# Искра Эллириона. "Некромант"

Аноним Valdemortis

Древнее зло надвигается, чтобы стереть всех живых с лица Эллириона. Юный эльфийский маг единственный, кто знает правду и может предотвратить катастрофу. Но сумеет ли он противостоять наступающей нежити, во главе с таинственным всемогущим повелителем тьмы? Что это за существо? Откуда у него такая сила? Как с ней справиться? Лишь ответы на эти вопросы могут дать миру шанс не пополнить армию мертвых. По прежнему жду ваших комментариев. На другом ресурсе книга уже полностью выложена, будет обновлена и здесь.https://litnet.com/account

Некромант.


Предисловие.


Прежде всего хотел бы поблагодарить свою супругу за прекрасную обложку, за то, что использовала все свои навыки фотографа, максимально приближая простую бесплатную картинку к тому, что рисует мое воображение. Спасибо всем, кто меня поддерживал и подбадривал. Отдельное спасибо самоназванному внештатному редактору, Константину Печенегину.

Если вы читаете мои книги и мое творчество вам действительно нравится, вы можете поблагодарить меня на сайте https://litnet.com/valdemortis-u789418/about любым из способов, указанных в информации обо мне. Продолжение будет там же. Или можете поддержать меня напрямую:

Mastercard 5336 6902 5167 0842

WMR: R178193732254

QIWI: +79507679340


Глава I Пророчество.


Sae'Aith, древоград лесных эльфов, был наполнен радостным гулом жителей. Эльфы 'Лесного дома' во всю готовились к празднованию дня Аварессы, своей богини-покровительницы. Все вокруг веселились в ожидании большого праздника, маленькие остроухие непоседы играли в замысловатые игры, мир наполнялся звонким смехом детей и радостными возгласами взрослых, которые украшали свои жилища и готовили угощения для вечернего пира. В каждом уголке царила атмосфера счастья и предстоящего веселья.

Лазриэль смотрел на все это с высоты своего балкона на верхнем ярусе дома-дерева. Как старший сын верховного друида, он занимал именно этот ярус. Отсюда открывался самый лучший вид на весь город и он впечатлял, несмотря даже на то, что эльф любовался им каждое утро. Величественные стволы Тре-аит, или деревьев-домов, тут и там вырывались из земли и терялись кронами высоко над головой, а необъятные стволы внушали трепет и уважение. На разном уровне и с разных сторон стволов на массивные ветви выходили балконы, огороженные резными перилами в форме различных существ. Олени, леопарды, грифоны, драконы, саламандры, эльфы и сильваны, все, на что была способна фантазия резчиков, воплотилось в дереве. Никаких лестниц и магических подъемников, как в городах светлых эльфов, здесь не было. Чтобы добраться домой дети леса использовали 'живые лианы', которыми учились управлять с малых лет; те же, кто так и не смог овладеть этим навыком, селились у самой земли. Жилища представляли собой магически опустошенный ствол дерева.

Лесные эльфы, в отличие от большинства других рас населяющих Эллирион, никогда не причиняли вред окружающей природе ради своего удобства. Только слияние, только мягкое подстраивание природы под себя или единение эльфа с природой. Для того, чтобы построить жилище внутри Тре-аит, друиды годами воздействуют на ствол дерева изнутри, не выжигая, а раздвигая тело ствола от центра к краям, укрепляя и уплотняя наружные стенки, тем самым делая невозможное, увеличивая прочность стен, при этом уменьшая их толщину. Готовые стенки получаются прочнее мрамора. Когда ярус готов, его передают достойному, который сможет связать свой дух с духом дерева и управлять им. Получивший жилище может самостоятельно, или прибегнув к помощи друидов, расширить жилище, просто увеличивая его или поднимая новые ярусы. Одни делают скрытые внутри ствола ярусы, другие же выводят наружу балконы и окна. Все зависит от целей жильца.

Прежде чем спуститься на землю и отправиться к отцу в Ильтрассес, твердыню лесных эльфов, Лазриэль еще раз окинул взглядом все, что было так дорого его сердцу. В этот момент на краю сознания замаячила мысль, что что-то не так, что-то неправильно, чего-то не хватает, но чего - он так и не смог уловить.

- Ладно, разберусь по дороге. - Решил эльф и мысленно призвал лиану.

Зеленый побег обвился вокруг талии, плавно приподнял над веткой-площадкой, на которой он стоял, и, также плавно, но невероятно быстро, понес к земле, мягко опустив его внизу и, дождавшись мысленного приказа, лиана исчезла в кроне дерева.

Ощущение неправильности не покидало ни на секунду. Он внимательно осматривал все, что попадалось на глаза: вот пронеслись непоседливые дети в шуточной погоне за прирученным волчонком; здесь маленькая друидка пыталась освоить самостоятельно азы превращения в пантеру; тут спутницы Ллианра и Эрмондора украшают свое дерево-дом к предстоящему празднику; вот избранница Иллилтраса торопится по своим делам. Наконец, сознание захватило ошибку, разум начал понимать, что именно не так...

Резкий удар застал его врасплох, и он, вместе с нападающим, покатился по земле. Уже лежа, эльф пришел в себя, смог собраться, накрыть себя защитным куполом и выбросить вокруг себя кольцо сырой маны. Это самое быстрое, что пришло ему в голову, урона никому нанести не сможет, но раскидает нападающих и даст необходимое магу пространство, чтобы оценить обстановку и успеть применить заклинание по ситуации. Сразу после выброса маны, Лазриэль вскочил на ноги, чтобы оказаться лицом к лицу с нападающим. Отброшенный противник, как и следовало ожидать от эльфа, эффектным обратным сальто погасил импульс и оказался на ногах в низкой атакующей позе. Как кошка перед прыжком он прижимался к земле, держа параллельно ей два коротких изогнутых эльфийских клинка.

Поняв, кто именно напал, эльф мгновенно расслабился. Уж этого-то противника он сможет одолеть без особых усилий. И как только он упустил из виду эту остроухую бестию? Видимо, слишком увлекся окружающей красотой. Надо впредь быть осмотрительнее.

- Таэль'авир! Рад тебя видеть. Поздравляю, ты наконец-то смог застать меня врасплох, твои силы растут, ты становишься настоящим воином

- Привет, старший братишка. - Радостно воскликнул 'Ураган клинков'. Маленький проныра плавно вышел из боевой стойки, лукаво улыбнулся, горячо и искренне обнял брата и прошептал на ухо. - И все-таки я тебя подловил!

Он, как и всегда, был весел и беззаботен, оптимизм буквально лился из него, как лучи солнца, заряжая всех вокруг положительными эмоциями. Единственный среди всех лесных эльфов в окрестностях, Таэль был обладателем абсолютно белых волос, а постоянный хаос на его голове дополнял его беспечный вид. Несмотря на свой взбалмошный характер, постоянно отпускаемые шуточки и проворачиваемые им розыгрыши и подставы, когда дело доходило до серьезных вопросов ему можно было без опасений доверить свою жизнь. Он был сообразителен и быстро мог найти выход из любой ситуации, несмотря на свой возраст (ему не было еще и двадцати пяти лет, самая юность для эльфа) он еще даже не утвердил свое направление развития с двумя клинками. Пока что он невероятно талантливый самоучка.

Сам Лазриэль только готовился к прохождению инициации. Как только ему исполнится полсотни, верховный друид призовет духов, которые подтвердят его принадлежность к ордену магов (а в этом он не сомневался, не для того он в течение четверти века корпел над книгами, отрабатывал до автоматизма пассы руками и заучивал зубодробительный речитатив заклинаний, чтобы духи определили его в другой класс) и только после инициации он получит доступ к расширенным знаниям магов, после чего начнет уже по-настоящему изучать магию и расширять запас своих заклинаний.

- Я так понимаю, ты направлялся к отцу? - Спросил Таэль. - Пошли, мне тоже надо к нему.

- Да, я собирался уточнить несколько вопросов, связанных с инициацией и как раз направлялся в Ильтрассес, пока неизвестно откуда на меня не свалилось беловолосое бедствие и не взорвало мой тихий, спокойный мир.

- Да ладно тебе, расслабься, ты слишком сконцентрирован, тебе нужно иногда выпускать пар. Ты себе даже не представляешь, каких трудов мне стоило не атаковать тебя последние несколько раз, чтобы ты начал терять бдительность и не успел накрыться куполом. А как долго я выбирал место и караулил тебя здесь! Даже когда с улицы стали пропадать воины, маги и стражи, я подавил в себе желание проследить за ними и узнать, что происходит, только ради того, чтобы наконец победить тебя. И у меня таки получилось...

- СТОП! Повтори, что ты сказал?

- Да, я победил тебя, я оказался быстрее, хитрее и расчетливее, просто признай..

- Да, да, ты победил. Я не об этом. Так вот, что меня напрягало в последние полчаса. На улицах нет ни одного эльфа-мужчины и я не вижу ни одного мага или воина, ни одной друидки или лучницы... Это может означать только одно... Отец призвал всех к себе, а такое последний раз было... Тиавара, великая мать магии... Такого не было со времен столетней войны с орками.

- Так чего ты все еще тут? Скорее бежим в твердыню, узнаем, с чего такой переполох и что за приключения нас ждут.

- Боюсь, младший, что не такие уж они будут веселые. - Озадаченно пробормотал старший из братьев.

***

В твердыню им пришлось прорываться практически с боем. Не инициированных эльфов, хоть и сыновей верховного друида, пропускать совсем не хотели. Приходилось долго объяснять, уговаривать и доказывать стражам, что братья имеют право присутствовать в Ильтрассесе на общем сборе. Это даже не совет старейшин и не круг друидов, это событие останется в веках. И они обязаны были попасть туда любой ценой.

Таэль воспользовался, непонятно откуда взявшимися в его возрасте, связями, убедил оставшихся стражей, и они, наконец, оказались в огромном общем зале, в котором находилось сейчас все боеспособное население Лесного дома. Все воины, охотники, стрелки, маги, друиды, чародеи, следопыты, даже травники, работники кузни и рудника, все были здесь.

Верховный друид Харнесесс находился в центре зала и своим мощным, глубоким голосом вышибал мурашки из собравшихся, пронизывал каждого эльфа до костей, заставлял при каждом слове резонировать тело и душу, сплетая их между собой еще сильнее. Именно таким должен быть голос лидера: поднимающим дух, зажигающим пламя в душе и бросающим ее на подвиги, отправляющим в атаку, на смерть, к праотцам, куда угодно, лишь бы только выполнить приказ лидера.

Несколько минут эльфы, которые не прошли инициацию могли лишь слушать мелодию, которой лился голос отца. Гораздо позже Лазриэль, невероятным усилием воли, стал различать слова, в которые складывалась мелодия.

- ... поэтому я созвал вас всех на общий сбор! - Разносился голос друида под сводами Ильтрассеса - У нас не осталось времени, круг друидов не властен принять такого решения, только каждый из вас может принимать его для себя. Я свое уже принял, несмотря ни на что я останусь в твердыне и приму бой, даже если это будет последняя моя битва, я умру, сражаясь за свой дом, своих родных, друзей и свою свободу.

Все вокруг неуверенно зашептались, зал наполнился мерным гулом. Эльфы растерялись. Одни желали защищать свой дом, другие предпочитали сохранить свои многовековые жизни, а не бороться за кусок земли.

Верховный друид предоставил всем немного времени, чтобы выплеснуть свои эмоции, после чего продолжил, припечатав густеющую тишину зала колокольным перезвоном своего голоса.

- Прежде чем кто-то из вас скажет, что он согласен сражаться или готов уйти, я должен сообщить вам о наших утратах. Этим утром был разорван ментальный канал со старейшиной поселения Лесная поляна. Боюсь, что моего вечного соперника, Воронова крыла, больше нет в живых...- В зале повисла мертвая тишина.

Наступающий противник, это всего лишь тень опасности, пусть даже и серьезной, ввиду общего сбора, а вот уничтоженное поселение стало ведром ледяной воды, который резко привел всех в состояние натянутого нерва и теперь вряд ли кто-то посмеет отступить. Месть и ярость могут сплотить вокруг себя не хуже, чем подвергшаяся опасности святыня собирает верующих. А Друид, тем временем, продолжал бичевать своих слушателей тяжелыми новостями. - после потери Лесной опушки я потерял ментальную связь с тремя отрядами дозорных. Три отряда ЛЕСНЫХ! эльфов были перехвачены в ЛЕСУ! Да так, что даже не успели ничего передать! Мы и раньше сталкивались с нежитью, но легко с ней разбирались, в этот же раз...

Дальнейший рассказ Харнесесса для братьев потерял всякий смысл. Они впились друг в друга пораженными взглядами и пытались усвоить только что полученную информацию. Нежить, неживые, воскресшие, восставшие, немертвые, умертвия, у этих тварей множество имен, но лишь одна суть. Они ненавидят все живое.

Эта зараза зародилась на земле вместе с появлением людей. Человеческая жизнь очень коротка по сравнению с древними расами, потому люди с давних времен пытались поиграть в богов. Те, кто магически продлевал свою жизнь, достигли определенных успехов и смогли жить достаточно долго, а на сегодняшний день, по меркам человека, почти вечно. Но были и другие, среди которых выделялся маг, возомнивший себя всемогущим. Он положил тысячи живых на алтарь своей гордыни, но придумал-таки магию, которая в корне отличалась от всего виданного доселе.

Так появилась некромантия. Магия, которая позволяет воскрешать людей из мертвых. Качество поднятого напрямую зависит от силы некроманта, но так или иначе полностью воскресить человека они не могут, он станет всего лишь живым мертвецом.

Харастис, так звали мага, настолько заигрался в своем стремлении к бессмертию, что заполучил его. Он получил дар, а может проклятие, от самого бога смерти Нер'зулГураба и стал королем-личем. Двенадцать магов-фанатиков его ближнего круга несли в массы учение о том, что сын бога может воскрешать людей из мертвых. Культ разросся катастрофическими темпами, тысячи последователей увеличивали мощь короля-лича и бога смерти. Так некромагия распространилась по Эллириону, а нежить множилась и становилась все сильнее, пока в один момент объединенные войска людей, эльфов, гномов и многих других рас не уничтожили всех некромантов, до которых смогли дотянуться. Многие ученики Харастиса были укрыты им, а двенадцать фанатиков стали верховными личами. Некромагия стала в Эллирионе вне закона, все светлые расы старались искоренить ее, но до конца заразу вывести так и не смогли. До сих пор культ Харастиса паразитирует на неокрепших умах тех, кто верит историям его жрецов и слепо следует за учением первого некроса.

После разгрома культа нежить вырвалась из-под контроля неокрепших некромантов, а потоки неконтролируемой некромагии стали блуждать по просторам мира, создавая умертвия разной силы и всевозможных форм.

Неживые всегда появлялись на подконтрольных детям леса территориях, ведь некросы - ненавистники всего живого, а именно лесные эльфы наиболее связаны с природой и живой энергией. До сих пор уничтожить их не составляло никакого труда. Несколько стрел из белого дерева или пропитанных магией жизни отправляли не обретший покоя дух в окончательный путь забвения. Даже если к землям эльфов пробирался лич, усилия нескольких друидов сводили на нет все его попытки нанести хоть какой-то урон. За последние несколько столетий от когтей нежити пало меньше десятка эльфов, да и те погибли по собственной беспечности или случайному стечению обстоятельств.

Сейчас же... уничтожено целое поселение эльфов. Там было 23 друида, 3 высших друида и 1 великий. Сколько же должно быть нежити, чтобы смять такую силу? При поддержке воинов и лучников такое количество друидов могло выстоять против целого войска нежити. Количеством они победить не могли. Значит их поддерживает какая-то неведомая сила...

Размышления братьев были грубо прерваны грохотом распахнутых дверей. Все лица повернулись в сторону того, кто так бесцеремонно ворвался на собрание.

- Прости, Верховный, но времени нет. Передовой пост 'Осины' пал, разведчики отрядов Длинноухого, Чертополоха и Ядовитого шипа уничтожены. Нежить уже на подходе, они будут тут максимум через час. - Задыхаясь отрапортовал ввалившийся в зал растрепанный и перепуганный эльф.

- Это невозможно, они должны быть в пути еще как минимум день... - Волнение верховного передалось всем в зале. - Энты не успеют, нам придется сражаться без Стародуба и его воинов. Сильванус со своими кентаврами то же не доберуться так быстро. Сегодня нам не на кого рассчитывать. Значит придется справиться самим.

Растерянность первых минут, после осознания потерь, постепенно сменилась яростью и решимостью. В глазах окружающих загоралось пламя, не сулящее ничего хорошего противникам. Лица обрели сосредоточенность и уверенность в правильности принятого решении. Эльфы были готовы к бою, готовы отдать свои жизни ради победы, ради уничтожения врага.

- Братья мои! - Наконец пришел в себя верховный друид. - Мне нечего больше вам сказать. Вы все слышали, вы все знаете, вы вольны делать то, что посчитаете правильным. Я же встречу смерть грудью, как и полагается верховному поборнику жизни.

Харнесесс жестом отпустил всех присутствующих и, наполненный мрачной решимостью, твердым шагом двинулся в свою комнату готовиться к последнему бою. Эльфы стали расходиться, а братья, рассекая толпу, помчались вслед за отцом.

***

- Лазриэль, Таэль'авир, рад вас видеть. Так и знал, что никакие силы не смогут вас удержать.

В кабинете вместе с друидом находился Эрмортрес, верховный маг Лесного дома, а по совместительству, еще и единственный человек, который проживает с лесными эльфами. Он является одним из самых долгоживущих людей. Настоящий возраст знали он сам, наверное, верховный друид, ну и может еще несколько живых существ. Но ему было точно далеко за три сотни лет. Магия природы, завязанная на нем эльфами, и его собственные старания по поддержанию магического долголетия творят чудеса. При таком возрасте верховный маг щеголял черной, как смоль, бородой, хитрыми и удивительно живыми глазами, которые отмечали все до последней мелочи и выхватывали все, за что можно уцепиться. А острый, тренированный сотнями лет магической практики, разум мог выжать невероятную информацию из любого движения и вздоха.

- Отец, почему ты нас не позвал? - Возмутился Таэль.

- В зале были только инициированные. - Ответил вместо отца Лазриэль. - Он и не собирался нам ничего говорить, нас просто должны были вывести в последний момент вместе с остальными мирными и мы так и пребывали бы в блаженном неведении, пока он здесь будет биться за свободу и справедливость. Я прав, отец?

- Да, ты как всегда увидел самую суть, сын. Именно так все и должно было случиться, но вы (впрочем чему я удивляюсь?) как всегда разрушили все мои планы. Но времени у нас нет, так что буду краток и прям... - Все это время он ни на секунду не останавливаясь облачался в ритуальные доспехи верховного друида, приобретая все более грозный и величественный вид. - Сейчас вы оба возвращаетесь к своим домам, собираете мирных и, по мере своих возможностей, успокаиваете их. Никаких возражений, никаких вопросов, хоть раз в жизни просто примите мои слова, как должное. Я вас не прошу, я приказываю вам!

В его голосе не было просьбы или сомнения, он припечатал свою искреннюю речь приказом.

- Слушаюсь, верховный друид. - Съязвил Таэль, склонившись в низком поклоне. После чего, взмахнув гривой белоснежных волос исчез в дверном проеме.

- Как пожелаешь, отец. - Вторил ему Лазриэль, выходя вслед за братом.

- Что скажешь, Эрморт? - Друид повернулся к магу с надеждой глядя в его проницательные глаза.

- Мне нечем тебя порадовать. - Старик даже слегка осунулся и погрустнел. - Они оба будут в бою, тебе их не удержать, впрочем, ты прекрасно знаешь это и без моих слов. Харн, я уже отправил людей, чтобы собрать всех мирных под сводами твердыни. Что бы ни случилось, Ильтрассес должен выстоять, здесь все будут в безопасности. Мы можем отправляться.

К этому моменту Харнесесс завершил облачение в друидские доспехи и предстал во всем великолепии. Мощная, по меркам эльфов, фигура была выгодно подчеркнута идеально подогнанными деталями: нагрудник, бедренные накладки, широкие наплечники, наручи и поножи. Весь комплект насыщенного изумрудного цвета, поверхность покрыта резными листьями белого древа. Голову укрывал глубокий шлем, увенчанный ветвистыми оленьими рогами. На спине, от наплечников до самого пола, струился легкий плащ, словно вышитый из тонких зеленых листьев белого древа. Каждый эльф лесного народа знал, что это за реликвия.

Лишь раз в сотню лет Ильтрассес, сама твердыня, порождает и преподносит достойному в дар артефакт невиданной силы, который растет и развивается вместе со своим хозяином. Так в мире появились: Глорфинсдейл - меч, наделенный волей; Торндаэль - щит, способный укрыть своего хозяина по одному только желанию; ЕатКаэль 'вечные стрелы' - колчан, в котором эбеновые стрелы вырастают заново; Тирраэнд 'покров листвы' - плащ Верховного друида, который, по слухам, защищает носителя от магии, и еще множество артефактов, которые разошлись вместе со своими владельцами по миру, и еще неизвестно сколько вещей, знания о которых утеряны в веках. Эльфы никак не следили за дарами Ильтрассеса. Они всегда доставались только достойным, поэтому никакой информации о древних артефактах не сохранилось. Лишь одно объединяло все эти предметы, они всегда были так или иначе украшены листами эбенового дерева: резные деревянные листы, выбитые на металле доспеха, гравировка в форме листа, а иногда даже живые и растущие.

Тот самый покров листвы сейчас дополнял величественный образ Верховного друида

- Что ж, так тому и быть. Я не смогу силой запереть их здесь. Помни свое обещание и сдержи его. Это все, о чем я тебя прошу. - С этими словами верховный двинулся к выходу, навстречу своей судьбе...

***

Одинокий воин стоял на вершине стены и вглядывался в окружающее пространство. Кроны величественных деревьев накрывали весь лес прохладным сумраком. Легкий ветерок развевал его невесомый плащ. Белоснежная Стена Лесного дома состояла из переплетенных корней и стволов эбеновых кустарников и деревьев, которые срослись до состояния единого организма. Толщина стены достигала метра, а высота, почти трех. Снаружи, прямо перед стеной, сплетение терновых кустов образовывало почти непроходимый барьер для нападающих. Друиды десятки лет вливали килотонны маны в зарождение этой стены, еще сотни лет выращивали до текущего состояния, и сейчас она была на пике своего роста. Ни одному врагу еще не удавалось преодолеть стену. Эбеновое дерево - самая прочная древесина (большей прочностью обладают только металлы), оно сопротивляется магии и плохо горит, так что сломать стену практически невозможно, а преодолеть ее, когда на ней стоят друиды и лучники, смертельная затея.

Справа, в двух шагах, из туманного всполоха возник верховный маг.

- Они уже близко, несколько минут и ты увидишь их сам.

- Отлично, пора покончить с этой напастью, слишком дорого она нам уже обошлась Я постараюсь держать их на расстоянии, а твоя задача - уничтожить столько тварей, сколько сюда придет.

- Верховный, ты правда надеялся, что тебе позволят бится здесь одному и единолично насладиться весельем? - Возмутился возникший, словно из пустоты, с другой стороны, эльф- следопыт.

- Теряешь сноровку, Тихая смерть. - Усмехнулся друид. - Я услышал, как ты ведешь свой отряд еще у подножия стены, раньше ты подкрадывался тише кошки.

- Остроухий со своим отрядом уже здесь, друиды подходят, лучники выстраиваются на стене, через минуту мы будем готовы засеять весь лес перед нами телами противников. - Пропустил упрек мимо ушей следопыт.

- Аваресса, благослови своих детей! Дай нам сил отстоять твои земли и забери тех, кто падет сегодня в свои чертоги! - Подал голос жец верховной богини.

В лесу будто стало светлее, каждому показалось, что богиня коснулась его лично. В сердцах эльфов зажглось пламя азарта, боевой дух воспарил под кронами деревьев. Каждый из них сейчас считал, что свернет горы в одиночку. Эльфы получили благословение своей богини-покровительницы.

Потянулись секунды томительного ожидания. Все были готовы, каждый эльф, стоя на стене, напряженно всматривался в густеющий сумрак между деревьев. Каждый думал о своем. Каждый понимал, что сегодняшний день может прервать его, практически бесконечную, жизнь. Они готовы были заплатить эту цену за жизнь их родных и близких. Тишина стала настолько вязкой, что ее, казалось, можно потрогать руками. Вся стена затаила дыхание. Сам лес затих, ожидая прихода зла. Казалось прошла вечность, прежде чем Тихий полушепот Верховного друида разорвал тишину, словно раскатом грома

- Так вот почему они так быстро передвигаются. - Ошеломленно прошептал он. - Они оскверняют земли, а на своей территории нежить выносливее, быстрее, живучее и сильнее. Что же за сила их ведет, раз она способна так быстро осквернить саму землю в оплоте живых?

Тьма сгустилась еще сильнее, хотя это казалось уже невозможным, и из нее по направлению к стене поползли по земле черные тени, пропитывая землю тьмой, клубящейся над самой поверхностью, словно низкий черный туман. Теней становилось все больше, словно щупальца они тянулись в сторону живой силы своего противника, переплетаясь и шевелясь подобно змеям. Вот первое из щупалец коснулось стены и отпрянуло, словно его обожгло пламенем жизни, оно искривилось в спазме боли, а если бы это было живое существо -то воздух пронзил бы визг боли. Но тьму не так просто остановить. Вот несколько щупалец переплелись и слились в одно и несмело коснулись края стены. Поначалу ничего не происходило, но и щупальце не отступало и вот, наконец, к ужасу лесного народа, от места его прикосновения по стене побежала паутинка черных нитей, словно яд растекался по венам и капиллярам стены. Многие не выдержали и вздохнули с ужасом.

Стоящий в первых рядах жрец Аварессы удивленно ахнул. Невозможно так быстро осквернить землю, на это могут уйти годы, но не минуты. А осквернить белое древо вообще не под силу никому из живущих.

Верховный друид закрыл глаза, погрузился в ментальную связь с природой и озадаченно заговорил.

- У нас мудрый противник. Осквернять землю очень долго, затратно и тяжело физически. А вот проклясть верхний слой, по которому идут легионы, это достаточно легко осуществимо. Одно только меня смущает, я чуствую руку божества за всем этим. - Закончил он совсем тихо..

***

Лес взорвался какофонией звуков: треск ломаемых ветвей; шелест, продирающихся сквозь ветки туш; нечленораздельное мычание; вой десятков умертвий; громыхание костей и противные чавкающие звуки гниющей плоти.

После предшествующей звенящей тишины, внезапно навалившийся гомон набатом ударил по чувствительным ушам эльфов. А спустя пару мгновений стали различимы и нападающие. Первыми в рядах противников к стене бежали восставшие скелеты с мечами, топорами, дубинами, пиками, безоружные и даже безрукие или однорукие. Скелеты всех мастей неслись на приступ стены.

Эльфийские стрелы засверкали одна за другой, снося скелетов, разбивая их на отдельные кости, отстреливая конечности и черепа. Эльфы били без промаха, но скелеты продолжали двигаться даже потеряв конечности, лишь несколько стрел успокаивали их. Друиды призывали на помощь духов леса, мощные корни обвивали скелетов и давили их в пыль, мгновенно вырастающие прямо на пути деревца ловко подставляли ветви и стволы под бегущих скелетов, милостиво предоставляя тем возможность снести себе череп или разбиться вдребезги о молодой ствол. Подконтрольные воле друидов животные нападали с флангов около стены. Стая волков справа то и дело выдергивала из потока бегущих трепыхающегося скелета и разрывала его на части. Медведь на левом фланге ударом мощной лапы время от времени прерывал бег очередного скелета, а с неба камнем пикировала стая хищных птиц, снося головы и отрывая руки бегущим. Скелеты, пока что не обращая на них внимания, старались как можно быстрее добраться до стены.

Эффективнее всего работали маги. Их, включая верховного, было всего десятеро. Но потери от них пока что были больше, чем от остальных групп вместе взятых. Верховный друид запретил использовать разрушительную для природы магию до тех пор, пока на то будет возможность, но даже так магам было что показать. Добегая до стены скелеты путались в терновых зарослях, беспомощно повисая в них, те, кто прорывался и доставал до стены, пытались пробить ее своим оружием и бессильно сбивались в толпу, вот тут и начинали действовать маги. Резкие, мощные порывы ветра и вихрей срывали скелеты с места, сталкивали их между собой, разбивали о стену, расшвыривали на десятки метров вокруг и устилали землю вокруг белыми костями и их осколками, в другом месте группу скелетов размолотило в костяное крошево маленькое землетрясение. Земля вздыбилась и заходила, словно взбесившийся жеребец, исполняя безумный танец скелетов. Чуть дальше от стены пятерка ментальных мечников, словно волнорез, рассекала непрерывный поток скелетов. Локальный град из достаточно весомых льдинок молотил черепа скелетов и разбивал их кости, создавая хаос. Небольшой вакуумный взрыв стянул всех костяных воинов в радиусе двух десятков шагов, а затем разбросал их как марионеток. Маги не изощряясь выбирали самый массовый способ убийства.

- Стрелки и охотники, не тратьте снаряды! Ждите более подходящие цели. Маги и друиды, так держать! Не давайте им сделать вал из останков под стеной. - Харнесесс, опытный воин, сразу раскусил замысел противника.

Скелеты, это нежить, которой стрелы наносят наименьший урон, в них даже просто попасть не так уж и легко, снаряды пролетают их насквозь. Значит скелеты могли сделать сразу два дела: растратить снаряды стрелков и ману магов с друидами, а также завалить подножие стены останками скелетов, чтобы по ним можно было взбираться наверх.

Еще некоторое время лесные эльфы продолжали отбивать атаку скелетов, только лучники теперь зорко следили за противником, а всю работу делали маги и друиды, которые тоже сменили тактику. Теперь потоки ветра, земляные валы и корни старались собрать скелетов на расстоянии от стены и разбросать их еще дальше.

Вдруг все затихло. В один момент просто перестали появляться новые скелеты. Стая волков выросла уже до двадцати пяти особей и теперь обгладывала добытые кости. Слева прибыло трое новых медведей и звериная сила росла. Птиц в небе уже трудно было сосчитать.

Эльфы с надеждой переговаривались между собой, но опытные воины понимали, что это только начало, противник прощупывает оборону и отступил для перестроения. Под стенами пало сотни две скелетов, до защитников не добрался ни один.

***

Над лесом снова повисла звенящая тишина, нарушаемая только тихим рычанием волков, делящих добычу, да шелестом крыльев птиц, летающих в небе. Но только Харнесесс набрал воздуха, собираясь сказать, чтобы бойцы были наготове, как тишина разорвалась новой какофонией звуков.

Из чащи неслись все те же скелеты, только теперь между ними неспешно ковыляли зомби с остекленевшими глазами, так же, как и скелеты, не все зомби были с оружием, не у всех даже был полный набор конечностей, но они, поначалу, появлявшиеся тут и там, постепенно выросли в числе до того же количества, что и скелеты. На прогалине между стеной и ближайшими деревьями собралось уже около двух сотен существ и это не считая тех, кто уже пал, а они все продолжали выбегать из подлеска.

Защитники продолжали планомерно уничтожать нечисть, но тактику пришлось уже разнообразить. Зомби не очень страдали от ветра и земли друидов, некоторые конечно умирали, но большинство поднималось и продолжало упорно идти вперед, так что ими пришлось заниматься уже лучникам. Несколько эбеновых стрел или одна зачарованная эбеновая стрела заставляли зомби отправиться туда, где он должен был быть уже давно. Медведи и стая волков продолжали раздирать фланги. Казалось, эльфы вошли в ритм и планомерно истребляли подтягиваемые силы противника. Друид Хорнлаэс ментально прикоснулся к верховному, а когда тот отозвался, просто мотнул головой в сторону левого фланга, после чего запустил свою смертоносную идею.

