# e2 - е4

Александр Рыскин

Полуфиналист конкурса КОР-2015

Незнакомцу на вид было лет сорок - сорок пять. По одежде Натали не взялась бы определить род его занятий. Словом, выглядел он как стандартный "менеджер". Все, кто не могли в точности сформулировать, чем занимаются, нынче именовались "менеджерами"...

- Примите мои искренние поздравления, мадемуазель Варнавски, - произнес он на хорошем французском. - Имею честь пригласить вас на коммерческий турнир, который состоится... Впрочем, это неважно. Вот вам моя визитка. Если надумаете - позвоните. Жду вашего ответа до послезавтра. Призовой фонд турнира - полтора миллиона евро. Всего наилучшего!

И пока Натали в задумчивости вертела в руках картонный прямоугольничек, незнакомец скрылся в толчее, царившей в фойе.


Полтора миллиона... М-да. Совершенно неправдоподобные призовые.

Натали Варнавски, родившаяся в небольшом городке в Поволжье, а ныне проживающая в предместье Парижа, была в "больших" шахматах уже почти два десятка лет и никогда не слышала о подобных суммах, даже если речь шла о гроссмейстерских супертурнирах. А тут...

Привыкшая тщательно анализировать детали, Натали и в этот раз решила взвесить все "за" и "против".

Приготовив себе чаю (благо, в гостиничном номере было все, для этого необходимое), она отдернула занавеси, чтобы впустить свежего воздуха с улицы, и присела на край постели.

"Как он сказал - "примите мои поздравления?" И это - после третьего места? Возможно, он сделал такое же предложение и Гофман, и этой китаянке, Лю Шань?"

Натали покинула отчие края шестнадцать лет назад, когда ей самой только-только исполнилось двадцать, и она получила гроссмейстерское звание. Французская федерация шахмат предоставила ей условия, о которых она не могла и мечтать в родных пенатах.

Затем последовало несколько побед на местных турнирах, приглашение в сборную страны и... неудачное замужество. Сына Валери после развода забрал отец, известный художник-авангардист, и Наталья виделась с ним исключительно по выходным.

В последние годы за нею закрепилась репутация гроссмейстера средней руки; ее приглашали на различные турниры, на которых она занимала, как правило, места не ниже четвертого-пятого. Это давало возможность вести безбедную жизнь, содержать неплохой уютный домик и время от времени проводить отпуск за пределами Франции.

Год назад Натали получила тревожные известия из родного города: тяжело заболел отец. Ему необходима была дорогостоящая операция. Средства удалось собрать, хотя и не без труда. Но и после курса лечения болезнь не отступила; прогнозы врачей звучали неутешительно. Натали впервые за последнее время почувствовала, что тратит больше, чем зарабатывает. К тому же, приглашения на турниры приходили все реже и реже - как и везде, в шахматах молодые тоже наступали на пятки зрелым мастерам.


Турнир "Двенадцати" в Берлине она расценивала едва ли не как последний шанс удержаться в шахматной элите. Но для этого нужна была победа. Путь к которой преградили восходящие "звезды" - бывшая соотечественница Натали Ирина Гофман и посланница Поднебесной Лю Шань, которым было столько же лет, сколько и Варнавски. Но - на двоих...


***

Проснувшись, Натали сделала свою обычную зарядку (шахматы шахматами, но и о физической форме забывать не следовало!), затем спустилась в вестибюль отеля, чтобы заказать в баре кофе.

У стойки администратора было многолюдно: участники турнира уже выписывались, готовились к отъезду, тогда как группа туристов из Японии, наоборот, толпилась в ожидании регистрации.

Натали показалось, что среди снующих туда-сюда людей мелькнул вчерашний незнакомец. Но она не удивилась - он наверняка принадлежал к околошахматному миру, а все участники, да и корреспонденты, освещавшие событие, жили в этом отеле.

Попивая с рассеянным видом "Капуччино", Наташа вспоминала...

В детстве она не была примерным ребенком, любила пошалить, побегать с мальчишками. А к шахматам ее пристрастил сосед, Пашка Тихонов, белокурый перворазрядник, в которого она была тайно влюблена.. Но он был взрослым, на три года старше нее, и встречался с такой же взрослой девушкой...

Мобильный в сумочке завибрировал внезапно, унося прочь детские воспоминания. Наташа взглянула на экран аппарата.

"Мама!"

- Наташа? - раздался в трубке взволнованный, так хорошо знакомый голос.

- Да, мам, что случилось?

- Папе плохо. "Скорую" вчера вызывали. Он в больнице. Говорят, нужна повторная операция.

- Да, я поняла, - ответила Наташа спустя пару секунд. - Мне нужно обдумать кое-что. Я тебе перезвоню...

Оглядевшись по сторонам, она увидела Генриха Садыкова, судью из Швейцарии, который прогуливался по вестибюлю, бормоча что-то в мобильный телефон.

"Как удачно!" - подумала Натали, вставая со своего места...

А через полчаса, найдя визитку вчерашнего незнакомца (на которой указан был лишь телефон), она стала набирать номер. И - услыхала отдаленный шум улицы на том конце (похоже, он куда-то ехал в машине).

- Добрый день, - по-французски произнесла она. - Это Натали Варнавски.

- Очень приятно, - отреагировал он. - Вы еще в отеле? Давайте увидимся...


***


Первая ночь в замке прошло спокойно. Натали, правда, долго не могла уснуть, всё прикидывая, не совершила ли роковую ошибку, приехав сюда. Но Генрих (а его мнение она всегда уважала) четко сказал, что подобные неофициальные турниры имеют место, и организуют их богатые меценаты, любители шахмат, которых в мире не так уж мало.

"Скорее всего, это очередной турнир в замке барона Рихтера", - предположил Генрих, выслушав Наташин рассказ.

"Да, но... Полтора миллиона, Ген!"

"Ну и что тут такого? Состояние барона, да будет тебе известно - приблизительно полмиллиарда евро. Он предпочитает жизнь затворника: никто точно не знает, сколько ему лет, как он выглядит и вообще - существует ли он. Все дела ведут его доверенные агенты. А турниры - это больше шоу, чем спорт. Барон - поклонник шахмат и любит все необычное..."


Дорогой спутник ее молчал, лишь изредка кивая или отрицательно покачивая головой в ответ на ее вопросы. Когда автомобиль (шикарный, между прочим, "Мерседес" цвета "зеленый металлик") мягко подкатил к огромным, почерневшим от старости, дубовым воротам замка, Натали проговорила с ледяным спокойствием:

- Должна сказать, мои друзья знают, куда я отправилась.

- Вот как? И куда же вы отправились, по-вашему?

- Это ведь замок барона фон Рихтера?

- Верно. И здесь вам ничто не угрожает. А меня можете называть Фред.


Ее заселили в небольшую, уютную комнату с гобеленами на стенах и узким окном.

- Если вам что-то понадобится - позвоните по телефону, он на столике. Просто наберите "ноль", - сказал Фред. - Служанку зовут Мартина, она прикреплена к вам.

- А когда же начнется турнир?

- Скорее всего, послезавтра. Еще не все участники прибыли. Вы успеете отдохнуть, подготовиться. Я навещу вас вечером.


На самом деле, это было даже не унижение, а нечто большее. Нечто непостижимое, что мозг отказывался воспринимать, а уж тем более - формулировать словами. Мой отец, барон Август фон Рихтер, пал на фронте, а сейчас в нашем родовом доме поселился враг... Один из тех, с кем отец как раз и дрался на войне. Нет, мать я не обвиняю - она всего лишь старается выжить. И спасти меня и сестру. Ведь если бы она выбрала самоубийство, то неизвестно, как сложилась бы наша судьба. И все же...


- Сегодня у вас - ответственный день, - объявил ей Фред за завтраком. - Надеюсь, вы хорошо отдохнули?

- Да, благодарю. Мартина отлично мне помогает. Могу я узнать, с кем буду играть и по какому регламенту?

- Всему свое время... Натали, - улыбнулся Фред. - Ровно в полдень Мартина проводит вас в игровой зал. А пока... Можете прогуляться по саду.

Натали решила последовать совету Фреда и отправилась в путешествие среди высоких деревьев и благоухающих кустов; замковый садовник явно не зря получал свое жалованье.

Весь вчерашний день Натали провела в раздумьях. К своему удивлению, она обнаружила, что в замке нет Интернета, так что ее верный планшетник оказался здесь бесполезен. Впрочем, не совсем: она могла читать книги и статьи, скачанные ранее.

