдержал довольной ухмылки: ну, конечно же, кто это ещё мог быть, кроме полковника Лаптева! Не подвела память.

С момента их последней встречи федерал почти не изменился, оставался всё таким же молодо выглядевшим крепышем, над которым, казалось, не властно время. Хотя мужику совсем недавно стукнуло шестьдесят. Впрочем, Лаптев всегда трепетно относился к своему здоровью и держал тело в хорошей физической форме.

- В заднице её тоже не наблюдается! - независимо фыркнул Аргон и подвинул к себе стул. Аккуратно сел и закинул ногу за ногу. - Итак, полковник, зачем я вам понадобился так поздно? Нельзя ли было перенести наш с вами разговор на утро? Вы меня оторвали от очень серьёзного дела...

- Пить водку, что ли? - хмыкнул Лаптев. - Так она и тут имеется, могу и компанию вам составить! Ибо пить в одиночку, - назидательно произнёс он, - прямая дорога к алкоголизму! - и отдал короткую команду. В комнату шагнул один из мордоворотов. Молча поставил на стол бутылку "Столичной", два стаканчика и, развернувшись, удалился. А Лаптев насмешливо ухмыльнулся и приглашающе указал на бутылку: мол, чего ждём? Разливай!

- А почему бы и нет? - пожал плечами Аргон. - Не на службе ж, полковник...

- А почему, кстати, "полковник"? - поинтересовался Лаптев, принимая от гостя стаканчик с водкой. - Я ведь уже год, как генерал.

- Поздравляю!

- Да не за что. Ну, будь!


Они выпили: генерал неспешно, как и положено солидному человеку, Аргон - быстро. Он вообще был не любитель рассусоливаний, предпочитал действовать быстро, по обстановке. Оттого, наверное, и жив был к своим тридцати пяти.

- Я чего вас сюда пригласил, Аргонин, - приступил наконец к делу Лаптев и испытующе посмотрел в прямо в глаза гостю, - Обратно на службу хотите?

Аргон чуть вторым глотком водки не подавился, настолько неожиданным было это предложение.

- Ну? Чего молчим?

Аргон откашлялся:

- Так меня же вышибли на "гражданку", генерал! - Лаптев слегка поморщился от такой фамильярности бывшего подчинённого, но проглотил "генерала" молча. - Да ещё с "волчьим билетом"... Я потом несколько месяцев "бомжевал", никто на работу брать не хотел, пока в сторожа не взяли, - он невесело усмехнулся. - Представляете: наркодиспансер охранять! Ночь дежуришь - потом два дня отдыхаешь, ничего, меня устраивает!

- Условия изменились, - сказал Лаптев. - Без вас, Аргонин, как без рук! Очень вы нам нужны сейчас, во как! - он выразительно провёл ребром ладони по шее. - И время поджимает, других специалистов вашего уровня вряд ли сумеем быстро подобрать... Да и не все сгодятся, скажу откровенно. Вас-то я знаю, как облупленного, вы - самое то!

Аргон насупился. Помолчал немного. Потом поднял голову и в упор, тяжело посмотрел на генерала. Глухо проговорил:

- Значит, как невиновного человека пинком под зад из органов гнать - это нам будто два пальца об асфальт. А, генерал? И на "мусорку" потом человека, как ветошь ненужную... А как понадобился - так милости просим обратно, так что ли?

- Не хамите, Аргонин! - повысил голос генерал. - Не в том сейчас положении, чтобы права качать... Вам навстречу идут, одолжение делают, а вы...

- А что - я? Я ничего не качаю и никому не хамлю! - отрезал Аргон и глаза его сузились от злости. - Говорите, нужен вам? Вернуться предлагаете? Снова Родине послужить - до очередного пинка? Что ж, я согласен! Но у меня будет условие. Точнее, два...

- Какие ещё там условия?!! - взвился, не выдержав, Лаптев. Но на Аргона его вспышка не произвела ровным счётом никакого впечатления - ты, мужик, на своих подчинённых ори, а на меня не надо! Не в том положении!

Вслух же проговорил - тоном несколько даже скучающим и ленивым, как и положено человеку, знающему себе цену: - А простые, генерал. Во-первых, вы восстанавливаете меня на службе, но только не в том звании, в котором я уходил, а на одну звёздочку побольше - в качестве компенсации за проявленную вами несправедливость по отношению ко мне. И, во-вторых, выплачиваете денежное довольствие - в полном объёме, с момента увольнения и до дня моего восстановления. Всё! Не думаю, что это будет трудно для вас.., - тут Аргон выдержал театральную паузу, с удовольствием озирая наливающегося кровью лицо Лаптева, широко улыбнулся и закончил: - Товарищ генерал.

После чего потянулся за бутылкой.

----------

Генерал-майор Лазарев был заместителем министра внутренних дел России. Со стороны поглядеть, то не фиг и какая крутая шишка, обычный клерк в больших погонах, курирующий спецназ (ОМОНы с СОБРами) и материально-техническое обеспечение личного состава МВД.