Метров за пятьдесят от стены, с левого фланга, из леса, ломая ветви и выворачивая дерн копытами, на опушку ворвался огромный лось, а за ним еще трое самцов чуть меньше. Сохатые взвились на дыбы, склонили головы низко к земле, после чего широким клином рванулись поперек сил противника. Врубаясь в ряды зомби и скелетов, лоси крошили кости, ломали хребты и топтали черепа. Как только первые неживые оказались на рогах вожака, он начал мотать головой из стороны в сторону, продвигаясь вперед, при этом сбрасывая нависающие останки и нежить, нанося еще больше урона тем, кто не успел вовремя убраться с дороги.

Так продолжалось до тех пор, пока, видимо, противник не понял, что лоси представляют серьезную силу. Они смогли пробиться уже почти до середины потока противников, но стали терять скорость, строй противника был слишком плотный.

Среди зомби были не только люди, но также и эльфы, гномы, каторианцы, алдуриане, да и всевозможное зверье в разной степени разложения. И вот сейчас огромный гризли, у которого бок был разодран в лохмотья, а из дыры торчали ребра и разлагающиеся внутренности, ринулся наперерез четверке лосей. Разворачивать животных было уже поздно, они только больше увязли бы в толпе. Друиды захватить в ловушку зомби-медведя не успевали, а маги сосредоточенно переливали ману в разрушительные заклинания. Харнесесс успел только отдать приказ лучникам убить гризли. Несколько стрел почти одновременно пробили остатки шкуры медведя. Одна, метко пущенная зачарованная стрела, пробила один из уцелевших глаз, но было уже поздно. Гризли налетел на лосей, подмял под себя одного из идущих за вожаком, после чего получил еще десяток стрел и упал мертвой грудой. Тем временем еще один лось не справился с количеством врагов, слишком замедлился и пал жертвой наседающей со всех сторон нечисти. Оставшиеся двое сохатых успешно прорвались на другую сторону и ворвались под спасительную сень деревьев. Широкая просека, которую они оставляли после себя, мгновенно схлопывалась за ними прибывающими врагами. Только полоса неподвижных тел, да куча, которая еще недавно была гризли-зомби, напоминала о подвиге могучих животных.

В этот раз все было по-другому. Некросы не отступили, не перестали прибывать, они просто остановились. Все. Эльфы были в смятении, не понимая, что происходит. Скелеты и зомби развернулись в сторону павшего гризли и замерли неподвижно. Над полем боя пронеслась ментальная волна, несущая приказ, боль и ужас, которая до дрожи проняла тонко чувствующих магию эльфов.

Туша зашевелилась, утыканный стрелами медведь начал подниматься, изогнув спину дугой, он сперва поравнялся со скелетами, затем навис над ними молчаливым исполином, а затем завалился на бок и замер неподвижно, а на его месте стоял поднявшийся лось. Спина исполина была изодрана в клочья, из разорванной шеи текла тонкой струйкой еще густеющая кровь. Глаза невидяще смотрели прямо перед собой. Второй из павших лосей так же поднялся и был готов служить новому господину.

- Как такое возможно? - Харнесесс взирал на происходящее, словно все было во сне. - Некроманты не могут так быстро воскрешать умерших. Прямо на поле боя. Как же ритуалы? Символика? Теперь я уверен, что здесь не обошлось без божественного вмешательства. Неужели против нас вышел сам Нер'зул?

В этот момент мысли верховного друида накрыло красной пеленой ярости, он смотрел на стоящих перед стеной неподвижных противников. Ненавистники жизни сейчас находили перед ним, как на ладони. У него пять сотен эльфов, готовых по его приказу покрошить всю эту нечисть на мелкие кусочки, а противник замешкался. Если сейчас вывести всех в бой, нежить не выстоит и двух минут. Надо только ринуться в атаку, спуститься со стен и закончить этот бой, отомстить за лосей, отомстить за своих людей, за поселения и отряды разведчиков. Уничтожить всех этих темных тварей. Стоит выйти за стены и всем конец. Он было уже открыл рот, чтобы отдать приказ, как внезапное прикосновение Эрмортреса перевернуло его сознание.

- Харн, все в порядке?

- Спасибо, Эрморт. - Едва слышно прошептал друид. - Маги, накинуть ментальные щиты, быть наготове! Личи атакуют разум.

Он повернулся к верховному магу и прошептал так, что слышать мог только он.

- Кажется, против нас вышла сама тьма. Помни свое обещание и выполни его во что бы то ни стало.

***

Все вновь завертелось в бешеном ритме. Неудавшаяся диверсия рассердила противника и нежить пошла в решающую атаку. Из подлеска выдвинулись огромные зомби-тролли, зомби-огры и мощные зомби-орки. А на краю леса, едва видимые глазу. замелькали тени. Скелеты с новой силой ринулись на приступ. Зомби шагали с остекленевшими глазами, не обращая внимания на происходящее вокруг. Среди них то и дело появлялись воскрешенные, нежить, прошедшая сложный ритуал и сохранившая часть своего разума и способностей, но полностью подчиненная воле хозяина. Они направляли и корректировали действия напирающей силы.

Эльфы не стояли просто так. Лавина стрел выкашивала противников десятками. Маги продолжали щедро переводить ману, разменивая ее на тела противника, а пятерка ментальных мечников, призванных магами, продолжала удерживать пятачок земли. Друиды держали в смертельных объятьях ветвей десятки противников одновременно, затрудняя продвижение остальных, а подконтрольные им медведи, которых стало уже пятеро и стая волков, выросшая уже до трех десятков особей, вносили свой вклад в дело сокращения поголовья нежити.

- Сосредоточьте усилия на исполинах. - Скомандовал Харнесесс, понимая, что если они доберутся до стены, мало не покажется.

Тут же десяток стрел пронзил голову и грудь троих троллей. Зачарованные стрелы били без промаха. Эльфы всегда славились своей меткостью. Двадцатка орков-зомби таяла на глазах, один из троллей упал и больше не шевелился, двое из пяти огров тоже больше не поднялись, но до стены оставалось совсем немного.

- Эрмортресс, нужна помощь!

Маг не заставил повторять дважды. Он тут же переключился на одного из оставшихся троллей и яркая голубая молния пронзила его прямо в голову. Сила разряда была такова, что от тролля разошлись голубые искрящиеся нити, поражая всех, кто находился в радиусе нескольких шагов. Стоило пропасть молнии, как все, кого она зацепила рухнули на землю и больше не шевелились. Стрелки и друиды разобрались с оставшимися зомби-ограми и зомби-орками. До стены почти добрался только один тролль

В битву вступил сам верховный друид, он воззвал к своей силе и прямо перед троллем вырос небольшой, но могучий дуб, оплел корнями и ветвями своего противника-исполина и скрутил так, что затрещали и кости и ветви. Буквально за миг могучий противник был уничтожен.

Друид окинул взглядом поле битвы и понял, что тролли, огры и орки справились со своей задачей. Они были не просто большими, они были большой ширмой для настоящего представления, и сейчас двенадцать верховных личей на краю леса заканчивали творить нечто невероятно мощное. Они стояли в круге, лицами внутрь и произносили слова заклинания, а внутри клубилась и кипела тьма. Она сгустилась, впиталась в землю и мощным, источающим черный туман, щупальцем понеслась к стене.

Никто ничего не успевал предпринять, все происходило слишком быстро. Разбрасывая скелетов и зомби, тьма неслась напролом. Лишь друид оказался быстрее. В последний момент он молнией метнулся к краю и ринулся вниз со стены, прямо в гущу противников, при этом принимая плащом удар вырвавшейся из земли тьмы и летящей прямо в стену. Плащ был так силен, что поглотил всю силу магии, но инерцией Харнесесса отбросило и впечатало прямо в стену. Ошеломленный, он упал к ее подножию и стал желанной добычей каждого некроса в округе.

Терновая преграда перед стеной к этому моменту была затоптана, разорвана и смята сотнями тел, лежащих на ней. Камнями вниз слетели ближайшие эльфы-воители и встали новой стеной перед своим лидером, кроша каждого, кто подходил на расстояние удара. Маги не остались в стороне. Земля вокруг воинов вздыбилась, разбросала противников и создала земляную защиту от стрел, но долго ей не продержаться, врагов слишком много.

Друид пришел в себя и был готов вернуться в строй, но в этот момент верховные личи завершили новое заклинание и новая тень бросилась к стене. Прокладывая просеку в своих же рядах, тень добралась до стены, вырвалась из земли и врезалась в сплетение эбеновых стволов, впитываясь белым деревом. Тьма засияла изнутри стены, после чего участок, метров пять длиной. обуглился и осел, а стоящие на нем эльфы попадали прямо в объятия тьмы, которая не остановилась, а начала пожирать стену, словно пожар.

- Все вниз со стены! Примем бой лицом к лицу! - Скомандовал Эльф

Первыми спрыгнули вниз эльфы-воители и длинными изогнутыми эльфийскими мечами стали расчищать место для остальных. Ловкость позволяла безопасно преодолеть расстояние до земли в три метра и спустя несколько мгновений все уже находились на земле, при этом лучники не прекращали стрелять даже в полете.

***

Наделенные определенным разумом воскрешенные не лезли напролом, как зомби и скелеты, а дожидались удобного момента и били неожиданно, сбоку или под неудобным углом. Эльфы начали нести потери, то и дело кто-то из них падал замертво. Раненых благополучно отводили к стене и пока они там были в безопасности. Медведей осталось теперь уже трое, а стая потеряла восьмерых. Птицы, сбиваемые стрелами зомби-лучников и скелетов с луками, уже не могли нанести противнику урона. А последний оставшийся израненный лось уже был зажат в тиски и его терзали со всех сторон.

Вокруг верховного друида оставалось все меньше воинов, а сам он орудовал посохом все медленнее. Получасовой активный бой давал о себе знать. Большинство умений друидской магии были бесполезны против нежити, а ветви, корни и деревья использовались так быстро, как только мог себе позволить эльф. Двое подопечных Эрмортресса пали во тьме, разрушившей стену, и сейчас лишь восемь магов поливали противников всей доступной магией, иногда даже взрывая сырую ману, чтобы выиграть время. Интервал между заклинаниями увеличивался, приходилось обращаться к эликсирам, восполняя количество тающей маны.

Каждый эльф продавал свою жизнь чертовски дорого, но и этого было мало. Несколько участков стены были полностью разрушены. Колоссальные труды друидов канули в небытие. Живые уставали от непрерывного боя. В строю оставалось лишь три сотни воинов, еще пятьдесят были ранены, остальные пали под натиском нежити.

***

Наконец, поток 'живой' силы противника начал таять. В начале боя против каждого эльфа выходил десяток противников и порой лишь эльфийские доспехи спасали от смерти. Сейчас против каждого стояло уже три-четыре врага, но это уже были умелые воины, которые сохранили остатки своих навыков и частицу разума. А эльфы уже устали. Рубка продолжалась уже около часа.

Верховные личи даже не шевелились. Они просто наблюдали за боем. А вот из-за их спин уже выскочила на поле боя кавалерия тьмы. Тени, сплетение самой тьмы с воскрешенным воином, верхом на воскрешенных лошадях. Тени сохраняли разума, они хитрые, опасные противники, которых не так просто убить.

А Харнесесс, наконец, на радость врага, совершил ошибку. Он стоял сразу против двух противников, отбил атаку воскрешенного человека сверху посохом, отвел в сторону ятаган воскрешенного орка, призвал на помощь силы природы. Гибкие лианы, выросшие из земли, опутали орка и скрутили его, размалывая кости. Орк попытался достать его прямым выпадом, но друид просто увернулся от удара, оттолкнул противника посохом в грудь, размахнулся для сокрушительного удара и замер. Из-за спины орка вышел Длинноухий, командир одного из пропавших отрядов разведчиков, а рядом с ним шел великий друид Эрмондуин, хранитель 'Осин', что пали под натиском нежити несколько часов назад И верховный замешкался. Всего доля секунды, но ее оказалось достаточно. Та тварь, что была еще утром Длинноухим, вогнала клинок ему прямо в грудь. Бывший друид отбил своим посохом его оружие в сторону. Орк занес ятаган над плечом, чтобы снести неспособному ничем закрыться эльфу голову одним ударом.

Мир остановился. Нескончаемо долго орк заносил ятаган, вот он начал движение вниз по косой и потонул в пламени. Верховный смог отступить на несколько шагов назад и Эрмондуина смело пламенным шаром, а путь безоружному Длинноухому, клинок которого так и остался торчать в груди друида, заступил опытный воин. К отступившему лидеру тут же подоспел жрец Аварессы, выдернул лезвие и не осматривая исцелил рану самым сильным, что было в его арсенале, прикосновением богини. Командир войска, это самое важное лицо, остальное подождет.

***

Поднявшийся Харнесесс осмотрелся. Друидских животных больше не осталось. Несколько птиц еще пикировали, но ощутимого урона они нанести не могли. Да и самих друидов остался едва ли десяток. Сил колдовать у них уже видимо не было, они приняли боевые формы и бились сейчас в своих звериных воплощениях. Пара медведей, пятерка волков, огромный гриф и лоснящаяся угольно-черная пантера. Ментальный воин сражался в одиночку. Лучников в строю осталось не больше пятидесяти, у остальных либо уже кончились стрелы и они сражались в ближнем бою, либо их уже не было в живых. Воители-эльфы продолжали держать строй. Магов осталось пятеро. Они закидывали противников смертоносными заклинаниями. В ход пошли огненные шары, волны пламени, цепные молнии, кислотные сети, ледяные конусы, смерчи, ураганные ветры. Весь широчайший арсенал маги чередовали и разнообразили связки друг с другом, уничтожая врага целыми десятками. А на стене, посылая в противника молнии и огонь, стоял спасший его Лазриэль и сверкал яростью в глазах. Он сеял хаос и разрушения в рядах противника.

Казалось, даже надвигающаяся конница не сможет сломить цепляющихся за жизнь эльфов, но их осталось всего полторы сотни, а противникам не видно было конца.

- Друиды и маги, ко мне! - Взревел Верховный, перекрывая шум битвы. - Нужно остановить конницу. Друиды, создаем терновый вал как можно большего размера. Маги, сделайте так, чтобы он загорелся и не погас, пока сражается хоть кто-то.

Друиды приступили к выращиванию преграды. Они сплели свои силы и в пяти метрах впереди из земли пробились первые ростки. Они переплетались, вытягивались, становились толще, снова сплетались с другими.

Лазриэль стоял на вершине стены и поливал противников всем, что только было ему доступно. Он не был инициирован, поэтому сложные заклинания пока не давались ему, огненные шары, молнии и ледяные шипы сносили противников без проблем, но имели слишком малый радиус применения. Одним таким заклинанием при большой удаче он мог накрыть пятерых, а приближающаяся конница казалась серьезной проблемой. С высоты стены он примерно прикинул сотни четыре конных теней.

- Ничего, учитель задаст им жару.

В перерывах между заклинаниями он осматривал поле битвы и взгляд его то и дело цеплялся за мелькающую по полю серебряную вспышку, она появлялась в разных местах и вносила немного хаоса в ряды противника. Когда же он разглядел вспышку, его глаза расширились от удивления.

***

Прямо на круп, за спиной скачущего одним из первых воина-тени, в серебристой вспышке возник молодой эльф. Он стоя вполне непринужденно, удерживал равновесие на спине скачущей галопом лошади. В руках эльфа сверкали два коротких изогнутых эльфийских клинка, а белая грива растрепанных волос развевалась на скаку. Он не мешкая всадил оба клинка в спину тени и растворился во вспышке так же внезапно, как появился. Дальше, теряя всякий страх, несносный эльф вспыхнул, ухмыляясь, прямо на шее лошади, перед ошеломленной тенью и коротким движением вогнал оба клинка под подбородок врага, после чего снова вспыхнул.

- Вот несносный авантюрист. - Только и покачал головой Эрмортресс - Где он только научился так использовать вспышку. Ладно, пора раскрутить колесо судьбы.

Верховный маг встал и неторопливо направился прямо на надвигающуюся конницу

- Стой, тебя же убьют! - Прокричал Харнесесс - Вернись, сумасшедший старик!

Эрмонт лишь ухмыльнулся на шпильку друида и процедил сквозь зубы, но так отчетливо, что услышали, наверное, даже противники - Пусть попробуют.

Оставшиеся в живых трое магов, включая Верховного, направились прямо навстречу коннице. Вот между ними три десятка метров, вот уже два десятка, а маги все идут не реагируя, десять метров, передние тени уже заносят клинки и примеряются копьями, пять метров и вдруг, мощный воздушный взрыв раскидал всех, в радиусе пятнадцати метров вокруг магов. Еще пара шагов и вал огня, высотой в два роста разошелся вокруг них еще на десяток метров. Еще шаг и все пространство перед магами на расстояние двадцати пяти метров пронзили вспышки молний, оставляя после себя лишь угли. Маги продвигались шаг за шагом, продолжая крушить, плавить и морозить все вокруг. Серебристая вспышка не давала покоя скачущим теням, а преграда, что вырастили друиды, горела жарким пламенем, мешая противникам атаковать. Лишь небольшой проход был свободен и пытавшиеся проскочить в него конники натыкались на радушный прием.

Так продолжалось не долго. Верховные личи начали колдовать, а это не обещало ничего хорошего...

***

Сумрак леса сгустился еще сильнее и верховный друид наконец увидел суть истинного противника. На поле боя неспешным шагом вышло существо, закутанное в черную мантию. Капюшон скрывал лицо и под ним клубилась тьма. Весь силуэт был окутан черным туманом. Ног видно не было, казалось он летит, а по земле стелилась непроглядная черная бурлящая тень.

От его взгляда хотелось спрятаться. А когда он заговорил. Ужас наполнил сердца живых.

- Вам против меня не выстоять. - Прошептал-проскрежетал ужасный повелитель тьмы. - Сдавайтесь и примкните ко мне в качестве личей или воскрешенных. Я давно мог вас перебить, но это не в моих интересах. Восстань и служи!

С этими словами. Незнакомец воздел руку к небу и один из павших эльфов снова поднялся и тут же вогнал кинжал в спину стоящего рядом. Его быстро уничтожили, но убитый им воин остался лежать на земле.

- Вы еще живы лишь потому, что я не хочу терять таких доблестных воинов и делать из них зомби. Я потрачу время, чтобы получить тени и воскрешенных

Вместо ответа в повелителя тьмы устремились десятки стрел, а один из магов вгрызся в него потоком молнии. Темный лишь усмехнулся, он отмахнулся от стрел, как от назойливых мух, а молнию мага просто стряхнул на землю, не прилагая к этому видимых усилий.

Хозяин нежити заговорил на сложном, древнем языке. Произнес несколько коротких, отрывистых фраз, после чего с его рук сорвалось зеленоватое пламя и устремилось к друидской преграде. Накрыв полыхающую терновую стену друидов, зеленое пламя потушило ее, и растеклось дальше. Накрытые клубами магического пламени эльфы просто падали на землю, чтобы никогда уже не проснуться живыми

Лазриэль наблюдал сверху, как пламя пожирало его соплеменников, но ничего не мог сделать. Все его знакомые сейчас гибли внизу. Вот пламя лизнуло и верховного друида. Сердце юного мага сжалось. Но магия существа была, видимо, столь сильна, что даже плащ верховного не смог остановить ее. Он испустил последний вздох и безвольной куклой упал на землю.

- Отец! - Вскричал Лазриэль

- Отец! - Вторил ему Таэль, стоя посреди бойни.

Порождение тьмы переключилось на магов. Защитные куполы поначалу спасли от воздействия смертоносного пламени. Но и они полопались как пузыри. Двое магов с хрипами упали замертво, а верховный просто исчез.

Таэль'авир вспыхнул в очередной раз, появился за спиной у темного властелина и тщетно пытался искромсать того своими клинками. Очевидно, что эльфийская сталь ему не наносила видимых ран. Он развернулся и попытался уничтожить доставляющего неудобство эльфа. Но Таэль снова вспыхнул и оказался вновь за спиной темного.

- Мне надоело играть. - Прогремел он и выпустил расширяющееся кольцо энергии, отбрасывая надоедливого эльфа на десяток шагов и роняя того прямо на землю, среди сотен тел.

После чего поднял голову и впился взглядом в Лазриэля. Лица под капюшоном видно не было, но то, что глаза смотрят именно на него Лазриэль почувствовал всей своей душой. Она, казалось, готова была покинуть тело добровольно, прямо сейчас.

- Лазриэль! - Жуткий, умоляющий крик брата оказался последним, что услышал эльф, прежде чем его поглотила тьма...


Глава II Судьба.


Он снова проснулся в холодном поту. Вот уже третий раз этот сон заставлял его задыхаясь от ужаса хватать ртом ночной воздух, доказывая себе, что все это была лишь игра воображения. Но только с каждым разом убедить себя становилось все труднее. Слишком все было реально. Ощущения, запахи, мысли, треск протекающей сквозь тело магии, от которого кровь стынет в жилах, а волосы на затылке становятся дыбом, бешеное биение сердца, растревоженного горячкой боя, ужас от взгляда темного властелина, сжимающий грудь тугим обручем, чувство абсолютной беспомощности, что сковало тело в момент, когда все вокруг окутала всепоглощающая тьма. Все это было настолько настоящим, что единственной причиной, по которой можно было судить о нереальности произошедшего, было то, что он еще жив.

Вот уже третий день, засыпая он переносился в другую реальность, где к стенам его дома приходили полчища врага, убивали его родных, близких и его самого, а потом оказывалось, что все это был сон... или не сон? Сны не бывают такими реальными и эльф все больше склонялся к тому, что судьба посылает ему видения. Вещие сны обычно - удел провидцев, которых взращивают с младенчества, вскармливая их сгустками маны и усиливая на потоках магической энергии. Уже к инициации они умеют работать с информацией из видений, отделяют лишнее и постигают смысл послания. Иногда информация появляется вспышками или мутными образами, но опытные провидцы способны разобрать их и выделить полезные для себя зацепки.

Он же не был провидцем. Он маг и лучший из учеников Эрмортресса...

Лазриэль был крайне озадачен. В первый день он решил, что просто увидел невероятно реалистичный кошмар. Второй раз попытался списать все на разгоряченный, чередой учебных тренировок, разум. Но когда видение затмило его сны в третью ночь, он испугался не на шутку. Неужели такая судьба уготована народу лесных эльфов? Неужели им суждено кануть в небытие от рук нежити?

Нет, так не пойдет, нужно вмешаться, нужно сломать судьбу, спасти народ. Знать бы еще что за темный властелин ведет свою армию против них. До инициации еще 2 года, так что у него есть время подготовится, да и с видением надо что-то придумать, умирать каждую ночь не очень хотелось. В общем нужна информация. Как победить нежить и кто ее ведет. С этих вопросов и надо начинать.

С такими мыслями юный маг поднялся с постели и, разбитый, побрел любоваться утренним видом с высоты своего древа-дома.

Природе не было дела до его снов и вокруг было светло, щебетали птицы, разномастные зверьки перекрикивались и шуршали в кронах деревьев. Далеко внизу, эльфы занимались своими делами. Одни ухаживали за питомцами и домашними животными. Другие - практиковались в управлении оружием или магией. Третьи просто радовались очередному хорошему дню. Детвора, как и всегда, весело галдела и носилась среди взрослых. Идиллия, окружающая его, резко контрастировала с ужасом, пережитым ночью. Вспомнив ночной кошмар, эльф вздрогнул от пробежавшего по спине холодка. Все-таки умирать снова у него совсем не было желания. Приступить к решению этого вопроса надо было уже сегодня.

Призвав лиану, которая спустила его на землю, Лазриэль отправился на учебный полигон магов. Только здесь он мог позволить себе полностью забыться, слиться с магией, погрузиться в окружающие потоки маны и отдать себя всего без остатка.

***

Занятие всегда начинается с физических упражнений. Кто-то скажет, что бег, прыжки, перекаты и уворачивания от неожиданных атак противника, это лишние умения для мага... Учитель был совершенно другого мнения и он был тут непреклонен. Логика проста: если маг выжег всю свою ману, то он становится мальчиком для битья. Застать мага врасплох то же достаточно просто, следовательно можно обезвредить того, кто может уничтожить все живое в радиусе километра за несколько секунд, можно раньше, чем он вообще поймет в чем дело. Для предотвращения этого, физическая подготовка должна быть такой, чтобы можно было выдержать как минимум первые два удара, увернуться от неожиданной стрелы или рефлекторно оттолкнуть выскочившего из тени убийцу. Всего два пережитых удара и это позволит магу превратиться в грозное разрушительное орудие.

На данный момент, под началом Эрмортресса находилось одиннадцать магов. Двое из них были архимагами, четверо магистрами, трое инициированных магов и двое не прошедших инициацию. Магистры и архимаги только поддерживали физическую форму. Трое начинающих магов занимались по упрощенной системе, имея уже начальную подготовку. А вот Лазриэль и Шиандор еще не прошли ритуал и им приходилось выкладывать все силы до последней капли. Сначала они бегали, потом занимались прыжками, затем перекаты и кувырки, после начиналось самое неприятное в их обучении: маги тренировались держать удар. Развить это можно исключительно монотонным отрабатыванием, только получая удар за ударом, перестаешь обращать на них внимание, ну или учитель хотел, чтобы все так считали. Верховный маг всячески поощрял соперничество и они с Шиандором вечно бились за первенство. Соревновались, кто быстрее, кто выше, кто сильнее, кто дальше.

Вот и сейчас, тренировка делилась на три этапа: в первом, Шиандор, что есть сил работал руками и ногами, стараясь сбить концентрацию Лазриэля, задачей которого было использовать самое долгое заклинание в арсенале не инициированного мага, телепорт на дальнее расстояние. Сделать это под постоянным градом ударов и пинков, крайне сложная задача, а испытание заканчивалось, когда срабатывал телепорт или их останавливал верховный маг. Второй этап переворачивал ситуацию. Теперь задачей Лазриэля было сбить телепорт Шиандору. Третий этап представлял собой поединок двух магов, но не классическую магическую дуэль с молниями, пламенем, взрывами, вспышками и треском разрываемого пространства. Дуэль магов-учеников, по мнению учителя, должна проходить в ближнем бою. Сейчас начался именно этот этап. Оба получили по деревянному посоху, а затем были с резким хлопком телепортированы в центр тренировочной арены. Эрмортресс, как всегда, наблюдал за поединком, стоя на трибуне над ареной и произносил напутственную речь

- Многие маги игнорируют физическую подготовку, считая ее излишней для своего класса. Как вы знаете, я с этим совершенно не согласен. Чтобы не быть заколотыми случайно выжившим мечником, они должны постоянно держать магическую защиту. А это расходует часть внимания и маны, что ослабляет их. Вы сможете выдержать удар, увернуться от него или среагировать, это даст вам время, драгоценные мгновения, достаточные, чтобы выжить и защититься, а дальше уже применить свои магические способности. - Верховный был более чем убедителен в своих рассуждениях. - Это испытание поможет вам лучше концентрироваться и применять свои способности в бою. Никаких ограничений нет. Вы можете использовать все, что хотите. На этой арене вы защищены от смерти. Задача проста. Выиграет тот, кто поразит соперника магией. Ну и напоследок... тот, кто проиграет, будет инициирован на год позже, а этот год получит победитель.

Глаза соперников расширились от удивления. Обычно на таком испытании не было никаких наград, противники сражались ради опыта, знаний, ради тренировки или для победы в споре. Сейчас же все перевернулось. Победитель перейдет в следующий этап обучения на целый год раньше, тогда как проигравший получит невероятный 'дар'. Год, как песчинка в жизни эльфа, но целый год ожидания для молодого эльфа подобен пытке на раскаленных углях.

Взгляды обоих сверкнули решимостью и соперники сошлись в бою на посохах. Удар сверху, блок, удар справа, снова блок, неожиданный удар концом посоха с разворота снизу вверх пронзил пустоту, пришлось резко перекатываться вперед, чтобы уйти из- под удара, а выигравший несколько мгновений Шиандор уже пытался скороговоркой сотворить удар молнии. Лазриэль успел, еще один перекат, выход из переката в прыжок, он занес посох над головой и, падая, резко впечатал его нижним концом прямо в лоб мага. Противник от неожиданности отступил на несколько шагов и запнулся, опрокинувшись прямо в пыль. Теперь уже он сам пытался наколдовать огненный шар и пропустить лишний год обучения. Это ему удалось. Оранжевые всполохи огненного шара сорвались с его руки и горящий шар устремился к цели. Казалось, что это конец урока, но соперник так же сильно не хотел учиться лишний год. Невероятным усилием он сконцентрировался и отпрыгнул в сторону от расплескавшегося по земле пламени.

Дальше началось противостояние разумов, реакций, магии и мысли, силы и ловкости. Соперничество на протяжении всего обучения достигло своего апогея. Все пространство арены было устлано камнями, деревянными перегородками и балками, оружием и непонятными вещами разных эпох. В целом арена походила на руины древнего великого города, который пал много лет назад и основательно разрушен временем. И вот сейчас, в этих руинах, двое, страстно жаждущих победы магов, бились не на шутку. Они кружили, стараясь подловить друг-друга. Петляли между стен и булыжников, колдуя, как только в прогале появлялся силуэт. Будущий магистр огня и, выбравший путь молний, Шиандор, разрывали пространство арены всполохами молний, пламенными взрывами, магической тьмой, вспышками света и грохотом камнепадов.

Несколько раз молния била так близко от Лазриэля, что волосы становились дыбом. Однажды противнику удалось застать его врасплох и сбить с ног посохом, используя его, словно дубину, а сеть молний, пущенная вслед, расколола несколько больших булыжников прямо у его ног. Сам он так же не остался в долгу: огненные шары пролетали на волосок от цели, огненная буря спалила стену дотла, заставляя камни вокруг трескаться от температуры, а обломок стены, достигающий метра в поперечнике, пущенный в полет ментальным толчком, едва не вырвал победу. Несколько раз они натыкались друг на друга, выходя из- за очередного препятствия и, после скоротечного ближнего боя на посохах и невозможности применить при этом магию, снова расходились.

Попытки переиграть друг друга продолжались более трех часов. Наконец, Шиандор решил покончить с этой игрой. Он встал в удобном для засады месте, где невозможно зайти сзади, а впереди маячило несколько проходов, и стал ждать, концентрируя ману и накапливая заряд молнии. В этот момент и Лазриэль решил сменить стратегию. Он сформировал огненный шар и осторожно попробовал сдвинуться с места. Передвигаться и поддерживать концентрацию было невероятно сложно, но он пока справлялся, хотя на это и уходил полуторный поток маны. При следующей встрече в лабиринте арены он собирался закончить эту затянувшуюся игру. Он начал осторожно передвигаться по спирали, постепенно приближаясь к центру арены и подпитывая разрушительную силу заклинания.

Встреча не была неожиданностью, в этот раз они не наскочили внезапно друг на друга из- за угла. Сложно не заметить противника, когда за углом слышны потрескивания электрических зарядов и пространство озаряют всполохи жалящих землю молний, а из-за другого угла подкрадывается гудящее пламя, озаряющее проход перед собой на много шагов вперед. Они стояли, не решаясь начать, слишком высока цена ошибки. Наконец Лазриэль прервал канал вливания маны в заклинание, сбросил концентрацию, перекинул огненный шар в правую руку и шагнул за угол.

Шиандор ждал и был готов, он мгновенно среагировал и спустил с рук свою голубую искрящуюся смерть. С руки Лазриэля сорвался пламенный шар и полетел в сторону противника. Молния и шар летели на одном уровне и встретились мгновенно. Концентрация маны и магии перевалила все разумные пределы и породила мощнейший магический взрыв.

Камни, стены и преграды на сотню метров вокруг просто раскидало от эпицентра. Лазриэля отбросило и впечатало в стену в двух десятках шагов от места, на котором он стоял. Оказавшись на земле, маг с неудовольствием осознал, что молния, двигаясь гораздо быстрее, перехватила его шар пламени существенно ближе к нему и взрыв нанес ему гораздо больший урон. Он только твердо встал на земле, а Шиандор уже произносил слова заклинания. Не долго думая, маг и сам начал колдовать, справедливо решив, что лучше напасть первым. Слова его заклинания сложились в энергию, опередив соперника буквально на долю секунды, но этого хватило. Земля дрогнула и заставила молнию впиться в стену прямо над его головой. Соперник промахнулся, а он выиграл для себя время, чтобы подняться. Снова они были в равных условиях. Снова оба начали творить заклинания. Вновь с рук навстречу друг-другу рванулись молния и пламя... И разбились о невидимую стену, не пролетев и половины пути. Оба удивленно переглянулись, но снова начали колдовать.

