# Архангельск - 56 ( Вторая часть)

Борис Викторович Пушкарёв

Первая часть "Архангельска - 56" многим читателям понравилась. Мне кажется, что вторая часть получилась не менее интересней. Но это решать Вам - дорогие читатели.

## Архангельск - 56 (продолжение)


Нету Лета этим Летом,

Спит оно, наверно, где-то.

Лето ... Лето ... хватит спать,

Пчёлам взяток надо брать!


"Стихи о лете" К. Дмитриев

.


## "Тыкай вилкой" или Великий самоед

Изначально я хотел посвятить эту главу истории Новой Земли, со значимыми датами, с фамилиями исследователей архипелага и историей освоения. А потом подумал: "А кому всё это надо? Если кто заинтересуется, то сам ткнёт пальчиком в клаву волшебного ящика и ... да откроется им вся - вся правда о истории Новой Земли, с датами и фамилиями." А расскажу я лучше о том, как я сам прикоснулся к части истории Новой Земли. Ведь раньше волшебной паутины не было, а истории, они же байки, передавали из уст в уста. Поэтому садитесь удобнее и приготовьтесь внимать рассказчику (мне то бишь). (Здесь по плану повествования должна быть загадочная, тревожная музыка). Ну да ладно, обойдёмся. Читатель с воображением запросто может её себе представить, а заодно и седого, с редким волосом на голове, беззубого, древнего старца с белой бородой до пояса, худющего - кожа да кости, в светлом, потрёпанном балахоне из грубой мешковины, опирающегося на посох - палку, отполированную многолетними прикосновениями рук хозяина, который и ведёт это повествование. Кхе - кхе ). А дело было так. Кхе... (Далее идёт шамканье беззубым ртом, старческое кряхтенье и наконец-таки сам рассказ.)

В начале лета одна тыщща девятьсот ...ого года, меня, и ещё двух солдат послали очищать берега озера, из которого мы брали питьевую воду, от погибших оленей, чтобы останки животных не попали в воду. Зимой, когда господа - офицеры охотились на олешек, иногда случалось что подранки уходили от охотников и потом умирали в тундре. Случалось, что и на берегах питьевого озера находили их туши. Но оставалось от оленей, на тот момент, немного: крупные кости, голова с рогами да немного шкуры. Остальное, говорят, съедали и растаскивали песцы или белый мишка лакомился, если конечно находил тушку оленя. Наша работа заключалась в следующем: проволокой за рога цеплять всё то, что осталось от оленей и перетаскивать через вал земли, окружавший наше озерцо. Работа хоть и неприятная, но совсем несложная. Сделали её быстро и решили до обеда в казарму не возвращаться. Ветер был слабый, хилое солнышко даже начинало пригревать. Ребята пристроились тут же - в тундре, на тундровой подстилке, состоящей из разных мхов, ягеля и прошлогодней травы, ну и задремали. Потому что в армии ритм солдатской жизни задаёт поговорка, слова которой вечны, высечены в граните и являются основой службы солдат, всех времён и народов, а именно: "Солдат спит, а служба идёт". Я же просто не смог заснуть у водоёма не изучив его. Сработал рыболовный рефлекс, выработанный годами практики. Являясь заядлым рыболовом и сильно страдая из-за отсутствия у меня снастей, а также свободного времени, я хотел хотя бы побродить у воды и выяснить, а есть ли рыба в водоёме. Оказалось, что рыба в озере есть, и не просто есть, а её там: "... как у дурака махорки" (то есть очень много). Когда я бродил по берегам озера, то наткнулся на странные удлинённые гильзы от неизвестного мне патрона (у нас на вооружении были карабины СКС - карабин Симонова, пулемёты РПД - Дегтярёва, крупнокалиберный пулемёт ДШК - Дегтярёва - Шпагина). Поэтому боеприпасы к нашему оружию я знал хорошо. Мне стало интересно и я решил показать гильзы нашим кадровым офицерам - уж они-то должны знать. И точно, один капитан высказал предположение, что эта гильза от патрона к трёхлинейке или похожему нарезному охотничьему оружию. На мой вопрос: "Какие здесь могут быть охотники, когда кругом одни военные гарнизоны, да ещё ядрёный полигон неподалёку?" Он рассказал такую вот историю.

Ещё до победы Великой Октябрьской, сюда - на Новую Землю завезли то ли ненцев, то ли лопарей. Завезли большими общинами вместе с оленями, собаками, нартами, юртами, ярангами (или как там их избушки называются), вместе со всем остальным скарбом. Это, видимо, была такая правительственная программа по заселению пустующих земель государства Россейского. Это теперь - вымирающие деревни и пустующие земли современным правителям совершенно по уху, а в царские времена за державу переживали. Так вот, эти лопари тут и жили, после переселения. Занимались охотой на песца, белого медведя. Ели своих олешек. Вот, нашёл редкие фото таких охотников. Фото - 1. Слева, по моему, женщина, но я не уверен. Обратите внимание на надпись на фотографии, написание слова "север" ещё по старым, дореволюционным правилам.

Ещё местные жители собирали яйца диких гусей и других птиц, которых на Новой Земле сотни тысяч. Ведь попробуй курицу вырасти, да корми каждый день, чтобы она тебе яйца несла, а здесь просто бери и собирай. Конечно только в определённый период, который надо знать. Зато холодильника не надо. Новая Земля это и есть - один громадный холодильник. Вот на фото - 2. Вот такие собиратели яиц.

Ещё этот же капитан поведал о том, что главным у местных лопарей был некий Тыко Вылку, через которого и общались с местными охотниками. А потом, когда на архипелаге решили устроить ядерный полигон (здесь бабахнули первую водородную бомбу), всех лопарей вывезли на Большую землю, куда-то в район Мурманска. Вот посмотрите - тоже старинная фотография фото - 3. Быт местного населения Новой Земли. Как они выживали в эти тяжелейшие зимы, а зимы были гораздо холодней чем сейчас, да ещё вот в таких "домишках", мне совершенно не понятно.

