# Теория Хаоса-10. Пещерная война

Сергей Рок

ПВ


Говорили, что колодцу имени Семена Федорова 1200 лет. Да, никаких туристов тут же не было долгое время, да и само слово это могло показаться ругательным, да и потом - так и говорили иногда - слышь, ты что, турист? Юрий Ланс даже вспомнил один такой момент: он освещал фонарем узкую щель, полагая, что там, в глубине, сидит Мозговой - но не было там никакого Мозгового. Тогда кто-то из ребят и крикнул:

- Чо ты там? Ты что, турист?

А ничего в том смешного и быть не могло, потому что Мозговой мог стрельнуть своим языком, пробить черепную коробку и начать высасывание. Здесь был один путь - если человек оставался еще в сознании, то можно было отрезать язык ножом - но после этот язык еще надо было как-то выковорнуть, а какая медицина в пещерах?

Так погиб Набабкин, так погиб Петя Ковш, да и многие другие. Юра, впрочем, умел ловить язык Мозгового рукой - в случае щелчка надо было немного нагнуть голову, язык тогда шел чесом -и тут же надо было хватать его за язык, вытаскивать, и - что же с ним делать - еда в пещерах ценится. Поймал кого, и, если он не из кислоты, ешь давай, не стесняйся. Помнил Юрий вкус Мозгового - а и ничего, вкусный был - пока жарили его на камнях, выполз второй - зевака какой-то, шел на запах сгораемого товарища - тут же его и поймали. Мозговой не может развернуться на открытом пространстве - его или ловят, или затаптывают. Его стихия - узкая щель.

Опытные воины, впрочем, ходят и без шлема - но завсегда есть шанс проколоться - тогда жизнь заканчивается, и наступает тьма, и религия народа Риаче на этот счет гласит:


После смерти трудолюбивые отправляются работать, а лодыри возносятся - но когда начинается их полет, оказывается, что он никогда и не заканчивается. Их ждет вечность пустоты.

После смерти ты оказываешься в гигантских мастерских Балаково - там крутятся гигантские шестерни, которые передают свое вращение другим шестерням, и эти передачи огромны, мощны, толсты, железны - потому что это лишь часть системы, которая вращает землю.

Как только ты поймешь, что жизнь твоя прошла, и ты - в Балаково, тебя отправят в отдел кадров, но выбор у тебя не велик. Если ты в жизни был большим воином, это еще не значит, что тебе уготована судьба воина в Балаково. Все здесь будет наоборот, ибо то, что внутри, станет снаружи, а значит - есть и такое, такое накопленное, что ты можешь взять с собой - но знает ли кто, как копить его?

Могут отправить тебя в Клещи, там тебе выдадут кирку, и будешь ты добывать руду. Много тысяч лет добывали там руду, но теперь установили машину, а потому многие старые, кто уже давно работает в Клещах, будут по-всякому тебя укорять за то, что ты новенький, однако, дедовщины там теперь уже нет, потому что многое автоматзировано, и по выходным даже выдают пиво в полиэтиленовых пакетах. Никто не знает, почему не бутылках. Никто не знает.

Много, много пунктов под землей, потому что земля не вращается просто так, а все приводится в действие великим механизмом, и должен ты помнить - на земле жизнь твоя - не жизнь, ты только готовишься, а настоящая жизнь начинается там, и там ты будешь работать во благо земли. Кроты тоже живут во благо земли, и черви живут, и множественные сороконожки, но все это служба поверхностная, и нет у них никакого разума, но ты - человек - когда живешь ты, то готовься, и будет ты всегда к тому, чтобы крутить великие веретена механизма, что заставляет землю вращаться.


Вы возразите, что мол, земля плоская, какие еще могут быть механизмы - ну так и это не факт, а лишь религиозный канон.

Юрий посмотрел во тьму колодца. Сева, поставив рядом с собой фонарь, взялся разматывать веревку. Колодец, быть может, бездонен, и воду в нем надо ловить - на отдельных участках где-то внизу она выпадает из стенки водопадов, но потом вдруг исчезает - вроде бы исчезает в нигде, растворяясь словно бы в воздухе. Конечно, если сразу воду пропустишь, можно ее и позже поймать, но чем раньше, тем лучше. Вода, привал, обед - боец не должен голодать.

- Можно так неделю идти, - сказал Брюкач, - шел с Сомом, тот сразу сказал - бойцы, там все будет. У него спрашивают - как это так все будет? А если ничего не будет? А он заладил - там все будет, и все. Я спросил - а девочки? Он усмехнулся, ну, думаю, пошло-поехало, сейчас начнет свистеть. Говорит, давайте - по одной голове хотя бы, тогда девочки. Кот спросил - может хотя бы одного Мозгового, ан нет. Выследим Краевых, одна голова - одна девочка. А я спросил - вообще, есть какая-та градация? Вон, в Гадюшнике, баллы хорошо начисляются - так самая большая премия идет не за голову, а за ЗОЧа. (сноска - Зеленый Одноглазый Человек) у всех много платят.

- Если денег нет, то платят обещаниями, - сказал Сева.

- Ну это у всех. А если по натуре нет денег, то чем ты заплатишь, а? Надо обещать. В конце концов, кто даст гарантию, что ты вернешься.

- А ты много хочешь? - спросил Юра.

- А что еще тут делать?

- Значит, выследили мы Краевых, - продолжал Брюкач, - хотели гасить по прямой, но Сом остановил нас и пояснил - у Краевых всегда засада, даже когда нет засады, а если попадаете в засаду, но будет много голов, он может забрать все наши головы. Мы поразились такой честности Сома, но он был прав. Мы сделали отвлекающий маневр и сами заманили Краевых в ловушку, и там был разбор. Посчитали головы, забрали жетоны - за это и платят. А когда пришли в Климент, там был расчет, и Сом говорит - вон там есть, там есть девочки, а девочки все - из глины. Мы не так и не поняли, шутка юмора то была или нет, но такой он, Сом.

- А он живой? - спросил Юра.

- Вроде да. Ну это сейчас никак не узнаешь.

Так вот, и был тут обед - костер был разведен с помощью сухого горючего и поддержан при содействии сухих лишайников. Основная еда бойца, как мы знаем, каша. Сухой паёк не всегда выгоден - на длительных переходах он менее актуален, чем мешочек крупы, соль, да плюс к этому, например, хороший черный перец и немного растительного масла. Что тут говорить - стакан крупы, пара сухарей, чай - вроде бы и обед. А тут еще и пойман Мозговой. Но не стоит думать, что пещеры пустынны на предмет хорошего мяса - другое дело, что ты сам можешь стать мясом, да еще хорошо, если в виде классическом - ведь многие существа не привыкли обедать как бы классически. Если говорить о высасывании из трубочки, то метод этот, природный конечно, был распространен - им грешил не только Мозговой, но что еще хуже - Узеньмаг, который, впрочем, никогда не выходил днем, хотя и днем в пещерах ночь, да и потом, Узеньмаг не поднимался по уровням вверх. Существо это вроде бы напоминало тень, боялось света фонаря, однако, некоторые велись на эту удочку. Узеньмаг, будучи освещённым, выглядел как что-то скольское, повернутое спиной - как будто у него везде была спина. Однако, он умел и разворачиваться, ложась на пол пещер покрывалом - бывало, что стоит человек на Узеньмаге и ничего не чувствует, да ничего и не происходит, а все почему? Узеньмаг может спать, в этот момент ничего ему не надо, и нельзя определить, сыт он или нет. Где у этого существа тело? А может он идти, напоминая человека, и как затронет его луч фонаря, так и кажется- человек это. Его можно окликнуть. Известный рассказ звучит так (всякий воин пещер его рассказывает, якобы это с ним было):

Смотрю, вроде мужик.

- Эй, мужик.

А он в ответ что-то потрескивает.

- Эй, ты чей.

А тут слышно ж клокот такой, и в душе холодок - нифига это не человек, а вот кто же это? А как прицелишься, не видать ничего. Смотрю в ночной прицел, а он вроде бы человек, но что-то в нем не так - а как рванет он в сторону, в стенку ушел, а тут перед тобой появился. Обана. И разворачивается. Но тут с другой стороны пацаны дали луч, и он как сквозь землю провалился.

Что касается мортальности, то с этим у Узеньмага все, как у остальных - но стрелять надо много, хотя - это смотря куда попадешь. Химические гранаты убивают его хорошо, от души - но надо и самому противогаз надеть, а в условиях пещер не лучшее это занятие - в противогазе ходить. Если же человек сам попадет к Узеньмагу, то сначала будет иметь место заворачивание - говорят, в завернутом состоянии жертва находится несколько часов, и вот тут появляется трубочка - откуда ни возьмись она появляется, и человека подкармливают чем-то сладким. Сначала вроде бы хорошо, но потом этот сахар начинает разъедать жертву изнутри, а трубочка, вновь проникая внутрь человека, высасывает из него все соки. Да вот только кто это рассказывал? Для проверки нужно было Узеньмага изловить, посадить в клетку и изучать - но делал ли кто это?

Так вот, был один случай - вроде бы правда - целый отряд сел на привал, но костра не разводили. Просто отдыхали. Сидели же они в тот момент на крайне большом Узеньмаге и ничего не подозревали - а тут взялся и закрылся Узеньмаг, и все воины оказались в ловушке. Как им там было умирать, никто не знает. Никто оттуда не выбрался.

Говорят, этот огромный Узеньмаг, став еще больше, спустился вниз, к реке Ни и там расположился, вроде бы ничего не делая. Пищи до сих пор ему хватает.

Вода в колодце имени Семена Федорова как вода. Кем был Семен Федоров, ребята не знали - а было их тут четверо - Юрий Ланс, Брюкач, Сева Минин и Костя. Будучи хорошо вооруженными, бойцы направлялись в подземный город Остальное, чтобы вступить в расположение местной армии.

Вечная тьма пещер имеет множество свойств, и одно из них - это образность, а именно - вступая в некоторые отношения с головой она рождает видения, и тут такие могут быть картины, что зашатаешься. Бывалые люди ни на что вроде бы не обращают внимания, однако, попробуй ты, уйди от образов - текут они, манят, и, кажется, нет никакого вреда. Но правда, какой в них вред, в этом бесконечном кружении картин. Есть здесь большой плюс - по силе всех этих видений можно определить, день сейчас или ночь. Днем картинки слабы. Ночью - сильные. Если нет часов, а внутренний ритм по каким-то причинам сбит, то надо оценить силу увиденного. Если человек живет в пещерах давно, то все ему ни по чем. А были и такие, что вечно там жили, не собираясь выходить. Вы скажете - как же так, чего тут делать - но это потому, что вы не были в пещерных городах, в которых есть некоторая прелесть.


Что нам тут сказать? Юра нанялся год назад в Утреннем Городе. С того времени, как покинул Крепость, многое изменилось - ренессанс и падение Гуся Папермана обсуждалась широко, и, стоило заметить, сама фигура Гуся несла в себе какую-то странную магию - хотя самого Гуся не было в живых, число его почитателей росло.

Река-Наизнанку - мир странный, с явными следами первичной материи, действие которой проявляется как в быту, так и в культуре, и всякий человек, что приходил извне и навел шуму, становился некий культовым символом. Про Гуся же тут и предполагать было нечего - любой знающий человек понимал, что существует вес личности, но также и такие скрытые качества, понять которые могут далеко на все. Юре, правда, понимал, что самому ему до таких высот не дотуняться.

Чем тут было заниматься? Работа? Скука. Наняться в армию? Пришел он на собеседование в пункт группировки "Тур".

- Берем в далекий поход, - сказали ему.

- Согласен на все, -сказал он.

- Так не пойдет. Один согласился. Где он теперь?

- О ком вы?

- Разве не слушаешь радио?

- У меня нет приемника.

Мы знаем, что на определенном периоде существования цивилизации в РН возникало и телевидение - однако, это было в прошлую цивилизацию, до поедания земли, и Юрий в те времена здесь не жил, о чем поначалу жалел. Но бросил. Что сделаешь? Что было, то было. Чего не было, того не было. Учитывая, что культ радио набирал обороты, а также то, что ламповые приемники становились дешевле и доступнее, можно было предположить, что телевидение появится лет через 30-40, не больше.

Если хотите, то мы можем и подробнее остановиться на цивилизационных особенностях Утреннего Города. Бензин существовал в прошлые века и эры, ныне нефть использовалась не так широко - вести ее было далеко и накладно, а источник природного керосина (мы уже давно знаем о таких вещах в Реке-Наизнанку, как доисторические склады и хранилища, до сути которых так никто и не доискался) давно истощился. Что оставалось? Пар, дрова? С дровами и углем в Утреннем Городе проблем не было - эти горючие материалы завозились сюда пароходами. Находясь на одной из основных торговых артерий, Город процветал.

Помните про червемотки? Хотя реактивные черви больше не обитали в Великой Реке, от прошлых эпох осталось довольно много червеприводов. По сути это - мощная пружина, спрятанная в барабан. Намотка с использованием намоточного прибора может занимать довольно много времени, а далее - пользуетесь приводом, пока не размотается. Все зависит от качества передач


Юра много слышал об отдыхе. Все ребята только и говорили: придем туда-то, отдохнем. А вот, придем туда-то, тоже отдохнем.


ЗИУ - город


Заказчицей оказалась женщина. Юрию она понравилась необыкновенно-стройной фигурой и просто выдающейся грудью. Наверное, даже на плакатах таких красавиц не бывало, хотя она была уже весьма немолода. Но главное, странная аура крутилась вокруг нее, и Юра подумал - видимо, заклинание такое - привлекать мужчин. Напоминает действие какого-то яда. Едва ты начинаешь с ней говорить, как уже и всякий контроль теряется. А еще и бокал вина, и кажется, что ты сходишь с ума. В глазах же начинали метаться образы и тени, но тени не темные - возможно, среди них наличествовали клубки из тел, и там эта женщина... Да, звали ее для пещерного мира слишком просто - Анна Полякова. Впрочем, удивить это могло лишь человека с перманентными корнями, а именно, такого, что никогда не рождался в Реке-Наизнанку, а пришел сюда своим ходом. Юра знал одну Анну Полякову, ей было лет сорок пять, она работала в театре юного зрителя, по комплекции была совсем другой. Не она. Может быть, она могла поменять внешность? Никогда Юрий не слышал о таких фокусах.

- Так вот, воины, - сказала Анна.

Воины выпили еще по бокалу вина. Да, выпей они вина после перехода, это бы сразу подействовало, но теперь силы были в норме. Ах, вино. Если кто в пещерах попадал на месторождение, то это могло стать настоящей золотой жилой, но увы - организовать полноценную торговлю было невозможно. А сколько тонн вина, а то может, и килотонн могло быть в этом источнике. Главным было закрыть клапан и открывать только по требованию. А ведь вино это могло быть очень древним.

- Хорошее вино, - сказал Юрий.

- У нас делают много прочих вин, далеко не все ценят настоящее красное из стен. - сказала Анна Полякова.

Верно. Источник.

- Мне представили вас как смелых ребят, - сказала она, - Азат мне сообщил, что вы знаете все. Это правда, что вы даже ловили Мояса.

- Вязали веревками, - сообщил Брюкач.

- Для чего же вы его вязали, интересно поинтерисоваться?

- Мы его продали.

- О. Я думаю, вам дали много денег.

- Вполне.

- Я три месяца отдыхал в Утреннем городе, - сказал Юра.

А сам вспомнил - эх, и правда, все так и было, говорил он чистую правду. А на деле часто случается, что выходец из города Ф. начинает забывать, кто он сам. Явление это не такое уж редкое. Говорят - нельзя взять и напрочь все забыть, якобы все это лишь психологические прицепы. Прицепы, не прицепы, но Юра хорошо запомнил то состояние. Вольготно было. Пока деньги не закончились.

В Русскую рулетку играли там постоянно, и он играл, и ни разу не проиграл, а победитель в такой игре - это не только человек статустный, это еще и фигура, которая вскоре обрастает слухами и легендами. Один раз выиграй - кто тебя заставляет играть во второй? Попробуй, останься в живых. Юра знал лишь одного игрока, который сыграл три раза. Сам он выиграл тогда два раза, и вот, встретились они - а встретились они в баре, потому что больше и негде было встретиться. То был мужчина уже в возрасте, Гендос, и Юра спросил:

- Слушай, Гендос, ты же не будешь играть в четвертый раз?

- Буду.

- Зачем тебе надо? Четвертого раза не бывает! Ты такие бонусы получил. Ты теперь можешь по жизни отдыхать и ездить по Домам Культуры и раздавать интервью.

- Могу. Я сейчас в тур и поеду, лекции о смерти читать.

- Вот и правильно.

- А когда я вернусь, я еще сыграю.

- Ты точно решил?

- Сыграешь со мной?

- Я тобой не сыграю, потому что я выиграю, а я не хочу выигрывать, но я хочу еще кое-какие дела поделать.

- Ты смелый.

- В пещерах все смелые. Там даже смерть - не смерть, поэтому я и выигрываю. Поэтому, лучше играй без меня. Если я увижу, что ты собрался играть, выйду из игры и даже штраф заплачу.

- А, ты уверенный. А может, ты и прав, раз уверенный. А сам бы сыграл четвертый раз?

- Я в третий буду играть.

- Тогда желаю тебе удачи. Я вернусь всего через две недели, у меня всего шесть лекций. Со мной едет местный писатель, он мне тексты пишет. Я сам искусством словообразования не владею, я ему говорю, что писать, он и пишет.

- Я тебя дождусь, и мы снова поговорим.

- Жду.

Так вот, за несколько вечером перед игрой, Юра подумал, что у него - совсем другое прошлое, но это прошлое все же не могло жить в нем в одном плоскости. Прошлая жизнь?

Ему запомнился, что у него была тайная квартира, на которой он хранил материалы. Да, у него были стихи. Целая сумка стихов. Он готов был что-угодно потерять, кроме стихов. Наконец, во рту у него был зуб с атомной бомбой, довольно мощной, 10 килотонн. Он еще соображал, зачем 10 килотонн.