Еще дважды они пытались пробить невидимую преграду под разными углами и направлениями, все с тем же результатом, пока случайно не взглянули на ухмыляющегося учителя.

- Наконец поняли. - Эрмортресс явно был доволен ими и улыбался во весь рот. - Испытание окончено. Ваше время вышло.

***

Старик сиял от счастья за своих воспитанников.

- Давненько я не видал такого напряженного противостояния. Я горд за вас. Каждый смог выжать из себя все и не сдаться. Продолжайте так же и вам не будет равных в этом мире. А вот раннюю инициацию никто из вас, увы, не получит. Предложение разовое, буду ли я еще когда-нибудь в столь положительном настроении, чтобы преподнести вам такой дар - посмотрим, но я не уверен. - Верховный маг расхохотался так задорно, что даже выдавил легкие улыбки из задыхающихся от усталости учеников. - На сегодня вы можете быть свободны, вы достаточно постарались. Это была самая затяжная дуэль на моей памяти. А завтра жду вас с новыми силами, посмотрим, что вы еще можете. - С этими словами учитель отвернулся и пошел по своим делам, давая понять, что разговор окончен.

- Старый пройдоха - буркнул Шиандор и тут же взлетел, беспомощно размахивая руками и ногами.

- Не забывай, что я прекрасно слышу для старика. - Ехидно улыбаясь заверил Эрмортресс даже не оборачиваясь, лишь слегка замедлив шаг. - А не то в следующий раз, вместо левитации, ты получишь так любимую тобой молнию. - И, как ни в чем не бывало, ушел по своим делам.

- А мне-то что делать? - воскликнул парящий на высоте трех метров эльф, но остался без ответа.

- Могу помочь. - Подстрекал его вечный соперник - только вот найду камень поувесистее, чтобы сбить тебя оттуда. - По доброму ухмылялся он

- Спасибо, я уж лучше сам как- нибудь распутаю заклинание

- Или подожди, завтра учитель сам тебя спустит к поединку. - Продолжал посмеиваться Лазриэль, направляясь на выход с полигона.

- Ха-ха-ха, очень смешно. Завтра увидим, кто из нас первый ученик! - Крикнул вслед Шиандор и усердно приступил к распутыванию заклинания.

***

Четырехчасовой поединок вымотал так, что он валился с ног и с огромным удовольствием отправился бы домой и без памяти провалился в сон, если бы этот сон не был таким пугающим.

Надо было разбираться с видением и он отправился в библиарий, только там можно найти ответы на любые вопросы. Сотни свитков, тысячи книг, большая часть из которых написана во времена, когда про людей еще даже не слышали. Истинная сокровищница эльфов. Знания находились здесь на каждой полке, только протяни руку в нужном направлении. Начал маг с общих знаний о нежити. Надо было освежить в памяти и сгруппировать все, что он знал, а по возможности узнать и что-то новое.

Внутри Библиарий представлял собой опустошенное от земли и до самой кроны древо-дом. По стенам, по кругу, на выращенных внутрь ствола полках покоились свитки и фолианты на высоту всего дерева. А вдоль них по спирали вверх поднимались ступени лестниц. На нескольких уровнях внутрь дерева врастали ветви и переплетались в середине, образуя площадки, на которых можно было почитать интересующую книгу. В центре нижнего яруса стоял один из старейших эльфов поселения и читал очередной труд. Этот эльф отдал всего себя служению знаниям. Он собирал их, читал, сортировал и переписывал.

- Приветствую тебя, Хранитель знаний.

- Приветствую, искатель просвещения. - Оторвался мудрый эльф от чтения, приподнял взгляд. - Какого рода знания тебя интересуют?

- Мне нужно в темный раздел. Интересует все, что касается нежити.

- На опасную тропу ты ступил, сын верховного, будь аккуратен. Темная сила поглощает личность и порабощает сознание, поддайся ей раз и вырваться уже невозможно. - С грустью наставлял его старый эльф.

- Спасибо за заботу, но мне просто нужна информация.

- Всякий путь начинается с информации, а вот его завершение зависит только от тебя. Не буду тебя больше донимать своей устаревшей моралью и нравоучениями. Можешь воспользоваться знаниями, что тебя интересуют. Позови, если я понадоблюсь.

Из сумрака высоко под потолком спустилась лиана, обвила молодого эльфа и подняла на самый верхний ярус. Тут, вдоль стен стояли древние фолианты, от которых буквально веяло тьмой. Взяв один из них, он почувствовал пробежавший по спине холодок. И погрузился в чтение.

***


На улице было уже совсем темно, когда измотанный, но отягощенный знаниями эльф вышел из библиария. За сегодняшний день он перекопал десятки фолиантов и свитков. Под конец глаза отказывались воспринимать сложные завитки эльфийского текста, а разум просто отключался. Он не стал беспокоить хранителя, решив, что несколько сотен ступеней сейчас будут совсем не лишними, чтобы взбодрить изнуренное тело.

Бредя к жилищу, юный маг обдумывал все, что узнал сегодня.

Некросы появились не как он полагал, в результате экспериментов сумасшедших алхимиков, а из-за самоуверенности одного безумного мага, который хотел жить вечно. Он начал экспериментировать с мертвой энергией. Проводил опыты на людях, еще живых и умирающих. Как только он почувствовал положительные результаты, собрал дюжину последователей и направил все силы на развитие нового направления магии. Некромагия росла и крепла. Через эксперименты и жертвы создавались все более сильные и изощренные заклинания. Спустя несколько лет развития по округе поползли слухи о пропадающих в окрестных деревнях жителях, а Харастис, тот самый маг, уже в открытую продолжил сеять некромагию в массы, обещая всем вечную жизнь и неограниченные возможности.

Еще через пять лет плодородные земли полностью обратились в безжизненный пустырь, а на месте особняка основателя высился грандиозный некрополис, охраняемый недремлющей нежитью. Когда минул десяток лет со дня сотворения некромагии, искажения, которые она принесла в потоки маны и мольба о помощи, живущих в окрестностях некросовских земель, настолько обеспокоили светлые силы, что они устроили общее собрание. Почти все светлые расы, религии и кланы прислали своих представителей. Споров почти не было. Все были согласны, что некромагия, это ужас, которому не место в этом мире.

Легионы светлых войск вышли спустя неделю, смели всю нечисть с земель некросов, Неукротимой волной прокатились до самого сердца их владений, зажали замок некроманта в тиски окружения, расположились лагерями на подступах к его землям и готовы были раздавить одним ударом. Дальнейшие события в истории расходятся и описаны в разных источниках по разному. Докопаться до истины юный искатель не успел, усталость взяла верх.

Так в темноте, обдумывая полученную сегодня информацию, он не заметил, как оказался у подножия своего древо-дома. Призвал лиану и уже через несколько минут провалился в обволакивающую тьму сна.

***

И снова нападение, снова нежить, снова темный властелин и смерть.

***

Вновь он проснулся в холодном поту, пытаясь унять дрожь в непослушных конечностях. Поднялся и на негнущихся ногах добрался до балкона. На улице было часа три ночи. Оставшееся до рассвета время он простоял, дыша освежающим ночным воздухом, любуясь величественным лесом и не решаясь снова заснуть.

Утро так и застало его, стоящим на балконе. Жутко измотанный тремя бессонными ночами, эльф побрел на полигон.

***

Сегодня маги изучали новое заклинание, 'поглощение магии', очень полезная вещь в битве против магов. Оно полностью принимает на себя один эффект от направленного в течение получаса заклинания, правда и подготовка в две минуты на начальном этапе делает его невозможным для применение непосредственно в бою.

Изучение нового заклинания возможно несколькими способами. Великие изучают их сами. Опытному магу достаточно понять что он хочет получить в конечном результате, затем он визуализирует эффект своего заклинания и уходит в глубокую медитацию, создавая ментальные пути в своем разуме. Он осторожно прокладывает паутину связей, прощупывая и выжигая каждую линию, каждое соединение между точками. Такая медитация у опытных магов занимает от получаса. А вот изучение сложных чар может затянуться на несколько дней. Маг ошибается, возвращается и строит линии заново. Это достаточно трудоемкий процесс и если поторопиться или невнимательно отнестись к нему, то можно получить совершенно не то, что было запланировано, например огненный шар может взрываться прямо в руке или молния будет бить всегда в землю. А вот сильные маги могут наоборот усилить создаваемый эффект дополнительной паутиной связей.

Второй способ гораздо проще. Использовать свитки, созданные опытными архимагами, магистрами и верховными магами. Такой свиток после применения создает в разуме необходимые каналы и остается их только проявить. Они отпечатываются в сознании и нет нужды думать, как их проложить, остается только аккуратно 'обвести'. Минус такого способа в том, что заклинание познается со всеми своими огрехами и усилениями, иногда начертатель свитка убирал все свои усиления и оставлял только голое заклинание. Любое из них можно усилить через медитацию, добавляя, расширяя или убирая каналы. Так или иначе, готовую магию гораздо сложнее подстроить под себя, так что рано или поздно любой сильный маг заново изучает свои заклинания, прокладывая собственные каналы и связи и делая их уникальными.

Вот сейчас они с Шиандором получили по свитку, начертанному самим верховным магом Эрмортрессом. Они опустились на траву в саду полигона, устроились поудобнее и развернули свитки. По мере чтения замысловатых символов свиток переносил связи в разум читавшего. Каждый завиток добавлял свой изгиб, свою линию в разуме. Знаки на свитке исчезали по одному, голубоватым сиянием перетекая прямо в голову мага. На перенос всей карты будущего заклинания ушло несколько минут. Теперь предстояла кропотливая работа по вычерчиванию наметившегося в разуме узора. Оба ученика погрузились в медитацию, осваивая новое знание.

***

Спустя почти час оба мага стояли на тренировочной площадке. Учитель решил провести в боевых условиях проверку правильности сплетенного заклинания. Сейчас Шиандор всеми силами старался сбить концентрацию Лазриэля, пока тот применял поглощение магии. Долгие десять минут спустя соперники поменялись местами. Когда и Шиандор оказался под защитой магии настал момент самого испытания. Первым проверку должен был пройти Лазриэль. Он собрался и на всякий случай приготовился к худшему варианту. Если он что-то сделал неправильно может быть любой вариант от того, что защита просто не сработает, до магического взрыва, который разнесет тут все. Шиандор сконцентрировался, исполнил несколько пассов руками, скороговоркой пробормотал речевую формулу и голубая паутина молний прошила Лазриэля, не нанеся никакого вреда растворилась в воздухе, в нескольких сантиметрах вокруг тела, впитываясь в невидимую защиту. Поглощение сработало безупречно. Облегченно выдохнув, он самодовольно заулыбался, очередная привязка заклинания прошла успешно.

Настала очередь Шиандора проверить на прочность нити сотканного им заклинания. Он встал в защитную стойку и приготовился. Лазриэль подошел к позиции, взглянул в глаза магу и прочитал в них неуверенность. Он понял, что пришло время показать, кто в их противостоянии лидер.Что может быть лучше, чем ударить соперника его же оружием. С этими мыслями юный эльф стал готовить удар молнии. Пространство вокруг затрещало от нарастающего заряда. Он не скупился на магическую энергию, выжимая из себя все до капли и собирая в искрящуюся молнию.

Когда заряд достиг такой мощи, что его стало физически трудно держать в узде, он спустил смертоносную искру. Мгновенно достигнув цели молния впиталась в защиту мага, проискрила по его контуру за спину, потом вернулась обратно и глаза обоих учеников расширились от удивления, когда она вырвалась прямо из защиты в том месте, в котором в нее впилась и рванула обратно к хозяину

Лазриэля отбросило на несколько метров назад. Все тело прошило электричеством, от боли и напряжения его изогнуло дугой, ноги и руки свела судорога, а разум затуманился сразу, как только ушла боль и безвольное тело упало на землю.

Учитель неспешно подошел, проделал над ним несколько пассов руками, произнес сложную магическую формулу и поверженный эльф вскочил с земли, судорожно хватая ртом воздух. Несколько мгновений он совершенно не понимал, что произошло.

- Ты же не забыл, что на полигоне нельзя умереть? Сложное переплетение артефактов и магии не дает душе покинуть твое тело. Ты уже не живой, но пока душа остается в теле и умереть ты не можешь. Так и останешься между миром мертвых и живых, пока тот, кто владеет формулой не вернет тебя. - После чего он повернулся в сторону Шиандора и сверкнул приказом во взгляде. - А ты... Живо ушел в медитацию и отшлифовал свое заклинание до совершенства! Эффект конечно интересный, но ты должен был сам его вплести, а не получить случайно. Да и с таким эффектом есть заклинание отражения магии. Живо! Я лично проверю результат.

- Лазриэль, если ты уже пришел в себя, можешь отправляться и выспаться, тебе сейчас это нужно.

Эльф, слегка, потрясенный случившимся, собрался последовать совету верховного. В голове все перемешалось, так что он решил даже не пробовать сегодня разобраться в истории некросов, а отправился сразу отдыхать

***

Ночь снова застала его разбитым и невыспавшимся, смотрящим вдаль со своего балкона. Очередная смерть заставила снова проснуться в холодном поту, судорожно глотая воздух в попытке отдышаться. Он больше не мог этого выдержать, но видение не давало никакого шанса сопротивляться. Нужно было попросить помощи, рассказать все отцу, учителю, хоть кому-то, но он чувствовал, что нельзя этого делать, только он сам может изменить судьбу и победить наступающую тьму.

С такими мыслями он и встретил рассвет, снова стоя у себя на балконе и раздумывая над тем, как долго эльф может прожить без сна...

***

Пять дней. Столько продержался юный эльф без отдыха. Он обучался магии, занимался своими домашними делами, общался с другими эльфами, продолжал штурмовать библиарий в надежде найти новые знания, он пил, пытался забыться в тренировках, вспомнил все игры, способные хоть немного нагрузить уставший разум. К концу пятого дня он уснул, стоя прямо на балконе. Снова видение настигло его во сне. Вновь он умер. Очнувшись, маг, на одних лишь инстинктах, мало понимая, что происходит призвал лиану, которая хищником метнулась вслед за ним и поймала падающего мага за ногу у самой земли. Он уснул и перевалился через перила. Это могла быть самая глупая смерть лесного эльфа в истории расы. Как же он был благодарен инстинктам, вбитым в него с рождения. Лиана доставила его обратно в покои. Ему пришлось упасть в постель и провалиться в тревожный кошмар.

***

День за днем Лазриэль пытался занять свое тело тренировками, а разум знаниями, но ничего не выходило. Прогнать ночное наваждение никак не удавалось. Окружающие стали замечать, что он выглядит все хуже. Тренировки продолжались. В его арсенале теперь появились волна пламени и ледяной плен. В библиарии дела обстояли гораздо хуже.Никакой новой информации по некросам добыть не удавалось. Юный искатель истины перебрался уже в светлый раздел, но единственное, что он понял, изучая десятки и сотни фолиантов - так это явную связь некромагии с культом, зародившимся сразу после разгрома Харастиса.

Новая религия основывалась на учении о могуществе их первожреца. Как утверждалось, он является сыном бога и может воскрешать мертвых и исцелять болезни живых. А Его божественный отец собирает всех умерших под свои знамена для последней битвы. Никаких прямых доказательств не было, но множество отсылок явно привели эльфа к мыслям о том, что культ темного жреца Харастиса каким-то образом переродился в светлый, когда его самого закололи наконечником от собственного посоха и оставили висеть на обозрение города. Затем темный культ канул в лету. о нем просто пропали все упоминания. В то же время явилась дюжина проповедников, что утверждали, будто их жрец, бесславно убитый неверными псами, являлся посланником своего отца и бога и должен был нести свет и радость в этот мир. Полноводным потоком слабые волей люди потянулись к этому учению, вливаясь в него и искренне веря всему, что несли в массы проповедники.

Больше полезной информации он не обнаружил. Но что-то подсказывало, что он на правильном пути. Для себя эльф уже все решил. Он не знал, кто такой этот темный повелитель из видений, почему они у него вообще появились, не понимал, как справиться с неведомой силой противника. Самое важное в этой ситуации было понять противника и найти его слабые стороны. Трудно бороться с силой, о которой ничего не знаешь. А единственный возможный след к этой силе вел в светлый культ. Их цитадель находится в окрестностях столицы людей. Вот туда и решил направиться Лазриэль.

Он надеялся, что в пути видения хоть немного утихнут, но так или иначе, надо что-то делать, что бы спасти народ лесных эльфов.

***

Последующие несколько недель юный маг старался вести себя так же, как и обычно, активно готовясь к путешествию. Утром он отправлялся на полигон магов и занимался там обычно до полудня. Затем отправлялся в закрытые разделы библиария, в поисках необходимых знаний о магии и местах, которые предстоит посетить. Положение сына верховного друида открывало для него многие двери, как и приверженность к классу магов. Спать эльф старался раз в три дня. Реже было уже опасно, а чаще он просто не мог себе позволить.

На уроках магии он изучил заклинания: полог тишины, сияние, огненный шторм, ледяное копье, левитация, волна силы и порыв ветра. На одном из таких занятий, изучая порыв ветра, эльф задумался над природой медитации. Ведь в тот момент, пока маг замыкает разум на самом себе, его тело полностью сосредоточено на поддержании собственного существования. Единственное чем такое состояние отличается от сна, это абсолютный контроль над разумом. Сегодня как раз очередной день, когда он должен погрузиться в кошмар. Если новые знания помогут ему избавиться хотя бы от одной очередной смерти в видении, то он готов пойти ради этого на огромные жертвы. Сразу с полигона магов эльф направился в библиарий

***

Несколько часов торопливых поисков приподняли для него завесу невежества в отношении медитации. Среди старых фолиантов обнаружилось несколько упоминаний о том что медитация, хоть и медленно, но восполняет потерянные силы, а один источник напрямую повествовал о человеке- отшельнике, который умудрился прожить без сна четверть века. И пусть он был великим магом, а Лазриэль всего лишь ученик, но он гораздо более сильный и выносливый, он лесной эльф значит уж также у него получится, а если повезет то и лучше.

***

Вернувшийся домой эльф был в приподнятом настроении, ведь у него в руках появился возможный ключ от оков видения, что не давали его, измученному без сна, телу и разуму полностью отдаться решению проблемы с нежитью.

Взбудораженный открывшейся возможностью, Лазриэль сразу приступил к исполнению своего плана, отвлекшись лишь однажды, дабы отдать жилищу ментальный приказ, вмешаться в его медитацию с первыми лучами солнца. Несмотря на самый разгар дня, он немедля отправился на балкон, удобно устроился и принялся входить в транс. Ему не терпелось проверить свои догадки.

Медитативный транс медленно и неохотно накрыл уставший без сна разум и погрузил во тьму. Сознание мага воспарило над реальностью и устремилось в бесконечность. Там, среди вечности, он мысленно дотянулся до своего разума, с осторожностью принялся прощупывать слабые места своей ментальной защиты и укреплять их. Когда барьер принял вид настоящего щита, он обратился к заклинаниям. Паутина связей каждого заклинания сейчас ярко сияла для него. Видимо погружение сейчас было глубже, чем при обычной медитации. Эльф приблизился к одной из паутин. Приблизился? Он не шел, не летел, он просто передвинулся туда, куда хотел. Интересно, отметил он про себя этот момент. Раньше при медитации они работали с конкретным заклинанием и больше ничего не делали в этом пространстве. Передвижение тут происходило посредством воли, а время течет гораздо медленнее. Это натолкнуло на мысль, что здесь можно упражняться. Развивать свои магические навыки. Усиливать заклинания, укреплять ментальные щиты и становиться все сильнее, пока тело отдыхает.

Он обновил ментальные сети всех своих заклинаний, усиливая их мощь, еще раз нарастил общие щиты, укрепил каналы маны, чтобы она легче и быстрее поступала для создания и подпитывания магии, расширил свой резервуар, чтобы мана не заканчивалась в неподходящий момент. Когда эльф выбирал одно из заклинаний для экспериментов по изменению, тьму ментального пространства разорвало пополам, будто оно треснуло, расколовшись о реальность. Огромные, зеленые щупальца ворвались через разлом, ринулись к месту, где находилось его сознание, опутали, скрутили и резко выдернули наружу.

Он очнулся, впервые за долгое время, ощущая себя полноценным эльфом. Пусть он не отдохнул полностью, но, учитывая количество бессонных ночей, на это и не рассчитывал. Жилище в точности исполнило его указание, на горизонте разгоралось кровавое зарево рассвета. Лазриэль чувствовал себя обновленным. Огромная ноша сброшена с плеч. теперь ничто не отвлекало его от основной цели. Теперь можно сосредоточиться на проблеме некросов. Глубокая медитация позволит ему не спать и сохранять силы и рассудок. Теперь несколько дней усиленной подготовки и можно отправляться в путь.

- Я не позволю разрушить свой мир... прошептал он глядя вдаль. - Победил видения, смогу победить и судьбу...


Глава III Путешествие.


Несколько дней подготовки растянулись на неделю. Именно столько понадобилось Лазриэлю, чтобы незаметно от окружающих собраться в дорогу. Он по прежнему считал, что сам должен изменить судьбу и никого нельзя посвящать в свои планы, чем больше он думал об этом, тем больше убеждался в своей правоте. Ему пришлось продолжать каждое утро заниматься на полигоне магов, вести свои ежедневные дела и только в редкие моменты свободы он мог заниматься подготовкой.

Пользуясь положением сына верховного друида, он получил допуск к закрытым разделам библиария и хранилищу артефактов. В библиарии эльф смог раскопать несколько очень полезных томов, в том числе особенно нужные в далеком путешествии: 'Обычаи земель Эллириона', 'Справочник существ и явлений' и 'Основы языка темных народов Эллириона'. Последняя, учитывая цель похода, будет весьма кстати. Хранилище артефактов любезно снабдило его походным плащом, эльфийским походным шалашом, сумками с магическим карманом, а самое главное - свитками с базовыми, а также несколькими достаточно могущественными, заклинаниями, которые он может изучить в пути. Уже выходя, он чуть замешкался, его внимание привлек посох, стоящий среди десятков артефактов и, словно задвинутый в дальний угол. Эльф, осторожно обходя пыльные полки, пробрался к посоху. Он лежал на постаменте. Абсолютно черный, словно выкованный из самой тьмы, посох, венчали, искусно вырезанные прямо в навершии, руины крепости.

- Посох разрушения. - Медленно прочитал он название артефакта, затем осторожно, словно опасаясь взрыва, поднес руку к идеально гладкому, непроницаемому древку. Касание не вызвало взрыва или искры единения, ничего необычного. Маг снял посох с подставки, покрутил его в руках, рассмотрел вблизи и понял, что уже не расстанется с ним. он прочен, легок, хорош в ближнем бою и удобен в дороге.

- В конце концов, сыну верховного друида не пристало путешествовать с веткой. - С этими словами посох исчез в одном из магических карманов.

За это время на полигоне магов были изучены туман, вспышка света и поток огня. Эльф наконец смог заняться подготовкой провизии. Понимая, что может уйти очень надолго, а возможно и вовсе не вернется, он пришел к единственному верному решению, забыть о вкусной и свежей пище, а собрать с собой только эльфийский походный хлеб. Пусть он и не столь изысканный, как многие другие яства эльфов, но зато прекрасно утоляет голод, восполняет запас сил и маны. Так, один из магических карманов оказался полностью забит эльфийским хлебом. Лучше перестраховаться, чем недооценить и решать проблему с пищей неизвестно где.

Наконец все было готово. Жаль только, что нет возможности попрощаться с родными. Юный маг не представлял, когда он их теперь увидит и увидит ли вообще. Но внутреннее ощущение не давало ему выбора, он понимал, никто не должен знать. Это только его ноша.

***

Ночь была беспокойной, взволнованный эльф никак не мог погрузиться в медитацию и все, что ему оставалось, так это любоваться проглядывающей в небе, полной луной, наслаждаться прохладой лесного воздуха, облокотившись о перила своего балкона и надеяться, что это не последняя его ночь в родном доме.

***


Непроницаемая тьма 'Великого леса' скрывала его от ненужных свидетелей ночного побега. Он точно знал расположение и пути движения всех сторожевых отрядов и постов, а потому спокойно перемещался между ними, предварительно набросив на себя полог тишины. Чуткие эльфийские уши могли даже издалека услышать случайный неосторожный шаг, так что он решил исключить и эту опасность. Так он добрался до границы 'Лесного дома', где возвышалась величественная эбеновая стена. Гордость и отрада лесных эльфов.

Лазриэль остановился у подножия Белоснежной стены, поднял голову и вгляделся в произведение сильнейших друидов , восхищаясь их упорством и изворотливостью. Сплести стену из эбеновых ветвей, растущих прямо из земли, Кто-то очень хотел защититься и создал непреодолимый барьер... до сих пор. И таким он и должен остаться

Эльф много раз обходил эти земли, планируя свой поход, потому он прекрасно знал, что в этом месте, прямо за стеной находится небольшой лысый холм, он не раз его осматривал и мог без усилий представить его себе. Это все, что было нужно для перемещения. Он сконцентрировался, собрал всю свою волю, перенаправил ее на желание оказаться на холме по ту сторону стены и начал сплетать заклинание телепортации.

Полог тишины все еще был наброшен, по этому маг просто бесшумно исчез и так же бесшумно появился на поляне. Расчет оказался точен и патрулей в округе в этот момент не было. Юный эльф осмотрелся, немного постоял, словно решаясь на последний шаг в неизвестность. Бросил последний взгляд на стену за спиной

- Отсюда начинается путешествие, что решит судьбу всего моего народа. Не волнуйтесь, я вас не подведу. - И он сделал самый сложный, свой первый шаг, превозмогая сомнения, еще не зная, чем все завершится, что ждет его в конце пути, а главное, куда он приведет лесных эльфов в конце этого пути. С такими мыслями Лазриэль направился в сторону восходящего солнца, на встречу новому дню... Навстречу своей судьбе.

***

Зоркие, проницательные глаза первого разведчика достаточно хорошо видели в сумраке 'Великого леса'. Он видел, как на поляне возле защитной стены в портальной вспышке возникла фигура эльфа. Стандартного хлопка портального перехода не было, значит маг покидает поселение тайно, под покровом тишины или другим поглощающим звуки заклинанием. Эрмортресс может перемещаться через половину континента, а может и по всему, полной его силы никто не знает, сильнейшие маги способны телепортироваться во многие поселения или достаточно далеко, чтобы исключить риск быть замеченными под самыми стенами. Следуя логике, сейчас покинул поселение один из трех начинающих магов или один из двух учеников, но понять, кто именно перед ним мешали темнота леса и расстояние. Тихая смерть понимал, что Верховный маг мог отправить одного из своих последователей с тайным заданием, но без проверки первый разведчик его не отпустит.

- Шорох! - Рядом возник самый быстрый эльф в его группе - Бери с собой Быстроногую, срочно поднимите Верховного друида и Верховного мага. Мне нужно знать, кого из магов они отправили за границы наших владений. Если такого задания не было, тогда выясняйте, кто из магов мог нас покинуть. Если ничего не узнаете, значит поднимайте всех учеников Эрмортресса по очереди, пока не поймете, кого не хватает. Начните с Шиандора.

Двое эльфов растворились в темноте леса так быстро и бесшумно, словно их там и не было. Неизвестный маг тем временем скрылся из вида, он направился в сторону восходящего солнца, видимо в столицу людей. Разведчик повел свой отряд следом за беглецом. Нужно понять, почему лесной эльф, под покровом сумерек тайно покидает свой дом. Восемь бесшумных теней отработанными движениями, не издавая ни единого звука в густом лесу, скользнули вслед за беглецом.

***


На улице было еще совсем темно, а Харнесесс уже торопился в твердыню. рядом бесшумно скользил Шорох. Они прошли в общий зал. Верховный друид устроился на троне и замер с обеспокоенным выражением лица. Разведчик каменным изваянием застыл рядом. Так продолжалось, казалось, вечность. Пока, наконец, двери в зал не распахнулись и в них вошел взволнованный Верховный маг, а следом, ни на шаг не отставая, словно тень, передвигалась Быстроногая.

- Верховный, он покинул 'Лесной дом'- Маг слегка склонился с сочувствием и почтением.

- Рано или поздно, но это должно было случиться. - Спокойной ответил друид.

- Да, но я надеялся, что успею получше его подготовить. - Сокрушался Эрмортресс.

- Он взял все необходимое? - Друид приподнял брови в нетерпеливом вопрошении, на что маг только стрельнул взглядом в направлении разведчиков.

- Ах, да, разведчики, вы свободны. Можете доложить Тихой смерти, что он прекрасно выполнил свою работу и мгновенно среагировал. Продолжайте так же, но, покинувший сегодня поселение эльф действует по моему распоряжению. Никаких препятствий ему не чинить!

- Да, верховный, мы можем вернуться на границу?

- Можете... Шорох, передай ему мою благодарность за бдительность, а при личной встречи я еще раз скажу ему спасибо.

Разведчики мигом растаяли, как тени, что исчезают, стоит лишь зажечь свет.

- Эрморт, не томи, рассказывай все, что можешь.

- Не волнуйся, старый друг, твой сын получил доступ в хранилище артефактов, он достаточно умно подошел к сборам в поход, можешь быть за него спокоен, он доберется до цели, какова бы она ни была. Я понимаю твою тревогу, но ты же знаешь, что у нас просто не было выбора.

- Знаю... Но это не облегчает тяжесть груза на мой шее! - Не сдержал эмоций обеспокоенный отец. Что с младшим?

- Мы тысячу раз это обсуждали и продумывали. Сегодня он увидел свою часть. Теперь можно быть спокойными, он будет занят своей проблемой и не помешает под стенами. Хотя от этого сорванца можно ожидать всего.

***

Подумать только. Нежить атакует твердыню лесных эльфов. Таэль'авир никогда бы не представил, что такое возможно, если бы только что не слышал это от отца собственными ушами. Отец попросил их помочь мирным и голос его был таким, что на этот раз лучше было послушаться.

Эльф торопился к окраине, надо начать собирать народ оттуда, чтобы не было суеты. Двоих охранников, что приставил к нему отец, он отправил в разные концы поселения, чтобы собрать сразу всех и не терять лишнего времени.

Многие уже знали, что происходит и сновали туда-сюда. Кто-то успокаивал других, кто-то носился и лишь создавал хаос вокруг, а кто-то просто продолжал делать свои обычные дела, не обращая никакого внимания на происходящее..

Наконец, добравшись до крайнего древа у самой стены, сын верховного друида стал барабанить в ближайшие двери

- Это Таэль'авир, сын верховного друида! Выходите из жилищ, берите только самое необходимое! Сейчас же выходите! Собираемся к твердыне! Нас атакуют! Без паники, просто выходите и собирайтесь к твердыне!

Так он продвигался к центру, стуча во все двери и окна, собирая все больше эльфов на своем пути. Уже влившиеся в поток, помогали организовывать вновь прибывающих, выводили их из домов, не давали паниковать, успокаивали и подсказывали. Достаточно стройной колонной эльфы пробирались. к твердыне, когда, вдруг, один из стариков, оглянувшись назад, замер, ошарашенно глядя за спину Таэлю.

Обернувшись, эльф понял и разделил ужас, написанный на лицах тех, кто уже смотрел в том направлении. По белоснежной эбеновой стене расползалась жуткая черная паутина, занимая все больше места. Он не верил своим глазам, что за магия способна влиять на древнюю, белоснежную стену их поселения?

Он стряхнул с себя оцепенение и скомандовал остальным, так и стоявшим с лицами, полными ужаса

- Поторопитесь!Все в Твердыню!