О всём, что я узнал от товарища капитана, я рассказал своему другу, тоже из Ленинграда. Мы подружились с ним пока сидели в аэропорту Архангельска, это когда ещё летели на службу (смотри первую часть). Так вот мой друг сказал, что товарищ капитан, скорее всего, просто пошутил. Словосочетание имени и фамилии Тыко Вылку очень похоже на фразу "тыкай вилкой". Надо сказать, что действительно, иногда офицеры подшучивали над нами - неопытными пацанами, но всегда не зло. Просто монотонная, многолетняя служба в тундре ужасно скучна, а тут такая возможность пошутить над новыми людьми, совершенно незнающими Заполярья и готовыми поверить всему, что говорят старожилы. Я тогда немного растерялся и не знал чего и думать. Очень уж складный рассказ был у капитана. Такое придумать - надо иметь богатую фантазию. Решил, что пусть будет это такая полярная байка, которых полно в историях ребят, отслуживших на крайнем севере. И только спустя десятилетия, когда в доме появился компьютер, я озадачился вопросом: "А, был ли такой человек на самом деле?" Почти как у классика: "А был ли мальчик?" Результаты поиска меня просто удивили (хотя удивить меня, в последнее время, непросто). Оказалось, что такой человек жил на самом деле, и не просто жил, а был человеком с удивительной судьбой, прожившим долгую, интереснейшую жизнь. Судьба сводила его с известными людьми своего времени. Был он и охотником, и художником, и председателем всех самоедов Новой Земли. Всесоюзный староста Калинин М.И., называл Тыко Вылку - Президентом Новой Земли, в шутку конечно (президенты были тогда только за границей СССР). Но всё по порядку. Родился Тыко Вылку в семье охотника - промысловика Константина Вылку 28 февраля 1886 года в становище Белушья Губа на Новой Земле. Вообще в семье Константина Вылку было десять детей. Фамилия Вылку происходит от ненецкого слова "Вы" - "Тундра". Общее значение "Тундровик" или "Житель тундры". А вот имя Тыко переводится как - "олешек" (или оленёнок). Позднее, когда Тыко стал взрослым, он сменил своё ненецкое имя на русское - "Илья". Так он и запомнился в истории - Илья Константинович Вылку. Самое удивительное, что сохранилась старинная фотография, на которой, слева направо: отец Вылку, его старший брат и сам Тыко. Вот посмотрите, вон тот малец с арбалетом в руках. Фото - 4.

Под фотографией хочется оставить стихотворную подпись, известным, но немного переделанным четверостишием.

Когда был Вылку маленький,

С кудрявой головой,

Он тоже бегал в валенках,

По горке ледяной.

В 1903 году на Новую Землю приехал известный полярный художник Александр Борисов. Тот сдружился с Тыко Вылку, и они вместе проехали на собаках по Новой Земле около четырёхсот километров. Борисов делал свои зарисовки, и Вылку заинтересовался работами художника. Рисовать Тыко начал в 1904 году, копировал картинки из отрывного календаря, оставленного зимовавшим промышленником. В 1904 году Вылку совершил первую сделку в качестве художника - обменял свою картину на компас и термометр у двух английских путешественников (если верить источнику). Тыко Вылку даже ездил учиться в Москву живописи у известных художников того времени. Потом в 1909 году на архипелаг приезжает полярный исследователь Владимир Русанов. Известный фильм "Два капитана" по повести Каверина помните? А историю в кинофильме про пропавшего капитана Татаринова? Так вот, это настоящая история, только не Татаринова, а капитана В. А. Русанова, пропавшего без вести где-то в Карском море в 1913 году, вернее, часть истории. Вылку знакомиться с господином В.А.Русановым и отправляется с ним в экспедицию, где они составляют карту очертаний берегов Новой Земли. Интересно, что в последнее путешествие Русанова в 1913 году, должен был пойти и Вылку, но внезапно умирает один из братьев Тыко Вылку и Тыко остаётся на Новой Земле чтобы кормить семью умершего брата - вдову и шестерых детей (так положено по обычаю предков). Перечитал последнее предложение и подумал: "Прямо Санта-Барбара какая-то, или сериал - "Самоеды тоже плачут". Но, вернёмся к нашему повествованию. После Октябрьской Революции, у уже известного, на Большой земле Вылку начался новый подъём, но уже по политической лестнице. В 1918 году Тыко отправляют на курсы по повышению политической грамотности на Большую землю. Возвратившись на Новую Землю, Вылку становится председателем, сначала поселкового (1918 - 1934), а потом Новоземельного, островного совета депутатов трудящихся (1924 по 1956 года). За это время он был награждён орденами и медалями. Выпустил книгу о Новой Земле. Потом в начале пятидесятых годов на Новой Земле стали строить полигон для испытания ядерного оружия, и всех местных жителей решено было вывезти с архипелага в Архангельск или в Мурманск по желанию трудящихся, так сказать. И наш Тыко Вылку первый подал пример с переселением. Ведь многие не захотели уезжать. Стада оленей просто бросили, они разбрелись по архипелагу и стали плодиться в невероятных количествах. А наш герой поселился в городе Архангельске, где и скончался в 1960 году в возрасте семидесяти четырёх лет. Похоронен там же, в Архангельске. Тыку Вылку к закату своей жизни. Фото - 5.

