# Фюрер хочет многого

Олег Павлович Рыбаченко

- Одна из них предсказала, что моя жизнь подвергнется серьезной опасности, но я сумею избегнуть петли!


Гитлер усмехнулся:


- От меня не уйдешь! Если я захочу тебя повесить, то повешу без всяких проволочек и апелляций.


Геринг сделал неуклюжую попытку поклониться: мешал живот. Он даже закряхтел от напряжения:


- О фюрер!


Гитлер икнул:


- Короче говоря план Барбаросса, уже подписан. Я приказал изготовить только девять экземпляров и их засекретить. Удар нашей армии, должен быть как молния, о нем узнают, лишь когда поразит! Если еще возражения или соображения.


Геббельс робко произнес:


- Нужно попросить римского папу предать анафеме большевиков. Я думаю Муссолини окажет подобное влияние.


Гитлер фыркнул:


- Бенедито слишком слаб! Он до сих пор терпит слабоумного монарха, хотя давно пора учредить республику с дуче.


Геринг ответил:


- Я давно советовал подстроить королю несчастный случай.


Гитлер фыркнул:


- Муссолини не послушал моего совета, не объявляя войны напасть на Мальту. Из-за этого англичане теперь терзают Италию. Глупые макаронники со своим ограниченным лидером. Бараны управляемые баранами. Имея численный перевес итальянцы терпят поражение, за поражением, а ведь еще называют себя потомками Древнего Рима.


Гимлер рявкнул:


- Испорченная кровь!


- А точнее!


- Раньше римляне были светловолосые и голубоглазые, пока не смешались с маврами. Негры испортили генетику!


Гитлер сжал кулак:


- Вот-вот! Жалкие твари!


Геринг предложил:


- Может прикажем Скорели грохнут короля, да и заменить дуче более молодым и энергичным политиком.


Гитлер прищурился:


- Сомневаюсь что это хорошая идея! Среди овец трудно найти волка. Немцы это нация вождей и героев. Мы вполне способны всех построить и урыть. Расколем железно-бетонные зады. Но в общем на счет Муссолини, мы с ним еще поговорим о России. Я его в свои планы не посвящал.


Геринг спросил:


- А почему?


Гитлер усмехнулся:


- Это ублюдочный болван, станет меня отговаривать, от удара по России. Он ведь всегда труслив Муссолини. Будто я не знаю, как он торговался с Британией, и Францией обещая открыть против Германии второй фронт.


Гимлер улыбнулся:


- У нас даже есть переписка! Наши агенты похитили подлинники, заменив их копиями. Не волнуйтесь мой фюрер, Муссолини обложен нашими агентами, как волк флажками.


Гитлер успокоился:


- Италия имеет сорок восемь миллион населения, не считая колоний. Ее войска, нам очень пригодятся. Впрочем Франция вместе с колониями имела населения свыше двухсот миллионов, больше чем СССР, а рассыпалась как карточный домик. Кстати сколько всего в красной империи проживает народу.


Гимлер ответил:


- Формально 194 миллиона, но по некоторым данным, результаты переписи были завышены миллионов на шесть, или на три!


Гитлер нахмурился:


- У русских перевес в количестве, а с тылу, нас поджимает Британия. Вместе колониями и доминионами у нее восемьсот миллионов населения. Это просто монстр какой-то.


Гимлер ответил:


- Большие колонии, это сила и слабость! Многие арабы и индусы готовы поддержать наши войска.


Гитлер оскалился:


- Вообще я всегда относился к Исламу куда с большим уважением чем к Христианству. Учение ударили тебя по правой щека - подставь левую: идиотизм. Оно превращает людей в рабов. Только тупые славяне могут быть христианами. А вера в Аллаха полезна для войн.


Геббельс согласился:


- В исламе много хорошего! Например многоженство!


Гитлер засмеялся:


- Я обязательно введу многоженство!


- Моя супруга не против! Мы немцы должны заселить весь земной шар. А женщин можно набрать у покоренных народов.


Розенберг подтвердил:


- На Востоке столько красивых, светловолосых, стройных женщин.


Гитлер заметил:


- Не полноценных!


Розенберг возразил:


- Физически славяночки очень сильные. Они способны рожать много крепких здоровых детей. Думаю что самых красивых и умных из них можно отдавать в качестве младших жен эсесовцев, и отличившимся солдатам вермахта, чтобы они рожали детей и работали по хозяйству.

Гитлер покрутил головой, не понятно что он хотел сказать, да или нет. Потом зазвучал тусклых голос: