# Пв-17: А была ли Принцесса?

Александр Юрьевич Просвирнов

8-9 место (из 18) в конкурсе "Презумпция виновности-2019" (ПВ-17). " Конкурсная версия".

Нет худа без добра - и командировка на край света уже принесла множество приятных минут. "Вагонные споры последнее дело, когда больше нечего пить", - до сих пор звучали голоса солистов "Машины времени" в голове Кирилла под стук колес. Хотя бутыль (третья по счету) еще не опустела, а с соседями по купе Кирилл не спорил. Напротив, внимательно слушал байки о тайге, охоте, тиграх, бичах... И в подходящий момент подкинул вопрос:

- А про Черную принцессу что у вас рассказывают?

Собеседники разом притихли. С третьей бутылкой водки тут же покончили, и Кирилл достал коньяк.

- Первый раз в коньяке вкус винограда почувствовал, - похвалил один из попутчиков. - Выходит, только в Москве настоящий купить можно... А про Принцессу лучше не вспоминать всуе. Была она или нет, а "проклятье фараонов", говорят, послала...

- Как скажете! - бодро согласился Кирилл.

Вот на что, оказывается, туманно намекал автор заметки. Проклятье фараонов в дальневосточной тайге... Но об этом следовало поразмыслить позже. И Кирилл принялся с энтузиазмом рассказывать про вчерашний концерт "Машины времени" в краевой филармонии. О том, что попал туда по блату, скромно умолчал.

Утром на перроне попутчики посмотрели на Кирилла с уважением: столичного гостя встретил сам товарищ Зайцев Иван Антонович. Кирилл узнал его по голосу и еще раз поблагодарил за горячее содействие в необычной просьбе: буквально через полтора часа после их телефонного разговора три дня назад представитель крайкома партии привез в гостиницу контрамарку на концерт "Машины времени". Иван Антонович отшутился: времени на поездку не было, так почему бы не помочь хорошему человеку?

Кирилл воодушевленно рассказывал о концерте по дороге - станцию от райцентра отделяли километров десять. Иван Антонович вел УАЗ сам - водитель заболел. Мотаться по многочисленным грунтовым дорогам района на "Волге" не с руки, так что УАЗ здесь даже у первого секретаря райкома партии.

Оживленный разговор вдруг прервался, и Иван Антонович сбросил скорость. Они медленно проехали мимо симпатичной девушки лет двадцати. Та сидела на корточках чуть в стороне от обочины у прислоненного к березе велосипеда. Приспустив брючки и трусики, прелестница сосредоточенно занималась мелким прозаическим делом. Казалось, она не обращает внимания на проезжающий автомобиль.

- Вот бесстыдница... - пробормотал Иван Антонович.

Лицо его пошло красными пятнами, на лбу выступили капли пота. Кирилл мысленно удивился: солидный мужчина лет сорока пяти, но от вида девичьих ягодиц вдруг разомлел. Дар речи к Ивану Антоновичу вернулся только у КПП гарнизона. Оказалось, гостиницы в селе нет. Однако товарищ Зайцев договорился с командованием - приезжему на время командировки выделили комнату в офицерской гостинице. При прощании товарищ Зайцев велел не стесняться и звонить ему в приемную в любое время, если понадобится помощь. Сам он не особо верит в правдивость байки о Черной принцессе. Но просто замечательно, когда об исследовании в их районе напишет такой солидный журнал.

Временный пропуск на имя Кирилла Коврова уже лежал на КПП - оставалось только наклеить фотографию. Несколько снимков три на четыре предусмотрительный журналист всегда носил при себе, и вскоре с формальностями покончили.

Сержант проводил московского гостя в одноэтажное здание за штабом. Там оказалось на удивление тихо, а молодая дежурная смотрела на Кирилла с нескрываемым любопытством. Рассказала, что все офицеры на службе - уехали на аэродром. А вот вечером будет весело. Она проводила нового постояльца до его комнаты и вручила ключ.

Тут в коридоре появился солидный майор с массивным сизым носом. Выглядел офицер с голубыми погонами лет на сорок. Он уже знал про Кирилла и представился гостю: Аркадий Неделин, заместитель командира батальона обеспечения по тылу. На скорую руку расхвалил местные природу, охоту и рыбалку и пожелал красочно описать их в журнале. Затащил Кирилла в свою комнату, быстро убрал со стола топографическую карту района с замысловатым вензелем в правом нижнем углу и показал гостю несколько любительских фотографий, в том числе цветных - с местными пейзажами.

Немного передохнув с дороги, Кирилл навел справки у дежурной и отправился на автобусе в центр села. На подходе к редакции газеты "Коммунистический путь" столичного гостя остановил старший лейтенант милиции и сурово поинтересовался, почему товарищ не на работе. Посмотрев документы, извинился.

Главный редактор, уже предупрежденный, долго тряс Кириллу руку. Собрал немногочисленных сотрудников и представил московскому журналисту. Кирилл едва удержался от улыбки, некстати вспомнив торжественный прием, устроенный Бендеру в шахматном кружке Васюков. Корреспондент Гена Ящеров оказался совсем молодым парнем двадцати лет.

- Мало кто из акул пера получил всесоюзную известность в такие годы! - пошутил Кирилл. - Едва твою заметку перепечатала краевая газета, крайком партии обратился с запросом в Академию наук. Но там решили, что экспедицию посылать рано. Попросили для начала нас провести журналистское расследование.

Гена начинал карьеру журналиста, будучи еще солдатом - с коротких заметок в окружную газету. Нынешней весной уволился в запас, женился на местной девушке и на родину не вернулся. Про Черную принцессу слышал много баек - заинтересовался. Собирая материал для заметки, с удивлением узнал, что из троих непосредственных свидетелей в живых никого не осталось.

Но абзац с "проклятьем фараонов" главред решительно вычеркнул, и пришлось Гене закончить заметку уклончиво: "Однако загадки не исчезли вместе с Принцессой в топке, а только умножились. О них продолжают говорить. Существует ли взаимосвязь между Черной и Тисульской принцессами? Или их роднят только наукообразные вымыслы?"

- Гена, а ты про Тисульскую принцессу откуда знаешь? - поинтересовался Кирилл. - Ее же якобы в шестьдесят девятом нашли. Ты тогда пешком под стол ходил.

- Понятно, что потом уже. Двоюродный дядя рассказывал - он из КГБ. Рассуждал, что это пьяные выдумки...

- Поддерживаю дядю, - согласился Кирилл. - Саркофаг в угольном пласте, девушка в жидкости как живая, похоронена несколько сот миллионов лет назад... Малонаучная фантастика. Лучше скажи: могла мумия где-то по дороге в уголь попасть?

- Об этом я в первую очередь подумал, - вздохнул Гена. - И водителя расспросил, и горняков. На предприятие ездил. Нет, уголь был свежий, прямо из шахты. Самосвал нигде не останавливался. Разгрузился в бункер котельной и тут же уехал.

Гена подробно прокомментировал каждую строчку заметки. Кочегары Сеня и Кеша выгребали из бункера привезенный уголь лопатами. Наткнулись на что-то непонятное. Думали, ветки, испачканные углем. Но "ветки" оказались больше похожи на фрагменты высохших рук и ног. Сеня вышел на улицу и послал мальчишек на велосипедах в музей. Потом доложил начальнику котельной. Тот велел никого не пускать к находке, кроме краеведа. Через полчаса прибежал научный сотрудник местного музея Алексей Вальков. Под его руководством кочегары извлекли из угля еще фрагменты туловища с женской грудью и голову. Вальков сложил их, и образовалась немного неполная мумия женщины. Произнес с воодушевлением: "Черная принцесса!" Но тут появился начальник котельной. К находке не приближался, командовал издали - чтобы эту заразу немедленно сожгли в топке, а то еще эпидемия случится. Вальков возмутился. Метался между кочегарами и их руководителем. Но загадочные фрагменты все же бесследно исчезли в топке...

Прошлой осенью пересуды о Черной принцессе заслонило куда более важное событие - скончался Леонид Ильич Брежнев. Но Гена ближе к годовщине таинственного случая решил напомнить о нем читателям. Пришлось изрядно потрудиться, отметая из пересказов с чужих слов явные выдумки. Только начальник котельной имел отношение к находке. Но тот летом переехал в краевой центр на повышение. Гена дозвонился до него. Тот уверенно рассуждал: или кочегарам померещилось что-то в кусках угля, или туда при погрузке попала какая-то падаль. Надо было сжечь в любом случае. Про краеведа он якобы вообще ничего не говорил.

Оба кочегара не дожили до лета: Сеня в Новый год замерз в сугробе по пьяной лавочке, а Кеша весной разбился на мотоцикле - тоже спьяну. А самый квалифицированный свидетель, Алексей Вальков, нелепо погиб совсем недавно - в начале сентября. Авиаторы полторы недели искали в тайге тело летчика с разбившегося истребителя. Им помогали добровольцы из местных жителей, в том числе Вальков. И даже товарищ Зайцев однажды полдня ходил с ними цепью - именно тогда и нашли пилота (правда, другая группа). А вот Вальков трагически погиб - упал со скалы.

- Родственники у него остались, Гена?

- Брат с семьей. Но они Алексея Викторовича чудаком считали. Его делами не интересовались. С женой он развелся десять лет назад, жил один. Только старший Вальков мне дулю показал, когда попросился я в дом младшего архив посмотреть.

- А как до шахты добраться? - поинтересовался Кирилл.

Гена моментально утряс вопрос с главредом и повез гостя на мотоцикле за сорок с лишним километров. Путешествие по горному серпантину оказалось не для слабонервных. На многих участках посреди дороги километрами тянулись кучи сухого асфальта, высыпанные для ремонта. И мотоцикл порой мчался буквально в сантиметрах от пропасти. На отремонтированных участках камешки постоянно били в спину. Но зато Кирилл любовался бесчисленными сопками, расцвеченными красным и желтым - жалел, что не взял с собой цветную пленку. Майор Неделин совершенно справедливо расхваливал здешнюю природу.

Упоминание товарища Зайцева на месте произвело должное впечатление. Кириллу за несколько часов все подробно рассказали и показали на схемах и в шахте. Она располагалась среди сопок в обширной долине исчезнувшей большой реки - теперь от той остался лишь небольшой приток Улахэ. В угольных пластах много каверн и грунтовых вод - их непрерывно откачивали.

- Вальков покойный к нам все лето ездил, - рассказал начальник шахты. - Никак не мог угомониться из-за мумии. И в шахту спускался, и окрестности облазил. В каждую пещеру заглядывал. Раза два даже с альпинистским снаряжением приезжал. Все ручьи и родники на учет поставил. Оченно был человек ученый и увлеченный! Теперь таких не осталось.

Кирилл убедился: Гена не ошибся, мумия действительно приехала в котельную с углем прямо из шахты, а не была подброшена. Но что тогда искал в окрестностях Вальков?

- Клад, - неуверенно предположил Гена. - Болтают, мумия золото охраняла...

- Возможно, - задумчиво произнес Кирилл. - Но логичнее предположить, что Вальков пытался разобраться, как мумия попала в угольные пласты извне. Структура месторождения такую версию не исключает. И сразу мистическая шелуха побоку.

- Почему? А вдруг люди появились на много миллионов лет раньше, чем считается? - не сдавался Гена.

- Знаком я с такими ведическими и лемурийскими теориями, - ухмыльнулся Кирилл. - На Западе они иногда муссируются - с индийской подачи. В молодости за границей переводчиком работал, читал. По большому счету, это псевдонаука для невежд. Они верят в свое - и точка. К нам в редакцию ходит похожий уникум - вроде старичка Эдельвейса от Стругацких. Он ничтоже сумняшеся слово "человек" с языка первобытных людей перевел: тот, который овладел профессией по выращиванию растений в пищу. Якобы че - деятельность, профессия, ло - выращивать, ве - растение, к - пища. Но самую простую берестяную грамоту тот лингвист от рубила прочитать не в состоянии...

