# Реинкарнация Дракона

Александр Рыскин

2-е место на Конкурсе остросюжетного рассказа КОР-2022

Склонившись над столом, покрытым зеленым сукном, я некоторое время взглядом "гипнотизировал" намеченный мною шар, а затем коротко и сильно ударил по нему кием... Шар стремительно покатился, преодолел расстояние между собою и "собратом", врезался в него с характерным стуком, и оба "снаряда" послушно свалились в лузу.

Я выпрямился - как раз, чтобы встретиться взглядом с низкорослым, улыбчивым азиатом в безупречном костюме песочного цвета. Мой гость слегка поклонился в знак приветствия. Я отметил про себя, что его круглые очки в дорогой оправе и до блеска начищенная обувь соответствуют имиджу адвоката или биржевого маклера. Но я ошибался: он был рэкетиром...

- Господзин Шарль Ноэль? - спросил визитёр, тщательно выговаривая слова.

- Да, это я.

- Мое имя Чень Лунь.Господзин Тао попросил меня передаць вам...

Он полез во внутренний карман пиджака. Я напрягся... Но он выудил из-за пазухи всего лишь сложенную вчетверо бумажку.

- Это стандартный договор. Господзин Тао джелает..., - тут он сделал небольшую паузу, словно собираясь с духом. - При-об-рес-ти ваш клуб. Я приду за ответом церез три дня. Всего доброго!

Он опять поклонился и исчез. Даже прислушавшись, я не сумел уловить звука его шагов на лестнице.

Господин Тао... Никто его никогда не видел, но все боялись как огня. А вернее, как Дракона. С большой буквы.

Владельцем клуба "Плазма" я стал после того, как его предыдущий хозяин, господин Арнольд Нельсон, погиб в автокатастрофе. Выяснилось, что клуб был в банковском залоге. И банк выставил его на торги. А у меня как раз отыскались свободные средства...

Ремонт там не потребовался, только влажная уборка; на первом этаже располагался небольшой бар, а на втором - бильярдная и пара VIP-кабинетов. Я как-то сразу полюбил это место и проводил в нем почти все свое время. Там я и познакомился с Лолой Грин, журналисткой, которая вела расследование деятельности того самого таинственного господина Тао. Лола хорошо знала покойного Нельсона. Она была убеждена, что к его гибели был причастен именно этот полумифический персонаж.

- Он и к вам обязательно придет, - убеждала меня Лола.

- Кто? - спросил я, "включая дурачка".

Она вздохнула. Tеатрально закатила глаза.

- Господин Тао. Ну, не сам, понятное дело. Пришлет какого-нибудь... Болванчика. Он всегда так делает.

- А зачем?

- Боже, Шарль... Он скупает абсолютно всё в этом районе города. Всё, понимаете?

Спустившись вниз, я убедился, что бар пуст (было еще слишком рано), а Родриго в одиночестве скучает за стойкой.

- Я ненадолго, окей?

Родриго едва заметно кивнул. А я вышел, осмотрелся и быстрым шагом пересек проезжую часть.

Ресторанчик "Золотой пингвин" также встретил меня тишиной - ну, если не считать мелодичного перезвона колокольчиков, подвешенных над входом. Владелец заведения, маленький юркий брюнет в очках, сноровисто сервировал столики, насвистывая себе под нос какую-то мелодию.

- Привет, Поль! Как идут дела?

- Привет, Шарль. Надеюсь, к вечеру повезет. А пока... Сам видишь.

- Вижу. Похоже, этот господин Тао нагнал страху на всю округу. Только и слышишь: такой-то продал свой магазин, тот вообще закрылся и уехал из города... Что происходит, Поль? И почему ты не боишься этого мерзавца Тао?

Поль почесал свою жидкую бороденку.

- Боюсь, Шарль. Еще как боюсь. Я плачу ему каждый месяц. Ну, не ему лично, разумеется. Он всегда присылает таких улыбчивых людей...

- ...От которых веет смертельным ужасом, - продолжил я. - Тао предлагает мне продать "Плазму". Примерно за четверть реальной стоимости. Вот черновик договора.

Поль взял протянутую мною бумажку, принялся с инересом читать, время от времени сдвигая очки на лоб.

- Соглашайтесь, Шарль, - наконец, сказал он. - Тао - страшный человек...

В эту минуту в ресторан вошел седовласый мужчина высокого роста, в поношенном спортивном костюме от известной фирмы.

