Рыков Сергей Валентинович : другие произведения.

Личный номерочек на ноге

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:

Сергей РЫКОВ Личный номерочек на ноге * * * Знаешь, так хочется жить, Без поминальных свечей. Если дружить так дружить, Не пряча счастливых очей. Если любить так всласть, И видеть вокруг красоту. И если случайно упасть, То только не в пустоту. А коли придёт беда И понесут за порог, Пусть это будет - среда, Прохладно и ветерок. * * * Собирал мать-мачеху И сдавал в аптеку. Был сопливым мальчиком, Бабкам на потеху. И желал им здравия. Был браним за шалости. Не стремился к славе я И не знал усталости. Отдохну под клёном я, По пути в аптеку. А юнцы зелёные Шмыг на дискотеку. * * * Читаю как в последний раз Я перед публикой стихи. Передаю десяткам глаз Свои вчерашние грехи. Смотрите люди - я живой, Не лучше и не хуже вас. Господь качает головой, Наверное, в сто первый раз. * * * На заборе мелом поздравляют маму... В доме престарелых Катя моет раму. И её ладошка всё скользит по кругу - Будто бы приветствуя дорогого друга. Вот свободна комната от мирского хлама - На задворках кладбища похоронят маму. * * * Сосед соседу проколол колёса - Они не поделили место на стоянке. Бранились жёны, тлела папироса, Ну, а вблизи гуляли лесбиянки... Досталось всем - коту что жил у дома - Его водой обрызгали с балкона. Приехала "таблетка" из дурдома, Её бабулька встретила с иконой. Здесь было всё: от пердежа до стона. Лишь лесбиянки не нарушили закона. * * * Она курила у окна. Он мыл посуду. На лифчике его слюна - Скрывать не буду. Он в облегающих трусах - Как в грустной драме. Но полшестого на часах, И скучно даме. * * * Номера присвоены поэтам, Будто соревнуются опять. "Лучшие" висят по кабинетам - Время поворачивая вспять. Может быть, они чуть лучше жили? Меньше гнили в тундре и тайге? Но и мы, конечно, заслужили - Личный номерочек на ноге. * * * Раньше было - налил и выпил, Повторил если что не так, Рукавом подбородок вытер И уснул не заметив как. И такое чудилось спьяну... Обнажалась больная душа. А теперь, если утром встану - Лишь таблетки на пальцах шуршат... * * * Февраль лютует, берёт наскоком - Штаны с начёсом не греют жопу. Примерил лыжи я на балконе - Котяра рыжий пошёл к иконе... Перекрестился, не вру ей богу, И мне зубами вцепился в ногу... "Таити" ищем с котом на карте - Ему припомню всё это в марте. * * * Грешник ты или праведник - Всё ж надеешься (ты) на лучшее... Перед смертью всегда Бога славили, Да и так, от случая к случаю. Уповали на Бога отшельники, Спину гнули до пола горбатые. Неустанно молились бездельники, Невиновные и виноватые, И блаженные и учёные, Вертухаи и заключённые. * * * Да, я не был ребёнком хорошим, Как попало уроки учил, Оттого вот и сел я в калошу, Ту, что в детстве ещё промочил. Я не жду тишины и покоя И теперь - в бороде и усах - Гордо я выхожу из запоя В потускневших семейных трусах. * * * Город как город - с наличием хлама, Но в городе этом папа и мама, Больница, аптека, дымит комбинат, Полиция, школа, военкомат. Вот девушка - очень на дочку похожа, Сосед-алкоголик с красною рожей, И в меру доступная женщина Таня, С которой однажды мы парились в бане. И вот на прогулке отряд малышей, Петрович бездомный с обилием вшей. А жители утром спешат на работу. И первый ступает в Петровича рвоту. И вновь на устах родной комбинат... Забыть бы, да чую его аромат. * * * Разложу таблетки, Их пересчитаю. И опять почудится - Чего-то не хватает. Красная, зелёная - Вышел светофор. Но вкус вина креплёного Помню до сих пор. * * * Отражалась в рюмке - полная луна. И была та рюмка выпита до дна. За здоровье налита иль за упокой Утончённой, ласковой женскою рукой? Песня незнакомая, ветхие кресты... Уходил из дома я, и смеялась ты. * * * Под ногами слякоть, В кошельке голяк... Хочется заплакать - Открыто,как сопляк. Топчется ворона В тающем снегу. Не было гондона У папы на лугу... * * * Без претензий на сложное - Делаешь невозможное. Хотя ждать, вроде, нечего - От прошедшего вечера. Не всегда получается, Но не стоит печалиться. Шкура, с виду, - ослиная, А душа - журавлиная... * * * В жизни у меня есть койко-место, Больше не осталось ничего... Это ложь, что не бывает тесно. Ложь, что не бывает тяжело. Кто-то скажет - есть за всё расплата - Всё твои вчерашние грехи. Если я, пред кем-то, виноватый, То лишь в том, что я пишу стихи. Знаю, что рифмую просто, Но не извиваюсь и не лгу. Человеком - маленького роста, Я по краю пропасти бегу... * * * А люди бренчали, что умер он рано... Что молод, талантлив и даже красив. Что мог стать звездою он телеэкрана, И