На обратном пути Гена рассказал, что в нескольких километрах от шахты находится запасной аэродром со взводом солдат батальона обеспечения во главе с прапорщиком Тарановым. Тот организовал и подсобное хозяйство, и базу отдыха с баней, рыбалкой и охотой - выменивая все необходимое у местных жителей за спирт. Теперь там очень любят отдыхать старшие офицеры и генералы со всего округа, да и местное руководство тоже. Там же располагалась основная база недавних поисков погибшего летчика.

В гостинице Кирилл действительно застал большое оживление. Незаметно он оказался на пирушке в компании молодых офицеров - преимущественно холостяков в возрасте от двадцати до двадцати трех. Тридцатипятилетний Кирилл представлялся им чуть ли не стариком.

Его сверстника майора Неделина молодежь за глаза и вовсе называла Дедом Морозом. Тот поселился в гостинице после развода и на каждой пирушке был желанным гостем - к столу всегда приносил много тушенки и консервов. Спирт с истребителя МиГ-25 у техников не переводился. Кириллу захмелевший Дед Мороз пообещал организовать питание в летно-технической столовой за весьма умеренную плату.

За вечер Кирилл узнал о военной авиации в несколько раз больше, чем за всю жизнь. Заодно вдоволь наслушался хвалебных рассуждений о твердой руке товарища Андропова - правильно тот взялся за тунеядцев и расхитителей. Но главной темой разговоров были сентябрьские поиски погибшего летчика. В ночь на первое сентября тот вылетал на перехват корейского "Боинга" над Сахалином, но вернулся обратно: несчастный лайнер уже сбили. А днем случилось нелепое столкновение в облаках на штатных полетах. Один самолет, несмотря на повреждения, чудом сел. Второй, рассыпаясь в воздухе, рухнул в тайге...

Валькова на поисках хорошо запомнили - бывалый таежник и чрезвычайно эрудированный человек. Даже на поисках постоянно дополнял топографическую карту. На привалах у костра его рассказы об истории и природе слушали, затаив дыхание. Вальков практически не пил. И никто не мог понять, как он ухитрился нелепо оступиться на вершине скалы - как назло, в крайний день поисков. В козни загадочной Черной принцессы в офицерской гостинице не верили.

- Зациклился Вальков на той мумии, вот и потерял бдительность, - заявил Дед Мороз с какой-то нарочитой уверенностью и лихо опрокинул очередную стопку.

- Он тогда от Таранова утром вышел какой-то сам не свой, - припомнил один из лейтенантов. - Что-то про золото сердито бормотал.

- Давайте лучше товарища из Москвы послушаем! - предложил Дед Мороз.

В запасе у Кирилла хватало историй про курьезы на работе, забавные письма читателей и жизнь за границей. Шум за столом смолк, и все внимательно слушали столичного журналиста.

В коридоре после пирушки, пройдя несколько шагов, Кирилл словно натолкнулся на невидимую стену - сердце ушло в пятки. В упор на него смотрел странный человек, на вид лет под шестьдесят - невысокий, согбенный, с темным морщинистым лицом, чем-то похожий на известного артиста, точнее, на его карикатуру. Словно Саид, закопанный в песок, высох на жаре до состояния урюка.

Журналист резко развернулся и зашагал в комнатку дежурной. Та рассмеялась. "Саидом" оказался тихий кочегар по прозвищу Спартак - так его называли за сходство с Мишулиным. Жил он в комнатке в конце коридора. Несмотря на хмель, Кирилл потом долго не мог уснуть - перед глазами стояло лицо Спартака.

Утром проснулся от громких охов-ахов дежурной и резких распоряжений майора Неделина в коридоре. Дед Мороз, несмотря на мощное возлияние накануне, был уже бодр и деловит. От него Кирилл узнал, что ночью умер Спартак - лежа в постели. Ничего удивительного - годами пил по-черному, печень ни к черту. Дверь в комнату оставалась открытой. На столе стояла бутылка с разведенным спиртом - наполовину пустая. Рядом незаконченная записка: "Джават. Пара. сдес он..." Кирилл удивился, узнав возраст покойного - всего сорок шесть...

Дед Мороз не забыл об обещании и повел Кирилла в летно-техническую столовую. Быстро уладил формальности с заведующей. Кирилл был приятно удивлен отличному завтраку и симпатичным шустрым официанткам. Дед Мороз поведал, что местные девушки буквально стоят в очередь на работу - место официантки на девяносто процентов гарантирует мужа из молодых офицеров, к тому же с солидным доходом.

Вернувшись в гостиницу, Кирилл увидел, как санитары в сопровождении вчерашнего милиционера выносят накрытое простыней тело. Тут же в комнату умершего вошли два солдата, одетые в защитные химкомплекты. По гостинице распространился запах хлорки. Большинство участников вчерашней пирушки тем не менее безмятежно спали, ибо построение на полеты во вторую смену было назначено на час дня.

А зевающий Кирилл поехал в центр села, в музей. Там журналиста встретили с таким же энтузиазмом, как накануне в редакции - хотя, судя по гостевой книге, недостатка в звездных посетителях в музее не было.

Директор объяснила: спасибо Александру Фадееву, который провел в селе детство и партизанил в крае. Под его музей и на село средства выделяют, и железную дорогу от краевого центра построили - вот уже десять лет поезда по ней ходят. Но интересы покойного Валькова не ограничивались только прославленным писателем. Вот только под краеведческий отдел музей смог выделить совсем немного площади.

Нашлось там место и современности. Товарищ Зайцев в галерее портретов известных сельчан был представлен в двух ипостасях: как руководитель района на протяжении последнего шестилетия и как чемпион края по борьбе самбо в молодые годы. Самым уникальным экспонатом зала Кирилл счел бюст красноармейца - несколько лет назад Вальков восстановил его по методу Герасимова по найденным в тайге останкам давно умершего человека Снимок поместили в газете - и в одной семье по старой фотографии узнали без вести пропавшего в гражданскую войну родственника.

Про Черную принцессу Вальков коллегам, конечно, рассказывал. Сожалел, что из-за людского невежества пропал ценнейший экспонат. Но никаких записок о мумии в музее не хранил.