Об этом человеке снят полнометражный, двухсерийный фильм, называется - "Великий самоед" 1981 года выпуска. Режиссёр Аркадий Кордон. Фильм неплохой, почти нет политической агитки, что странно. Наверно не всё в этом кино соответствует действительности, но это художественный фильм, и тут присутствует художественный вымысел (режиссёрские задумки). Фильм доступен и на ю тубе, и для бесплатного (что ценно) онлайн просмотра. Желающие найти фильм - найдут без проблем. Выпущено несколько книг жизнеописания нашего героя, одна из них довольно современная 2009 года, называется - "Тыко Вылку. Сын Полярной звезды". Автор - Алексей Сухановский. Тоже присутствует в сети в свободном чтении (то есть совершенно бесплатно). Такая вот большая история получилась, из коротенькой фразы: "тыкай вилкой".


* * *

## Как Валерка и Жека за ужином ходили

Помните Валерку - штангиста? Я вам о нём рассказывал в первой части о том как он с "дедами" разбирался и по первому "варианту" ящик с Н.З. тащил. Вот с ним произошла ещё одна история, едва не закончившаяся весьма плачевно. Но как известно: "Страшное и смешное идут по жизни рядышком". Но ... всё по порядку. Где-то в середине зимы 1985 года я, ваш покорный слуга, заступил в караул. В караул я ходил по два раза в неделю, а то и чаще. Так что это обычное дело - рутина, можно сказать. Охраняли мы ракетное хранилище, длиной метров двести и высотой метров пять, где на прицепных тележках стояли, готовые к пуску, зенитные ракеты. Ходишь вокруг хранилища два часа по одному и тому же маршруту, да и всего делов-то. Потом два часа отдыхаешь, кушаешь, поддерживаешь огонь в котле отопления, учишь уставы. Да ещё два часа отведено на сон. Далее вся карусель повторяется и так двадцать четыре часа. Нападений на пост, понятное дело, не происходило.

Дальше в тундру направлением на север - людских поселений нет. Есть ещё дальше - на другой половине Новой Земли за проливом Маточкин Шар ядерный полигон. Но он был от нашего дивизиона в нескольких сотнях километров, а благодаря стараниям М.С. Горбачёва не функционировал (односторонний мораторий, перестройка, баляляйка). Ну, а звери гораздо сообразительней человека и без нужды на колючую проволоку не попрут. Частенько, очень близко к ограждению подходили вездесущие олени. Если не дёргаться и не шуметь, то он (олень) может стоять в двадцати метрах от тебя и жевать свою жвачку, глядя прямо тебе в глаза. Глаз у оленя большой, чёрный с, застывшим на всю жизнь выражением испуга. Но звериный взгляд - в упор, очень неприятен, скажу я вам, даже олений. И уж совсем я бы не хотел взглянуть в глаза белому медведю, да и вообще крупному хищнику. (Всю жизнь боюсь животных крупнее себя, в том числе коров и лошадей.)

Вместе со мной в караул пошли: Валерка - штангист и его приятель, с которым они призывались из Калининграда, а также начальник караула - старший сержант Бегматуллин (имя которого хрен выговоришь, и поэтому он останется у нас в повествовании просто - Бегматуллиным). Друг Валерки, по своему, тоже уникальная личность. Звали его Евгением, роста был не высокого, но вот комплекцию имел интересную. Всё дело в том, что Евгений перед армией занимался бодибилдингом (тогда называли это занятие - "культуризм"). Эти спортивные занятия только - только входили в моду и о них мало что знали. Но Женька, видимо, очень ответственно относился к тренировкам, поэтому мышца у него была - "что надо". Беда в том, что Евгений был невысокого роста и соответственно небольшого веса, а при рельефной мускулатуре он выглядел скорее Шварценеггером в миниатюре, чем силачом - бодибилдером. Он был весь, как будто на пружинках, колёсиках и моторчиках, которые работали беспрерывно и заставляли Евгения постоянно двигаться. Даже когда он стоял на месте: он притопывал, переминаясь с ноги на ногу, слегка раскачивался торсом, постоянно крутил головой, а руки держал в положении штангиста, подошедшего к штанге и готовившегося её взять. Характер имел покладистый, но они с Валеркой держались немного в стороне от нашего коллектива - одного с ними года призыва. Они всегда старались держаться вместе. Евгений очень переживал, что не участвовал в той эпической битве Валерки с "дедами". (Смотри первую часть.) Вот и в караул они пошли вместе.

В тот день погода начинала портится. Термометр упал до минус двадцати восьми градусов. Задул, став уже нешуточным, ветер, поднималась позёмка. Не хватало ещё для красоты картины, чтобы снег повалил. И закон подлости не подвёл - снег повалил-таки, сразу же после того как наш отряд прибыл в караулку. Посты выставлять не стали. Пурга набирала обороты. Караул, который мы сменили, быстро собрался идти в казарму. И вот тут-то Валерка и Жека сваляли дурака. Они решили сходить в казарму вместе со сменившемся нарядом, за горячим ужином. Дело в том, что по оповещению: "Вариант вьюги номер один или два" - все люди должны оставаться в том помещении, где и застала их непогода, ждать когда закончиться вьюга и питаться тем что есть, а в нашем случае это Н.З. (Неприкосновенный Запас), который заранее был оставлен в помещении караулки. Вот интересно: сколько лет прошло, а что находилось в ящике - помню. Имена, фамилии, лица многих людей, с которыми служил бок о бок два года - подзабыл, а вот содержимое Н.З. вижу, так, как будто только вчера, вместе с ребятами заглядывал в сундук, на предмет поиска чего-нибудь вкусненького. И вы удивитесь, как удивились и мы, ведь вкусненькое-то всё-таки нашлось. Но всё по порядку. На первый взгляд - взгляд штатского, городского жителя, содержимое ящика с Н.З. не блещет изысками кулинарии. Но надо было помнить и то, чем нас постоянно кормили в солдатской столовой. В ящике с Запасом находилось: несколько трёхсотграммовых банок готовой перловой каши с мясом (перловка - она же бронебойка это вообще легенда армии, если хотите - традиция или, говоря современным языком, армейская фишка). Эту банку нужно только разогреть и пожалуйста - кушать подано. Можно конечно и не греть, если голоден как волк, и лопать кашу прямо из банки как есть - холодной. Вот только мясо в каше было-то настоящим, а не как сейчас - фиг это мясо в банке с тушёнкой-то найдёшь. Поэтому рубать холодную, застывшую массу, состоящую из каши, мясных волокон и натурального жира, как-то не очень хочется. Согласитесь, даже описание такой еды не очень аппетитно, а кушать? Потом ещё в ящике было: обезвоженный хлеб - это даже не сухари, это такое белое "нечто", запаянное в герметичной, серебристой, пластиковой упаковке, пахнущее спиртом, а на вкус - натуральные опилки. Потом были галеты - ими запросто можно забивать гвозди, перед тем как их есть, надо обязательно эти галеты отмачивать в чае, а так можно и зуб сломать. Банка с каким-то колбасным фаршем, напомнившим "Завтрак туриста" (помните такой?) - ничего, съедобная штука. Ещё: чай и сахар кусочный. Ну, как и обещал, - вкусняхи: пару банок с консервированной, гусиной печенью, и большущая шоколадина толщиной, наверно, с сантиметр, и весом с пол кило, запаянная герметично в серебристый пластик. Мы её потом честно поделили. Это всё содержимое ларца. Такой вот набор на сутки - двое, редко когда дольше.