- Доброго дня, Поль! О-о, и вы здесь, господин Ноэль...

- Здравствуйте, господин Воронофф, - сдержанно кивнул я.

- Плесни-ка мне, Поль, коньячку. Самого лучшего.

- Конечно, конечно! - засуетился владелец заведения. - А что, есть повод?..

- Повод есть, Поль. Моим романом заинтересовалось одно солидное издательство. Шарль, вы не составите мне компанию?..

Выпивать в такую рань мне совсем не хотелось, но Антуан Воронофф мог быть источником ценной информации. А потому я, поколебавшись, утвердительно кивнул. И мы устроились за стойкой бара.

-... Да пойми ты, Шарль..., - бормотал Воронофф, в очередной раз наполняя наши бокалы. - Я уехал из своей страны, потому что... Ну... Потому что - вот так вот сложилось... Срослось, понимаешь?

Он сплел свои тонкие, узловатые пальцы и заглянул мне в глаза.

- Э-эх... , - махнул он рукой. - Ничего ты не понимаешь. Хотя ты и... умный мужик, Шарль.

Тут Воронофф произнес несколько "крепких" слов на своем родном языке, искренне убежденный, чтo для меня это terra incognita.

- Антуан, - осторожно начал я. - Вам ведь приходилось слышать про господинa Тао?

Он как-то сразу весь подобрался; оглянувшись через плечо, тихо процедил:

- Приходилось, конечно. Как и всем, кто живет в этом городе.


Сорока годами ранее

- Я так понимаю, что хорошего выхода из ситуации у меня нет?

- Ну почему же? То, что мы вам предлагаем - выход вполне достойный.

- Но это же бред какой-то!..Кому вообще такое в голову пришло?..

- Скажем так, госпожа Сабурова: это было коллективное решение.Если все пройдет успешно, вас просто обменяют на нашего человека. Гарантией же вашего молчания станет то, что вы не захотите нанести вред собственному сыну.

- Я смогу его когда-нибудь увидеть?

- Все возможно, госпожа Сабурова. Все возможно...


Лицо Вороноффа раскраснелось от выпитого. Я внимательно слушал его речь, боясь пропустить хоть слово.

- Так вот, Шарль, по поводу той картины... Существует она или нет - доподлинно неизвестно. Но многие мечтают ее заполучить. В том числе и ...гхм... господин Тао.

- Откуда вам это известно?

Воронофф сделал неопределенный жест.

- Слухи, Шарль. Я - собиратель слухов. Да и вообще... Мне кажется, я догадываюсь, кто может быть автором картины...

- Правда? И кто же?

Он приложил палец к губам.

- А вот это секрет, Шарль! Мой секрет... Пусть пока он так и останется... Секретом. Наливайте!

Спустя несколько часов, когда я уже отдыхал, лежа на кровати в своей квартире (которая, кстати, находилась совсем неподалеку от клуба "Плазма"), меня навестила Лола.

- Ф-фу, опять ты пил! - скривилась она, учуяв характерный "аромат".

- На этот раз ради дела, - скромно потупив взор, заметил я.

- Да? И ради какого же?

- "Реинкарнация Дракона".

- Что-что?..

- Ты не ослышалась. Сегодня я беседовал с Вороноффом.

- И что решил поведать тебе этот пьяница?

- Он утверждает, что ему известен автор полотна.

Лола расхохоталась в голос.

- Да неужели? А что по поводу самого полотна? Сущетвует ли оно? Я занималась этой темой два года - два года, Шарль! - и ни на шаг не продвинулась. Ну, если не считать того, что мне позвонил некто от имени господина Тао и посоветовал сменить объект моего интереса...

-...и теперь ты занялась самим господином Тао.

- Ты прав. За интервью с ним я готова выложить серьезную сумму.

- Его самого навряд ли этим прельстишь: этот человек, если только он реален, достаточно богат. А вот неприятности на свою голову ты накличешь. Не ты ли предупреждала меня, насколько опасен этот тип?

- Я - другое дело, - дернула плечиками Лола. - Я криминальный репортер, мне по работе рисковать положено. А ты...

- Всего лишь владелец ночного клуба? - улыбнулся я, слегка обнимая ее.


Еще через два часа Лола засобиралась домой. Она в принципе не любила ночевать где-либо, кроме своей постели. Я оделся и встал, чтобы ее проводить.

- Я тебя отвезу.