Размышляя о возможных засадах, он все перебирал в голове эти 10 килотонн, когда и килотонны хватило бы, чтобы снести целый район. А десятка - это можно весь город уничтожить.

Вокруг росли очень большие районы. Но суть операции была Юрию неизвестна.

Он выехал. Несмотря на то, что районы выглядели стильно и мощно, автомобили были выполнены в стиле 50х годов двадцатого века. Мысль об атомной бомбе присутствовала повсеместно и пугала, но также почему-то было страшно за целую сумку с тетрадками со стихами.

Начались какие-то странные действия, но Юра их не запомнил, но тут, стоя у зеркала, он понял, что он - девушка, ее как-то зовут, и что район оцепили, и ее хотят поймать.

Он вышел.

Хорошим местом потребления свободного времени была библиотека, при чем, будучи чем-то школьно-муниципальным, она не привлекала ничьих взоров - если бы его (ее) искали, то в библиотеку бы точно не заглянули.

Когда Она вернулась домой, то оказалось, что в квартире был обыск. Это был конец. Она вынула зуб и подержала его в воде.

- Активация включена, - сообщила бомба, - взрыв через два часа.

В этот момент она нашла, что сумка со стихами никого не заинтеисовала. Надо было бежать.

Она рассчитала так: если потрать час, на такси, чтобы положить бомбу в овраге за городом, то разрушения будут минимальными. Но.... Она передумала. Операция была бы провалена, тогда бомбу надо было взорвать в районе Д.

На такси - до Д.

Потом на такси - постараться выехать за город.


Гендос уехал со своими лекциями, и, по сути, это не особо Юрия волновало. Иногда ему казалось, что сам он на задании. Он даже думал, что поступят сигналы. Нет, никакие сигналы не собирались поступать.

Была третья игра. Вся, как в тумане. Большой тур, две группы по двадцать четыре человека. Восемь женщин. Как много людей не хотело жить. В реальности, гонорар за победу был весом, но шансы - малы, эфемерны, многие прибегали к услугам черных магов, но это им не помогало. Юра сам перед игрой пошел к колдунье, Валентина Ивановне Меховой. Та даже не стала раскладывать карты.

- Не вижу конца, - вдруг сказала она, - а я хотела тебе сказать, заканчивай. Или заканчивай, если выйдешь живым. Разве кто-то выйдет? Но конца не вижу. Хочешь дать мне денег за сеанс.

- Да. Сколько с меня?

- Но я ничего не делала. Деньги у меня есть и без тебя. Иди.

Юра пытался представить себе возможный зеленый свет и пузыри перехода, но все это в его голове сопротивлялось, и он понял, что даже не помнит, как он там живет, в городе Ф. Ведь он еще молод, он студент, он живет с родителями, а здесь он - уже довольно матерая фигура. Его зовут точно так же - Юрий Ланс.

В голову вновь лезла агентесса. В каком странном мире жила она, что за технологии сопровождали ее на пути к смерти?

Пистолет.

Игра.

Он вспомнил "ДМК" - сам он в эту игру никогда не играл, даже и не собирался, а нынешний чемпион - его вроде бы ловили. В сотнях лет отсюда. В пространстве извне.

Должно быть, проекция.

Поэт АМД. Бывали ли он здесь?

Пока он размышлял со своей сигаретой, начался подготовительный перфоранс - танцевали, пели, прыгали, читали стихи. Именно это и выглядело определенной параллелью.


В необязательности жизни

Прорастают острова

Острова - как семена смысла,

Но уж отлетела прочь голова


Он подумал, что должен существовать абсолютный мир, выше других миров, а дальше - дальше и мысль не поедет, нет такого транспорта, чтобы ее увезти.


Катится голова

Но она еще жива

Подойди ее и схвати

Прокричи ей в лицо: ура.


Третья победа ничего нового не принесла, он сел на дилижанс, съездил в Харпаты, по пути на дилижанс напали грабители - узнали его, предложили дать им только фиксированную сумма. Юра предложил им сыграть: мол, кто выиграет, тот деньги и забирает. Грабители размышляли, решили играть. Он выиграл. Оставшийся в живых преступник хотел убежать ни с чем, но Юра дал ему на дорогу.

Прибывший с гастролей Гендос пригласил в его в бар и предложил сыграть.

- Тут же нет ничего личного, ты должен понимать. Кто-то выбирает нас.

- Ты думаешь, Прозрачная машина? - спросил Она.

- Кто в нее верит? Да, многие верят, но это домыслы. Я сам верил в До-До. Сейчас я в До-До не верю.

- Ты думаешь, я переживаю за тебя?

- Мне так показалось. Правда.

- У тебя мало денег?

- У меня все есть, и я думал, чем же мне заняться теперь. Я могу завести семью, но, если я решу играть, все обрушится, я уверен. Если я буду связан таким образом, удача завершится.

- Тогда давай пока сыграешь без меня. Нельзя играть слишком часто.

Прошло еще немного времени, и в своем номере, а жил он в неплохой гостинице, он встретил торгового агента Костена, который также выполнял роль агента обычного - его часто нанимали, чтобы кого-то найти и передать информацию. Учитывая, что телефон и телеграф присутствали далеко не везде, а уж с пещерной страной связи вообще никогда не было, работа Костена не выглядела как что-то легкое. Откуда Костен знал, что Юра именно в Утреннем Городе? Может быть, он использовал магические приемы?

- Есть новые дела, - сказал он.

- Когда ехать? - спросил Юра.

- Чем раньше, тем лучше.

- Тебе надо что-то платить?

- Если есть, то плати.

- Я хочу еще сыграть.

- Если ты проиграешь, мне не отдадут все деньги.

- Хорошо. Тогда не буду играть. А какие дела?

- Есть предложение по сбору говорящего газа. А если соберешь, еще два, но надо идти к заказчику лично.

- Тогда пойдем. Нет, через два дня игра. Я хочу побыть зрителем. Участвовать сам не буду. Да и сам посмотришь.

- Да я уже смотрел много раз.


Еще перед игрой Юра вновь окунулся в иную жизнь, и вновь он был не собой, но теперь это была не девушка, что взорвала атомную бомбу, вынув ее вместе с зубом - тем не менее, он видел те же места. Большая квартира с ковром. Прислонившись к этому ковру, он наслаждался ощущениями. Трасса, что была видна из окна, уходила далеко вперед, в бесконечность, навстречу городу, чтобы далее пронзить его насквозь. Он снова был агент, и тут снова была взорваться бомба. Быть может, теперь он был одним из тех, кто искал агентессу?

Вечер.

Дым.

Гимны игроков, они всегда одинаковы.


У Бога в судьбы

Деньги на кармане

В стиле борьбы

Смерть жизнь протаранит


Мужчина ты или женщина,

Посмотри как щелкает рот

В этом черепе - трещина

И кровь убегает в брод


Костен уже был на подобном соревновании - в качестве зрителя. В финале выиграл некий Байрамян. Он мог сыграть сам с собой и взять двойной куш, но довольствовался тем, что было. Больше никаких вестей от Гендоса не поступало, и Юра чувствовал сильный холод - кто мог сказать ему? Но разве он должен был спрашивать?

Утром они сели на катер и двинулись на другую сторону, в посёлок Дуговой, что располагался у самого подножия гор Периметр.


Но теперь была ночь, и Юра понимал, что отравлен чарами Анны Поляковой. Не зная покоя, он ворочался в своей кровати. Их поселили в небольшом гостевом доме, выбитом в скале. Ароматная свеча весело коптила всю ночь, отгоняя дурные сны и пресекая попытки жидкого глаза появиться на стенах.

- Я крепок духом, - говорил себе Юра.

В конце концов, он подумал, что это - очень дурная практика - не давать воинам спать, опьяняя их какими-то чарами.

Итак, задание: пробраться в Сушильню, найти там древний манускрипт ТЗС, облить его горючей жидкостью и сжечь. Больше ничего. Не нужно никуда его нести, не нужно с ним бродить, и вообще, с ним вообще лучше не бродить - как увидели его, так и сожгли. А то, что манускрипт сожжен, Анна Полякова поймет сразу же. А далее - карта, маршрут, в придачу - проводник, Миша-Соловой.

Мы, конечно, должны заглянуть в справочник пещерного зоолога и что-нибудь там найти. Известный натуралист Нагибик, С.Б. потратил немало усилий на то, чтобы классифицировать живых существ. Само по себе, людям пещер не до естествознания, но ведь ученый дух не унять. Так и развивается мир. Обычно же интерес вызывают наиболее опасные твари, такие, как тот же Узеньмаг, или же Теневой или Зеленый Одноглазый Человек. Большую сложность в понимании себя вызывает Жидкий Глаз. Меж тем, существует большое количество прочих глаз, главным образом, одинарных, которые не несут угрозу - они, возможно, сами являются чье-то пищей. Всем этим занимался Нагибик - в конце своей жизни он переехал в Большой Борт, живописное место неподалеку от Утреннего города, где расположен Институт По. Да, да, именно Институт По. Считается, что именно Братья По являются основателями этого заведения, а уж какие именно - оригинальные, живущие в реальном мире, или отраженные - это уже никак нельзя определить. В Институте По Нагибика встретили с распростертыми объятьями - все о нем были наслышаны. Тут же был открыт факультет Пещерного Знания, деканом которого и стал знаменитый исследователь. Так как почти никакой академической литературы, посвященной пещерам, не существовало, Нагибик принялся ее писать и написал достаточно много. По его следам работало множество автором. Популярный труд "Подземная зоология" существует в обычной и детской версиях. А потому, давайте кое-что вычитаем.


Зеленая тень


До точности неизвестно, является ли зеленая тень существом. Как она появляется, так и исчезает. Разделяют тень простую и кастомизированную. Тень, возможно, питается энергией теплокровных существ, однако, каких-либо вредных эффектов замечено не было. Увидеть тень можно, например, с помощью фонаря - она скапливается в углублениях. Однако, надо быть осторожным, так как может оказаться, что это вовсе не Зеленая тень, а Сомнительный Полустолб - густой и чрезвычайно вонючий гриб, который, будучи не опасным, может серьезно испортить настроение. Зеленая тень появляется и при свете, при чем, она часто забирается в ладошку, там сидит и ничего не делает. Бытует утверждение, что усевшуюся на ладонь тень можно прослушать, но проведение опыты данное утверждение не подтвердили.


Бабак-Мамбак и прочие мамбаковые


Существо-ветер. Как же определить, это дует ветер или какой-нибудь пещерный сквозняк, или это именно Бабак-Мамбак. Вообще, подкласс мамбаковых очень большой, и у древних народов с этим не было никаких проблем, они прекрасно разделяли явления, и появление Мамбака в жилище считалось добрым знаком. Мамбак охраняет внутреннее пространство от пауков. Бабак еще называется Узким Бабаком, потому что любит забираться в узкую посуду, особенно, в бутылки. Если вы дорожите своей посудой, то накрывайте ее крышкой - вывести Узкого Бабака практически невозможно. Кипячение воды ничего не дает - это существо не реагирует на высокие температуры. Впрочем, прослушивание Бабака-Мамбака, сидящего в бутылке - очень добротное развлечение, а уж издавать звуки внутри посуды Мамбак умеет. Надо упомянуть и прочие виды мамбаков, среди которых - Твердый Мамбак, живое существо, которое никак нельзя с виду отнести к Мамбакам, тем не менее, это - реликтовая форма Мамбака. Твердый Мамбак напоминает сосульку, которая растет сама по себе - Твердые растут далеко друг от друга, и потому, их ни с чем другим спутать нельзя. Цветение Твердого Мамбака заключается в том, что из него начинает сочиться жидкость, которую можно собрать, только это ничего не даст. Даже в древности никто не знал, что делать с жидкостью Твердого Мумбака. Магические обряды также исключают использования этого вещества. На вкус же это вода, как вода, но все же, это не вода.


Касакапулька


Данное существо хорошо известно в пещерах, но человек редко его встречает, потому как Касакапулька очень пугливая. Существо это шарообразное, аморфное. Существо живет и одинарно, и толпой. Древние выращивали Касапулек. Но, если детально разбираться в этом вопросе, окажется, что то была до-суровая древность, мы же до сих пор не можем разобраться, существовало ли Поедание Земли. Что-то говорит нам о том, что факт этот имел место, и он совсем не затронул пещерную страну, а значит, мы можем говорить о том, что нам предоставлена доисторическая природа во всей красе. Также и наскальные рисунки подтверждают теорию о том, что Касапульки были домашними животными.


Браат

Я видел лишь скелет Браата. О том, что данный странный гоминид - именно Браат, знают все в городах Северной Ручки. Я лично опрашивал местных жителей, и все утверждали, что Браат существует, а то, что лицезреть можно лишь его скелет, еще ни о чем не говорит.


Существо-денежка


Как зачастую бывает в пещерах, это существо имеет полевую структуру. Тем не менее, оно весьма осязаемое. Денежка садится на голову спящему, отчему тому снится, что он нашел деньги. Сны столь яркие, что многое даже верят, что вскоре найдет деньги.


О зайцах и заисах


Мы не будем говорить ни о тех, ни других, потому как в современности пещер их точно нет. Да, я прекрасно знаю, как интересна эта тема, как много людей посвятили ей свою жизнь. Зайцеведение, Зайцезнатство, Зайце-физика, Зайце-химия - все это части одного и того же. Практически все зайцы известны нам лишь в теории. Перебирая древние манускрипты в Вишневом, я отыскал совершенно необыкновенный труд безымянного автора, где рассказывалось о добром зайце Пурче. Пурч был огромен и чрезвычайно пушист, и люди целыми семьями приходили греться в его пуху. О временных координатах сказать не могу. В некоторых местах до сих пор используется первичный Хаотический календарь, а главным праздником является День Цветения Шестого Пальто. Интересно то, что больше нигде я не встречал упоминаний о гигантском зайце Пурче. Если же говорить о всех прочих зайцах, то тут историй пруд пруди, хотя не забывайте - мы все пытаемся говорить о заисах, хотя этот вопрос взаимопересекается. Я уверен, что пещеры хранят еще много тайн.


Змеи


Мы все думаем, что змеи живут в норах, и правильно думаем, но пещерная жизнь совсем другая, и местную фауну нельзя сравнить с фауной поверхности. Змеи в пещерах совсем другие. В пещерах много стеклянных змей, и здесь мы приведем короткий список:


Змея Зе


Черная змея


Белая змея


Карнающий уж


Сорный Моно-Змей


Змея-Улитка


Обычный полуцарь


Полосатая мелочь


Зажимающий двухголовый змей


Микрозмей-Микрокощей


Змея Алиса


Зеленый питон-стекло


Желтый питон-стекло


Змея-капля (стекло)


Одной из больших проблем натуралиста в пещерной стране являются различные опасности. Изучать животных совсем не просто. Проще всего заниматься зоологией в пределах пещерного города, где жители заботятся о безопасности. Большинство змей живет именно в населенных пунктах. По правде говоря, все стеклянные змеи крайне медлительны, и, если не знать суть вопроса, можно и не понять, что это за существа. Редкие туристы, а это - преимущественно экстремальные туристы - иногда пытаются взять змей как сувениры, что делать не стоит - когда нужно, змеи вдруг проявляют чудеса проворности и сбегают. Некоторые змеи ядовиты, однако, чтобы получить их яд, необходимо проявлять смекалку.


Человек-Часы


Название угрожающее, ибо все существа, в названии которых используется слово "человек", однако, случаев нападения Человека-часы на людей не припоминается.


* * *


Ночевали в долине, поросшей мхами, освещаемой фосфорическими сталагмитами. Брюкач использовал магические приемы, и, по его утверждению, эти способы прекрасно отгоняли всяческих тварей. Юрий также использовал магию, но пока он точно не был уверен, помогал ли она, магия, или нет. Смерть - большое дело. Раз умрешь - вернешься не скоро.

Сидя у костра, он вспоминал свою жизнь в группировке Риаче, но память словно помутнела, и он словно бы уже был другим человеком. Разве можно было это исправить? Он даже подумал о скуке и тоске. Если на счет первого можно было поспорить, ведь все зависело от условий, то на счет второго имелось немало мыслей. Юрий редко думал о культовых фигурах, но, в свое время, у него имелся значок "Slava Kosmos", и это было действительно событийно - а ведь Слава жил в одном с ним городе и был столь героичен. А что же он? Да, теперь уже было пройдено очень много. Он, лично он, участвовал в операции по устранению вернувшегося в Реку-Наизнанку Гуся Папермана. Все это было где-то там, потому что уйдя в темноту нижних широт подземного мира, он познал много нового. Возможно, ему не давала покоя Анна Полякова.

Анна Полякова.

- Ты демон, - прошептал он , засыпая.

Что такое смерть? Для местных жителей - это ночь, без возврата. Он, конечно, может сказать, мол, я, ребята, пришел снаружи, но кто знает, что такое снаружи. Да, он же все рассказывал Брюкачу, а тот послушал и забыл, словно бы ничего особенного и не было в его рассказе. Снаружи? Был один парень, пришел со стороны, перешел через мост с одной плоской земли на другую. Подумаешь? Нет, это круто, да. Мост длинный, пока идешь, шатается, но сам Брюкач не видел. Там -большое вечное небо с огромными облаками, а бывают еще и погонщики этих облаков, но это тоже вопрос нераскрытый. А потом, Юрий спрашивал ребят.

- Слышали про такого человека, как Арам Воробьянян?

- Не-а.

- Я про него тоже не знал. А как вернулся, то пошел учиться, а как вернулся снова, то уже никакого Риаче не было.

- Я слышал об одной женщине, которая жила в сосуде, - сказал Сева Минин, - она жила в селе, которое было от нас недалеко, оно называлось Птичий Бык. Она шла и несла на себе сосуд, а потом останавливалась, влезала в него и ночевала. Она говорила всем, что прилетела со звезды.

