# Чудеса среди бегущих

Джей Ракса

"Я не могу ждать минуту: она наверняка нас обогнала. Минуты, знаешь ли, необычайно проворны" (с) Алиса в Зазеркалье

Трель, даже самого мелодичного, дверного звонка может показаться вороньим карканьем, если звук этот раздаётся в шесть утра. Именно так Ирме и показалось, когда на рассвете, наступившем после разгульной ночи, чей-то мерзкий палец уткнулся в поскудную кнопку.


− Иду, иду! - крикнула женщина, выбираясь из кровати, и натягивая красный шелковый халат с золотыми драконами. − Уже иду! - процедила она сквозь зубы, "застенчиво" двигаясь по коридору и со всей искренностью желая, чтоб враз онемела, проклятущая электронная птица или чтоб отсохла рука у незваного визитера.


За дверью оказалась девушка, лет семнадцати, в спортивном костюме ядовито-зеленого цвета и черных мужских кроссовках. Однако ж при дамской сумочке, что явно инородным телом, болталась в районе живота, на тонкой цепочке наискось перекинутой через левое плечо. Лицо незнакомки, показалось смутно знакомым. У ног девицы, угрожающе пристроился объемистый клетчатый баул − с такими еще "челноки" мотаются за товаром в Поднебесную.


"У, коробейники чертовы, повадились таскаться! А эта, что совсем спятила - приперлась со своим барахлом ни свет, ни зоря?" − пронеслось в голове у хозяйки квартиры (непростой, надо сказать, женщины). Черные мысли, пробужденные неожиданным вторжением, уже начали складываться в форму конкретного проклятья: "Ну, ща я тебе устрою! Век ничего не продашь!"


− Здравствуйте, тетя Ира! Я Таня Куницына. Помните? Вот, вам письмецо от матушки привезла. И гостинцы, тоже. Простите что без предупреждения. Дозвониться не могла, все время занято было. Ну а баба Клава, строго наказала на вокзале не толкаться - обворовать могут, − и первым же автобусом к вам.


Откровенно говоря, для ведьмы Ирмы, это заявление послужило ушатом холодной воды - никак не меньше. Маменька, значит, прислала...


− Ладно, заходи. Не через порог же разговаривать, − смягчилась женщина. − Ну, где тут у тебя письмо?


Землячка с легкостью подхватила здоровенный баул, − есть женщины в русских селеньях! - и, затащив его в квартиру, стала рыться в глубинах сумочки, откуда, на свет белый, извлекла изрядно потрепанный конверт еще советских времен - Ирма с ностальгией узнала "почтовую" заначку своей матери.


Внутри лежал одинокий тетрадный лист "в клеточку", на котором твердым почерком Клавдии Васильевны было начертано:


Ирка, стерва, совсем мать забросила! Не приезжаешь, не пишешь! (вот так, ни "здрасте" ни "как живешь?" − мамуля в своем репертуаре, а еще удивляется, что ездить перестала).


Ну, да Бог с тобой. Авось хоть на похороны явишься.


Это Танюха, Сашки Куницына младшая дочка. Приехала в институт поступать.


Ты, как носа казать перестала, так она мне и по хозяйству, и в огороде тоже исправно помогала. Девка вежливая, старательная, услужливая. Хоть и не большого ума.


Так вот, Ирка, приюти деточку по-соседски и пособи, если в чем нужда будет.


Поняла?


Чего ж не понять-то! Всякий, кто профессионально занимается магией, знает, − работа должна быть оплачена. А долго ходить в должниках магуйствующие не любят. Так что за услуги, оказанные этой девочкой, старой ворожее бабе Клаве, рассчитываться придется ей. Сын за отца, как говориться, вернее уж − дочь за мать!


− Разувайся, в кухню проходи - завтракать будем. Есть то хочешь? - для порядку спросила, "радушная" хозяйка, устраиваясь на угловом диванчике у обеденного стола.


− Да, очень. На вокзале все так дорого - честно ответила Таня, появившись в дверном проеме из коридорной темноты, и с интересом осматривая резной кухонный гарнитур ручной работы.


− Не стесняйся. Ставь чайник, собирай на стол: холодильник в углу, хлеб в хлебнице, чай в жестяной коробочке в этом шкафу, кружки над мойкой, приборы в верхнем ящике справа, − девица деловито засуетилась. Вскоре по кухне разлился запах свежезаваренного чая с бергамотом, а в тарелочках красовались бутерброды с сыром, копчёной колбасой и даже с красной икрой − гостинец (видать, родители выдали, что б задобрить городскую тетку).


− В какой институт поступать-то собралась? Никак в театральный? - с издевкой спросила Ирма, пристально рассматривая нежданную гостью.


Не красавица: обычное простецкое лицо; курносый, однажды сломанный нос; русые волосы до плеч, вьющиеся "мелким бесом". Руки, плечи, да и вообще вся фигура отрицала любые намеки на изящество. А ноги... Ступни, с явным плоскостопием, которые эта девушка, очень среднего роста, неосознанно прятала под стулом, были размера, эдак, сорок второго, никак не меньше.


− Не! В Академию физической культуры и спорта, − отрапортовала Таня. - Я ж у Владимира Константиновича в секции самбо занималась. Лучшая была, не только среди девушек, но и парней, не раз бывало, на лопатки укладывала. КМС заработала!


− Мммм... Оно и видно! - с сарказмом резюмировала "принимающая сторона", но деревенская девушка юмора не уловила и, зардевшись, приняла похвалу за чистую монету.


Испив горячего душистого чая и плотно позавтракав, привезенным деликатесом, Ирма изрядно подобрела, но недостаточно для того чтоб избавиться от природной язвительности. Посему, поднявшись из-за стола, хозяйка трехкомнатной квартиры изрекла:


− Ладно, в тесноте, да не в обиде! Выделю тебе самую большую комнату, которая будет в твоем полном распоряжении. Не волнуйся денег с тебя не возьму, но надеюсь на посильную помощь по хозяйству - ну, там прибрать, подмести, приготовить...