В верхах таких, как он, называют просто и обидно: ты - никто, и звать тебя - никак. А чего обижаться? Так оно и есть на самом деле.

Но это с одной стороны.

А вот с другой, если вдуматься, то замминистра - это ж персона! Да ещё какая! Особенно для субъектов Федерации и далее, по нисходящей, до муниципалитетов и сельских поселений,

Его боятся, перед ним пресмыкаются и мечтают только об одном: как бы ему получше угодить. Вот на этом-то можно и сыграть, тут "Папа" угадал верно. Бывают в жизни ситуации, когда пешка играет короля.

Поэтому, приехав к себе в министерство, генерал решил не терять времени даром. Рано начнёшь - быстро закончишь.

Он вызвал своего помощника и поинтересовался:

- А скажи-ка мне, майор, в какой губернии у нас есть толковые спецы? Чтоб и в огонь, и в воду могли сунуться, не боясь себе шкуру попортить?

И выжидательно уставился на помощника.

- Да у нас в любой области такие имеются, - осторожно ответил тот, недоумевая: зачем патрону понадобились "волкодавы"? Раньше-то он не очень любил вникать в их дела и кураторство над "спецурой" осуществлял чисто номинально, переложив эти обязанности на одного из своих замов.

- Вот и подыщи мне их, - распорядился Лазарев. - Человек трёх-четырёх. Не дураков. Желательно - с языками, английским или французским, если оба - то вообще идеально! Не обязательно полиглотов - хватит и болтовни в пределах школьной программы. Понятно?

Помощник молча кивнул в знак согласия, облегчённо радуясь про себя: не самое трудное поручение!

- Отзовёшь их в столицу под каким-нибудь благовидным предлогом, - продолжал инструктировать майора Лазарев. - На месяц-полтора. На всё про всё даю тебе день. Завтра утром я хочу видеть парней у себя. Не здесь! - тут же поправился он. - Отвезёшь их в какой-нибудь наш пансионат или санаторий в ближнем Подмосковье - так думаю, будет безопаснее. Со всех точек зрения!

С каких именно - генерал не уточнил. Но майор и так всё понял правильно. Иначе бы не был у Лазарева доверенным лицом.

--------------

Рамона вызвали к генералу. Не к своему, а почему-то к начальнику "соседей" - так в у них, в оперативной службе, называли ребят из информационно-аналитического департамента.

Молодая, ослепительно красивая и холёная секретарша с невероятно длинными ногами, холодно кивнула майору, неуклюже (при его росте под два метра, Рамон всегда боялся как бы чего ненароком не своротить в начальственных присутствиях) втиснувшемуся в приёмную, и небрежно обронила:

- Проходите, Валентин Валентинович ждёт вас!

- Здравствуйте, Рамон Эдуардович, вы даже не представляете, как я рад вас видеть! - шеф "соседей" не побрезговал, вышел навстречу, демократично поручкался. Кивнул на небольшой журнальный столик в дальнем углу кабинета, полускрытый пышно разросшимися кофейным деревом, предложил:

- Поговорим, не возражаете?

Когда это тебе предлагает генерал, отказываться как-то не принято. Тем более, простому майору. И что с того, что он - не твоё прямое начальство? Генерал - он и в Африке генерал. Тем более, они все из одного ведомства.

Столик окружали три удобных кожаных кресла. В одно сел генерал, в другом расположился Рамон.

- Вы у нас, кажется, собираетесь в отпуск, Рамон Эдуардович? На "моря"? - вкрадчиво поинтересовался у майора хозяин кабинета.

- Есть такое дело, товарищ генерал! - кашлянув в кулак, осторожно ответил Рамон.

- А куда, если не секрет?

- Да какой там секрет, товарищ генерал: на Черноморское побережье, в Севастополь. Друзья детства там живут, давно с ними не виделись, вот, выбрал время...

- Друзья детства - это хорошо, - протянул раздумчиво генерал. - Друзей детства забывать - не след. А когда к ним планируете?

- На следующей неделе, - насторожился Рамон: ему очень не понравились настойчивые вопросы генерала. Да ещё в привязке к предстоящему отдыху. Не дай Бог, всё поломается, а оно, видать, к этому и идёт...

Интуиция не подвела. Генерал заглянул в глаза Рамона и вежливым, чуть ли не до приторности, голосом попросил:

- Рамон Эдуардович, а не могли бы вы немного передвинуть свой отпуск? Вам ведь не всё ли равно: сейчас отправляться или в сентябре? Последнее, как мне думается, даже лучше: "бархатный сезон", народа поменьше, цены пониже, а?

И выжидательно замолчал.

- А как с моим руководством? - нарушил молчание Рамон.

- Урегулируем! - быстро проговорил генерал, явно обрадованный этим ответом. - Сегодня же попрошу, чтобы вас временно откомандировали в распоряжение нашего департамента. Вы ведь по основной специальности у нас юрист?

- Так точно. Гражданское судопроизводство, - почему-то счёл нужным уточнить Рамон. Это привело хозяина кабинета в ещё большее воодушевление...