# Редкая птица

Инна Анатольевна Раздольская

Первым, что увидел воробышек Чик-чирик, когда народился на свет, была крыша. Не верхушка яйца, из которого он только что вылупился, а самая настоящая крыша - из шифера. Помимо этого у неё было ещё одно достоинство. Она регулярно укрывала от дождя, снега и прочих капризов природы несколько человек, одним из которых был мальчик девяти лет по имени Кира.

Голос Киры, нежный и мелодичный, похожий на щебетание какой-нибудь диковинной птахи, был первым, что услышал воробышек. Услышал через перегородку, отделявшую место, где жил Кира (оно называлось домом), от места, где вместе с матерью-воробьихой обитал Чик-чирик (оно именовалось чердаком). Вот тогда-то он и подумал - вот было бы здорово познакомиться!

Мечта воробышка сбылась через несколько недель. К тому времени он уже оперился и даже почти научился летать. То есть как почти? Он мог летать на небольшие расстояния, но сильно при этом уставал и выглядел слегка неуклюжим.

К счастью, Кира был соседом Чик-чирика, и птенцу не пришлось лететь далеко. Ему достаточно было лишь спуститься с чердака вниз, чтобы увидеть мальчика. Но то ли по причине сильного волнения, то ли ещё по какой-то причине воробышек не смог удержаться в воздухе и камнем упал в куст крыжовника, что рос прямо за окном Киры.

Когда Чик-чирик очнулся, то увидел, что находится в небольшой уютной комнате, а рядом с ним словно медицинская сестра хлопочет мальчик со вздёрнутым носом, тёмно-русыми волосами и глазами цвета синего-пресинего неба. Там же, на письменном столе, где лежал раненный птенец, находились бинты, вата и, конечно же, йод. Ну куда ж без него, когда речь идёт о царапинах?

Мальчик поспешил обработать ранку, которая появилась на крыле у воробышка после его падения в колючий крыжовник, и забинтовать крыло.

Теперь Чик-чирик выглядел так, будто одолжил одно крыло у птицы с белым оперением! В другой раз он, возможно, посмеялся бы над этим сравнением, но сейчас ему было не до смеха. Ведь теперь он не сможет летать, а значит домой ему никак не попасть! К тому же помимо крыла у него болела ещё и лапка. Должно быть, он повредил её при ударе о землю. А это значило, что в ближайшее время он не сможет не только летать, но и ходить. И добыть себе пропитание он тоже не сможет! От такой мысли воробышек хотел заплакать, но в этот момент к нему обратился Кира.

- Хочешь есть, друг? - с этими словами мальчик придвинул к раненому птенцу блюдце с семенами, ягодами и насекомыми.

Вообще-то Чик-чирик ещё не успел проголодаться, а потому сначала отказался от трапезы. Но затем ему стало неловко перед Кирой - ведь тот так заботился о нём - и он склевал несколько семян, ягод и даже одного жука.

- Так-то лучше! - похвалил своего питомца мальчик. - Будешь хорошо есть - скоро поправишься! И не бойся! Я не стану держать тебя в неволе: выхожу и сразу отпущу!

Кира сдержал слово. Когда воробышек поправился, мальчик снял с его крыла повязку и скрепя сердце выпустил на волю. Ему не хотелось расставаться со своим питомцем, но что поделать - он ведь обещал!

Чик-чирик взмыл в небо с такой радостью, будто не летал целую вечность, хотя прошло всего-навсего несколько дней. Он полетал немного, точно делясь своей радостью с солнцем, ветром и облаками, и поспешил домой - к маме.

Ему не терпелось рассказать ей обо всём, что с ним случилось. В особенности о том, что у него появился друг! Но он позабыл всё, что хотел рассказать, когда мама встретила его со слезами радости и с новостями о том, что они переезжают.

Переезжают? А как же Кира? Неужели он больше никогда не увидит его?

- Увидишь, увидишь ты ещё своего друга! - успокаивала сына мать, когда узнала, что с ним случилось. - Мы же переезжаем не на другой конец света, а всего лишь на берег реки!

Взмахом крыла она показала Чик-чирику, в какой стороне та протекает.

- Одна моя знакомая береговая ласточка, - продолжила мать-воробьиха, - уступила нам своё гнездо. Не скажу, что там нам будет удобнее. Но у реки живёт много наших родственников, а значит там нам будет лучше!

Ну что воробышек мог на это возразить? Пришлось послушаться!

Река находилась всего в каких-нибудь трёх километрах от дома Киры, так что уже через несколько минут Чик-чирик и его мама осматривали свой новый дом. Тот был в порядке: ну разве что косметического ремонта требовал!