Откровенно говоря, ведьма неплохо зарабатывала, особенно в этот неспокойный период начального накопления капитала - рисковые люди хотят иметь хоть какую-то уверенность в завтрашнем дне! И уже давно подумывала о домработнице - поскольку к процессу уборки питала чувство резкой антипатии (о чем свидетельствовал "художественный" слой пыли на всех горизонтальных поверхностях). Но мысль, что кто-то будет совать свой длинный нос в ее личные, а хуже того профессиональные дела, всякий раз удерживала городскую колдунью от конкретных действий.


И памятуя об этом, по заветам Синей Бороды, строго настрого предупредила квартирантку:


− Только в маленькую комнату ни ногой, ни носом, ни даже в щелочку одним глазком! Понятно? - "понятливая" девица утвердительно кивнула, с восхищением осматривая обстановку своего будущего жилища: пластиковые окна, кондиционер, евроремонт, итальянская мебель, необъятный телек, видик, стереосистема.


Первые недели две, после заселения Танюхи, Ирма не могла нарадоваться своему нежданному приобретению. Квартира была "вылизана" до блеска, продукты по списку всегда закуплены (с непременной росписью цен и приложением сдачи), вкусно приготовленная еда в холодильнике в любое время дня и ночи. Так еще и о наличии/отсутствии "золушки" внутри квартиры можно было судить только по крупногабаритным кроссовкам на обувной полке. Деревенская девушка была "жаворонком" и покидала своё временное пристанище задолго до того, как его хозяйка соблаговолила выбираться из постели и, как правило, уже сладко спала к ее возвращению. Да и в течение дня глаза особо не мозолила.


Но все же знают − счастье не длиться вечно! В один "прекрасный день" (который, уже впрочем, основательно клонился к вечеру), ведьма вернулась домой, чтобы переодеться и снова упорхнуть на очередной фуршетик в гущу местного "высшего света". Ворожба ворожбой, а психологию никто не отменял. Вполне достаточно лишь "держать нос по ветру" и быть в курсе всех сплетен, что бы прослыть великой ведуньей. Хотя она, Ирма, потомственной ведьмой действительно была!


Закрыв за собой дверь, и краем глаза приметив танюхину обутку, ворожея на удивление обнаружила саму девушку, одетую в неизменный спортивный костюм, восседающую в напряженной позе за кухонным столом - уперев локти в его столешницу, она буравила взглядом одинокую бутылку водки. Не надо обладать шестым чувством, чтобы понять, что эдакая картина, ой, не к добру.


− Таня? - осторожно позвала женщина. - У нас будут гости?


Словно бы не расслышав вопроса и продолжая далее гипнотизировать сосуд с горячительным, квартирантка выдала, голосом в котором явно слышались осатанелые нотки:


− Тетя Ира, компанию поддержите? В одиночку пьют только алкоголики! - девочка была явно в курсе дела, как оно случается у сильно пьющих граждан.


− Отчего ж не поддержать? Поддержу! Но пить этот суррогат мы не будем. Компанию нам составит изысканная француженка, двадцати лет! − назидательно произнесла хозяйка, убирая с глаз долой сомнительную поллитру, и водружая на ее место бутылочку коньяка "Camus Josephine" с парой пузатых бокалов. Завершали психологически-разгрузочный "натюрморт" лимончик и коробка шоколадных конфет.


Отсалютовав и осушив первый бокал: "За нас, красивых!", Ирма наполнила звонкий хрусталь во второй раз и, без дальнейших церемоний, напрямик спросила:


− Выкладывай, чего празднуем?


Деревенская девушка, одним махом залив в себя и эту порцию, не потрудившись даже закусить, стала обстоятельно рассказывать, то и дело, шмыгая носом и рукавом утирая наворачивающиеся слезы.


Таня Куницына добросовестно прошла все перипетии абитуры - подала документы, и каждый день с благоговением вступала под сень обители физкультурных знаний (благо одолеть, бодрым шагом, те несколько кварталов, что отделяли институт от ее жилища, юной спортсменке не составляло туда).


Досаду вызывало, что профильного факультета самбо в этом ВУЗе не было. Было конечно отделение бокса, но "рыцари ринга и перчатки" лишь выразительно крутили у виска, услышав изъявленное Татьяной желание затесаться в ряды этого мужественного вида спорта. Еще огорчало то, что в заштатной секции захолустного поселка дотянуть до "мастера спорта" было не реально - для того требовалось, хоть изредка, ездить на мало-мальски крупные, допустим, краевые соревнования. Но у девушки, по понятным финансовым причинам, такой возможности не было. А ведь они (мастера) зачислялись вне конкурса.


Ну что ж пойдем на общих основаниях и в общем потоке!


Вот только с каждым следующим днем, приезжей из "Тмутаракани", все явственней понималось, что это соревнование с безжалостной бюрократической машиной ей не выиграть.


Первым звоночком послужил экзамен по русскому языку. Таня старалась изо всех сил - трижды перепроверила каверзный диктант, но доска объявлений ей без всяких сожалений сообщила, что родного языка она, оказывается, не знает. Ну, не то чтобы совсем не знает, но "червяк" оценки "удовлетворительно" внушал мало надежды.


Погоревав немного о своей злосчастной судьбине, Татьяна решила не расстраиваться, − Москва не сразу строилась! - Бог с ним с русским, недостающие проходные баллы можно набрать за счет физподготовке и биологии (ну если повезет). Спортзал стал родным домом, а режим тренировок беспощадным − лишь бы выйти к экзаменам на пик формы...


− Плевать им всем! Даже если олимпийский норматив выдам все равно не пройду! − причитала пьяным голосом девушка, заедая, пригоршней конфет, очередную дозу алкоголя. - Хоть до небес допрыгни, если на лапу нечем дать, грош цена всем твоим спортивным достижениям.


− А вот с этого места поподробнее? - прервала агрессивно-слезную тираду Ирма, поворачивая разговор в более конструктивное русло.