Эльфы зашевелились, словно нехотя, один за другим, с трудом отрывались взгляды от оскверненной стены, незыблемого, непреодолимого до сих пор символа защиты эльфов от опасностей внешнего мира. И вот сейчас эта защита трещала по швам, разрываемая тьмой.

Таэль прилагая усилия, но увел собранных эльфов к твердыне. Он стоял последним и следил, что бы не возникало паники. Все по очереди проходили внутрь. Остальные группы, собранные со всего поселения уже подошли. Охраняющие его эльфы встали рядом с ним и молча наблюдали, как распространяется тьма по стене. Все маги и воины сейчас находятся с его отцом, а толпа до ужаса напуганных эльфов, что толкается за спиной, не сможет дать отпор даже одному отряду людей, тогда как против них идет орда нежити

От стены сейчас их отделяло расстояние метров в восемьсот, но даже так, чуткие эльфийские уши уловили звук, который он так боялся услышать. Толпа за спиной замерла и молча, в ужасе уставилась на стену, которая явно начала трещать и скрежетать, как высохшая древесина.

- Быстрее! Заходите внутрь! Поторопитесь! Не толкайте друг друга! Помогите тем, кто рядом! Ты, пропусти других. Ты, помоги тем, кто отстал... - Юный эльф раздавал команды резко и уверенно, словно прошел не один десяток боев.

Последние эльфы уже заходили внутрь, когда оттуда послышался полный горечи и отчаяния вопль. Таэль рванул внутрь, безошибочно определил, откуда идет звук и, продираясь сквозь толпу направился туда.

Две эльфийки, сидящие прямо на полу, наперебой причитали и рыдали, обняв друг друга, время от времени разрывали объятья и пытались вырваться наружу, но их удерживали три старика, стоящие рядом. Несколько минут потребовалось , чтобы добиться понятного ответа. Постоянно всхлипывая и рыдая они поведали, что их дети дружат с пеленок и незадолго до нападения они отправились поиграть вместе. Обе думали, что найдут их тут, где собрались все эльфы, но, видимо, дети не слышали тревоги и сейчас находятся где-то у стены в той стороне, откуда атакуют неживые.

Поняв, в каком направлении должны находиться дети, сын верховного друида выскочил из твердыни, растолкав всех, кто еще заходил внутрь, и помчался прямиком туда. Следом из твердыни выбежали двое охранников. Десяток, еще стоящих у входа эльфов, двое охранников и сам Таэль замерли, как вкопанные, глядя на стену. Там, где было самое черное пятно, стена начала вздуваться, увеличиваться в размерах, с оглушительным треском и грохотом разлетелась на щепки, оставив зияющий провал, в который тут же хлынул поток нежити.

Таэль обернулся и приказал всем зайти внутрь, а сам рванулся к стене, забирая немного правее от пролома. Он бежал так быстро, как только мог. Грива белых волос развевалась сзади. Клинки в его руках, казалось рвались в бой. За ним, не отставая ни на шаг мчались два охранника. Статные эльфы были облачены в стандартную эльфийскую кольчугу зеленого цвета, всюду гравированную эбеновыми листами. В одной руке у каждого был большой щит в форме того же листа, а другая сжимала полуторный изогнутый эльфийский меч.

Первые стрелы засвистели мимо них. Стрелки-скелеты не отличались особенной меткостью. Конечно, вблизи все уже не будет так просто. Нужно было торопиться. Таэль резко свернул вправо и побежал вдоль улицы, петляя между древо-домами, не переставая постепенно сворачивать направо. По его прикидкам, где-то там и должны быть дети, которых он ищет.

Эльфы разделились и быстро бежали разными тропами, постоянно выкрикивая имена потерявшихся, в надежде, что те услышат быстрее, чем столкнутся со скелетами. Шум приближающейся нечисти становился все громче и был особенно жутким оттого, что скелеты наступали, соблюдая полную тишину. Никаких улюлюканий, никакого боевого клича или песни, вообще ничего, только звон стали и топот шагов.

Наконец, впереди, немного левее, послышался громкий девичий крик, полный ужаса и отчаяния. Все трое рванулись туда. Почти одновременно трое воинов ворвались на поляну, в нескольких шагах друг от друга. Диаметр поляны был всего шагов тридцать. Дальняя треть ее уже была заполонена надвигающимися скелетами. Перед скелетами стоял юный эльф, лет двенадцати, видимо Шиандаль, и широкими кругами размахивал перед собой дубиной, роль которой выполняла толстая ветка, поднятая с земли. Он стараясь держать скелетов на расстоянии, а за его спиной, в их сторону бежала перепуганная Торнуиль.

Таэль, хоть и не имел опыта боевых вылазок, но всегда отличался умением быстро сориентироваться в незнакомой ситуации и принять верное решение, а его безграничная уверенность всегда заставляла безоговорочно принимать его слова за чистую монету, будто он точно знает единственно верное решение. Вот и сейчас он, с присущим только ему спокойствием, без лишних колебаний, скомандовал

- Щиты!

Эльфы-мечники мгновенно поняли, что нужно. Они в несколько резких скачков оказались по обе стороны от мальчишки и сомкнув перед ним щиты, приняли удары мечей и топоров скелетов. Таэль так же молниеносно подскочил, сгреб бенягу в охапку, развернул к себе и горячо прошептал ему глядя прямо в глаза

- Все хорошо. Ты молодец, отлично отбивался. Мы отведем вас к родным, в безопасное место. - Мальчик ошалело озирался вокруг.

- Где Торнуиль?

- Ты защитил ее, теперь я защищу вас. - С этими словами эльф развернулся и увидел, что юная эльфийка в панике продолжает с криком бежать прочь

- Скорее, надо догнать ее и отвести обоих в твердыню, пока нас не отрезали!

Все это время, принимая град ударов на щиты, воины пятились, не давая скелетам себя окружить. Они всеми развернулись и помчались вслед за девочкой, выкрикивая ее имя.

Только к третьей поляне ее удалось нагнать. Таэль аккуратно сбил ее с ног, развернув к себе лицом, накрыл своим телом, после чего она еще несколько мгновений пыталась отбиваться и брыкаться, так и не понимая, что происходит, пока ее не окликнул Шиандаль. Она ошарашенно осмотрелась огромными от страха глазами, вырвалась из хватки незнакомца и бросилась в его объятья. Так они и стояли, успокаивая друг друга, пока сын верховного друида с двумя воинами обсуждали ситуацию. Чуткое эльфийское ухо не подводило и он почти точно понимал где и сколько нежити сейчас находится.

- Они почти повсюду! Позади нас армада, весь правый фланг кишит трупами, слева тоже нет выхода. У нас только один путь. Если нас успеют отсечь, нам не выбраться. - Оба воина просто молча кивали. Оба слышали и понимали все то же самое и Таэль говорил скорее для себя, чтобы утвердиться в своих выводах и перевести дух перед решающим рывком

- Живо вставайте! Надо торопиться, успеете еще наобниматься, вся жизнь впереди! - Он рывком поставил обоих на ноги и подтолкнул в нужном направлении...

Они опоздали. Они бежали на пределе сил и скорости, сняли несколько черепов, появлявшимся справа скелетам, разбили двоих щитами, даже не притормозив. Несколько раз проскочили прямо через древо-дом. Первый раз через две двери, а второй, выскочив через окно напротив входа. Но все же они опоздали.

Выбежав на очередную поляну, опоясанную тремя домами, они обнаружили, что строй скелетов замыкается прямо перед ними.

- Прорыв! - Не мешкая прорычал Таэль

И они пошли в атаку. Отточившие до блеска свое мастерство эльфы-мечники работали слаженно, как один организм. Используя инерцию бега, сбили с ног первых четырех скелетов выставленными щитами, затем оба, как по команде, рубанули наотмаш мечем, затем оба, будто копируя один другого, рубанули мечами в обратном направлении, затем вывернули клинки и полоснули снизу-вверх в другую сторону. Они врубались в строй скелетов, разделяя его на две стороны. Таэль шел следом и прикрывал юных эльфов. Он с легкостью отбивал удары скелетов, несколько раз попробовал атаковать, но быстро понял, что его короткие эльфийские клинки совершенно не пригодны к бою против скелетов. Он выбивал из них кости, вгонял лезвия глубоко в черепа, но ощутимого урона не приносил. Как только строй был разорван, Он понял, что это лучший шанс и другого может не быть, Таэль вытолкнул обоих эльфов в просвет между воинами и приказал максимально сурово.

- Бегите!

И они побежали, а старшие эльфы остались прикрывать, торопливо отступая следом. До твердыни оставалось сотни две шагов, когда он понял, что кольцо снова смыкается чуть впереди, но проблема оказалась совсем в другом. Чуткий эльфийский слух выхватил среди какофонии звуков именно тот, который сейчас был опаснее всего. Он слышал шелест пущенных стрел. Примерно пол дюжины выстрелов. Краем глаза он уловил летящую слева смерть.

- Ложись! На землю! - прокричал он.

Казалось, мир вокруг почти замер. Он побежал так быстро, как не бегал никогда в жизни. Он видел, как медленно приближаются пять черных стрел. Лучники были слишком близко, чтобы все пять прошли мимо. Это было невозможно, но он ускорился еще больше. Однако никак не успевал. Их отделяло пятнадцать шагов и преодолеть это расстояние быстрее летящих стрел, он не мог. Сын верховного друида, не сдаваясь и не останавливаясь ни на миг, лишь бессильно наблюдал, как одна из стрел впивается прямо в затылок Торнуиль, другая разрывает ухо Шиандаля, две втыкаются в землю между ними, а последняя по самое оперение погружается в спину юноши. Оба рухнули на землю, как подкошенные, а вопль бессилия, выплеснутый Таэль'авиром, казалось, заставил замешкаться даже нежить вокруг.

Ярость затмила его разум, эльф ускорился еще больше, домчался до маленьких тел и встал над ними, словно кошка, охраняющая слепых котят. Вот только котята уже не встанут. Дальше разум Таэля, впервые познавшего горечь потерь в бою, совсем покинул его. А на поле боя осталась бездушная машина для убийства. Когда до него добежали эльфийские мечники, вокруг уже лежало несколько скелетов, разбитых на отдельные косточки. Клинки его были малы, но он наносил удары с такой яростью, что скелеты просто не выдерживали и разваливались.

Мечники встали вокруг двух маленьких тел, спина к спине, не дожидаясь команды обезумевшего командира и методично уничтожали тех, кто подходил на расстояние меча. Неразумная нежить даже и не думала отступать, скелеты просто напирали со всех сторон. Место уничтоженного воина занимал следующий, даже и не обращая внимания, что стоит прямо на костях собрата. Тройка билась долго, но скелеты и не думали заканчиваться, вот плече одного из мечников пронзила черная стрела и его щит безвольно повис на руке. На другого навалилось сразу пятеро скелетов и ржавый топор полоснул его по шее, едва не убив. Раны давали о себе знать. Вот, наконец, первый из воинов не смог парировать сразу три удара с разных сторон и один из них, пройдя прямо над висящим щитом пронзил его в самое сердце. Второй мечник не успел среагировать на то, что его спину больше некому прикрывать слева и получил размашистый удар огромным топором прямо под ребра. Рука со щитом повисла на топоре, который застрял между ребрами и отдавался невыносимой болью. Мечник еще несколько мгновений парировал удары, но топор уже решил его судьбу и второй воин отправился за товарищем.

Ярость медленно отступала и Таэль понимал, что им не пережить этот бой. Его удары становились слабее, учитывая короткие клинки, их уже не всегда хватало чтобы сломать или выбить кости противника. Эльф покосился на соратников и увидел, как один из них падает, а огромный скелет орка с клыками, торчащими из нижней челюсти, вгоняет другому в бок топор. Вновь красная пелена застлала взгляд, смутно осознавая, что делает, он резко поднял с земли полуторный эльфийский клинок, выхватил прямо из слабеющих рук умирающего воина, второй. Разум кричал, что полуторные мечи слишком тяжелы для парного оружия, но ярость в крови заглушила все, наделила его невероятной силой, придала уверенности и ловкости. И он начал торговаться за свою жизнь.

Если бы кто-то из живых сейчас увидел этот танец смерти, он бы не поверил своим глазам. Один единственный эльф в окружении сотен скелетов, несущих топоры, мечи, сабли, секиры, рапиры, луки, арбалеты и всевозможные орудия разных рас и эпох, кружился с двумя полуторными эльфийскими клинками, выписывая невозможные пируэты и отстраненно глядя на все невидящими глазами. Он не замечал десятки царапин, что оставили на нем враги, не увидел, глубокого пореза на правой руке, не обратил внимания на арбалетный болт, вонзившийся прямо в грудь, игнорировал кинжал, что по самую рукоять вошел в спину и не остановился, когда первый меч пронзил его плечо. Второй меч врезался глубоко под лопатку, третий распорол живот и туман ярости рассеялся только когда он уже висел, распятый тремя клинками, а руки бессильно опустились, не в состоянии больше подняться даже пустыми. Все тот же огромный скелет-орк, уже вытащивший свой топор размахнулся и одним мощным движением обезглавил мешок с костями, что в одиночку положил три десятка его воинов...

***

Таэль'авир проснулся, задыхаясь от ночного кошмара. А ведь это был не просто сон. Он был слишком реален. Неужели такая судьба ждет эльфов. Надо это исправить. Он должен сделать все, чтобы изменить будущее.

- Надо как-то спасти ребят, тогда мы сможем прорваться. - Размышлял еще не до конца пришедший в себя эльф. - Но я никак не успеваю до них добежать. В них попадает три стрелы. Как их уничтожить? Хорошо же магам, на все случаи жизни есть заклинания. Вот мне бы магию, что собьет эти стрелы... сбить..., хм, сегодня же меняю свой график тренировок. Весь день посвящу им. Треть займу фехтованием с двумя кривыми клинками, мои короткие бесполезны против скелетов, треть надо посвятить скорости, а треть отрядить на метание кинжалов и коротких клинков. Когда придет время, я буду готов.

***

Харнесесс сидел на своем привычном месте, в главном зале Твердыни. Эрмортресс вошел через парадную дверь и неспеша направился к трону.

- Ты звал меня, верховный?

- Да, Эрморт. Расскажи мне, как успехи с младшим?

- Судя по всплеску энергии, его крепко зацепило. Теперь в день битвы он будет там, где нужно и не придется оберегать его на поле боя. А судя по его виду утром, он намерен изменить будущее во что бы то ни стало. По крайней мере вид у него был крайне целеустремленный.

- Надеюсь ты не перестарался с видением?

- Это лучше, чем не доиграть и потерять его при битве у ворот.

- Согласен, но и сломать его не хочу, нужно быть аккуратным

- Я постарался на славу. Он может и изменит все, но исправить не сможет, я оставил для него пару сюрпризов. Раз он так настроен, значит подготовится к грядущим переменам, а тренировки лишними не бывают, пригодится в его нелегкой судьбе.

Повисла гнетущая, густая тишина, даже дышать, казалось, стало тяжелее. Друид первым разорвал ее.

- Надеюсь мы не допускаем ошибку.

- И я на это надеюсь. Но выбор у нас не велик. С тех пор, как я случайно перехватил видение о предстоящей битве, направленное Лазриэлю, я перепробовал все, что мог, ты же знаешь. Исход каждый раз один. Развеять я его не могу, в нем вплетена божественная сила. Кто из богов решил предупредить нас и почему выбрал именно твоего сына, я не знаю, но сопротивляться ему невозможно. Тот, кто его отправил, вложил запрет на разглашение другим. Вплетенная сила столь велика, что даже мне потребовалось невероятное усилие воли и баснословное количество магии, чтобы просто поделиться с тобой. Для Таэля я вплел свою историю прямо в посланное видение. Он никому не может рассказать, просто будет справляться сам. Они оба не могут никому рассказать о судьбе, только молча попытаются исправить ее

- Пусть у них получится... Я верю в их силы...

- Ну я тоже не сижу сложа руки. У меня уже есть план. Силы Стародуба и Сильвануса нельзя призывать. Договорись с ними, пусть идут за твоим сыном, когда он призовет. Остальное оставь мне.

- Ох и старый же ты пройдоха. Потому и доверяю тебе свою жизнь, хитер, как голодный харек.

***

В первую же ночь Лазриэль отыскал, среди прочих, одно, крайне полезное в путешествии заклинание 'сторожевой периметр'. Оно позволяло магу-одиночке отдыхать по ночам, не беспокоясь за свою жизнь. Он никого не опасался в такой близости от владений лесных эльфов, поэтому сразу же занялся усилением заклинания. За первые две ночные медитации он увеличил расстояние, на которое мог раскинуть периметр, улучшил распознавание периметром чужеродных объектов и усилил его чувствительность. Теперь он мог раскинуть сеть на полсотни шагов вокруг и магия даст ему знать, если кто-то нарушит границу. Дальнейшее развитие помогает увеличить радиус и чувствительность, Самые умудренные в этой магии могут сказать кто находится в периметре, сколько их, каких они рас, какого возраста, роста, где точно в каких позах стоят и в каких направлениях двигаются.

Он пока этого не мог, но пока и не нужно было. Ему было достаточно, что магия предупредит о пересечении границы периметра. Тем более, что он не спит, а медитирует. Время полного возвращения в реальность из нее гораздо меньше, чем ото сна.

В этот день Лазриэль точно понял, что за ним следят. Где-то он ошибся и его все-таки заметили. Маги гораздо тоньше владеют предчувствием и ощущением наблюдения, чем другие. От самой стены его не покидало чувство, что он не один, хотя никаких признаков не было. Не замолкали ни где птицы, не было слышно ни звука, ни разу нигде не мелькнула тень. Это его немного успокоило. В лесу так бесшумно могут передвигаться только лесные эльфы.

***

Два дня Тихая смерть преследовал по лесу Лазриэля. Неопытный путешественник, для его тренированного уха, создавал слишком много шума и это, казалось, слышал весь лес. Его же разведчики передвигались бесшумно, словно тени. К полудню второго дня их настигли Шорох и Быстроногая и пояснили, что это Верховный друид отправил своего сына с каким-то поручением, хотя уверенности в их словах было немного. Тихая смерть решил убить сразу двух зайцев и заговорил своим тихим, но не терпящим возражений голосом

- Я сам переговорю с верховным и разберусь, что тут происходит. Мы возвращаемся. Элиандор, а ты останься и присмотри за ним, пока не покинет лес. Что бы он ни искал, боюсь, что он это найдет. Если будет нужно, помоги ему, до тех пор себя не выдавай. - Лучшая лучница его отряда растаяла в окружающем лесу.

***

Величественный лес окутывал миллионами звуков и запахов. Многие из них были ему совершенно не знакомы. Эльф впервые ночевал вне стен дома дольше одного дня и наслаждался каждым моментом в диком лесу. Свежий утренний воздух наполнял легкие чистотой и прохладой. Звенящая ночная тишина так окутывала разум, что в медитацию он проваливался мгновенно, только подумав об этом.

Постоянно медитируя вместо сна, эльф смог расширить радиус сторожевого периметра до семидесяти шагов и поиграл с молниями, расщепив удар молнии на несколько целей, а также увеличил мощность потока огня. Чувство постоянного наблюдения немного притупилось и отступило на второй план, он просто перестал обращать на это внимание. Каждый день эльф продвигался так далеко, как только мог. В полдень устраивал привал, затем продолжал двигаться до тех пор, пока лес не погружался во тьму. Тогда он выбирал место для ночлега, раскидывал сеть Сторожевого периметра, усаживался посередине и начинал медитировать. А на утро снова отправлялся в путь.

Так продолжалось почти неделю. На седьмой день Лазриэль, как обычно, встал, перекусил эльфийским хлебом и отправился на восток, в столицу людей. К вечеру густой лес стал немного редеть и неожиданно расступился, открыв его взору почти овальную поляну, в сотню шагов в ширину, а вперед она простиралась на все две сотни. Он так и замер. Прямо перед ним в паре десятков шагов стояла ветхая хижина, сплетенная из каких-то прутьев.

Маг перехватил посох разрушения поудобнее, левой рукой, а в правой, так быстро, как только мог, создал шар огня и, подпитывая его, двинулся обходить хижину. Она находилась на небольшом холме, а дальняя часть поляны была в низине. По диагонали всю поляну пересекал довольно быстрый, но мелкий ручеек, шагов пять в ширину и в пару ладоней глубиной. Он не был следопытом, но точно понимал, что означает кострище на земле, сеть, перекрывающая небольшую запруду в ручье и ведро с водой у входа. В домике кто-то жил.

Продолжая усиливать огненный шар в руке, эльф двинулся к двери хижины. Он успел пройти несколько шагов, как та распахнулась и наружу, чуть горбясь и щурясь от света, вышел человек. Он был стар, его лицо избороздили глубокие морщины, седые локоны спадали на плечи, а почти белая, борода опускалась до уровня груди. Он удивленно уставился на стоящего напротив эльфа. Затем его взгляд слегка смягчился, скользнул по чужаку и остановился на огненном шаре в его руке

- Не лучший способ знакомства, тебе не кажется? - Хмыкнул старец

- Возможно, зато эффективный способ защиты. - Парировал эльф, как и человек, говоря на общем диалекте.

- О да, огненный шар отлично защитит от беспомощного старика. - Его скрипучий голос был пронизан нотками ехидства, но отличался удивительным спокойствием и доброжелательностью.

Лазриэль представил, как это выглядит со стороны и тут же сжал кулак, туша свою магию, однако, не забывая возвратить человеку его укол.

- Так ли беспомощен старик, что живет в хижине посреди леса?

- Вот уж верно подмечено. - Ответил человек и расхохотался искренним, открытым смехом, словно обсуждает смешную историю со старым другом, а не разговаривает с незнакомым ему магом. - Ты прав, не так уж я и беззащитен, по крайней мере здесь. Это священное место. А я жрец бога, нахожусь здесь по его личному указанию.

Лазриэля насторожило, что старик не назвал имени бога и он тут же спросил

- О каком именно боге идет речь?

Старик даже слегка замялся, видно было, что он очень давно ни с кем не разговаривал и подобрать слова для него не так просто.

- Бог лишь один, у него нет имени.

Эльф насторожился еще больше. Из тех богов, про которых он слышал, только у одного не было имени и это был тот самый, встречи с кем он искал.

- А у твоего бога есть сын? - задал он наиболее точный вопрос. который должен был развеять, или подтвердить его догадку.

- Да. Именно из-за него я здесь. - Без лишней воды ответил старик. А немного погодя, добавил. - И из-за тебя.

Юный маг растерянно вглядывался в испещренное морщинами лицо, стараясь разглядеть в нем усмешку, а собеседник продолжал удивлять его.

- Я здесь уже несколько месяцев, жду тебя, сын верховного друида.

Лазриэль окончательно потерял смысл происходящего. Мысли роились в его голове, словно улей разъяренных пчел. Кто этот старик? Откуда он столько знает? Зачем ждет его здесь? Как он вообще узнал, что ждать надо именно здесь, а не в любом другом месте бескрайнего леса? А старик продолжил, не обращая внимания на изумление, написанное на его лице.

- Я жду тебя по указанию самого Харастиса. Это он послал тебе видение. Это он заставил тебя отправиться в путь, чтобы изменить судьбу эльфов. Это сын бога наделил меня знаниями о том, где тебя ждать и какова наша цель. Я верю, что он поможет нам пройти этот сложный путь.

- Нам?! Да я тебя вижу впервые, старик! Ты прикрываешься именем едва ли не худшего существа из всех, о ком я только слышал, заявляешь, что ждешь тут именно меня, а я ушел из родного дома только из-за вас, а потом предлагаешь идти вместе с тобой? - С каждым словом Лазриэль все больше распалялся.

Он искренне негодовал такой бестактности со стороны человека и совершенно не представлял, как в такое можно поверить. Но жрец ни чуть не был задет его жаркой тирадой, он лишь покачал головой и ответил.

- Нет. Я не предлагаю. Ты ищешь просвещение, а я послан сюда, дабы привести тебя к нему. Ты хочешь изменить судьбу лесных эльфов, о которой тебе поведал мой господин, я помогу тебе найти путь к новой жизни. Ты, как и многие, считаешь, что Харастис, это ужасное существо, я помогу тебе раскрыть его истинный облик. Вместе нас ждет долгий и увлекательный путь. Но для начала. Нам нужно очень многое обсудить. Заходи в хижину, присаживайся к костру. Чем раньше мы начнем разговор, тем быстрее закончим его.

С этими словами он просто набрал связку поленьев из поленницы у стены, развернулся и зашел обратно в домик. Эльфу ничего не оставалось, кроме как войти вслед за ним.


Глава IV Вера.


Сумрак накрыл бесконечные заросли. Великий лес успокоился и затих. Ночные звери начали выбираться на охоту. Какофония дневных звуков сменилась угрожающей тишиной. Лишь иногда, одинокий ночной охотник, преследуя добычу, выкрикивал свой боевой клич. Неспешные массы прохладного воздуха лениво перемещались между стволами могучих вековых деревьев, да изредка шевелили их кроны. Ночью это место внушало особенное спокойствие, умиротворенность и чувство отстраненности от внешнего мира.

Среди этого дикого, нетронутого леса, где каждый охотник внезапно может стать жертвой, словно частичка другого мира, приткнулся на краю поляны небольшой домик. Огонь от костра ярко горел, рыжим пятном вычерчивая в сумерках оконный проем. В доме сидели двое, эльф- маг и старый жрец. Старик рассказывал о своем далеком прошлом, о тех временах, когда все были добрее, когда люди еще только начинали распространяться по миру, а древние расы господствовали в Эллирионе. Когда могущественные силы начали очередной передел мира, когда один бог пришел к людям, чтобы принести им дар жизни, а другой принес смерть.

***


В домике было достаточно просторно. Небольшой костерок, в огороженном глиной углу, весело потрескивал. На стене висели и сушились всевозможные ягоды, травы, фрукты и корешки. Над огнем, в специальной сетке, коптилось какое-то мясо, роняя в костер шипящие капли жира. У костра стояли два простых стула со спинкой, позади одного из них, массивным дубовым исполином расположился стол.

- Проходи, присаживайся возле моего камина. - Предложил старик, подбрасывая в топку свежие поленья.

Пламя жадно поглощало сухие дрова, а каждое, вновь подброшенное, поднимало сноп искр из раскаленных углей.

- Ты сам построил этот дом? - Спросил эльф, никогда раньше не видевший человеческих построек, что в отличие от домов лесных эльфов, состояли из срубленных деревьев.

- Посмотри на меня. Какой дом? Мне бы еду себе приготовить на ужин и ничего не разбить. Сын бога направил меня сюда и указал путь к этому жилищу. Я лишь слегка укрепил и восстановил его. - Возмутился старец.

- А если бы я не прошел здесь? Ты бы тут и душу богу своему отдал? - Удивился маг.

- Если надо, то и отдал бы. - Буркнул он в ответ. - Я верю своему богу и его сыну. Он указал мне это место, значит оно правильное.

- А все же, если бы я не явился, сколько бы ты ждал меня тут? - Не отставал неугомонный эльф.

- Я прождал здесь почти два месяца и ни разу не усомнился. И ждал бы еще столько, сколько нужно. Если бы что-то изменилось, великий дал бы мне другие указания, а раз их нет, тогда надо продолжать ждать.

- Значит бог привел тебя сюда, чтобы ты дождался меня и отвел к нему?

- Нет, немного не так. Божий сын отправил меня сюда, чтобы я встретил тебя и привел к богу. Показал тебе истинную его сущность, показал тебе его могущество, силу света, что он несет людям, посвятил в его заветы и научил хранить их и соблюдать, открыл перед тобой путь добра и повиновения, что ведет к его чертогам. Моя цель в том, чтобы зажечь в твоей душе веру в бога. Если ты готов слушать правду, что сокрыта временем и летописями лжецов, тогда я расскажу тебе все, что знаю о тех временах.

Лазриэль чувствовал, что барьер, не дававший разговаривать про его видение пропал в тот миг, когда жрец сам упомянул о нем.

- Для начала ответь мне, что за видение терзает меня во снах? Зачем твой хозяин послал его мне? Почему именно мне? Это будущее или только то, что может случиться? И можем ли мы влиять на свою судьбу?

Старик ненадолго задумался, будто решая, что говорить, а что нет. Затем, словно решившись, ответил

- Ты сможешь задать эти вопросы ему сам. Я скажу тебе только одно. Судьба, это не место, что нельзя перенести, судьба, это не время, которого не остановить, судьба, это не воздух, которым невозможно управлять. Твоя судьба, это то, что ждет тебя в жизни. Ты идешь к нему разными путями. Каждым своим действием ты либо приближаешь свою судьбу, либо меняешь ее. Если бы на будущее невозможно было влиять, тогда бог не призвал бы тебя.

- Спасибо за ответ, жрец. Но у меня есть еще вопросы. Зачем я нужен твоему богу? Почему он сам не вмешается, если его так беспокоит судьба эльфов? И почему именно твой бог беспокоится об этом? Почему все остальные молчат? - Продолжал наседать эльф.

Старец, забросив последнее полено в костер, замер, задумчиво вглядываясь в никуда. Затем повернулся и пригвоздил Лазриэля полным горечи утрат и воспоминаниями потерь взглядом.

- Есть лишь один истинный бог. У него сотни лиц и тысячи имен. У него тысячи жрецов и сотни тысяч последователей. Я не знаю, почему таков его выбор. Не знаю, зачем он призвал тебя, но раз он это сделал, значит нужно именно так. Если у тебя больше нет вопросов, которые не терпят, тогда я открою тебе правду, что пытаются вырвать из истории неправедные. Я поведаю тебе о жизни одного человека, который изменил судьбу тысяч.

Началось все восемь веков тому назад. Люди еще только распространялись по континенту. Вся власть и сила была сосредоточена в руках древних рас. Эльфы Правили на поверхности, а гномы в недрах гор. На общем совете, людям выделили земли от северного горного хребта, вдоль реки Индры, до места впадения ее в бескрайнее море. В самом сердце этих земель была заложена столица.

Древние помогали. Эльфы, гномы, дракены, архаросы, ракшасы, джозлинги всех стихий... все светлые расы и народы внесли свой посильный вклад в развитие людей, а человеческая столица, великий Хорндайл, стал, по сути смешанным городом. В нем и сейчас можно встретить своершенно кого угодно. Сегодня у каждой из рас есть своя ниша в этом мире и у каждой есть свои преимущества. Но в те времена мир был совершенно другим. Тогда люди были бродягами, которых приютил добрый хозяин. Эльфы были более цивилизованными, более умелыми в бою и магии. Гномы лучше обрабатывали металлы и драгоценные камни, архаросы, ракшасы и подобные им расы более продвинулись в эволюции. Человечество поглотила черная зависть...

***

Ночь давно уже сомкнула свои объятья над великим лесом, непроницаемая для обычного взгляда темнота, для жителей этих мест была вполне привычна. Одних она скрывала от жертвы, другим помогала укрыться от хищника. Все твари, большие и маленькие, старались так или иначе погрузиться в нее, раствориться в освежающей прохладе темноты. а в избе все еще горел огонь. В избе дряхлый старик рассказывал молодому эльфу древнюю историю о жизни и смерти, о начале и конце, о вере и безысходности, о подлости и надежде.

***


Прошло всего два века с тех пор, как люди поселились в долине Индры, но человеческая жизнь коротка, а две сотни лет, как вечность для них. Большинство уже давно забыло историю зарождения Хорндайла. Скоротечные в своем бытие, люди завидовали древним расам, которые, казалось, живут вечно. Они ополчились и постепенно стали выгонять своих вчерашних соседей. Жгли лавки, хозяева которых были древними, караулили их на улицах, обманывали, унижали, били, убивали, грабили. Так или иначе, город покинуло большинство нелюдей.

Вместе с этим, люди неимоверными темпами осваивали неизведанную ими раньше, магию. Новоявленные волшебники и чародеи были не столь умелы и опытны, как эльфийские, но они не так сильно цеплялись за свою короткую жизнь, как древние, а потому вели себя безрассудно и дико. Магические формулы, на изучение которых, эльф потратил бы несколько лет, чтобы точно знать результат, они просто использовали и иногда это приводило к прорывам в развитии магии, а иногда оборачивалось ужасными катастрофами, как например, мертвый лес.