Наверно вам стало более понятно почему Валерка захотел сходить за настоящим горячим ужином. А в казарме на ужин были макароны "по-флотски", с фаршем из оленины (в виде фарша и котлет оленина, очень даже, съедобна). Был канун какого-то праздника, сейчас не помню - какого. Флотские макароны были у нас праздничным блюдом. И ещё, непонятно почему, задерживалось официальное предупреждение о вьюге. Проводная связь с казармой у нас работала исправно всю зиму. Вот Валерьян со своим другом Евгением и решились на поход в казарму за ужином. Товарищу сержанту, начальнику караула Бегматуллину было совершенно "фиолетово" куда собираются его караульные, потому как товарищ сержант, сразу по приходу в караулку, завалился дрыхнуть, только скинул сапоги, и уже видел, наверно, в своих сладких снах обворожительную Гюльчатай и её подруг. Вообще-то начальником караула должен быть, по уставу - офицер, но из-за того, что караул был маленьким - всего три караульных, назначали начкаром сержанта. Потом это положение отменили из-за случая, о котором я расскажу в следующей главе. Но, вернёмся к нашим событиям.

Валерка с Евгением взяли ящик для переноски еды (чтобы снег в еду не попадал, и хоть бы она немного тёплой оставалась), и вместе со сменившимся караулом пошли в казарму. Из казармы они позвонили и сообщили, что дошли нормально, но ужин задерживается по причине слабого огня в плите (в тот день в наряд по кухне заступили неопытные солдаты последнего призыва). Время шло, непогода набирала силу, а ужина всё не было. Уже и объявили официально "Вариант - 1". Наконец через два часа Валерьян позвонил из казармы, и сообщил о том, что они с Женькой выходят. На все уговоры остаться в казарме он отвечал категорическим отказом. Здесь в караулке: спи да кушай и опять спи, только тепло поддерживай (в караулке был свой котёл с печкой на угле). А в казарме наверняка заставили бы заниматься уборкой (чтобы солдатам скучно не было). Дежурный по казарме офицер Валерика с Жекой не видел, иначе он ни за чтобы не отпустил в такую погоду. Всё время пребывания в казарме эта парочка караульных сидела на кухне в подсобном помещении, куда дежурные офицеры практически не заглядывают.

Идти по прямой дороге в нормальную погоду, между казармой и караулкой, приблизительно около пяти - восьми минут. Прошло пятнадцать минут - ребят нет. Ещё пробежало пятнадцать минут - никого. Я растолкал товарища сержанта Бегматуллина, который ещё долго соображал то, зачем его величество разбудили, а когда понял ситуацию - приуныл. Вся ответственность за караульных лежала на нём, а он всё профукал и за такие кренделя его по головке-то не погладят, а если всё кончится плохо, то трибунал ему обеспечен, а там ...

Время шло - никого. Надо звонить в казарму и доложить дежурному офицеру, что пропали люди, со всеми вытекающими последствиями, а этого очень не хотелось делать сержанту. Надо сказать, что искать ребят всё равно начали бы только после окончания вьюги. Ни кто не станет рисковать другими людьми. Есть определённые правила и положения в подобных случаях. Мы уже совсем отчаялись увидеть ребят живыми (такие случаи уже бывали). Решили: "Ждём час и звоним".

Но через сорок минут раздались тяжёлые удары во входную дверь караулки. В открытую дверь ввалились чуть живые ребята. Было удивительно, что пацаны ящик с едой не потеряли. Но вся еда внутри ящика превратилась в ледяную кашу. Ребята так замёрзли, что не могли говорить и самостоятельно расстегнуть пуговицы на шубах (руки в варежках задубели от мороза). Пришлось им помогать - снять верхнюю одежду. Валенки снять не получилось. Пацаны сняли их сами чуть позднее, после того как отогрелись. Снег был даже под шубой, куда его вбило сильнейшим ветром. Но хорошо, что обошлось без серьёзных обморожений. Обмороженные кончики носа и пятаки некроза на щеках - это малая плата за своё безрассудство, и серьёзными травмами у нас в дивизионе не считались.