- А где всему научился? - спросил Юра.

- Я же рассказывал. Я пошел в армию Гогобао. Страна маленькая, все идут в армию. Зато как ты приходишь в армию, ты уже в Большой Реестре. Поэтому, как я отслужил, то за мной приехал агент, сказал, что есть несколько предложений, но я могу сразу не отвечать, а поехать в лагерь, потренироваться и получить звание. Лагерь работал на три страны, у которых объединенная армия. Сейчас в мире - мир, воевать не нужно, в лагере ты постоянно тренируешься. Так, я пробыл там три месяца, и мне предложили поступить в пещерную спецгруппу. Денег почти не обещали, но зато я сразу получил еще десять баллов, а по выходу будет еще пятнадцать баллов, это значит, я смогу рано пойти на пенсию. На такое любой согласится.

- А про местных много рассказывали? - спросил Костя.

- Да. Говорили, что есть очаги постоянной войны, и никогда нельзя расслабляться, но непонятно, что тут опаснее - люди или не люди? Когда ты ко всему готов, то тебе все равно, да?

При движении по пещерам использовались химические фонари. Если же путешественник задерживался в своем походе, то было необходимо проследить за зарядкой фонаря. Смесь зеленого и красного мхов давала свет при добавлении катализатора, но сначала, мхи должны были быть подсушены на огне. Грамотный боец всегда помнил о свете и брал вещества с запасом. Конечно, такой фонарь не мог светить совсем уж ярко, а потому, здесь требовалась целая связка фонарей. Для экстренных же ситуаций всегда должен был быть аккумуляторный фонарь. Расходовать заряд требовалось аккуратно - неизвестно, как долго мог продлиться поход. Несколько дней - это вполне допустимый срок. Неделя. Две недели - совсем другой дело, тут воин должен быть настоящим профессионалом. Впрочем, быть может, вы - ученый, который готов лезть в любой темный провал. Что ж - правила выживания те же самые.

Сева Минин дежурил. Впрочем, он большую часть времени спал, главное, было следить за окуриванием. У него уже выработался рефлекс - как только палочки выгорали, он просыпался и зажигал новые. Расходные материалы для производства защитного дыма можно было приобрести на любой стоянке. Брали всегда с большим запасом. Далеко не всегда это помогало.

В ночи что-то урчало. Кто-то пытался подобрался, кто-то пытался съесть.

- Что там такое, - застонал Костя, приподнялся, щелкнул затвором.

- Мояс, - проговорил Юра, - не суетись. Он не любит химию.

Нужно иметь очень хорошую выдержку, чтобы не среагировать. Мояс страшен.

Для дилетанта день и ночь в пещерной стране условны, но местные жители отличают день от ночи по состоянию организма. Все остальное решают часы.

Прибыли в Калинин - город-соты, где почти не было открытых площадей, а потому, нужно постоянно перемещаться по узким лазам. В Калинине было так много детей, что, казалось, они составляли отдельную форму жизни. Также подтвердился факт, что здесь живут не только люди, но еще синечелы - люди с синеватой кожей. В Калинине был коммунизм, основанный на поклонении безликих синтетических идолов, среди которых были Знание-У и Голова-Физика. Дети жили в коммуннах. Впрочем, понять, где и чего, было непонятно. Воины же, показав свои знаки, были приглашены в Дом отдыха, где им были предоставлены еда и отдых. Аккумуляторы были поставлены на зарядку, оружие забрано для проверки и смазки. Юрий заполнял журнал:


- Номер группы

- Время отбытия

- Время в пути

- Необходимое количество продовольствия

- Запас ингредиентов для фонаря

- Запас защитной химии


Было предложено посетить комнату имени Валерия Фицко. Дело в том, что данный вид коммунизма не предусматривал Ленина, тут был товарищ Фицко. Посещать комнату надо было с оружием, поэтому, пришлось ждать, когда оружие будет обслужено. В Калинине всегда ценились воины. Дети, обычные, не синие, бегали кругом с игрушечными автоматами. Дети Синечеловеком с раннего возраста обучались химии и биохимии и очень хорошо разбирались во множестве предметов. В Калинине было Центральное Радио, проводное. Культурная программа была завязана на идеологии. Имели место газеты, а для детей выходили газеты Белый Пионер и Синий Пионер.

Ответственный секретарь, прикрепленный к воинам, носил имя Юпитера Тридцать шестого. Ребята и спрашивать боялись, почему его так зовут. В комнате имени Валерия Фицко было много партийных деятелей и детей. Дети спели песни. Потом ребята прошли в столовую и пообедали местными блюдами, которые были совсем не плохи - в Калинине не готовили жителей пещер, а выращивали своих, даже рыба была своя, из пруда, и это было вкуснее обычного.

- Если хотите потренироваться, у нас есть тир, - сказал товарищ Юпитер.

Пришлось согласиться и пострелять. Отдохнув, ребята решили провести и следующий день в Калинине. Впрочем, без мероприятий обойтись тут не могло. Снова был концерт, потом - посещение музея Реликтовых Рыб¸ далее - Музея Вождей. Словом, все было насыщенно и вполне культурно. Жители Калинина ничего не знали о внешнем мире, но главное, у них была строгая государственная система. Касаемо самого города, в нем было не так уж много улиц, где можно было ходить в полный рост. Центральная площадь, однако, занимала действительно большое пространство, здесь было, где разгуляться. В качестве источника света использовались лианы под названием Прогресс, и это было поразительным - кругом было очень светло, очень ярко светил Прогресс. На вопрос "что это такое", ответ был таким: Лианы растут из Базиса. Базис был всегда, а потому, мировой коммунизм неизбежен.

- Интересно, а какие тут девушки? - спросил Брюкач как бы между прочим.

- Наверное, никакие, - Юра вздохнул, - тут же коммунизм.

- Ну и что тут такого?

- Ты, видимо, никогда раньше об этом не слышал.

- А что тут такого? Тут коммуна. У них есть общие женщины.

- Отправляемся завтра, - сказал Сева Минин.

Решили идти через место, которое было лишь на карте, а в реальности там никто не был. Мытищи.

Юра усмехнулся, все остальные усмешки не поняли. Мытищи располагались прямо под Калинином, один километр вглубь. Да, глубоковато, однако, уровень опасности на карте был обозначен как полосатый, а далее - была дорога со значком "желтый" - еще лучше, а потом, правда, черный пояс - при чем, что за черный пояс, никто не знал. Да, главным было пройти именно черный пояс, а потом - область под названием Себерия, которой не было конца и края, и там, в самой Себерии, было множество группировок, включая и Город Грибов, и Собакоголовье, и Нору Змея Евгений. При чем, никто понятия не имел, что это такое, так как это было действительно далеко. Сушильня была за Себерией. Туда надо было добраться, исполнить назначенное, а потом, постараться вернуться назад.

- Когда я вернусь, - сказал Юрий, - я все равно не соблазнюсь Анной Поляковой. Она владеет чарами. Поддаться - слишком просто. Потом буду менять деньги на алмазы, но слишком просто сдать алмазы по цене фирмы. Там у них слишком средняя цена. Но им все равно придется что-то сдать, для вида. Вам, ребята, тоже не надо спешить. У меня есть хорошие каналы в Утреннем городе. Денег хватит, чтобы оставшуюся жизнь не работать. Я, кстати, думаю, что, если мы найдем поле алмазом, мы можем их насобирать, а все то, что нам выдадут, сдать фирме - мы получим еще больше. Правда, фирма от нас не отстанет и вскоре начнет предлагать новый контракт.

- Можно уехать, - сказал Сева, - но надо не умереть. Я постоянно думаю об этом, и, мне кажется, у нас много шансов не вернуться.

- Все будет пучком, - сказал Костя.

Перед выходом к воинам пришел секретарь, звали его Эггор, и сообщил, что Партия решила выдать им стаю собеней. Собени - собственно собаки, но собаки невысокие и крайне одинаковые и мохнатые.

- Собени сильны своей стайностью, - сказал Эггор, - кстати, вы их не видели, потому что они живут в загородках, но держат их очень многие. Стая собеней может даже разорвать Узеньмага, а уж о прочих тварях и говорить нечего. С год назад крупная стая привела Мояса. Мы полагали, что сможем его приручить, но у нас ничего не вышло. Мы залили его кислотой, и от него ничего не осталось. Желаем вам удачи в вашем походе.

Спуск в Мытищи не был таким уж трудным - туда вела бесконечная винтовая лестница. Собени весело бежали рядом - кто-то рядом, кто-то сзади, кто-то впереди. По пути собачки эти ловили каких-то существ и даже однажды поймали что-то большое и теневое, однако, когда они стали тянуть его в разные стороны, оно рассыпалось.

- Это была СтопТень? - спросил Сева Минин.

- Возможно, - ответил Костя, - возможно, что-то другое.

Бесконечной казалась та лестница - кто и когда ее вырубал, кто тут жил - ведь наверняка в эпоху Риаче не было ни Калинина, ни Мытищ - впрочем, Юра не мог с точностью сказать, так ли это было. Он пытался сопоставить временные отрезки по истории Утреннего города, который был и тогда, и теперь, но тут получалось, что никаких сведений, например, о возвращении Гуся Папермана не было. Учитывая, что цивилизация в Реке-Наизнанку переживала очередной индустриальный этап, и в ней имелась наука, все это было должно было где-то зафиксировано. Наверное, ему стоило съездить на остров Осень, но он и без того знал, что на острове живут скотоводческие племена, и там нет ничего интересного.

Все ниже и ниже. Так, может быть, можно было дойти до земного ядра, но нигде о земном ядре не говорилось. В былые времена имела хождение теория Ниши. Также, в некоторых источниках говорилось о большой плавильной печи, которую обслуживают черти. Впрочем, как всегда, говорили и о преисподней - куда уж без нее.

- Собени дальше Мытищ и не пойдут, - сказал Юра, - но спасибо и за это.

По пути собени разорвали еще одну тень, и уже в этом был определенный профит - действительно, зачем было распыляться на такую мелочь, как тень - хотя кто знает, чем бы закончилось противостояние. Тень могла оказаться и не опасной, но ведь далеко не все опасные существа пещер внесены в каталог. И, потом, на одних уровнях была одна фауна, а на других все могло быть совершенно иначе.

- Я умею предсказывать будущее, - сказал Костя, - я учился в школе магии. Но мне там было тесно, и я решил пойти в боевики. Но я и сейчас кое-что умею. Я вижу два маркера, но третий маркер далеко. На каждом из маркеров может что-то случиться. Когда бы будем в зоне маркера, я вам скажу, но один из маркеров очень близко, и потому, нам не стоит надеяться на собак. Возможно, в таким расположении мы немного расслабились. Я сейчас зажгу палочки, и пусть будет небольшой фон, хотя секретарь нас заверял, что на лестнице почти ничего нет. Но тени есть.

- Я буду держать наготове огнемет, - сказал Юра.

- Не припали собак.

- Знаю.

Для подкормки собак имелся сухой гранулированный хлеб, хотя утверждалось, что они способны сами себя прокормить.

Кто не преодолевал лестничный пусть в километр, не преодолевал ничего. А уж далее - была парочка, которая устроила собеням сладкую жизнь и убила несколько из них, и как они не атаковали, два Зеленых Одноглазых Человека крутились, отбиваясь своими длинными руками-ветвями. Разобрались с ними с помощью огнестрельного оружия. Негодуя, воя над убитыми, собени пытались разорвать трупы, но человеки были чрезвычайно жесткими.

Вот и Мытыщи.

Юра подумал: вот вернется он и поедет в Мытищи, будет идти по Мытищам и думать: что вы знаете о мирах, жители Москвы? Но до этого момента было еще очень много времени. Даже если бы он погиб через минуту, когда б он попал в настоящие Мытищи, а ведь могло пройти и тысяча лет. Но разве можно прожить тысячу лет? Большое путешествие всегда было поступком-выстрелом, моно-выступлением, вызовом миру, но тут, в пещерах, было не до вдохновения героики. Нужно было работать.

Собени снова кого-то порвали, и так они и шли. Мытищи раньше были городом, городом очень большим, но покинутым, видимо, очень давно. Улицы, разветвляясь, уходили в черную бесконечность - это был настоящий лабиринт, главным в котором было понять порядок - все улицы выходили на центральные магистрали, которые шли ровно и выходили на одну единственную пещеру-дорогу, по которой и следовало идти, при чем, в любом направлении - желтая дорога огибала город змеей, и выйти на нее можно было с любой стороны - главным потом было выбрать направление движения, но и это было простым делом - на стенах дороги были стрелки. Так, во всяком случае, говорил Эггор.

Остановились на обед. Воин не должен есть лишнего, но не должен и голодать, потому что силы могут понадобиться ему в любой момент. Собеням давали хлебные гранулы. На вкус же они были довольно вкусными, но, так как собени - все же не собаки - решили, что лучше их не есть. Был найден пещерный лопух Гах, штука съедобная и в меру кислая. Так как в лопухах мог прятаться паук-солнце, Юра сначала расшевелил заросли палкой, хорошенько расшевелил. Впрочем, главным было не хватить листы руками, а работать мачете - при чем, данный вид холодного оружия именовался Онж. Да, вы могли заметить, что основным языком являлся русский, потому как вся эта система зародилась в недрах Мега Машины, где большинство персонала говорила по-русски, но на деле, в понимании этого вопроса тут бы и черт ногу сломал. Наличие китайцев в проекте отражалось на китайцах в Реке-Наизнанку, которые, впрочем, жили в каких-то отдаленных районах.

- Я, может быть, как вернусь, пойду поучиться, - сказал Брюкач, - вы слышали про Gonevo Grupp?

- Я слышал, - ответил Юра, - я кое-что знаю. Филиал в Утреннем городе, там учат лишь нескольким вещам. На практике, ты выйдешь или проповедником, или менеджером по продаже проповедей. Но там можно выучиться и на космолога, но там какая-та своя идея. Если в школе детям говорят, что древняя идея о Цветении Шестого Пальто не верна, то там все переворачивают с ног на голову. Я встречался, совсем немного, с одной девушкой, которая училась в Gonevo Grupp, и они учили теорию 12-го Пальто. Я решил не спорить, потому что я точно знаю, что это неправильно. Дело в том, что перманентное заведение Gonevo Grupp расположено в другом мире, и сюда из него попадает отраженная идея, и она, конечно же, не выражает весь смысл. Да, там еще учат стиховедению и хард-року, но оттуда мало известных выходцев. Да, там еще учат игре Догони-Меня-Кирпич, но, не смотря на это, игра не стала популярной, потому что она не опасна, там много мер предосторожности, а кидают и вовсе не кирпич, а специальный тяжелый мяч. Кстати, ты можешь выучиться на тренера этой игры, потому что ее, скорее всего, будут вводить в школе.

- Хочешь, чтобы я стал учителем?

- Хочу.

- Правда, будь учителем, - сказал Костя.

- Не знаю, - ответил Брюкач, - я ведь могу остаться. Зачем мне куда-то идти?

- Но всю жизнь же не будешь бойцом спецотряда?

- Почему? Каша был до старости.

- Каша разбился.

- Да. Но он на старость лет стал летать на аэроплане. Я же не буду летать.

- А я бы так летал, - мечтательно произнес Сева Минин, - если бы люди летали, это было бы лучше всего. Расставил руки и полетел, а что еще надо? Если б сказали, что я завтра полечу, это было бы лучше всего.

Как бы человек к пещерам ни приспосабливался, нужно иметь особую генетику, чтобы тут жить. Нет генетики - химия, растворы. Не стоит думать, что грибы опасны, ведь не все грибы похожи на те, к которым мы привыкли. Говорящий гриб Со говорит потому, что слышит вокруг речь - если же он не слышит речь, то он и не растет, потому его и располагают в жилище так, чтобы он постоянно слышал - но сам по себе Со говорит очень тихо. Нужно ухо подставлять. Жидкость Со согревает человека в пещерах, хотя, конечно, она не может заменить теплой одежды. Но слишком тепло одеваться - сковывать себя в движениях. Еще один гриб, тоже говорящий, носит название Дудник, он труден в выращивании, так как полезные для его питания вещества нужно вычислять в граммах. Дудник также говорить очень тихо, но в период цветения он может делать громкие выкрики, которые можно спутать с криком людей - это может удивлять чужаков. Жители пещер, впрочем, иногда на эти выкрики ведутся, но напрасно - это не человек. Переребатывая свою питательную среду в грибную жидкость, Дудник делает много пользы - на основе этой жидкости производится Сега - добавка ко всему. Это что-то вроде и соли, и сахара. Сега улучшает функционирование организма в пещерных условиях. Если вы что-то едите, и если в этой пище нет Сеги, то это - форменный непорядок. Да, здесь нужна и привычка - поначалу у человека ухудшается сон, но вот если вы - экспедиционный человек, то с этим как раз и нет проблем. Зачем спать, когда вокруг так много опасности.

Ребята, будучи людьми подготовленными, о пещерных реалиях знали не понаслышке. Помимо навыков переходов и мер безопасности, нужно было знать, как распределять питания и какие вообще запасы брать с собой, а также - как питаться, когда нет запасов.

Мытищи были пройдены, и собени, как по команде, собрались в стаю и двинулись назад. Дальнейшая дорога была как дорога, и, в конце дня расположившись на ночлег, ребята обложились химическими палочками. Следующий день весь был в дороге. Удивительно, кто эту дорогу делал - ведь никаких ответвлений тут не было. Как ее вообще могли построить? Лишь на следующий день дорога окончилась подземным ущельем, через которую шел довольно шаткий вязанный мост.

- Аккумуляторы как ни экономь, скоро закончатся, - сказал Брюкач, - без них далеко не видно, идти на природном свете сложнее.

- За рекой - зло, - сказал Юра, - я его чувствую. Видимо, там черный пояс и начинается.

- Может, обойти его? - спросил Костя.

- Тут, на карте, есть какой-то обход, но не факт, что он не пересекает этот самый черный пояс. Идем прямо.