Тогдашний император, Седриг синебородый, поддерживал волнения народа. Он просил Элдуриона, повелителя эльфов, выдать секрет долголетия, умолял, угрожал, пытался выторговать. Ничего не помогло. Тогда он объявил состязание. Победителю, который раскроет тайну вечной жизни, он сулил золотые горы, почет и славу. Снова ничего не вышло, но он не оставлял попыток, призывая все силы и золото на решение этой проблемы.

Жил тогда один мальчуган. Звали его Харос. Он с детства тяготел к магии. Был магом во всех детских играх, всегда тянулся к ним и старался быть похожим. Едва ему стукнуло двенадцать, он собрал все, что имел и отправился в академию. Он был самым сильным из набора, к концу обучения стал самым сильным выпускником академии. После окончания, он решил посвятить жизнь поиску того самого рецепта долголетия. Он покинул мир людей и ушел в неизведанные земли. Там, среди древних, ему открылись многие тайны. Но не секрет, что он искал.

Харос стал взрослее, мудрее. Три десятка лет он провел в поисках по всему свету. Седриг отправился к праотцам, его место занял Брунгер кровный, которого убили и трон перешел к серому Гедрику. Но юный маг не бросил своих поисков. Он бродил по всему свету. Видел таких существ, о которых нет даже легенд, лично столкнулся с теми, о ком мы знаем только из старых преданий.

Не один раз он спасал живых от смерти. Разбил племя диких орков, защитив целую деревню людей. Победил свирепого великана, позволив племени архаросов жить спокойно. Заключил союз с дикими кентаврами, создав на юге новый альянс между ними и ракшасами. Он появлялся там, где были проблемы и решал их с легкой руки. Многие обязаны ему жизнью. Тысячи изменили свою судьбу после его появления. Кому-то он помог лично. Другие благодарны ему за спасение целого города.

Харос не требовал платы, не ставил никаких условий, он просто приходил и делал все, что в его силах, чтобы спасти жизнь.

Именно благодаря этим заслугам, однажды ему и явился бог. Он видел доброту и отзывчивость юноши, видел, сколько света тот принес в мир. И он решил наградить мага за его старания и настойчивость. Человек получил от бога невероятный дар. Вечную молодость и сияние жизни. Божественный свет, который способен исцелять людей и даже возвращать с того света. так обычный человек стал полубогом. Названным сыном всевышнего.

Харос принял великий дар со слезами на глазах и и нарекся с тех пор Харастисом, как знак начала новой жизни. Жизни, наполненной служением богу и смертным. Он вернулся из своих странствий обновленным, просветленным, одаренным лучами божественного света. В столице юноша безвозмездно помогал всем нуждающимся. В течение двух недель новоявленный жрец исцелял раненых, возвращал тех, кто уже шагнул в пустоту и направляя тех, кто запутался в жизни.

Там я и познакомился с юным Харастисом. Я был стар и болен. Ангел смерти уже следил за каждым моим шагом. А юноша, о котором все говорили...

***

- Постой. Что значит ты познакомился с ним? Ты же сказал, что история началась восемьсот лет назад. А Харастис жил двести лет спустя. Значит просветленным он вернулся примерно лет пятьсот пятьдесят назад. Люди не живут и сотни лет. А ты утверждаешь, что тебе почти шесть веков! - Ошарашенно негодовал эльф, решив, что старик просто запутался в датах.

- Да, именно так я и сказал. И если ты проявишь побольше терпения и уважения к старым людям, тогда я смогу рассказать тебе всю свою историю. Я жрец бога и правая рука Харастиса. Долголетие, достойное древних, стало одним из даров всевышнего. Мне в прошлом году исполнилось шестьсот десять лет. Так вот, я был стар и тяжело болел...

***

Ночь постепенно уступала свои права, несмело наступающему, рассвету. Изба на поляне, посреди великого леса, продолжала отпугивать животных светом, льющимся из окна. Старик выходил за новыми дровами и костер сейчас полыхал с новой силой, отбрасывая, слегка приплясывающие, тени на улицу. За интересной беседой, жрец откупорил бочонок вина, достал по куску готового ароматного мяса из сетки и беседа стала еще приятнее. А юный эльф продолжал слушать древнего старца, со все нарастающим интересом.

***

Харастис по началу просто ходил по улицам и исцелял всех, кого встречал на своем пути. Два дня спустя о нем стали говорить по всему городу. Еще через день, на центральной площади выстроилась огромная толпа тех, кто ждал прикосновения посланника божьего. Сам жрец расположился в обычном деревянном кресле, не отказывая никому, ему уже не надо было ходить, все сами шли к нему. К концу недели в город стали стекаться тысячи смертных со всей округи.

В тот день, я стоял в очереди к нему, со слабой надеждой на исцеление от хвори. На дорогих докторов у меня просто не было денег, а все, что мог, уже перепробовал. Из доступного, оставался лишь один шанс. И этот шанс стоял в нескольких десятках шагов от меня, когда я внезапно почувствовал, что окружающий мир плывет, земля уходит из под ног. Разбить голову о каменную мостовую мне не дала лишь окружающая толпа.

Беспокойный призрак покинул бренную оболочку и воспарил над площадью. Мой дух бессильно наблюдал, как безжизненное тело сползло на камни, как разошлись в стороны стоящие рядом. Над головой заструился яркий свет, а по земле расстелилась непроглядная тьма. Мою душу тянуло в обе стороны. Я боялся пошевелиться, чтобы не нарушить баланс. А на земле было видно, как молча встал со своего кресла первожрец бога, неспешно подошел к моей, уже опустевшей, оболочке. Толпа расступалась перед ним в почтении. Харастис опустился на колено перед распластанным мертвецом и коснулся лба.

В следующий миг, рядом с духом появился образ спасителя. Он молча вглядеться в сгусток энергии, готовой отправиться на другую сторону мира и сказал лишь одно.

- Тебе туда еще рано. Здесь еще слишком много дел. Ты поможешь мне нести свет и добро в этот мир. - С такими словами он поймал призрака за то, что минуту назад еще было рукой и потянул на себя.

Я очнулся и, увидев рядом с собой коленопреклоненного спасителя, понял, что это мне не привиделось, а было на яву. Он действительно только что вернул уходящую душу обратно в тело и спас мне жизнь. Толпа вокруг ликовала. Все видели невозможное чудо. Воскрешение уже умершего, это второй дар всевышнего, что получил Харастис.

Серый Гедрик страшно боялся восстания. И когда люди и нелюди стали толпами собираться вокруг неизвестного мага, он решил, что готовится мятеж. По его приказу, охрана вышла на площадь и многих мирных жителей избили, покалечили и даже забили до смерти.

Первожрец бога в этот день воскресил еще одиннадцать смертных. Все мы, тем же вечером, поклялись ему в безоговорочной преданности, вечном служении и слепой вере. Многие стражники, что видели своими глазами чудо, на следующий день не вышли на службу и поклялись охранять спасителя душ.

После ухода части стражи, император совсем рассвирепел, посчитав это очередным шагом к перевороту, он отдал приказ выгнать за городские стены всех, кто примкнет к новой вере, а предводителя найти и убить.

В эту же ночь, мы, почти силой, вывели Харастиса за пределы досягаемости рук Гедрика. Многие пошли вслед за нами. А чудотворец, смирившись, возглавил исход смертных из столицы. Он вел нас несколько дней, пока бог не указал ему на прекрасную зеленую равнину. Именно там мы основали новое поселение. Отстроили своими силами неприступный замок, чтобы защититься от нападения таких, как правитель столицы. Возвели вокруг него город и окружили высокими каменными стенами. Каждый из последователей добровольно вложил в это все свои силы.

Поток просителей к спасителю не иссякал. Смертные всех рас стекались к нему со всего континента, он не отказывал в помощи никому. Постепенно, приходящие стали приносить с собой дары, в знак уважения. Чем больше проходило времени, тем значительнее становились дары. Каждый хотел, чтобы его жертва спасителю была более ценной, чем у остальных.

Вырученные деньги и припасы шли на развитие растущего города и потребности его жителей. Число последователей все росло. Количество спасенных жизней умножалось. В городе люди не знали, что такое болезни и смерть. Именно это и стало поводом для войны. Нер'зулГураб, возмущенный тем, что Харастис возвращает предназначенные для него души, не стал мириться с ослаблением своей власти.

Через пять лет после основания города, темная армия повелителя смерти войной двинулась на оплот веры. А в это время, император, не перестававший пристально следить за беглецами, набирающими силу, убедил альянс светлых народов, что тьма сгущается и собирается с силами. Он настроил других правителей собраться вместе и сбросить новую фигуру с доски мира, чтобы сохранить власть и земли. Если бы они знали, против кого пойдут войной, если бы видели чудеса, что творил первожрец, они ни за что не отправились бы с Гедриком серым, но правду знал лишь он. Короли объединили силы. Светлые армии выдвинулись к цели.

Переговоры могли расставить все по местам, но ужасное стечение обстоятельств выставило все в наихудшем свете. Нер'зулГураб беспощадным пламенем прошелся по цветущим равнинам. Сама земля стонала под тяжелой поступью его армии. В гневе, он лично возглавлял карательный поход. Все, что создал светоносный, темная армада выжгла дотла и осадила неприступные стены города. А в это время на безжизненные, выжженные равнины вышли объединенные светлые войска. Все, что они увидели, это безжизненные равнины на многие мили от замка, да армию бога смерти, что лагерем расположилась вокруг города.

Именно с тех пор светлые считают, что Харастис, это слуга Нер'зулГураба, ведь именно его войска защищали оплот спасителя душ. На самом же деле и мы и темное воинство были совершенно ошарашены появлением армии света. Еще не зная, что ждет впереди, мы ликовали на стенах. Ибо выстоять без помощи, у нас не было шансов. Теперь же, темный властелин спешно разворачивал часть войск, навстречу новой опасности, а часть ему пришлось оставить для защиты от возможной угрозы из города.

Завидев суету и движение в стане врага, светлый альянс, немедля, прямо с дороги, перешел в наступление. Рыцари, ассасины, стрелки, мечники, латники, разбойники, поборники веры, воины всех мастей и призваний атаковали приспешников тьмы. Разношерстная армия света врубилась в, так и не успевшую до конца перестроится, армию тьмы. Извечное противостояние воспылало с новой силой. Сам темный властелин пошел в атаку. Своим огромным мечом, он наотмашь выбивал рыцарей из седла, разрубая их вместе с лошадью, дробил щиты в щепки, ломал панцири и ребра, отсекал головы и конечности. Бог смерти нес смерть и хаос. Его удар был столь страшен, что пережить его удавалось не многим, а уж блокировать и вовсе никому.

Альянс был гораздо многочисленнее и Армия мрака редела. Но у властелина были свои козыри в рукаве. Боги обладают невероятной силой, а у повелителя смерти, в подчинении сама старуха с косой. По приказу хозяина, она собирала кровавую дань с его противников и возвращала души в тела союзников. Силы альянса неумолимо таяли. Шансы на победу становились все туманнее. Вокруг хозяина смерти распластались горы тел и стонущих раненых. Нанести удар, так никому и не удалось, а стрелы облетали его, словно в страхе.

В тот самый миг, в дверях замка, появился великолепный рыцарь в сияющих золотом доспехах. Он был красив, статен, высок, с гордой прямой осанкой. Уверенность и спокойствие, волнами исходящие от него, заражали окружающих боевым духом. Взобравшись на коня, рыцарь перехватил свой черный посох, с лезвием на конце и красным рубином в навершии и спокойно велел отворить ворота. Защитники города торопливо собирались на вылазку, поспешно вскакивая на запряженных лошадей.

Когда ворота открылись, вслед за золотым всадником выскочили полсотни конных и полторы сотни пеших воинов. Отряд вгрызся в войска тьмы, ломая строй и оттесняя их от стен. Во главе победоносно шествовал, весь в золоте, сын божий, рубя своим страшным посохом всех, кто подбирался слишком близко. Мы пробились сквозь линию неприятеля и разделили кольцо окружения.

Убедившись, что бессмертного повелителя смерти не убить мечом, верховные жрецы светлых сил, в последней надежде, стали объединять энергию, собирая мощное заклинание. Было понятно, что это последний аргумент, способный переломить ход битвы. Харастис спешился. Он стоял посреди битвы, прекрасный и величественный, ослепительно сверкая солнечными лучами на доспехах. Красный плащ развевался на ветру, а голову сжимал серебристый венец. Мы держали вокруг него оборону, не подпуская врагов.

- Нер'зулГураб! - Прокричал первожрец. - Прекрати убивать невинных, повернись и взгляни в лицо своему страху!

- Аххахах - Злобно расхохотался темный властелин, неторопливо поворачиваясь к безрассудному противнику. - У меня нет страхов. Я сам ужас для окружающих! Я стану и твоим кошмаром, СМЕРТНЫЙ! - Закончил разгневанный бог, рванувшись с места. Несколько широких скачков сократили расстояние между ними. Нер'зулГураб вскинул руки с мечом высоко вверх и бросился на врага.

Клинок тьмы, описав дугу, со звонким ударом встретился с древком черного посоха. Замелькали огромный меч тьмы и не менее внушительный, черный посох. Удар, блок, снова удар, финт, уворот, опять блок. Каждый старался перехватить инициативу, сбить соперника с ритма, навязать свой темп. Более эпичной битвы добра со злом, не видел никто из ныне живущих. Бог явно был сильнее полубога, так, что после очередного удара, блокированного древком посоха, левая рука Харастиса безвольно повисла, отсушенная силой удара. Он отступил на несколько шагов назад, чтобы перевести дыхание. Владыка тьмы рывком оказался рядом. Своим мечом отвел в сторону выставленный посох соперника, направив острие в землю, перехватил взглядом его глаза и яростно проговорил.

- Ты ничтожество. Никто не смеет отбирать мои смерти. Слишком много ты о себе возомнил. Что бы ты там не думал, чем бы не одарил тебя твой божок, ты так и останешься смертным. И твоя земная жизнь закончится прямо сейчас! - С этими словами Нер'зулГураб ногой толкнул его в грудь. Едва начавший приходить в себя, Харастис, не смог удержать равновесия и тяжело рухнул спиной на красную, от крови убитых, землю. Повелитель смерти занес над ним свой темный меч и вложил все силы в завершающий удар. Распластавшемуся на земле спасителю оставалось лишь попытаться закрыться от удара посохом. Это и спасло его. Левая рука окончательно отнялась, правая едва не повторила ее участь. Но меч 'Вестник смерти' перерубил посох чуть выше острия, разделив его на две части а сам, лязгнув по рукояти, выскользнул из рук хозяина и вонзился в землю рядом с воинами.

Нер'зулГураб вырвал из ослабевшей руки наконечник посоха и поднял над головой, готовясь пронзить сердце своего противника. Мы все на секунду замерли, узрев, как в центре обороняемого кольца над нашим пастырем нависла сама смерть.

В этот момент, светлые жрецы, наконец, закончили сплетать свои мудреные формулы и рой световых копий помчался в сторону бьющихся исполинов. Первое копье вонзилось в спину бога смерти и вышло из его живота в тот момент, когда он уже наносил удар, отчего он завалился вперед, распарывая грудь божьего сына

- НЕЕЕТ!!! - Вырвалось одновременно из двенадцати глоток, видевших этот миг жрецов. Мы бросили свои бои и презрев опасность, стремглав помчались к поверженному полубогу, а другие воины занимали наши места. Нер'зулГураб, тем временем, развернулся к новой опасности и принял в грудь еще три копья, два вонзились в голову, одно в ногу, одно в руку и снова два в грудь. Копья света запылали яркими солнечными лучами и сожгли пронзенное тело. Объединенная сила восьми верховных жрецов смогла уничтожить аватар бога смерти. Он вернулся на свой план, наверное яростно чертыхаясь.

К этому моменту подоспели силы коалиции, что обходили с тыла. Не разбирая, где свет, а где тьма, объединенные силы выкосили всех, кого смогли зажать в тиски окружения. Мы с жестокими боями прорвались в город, неся на себе бесчувственное тело первожреца. Каждый апостол по очереди вливал в него свою энергию, чтобы поддержать жизнь. Несколько раз приходилось буквально бросать его на землю и отбивать атаки нападающих противников. Бесконечные пятнадцать минут боев спустя, отряд из двух сотен ворвался обратно в город, насчитывая всего два десятка потрепанных и раненых, но живых бойцов.

Ворота запечатали. Объединенные армии, уверенные, что зажали войска бога смерти, осадили город и готовились к штурму. Численное превосходство насчитывало соотношение пятеро к одному. Мы благодарили бога за идею, начать строительство замка, с тоннелей для отступления. Воины веры остались оборонять город и замок до последней капли крови, задерживая неприятеля и давая нам время, унести тело спасителя. Уже к вечеру, выйдя из подземного лабиринта далеко в тылу врага, мы встретили самого всевышнего, что явился нам. Он указал место, куда следует отнести его сына, дал строгий наказ нам всегда находиться при нем. А затем нарек каждого из двенадцати приближенных апостолами, укрепляя частичку могущества в нас и растворился в закатной мгле.

Солнце садилось за горизонт, а на холме, над бездыханным телом Харастиса, стояла дюжина апостолов, склонив головы в скорби и горечи утрат. Все молча наблюдали, как поднимаются клубы дыма в той стороне, где некогда стоял оплот великой религии. Я повернулся, взглянул в полные грусти глаза преданных вере людей.

- Братья мои. - Решил я выплеснуть чувства, что переполняли мою душу. - Сегодня мы получили жестокий, но очень поучительный урок. У нас сильный бог, нас ведет могущественный лидер, что в одиночку бился с хозяином смерти. Но нас было мало. Мы были не готовы к обороне. Теперь нужно начать все с чистого листа. Религия должна быть сильной. Во мне вера сильна, как скала, но мы должны укрепить ее во всех последователях, как нынешних так и будущих. Сегодня нас разбили, но не сломали...

Остальные внимательно слушали, постепенно наполняя души новой надеждой. Апостолы долго обсуждали, стоя на холме, что делать дальше, куда им идти, как распространять истинную веру и подготовить новых верующих к возможным трудностям и каким способом поддерживать спасителя, принесшего себя в жертву ради других.

Далеко за полночь двенадцать человек только закончили разговоры, приняли для себя решения и с горящей в глазах надеждой, а в душе верой, отправились в путь, неся с собой тело, не подающее признаков жизни.

***

День уже давно вступил в свои права. В избе, на поляне, окруженной лесом, огонь давно погас и лишь иногда, последние искры угольков ярко разгорались и навсегда тухли. У остывшего очага молча сидели старик и юный эльф. Старик в глубокой задумчивости устремил взгляд вдаль и вспоминал былые времена, а эльф пытался свыкнуться с тем, что весь мир так легко был ввергнут в пучину собственного невежества. Как могли живые существа так низко пасть, чтобы уничтожать всех без разбора на основании лишь того, что они придерживаются другой веры.

***

Много времени провели они в полной тишине, иногда нарушаемой только щебетом поющих на улице птиц. Первым пришел в себя апостол. Его взгляд снова обрел ясность, он повернулся к собеседнику и медленно, словно уже выдохшись, после продолжительного рассказа, неторопливо завершил свое повествование.

- Мы добрались до указанного богом места. Это оказался пещерный комплекс, состоявший из трех десятков глухих и сообщающихся пещер. Мы расположились в самой дальней, возвели в ней склеп-усыпальницу, поместили туда Харастиса наладили ментальную связь между собой и разошлись по миру, нести людям свет божий.

- А как же первожрец? - Удивился эльф.

- Возле склепа первожреца, вот уже больше пяти веков, неотступно находится хранитель. Сначала это был единственный апостол. Он поддерживал тело спасителя своей живительной энергией и сменялся раз в год. Но после одного трагического случая, мы стали собираться на совет раз в год и обдумывать дальнейшие действия. Тогда полубог стал потреблять больше энергии, жрец ментально позвал на помощь, но пока мы добрались, он был почти при смерти, отдав всю свою силу. Четверо, что успели прибыть, объединили энергии для вызволения его из лап смерти. В тот день мы едва не утратили и тело. А до совета оставалось еще полтора месяца. Стало понятно, что состояние сына божьего ухудшается. После этого хранителей стало двое, а совет сходился каждые пол года.

- А вы не пробовали восстановить его слиянием своих сил? - Поинтересовался маг.

- Нет, это не поможет, я объясню тебе чуть позже, у нас еще будет время.

- То, о чем ты говоришь, дело прошлое. Что сейчас? - Участливо поинтересовался маг.

- Ты верно мыслишь, хоть и молод. На сегодняшний день все настолько плохо, что мы поддерживаем тело уже вшестером. Меньше уже опасно. Времени было немало и были перепробованы все доступные способы. Простые жрецы не в состоянии выдать достаточный поток энергии, они или умирают в муках, или обессиленные падают в первый же день. Усиление хранителей так же не помогает, слишком мал эффект от него.

- А что же бог? Разве он не в силах воскресить своего сына? - Удивился эльф.

- Даже боги не всесильны, мой друг. Если бы все было так просто, то они ходили бы среди нас, карали и превозносили каждого по своему усмотрению. Но они не могут. Существует высшая сила, так называемое вселенское равновесие. Бог способен помогать своим подопечным или мешать противникам, но никак не может вмешиваться напрямую в земные дела. При прямом контакте бога с реальностью, происходит перевес во вселенной и она дает шанс стороне противника отыграться. Чем больше вмешательство, тем сильнее вернется возмездие. Боги постоянно влияют на окружение, но сделать что-то сами они просто не могут, слишком дорога цена. - со вздохом горечи ответил жрец.

- Это многое объясняет, но вопросов у меня никак не меньше. - Слегка улыбнулся маг. - Например, ты сказал, что это Харастис прислал мне видение и призвал меня, но ведь он же в усыпальнице.

- Не волнуйся, ты найдешь свои ответы рано или поздно. Мы были ошарашены, когда, несколько месяцев назад, первожрец внезапно вытянул из стоявших на страже хранителей, всю энергию до капли, потом отправил видение, которое предназначалось тебе и послал еще одно мне, с этим местом. Мы решили, что это знак и ты единственная надежда. Именно тебе предстоит вернуть Спасителю его жизнь. А для начала, нам надо добраться до оплота веры. Утро давно уже наступило, а я еще не завтракал. Пошли, проверим силки, надо подкрепиться. Нам предстоит очень долгий путь.

***

День перевалил за середину. Огонь в избе давно погас и истлели последние угольки. Птицы спокойно пели, сидя на самом коньке ветхой избушки, стоящей среди леса. Им больше никто не мешал. Человек и эльф, что болтали внутри почти сутки, наконец покинули поляну, забрав с собой двух тетеревов, фазана, трех кроликов и семью перепелов. Небольшие потери для безграничного леса, зато оба наконец ушли, оставив первобытные чащи в покое.


Глава V Тропы.


Таэль'авир в очередной раз собирал своих людей и подгонял их, торопясь собрать всех под защитой Ильтрассеса, а времени на это крайне мало. Как только проведет мирных к твердыне, ему надо тут же со всех ног мчаться в самое пекло атаки, чтобы успеть спасти двоих юных эльфов, которые назвались братом и сестрой. Он почти наверняка знал, где их искать прямо сейчас, но отправиться сразу туда не мог. Мешало не какое-то мифическое предчувствие или знаки судьбы, нет. Просто он это уже пробовал.

Оказавшись в видении во второй раз, эльф не мешкая, сразу направился к стене, с трудом отыскал там детей, как мог быстро, вывел их к твердыне и очутился в самой гуще кровавой расправы. Он не успел. В ярости сын верховного друида вырезал десятка два нежити, а потом просто был смят напирающими легионами, его задавили числом.

В третий раз он послал за детьми одного из воинов, отправленных с ним. Вернуться они так и не успели, погибли и юные эльфы и треть мирных жителей, после этой резни, впавший от горечи потерь в кровавую ярость, снова был убит в бою и сам, хотя и дорого продав свою жизнь.

Четвертая попытка началась с безумной, авантюрной, дерзкой, неожиданной, но весьма кратковременной вылазки прямо за стену. Втроем они продержались почти десять минут, но снова были смяты толпой, забрав с собой почти четыре десятка нежити.

В пятый раз юный эльф решил подойти к решению проблемы совершенно с другой стороны. Все поселение было выстроено в форме капли, где верхним, узким концом являются белые врата на севере. А сам он, на начало кошмара, всегда находится в восточной части. Понимая, что не может справиться теми силами, что есть, эльф решил обратиться за помощью к отцу. Сразу развернувшись, направился к твердыне, но там было уже пусто, тогда Таэль ментально прикоснулся к разуму отца. Лесные эльфы связывались телепатическими узами с теми, с кем у них была особая эмоциональная близость.

- Отец, мне нужна твоя помощь! - Воззвал он через разум, эмоциями передавая все отчаяние ситуации.

- Что случилось, сын? - Ответил встревоженный верховный друид.

- Нежить! Они идут с востока! Их здесь несметные полчища! Я не успеваю спасти всех! Помоги мне. - Харнесесс немного помедлил с ответом, а затем сказал.

- Я отправил к тебе отряд, держитесь.

- Спасибо. Я не подведу.- Горячо поблагодарил его отпрыск за поддержку.

Он отправил двоих воинов побыстрее забрать всех на восточной стороне, из под удара нежити. Торопливо вытащил из ближайших домов нескольких эльфов и приказал собрать всех в твердыне, а сам двинулся встречать отряд.

Когда вернулись отправленные на задние, с ошеломленными и ничего не понимающими мирными эльфами, он, раздав указания, кому и что делать, повел отряд на поиски детей. они видели, как ворвалась нежить в поселение, видели, как отсекают их от нужного места, но не собирались сдаваться. Отряд прорвался через линию врага, оставляя за собой лишь широкую просеку, да обломки костей и остатки плоти. Лишь для того, чтобы увидеть, как двоих маленьких эльфов пронзают черные стрелы нежити.

- Неееет!!! - Вырвался истошный крик горечи у истерзанного потерями эльфа.

Ярость снова встала у штурвала его тела. Он кромсал и рубил всех, кто попадался на глаза. Воины, что были рядом, старались прикрыть своего командира, а его боевой пыл разжигал и в их глазах свирепые искорки.

Двадцать три эльфа полегли до последнего, оставив вокруг более трех сотен раздробленных мертвецов.

Младший сын верховного друида снова и снова просыпался от боли и ужаса, умирая в бою десятки раз. Несколько недель спустя, он уже сбился со счета, раз за разом пытаясь спасти всех от гибели. Это был не обычный сон, слишком реальный и надо во чтобы то ни стало, сделать все возможное, для изменения его печального конца.

Днем Таэль, как и пообещал себе, учился метать ножи, обращаться с двумя эльфийскими мечами, упражнялся в скорости и подгонял под себя прочную, но тонкую и эластичную эльфийскую броню. А ночью, он выходил на бой с неизбежностью и пока, проигрывал. Но сдаваться, это удел слабых. Так что очередная попытка проходила следующей же ночью.

Раз за разом, пытаясь изменить концовку реалистичного сна, сын Харнесесса перепробовал все возможные варианты. Он выпрашивал у отца два отряда остроухих воинов, пытался прорваться с боем через полчища врага, силился удержать нежить в проломе стены, пробовал увести всех к воротам, заманивал противника в другую сторону, однажды и вовсе привел всю армию отца, но даже это повлекло за собой лишь атаку основными силами в тыл эльфам и гибели всех.

Каждая из попыток заканчивалась по своему, но во всех, к нему, как и ко всем, кто его окружал, приходила ужасная смерть. Его резали, кололи, рубили, разбивали голову, разрывали на куски. Постоянно, умирая в муках, каждый раз теряя воинов и мирных эльфов, он все же приобретал бесценный опыт. Получал навыки управления отрядом и отдельными воинами, оттачивал мастерство метания и фехтования мечами, развивал интуицию, скорость, реакцию и умение быстро подстроиться под обстоятельства. Но как же это было больно. Каждая рана и каждый смертельный удар отдавались реальной болью до конца следующего дня, когда он снова оказывался на том же месте.

Таэль был убит уже сотнями разных способов. Он больше не страшился никакой смерти и шел на каждую битву, с высоко поднятой головой и холодным разумом. Ярость от потерь также притупилась. Слишком много раз в этих реальных видениях, он терял родных, своих воинов и своих соседей, близких ему и просто мирных эльфов. Каждая такая потеря ожесточала его, делая раз за разом все менее восприимчивым к окружающим смертям.

В очередной раз оказавшись в плену своего кошмара, эльф с удивлением обнаружил, что теперь он уже облачен в подогнанные под себя эльфийские невесомые доспехи. Каждая чешуйка, в форме эбенового листа, подвижно крепилась к двум верхним, что делало доспех невероятно прочным и гибким и в то же время не давало ему шуметь при движении. Наплечники, в форме изогнутых листов белого древа, перчатки тонкой эльфийской ковки, сапоги в том же исполнении и эльфийский плащ. Все это было еще более изящно и искусно выполнено, чем стандартная броня воина и, в отличие от зеленой формы воинов, блистало на солнце серебром, лишь слегка отливая зеленоватым оттенком.

На поясе эльф, уже с удовольствием, нащупал, прямо под привычными ему короткими кривыми клинками, еще пару полуторных изогнутых эльфийских мечей, бою с которыми, он тренировался ежедневно, оттачивая танец с ними до совершенства. Эльф верил, что в эту ночь он сможет повлиять на видение.

Отправив воинов, уже в который раз, собирать жителей в западной части, сам он добрался до восточной окраины и, по уже знакомому маршруту, направился выгонять поселенцев из своих домов, поддерживая порядок и ведя всех к центру поселения. А некоторое время спустя, когда все мирные жители были собраны около твердыни, жестом подозвал своих воинов и старого эльфа из библиария.

- Хранитель знаний, нужно срочно успокоить женщин в твердыне, займитесь этим, скажите, что мы уже отправились спасать их детей.

- Да, Таэль'авир, я все сделаю, можете быть уверены. - Тихим, спокойным, бесцветным голосом ответил тот, с сомнением, однако уже через мгновение, направившись в Ильтрассес на крики безутешных матерей.

Юноша же развернулся к двоим солдатам и полный решимости, негромко проговорил.

- А нас с вами ждет веселая прогулка, полная приключений.

В тот самый момент, когда стена на востоке рухнула, трое эльфов рванули по направлению к разлому, немного забирая вправо. Их командир точно знал куда бежать, словно делал это не в первый раз и воины полностью доверяли ему, несмотря на возраст, всем своим видом и каждым, отточенным, выверенным движением, он источал уверенность, свойственную опытным бойцам.

Добравшиеся до нужной поляны эльфы увидели картину из кошмаров. До дальней кромки деревьев было всего тридцать шагов. Оттуда, на поляну уже врывались орды скелетов, а чуть ближе стоял перепуганный Шиандаль, лицом встречая опасность и яростно кричал, подталкивая свою спутницу.

- Беги, я задержу их! СКОРЕЕ! Убегай, сестра, спасайся, предупреди всех о нападении!!!

Девочка развернулась и спотыкаясь, в ужасе побежала им навстречу. Не добравшись десяти шагов, она запнулась о торчащий из земли корень и с криком тяжело рухнула на землю. Мальчишка нашел в траве тяжелую большую ветку и встал на пути врага, широко расставив ноги. Один из воинов резким движением поднял плачущую девочку и обратился к ней.

- Жди здесь, мы спасем твоего рыцаря. - и ободряюще подмигнул, прежде, чем все трое пущенными стрелами сорвались с мест.

Постоянные упражнения давали о себе знать. Таэль опередил своих воинов на несколько шагов. Почти добежав до смельчака, он оттолкнулся от земли, взвился высоко в воздух, крутясь пролетел над головой ошарашенного мальчугана, извлекая полуторные клинки из ножен и приземлился в свою излюбленную для боя стойку. Корпус низко прижат к земле, одна нога впереди, другая коленом касается травы, а обнаженные мечи отведены далеко назад и касаются лезвиями земли.