- Не стоит, Шарль. Я вызову такси.

- Но...

- Никаких "но"! Я большая девочка...

Спорить я не стал, понимая, что таким образом она демонстрирует свою независимость. Но едва я закрыл за Лолой дверь, как услыхал ее вскрик.

- Что случилось? - высунувшись, спросил я.

Она, едва не отпихнув меня, ввалилась обратно в квартиру. И выпалила:

- За мной... За мной следят!


Тридцатью семью годами ранее

Звонок в дверь вырвал Веронику из объятий сна. Она посмотрела на часы: половина первого ночи. Получается, она так и уснула в кресле перед телевизором...

- Кто это, интересно, в такое время? - пробормотала она и пошла открывать.

- Кто там?

- Извините..., - глухо донеслось из-за двери. - Я звонил по телефону, но... Никто не брал трубку. Да еще этот дождь...

И действительно: за окном шумел ливень.

- Я - от Нади Маркеловой, из Северодвинска. Она сказала, что у вас можно...

Не дослушав, Вероника загремела засовами. Надю она знала с детского сада.

На пороге стоял долговязый мужчина в модном кожаном плаще и с огромным зонтом. В слабом свете уличного фонаря глаза его казались выпуклыми и блестящими, как в фильмах про инопланетян.

Немного позже, когда ночной гость уже сидел за столом в гостиной, и Вероника поила его чаем, они разговорились.

- Вообще-то, я журналист. Меня направили в командировку. Но забыли предупредить, что с гостиницами - беда... Так я, буквально на всякий случай, взял у Нади ваши координаты. Точнее, она мне сама предложила... Она моя соседка по лестничной клетке.

- Все нормально, не беспокойтесь, Антон. Я живу одна, так что... Вы меня никак стеснять не будете. Условия, конечно, не как в "Метрополе", но...

- У вас замечательная квартира, - улыбнулся он. - Сразу чувствуется тонкий вкус. Вы случайно не бывали в Европе?..


Человек был связан и сидел на стуле с мешком на голове. По звукам вокруг он понимал, что рядом с ним - люди. Но сколько их конкретно, точно не знал. Предполагал, что не менее четырех. Внезапно все стихло, и человек услыхал чьи-то легкие шаги. Кто-то приближался к нему... Затем остановился. И человек уловил легчайший запах дорогого парфюма - он в этом разбирался.

- Если я прикажу снять с тебя мешок, то ты умрешь, - заговорил некто. -Поэтому я не стану отдавать такой приказ. Но мне от тебя кое-что нужно. Ты готов сотрудничать?

- Да-да, я готов! - поспешно отозвался пленник.

- Вот и отлично. Сейчас тебя отпустят. Отвезут на то же место, с которого забрали. Само собою, ты не пойдешь в полицию - у меня там свои люди, и я тут же узнаю.Завтра к тебе придет мой посланник. Принесет бумаги. Ты их подпишешь. Больше тебя никто не побеспокоит. Ты все понял?

- Да..., - глухо произнес тот, к кому обращались. Он понимал главное: магазин женских духов "Ариэль", дело всей его жизни, больше ему не принадлежит...


...и снова в прошлое

Они стояли на балконе. Он докурил сигарету и выбросил окурок, который пылающей точкой полетел в темные кусты. Вечер был прохладным. Она куталась в вязаную шаль.

- Ну, вот... Завтра я уезжаю, - с грустью проговорил он. - Вероника, я...

Она внезапно взяла его за плечи и развернула лицом к себе. А затем крепко прижалась губами к его губам...

Рассвет застал их лежащими навзничь на изрядно помятой постели.

- А я ведь ничего про тебя не знаю, - задумчиво сказал он.

- Как и я про тебя, - был ответ.

- Да, но... Я не ухожу от твоих вопросов. Ты знаешь, что меня зовут Антон Воронов, что я - журналист, и что мне двадцать девять. Я не женат, живу с мамой. И мечтаю уехать на Запад...А о тебе что я знаю?

- Вероника Сабурова, тридцать три года... Да, я старше тебя, Антон. Ну, ты мог бы и догадаться, раз твоя соседка - моя одноклассница...

- Мы никогда не обсуждали ее возраст, - смущенно кашлянув, заметил он.- Что-нибудь еще интересное?..

Она вздохнула.

- У меня есть сын. Я точно не знаю, где он сейчас. Это грустная история... А еще - я хочу написать картину.