За ремонтом, знакомством со всеми родственниками и соседями, а также почти ежедневными визитами к Кире незаметно пролетел остаток лета. Наступила осень. Чик-чирик знал, что с началом осени все ребята - и Кира, конечно, тоже - начинают ходить в школу. Воробышек тоже хотел в школу, но поскольку пернатых туда не брали, учить его стала мама.

На первом уроке она решила объяснить сыну, что тот за птица.

- Запомни, - учила она его, - ты - воробей. Только не обыкновенный, не домовый.

- А какой? - удивился Чик-чирик.

- Каменный!

- Разве я сделан из камня? - ещё больше удивился воробышек.

- Да нет же, глупенький! Просто так называется наш вид.

- Я всё понял, мама! А теперь можно я полечу к тётушке Тиркушке? Она просила помочь ей по хозяйству.

- Ну, конечно, лети! - благословила сына мать-воробьиха, решив, что для первого урока пройденного материала вполне достаточно.

В тот день Чик-чирик помог по хозяйству не только тётушке Тиркушке, но и тётушкам Кречётке и Дрофе, а также дядюшкам Кроншнепу и Пеликану. Все они в благодарность за помощь пытались угостить воробышка своими излюбленными лакомствами. Так, например, Пеликан никак не хотел отпускать своего гостя, пока тот не отведает только что пойманной рыбки. Но Чик-чирик вежливо отказывался. Он хотел навестить дотемна Киру.

Когда воробышек добрался до своего друга, на улице уже смеркалось.

- Ну, наконец, - воскликнул мальчик, впуская птицу в дом через окно, - я думал, что ты уже не прилетишь!

Чик-чирик внимательно посмотрел на Киру. Тот был очень взволнован.

Интересно, в чём причина такого его поведения? Может он снова приготовил ему какой-нибудь сюрприз? Чик-чирик вспомнил, как в прошлый раз Кира в качестве угощения преподнёс ему целое блюдце его любимых жуков. А может всё дело в той красной книге, которую он сжимает в руках?

Точно в книге! Вот он уже начал листать её. А вот уже что-то нашёл и тычет туда пальцем!

- Вот, гляди! - сказал Кира, показывая на картинку. На ней была изображена небольшая птица буровато-серого цвета с ярко-жёлтым пятном на груди.

Чик-чирик сначала посмотрел на картинку, а затем перевёл недоумённый взгляд на друга. Он не мог понять, что тот от него хочет.

- Да ты что? - удивился Кира. - Неужели не узнаёшь? Это же ты! Ну, то есть не ты, конечно, но явно кто-то из твоих собратьев! Этот вид называется каменный воробей. А я-то голову ломал, что ты за птица такая!

Воробышек продолжал смотреть на картинку и, кажется, начинал кое-что понимать. Птица, изображённая на ней, была очень похожа на его маму. Ну и на него, конечно, просто он никогда прежде не видел своего отражения, и не представлял, как выглядит! На груди у нарисованной птицы желтело точно такое же пятно как у его мамы. У самого Чик-чирика такого пятна пока не было. Он был ещё маленьким, а пятно, как говорила ему мама, есть только у взрослых особей. Иными словами он до такого пятна ещё не дорос!

- Эта книга, - мальчик показал воробышку обложку, - называется Красной. В ней собрана информация о редких видах растений, животных и птиц. Есть в ней информация и о твоём виде, а значит ты - редкая птица!

Домой Чик-чирик летел преисполненный гордости. Ну ещё бы! Ведь он не какой-нибудь воробей, а воробей каменный - птица редкая, которую, как выразился Кира, нужно беречь как зеницу ока! От такой новости у кого угодно голова закружится.

Начиная со следующего дня Чик-чирик только и делал что любовался своим отражением. Сначала он смотрелся в лужу, появившуюся после дождя, пролившегося ночью, но затем, решив, что вода в ней недостаточно чистая, полетел к реке.

Выбрав корягу поудобнее, воробышек стал всматриваться в своё отражение. Он боялся пропустить тот момент, когда у него на груди начнёт появляться желанное ярко-жёлтое пятно. "Поскорей бы оно появилось, - думал он, - вот тогда-то все поймут, что я - птица редкая!" Чик-чирик был так увлечён этим занятием, что даже не услышал, как его кто-то окликнул.

Это был Пеликан. Он ловил рыбу к ужину, когда вдруг увидел своего маленького друга. Поскольку тот выглядел очень задумчивым, Пеликан решил поинтересоваться, не случилось ли с ним чего. Какого же было его удивление, когда на вежливый вопрос он получил совсем невежливый ответ.

- Может и случилось, - сказал воробышек, не отрывая взгляда от водной глади. - Вот только это не ваше дело!

- Да что с тобой сегодня? - удивился Пеликан.

На этот раз Чик-чирик ничего не ответил. Он просто вспорхнул и улетел прочь.