По обе стороны от него встали соратники.

- Я их задержу, уведите отсюда обоих - Сурово кивнул он назад.

- Мы не можем оставить... - начал возражать правый мечник, но осекся под холодным, решительным взглядом, лишь медленно, неуверенно склонив голову в согласии.

Прикрывая щитами молодняк, воины отступали к твердыне, с широко распахнутыми глазами, наблюдая, как сражается их командир.

Таэль дождался, когда до него доберется первый из скелетов, несущий топор в руке, после чего начал свой смертоносный танец, с быстротой молнии. Широкий взмах снизу вверх разметал скелета, горизонтальный скользящий удар направо, разбил грудины еще двоим, а рубящий с левой руки, сверху вниз заставил очередного скелета рассыпаться. Перекрещенные клинки были резко разведены в стороны, снося очередному противнику голову. Тренировки не прошли даром. Длинные мечи против нежити куда как эффективнее его старых коротких клинков. Теперь можно было рубить кости, сносить головы. Размера этих мечей хватало, чтобы при сильном ударе просто разбивать скелета.

Эльф выждал достаточно времени , чтобы остальные могли отойти. А под его ногами за эти несколько минут образовалась мешанина из костей, гниющей плоти, старого оружия и ржавых доспехов. Он без устали рубил подбирающихся скелетов, а те и не думали заканчиваться.

Убедился, обернувшись, что союзники скрылись из виду и сделав напоследок несколько сокрушающих ударов, резко крутанув корпусом, побежал в ту сторону. Расчет был верен и четверо беглецов были настигнуты как раз к злополучной поляне. Их снова отрезали от спасения сомкнувшиеся ряды противников, но на этот раз, сын верховного друида, приказав не спускать глаз с детей, сам рванулся в бой.

Сталь клинков сверкала на солнце, каждый взмах убирал одного или двух противников. Боевой танец эльфа с полуторными мечами завораживал. Маленькие эльфы даже замешкались, глядя на отлетающие части нежити и скелеты, осыпающиеся грудой костей. Как только он сделал первые несколько шагов через ряды противника. Опытные бойцы, подтолкнув детей вслед за ним, прикрывая их щитами с обеих сторон, шагнули в появившийся широкий просвет, оставленный смертоносным танцем лидера.

Прорвавшиеся через линию нежити, эльфы выскочили с другой стороны и помчались в направлении твердыни. Дети вырвались вперед, а остальные прикрывали их отход, отбивая атаки мертвых воинов.

Услышавший до боли знакомый звук спущенной тетивы, а затем еще и еще... Таэль на мгновение замер. Чуткие эльфийские уши подсказали, что черные смертоносные снаряды уже в полете. Он резко остановился прямо посреди боя, закинув оба клинка в ножны. Мечники встали рядом, как вкопанные, готовясь принять на себя удар наступающей армады.

Мир остановился. Снова, как и каждый раз прежде, все вокруг словно замерло в ожидании надвигающейся смерти. Само пространство стало густым, почти осязаемым, лишь стрелы продолжали неугомонно нестись к цели. Все внимание эльфа сосредоточилось на наконечниках, вычисляя траектории их полета. Судорожно вспоминая, уже в который раз, какие из них отнимают жизнь, сын верховного друида, представив себе, что это лишь очередная тренировка на полигоне, выдохнул и выверенными, отточенными движениями, молниеносно выхватил с пояса оба коротких клинка и почти одновременно метнул их, каждый в свою цель.

Сердце его пропустило несколько ударов, прежде, чем кинжалы достигли конечной точки своего полета, а потом забилось с удвоенной скоростью, когда два черных древка, обломками упали на землю. Наконец порочный круг разорван и они смогут добраться до Ильтрассеса. Избежавшие смерти эльфы немного оторвались от своего спасителя, когда тот заметил новую угрозу. Он рванулся в их сторону, крича предупреждения, но услышали его слишком поздно.

Из ближайших зарослей, наперерез детям бежал новый отряд нежити, во главе которого размахивал топором огромный орк. Воины бежали изо всех сил, стараясь успеть, но не смогли. Торнуиль, как могла, старалась уклониться в сторону, но споткнувшись, была подхвачена скелетами, а Шиандаль попытался добраться до нее, с кулаками бросившись на орка. Двусторонний топор просвистел прямо над его головой, потом юноше чудом удалось увернуться и от второго удара, но третий взмах топора снова оборвал столь хрупкую жизнь. В это время волна противников захлестнула подбегающих воинов, а тварь неспешно подошла к эльфийке и скалясь, одним ударом снесла ей голову с плеч.

Таэль больше не чувствовал ярости, он просто хладнокровно сражался, резал, рубил, кромсал и уворачивался, он просчитывал каждое свое движение, а рефлексы помогали уклоняться и блокировать удары. Прежде, чем его снова накрыло нестерпимой болью, эльф, вместе с двумя мечниками успел застелить все в радиусе десяти шагов костями и останками. А потом яркая вспышка боли и он снова в своей постели, снова в безопасности... пока.

***

Лазриэль со стариком осмотрели все расставленные силки, забрали дичь, что в них попалась и сняли пустые, чтобы не морить зря зверье. Перекусили наспех приготовленным мясом и отправились в путь. По дороге Андориус рассказывал истории и отвечал на вопросы эльфа. А вопросов оказалось немало. Получилось так, что за прошедшие века, апостолы полностью восстановили доверие и поклонение живых своему богу. Храмы находятся сейчас почти в каждом городе, а люди продолжают основывать их в своих поселениях и вера непрерывно разрастается. Религиозные места силы становятся все более величественными, их блеск и великолепие ослепляют еретиков и притягивают новых последователей.

Старец поведал также и основы религии. Бог оставил им заветы, которые должны быть соблюдены для подготовки духа к воскрешению, а кроме того, завещал собирать тела умерших на могильниках и души тех, кто истинно служил ему при жизни, забирает к себе в чертоги, где они пополняют ряды солдат веры, чтобы в час великой тьмы, поднять могучее войско и победить. Каждый грешник после смерти попадает к Нэр'зулГурабу, а каждый праведник отправляется в божье воинство, ожидать своего часа.

Были и темные пятна на покрывале светлой веры. Он рассказал историю о том, как однажды, группа верховных жрецов заявила, что апостолы неверно трактуют заветы, а бог требует огнем и мечом искоренять грехи и преступления, воздавать всем по заслугам и создавать спокойную жизнь праведным людям. Так вся светоносная верхушка раскололась на две части. Одни продолжили верой и правдой служить богу, отдавая всего себя. А отделившиеся основали новый орден, по своему интерпретируя волю всевышнего.

Начались инквизиции, охота на ведьм, гонения демонопоклонников, почти полномасштабная война с культом смерти, почитающим Нер'зулГураба. Фанатики зашли очень далеко, а договориться с ними не получалось, из-за разницы во взглядах на божественные цели.

Так и повелось, что богу поклоняются два соперничающих, но не противоборствующих культа с совершенно разными представлениями о вере.

Каждый день проходил в пути по лесной чаще, ночью старец укладывался спать, а эльф набрасывал охранный периметр и погружался в медитацию, продолжая развивать и усиливать свои заклинания, а также изучая новые. За интересными разговорами время шло незаметно. Лазриэль все глубже погружался в истоки религии, все больше склоняясь к правдивости слов апостола и все сильнее убеждаясь, что именно эта вера и этот бог помогут ему изменить судьбу лесного народа. Загадкой до сих пор оставалось только одно. Почему именно старший сын верховного друида был избран на роль орудия? Почему не сам Харнесесс? Почему не Таэль'авир? Или может сам Эрмортресс? На этот вопрос ответа у него пока не было.

Неделя прошла совершенно спокойно, ни разу их никто не побеспокоил. Неожиданно быстро, среди деревьев забрезжили просветы, подсказывая о близости края великого леса. А уже на следующий день, деревья резко расступились и они вышли на огромную холмистую местность, очерченную вдалеке величественными горами.

Здесь их ждали, к удивлению эльфа, около небольших походных домиков, двое стариков, таких же, как и сопровождавший его, только длинная белая борода одного из них была аккуратно подстрижена ровным прямоугольником, а другого, острым треугольником, а мощные, совсем не по- стариковски, тела были облачены в просторные белые мантии немного покороче.

- Приветствуем тебя, брат Андориус. - Проговорил коротко стриженный

- Как же я рад вас видеть, Ионис, Птархиус. - Радостно, тепло обнял каждого из них старец - Знакомьтесь, это наш спаситель и наше будущее, эльфийский принц, маг Лазриель. Его призвал к нам в помощь сам бог, для освобождения спасителя. А вы-то что здесь делаете?

- Нас сюда отправил всеотец, чтобы встретить вас. - Ответил коротковолосый.

- И проводить до самой гробницы. - Вторил ему апостол с острой бородой.

- Вы что думаете, я настолько стар, что забыл туда дорогу? - Засмеялся спутник эльфа, а вслед за ним чисто и искренне расхохотались и остальные.

- Не одному тебе были даны поручения. Твоя миссия самая важная, но остальные тебя страхуют и поддерживают. - Возразил жрец с квадратной бородой.

- Хорошо, в нашем возрасте поддержка крайне важна. - Вновь улыбнулся старик. - Давно вы здесь ждете нас?

- Мы уже успели обжиться, как видишь. - Очень веселые старики, подумал эльф, глядя на дружеские подтрунивания между беловолосыми людьми.

- Ну ничего, можете сворачивать лагерь и потихоньку отвыкать от суровой походной жизни. Направляемся прямиком к спасителю, избранного надо как можно скорее с ним познакомить. - Оглянулся старец на неловко мнущегося, среди старых знакомых, юношу. И продолжил, подмигнув ему - Тебе наверно то же не терпиться исправить свое будущее?

- На кону стоит судьба всех лесных эльфов. А как ее изменить, знает лишь ваш бог. Я иду к нему за ответами и чем быстрее их получу, тем быстрее пойму, как спасти свой народ. - Взволнованно ответил лесной принц.

- Не волнуйся, все получится, иначе бог не призвал бы тебя. - Заверил его длинноволосый.

- А мы поможем тебе добраться до места и защитим в дороге. - Добавил стриженный.

Внезапно, из-за ближайшего холма, находящегося буквально в двадцати шагах от группы, послышался лязг оружия и все четверо замерли в безмолвном напряжении, оглядывая кромку холма.

Секунды шли, затем минуты, все ждали, не решаясь пошевелиться и даже задерживая дыхание, дабы не навлечь беду, словно пытаясь спрятаться от невидимого противника.

Наконец, резкий вскрик удивления и возмущения разорвал нависшую тишину. Все взоры обратились к нему. Ионис отпрыгнул, глядя под ноги, а на месте, где он только что стоял, прямо из тропинки торчала костлявая рука. Весь холм вокруг мгновенно пришел в движение. Отовсюду из-под земли вырывались руки и черепа скелетов, стараясь дотянуться до живых своими костлявыми пальцами и схватить их за ноги.

- Черт, Нер'зулГураб как-то узнал про нас. Бежим!!! - Вскричал длинноволосый старец.

И они помчались, не теряя времени, в сторону леса, где деревья дадут хоть какое-то прикрытие от превосходящих сил противника. Под ногами вокруг, продолжали высовываться конечности и тела, вздыбленная почва мешала проходу и уходила из под ног.

Старики бежали достаточно шустро для своего возраста, а когда, пробегая мимо походных домиков, они подхватили, один массивную булаву, а второй, двуручный меч, эльф понял в чем причина их внешнего вида. С ними были боевые монахи, а точнее апостолы. Треугольная борода возможно символизировала холодное оружие, а прямоугольная намекала на тупое.

Воины прямо на бегу напевали какие-то древние песнопения, напитывая оружие светящейся энергией. Не добежав метров десять до края леса, Лазриэль, повинуясь внезапному инстинкту, резко остановился, развернулся и начал собирать энергию, читая сложный речетатив одного из недавно выученных заклинаний. При этом посох, сжимаемый в руках стал проводником силы. Закончив подготовку, маг резко ударил концом, вибрирующего от накопленной силы, посоха в землю перед собой.

От эпицентра, в сторону наступающей нежити, широким, расширяющимся полукругом, покатился нарастающий огненный вал, сжигая дотла кости и остатки плоти на мертвецах. Это дало ему почти десяток метров пустого пространства и пару мгновений для маневра. Дальше все завертелось с невероятной скоростью. Самое мощное в арсенале мага пламени, заклинание, по счастью оказалось и весьма эффективным против нежити. Огненные шары летели навстречу приближающейся толпе врагов и взрываясь, оставляли в их рядах широкие бреши, уничтожая разом нескольких тварей.

После третьего взрыва, нежить внезапно поумнела, рассыпавшись широким строем. Шар огня, огненная стена, струи огня, пламя дракона, эльф чередовал различные заклинания в зависимости от того, сколько времени у него было на сотворение. А в голову закралась паническая мысль о том, почему апостолы до сих пор не предприняли ничего? Хотя за спиной было слышно, как они что-то монотонно бубнят, вероятно, молясь за победу, легче от этого не становилось.

Именно в это время, мимо стройной фигурки, колдующей всевозможные, жгущие противников заклинания, пронесся седовласый богатырь. Ионис размахивал внушительного вида булавой, разбивая скелетов в дребезги, а зомби отправляя в полет на десяток метров. Лазриэль переместил свою магическую мощь немного левее, сдерживая напор врагов оттуда, а рядом с братом встал на защиту Птархиус, рассекая своим огромным двуручником, тщедушные тельца.

Мощные, высокие, широкоплечие седовласые старцы стеной стояли на правом фланге. Размашистые, могучие удары сносили даже тех скелетов, что пытались блокировать удар оружием и щитами. Горящие божественным светом булава и меч сеяли хаос в ряды противников. Осколки костей и черепов разлетались в разные стороны, осыпая обе стороны стычки.

Весь левый фланг погрузился в огненный шторм. Разнообразные заклинания огня сжигали нежить дотла, разбрасывали их взрывами, но не могли остановить бегущих следом. Эльф и старцы, сражаясь, постепенно отступали к лесу, прижимаясь тылом к полосе деревьев. Андориус вспышками лучей яркого света, наконец стал резать скелетов по одному. А остроухий принц, продолжая пятиться, благодарил судьбу за то, что подтолкнула его научиться колдовать на ходу. Иначе их уже давно смяли бы.

Когда за спиной оказалась спасительная лесная чаща, обороняющиеся, почувствовав защиту хотя бы с одной стороны, стали сражаться с удвоенной силой и яростью. Воины держались прочно, не подпуская никого к себе ближе, чем на расстояние размашистого удара, а вот магам пришлось нелегко, скелеты слишком сильно напирали числом и времени на заклинания просто не хватало. Они были уже на несколько шагов ближе бьющихся стариков. Маги увеличили напор, черпая ману в полуторном размере. Нежить, казалось, отступила, а затем резко рванула в атаку, будто по команде невидимого кукловода.

Задыхаясь от напряжения, на пределе возможностей, Лазриэль бросал огненные шары один за другим, но получалось уничтожать врагов, все ближе к себе. Наступил момент, когда он не успел. Очередной воин с мечом рывком добрался до него, сбил с ног и замахнулся для удара, когда, вдруг, его череп пробила стрела, с такой силой пущенная из чащи, что начисто снесла голову, а бесконтрольное тело, сделав пару неверных шагов назад, свалилось на землю. Единственное, что бросилось в глаза, так это стрела. Она была явно эльфийская, но раздумывать об этом было не время. Чудом сохранив концентрацию после такого, уже падающий принц, успел метнуть готовый шар огня, выигрывая себе несколько мгновений.

Маг уже совсем забыл про слежку вначале пути, но сейчас был несказанно рад неведомому спасителю. Он успел сплести новое заклинание и струи огня, вырвавшись из его рук, рванулись жадно пожирать старые кости противников. А вокруг то и дело проносились бьющие без промаха зачарованные стрелы. Они то взрывались, разнося сразу нескольких неживых, то оплетали их прочными, смертоносными побегами, обездвиживая, сминая и мешая другим продвигаться, то пробивали черепа нескольких трупов сразу.

Дело пошло гораздо проще, Старики уже явно подустали. Удары освященных орудий стали реже и медленнее, но и поток врагов уменьшался. Световые лучи перестали резать нежить, а старец забормотал молитвы. Эльф продолжал заливать свой фланг постоянным огнем, испепеляя кости и черепа, а камни сплавляя в единую породу.

Еще некоторое время спустя, продолжающий бормотать молитвы, апостол, степенно прошествовал мимо него, держа на вытянутых руках шар, сияющий слепящим светом. Он брел прямо в толпу оставшихся противников. И все вокруг замерли, глядя на этот свет. Дойдя до самого центра , завороженно глядящих на него трупов, седовласый старец остановился, замер, затем воздел руки к небу, пробормотал несколько обращенных к богу слов и резко развел ладони в стороны, выпуская свет на волю. Яркая вспышка, словно беззвучный взрыв разлетелась в разные стороны, пронзая нежить лучами.Скелеты, которых они коснулись, просто осыпались на землю грудой костей.

На холме сразу стало тихо. Только тяжело дышавшие старцы и изможденный эльф, да груды ломаных костей и битых черепов под ногами, напоминали о завершившемся сражении.

- Можно было и раньше так сделать. - Возмутился маг - Меня чуть не убили в этом сражении! А ты мог победить их одним обращением к богу!

Из леса медленно, осторожно, бесшумно ступая среди осколков, вышла прекрасная лучница, приблизилась к Лазриэлю и склонившись в коротком поклоне, участливо поинтересовалась

- Принц. Все в порядке?

- Элиандор? - Узнал он спасительницу - Что ты здесь делаешь?

- Тихая смерть приказал мне следовать за тобой до границы леса и оказать помощь, в случае необходимости. Кажется это был именно такой случай? - Ехидно заметила она. - Еще раз спрошу, все в порядке? - снова повторила эльфийка свой вопрос, уже с нажимом.

- Ну мы ведь живы... Остальное не так уж важно. - В это время к ним приблизились старики, горячо обсуждая отбитое нападение.

- Вы понимаете, что теперь надо спешить? - Доказывал Андориус. - Раз повелитель смерти знает про нас, значит нам не скрыться, он снова и снова будет пытаться убить всех, пока не добьется этого. Времени и так было не много, а теперь его и вовсе нет. Надо торопиться, нужно сейчас же отправляться в усыпальницу, чтобы спасти светоносного, а дальше надеяться на его помощь. - Подытожил он свой монолог.

Воины с ним согласились, но, казалось, не были особенно взволнованы, словно безоговорочно верили в свои силы и готовы были доказать это следующей волне монстров прямо здесь.

- Лазриэль, надо скорее уходить. Мы должны как можно быстрее добраться до Харастиса, только там мы будем вне досягаемости для властелина смерти, а до тех пор, боюсь, нам предстоит пережить еще не одну атаку нежити. - Обеспокоенно озирался вокруг старец.

- Если вы собираетесь в трудную дорогу, тогда я иду с вами. Сын верховного друида лесных эльфов должен быть под защитой, а с вами этого видимо ждать не приходится. Я обеспечу ему охрану и безопасность в пути до вашего полубога. - Вклинилась в разговор лучница.

- Я и сам о себе смогу позаботиться. - Возразил маг - А твоя главная задача сейчас, это передать в твердыню информацию о нападении нежити у самой кромки великого леса. Я же отправлюсь с апостолами на восток, чтобы исполнить предназначение и изменить судьбу лесных эльфов.

- Это конечно благородная миссия и я бы не сомневалась, что вот эти немолодые люди смогут послужить отличными телохранителями, но, к сожалению, я только что стала свидетелем того, как скелет чуть не снес тебе голову, а бравые молодцы в это время самозабвенно делали костяную пыль. - Парировала эльфийка. - А по поводу нападения, так первый разведчик уже в курсе. Ментальная связь с трудом, но работает и на таком расстоянии, лес помогает. Я передала ему все, как только закончился бой. Так что без обсуждения, я иду с вами. - Встала в позу разведчица.

Пристыженные старцы попытались было возразить, но быстро пошли на попятную, под жестким, целеустремленным взглядом зеленых глаз.

- Ладно, видимо выбора действительно у нас нет. Да, к тому же, если мы так и дальше будем подвергаться внезапным атакам, лишний воин нам точно не помешает, а уж эльфийская лучница точно сможет быть полезной. - Подумав, решил принц. - Если нет возражений, тогда давайте готовиться в дорогу, пока нас не атаковали снова.

Элиандор отправилась собирать стрелы из тел поверженных врагов. Для лучника в походе самое страшное, это закончившиеся снаряды. У нее не было с собой запасных, инструментов для производства новых то же, потому что она не планировала длительный поход, так что каждая теперь на счету и тратить их нужно крайне бережно. Можно конечно купить новые, но они точно будут хуже эльфийских, да и станет ли группа проходить где-то, где это возможно, пока не понятно.

Ионис и Птархиус пошли сворачивать свой лагерь, собирая вещи и складывая походные домики. Их оружие перестало светиться и снова стало обычными мечом и булавой, хотя и весьма внушительного размера, под стать своим владельцам.

А Лазриэль и Андориус наблюдали за суетой в маленьком лагере и обсуждали, что ждет их впереди. Старик нарисовал небольшую карту прямо на взрыхленной скелетами земле. Их ждали километры холмов, затем долгий путь по течению реки, после этого изнурительный переход через горы, плавно переходящие в отвесные скалы. По ту сторону горной гряды простирается бескрайняя равнина. Именно там, в скалистых пещерах и находится усыпальница, к которой нужно попасть.

Четверть часа спустя, все были готовы. Лагерь свернут, стрелы собраны, сломанной оказалась только одна. Неудачно упавший скелет переломил ее о бедро другого костяного воина. Четверка подхватила походные сумки, нацепила на себя все необходимые вещи и с осторожностью, внимательно осматривая окружающие пейзажи, двинулась к цели. На северо-восток, через холмистые земли, до самой реки Аллуры, названной в так из-за своего постоянно меняющегося течения.

Впереди ждут долгие дни путешествия к цели, возможно еще не одно сражение за свою жизнь. Новые враги и друзья, переходы и переправы. А на горизонте маячит благородная цель, от выполнения которой, зависит судьба всех лесных эльфов, а в последствии и мира. Ведь завоевав лесных эльфов, темный властелин не остановится, а продолжит захват все новых и новых городов и народов, пока не поработит весь мир.

***

В дюжине дней пути от места столкновения Лазриэля с нежитью, в горах той самой гряды, к которой они направлялись, были открытые места, с которых в хорошую погоду просматривался весь маршрут, по которому предстояло апостолам провести эльфийского принца.

На одном из таких скалистых выступов стояло существо. Со стороны можно было бы подумать, что это человек, но человеческого в нем осталось крайне мало. Руки были покрыты шрамами рун. Пурпурная мантия, на рукавах также расписанная рунами, развевалась на ветру. Глубокий капюшон того же цвета, с рунической гравировкой по краю, был надвинут вперед, скрывая лицо и черные, полные бесконечной тоски и боли, глаза.

Существо внимательно следило за ходом сражения, несмотря на дальность. А когда все кончилось, окружающие горы услышали скрипучий, леденящий душу, отдающийся эхом шепот.

- Раз эти выдвинулись, значит и Нер'зулГураб снова зашевелился. Кажется пришла пора и нам выйти из тени. Верно Сквиртч?

От этого голоса пробегали мурашки ужаса по всему телу, а спина сразу покрывалась испариной. От него веяло тьмой, мраком, безнадежностью и смертью. А ответом ему стало звонкое скрежетание и щелчки, издаваемые непонятной жукоподобной тварью у его ног.

- Согласен, время еще не совсем настало. Подождем, пока будут понятны намерения повелителя тьмы, тогда и выступим.

С этими словами незнакомец развернулся, распахнул черно фиолетовый круглый портал, за провалом которого ничего нельзя было разобрать и шагнул внутрь. Тварь на восьми хитиновых лапках засеменила следом. Секунду спустя, врата закрылись и гость бесследно пропал.


Глава VI Узы.


В главном зале твердыни находились трое. Харнесесс, как и всегда, восседал на эльфийском троне, а перед ним стояли верховный маг и первый разведчик. Друид выглядел взволнованным и опечаленным. Между старыми друзьями повисла напряженная, гнетущая тишина. Один погрузился глубоко в свои размышления, а другие не смели прерывать тяжелого разговора с самим собой. Так продолжалось достаточно долго, пока эльф наконец не встрепенулся, словно вспомнив, что он не один, распрямился на троне и печально проговорил.

- Я пробовал сконцентрироваться, пытался дотянуться до его разума через медитацию, усиливал ментальный бросок магией, ничего не помогает. Эрморт, скажи мне, что делать? Я больше не чувствую Лазриэля, а судя по последним мысленным всплескам, что он испускал, дело было очень плохо. - Тихо закончил он и разом обмяк.

- Ты слишком рано скорбишь о потерях, друг мой. Не стоит оплакивать душу, когда не видел еще опустевшего тела. - Пытался подбодрить его маг. - К тому же, Тихая смерть принес тебе обнадеживающие вести.

- Да, это так, верховный. - Начал скаут. - По пути сюда я встретил Эрмортресса и позволил себе переговорить с ним пока мы подходили, надеюсь ты не будешь сердиться на меня? - Замешкался эльф

- Ты же знаешь, у меня нет от него секретов. Не томи уже, рассказывай, что там за новости? - Слегка оживился скорбящий отец.

- Для начала, я ослушался твоего приказа, Харнесесс, прости меня, но когда ты передал, что сын выполняет твое поручение и мы должны отпустить его, я решил перестраховаться и отправил с ним своего лучшего стрелка, с приказом ни при каких обстоятельствах не выдавать себя, кроме прямой угрозы принцу. Так вот, несколько часов назад, она активировала ментальный канал. На самой границе леса, на востоке, на Лазриэля напал отряд нежити и он принял бой. Элиандор связалась со мной до того, как началось сражение и сразу после победы. Они вырвались из засады и выжили. А потом контакт с ней пропал. Больше я ее не чувствую и не могу дотянуться до разума... - С грустью продолжал скаут

- Если ты знаешь, где они находились, только скажи, Эрмортресс может перенести нас, верно? - Вопросительно взглянул он на друга.

- Ну если опустить формальности, тогда смогу. - Ответил всемогущий.

- Нет необходимости. Через несколько минут мы все узнаем и так. Я после первого же послания отправил туда разведчиков, сейчас они уже на подходе, осмотрят место боя и расскажут, что там произошло. - Спокойно возразил скаут.

- К Асмодиалу все протоколы и формальности, там мой сын. Мы можем отправиться туда прямо сейчас? - Приподнял друид брови, с мольбой вглядываясь в глаза человека, а после утвердительного кивка, продолжил. - Так чего мы ждем? Открывайте портал и вперед, увидим все своими глазами.

В нетерпении, повелитель эльфов расхаживал взад-вперед, а отдав последнее распоряжение, отрезал дальнейшие споры и дал понять, что ожидает его исполнения, грузно плюхнувшись в трон и отрешенно глядя на двоих союзников.

Маг и разведчик обменялись быстрыми взглядами и принялись полушепотом горячо обсуждать дальнейшие действия. Скаут, как мог точно, описал место, куда им предстояло отправиться, после чего его собеседник надолго погрузился в размышления. А затем поднял глаза на друида и заговорил.

- В свое время, я покрыл весь великий лес сетью портальных точек, в которые могу открыть врата. Если я правильно понял нашего общего друга. - Кивнул он в сторону второго эльфа - Тогда ближайшая к месту битвы точка находится шагах в ста от него. Через несколько минут можем оказаться прямо там.

- Начинай. - В нетерпении подгонял Харнесесс.

***

На границе великого леса среди спокойствия и природной гармонии, пели птицы и непринужденно шныряли мелкие зверьки. Внезапно пространство разорвало голубоватое сияние портала. Оттуда вышел эльф и внимательно осмотрелся, убедившись в безопасности, нырнул обратно. Вскоре он снова вышел, следом за ним шли двое спутников, еще один остроухий и человек. Все трое направились в ту сторону, где пировали сейчас вороны, видимые издалека.

Разведчик двигался впереди, постоянно осматриваясь, видимо сказывался отработанный годами патрулей рефлекс, подмечать все и везде. Он улавливал малейшее движение, отмечал положение каждого камешка в зоне видимости, ждал нападения с любой стороны и был заведомо готов к нему.

Маг не ошибся с расстоянием и примерно через сотню шагов, они наткнулись на место сражения. Кошмарное зрелище предстало перед ними. Холмы возле границы великого леса, шагов на триста были усеяны костями.

Тихая смерть, бесшумно ступая среди переломанных осколков, спугивая своим приближением наглых, бесстрашных огромных воронов, что слетелись поживиться падалью, осторожно продвигался к центру места сражения Оно явно выделялось на фоне остальной земли, тут все было завалено внушительными горами черепов и битых костей.

Следопыт остановился и внимательно вгляделся в расположение останков, затем снова прошелся, цепляясь взглядом за каждую неровность и торчащие из груд конечности, несколько мгновений обдумал все увиденное и развернулся к спутникам.

- Включая твоего сына, верховный, их было четверо. - Начал он описывать ход битвы - Вот здесь находились два воина. Сильные, опытные, слаженные бойцы, прикрывавшие друг-друга много раз. Один мечник, другой орудовал булавой, судя по нанесенным повреждениям. - Указал эльф на место, перед которым белела особенно большая гора белоснежного крошева. - А вот тут сражался сам Лазриэль, смотри, как яростно он поливал огнем клочок земли перед собой. Твой сын оказался достаточно умен, чтобы объединить усилия с воинами, кем бы они ни были и разделить с ними удар противника. Он оборонял только вот этот участок, облегчив всем задачу.

Следопыт прошелся еще немного, продолжая осматривать следы, приблизился к кромке леса и продолжил рассказ.

- Позади него стоял второй маг. Судя по всему маг света, но кажется не очень умелый, судя по тому, что он всего лишь резал противников мощными лучам. В школе света есть куда более могущественные заклинания против нежити, одним из которых он видимо и воспользовался в итоге. Скелетов было намного больше, они наваливались волна за волной, не давая ни мгновения, чтобы перевести дух. Маги начали сдавать, не успевая творить заклинания, думаю скелеты почти смяли их, когда... - Разведчик внезапно осекся и замер, уставившись на предмет, что валялся на земле.

- Что? Лазриэль ранен? Ему нужна помощь? Не молчи. - Подгонял следивший за ним во все глаза верховный маг.

- Ему нужна была помощь... - Снова замялся эльф.

- И он получил ее. - Заметил подошедший верховный друид. А затем, повернувшись, к недоумевающему другу, строго добавил. - Видишь ли, Эрмортресс? Тихая смерть нарушил мой прямой приказ и отправил своих следопытов вслед за сыном, а здесь, они вмешались в бой и возможно спасли его.

- Прости, друг, но я не мог поступить иначе. - Оправдывался первый разведчик. - Я отозвал своих эльфов по твоему указанию, но на всякий случай оставил с ним лишь одну. У нее было задание только следить до самой границы леса и не вмешиваться , пока его жизни ничто не угрожает. Так что здесь ты вероятно прав, Элиандор вступила в бой, спасая жизнь принца. И если бы я знал, чем обернется мое непослушание, я отправил бы с ним всех своих разведчиков.

- Так вот откуда ты узнал про все. Я не сразу тебя понял, мысли путаются, когда близкие в опасности. Я решил, что твои разведчики просто заметили нежить у границ. - Уже чуть мягче заговорил друид. - В сложившейся ситуации я даже благодарен тебе, за нарушенный приказ, но я все-равно запомню это. - Посулил он неизбежное наказание.

В это время из леса бесшумно, словно тени выскочили на открытое пространство эльфы из патруля, поприветствовали соратников и мгновенно рассредоточились по территории, осматривая каждый сантиметр местности, чтобы раскрыть полную картину произошедшего.