- Полагаю, нашим читателям будет интересно узнать об этом удивительном человеке, - заметил Кирилл. - Пусть и посмертно.

- Будем вам очень признательны, - ответила директор и грустно добавила: - Нам очень не хватает Алексея Викторовича. Похоже, Кирилл, летом он получил какие-то важные данные. В середине августа стал очень задумчив и даже рассеян. И разговоры про мумию прекратил - как отрезало. Я все же поинтересовалась, нет ли новостей про Принцессу. А он ответил со странной интонацией: "Боюсь, это дело действительно не по научной части, только в другом смысле..."

- Говорят, из-за рассеянности и разбился, - заметил Кирилл.

- Ох, Кирилл... Говорят... Мы-то Алексея лучше знали. Я никак не могу поверить в его неосторожность даже по рассеянности...

Кирилл намекнул, что очерк будет неполным без рассказа о жилище. И директор повела журналиста к неуступчивому брату покойного. В доме старшего Валькова оказалась только его дочь - юная Олеся. Кирилл моментально узнал в прелестной шатенке с милым хвостиком вчерашнюю "писающую девочку", но не подал вида. Оказалось, родители ее на днях уехали на отдых к родственникам в Московскую область. Олеся тоже оформила отпуск и осталась на хозяйстве. Никаких запретов насчет домика дяди она не получала и охотно согласилась проводить туда московского журналиста. По пути девушка стрекотала без умолку, мило и непосредственно расспрашивая о Москве. Кирилл с улыбкой отвечал.

На двери домика Алексея Валькова висел обычный замок с дужкой. Зато в доме оказалось уютно, а количество книг и папок в шкафах и на полках поражало воображение. Они были расставлены строго по темам, а на корешке каждого дела указывалось название.

Кирилл бегло просматривал некоторые. Увы, около дел "Черника", "Черниговка", "Чугуевский район" папки "Черная принцесса" не оказалось. Однако именно в этом уголке Кирилл обнаружил относительно свежие следы на слое пыли и в двух местах - нарушение алфавитного порядка. На вопрос, изучал ли недавно Олесин папа архив брата, девушка ответила неуверенно:

- Вряд ли... Он не раз говорил - эту макулатуру надо сдать и получить талоны на книги. А мне жалко трудов дяди Леши.

На многих документах Кирилл обнаружил замысловатый вензель - вроде бы такой недавно видел. Олеся пояснила: дядин автограф. В нескольких папках обнаружились сложенные топографические карты с собственными пометками Валькова. Но почему-то карты района шахты и запасного аэродрома в архиве не нашлось. Олеся твердо заявила, что в вещах погибшего дяди карт не было. Странно...

Вспомнив бюст в музее, Кирилл пошарил в папках "Антропология" и "Метод Герасимова". Из последней выпало три сложенных листка кальки. На каждом - один и тот же череп в натуральную величину в двух проекциях. На каждой картинке были толстые контрольные линии, а на одной дорисованы фрагменты щек и лба.

- Жуть какая! - воскликнула Олеся. - Не дай бог ночью приснится!

Вернувшись в зону "Ч", Кирилл обратил внимание на тонкую папку с загадочной пометкой "ЧРД". Внутри оказалось пусто, только на корочке карандашом была нарисована стрелка, указывающая вверх. Рядом - следы ластика. Видимо, карандашные метки регулярно обновлялись.

- Олеся, а как бы ты эту аббревиатуру расшифровала? - поинтересовался Кирилл.

- Черная рожа дурака, - засмеялась девушка. - Или чума на Ромео дом...

- Да ты с Шекспиром хорошо знакома! - одобрил Кирилл. - Но мне милее "чердак", тем более стрелка вверх. Твой дядя, похоже, пользовался метками для ориентации в своих бумагах.

Лаз на чердак оказался в сенях, лестница в сарае. Через несколько минут Кирилл взобрался наверх, Олеся следом. Свет из оконца на чердак проникал, но и фонарик не оказался лишним. Луч осветил лук в картонных ящиках и залежи старых журналов - "Крокодил", "Здоровье", "Советский экран", "Работница".

- Еще дедушка с бабушкой выписывали, - пояснила Олеся.

Взгляд ее упал на обложку "Экрана" с фотографией бравого шерифа из "Золота Маккены". Девушка вдруг часто задышала. Рука ее потянулась к верхней пуговице блузки, потом замерла. И мгновение спустя Олеся умчалась прочь.

Удивленный Кирилл продолжил поиски и увидел стрелку, нарисованную мелом на доске крыши. Она указывала на одну из кип. Под журналами обнаружилась папка с тесемками. Внутри - рисунок карандашом и две газеты со снимками похожих друг на друга двадцатилетних девушек. Под каждым - объявление: "Не вернулась домой... Знающим о месте нахождения..." Грачева Вера пропала в июне 1981 года, Валькова Галина - в июле 1978 года. Девушка на рисунке тоже весьма походила на Галю. На корочке папки карандашом было начертано: "Проверить 1960-1961 гг. М/с?"

Кирилл спустился в дом. Олеся сидела за столом и плакала, шепотом причитая:

- Дура я ненормальная...

Ни переубедить ее, ни получить объяснение насчет ненормальной дуры Кириллу не удалось. И тогда он показал Олесе папку. Девушка разрыдалась еще сильнее. У Кирилла сжалось сердце. Он едва удержался от острого желания прижать ее к груди и высушить слезы поцелуями. Только гладил девушку по плечу и бормотал: "Не плачь..." Наконец, Олеся успокоилась и заговорила - глухим голосом:

- Галка - моя сестра. Работала официанткой в ЛТС. Поехала на запасной аэродром, когда были учения. Там и пропала. Несколько раз солдат посылали тайгу прочесывать - бесполезно... И Верку не нашли... Но дядя Леша ни слова не говорил, что занялся их делом...

- Олеся, а ты сможешь держать язык за зубами? - серьезно спросил Кирилл. - Буду рад ошибиться, но Алексей Викторович мог разбиться как раз из-за этого материала. Искал Принцессу, а накопал что-то про пропавших без вести... Тут может быть замешано преступление.

- Буду молчать, честное комсомольское! - бодро ответила Олеся, отдав почему-то пионерский салют.