- Картину? В смысле? Ты художница?

- Вообще-то нет, но... Картина, которую я собираюсь написать - особенная.

- Правда? Что же в ней такого особенного?

Она протянула руку к его лицу и слегка повернула его голову - так, чтобы их взгляды встретились.

- В ней я поведаю все, что со мною было. Историю моей жизни. Но понять ее сможет только тот, кому все известно и так.

- Дорого бы я дал, чтобы взглянуть на это полотно.

- Взглянешь... Если тебе это суждено.А знаешь, как я назову свою работу?

- Сама скажи.

- "Реинкарнация Дракона".


...Я выглянул за порог, чтобы проверить, чего или кого так испугалась Лола - и тут же пожалел об этом: остановившийся посреди улицы мотоциклист в шлеме целился в меня из короткоствольного автомата.

Я проделал все очень быстро: хлопок дверью, разворот на сто восемьдесят градусов, прыжок на Лолу - и вот мы уже лежим на полу, а дверь превращается в решето под градом пуль.

Потом было всё немного предсказуемо: истерика Лолы, вызов патрульного наряда, занудные вопросы о "врагах-друзьях" и, наконец, приход квартировладелицы, которая, увидав, во что превратилась дверь, едва не упала в обморок.

Поздно вечером я позвонил отцу.

- Доктор Гаспар Ноэль слушает!

Этот голос всегда вселял в меня уверенность. Я в двух словах рассказал, что произошло.

- Понятно. Значит, ответ этому Тао ты должен дать послезавтра?

- Именно так.

- Ну что же, сынок... Действуй, как договорились.

На следующее утро меня навестил в клубе Поль Предаль, владелец "Золотого пингвина".

- Это правда, Шарль? - с порога спросил он.

- Что именно? - с улыбкой уточнил я.

- Что в тебя стреляли? Один твой сосед из дома напротив привозит мне продукты. Он услыхал ночью выстрелы и подошел к окну. Видел полицию, "Скорую"... Что произошло?

- Полагаю, это "привет" от господина Тао.

- И ты так спокойно об этом говоришь, Шарль? - ужаснулся Поль. - Я же тебя предупреждал...

- Да-да, я в курсе! Все меня предупреждают: и Лола, и ты, и даже Воронофф...

- А он-то тут причем?

- Да вот, получается так, что причем. Он рассказывал мне про одну картину, которую разыскивает господин Тао.

Поль опустился на краешек стула, не сводя с меня взгляда.

- Так-так... Что это за картина и почему Воронофф уверен, что Тао ее ищет?

- Если у вас есть время, Поль, я вам объясню...


Тридцатью годами ранее

Мальчик родился слабым и постоянно болел. Врачи лишь разводили руками, ссылались на плохие отцовские гены. Вероника перепробовала все... А потом вспомнила про того, кто когда-то, много лет назад, помогал ей самой. Учил ее, оберегал и вселял надежду.

Мастер Тао Шанг был уже стар. Но глаза его блестели по-прежнему, а движения выдавали опытного и опасного бойца.

- Как ты нашла меня? - таков был первый его вопрос.

- Пришлось побеспокоить кое-кого из Центра.

- Говори.

И она рассказала...

- Павел ждет за дверью, - добавила она в конце.

- Сколько ему?

- Шесть с половиной.

- Поздновато... Тебя я обучал с четырех лет.

- Меня к вам привел мой отец, генерал КГБ, - напомнила она.

- Хорошо, пусть зайдет. А ты останься пока там, снаружи. Я позову тебя.

Когда Тао Шанг через полчаса разрешил войти, то ей показалось, будто Павлик изменился. Расправил плечи. Порозовел. Но она списала все за счет плохого освещения в небогатой хижине отшельника.

- Ты не исполнила задуманного, - произнес Тао Шанг. - Оттого всё идет не так.

- Не исполнила? Чего не исполнила?

- Тебе лучше знать...

Она напрягла память... "Не исполнила задуманного..."

- Картина, - внезапно сорвалось у нее с языка. - Я задумала написать картину, но... Родился Павел... И...

- Исполни задуманное, - сказал старик. - А мальчик останется со мной. Я обучу его всему, что знаю сам...


На сей раз я стоял к двери спиной. И как раз "выцеливал" очередной шар на бильярдном столе. Обернулся я на его деликатное покашливание.

- А-а, это вы, господин Чень Лунь! Что привело вас ко мне?