- Лучница переломила ход сражения, они отбились, собрали лагерь и ушли на северо-восток. Воины обустроили здесь стоянку больше месяца назад, возможно ждали именно Лазриэля. Нежить, вероятно, засела здесь еще раньше. Примерно так все произошло. Чуть позже нам покажут полную картину, но не думаю, что в ней будет что-то кардинально отличаться от моего рассказа, не так я еще стар, чтобы упустить важные детали. Все остались живы и не были ранены в бою. Элиандор скорее всего не доверяет спутникам твоего сына, раз пошла с ними. Хотя все очевидно. Раз уж ей пришлось вступать в бой, значит они не смогли защитить его в бою, а раз не справились в этот раз, значит и дальше доверять это им не стоит. - Подытожил первый разведчик все, что произошло на холме.

- Мы должны догнать их и выяснить, кто они такие, почему сын пошел с ними и куда они направляются. - Обеспокоенно заговорил Харнесесс. - Эрморт, где ближайший портал в том направлении? Куда ты можешь меня доставить?

Верховный маг, который качал головой все время, пока слушал речь, как всегда, в своей манере, неторопливо, вдумчиво и обстоятельно начал вразумлять друга.

- Харн, остановись. Это речи не верховного друида. а обезумевшего от волнения отца. Ты настолько не доверяешь своему сыну, что готов бросить весь свой народ и рвануть в погоню за ним, чтобы проверить с кем он связался? Я не узнаю тебя. Ты знаешь, что он не даст себя в обиду и умеет отличить где правда, а где ложь.

- Но он может быть в опасности, он направляется навстречу неизвестности,ты прав, я переживаю за него. - Уже гораздо более спокойно ответил верховный друид, приходя в себя.

Маг искренне расхохотался, вызвав недоуменные взгляды осматривающихся рядом следопытов и обоих своих спутников.

- Просто я вспомнил тебя, мой друг, в возрасте твоего сына. А теперь ты мне говоришь о его безопасности. Вспомни, сколько проблем ты сам доставлял бедному Эрвандуилу? Чего стоит одна только твоя великая охота... - С усмешкой закончил он.

Все трое дружно разразились смехом, а верховный друид, слегка расслабившись от хороших новостей и компании близких друзей, погрузился в воспоминания...

***

Великий лес, как всегда, был полон скрытых покровом тьмы животных и насекомых. которые охотились друг на друга, добывали себе еду, воевали за территорию, обхаживали самок, обустраивали свои норы. Ночной охотник слышал их всех, но сейчас ему было плевать. Сегодня Чжинчклаг, как он сам себя называл, уже успел насытиться. Маленький зверек не успел понять, что произошло, когда был уже мертв. Это приносило мало удовольствия. Идеальный убийца предпочитал преследовать более сильных противников, ему нравился сам момент охоты. Насыщение от поедания свежего мяса наполняло тело силой и теплом, но настоящее удовольствие доставляло выслеживание добычи, погоня за жертвой, схватка за ее жизнь и сладкий вкус очередной победы.

Двухметровый хищник напоминал огромного богомола, который мутировал, встав на две лапы, тогда, как передние, загнутые крюки, имели на внутренней стороне, острые, как у меча гребни. Под ними в сгибе находилось по пять тяжелых, обоюдоострых шипов с каждой стороны. При необходимости, зверь мог выкидывать их, словно метательные кинжалы. Отростали они достаточно быстро, но левые еще не успели до конца восстановиться, с последней настоящей охоты. Хитиновый панцирь защищал от любого соперника, а его возможность менять окраску позволяла хищнику практически исчезать для жертвы, мгновенно сливаясь с окружением. Огромные, мощные жвала позволяли перемалывать кости и тугие мышцы, но небольшая пасть, усеянная острыми клыками заставляла делить добычу на части, острыми лезвиями на крючкообразных конечностях.

Чжинчклаг расположился под большим деревом, переваривая свеже съеденного зверька, прежде, чем устраиваться на ночлег. От удовольствия он расслабился и совсем перестал следить за тем, что происходит вокруг. Да и чего бояться царю здешних земель? Разве что гнездо двуногих остроухов, которые способны сделать очень больно, это он помнил хорошо. Но они далеко на юге и их владения не пересекаются с его территорией, значит и беспокоиться нечего.

Его не потревожил никакой посторонний звук, не отвлекло случайное движение, не насторожил посторонний запах, ничего этого не было. Просто у идеального хищника, безупречно развита интуиция.

Ночной охотник почувствовал опасность, он резко вскочил, метнулся вправо и выбросил в противоположную сторону, еще не до конца восстановившиеся, шипы из под левой лапы- крюка. Размером они отросли еще только с эльфийскую ладонь, но безупречные лезвия способны пробить гуманоида насквозь. Однако сейчас, все пять шипов по диагонали вонзились в дерево на краю поляны.

Прямо перед ним, совершенно без страха глядя в глаза монстру, стоял остроухий нарушитель спокойствия. Он стал осторожно передвигаться, медленно подходя все ближе. К удивлению охотника, хрупкий соперник не имел при себе ни летающих шипов, ни холодных острых клыков в руке, у него была только белая... палка!? Твердого панциря на нем тоже вроде бы не было. Это ж прям готовый запас еды. Хищник, хоть и сытый, невольно облизнулся. Только одна тревожная мысль сверкнула на краю сознания. 'Почему шипы не убили его?'

Чжинчклаг подобрался, напружинился, подогнул задние лапы, готовясь в любой момент метнуться к добыче и располосовать ее передними согнутыми 'лезвиями'. Однако у жертвы были свои планы на их бой. Остроухий держал палку в левой руке, а правой начал замысловато водить в воздухе. Это завораживало, хотелось следить за движениями его ладони.

На кончике конечности забрезжила яркая точка света и следить за ней стало еще интереснее. Все вокруг потеряло смысл, кроме плавного, хаотичного движения сияющей точки. К своему ужасу, хищник вдруг нестерпимо захотел спать. Видимо полный желудок не способствовал активным действиям и глаза стали предательски слипаться. Чертов, странный остроухий...

***

Харнесесс целенаправленно выслеживал свирепого хищника. Самым сложным было оторваться от нянек, приставленных первым разведчиком. Скауты следовали за ним неотступно, следя за каждым шагом. После его предыдущей попытки захватить облик ночного охотника, отец приказал постоянно держать его под надзором.

С тех пор за ним по пятам всегда ходили двое эльфов. Даже вход в жилище по ночам был под присмотром. Пришлось в течение нескольких недель планировать побег и обдумывать порядок действий. Он договорился с одним из своих друзей и расстался с изрядной частью накопленных богатств, чтобы подговорить другого. Первый ворвался под вечер к нему, с криками о том, что верховный друид немедленно хочет его видеть, а другой делал все, чтобы охранники потерялись по дороге. С большим трудом друзьям удалось сбить стражей с толку и уйти из под их контроля. Они проводили друида до ворот и помчались прятаться от гнева верховного.

Три дня понадобилось Харнесессу, чтобы выследить зверя, еще один на поиски его логова. И вот, наконец, момент истины. Сейчас он победит, захватит долгожданный облик и станет единственным известным друидом, способным обращаться в ночного охотника.

Он набросил магический покров, укрылся пологом тишины, чтобы точно остаться незамеченным и наблюдал, как хищник разделался с мелким зверьком. Жуткими, серповидными передними лапами, животное легко разрубило жертву и отправило в клыкастую пасть. Сразу после поедания своей добычи, он должен стать спокойнее и медлительнее. Тварь поудобнее устроилась, даже не забираясь в логово и спокойно переваривала пищу. Лучше было бы немного выждать и иметь дело с полусонным ночным охотником, но вот как-раз времени у него не было. Скауты наверняка уже идут по пятам. Скорее всего, Тихая смерть сейчас лично мчится по его следу. И самое позднее, к утру, они уже будут здесь, а сколько займет ритуал, не известно.

Эльф давно планировал эту встречу. Книги из библиария позволили ему многое узнать, а недавние наблюдения, помогли понять повадки и возможности зверя.

Как и планировал, он создал на краю поляны мощную иллюзию, вливая в нее половину своей маны. Это была его точная копия, которая медленно побрела в сторону дремлющей туши.

Расчет оказался безупречно верен и, едва монстр почуял опасность, он молниеносно рванулся от нее, запуская навстречу фантому, свои смертоносные лезвия-шипы. А затем недоуменно застыл, рассматривая нежданного гостя. Увеличивая затраты маны до неимоверных размеров, друид направил магические силы через созданную иллюзию и заставляя ее использовать узы морфея, погружающие жертву в глубокий сон. Иллюзорный образ стал в точности повторять движения своего создателя. Магическая формула понемногу захватывала внимание насекомоподобного монстра. Вот, он уже не мог оторвать взгляда от гипнотических движений руки, затем пружинистая, агрессивная стойка сменилась спокойной и расслабленной. Друид еще усилил приток маны и на кончике ладони засиял яркий свет.

- Это было слишком просто. - Подумал Харнесесс, когда глаза жертвы стали закрываться.

В этот момент в десяти шагах слева, открылся голубоватый портал, затем раздался громкий хлопок дальнего перехода и на поляну ступил человек, укутанный в серую мантию. В левой руке он держал резной посох, а правой теребил темно-серую, с сединой, бороду, прикрывающую шею.

Как только закрылся портал, старец спокойно и ровно заговорил на своем странном человеческом наречии

Судя по интонации, он обращался к сотканной иллюзии и предлагал остановиться. Друид решил разбираться по очереди, усилив узы Морфея, ценой катастрофических затрат маны.

Пришедший через врата маг явно был совершенно против ритуала. Он вскинул руки и мгновенно, мощный поток ветра, разметал ветки, траву и ураганом пронесся сквозь фантома. Пришелец в удивлении вскинул бровь, снова что-то пробурчал и стал творить гораздо более сложное заклинание.

Дожидаться развязки Харнесесс не стал. Оставив попытки доворожить зверя, он полностью переключился на мага. Призвал силы природы и стал перекачивать ману под ноги нового противника. Толстые, гибкие корни оплели его ноги затем пояс и стали подниматься все выше, сдавливая хватку.

Старик непринужденно закончил творить и с его поднятой руки сорвалась вспышка, впилась в землю, под фантомом и обратила ее в бурлящую жижу. Маг выругался на своем непонятном языке, а друид, осознав, что его раскусили и нет больше смысла расходовать лишние силы, сбросил невидимость и полог тишины и предстал перед человеком. Тот продолжал что-то рассказывать, вероятно предлагая сдаться, но Его слова были уже даже не интересны, он посмел напасть и прервать ритуал.

Друид выплеснул весь свой гнев на седовласого, тело которого, продолжали сдавливать растущие корни. По мановению руки, в его сторону метнулся от эльфа, рой насекомых которые стали жалить, кусать и лезть в глаза и рот. Пока противник скован и сбит с толку, Лазриэль начал призывать копье лунного света. Но человек оказался гораздо более опытен в магии. Кольцо огня разошлось от стянутой корнями фигуры, в пепел сжигая всю мошкару, а попутно и выжигая землю вокруг. Уже только одной свободной рукой, незнакомец сделал несколько пассов и резким движением ладони заставил все, оплетавшие его корни осыпаться прахом на землю. Еще несколько движений, уже освободившимися руками, и выпущенная в него лунная пика разбилась о невидимый щит. Маг пробормотал формулу и с его рук сорвалась ледяная стужа, а лицо вытянулось в глубочайшем изумлении, когда укрывшийся белым эбеновым плащом, поглощающим магию, друид не получил никакого эффекта от потоков замораживающего ветра. Следом полетели массивные камни и шар огня, ветвистая молния, луч света и множество разнообразных техник.

Эльф либо уворачивался, либо принимал заклинание на полу плаща. Лишь огненный шар смог отбросить его на несколько шагов назад, однако, не принеся никакого больше урона. Все сильнее удивляющийся человек, решил наконец перестать играть. После очередного заклинания, луч из его руки ударил под ноги Харнесессу и вновь превратил землю в бурлящую трясину. Ноги поглотило до колен, а противник тут же стал знаками призывать к миру и прекращению поединка. После неуверенного утвердительного кивка, он распрямился, выставил ладонь перед собой, призывая к ожиданию и принялся вычерчивать перед собой сложный магический узор. Несколько позже, линии стали разгораться и сплетаться в светящуюся, фиолетовую сферу. Когда она наконец обрела четкость контуров, старик, резким движением, выхватил ее прямо из воздуха и единым глотком, откупорив пробку, опрокинул себе в рот содержимое склянки.

Фиолетовое сияние разлилось изнутри по его горлу, окутало грудь, затем потухло, а незнакомец заговорил на чистом эльфийском.

- Приветствую тебя лесной эльф. Почему ты напал на бедное животное? - Заговорил он спокойно и негромко.

А затем его лицо исказила гримаса, он вытянул руки в сторону эльфа и скороговоркой забормотал заклинания. Левый бок друида пронзила острая, нестерпимая боль и мир вокруг погрузился в кромешную тьму.

***

В это время он обычно находился с кем-то из учеников на вершине своей башни в Соулстейне. Так было и сейчас. На втором от крыши уровне, в зале для медитации, он пытался обучить одну из своих преемниц, тонкостям контроля магических потоков, когда им постепенно начало овладевать чувство тревоги. Поначалу маг просто отметал его, не понимая его природу, а затем, решив, что это всетаки может быть важно, сконцентрировался на ощущении и попытался проникнуть в суть. Ему передались животные инстинкты и легкое опасение за свою шкуру, а также возможность определить примерное место, откуда исходил зов.

Эмоции распространялись из чащи великого леса. Магу пришлось постараться, чтобы вспомнить, что делает его метка на живом существе в диком лесу в самом сердце эльфийских земель. Раньше он достаточно много путешествовал и исследовал все новое, что удавалось обнаружить в дороге. Как-раз там, случайным образом и встретилось редкое существо, которое местные называют ночной охотник.

***

Насекомоподобный хищник являл собой идеального убийцу. Все его тело было предназначено для выслеживания добычи, преследования ее и убийства. Острые когти, мощные лапы, серповидные передние крюки, фасетчатые глаза, позволяющие видеть практически в полной темноте, хитиновая броня, способная сливаться с окружением, жесткие, маленькие крылья под щитами на спине, позволяющие далеко прыгать и совершать рывки к добыче, молниеносная реакция и высокоразвитый разум. Все это ставило его на ступень выше других участников пищевой цепи.

Однажды в пути, тогда еще не такой старый, архимаг, оказался вынужден заночевать в пресловутом великом лесу, вотчине зеленых эльфов. Именно тогда он чуть не стал жертвой свирепого хищника. Ночной охотник напал на лагерь внезапно, разметав угасающий костер, сбив походный домик и чуть не зацепив его самого.

Человек в очередной раз похвалил себя за долгие часы физических тренировок. Обычный чародей уже был бы мертв, не успев ничего сотворить. Он же, в последний момент, успел отпрыгнуть в сторону и перекатом выиграть несколько шагов расстояния. Проскользивший по поляне, через весь импровизированный лагерь, зверь резко развернулся и бросился на него, но был отброшен и ошеломлен яркой вспышкой молнии. Маг успел собраться с мыслями и сосредоточиться. Заклинания стали срываться с его рук одно за другим, не давая хищнику опомниться и подобраться ближе.

Жалящие огненные светляки роем вились вокруг обезумевшего от ярости и неожиданности зверя. Взмах руки и земля вздыбилась, заставляя того неуверенно отступить на несколько шагов. Новый всплеск ладонями и резкий порыв ветра отбросил его еще дальше. Разъяренный зверь сверкнул диким взглядом на своего противника, низко припал к земле, замер на секунду. Хитин на спине раскрылся, обнажая полупрозрачные крылья, затем, в одно мгновение, используя крылья для ускорения, он рванул к человеку. Передние лапы-мечи рассекли воздух рядом с едва успевшим отступить в сторону, противником.

Новое заклинание и каменный валун впечатался в бок не успевшего еще развернуться охотника, отбрасывая его в сторону. Следом сразу сверкнула молния. но и это не остановило монстра. Сделав пару неверных шагов, он снова пришел в себя и внезапно исчез. Слухов о способностях ночного охотника ходило много, но что он может вот так исчезнуть посреди поляны, прямо на глазах, это стало новостью, причем не очень приятной в данных обстоятельствах.

Можно было пустить волну обнаружения жизни или использовать истинное зрение, туман или запустить волну грязи. Имелось много способов раскрыть местоположение противника. Но все они требовали лишнего времени, а оно, при условии нахождения рядом невидимого свирепого хищника, становились опасной затеей. Маг принял единственное безопасное для себя решение.

Несколько холодящих душу мгновений колдовства и от него во все стороны разошлось кольцо смертоносного дыма. Вдохнувший его зверь упал замертво, прямо за спиной человека. Промедли он еще хоть миг и был бы поражен смертельным ударом. Чародей вздохнул одновременно с болью и облегчением. Если бы животное было далеко, он не простил бы себе его смерти, а так, это была борьба за жизнь. Над поляной повисла гнетущая тишина.

Из небольшого логова в стороне послышались шорох и возня. Маг развернулся лицом к новой опасности, пытаясь сообразить, какое заклинание будет наиболее эффективно. Из листвы появился совсем крошечный ночной охотник и уставился на пришельца, грозно шипя, рыча и скалясь. Вот тут и пришло осознание. Он сам стал виновником произошедшего. По незнанию человек вторгся в земли хищника, а тот не прощает посягательств на свою территорию, тем более в непосредственной близости к логову с маленьким отпрыском.

Убитый горем от содеянного, он поклялся помогать малышу и защитить его от напастей. Очаровал его и провел несколько усиливающих ритуалов над спящим телом. Тогда он и связал с ним свой разум ментальной меткой, чтобы в случае опасности прийти на подмогу существу, что по его вине осталось в этом мире без защиты.

***

И вот теперь настало время исполнить давнюю клятву. Зверь был в опасности. Человек спокойно поднялся и наказал ученице.

- Продолжай, не теряя концентрацию. Я скоро вернусь.

После чего подхватил свой посох, отвернулся и открыл пылающий голубым светом портал.

В этих местах у него была только одна точка перехода, которая находилась на той самой поляне у логова ночного охотника. Шагнув по ту сторону врат, маг оказался свидетелем весьма интересной картины. Перед ним стоял эльф, творящий какое-то заклинание, направленное на беззащитного хищника.

- Дети леса охотится на зверье? Это что-то новенькое. Остановись, эльф! - Прокричал он, надеясь решить все не применяя силу.

Но противник решил по другому, лишь усилив магический напор.

- Я пытался. - С грустью пробормотал маг и взорвал пространство порывом ураганного ветра

Соперник даже не шелохнулся.

- Странно. Посмотрим, как ты это обойдешь. - Выдавил старик, превращая землю, на которой стояла цель, в лужу грязи.

Внезапно, вокруг него, прямо из-под земли вырвались корни и ветви и потянулись вверх, обвивая ноги, сдавливая тело и скручиваясь в тугие узлы. Сохраняя спокойствие, маг закончил творить и выругался, поняв, что его обманули. Зловонная жижа забурлила прямо под ногами эльфа, но он снова не повел ухом, оставаясь на месте. А мгновением позже, образ растворился в воздухе. Тот самый эльф появился гораздо правее и предстал в реальном обличии.

- Остановись. Нам нечего делить. Просто оставь в покое этого зверя. - Пытался он урезонить противника.

Но эльф, видимо не знал человеческого языка, а ему самому, к сожалению, никогда не было нужды изучать общий язык, который был бы сейчас как нельзя кстати. Природная хватка становилась все крепче, продолжая подниматься выше. Против него явно бился друид, с руки которого сорвалось очередное заклинание. Рой жуков и мошек был призван сбить концентрацию и не дать использовать магию. Но Архимага не так просто урезонить.

Сосредоточившись, старик усилием разума призвал нужные чары и от него разошлось пламенное кольцо, устраняя докучливых насекомых. Левая рука с посохом уже была обездвижена, но он и с одной довольно грозный противник.

Снова собрав волю, маг призвал гибельный тлен, освобождая себя от хватки корней. Эльф успел сотворить новое заклинание. И старцу пришлось отбиваться. Не зная противника, он наспех создал самый мощный из своего арсенала магический щит и принял на него лунное копье. Мощь оказалась не так уж и велика. Но договориться явно не получится. Значит придется отвечать силой на силу. С простертых рук сорвалась ледяная стужа, но укрывшийся своим странным белым плащом, друид остался совершенно невредим. Изумлению не было предела. Видимо это поистине мощный артефакт.

Маг призывал силу за силой. От каменной глыбы противник увернулся, молния безрезультатно впилась в выставленный перед ней плащ, ледяное копье не достигло цели, луч света разбился о плащ. Лишь огненный шар, встретившись с преградой разлетелся на искры, но не потерял энергию полета и отбросил щуплого остроухого на несколько метров назад.

Отметив про себя, что нашел слабую сторону артефакта, человек решил прекратить надоевшую ему игру. Луч, сорвавшийся с его руки, обратил землю под эльфом в жидкую трясину и она поглотила ноги того по колено. А чародей стал знаками призывать остановиться. Он внезапно вспомнил одно древнее заклинание, которое будет весьма кстати.

Дождавшись, пока эльф успокоится и выжидающе посмотрит на него, маг жестом попросил ждать и стал творить 'шепот Аварессы'. Замысловатые символы, выводимые им в воздухе постепенно складывались в фиолетовый флакон. Закончив, он выхватил склянку из воздуха и выпил содержимое. Приятное тепло разлилось по горлу и поселилось в груди. Фиолетовое сияние от напитка быстро угасло и человек осознал, что теперь может понимать остроухих и наконец можно разобраться в ситуации.

- Приветствую тебя лесной эльф. Почему ты напал на бедное животное? - Начал он разговор.

И с ужасом увидел, что забытый обоими ночной охотник, сбрасывая маскировку, появляется прямо за спиной обездвиженного магией друида. Боль от осознания своей вины исказила лицо и маг попытался исправить положение, скороговоркой выплевывая заклинание. Ментальный удар отбросил зверя, но тот успел серповидной лапой глубоко продрать левый бок своей жертве, а уже отлетая, выбросил оставшиеся кинжалы-шипы из-под правой лапы, два из которых вонзились глубоко в спину теряющему сознание двуногому.

***

- Как же я рад, что этим магом был именно ты, Эрмортресс. - Оторвался эльф от воспоминаний.

- Я тоже ни о чем не сожалею. Наша встреча принесла много хорошего для всех. - Ответил маг.

- Это ты про шрамы на моем боку? - Задорно вскинул брови друид.

Снова все трое искренне расхохотались.

- Как же это приятно, слышать настоящий смех. В последнее время слишком много от нас зависит, чтобы успевать радоваться жизни. - Вздохнул человек.

Первый разведчик, продолжая улыбаться, обратился к Харнасессу.

- Наш чародей прав, ты был знатным засранцем в молодости. Я лично исходил километры лесов, выискивая твои следы и пытаясь вернуть за уши к отцу. А когда твой след оборвался в логове ночного охотника, мы весь мир перевернули, пока вот этот старый пройдоха тебя калечил. - Хохотнул Тихая смерть.

- Да, я сам немало натерпелся, переливая ему свою энергию, пока не подоспел лекарь - Поддержал его Эрмортресс, кивая в сторону принца. - Помню, что для поддержания жизни в нем мне пришлось так сильно перемешать наши ауры и энергии, что мы стали практически кровными братьями, а я едва держался на ногах, когда наконец пришла помощь.

- Зная, что после всего пережитого ты впитаешь часть долголетия древних, я и сейчас готов был бы перенести ту боль и страдания вновь. - Проникновенно заверил своих спутников верховный друид.

- Спасибо, друг... брат. - Расчувствовался маг

- Тебе спасибо за все наши совместные приключения. За то, что выходил меня после того раза, помог снова найти зверя и провести ритуал. За все, что мы пережили и за весь опыт, которым ты поделился. - Эльф едва сдерживал слезы. - Я искренне надеюсь, что мой сын обретет себе такого соратника, друга и брата, как ты и ты, Тихая смерть. С такими друзьями не страшны никакие враги. Спасибо за то, что вы есть у меня... Братья.

И трое давних друзей, трое духовных братьев, замерли, глядя вдаль и думая, каждый о своем.


Глава VII Былое.


Через холмистые земли на северо-восток продвигалась группа путников. Двое эльфов и три человека направлялись к цели на пределе сил. Они вставали с первыми лучами солнца, сворачивали лагерь и шли до самого заката, пока солнечный свет еще оставлял возможность не свернуть себе шею на ухабах. И только с последними лучами ставили новый лагерь и готовились к ночлегу. Видно было, что они торопятся, словно бегут от преследования или гонятся за кем-то. Направлялись путники в сторону черного пика, пронзающего небо, к неясной пока цели.

Сегодняшнее солнце уже склонилось к горизонту и вот-вот должно было скрыться за ним. На горном плато, озаренном последними лучами закатного светила, открылся темно-фиолетовый портал и на холодные камни ступил почти пурпурного цвета, мягкий ботинок, с завернутый кверху острым носом. Существо осмотрело холмы за рекой и наконец найдя интересующую его группу задало вопрос в воздух, словно самому себе.

- Сквиртч, все по прежнему? Ничего интересного не происходило?

Из-за небольшого камня выскочила восьмилапая тварь и застучала маленькими лапками по породе, подбегая к хозяину и скрежеща, стрекоча и посвистывая на все лады.

- Значит приходит туда каждый день? - Заинтересовался наблюдатель, а услышав ответ продолжил. - И уходит он через портал?

И снова серия щелчков и потрескиваний.

- Сам верховный...хм...интересно. Что ж, хорошо, я тебя услышал. Продолжай наблюдать. Я должен быть готов, если речь идет о приходе повелителя тьмы. - Отрезал он и, развернувшись, снова открыл врата и шагнул через них.

***

Харнесесс в очередной раз стоял на поле боя и смотрел вдаль, в направлении пронзающих небеса, гор . Где-то там сейчас его сын приближается к неведомой цели, с неизвестными союзниками. Что ждет его впереди? Сможет ли он исполнить то, что задумал? Хватит ли у него сил справиться со всеми преградами, что встретятся на пути и одолеть всех врагов, преградивших дорогу?

Теплая человеческая рука мягко легла ему на плече. Затем сжалась стальной хваткой и развернула его лицом к лицу с верховным магом.

- Перестань себя казнить. Что сделано, того уже не вернуть. Теперь наша задача, только ждать и готовиться к решающей битве. - Попытался вразумить его Эрмортресс.

- Эрморт, ты не представляешь, как тяжело отправлять собственного сына навстречу неизвестности и понимать, что ничем ему не поможешь. - Горько сетовал эльф

- Ошибаешься. За годы обучения, он стал мне почти так же близок как и ты. Поверь, я разделяю сейчас твои чувства. Но к сожалению, мы уже сделали все, что могли для него. И теперь нам остается только ждать, надеясь на него, но быть готовыми к худшему исходу. - Успокаивал его друг.

- Думаю ты прав и я просто по отцовски за него переживаю, но мысли о том что ему грозит опасность ни на миг не покидают меня. - Никак не мог успокоиться друид.

- Знаю. И я понимаю тебя. Но задумайся вот о чем: сейчас ты тратишь свое время, проливая слезы по живому сыну, который вполне может за себя постоять, пока там. - Указал он рукой в сторону Sae'Aith. - На твоих беззащитных людей надвигается неизбежная смерть. Очнись верховный друид! Ты нужен своему народу здесь и сейчас. Когда вокруг сгущается тьма, ты должен привести нас к свету.

Харнесесс проникся искренней речью друга. Он вновь отвернулся и долго стоял так, в молчании глядя на залитые заходящим солнцем горные вершины. Маг, друг и соратник, молча стоял за спиной и терпеливо ждал. Когда иссякла и его надежда на то, что слова сработают, он молча подошел поближе, понимающе похлопал друида по плечу и искренне пожелал.

- Возвращайся скорее, ты нам очень нужен. - Негромко попросил он.

Человек отошел немного в сторону, чтобы не мешать размышлениям и открыл голубоватое окно портала и уже собирался шагнуть внутрь, когда за спиной раздался такой долгожданный оклик.

- Ты что, предлагаешь мне добираться пешком? - Шутливо упрекнул его друид. - У нас слишком много дел, чтобы бы тратить драгоценное время.

- Я рад, что ты вернулся, дружище. - Искренне улыбнулся Эрмортресс.

- Просто ты, как и всегда, прав. - Похвалил его эльф. - Я ни на миг не перестану переживать за сына, но слишком многое от меня зависит, чтобы я позволил себе замкнуться. Пошли, у нас немало задач, которые нужно решить прежде, чем мы примем на себя удар. И оба исчезли в сиянии портала.

***

Группа продвигалась на северо-восток, ориентируясь по пронзающему небо пику, чернеющему на горизонте. Третий день пути ничем не отличался от двух предыдущих. Андориус просыпался с первыми лучами солнца, (как у него только получалось определять точное время восхода?) Он будил остальных, все вместе завтракали чем-то из своих, обширных пока, запасов, собирали расстеленные на ночь мешки и отправлялись в дорогу.

Как и раньше, каждую ночь, Лазриэль раскидывал паутину сторожевого периметра и погружался в медитацию, продолжая усиливать свои заклинания и наращивать магическую мощь. За прошедшие дни он изучил ментальный взрыв, стену, шквал ветра и огненную ловушку. А Сила его магии выросла еще на четверть.

Маг больше не чувствовал давления извне, которое не давало ему делиться своими переживаниями, возможно наваждение прошло, когда он вступил на путь изменения судьбы. Но воспоминания о пережитом были столь болезненны, что рискнуть и проверить, придет ли видение, у него просто не хватило духу. Смерть там была слишком реальной, чтобы переживать ее снова.

За прошедшее время, эльфы очень сильно сблизились. Элиандор, ни на миг не доверявшая старцам, не отходила от своего принца и они проводили дни напролет за душевными разговорами о доме. Лазриэль поделился тем, что его беспокоило и о силе, что не давала ему рассказать все близким. Поведал об ужасной участи, что настигала его в ночных кошмарах раз за разом и о том, как избавился от нее, заменив ночной сон медитацией. А так же и о том, какие плюсы это за собой повлекло.

Маг рассказывал, что сподвигло его отправиться в путь, а лучница поведала о своем задании и о том, как Тихая смерть ослушался приказа верховного друида, ради его защиты. Когда напряжение после битвы немного притупилось, разговоры перешли в более мирное русло и они стали обсуждать свою жизнь в Лесном доме. Сын верховного друида больше узнавал о том, как жили простые разведчики, как они тренировались с самого детства, как развивали свои навыки стрельбы и выживания. Например, прежде, он никогда не слышал, что обряд инициации у рейнджеров предусматривает выживание в диком лесу на протяжении пяти лет без связи с другими. Сглаживало участь юных эльфов лишь то, что готовили их отрядами.

За все время существования класса, самая малочисленная группа насчитывала шестерых. Вместе с Элиандор к инициации готовилась одна из самых многочисленных, состоящая из дюжины следопытов. Она стала той, кто объединила вокруг себя остальных и взвалила на хрупкие плечи ответственность за всех. Выбрала место для стоянки, распределила задачи, назначила ответственных и отправила патрули. Пять лет она устраивала жизнь своих соратников, прислушиваясь к ним и принимая тяжелые, зачастую, решения и отвечала за тяготы, выпадающие на их долю.

Вспомнила она и то как пришлось отстаивать свое лидерство, когда первый их лагерь из-за недосмотра оказался прямо на территории прайда.

***

В кромешной тьме великого леса, огромные черные кошки подобрались, к еще не опытным, разведчикам так близко, что сигнал тревоги поданный патрулем, оповестил всех о нападании на лагерь уже после того, как атака началась.

Свирепым хищникам, защищающим свою землю от врага сложно противостоять. Смертоносные тени хлынули на поляну со всех сторон. Даже эльфам, с их безупречными слухом и зрением, было невозможно сосчитать мечущихся кругом кошек, которые яростно атаковали незваных гостей, но их пришло явно больше, чем двуногих.