Мы напоили ребят горячим чаем. Бойцы отогрелись, лица раскраснелись, ярче выделились пятна обморожений на щеках и кончиках носа (потом области обморожений болят несколько дней - спать невозможно). Мы с сержантом, как, наверное, и вы дорогие читатели, жаждали рассказа горе - путешественников. И нас с сержантом "пучил" главный вопрос: "Где они столько времени бродили?" Рассказ ребят был одновременно и удивительным, и банальным до ужаса. Удивительным: потому, что они всё-таки спаслись, можно сказать, чудом, а банальным: потому что сразу было ясно - они заблудятся полярной ночью в пургу, однозначно. Но всё по порядку.

Позвонив в караулку, они вышли из казармы, взяв, как им показалось, верное направление. Но надо поведать вам, дорогие читатели, что такое вьюга, с силой ветра двадцать метров в секунду полярной ночью, и температурой воздуха минус двадцать восемь градусов. Это выглядит так: ветер ревёт с такой силой, что приходится орать в ухо собеседнику, сблизившись головами, чтобы тот хоть чего-нибудь услышал. Глаз не открыть - залепляет снегом. Полярная ночь - это полнейшая темнота, даже днём. Звёзд и луны не видно - тучи закрывают небосвод, и снег летит так плотно, что порой не видать и кончиков пальцев на вытянутой руке. Порывы ветра постоянно сбивают с шага, и частенько оступаешься и встаёшь либо на колено, либо падаешь в бок, а когда подымаешься, то совершенно дезориентирован, и непонятно в какую сторону продолжать движение. Бывает, что отойдя от входа в помещение, всего на пять - десять метров, можно, запросто, обратно дороги не найти. В одном достоверно известном мне случае, так и случилось.

После такой вот сильной вьюги на одном из пяти дивизионов пропал солдат. И после окончания непогоды начались активные поиски. Людей для поиска не хватало, и с нашего дивизиона откомандировали к месту поиска несколько человек. Вернувшись через пару суток, они рассказали, что искали пропавшего в тундре человека на расстоянии до трёх километров (дальше человеку, даже физически крепкому, в такую непогоду не уйти). А нашли его в тридцати метрах от входа, когда возвращались с поиска в казарму на обед. Кто-то увидел торчащую из сугроба руку со скрюченными пальцами. Чего этот солдат попёрся в такую непогоду один, без тёплой одежды в тундру - совершенно непонятно. Дикость какая-то, но этот случай - это чистейшая правда, без прикрас.

Вот и в нашем случае: ребята отошли от казармы метров на пятьдесят и всё ... В какую сторону идти - совершенно непонятно. До этого момента они шли по накатанной водовозкой дороге. Цистерна, установленная на древнем тягаче типа "колун" (народное название), протекала в тридцать три ручья, как старая, рассохшаяся кадушка, и поэтому оставалась наледь на дороге, которую чувствуешь ногами. Эта дорога вела мимо караулки к озеру, из которого брали воду. Но путь засыпало громадным сугробом, и ребята потеряли направление. Они сначала пытались идти, ориентируясь на направление ветра - безнадёжное занятие. Ветер, зачастую, дует порывами, и понять его направление абсолютно невозможно. Потом встали на колени и пытались на ощупь найти наледь на дороге - бесполезно. Когда начали понимать, что замерзают, то решили просто идти хоть куда-нибудь, чтобы шевелиться и не замёрзнуть здесь насмерть. Была у пацанов всего одна надежда, а именно: увидеть прожектор над входом в караулку. На Новой Земле над любым входом в помещение обязательно висел прожектор, который, согласно правилам, включали во время вьюги, и неважно были ли люди на улице или нет. Прожектор горел всегда. Такой прожектор многим людям жизнь спас. Беда в том, что даже сильный прожектор "пробивал" вьюгу метров на десять - пятнадцать. С большего расстояния свет от него невозможно увидеть, как не старайся вглядываться в кутерьму.

Спустя какое-то время наши друзья почувствовали, что идут по какой-то очень ровной и жёсткой поверхности, но не по дороге. Опять встав на колени и пощупав руками поверхность, до них дошло, что ровная поверхность - это не что иное, как крыша ракетного хранилища, на которую они взошли по длиннющему и пологому сугробу, даже не заметив, что идут в гору. Потом они прошли, не заметив, заграждение из колючей проволоки, имеющее летом высоту три метра, а в середине зимы торчат только столбики ограждения на тридцать - сорок сантиметров. Пацаны немного успокоились, всё-таки не в тундру ушли. Крыша это хороший ориентир. Правда появилась новая опасность - навернуться с пятиметровой высоты. Это ведь с двух сторон - сугробы под крышу, а с двух других - обрывы (там-то снег не наметало, а выдувало). Пошли медленней, нащупывая впереди себя дорогу. Дошли до края крыши хранилища. Здесь прилегли на крышу, чтобы порывом ветра их не скинуло вниз. Где-то здесь - внизу, чуть правее должен светить прожектор. Нет, ни хрена не видать - расстояние слишком велико. Хотя по прямой линии там метров пятьдесят всего. Но это когда ты заешь об этом. Ребята не знали. Решили спускаться с крыши по пологому сугробу, приблизительно взяв нужное направление. Конечно, направление они опять напутали. И скорее всего, они так и ушли бы в тундру на встречу с создателем (всевышним, богом, смертью, судьбой - выбирайте кому какое понятие ближе по убеждениям - смысл один), но здесь случилось событие почти невероятное, можно сказать даже: "Чудо". Ну, или другими словами: "Счастливое стечение обстоятельств", а не как обычно в жизни бывает - "Гадкое западло". В общем, получилось так, что Женька споткнулся об вершинку столба заграждения колючей проволоки. На эти столбы натягивалась рядами колючая проволока, а заграждение шло вокруг всего ракетного хранилища. Один из углов заграждения находился в десяти - двенадцати метров от двери караулки. Зная об этом, наши Калининградцы пошли от столбика к столбику, нашаривая их ногами, а иногда и руками, вставая на колени. Столбы закопаны в землю через каждые три метра. Пацаны иногда теряли направление, и возвращались обратно к предыдущему столбику. Спустя некоторое время кто-то из друзей увидел мутное, размытое пятно света прожектора над дверью караулки, означавшее конец пути.