- Вы знаете, цьто привело. Какой ваш ответ для господзина Тао?

Я наслаждался моментом. Медленно достал из кармана бумажку с текстом "договора". Не переставая улыбаться, медленно разорвал ее на клочки. И, все так же улыбаясь,швырнул эти клочки в физиономию визитера. Нимало не смутившись, Чень Лунь наклонился, подобрал с пола все обрывки, поклонился мне.

- Я передам ваш ответ господзину Тао.


Оставалось ждать... Но ожидание желательно было чем-нибудь заполнить. И я принялся перебирать в мозгу все события последних дней. Не допустил ли я какую-нибудь ошибку? Верно ли рассчитал каждый свой ход и возможные ответы противника?

Отец верит в меня. А он чистой воды прагматик. Не стал бы он так глупо рисковать, если бы не осознавал всех последствий.

Я позвонил Лоле.

- Думаю, у меня будет для тебя небольшой сюрприз. Ты ведь мечтала об интервью с господином Тао? Да еще была готова заплатить за это?

- Ну да..., - с некоторым удивлением произнесла журналистка.

- Так вот... Полагаю, ты сможешь сэкономить свои денежки. И взять интервью совершенно бесплатно.

- Ты шутишь?!. - с детским восторгом воскликнула моя подруга.

- На такие серьёзные темы я не шучу, - сказал я и дал отбой прежде, чем она начала выпытывать ненужные подробности.


"Реинкарнация Дракона..." Об этой картине мне впервые рассказал мой отец. И было это десять лет назад.

"Я хочу, чтобы ты знал, Шарль... У тебя есть брат, он немного младше тебя. У него другой отец".

"Как его имя?" - спросил я.

"Павел. Паша. Мама твоя хочет, чтобы вы познакомились. Но пока это невозможно".

"Почему же?"

"Мыс тобой об этом уже говорили, Шарль. Ты - не простой человек. В некотором смысле, ты себе не принадлежишь. Да и я тоже. Но я тебе обещаю, что у тебя будет шанс познакомиться и с мамой, и с братом. Не спрашивай, когда. То, что я тебе рассказал правду о твоем рождении, уже ставит меня под удар. Но иначе я не мог... Теперь вот что... Брат твой от рождения был слаб здоровьем. Вероятно, он бы долго не протянул... Но маме удалось обратить его судьбу вспять. Можно сказать, она наделила его силой Дракона".

"Ты серьезно?"

"А ты когда-нибудь слышал, чтобы я шутил? Согласно древней восточной легенде, один из родителей может повлиять на судьбу ребенка, если сотворит нечто невыразимо прекрасное и вложит в это часть своей души. Тогда Верховный разум изменит карму малыша".

"Но это ведь..."

"...всего лишь легенда? Как знать, Шарль. Как знать... Но это еще не конец истории. Картина, которую создала твоя мама, может когда-то помочь и тебе... "


ФИНАЛ

Собственно, особой фантазии я от господина Тао и не ждал; меня подкараулили под утро, на выходе из "Плазмы". Двое по бокам, один - спереди, удар в солнечное сплетение, мешок на голову и - добро пожаловать в багажник легковушки. Ехали минут тридцать, судя по тому, как трясло на ухабах - выбрались за город.

Багажник открылся, и меня без лишних слов выволокли наружу. Провожатые поддерживали меня с двух сторон, заставляя передвигать ноги. Под подошвами что-то отчаянно хрустело; я предположил, что мы находимся где-нибудь в районе заброшенных заводских цехов Старой промзоны. Классика жанра...

Когда мы, наконец, дошли, то мои "опекуны" усадили меня на стул, надавив на плечи.

Я различил звук приближающихся шагов. Возникло ясное ощущение, будто кто-то стоит напротив и разглядывает меня, как какой-то экспонат в музее.

- Если я прикажу снять с тебя мешок, то ты умрешь.

Несмотря на весь трагизм своего положения, я усмехнулся. Затем вздохнул.

- К чему эти дешевые игры, Поль? Снимай уже эту гадость!

Мой собеседник замешкался... секунд на пять. А затем сорвал мешок с моей головы. По бокам стояли двое - безликие "качки" в безупречных костюмах. Я огляделся и мысленно поздравил себя с тем, что не ошибся: мы находились на территории бывшего фармацевтического комбината. Место было выбрано довольно удачно: полицейским было бы трудно подобраться сюда незамеченными. Но это - обычным полицейским...