После встречи с дядюшкой Пеликаном воробышек больше не летал на реку. Он вернулся к своей луже.

Чик-чирик прилетал к ней с первыми лучами солнца. А улетал, когда становилось совсем темно. От рассвета до заката он не отходил от этой лужи, опасаясь пропустить появление вожделенного пятна на своей груди. Он даже не мог себе позволить поклевать чего-нибудь, хотя вокруг него было полным-полно всякой еды. "А вдруг пятно появится как раз в тот момент, когда я решу подкрепиться?" - думал он и предпочитал оставаться голодным.

После нескольких дней такого дежурства возле лужи воробышек упал в голодный обморок. На его счастье мимо пролетал Кроншнеп. Он привёл Чик-чирика в чувство и предложил ему дальнейшую помощь.

- Обойдусь, - коротко ответил воробышек и поспешил вернуться к своему занятию. А вдруг пока он лежал без сознания, на груди у него появилось пятно?

Нет, не появилось! Значит, он ничего не пропустил. Значит нужно и дальше смотреть и ждать. Вот только... Вот только лужа с каждым днём становилась всё меньше и меньше. Этак она пересохнет скоро! И куда же тогда смотреть?

Чик-чирик стал думать, что делать дальше. На реку лететь ему нельзя - там этот вездесущий дядюшка Пеликан. На море? Слишком далеко. Да он и не знал толком, где оно находится. Ведь он только начал учиться и до географии у них с мамой пока дело не дошло.

Может к Кире? У него во дворе есть большая железная бочка, всегда доверху наполненная водой. Водой из этой бочки родители мальчика, а частенько и сам Кира, поливали огород. Так может она пригодится и ему, Чик-чирику?

Да, бочка - отличная идея! Вернее, была бы отличная. Если бы воробышку не было стыдно после почти недельного отсутствия показаться Кире на глаза. Но ему было стыдно! Поэтому он никуда не полетел, а остался ждать у лужи в надежде, что скоро пойдет дождь, который всё поправит.

И правда, вдруг поднялся ветер, набежали тучки и пошёл такой сильный дождь, что уже очень скоро лужа стала как прежде, даже больше.

И что ж вы думаете: воробышек, пока шёл дождь, прятался в каком-нибудь укрытии? Нет! Он оставался там же, где и был - у своей драгоценной лужи!

Там и застали его друзья, когда дождь, наконец, закончился и небо прояснилось.

Окружив Чик-чирика, промокшего до последнего пёрышка, они стали говорить, что в последнее время не узнают его.

- Это всё потому что сейчас перед вами совсем другой Чик-чирик! - заявил воробышек, нахохлившись от холода.

- Как это другой? - в один голос переспросили Пеликан, Кроншнеп, Дрофа, Кречётка и Тиркушка.

- А так! - с этими словами несмотря на пробирающий до костей холод Чик-чирик вдруг перестал хохлиться, выпрямился и выпятил грудь колесом. - Раньше я думал, что я - обыкновенный воробей! Но оказывается, что я заблуждался! Я - воробей каменный! Птица редкая в здешних местах!

- Сердце у тебя каменное, вот что! - сказала тётушка Дрофа.

- Я - последняя буква в алфавите! - добавил дядюшка Кроншнеп. Он был большой знаток алфавита - знал его от первой и до последней буквы.

- Я - настоящее чудо! - не унимался воробышек.

- Чудо в перьях, - буркнул дядюшка Пеликан. Он всё ещё не мог простить Чик-чирику того случая на реке.

Вся эта пернатая компания была так увлечена беседой, что не заметила, как к ней подобрались браконьеры. Сначала они набросили на птиц сеть, а затем переправили их в клетки с крепкими и частыми железными прутьями. Всех кроме Чик-чирика.

- А этого что, не возьмём? - спросил один из браконьеров, указывая на нахохлившегося воробышка.

- Ну, сколько можно тебя учить? - рассердился второй. - Нам нужны редкие птицы, понимаешь? Вот это, - он указал на клетку с Пеликаном, - кудрявый пеликан. Знаешь, скольких денег стоит? Это, если не ошибаюсь, тонкоклювый кроншнеп. Стоит никак не меньше! За других тоже кое-что выручим! А зачем нам какой-то воробей? Да ещё и мокрый!

- Я не какой-то! - закричал Чик-чирик в спину уходящим браконьерам. - Я очень даже необыкновенный воробей! Каменный! Птица редкая в здешних местах! Просто... Просто у меня ещё не появилось пятно!

Но браконьеры были уже далеко и ничего из сказанного воробышком не слышали. Да если бы даже и слышали, ведь они не понимали по-птичьи!