В среде абитуриентов, ходили упорные слухи, что, в принципе, пройти на "бюджет" можно и не особо насилуя собственный организм. Хотя что там слухи - в преддверии приемной комиссии располагался кабинет завхоза, и особенно продвинутые будущие студенты (или их родители) первым делом заходили туда, а уж потом - для проформы - в секретариат. Абитуриентка Куницына, конечно, тоже была в курсе такой возможности, но прибегнуть к ней просто не имела ресурсов. У нее банально не было таких денег, чтобы дать взятку. И взять их было тоже негде.


А взятка решала все! В этом Таня смогла убедиться доподлинно, случайно "засвидетельствовав", как мама одного "мальчика" (поступающего с Татьяной в одном потоке), передала тому самому завхозу пухленький (совсем как ее сыночек) конверт "спонсорской помощи". Результаты этой миграции наличности, из родительского кошелька в преподавательский, не замедлили сказаться на спортивных результатах абитуриента.


Рома, а "мальчика" звали именно так, был не особо высок ростом, но сильно широк... нет, не в плечах, широк он был в талии. Да и весь его облик, явственно свидетельствовал об излишней любви к калорийной пище и категорической нелюбви к излишним физическим нагрузкам − один Бог знает что было в голове у его мамы, но, как говориться, лучше Институт физкультуры, чем "юность в сапогах".


Первым экзаменационным испытанием по физподготовке, а "праздновали", как выяснилось, женщины именно его, были прыжки через козла. Таня с легкостью выполнила упражнение, все как учили - разбег, наскок на мостик обеими ногами, отталкивание от него, фаза полета, касание руками опоры и приземление. Приземлилась, впрочем, с помаркой - тело предательски повело влево и эффектно выпрямиться, красиво вскинув руки, не получилось. Не сильно, но, все же, ругая себя за досадный промах, Татьяна устроилась на скамейке у стены, и стала внимательно наблюдать за тем, как выполняют норматив ее "конкуренты". Мальчики и девочки, с разной степенью изящества, совершали требуемые телодвижения. Наконец, очередь дошла до Ромы. "Кабанчик" встал на исходную, по команде, начал разбег и даже совершил наскок! Но! Не выдержала "душа" трамплина − деревянная конструкция, многих повидавшая на своем веку, банальным образом сломалась под таким весом, издав душераздирающий звук, эхом прокатившийся по залу. А сам "кабанчик" подался вперед, повинуясь полученному импульсу, и крепко обнял козла. Блестящее исполнение было встречено дружным гоготом и улюлюканьем присутствующей молодежи и более старшего поколения. Экзамен был остановлен, до восстановления тишины и порядка, а также до замены поврежденного оборудования и продолжился только после того как подле "козлика" образовался новый трамплин.


Вот только козел действительно оказался "козлом"! Норовистое "животное" принесло предательски мало балов в копилку абитуриентки Куницыной. Чего не скажешь о результатах Ромы - не смотря ни на что, напротив его фамилии, в итоговом табеле, красовалась размашистая "пятерка".


А в этом свете шансы, деревенской девушки, получить высшее образование за государственный счет таяли просто на глазах, вместе с ее уверенность в собственных силах.


− Эту страну погубит коррупция! - философски изрекла Ирма, когда изрядно захмелевшая девушка закончила рассказ. - Ладно, утро вечера мудренее. Иди-ка, ты родная, спать, а как жить дальше решим на свежую голову.


Со второй попытки Татьяна поднялась из-за стола и нетвердой походкой покинула кухню, ведьма же осталась наедине со своими мыслями и практически опустевшей бутылкой. Согревая на ладони бокал, на два пальца наполненный золотисто-янтарным напитком, ворожея вдыхала его изящный букет, где доминируют ароматы цветов и ванили, оттеняемые нежным тоном каштана. Наслаждалась округлым мягким вкусом, с ореховыми ноткам и, едва уловимой, сладостью послевкусия. И думала, думала, думала.


Сначала составляла план первостепенных "мероприятий" и перечень дополнительной информации, необходимой для стратегического планирования - ничего особенного - Ирма работала так всегда. Скрупулезно просчитывая все варианты и возможные последствия тех или иных действий.


− Эх, маменька, наверняка же знала, что отделаться, по легкой − "квадратными метрами" − не получатся! Придется ввязываться с головой, - посетовала, в темный потолок своей спальни, Ирма, поудобнее устраиваясь на одиноком двуспальном ложе. - А! Где наша не пропадала? Прорвемся! - с вызовом бросила она туда же и сладко зевнув, отдалась в объятья Морфея.


Утром следующего дня.


− Вставай, Танюха, дел полно!


− Какие еще дела, теть Ира? Плохо мне, а вы еще и кричите, − голосом, исполненным вселенского страдания, заныла Татьяна, пряча голову под подушку.


− Важные и неотложные! - безапелляционно заявила ведьма, стаскивая с квартирантки одеяло и отбирая подушку. - Хватит валяться - ванна ждет!


Изобретателю гидромассажной ванны надо поставить памятник - ни что так не снимает напряжение после тяжелого дня и не приводит в тонус после "тяжелой" ночи, как тепленькая водичка с пузырьками. Главное только в эту водичку шампунь не добавлять, а то конфуз выходит, и ванная комната наполняется густой пеной приблизительно по пояс...


Минут через тридцать, физически, Таня была почти в норме: "Ща, мы это чайком с эстрагончиком усугубим, и будешь совсем как огурчик!" − подумала Ирма, ставя перед девушкой, на кухонный стол, большую кружку, с горячей, сладковато пахнущей жидкостью в дополнение к прочей снеди.


Физически может быть и да, но психологически в сельчанке явно произошел какой-то надлом. Деятельная, целеустремленная, до того, натура лишилась цели, столкнувшись с непреодолимым, как ей казалось, препятствием. Из нее будто выпустили весь воздух, и сейчас здесь сидела не молодая девушка, готовая бороться до конца, а куль с мукой, укутанный в хозяйский махровый халат.


