# Глава 10. Укрепления как средства защиты или опоры для наступления.

Александр Геннадьевич Правдин

Во Второй мировой войне воюющие страны использовали построенные перед вой-ной укрепления. Построенные укреплённые линии имели различное назначение. Ни все из них строились для оборонительных целей. Некоторые предназначались для поддержки своего наступления. В ходе войны ни все линии оправдали надежды своих создателей. Некоторые из них уже в ходе войны перестраивали с целью изменить их предназначение. О многих из них сложились мифы явно не соответствовавшие действительности. В данной главе я даю описание многим из них. Здесь развеяны многие мифы, в том числе и об "невероятной мощи" линии Маннергейма. Здесь описаны укреплённые линии Германии, Финляндии, Франции и Советской России. Дано описание их вооружения. Я привожу описание укреплений, созданных вокруг Ленинграда ещё перед войной. И доказываю, что для финской и германской армий он был неприступен. В этой главе есть много других важных интересных, но к сожалению, малоизвестных фактов.

Ниже приведёны отрывки из текста моей книги "Финский гамбит или роль совет-ско-финской войны в мировой революции". Книга издана в Абакане в 2008 году в книж-ном издательстве "Бригантина". Объем книги 260 страниц. Книга продаётся в краеведче-ском музее г. Абакан ул. Пушкина 96. Авторские права на книгу защищены. Использова-ние текста в коммерческих целях без согласия автора карается законом. Использование текста допустимо с использованием ссылки на источник.


## Глава 10. Укрепления как средства защиты или опоры для наступления.


"Наши войска на всем этом пространст-ве делали вид, что заняты укреплением своих позиций, в расчете на длительную оборону, а фактически полным ходом готовились к наступлению". (Рокоссов-ский, "Солдатский долг". стр.289)

Во все времена люди использовали укрепления не только для ведения обороны, но и применяли их в качестве средства помощи при совершении агрессии. Например, в средневековье, русские воины, готовясь к походу в соседние земли, сооружали разборные крепости из бревен. Бревна нумеровали. Крепость ставили поближе к границе с врагом, прямо на берегу реки. Потом её разбирали. Сплавляли бревна по реке. А вражеской земле её собирали вновь. Здесь она служила опорным пунктом нашим дружинникам. В случае поражения, русские воины могли в ней укрыться. В случае победы на месте крепости возникал город. Крепость усиливали рвами, валами, новыми стенами и новыми башнями. Город - крепость становился административным центром завоеванной территории.

Так, что когда наши ратники сколачивали деревянную крепость - это еще не озна-чало, что они готовились к обороне. Такую крепость легко можно было разобрать и со-брать вновь в другом месте. А потом еще раз такой номер повторить. Фактически такая крепость могла служить передвижным опорным пунктом.

В средневековье агрессоры, осаждая города неприятелей, тоже сооружали вокруг них форты, стены, валы. Эти укрепления страховали осаждающих от вылазок осажденных и от ударов войск, пришедших к ним на помощь извне.

В средневековье агрессоры использовали гуляй - города. Делали их обычно из обозных повозок. Но на Руси применяли специальные щиты на колесах. А в Германии, гуляй - город представлял собой огромный сарай на колесах с бойницами в стенах. Он по сути являлся прообразом современных бронированных машин и фактически был пере-движной башней. Хотя, конечно немцы тоже использовали повозки, сцепленные друг с другом. Но у них это называлось "вагенбург".

Со временем средства наступательной фортификации изменились: не стало гуляй -городов и деревянных разборных крепостей. На смену им пришли доты.

В оборонительной фортификации практически ничего не устарело, просто в до-полнение к старым средствам обороны добавились новые. Возьмем, к примеру, любой замок в Европе. В 11 веке феодал построил башню. Его потомок пристроил к ней стены в 12 веке. В 14-м веке новый хозяин замка построил вокруг еще одну стену. В 17-м веке за-мок обнесли низкой, но очень толстой стеной, способной выдержать обстрел из осадных орудий. В 19-м веке замок окружили новыми бастионами. А в 20-м крепость усилили же-лезобетонными дотами.


В оборонительной фортификации практически ничего не устарело, просто в до-полнение к старым средствам обороны добавились новые. Возьмем, к примеру, любой замок в Европе. В 11 веке феодал построил башню. Его потомок пристроил к ней стены в 12 веке. В 14-м веке новый хозяин замка построил вокруг еще одну стену. В 17-м веке за-мок обнесли низкой, но очень толстой стеной, способной выдержать обстрел из осадных орудий. В 18-м веке вокруг этой толстой и низкой стены возвели другую. Если смотреть на эту стену сверху, то по форме она напоминает неправильную многолучевую звезду. Стена построена таким образом, чтобы противник не мог стрелять по ней из своих орудий под прямым углом. Раньше стены строили таким образом, чтобы сократить фронт. Форма крепостных стен при виде сверху напоминало круг, квадрат, прямоугольник. Это упрощало защиту крепости при штурме. Чем уже фронт, тем легче его оборонять. С появлением мощных артиллерийских орудий, главной угрозой крепостной стены стал артобстрел. Фортификаторы стали строить крепостные стены "не экономя на длине стен". Стена крепости теперь имела изгибы-выступы, которые острыми углами были направлены в сторону противника. Причём эти выступы старались расположить так чтобы один угол "звезды" прикрывал другой именно от прямого попадания. Внешняя сторона стены делалась теперь не отвесной, а наклонной. Наклонная поверхность стены улучшала рикошет. Толщина стены у основания была больше чем на вершине. В 19-м веке замок окружили новыми бастионами. А в 20-м крепость усилили железобетонными дотами.

В 20-м веке крепость это уже не резиденция феодала. Это стратегически важный укреплённый пункт, имеющий всё необходимое для видения длительной борьбы в усло-виях полной изоляции.


Любая старая крепость сгодится для нужд обороны даже в 21 веке. Немцы при обороне вполне успешно использовали старинные крепости. Конечно, по возможности, они усиливали их новыми средствами обороны. Преимущество обороняющейся стороны в том, что она может более-менее успешно использовать все старинные укрепления для защиты от агрессора. А вот агрессор не может поступить также. Для усиления обороны достаточно регулярно строить новые укрепления для усиления старых. Агрессор же не может поступать таким же образом.

В средневековье турки построили в устье Дона крепость Азов. Первоначально это был замок. Но с появлением осадной артиллерии, он уже не мог надёжно защитить турецкий гарнизон. Замок обнесли менее высокой, но более толстой стеной. Она прикрывала собой старую стену. А для защиты новой стены насыпали земляной вал. Он прикрывал собой новую стену. Это типичный пример работы по усилению обороноспособности: здесь старые укрепления никто не стал разрушать, их наоборот усилили новыми.


В XV веке турки овладели Азовом. В 1637 года казаки отбили город, но в 1643 го-ду покинули его, разрушив всё что можно, в том числе и крепостные стены. Вернувшись в город, турки восстановили крепостные стены. Никто из них не стал уничтожать остатки старых укреплений. Их использовали для строительства. Старый замок восстановили. Об-несли менее высокой, но более толстой стеной. Она прикрывала собой старую стену. А для защиты новой стены насыпали земляной вал. Он прикрывал собой новую стену. Это типичный пример работы по усилению обороноспособности: здесь старые укрепления никто не стал разрушать, их наоборот усилили новыми.


400 орудий этой крепости могли вести огонь с трех ярусов: со стен замка, с новой стены, с гребня вала. Русские так и не смогли взять крепость штурмом и возвели вокруг крепости вал. Но не для обороны. Землю с тыльной стороны вала стали перекидывать на передовую. Таким образом, вал стал медленно двигаться к крепости. По мере приближе-ния к крепости, вал рос в высоту. С вала вела огонь наша артиллерия. Когда вал подвели в упор к крепости, он уже вырос выше стен старого замка. Наша артиллерия подавила ар-тиллерию турок. Турецкий гарнизон вынужден был капитулировать. Вот вам типичный пример того, как для нужд обороны старые укрепления усиливали новыми и как исполь-зовали укрепления при нападении.

В 20 веке оборонная доктрина довлела над умами французских стратегов. Они считали, что Вторая мировая война будет позиционной. Львиную долю военного бюджета во Франции направляли на строительство линии Мажино. Так как эту линию никто никогда не штурмовал, то ее обороноспособность остается в области теоретических догадок. Нет смысла доказывать, что Франция готовилась лишь к обороне. Её командование планировало, в случае войны с Германией, измотать своего противника в оборонительных боях, и лишь потом, в случае крайнего истощения сил германской армии, начать медленное наступление, имея большой численный перевес в силах, полученный благодаря помощи союзников. При этом рациональной вменяемой теории наступательных действий во французской армии не было вовсе. Армия не умела наступать даже теоретически. Французское командование предполагало, что в ходе войны германская армия до крайности истощит себя бесплодными атаками линии Мажино, ну а после этого, можно будет начать неспешное победоносное наступление, используя созданный за этот период большой перевес в силах. Французские генералы надеялись, что при таком раскладе сил их армия сможет наступать, просто выдавливая немецкую армию с её территории.

Также безграмотно французы готовились и к обороне. Линию Мажино построили так, что её можно было обойти через нейтральные страны. Немцы так и поступили: "Тра-гическая судьба постигла защитников линии Мажино. Они были вынуждены очистить крепостные сооружения прежде, чем те подверглись серьезным атакам. Отданный 12 ию-ня приказ об отводе вызвал всеобщее замешательство... 14 июня основные силы оборо-няющихся на линии Мажино французских армий, начали отступление. Только в самих оборонительных сооружениях были оставлены гарнизоны, чтобы как можно дольше за-держивать противника". (Курт Типпельскирх "История Второй мировой войны". стр. 129).

Выход немецких войск в тыл линии Мажино вынудил к отступлению ее защитни-ков. На линии Мажино не было укрепленных районов, способных вести бой в окружении. Не было здесь и тыловой оборонительной линии. Это непростительные недостатки для укреплений того времени.

"Семисотпятидесятикилометровая "линия Мажино", на строительство которой было израсходовано пять миллиардов франков, не спасла Францию от нашествия совре-менных гуннов". (Анфилов "Незабываемый сорок первый". стр.3).

Укрепления линии Мажино располагались прямо у самой границы. Ещё в мирное время противник мог её досконально изучить: узнать, где находятся доты, окопы, минные поля и т.д. Мог точно установить сектор обстрела каждого орудия и пулемета. Зная секторы обстрела, мог установить непростреливаемые участки. И с началом войны первыми залпами уничтожить доты. Солдаты немецкой армии еще в мирное время могли, визуально изучив укрепления французов, выбрать путь, по которому им будет легче и безопаснее подобраться к амбразурам французских дотов, чтобы забросать их гранатами или заткнуть их мешками с песком. Укрепления линии Мажино не имели достаточной глубины и насквозь простреливались артиллерией. Были у линии Мажино и другие недостатки: "...многие из французских дотов не выдерживают прямых попаданий бомб; кроме того, большое количество сооружений не было приспособлено для круговой обороны, и их легко можно было атаковать с тыла и фланга с помощью гранат и огнеметов. Линии Мажино не хватало глубины и, взятая в целом, она значительно уступала многим оборонительным позициям, созданным в дальнейшем ходе войны". (Ф. Меллентин "Бронированный кулак вермахта". стр.44-45).

В отличие от французских генералов, советские генералы таких ошибок не допус-кали. В тридцатые годы вдоль западных границ СССР была построена линия укреплений, которая неофициально называлась линией Сталина. Это название закрепилось за ней в исторической литературе и теперь её никто иначе не называет. Коммунистические писатели если и упоминают в своих книгах об этих укреплениях, то обязательно пишут, что они были слабыми и устаревшими. Если первое утверждение, как минимум спорно, то последнее явно ошибочно. Укрепления не могут устареть за десять лет. Знаменитый Виктор Суворов утверждает совершенно обратное. Он описывает линию Сталина, как самую мощную линию укреплений, оснащенную и вооруженную по последнему слову военной техники. По его словам эта линия укрепления состояла из 13 укрепрайонов и своими флангами упиралась в берега Чёрного и Балтийского морей. Линию Сталина нельзя было обойти как линию Мажино. Каждый УР представлял собой воинское формирование, по численности равное бригаде, по огневой мощи - корпусу. В каждом УРе было свое командование и штаб. В каждом УРе имелось от двух до восьми пулеметно-артиллерийских батальонов, артполк, несколько отдельных батарей тяжелой капонирной артиллерии, танковый батальон, батальон или рота связи, инженерно-саперный батальон и другие подразделения. Каждый УР занимал район 100-180 километров по фронту и 30-50 км в глубину. УРы имели зенитное и противотанковое вооружение в отличие от линий Мажино и Маннергейма. УРы имели броневые и железобетонные боевые и обеспечивающие сооружения. В УРах имелись подземные железобетонные помещения для госпиталей, командных пунктов, электростанций, спальных помещений, узлов связи, мастерских и складов. Каждый УР мог вести оборону в полном окружении длительное время.

Каждый УР состоял из опорных пунктов. Каждый опорный пункт, в свою очередь, мог вести круговую оборону. В опорных пунктах было различное число дотов. Каждый дот мог вести бой самостоятельно в полном окружении. Каждый дот имел склады с вооружением, боеприпасами, продовольствием. В каждом доте имелась санчасть, столовая, водопровод. Вооружение дотов было различным. Между собой и подземными помещениями они соединялись скрытыми ходами сообщения. Доты были оснащены фильтрационными устройствами противохимической обороны. В каждом УРе имелись противопехотные и противотанковые препятствия, водные преграды, минные поля, фугасы.

Строительство линии Сталина не афишировалось. Расположение УРов было неиз-вестно нашим вероятным противникам. Укрепрайоны находились в глубине советской территорию. При внезапном нападении первые удары пришлись бы по пустому месту. До линии Сталина противник не смог бы добраться в первые дни войны. За это время гарнизоны УРов можно было усилить кадровыми частями и ополченцами, а проходы между УРами закрыть полевыми укреплениями.

Но проходы можно было бы и не закрывать. В этом случае, если бы противник устремился в них, то масса наступающих войск была бы раздроблена на множество изо-лированных потоков. Тогда бы линии коммуникаций противника оказались бы под по-стоянным обстрелом тяжелой капонирной артиллерии укрепрайонов. Оставшись в тылу противника, УРы оттягивали бы на себя большую часть сил и не давали бы наладить про-тивнику полноценное снабжение своих наступающих армий, держа их линии коммуникаций под постоянным обстрелом.

В шахтах, для остановки взрывной волны, устанавливают глухие и шпренгельные перемычки. Глухая перемычка плотной стеной изолирует район взрыва, то есть наглухо перекрывает горную выработку. Тут либо она остановит взрыв, либо взрыв вынесет пере-мычку. Шпренгельная же перемычка делается в виде горизонтальной или вертикальной решетки из бруса. Расстояние между брусьями равно толщине бруса. Такая перемычка взрывную волну не остановит, но зато ослабит в 15 - 20 раз и всегда останется целой. За ней можно установить еще одну шпренгельную или глухую перемычку.

Так вот, ели бы агрессоры с запада повели свое наступление через проходы в ли-нии Сталина, то их наступление ждала бы участь взрывной волны, прошедшей через шпренгельную перемычку.

Линия Сталина - это титанические усилия двух первых пятилеток. А в 1938 году было принято решение усилить 13 старых УРов капонирной артиллерией. Кроме того, начали строить еще восемь УРов на линии Сталина. Но пришел 1939 год и был подписан пакт Молотова - Риббентропа. Это означало, что начнется Вторая мировая война. Гитлер начнет сокрушать Европу. А Сталин? Продолжит укреплять оборону? Нет!!!