Чик-чирик загрустил. Выходит, он не такая уж редкая птица! По крайней мере, не такая редкая, как его друзья. А ведь они в отличие от него не гордились и не предавали дружбу! Эта мысль причинила воробышку такую боль, что он впервые за несколько дней без сожаления оставил свою лужу и полетел, куда глаза глядят.

Он летел уже несколько минут, когда понял, что возможно ещё сможет искупить перед друзьями свою вину. Как? Он во что бы то ни стало должен спасти их. Сам он, конечно, не справиться. Зато он может позвать кого-нибудь на помощь! А кого можно позвать? Наверное, только друга! А единственный друг, который в тот момент находился на свободе, это Кира.

"Только не знаю, - снова загрустил воробышек, - посмотрит ли он в мою сторону, ведь я так давно его не навещал. Но зато я точно знаю, - встрепенулся он, - если я не попытаюсь спасти друзей, он точно больше никогда не захочет меня видеть. Решено - надо лететь и как можно скорее!"

Чик-чирик осмотрелся по сторонам, чтобы понять, в какую сторону лететь, и понял, что лететь ему никуда не надо. Он был уже на месте! Бросившись с расстройства куда глаза глядят, он прилетел к дому Киры.

За то время, что воробышек там не появлялся, ничего не изменилось. Всё - дом, огород и даже большая железная бочка с водой - находилось на своих местах. Чик-чирику достаточно было несколько раз взмахнуть крыльями, и он оказался бы у этой бочки. Глядя в неё можно было сколько угодно любоваться собой и ждать появления ярко-жёлтого пятна. Но он и не подумал этого сделать! Вместо этого он подлетел к окну, за которым находилась комната Киры, и изо всех сил стал стучать в него клювом.

Скоро в окне показалось встревоженное лицо мальчика, которое при виде Чик-чирика засветилось от счастья.

- Ну, наконец-то! - воскликнул Кира, отворяя окно и впуская птицу в дом. - Почему ты так долго пропадал? Заходи, я угощу тебя твоими любимыми жуками. Смотри, вот их сколько! - мальчик показал своему пернатому другу полное блюдце насекомых.

В другой ситуации воробышек, голодавший несколько дней, набросился бы на угощение, но в этот раз он даже не притронулся к нему.

- Не хочешь? - расстроился Кира. - А я-то думал, что тебе будет приятно! Постой, - его вдруг осенила мысль, - так может, я что-нибудь другое могу для тебя сделать?

Чик-чирик запрыгал по направлению к окну и посмотрел на мальчика, мол, ступай за мной.

Кира сразу всё понял. Он быстро достал из шкафа куртку, надел её и уже готов был следовать за другом, как вдруг в комнату вошёл отец.

- Ты никуда не пойдёшь, - с порога заявил он. - Уже поздно!

- Ну, пожалуйста, папа! - взмолился перед ним сын.

- И не уговаривай, - отрезал отец Киры. Он, судя по всему, был очень строгим отцом. Это было видно по складке у переносицы, тёмно-русой густой бороде и даже по одежде - тельняшке и штанам защитного цвета. - А о том, что ты хотел удрать через окно, мы завтра поговорим!

- Папа, ну разве ты не видишь, что у моего друга случилась беда?

- У какого друга?

Кира показал на воробышка, который, стоя на подоконнике, от нетерпения подпрыгивал на месте.

- Что ж, друзья - это святое! - сказал папа. - Но только я пойду с тобой!

Кира не возражал. Чик-чирик тоже.

Тогда папа взял ружьё, окликнул овчарку по кличке Комбат и вышел на улицу. Там его уже поджидали Кира и Чик-чирик.

Воробышек, конечно, не мог знать, где сейчас находятся его пернатые друзья. Поэтому он просто вёл своих спутников к той злополучной луже, возле которой всё и случилось. Авось те, оказавшись на месте происшествия, придумают, что делать дальше.

"Как жаль, что у них нет крыльев, - думал Чик-чирик, поглядывая на Киру, его папу и их собаку. - Как вообще можно жить без крыльев? Это же должно быть жутко неудобно!"

Может и так. Хотя ни Кира, ни его папа, ни даже их собака на подобные неудобства не жаловались. По крайней мере, отсутствие крыльев не помешало им быстро добраться до места происшествия.

Спутники воробышка как ищейки облазили все окрестности лужи и обнаружили несколько перьев, принадлежащих разным птицам, и хороший след. Чик-чирик только теперь понял, для чего папа Киры взял с собой овчарку по кличке Комбат. Для того чтобы взять след преступников!

Что же касается этих двух ценителей редких птиц, то им не удалось далеко уйти! Чик-чирик, Кира, его папа и их собака настигли их у речной переправы, что километрах в пяти от лужи, в которую так любил смотреться один наш знакомый воробышек.

Правда, он больше так не делает! А вы, ребята?


7