Слуг она практически не видела, кроме Мартины и какого-то угрюмого, бритоголового парня, который прошел под ее окнами раз или два. Фред предупредил ее, что без Мартины гулять по территории замка не стоит, потому что есть опасность заблудиться.

"Камер тут нет, и вообще - барон весьма настороженно относится ко всем этим достижениям современной цивилизации, так что... Сами понимаете".

Натали впервые по-настоящему задумалась - а кто хватится ее там, во "внешнем мире", если вдруг всё это окажется ловушкой? Гена Садыков? Ну, предположим. Хотя зачем ему ввязываться?.. С другой стороны, на похищение это никак не походило: человеку с состоянием в пятьсот миллионов евро незачем захватывать в заложники с целью выкупа шахматистку, чей доход (увы-увы!) неизмеримо меньше.

А если не с целью выкупа?..

"Успокойся, - сказала она себе. - Это всё нервы. Надо думать об игре".


- Прошу вас, госпожа, - с улыбкой произнесла Мартина, приглашая ее следовать за собой.

"Милая дама, - подумала Натали. - Интересно, Фред с нею спит?"

Они поднялись по лестнице, покрытой ковровой дорожкой, прошли по коридору, стены которого увешаны были картинами в массивных рамах, и около металлического рыцаря с мечом свернули направо.

В игровом зале царил полумрак. Посередине помещения стоял столик с шахматной доской. Фигуры были в начальной позиции. Другой мебели, насколько могла видеть Натали, в зале не имелось. Внимание привлекала интересная деталь - стена, светящаяся красноватым светом. Вернее, не стена, а панель, делившая зал на две неравные части. Именно из-за этой странной стены и возник Фред. Он щелкнул пальцами, и рядом с шахматным столиком, по обеим его сторонам, из выложенного светящимися квадратами пола возникли два деревянных стула с высокими спинками.

- Занимайте ваше место, госпожа Варнавски, - сказал Фред.

Натали опасливо опустилась на стул, оказавшись напротив красноватой панели-стены. Если стулья так легко появились из пола, они ведь могут так же легко и провалиться, подумалось ей.

- Сейчас появится ваш первый соперник. Правила обычные - ходов назад не брать, друг с другом не разговаривать. Регламент вам знаком. Не забывайте переключать часы.

Фред и Мартина удалились. Натали снова огляделась. Ей тут было почему-то неуютно. А уж когда из-за светящейся панели появился ее противник...

Не поверив своим глазам, Натали сначала зажмурилась и потрясла головой. Нет, видение не исчезло.

Перед нею был высоченный тип в костюме Арлекина. Черты лица скрывал толстый слой белого театрального грима. На концах раздвоенного красного колпака позвякивали крошечные бубенцы.

Натали оглянулась в поисках Фреда, чтобы выразить ему свое возмущение, но... Арлекин быстро уселся напротив и, сделав ход, переключил часы.

"е2 - е4", - машинально отметила Натали и, также машинально, двинула вперед свою королевскую пешку...

Арлекин оказался неплохим любителем, но и только. Наташе понадобилось минут пять, чтобы вынудить его сдаться. Он встал, отвесил шутовской поклон и исчез за панелью. Встала и Натали. Как оказалось, напрасно...

В дверях появился Фред. С пистолетом в руке.

- Сядьте на место! - резко приказал он.

- Что это значит? Я не понимаю..., - Натали попятилась, теряя контроль над ситуацией.

- То и значит, - внезапно перешел на русский Фред. - Тебя ждет следующий соперник. Игра будет продолжена!

- Но это не по правилам!

- Правила? Здесь правил нет. Теперь ты это поняла.

"Какая же я дура!" - чуть не плача, подумала Натали. И - вернулась за стол...

Следующим оппонентом оказался тип в костюме Полишинеля (Натали сразу узнала его по горбу и огромному носу), и он был тоже обыгран минут за десять. Теперь Фред стоял у нее за спиной с пистолетом и помогал расставлять фигуры. При этом Натали все время должна была играть черными.

Затем на сцене последовательно появлялись английский Панч, Коломбина, какой-то рогатый бес, человек в костюме акулы...

На восьмом или девятом противнике Натали попросилась в туалет, и Фред отвел ее за светящуюся панель, держа постоянно на прицеле.

- Зачем вы это делаете? - спросила она.

- Вы это узнаете. Но не сейчас, - таков был ответ.