- Поль, дружище - я надеюсь, ты не откажешь мне в одной маленькой просьбе?

- Говори, Шарль, - милостиво разрешил владелец "Золотого пингвина".

- Одна моя знакомая журналистка очень хотела бы записать интервью с господином Тао. И даже готова заплатить за это.Ты бы мог выделить время в своем плотном графике? Или "наезды" на владельцев магазинов и кафе занимают тебя целиком?

Поль Предаль медленно снял свои модные очки. Положил их в карман модного френча.

- Я тебя недооценил, Шарль...

Горестно вздохнув, Поль внезапно громко щелкнул пальцами. И тотчас из-за ближайшей бетонной колонны появились двое. Конечно, я узнал их.Чень Лунь вел впереди себя Антуана Вороноффа, заломив eму руку за спину. Вид у писателя был вполне себе несчастный.

- И учти, Шарль - прямо сейчас двое моих людей караулят у подъезда журналистку, о которой ты упомянул. И только от твоего благоразумия зависит, будет ли у неё еще шанс взять у кого-либо интервью...

- Хороший ход, Поль, - невозмутимо отреагировал я. - Так ведь и у меня есть козыри в рукаве. Вернее, один. Но зато какой...

Он сразу понял, о чем речь.

- Ты знаешь, где она?

- Может, и знаю. Но разговор состоится только, когда ты отпустишь Антуана и дашь отбой по журналистке.

Он аж оторопел от моей дерзости.

- Мне кажется, ты не в том положении...

- В том самом, Поль. Или лучше называть тебя "господин Тао"? Один из самых разыскиваемых преступников в стране - да, пожалуй, и во всей Западной Европе. Все эти кафе, клубы, рестораны - это ведь так, верхушка айсберга? Дракон метит выше, гораздо выше. Господин Тао намерен превратить этот респектабельный район города в перевалочную базу по торговле оружием и кокаином, не так ли?

До него, наконец, начало доходить...

- Кто ты, черт возьми, такой?

- Ты удивишься, если я скажу тебе...

Пока он переваривал мои слова, я не стал терять времени даром; очень уж не нравились мне эти его холуи по бокам. Я подскочил, как пружина, локтем двинул по лицу того, что стоял справа и каблуком наступил на ногу тому, что был слева. Затем потратил еще пару-тройку секунд для того, чтобы вырубить обоих, по крайней мере, до конца нашего общения с их боссом.

За судьбу Антуана я не волновался, поскольку чувствовал, что этот увалень Чень Лунь действовать без команды не будет.

Но оставался еще главный визави - сам господин Тао.

Нож выскользнул из правого рукава френча прямо ему в ладонь. И щуплый Поль затанцевал передо мною бешеным, многоруким божеством. На моё счастье, я был знаком с этой техникой боя. Но всё равно, Тао оказался крайне опасным противником. Пожалуй, самым опасным, с кем мне приходилось сталкиваться за всю мою карьеру. Ему даже удалось слегка порезать мне левое предплечье - прежде, чем я его обезоружил. И без ножа он сражался превосходно, отражая мои атаки и нанося хитроумные удары практически из любых положений. В какой-то момент я даже усомнился, что смогу одолеть его. Но мне удалось "достать" его ударом в колено. И он потерял равновесие. Падая лицом вперед, он успел выставить перед собою ладони. Обрадованный успехом, я налетел на него, чтобы добить атакой сверху. Но Поль непостижимым образом заблокировал мою руку, дернул ее на себя, свободной рукой сцапал меня за шею и заставил совершить кувырок в воздухе. Я приземлился спиною на гравий, тут же вскочил и развернулся, чтобы продолжить бой и стереть этого мерзавца в порошок... Но нас остановили громоподобные выкрики со всех сторон:

- Всем на землю - работает спецназ!!.

Бойцы в касках и бронежилетах появлялись буквально из ниоткуда: снизу, сверху, из-за укрытий... Чень Лунь, как и мой недавний противник, оказались лежащими, распластанными, с наручниками на запястьях. Я и Воронофф тоже предпочли выполнить команду штурмовиков. Высокий, наголо обритый человек помог мне подняться. Я обнял его в порыве нахлынувших чувств...

- Ну-ну... Все кончилось, Шарль, - сказал он, похлопав меня по спине. - Лола тоже в безопасности, мои парни позаботились...