- Кстати, об официантках... Олеся, я видел на площади ресторан "Кедр". Ты как насчет обеда? Давно пора. Заодно от грустных мыслей отвлечешься.

- В "Шишку" всегда пожалуйста! - согласилась Олеся, сразу оживившись. - Только я домой забегу переодеться. Ждите меня там.

В ресторане оказалось немноголюдно, и Кирилл сразу заметил товарища Зайцева за отдельным столиком. Тот как раз рассчитывался и взмахом руки подозвал журналиста. Дружелюбно поинтересовался:

- Что-то вы не звоните, товарищ Ковров. Все в порядке?

- Да. Думаю, ваша версия правильная, Иван Антонович. Кочегары и Алексей Вальков наблюдали некую иллюзию. Бывают же скалы, похожие на зверей или людей. А месторождение у вас своеобразное. Подземные водные потоки могли придать и угольной глыбе необычную форму.

- Замечательная формулировка! - восхитился Зайцев. - Все встает на места - и без чертовщины.

В зал зашла Олеся и остановилась в дверях. Товарищ Зайцев сразу все понял, подмигнул журналисту и весело сказал:

- Вижу вы времени даром не теряли!

Они распрощались, и принарядившаяся и накрасившаяся Олеся через несколько секунд сидела напротив Кирилла и загадочно улыбалась. Знакомство с товарищем Зайцевым явно возвысило Кирилла в глазах работников ресторана. Обслуживали практически молниеносно. А Кириллу стало необычайно приятно и легко с девушкой почти вдвое младше него - словно они знали друг друга много лет. Олеся оказалась неглупой и начитанной, острой на язычок. Работала в бухгалтерии райпо, училась в институте заочно.

Два часа пролетели незаметно, и Олеся немного захмелела от вина. Она внимательно посмотрела на Кирилла и неуверенно проговорила:

- Мне кажется, что вы меня узнали или нет? Ну, из-за вчерашнего...

- Не кажется, - ухмыльнулся Кирилл, наливая девушке еще вина. - Вот и выпьем за заочное знакомство.

Олеся расхохоталась, но, выпив, покраснела.

- Это сильнее меня, извините, - прошептала она. - Накатывает иногда...

- Понимаю, это вполне научно, - мягко сказал Кирилл и осторожно поинтересовался: - А Галя такая же была? Ведь это и могло ее погубить...

- Нет, она так не делала. Зато фантазировать любила. Как начнет, бывало, выдумывать разврат всякий - у меня уши вяли. Ей другая официантка один раз похвасталась. На учения попала на запасной аэродром. И за ночь, извините, экипажу целого борта залетного дала - человек пять или шесть летунов и технарей через себя пропустила. И Галка все размышляла: это б...во или эротический подвиг?

- Та официантка не Вера Грачева случайно? - поинтересовался Кирилл.

- Нет, та давно пристроилась - и очень удачно. У нас тут, извините, поговорка: "Куда все б... подевались? За офицеров замуж вышли!"

Обед плавно перетек в ужин с танцами, и только к десяти Кирилл проводил Олесю. Сделав над собой титаническое усилие, даже не обнял девушку при прощании.

- Непонятно, но здорово, - разочарованно вздохнула она, быстро чмокнула мужчину в щеку и тут же шмыгнула в дом.

Автобусы уже не ходили, и Кирилл возвращался в гарнизон пешком. Только теперь он обратил внимание на ревевшие время от времени в небе истребители - полеты продолжались уже не один час. В гостинице почти никого не было, но Дед Мороз выглянул из своей двери. Рассказал, что не ошибся насчет Спартака: вскрытие подтвердило, что тот умер от цирроза печени на почве алкоголизма. А Кирилла зачем-то искал "сверчок" Мамедов с их батальона.

Кирилл растянулся на кровати и окунулся в приятные воспоминания об Олесе. И перед глазами все чаще вставало увиденное вчера - все сильнее волновало... С трудом удалось переключиться на редакционное задание. Делать в селе больше было нечего. Оставалось только пространно изложить понравившуюся товарищу Зайцеву версию на фоне рассказа о замечательном краеведе-энтузиасте. Кирилл убедил себя, что для этого нужно обязательно остаться здесь еще на день-другой.

Тут в дверь постучали. Оказалось, Мамедов, молодой сержант-сверхсрочник - с красной повязкой помощника дежурного по части.

- Спартак - мой дядя, - пояснил неожиданный гость. - Троюродный. Сам раньше сверчок был. Только пить стал. В котельный прогнали. Анаша много курил. Говорил мне: Джавад, умру скоро. Как умру, ученый человек найди, письмо отдай. Сам не читай. Ты ученый, да? Все говорят.

Получалось, неоконченная предсмертная записка Спартака была напоминанием Джаваду. Передав конверт, тот поспешно ретировался. Кирилл долго разбирал полуграмотные каракули умершего кочегара о Черной принцессе. В прошлом году в свободный день Спартак отправился к коллегам из сельской котельной - Сене и Кеше. Но услышал ругань начальника и скрылся в каптерке. Постоянно выглядывал. Видел, как Вальков не раз подбегал к кочегарам и что-то шептал. Между делом пинком незаметно откинул голову мумии обратно в бункер, а Сене с Кешей сунул в карманы по красной десятке. Когда начальник ушел, Валькову дали брезентовую сумку, а голову в ней засыпали углем. Позже Спартак узнал от приятелей, что Вальков доплатил им по сто рублей. Поэтому про голову они молчали. Он тоже. Но когда Сеня с Кешей один за другим ушли из жизни, Спартак понял: без происков шайтана не обошлось - не надо было прятать ту голову. Прав был начальник - он звонил кому-то, спрашивал. Сеня слышал. Потом разбился самолет, а следом погиб Вальков. Спартак тоже начал готовиться к смерти. Он обращался к ученому человеку: надо разыскать голову мумии и тоже сжечь...

Кирилл сразу вспомнил рассуждения Штирлица про "случай разведчика", который бывает раз в жизни. Письмо Спартака тогда - "случай журналиста". История с Черной принцессой представала теперь в ином свете. И тут Кирилл вспомнил, где недавно видел автограф Валькова...