"Э! Горе не беда", и для опытной ведьмы дело оно поправимое!


− Ладно! Обсыхай, пей чай, завтракай, а как оденешься, у меня будет к тебе несколько важных вопросов и одно очень важное дело.


− Угу, − едва слышно прогундосила Танюха, из пучины своих переживаний.


Ирма "вышла на диспозицию и перешла в наступление", на слух определив готовность, свой протеже, по затихшим шагам. И точно, одетая девушка, с пустым взглядом, сидела, на убранном диване, и пальцами ног ковыряла ковер.


− Итак, какие дисциплины еще осталось сдать, когда и на какие результаты рассчитываешь?


− Завтра силовые: отжимания там и всякое такое, через три дня биологию, в понедельник - кросс. Отожмусь без проблем, биологию - на четверку зазубрить постараюсь, кросс завалю точно, − девушка спрятала лицо в ладонях. − С моим-то плоскостопием. На тренировках еще ни разу в норматив не укладываюсь - препод сказал, "техника хромает", − спортивную "шутку" Таня сопроводила невеселым смешком.


− Уже хорошо, − сказанное действительно вселяло оптимизм. - Билеты по биологии и что-нибудь по технике бега к вечеру достать сможешь?


− Уже, − произнесла молодая спортсменка, без какого-либо энтузиазма в голосе, и движением головы указала на кипу бумаг и книг на подоконнике.


Там были десятка три серых, местами до черноты, листов формата А4, прошедших через изрядно поживший ксерокс - "Ах, молодость моя биология. Родной химбиофак, не менее родного пединститута!" Ещё лежало несколько учебных пособий, после беглого просмотра которых, наиболее перспективным Ирма сочла "Методику индивидуального планирования спортивной подготовки легкоатлеток высокой квалификации, специализирующихся в беге на средние и длинные дистанции".


− Я возьму? - осведомилась ведьма, показывая Тане приглянувшийся "томик".


− Да сколько угодно, все равно фигня! - отмахнулась квартирантка.


"Так, с этими упадническими настроениями надо бороться в первую очередь!" решила про себя Ирма, и, водворив на место "книженцию", альбомного формата, вслух добавила:


− Ладно! Вечерком зайду, дабы прочесть на сон грядущий.


Ну что ж пора было приступать собственно к магии - ворожея приблизилась к девочке вплотную, взяла ее за руку и, понизив голос, произнесла с точно рассчитанными интонациями:


− Пойдем, милая, нам предстоит самое важное - мы будем колдовать!


Реакция была, мягко говоря, неожиданной - Таня схватилась за крестик, что на простой веревочке болтался на шее и испуганно пролепетала:


− Батюшка Серафим говорит, что грех это!


"Вот те ж, нате ж! Верующая! Учтем...", − досадливо ругнула себя ведьма. - "Следовало присмотреться и заметить раньше. Но ведь молодёжь-то сейчас церковь не особо жалует, а кресты, если и носят, то скорее для проформы", − впрочем, это было только самооправданием.


− Не бойся деточка, твоей бессмертной душе ничего не грозит, − успокаивала Ирма, поглаживая её по руке, особым образом и по особенному же модулируя голос. - Мы же на людей ворожить не будем, только очистительную молитву Архангелу Михаилу вознесем, да ладанку на удачу сделаем. И всё!


− Всё? Точно? - ещё с опаской спросила Таня.


− Точно-точно! - ласково заверила женщина, и с лёгкостью потянула, уже расслабившуюся до полной податливости, девушку в свою святая святых.


Самая маленькая из трех комнат, на втором этаже дома, построенного во времена победившего атеизма, была прибежищем магии и колдовства. Тяжелые портьеры на окнах не давали дневному свету не малейшего шанса, стены тоже обильно драпированы, а в простенках между переливчатым атласом и благородной глубиной бархата, были дорогие английские обои в викторианском стиле - антрацит и золото. Зеркала, большие и маленькие, в старинных рамах, старинные же бронзовые подсвечники, лепнина и благородное дерево - круглый стол с непременным хрустальным шаром в центре, резной книжный шкаф, хранивший книги, все сплошь в кожаном переплете и даже человеческий череп. Да и прочая магическая атрибутика была нарочито разложена тут и там − необходимый антураж для рафинированной городской колдуньи. С психологической точки зрения дизайн продуман безупречно, − ни дать ни взять, роскошное святилище или ковчег, хранящий интимные секреты и сакральные тайны.


В руках Ирмы неведомо откуда появился старинный по виду ключ - подобное перед клиентами проделывала неоднократно. Она церемонно отперла дверь и, отодвинув портьеру, подтолкнула девушку войти. Таня переступала порог этой, до сих пор тайной для нее, комнаты с благоговейным трепетом. Шаг-другой и уже густой бархатистый полумрак обнимает ее, а нос, легкие и даже голова наполняются тягучим, почти до осязаемости, запахом благовоний, что сизыми струйками дыма поднимался от курительниц, расставленных там и тут.


"Запах штука сильная! Сразу воздействует на лимбическую систему, а там ведь рождается эмоциональная и мотивационная реакция..." − на автомате подумала хорошо образованная ведьма.


Для этого, не самого сложного, надо сказать, случая она выбрала лаванду, апельсин, бергамот, мяту и, конечно же, ладан. Всё, что стимулирует доверие, расслабляет, снимает стресс и мобилизует для новых свершений.


− Садись, девочка, и ничего не бойся!


Таня "подплыла" к трёхногому табурету, указанному хозяйкой и стоящему напротив большого зеркала. Ирма же совершая плавные, до миллиметра выверенные, движения кружилась по комнате позади нее, зажигая свечи. Рассеяно, но одновременно жадно взгляд девушки вбирал, отражавшиеся в зеркале лепестки пламени. Предпоследними были две свечи, поставленные перед самым стеклом таким образом, чтобы трепетание их огня фиксировалось только боковым зрением. Наконец колдунья вручила Татьяне зажжённую красную церковную свечу, другой такой же, водила позади Таниного затылка.