Именно осенью 1939 года все строительные работы на линии Сталина были пре-кращены. Раньше у СССР не было общей границы с Германией. А теперь она есть. Рань-ше Германия не могла напасть на страну Советов, а теперь может. Что мог сделать Сталин для усиления обороны нашей страны.

Во-первых, не останавливать строительство на линии Сталина.

Во-вторых, усилить гарнизоны в каждом УРе.

В-третьих, мог начать строительство новой укрепленной линии перед линией Ста-лина или позади нее, или начать строительство сразу двух линий одновременно.

В-четвертых, приказать Красной Армии рыть окопы от Белого моря до Черного, сочетая полевую оборону с полосами укрепрайонов.

Но Сталина не заботила оборона. Поэтому осенью 1939 года началось уничтоже-ние укреплений на линии Сталина. Сначала снимали колючую проволоку, мины, воору-жение дотов, убирали фугасы, противотанковые заграждения, засыпали рвы, искусствен-ные водоемы. А весной 1941 года начали взрывать доты и подземные сооружения. Многие из них были просто засыпаны землей, а некоторые передали в ведение различным организациям.

На уничтожение линии Сталина требовались средства и силы и Сталин их не жа-лел. А ведь он мог эти средства пустить на усиление укреплений. Может, он по глупости разрушил свою линию обороны? А как тогда объяснить то, что до этого эта линии была построена с соблюдением всех правил фортификационного искусства? С чего это вдруг Сталин поглупел? Когда Гитлер напал, Сталин приказал начать восстановление старых укреплений. Отчего это? Оттого, что он вдруг резко поумнел? Для чего Сталин за два года разрушил укрепления, которые строил две пятилетки, а после нападения Гитлера опять начал их восстанавливать?

Между УРами линии Сталина были оставлены широкие проходы. В мирное время через них проходили транспортные пути. Через эти же проходы советские войска ухо-дили освобождать Прибалтику, Восточную Польшу, Буковину и Бессарабию. Но для освобождения Европы, их пропускная способность была недостаточной. Линия Сталина мешала тайно сосредотачивать войска около границы. В случае начала операции по советизации Европы она бы стала мешать снабжению своих же войск. Поэтому осенью 1939 года началась ликвидация её укреплений.

А 26 июня 1940 года советское военное руководство приняло решение о начале строительства новой линии укреплений. В последствии её назвали линией Молотова. Это, конечно же, было неофициальное название, но в исторической литературе оно закрепилось. Эта линии строилась не для замены линии Сталина. Линия Молотова строилась прямо на границе, повторяя все ее изгибы. Все её доты были видны германским пограничникам. Доты строились в одну линию. На ней не было тыловых позиций. Подходы к дотам не прикрывались препятствиями и минами. В старых дотах броневые листы были толщиной по 350 мм, а в новых - всего по 200мм. Новые доты не маскировались, и строились на глазах у противника, поэтому немцы, благодаря только одному визуальному наблюдению, могли изучить любой дот до мельчайших деталей. Доты не могли вести круговую оборону. Огонь из их амбразур можно было вести только в сторону германской границы. Доты не могли прикрывать друг друга фланговым огнем и не могли вести огонь по солдатам противника, пробравшимся в тыл. Бетонные стены и перекрытия дотов были слишком тонкими и не могли выдержать длительный артиллерийский обстрел. Тяжелые бомбы могли легко пробить их железобетонные перекрытия. Сверху на доты не насыпали ни грунт, ни камень. Стены дотов не прикрывались грудами валунов. А ведь старые доты на линии Сталина имели сверху потолочного перекрытия, слой из грунта и камней в несколько метров, а насыпи из валунов прикрывали их стены от прямых попаданий снарядов . Почему на линии Молотова все укрепления строились совершенно иначе, чем на линии Сталина? Потому что линия Молотова предназначалась для поддержки собственного наступления. При собственном нападении из этих дотов можно было поддерживать огнем свои наступающие войска. Это лучше, чем вести огонь с открытых позиций.

Доты расположены в одну линию на самом краю границы, сзади них нет других дотов - это и не нужно. При собственном наступлении каждый дот в глубине своей территории будет обречен на бездействие.

Доты имеют тонкие стены и перекрытия, а сверху не насыпаны ни грунт, ни кам-ни. Если война начнется собственным нападением, то наши войска быстро уйдут вперед, и доты линии Молотова не будут подвергаться длительному артобстрелу. В этом случае доты могут обойтись без насыпей на перекрытиях.

Доты не могут прикрывать друг друга фланговым огнем - не беда, наши войска пойдут в наступление, а не вражеские. Доты будут поддерживать огнем наступающих, а не друг друга.

Доты не замаскированы. Это хорошо. Пусть противник их видит, и думает, что мы готовимся к обороне.

Перед дотами нет препятствий, заграждений и минных полей, значит, не будет по-мех нашим наступающим войскам.

После войны советские историки придумали оправдание: линию Молотова строи-ли взамен линии Сталина, но построить не успели. Таким образом, они хотят внушить людям, что к поражению в 1941 году привели просчеты командования, мол, не успели построить новые укрепления до гитлеровского нападения. Опоздали мол.

Этот довод не выдерживает никакой критики. Советское руководство начало уничтожать линию Сталина в 1939 году. При этом еще даже не было принято решение о строительстве новой линии. Если бы линию Молотова строили взамен линии Сталина, то решение в отношении обеих линий приняли бы одновременно.

Линию Молотова решили строить 26 июня 1940 года. Напомню, что 24 июня 1940 года Франция подписала свою капитуляцию, а 25 июня договор о перемирии вступил в силу. Франция разбита, Гитлер устремил свой взгляд на Англию и Северную Африку. В этот момент и было принято решение о строительстве новой линии укреплений.

Кстати, точно такие же укрепления советские военные строители начали строить на турецкой и иранской границах. А 25 августа 1941 года советская армия совершила аг-рессию в Иран. В Турцию советские войска агрессию не совершили. Просто не до нее стало - фашисты навалились. Но если бы у Сталина всё пошло по плану, то советские войска и до Турции добрались бы.

Для интересов обороны было бы выгодней оставить старую линию УРов и в до-полнение к ней построить еще одну. Пусть новая линия и будет слабой, пусть она будет без минных полей. Не беда, что она строиться со многими ошибками - если она не оста-новит врага, то хотя бы измотает его, задержит его на некоторое время. После этого будет легче остановить врага на второй линии обороны. Для обороны выгодней иметь две ли-нии укреплений, а не одну. Только вот для прикрытия своего наступления нужна всего одна линия укреплений на направлении будущего наступления. Советские войска готовились наступать поэтапно в нескольких направлениях: в Европу, Турцию, Иран, поэтому на границах с ними строилось новые линии укреплений. По одной на каждое направление.

После начала строительства новой линии укреплений на западной границы строи-тельство некоторых УРов отнесли к "строительству второй очереди". В переводе с совет-ско-номенклатурного языка на человеческий, это означало: строительство заморожено.

Руководил строительством обеих линий Д.М. Карбышев, имевший четыре высших военных образования. Он строил укрепления еще в Первую мировую и в Гражданскую войны. После советско-финской войны, он досконально изучил линию Маннергейма. Он знал, что линия Маннергейма состоит из нескольких укрепленных полос. Неужели ему было непонятно, что две линии лучше одной? Неужели он не знал, как следует строить укрепления для обороны своей страны? Если он ошибся при строительстве укреплений на линии Молотова, почему его не расстреляли?

Всё потому, что он не ошибался. Он правильно построил линию Молотова, но он построил её для прикрытия агрессии. В ходе войны с немцами Красная Армия, готовясь к наступлению, будет точно также строить доты на передовой, чтобы противник их видел и думал, что готовится оборона. Точно также наша армия строила доты на Халхин-Голе пе-ред своим внезапным наступлением. Просто в 1941 году этот номер с немцами не прошел. Они сами придерживались той же тактики и при этом строили точно такие же доты. Увидев, как и где строят доты бойцы Красной Армии, он поняли их назначение.

Коммунисты говорят, что линию Молотова не успели достроить. Зато успели раз-рушить линию Сталина. Если бы спешили со строительством новой линии укреплений, то не тратили бы силы и средства на разрушение старой. Пусть стоит, пока новую не построим. Конечно, ломать - не строить. На разрушение приходиться тратить гораздо меньше сил, чем на строительство. Но если бы в СССР отказались от разрушения укреплений линии Сталина, бросив все силы на строительство линии Молотова, строительство последней пошло бы быстрее. То, что было построено на линии Сталина, за две пятилетки, ликвидировали за два года. Но ведь если бы силы, пущенные на разрушение старых укреплений, пустили бы на создание новых, то тогда бы многие доты на линии Молотова успели бы достроить до нападения немцев.

Рокоссовский прибывает на западную границу в мае 1941 года: "Строительство укрепленного района только развертывалось". ("Солдатский долг". стр.8). А доты на ли-нии Сталина уже взлетели на воздух. Коммунисты придумали довод, что якобы разору-жить линию Сталина вынудила нехватка вооружения для линии Молотова. Этот довод не пройдет в качестве аргумента. Во-первых, разоружение старых УРов началось тогда, ко-гда новых не было даже в проекте. Во-вторых, для вооружения новых УРов достаточно было снять малую часть вооружения со старой, а не разоружать всю линию. В-третьих, орудия со старых дотов по своей конструкции не подходили к новым дотам и следова-тельно, их нельзя было переставить из старых дотов в новые.

"В феврале - марте 1941 года на Главном Военном Совете Красной Армии дважды обсуждалось как быстрее закончить строительство новых УРов и их вооружение... Но как ни спорили, а практического выхода для ускорения производства УРовской артиллерии и обеспечения необходимой УРовской аппаратурой найдено не было... Да и артиллерия старых УРов по своей конструкции не соответствовала новым дотам". ( Жуков Г.К. "Воспоминания и размышления", стр. 271-272).

Если суммировать все то, что придумала советская пропаганда об истории линий Сталина и Молотова, то получится следующее: советское военное руководство в 1939 го-ду решило снять орудия со старых дотов линии Сталина, чтобы этими орудиями воору-жить доты на линии Молотова, которых еще даже не было в проекте, но нехватка орудий к ним уже существовала, и уже после того, как эти орудия сняли, начали строить доты линии Молотова, причем такие, которые по своей конструкции не позволяли установить в них орудия, снятые с дотов линии Сталина, а доты линии Сталина после этого взорвали.

В общем, никаких разумных оправданий действиям советского военного руково-дства советская пропаганда не придумала.

Кстати, новые, построенные на линии Молотова, доты наши войска даже не успели занять при нападении немцев. Уж слишком близко находились они к границе. Немцы до них добрались быстрее. "Поднятые по боевой тревоге стрелковые части, входящие в первый эшелон прикрытия, вступали в бой с ходу, не успев занять подготовленных позиций". (Жуков Г.К. "Воспоминания и размышления". Том I Стр. 10-11.).

"Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты русскими войска-ми... Русские оборудуют свои доты при полном освещении. Они кажется ничего не пред-полагают" (Стр. 120 Анфилов "Незабываемый сорок первый".).

Почему 22 июня во многих советских укрепрайонах прямо на западной границе не оказалось гарнизонов? Коммунистические историки утверждают, что Сталин боялся спровоцировать германское нападение, поэтому солдат в доты не пускал. Действительно, большое количество войск прямо на границе не могло не внушить Гитлеру тревогу за судьбу своей страны. Это могло быть истолковано им, как подготовка к агрессии и под-толкнуть его самого к нападению на СССР. Но ведь если бы Сталин в действительности боялся спровоцировать это нападение, разве он отдал бы приказ строить доты на самом краю границы? Строителям достаточно было отступить на десяток километров в глубину своей территории, чтобы своим строительством не пугать германских соседей. В конце концов, именно советские доты на самом краю границы и спровоцировали нападение Гитлера. Он ведь понимал, для чего такие доты строят. В глубине же своей территории укрепленные районы были бы не видны с территории противника. Их строительство легче было бы сохранить в тайне. Противник уже бы не смог изучать их визуальным наблюдением со своего берега пограничной реки. В удалённых от границы укреплениях можно было держать постоянные гарнизоны. Противник бы этого и не увидел. А при внезапном нападении у гарнизонов укрепрайонов было бы время, не торопясь, провести последние приготовления к бою.

22 июня 1941 года советские доты на линии Молотова не были заняты советскими войсками совершенно по другим причинам. При подготовке к нападению на соседнюю страну нельзя все войска сосредотачивать прямо на границе. Массы солдат следует дер-жать хотя бы в нескольких километрах от неё, чтобы какие-нибудь бравые солдаты, в предвкушении предстоящего наступления раньше времени не полезли через границу. Со-ветские военачальники так и делали. Они держали массы солдат недалеко от границы. Планируя посадить их в приграничные доты перед самым нападением на соседей.

Если бы Сталин в 1941 году не имел намерения напасть на Германию, он бы не боялся расположить в дотах на линии Молотова своих солдат. Строительство укрепленных районов на самом краю границы - ошибочное решение для нужд обороны. Но перед соседями можно было оправдаться тем, что мы в силу своей жадности, несмотря на обилие территории, не хотим отдавать врагу даже кусочек своей земли, и намерены сражаться даже за те куски земли, за которые драться нам не выгодно с точки зрения стратегических интересов. Можно было в собственной прессе поднять эту тему и объяснить то, что стратегические не выгодно строить доты на виду у противника, и при этом изложить все отрицательные стороны такого строительства, но объяснить, что в случае нападения врага, мы будем драться за любой кусок земли, даже на самом краю границы, даже тогда, когда нам будет выгоднее отступить и не принимать бой. А чтобы у соседей наши, построенные прямо на границе, доты и сидящие в них солдаты, не вызывали подозрений в наших агрессивных намерениях, следовало перекрыть все пространство между границей и дотами, а также пространство за этими дотами минами, надолбами, рядами колючей проволоки, следовало накопать побольше рвов и насыпать побольше валов. Вот тогда бы немцы поверили в то, что у нас нет агрессивных намерений. Так как через такую линию укрепления самим неудобно будет наступать. Доты линии Мажино тоже строились близко к германской границе, но противотанковые и противопехотные препятствия убеждали германскую сторону в отсутствии у Франции намерения напасть на Германию, ибо они сами по себе препятствовали наступлению французских войск в той же степени, как и наступлению немецких.

В действительности Сталин боялся держать войска в приграничных укрепрайонах из-за того, что советские солдаты сами могли спровоцировать конфликт с Германией. Ведь даже, несмотря на все принятые им меры, советские солдаты в 1941 году очень часто переходили границу и нападали на немецкие части, а также устраивали перестрелки с немецкими пограничниками. Поэтому советские военачальники старались прятать своих солдат первого эшелона в лесах на минимальном расстоянии от границы, таким образом, чтобы они не находились непосредственно на виду у противника. Только вот плохо старались. Многие части Красной Армии дислоцировались прямо на берегах пограничных рек. Это кстати тоже напугало немцев. Такие части дислоцировались на таких направлениях, которое советское командование считало главным, то есть там, где намечались главные и самые сильные удары. Войск в этих местах собиралось столько, что их часто просто негде было прятать. На этих участках никакие укрепления не строили вообще. Это считалось излишним, без них тут мощи хватало. А вот на второстепенных участках войск было поменьше. Именно в таких местах и строили укрепрайоны линии Молотова. Они должны были поддержать наступление своих войск в первые дни войны. Помочь отразить контратаки немцев, если такие случаться. И компенсировать меньшую (по сравнению с главными направлениями) численность войск. И так как на этих участках хватало места для того, чтобы спрятать свои войска, их прятали на небольшом расстоянии от своих приграничных укреплений. Вот поэтому, в момент немецкого нападения, в дотах на линии Молотова не было советских солдат.