Но только возле самого моста было обнаружено предупреждение:


Осторожно! Радушный сом


- Эге, - сказал Костя, - кто-то нам сильно помог. Если там есть сом, значит, внизу на берегу есть кости.

Он посветил фонарем, но его луч был слаб, тогда посветил Сева, и правда - по берегам было много костей.

- Но тут давно не ходили, - сказал Юрий.

- Значит, ходили, - сказал Брюкач, - нужно бросить в воду взрывчатку и подождать, пока сом разбежится.

Так и сделали. Когда проходили через пять минут, ничего не происходило.

- Сом стреляет языком, но опасен только маленький сом, у него есть острие на языке, - проговорил Брюкач, - взрослые особи питаются песком. Опасна молодежь, она хищна.

Зло, что ощутил Юрий, вряд ли относилась к сому.

- Я злее, - сказал он себе, - вы должны бояться меня, пещерные жители.

Все делалось по инструкции - был сооружен легкий дымо-излучатель, который нес перед собой впереди идущий. Так как дым был густой, пришлось надеть маски. Помимо прочего, был включен излучатель инфразвука, который работал от пружинного завода. На счет этого устройства ходят много споров, а потому, его далеко не все используют, но Брюкач утверждал, что инфразвук помогает - сомневаться в его словах не было смысла.

Что же черного было далее? Наверное, духи. Хищный дух, или же дух разъяренный - тут все одно, потому что, перво-наперво, он должен присоединиться к ауре человека, чему не так уж легко помешать, и тут нужны знании магии. Собственно, защитный дым и тут подходит, но еще надо смотреть, насколько духи голодны - потому что ситуация может быть и такой, когда бестелесые существа так быстро высасывают жизненную силу, что человек теряет субординацию, падает и умирает. Умирает он, собственно, от любой болезни, которая только может войти в активную фазу вследствие этой атаки.

Дорога. Дорога черная, дорога белая, дорога разносторонняя. Откуда знать, что заставляет злых духов колоситься, ведь даже большие знатоки магии вижят лишь поверхностные миры, а дальше им спускаться не надо. И, какие бы ты заклинания ни читал, ничто не поможет тебе, если ты попадешь в средоточение сущностей, которые очень голодны - потому как заклинание - это лишь команда, а далее, тебе на помощь должны прийти некие силы, но как они придут, если вокруг клубятся целые облака? Могут ли боги верхнего мира спуститься вниз? Рапространяется ли сюда их власть? Юра знал кое-что.


Машина

Блок 134X234JU

Приди, чтобы править

Пройди через мой

Будь моими глазами

Но и я

Я твои глаза

Exec, машина

Где возвращаемым значением

Будет Void

Снизойдет зло в Void

Прах из нулей

Да соберутся нули и найдут свои единицы


Духи уже лезли в уши, и Юра слышал, как они хотят договориться.

- Ты - он или не он?

- Я вполне он, - отвечал он мысленно.

- Не он.

- Он.

- Он,

- Не он.

- Но ты знаешь Его.


Святой Скриптозавр

Посети мой чертог

Мой ум

Шар

Мой шар знает право регистров

Да победи всех врагов

Святой Скриптозавр

Опусти свой взор

На детей своих

Познай детей и прости их

Да не окислятся контакты

Никогда


Вскоре уж он был как пьяный. Все виды защитных средств расходовались вне всякой меры. Когда он очнулся, то понял, что все они спят в повалку, и черная полоса позади. Он открутил термос и выпил кофе - и это был местный напиток, который также именовался кофе - вообще, кофе в пещерах было много, и ни грамма в нем не было настоящего. Хотя, даже ведь и выращивались какие-то зерна - но чем-угодно это могло быть, только не кофе. В Реке-Наизнанку кофе иногда завозили, потому что, когда были обнаружены древние продуктовые склады, оказалось, что уровень хранения продукции высок. Например, кофе "Мечта Стегоцевала", большая банка, мелкие гранулы - все четко, все вкусно и дорого. Конечно, склады должны были закончится, а потому, когда купцы привозили следующую партию, то оригинальная банка стоила заоблачных денег, а все остальное было перефасовано и смешано с цикорием, но все же, какие-то отдалынные намеки на кофе все же были. Но в целом, мир древних складов огромен - при чем, все они даже не имеют отношения к Долине Выбросов. Склады те встречались во все эпохи, но также иногда еще на них набретали и в это время. Да, в Реке-Наизнанку были распространены прочие виды кофе, которые также делали без кофе, но некоторые из них по вкусу имели некие схожие мотивы. Умелая обработка желудей - дело серьезное.

- Мы здесь, - сказал Юра, - когда пойдем? Все целы?

- Надо еще отдохнуть, - ответил Костя.

- Ты читаешь молитвы?

- Да. Нужно выгнать остатки зла.

- Кому ты молишься?

- Богу Зоту, Богу Клеменсу, духам Святого Гарбуза.

- Ты не читаешь заклинания Хаоса?

- Нет. А что?

- Нет, ничего.

Когда движение было возобновлено, спустя километр или два стали слышны шумы, и, чем дальше бойцы продвигались, тем страшнее были эти шумы, и тут можно подумать, что они приближаются к аду. И верно - скоро были слышны и крики. Так как ребята имели большой опыт, их мало, что смущало, но увиденное их поразило - они вышли к обрыву, а далее, простиралась колоссальная пещерная долина, потолок которой был едва различим, и там бледно светилось некие солнце - мутно-белое, глянцевитое. Конца и края не было долине той - ни в даль, ни в ширь, и там, на этих просторах шла война. Пушки, выставленные в ряд, стреляли по врагу, которого было плохо видно вследствие слабой яркости солнца. Воины неизвестной армии держали оборону. Первые ряды залегали за мешками, пушки шли немного сзади, а далее, в третьем ряду, работали тыловые. Стрельба не утихала ни на минуту.

Конечно, чистым адом назвать это было нельзя, но уровень апокалиптического чувства зашкаливал. Никто и никогда не описывал ни места подобные, ни войны. Чтобы наблюдать за сражением, тут требовался бинокль, но откуда в пещерах таковой? Никому бы и в голову не пришло таскать с собой бинокль.

Товарищи по оружию, спратавшись за камнями, наблюдали за этим масштабным действом. Все это продолжалось недолго, потому как спустя некоторое время группа бойцов в оранжевой униформе подобралась к ним сзади, и они были арестованы. Их привели в штаб, и все тут удивляло, потому что все это было в новьё - оранжевая униформа необычно сочеталось с повсеместным цветом волос, а среди солдат было очень много женщин, чаще всего - молодых, и все они были с суровыми лицами. На шевронах изображалась змея. Знаки различия по званиям выражались в виде кружков на рукавах. Дым, что шел со стороны битвы, неприятно щипал нос.

Оружие и амуниция было отобрано. За столом сидел командир, большой, носатый, но, что удивительно, не рыжий, а темно-зелеными волосами.

- Ну, - проговорил он, - кто это? Айра, кого ты привел?

Этот самый Айра стоял за спиной, а потому, не было видно, кто это такой. Докладывал он бодрым голосом:

- Обнаружены неизвестные. Допрос не проводился.

-Так. Почему не допросили? Почему приведены прямо ко мне?

- Виноват, вх.Корч.

- Кто ответственный за допросы?

- Ср.Мосш Коркин отбыл с заданием.

- Больше никого нет? Кто ответственный?

- Сш.Мосш Бобрак выдвинулся с авангардом.

- Некому допрашивать? Гм. Непорядок.

- Так точно, - отвечал Айра.

- Мы тут в первый раз, - сказал Брюкач, - мы идем издалека, мы двигаемся в сторону Себерии. На карте это место непомечано. Могу показать карту - тут просто серая зона. Мы не несем зла и не вынашиваем планов простив этого места. Если у вас много вопросов, мы охотно на них ответим.

- Командир, которого назвали вх.Корч, застыл в каком-то странном онемении. Да и глаза у него были по пять копеек, словно бы он увидел что-то неподобное и инородное. В этот момент поодаль что-то громыхнуло, клубы дыма добрались до палатки, в которой происходила данная встреча, а далее, грохот лишь усилился.

- Прорыв! Прорыв! - был крик.

Тут палатку сорвало, при чем, все это было сделано силами бегущих солдат. Некоторое время ребята продолжали стоять в недоумении. Да, понять тут можно было лишь одну вещь: шло наступление, и оборонительные ряды дрогнули, солдаты побежали, и враг был где-то близко, и нужно было срочно убираться отсюда. Стрельба, взрывы, свист, пролет каких-то жгутов. Все смешалось. В этом хаосе Брюкач вдруг нашел себя - он подобрал валявшуюся на камнях саблю и стал работать. На фоне бегущих солдат он напоминал какого-то фантастического героя. Но тела, что падали вокруг него, принадлежали совсем не людям. С одной стороны, это был самый настоящий ЗОЧ (Зеленый Одноглазый Человек), с другой, это была какая-та новая модификация этого существа, которая могла быстро бегать и стрелять острым языком-жгутом, длина которого доходила чуть ли не до пяти метров. Да, это был высший уровень жути, и, поймав летящий в него язык, Юрий вдруг понял, что обладает Силой, которая позволяет ему предвидеть события и производить свои действия раньше, чем это делает соперник. Но, с другой стороны, то же самое теперь делал Брюкач, и как это было понимать? Вещества.

Притянув Зеленого Человека к себе за язык, острым концом того же языка он выколол ему глаз - зеленая слизь текла большой струей. Не составило труда найти себе оружие - армия оранжевых использовала ружья и карабины, которые можно было сопоставить с оружием первой мировой войны. Но тут он понимал: баталия - это песнь, и он ее поет, и он, стоя на пути наступающих, не делает ни шага назад. Кругом летели отрезанные языки, ветвистые руки. Но вот и человек. Командир наступавших, офицер, командовал Зелеными, давая им команды. Взгляды их сошлись.

- Не стоит, - хотел сказать Юрий.

Поздно? Конечно, не стоило и начинать, хотя маузер в руках офицера выглядел интересно с точки зрения человека, который интересуется оружием. Очередь. Это Костя. Вырезав толпу Зеленого Одноглазого Человека из захваченной пулеметной точки, он сам сел на место стрелка и начал работать. Юра поднял руку, понимая, что Костя способен слышать мысли. Только позже он поймет, что силу эту дали темные сущности из черной полосы, которые в поисках хозяина были обрадованы магическим путникам. Темные существа ищут пищу. Но, найдя себе носителя, они могут получить еще больше пищи, если будут перемещаться вслед за таким человеком.

Наступление ЗОЧ на этом участке прекратилось. Срезанный очередью командир был мертв. Выводы были однозначны: наступавшая армия - это обычные люди, а данная форма ЗОЧ используется ими как пушечное мясо.

Ребята продвинулись вперед, к батарее, где обнаружили нетронутое орудие. Весь расчет, состоявший из девушек, выжил, спрятавшись в каменной щели, на которую сверху упала телега.

Костя работал с пулеметом стоя.

- Рэмбо! - закричал Юра.

Сева Минин отразил атаку справа.

- Заряжай! - закричал Юра, чувствуя, что не принадлежит себе. Сила его разума была полна чужих мощностей. Он был страшен. Он умел все.

- Давайте, девчата, - подбадривал их Брюкач, - есть картечь? Вот туда, прямой наводкой.

Как так случилось, что нападавшая армия без труда проскочила огневые точки. Юра понял: факторы накладывались. Химия! Излучение страха. То, что не действовало на них, действовало на всех остальных. Едва он подумал это, как заработал еще один пулемет. Сева пришлось развернуться и срезать тех, кто шел сзади.

Солдаты противника, самые обычные люди, что весело бежали вслед за одноглазыми тварями, не ожидая такого развития действия, падали - кто-то замертво, а кто-то - чтобы спрятаться. Но хуже всего для них было, что Зеленый Одноглазый Человек вдруг рванулся назад. Сначала малыми группами, а потом - и все массы, и это панические бегство нельзя было отписать над обстоятельства.

- Заряжай! Этой, не стой!

- Есть заряжать.

- Прямая наводка! Огонь.

Дымный порох порождал большие облака. Навряд ли кто-то мог предположить, что сценарий боя будет идти в таком направлении. Девчата работали с энтузиазмом. Еще один снаряд, еще один выстрел, и все это - уже в спины отступающей армии.

Прошло не так уж времени, и ребята вновь стояли перед командиром, и это был все тот же вх.Корч - было теперь ясно, что вх. - это звание, но обозначало ли второе слово имя, было не совсем понятно. Тут же, построившись в ряд, был и расчет орудия, красноволосые девушки.

В таких случаях говорят: Итак. Для допроса из штаба прибыл специалист, шс.Бох. Это был худой человек с лицом большоей степенью лошадиности. Ребята уже договорились, что будут гнуть одну линию: они - охотники за редкими камнями. Разумеется, говорить о истинной цели не стоило - о манускрипте ТЗС тут могли ничего не знать, но могли и знать и отреагировать как-то неправильно.

- Мы продаем камни в местах, о которых вы можете как знать, так и не знать, - говорил Брюкач, - если вы о них не знаете, а так бывает довольно часто, мы можем об этом рассказать. Если честно, мы тут впервые и даже не знаем, что тут происходит. Мы были очень удивлены, когда увидели это сражение.

- Вы очень хорошо готовы, - шс.Бох причмокнул, - должен признать, что вы утерли нос всем, да, а наши солдаты ударили в грязь лицом. Скажите, у вас много таких солдат?

- У нас сейчас нет войн. Нет, далеко не все хорошо готовы. Мы тренируемся по своей программе. Мы изучаем пещерные формы жизни, и потому знаем, как от них защищаться. Но было бы неплохо, если бы нам вернули наше обмундирование. Если вам нужно, чтобы мы рассказали о нашей жизни, сделать это несложно. Мы можем посодействовать. Я еще раз должен повторить, что у нас не было никаких планов относительно вас, потому что мы так делаеко еще не забирались. Мы тут впервый раз.

- У нас - очень смутные представления о том, как устроена жизнь наверху, - сказал шс.Бох, - поэтому, наверняка все это будет полезно. Но сейчас идет война, и вы проявили чудеса смелости. Возможно, вы поделитесь с нами, как вам удалось пустить противник вспять.

- Прежде всего, надо не бояться. Мы знаем, что такое Зеленый Одноглазый Человек, но тут - какой-то другой ЗОЧ, впервые такого видим. Это же чистое пещерное существо. Как им удалось их приучить.

- Армия Шкос раньше не использовала тварей. У них появился адский зоолог. Конечно, мы просто так говорим - адский - он просто сумасшедший. Раньше этот человек жил в Педразе, и почти никто не относился к нему серьезно. Говорили, что он был наверху и там чему-то научился, но, скорее всего, врут, потому что никто не был наверху. Но вы говорите, что вы - сверху, и это очень хорошо. Но на войне не до раздумий. В мирное время вы бы могли пообщаться с нашими алхимиками и рассказать им много интересного. Если вы не знаете, когда-то наше государство было одной большой империей, но империя раскололоась. Но, до поры, до времени, все было тихо и мирно, но власть в Шкосе захватил Лжевиталик, и теперь мы воюем.

- У меня - довольно большой опыт войны с самозванцами, - проговорил Юрий, - для понимания вопроса, нам нужно знать, какие химические соединения вы используете для выживания, и тогда мы сравним их с нашими. Тогда, возможно, мы сможем что-то придумать.

Если армия противника принадлежала государству Шкос, то данная армия была армией Гакх - да, было б слово подлиннее, то можно было бы и язык сломать. Но, наверное, вы не знаете - будучи созданием Машины (если уж верить в это), Река-Наизнанку по своему языку ничем не отличалась от внешнего мира, однако, тут все же были другие языки, совершенно непохожие на основной, русский. Например, народы Саф-саф, а жили они далеко на юге, даже элементов русского языка не использовали. Вячеслав Космос, например, считал, что все прочие наречия могут быть особенностями внутреннего устройства гигантского аппарата. Марс Брайнер же считал, что виртуальный космос совсем не виртуален - но тут и правда были основания так считать. Марс в свое время приехал в Земли на Красном Мотоцикле. Сам он никогда не был ученым, а если таковым и стал, то как же было его теперь встретить и спросить? Может быть, надо было узнать у Брюкача, а вдруг он и сам их города Ф.? Но нет, вряд ли - он бы и сам об этом сказал. Но, надо полагать, правы были те, кто считал, что, помимо основного языка, здесь отразилась чья-та любовь к новым словам и сленгу.

Ребята вскоре очутились в лагере, где их накормили бобовым супом. Оказалось, что бобы не - вовсе не бобы, а какие-то бобообразные моллюски из реки, коих было так много, что они являлись чуть ли не основной пищей. Кроме того, их даже выращивали в гастрономических целях. Сколько людей жило в Гакх? Какие тут были города. Что это была за долина? Что это за солнце светило сверху? Да, тут было много вопросов.

Суп был вполне себе и ничего. Впрочем, повара старались, выдавая добавку. Аммуниция вскоре была найдена, ребята расположились в лагере, в палатке, им было предложено отдохнуть.

- Я чувствую действие местной магии, - сказал Костя, - она зеленая. Пока не знаю, что с этим делать. Мне нужно сделать обряд.

Он вынул коробочку, достал цветные камни, собрал фигуру и стал чего-то шептать.

- Я тоже знаю магию, - сказал Брюкач, - но, не так хорошо. Но кое-что знаю.

- В Зиу было местное пиво, - вздохнул Сева Минин.

- Мы же на войне, - сказал Брюкач, - тут пиво не положено. Тут нужно убивать. Пойдем, не будем Косте мешать. Пусть узнает правду.

Они вышли из палатки - да, вокруг был палаточный лагерь, поодаль дымилась полевая кухня. Да, неподалеку стоял часовой, а далее - еще один, и еще - целая толпа каки-то дежурныех ребят, весьма красноволосых и молодых - как будто их охраняли. Солнце как будто изменилось яркость и стало немного более тусклым, хотя оно и раньше было не особенно ярким.