"Мерцающий свет и ритмичные движения - веками проверенный способ, переключения мозга на альфа-ритм!" − в режиме внутреннего диалога поделилась с собой ворожея. Она-то уже была готова священнодействовать - за долгие годы (а Дар, у потомственной ведьмы, начал просыпаться рано) она научилась по желанию вызывать приход Силы.


В Анахате разгорался огонь. Он стал расширяться, заполняя собой все ее существо. Лицо занемело и начало "гореть", в Аджане почувствовалось давление, а в руках мурашки и покалывание. Из ладоней "потекла" энергия - одной Ирма прикоснулась к затылку Татьяны, плавно провела вниз по шее и коротко надавила, по ее бокам, большим, средним и безымянным пальцами на сонные артерии. Чистая физиология - легкая гипоксия и мозг услужливо переходит в режим наилучшего восприятия какой-либо информации, поступающей извне. В принципе, на секунду-другую блокировать ток крови в сосудах ведьма могла и телекинетически, но зачем утруждаться, если объект "под рукой" и в непосредственной доступности?


Девочка ожидаемо вытянулась в струнку и замерла, − она была готова к "программированию". В принципе разницы нет, - слова это всегда слова! - но, так как, Танюха оказалась человеком верующим, колдунья выбрала в качестве наиболее приемлемой формы молитвенный речитатив, и заговорила, сплетая из слов молитвы нейролингвистическую сеть.


"Господь мой, Великий Боже, Царь Безначальный, прошу тебя направить Твоего архангела Михаила, чтобы помочь Рабе Твоей Татьяне. Защити ея, Архангеле, от видимых и невидимых врагов.


Прошу Тебя о, Великий Господень Архангеле Михаиле! Являясь сокрушителем демонов, помоги ей противостоять всем врагам ея. Преврати их в овечек, смирив их злобные сердца, или же сокруши их, развеяв их враждебные мысли, подобно праху на ветру.


Взываю к Тебе о, Великий Господень Архангеле Михаиле! Ты являешься шестикрылым первым князем и воеводой Небесных Сил: Серафимов и Херувимов. Так прошу тебя будь ей помощником в печалях, скорбях и бедах моих. Будь рядом с ней в пустынях, в стремнинах и тихих морских пристанищах, помоги на жизненных распутьях.


Обращаюсь к Тебе о, Великий Господень Архангеле Михаиле! Избавь ея от дьявольских соблазнов, встретившихся на пути. Услышь, молящуюся Тебе и взывающую к имени Святому Твоему. Прошу тебя ускорь свою помощь скорее побори всех, пытающихся навредить ей. Усиль свое воздействие силой Креста Господнего Честного и Животворящего, молитвами Святых Апостолов и Пресвятой Богородицы, Святых Чудотворца Николая и Андрея Юродивого, Святых великомучеников Евстафия и Никиты, Святого Пророка Илии, всех Небесных Сил и преподобных Святых Отцов, Богу угодивших.


О, Великий Господень Архангеле Михаиле! Помоги рабе Твоей Татьяне, защити ея от невзгод мирских, избавь ея от зла, лицемерия и от встречи с врагом льстивым и лукавым, отгони от нея искушения грешные. Аминь."


Голосом своим, ведьма, владела прекрасно - он лился без перерывов как волна, то поднимаясь, то опускаясь, замедляясь и ускоряясь вновь, выстраивая в податливом мозгу необходимые психические конструкции. И губы девочки беззвучно вторили знакомым именам, а после слова "Аминь", та осенила себя крестным знаменем.


− Читай эту молитву каждоутренне и обязательно пред тем как в институт идти, − дала строгое назидание Ирма, и в том, что Татьяна запомнила текст слово в слово сомнений не было - то ж гипноз!


А напоследок дала камушек - бусинку на веревочке - со словами:


− То камень со святой горы Афон! Повяжи его на левое запястье и носи не снимая. Он тебя от зла убережет, и Божья помощь всегда с тобой будет - ты только молись усердно!


"Ну вот, теперь у нее есть амулет, то бишь, материальный объект для фиксации психологического настроя на позитивный лад и аффирмация в приемлемой лингвистической форме. Что еще студенту-спортсмену надо?" − жизнеутверждающе пробормотала себе под нос колдунья, когда "обновленная" Таня, как всегда по деловому, потопала на кухню готовить обед.


"Эх, жаль, что эту вкуснятину, мне светит попробовать, разве что в ужин!" − посетовала про себя Ирма, собираясь. Дел-то полно, а времени в обрез - требовалось собрать бездну информации о "противнике". О тех, кто выставляет детишкам баллы и о том, как на этих людей можно повлиять.


Первым делом путь ведьмы лежал в кабинет завхоза. Для чего одевшись по типу "бизнес-леди", Ирма подъехала на своем японском джипе к центральному входу Академии физкультуры и спорта.


Неприятным сюрпризом выявилось немалое количество дорогих авто на стоянке перед учебным заведением. Ворожея честно заблуждалась насчет малопрестижности профессии, а, следовательно, и малопопулярности этого ВУЗа. Но секрет Татьяниных злоключений заключался в том, что студентам-спортсменам, особенно спортсменам-заочникам, учиться-то слишком усердно не приходилось, особенно при "посильной финансовой помощи". Вот и шли косяком сюда детки обеспеченных родителей за официальной "корочкой" о высшем образовании!


Не оставляя, впрочем, надежды разрешить все вопросы здесь и сейчас, Ирма, включив дар дистанционного внушения на максимум, "вплыла" в пресловутый кабинет. Хозяин кабинета лениво-вопросительно взглянул на вошедшую женщину. Табличка на столе информировала посетителей, что обращаться к нему следует Александр Сергеевич. И узнав о цели визита, тёзка поэта, тоже стал рассказывать "сказки", суть которых сводилось к двум фактам: а) Всё возможно! б) Все возможности стоят денег! "В" для этого гражданина не существовало.