Немцы захватили их без боя. Ведь советское нападение на Европу было заплани-ровано на 6 июля 1941 года. И наши войска должны были занять УРы за день за два до этой даты, или может быть даже за несколько часов до неё.

В 30-е годы немцы строили мощные укрепления на Одере и в Пруссии. Они за-щищали Германию от удара с Востока. В это время соседями Германии на востоке были Польша и Литва. Они явно не представляли серьезной угрозы для Германии. Но укрепле-ния строились на совесть. В них было предусмотрено всё. Укрепления имели железобе-тонные доты различных конструкций, средства ПВО и ПТО, минные поля, фугасы, под-земные склады и тоннели сообщения.

Но вот началась Вторая мировая война. Германия завоевала Польшу. Её граница отодвинулась далеко на Восток. Теперь у неё в соседях Советский Союз - военный лагерь мировой революции. Теперь в Германии забрасывают старые укрепления, их разоружают, передают разным организациям. После этого на Восточной границе немцы возвели не-большое количество слабеньких дотов, которые как близнецы были похожи на советские доты линии Молотова. Теперь известно, почему немцы строили такие доты - они не собирались засиживаться на этих рубежах. Их действия были аналогичны советским. Их доты имели тонкие стены и тонкие перекрытия, с тонкими бронелистами. Доты были расположены в один ряд и находились прямо на краю границы. Немцы их не маскировали. Не засыпали сверху и с боков валунами и грунтом. Доты могли вести огонь только вперед - на восток. Они не могли вести круговую оборону ни в группе, ни в одиночку, они не могли прикрывать друг друга фланговым огнем, так как их амбразуры были направлены исключительно на восток. Впереди немецких дотов не было минных полей, колючей проволоки и противотанковых препятствий. В планируемом немцами наступлении они бы им сильно помешали. Немцы напали первыми, и эти доты себя оправдали. Русские опоздали с нападением и своими дотами не воспользовались. Действия по строительству дотов в германской и советской армиях принципиально ничем не отличались друг от друга. Обе армии готовились к нападению одинаково.

Перед нападением на Польшу немцы стали строить укрепления прямо на германо-польской границе. Их назвали "Восточным валом". "До сих пор в военном отношении намерение напасть на Польшу тщательно скрывалось. Сосредоточение дивизий в пограничной полосе мотивировалось строительством "Восточного вала". Для маскировки подлинной цели переброски войск в Восточную Пруссию подготавливалось грандиозное празднование годовщины сражений под Танненбергом. Подготовка к крупным маневрам механизированных соединений продолжалась до последнего момента. Развертывания проводились без официального объявления мобилизации". (Эрих Фон Манштейн "Утерянные победы". стр. 28-29)

На западной границе Германии в 30-е годы была построена линия укреплений, которую в исторической литературе иногда называют Западным валом, а иногда линией Зигфрида. Линия этих укреплений не везде следовала изгибам границы и была проведена как можно более прямо. Линия не предназначалась для длительной обороны. Она должна была прикрывать Германию от ударов из Франции, когда немецкие войска начнут свое наступление через нейтральные страны: Бельгию, Голландию, Люксембург, Лихтенштейн. По своим характеристикам эта линия была больше наступательной, чем оборонительной. Она строилась преимущественно для прикрытия собственной агрессии, на второстепенном для Германии направлении. Традиционно, со времен франко-прусской войны немцы планировали наносить главный удар на севере, линия Зигфрида была построена южнее, т.е. на второстепенном направлении. Принцип прост: на главном направлении - наступаем, на второстепенном - прикрываемся линией укреплений. В ходе военных действий 1940 года Западный вал выполнил свою функцию. После оккупации Франции укрепления на линии Зигфрида забросили. Многие доты разоружили. Часть подземных сооружений передали различным организациям, например, фермерам под хранение овощей и картофеля. Немецким генералам казалось, что эти сооружения им уже никогда больше не понадобятся. Но в 1944 году союзники по антигитлеровской коалиции высадились в Нормандии и начали свое наступление на Германию. Вот тогда немцы и спохватились и начали восстанавливать укрепления на линии Зигфрида. Линию укреплений, предназначенных для прикрытия территории своей страны от атак со стороны Франции в ходе собственного наступления, попытались переделать в чисто оборонительную, но было уже поздно...

Для обороны Финляндии от советского вторжения финны построили укрепления на Карельском перешейке. Именно здесь проходил самый короткий путь к столице Фин-ляндии - Хельсинки. Здесь проходила единственная железная и единственная шоссейная дороги, связывающие её с СССР. Своими флангами линия Маннергейма упиралась в Финский залив и Ладожское озеро. Многие историки описывают её как сверхмощную линию укреплений созданную и оборудованную по последнему слову техники. Другие наоборот описывают ее как цепочку из нескольких десятков слабеньких дотов. Оба суждения, по-видимому являются крайностями, тем более последняя версия. Очевидно то, что на линии Маннергейма было много долговременных железобетонных боевых сооружений. Очевидно и то, что сама природа сделала Карельский перешеек непреступной крепостью.

Начну с описания данного якобы самим Маннергеймом, которое нельзя не назвать странным: "Созданная на Карельском перешейке система укреплений также не могла в значительной степени повлиять на уравновешивание сил. Вдоль линии обороны протя-жённостью 140 километров было построено 60 бетонных гнёзд, из которых 44 , устарев-шие, построенные ещё в начале 1920 года, были плохо сконцентрированы и имели невы-годное расположение. Остальные были современные, но недостаточно сильные, чтобы выдержать огонь тяжёлой артиллерии. Только что сооружённые препятствия из колючей проволоки и противотанковые заграждения имели незначительное оборонное значение.

Время не позволило сделать оборону глубоко эшелонированной, во многих мес-тах передовая линия сливалась воедино с главной линией обороны. Единственным надёжным звеном в системе обороны были батареи береговой артиллерии, защищающие оба фланга основной линии обороны в районах Ладожского озера и Финского залива". (К.Г. Маннергейм "Воспоминания". Стр. 237)

В 1920 году никто не строил бетонных гнёзд на Карельском перешейке. По словам якобы самого Маннергейма было всего 60 бетонных гнёзд на 140 километров обороны. Получается, что гнёзда находились друг от друга на расстоянии 2,3 км. Достоверно из-вестно, что укрепления на линии Маннергейма начали строить лишь с конца 20-х годов. Учитывая это, получается, что строили в среднем по 6 гнёзд за год. А если поверить тому, что данные укрепления начали строить ещё в начале 1920 года, то получается, что фин-ские военные строители строили в среднем по 3 гнезда за год. Рвение то не стахановское! Эти данные об интенсивности строительства на Карельском перешейке заставляют сомневаться в том, что данную книгу писал сам Маннергейм. Если это не так, то остаётся только предположить, что во время написания книги Маннергейм был болен головой. Ибо ничем иным нельзя объяснить то, что в этой книге, о линии Маннергейма написано столь несуразные вещи.

Вообще непонятно, что автор подразумевает под понятием "бетонное гнездо". Может он имеет ввиду пулемётное гнездо, а может быть дот?

Вообще, пулемётное гнездо это позиция, оборудованная для пулемётного расчета в окопе, ячейке, в какой-нибудь яме, в оконном проёме здания, в проломе стены. Строи-тели пулемётное гнездо не строят. Бетон при создании пулемётного гнезда не применяет-ся. Пулемётное гнездо, как правило, создаётся непосредственно перед боем. Если пуле-мётный расчёт, при помощи строителей, прикрыт сверху хотя бы бетонной плитой, это уже дот. Это долговременное огневое сооружение. Читатели незнакомые с военным де-лом, но наслышанные об мощных укреплениях линии Маннергейма, воспринимают, что бетонным гнездом здесь в этом тексте названы знаменитые финские доты. Военный человек никогда не назовёт дот пулемётным гнездом или бетонным гнездом. Лично для меня, очевидно то, что данные "Воспоминания" Маннергейма писал человек весьма далё-кий от военного дела. Вероятнее всего он был сотрудником политического аппарата страны. Очевидно то, что он принижает мощь финских укреплений. Возможно, он это делает, для того, чтобы возвеличить воинское искусство финской армии, перекладывая все успехи финской армии при обороне на счёт её хорошей подготовки. Возможно, что он преуменьшает мощь финских укреплений, для того чтобы принизить успехи советской армии, достигнутые после игр в поддавки. Многие писатели в противоположность дан-ному автору наоборот преувеличивают мощь финских укреплений, при этом они указы-вают на то, что ни одна армия мира не прорывала подобных укреплений, и на основании этого доказывают что РККА, совершив беспримерный подвиг, доказала свою высокую боевую подготовку.

В "Воспоминаниях" Маннергейма нет хотя бы краткого описания укреплений линии Маннергейма. Я не верю в то, что человек чьим именем была названа целая линия укреплений, не нашёл бы в своих мемуарах места, чтобы их описать. Вот если бы моим именем назвали какую-нибудь линию укреплений, я бы обязательно описал бы её в своих мемуарах подробнейшим образом. Представьте себя на месте Маннергейма, и подумайте стали бы вы в своих мемуарах описывать финские укрепления на Карельском перешейке или нет?

Ещё одно интересное критическое замечание из текста книги в адрес укреплений линии Маннергейма про бетонные гнёзда, которые якобы, по словам автора, "были плохо сконцентрированы". Это выражение абсолютно не подходит к обсуждаемому предмету. Доты могли быть неправильно расположены. Например, на наиболее удобных направлениях для наступления советских войск их располагалось бы слишком мало, в то время как на наименее угрожаемых участках наоборот располагалось слишком много. То есть там, где противнику было легче всего наступать, бетонных гнёзд было мало и располагались они соответственно на большом расстоянии друг от друга, а там где противнику было тяжело наступать и где он не мог наступать большими силами, бетонных гнёзд было непропорционально много и они располагались близко друг к другу. Если автор хотел сказать, что плотность расположения так называемых бетонных гнёзд на разных участках обороны была непропорциональна их важности и значимости из-за вероятности выбора противником этого направления для главного или вспомогательного удара, то надо было так и говорить. А автор просто написал что-то несуразное. Военный человек просто не стал бы так выражаться.

Совершенно иначе описывает финские укрепления Борис Соколов: "..финское командование большие надежды возлагала на укрепления линии Маннергейма, возводившиеся на Карельском перешейке с конца 1920-х годов. Здесь на 140 км фронта (почти половина которого проходила по рекам и озерам) имелось 75 железобетонных фортов, способных выдержать прямое попадание 152-мм снаряда. 44 железобетонным бункерам, возведенным в 1930-е годы не страшны были и 203 мм гаубицы. Всего же финские укрепления на главной полосе линии Маннергейма состояли из 210 долговременных огневых точек (дотов) и 546 деревянно -земельных огневых точек (дзотов). Еще 26 дотов и 61 дзот были расположены на острове Койвисто (Бьорке) и на тыловой оборонительной позиции в районе Випури (Выборг). Подступы к дотам прикрывались проволочными заграждениями, противотанковыми надолбами и рвами, а также минными полями. В среднем проволочные заграждения имели глубину в 30 рядов, а надолбы в 12 рядов... На наиболее угрожаемых участках на один километр линии фронта приходилось три дота. Однако пересеченный рельеф местности не всегда позволял перекрывать все пространство между дотами и дзотами перекрестным артиллерийско-пулеметным огнем. К тому же пулеметы были устаревших моделей и ощущалась острая нехватка противотанковых орудий". (Б. Соколов "Тайны финской войны", стр. 49-50).

К этому можно добавить, что противотанковые орудия калибром 37 и 40 мм, сто-явшие на вооружении в финской армии по советским меркам уже давно устарели. К этому времени в Красной Армии и в армиях многих европейских стран эти пушки уже сняли с вооружения. У немцев и финнов они остались на вооружении даже в 1941 году. В советско-финскую эти орудия оказались бесполезны против советских танков КВ, СМК, Т-100 да и усиленная броня Т-28 и Т-35 была им не по силам.

Мерецков в совей книге пишет, что на линии Маннергейма было 350 железобетонных сооружения и 2400 деревянно-земельных. ( "На службе народу". стр. 176.)

История Великой Отечественной войны Советского Союза сообщает, что на ли-нии Маннергейма в трех полосах было 296 железобетонных и 897 гранитных сооружений. (стр.259. Том 1).

Рослый так описывает финские укрепления: "Они состояли из более чем двух ты-сяч дотов и дзотов, объединенных в мощные опорные пункты. Перед ними проходил пояс каменных надолбов, упиравшихся в танконепроходимые участки, а также проволочные заграждения и минные поля". (Рослый И.П "Последний привал в Берлине". стр. 7,.)_

Финны перед дотами устанавливали противотанковые надолбы из кусков колото-го гранита. Их не удавалось разрушить даже выстрелом из 76-мм орудия. Приходилось прокапывать извилистые ходы сообщения через минные поля и привязывать к надолбам толовые шашки. Их взрывали с началом артподготовки. (там же, стр.14-15).

Тут Рослый И. П. видимо преувеличивает прочность финских надолбов. Многие писатели пишут о том, что финские надолбы не выдерживали 45-мм снаряд танковой или противотанковой пушки. Хотя возможно на разных участках линии Маннергейма попа-дались надолбы с различной прочностью.

Линия Маннергейма была главным средством обороны для Финляндии. "Матери-альное обеспечение сил обороны Финляндии к концу тридцатых годов было недостаточ-ным: чуть ли не все средства, выделявшиеся на нужды армии, последние пятнадцать лет, "съедало" строительство укреплений линии Маннергейма". (Козлов "Советско -финская война. 1939-40. Взгляд с другой стороны". Рига 1995 цитата по хрестоматии Тараса "Со-ветско -финская война 1939-1940г.г.". стр. 228).

"Восточный участок главной позиции состоял из линии укреплений, протянувше-гося вдоль берега реки Вуокси: двадцати пулемётных дотов, подобных только что описанному, и пяти артиллерийских фортов. В каждом из фортов размещалось по два пулемёта и от двух до четырёх 75- или 155- мм орудий. Фланги главной позиции прикрывались орудиями береговой обороны". ( А.И. Козлов "Советско-финская война1939-40. Взгляд с другой стороны". Рига 1995 цитата по хрестоматии Тараса "Советско-финская война 1939-1940". Стр.236)

"Каждая огневая точка, построенная в конце 30- х годов представляла собой ма-ленькую крепость, способную выдержать длительную осаду: помимо наземных сооруже-ний имелись многоэтажные подземные помещения для личного состава, оснащенные хо-рошими фильтрами, большими емкостями для воды, значительными запасами топлива и продуктов.

Доты поддерживали друг друга фланговым огнем... Доты были замаскированы под валуны... Огромное серое сооружение около 40 метров в длину, почти невидимое, настолько оно походило на один из многих валунов, уходило вниз на два этажа. Стены достигали в толщину 2-м метров отличного армированного бетона. Шесть амбразур, две из которых были орудийными, позволяли вести круговой обстрел. Амбразуры прикрывались броневыми заслонками толщиной 40 мм. Помимо этого над дотом возвышались две вращающиеся башни толщина брони которых достигала 75 мм.