- Кто ты, ч-черт возьми?!. - злобно сверкая глазами, выдавил из себя лежащий на земле Поль.

- Шарль Ноэль, специальный агент, - произнес я. - А это - доктор Гаспар Ноэль, командир оперативной бригады Интерпола. Мой отец...

Поль процедил ругательство на своем родном языке.

- Надо уметь проигрывать, господин Тао, - на том же языке сказал ему отец. - Поднимите его, ребята.

Штурмовики выполнили приказ. Поль едва держался на ногах. Впрочем, и у меня вид наверняка был не лучше; все тело ныло от полученных ударов.

- Господин Воронофф! - зычным голосом произнес доктор Ноэль, делая знак штурмовикам. - Подойдите сюда.

Антуан, хромая, приблизился.

- Вы узнаете этого человека?

- Да, - слабым голосом ответил Антуан. - Это Поль Предаль, владелец ресторана "Золотой пингвин" на улице Марше.

- Он же - международный гангстер по прозвищу "господин Тао", - сказал доктор Ноэль. - И он же - Павел Сабуров. Bаш сын...


***

- Вы знали все с самого начала, - с каким-то обреченным вздохом проговорил Поль Предаль.

Он сидел перед нами на железном стуле, за железным столом, в наручниках и совсем не выглядел как грозный босс банды рэкетиров. Скорее как разорившийся владелец маленького ресторанчика...

- Не все, - сказал я. - Но многое.

Я сидел напротив него. Мой отец - чуть поодаль и сбоку. А за спиною у Поля стоял Родриго, мой бармен и, по совместительству - агент Интерпола.

- Мы знали, что некто по имени господин Тао орудует в городе N, отбирая бизнес у торговцев и расширяя зону своего влияния. Тогда мы завербовали владельца клуба "Плазма" Арнольда Нельсона, который был по уши в долгах и согласился нам помогать. Но Тао, вероятно, его заподозрил, и Нельсон погиб при странных обстоятельствах.Мы поняли, что Тао - опаснее, чем кажется. Чтобы операция продолжалась, к делу подключили меня - богатого молодого бездельника Шарля Ноэля, который якобы выкупил клуб у банка.И тут в дело вмешался случай. Журналистка Лола Грин, знакомая с погибшим Арнольдом Нельсоном, в разговоре со мной упомянула про не слишком успешного писателя по имени Антуан Воронофф, который ходит по издательствам и пытается предлагать свой роман. Ничего, казалось бы, удивительного - но роман, фрагменты которого попали и к Лоле Грин как одному из рецензентов, посвящен некоей таинственной картине под названием "Реинкарнация Дракона". Кому, как не мне, было знать, что картина эта - подлинная. И что она была написана женщиной, которая желала изменить судьбу своего сына.Я подружился с Вороноффым - благо, это было нетрудно, он оказался охоч до бесплатной выпивки. Писатель проговорился, что картина - не плод его воображения и что её, то есть картину, разыскивает также и господин Тао. Ума не приложу, как именно Воронофф узнал про это...

- Я ему сам сказал, - с мрачной усмешкой произнес Поль. - Когда он в очередной раз наливался виски в моем заведении, и проронил что-то о своем мимолетном романе с женщиной, которая была одержима идеей написать полотно под названием "Реинкарнация Дракона"... Таких совпадений не бывает. Но все же я до последнего надеялся, что этот старый потрепанный алкоголик - не мой отец... Чтобы вытянуть из него все подробности, я вскользь обронил, что сам господин Тао, по слухам, мечтает завладеть этим полотном и готов заплатить даже за малейшую информацию. Но, похоже, он больше ничего не знал.

- А меня насторожило совпадение имен, - продолжал я. - "Павел" - "Поль". Кроме того, услужливый и всегда дружелюбный господин Предаль говорил на каком-то уж очень правильном языке. Как будто... Он не был для него родным. И, вроде бы, страшный господин Тао на него не слишком-то "наезжал": даже ресторан продать - и то не потребовал. Да и зачем господину Тао это пресловутое полотно с каким-то драконом? Вот вроде бы и мелочи, а складывается все одно к одному.

Поль закрыл лицо скованными руками.

- Пьяная болтовня Вороноффа меня погубила. Вы что, сравнивaли его ДНК с моим?

- Да, - подтвердил мой отец. - А также вашу и Шарля.

- Машину, наверное, вскрыли и волосок какой-то нашли...