Далее беседовать, с человеком - кассовым аппаратом, не имело смысла, поскольку все его речи были лишь вариациями на тему "Дай денег! Дай". Тут надо "ка́пать" сверху и ведьма отправилась выяснять, кто же будет этот "сверху".


Объектом она выбрала декана отделения адаптивной физкультуры, для лиц с отклонениями в состоянии здоровья. Именно туда Танюха подала документы, да и его фото, выставленное на доске почета, безошибочно отзывалось "ОН", когда ворожея энергией сканировала высший педагогический состав.


Наведя кое-какие предварительные справки (не особо спрашивая, но больше слушая и наблюдая), Ирма сменила гардероб в спортивном магазине через дорогу и явилась в приемную к декану в нейлоновом чуде от "Adidas" и кроссовках от "Puma". Как и было задумано, секретарша, что миловидным цербером, восседала у высокопоставленных дверей, ни обратила на визитершу особого внимания - "мало ли вас, спортсменов, тут шатаетс!", и лишь безразлично бросила:


− Петра Семёныча нет, и сегодня не будет!


"А то я не знаю!" − пронеслось у колдуньи в голове. - "Своими глазами видела, как он укатил в неизвестном направлении. Нет, милочка, побеседовать я хочу как раз с тобой!"


Двигаясь от дверей к интересующему субъекту, ведьма потирала руки, активизируя энергетическую "резинку" и вызывая "детонацию Силы" - сейчас будем работать, и работать дистанционно!


− Да черт с ним с шефом! У тебя-то, Ленок, как дела? Как жизнь молодая-личная?! - бодрым голосом произнесла колдунья, демонстративно раскрывая объятья, в направлении "старой знакомой", дескать, какая встреча.


Сбить с толку и посеять неуверенность в человеке, первое дело в цыганском гипнозе. И пока "Ленок", пристально всматриваясь в лицо нежданной гостьи, лихорадочно рылась в своей памяти, силясь извлечь оттуда хотя бы ее имя, Ирма, опустила руки вниз, энергией "потянув" туда же кровь от головы секретарши. Всё по заветам Нинель Кулагиной! Едва заметное движение головы назад, засвидетельствовало головокружение, и молодая женщина замерла как статуя - "готова!"


− Ты слышишь только мой голос. Ты расскажешь всё, о чем я тебя спрошу, − четко проговаривая слова, в размеренном темпе, произнесла ворожея.


И она рассказала всё!


Личность самой секретарши интереса не представляла, так постольку поскольку, но о своём непосредственном начальнике она знала более чем достаточно.


Декан и бывший спортсмен-тяжелоатлет средней руки, Петр Семёнович Ремезов был благополучно женат, имел любовницу (её, Леночку, самую) и не обходил своим вниманием симпатичных студенток. Так что, на этом фронте, у него всё было в ажуре, и тут посильная магическая помощь ему явно не требовалась. Впрочем, на счастье Тнанюхи, была одна деликатная проблема, к которой Ирма могла приложить руку и через которую надеялась получить от декана "благодарность по гроб жизни". Крепыш Петр Семёнович страдал геморроем, сильно страдал, особенно если учитывать сидячий профиль работы, отягощенный лишним весом.


Итак, средство воздействия было найдено, теперь только оставалось получить непосредственный доступ к телу!


Однако действовать напрямую ведьма не собиралась - классическая многоходовка всегда дает лучшие результаты, чем переть напролом. Выведав у секретарши, "что" есть жена шефа, какой косметический салон она посещает и когда это обычно делает, Ирма напоследок вручила Лене свою визитку. Повелев положить оную, у начальника на рабочем месте, так чтобы он непременно, но случайно обнаружил картонку с данными "потомственной целительницы, травницы и биоэнергета". Это конечно пустячок, но работу здорово облегчает: во-первых такой предмет для мага работает как маяк, а во-вторых психология. Старый добрый трюк − даже если декан всего лишь один раз пробежится взглядом по визитной карточке и сразу же выбросит её, в памяти имя все равно останется. А услышав его ещё раз, причем от родной жены, будет ведь честно думать, что имя это у всех на слуху. А стало быть человек известный, и, по всей видимости, авторитетный в определенный области. Удостоверившись что мина заложена, а заодно и "познакомившись" по фото с личиной жены, ворожея покинула кабинет и приемную декана со словами:


− Когда я закрою за собой дверь, ты проснешься, но забудешь моё лицо и никогда не вспомнишь что я сюда приходила!


"Ну, на сегодня всё!" − пробормотала Ирма, вылезая из машины у старого и заросшего городского парка. Ей было необходимо сбросить нервное напряжение и перезарядиться, вечером-то ждало "увлекательное" чтиво, а на завтра у жены объекта намечено мероприятие красоты.


Ведьма интуитивно нашла в хитросплетении старых аллей, укромный уголок и, сбросив обувь и одежду по максимуму, стала медитировать, слившись всем своим существом с силами Матери-Природы, напитываясь её животворящей энергией и сбрасывая весь негатив, грязных мыслишек этих мелочных людишек.


Успокоив дыхание, Ирма привычно "соскользнула" в состояние медитации, обусловленное изменяем мозговых ритмов. Ощутить резонанс и настроиться на волну этого места было совсем не трудно - достаточно только истерично не загораживать свое сознание. Опустив барьеры и растворив свое "Я" в потоке энергии, что пронизывает всю Вселенную (и этот крошечный её уголок тоже), ведунья мысленно пошептала, касаясь раскрытыми ладонями шелковистой травы: "Мать сыра Земля, припадаю к благодатной груди твоей и как дитя малое ищу защиты, любви и ласки!"


Да, именно любви. Нет ничего важнее неё, поскольку бесконечна и беспредельна Сила Любви, которая соединив мертвую материю, порождает и без устали преумножая жизнь. Могучие старые деревья и тонкие однолетние травы ласково шептали: "Не грусти, оставь свои печали нам, ведь мы тебя любим просто потому что ты нас слышишь!" и разделив с ведуньей свое единство, катили мощные энергетические волны, вымывая из её души человеческую мерзость. Неизбежно прилипающую к сознанию, если случается столь далеко углубляться в темные закоулки чьих-то разумов.