....Даже полторы тонны тола, взорванные саперами на его крыше не уничтожили финского чудовища..." (П.Александров Ж.Родина ╧ 12 /1995год. Цитата по хрестома-тии Тараса "Советско-финская война 1939-1940". стр. 288). Про многоэтажные подзем-ные помещения для личного состава, Александров соврал либо умышленно либо по ошибке. Про большие ёмкости воды, значительные запасы топлива и продуктов? Ну, тут смотря, что считать большой ёмкостью и большим запасом? Конечно, если считать сто-литровую бочку воды большим запасом, то возможно в финских дотах были такие запа-сы? Но на длительную осаду финские доты были неспособны. Никаких вращающихся ба-шен на крыше финских дотов не было. На крышах финских дотов располагались броне-колпаки с шестью амбразурами, через которые можно было вести огонь из ручного стрел-кового оружия и вести наблюдение. Бронеколпаки вращаться не могли.

"В 1929 году началось строительство первой очереди укреплений, которые полу-чили впоследствии наименование "линии Маннергейма". Природные условия (пересе-ченная местность, обилие лесов и болот, громадные гранитные глыбы и скалы) в значи-тельной степени облегчали работу финских фортификаторов. Впрочем, первые сооруже-ния не отличались особенной мощью. По словам будущего героя Великой Отечествен-ной и начальника инженерных войск Красной армии генерала А.Ф. Хренова, это были небольшие долговременные огневые точки, рассчитанные на 2-3 пулемета и имевшие всего один подземный этаж. Как правило, в них не было оборудовано убежище для гарнизона, отсутствовало внутреннее оснащение. Уже перед войной значительная их часть была модернизирована путем увеличения слоя бетона, укладки каменных "тюфяков" и установки бронированных плит на амбразурах.

Сооружения второго периода постройки, возведенные в 1938-1939 годах под руководством начальника инженерной службы финской армии генерала Сарлина после очередных домогательств Советского Союза на часть территории Финляндии, выглядели гораздо внушительнее. Они имели уже от четырех до шести амбразур, из которых одна -две были орудийными. Такие доты имели хорошее внутреннее оснащение (фильтровенти-ляционные установки, казармы для личного состава, кухня автономная дизельная электростанция и динамо-машина). Некоторые из них уходили в землю на несколько этажей, там располагались убежища для гарнизона, насчитывавшего от 40 до 100 человек.

Как правило, толщина железобетонных стен достигала полутора- двух метров, обеспечивающая таким образом сопротивляемость прямому попаданию 152 - и даже 203 мм снарядов. Кроме того, дот имел "маску" из валунов, которая, помимо защитной, вы-полняла также и маскировочную функцию.

На большинстве дотов имелись два -три бронеколпака башенного типа, предна-значенных для кругового наблюдения и обстрела противника из ручных пулеметов и ав-томатов, толщина их брони достигала 180- 200 мм. Массивные броневые плиты с 75-мм броней стояли на некоторых сооружениях Хотиненского, Тайпаленского и ряда других укрепленных районов "линии Маннергейма".

В ряде случаев роль укреплений играли каменные дома, но в основном связую-щими были деревянно-земляные и деревянно-каменные огневые точки, состоявшие из четырех -пяти накатов бревен, двух-трех рядов камней и земляной обсыпки. Особенно-стью дзотов было то, что амбразуры их делались очень глубокими. Это служило дополни-тельной маскировкой для сооружения. Поскольку невозможно было обнаружить его по вспышкам во время стрельбы. Зачастую на земляной обсыпке таких огневых точек росли небольшие деревья, а небольшая их высота над поверхностью земли придавала им сход-ство с холмиками или даже кочками. Как правило, дзоты были рассчитаны на установку одного -двух пулеметов.

Доты и дзоты, объединенные в укрепленный район, имели между собой хорошую огневую связь, прикрывая фланги и тылы друг друга. В большинстве таких районов огне-вые точки были расставлены в шахматном порядке в несколько рядов, что исключало полный прорыв обороны в случае успешного штурма первой линии укреплений. Фланги, укрепленных районов опирались на непроходимые для крупных частей и соединений леса и болота". (П.Аптекарь, "Советско -финские войны", стр.53-55) Ни один финский дот не "уходил в землю на несколько этажей".

Были у финских укреплений не только достоинства, но и недостатки. В частности, слабое ПВО исключало возможность отражения массированных налётов авиации. Известно также, что знаменитый советский фортификатор Д.М. Карбышев отметил, что многие финские доты имели тонкую арматуру в бетоне, это и объясняло их успешное разрушение тяжелыми снарядами крупных орудий. Противотанковая артиллерия финских дотов не учитывала возможности появления у противника (а у Финляндии противник был фактически один - Советский Союз) новых танков с противоснарядным бронированием для борьбы с которыми, понадобятся более мощные орудия ПТО. Финская сторона строила укрепления без расчета того, что уже в скором времени военная техника усовершенствуется. Поэтому доты в 30-е годы вооружались такими пушками, которые могли бороться только с танками своего времени.

Несмотря на недостатки линия, Маннергейма была сильной преградой на пути РККА. Поскольку финская армия действительно готовилась к обороне, никто здесь не уничтожал устаревшие укрепления. Наоборот, их систематически модернизировали и по финансовым возможностям устраняли все недостатки. Стенки и перекрытия дотов, кото-рые сочли недостаточно толстыми, просто усиливали при очередной модернизации бро-неплитами и дополнительными слоями бетона. Кроме этого, доты обсыпали каменными валунами и грунтом. В ходе войны в некоторые доты установили противотанковые ору-дия.

"Насыщение огневыми точками важнейшего Хотиненского укрепленного района достигало двух дотов и пяти дзотов на километр фронта. Огневая мощь укреплений до-полнялась умелым инженерным оборудованием местности: соответственно ее природным особенностям сооружались эскарпы и контрэскарпы, противотанковые рвы, возводились надолбы, строились проволочные заграждения. Иногда надолбы и проволочные загражде-ния чередовались для затруднения действий саперов, причем и те, и другие прострелива-лись многослойным огнем из оборонительных сооружений. В Хотиненском укрепленном районе на высоте 65,5 проволочные заграждения достигали 45 рядов в глубину, а надолбы - 12 рядов.

Наиболее мощными узлами обороны по количеству и плотности фортификационных сооружений на "линии Маннергейма" были Ритассарско-Малаккольский (47 дотов и 60 дзотов), Сумма-Хотиненский (22 дота и 46 дзотов), Кархульский (11 дотов и 29 дзотов) и Кивиниемский 13 дотов и 15 дзотов)". (Аптекарь П. "Советско -финские войны". стр.55-56).

Линия Маннергейма предназначалась исключительно для обороны. Это доказыва-ется многими фактами. Во -первых, она строилась на главном направлении, в то время как наступательные укрепрайоны строятся, как правило, на второстепенных. Во-вторых, ни один дот Линии Маннергейма не располагался на границе с СССР, ни даже близко к границе. В-третьих, финские доты из-за своей удаленности от границы с СССР и в связи с отсутствием в них дальнобойных орудий не могли вести огонь по советской территории, и, следовательно, не могли использоваться для поддержки наступления финских войск по советской территории. В-четвертых, финские доты готовились к длительному использованию, именно поэтому их стены и перекрытия имели солидную толщину, которую еще вдобавок систематически увеличивали дополнительными слоями бетона и броневыми листами. Финские доты обсыпались с боков и сверху каменными валунами и грунтом, время от времени в эту обсыпку "давали добавку". В-пятых, все доты и дзоты были тщательно замаскированы с таким расчетом, чтобы их не обнаружили даже с близкого расстояния, что было совершенно излишним при собственном нападении на СССР. А главное, в приграничных с СССР районах, на Карельском перешейке не было сильных укреплений, эта территория изобиловала различными заграждениями, которые должны были затормозить темп наступления Красной Армии, это была так называемая полоса обеспечения или предполье. Она мешала вести наступление обеим армиям. Если бы финны планировали до 1939 года наступательные операции на Карельском перешейке, они бы не стали создавать предполье. Кроме того, финские укрепления строились таким образом, чтобы их мощь возрастала по мере удаления от границы СССР. То есть, чем дальше бы советские войска продвинулись бы вглубь финской территории, тем более бы сильные укрепления их встретили. Глубина финских укреплений на Карельском перешейке постоянно росла на запад. За одной линией укреплений строилась другая. Если бы финское руководство планировало использовать линию укреплений как опору для наступления на СССР, им бы следовало строить новые более мощные и более современные доты к востоку от построенных ранее.

"Если же говорить о тактическом назначении финских укреплений на Карельском перешейке, то здесь следует выделить следующие полосы "линии Маннергейма":

1.Предполье, в котором находилось немного укреплений при обильном насыще-нии района различного рода заграждениями: проволочными, минными, лесными завала-ми. При отходе финские подразделения прикрытия взрывали мосты и портили полотно дорог, чем значительно замедляли темпы продвижения советских войск.

2.Главная полоса включала в себя большую часть укреплений на перешейке: 194 дота и 805 дзотов, её протяженность превышала 140 километров.

3.Вторая полоса (или полоса тактических резервов) находилась в глубине главной полосы, начиналась в 3-5 км от нее и соединялась с ней тремя остечными позициями: Лейпясуосской, Суммско-Харьюмякской и Няюкки-Сурярвинской. Её особенностью бы-ло несколько меньше полевое заполнение, всего она насчитывала 39 дотов и 178 дзотов.

4. Выборгская тыловая позиция проходила в 12 км от основной позиции. Она включала в свой состав Суурперский, Аласяйниеский и Илясяйниеский укрепленные районы, в которых насчитывалось 18 дотов и 77 дзотов.

5.Выборгская позиция прикрытия защищала город с юга и юго-востока и имела две полосы обороны: в трех -пяти километрах от города и в самом Выборге, представ-лявшем собой большой укрепленный город, многие дома которого были превращены в огневые точки. В первой полосе имелось 16 дотов и 31 дзот. Считать же укрепления Вы-борга, старые кварталы которого и сегодня состоят из каменных домов с толщиной стен до двух метров, занятие просто неблагодарное, да и, наверное, нецелесообразное.

Добавим к этому, что северо- восточные подступы к Выборгу были подготовлены к затоплению водами Сайменского канала, что и было сделано в конце февраля - начале марта 1940г.

6. Укрепления островов у побережья Финского залива и Ладожского озера, крепо-стей Койвисто (Бьорке), Тронгзунд и Тайпале насчитывали 77 дотов и 90 дзотов.

Строительство оборонительных сооружений продолжалось и во время войны, по-этому войска 7 и 13 армий Северо-западного фронта во время февральско-мартовского наступления захватили несколько десятков недостроенных огневых точек. Всего по под-счетам А.Ф. Хренова, было захвачено 356 дотов и 2425 дзотов, включая недостроенные, на вооружении которых состояло 273 орудия и 2204 пулемета". (П. Аптекарь "Советско -финские войны", стр. 56-58).

Многие писатели, критикуя действия Красной Армии в период зимней войны, пи-шут, что линию Маннергейма не следовало штурмовать, а следовало брать ее осадой, имея ввиду под этим медленное продвижение войск, где войска последовательно зани-мают один кусок земли за другим только после того, как авиация и артиллерия, в течение многих дней, а то и недель, обработают каждый из них до такой степени, что на нём уже никого в живых не останется.

Брать линию Маннергейма длительной осадой - дело бесполезное: пока первую линию будешь брать, таким образом, финны построят в тылу еще одну такую же. Как только Красная Армия начала свое вторжение, финны начали строить новые укрепления позади старых. Строительство укреплений на линии Маннергейма итак не прекращали, но после нападения СССР их стали вести во много раз быстрее. Если в мирное время денег на строительство жалели, то во время войны уже не экономили. Затягивать штурм в такой ситуации себе дороже. Такая война может растянуться на десятки лет. Да и просто невозможно уничтожить все укрепления вместе со всеми солдатами поголовно, при по-мощи только артиллерии и авиации.

"По всем канонам военной науки того времени наступать в таких условиях, про-рывать укрепрайоны такой мощности было невозможно. Линия Маннергейма была неприступна.

Но товарищ Сталин поставил задачу. И Красная Армия ее выполнила. И не за годы осады - за три зимних месяца". (П.Б. Липатов "Зимняя война". Цитата по хрестоматии Тараса "Советско-финская война 1939-1940г.г." стр. 155).

"Главным архитектором линии Маннергейма была матушка природа. Фланги её упирались в Финский залив и в Ладожское озеро. Берег Финского залива прикрывали бе-реговые батареи крупного калибра, а в районе Тайпале на берегу Ладожского озера были созданы железобетонные форты с восьмью 120- и 152 -мм береговыми орудиями.

Всю территорию Карельского перешейка покрывают крупные лесные массивы, десятки малых и средних озер и речушек. Озера и реки имеют болотистые или каменистые крутые берега. В лесах повсюду встречаются каменистые гряды и многочисленные валуны крупных размеров. Бельгийский генерал Баду писал: " Нигде в мире природные условия не были так благоприятны для постройки укрепленных линий, как в Карелии".

Строительство первых укреплений на Карельском перешейке финны начали еще в 1924 году. Строительством руководили английские генералы, французские и бельгийские военные инженеры. Среди них стоит отметить английского генерала Кирка и бельгийского генерала Баду. Разумеется, в финской литературе их роль затушёвывается, а главным строителем "отцом" линии Маннергейма изображается финский генерал Р.О. Энкель.

Железобетонные сооружения линий Маннергейма принято делить на постройки первого поколения (1929-1937 г.г.) и второго поколения (1938 -1939 г.г.). Доты первого поколения были небольшие, одноэтажные, на один -три пулемета, не имели убежищ для гарнизона и внутреннего оборудования. Толщина железобетонных стен достигала два метра, горизонтального покрытия - 1,75- 2 метра, впоследствии эти доты были усилены: утолщены стены, установлены на амбразурах броневые плиты.

Доты второго поколения финская печать окрестила миллионными или дотами- миллионерами, поскольку стоимость каждого из них превышала миллион финских марок. Миллионные доты представляли собой большие современные железобетонные сооружения на 4-6 амбразур, из которых одна -две орудийные, преимущественно фланкирующего действия. Обычным вооружением дотов были русские 76 мм пушки образца 1900 года на казематных станках Дурляхера и 37- мм противотанковые пушки Бофорс образца 1936 года на казематных установках. Реже встречались 76-мм горные пушки образца 1904 года на тумбовых установках.

Доты имели полное внутреннее оборудование: вентиляционное устройство, водо-провод, кухню, железобетонные казармы на 40-100 человек личного состава дота и гарни-зона окружающих их полевых сооружений. Для кругового обзора доты имели по два -три заделанных в железобетон бронеколпака. Толщина стенок бронеколпака достигала 200 -250 мм. Кроме того, доты имели: боевые казематы на 2-3 амбразуры каждый, помещение для боеприпасов, офицерскую комнату, помещение для продовольствия, тупиковый или сквозной вход с броневыми дверями и лаз в бронекупол.

В отличие от дотов первого периода, они были хорошо приспособлены для веде-ния фронтального огня. Боевой каземат был прикрыт с фронта несколькими (4-6) сталь-ными броневыми плитами, каждая толщиной в 60 мм с воздушной прослойкой между ни-ми. Крышей боевого каземата служили две броневые плиты общей толщиной 150 мм. Над дотами лежала "подушка" из земли и камня толщиной в 2-4 метра.

В качестве примера рассмотрим два финских дота. Дот ╧ 11 был расположен ме-жду шоссе Териоки - Выборг и железной дорогой Ленинград - Выборг (номер доту при-своен комсоставом Красной Армии) на каменистой возвышенности "Палец", тянувшейся с севера на юг почти на 700 метров. В северной, возвышающейся над озером на 15-17 метров части гряды, летом 1938 года начались строительные работы. Дот строился в несколько этапов, так называемыми "плавающими секциями". Отрывался на глубину 8-10 метров котлован, заливался фундамент, ставился арматурный каркас, секционная опалубка и производилась послойная заливка бетоном. По окончанию работ переходили к возведению следующей секции.