Кононада, что была слышна где-то далеко, теперь совсем умолкла, но тишина не наступала. На войне вообще не бывает тишины.

- Нам, кстати, ордена должны дать, - сказал Сева Минин.

Вечером состоялась беседа с тетечкой в звании мш. , а именно мш.Торх. Тут еще надо было разобраться, какие тут вообще были звания, но то, что в армии Гакха должны были быть штатные маги, было понятно и так - уж такой этот мир, пещеры, без магии тут никуда. Магия тут - что воздух. Тетечка была не очень уж молодой, но в хороших формах, так, что на нее и смотреть можно было с разных сторон.

- А хотите ментальный контакт? - предложил Костя. - Я же не знаю, как это у вас делается. Маг с магом может это сделать. Например, с тем, кто этого делать не умеет, и я не могу ничего сделать, потому что нужно, чтобы передача шла в обе стороны. А вас, наверное, получится. А то сами понимаете, мы же ничего не знаем. Мы даже не знаем, что нам дальше делать - ведь мы шли по маршруту и планировали пройти еще дальше, у нас не было никакого желания останавливаться, а тут оказалось, что тут - война.

- Давайте попробуем, - ответила мш.Торх.

Ничего особенного из контакта не вышло, но, в целом, беседа носила познавательный характер. Было ясно, что Гакх - это большая пещерная страна, расположенная в долинах, на одной из которых развернулась битва. Долина Хох - гигантская ниша, освещение которой обеспечивает Снце. Тут надо было еще понять, что же это такое, Снце. Земным ядром это быть не могло, так как до него и добраться было нельзя. Но все же, штука была большая и довольно яркая. Брюкач предположил, что это - какое-то местное образование, которое фосфорицирует.

Ниша же, а это была не единственная большая пустота, оказалось еще больше, чем можно было предположить. Ребята были препровождены в город Силк - при чем, это был самый настоящий населенный пункт с домами, улицами, площадями. До города двигались на телеге, запряженной в змею. Мш.Торх вместе с несколькими солдатами сопровождали ребят.

- Вы герои, - сказала она, - и нам есть о чем поговорить. У вас интересные методы ведения боя. Многое, о чем вы говорите, мы не знаем. Вы говорите, что вы вышли из города Зиу - но, насколько я понимаю, это где-то в слоях. Но и прочих вещах мы не знаем. У вас уникальная карта, но, право, никто этими дорогами не ходил - так называемый черный пояс у нас называется Пузырем, и, если кто-то туда и заходил, то никто оттуда не возвращался. Это очевидно, что у вас какие-то большие способности, раз ваша магия позволяет вас миновать Пузырь.

- Вот здесь на карте показана Себерия, - сказал Юра, - это место должно у вас как-то называться. Но вашей страны на карте нет.

- Это неверная карта.

- Как же нам попасть в Сушильню?

- Сушильня? Надо же. Это же дворец Лжевиталика. Зачем вам надо попасть?

- Нам надо уничтожить некий манускрипт.

- Я думаю, у них там много манускриптом и документов. Удивительно, что там у вас ничего неизвестно о Гакх, но зато есть сведения о манускрипте. Но никакой другой Сушильни мы не знаем. Лжевиталик сменил Виталика Сто Одиннадцатого, так и объявив себя, не стесняясь. Вы не знаете, конечно, как зовут нашего царя.

Мш. Торх показала портрет. Царь как царь. Как и все цари.

- Обервиталик Десятый Гну, - торжественно сказала она.

В городе Сил ребят поселили в казарме воинской части. Солдаты сновали повсюду - одни просто ходили, другие тренировались, третьи занимались обслуживанием техники. Для буксирования орудия использовались ослы - но это были вовсе не ослы, а что-то, что напоминало гусениц, хотя морды у них и правды были ослиные. Были, впрочем, и паровые машины, источающие пары. Дежурный офицер Свект, худой и высокий мужчина, распорядился, чтобы был доставлен обед.

- А на чем работают паровые машины? - спросил Брюкач.

- А вы не знаете?

- Не-а.

- Хорхор,

- Гм.

- Это химический состав на основе хорхора, это такой червь, его разводят именно в этих целях. На нем и еда готовится. А как делается у вас?

- На огне.

- Неужели. Это же примитивно.

- Наверное.

- А как у вас называется Зеленый Одноглазый Чепловек?

- Так и называется.

- Как же Лжевиталику удалось его приручить?

- Эьто обычное дело.

- Но у вас их нет.

- Так повелось, в Шкос развита школа человековедения, у нас - нет.

- Наверняка, тут много всего, чего мы не знаем.

- Но и мы не знаем.

В былые века и эры существовали Правила, и Юрий кое-что знал о них, тем более, что там, в городе Ф., прошло уже какое-то время, Правила изменились и даже местами упразднились, и вообще, менялась теоретическая мысль. Наверное, если бы он вернулся прямо сейчас, то был бы удивлен, что не прошло и нескольких часов, как он отправился в Реку-Наизнанку, и вечером можно было бы пойти на дискотеку. Но ведь когда-то должна прийти старость. Но для начала надо найти себя в чем-то новом. Может быть, любовь?

- У вас много женщин в армии, - заметил он.

- Да, их даже больше, чем мужчин, - ответил Свект.

- Может быть, у вас - матриархат.

- Нет, у нас - нет. Матриархат - в Колюжах. Вы не знаете о Колюжах?

- Нет.

- Колюжи глубже нас, но довольно далеко. Но пробраться туда сложно, потому что вы доберетесь до выхода в долину сверху, там очень высоко, и там тоже есть Снце. Там очень любят чужеземцев. Вам бы там понравилось, но это слишком далеко. Как я понимаю, речь идет о женщинах?

- Ну, я просто так сказал.

Как проходило дальнейшее столкновение сил Гакх и Шкос, никаких сведений не было. В рацион солдат входило много местных грибов. Пещеры - это вселенная грибов, тут лучше и не начинать разговор о них, при этом, тут, как всегда, очень важно не ошибиться. Надо полагать, что в стране Гакх было развитое сельское хозяйство. Империя - это не группировка, не племя, это - общественно-политическая система. На обеды давали и рыбу. Лепешки были кислыми. Чай был как чай. Оказалось, что это - самый натуральный чай, и это было большим открытием - ведь уже века прошли с тех пор, когда люди перестали находить реликтовые склады, а тут оказалось, что таковые были обнаружены на такой глубине - да все еще было прекрасно упаковано. Относительно сохранности - Юра слышал это мнение, что продукция реликтовых складов прорастает внутрь через мысль снаружи, и, по сути, ее возраст не велик, хотя может сложиться впечатление, что все наоборот. Это - парадокс, хотя и объясняемый, если тут вообще что-то можно объяснить.

Брюкач предположил, что эти склады война и велась.

- Воевать могут и просто так, - сказал Костя, - главное, чтобы был лидер-вояка. Хотя да, ты прав, большей частью воюют из-за ресурсов. Откуда мы знаем, может, он и неплохой царь, Лжевиталик.

- Но он Лже, - возразил Костя Минин, - Лже не может быть хорошим.

- Это точно. А что, может, с девчатами познакомимся?

- Может не надо? - спросил Юра. - Какие-то они тут очень боевые.

- Может, тебе понравилась мш.Торх?

- Я все еще думаю об Анне Поляковой.

- У нее таких, как ты, много. Пойдешь играть в рулетку после операции?

- Рулетка - чепуха. В пещерах больше рулетки. Нет, если хочешь, давай спросим у Свекта - тут вообще принято заводить отношения или нет? Ты же знаешь, у всех свои обычаи. А то вдруг окажется, что за это полагается смертная казнь.

- А я помню прошлую жизнь, - вдруг сказал Костя, - я два дня назад вспомнил. Я до этого вспоминал, но не получалось, а теперь понял, что помню все. Хотите, расскажу. А то может подумаете, что я придумываю.

- Рассказывай.

- Меня звали Орехом. Вернее, Димой Орехом. Я был пилотом истребителя. Я даже запомнил панель управления - все потому что она погасла, и я не мог поверить, что это произошло. Я попытался связаться с базой, но связи тоже не было. Ничего страшного не было - надо было лишь открыть фонарь и выпрыгнуть с парашюта, но я решил, что легко посажу самолет, потому что там не все было завязано на автоматике. Для управления не требовалась подача элекктричества на панель приборов. Но это был очень четкий самолет. Обычно ручка работала через гидроусилитель, но тут тоже что-то стал работать не так. В общем, я все же должен был прыгнуть с парашюта. Но прыгать я не мог, потому что я считал, что все умею. Никто, видимо, ничего не заподозрил, я сделал круг, зашел на посадку, но только тогда понял, что, возможно, у меня не вышло шасси. В этот момент еще не поздно было прыгнуть, но я решил узнать, вышло ли у меня шасси? На старых моделях определить это можно было по механическим индикаторам. Но тут было какое-то электронное управление. Я подумал так: я попытаюсь пройти низко, мимо здания диспетчерской службы и попытаюсь сделать знак рукой. Так и сделал. Но мне пришлось намотать несколько кругов, прежде, в здании поняли, что у меня что-то не в порядке. Я все же должен был выпрыгнуть. Я пошел на новый круг, двигатель заглох, у меня не было высоты для маневра, и землю я видел перед самым своим лицом.

- Может, ты сочиняешь? - спросил Брюкач.

- Нет. Я знал, что ты так скажешь. Нет, мне это не кажется. Я помню/

- Как назывался самолет?

- Вюж-2.

- Ого. Ты уверен?

- Да.

- Что-то я таком не слышал.

- Этой страны нет на карте. Это была Седьмая Империя. Обычно номер ставился на пятьдесят лет, то есть, Седьмую Империю должна была сменить Восьмая. Видишь, в чем дело. А рядом с нами находилась Крабовая Земля, и там был вечный презедент, Сергей Крабов. У нас постоянно случались конфликты. Я был в курсе всего - ведь я был летчиком-испытателем. Если хочешь, могу и еще много по этой теме рассказать.

- Нельзя ж так просто взять и вспомнить, - сказал Сева Минин, - что ты теперь будешь делать?

- Ничего. Я думаю, я буду теперь умнее. Жаль только, что негде полетать. Когда мы вернемся, может быть, у меня хватит денег, чтобу купить какой-нибудь летательный аппарат. Самый дешевый - это автожир, но он летает слишком медленно, у него сильная вибрация. Нет, я хочу все же что-то посерьезнее.

- А других людей помнишь? - спросил Юра.

- А то. У нас была компания, все летчики, я - Дима Орех, Лёша Свят, Корова - так и звали. Фамилию не помню. Это мужское имя. А сколько мне было лет? У меня была.... Вот это не помню. Мне кажется, она умерла. Уже тогда ее не было. Нет, не все помню. Императором у нас был Юрий Нужный. По номерам императоры не были, а именно по наименованиям. До Юрия Нужного был Пётр Простой. Сын Юрия, Вадя - именно Вадя, а не Вадим. Вадя курировал авиацию. Собственно, это было главным увлечением. Название самолета - Вюж - переводится как "Вадя - Юра -Жека". Жека - это был как бы принц. Точно не могу сказать. Когда был конфликт с Крабовой Землей, то я летал на самолете Вюж-1, он был не так хорош, как новая модель. Но теперь я понимаю, что я воевал. Я сбивал другие самолеты. У меня было много орденов и медалей, и меня узнавали на улицах. Обо мне часто печатали репортажи в газетах. Имя Димы Ореха кругом было на слуху. Кстати, там у нас земля была круглая, а не плоская, не поверите. Настоящая круглая земля. Удивительно, как это я совсем недавно не знал об этом, а теперь все знаю. Настоящая круглая земля. Да, у нас же тоже есть мнения, что земля круглая, но все хорошо знают, что это абсурд. А я теперь понял, откуда это пришло. Это как раз исходит из параллельных миров, куда попасть мы не можем - но, видимо, душа путешествует между этими мирами беспроблемно. Очень большим государством было Индия. Там тоже был царь, царь Индии - Синебал Синий, и он был родственником Сергея Крабова. А еще было государство Кент.

- Там был Гусь Паперман? - спросил Юра.

- Кто? А кто это?

- А, точно, ты ж не знаешь.

- Нет, точно не помню. Нет, там была республика. Главное, что как сейчас помню, захожу я в хвост и жму на гашетку. У нас самолеты не такие. У нас используется леветирующий газ, но там такого не было. Там просто летали на движке. Чем мощнее двигатель, тем лучше. Ну и надо быть очень обученным пилотом, чтобы побеждать в боях. Да, что-то защемило. Прямо хочется вернуться. Наверное, виной всему черный пояс, там ко мне прицепилась какая-та сила, и теперь все это ожило.

- Существует город Ф., - сказал Юра, - и там и был Юра Нужный, и у него был, вернее и сейчас есть, его сын Вадя и двоюродный брат Жека. Этражение. Самое настоящее отражение.

- Ты уже говорил об этом, - сказал Брюкач, - неужели это правда?

- Да, правда.

На третий день принесли газеты. Первая была "Царские новости", вторая - "Имперский корень", третья - "Гакх сегодня, но и четвертая тут была - "Боевое обозрение и пищевой путь". Свект сообщил следующая:

- Я знаю, что в командовании придумали интересное решение. Ведь вам надо в Сушильню. Наверняка, вы согласитесь на диверсионную операцию.

- Если нам еще и помогут, мы будем только рады, - сказал Брюкач, - а что? Что там решили?

- К операции надо будет как-то готовиться?

- Я думаю, в ближайшее время это будет обговорено. Возможно, вы хотите размяться. У нас есть беговая дорожка, полоса препятствий и тир. Пострелять можно в любое время.

- Я могу день и ночь стрелять, - сказал Сева Минин, - можем и прямо сейчас пойти.

Был, собственно тир - подземный, а было еще и стрельбище, где можно было пострелять и из пулемета, и даже из пушки. Начали в тиру. Быстро освоили местные винтовки - это было оружие в стиле Первой Мировой, впрочем, про Первую Мировую знал только Юра. Стреляли хорошо, и все, кто посещал тир, отметили это. Было тут много девушек, и Брюкач не выдержал и спросил у Свекта, какие отношение тут между мужчинами и женщинами.

- Не знаю, как у вас, а у нас существует система баллов, и она идет у тебя по жизни. Если ты совершил проступок, баллы у тебя вычитают. Если у тебя меньше определенного числа баллов, то тебя отправляют на принудительные работы. Если у тебя ноль баллов, тебя отправляют в Нижние, и ты оттуда не возвращаешься. Служба в армии дает баллы. Если у тебя много баллов, ты можешь давать заявку и встречаться по заявке. Но это касается внесемейных отношений. В семье обычно две жены и один муж, но бывает, что супругов всего двое. Если ты подойдешь к девушке даже здесь, в военном лагере, она спросит, сколько у тебя баллов, а уже только потом можно будет подать заявку. Без заявки ничего не бывает.

- Заморочено. Но у нас тут вообще никаких баллов.

- Для баллов нужна виза. Но пока об этом не говорилось. В ближайшее время мы обговорим детали операции.

Костя вечером продолжал рассказ о своей прошлой жизни:

- Я вспомнил. У меня была дочь. Сто процентов. Почему я так говорю? Нет, я далеко не все так хорошо помню. А вы не чувствуете, как что-то изменилось в голове после того, как в душу проникли тени? Сила странная и очень распределенная сила. Я уж думал, и вы что-то такое расскажете. Я просто вдруг подумал, что проснусь утром и поеду к ней, но ведь я - не Дима Орех, и где этот мир? Да, у меня был брат. Вот только сейчас вспомнил. Васся Орех. Где он сейчас? Да, он погиб на войне с Крабовой Землей. Война шла на границе, шла долго. Уже потом, после войны... Стоп. Да, это надо как-то планомерно вспоминать. Жалко как-то самого себя. Правда, зачем себя жалеть, а я сам себя жалею чего-то, не могу успокоиться. Я так много всего еще мог сделать. Я просто вспоминаю свои планы, и правда, было очень много планов. Я сейчас даже не сообразил, где это я нахожусь, тут или там? Эх, прямо сейчас полетал. Да, у нас была еще новая модель, которую надо было испытать, Райсо. У нас авиация была столь популярна, что любой человек, кого ни спроси, знали модели самолетов. Конкуренция с Крабовой Землей была еще и в этом плане - даже когда не было войны, каждая сторона хотела показать, у кого самолеты лучше. Самой популярной ихней моделью была самолет "Сенежи". Но вообще было много видов "Сенежей", от истребителей до бомбардировщиков. В общем, это был принципиальный вопрос - кто лучше. Невероятно. Я был таким известным человеком. Однажды мы сидели в баре с моим другом, его звали Вальц, и мы говорили о смерти. И я сказал Вальцу, слушай, что будет там? Мы говорили, а потом перестал говорить. Я даже чувствую себя пьяным. Кстати, интересно, хоть где-то в пещерах бывает вино?

- Вернемся, пойдем по кабакам, - сказал Юра, - много жизней - это очень интересно. Особенно, когда ты идешь поиграть в русскую рулетку.

Удивительно, но шел дождь. Наверное, в понимание местной системы и вдаваться было нельзя. Местное солнце светло тусклее обычного, и, о чудо, наверху наблюдалось даже что-то вроде облаков. Какова же была высота этих пещерных пустот? Наверняка, несколько километров.

Судя по тому, что писалось в газетах, армия Шкос отошла на свои прежние позиции, и, по-видимому, не планировала наступать, но говорить об этом с уверенностью было нельзя. Вообще, в газетах было много всего интересного. В целом, из Гакх хотелось поскорее убежать. Вся эта имперская напыщенность не вселяла никакого оптимизма.

Юра разговорился с девушкой-офицером по имени вш.Махка, которая пришла, чтобы принесли газеты и местный табак, который, называясь табахх, не очень-то на табак походил, но обладал очень сильным тонизирующим эффектом.