Игра продолжалась. Натали не задумывалась о том, что будет, если она проиграет или завершит партию вничью. Менялись соперники, менялись маскарадные костюмы... По манере игры визави Натали довольно быстро поняла, что число игроков у Фреда конечно, просто одни и те же люди, пусть их двенадцать-пятнадцать, сменяют друг друга, переодеваясь в различных персонажей.

В какой-то момент Натали едва не проиграла партию, "зевнув" фигуру человеку в костюме птицы, и лишь благодаря мастерству ей удалось завершить все в свою пользу.

- Дайте воды, - попросила она Фреда. Он молча отвел ее опять в туалет... Где она напилась из-под крана. Где-то на шестидесятом противнике у нее началось головокружение... А еще партий через десять или двенадцать (а может, и того больше?) она потеряла сознание и свалилась со стула...


***


Резкий запах нашатыря вернул ее в действительность. В комнате, кроме неё, находились Мартина и Фред. Наташа попыталась приподняться на кровати, но не смогла - слабость сковала все ее тело.

- За...Зачем вы это делаете? - снова задала она свой вопрос... и не узнала звуков собственного голоса.

Однако никто не собирался отвечать ей.

- Блестящий результат! - сказал Фред. - Семьдесят две победы при двух поражениях!

(Вот новость, подумала Натали. Оказывается, она все-таки кому-то проиграла...)

- Похищение человека... Насильное лишение свободы... Вам знаком уголовный кодекс? - едва ворочая языком, пробормотала она.

- Сегодня отдыхайте, Мартина вас покормит. А завтра... Завтра у вас - продолжение борьбы.

- Я не... не буду играть.

- Такой ответ я предвидел. Не буду лукавить - в таком случае вас просто убьют. Смерть ваша будет мучительной. Вы в состоянии встать?

Мартина, повинуясь сигналу Фреда, подошла к кровати и едва ли не силой подняла Наташу, взяв ее за локоть.

Они двинулись длинными, полутемными коридорами; Наташа пыталась считать повороты, чтобы запомнить дорогу, но в один момент поняла, что не сможет удержать информацию в памяти.

"Что со мной?.. Помутнение какое-то".

Наконец, они очутились в зале с несколькими прозрачными дверьми. К одной из которых Фред с Мартиной и подвели Наталью. Фред распахнул ее...

Взору предстала совсем маленькая комнатка. С потолка свисал трос, к которому за ноги была привязана обнаженная девушка. Глаза ее были закрыты. Натали всмотрелась в черты лица несчастной... И невольно отпрянула. Это была... недавняя ее соперница по турниру Ира Гофман!

Наташе стало не по себе, и она оперлась на руку Мартины, чтобы не упасть.

- Вот так мы поступаем с непокорными, - заметил Фред, быстро захлопывая дверь. - Пойдемте назад.


Всю ночь Наташа ворочалась с боку на бок, обдумывая план спасения. Но выхода не было... Ей не справиться с Мартиной и Фредом, и неизвестно еще, сколько охранников находится в замке. Странно, что для всего этого спектакля привлекли столько народу, стольких игроков-любителей неплохого уровня. Откуда они взялись? А хозяин, барон фон Рихтер - он в курсе? Скорее всего - да, и, скорее всего - он это и затеял. Вот только зачем?.. За что он мстит ей, Наталье Варнавски, французской шахматистке, которая никогда не занималась ни финансами, ни политикой, не состояла ни в каких тайных обществах и чуралась любого криминала? Что ему с того, если она умрет за доской? Допустим, что он - сумасшедший. Тогда почему его выбор пал именно на нее? Хотя нет, не только на нее - получается, что они похитили и Иру. С этой хрупкой москвичкой Наташа за все время общения на турнирах сказала едва ли больше десятка слов.

"Они выкрали ее одновременно со мной? - размышляла Наташа. - Тоже обманули, пообещав этот несусветный гонорар? Но почему этот фон-барон совершенно не боится полиции?.."


Тот, о ком думала Натали, находился в этот момент четырьмя этажами выше, в своих роскошных апартаментах. Высохшая мумия в инвалидном кресле, самом современном, какое только можно было купить за деньги.

Он глядел на противоположную стену, на огромный портрет человека, который воплощал для него все - и веру, и добродетель, и кристальную честность.