написать ещё лучший свой стих... Но вдоволь вкусивший и зрелищ, и хлеба, Он знал, что уход его был предрешён. И вот он шагает под куполом неба, Откинув засаленный капюшон. * * * Крепкий мат и крепкий чай, И вчерашний запах водки... (В вузе стульями стучат Удалые одногодки.) Душевая, лейки вряд, Многоликий запах пота. Мне повысили разряд - Снится - первая работа. * * * Деловая женщина - Мокрая подушка. Вроде обеспечена, И даже не дурнушка. (Соседка-неудачница, С четырьмя детьми. Домоседка, дачница, Чёрт её возьми.) И вино французское, Всё в одни уста. И похмелье русское, И постель пуста. * * * В детстве дружили иначе, Просто, с теми кто есть. Пинали потрёпанный мячик И дружбу считали за честь. Имели конкретные планы - На яблоки в детском саду. Делили судьбу и бананы, И прочую ерунду. Нам выпало время простое И чистые небеса. За дружбу я выпил бы стоя, Но стихли друзей голоса... * * * Вроде всё то же солнце. И вроде всё то же небо. "Курилы" - мечта японца, А мне бы ржаного хлеба. И молока из бутылки, А лучше, так, из бидона. Пылятся в шкафу копилка С кассетой магнитофонной. И, вот, уже взрослая дочка - Сама покоряет Питер. И за три года ни строчки... Всё, ладно, я сопли вытер. * * * Она отказала, а он не просил. Он нынче лишился работы... И куртку повесив, губу закусил, Чекушку открыл и шпроты. Она возмущалась, и с пеной у рта Стелила на скатерть угрозы. Он тихо заплакал и обнял кота, И падали рядом слёзы. * * * Смотрю в открытое окно, На ограниченное небо... И ощущаю жизни дно, Но знаю - нету дна у неба. Вонзили в сердце провода, Если точнее - электроды... Я и по-жизни был всегда - Дублёром для громоотвода. Скажу спасибо небесам, - Что повседневно с ними споря, Я мог любить, любим был сам. И как-то раз увидел море! * * * Играли в детстве мы в войну: Нас убивали. Мы за Великую страну Переживали. Кричали громкое "ура"! Придёт расплата. И раскалялся от костра Ствол автомата. Была жестокою игра И как-то странно Нас отогнали от костра Два ветерана. * * * Шаркает по комнате пустой Может быть последний ветеран. Хочется сказать ему: "постой", Пододвинуть кресло и стакан. Горькая - по-прежнему в цене, И, возможно, на пяти листах Он бы рассказал мне о войне И о том как бились за рейхстаг. Но не нарушая тишины, Не летая где-то в облаках Выпьет он, чтоб не было войны. Да и крови... на моих руках. * * * Посмотри мне в глаза - я стар. Я устал от чужих дорог. И в звучанье чужих гитар Слышу фальшь. И надрывность строк Заставляет идти в никуда Потому что, познавши суть, Понимаешь - твоя звезда Лишь тебе освещает путь. * * * Зеркало старело год от года И не понимало, почему На суставы действует погода И давление меняет ко всему. И не знаю - намекнуть бы тонко: Мол, всё хлам и, в общем, ерунда, Что неплохо смотрятся коронки И, уже седая, борода. * * * Сегодня посетила дом зима. Она пришла нежданно, без подарка, Хотя вокруг богатые дома, А у меня и в летний день не жарко. Она не объяснила, почему. А молча обняла за плечи: "Тебе же одиноко одному, Давай мы вместе скоротаем вечер". Она засуетилась у стола - Мы пили чай с малиновым вареньем. Она меня по имени звала, Что не было, конечно, преступленьем. * * * Мне не снятся радужные сны. Сплю я чутко, даже беспокойно. И во снах приходят пацаны И друзья, всё больше из покойных. Страха нет, и даже пустота, Отступая блеклыми волнами Подтверждает доводы Христа Разговором, что идёт меж нами. * * * Кажется, был день, а может, вечер, У подъезда встретил старика. Был он рад нелепой нашей встрече, Мне рукой махнув издалека. И с печалью он, слегка поддатый, Сквозь слезу, но всё же делово (Помню прозвище его - Горбатый) Мне сказал, что день рожденья у него. Что ему так муторно и тошно, Мир покинули друзья - нет ни души. И добавил: "Если то возможно, Ты, Сергей, об этом напиши"... * * * И птицы улетят на юг, Презрев границ воздушные затворы. А самолёты завершая крюк, Частенько задевают горы. И дело вовсе даже не в горах, Ведь самолёт подняться может выше. Летящему домой неведом страх. И звёздный путь рассыпался по крышам. * * * Треугольный кабинет - сердца непокорного, Если даже Бога нет - есть душа затворная, Путеводная звезда лишь обломок каменный И осмыслить не могу, под каким я знаменем. А казалось, наверху всё уже отмерено, Что закончил я строку - в щепках моё дерево. Закадычные друзья, стёртые шаблонами, Отреклись от бытия и лежат под клёнами. Да и мёд в моих устах - горечь окаянная, Я читаю на крестах Имя, Богом данное. И холодная земля на квадраты делится. И матёрая петля под луной шевелится...

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"