Ирма вернулась домой отдохнувшая и посвежевшая. Татьяна была на вечерней пробежке, но несмотря на это на плите в холодильнике хозяйку ждали разносолы.


Прекрасно!


Салон красоты был элитным, и "время" расписано на недели вперед, но разве такая мелочь остановит колдунью, что столько раз, силой своих зелий и заклятий, спасала браки многих могущественных матрон, от посягательств молодых вертихвосток. Пара телефонных звонков и вот она уже записана к "интересующему" косметологу, сразу после Екатерины Анатольевны Ремезовой.


Пока деканшу, доводили до кондиции антицеллюлитным массажем и обёртыванием, − вот ведь чудесно, половину работы сделают за неё! - Ирма пробуждала в себе Силу. Та поднялась волной из сокровенных глубин Духа, расширилась, заполняя все тело и даже пространство вокруг, а когда женщина расслаблено, вышла из кабинета косметолога, ведьма перехвалила инициативу, а также поток сознания и самоконтроль жены декана.


− Ясно вижу! Порча на твоем муже! Коварный злодей удар по здоровью нанес и теперь, тяжкий недуг, как червяк грызет твоего Петю изнутри!


− Как? Откуда вы знаете? - пролепетала Екатерина, которая, впрочем, уже и так верила и готова была следовать за ворожеей хоть на край света.


− Мне всё ведомо! - сакраментально произнесла Ирма, одетая по такому случаю "по-рабочему", именно так, как должна выглядеть настоящая ведьма и, продолжая удерживать визуальный контакт, тихо прибавила, для пущей таинственности. - Не случайной была наша встреча! Высшие Силы свели, не иначе!


"Ах, люди как же легко вам пустить пыль в глаза и заставит верить!"


− Идём со мной. Раскину на картах, для верности! - и, конечно же, та поплелась следом в одну из комнат отдыха, где женщины и заперлись, чтоб никто не мешал.


Какая, по сути, разница что "говорят" карты, это лишь повод высказаться гадалке. И са́мой лучшей будет та, что смотрит не на "картинки", а в душу человека, что сидит перед ней.


В общем, получасовая беседа увенчалась полнейшим успехом, и можно было приступать к последней фазе "марлезонского балета" − личной встрече с деканом. Вначале на нейтральной территории, для чего супруга (которая обязательно наведет справки, и убедиться в немалой Силе ведуньи), всенепременно приведет дражайшего Петра Семеновича в одно милое местечко, где они "случайно" пресекутся с гадалкой и плодотворно побеседуют!


На этот раз брать будем не психотехниками, ну разве что немного - снять болевые ощущения и дискомфорт. И человек, долго мучимый неприличным недугом, всецело к тебе расположен, но более того, расположен повторить столь приятную встречу, но уже в ведьминых пенатах. А дальше фармакология - есть в народной медицине средства облегчить муки страдальца. И естественно добрая Целительница Ирма, выдаст такое средство хорошему человеку, в качестве аванса за необременительную услугу - "делов-то, пристроить на бюджет, дальнюю родственницу, такой замечательной женщины!


Но это будет позже, сейчас же нужно заняться Танюхой. Восполнить пробелы биологических знаний, но главное предпринять шаги для улучшения техники бега...


Итак, "силовые", без всякой протекции, были сданы на "хорошо", биология − на "отлично". Возможно, этому, конечно, и поспособствовала предварительная беседа с деканом, но, вероятнее то, что Татьяна отвечала на вопросы билета уверенно и без запинки. А чего ж не ответить, коли они (ответы) были записаны в мозг девушки, как на магнитофонную пленку? И просто ею воспроизведены, слово в слово, "пытливому" экзаменатору.


Ведунья потратила пару дней и немало сил, на что бы сделать эту "запись". Нет, "включить record", то есть, погрузить Танюху в транс было нетрудно, а вот наговаривать "содержание" несколько часов к ряду, оказалось нелегкой задачей. Но они справились!


Оставался только забег...


Абитура, в преддверии экзаменационного кросса, каждый день топтала дистанцию, что пролегала в парковой зоне Академии. Так что Ирма имела возможность "в натуре", а не только на страницах умной книжки, увидеть, как оно должно быть и как должны правильно бегать спортсменки. Ведьма даже секундомером обзавелась, но тот лишь неумолимо свидетельствовал, что Тане до высоких показателей как до луны - девушка, повинуясь инстинкту, пристраивалась в масс-группу и прибегала хорошо, если на "троечку".


"Ух, уж мне, это стадное чувство!" − неодобрительно думала ворожея, наблюдая как её подопечная, перемещается по парковым аллеям в большой толпе себе подобных, хотя "Методика", настоятельно рекомендовала совершенно иную тактику.


Итак, старт и стартовый разгон, бег по дистанции и финиширование. Сравнив с книжной, и выбрав как эталон, технику, а стало быть, и показатели, одной длинноногой бегуньи (что неизменно приходила в первой десятке), Ирма озадачилась "прививкой" полезных навыков Татьяне.


Старт − вяловат, но не критично − можно поправить!


Стартовый разгон - вы о чем? Перешагнув линию землячка, включала "круиз-контроль" и равномерно топала до финиша, ни о каком стартовом ускорении (дабы занять среди соперников лучшее место, на первых пятидесяти-семидесяти метрах), в кудрявой голове, даже и мысли не возникало. Поселим туда эту мысль!


Бег по дистанции - стадное чувство искореним и научим отрываться от группы! Но эта зажатость... "Методика" недвусмысленно гласила, что во время бега мышцы шеи и рук должны быть расслаблены. Излишние напряжение верхней части тела приводит к увеличению затрат энергии и потери скорости. Расслабим!


Финишный спурт - "запрограммируем" точку (метров эдак за триста до "ленточки") где откроется "второе дыхание", то есть печень "выбросит" порцию свежей крови, а там уж и частоту будет шагов увеличить легко!