После окончания бетонных работ производилась засыпка сооружения. На пото-лочное перекрытие укладывался слой песка в 2-3 метра и 1,3 -1,5 метра камней, причем передняя часть каземата и наблюдательный пункт покрывались пятиметровым, а задняя -двухметровым слоем валунов.

В конструктивном плане дот ╧11 представлял собой капонир с казематами сис-темы "ля Бурже" фланирующего и косоприцельного огня. Западный каземат прострели-вал все заболоченное пространство до озера и его северный берег. Восточный каземат держал под прицелом весь западный склон высоты 65,5, подходы к доту ╧6 и дорогу на станцию Кямяря. Казематы имели соответственно один и два пулемета системы Максима образца 1910 года, установленных на специальных казематных станках. Имелись также амбразуры ближнего боя для ведения огня из винтовки, автомата или ручного пулемета. В случае опасности амбразуры закрывались броневыми заслонками, рассчитанными на сопротивление 37-мм снарядам. Оба каземата были снабжены специальными прожекторами, дававшими узкий луч света. Их включали после получения тревожного сигнала от электрических датчиков в проволочных заграждениях или по просьбе подразделений, занимавших прилегающие к высоте позиции.

Над каждым казематом, как и на наблюдательном пункте, были установлены бро-неколпаки. Толщина стенок колпака составляла 180 -200 мм. Смотровые щели (25 х 200 мм) обеспечивали наблюдателям круговой обзор и в случае опасности могли закрываться вращающейся внутри на роликах стальной полосой толщиной около 30 мм практически без малейшего зазора. Наблюдатель поднимался по прикрепленной к стенке лесенке и оказывался стоящим внутри купола на специальной платформе. При необходимости там могли находиться два человека, имея телефонную связь с командиром укрепления.

Обратим внимание -сам дот (кроме бронеколпаков) - не имел ни одной амбразуры для фронтального огня. Огонь должен был вестись только фланговый, несмотря на то, что длина дота по фронту составляла 80 метров.

В качестве второго примера рассмотрим дот ╧5 меньшего размера, расположен-ный между озерами Муолаярви и Яюрипяярви. Он представлял собой железобетонный прямоугольник длиной по фронту 13 метров, шириной 6 метров и высотой от грунта 2,8 метра. Толщина железобетонных стен дота 1,0- 1.25 метра. Толщина крыши 1,4 метра.

Амбразуры имелись только сбоку, то есть огонь мог вестись только фланговый. Спереди дота была насыпана груда валунов, начинавшаяся на расстоянии 16 метров от передней стенки дота и постепенно поднимающаяся до его крыши. Такой дот был практи-чески неуязвим для огня прямой наводкой. На крыше дота находилась сферическая бро-небашня диаметром 1,48 метра. Толщина боковых стенок литой башни 190 мм, верха - 175 мм. Бронебашня имела шесть симметрично расположенных по окружности амбразур. Толщина щели 65 мм, длина внутренняя - 200 мм, внешняя - 340 мм.

Забегая вперед, скажем, что боковая стенка дота ╧5 была разрушена из гаубицы Б-4, стрелявших 100-кг бетонобойными снарядами чертежа 2-01763.

Ими же была разрушена бронебашня. Стрельба велась с дистанции 300 метров. На самом же доте советские саперы установили 500-кг заряд, который его и разрушил.

Дот ╧5 был соединен с соседним дотом системой подземных ходов. Перед дота-ми была создана полоса каменных надолбов шириной 8 метров в семь рядов. Надолбы выступали над землей на 1,0-1,5 метра. За полосами надолбов следовали две-три полосы проволочных заграждений". (А. Широкорад "Северные войны России". Стр. 568 -573).


ДОТ ╧5 укрепрайона между озёрами Муолаярви и Яюрипяярви (рисунок взят из книги Широкорада "Северные войны России" стр.573)


В принципе само строительство линии Маннергейма было спровоцировано поли-тикой СССР: конкретно курсом на подготовку к мировой революции. Первоначально финны строили относительно дешевые и соответственно слабые доты: жалели деньги, да и надеялись на то, что советские коммунисты откажутся от своих преступных идей. Но после того, как советские политики выдвинули территориальные претензии к Финляндии в 1938 году финны изменили свое отношение к строительству дотов и стали строить более дорогие и более мощные доты - миллионеры.

Линия Маннергейма явно не строилась для прикрытия финского наступления на Ленинград. В пользу этого говорит ещё и тот факт, что на финской части Карельского перешейка не велось интенсивного дорожного строительства по направлению к границам с СССР. Ведь сама природа делала Карельский перешеек неудобным плацдармом для нападения на СССР, но чтобы облегчить выдвижение своих войск к советской границе и их снабжение в ходе наступления по Ленинградской земле, финны должны были бы построить как можно больше дорог, тянущихся с запада на восток к границам Красной империи. Если бы финны в действительности строили свои укрепления на Карельском перешейке для прикрытия своего наступления, то они бы провели большое количество дорог к границам СССР прямо через свои укрепрайоны. Эти бы дороги можно было проложить рядом с дотами, которые бы не позволили противнику ими воспользоваться. Но финны, наоборот, такого строительства не вели. Наоборот, они старались, чтобы таких дорог было поменьше. Ведь в случае советского наступления это облегчало финнам оборону своей страны, а для агрессора создавало массу трудностей. Кроме этого на приграничном участке Карельского перешейка финны старались обходиться минимальным количеством мостов. Если бы Финляндия готовила наступление на Ленинград через Карельский перешеек, то тогда бы на нём велось бы интенсивное строительство большого количества мостов.

К недостаткам финских дотов можно отнести то, что они вооружались старыми полевыми орудиями, которые достались им от России. Специальной казематной артилле-рии у Финляндии не было, что само по себе сильно снижало боеспособность финских дотов. Как бы хорошо финны не приспособили старые русские полевые пушки под новые условия службы, настоящую крепостную артиллерию они заменить не могли. В данном случае финны, для экономии денежных средств, как говорится, слепили оборону из того, что было. Им было дешевле установить старые пушки, чем закупить или произвести современные крепостные орудия. Сам по себе этот факт показывает, что вооружение финских дотов не отвечало всем современным требованиям.

Бронированные заслонки финских дотов были способны выдержать попадание 37-мм снаряда. Только вот в Красной Армии в 1939 году такие пушки стали большой редкостью. Так что на линии Маннергейма в 1939-м году очень многое не соответствовало требованиям своего времени.

"Основная (или главная) оборонительная полоса линии Маннергейма начиналась у западного берега Ладожского озера в 15-20 км от границы СССР и проходила по север-ному берегу реки Тайпалейоки, водной системе Вуоксы, по берегу реки Салмен-канте, по северному берегу озера Яюрипяярви, по междуозёрному дефиле на Суола и Вяйсянен, через станцию Лейпясуо, высоту 65,5 и населенные пункты Сумма, Кархула, Няюкки, Муурила, Койвисто, упираясь в берег Финского залива.

Главная оборонительная полоса состояла из трех основных, двух промежуточных и отсечных позиций, на которых были расположены 22 узла сопротивления и отдельные опорные пункты. Каждый узел сопротивления занимали по фронту 3-4,5 км и в глубину 1,5-2 км, он оборонялся одним -двумя стрелковыми батальонами, усиленными артиллери-ей. В узле было 4-6 опорных пунктов, из которых каждый имел 3-5 пулеметно - артилле-рийских дотов, составляющих скелет обороны.

Узлы сопротивления с железобетонными сооружениями были расположены так, что они прикрывали наиболее вероятные направления наступления Красной Армии на Кексгольм, Выборг и Койвисто. На этих направлениях была создана густая сеть дотов, объединенных по два -три в опорные пункты, каждый на гарнизон в один -два взвода. Расстояние между дотами колебалось в пределах 100 -150 метров. Промежутки между уз-лами сопротивления тоже были оборудованы укреплениями -системой окопов, усиленных пулеметными блиндажами, построенными из толстых бревен, камней и земли. Часто промежутки между узлами сопротивления были прикрыты естественными труднопроходимыми препятствиями (реки, озера, болота и заболоченные участки).

Опорные пункты с тщательно продуманной системой флангового, косоприцельного и фронтального огня в сочетании с развитой сетью противопехотных и противотанковых заграждений на переднем крае и в глубине составили основу обороны.

Основными типами противотанковых препятствий являлись противотанковые рвы, надолбы и эскарпы (противотанковые стенки); противопехотных препятствий - проволочные заграждения, мины и фугасы. На ряде участков были устроены танковые ловушки. Противотанковые рвы шириной до 4 метров и глубиной до 2 метров, как правило, своими флангами упирались в естественные препятствия - болота, озера, лес, овраги. Надолбы усиливались проволочными заграждениями, рвами и эскарпами.

Наиболее мощные укрепления и препятствия находились в хотиненском (сумм-ском) межболотном и муола-муторанском узлах сопротивления. В этих узлах было соот-ветственно 22 дота и 46 дзотов, 12 дотов и 16 дзотов, 29 дотов и 20 дзотов. Узел обороны на северном берегу реки Салмен-канте на семикилометровом фронте имел 46 дотов и 57 дзотов. Насколько мощные прикрытия были в узлах сопротивления, можно судить по тому, что у дота ╧6 проволочное заграждение состояло из 45 рядов, причем первые 42 ряда были на металлических кольях высотой 60 сантиметров, заделанных в бетон. Надол-бы были из 12 рядов камней, расположенных по середине проволочного заграждения.

Подступы к доту прикрывались деревянно- земляными пулеметными либо артил-лерийскими огневыми точками, в которых располагались один -два пулемета или малокалиберное орудие. Дзоты имели бревенчатые прикрытия в четыре -пять накатов бревен, скрепленных между собой проволокой или железными скобами. Некоторые дзоты прикрывались с фронта броневыми плитами толщиной в 10-15 мм. Дзоты были незначительной высоты с глубокими амбразурами. На многих дзотах росли деревья, что сильно затрудняло их разведку. Таким образом, дзоты являлись серьезным препятствием для наступающих войск. Чтобы их разрушить, требовались тяжелые (не менее 152 мм калибра) орудия, большой расход снарядов и времени. Следует иметь в виду, что финны, имея под рукой камень и лес, быстро восстанавливали разрушенные дзоты.

Вторая оборонительная полоса (полоса тактических резервов) начиналась в 3-5 км от основной оборонительной полосы и соединялась с ней отсечными позициями: Лейпя-суоской, Суммско- Харьюмякской, Няюкки- Сурярвинской. В этой полосе находилось 39 дотов и 178 дзотов. Полоса тактических резервов была оборудована по тому же принципу, что и основная оборонительная полоса. Выборгская (или тыловая) укрепленная позиция состояла из узлов сопротивления: Сурпярского, Плесяйнисского, Илясейниеского, Нятяльского. Она находилась в 12 км от основной оборонительной полосы и имела 18 дотов и 77 дзотов. Перед тыловой оборонительной позицией были оборудованы шесть промежуточных линий обороны с развитой системой заграждений. За тыловой позицией находились выборгская позиция прикрытия, состоящая из двух рубежей обороны. На первом ее рубеже было 16 дотов и 31 дзот. Сам город Выборг, особенно его окраины, представляли собой прочный узел сопротивления, состоявший из ряда опорных пунктов.

С целью воспрещения охвата с северо -востока финны организовали систему зато-пления большого участка местности водами Сайменского канала.

Противник укрепил также берега и острова Финского залива. Так старая крепость Тронгсунд (Транзунд) и острова Выборгского залива были оборудованы как узлы сопро-тивления с широким применением минных заграждений. Только в Тронгсундском и Ре-вонсааринском узлах сопротивления советские саперы позже обнаружили и обезвредили 5500 мин и фугасов". (Александр Широкорад "Северные войны России". стр.573-576).

Вот примерно так должен был описывать линию Маннергейма сам Маннергейм. Любою военный специалист или военный историк должен был описать схему укреплений, указать: сколько было укреплённых линий, как располагались на них укрепрайоны, сколько было в них узлов сопротивления, как вооружались и оборудовались доты, построенные на этой линии, какие заграждения использовались и как они располагались? Ничего этого в мемуарах Маннергейма нет, что само по себе наводит на мысль, что вместо него его "Воспоминания" писал кто-то другой.

Полоса обеспечения на линии Маннергейма была неглубокой. Впрочем, и сама территория Финляндии была невелика. Из-за этого Финляндия не могла себе позволить более глубокие полосы обеспечения. Кроме того, финское командование стремилось как можно плотнее насытить Карельский перешеек дотами, дзотами и другими укрепления-ми из -за того, что для финской армии он был, образно говоря, "узким коридором", в котором она могла остановить многочисленную Красную Армию. Финны понимали, что если они не удержат РККА на Карельском перешейке, то в глубине страны они не сдела-ют этого тем более. Вот поэтому, для полосы обеспечения не могли выделить много тер-ритории.

На линии Маннергейма в укрепрайонах не было тяжелой капонирной артиллерии способной вести противобатарейную борьбу и поддерживать огнем соседние укрепрайо-ны. На линии Маннергейма не было специальных крепостных частей. Все укрепления занимались исключительно полевыми войсками. Это были достаточно серьёзные недостатки для укреплённых линий того времени.

"... все захваченные нами доты, а, по-видимому, и остальные, характеризуются следующими свойствами:

а) они имеют по существу очень слабое вооружение - только пулеметы, и занима-ются полевыми войсками;

б) имеют далеко не совершенное оборудование - амбразуры ничем не защищены (заслонок нет), входные двери деревянные, обитые тонким листовым железом; все это облегчает борьбу с ними, давая возможность поражать амбразуры пехотным огнем, а двери разрушать связками ручных гранат;

в) полевые войска, занимающие доты, не показывают большой стойкости, при по-ражении дотов нашим арт-огнем быстро покидают их и успевают обратно занять их только в силу нашего медленного наступления;

г) отсутствие в дотах артиллерийского вооружения вынуждает противника при появлении наших танков выдвигать к дотам отдельные противотанковые пушки, это дает нашим атакующим войскам возможность, легко и быстро подавляют их;

д) наличие в дотах только пулеметов дает возможность успешно пользоваться при их блокировке броневыми щитками, а амбразуры закрывать танками". (Цитата из приказа командующего войсками Северо -Западного фронта командарма 1 ранга Тимошенко Приказ опубликован в книге "Тайны и уроки зимней войны 1939-1940". стр.327). Замете что эта критика содержится не какой-нибудь пропагандистской литературе, это цитата из документа в котором советские военачальники анализировали работу финских фортифи-каторов. Тут зря критиковать не будут. Тут детально без преувеличений расписаны все недостатки финских укреплений на Карельском перешейке. Так вот недостатков здесь пе-речислено достаточно много.

"В отличие от дотов 20-х годов, арматура в дотах 1936-1939гг. была значительно тоньше. Это делало железобетон излишне "мягким", как отмечал известный советский фортификатор Д.М. Карбышев, обследовавший летом 1940 г. все захваченные финские ДОТы. Эта слабость железобетона стала причиной успешной "долбёжки" ДОТов орудия-ми, выведенными на прямую наводку". (В.И. Смирнов Альманах "Цитадель". цитата по хрестоматии Тараса "Советско-финская война1939-1940г.г." стр.296) Получилось что ста-рые относительно дешёвые финские доты имели качественный крепкий бетон, но имели слабое вооружение и многие другие недостатки не свойственные дотам новой постройки, а новые доты имели слабый железобетон, и не были лишены некоторых других недостатков свойственных старым дотом.