Собрав последние силы, старик оперся о ручки кресла и, медленно встав во весь рост, вскинул правую руку, приветствуя своего кумира...


Второй день "турнира" выдался таким же тяжелым, как и первый. Мартина и Фред, сменяя друг друга, караулили каждое движение Наташи и держали ее под прицелом. Игроки, судя по всему, были все те же - только персонажи разные. Гензель и Гретель, гномы и тролли, какие-то ведьмы, чародеи в высоких шляпах... В какой-то момент Наташа перестала узнавать мифологических героев, сосредоточившись на том, что происходит на доске. Обыграв двадцать человек, попросила воды. Сороковому проиграла... На восемьдесят каком-то потеряла сознание... Чему способствовала еще и боль в спине (вставать и ходить ей не позволялось).

"Я так долго не протяну", - вяло подумала Натали, когда Фред с помощью нашатыря опять привел ее в чувство.

- Вы начинаете сдавать, - строго заметил он. - Семьдесят семь побед и восемь проигрышей при одной ничьей - это, знаете ли... Не хотите ли проанализировать ваши поражения? Я готов...

- Уйдите, - попросила Наташа, отворачиваясь от него.

- А вот это вряд ли. Мое общество вам придется терпеть еще очень долго. Вам же любопытно, почему это все происходит? А узнать вы это сможете, только продолжая участвовать в игре.

- Но ведь этому не будет конца! - простонала Наташа. - Вы просто доконаете меня. Чего вы этим добьетесь?

- Кто знает, - развел руками Фред. - Возможно, вашим мучениям и наступит конец... Отдыхайте.


***


Третий день "турнира" Натали начала с трех быстрых побед. Она уже даже не очень задумывалась над тем, в каких мифологических персонажей наряжены ее оппоненты. Ничего путного в голову не приходило. Получалось, что день за днем она так и будет играть до обморочного состояния, пока... Пока - что? Пока не умрет от истощения, или не сойдет с ума, доставив тем самым удовольствие таинственному хозяину замка. И, что самое обидное, она так и не узнает, зачем всё это с нею проделали.

"Если выживу - никогда больше не стану играть в шахматы!", - пообещала себе Наташа, машинально двигая фигуры...

И вдруг... Внимание ее привлекло поведение очередного визави. Он был в костюме какого-то лесного духа, напоминавшем армейский камуфляж. Лицо скрывала зеленая пластиковая маска. Указательным пальцем правой руки он слегка постукивал по столику. Фигуры же передвигал только левой...

Наташа, не меняя положения тела, скосила взгляд на эту его правую руку. Что это он там так старательно выводит на полированной поверхности?.. Показалось, наверное. Похоже на русскую букву "П". Чушь какая-то!..

Наташа, делая вид, что задумалась над очередным ходом, принялась исподлобья рассматривать соперника. Но тот продолжал упорно выводить на столе невидимую букву "П"...

Приняв мгновенное решение, Наташа нарочно подставила ладью, а затем вдруг навалилась на столик всем телом, сметая фигуры.

- В чем дело?! - рявкнул Фред, делая шаг вперед.

В этот момент "лесной дух" легко вскочил со своего места, перехватил запястье Фреда и крепко приложил его о край стола, вонзая одновременно два своих пальца - указательный и средний - противнику в горло. Фред захрипел, роняя оружие, и "лесной дух" добавил ему локтем в висок...

- Ты как? - быстро спросил Наташу недавний оппонент.

Она в растерянности смотрела на него... И тогда он сдернул маску с лица...

- Паша? - прошептала она одними губами. - Тихонов?

- Будь здесь и никуда не уходи! Я скоро.

- А... Этот? - глазами показала она на лежащего Фреда.

- Забудь, - беспечно махнул рукою ее спаситель. - Дождись меня тут, поняла?


***


Потом был отдаленный шум вертолетных винтов, звуки стрельбы, какие-то вооруженные люди в черном камуфляже и в черных вязаных шапочках... Небольшая стайка пленных во дворе замка, и среди них - Мартина, а также абсолютно живая и здоровая (хотя и напуганная) Ирина Гофман...

Наташа впервые в жизни летела на вертолете (тоже черном, без опознавательных знаков!), и была счастлива, потому что покидала это страшное место. А ее спаситель весь полет держал ее за руку.

Потом они приземлились где-то в горах, люди быстро переоделись в гражданское и разъехались на машинах, и она поехала с Пашей...