Единственно непонятно, как в такой кутерьме они не потеряли ящик с ужином. Но на этот вопрос сами они отвечали, что крепко держались за ручки ящика, потому как боялись потерять друг друга в пурге, а ящик служил им чем-то вроде верёвки. Ну и потом, если бы они дошли без ящика, то офицеры могли поинтересоваться: " Куда ящик девали?" И было бы сложно объяснить, как ящик с едой потерялся в тундре, когда во время вьюги весь личный состав должен был сидеть в помещении, и изучать устав караульной службы. Следы обморожений на лицах ребят никого не волновали. Зимой в дивизионе каждый пятый ходил с такими отметинами на лице. Обморозить лицо в Заполярье очень просто. Послали снег копать: сначала заматываешь низ лица, застёгиваешь всё, что можно застегнуть и замотать. Некоторые парни, особо впечатлительные, подкладывали в свои штаны вафельное полотенце ..., да - да именно туда, куда вы и подумали, закрывая от мороза своё хозяйство. Но я вам скажу по секрету: "Мера эта лишняя, совершенно ненужная. Это место замёрзнет самым последним в организме, если конечно не выставлять его напоказ". Ну, а с лицом получается так. Начинаешь копать - разогреваешься, жарко - расстёгиваешься, открываешь лицо, а мороз-то никто не отменял. Самому жарко, пар от одежды валит, но тепла в организме недостаточно, чтобы согреть верхние слои кожи лица, и не замечаешь, как и прихватило морозом нос, щёки. Хорошо если кто-нибудь тебе скажет, что у тебя кончик носа побелел - это если работаешь не один. Сразу беги в тепло - отпустит через пять минут, потом, правда, будет чесаться и кожа слезет, но это ничего, это нам - семечки. А вот ежели не заметить вовремя, и обморожение проникнет глубже в ткани - это гораздо серьёзней, это очень неприятно и больно, когда заморозка отойдёт. Нос становиться красно-синим, сильно увеличивается в размерах (раза так в два), на месте обморожения появляется ранка, которая заживает очень долго, и очень болезненно. Потом ещё долгое время, после выздоровления, наматываешь, опять-таки, вафельное полотенце, только, на нижнюю часть лица - по самые глаза. Закрываешь специальным, вшитым в подкладку у ворота, клапаном (местное название - слюнявчик) нос и рот. Опускаешь и завязываешь на подбородке "уши" от шапки ушанки, поднимаешь и завязываешь воротник. Сверху на всю эту капусту - опускаешь и затягиваешь тесёмками тряпочный капюшон (вшитый в заднюю часть воротника), и вот таким вот ниндзей (остаются открытыми только глаза) выходишь на мороз, не боясь обморожений. Лишь бы не было насморка, а то сами понимаете, проблем будет - у-у-у ...

* * *

## Меткий выстрел сержанта Подопри-гора


Хочу рассказать об одном случае со стрельбой, произошедшем в карауле, в котором находился, в момент событий, и я. О распорядке караульной службы я уже рассказывал в предыдущей главе, он прост: два часа на посту, два часа бодрствуешь, два часа дрыхнешь без задних лап, и опять всё по кругу. Осталось рассказать о выходе часовых на пост (это будет важно в дальнейшем повествовании). Сложностей тут тоже особых нет. Караульные из отдыхающей смены одеваются на пост. Вот здесь-то придётся сильно попотеть. На часовом, по сильному морозу, одето: два комплекта тёплого, зимнего, нательного белья (трусов и маек в армии в то время не было). Потом одеваешь полушерстяной китель с брюками, потом шинель, на шинель натягивался ватный костюм (штаны и ватник с капюшоном), сверху одевалась шуба (в народе называемая железной - хрен согнёшь), на голове шапка с завязанными ушами, а на ногах валенки на босу ногу. Нет - нет, я не ошибся, именно - ... на босую ногу. Эту идею подсказал нам товарищ прапорщик Дёров - наш старшина, отслуживший в Заполярье больше двадцати лет, и знающий о севере и его обитателях всё, или почти всё. С ногами в карауле все солдаты страдали постоянно - мёрзнут ноги, что только не пробовали одевать на ногу: мотали газеты, но газета со временем размокала от пота, и, понятное дело, не грела, одевали, запрещённые уставом, носки, мотали по две пары зимних портянок - всё без толку.

Однажды прапорщик, заметив наши мучения, сказал: "Чего вы мучаетесь? Просто босую ногу в валенок суньте и всё. Главное чтобы валенок был сухим. Если честно - мы не поверили ему тогда. Два часа на лютом морозе с босой ногой в валенке. Да кто в это поверит? Но однажды один парнишка, со сна, не разобравшись, сунул ноги без поддёвки в валенки и убежал на пост, а потом всем расхваливал достоинство этого способа. Ну и потихоньку все стали пробовать такой подход. И правда оказалось, что босая нога нагревалась в валенке, как в бане (можете сами проверить, только валенок должен быть обязательно сухим и не дырявым). Одевшиеся, таким образом, два часовых (потому как два поста) и разводящий заходили в тамбур, размером: два с половиной метра на семьдесят сантиметров, и перед выходом на посты, по очереди заряжали свои карабины в зарядном устройстве, стоящим здесь же, но чуть с боку. В дальнейшем разводящий, он же начальник караула, ведёт солдат к посту, на котором топчется в нетерпении, задубевший за два часа, от мороза и ветра, часовой. Следует заклинание, которое произносит часовой: "Стой! Кто идёт?" Потом следует отзыв, обычно матом, поскольку все часовые и разводящий друг друга отлично знают, а применение уставов на показ, между солдатами не приветствуется. Караульные меняются местами. Наряд идёт ко второму посту, где процедура повторяется в том же порядке. Потом разводящий уводит сменившихся часовых в караулку, где солдаты первым делом разряжают карабины в зарядном устройстве, потом снимают с себя гору одежды, и вот тут-то, можно перевести дух.