Каждый писатель описывает линию Маннергейма по-разному. Многие очень сильно преувеличивают мощь её укреплений. Они считают, что именно мощь и совершенство финских укреплений стали причиной неудач Красной Армии в декабрьских боях в ходе её наступления на Карельском перешейке. Другие авторы, указывая на то, что РККА всё-таки прорвала финские укрепления, считают, что этот факт свидетельствует о её силе.

"Хорошим тоном для сторонников теории о сильной РККА, взломавшей непри-ступную линию обороны, всегда было цитирование генерала Баду, строившего "линию Маннергейма". Он писал: "Нигде в мире природные условия не были так благоприятны для постройки укреплённых линий, как в Карелии. На этом узком месте между двумя водными пространствами - Ладожским озером и Финским заливом - имеются непроходимые леса и громадные скалы. Из дерева и гранита, а где нужно - и из бетона построена знаменитая "линия Маннергейма". Величайшую крепость "линии Маннергейма" придают сделанные в граните противотанковые препятствия. Даже двадцатипятитонные танки не могут их преодолеть. В граните финны при помощи взрывов оборудовали пулемётные и орудийные гнёзда, которым не страшны самые сильные бомбы. Там где не хватало гранита, финны не пожалели бетона". Вообще, читая эти строки, человек, представляющий себе реальную "линию Маннергейма", страшно удивиться. В описании Баду встают какие-то мрачные гранитные утёсы с вырубленными в них на головокружительной высоте огневыми точками, над которыми кружат стервятники в ожидании гор трупов штурмующих. Описание Баду подходит на самом деле скорее к чешским укреплениям на границе с Германией. Карельский перешеек - местность сравнительно ровная, и вырубать в скалах нет никакой необходимости просто вследствие отсутствия самих скал. Но так или иначе образ неприступного замка был создан в массовом сознании и закрепился в нём довольно прочно.

В действительности "линия Маннергейма" была далека от лучших образцов евро-

пейской фортификации. Подавляющее большинство долговременных сооружений финнов были одноэтажными, частично заглублёнными в землю железобетонными постройками в

виде бункера, разделённого на несколько помещений внутренними перегородками с бро-нированными дверями. Три ДОТа миллионного типа имели два уровня, ещё три ДОТа - три уровня. Подчеркну, именно уровня. То есть их боевые казематы и укрытия размеща-лись на разных уровнях относительно поверхности, слегка заглублённые в землю казема-ты с амбразурами и полностью заглублённые соединяющие их галереи с казармами. Со-


оружений с тем, что можно назвать этажами, было ничтожно мало. Друг под другом - та-кое размещение - небольшие казематы непосредственно над помещениями нижнего яруса были только в двух ДОТах (Sk-10 и Sj-5) и орудийном каземате в Патониеми. Это, мягко говоря, не впечатляет. Даже если не брать в расчёт внушительные сооружения "линии Мажино", можно найти немало примеров куда более совершенных ДОТов. Например, в 62-м Брест-Литовском УРе "линии Молотова" двухэтажные пулемётные и артиллерий-ские полукапониры были обычным делом. На одном этаже располагались казематы, на другом, находящемся под землёй, были склад и казарма. Не было на Карельском пере

шейке и обычных для укреплений Франции, Германии и Чехословакии подземных гале-рей, соединяющих ДОТы. Подземные узкоколейки "линии Мажино", чешской "Ханички" остались для финнов несбыточной мечтой. "Миллионеры" оставались слегка заглублёнными изолированными бетонными коробками. Вдоль главной полосы обороны "линии Маннергейма" были установлены около 136 км противотанковых препятствий и около 330 км проволочных заграждений. Живучесть надолб была рассчитана на танки типа "рено", стоявшие на вооружении Финляндии, и не отвечала современным требованиям. Вопреки утверждениям Баду, финские противотанковые надолбы показали в ходе войны свою низкую стойкость к ударам средних танков "Т-28". (Алексей Исаев "Антисуворов. Десять мифов Второй мировой". Стр. 46-48)

"Даже лучшие, наиболее совершенные сооружения постройки конца 30-х годов были далеки от идеала. Некоторые из них даже не имели отопления. ДОТ- "миллион-ник" (так было в тексте), входивший в укреплённый узел у высоты 65,5 на шоссе Бобошино - Выборг, специального отопления не имел, хотя это был один из лучших ДОС "линии Маннергейма". Отопление было только у его однотипного соседа, Sj4 "Поппиус" на высоте 65,5". (там же стр. 50)

Исаев сравнивает советские укрепрайоны с финскими: "Вооружались ДОС "ли-нии Сталина" 76,2 - мм дивизионными пушками, способными поразить любой танк тех лет. Их было мало, но аналогичных сооружений у финнов не было вовсе. В полосе глав-ного удара советских войск артиллерийские ДОТы на "линии Маннергейма" просто от-сутствовали, они были на второстепенном направлении и вооружались старыми 57-мм пушками. В укреплениях у шоссе на Выборг, которые были ареной ожесточённых боёв в декабре 1939 г., а потом в феврале 1940 г., орудий способных поразить советские танки просто не было. Только в феврале ДОТы -"миллионники" получили... противотанковые ружья "бойс" (так в тексте у Исаева). Если сравнить эти могучие сооружения с фортом Эбен-Эмаэль в Бельгии, то становится просто смешно. Эбен-Эмаэль вооружался 60-мм противотанковыми пушками в бетонных казематах, помимо них, бетоном были защище-ны 75-мм пушки и 81-мм миномёты. Так что "линия Маннергейма" - это отнюдь не ше-девр фортификационной архитектуры. (там же стр. 50) Ни один другой источник не упо-минает о наличие в финской армии 57-мм старых пушек. Возможно, у Исаева в тексте до-пущена ошибка и вместо 37-мм указан калибр 57-мм. Насколько я знаю перед Второй мировой войной за рубежом 57-мм противотанковых орудий попросту не делали. И если 57-мм пушки в действительности стояли в упомянутых здесь финских дотах, то следова-тельно они не были противотанковыми и их расчетам было сложно вести охоту за совет-скими танками.

"Большинство старых сооружений линии имели амбразуры фронтального огня, что в конце 30-х уже было серьёзных недостатком - амбразуры таких ДОТов могли быть расстреляны прямой наводкой выстрелами в амбразуру. Именно так произошло с казема-том фронтального огня ДОТа "Поппиус" на высоте 65,5. Пулемёт в этом каземате был выявлен и расстрелян уже в ходе декабрьского штурма. Более новые сооружения, чертёж одного из которых я поместил в книге, были обращены к противнику глухой стеной, а амбразуры располагались на боковых или даже задних гранях бетонной коробки. Называлась такая конструкция каземат "Ле Бурже", по имени разработавшего его французского инженера , и получила распространение уже в ходе Первой мировой войны. ДОТы, стреляющие в бок, составляли взаимосвязанную цепочку. Пулемёты соседних сооружений простреливали пространство перед фронтом друг друга, а противник был лишён возможности выстрелом с прямой наводки из полевой или зенитной пушки в амбразуру уничтожить ДОТ с нескольких попыток. Кроме того амбразуры фланкирующего огня прикрывались стенками, продолжавшими лобовую и служившими дополнительной защитой амбразуры ДОТа от фронтального огня наступающего. Эти стенки закрывали от наступающего вспышки выстрелов пулемётов. Финны не только строили новые сооружения такого типа, но и модернизировали существующие. Некоторые ДОТы в районе Хоттинена, например Sk5, Sk6, были переделаны в казематы фланкирующего огня, фронтальная амбразура при этом замуровывалась. Но переместить старый ДОТ на местности для эффективного при-менения фланкирующего каземата было уже затруднительно. Кроме того, сооружения первого периода постройки (1920-1924гг. ), так называемая "линия Энкеля", отличались невысоким качеством бетона, практически полным отсутствием гибкой стальной армату-ры и большим объёмом наполнителя-песка, гравия и камней. Жёсткая экономия средств свела на нет требуемые прочностные характеристики укреплений. Такие укрепления раз-рушались даже от прямого попадания одного тяжёлого снаряда.

Одним словом, "линия Маннергейма" сама по себе никак не тянула на непреодо-лимое препятствие на пути войск, наступавших на Карельском перешейке. Для оснащён-ной вполне современным по тем временам оружием Красной Армии эти укрепления были теоретически вполне по силам".( там же стр. 52-53) Многие авторы пишут о том что именно доты поздней постройки имели слабый бетон. Исаев утверждает, что слабый бетон имели доты первого периода постройки. Скорее всего, он просто перепутал. Боль-шинство писателей утверждает, что именно доты второго периода постройки имели же-лезобетон невысокого качества.

Существует мнение, что командование Красной Армии не знало о существова-нии линии Маннергейма вообще или знало о ней понаслышке и считало ее выдумкой буржуазной пропаганды. И якобы именно из-за этого допустило большие просчеты в своих действиях. Это не верно. Советское военное руководство просто не могло не знать о финских укреплениях на Карельском перешейке, так как их строительство попросту не засекречивалось и даже наоборот широко афишировалось. Этому можно найти массу под-тверждений.

"В первый период войны командный состав имел самое общее представление о системе укреплений на Карельском перешейке". (ИВОВСС. Том 1, стр.276). Самое общее представление это уже что-то. Это уже означает то, что советское военное руководство знало о наличии финских укреплений на Карельском перешейке.

Финны строили свои укрепления в открытую, напоказ, чтобы отбить желание на-падать у потенциального агрессора - Советского Союза.

"Тем не менее напряженность осенью 1939 года в советско - финских отношениях нарастала, и финны демонстративно вели работу по укреплению своей границы, что, как им казалось, усиливало позиции на переговорах с нами. С этим были связаны обстоятель-ства, которые нас поначалу удивляли,- финская контрразведка не противодействовала со-ветскому военному атташе в изучении будущего театра военных действий вблизи Выборга и на Карельском перешейке. Мы то расценивали проникновение в эти районы как успех разведывательной операции. Финны же, демонстрируя нам мощь своих укреплений, давали понять, что нам потребуется длительная подготовка к военным действиям". (Павел Судоплатов, "Разные дни тайной войны и дипломатии 1941 года" стр.91).

Говоря простым языком, финны пытались отвратить войну, демонстрируя совет-ским шпионам свои укрепления. И вот что интересно: советский военный атташе изучал именно ту часть Карельского перешейка, которая будет захвачена советской армией, и где будут вестись реальные боевые операции, разумеется, после игр в поддавки. Дальше рай-она, который изучал военный атташе, наша армия не двинется. Просто советское военное руководство не планировало дойти до Хельсинки в ходе зимней войны, поэтому наш во-енный атташе в этом районе ничего не изучал. В других районах Финляндии неизучен-ных советским военным атташе где Красная Армия всё таки вела боевые действия, со-ветские войска будут в течении всей войны играть в поддавки. А чтобы сыграть в под-давки необязательно изучать район будущих боевых действий.

"Следует отметить, что перед началом и во время военных действий в Финляндии наша военная разведка и органы НКВД располагали большим количеством разведыва-тельных данных... Однако информация о противнике, его тактике и вооружении, кото-рую докладывали высшему руководству, по непонятным причинам не спускалась на уро-вень командиров армии, корпусов и дивизий, которым предстояло вести боевые действия. Не потому ли командование Красной Армии в боях на Карельском перешейке ожидали очень большие и неприятные сюрпризы?

Ко мне понимание этого пришло не сразу, лишь в самый канун Отечественной войны, когда мы уже вели подготовку в ожидании нападения Гитлера. Тогда Л. Эйтинг-он разъяснил мне эти азбучные истины". (там же, стр.92).

Жалко, что в книге Судоплатов не описал того, что ему объяснил его товарищ. Но и без этого понятно, что сокрытие информации по финским укреплениям, да и по фин-ской армии в целом советским верховным командованием от собственных войск является простейшей поддавкой, каких было много.

"Один из финских офицеров, ставший свидетелем этой сцены, рассказывал: "Планшеты русских были набиты картами и документами. Мы нашли напечатанные ко-пии схем финских оборонительных позиций, где было отмечено каждое пулеметное гнез-до, блиндаж и траншея". (Элоиза Энгл, Лаури Паананен "Советско -финская война. Про-рыв линии Маннергейма 1939-1940", стр.212).

Видимо, эти схемы финских укреплений попали в руки советских солдат только тогда, когда советское командование прекратило играть с финнами в поддавки. Хотя возможно и то, что данные финские писательницы взяли эту информацию просто из сво-его воображения. Ведь их книгу никак нельзя назвать серьёзным трудом. В ней слишком много нелепостей и выдумок.

"Разведка боем, проведенная 12 декабря частями 7-й армии на Выборгском на-правлении, показала, что характер обороны противника, как это ни странно, был почти неизвестен советскому командованию (хотя все необходимые разведывательные материа-лы по линии Маннергейма у советского командования имелись)". (Петров, Степаков "Советско - финляндская война 1939 -1940". Том I, стр. 214) Вот, оказывается советское командование обладало всеми необходимыми данными по финским укреплениям линии Маннергейма!

"О строительстве финнами на Карельском перешейке укрепленного района воен-ное ведомство знало, но что в действительности представляет этот укрепленный район, мы, к сожалению узнали только после того, как наши героические войска его прорвали и заняли Выборг". (из доклада К.Е. Ворошилова, цитата по книге "Тайны и уроки Зимней войны 1939 -1940". стр. 430) Ну всё-таки из этих слов хотя бы ясно, что советские воен-ные руководители знали о существовании укреплений на Карельском перешейке.

Очевидно то, что советское командование не могло не знать о наличие укрепле-ний линии Маннергейма. Этому можно найти массу подтверждений даже в открытой ли-тературе. Возможно то, что советское командование не имело полных данных по этим укреплениям, но это уже совсем другое дело. Если допустить, что советским военным руководителям не были известны некоторые детали, это же не означает, что о линии Маннергейма они вообще не знали. И сам по себе этот недостаток информации не мог подтолкнуть советское командование к совершению тех "ошибок", которое оно допустило. В начале декабря 1939 года советское командование отправило свои войска в бой без зимнего обмундирования, это же не могло произойти из-за того, что советское командование не знало о существовании линии Маннергейма. Советские солдаты попадали на финский фронт без лыж, маскхалатов, теплых палаток, химических грелок для рук, аэросаней, буеров, разборных домиков, палаточных домов отдыха, пищевых концентратов, миноискателей, разве это произошло из-за неосведомлённости советского командования о наличие на Карельском перешейке финских укреплений? На финском фронте советские войска остались без огнемётных и тяжёлых танков, без противоминных танковых тралов, это тоже произошло не из-за неосведомлённости о финских укреплениях. Очень часто советские части и соединения попадали на фронт в неполном составе даже без штатного стрелкового вооружения причём иногда до самого конца войны они не получали пополнений. Очень часто соединения попадали на фронт без гаубиц и орудий большой мощности, без миномётов, без положенных им по штату танков и бронеавтомобилей. Разве это могло произойти из-за того, что в Кремле не знали о существовании на Карельском перешейке финских укреплений? Конечно нет! Эти "просчёты" не могли произойти из-за того, что советское командование не знало о существовании линии Маннергейма.

Линию Маннергейма прорывали два раза. Первый раз ее прорвали за 105 дней. После зимней войны финские укрепления разоружили и частично разрушили, а заграждения убрали. В 1941 году финны вернули себе утраченную территорию. После этого линию Маннергейма восстановили и усилили. Она стала намного мощнее прежней. Но летом 1944 года ее взяли вновь.