- Как ты думаешь, когда будет победа?

- Победа будет уже очень скоро.

- А как вы определяете, скоро ли будет победа?

- Об этом говорят.

- О чем ты мечтаешь?

- О деньгах.

- У тебя есть муж?

- Я стою в очереди на правого мужа. А левого нужно будет искать самостоятельно.

- Тебе нужно именно два мужа?

- Да, Я происхожу из династии военных, у нас всегда было по два мужа.

- Разве нельзя жить с одним?

- Нет. Нельзя.

- А за чужеземцев у вас замуж выходят?

- Сейчас никого нет в очереди. А тебя быстро не поставят. Мы никак не совпадем.

Странно все таки было - из чего же состояли местные волокнистые облачные стуктуры? Тут одно на ум приходило - спускаясь в Мытищи, ребята прошли более серьезную дистанцию. Кроме того, они вполне могли не заметить постоянный пологий уклон - для глаза не всегде очевидный, но, на деле, оказавшийся весьма значительным. Только теперь вспоминались всевозможные псевдотеоретические расклады, различные бредовые статьи и гигантских пустотах в земле. Но для тех ученых, что писали это, практически вся пещерная жизнь являлась неизведанной. Но все же - про пещерную страну, вход в которой располагался на склонах гор Петриметр, обычно речь и не велась - говорилось о чем-то другом, в том числе и о земном ядре. Но далековато тут было ядра. Но уж и сомневаться ни в чем не хотеться.

Дождь лил целый день. Свежая газета, а это была "Царские Новости" сообщала, что армия Шкос отступила за реку Ванную и там расквартировалась. Из текста можно было понять, что Ванная - очень широкая река, большая преграда, и уйти за Ванную значило, что в Шкосе понимали неизбежность поражения. Больше ничего не писалось. Брюкач сказал "жару мы им дали". В середине дня прибыла целая группа военных, с ними были даже и шс.Бох и мш.Торх, но вообще, делегация была существенной. Была зачитана речь - читал ее важный дядька в звании жс., потом ребятам были выданы ордена. Оказалось, что это - а называлась награда орденом Сота - вторая в государстве награда. Брюкача после сказал:

- Могли бы и высшую награду дать. Что у уж там?

- Дело в том, - ответил Юра, - они понимают, что из похода в Сушильню мы можем не вернуться. Вот как не вернемся, нам и дадут высшие награды, а заодно и напишут о нас в газетах. А пока о нас - молчок. Это тайна. Противник не должен о том, за счет чего одержана победа.

- Зачем тогда рисковать нами?

- Я разговаривал с этим генералишкой. Он сказал, что готов взять на службу, но проникновение в Сушильню - это большое дело. Самого Лжевиталика можно не трогать. Нам нужен Джо Макиё. Наверное, это какой-то идеолог или же и того хуже - колдун, шаман, а может, воспитатель армии ЗОЧ. Без ЗОЧ противник не так опасен.

- Интересно, - сказал Костя, - если бы мы попали не сюда, а в Шкос, нам бы предложили напасть на Гакх?

- Зачем? Ведь Сушильня там.

На середине дождей из щелей стали выползать змеи. Змеи стало, наконец, так много, что страшно было выходить на улицу. Солдаты на змей не обращали никакого внимания, хотя, тут имел место целый диапазон размеров - от тонких змей до больших питонов. Костя решил покормить одного такого змея, и у него получилось - не проявляя никаких признаков агрессии, большая белая змея взяла из его рук кусочки сушеной рыбы, отползла в сторону, выплюнула эти кусочки и поползла дальше.

- Сказали, что змеи питаются синевой, - крикнул Брюкач.

- Да, я слышал.

А тем же вечером вш.Макха вдруг пригласила Юрия на свидание. Хотя он и удивился, но виду не показал. Чары Анны Поляковой, видимо, рассеялись уже полностью, и теперь он был способен чувствовать - теперь же он был еще более чувствительным к среде, и, возможно, разучи он несколько практических вещей - легко бы сошел за колдуна.


План оказался как план - ни лучше, ни хуже. По словам шс.Эфха, в Шкос можно было проникнуть тайным путем - но путь этот по сути был непроходимым, и тут вся надежда была на чары или некую магию, которой, предположительно, обладали воины, что прибыли из далекого города Зиу. Брюкач сказал "прорвемся". Юра подумал - да, вариантов нет, надо прорываться. Костя и Сева Минин должны были согласиться. Воин пещер вообще не имеет права думать о смерти, но это уж кому как - не бояться смерти может лишь тот, кто что-то о ней знает.

- Я вспомнил вот еще что, - сказал Костя, - я лично знал принца Жеку. Это был очень отчаянный парень, он любил самолеты, и этим все и было сказано. Но уроки давал ему не я. Был еще известный летчик-испытатель, Карлов. Как-то так. Нет, я все не помню, но Карлова помню, там какая-та очень модная вещь была - я имею в виду, что это было очень популярно, уметь летать. Даже принцесса Наташа умела летать. Обычно использовали специальный биплан, на котором нельзя было убиться, но были и другие самолеты. В общем, это была всеобщая идея такая, и, если ты летаешь, значит, ты - высокий человек. А уж если ты такого уровня пилот, каким был я, то это ты просто царь реальности. Все это сейчас стоит перед глазами.

- Я читал про такое явление, как ментальный сквозняк, - заметил Юрий, - как ты думаешь, не может ли это быть вызвано именно этим?

- В первый раз об этом слышу.

- Это когда в голову задувают ветра - при этом, и не определишь, это правда или нет.

- Хочешь сказать, все это мне надуло?

- Я просто читал такую книгу.

- А кто автор?

- Не помню. Но это же целое направление - регрессия в прошлые жизни. А автор доказывал, что никакой регрессии нет, и что мозг способен склеивать участки информации в правильной последовательности так, что образуется полноценная система образов.

- Твой вариант еще попробуй докажи. С моим проще. И многие соглясятся именно со мной.

- Да нет, вириант не мой. Я просто коен с чем знаком.

- Ты же сам говоришь, что откуда-то прибыл.

-А, я почти уверен, что этого никто не поймем.

- Почему тогда ты веришь себе, а не веришь мне?

- Нет, я верю. Я просто высказался. А что, у тебя была связь с принцессой Наташей?

- Как ни странно. Вот черт, так и есть. Прямо сейчас вспомнил про это. Мы стояли на берегу озера и держались за руки, и она сказала - люблю! Люблю! Лучше бы это не говорил, Юра, а то теперь у меня жутко щимит сердце. Даже не знаю. Мне так сильно захотелось, чтобы принцесса Наташа была рядом. Эх.

- Значит, любовь.

- Ты-то знаешь. Знаешь, если меня убьют или меня кто-нибудь съест.... А знаешь, что если у тебя - злой звериный голод, и ты научишься мыслить так, что ты хочешь, например, съесть Зеленого Одноглазого Человека, то он будет тебя бояться. Но и Узеньмаг не сможет тебя сожрать - они, твари, чувствуют чужой голод - и, если ты мысленно настроишь себя так, якобы ты собрался его съесть, то он испугается.

- Может, именно поэтому они разбежались? Но я не чувствую ничего такого. Нет, я думаю, это из-за теневых сущностей. Но наверное ты прав. Но умирать не надо, как Наташе ты все равно не попадешь.

- А может быть и попаду. Но, если я умру, то, наверное, мы все умрем. А?

- Да не думай об этом.

- Почему? Говорят, что, если думаешь о смерти, то смерть и приходит, а есть обратный метод, и он также работает как и в деле с голодом. Ты думаешь о ней, и она держится от тебя на расстоянии.

- И ее зовут Наташа.

- Об этом я не думал. А что? Может быть, Наташей ее и зовут. Смерть Наташа. Хорошо звучит. Может быть, я напишу книгу.

- Смерть Наташа?

- Нет, это другое. Это были бы стихи. А ты пишешь стихи?

- Я собирался. Стихи же не так популярны, как проза, если ты в это дело не въехал. А если въехал, то нормально. Просто надо самого себя настроить. Много поэтов хотело быть популярнее Вовчика АМД, но он неофициальный. Ты о таком и не слышал.

- Я кое-что слышал, но именно о нем не слышал. Нет, я просто опишу свою прошлую жизнь, и это и будет моя книга. Только и всего. Я же не могу держать это в себе. И, потом, у меня будет много денег, я буду заниматься чем захочу.

- Хочешь, я буду твоим литагентом, - сказал подошедший Брюкач.

- Ты?

- А кто же еще.


Выходили группой. Командиров со стороны Гакх был ср.Тенц. Всего же было восемь бойцов, четверо из которых - девушки. Все были вооружены однотипными винтовками, однако, были у них и пистолеты с глушителями, а также мачете. Ср. Таниа впивалась в Юрия своими черными глазами.

- Ну вот, - думал он, - вш.Макха, а потом - ср.Таниа. Почти Таня. Может быть, я обладаю какой-то дополнительной силой? Но раньше ничего такого не было, а теперь появилось. Анна Поляковой.

Он вдруг понял, что чары Анны Поляковой вернулись. Он сжал кулаки - ведь им еще предстояло вернуться в Зиу.

Эх, в Утреннем городе я бы продал тебя как ведьму, но тут твоя сила непререкаема.

Он присел на камень, чтобы провести сеанс быстрой медитации, но уровень погружения был больше, и он вдруг понял, что тьма напоминает туман, она вьется вокруг него, и она - часть его, либо же он - часть нее.

Ему тут же и привиделось, что он возвращается в город Ф., и голова его странным образом закипела - он разговаривал с самим собой, хотя, на деле, он молчал - тьма же делала его сильнее в деле инсталляции того или иного внутреннего посыла. Он, впрочем, понимал, что это - просто плод фантазии, но явность была сильной. Он говорил со своим одноклассником, Калиной, он спорил, Калина возражал.

- Я играл в игру "Пещерная война", - сказал Калина.

- Хорошая игра?

- Игра хорошая. Твои тенденции не новы. Много людей сходит с ума и говорит, что где-то существуют реальности, а люди лишь копируют их, используя принцип ментального отражения. Это чепуха. Это только игра.

- Я думаю, там я знал тебя.

- Ты не мог меня знать.

- Да, это был не чистый ты. Ты знаешь, что здесь работает принцип полиморфирзма. Вот сейчас я вернусь туда и спрошу у твоего отражения - знает ли он эту жизнь? Да, ты там чего-то такое рассказываешь. Ты знаешь Юру Нужного? Это водитель-дальнобойщик, он живет от меня через квартал. Искривившись, виртуальная реальность создала еще одного Юру Нужного, это был Юра Первый. Очень забавно, верно? Я думаю, если провести правильный сеанс считывания облачных данных, ты вполне мог бы об этом рассказать.

- Это смешно.

- Разве ты не слышал о Реке-Наизнанку?

- Об этом много говорят. Спорить с этим бесполезно. Я считаю это некой формой флеш-моба.

- Флеш-моб, значит. Ладно.

- Да, ты там спроси у меня, спроси про Юру Нужного, интересно, что я отвечу?

Но была общая мысль, потому что местный Костя не был Костей Калиной - Юра так просто подумал, а уж выражать мысль можно было по-всякому, а можно было и не выражать. Какая разница? Костя прожил полноценную жизнь, полную приключений, а теперь странно ностальгировал.

- Наверное, он умрет, - подумал Юра.

Так или иначе, а двигались они в узком коридоре, и в конце его был встречен Мозговой, и Костя бился с ним с помощью ножа. Мозгового нельзя убить просто так, но ярость бойца была необыкновенной, и тварь находилась в ступоре, двигаясь скорее импульсивно - скорее всего, Мозговой бы охотно сдался без боя, но не знал он этого понятия, и, когда Костя запрыгнул на него и открыл химический контейнер, где находился шершавый газ (состав: белый газ, кориантр - через т, газовое масло, порошкообразный марганец, липовый водород, ящерная слизь) и выпустил струю. Да, это же хорошо известно, если Мозговому выпустить шершавый газ прямо в его трехглазье, он тут же скончается - но нужна была близкая дистанция. Халява в плане "вынул баллончик и прыснул" не работает. Близкая же дистанция - это близкая дистанция.

Расправа поразила бойцов Гакха - это было смесью злой щедрости духа с какой-то запредельной магией. Впрочем, они-то знали, что делать с Мозговым, просто у них были несколько другие методы обороны, нападения и чистой ловли.


* * *


Теория Ниши? Что вы о ней знаете? Наверное ж, знаете кое что, но ведь все сведения были собраны еще в предыдущий эпохи, а спускался ли кто-то в Нишу в наши дни.

Как говорится, Итак!


Был тоннель. Уже на походе к нему, ощущалась сильнафя волновая концентрация, в душе у Юры поднималось зло, и он понимал, что придется военвсать, и он был к этому готов - кроме того, он уже заранее воевал - все начиналось на внутренней территории разума. Воины Гакх тоннель этот знали и более, чем пару раз, Юра мог слышать, что пройти можно, только если.... Это "только если" произносилось ультимативно. В это "если" входило также, что воины готовы были погибнуть, а о том, что вернуться назад, и речи никакой не было.

Правда, даже визуально было видно, что стены тоннеля поросли образованиями, которые были похоже на паразитические сущности, которые наыхвали обычно Орехами, но также в ходу были и такие именования как Рехи (О опускалось), а также Рхи и Орхи - надо полагать, это было одно и то же слово, перекрученное туда-сюда. Само по себе Орех - дело нехорошее, но не смертельное - но представим себе, что вас забросили в большой муравейник или осейник? То-то и оно. Но то, что было увидено здесь, в тоннеле, было больше - ну уж а количество превосходило все мысленные пределы.

- Пройти невозможно, - сказал ср.Тенц.

- Умрем с честью, - предложил ст.Бух.

Да, званий в армии Гакх было многовато, раза в два больше чем требовалось, и уж не было никакого смысла в этом разбираться.

- А что, другого пути нет? - спросил Сева Минин.

- Других путей много, но все они всязаны с переходом границы, и, даже если ее можно перейти, нужно идти через города. В общем, это совсем другое.

- Умирать не будем, - сказал Юра, - пойду сначала я.

Он уж точно был не в себе - его разум смешался с общей массой притаившихся сущностей. Чем они тут питались? Если человек проходил тут олин раз в сезон, то, значит, человек не был объектом питания - но все же, они кого-то ели, и их было много, и они гудели в его мозгу. Они дурно пахли. Впиваясь в его мыслительную сферу, они ждали ответа, и он давал им нужный ответ, и они верили, но хотели есть - они боялись и хотели, и, когда он вынул свой мачете, чтобы рубить направо и налево, они неслись - они хотели подчиниться, они хотели есть, но и боялись есть - они извинялись за каждый укус, отскакивали назад. Они кричали сами себе - нет-нет, я не могу, я не хочу, я голоден, но я не хочу! По эьтой причине укусы были слабыми и не оставляли следом на коже, однако, боль была еще и та, и, в какой-то момент Юра уже кричал. Он работал как крестьянин на покосе.

Они пытались рвать и друг друга, видя разрезы, и идущий след Сева Минин усугблял ситуацию с помощью свежего газа. Да, запасов химии пока еще хватало, но нужно было надевать маску. Вещества, хотя и не опасны для человека, могут вызывать головокружение и даже тошноту, и тут все зависит от количества. Дышать ими уж точно не нужно.

- А-а-а! - кричал Юра.

Чем дальше, тем хуже и больней ему было, а в какой-то момент он превратился в одну сплошную боль, а некоторые укусы сопровождались порезами на коже, запахло кровью, но, чем больней ему было, тем страшнее он становлся. Возможно, в части своей он уже сам был злым аморфным паразитом. В какой-то момент ему стало казаться, что жить дальше нельзя, и пора умереть - но умереть он не мог, а потому, продолжал бороться. В это время рядом с ним появился Брюкач.

- Отдохни, - сказал он ему.

Юра двинулся назад, прошел даже дальше Севы Минина.

- Давай, - сказал Костя, - мы поработаем.

Таниа, глаза-маслины, оказывала ему первую помощь, а он не мог успокоиться и крепился, чтобы не напасть на нее, потому что сам в тот момент был хищником. Уже позже ср.Тенц сказал, что все попытки пройти тоннель в активный период заканчивались неудачей, а в более безопасное время обязательно кто-то из бойцов сходил с ума и нападал на своих, а потому, он держал свое оружие наготове.

- Группа обычно ополовинивается, - сказал он, - кроме того, остальные бойцы получают ранения, и дальше никто не идет. НО это еще не все. Таких тоннелей впереди еще шесть.

- И как мы пройдем? - спросил Юра.

- Но мы прошли один, и мы все живы.

Стали подсчитывать запасы химических реактивов. При увеличении концентрации их расход увеличивался, однако, поступило предложение сначала проводить окуривание, а уже потом идти дальше.

- Если сквозняк в ту сторону, то будет хорошо сифонить, - сказал Сева Минин, - работать придется в маске. Надо, чтобы хватило сил.

- Весь рассчет на вас, - сказал командир группы Гакх, - твари почему-то не могут нанести вас ущерб. Или почти не могут.

- Надо намазаться раствором ящерной слизи, - сказал Юра, - и мне нужен еще один нож. Дайте мне кто-нибудь свою саблю. Буду работать с двух рук. Шесть проходов. Давайте и помолимся

Почему он так сказал? Однако действительно, он сел в медитационную позу, и тени бежали через него беспощадными строями, и теперь он понимал - многих сущностей он убил вовсе не ножом, их съела теневая сторона, и теперь они томились там - на дне его персонального злого пространства.

- Приди, Камбий! - вдруг сказал он

Никогда раньше он не слышал ни о каком Камбии, но теперь, возможно, ему стоило перейти на другой язык, в котором слова заменялись жидкими кругами, и потому, Камбий был довольно близок.

-Я - уже не я? - спросил он про себя.

Камбий словно бы бегал за кулисами, ища выход, он был все ближе, и Юрия расстраивало то, что он никак не найдет дорогу. Камбий!