*


Утром после завтрака Кирилл отправился в редакцию. Гена лукаво подмигнул ему и заговорщически произнес:

- Вы уже с Олеськой подружились. А она девка хоть и башковитая, но с приветом. Ее мама билетер в кинотеатре. Когда служил, нас в кино иногда водили. Олеська, бывало, стояла под будкой киномеханика. То платье задерет, трусы покажет. То расстегнется сверху. Сиськи иногда вываливала. Какое там кино! Но приблизиться не давала - сразу била ногой по коленке.

- А про сестру ее что знаешь? - поинтересовался Кирилл, которого услышанное покоробило, хотя и не удивило.

- Болтали, тихая была, мечтательница. Насчет мужиков - гулять гуляла, но ни под кем не лежала, как и Олеська. Ленка моя с Олеськой в параллельном классе училась - вот я и в курсе.

- А про Веру Грачеву тоже в курсе?

- Ого! Вы уже слышали. Верка в позапрошлом году пропала - на первенстве района по ориентированию. Прямо на трассе. Как в воду канула... Спокойная была, неприметная. Между прочим, тот же район: шахта - запасной аэродром. А вы говорите - нет проклятья фараонов.

- Исследователей гробницы Тутанхамона сгубил главным образом грибок, - напомнил Кирилл. - А с Черной принцессой - цепочка совпадений. В преждевременной смерти любителей зеленого змия ничего таинственного. Только несчастный случай с Вальковым особняком стоит... Гена, тихо проверь ваши подшивки за 1960-1961 годы. Там, возможно, обнаружится похожее объявление о пропавшей без вести девушке...

- Ну и хватка у вас! - изумился Гена. - Столичная! Кстати, насчет странностей с Вальковым... Вчера с пацанами из патруля встретился, языками зацепились. Они на поисках в крайний день были в той же цепи, что гражданские. В болоте нашли блок от самолета - радиостанцию. Вертолет вызвали, чтобы забрал. Перекур устроили. Вальков на карте что-то отметил и в передний карман ее убрал на штанине. Сказал, блестит что-то наверху, надо слазить на Желтую сопку. Там везде кусты - нырнул, и никто его больше не видел. Потом вертолетчики по рации сообщили: видим человека, лежит с той стороны сопки. Кинулись - а это Вальков. Мертвый, под обрывом. Карман расстегнут, карты нет. Решили, выпала. Искать не стали. Сразу тело в вертолет...

- А майора Неделина в той группе случайно не было? - поинтересовался Кирилл.

- Был! Пацаны ржали: с ним вообще хохма приключилась. В долинах трава высокая, в рост человека. Дед Мороз ее раздвинул - и как заорет матом-перематом. Прямо перед ним морда оленя оказалась. Олень забегал туда-сюда - везде люди. Но почему-то между ними не пробежал. Через Зайцева перепрыгнул - и в тайгу. Зайцев в перекур пошел от грязи отмываться - с копыт на него насыпалась. Ругался: не дай бог еще блох и клещей нахватал.

- Гена, Вальков недавно исследовал какой-то загадочный череп, - сообщил Кирилл. - Попробуй в больнице разузнать - не в лоб, а между делом - не заказывал ли там Вальков рентгеновский снимок.

Из редакции Кирилл отправился к Олесе. Та сразу заулыбалась, просияла. Они вновь отправились в дом Алексея Валькова. Кирилл продолжил поиски, развлекая девушку байками. Вот только Олеся уже не выглядела веселой и беззаботной.

Часа три Кирилл исследовал дом, чердак, подвал и сарай, но не обнаружил ни новых документов по феномену, ни головы мумии. Видимо, что-то насторожило Валькова, и он перепрятал артефакт. Или голову нашел и унес тот, кто наследил в пыли в зоне "Ч" на полках... Кирилл уже убедился, что примитивный висячий замок можно открыть гвоздем.

Глядя на Олесю, Кирилл невольно представлял ее портрет в "Коммунистическом труде" - "Пропала без вести...", и сердце обливалось кровью. Нет, такого допустить нельзя! Значит, обязательно повторить открытие Валькова и предотвратить новое злодеяние...

Кирилл попросил Олесю открыть секретер серванта с документами. Там хранились паспорта на бытовую технику, синенькие благодарности родителям школьника Леши Валькова и большой конверт. Внутри - квитанции за электроэнергию и другие коммунальные платежи. А среди них - корешок посылки. Она была отправлена Вальковым тридцать первого августа в Шатуру - некоему Олегу Шестакову.

- Мамин брат, - пояснила Олеся.

- Твои родители сейчас у него?.. - поинтересовался Кирилл. - Телефон домашний у дяди Олега есть?.. Олеся, срочно отправляемся на почту. Тебе же хочется с родителями поболтать?

В переговорном пункте пришлось ждать часа полтора, прежде чем в динамике прозвучал голос оператора: "Шатура, вторая кабина!" Кирилл оплатил пятиминутный разговор, но на исходе третьей минуты Олеся приоткрыла дверь, поманила мужчину пальцем и прошептала:

- Посылка еще не дошла!

- Скажи, там важное открытие. Пусть на почте подают заявление на розыск. Данные квитанции диктуй, - шепотом проинструктировал девушку Кирилл.

Проводив Олесю и вернувшись в гостиницу, Кирилл после обеда долго размышлял в своей комнате. Карта... Хотя по датам - не вполне... С другой стороны - почему одинок? Полностью картинка не складывалась все равно. Значит, брать быка за рога...

От гостиницы до кирпичного трехэтажного здания штаба было рукой подать. Управление отдельным батальоном располагалось на третьем этаже. Кирилл поднялся туда и прошел в продслужбу - рассчитаться за питание в ЛТС, включая завтрашний день. После кассы заглянул в кабинет к майору Неделину и без предисловий начал:

- Извините, Аркадий, но в процессе работы над статьей я столкнулся со странным фактом. В день приезда я видел у вас карту с автографом Валькова. А вы разговор о нем всячески уводили в сторону. Выяснилось, что в день гибели живой Вальков был с картой, а мертвый нет. Надеюсь, объяснение у вас есть...