И все завершилось восхитительной ночью в одном из берлинских отелей, с шампанским и при свечах, а под утро она, наконец, услышала его рассказ, но была уже слишком утомлена, чтобы удивляться...


- Гостеприимный хозяин замка, барон Георг фон Рихтер, являлся "черным" банкиром. Через его фирмы проходили деньги, предназначенные для международной наркомафии и для террористов всех мастей. Мы много лет следили за ним, искали подходы... Одновременно он был страстным любителем шахмат и имел свой клуб, в который, в основном, входили неонацисты. Именно туда, ценою огромных усилий, мне и удалось внедриться. Тебя заставляли играть как раз с членами клуба.

- А Ирина Гофман? Она ведь не любитель...

- Это уже другая история, - Паша подошел к окну и с хрустом потянулся. Она, лежа на постели, откровенно любовалась его красивым, мускулистым телом.

- Барон задумал тебе отомстить и привлек для этого дела своих родственников - племянника Фреда, внучку Мартину и правнучку Ирину Гофман.

- Ирина - его правнучка? Я всегда думала, что она еврейка. А оказалось - немка... Постой, постой! Как ты сказал? Отомстить мне? За что?..

- За унижение, - просто ответил Павел, будто это все объясняло.

- За какое унижение? Да я его даже ни разу в жизни не видела!

- Ты - нет. А вот дед твой, Алексей Борисович Варнавский, в годы войны был капитаном СМЕРШа и дошел до Берлина...

- Да, я помню, он рассказывал. Но я еще совсем маленькая была, плохо помню. Так что, этот Рихтер решил отомстить за поражение в войне?

Павел резко развернулся и облокотился о подоконник.

- Он решил отомстить за свою мать. Георг был членом Гитлерюгенда, а его отец, офицер вермахта, погиб под Сталинградом. Алексей Варнавский, оказавшись в Берлине, присмотрел себе для проживания приличный дом фон Рихтеров. Вместе с миловидной хозяйкой... Дальше продолжать?

Наташа приподнялась на постели, потерла рукою лоб.

- Да, но... Ты-то как узнал обо всем этом?

- Я же уже говорил, что внедрился в шахматный клуб, который возглавлял барон. Его люди, кстати, на всякий случай подкупили Генриха Садыкова, чтобы он охарактеризовал тебе фон Рихтера как мецената и щедрого устроителя каких-то там турниров. На самом же деле всем членам клуба предстояло участвовать в изощренном спектакле, который срежиссировал старый маразматик... Он, кстати, наблюдал за всем действом - я имею в виду игру - посредством видеокамер. Любопытно, как его правнучка оказалась в Москве. Ее отец, бывший супруг Мартины - ну, которая изображала служанку - русский бизнесмен. Именно он и настоял, чтобы Ирина училась и жила в России. Но потом Фред, сын покойной сестры барона, разыскал ее и уговорил познакомиться с прадедом. Георг фон Рихтер убедил девушку примкнуть к команде мстителей...

- Теперь все понятно, - сказала Наташа, неспешно одеваясь. - Кроме одного...

- Предвижу твой вопрос, - Павел слегка приобнял ее. - Но ответить на него, увы, не смогу. Наша структура... Как бы это сказать... Своих операций не афиширует. Подручных фон Рихтера мы передали местным властям, а сами... Мы как бы не существуем. Понимаешь?

- Понимаю, - улыбнулась она, глядя на него внизу вверх. - Что вы сделали с фон Рихтером?

- Он принял яд, когда наши ворвались в его кабинет. У этого ненормального висел на стене портрет Гитлера, представляешь? Огромный такой...

Она опустила взгляд и задала еще один, главный вопрос.

- А... как же... мы?

- Если ты согласна вернуться в Россию...

- Согласна, - ответила она. - Только мне нужно вначале забрать сына. Ты можешь мне помочь?

Павел вздохнул.

- Вообще-то, связи у нас большие. Можно попытаться...


Эпилог


Четыре месяца спустя, поздней осенью, самолет, летевший рейсом Париж - Москва, уносил из сердца Европы двух пассажиров. Одного из них одолевали тяжелые раздумья о том, где достать необходимые средства, покрыть образовавшиеся долги. Ну, а второй... В свои четырнадцать он пока не очень об этом заботился. Наталья Варнавская и ее сын возвращались домой...