Всё просто и понятно, но всегда и везде находятся люди, плюющие на прописанные законы и порядки, или считающие, что они гораздо умней всех тех людей, кто придумал эти самые законы, и определил порядок действий в различных экстренных ситуациях. Одним из таких умников и оказался сержант Подопри-гора. Была уже ночь, когда на смену стали собираться часовые и товарищ сержант. Я их всех разбудил, и пока они одевались, я решил прилечь на топчан (моя следующая смена была отдыхающей, единственно надо дождаться сержанта со сменой часовых, отстоявших на посту, и можно будет вздремнуть). Я даже начал засыпать, и вдруг раздался громоподобный выстрел, который в закрытом помещении, практически лишённом мебели, прозвучал как залп дивизиона артиллерийских орудий крупного калибра. После громоподобного выстрела наступила полнейшая тишина, только слышно как ветер воет в углах караулки. Я медленно, с ужасом (что я там увижу, я не знал) заглядываю в тамбур, а именно там всё и произошло. Напомню: тамбур размером два с половиной метра на семьдесят сантиметров. Ещё в тамбуре находится: зарядное устройство для оружия, и пожарный щит с лопатой, ведром и тому подобным инвентарём, и тут же под щитом стоит ящик с песком. Чтобы вы имели представление, что такое зарядное устройство для оружия - вот фото - 6.

Это конечно современный вариант зарядного устройства. У нас была просто, запаянная с одного конца, труба на ножках, но смысл, наверное, понятен читателю: вставляешь дуло карабина (у нас на вооружении были самозарядные карабины Симонова - СКС) в трубу и заряжаешь или разряжаешь оружие. Если по каким-то причинам происходит выстрел, то пуля застревает в тупиковом отрезке трубы набитым свинцовой дробью или просто песком.

У нас же получилось следующее. Пока караульные по очереди заряжали свои карабины в устройстве, товарищ сержант не стал ждать своей очереди, и стал заряжать своё оружие, поставив его на ящик с песком, стволом вверх. После зарядки обоймы, сонный сержант не заметил, как загнал патрон в ствол (последний патрон нужно придерживать пальцем, чтобы он не заскочил на боевой взвод), и произвёл контрольный спуск (нажал на спусковой крючок). Понятное дело - оружие выстрелило. Пуля прошла по касательной по пожарному ведру, распоров тому бок, отскочила от бетонного потолка, в противоположную стену, затем ударилась в бетонный же пол, и рикошетом от пола, пробила стенку пожарного ящика, застряв в песке. То есть совершила полный оборот по тамбуру, но вот как она не зацепила ни кого из людей, стоящих скученно на таком маленьком пространстве - это загадка. Просто повезло парням, а может у Бога, такое вот, своеобразное чувство юмора. На Подопри-гору было жалко смотреть. Оказалось, что от неожиданности и сильного испуга у него отказали ноги, как потом выяснилось - временно. Выстрел - выстрелом, а посты-то надо менять, и по уставу это надо делать только с разводящим, то есть с нашим сержантом. Время идёт. Часовых надо менять - в тундре мороз нешуточный. Разводящий в глубоком шоке. Что делать? Ребята - сменяющая смена, взяли под мышки нашего Подопри-гору и поволокли на смену постов. Надо сказать, что на свежем воздухе наш командир пришёл в себя, и до второго поста дошёл, уже, своими ножками.

Итоги инцидента со стрельбой таковы: сержанту ещё долго полоскали мозги и вынимали, а потом обратно, в беспорядке, заталкивали душу, но в итоге решили, как обычно, "сор из избы не выносить", а то столько бумаги надо на объяснительные извести - ой - ой ... Патрон списали на учебные стрельбы, заделали пробоину в ящике с песком, побелили потолок, подкрасили стену, заменили ведро на пожарном щите, а старое ведро, с распоротым пулей, боком, мы потом использовали в караулке для переноски крупных кусков угля.

* * *

## Глава, в которой мы немного поумничаем, и поразмышляем о судьбах северных народов, но если благородному читателю эти судьбы совершенно до звезды, то можно эту главу и не читать.

Многие люди, после прочтения истории про Тыко Вылку, подумают: "Ну вот, опять дискриминация малых, северных народов большим, старшим братом - Россией". Я даже, где-то на форумах нашёл, по своему, интересную запись. Пишет, видимо, житель Чукотки Григорий Иванович (вот так - без фамилии, только имя и отчество). Привожу цитату в изначальном виде, без купюр и сокращений:

"Это вы виноваты и ваше правительство гнилое, ваша власть советская. Я рад только, что у вас так и не получилось сломить чукчей, не голодом не чем-то другим. Цари воевали с чукчами 150 лет и не смогли победить, и поняли, что с чукчами надо считаться, чукчи заставили себя уважать, но тут пришли вы со своей властью, что вы творили суки, заставляли не ездить на оленях, а только на снегоходах, запретили разговаривать на родном языке чукчам, семьям, запретили письменность чукотскую, которую они сами без чьего либо вмешательства создали и обучились, так называемые иероглифы. Поломали их старые жилища из китовых костей, в которых они жили комфортно тысячи лет, и заставили жить в картонных домиках. Смешно и позор вам. При всем при этом вы не сделали ничего полезного для чукчей, а только все испортили. Теперь вы снимаете фильмы и удивляетесь, а где же чистокровные лайки? Позор вам. Но чукчи так же живы и живут как тысячи лет назад, всё тем же надёжным способом. ПОТОМУ ЧТО МЫ НАСТОЯЩИЙ НАРОД!!!!"?