- Вот черт! - пробормотал Дед Мороз, вытирая выступивший пот. - Дурень я - вот и объяснение. Давно болтали, будто Принцесса золото охраняла. И Вальков в тот день про золото рассуждал. Около полудня блок от самолета нашли, вызвали вертушку. Товарищ Зайцев к ручью помыться пошел - олень его испачкал. Я следом потянулся - обсудить дела по хозяйственной части. Потом Зайцев сказал, что в кустах посидеть хочет - и ушел. Я у ручья немного постоял, потом орехи собирал. Через несколько минут обогнул сопку и вышел к обрыву. А там Вальков - мертвый. И дернул меня черт карту вытащить из кармана. Думал, найду золотишко, пусть моя бывшая от зависти лопнет. Потом противно стало. Мародером себя чувствовал. Вот сейчас поговорил - полегчало. На карте одно место в тайге красным помечено - на плоскогорье километрах в пяти от шахты. Это вход в подземную пещеру. Весной и летом туда мощный ручей впадает. А в августе почти иссякает - на оборотной стороне Вальков написал. Какой идиот будет в таком месте что-то прятать? Водой все унесет.

- А вы можете позвонить прапорщику Таранову? Он должен быть в курсе, про какое золото тогда Вальков рассуждал.

- Потом спрашивал. Тут, Кирилл, дело деликатное. Таранов в селе всех знает. Если товарищам с большими звездами с девочками развлечься захочется - нужно только намекнуть. Таранов организует. Но все тихо, сам понимаешь. Узнают в Москве - такой звездопад с погон начнется... Вальков начал его пытать - кто отдыхал пять лет и два года назад, заказывали ли девочек. Таранов, понятное дело, в штыки: ничего не знаю, не помню, и вообще - молчание золото, не забывайте, товарищ Вальков.

Они прошли в гостиницу, и Дед Мороз отдал Кириллу карту. Показал и фотографии грота, которые сделал на помеченном месте. Желоб диаметром метра три уходил в недра сопки почти отвесно. И наконец-то картинка стала складываться в голове Кирилла.

Не успел он вернуться к себе, как дежурная позвала к телефону. Гена Ящеров возбужденно поведал, что есть новости.

- У меня тоже, - ответил Кирилл. - Договорись с главным - и даешь опять горные мотогонки.

По пути к месту гибели Валькова Гена рассказывал, как непросто было разговорить главврача, давнего приятеля краеведа. Упирал на то, как важно завершить научную работу покойного. И доктор сдался. Да, еще прошлой осенью Вальков приходил с мешком. Попросил сделать несколько рентгеновских снимков, не вынимая оттуда предмет. Полученные изображения черепа отдали Валькову. А буквально за два дня до гибели тот звонил с запасного аэродрома и просил данные на двух человек - были ли они на больничном в июне 1981 и в июле 1978 года. На следующий день перезвонил и получил от доктора информацию: да, были. Гена записал имена и фамилии, но они ему ничего не говорили. Подшивки пролистать он тоже успел. Действительно: летом 1961 года без вести пропала двадцатилетняя медсестра Лена Шишкина. Исчезла близ палаточного лагеря на берегу Уссури - работала на тренировочных сборах краевой команды по борьбе самбо. Видимо, Вальков помнил об этом случае, но смутно.

Добравшись до Желтой сопки, мотоцикл оставили внизу. До вершины дошли за десять минут. А подготовленному человеку времени потребовалось бы, наверное, вдвое меньше. У Кирилла уже почти не осталось сомнений: кто-то ждал здесь Валькова. Засада или намеченная встреча - пока непонятно, что именно! - закончилась для краеведа трагически... На всякий случай Гена с Кириллом тщательно обшарили вершину, но ничего блестящего не обнаружили. Краеведу померещилось? Кирилл еще раз изучил карту Валькова и под отметкой "З" ("Запад") разглядел мелкую запись карандашом: "ИА/10/9/83/12/00".

Километрах в трех от Желтой сопки начиналось обширное плоскогорье. Именно там находился желоб - предмет пристального внимания Валькова. Из-за тайги грот разглядеть было невозможно, но в бинокль хорошо просматривался пик над ним. Через час смогли добраться и туда - Гена нашел узкую тропинку, по которой мотоцикл въехал на плато. Осветив грот фонарем, Кирилл рассмотрел несколько вбитых в стену скальных крючьев и мысленно добавил очередной элемент к общей картине.

Следом отправились на запасной аэродром. Располагался он километрах в трех от небольшого села. Прапорщик Таранов, предупрежденный по телефону, поджидал их у казармы. На вид ему было лет сорок пять. Мощный и коренастый, он живо напомнил Кириллу киношного Кафтанова из "Вечного зова" - такой же крепкий хозяин. Таранов был сама любезность и сразу проводил гостей в свою каптерку мимо дневального. Предлагал Кириллу отдохнуть на базе, поохотиться, порыбачить, попариться в сауне. С гордостью рассказывал о своих связях в верхах. Даже новому комбату два года назад во время инспекции Минобороны предлагал организовать отличную оценку - тот отказался.

Из казармы донесся телефонный звонок, а следом объяснения дневального, что командир взвода занят. Но звонивший был настойчив, и Таранову пришлось на время покинуть журналистов. Лишь потом Кирилл заговорил о редакционном задании. Про Черную принцессу прапорщик, увы, знал не больше остальных. Зато с Вальковым был знаком прекрасно много лет - высоко его ценил. Жаль бесконечно такого человека...

- Но, поговаривают, вы ссорились с ним в последний день, - небрежно заметил Кирилл.

- Пустое! - отмахнулся Таранов. - Люди слышали звон, не зная, где он. Разошлись мы в вопросе организации отдыха - всего-то.

В гарнизон возвращались в кромешной темноте, но Гена гнал мотоцикл так же лихо, как и днем. Поинтересовался, имеют ли отношение к Принцессе те двое, о которых расспрашивал Вальков доктора.