В следующем тоннеле ему было так тяжело, что он вдруг подумал, что смерть будет лучшим исходом. Его почти не кусали, однако, уровень тошноты, подкативший к горлу, зашкаливал.

Тоннели назывались Узами. Да, тут было и некоторое сходство и с Узеньмагом и даже с Узенем, но последний - штука штучная. Писать про Узень слишком долго, а потому, воздержимся.

Вторая Уза была пройдена. Был привал. Юра заснул, и сначала сон был наполнен огромностью пустоты, но и потом, когда Камбий все же пришел, легче не становилось, Камбий был чем-то озабочен. Он представлял из себя ковёр с узором, больше ничего нельзя было про него сказать.

Таниа разбудила Юрия и дала ему горячий напиток.

- Ты странно на меня смотришь, - сказал он.

- Почему? Просто смотрю.

- Не знаю, как у вас общаются. Я просто подумал, что я тебе нравлюсь.

- Ты - великий воин, но в тебе есть что-то страшное. Хотя ты не страшный. Наверное, я тебя еще не поняла.

- Ты хочешь меня узнать?

- У нас не очень много времени. Ты должен знать - никто из нас не рассчитвает вернуться. Может быть, я узнаю тебя раньше, чем это случиться.

- Ты имеешь в виду, смерть? Нет, не стоит об этом думать.

- Ты не умрешь.

- И ты не умрешь.

Юра спал еще два часа, после чего он вновь медитировал, и теперь это было что-то новое, но Камбий был сам по себе, словно бы что-то параллельное. Тем не менее, сила его была очевидной. Еще одна кружка тонизирующего напитка, и - долгий марш-бросок, до следующих Уз, и далее - проход, который закончился трагедией - когда Юра шел через тоннель, злые сущности сжимались и не обнаруживали себя. Однако, воины Гакх попали в засаду, ст. Ро и ст.Бау были утащены в аморфную мглу, и достать их оттуда было уже недовольно. Оставшиеся разведчики с пониманием отенеслись к произошедшему, и здесь слова Тании стали Юре более понятными.

- Что, если у них есть ментальная связь? Они вели себя иначе, - сказал Брюкач, - нам нужно поменять тактику, иначе это плохо закончится.

- Нужно идти смешанной группой, - сказал Костя, - только и всего.

- Надо провести атаку заранее, - предложил Сева Минин.

- Ладно, - проговорил Юра, - кто-нибудь может мне сказать, что такое Камбий?

- Это где ты такое взял? - спросил Брюкач.

- Просто спрашиваю.

- Нет, в первый раз слышу.

На следующей Узе Брюкачу вдруг вздумалось, что нужно раскалить мачете - подействовало. Сущности подпрыгивали как ошпаренные. Сам он держал свое орудие через ткань. В конце концов это занятие ему понравилось, и он развел внутри Уза костры, отчего началась какая-та дикая паника, неописуемая словами. Люди любят говорить про ад, когда описывают что-то нехорошее или же желают как-то особенно выразить чувства, и да, тут была еще та форма ада. Существа, носясь туда и сюда, растворялись в воздухе. Сева Минин, воспользовавшись пикой, которую он взял у одного из воинов, проколол что-то очень большое, и оно кричало нечеловеческим голосом. Эхо разлеталось по пещерам, иногда этот голос возвращался. На крики стали собираться какие-то мелкие твари, а также и существа покрупнее, включая даже и Зеленого Одноглазого Человека - в своей естественной версии. Стоял он поодаль, покачиваясь, не решаясь приблизиться. Ср.Тенц застрелил его из винтовки.

Перед проходом следующей Узы Юра вдруг понял, что говорит с Камбием, и что вопрос непонятен - весь этот разговор был вне пределов понимания. Возможно, он кое-что понимал, возможно - нет. Командир группы от Гакх, ср.Тенц, был потерян в следующей пещере - никто даже не заметил, как он пролпал. Старшим был теперь ср.Оф.

- А если проходить пещеру большой толпой? - спросил Брюкач. - Вряд ли они съедят всех.

- Скорее всего, - ответил ср. Оф, - но это большие жертвы. Но вообще в эти края никто не ходит, потому что тут кругом залегает Узеньмаг, потери неизбежны. В любом случае, можно потерять огромное число воинов зазря. Если ты пройдешь туда, то не вернешься обратно.

- Не видели мы ни одного Узеньмага.

- Это странно. Возможно, они попрятались.

Оставался последний бросок, впрочем, ведь что-то было впереди. Юра вновь заснул и вдоволь наговорился с Камбием на языке, в котором не было слов - одни узоры. Где-то ближе к окончанию этой беседы из-за кулик вышел еще и Лжевиталик Третий, и сначала Юра подумал, что это - его отец.

- Пап, что ты тут делаешь?

Лжевиталик залился тонким истерическим смехом. Присмотревшись, Юра вдруг сообразил, что Лжевиталик все же не является его отцом, хотя очень похож.

- Не приходи, - сказал Лжевиталик, - иди, иди, иди, чтобы тебя тут не видели. Чего ты забыл?

И дальше он смеялся. Было видно, что Камбий не очень хорошо настроен по отношению к нему, однако, никакой прочей реакции он не проявлял. Лжевиталик удалился, а Юра проснулся.

Следующая Уза была пройдена без потерь. Судя по карте, идти еще было довольно далеко, а главное - надо было спускаться к реке, которая обозначалась как Река 342, плыть через грот 342 А, а потом - объект 16-20, 201.

- Это озеро, - сказала Таниа, сладко посмотрев на Юрия, - нужно нырнуть, проплыть большое расстояние, добраться до потолка и там, по некоторым сведениям, есть щель, которая ведет в водоем, который расположен непосредственно в Сушильне. Этим сведениям много лет, и после того, как об этом было сообщено, никто не проверял, правда это или нет. Возможно, щель эта была заделана. Тогда нам надо будет вернуться назад, но это будет проблематично.

- Да, это было в задании, - пробормотал Юра, - я помню, командир говорил об этой щели. Значит, если мы доберемся, а щель окажется заделанной, у нас не хватит воздуха. Но у нас же есть баллоны. Ну да, это - маленькие баллоны, большие бы мы не утащили. Воздуха в них - на шесть с половиной минут. То есть, чтобы проплыть туда. Но, если щель есть, и мы проникнем внутрь, то назад нужно плыть на голом энтузиазме.

- Возможно, ты и проплывешь. Ты особенный.

- Теперь я понимаю, что ты говорила. Может быть, ты хочешь узнать меня именно сейчас.

- Да.

Пещеры, да еще и за пределами населенных пунктов, не лучшее место для объятий, но тут подоспел Камбий и растянул свой ковер, но никто не могу увидеть того ковра. Они уединились в природной нише, и только через время стало понятно, что совсем рядом притаился Зеленый Одноглазый Человек, и он о чем-то говорить с Камбием, и разговор тот невероятно важен.

- Прбмрнм

- Цкххцквп

- Крввцх

-Цхцхц

- Хццх

- Хцхкн

- Что там? - спросила Тания, сидя на Юре.

- Теневые существа.

- Я никого не вижу.

- И черт с ними.

- Почему ты согласился идти?

- Ну, никто же не сказал, что оттуда нельзя вернуться. А так, нас ожидает хороший гонорар. Но я же не думаю, что мы не вернемся. А почему ты согласилась.

- Это приказ.

- Я слышал, что у вас есть выбор.

- Он есть, и его нет. Ты думаешь, все это просто так?

- Нет. У тебя глаза горят.

- Может быть, мы любим в первый и последний раз.

- Может.


Уже на следующем привале Костя рассказал о том, что в его мире (если он существовал) разрабатывались ракеты, и человек собирался в космос, однако, технология была еще ранней, и вряд ли бы он попал в отряд космонавтов, если б еще жил - до полета было еще лет, может быть, тридцать, и, потом, впереди могли быть новые войны.

- Значит, земля не плоская, - Брюкач зевнул.

- Я ж говорил, что нет, не плоская,

- Но наша же земля плоская.

- Да кто это доказал?

- Это любой дурак знает, даже школьник, - сказал Сева Минин, - зачем спорить с очевидным. Возможно, там у вас было как-то странно. Откуда мне знать. Это ж только у тебя в голове.

- Мало вы знаете, - проговорил Юра, - а у нас, может, через тыщу лет будет дискотека. В клубе имени Яковлева, правда, часто махачи, но даже не знаю. Будет выглядеть странно, если я ни с того, ни с чего, пойду драться. Люди меня не поймут. Я к тому, что я не был мастак подраться, а теперь получается, что я - воин великий.

- Но ты и так великий, - сказал Брюкач, - а я, знаешь, буду курить синий укроп.

- Где взял? - спросил Сева Минин.

- Был с собой.

- Ты раньше не говорил.

- Я очень скрытный человек.

- Никогда не замечал.


* * *


Всю дорогу к озеру думал Юра о том, что надо ведь будет еще и назад возвращаться. Еды пока хватало. Еда - энергия. Природный звериный принцип сильнее, и тени давали этот эффект, но, с появлением Камбия, эффект вожделения злом пропал, пришло что-то в корне новое, и теперь, когда прошло уже больше суток с его появления, он примерно понимал. Да, но с той же уверенностью можно было и правда говорить с ковром на стене, меняя контуры своей мысли потстать этому.

Таниа сидела рядом с ним, они держались за руку, и никто не обращал на это внимания. Костя рассказывал:

- Помню, на хвосте висело у меня два КРП-3. На тот момент у них были хорошие двигатели. У нас тоже были хорошие двигатели, но тогда они нас обошли, и мы не знали, что делать. От таких вещей есть лекарство, но только если ты умеешь хорошо крутиться. Но я крутился очень хорошо. Тут важна асинхронность. Но это если у тебя самолет асинхронный. КРП-3 - быстрый и мощный, но, если ты разобрался с асинхронностью своего самолета, ты может легко уходить в виражи, чего твой противник не может сделать. Но, чтобы зайти в хвост на таком вираже, нужно тренироваться как черт - и многие это делали, но еще нужно, чтобы у тебя была душа - если есть душа, ты это сделаешь. Это так - вдохновение, азарт - хотя говорят, что азарт тут не при чем, но нет, азарт тут важен. Даже, может, и страх не играет роли - ты так вживаешься в бой, что чувствуешь, что это даже не хорошо, что ты еще жив.

- Это ты тогда умер? - спросил Брюкач.

- Да нет. Я ж говорил. Не тогда. Я ушел на вираж и перевернулся, как только я мог перевернуться, и вот, два КРП-3 было теперь передо мной. Если тебе удается рубить сразу двух, это называется, что ты их отстреливаешь, словно зябликов. Это наивысшее достижение. Это потом так и говорят, что сбивал врагов как зябликов, а они потом сами о себе так говорят. Но когда я зашел на еще один вираж, то поравнялся с третьим и тут понял, что там, в кабине, сидит девушка. Мы летели на параллельных курсах совсем недолго, потом разошлись, но она и не собиралась сдаваться. Наверное, она была каким-то большим асом, раз она решила не убегать - и вот, у нее получилось зайти мне в хвост и выдать очередь, и я услышал грохот пуль на бронеспинке. Ага, подруга, сказал я, давай посмотрим, кто дольше проживет. Моя скорость ниже, и она проскочила мимо меня - а уж в бою особо ведь и не думаешь. Я попал в крыло, крыло оторвалось, и она, вертясь, полетела вниз, и тут у нее не было никаких шансов. Когда тебя вертит, попробуй, выпрыгни с парашютом. Не хотел бы я сам в такой ситуации оказаться.

- Значит, ты умер не тогда, - сказал Брюкач, - ладно.


Снилось Юре, что он был родственником главы рыбного хозяйства какого-то города под Воронежем. Снилось это очень долго, куски ровные, сегментарные - но крайне упорядоченные - даже какую-то документацию он читал, и там все также было понятно, с наличием своей, сонной, логики.

- Купи бас, - сказали ему в магазине.

Он стал считать деньги - хватит ли у него денег на бас? Да и зачем ему бас? А тут же был отдел грампластинок, но были все виды носителей, удивительно. Самые последние - какие-то кристаллы, таких и не бывает в реальности. Лазерные диски продавали так дешево, что и семечки были дешевле. Он не выдержал и купил целую пачку. А что? Дешево же. Помимо кассет, были еще и очень большие кассеты, но тоже - аудио, но тут при внимательном изучении можно было найти целый спектр подобных носителей. Да, это же под каждый тип были свои проигрыватели. О, хороший же был магазин. Тут можно было пойти, и что-нибудь послушать - даже и виниловый диск, даже и катушку было где послушать. Долго тут бродил Юра, и думал он об экзаменах, и, прежде всего, об экзаменах по русскому языку, и мысль эта его не оставляла. Русский язык. Он взял список новинок. О, черт, тут были записи для эстетов, на проволоке и восковых валиках.


Сергей Корень

Альбом "Учи экзамен по русскому"


- Да опять, учи и учи, - проговорил он, - как будто больше не о чем учить.


Брюс Кольцо

"Проснись и не кричи"


- Не кричу, - сказал Юра, - ничего я не кричу. Сегодня 25 мая, а когда экзамен по русскому? Я еще ничего не учил. Если начать учить и учить по одному билету в день, то я выучу десять билетов. Но если по два, то выучу двадцать. А всего билетов тридцать. Но можно ли учить по три билета? Но черт, я же не учусь в школе, что вам от меня надо?


Собакообразое существо

Мой рэп


- О, - пробормотал Юра, - это самое знаменитое Собакообразое существо, герой хаоса. Не зря говорят, что живет оно почти что вечно. Но вечно жить нельзя, Да, ведь хаос - отец всего, и даже и с большой буквы надо писать - Хаос. Наверное, Собакообразное существо всегда шло в нашу сторону, а в сторону Реки Наизнанку - никогда, потому тут его могут знать, а там - нет. Да, это если выходить из ядра, то идешь туда, проходишь Плёнку и оказываешься в Синем Космосе. Да, это, быть может, самая середина Синего Космоса, но неподалеку будет находиться ПОСК (Почтовое Отделение Синего Космоса), и там, говорят, есть площадка для приема Перевозящего Кота. Вот только жаль, никогда я не летал на Перевозящем Коте. А на самом отделении, кого там только не встретишь.


Доктор Кунст

"Можешь ничего не учить"


- Странное название у нового альбома, - сказал Юра, - как будто ко мне обращаются. Может быть, существует перемешивание реальностей? Но как так? Нет, не может такого быть. А вот и список песен.


1. Ты точно учишься в школе?

2. Твою учительницу зовут Тамарой Ивановной

3. Что такое синонимы

4. Что такое омонимы

5. Правило бир-бер

6. Какого числа экзамен?

7. Сколько тебе лет? Ты уже давно окончил школу

8. Ты умеешь дышать под водой

9. Следи за Танией - сегодня может быть ее последний день!


- Черт! - сказал Юра. - Что это еще?

Но нет, в ту же секунду он не проснулся, потому что после выхода из магазина, он поехал зачем-то на рыбную ферму. Но и по приезду туда, он продолжал думать об экзаменах. Наконец, он взял учебник и стал учить материалы.

- Ты ведь знаешь, как дела у Лжевиталика, - сказал ему родственника.

- А не знаю ничего, - ответил Юра,

- Ну, как же ты не знаешь. Говорят, что он уже не тот, и его кем-то заменили.

- Но разве это можно проверить?

- А как это проверить? Только, если взять анализ кода ДНК. Но, если это так, это вызовет подозрения.

- Но кто это обнаружил?

- Твой двоюродный брат в курсе всего, но почему-то он не хочет раскрывать информацию, и тут непонятно - может быть, он - заговорщик, а может быть, и нет, и никакой он не заговорщик. Если он - в курсе всего, но ничего не говорит, значит, так и надо. Я и сам подумал, что тут - что-то очень неладно. Давай смотреть.

Они стали смотреть фотоматериалы: Лжевиталик на встрече с главой Маслозавода. Ну, Лжевиталик и Лжевиталик, самый обычный Лжевиталик. А вот, более секретные снимки, хотя - что в них такого секретного - просто на фотографии присутствует Симон Кащенко, а он вроде бы тоже какой-то директор. Наверное, он производит мебель.

Юра вышел на трассу, тормозну автобус, сел на сидение и стал учить русский язык. Ехали не очень-то быстро, и он успел выучить несколько билетов. На одной из остановок к нему подсела Таниа.

- Ты меня знаешь или нет? - спросила она.

- Или да, или нет.

- Ну, очнись.

- Не хочу.

- Юра, учи билеты, не то не сдашь!

- Ну вот, начинается. Да не хочу я ничего учить.

- Надо учить.

Проснувшись, он скалаз Тании, что видел ее во сне. Шла подготовка к нырянию. Хотя снаряжение для подводного плавания было минимальным, всен же, оно прилично весило - но все тащили на себе бойцы Гакх. Никто из них не жаловался, хотя весило оборудование довольно много, даже учитывая то, что баллоны были рассчитаны всего на несколько минут. Вопрос - как возвращаться назад? Да, тот еще вопрос. Юра думал об этом с самого начала. Если пробраться во дворец, то нужно оставить баллоны в нужном месте, чтобы снова ими воспользоваться. Пять минут воздуха туда, пять минут - назад. Что-то тут не особо сходилось, но на сомнения не было времени. Пять минут - разве это так уж много? Возможно, доплыть обратно можно из баллона, впрочем, если хорошо подумать, то максимальное время, на которое можно задерживать дыхание - минуты полторы. Даже и две минуты - многовато. Пять минут - это для рекордсменов. Дышать через раз также не получится. Вот уж задача.

Когда подготовка была завершена, началось моление. Юра придумал собственный текст и читал его шепетом. Косте текст понравился, и он написал его на листочке. Брюкач стоял на голове. Сева Минин расставил руки в стороны и что-то бормотал. Текст был таким:


Моя светлая тьма со мной

Вас много, вы бегаете как собаки, как черти, и я бегаю с вами и рычу

Все мы жидкие и единые

Мы жидкие и единые

Сливаясь в одну могучую реку


Перед заплывом требовалось отдохнуть. Таниа сказала:

- Мы, может быть, живем последний день. Как ты думаешь?