"В июне 1944 года развернулись события на Карельском перешейке. В ходе этой операции укрепления линии Маннергейма были прорваны за неделю". ("СССР в борьбе против фашистской агрессии 1939 -1945 гг.". стр.222)

Конечно, в 1944 году в Красной Армии появилась такая техника, какой не было в 1939 году, но ведь и в 1939 году в Красной Армии была такая техника, которая не поя-вится в 1944 году. У финской стороны все было иначе. За счет закупок военной техники и захвата трофеев финская армия только усилилась. В то время как Красная Армия сдала по многим показателям. Например, в 1944 году советская промышленность уже не строила плавающих танков. В 1939 году в Советской Армии были тысячи плавающих танков, а к 1944 году остались лишь десятки машин. В ходе зимней войны части Красной Армии были вооружены автоматическими и полуавтоматическими винтовками. После нападения немцев советская промышленность отказалась от их производства, возобновив производство только полуавтоматических карабинов Симонова лишь в 1945 году. Причем до конца войны их выпустили в мизерном количестве. В 1944 году в Красной Армии число автоматических и полуавтоматических винтовок было мизерным, по срав-нению с 1939 годом, ведь в 1941 году советское стрелковое оружие в большей своей мас-се попало в руки к врагу в качестве трофеев. Можно привести целый ряд других подобных примеров. В финской армии ничего подобного не было. В ходе Второй мировой войны вооружение финской армии только улучшалось за счёт поставок из-за рубежа, собственного производства и захвата трофеев. Причём улучшалось оно по всем статьям. В период с 1941 года по 1944 год финны построили на Карельском перешейке гораздо более сильные укрепления, чем в период 30-х годов. Взять штурмом новые укрепления финнов на Карельском перешейке было сложнее, чем старые. Но советские войска взяли их штурмом всего лишь за неделю, потому что воевали всерьез.

Напротив линии Маннергейма на советской территории находился Карельский укрепленный район. "19 марта 1928 года, согласно приказу ╧90 Реввоенсовета СССР, командующий ЛенВо М.Н. Тухачевский при содействии секретаря обкома ВКП (б) С.М. Кирова приступил к строительству мощнейшего пояса обороны в 20 км от города, мало в чём уступавшего знаменитой линии Маннергейма. Этот пояс обороны стал называться Карельским укреплённым районом (КаУРом) и протянулся на 70 км от Финского залива до Ладоги. Район строился в течение 10 лет и к 1939 году был полностью закончен, но поскольку он сооружался в обстановке глубокой секретности и тайны, о нём практически никому ничего не известно. Демонтированный на 50% к началу войны с Германией, он сумел все же задержать наступление финской армии в 1941 году... любое упоминание о КаУРе считается запрещенным, т.к. вдребезги разбивает миф "об угрозе Ленинграду 1939 года". (газета "Содействие", ╧╧ 11-13 1990г. Кирилл Александров, цитата по хрестома-тии Тараса "Советско-финская война 1939 - 1940г.г.", стр.64).

В 1939 году расстояние от финской границы до Ленинграда составляло всего 32 км. После зимней войны советское правительство заявило, что война велась с целью за-хвата Карельского перешейка и отдаления госграницы от стен Ленинграда. Это якобы было нужно для улучшения условий обороны страны и, в частности, города Ленинграда, "колыбели революции" и второй столицы страны. Действительно, чем дальше госграница находится от Ленинграда, тем легче его защищать. Но ведь захватив перешеек полностью, советские военные инженеры не стали возводить новые укрепления. Наоборот, они стали разрушать и свои и финские укрепления. Захватив линию Маннергейма, можно было использовать её для собственной обороны. Многие финские доты могли вести круговую оборону. Амбразуры этих дотов часто позволяли вести огонь в любую сторону. Для таких дотов не было разницы, с какой стороны отражать наступление: с запада или с востока. В ходе зимней войны не все финские доты были разрушены до основания, многие из них можно было достаточно быстро восстановить. Некоторые доты финны оставили без боя в целости и сохранности.

Амбразуры многих финских дотов были обращены на запад, для того чтобы вести огонь по прорвавшимся в тыл русским солдатам. Их вполне можно было использовать как доты для ведения фронтального огня при отражении нападения с запада. Большинство финских дотов были созданы для ведения фланкирующего и косоприцельного огня. Вместе они составляли цепь в который каждый дот больше прикрывал огнём соседа, чем самого себя. Такая цепь дотов могла с успехом отражать наступление, как с запада, так и с востока. Если бы советских военных инженеров волновала бы защита Ленинграда от агрессии с территории Финляндии, им бы следовало восстановить финские доты и вдобавок построить свои рядом с финскими. Но советские военные инженеры вместо этого принялись разрушать все укрепления на Карельском перешейке. Естественно всё это они сделали по приказу сверху, а не по собственной инициативе. Сталин готовил революционную интервенцию в Европу, поэтому все укрепления на Карельском перешейке ему стали не нужны. Безопасность Ленинграда Сталина не волновала ни в 1939-м году, ни в 1941-м году. Западная часть Карельского перешейка была ему нужна лишь как плацдарм для запланированного им на 1941-й год захвата Финляндии. Захват этой части перешейка сокращал советским войскам путь до Хельсинки и устранял преграду на их пути в виде построенных финнами укреплений.

Русские сняли колючую проволоку с финской линии укреплений. А зачем? Ведь она преграждала путь агрессорам не разбирая национальностей. Русские разминировали финские минные поля. Для чего? Для обороны было выгоднее их оставить и добавить свои мины. Русские разобрали завалы и засеки, которые могли помешать агрессору в бу-дущем. Это тоже не для обороны делалось. Для обороны следовало, создать новые завалы и засеки. Для обороны следовало отремонтировать и привести в порядок все разрушенные финские укрепления и построить свои новые.

Просто русские готовили нападение. В зимнюю войну русские имитировали не-удачное освобождение Финляндии. Но линию Маннергейма захватили. Остановились. Впереди укреплений уже нет - Финляндия беззащитна. Но спешить нельзя - напугаем Гитлера. Поэтому заключаем мир и готовимся к новой агрессии. Для этого, прежде всего, нужно было снести все укрепления на Карельском перешейке, все: и свои, и чужие. Чтобы они не мешали наступать. Это и сделали.

КаУР имел один большой плюс перед линией Маннергейма. Его ширина по фронту составляла всего - 70 километров. Вдвое меньше, чем у линии Маннергейма. Это во многом облегчало его защиту. Кроме этого, не следует забывать того, что держать оборону Ленинграда КаУРу помогали другие укрепленные районы, береговые батареи, старинные крепости, форты, корабли Балтфлота, авиация и войска ПВО Ленинградского военного округа.

"К 1939 году строительство Карельского укрепрайона было практически заверше-но. Укрепрайон состоял из предполья, главной и тыловой оборонительных полос, где располагалось 15 батальонных районов обороны (БРО). Каждый батальонный район включал в себя 10-15 пулеметных и 1-3 артиллерийских долговременных сооружений и имел 3-5 км по фронту и 2-3 км в глубину.

Пулеметные ДОТы были двух типов - Б и М (большие и малые). ДОТы типа Б имели 3-6 амбразур, стены толщиной 1,5 м и покрытие 1м. Обычно их сооружали двух-этажными, площадь помещений на обоих этажах составляла 40-100 кв.м. ДОТы выдер-живали многократные попадания 203 -мм снарядов, а некоторые из них - даже 280 -305 мм снарядов. Гарнизон насчитывал до 25 человек. ДОТы типа М имели 2-3 амбразуры, стены толщиной 1,25 м и покрытие 0,8м. Они были одноэтажными, площадь внутренних помещений равнялась 12-15 кв.м Сопротивляемость ДОТов была рассчитана на много-кратные попадания 152-мм или единичные 203 мм снарядов. Гарнизон обычно состоял из 8-12 человек. Сооружения обоих типов вооружались пулеметами системы "Максим" об-разца 1910 года на специальном казематном станке. Всего было построено около 100 пу-леметных ДОТов.

Артиллерийские ДОТы представляли собой полукапониры на 1-2 орудия, с тол-щиной стен 1,5 м и покрытия 1 м, усиленные земляной обсыпкой. Площадь помещений артиллерийских сооружений была 50-100 кв. м, а иногда и до 200 кв.м. Гарнизон достигал 15-20 человек. ДОТы вооружались 76-мм казематной пушкой Л-17 с дальностью стрельбы до 4800 м. Артиллерийских сооружений в УРе насчитывалось 20 единиц.

Все ДОТы, независимо от размеров, имели перископ, фильтровентиляционную систему, телефон и электрическое освещение. Пулеметные ДОТы типа Б и артиллерий-ские полукапониры оснащались радиостанцией, бензоэлектрогенератором, печью для обогрева и приготовления пищи.

В качестве дополнительных укреплений в батальонных районах обороны исполь-зовались пулеметные бронебашни, снятые с корпусов танков МС-1, железобетонные кол-паки с пулеметной установкой и железобетонные убежища, рассчитанные на стрелковое отделение.

Постоянный гарнизон КаУРа насчитывал 15 отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов. К 30 ноября 1939 года из личного состава гарнизона был сформирован Отдельный отряд КаУРа, который в составе войск 19-го стрелкового корпу-са 7-й армии принимал активное участие в боевых действиях на Карельском перешейке". (Петров П.В., Степаков В.Н. "Советско -финляндская война 1939-1940", том 1, стр.51-52).

КаУР имел существенные преимущества перед линией Маннергейма: постоянный гарнизон и специальную казематную артиллерию. Специальные крепостные части были гораздо лучше обучены ведению оборонительных боев в укрепрайоне, чем обычные полевые войска. Это было большим плюсом для обороны. Но когда отряд, созданный из гарнизона КаУРа отправили в наступление, это плюс обернулся в минус. При штурме финских укреплений солдаты КаУРа не могли использовать полученные во время службы навыки.

Толщина бетонных стен ДОТов Карельского укрепрайона была невелика, но ведь и у финнов не было артиллерии, способной успешно их разрушать.

"1 сентября Военный совет Ленинградского фронта принял решение отвести 23 армию на рубеж Карельского укрепрайона (╧22), проходившей по границе 1939 года. Войска 23 армии к исходу 1 сентября заняли оборону на рубеже Карельского укрепрайона. 31 августа финские войска на Карельском перешейке получили приказ командования прекратить наступление дальше старой Государственной границы. На позиции Карельского укрепрайона советские войска создали стабильную линию обороны, просуществовавшую до 1944 года.

Позже, в своих мемуарах, маршал Маннергейм написал, что он и президент Рюти были против наступления на Ленинград по идейным соображениям. На самом же деле у финнов не было тяжелой артиллерии для преодоления 22-го укрепрайона, а главное, на позициях финнов был слышен грохот сотен орудий (калибра от 130 до 406 мм) Балтий-ского флота, кронштадских фортов, железнодорожных установок и НИМАП . Возмож-ность гибнуть под этим шквалом огня финны любезно предоставили своим германским союзникам". (А. Широкорад "Северные войны России", стр.741).

КаУР имел меньшее количество железобетонных сооружений, но ведь и фронт у него был поуже, да и оборону он держал не в одиночку. Кроме него "колыбель револю-ции" защищали другие укрепрайоны, береговые батареи, форты и крепости, построенные еще русскими царями.

Советские укрепрайоны и форты могли своим артиллерийским огнем не только помогать КаУРу, отбивать финские атаки, но и поражать объекты на финской территории. Во время зимней войны форт Краснофлотский вел обстрел финских островов.

"Чтобы поддержать продолжавшееся наступление левофланговых частей седьмой армии на Карельском перешейке, береговая артиллерия действовала также и в после-дующие дни. По северному побережью Финского залива работало в общей сложности де-вять береговых батарей. Из состава Северного укрепрайона вели стрельбу три батареи (одна 203-мм и две 254 -мм), из состава Южного укрепрайона - две 305 -мм батареи и из состава Западного укрепрайона - 305-мм железнодорожная батарея ╧9. И хотя напряжен-ность их боевой работы была не такой, как в первый день войны, все же их стрельба ока-зала некоторую помощь в прорыве финской обороны нашими сухопутными частями. Все-го с 1 по 9 декабря 1939 года береговые батареи выпустили 90 снарядов 305-мм и 254-мм калибра. После 9 декабря боевая деятельность стационарной артиллерии береговой обо-роны КБФ закончилась, так как финские войска находились уже вне зоны досягаемости наших батарей. Но на этом история применения береговой артиллерии КБФ зимой 1939 -1940 годов не закончилась: в конце декабря 1939 года - начале февраля 1940 года на Ка-рельском перешейке были развернуты три железнодорожные батареи (╧17, 9, 11), их не-посредственной задачей была поддержка огнем наступления войск 7-й и 13-й армий на Выборгском и Кексгольмском направлениях". ( Петров П.В. "Советско-финляндская вой-на 1939 -1940 г". том II, стр.16).

Советская береговая артиллерия действовала не очень интенсивно (90 снарядов за 9 дней) либо из-за того, что Сталин играл в поддавки, либо из-за того, что войска 7-й ар-мии просто не нуждались в её более интенсивной помощи. В случае необходимости ар-тиллерия СУРа, ЗУРа, ЮУРа могла оказать и более серьезную поддержку своим войскам на Карельском перешейке.

"Кроме того, в округе было создано три укрепленных района - Карельский, Кин-гисеппский и Псковский (а с 1938 года велось строительство еще двух - Островского и Себежского)". (Петров П.В. Степаков В.Н. "Советско-финляндская война 1939 -1940". Том I, стр.45).

В Ленинградском военном округе - пять укрепленных районов! Город непристу-пен с суши! А с моря?

"Непосредственные подступы к Ленинграду прикрывали три укрепленных рай-она: Кронштадский, Ижорский, Лужский. Подходы к городу простреливались перекрест-ным огнем орудий огромной мощи с разных направлений. Каждая батарея, каждый форт, укрепленный район и морская крепость имели запас снарядов и продовольствия, которых им хватило на всю войну . Никому не пришло бы в голову тут высаживать десант или штурмовать город". (Суворов В. "Тень победы", стр. 47).

"Всего в составе береговой обороны КБФ находилось 56 стационарных берего-вых, железнодорожных и зенитных батарей (из них 21 полностью боеготовая) с 214 ору-диями". (Петров П.В. Степаков В.Н. "Советско-финляндская война 1939 -1940". Том I, стр.63). Это в 1939 году, когда Советскому Союзу принадлежал небольшой кусочек Фин-ского залива! Ленинград был неприступен и с моря, и с суши!

Сам Ленинград стоит в дельте реки Невы, воды которой рассекают город на мно-жество островов. Берега островов одеты в гранит. Это создает дополнительные трудности. Одно дело форсировать реку с пологими берегами: спустил лодку в воду, доплыл до другого берега и вперед. Совсем другое дело, под огнём противника, спустить лодку на воду с гранитного обрыва набережной, доплыть до другого берега и вскарабкаться по вертикальной гранитной стенке. В Ленинграде каждый остров мог стать неприступным укрепленным районом, окруженным со всех сторон водными преградами. Острова, конечно же, были соединены между собой мостами. Но ведь и взрывчатки в городе было с избытком, на все мосты бы хватило. В Ленинграде любое каменное здание можно было превратить в крепость. Кроме этого, в городе была настоящая Петропавловская крепость. Пусть она была несовременной. Ничего в этом страшного нет. Сгодилась бы и такая. Еще более старую Шлиссельбургскую крепость части Красной армии защищали с 8 сентября 1941 года по 18 января 1943 года. Немцы так и не смогли её захватить. А ведь эта крепость была основана в 14 веке. Последний раз ее укрепления модернизировались в начале 17 века. С начала 18 века крепость Шлиссельбург служила лишь тюрьмой для заключенных. Но в 20-м веке ей нашли применение в обороне. Крепость-тюрьма выдержала осаду в 497 дней. А Петропавловская крепость была гораздо более серьезным фортификационным объектом. Если немецкие войска не смогли взять Шлиссельбургскую крепость, то финские и подавно бы не взяли Петропавловскую крепость. Финское наступление не представляло для Ленинграда никакой угрозы. Тогда чем было опасно близкое соседство с финской границей?