Вот так вот - категорично: "Чукчи - живее всех живых". Я ещё не встречал чукотских националистов. Это первый. В наше непростое время у многих наций и национальностей вдруг в одночасье выросло национальное самосознание, до таких чудовищных и невероятных размеров, что порой оно (самосознание) закрывает собой здравый смысл. Вообще эта "цидуля" - сама собой является шедевром народного, чукотского творчества. Мне, правда, кое - что осталось не ясным. Почему, например, автор постоянно обращается, видимо, к нам (ко мне и к тебе - мой терпеливый читатель). Похоже, что Григорий Иванович считает виноватым в том, что чукчей заставляют ездить на снегоходах, нас - жителей России. Иначе никак не объяснить постоянные обращения автора: "Это вы виноваты и ваше правительство ..." ; " ... но тут пришли вы со своей властью". И всё равно, мне осталось непонятной вот эта обличительная фраза Григория Ивановича: "Это вы виноваты и ваше правительство гнилое, ваша власть советская". Причём тут советская власть - да ещё, наша? Какая - такая советская власть, вообще? Откуда? Её уж, как тридцать лет, нет. Может быть, Григорию Ивановичу просто никто не сказал об этом. (Комментарий Григория Ивановича оставлен в январе 2018 года, на ю тубе.)

Но не будем больше ёрничать, гнусно хихикать в кулачок и крутить пальцем у виска. Это послание к человечеству густо напичкано, всякого рода, сентенциями и крылатыми выражениями, дающими возможность бесконечно долго рассуждать о нелёгкой судьбе чукотского народа. Я хотел сказать другое. Беда всех малых, северных народов не в том, что их неожиданно выдернули из каменного века, и насильно потащили в светлое будущее, а в том, что так и не дотащив до нормального, цивилизованного существования, бросили на полпути. В итоге, они совсем ушли от привычного уклада жизни, а жить как жители больших городов - легко и беззаботно не вышло. Этому помешали: огромные расстояния между пунктами снабжения, полное отсутствие дорог в северных регионах, очень суровый климат, постоянно прерывающий сообщения между населёнными пунктами и по воздуху, и по воде, и тем более по тундре, практически постоянно. В районах крайнего севера абсолютно нет земледелия. Все продукты кроме рыбы, мяса и даров тундры (ягоды, грибы и то не везде), привозные, а доставка продуктов на тысячекилометровые расстояния, в основном по воздуху, стоит сумасшедших денег. Поэтому продукты стоят в магазинах крайнего севера дороже, чем в центре России, в несколько раз. Ну а платёжная способность местного населения наоборот, намного ниже, чем в средних регионах страны. Экономическое положение северных регионов осложняет не только удалённость от Москвы (самого главного спонсора этих регионов), а ещё и отсутствие в Арктических зонах залежей углеводородов (нефти, газа). А добыча угля признана нерентабельной, из-за сложностей доставки на огромные расстояния.

Вот деньги в Арктику ни кто и не вкладывает. Исключение составляет Якутия с её добычей алмазов. Вот там, на алмазодобывающим производстве работает почти всё население посёлка (городского типа) - Мирный. Чем живут в остальных посёлках громадной Якутии - понятия не имею. После развала страны СССР, практически никакой работы в северных регионах России нет (её и в больших городах-то немного). Сейчас на севере самые "зажиточные" жители немногочисленных посёлков это, разного рода бюджетники, получающие зарплату напрямую от государства (врачи, фельдшеры, учителя и работники сельсоветов), они хоть как-то сводят концы с концами. Остальное население крайнего севера, делает то, что и все жители медвежьих уголков России - просто пытается выжить любыми способами. Просто сделать это в пустынной Арктике гораздо сложней, чем в центральной России, где можно хотя бы вырастить овощи в своём огороде. Ну, ведь согласитесь, что сегодня никто не мешает тем же чукчам, взять свои яранги, наделать копий и луков со стрелами, наловить оленей и уйти жить в тундру, то есть жить привычным укладом жизни, за который они и ратуют. Однако желающих жить в становищах что-то не видно. Да и рыбачат они на пластиковых или алюминиевых катерах под мощными иностранными моторами, а не рассекают воду в традиционных байдарах из шкур на вёслах. А без ружья в тундру ни один нормальный чукча теперь не пойдёт, если он в здравом уме, конечно.

Может, кто-то думает, что я сгущаю краски и подтасовываю факты, тогда ю туб вам в помощь. Посмотрите всё сами. Но самая большая беда всех малых народов России, да и просто населения малых посёлков и деревень, находящихся в стороне от трасс и городов, это - полное и абсолютное равнодушие чиновников, всех уровней, всех мастей и волостей. Всем рекомендую посмотреть документальный фильм Ивана Твердовского "Корыто, лыжи, велосипед" (он есть на ю тубе), о жизни людей в современной Российской глубинке. Эти простые жители разных уголков России не отрезаны от цивилизации тысячами километров топей и болот тундры или полным отсутствием дорог, а отделены от полноценной жизни страны - полнейшим похренизмом людей, которые, на самом деле, и должны решать все проблемы проживания местного населения. Ведь их за тем и выбирали на руководящие посты, чтобы они делали быт и существование простых россиян более лёгким. Но, к сожалению, всё получается наоборот: как только люди приходят во власть, то они тут же начинают решать проблемы своего личного благосостояния и своих родственников, а не простых людей. В итоге: как живём - вы видите сами.

Всё - всё, больше не буду, никакой политики, и по зомби-ящику все эти политики насто ... Пардон-пардон.(Как это по-русски-то будет? А, вот - надоели). Увы - увы. На этой тоскливой и печальной ноте, закрываем эту главу.


Июнь 2018 года