- Не думаю.

- Тебе хорошо.

- Нельзя так думать, Таниа.

- Но ты же что-то думаешь?

- Если готовиться к смерти, то и делать ничего нельзя. Может быть, ты хочешь мне что-то сказать?

- Ты же знаешь.

- Не знаю.

- Ты знаешь, что ты мне нравишься.

- Раз мы живем в последний раз, значит, ты хочешь любви.

- Ты догадался.

- Это так?

- Хотя сейчас не до этого. Но нам надо это сделать. Если ты этого хочешь.

- Разве есть выход.

- Ты хитрый.

- Совсем хитрый.

- Нет, ты хочешь выставить это так, будто это я предложила.

- Но ведь завтра жизнь закончится. Совсем не важно, кто тут кто.

- Ну да. А куда пойдем?

- Надо взять с собой окуриватель, чтобы к нам никто не подкрался.

-Идем.


* * *


Тьма и правда помогала. Можно было представить себе одно большое жидкое тело, тело-мать, тело-матрицу, и ее филиалы - отдельные одухотворенные комки, и все эти комки могли жить отдельной жизнью. Может быть, проживая внутри человека, тьма была способна творить чудеса. Нужно было выбрать направление, а потом заглянуть в свой собственный бездонный колодец и рассмотреть вибрирующую субстанцию. Сила - это энергия и ее направленный поток, и, чем больше эта сила, тем больше шансов справиться с судьбой. Тут будет вопрос: кто сильнее? Возможно, у кого сил больше, у кого состав энергий разнообразней, и субстанция - большой помощник.

Юра сжал ладонь Тании.

- Вперед.

- Я знаю, с тобой все будет хорошо, - сказала она.

- С тобой тоже.

- Посмотрим.

Подводный фонарь был рассчитан на короткий срок работы, впрочем, немного более долгий, чем запас сжатого воздуха в баллонах. На старте заплыва Юрий вдруг чего-то испугался и боялся всю дорогу, и все его действия были какими-то автоматическими. Тут, возможно, страх работал как помощник, потому что, когда он наконец вынырнул, он словно бы ощущал себя каким-то зверем. Повезло - заделать щель никто так и не удосужился, и так, бойцы пробрались в какое-то полуподвальное помещение, в котором располагался бассейн. Да, кое-что тут не совпадало, а потому, нужно было разгрузиться и сориентироваться.

- Возможно, нужно впасть в медитацию, - сказал Брюкач,

- Да, самое время, - согласился Сева Минин.

Интересно все же было, мог ли Костя что-то придумать, или же это было правдой. Юрий ранее никогда не слышал ни о какой реинкарнации - хотя, возможно, он просто этим вопросом не занимался. Да ведь и продавались какие-то книги и даже свитки - но тут, если человек не знает, он подумать, что это был такой эволюционный вопрос, мол, сначала были свитки, а потом - книги, но ничего подобного. Свитки - это просто мода такая была. При чем, рулоны делались порой многометровые, и читать такие "папирусы" можно было лишь в больших помещениях. Впрочем, потом появились машинки для сматывания и разматывания, но, главным образом, это было развлечение, хотя отдельные высокодуховные авторы предпочитали публиковаться именно на рулонах.

Юра же думал - а что, если не попадет он назад, домой, в город Ф., а реинкарнирует? Вроде бы о таком никто и никогда и не писал. Но так дело же наживное - вчера не писали, сегодня может все измениться.

Нож.

Выдвижной штык к винтовке. Щелчок - и он готов к бою.

Запасные магазины.

Глушитель.

Дымовые гранаты.

Маска.

Еще одно прочтение черной молитвы.

Присутствует ли еще в голове Анна Полякова? Юра вдумался - да, импульс присутствовал, отделаться от нее было не так уж просто. Но что по цене? Не продешивили ли они? Оно-то и сразу было понятно, что операция не будет простой, но сложность, возможно, зашкаливала - он чего только не видел в пещерах, но такого с ним уж точно не было. Хотя...

Он почесал затылок. Сравнения - великая штука. Ну, во-первых, он, как ему казалось, облазил добрую половину пещерного мира и считался реальным специалистом, и у него даже был личный менеджер, и именно поэтому его вызывали на такие операции. Но ни он, ни кто-то другой, никакого понятия не имел о существовании огромным пещерных государств - Гакх и Шкос. А ведь это был феномен максимального уровня, потому как мало ли, что говориле о Нише - кто был в Нише? Сколько километров, десятков или даже сотен километров нужно было добираться до этой самой Ниши, чтобы встретиться с местными жителями. Но описания были сделаны века назад, а потому, навряд ли там, в Нише, сохранялся тот же миропорядок. Это в какие века писалось о Кафифе Тифонопантографном? Да может, и добрая тыща лет прошла. А тут - та же необыкеновенная ниша с наличием какого-то непонятного солнца - искусственного или естесственного. Может быть, гигантский гриб? Но дело ж было еще и в том, что солнце то было не одно, тут над каждой гигантской долиной было по солнцу, и в небе даже были облака, и даже шли дожди. А что, если это и была та самая Ниша? Да, но тут многое не совпадало - ибо глубина тут была явно меньше. Остальное -вариативно.

Таниа установила слуховой прибор и занялась прослушиванием помещений.

- Слышу коркунов, - сообщала она.

- Кто такой Коркунов? - спросил Юрий.

- Не Коркунов, а коркуны. Это грызуны. По их поведению можно судить, близко ли люди, есть ли поблизости опасные твари.

- Они говорят тебе.

- Ты угадал. У них есть язык.

- Ты знаешь их язык?

- А зачем еще я тут нужна? Пусть свободен.

- Если смотреть по карте, мы должны были очутиться прямо в холле дворца Лжевиталик, - сказал Сн.Схо, - но его тут нет, и дворца нет.

- Наверное, он выше.

- Да тут винный погреб, - проговорил Брюкач, пройдя дальше, - смотрите. Погодите, дайте я хоть пробку понюхаю. Эх, как же так, неужели нельзя все это добро с собой взять.

- Ты так сильно любишь вино? - спросил Костя.

- Да.

Брюкач распаковал одну из бутылок и сделал глоток.

- Вкусно. Всё, все, не смотрите на меня так. Я больше не буду. Идем дальше.

Юра тут не удержался и попробовал вино, а потом передал бутылку Тании. Она поднялся брови.

- Учти все сказанное ранее, - улыбнулась она.

- Поэтому, и попробуй.

- Ладно.

Тут уж все бойцы не удержались и сделали по несколько глотков. Правда, знал Лжевиталик толк в винах. Откуда ж тут было взяться винограду? Не рос виноград в пещерах. Да, ну, если ты встретил то, о чем не знал, то это еще не значит, что этого не существует. Не было раньше - пусть будет теперь. Впрочем, выяснять виноградную тему было некогда, нужно было продолжать свое движение по винным коридорам в поисках выхода. Поворот. Чей-то приглушенный крик.

- Ык. Ы-ы!

Оказалось, сн. Схо встретил человека и тут же пустил в дело нож. Одет мужчина был явно в придворном стиле, а на бейджик у него значилось:


Яков Бабах

Виночерппий (в двумя "п")

Первый класс


- Так, - проговорил Сева Минин, - ни за что, ни про что убили виночерпия.

- Что бы ты предложил с ним сделать? - спросил сн.Схо.

- Я просто сказал. Надо идти дальше.

Лестница. Мягкие свет биохимических фонарей на стенах. Прекрасная, дорогая, отделка. Глушитель. Штык. Шаг за шагом. Лестница из подвала вела в прилично отделанный коридор - а отделка эта состояла, главным образом, из прекрасных чеканок на всю стену и довольно дорогих фонарей. Пол - каменный, ровный, из угловатой плитки. Так как командиром данной части оперции (а оговорено это было ранее) был вовсе не ср.Тенц, а ср.Ба, было решено так: двое бойцов остаются на месте, часть идет вправо, а часть - влево. Так как Юра был среди тех, кто шел влево, то и Тания отправилась с ним. Их отношения теперь ни для кого не были секретом. Конечно, подобные вещи в ходе специальной операции должны были быть исключены, но никто не сказал ни слова. Все происходило - как говорят - как так и надо. Юра даже вспомнил, что и в городе Ф. говорили - "как так и надо", а не "так и надо". По коридору добрались до массивной металлической двери с торчащим из замочной скважины ключом - благодаря дверь была открыта, и бойцы очутились в складском помещении, размеры которого оценить было трудно. Если говорить о температуре воздузха, то в перещерах всегда прохладно, а иногда и холодно, но морозхов тут не бывает. Однако, в данной пещерной стране было гораздо теплее, чему не было причин - все же, земное ядро, если оно существовало, было достаточно далеко. Так вот, если в винном подвале было весьма прохладно, то здесь, на этом уровене, было гораздо теплее, и тут были замечены даже и холодильные установки.

- Цивилизация, - сказал Брюкач.

Он открыл один из холодильников.

- И чо там? - спросил Юра.

- Мясо.

- Интересно, что у них за мясо.

- Возможно, колгоиды, - сказала Таниа.

- Колгоиды. В первый раз слышу. Не знаю, стоит ли идти вперед. Давайте, может, закроем этот склад и заберем ключ. Навряд ли нужно тратить время на него.

Так и сделали. Пришлось сделать довольно большой клюк - но это только от того, что коридор и шел как крюк, дальше немного наверх, а потом был встречен Брюкач, возле входа в большое помещение, где разразилась бойня, Брюкач курил тонизирующую сигаретку с преспокойным видом.

- Пришлось всех загасить, - прокомментировал он.

Юра был в чем-то рад, что ему не пришлось участвовать во всем этом гасилове - зал представлял из себя питейное заведение, и тут было довольно много богато одетых господ, были также и дамы, и обсуживающий персонал, и всех их расстреляли или зарезали без суда и следствия. Следы разрушения, трупы, кровь.

- Никто не ушел, - с довольным видом сказал ср.Терц, - я думаю, это была охрана. Они так проводили свободное время. Личная охрана Лжевиталика - сплошь люди со званиями. Все говорит о том, что он где-то рядом. Но должны быть и другие отделения охраны. Не исключено, что и они погружены в пьянство.

- Разве никто не успел подать тревогу? - спросила Таниа.

- Нет. Это исключено. Да они ж и не бдили, все были пьяны в доску. Чего им тут опасаться. Мы вышли оттуда, откуда никто нас не ждал.

Юре в тот момент показалось, что он видит и слышит - а видит и слышит он что-то такое, чего не может быть, но слов не было. Как это было выразить? Нечасто ведь такое случается с человеком, чтобы слышал он так: словно не из запределья шел глас, а наоборот, он теперь был где-то не там, а зов доносился из реального мира. Это, возможно, было сродни тому, как если бы он спал, а теперь кто-то начал его будить. Юра прислушался. Улыбался он даже как-то нелепо, даже как-то нездешне, и Таниа, увидев его взгляд, нахмурился.

Началась череда коридоров, и, чтобы обойти их и проверить, есть ли тут какие-нибудь особые помещения, нужно было предпринимать много усилий. Наверное, у воинов Гакх было какое-то свое понимания вопроса - тем не менее, место, гда они теперь находились, видимо, и было той самой Сушильней, где находился манускрипт ТЗС. Адское место Сушильня, а на деле - всего лишь дворец, где адские вещи только начинают разворачиваться. Да, конечно, это были их личные отношения с империей Шкос, раз, пройдя через столько испытаний, воины были готовы никого не желать. Впрочем, навряд ли противник действовал иначе, а значит, с военной точки зрения все делалось как нельзя правильно. Война - смерть.

- Я иду как зомби, - сказал себе Юра.

Он вошел в большой, и он стоял перед ним, в прекрасной бархатной одежде, он, другой, и Юра захлопал глазами - он был не готов к такому повороту событий. Человек сделал шаг назад и замер, очевидно, войдя в состояние ступора - ведь вооруженный солдат, который стоял перед ним, явно был чужаком. Здесь нет никакой нужды тратить слова на его описание, потому что первое, что подумал Юра, так это, что перед ним его отец.

- Па? - спросил он.

Человек попятился, наткнулся на пуфик, перетел через него и застыл. В руках у него было, должно быть, что принято звать папирусом,

- Но ты не можешь быть, - сказал Юра.

- Ваах, ах, тыз, ытз, шеу! - пробормотал мужчина.

Юра понял сразу, что это - какие-то ключевые слова, а может быть, заклинания, потому что вокруг него зашуршало, и он должен был действовать быстро. Однако, он все еще находился под совокупнум действием непонятных чар.

Движение.

Игра теней.

Возможно, это были его собственные тени, но все менялось очень быстро.

- Как так получается? - спросил Юра. - Неужели ты не видишь.

- Ыгар. Богар. Вар! Чар!

Целая толпа зеленых одноглазыз людей (ЗОЧ), да, тех самых, вернее, почти таких же (попробуй тут разбери) тут стали выскачивать как будто бы прямо из стен. Да, там наверное были какие-то ниши, не могли же они прямо в стенах и прятаться. Юра тут понял, что сам издает какие-то нечленораздельные звуки, характерные для кого-угодно, но не человека. Но тут началась стрельба - стреляли те, кто вошел сзади в него в двери, и густая зеленая кровь летела то там, то тут,

- Умри, Лжевиталик! - воскликнула Таниа и выстрелила хозяину прямо в лоб.

Юра отшатнулся назад. Таниа держала в руках ту самую бумагу, что еще недавно держал в руках человек, который оказался Лжевиталиком.

- Посмотри, - сказала она, улыбаясь, - ведь тебе нужно это? ТЗС! Тут так и написано. Смотри.

Она чиркнула зажигалкой.

- Вот оно, - сказал Костя, - жги его, прекрасная девушка, и нужно убираться отсюда. Сейчас сюда сбежится целая толпа, и у нас попросту не хватит боеприпасов.

- Пусть догорит, - Сева Минин потыкал в горящую бумагу штыком, помогая огню, - щас, три минуты и надо валить.

Брюкач только тут вспомнил про горючую жидкость, раскрыл бутылочку и полил сверху. Тут уж у бумаги шансов никаких не было. Да, а ведь суть манускрипта так и осталась непознанной, потому, как никто его и не попытался почитать.

Было время отступать - охранники, появившись в конце коридора, открыли стрельбу, и тут же был убит ср.Ба, и времени проверять - дышал ли он еще или нет - не было. Отступление шло стремительно.

- Но как так вышло - думалось Юрию, - да разве надо удивляться? Разве в Пещерах действуют какие-то иначе законы? Вся эта земля - место, так до конца никем и не понятие. А где-то среди космосов, среди космосов многочисленных, миров еще больше, и они, миры, летят словно пыль -уж так и много. Тут и для одной маленький вселенной нет особого статуса, что уж говорит о ее жителях - они продолжат находится в постоянном состоянии регресса или прогресса, и они ничего друг о друге не знают. Но пусть думают об этом философы. Философия чаще констатация вещей недоступных. Жизнь и смерть. И смерть.

Юра сначала не понял, почему же эта мысль так крепко засела в нем. Ну и ладно, пришла и ушла, и шла себе дальше, тем более, что и думать было некогда. Зачем думать, когда надо действовать. Тут он понял, что действовать может гораздо мощнее, гораздо сильнее, чем раньше. Его потенциал раскрывался, границы стирались, и, возможно, только теперь он становился настоящим идеальным воином.

Глаза Тании вдруг оказались совсем рядом, ее прекрасные пухлые губы, он улыбнулся, но она почему-то не улыбалась, и он понял, что она смотрит на него сверху вниз.

- Тебе больно? - вдруг спросила она.

Он подумал - больно? Почему больно? Да, ведь лежит на спине и не может двигаться, и зрение начинает изменяться, и он видит перед собой спираль. Возможно, в какой-то момент спираль эта совсем уж закрутилась - невероятная моно-вселенная странных витков, но все еще он продолжал видеть Танию.

- Мы не можем его бросить, - услышал он резкий выкрик Брюкача.

- Но мы не сможем взять его с собой, - был чей-то ответ.

А ведь никакого страха. Юра хотел улыбнуться и понял, что мимика лица находится вне его контроля, и что начинает играть музыка, и он эту музыку не знает. Неожиданная радость пришла со всех сторон, спиральная вселенная расползлась на отдельные световые пятна, и он все еще пытался улыбаться.

- Юра, - сказала Таниа.

Но нет, ответ находился теперь вне пространства имен. Зато в руках была ложка. Он повертел этой ложкой, посмотрел на нее, опустил взгляд, чтобы лицезреть тарелку с супом.

- Нет, нет, - сказал он.

Но говорить можно было что-угодно, и он машинально продолжил употреблять свой обед. Такой суп, на деле, вовсе не суп, а правильно его называть зеленым борщом, и делается он на основе мясного бульона, картофеля и крапивы. Доев, Юра подошел к окну и посмотрел на улицу - да, как же так получалось, что вся жизнь уложилась в один обеденный перерыв?

Он сел за стол, взял лист бумаги, и все, что происходило с ним далее, принято называть автоматическим письмом. Он рисовал. Он рисовал Танию.

- А раньше я не умел рисовать, - сказал он, - но этот эффект имеет какое-то научное название, когда память о пережитом в Реке-Наизнанку все еще свежа. Но уже очень скоро все это становится немного мутноватым, хотя все утверждают, что помнят все до деталей. Интересно.

Он повесил портрет Тании на стену и стал вспоминать все текущее положение вещей. Секция. Ведь он куда-то ходил? Как-то странно, с большим трудом, приходило понимание таких вещей. Волейбол? Точно, волейбол. Но сейчас - середина дня, идти было еще рано.


Оригинальная версия - 90г

Полный римейк - 16.08.21