"Так, финская дальнобойная артиллерия могла со своей территории поразить лю-бые объекты в Ленинграде, который к 1939 году продолжал оставаться самым крупным центром оборонной промышленности СССР. Неприятельский бомбардировщик, пересе-кавший границу со стороны Финляндии, имел подлетное время до центра Ленинграда всего около 4 минут". (А. Широкорад, "Северные войны России", стр. 542).Данный автор пытается оправдать советскую агрессию, используя байки советской пропаганды. В ходе зимней войны финны не выпустили по Ленинграду ни одного снаряда. А если бы у них была такая возможность, они бы ею воспользовались. В финской авиации были лишь лег-кие тактические бомбардировщики не способные причинять промышленным объектам серьезные разрушения. А чтобы преодолеть расстояние от финской границы хотя бы до окраины Ленинграда (32 км), не то, что до центра, финские самолеты должны были раз-вивать скорость 480 км/час. До 30 ноября 1939 года в Финляндии не было ни одного са-молета, способного летать с такой скоростью. Лишь советская агрессия заставила фин-ское правительство раскошелиться на покупку современных самолетов, способных летать с необходимой скоростью. Не напади Сталин на Финляндию в 1939 году, финские летчики так бы и летали на своих устаревших самолетах. Но даже полученные из-за рубежа самолеты, не могли нести необходимую бомбовую нагрузку для нанесения серьезных разрушений промышленным объектам Ленинграда. Так что аргументы, представленные Широкорадом, никак не могут служить оправданием для советской агрессии. Но у него есть и другой аргумент.

"Разумеется, в связи с резким возрастанием советской военной мощи в 30-е годы угроза нападения Финляндии на СССР отсутствовала. Но в случае коалиционной войны (совместно с Англией, Францией или Германией), Финляндия могла представлять определенную угрозу для СССР". (А. Широкорад, "Северные войны России", стр. 542). В принципе такую "определенную угрозу могло представлять и любое другое государство, граничившее с СССР. Но если бы Сталин в действительности верил в то, что с территории Финляндии другие страны совместно с ней могут совершить агрессию против СССР, он бы не стал разрушать собственные укрепления на её границе. Ведь на ней, кроме КаУРа имелись и другие укрепления. От Ладожского озера до берегов морей Северного Ледовитого океана тянулась цепь укрепрайонов, защищавших нашу страну от вторжения с территории Финляндии. А берега этих морей защищали укрепрайоны береговой обороны МУР (Мурманский укрепленный район) и БУР (Беломорский укрепленный район). До 1939 года строительство новых укреплений шло полным ходом. Но в 1939 году Сталин приказал прекратить строительство и начать разрушение этих укреплений. Это само по себе означает, что на данный момент он уверовал в то, что никакого нападения на СССР не будет.

В средневековье воин использовал свой щит в основном для защиты, хотя, конеч-но, он мог, и удар им нанести. А топором воин, как правило, наносил удары, хотя, конеч-но, им тоже можно было прикрываться от ударов врага. В одной руке воин держал щит, в другой - топор. Но он мог взять топор и в обе руки, бросив щит, тогда удары топором становились более быстрыми, более мощными и более точными.

Ситуация у Сталина в 1941 году - это ситуация воина, который увидел, что его противник отвлекся и не ждет удара, в такой ситуации щит можно бросить, а топор взять в обе руки и нанести более мощный удар. Если на это решиться, то действовать надо без промедления: щит на землю, топор в обе руки, резкий замах и резкий удар! Когда топор в двух руках, то ударом можно прорубить любые доспехи. А вот ударом топора в одной ру-ке такой результат достигается не всегда. Такой удар может доспехи не пробить.

Когда щит брошен и топор держится двумя руками над головой, сам воин факти-чески беззащитен. Если противник увидит опасность, то сам нанесет упреждающий удар, и защититься будет нечем.

В ситуации, когда воин в бою бросает свой щит, есть только один вариант дейст-вия - внезапный сокрушительный удар топором, взятым в обе руки. Для других действий щит бросать не нужно.

В 1941 году Сталин был в такой же ситуации. Его щит - это цепь укрепрайонов вдоль всей Западной границе СССР. С 1939 по 1941 год он планомерно их разрушал. По-следний акт в этой процедуре - взрыв дотов в мае 1941 года. Все! Щита у Сталина нет! У Сталина остались лишь средства нападения, ибо ни авиация, ни флот, ни армия СССР не умели и не учились защищать свою страну. Ждать долго нельзя - нужно нападать. Взорвав доты в мае 1941 года, Сталин уже не мог откладывать агрессию в Европу на 1942 год. Вдруг враг сам ударит, а Советский союз защищать нечем.

Ранней весной 1941-го года доты на линии Сталина и в других укрепрайонах стояли разоружёнными, и у Сталина была возможность вооружить их вновь. А можно было посадить в них пехоту с обычным вооружением. И пусть вокруг дотов уже нет минных полей и колючей проволоки, все равно в разоружённых дотах легче держать оборону, чем в открытом поле. Но вот в мае 1941 года Сталин лишил такой возможности Красную Армию. И теперь у РККА был только один путь - завоевание Европы.

Если бы Сталин планировал вторжение в Европу на лето 1942 года, то тогда бы и доты взорвал бы в мае 1942 года. Зачем бросать щит раньше времени?

И никакие контрудары Сталин тоже не готовил. Если бы готовил, то хотя бы доты оставил. Пусть противник на них свернет себе шею, после этого будет легче добить его контрударами. Ведь контрудары как раз и наносится после оборонительных боев.

В 1939 году у Сталина были все средства для штурма линии Маннергейма. Но ис-пользовать их с самого начала войны было нельзя. Быстрый и успешный прорыв линии Маннергейма напугал бы Гитлера. И он бы не решился напасть на Францию. Неудачные действия советских войск были попросту симулированы высшим комсоставом советских вооружённых сил.

Все успехи финских войск при обороне линии Маннергейма следует относить только на счет поддавок (кому не нравится, может называть это просчетами) советского командования. Без них у финнов не было бы никаких побед. Сколь много было сделано советским командованием для успеха финской обороны, описано многими авторами. Только вот оценку событиям они дают неверную (поддавки называют просчетами). Но вне зависимости от отношения к этим фактам следует всегда учитывать то, что неудачи войск Красной Армии, при штурме финских укреплений, были обусловлены отсутствием во фронтовых частях необходимого вооружения или снаряжения, а уж никак не военным мастерством финских войск.

"Кроме того, на вооружении РККА состояло 25 мортир обр. 1915 года (системы Шнейдера) калибра 280 мм. Но увы, 6 таких мортир в составе 315-го Отдельного артилле-рийского дивизиона особой мощности отправили в восьмую армию, не имевшей в них никакой нужды. А 12 мортир в составе 316-го и 34-го Отдельных артиллерийских дивизионов особой мощности прибыли на Карельский перешеек лишь после того, как Красная Армия понесла там огромные потери". (А. Широкорад "Северные войны России", стр.619-620). Это вам только один пример, а их можно привести сотни. Когда советское командование прекратило играть в поддавки с финнами, то на фронт направили необходимое количество артиллерийских орудий, которые просто сравняли с землей все укрепления финнов.

"В 23-м стрелковом корпусе 13-й армии, на участке главного удара, имелось 78 орудий на 1 километр фронта". (Петров П.В. Степаков В.Н. "Советско -финляндская война 1939 -1940 гг", стр.267).

"Вся местность стала неузнаваемой. Исчезли проволочные заграждения, надолбы, противотанковый ров, а также минные поля. Казалось, что все вокруг перепахали гигант-ским плугом. Подумалось даже, что после такой мощной артподготовки уже никто не сможет оказать сопротивления". (Там же, стр.276).

Вот так обилие артиллерии позволило разрушить доты, сравнять рвы и валы с зем-лей, уничтожить минные поля и другие противотанковые и противопехотные препятст-вия. Когда Красная Армия воевала всерьез, финская армия ничего не могла ей противо-поставить. В принципе я уже описал ранее те причины, по которым РККА не смогла про-рвать линию Маннергейма в декабрьских боях. Но все-таки кратко напомню, что в частях её штурмовавших, существовал некомплект личного состава, нехватка оружия, дефицит зимней одежды и зимнего снаряжения, отсутствовали огнеметные танки, тяжелые танки, аэросани, противоминные тралы, миноискатели и многое другое. Советская артиллерия и авиация действовали крайне вяло. Из всего этого получилось то, что и должно было получиться. Даже чисто теоретически: было невозможно девятью советскими стрелковыми дивизиями прорвать оборону девяти финских пехотных дивизий, находящихся в столь сильных укреплениях. Советским войскам было необходимо как минимум трехкратное превосходство в живой силе. А этого не было.

Некоторые писатели описывают штурм линии Маннергейма как бесконечную че-реду прямолинейных лобовых атак на убой. Бунич пишет: "Волна за волной советская пехота, поддерживаемая огнем артиллерии и танками, шла на штурм. Волна за волной они ложились в снег, чтобы уже никогда не подняться. Кинжальный огонь финских дотов скашивал всех. Новые и новые ряды красноармейцев шли в атаку... Они шли и шли с той великой жертвенностью, на какую способны только русские люди. Перегревались стволы финских пулеметов, извергая огонь и смерть из бетонных укрытий - росли горы трупов. Целую неделю шел штурм линии Маннергейма, но кроме не-мыслимых потерь, никаких результатов не дал". ("Операция "Гроза" или ошибка в третьем знаке". стр.122-123).

Вот описание атак советской пехоты из "Воспоминаний" Маннергейма: "Поэтому в первоначальный период войны применялись, прежде всего, массовые атаки, что приво-дило к тому, что выгодно расположенный пулемётный расчёт мог выкосить всех атакую-щих до последнего человека. Взамен посылалась новая волна пехоты с таким же результа-том. Во время первых боёв, в декабре, случалось, что русские шли с песнями на наши минные поля, плотными цепями, плечом к плечу, не обращая внимание на взрывы и при-цельный огонь". (Маннергейм "Воспоминания". Стр. 282).

Вот еще одно подобное описание: " Случилось, что русские в боях начала декабря шли с песнями плотными рядами - и даже держась за руки на минные поля финнов, не обращая внимание, на взрывы и точный огонь обороняющихся". (газета "Труд-7", 22 де-кабря 1999 года). Данная газета, кстати, ссылается на "Воспоминания" Маннергейма. В ней вольно пересказываются слова Маннергейма. Сравните сами, как различаются в них описания советских пехотных атак. Получается, что Маннергейм описывает русских как дураков, а газета "Труд-7", с его же слов, уже как идиотов. Ну, тот кто писал мемуары Маннергейма, или правильнее сказать за Маннергейма, сам плохо представлял что реаль-но происходило на советско-финском фронте зимой 1939-1940 г.г., однако к стыду рос-сийских газетчиков они вылили на Красную Армию гораздо больше помоев, чем финский автор "Воспоминаний".

В подобных описаниях наших солдат изображают стадом баранов, которые только и способны идти на убой. Представьте себя в цепи бойцов на Карельском перешейке: первую шеренгу пулеметы скосили, вторую - скосили, третью - тоже. После этого вы пойдете в атаку в полный рост? Да ничем вас не заставят: ни расстрелами, ни заградотрядами!

Вот вам сказка: русские солдаты идут в атаку плечом к плечу, чтобы ни одна фин-ская пуля не пролетела мимо, а финнам только и остается, что скашивать плотные шерен-ги, одна цепь погибла, следующая идет на убой, на снег русские не ложатся, ползти не пытаются, по финнам не стреляют. Хотите верьте, хотите -нет, но лично я в такую байку поверить не могу.

Вот Козлов, Липатов и Соколов изучали войну более внимательно. Они хотя бы командиров армий не путали, в отличие от Бунича. Их книги - это описание войны. Они, как правило, номера частей указывают, приводят характеристики вооружений, описание укреплений. А у Бунича все как в сказке для детей. Номера дивизий он не указывает, ха-рактеристики вооружений не приводит, армии у него какие-то безликие, нет конкретных описаний боев, в книге почти нет точной информации; только одно - Красная Армия прёт и прёт вперед, не задумываясь.

Так вот, описание войны у Козлова, Липатова и Соколова гораздо точнее, и нет там никаких "безумных штурмов отрядами психопатов". Наоборот, они часто описывают случаи, когда наша пехота трусила и после сигнала к атаке в бой не шла. Что ж, страх есть в любом разумном человеке. Эти писатели вовсе не упрекают солдат за проявленную слабость - каждому человеку жить охота. Описание войны у этих авторов более реали-стично, чем у Бунича.

Если верить Буничу, следует поверить в то, что все наши солдаты были психопа-тами. Подобные книги унижают достоинства всех народов, населявших Советский Союз. Лично у меня сложилось мнение, что он написал свою книгу по бабушкиным сказкам. Нет никаких оснований, назвать его труд историческим исследованием. Ибо он ничего не исследовал.

Даже в начале декабря 1939 года, когда советское командование играло в поддав-ки, оно многократно отправляло в войска приказы о том, чтобы советские части, на-ткнувшись на укрепленные районы, или узлы обороны финнов, применяли обходные ма-невры, а не лезли в лобовые атаки. То есть, несмотря на то, что советское командование отправило свои войска в заведомо обреченное на провал наступление, без всякой перспективы на успех, оно старалось избежать лишних жертв, и понимало, что прямолинейными лобовыми атаками многого не добьешься. Однако, сильно пересеченная местность Карельского перешейка, леса, болота, озера и реки (многие из которых не замерзали даже зимой) очень часто попросту не позволяли нашим войскам совершить обход финских укреплений. Да и сами финны строили свои укрепления таким образом, чтобы один узел обороны перекрывал пути подхода к другому.

"С переходом в наступление действия войск должны быть решительными, войска не должны ввязываться во фронтальные бои на укрепленных позициях противника, ос-тавляя заслоны с фронта, обходить фланги и заходить в тыл, продолжая выполнять по-ставленную задачу. Особенно хорошо должны быть поставлены разведка и охранение но-чью". (Цитата из приказа командующего 9-й армией комкора Духанова по книге "Тайные уроки зимней войны 1939-1940". стр.81). Подобные приказы получали части и соединения других армий, участвовавших в советско-финской войне. В этом нетрудно убедиться, изучив документы той войны. Просто наши войска не всегда имели возможность выполнить этот приказ. Очень часто выполнить этот приказ мешало отсутствие лыжно-санного снаряжения, переправочных средств или просто нехватка войск.

Внимательно изучив укрепления линии Маннергейма можно сделать вывод, что эти укрепления не были чудом фортификации. Финские укрепления имели массу недос-татков. Основным недостатком пожалуй стоит признать слабое и как правило устаревшее вооружение дотов и дзотов. Линия Маннергейм не была приспособлена к отражению ре-ального серьёзного штурму её укреплений с широким применением современных танков, тяжёлой артиллерии и бомбардировочной авиацией. Именно поэтому когда советские войска начали вести войну всерьёз, укрепления линии Маннергейма были быстро прорваны. Все неудачи советских войск при штурме финских укреплений на Карельском перешейке в начале декабря 1939-го года следует относить только на счёт игр в поддавки.

 Исаев здесь цитирует "Бои в Финляндии. Воспоминания участников". Часть I. М. : Воениздат, 1941. С. 14

 в тексте это слово написано с маленькой буквы

 ДОСом Исаев называет долговременное огневое сооружение.