Впрочем, времени оказалось маловато для отработки и шлифовки навыков - эх, раньше сказать не могла? − и все эти "нововведения", даже накрепко встроенные в Танюхино сознание, не приносили ожидаемых результатов. Ничего не попишешь, но для ощутимого качественного скачка требовалась ещё и мышечная память - одной головы мало!


Оставалось последнее средство...


Понедельник день тяжелый! Утро понедельника вдвойне тяжелей, если тебе предстоит испытание, в исходе которого ты не уверен.


Молодые люди и девушки стояли поодиночке или небольшими группками на площадке перед стартовой линией. Ирма с Татьяной, сидели в машине, на стоянке у парковых ворот, и со стороны наблюдали за этим растревоженным муравейником. Танюха беззвучно шевелила губами, снова и снова "про себя" проговаривая слова молитвы.


"Отлично! Состояние почти трансовое, ну что ж приступим!" − подумала ведьма, выпуская из ладоней поток энергии.


Уже очень давно − после того как Ирма, по большому блату, прочитала статью об экспериментах одного выдающегося "профессора в погонах", Леонида Павловича Гримака, ей тоже захотелось поэкспериментировать. Инициировать у кого-нибудь турийю, а по "нашему", магическому − замедление времени или состояние ускорения. Вот только подходящих, крепким здоровьем и хорошей внушаемостью, кандидатур, до сего дня не попадалось. Но случай, наконец, представился...


− Твой мозг, все твое тело, каждый твой нерв очень четко ощущают, что течение времени замедлилось в пять раз. Оно течет лениво и медленно. Ты живешь и действуешь в соответствии с этим новым для тебя состоянием и будет оно длиться от сего момента и до того как ты пересечешь финишную черту, − заклинала ведьма и, конечно же, заклятье сработало, ведь Ирма была пусть и не профессиональным, но высококлассным гипнотизёром.


Татьяне казалось, нет, она точно ощущала, что путь, от ведьминой машины до старта, пролегал в густом киселе. Причем, ее собственные движения этот "кисель" совсем не сковывал, но всё и все окружающее заметно "тормозило" в плену пространства, будто бы поставленного чье-то невидимой рукой в режим замедленного воспроизведения. Даже голоса "переклички" звучали как-то протяжно, словно магнитофон кассету зажевал.


Это должно было бы казаться, девушке, странным, но совсем не казалось. Это было "нормальным", и от того приятным. По телу перетекала сладкая истома, оно было легким до невесомости, а голова предельно ясной. Отстраненный взгляд и на губах играет легкая улыбка - у буддийских статуй примерно такое же выражение лица. Нирвана!


− Ты что пьяная? Или колёс наглоталась? - забавно растягивая слова, промычала "заторможенная" Наташка, пристально её, разглядывая, когда они обе оказались возле организационного стола.


Пожалуй, в любое другое время Татьяна бы смеялась до колик, наблюдая за тем, как подружка плюхается в гуще "пространственного киселя", но сейчас в её сознании всплыло лишь индифферентное: "Хм, забавно" и не более того. Получив номер из рук, столь же флегматично двигавшегося организатора, девушка встала на исходную, среди других абитуриентов.


Она явственно подмечала признаки обуревавшей их нервозности - лёгкое дрожание рук, губ и не только, едва заметные мышечные спазмы и нервные тики, бегающие взгляды. А еще покрасневшие лица и конечности - таковых было большинство, и таких, как раз, следовало опасаться больше всего - краснолицые являлись реальными конкурентами. Ведь в их телах адреналин услужливо делал свое дело, заставляя кровь в руках и ногах бежать быстрей, поскольку им сейчас предстояло бежать не больше, но и не меньше чем наперегонки с судьбой!


Наконец, стартовый пистолет возвестил начало гонки!


И опять Танино сознание резюмировало: "Хм, интересно", когда вместо привычного сухого и резкого щелчка, над толпой напрягшихся абитуриентов поплыл протяжный раскат, который, впрочем, ни подтолкнул ни одного из её конкурентов к движению и девушка сделала первой шаг через черту, каким-то шестым чувством поняв что уже можно. Следом, словно кто-то открыл невидимый шлюз, хлынула масса молодых людей и девушек.


Гонка! Ха! Так соревнуются улитки! Конечно для "брюхоногих" это потребовало полной отдачи сил, но по ощущениям девушки, она просто прогуливалась трусцой, по летнему парку и наслаждалась славным деньком. Как же легко и приятно было ступать - асфальт словно бы пружинил под её кроссовками, подталкивая подошвы вверх, так что поднимать ноги было ни чуть не сложнее чем опускать их. Ноги сами несли Таню от старта к финишу, оставляя время и силы для того что бы обозревать окрестности. Пусть она видела эту трассу уже не один десяток раз, но сейчас всё выглядело как-то по-другому. Ветер иначе шелестел в ветвях, вернее шелеста никакого не было - листья даже на самых тонких прутиках замерли в напряженном ожидании. Свет иначе ложился и отражался от окружающих предметов, расцвечивая всё вокруг небывалыми оттенками и волшебными переливами.


"Хм, прикольно" − мысленно изрекла бегунья когда заметила, как голубь, напуганный приближением толпы, лениво "поплыл" прочь, загребая загустевший воздух крыльями. Взметнув при этом из лужи, в которой он купался, сверкающую феерию из мириад сверкающих бриллиантами капель.

И она пришла второй, следом за той самой длинноногой бегуньей, сравниться с которой не могла еще вчера. И в то же мгновение, когда Татьяна переступила сакраментальную черту, "время" догнало её, вернув свой нормальный бег, затопив сознание ослепляющим светом и накрыв оглушающей волной звуков и запахов. Навалилась чудовищная усталость, будто девушка всю ночь вагоны разгружала, но это было не важно. Таня получила свое бюджетное место, о чем на завтра засвидетельствовал информационный стенд, списком зачисленных, где черным по белому значилось Т.А. Куницына!