- Это было проще, чем вскрывать вашу квартиру со сложной сигнализцией. Кстати, еще одна мелочь в копилку улик: чего так опасается обычный ресторатор?..

Поль долго молчал, глядя куда-то мимо нас. Я даже подумал грешным делом, что взгляд его может преодолевать такое пустяковое препятствие, как стена следственного изолятора.

- Когда мне было шесть, мама отвела меня к мастеру Тао Шангу. В его честь много лет спустя я и взял себе псевдоним... Конечно, иногда она забирала меня домой. И я видел, как она трудилась над картиной. А когда работа была окончена, она сказала, что... Хочет подарить её моему брату. То есть, сыну, которого отняли у нее сразу после рождения. А я-то думал всё время, что она пишет это полотно для меня... Тогда я решил, что уеду. Повстречаю этого неизвестного брата и... прикончу его. А потом вернусь... И, может быть, мы с мамой заживем счастливо. Жизнь решила по-своему. Ты переиграл меня... Брат.

Последнее слово он процедил, вложив него всю сложную гамму чувств.

- Ты бы хотел снова ее увидеть?

Он встрепенулся; взгляд его ожил.

- Она... у тебя?

Я сделал знак Родриго. Он кивнул и удалился, чтобы вернуться через пару минут с чем-то, завернутым в белую ткань.

Картина не была большой - примерно пятьдесят на тридцать сантиметров, если считать с простой рамкой, сбитой из тонких деревянных реек.

Огромный оранжево-красный дракон испускал из чрева нечто вроде луча, в середине которого изображен был младенец. А в левом углу из тумана выступала женщина в военной форме, с печальным взглядом. Над нею в багровом небе едва угадывалась стая каких-то хищных птиц. Внимательно присмотревшись, можно было различить обрамляющий стаю контур пятиконечной звезды...

Павел любовался холстом как завороженный.

- Мама ее тебе прислала?

- Передала мне с надежными людьми, - ответил за меня отец.

- Шарль... Если ты... Когда ты ее увидишь... Скажи ей...

Он не договорил. Я не мог заплакать - я, продукт эксперимента. На мне все заживает, как на собаке. Я не испытываю сомнений. Я могу в уме умножать трехзначные числа (а пятизначные - складывать). Но сейчас...

Я поспешно вышел из допросной, оставив брата с полотном в руках...


...и в последний раз

- Я так понимаю, что хорошего выхода из ситуации у меня нет?

- Ну почему же? То, что мы вам предлагаем - выход вполне достойный.

- Но это же бред какой-то!.. Кому вообще такое в голову пришло?..

- Скажем так, госпожа Сабурова: это было коллективное решение. Если все пройдет успешно, вас просто обменяют на нашего человека. Гарантией же вашего молчания станет то, что вы не захотите нанести вред собственному сыну.

- Я смогу его когда-нибудь увидеть?

- Все возможно, госпожа Сабурова. Все возможно... А пока поживете тут, в моем научном центре. В искусственном оплодотворении нет ничего страшного. Проект экспериментальный. Донорский биоматериал будет мой, уж извините. Таблетки, уколы, специальное питание во время беременности... Ну, и пол ребенка тоже запрограммированзаранее. Поверьте, наш сын будет совершенным секретным агентом. Эрудитом. Полиглотом. Бойцом. Его не станут использовать в операциях против вашей страны, даю вам слово. Скорее всего, он будет помогать в борьбе с международной преступностью.

- Вы ужасный человек, доктор Ноэль. О живых людях говорите как о роботах.

- Такова уж моя работа, госпожа Сабурова. Я ученый. И офицер контрразведки, весьма высокопоставленный. А вы - провалившийся агент. Альтернатива для вас - суд и тюрьма, минимум на двадцать пять лет. Но к чему это, если вы можете через девять месяцев спокойно вернуться домой?..

Я долго стоял у железной двери, не решаясь нажать на кнопку звонка. И вот, когда я, наконец, протянул руку, дверь внезапно открылась.

На меня смотрела семидесятилетняя женщина, которой на вид от силы можно было бы дать пятьдесят. Глаза, знакомые мне лишь по холсту...

- Это ты?.. - одними губами вымолвила она.

Я шагнул через порог. Заключил ее в объятия.

- А... Паша? Ты встречал его... там?..

- Да, мам... С ним все в порядке. Он... В общем, если он будет сотрудничать с властями, то у него есть шанс.