- Как знать, - ответил Кирилл. - Полагаю, только косвенное. И догадываюсь, кто по профессии эти молодцы. У вас районная автомастерская до которого часа работает?

- До девяти.

- Ах, да, товарищ Андропов и у вас сферу обслуживания перестроил на удобный для населения режим...

С подачи Кирилла Гена рассказал в мастерской легенду, что готовит очерк о водителях-передовиках, и назвал несколько фамилий. И предположение Кирилла о высоком статусе обоих водителей из списка Валькова полностью подтвердилось.

- И что это значит, Кирилл? - Гена буквально сгорал от любопытства.

- Потом, Гена... Что скажешь о Таранове?

- А то я его не знаю! Двуличный и скользкий. Перед вами расстилался, а меня словно не замечал - бывший боец, что с меня взять. Нынешний замполит батальона пытался в его хозяйство влезть, аппетиты укротить - сам чуть должности не лишился. Теперь помалкивает в тряпочку.

- Мне, Гена, нужно все обдумать и посоветоваться. И, возможно, твой сольный выход впереди.


*


Олеся выслушала рассуждения Кирилла с напряженным вниманием и долго плакала. Потом твердо заявила:

- Вы не должны останавливаться на полпути. Если знаете, как бороться, об опасности не думайте. Я готова!

Позже в гостинице Кирилл потолковал с Дедом Морозом, и тот проводил журналиста в штаб к окованной жестью двери без таблички. А через полчаса прибыл хозяин загадочного кабинета...

На следующий день после обеда Кирилл побывал в райкоме партии и показал товарищу Зайцеву будущую статью. Тот был в восторге и приглашал приезжать еще. Вечером сам отвез Кирилла на станцию. Дождался отправления поезда и махал журналисту с перрона рукой. А в это время Гена седлал мотоцикл...


*


УАЗ медленно катился по грунтовой таежной дороге и остановился близ узкой тропинки. Из автомобиля выбрался Иван Антонович Зайцев и зашагал на девичий смех, послышавшийся неподалеку. Товарищ Зайцев ускорил шаг и начал приближаться к девушке на велосипеде. Та специально ехала медленно и постоянно оборачивалась. Она была в плаще, но затем сбросила его и осталась совершенно обнаженной. Товарищ Зайцев перешел на бег, и через пять минут домчался до полянки у ручья. Там же находилось старое зимовье, и нагая прелестница прислонила к нему велосипед. Сама села не пенек и жестом рукой остановила распаленного мужчину:

- Не подходите! Сначала выслушайте!

- Олеся, что за шутки? - тяжело дыша заговорил Иван Антонович. - Я лечу по звонку, как мальчишка, а ты...

- Иван Антонович, я не такая дуреха, как моя сестра, - спокойно сказала Олеся. - Думаю, мы поладим. Вы разводитесь, женитесь на мне, а я молчу о ваших резких поступках с Леной Шишкиной, Верой Грачевой и моей сестрой.

Ошарашенный товарищ Зайцев молчал с минуту. Лицо его налилось кровью, и он глухо произнес:

- Что еще за бред?

- Не бред. Вы их всех изнасиловали и убили. Трупы бросили в поток - думали, они исчезнут в подземном желобе. Однако из-за нечистой совести вас насторожила находка мумии в угле. Ведь начальник котельной резко переменил мнение о находке после звонка вам. Вы велели от греха подальше мумию сжечь, а начальнику котельной устроили повышение - кто еще мог это устроить? Однако дядя Леша оказался хитрее и успел выкупить голову мумии у кочегаров. По методу Герасимова он восстановил ее лицо и узнал Галку... Где-то ее тело оказалось в подходящих для мумифицирования условиях в каверне угольного пласта. Вспомнил про пропавших без вести в том же районе Веру и Лену, призадумался. Вычислил, что во время исчезновения Веры и Галки ваши водители были на больничном, вы водили УАЗ сами. А Лена пропала двадцать два года назад из лагеря борцов - когда вы там были... И проявил неосторожность - наводил справки про водителей по телефону с запасного аэродрома. Эти разговоры на всякий случай передал вам прапорщик Таранов, хоть и не понимал, о чем речь. Вы понимали, что малейший намек на вашу причастность к гибели девушек - конец карьеры. Пусть даже доказательств не будет, достаточно сигнала. При товарище Андропове церемониться не станут... На карте дяди Леши осталась пометка о встрече с вами - ЗИА - в полдень десятого сентября. Во время прочесывания договорились. Вот и встретились - вы, наверное, и слушать его не стали. Приемом самбо сразу и сбросили... Иван Антонович! Да что вы цепляетесь за свою старуху? А я-то вот - молодая целочка!

Олеся поднялась с пенька, повернулась спиной к Ивану Антоновичу и наклонилась, покачивая изящной попой. Тот метнулся к девушке, дрожа от вожделения, но она моментально отпрянула.

- Сначала обещайте выполнить условия! - отчеканила Олеся, прикрывая груди и лоно.

- Ты еще будешь диктовать мне условия, шлюха! - рявкнул Иван Антонович и мгновенно преодолел разделявшее их расстояние. - Да, ты получишь свое - и отправишься за сестрицей!

Он схватил Олесю за горло, но мгновение спустя из зимовья выскочили Гена с Кириллом и общими усилиями справились с бывшим спортсменом.

- Извините, Иван Антонович, но я усыпил вашу бдительность, а сам сошел на первой станции, - пояснил Кирилл. - Прислушайтесь - сюда летит вертолет.

Вскоре винтокрылая машина зависла над поляной, и по лестнице спустились несколько крепких мужчин в камуфляже. Возглавлявший их человек назвался капитаном КГБ и защелкнул наручники на запястьях товарища Зайцева. Повернулся к Кириллу, но тот обнимал и целовал нагую Олесю, заливавшуюся слезами. Тогда обратился к Гене:

- Посылку покойного Валькова разыскать успели. Там действительно голова мумии и несколько обрывков платья - кажется, Веры Грачевой. Вальков обнаружил их, когда спускался в желоб. Профессионально сработано! И вы, товарищи журналисты, оказались на высоте. Но каково - партийный лидер, и вдруг маньяк-убийца. Уму непостижимо!