Это была первая настоящая битва для скаутов. Пантеры атаковали внезапно и, впервые в жизни встретившие настоящего противника, дети леса, совершенно не знали, что делать. В лагере начался хаос и неразбериха. Разумные с мечами и стрелами бились против диких зверей, вооруженных острыми клыками и когтями.

Элиандор пыталась обуздать панику, но это с трудом удавалось. Каждая набросившаяся кошка, сбивала дыхание, движения и мысли. От смертельных ран оберегали только доспехи и иногда невероятная реакция на пару с удачей. Без везения, от молниеносных атак уйти было бы невозможно.

Спасло всех, как они тогда решили, чудо. Когда трое бойцов уже лежали без чувств, а остальные пытались создать хотя бы подобие защиты, среди густых крон пронесся, вселяющий ужас и трепет, звук. Это был пронзительный вой царя здешних мест. Ночной охотник выслеживал свою добычу.

Дикие пантеры все, как одна, остановились, обсидиановыми статуями, встревоженно подняли морды и настороженно вращая ушами, прислушались, а затем, будто по команде, сорвались с места, словно обезумевшие и скрылись в лесной чаще.

Наконец собравшиеся в боевой порядок, эльфы, выстроились вокруг раненых и стали ждать. Только спустя почти полчаса напряженной тишины, они осмелились разорвать строй и повалиться на землю в совершенном бессилии.

Тогда к ней подошел Арфаглэйд, возмущенно размахивая руками.

- Это твоя вина. Ты нас сюда затащила и заставила разбить лагерь в этом проклятом месте! - Кричал он. - Оглянись вокруг! Да тут и гоблину понятно, что это охотничьи угодья тех тварей! А ты привела нас всех им на расправу. Ты не достойна дальше вести нас. Нам нужен новый лидер! А тебя мы выгоним из группы за то, какой опасности ты всех подвергла! Радуйся, что твоя жизнь останется при тебе!

Эльф распалялся все сильнее, обращаясь к толпе и черпая энтузиазм в том, что они слушали его и не возражали. Он высказывался все громче и эмоциональнее, пока тираду неожиданно не прервал резкий удар в голову. Возмущенный бунтарь с трудом удержал равновесие, которого тут же и лишился благодаря второму удару и грохнулся на землю лицом вниз, а Элиандор, что сбила его с ног, внезапно выхватила лук и вонзила стрелу прямо рядом с его лицом, приложила вторую на тетиву и обратилась к заносчивому сородичу.

- Арф. Для начала, спасибо, что раскрыл свое происхождение. Я так и думала, что ты из гоблинов, да только вот даже они, если видят опасность, обязательно предупреждают остальных маленьких тварей. А ты, значит, видел, что мы под ударом и спокойно ждал. Лидером ты станешь только через мой труп. Выгонять никто никого не будет. Мы пошли на это испытание вместе, всеми должны и закончить его. Ну а что касается меня... Я признаю свою ошибку. Я не заметила крайне важную деталь, впрочем, так же, как и каждый из вас, но я приняла на себя ответственность за всех. То, что случилось, на моей совести. Я не стремлюсь к власти и не жажду быть лидером. Тот, кто считает, что у него получится вести остальных лучше, может прямо сейчас занять это место и получить мою полную поддержку. Кроме тебя, друг мой, ты радуйся, что при тебе останется твоя гоблинская жизнь...

***

Конечно после этого никто не пытался взвалить на себя бремя лидерства, а ее авторитет вырос до немыслимых высот. Пять лет спустя, она вывела из леса отряд состоявшихся рейнджеров. они читали следы, как раскрытую книгу, стреляли между деревьев в лесу, словно на пустой равнине, могли выжить в самых суровых условиях. Даже Арфаглэйд признал, что все это время она вела их верным курсом и принес ей свои извинения.

Это были приятные воспоминания, которыми она с удовольствием делилась со своим принцем. Рассказывая в подробностях все приключения, что выпали на их долю.

Лазриэль в ответ поведал о постоянных шуточных дуэлях с братом, когда тот, раз за разом пытался напасть неожиданно, но каждый раз напарывался на щит или ответную реакцию. Однако, упрямый и взбалмошный, он никогда не оставлял попыток, поджидая брата в самых невероятных местах и нападая из засады. Магу пришлось всегда быть настороже, ожидая атаки и за это он, как ни странно, был благодарен Таэлю, ведь это делало его сильнее.

Еще он вспомнил, как отец брал их на собрания, показывая, как порой бывает тяжело бремя лидерства. А однажды он взял их с собой, отправляясь в древнюю рощу. Вот это было по настоящему удивительное путешествие.

***

Огромные, величественные стволы вековых деревьев обступали со всех сторон плотным строем. Солнечный свет не достигал в этих местах земли, путаясь в размашистых кронах. Кругом царила тишина, изредка прерываемая возгласами случайных птиц.

- Отец. Почему тут так тихо? - Спросил Таэль'авир. - Почему не щебечут птицы и не перекрикиваются звери, где стрекотание насекомых?

- Звери и птицы давно уже облетают здешние места стороной, они знают, кого здесь можно пробудить. Только самые отважные или случайно забравшиеся рискуют тут находиться. Это место пропитано магией и силой.

- А зачем мы зашли сюда, раз это такое опасное место? - Удивился старший сын.

- Лазриэль, это место опасно только тем, кто пришел со злыми намерениями. Для нас здесь нет угрозы. - Спокойно пояснил отец, выходя на просторную поляну.

- А кого здесь можно разбудить? - С опаской оглядывался младший.

В этот момент стоящее посреди поляны дерево, величественное и самое большое из увиденных здесь, зловеще заскрипело и с оглушительным треском стало крениться в их сторону.

Лазриэль суматошно рванулся налево, Таэль'авир прыгнул и перекатился вправо, уходя из-под смертоносного удара, тогда как Харнесесс невозмутимо продолжал стоять на месте не шевелясь.

- Отец!!! - В один голос Закричали братья, в ужасе наблюдая за происходящим и не в силах ничего сделать.

Совершенно неожиданно две самых больших ветви с треском опустились вниз и грохнули о землю в нескольких метрах от эльфов. Ствол завис над самой головой верховного друида, а тот медленно поднял голову, вглядываясь в него прямо над собой.

- Стародуб, ты все такой же шутник? Древний пройдоха. Со мной твои трюки уже не пройдут. - Заверил он.

- А я вовсе и не тебя встречал. - Неторопливо проскрежетал гулкими раскатами разносящийся далеко по лесу бас.

Друид поглядел на своих сыновей, парализованных ужасом и не понимающих, что происходит. Улыбнулся и обратился к детям.

- Успокойтесь, все в порядке, просто короеды давно прогрызли внутренности нашего друга и он так шутит со всеми, кто к нему приходит.

Юные эльфы, с опаской поглядывая на здешнего хозяина, подошли к отцу, а тот, приобняв обоих за плечи, успокаивающе прижал их к себе и предложил, кивая на распрямляющееся во весь рост могучее существо.

- Знакомьтесь, это Стародуб. Мой давний приятель и верный союзник народа лесных эльфов. Хранитель древней рощи и староста круга энтов.

- Приветствую вас в моих владениях. - Пробасил тот в ответ.

А юные эльфы продолжали недоверчиво смотреть на величественное древо ,что разговаривало с ними. Они наконец увидели огромные провалы глаз, глядящие с искренней открытостью и ехидными искорками.

- Приветствуем тебя, о великий хранитель. Прости наше невежество, мы были смущены и озадачены твоим внезапным появлением. - Попытался принять невозмутимый вид старший сын.

- Трухлявый, ты до ужаса перепугал нас. Так ты принимаешь гостей? - Пришел в себя младший.

- Да они оба в тебя, друг мой, Харнесесс. Один такой же, как ты в их возрасте, а другой, такой же, как ты нынче. - Пробасил энт, переводя веселый взгляд с одного брата на другого.

- Так и должно быть, старик, ведь они же мои дети. - Заметил эльф.

- Я всего-то на две сотни лет старше тебя, малявка. - Разразился он скрипучим, радостным хохотом.

- Только вот кажется, что жуки-короеды постарались на славу, выгрызая тебе внутренности. - Не остался друид в долгу.

И оба дружно рассмеялись. А когда, наконец успокоились, хранитель озабоченно заговорил.

- Давненько ты к нам не приходил, а тут внезапно заявился, да еще и с сыновьями. Что случилось?

- К счастью, ничего не произошло. Просто я наконец нашел время для того, чтобы познакомить детей с нашими союзниками.

- Ах так? Тогда добро пожаловать в древнюю рощу! - Обрадовался старый энт и всплеснул ветвями

Грандиозное дерево обратило взор к небу и издало пронзительный, эхом отдающийся от каждого куста и дерева, зов. Он густой, пронзающей волной пронесся по всему лесу, достиг каждого уголка и каждой лощинки. Повисла секундная тишина, резко оборвали свои песни редкие птицы, застыли не шевелясь насекомые, грозный рык одинокого хищника застрял прямо в горле, даже ветер перестал раскачивать деревья.. Весь лес будто замер на миг, ожидая чего-то невероятного.

Так и случилось. Сначала со всех сторон послышался шелест листвы, как озноб проскользивший по кронам до самой поляны. Затем отовсюду раздались жуткие скрипы одного дерева о другое, оглушительный треск древесины, громкие хлопки ломающегося валежника, и выстрелы лопающейся коры. Юные эльфы в ужасе жались к отцу, уже даже не стараясь внешне выглядеть спокойными.

В этот момент все, еще остававшиеся здесь, животные, осознали свою ошибку и стремглав бросились подальше от этого жуткого места. А вокруг все пришло в движение. Казалось, сама земля поднимается, чтобы посмотреть на жалких двуногих, что посмели сюда заявиться. Деревья выкорчевывало с корнями, они сталкивались с другими деревьями и хаотично перемещались, мелькая в чаще. Ужасная какофония звуков закладывала чуткие уши троицы.

Когда из-за грохота вокруг уже не стало слышно даже бешеного биения собственного сердца, Лазриэль, наконец разглядел и понял, что происходит и рот его широко распахнулся, но уже от удивления и восхищения. А по другую сторону от отца стоял его брат с точно таким же выражением на лице.

Эльфы во все глаза смотрели за тем, как огромные, величественные энты выходят на поляну, разбуженные от векового сна зовом хранителя. Их тяжелая поступь отдавалась грохотом, а размашистые кроны покачивались из стороны в сторону. Одни были покрыты густой зеленой листвой. Другие совершенно высохли за прошедшие столетия, но все они сейчас шли, чтобы поприветствовать союзников.

Когда шум наконец стих, Лазриэль насчитал на поляне почти полсотни исполинов, которые встали по краю поляны и молчаливо взирали на них. Древний хранитель поднял вверх ветви, запустил их в собственную крону и спустя несколько мгновений достал оттуда пару желудей и протянул гостям.

- Примите от меня эти дары. Если их съесть, силы природы будут всегда на вашей стороне и помогут, когда это необходимо. Вам проще будет обратиться к ним. Легче найти общий язык с созданиями жизни и лесными жителями. - Растягивал слова могучий староста.

С каждым произнесенным словом, в воздухе все сильнее ощущалась вибрация от нарастающего гула. Каждый из энтов, следуя заветам предков и первобытным инстинктам, в этот сакральный момент, стал непрерывно бормотать ритуальную мелодию, сначала едва ощутимо, затем все громче и громче, пока все вокруг не заполнило стройное гудение протяжных голосов.

Эльф задумался, взвешивая все за и против. Чем могло обернуться в дальнейшем это родство с природой. Внезапно пение оборвалось. Лазриэль огляделся по сторонам и понял, что брат не раздумывая принял дар и сейчас, кривясь, пережевывал преподнесенный желудь. Последовавший его примеру, друид почувствовал горечь вкуса, а затем ощутил, как неведомые силы растекаются по всему телу, он стал могуч, как медведь, быстр, как леопард, ловок, словно пума, его инстинкты обострились, все чувства усилились. Никогда он не был так переполнен могуществом. А затем все исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив только горечь во рту.

- Что это было? - Услышал он голос Таэля рядом.

- Это, мой маленький друг, были силы природы, которые теперь задремали в тебе, чтобы проснуться в нужный момент и помочь тебе в самой трудной ситуации. - Прогрохотал хранитель.

- А как мы узнаем этот момент? - Не удержался и старший брат.

- Вы можете и не узнать. Сила точно узнает, когда вы в ней нуждаетесь. - Заверил Стародуб.

После этого все снова потонуло в оглушительном гвалте ликования. Обоих подхватили цепкие ветви, оторвали от земли и понесли по воздуху, бережно передавая друг-другу. Когда бесконечный ритуал наконец завершился и они снова оказались на земле, уже начавший изучать основы, маг, почувствовал какое-то едва уловимое искажение в собственной ауре.

Проницательный хранитель сразу заметил беспокойство на его лице и поспешил развеять страхи

- Харнесесс, а твой сын имеет все задатки, дабы пойти по твоим стопам и стать таким же великим среди магов, каков ты в мире друидов, единственный известный нам носитель духа ночного охотника. Уже сейчас он ощутил наше влияние. - А затем обратился уже к юному магу. - Ты верно почувствовал. Твоя аура слегка изменилась. Только что круг энтов оставил на ней отпечаток своего благословения. Теперь природа будет к тебе чуть более благосклонна, а сильные существа и сущности смогут увидеть эту метку, это благословение энтов. Просто помни это, когда-то обязательно пригодится.

Всю ночь эльфы провели в кругу своих друзей, разговаривая о былых временах. Братья с упоением слушали рассказы о появлении энтов, о битвах, о потерях, о тех давних веках, когда древние расы еще даже не знали, что такое человек. Это были захватывающие истории и время промчалось. Ночь прошла, как один миг. Рассвет так и застал их на той поляне. Двуногие сидели в центре, завороженно слушая неторопливую, низкую, скрипучую речь энтов, расположившихся вокруг них.

Когда первые лучи зари пронеслись над кронами, Харнесесс поднялся на ноги и поблагодарил давнего друга за приятный разговор.

- Спасибо тебе, Стародуб за радушие. Я счастлив был услышать о тех давних временах. Ты порадовал меня теплыми воспоминаниями.

- Как и ты меня своим приходом. - Не остался древень в долгу. - У тебя замечательные дети. Оба твоих сына. Они достойны жить и нести пламя жизни в этом мире.

Эльф нахмурился и задумался над словами энта, а тот пока обратился к своим соратникам, призывая вернуться на стражу порядка древней рощи. Живые деревья попрощались с гостями, неторопливо развернулись и направились вглубь леса, снова заполнив всесь лес какофонией звуков. Когда затих последний скрип вдалеке, Стародуб тепло простился с детьми, заверив их в том, что союзники будут рядом в трудный час, а когда те уже немного отошли, как мог своим басом тихо, обратился к их отцу.

- Ты правильно меня понял, старый друг. Отступник был здесь. Он заявился внезапно, успел уничтожить одного моего собрата, а другого заразить неведомой хворью, от которой тот погибает сейчас и исчез прежде, чем я среагировал. Его сила выросла, его вера окрепла, он обязательно еще объявится.

- Спасибо, что дал мне знать, я буду готов. - Обеспокоенно заверил верховный друид.

- Береги своих детей и помни, в нужный час мы прибудем, только позови. - Положил хранитель ветвь-руку на плечо маленького двуногого.

- Благодарю тебя, друг, за все, что ты сделал и за все, что еще сделаешь. - Искренне ответил Харнесесс. - Таэль, Лазриэль, нам пора домой...

***

Вот уже четыре дня продвигался маленький отряд по бескрайним холмам в сторону черного пика. Кромка леса давно скрылась из глаз, а впереди уже замаячили над землей отблески голубоватого сияния. Река становилась все ближе. каждый шаг неотвратимо приближал Лазриэля, а вместе с ним и весь лесной народ, к новой судьбе.

Он старался идти так быстро, как это было возможно. На второй день даже подошел к Андориусу и предложил тому ускориться, чтобы быстрее добраться до цели, но старик категорически воспротивился этому.

- Идем мы уже достаточно быстро. Если торопиться, то мы будем расходовать слишком много сил. А это значит, что следующая засада может застать нас не способными сопротивляться. А если идти ночью, то мы либо переломаем ноги, либо станем прекрасной мишенью всем, кто сможет увидеть свет на несколько дней пути вокруг. - Доходчиво объяснял он свою точку зрения.

Эльф принял ответ, но не перестал об этом думать. Сейчас единственное, что его отвлекало от цели, так это разговоры с Элиандор. Спутница оказалась замечательным собеседником. Она поддерживала и разговоры о прошлом и обсуждения планов и маршрута. Принца следопыт старалась не покидать, отлучаясь только для того, чтобы разведать обстановку вокруг.

Старцы после нападения нежити стали хмурыми и озадаченными, видимо постоянно размышляя о возможном повторении атаки или о том, что не смогли справиться без помощи, а может и вовсе думали о чем-то своем. На все вопросы они просто отмахивались и переводили тему, продолжая бросать друг на друга задумчивые взгляды.

Склонившийся к закату день, снова заставил путников разбить лагерь. Лучница отправилась на разведку, а Лазриэль раскидал сеть сторожевого периметра и погрузился в медитацию. Сегодня он снова уделил особое внимание своим огненным заклинаниям, продолжая увеличивать их мощность и расширять возможности. он уже мог призвать огненный шар со взрывом, дополнить его растекающейся магмой, мог создать пламенное ядро, которое после удара останется лежать и еще много вариантов этого заклинания, которому уделял больше всего сил.

Медитацию оборвала внезапная вспышка предупреждения. Периметр был нарушен. Уровень развития заклинания уже позволял магу отличать своих спутников. Всякий раз оплетая сеть новыми возможностями, эльф присматривался к отпечаткам, что оставляли ауры каждого из его группы и постепенно стал все отчетливее различать их. Элиандор была легкой и быстрой, Андориус оставлял достаточно тяжелый и нечеткий след. А у воинов были похожие, грузные, ярко очерченные отпечатки. Только один чуть более мощный. Еще немного и сторожевой периметр должен предоставить возможность уже не просто чувствовать ауру, а видеть ее носителя. Но для этого нужны еще тренировки.

Эльф привык за прошедшее время, что периметр постоянно нарушается снующими по лагерю старцами и лучницей и лишь мельком стал проверять, кто из спутников вернулся. Так и сейчас. Старики давно улеглись, а вот рейнджер должна была вот-вот вернуться, потому он не задумываясь лишь прощупал ауру и с удивлением обнаружил, что она не принадлежит никому из союзников.

Мигом вырвавшийся из оков медитации маг, оказался на ногах, глядя в направлении нарушителя. С удивлением отметил, что апостол уже стоит рядом в ожидании врага.

- Ты что всегда ко всему готов? - Прошептал он, как можно тише.

- Просто ты так резво поднялся, что я не мог этого не заметить. - Пробормотал поборник веры.

- Знаешь кто там? - Взволнованно спросил маг, все еще ощущая в том направлении неведомое существо.

- Я думал ты знаешь. - Возмутился Андориус.

Так они и стояли Вдвоем, в томительном ожидании. Существо тоже замерло и не шевелилось. Судя по ауре это была маленькая, не очень дружелюбная и удивительно темная тварь. Сколько времени прошло было не понятно, может миг или половина ночи. Никто не смел шелохнуться.

- Эй! - Позвал не выдержав эльф - Кто здесь?

Это стало словно призывом к действию. Сторожевой периметр дал сигнал о том, что нарушитель двигается. В темноте послышался громкий торопливый перестук маленьких лапок, словно к ним мчался краб. Тварь неимоверно быстро приближалась, затем резко прыгнула в сторону жертвы... Ночь озарила тусклая вспышка фиолетового цвета. Посреди лагеря стояли двое магов, готовых выпустить на волю разрушительные чары, а к их ногам упала пронзенная стрелой дикая кошка, размером почти с человека. Маг решил, что вероятно клацали когти бегущего хищника.

- Сегодня на ужин свежее мясо само пришло. - Улыбнулась выходящая из сумрака Элиандор.

Всю ночь они наблюдали, как мастерски рейнджер разделывала хищника и делила добытое мясо на куски. Одни для жарки сразу на костре и поедания прямо горячими, другие для того, чтобы засушить и завялить в дорогу, дабы разнообразить скудные запасы пищи. Как только кошка была полностью разделана, куски мяса распределены по своим назначениям, Ионис вызвался разводить костер, а остальные томились в ожидании горячей порции свежего мяса.

Обжаренные, горячие, сочные куски были с аппетитом поглощены задолго до рассвета. А охотница еще долго сокрушалась, что нет возможности взять с собой для обработки прекрасную черную, как уголь, лоснящуюся шкуру. Она порывалась, но старцы, осознав, какой смрад им придется терпеть все путешествие, в один голос категорически воспротивились и ей пришлось смириться с потерей столь драгоценного трофея.

Потом была очередная ночь разговоров о прошлом, о будущем и о том, что могло быть. Когда Элиандор отправилась спать, Лазриэль снова погрузился в медитацию, развивать свои способности и возможности.

Утром остывшие куски вяленого мяса были распределены и разложены по сумкам, лагерь свернут и все готовы в дорогу. Очередной день пути через холмистые земли ждал своих странников.

***

- Сквиртч ты рехнулся? - Отчитывал он своего приспешника. - Я оставил тебя здесь следить за ними и не высовываться, а ты что творишь? Зачем ты полез к ним в лагерь? Что ты хотел там разузнать?

Пристыженный маленький зверек понуро стоял возле хозяина и беззвучно выслушивал тираду, понимая, что действительно поступил глупо.

- Ты понимаешь, что если бы я не появился в нужный момент и не сыграл порталами, это тебя сейчас разделывали бы там! - Указал он рукой в темноту ночи и надолго замолчал, приводя мысли в порядок. - А кроме того, ты мог выдать им мое присутствие.

Снова повисла гнетущая тишина. Маленькая жукоподобная тварь продолжала неподвижно стоять, в ожидании наказания, а хозяин неторопливо поправил пурпурный капюшон и снова заговорил шелестящим, пронизывающим до костей полушепотом, отдающимся эхом.

- Хоть я и недоволен твоим глупым поступком, все же пользу ты то же принес. Теперь я точно знаю, что среди них есть маг и разведчик. С остальным разберемся позже. Если ты еще раз покинешь эту скалу, я лишу тебя возможности пользоваться порталами. Или отправлю туда, где нашел. - Зловеще пообещал он и исчез в фиолетово-голубой вспышке врат.

***

Удар, еще удар. Противник невероятно проворен. Он умудряется блокировать все или уворачиваться. Взмах меча в очередной раз не достиг цели. Он пробовал серии ударов и обманных маневров, пробовал колоть, рубить, пробовал напирать грубой силой, пробовал уйти в глухую оборону, а потом внезапно разрывать слаженный ритм второго мечника.

Соперник не уступал ничуть. Там, где черный клинок распарывал воздух, оказывался тонкий, изящный меч противника или не оказывалось ничего.

Удар снизу, обманное движение сверху вниз, схватив рукоять обеими руками, а когда противник направил меч вверх, чтобы принять удар на него, увел свой в правую сторону, отпуская левую руку и толкая его в грудь, а в это время проводя удар справа.

- Гадство! - Выругался он. Снова противник успел заблокировать удар.

Кажется в этой ситуации нужно радоваться, что и ему ничего не получается сделать в ответ. Словно танец двух партнеров, понимающих друг-друга с полуслова, их бой был также красив и столь же слажен. Каждый удар и каждый взмах меча одного, оказывался предугадан другим и его последствия сводились к нулю.

- Кажется за столько веков ты потерял свою хватку. - Услышал он издевку.

Взмах меча параллельно земле слева направо, противник отпрыгнул. Укол с подшагом, увернулся вправо. Резанул с разворота в противоход, снова воздух. Попытался достать серией ударов, не удалось. Сбил с толку серией обманных ударов, использовал всю свою скорость, чтобы нанести несколько реальных. Резко отвернулся и нанес невидимый удар из-под руки. Снова враг ускользнул.

- Тебе не удасться уходить от меня вечно. - Выдавил он из себя, стараясь сдержать нарастающие эмоции.

- Кажется мы здесь уже вечность - Расхохотался второй мечник. - А я пока еще жив. Признай, я стал сильнее тебя.

Ярость подогревала кровь и придавала изворотливости. Мечи взлетали и падали с быстротой молнии. Резали и кололи. Каждый удар был просчитан и выверен веками тренировок. Но сейчас гнев взял верх. Атаки стали сильными и хаотичными. Удары утратили предсказуемость. Клинок полосовал воздух под невероятными углами.

Укол пронзил пустоту. Боковой удар направо рассек только место, где был противник. Провернул меч и обратным движением попытался достать его, но наткнулся на выставленный блок. Держа мечи скрещенными развернулся вокруг своей оси, надавил на рукоять, немного отталкивая мечника, а затем, доворачиваясь, резким пинком разорвал блок.

Ошарашенный фехтовальщик сделал несколько неверных шагов назад и едва успел отшатнуться от следующих трех ударов, но затем снова вошел в ритм и после нескольких минут напряженного обмена ударами и выпадами, разорвал дистанцию и заметил.

- А ведь когда-то ты сам учил меня не поддаваться гневу и говорил, что ярость, это худший советчик на войне. Как же ты меня разочаровал, тебя оказалось так легко вывести из равновесия... - Издевался он

Однако, воину пришлось признать его правоту и призвать всю свою волю для возвращения спокойствия. Несколько глубоких вдохов позволили восстановить контроль на собой, но промолчать он не мог.

- Я срублю эту ухмылку вместе с твоей наполненной тьмой головой. Вся твоя мощь осталась там и никак тебе не поможет. Здесь ты бьешься со мной на равных и все закончится лишь тогда, когда ты умрешь, сын...


Глава VIII Брод.


Семь дней пути промелькнули, как один миг. Эльфы стали ближе друг-другу, проведя бесчисленные часы за откровенными разговорами и уже, зачастую, могли обходиться без слов. Апостолы продолжали настороженно переглядываться и вели себя достаточно обеспокоенно.

Саму реку еще не было видно, но отблески в небе уже давали понять, что на горизонте вода. Закатное солнце отразилось от поверхности реки и потрясающей красоты, переливающиеся отсветы разыграли на склонах гор настоящее световое представление, поражающее взгляд.

Лазриэль этой ночью, наконец, смог увидеть своих спутников через заклинание охранного периметра. Это очень важный момент для любого странствующего мага. Следующим этапом развития станет распознавание ауры тех, кто раньше не пересекал периметр.

Восьмой день должен был наконец привести группу к берегу реки и все с нетерпением ждали этого. Монотонный пейзаж сильно нагружал зрение и мерцающие вдали блики стали эликсиром, открывшим у всех второе дыхание.

Уже утром, во время завтрака, спутники собрались в центре лагеря и обсуждали предстоящий переход, доедая последние куски мяса дикой кошки.

- К вечеру этого дня мы должны добраться до реки. И если мои расчеты верны, то выйдем недалеко от брода. - Заверил всех Андориус.

- Это же отлично, а-то эти унылые, безжизненные холмы меня уже раздражают. - Выразила общее мнение Элиандор.

- Я тоже рад этому, но боюсь, что есть и обратная сторона медали... - Возразил старец.

- Ну конечно, по другому и быть не могло, слишком гладко идет наше путешествие. - Пожаловалась лучница.

- На нашем маршруте самое удобное для засады место, это брод через реку. А учитывая, что враг ждал нас прямо под нашим первым лагерем, очевидно, Нерзул'Гурабу известно куда мы направляемся а он не останавливается на полпути. Значит стоит ждать новую засаду. Думаю, что именно там нас и встретят. - Предположил Птархиус.

- И что же мы будем делать? - Забеспокоился Лазриэль. - Другой путь есть?

- Боюсь, нет. Мост здесь никогда не строили, а другой брод если и существует, я о нем ничего не знаю. - Вступил в разговор Ионис.

- Ну значит выбора у нас нет, Надо идти и биться, если нападут. А может вы и ошибаетесь. Не верю, что говорю, как брат, но нет смысла переживать о том, что может и не случиться, вот когда произойдет, тогда и будем ломать голову, что с этим делать и как выбираться.

- Звучит безумно и пахнет битвой. - С воодушевлением заметил Ионис.

- Что-то мне твои искорки в глазах не нравятся. - Возмутилась рейнджер.

- А мне не нравится, когда на меня охотится бог смерти. - Возразил воин.

- Ну если под таким углом смотреть на ситуацию, то я согласна с принцем. Лучше встретиться с врагом лицом к лицу и уничтожить его, чем ждать постоянного удара в спину.

- Что ж, значит сворачиваем лагерь. Вечером, надеюсь, что мы без происшествий разобьем его уже на том берегу реки.

Группа торопливо собрала вещи и ускоренным темпом двинулась в прежнем направлении. Черный пик по прежнему маячил в небе перед ними, только сейчас стал значительно больше, чем в начале пути.

К полудню, с вершин холмов, уже отчетливо было видно кромку воды, плещущейся впереди. А когда, уже ближе к вечеру, они наконец добрались до бурлящего потока реки, Андориус с грустью заметил.

- Река стала гораздо шире и быстротечнее.

- Как это помешает нашим планам? - Спросила рейнджер.

- Кардинально, никак, но вот брод придется искать буквально на ощупь. Последний раз я был здесь очень давно и приметы, по которым его можно запомнить не сохранились, особенно учитывая разлив воды. Брод выше или ниже по течению, в пределах пары часов пути. Нам придется искать его и терять время, если пойдем сейчас не в ту сторону. - Расстроился старик.

- Тогда нам стоит разделиться и пойти в разных направлениях. - Предложил Лазриэль. - Так будет быстрее. Группа, которая найдет переправу останется ждать, а другая, через два часа пути развернется и помчит обратно уже не осматривая реку, а только ища первую.

- Нет. Потеряем время. - Возразил апостол. - Так мы потратим часа три, не меньше, а если пойдем всеми, тогда есть шанс, что через четверть часа уже окажемся на той стороне. А если уж и нет, то уложимся примерно в то же время. Да и возможная засада, если разделиться, то это смерть.

- Наверно ты прав. - Согласился эльф. - Сейчас действительно лучше держаться вместе. Тогда нужно с умом выбрать направление. Ты кажется единственный был тут раньше, тебе и решать, куда мы отправимся.

Андориус замер, пристально рассматривая территорию вокруг. Затем закрыл глаза и погрузился в глубины разума. Так он стоял на берегу реки с закрытыми глазами совершенно неподвижно, погрузившись в свои воспоминания, вероятно сравнивая каждую травинку и рассматривая каждую кочку в своем воображении.

Уставшие спутники собрались вокруг и расселись поудобнее, ожидая его. Четверть часа спустя, старик наконец открыл глаза и в них можно было прочесть блеск понимания и осознания.

- Нам вверх по течению, если мои ощущения не врут. - Сказал он остальным.

Уже заждавшаяся группа, резко поднялась на ноги. Все были готовы отправляться в путь, с нетерпением ожидая лишь вестей от апостола.

- Если ты ошибаешься, то мы потеряем сегодняшний день. - Заметил Птархиус.

- Может оно и к лучшему. - Напомнила мужчинам лучница. - Смотря что нас там ждет. Или кто...

- Я могу и ошибаться. Река сильно разлилась, земля поменялась, а я полагаюсь на ориентиры, которые запомнил, проходя тут больше века назад. Но для направления в эту сторону у нас есть хотя бы мои ощущения. За другую, нет ничего. - Парировал Андориус. - Так что если ни у кого нет возражений, выдвигаемся незамедлительно. И так мы потеряли достаточно времени на мои самокопания.

Лазриэль клял себя за то, что не нашел времени разложить все свитки. Только сейчас, пока все ждали, он случайно заметил среди других, заклинание феникса, которое при должном внимании к себе помогло бы сейчас не испытывать удачу, а разведать оба направления, выпустив птицу. Пообещав себе непременно разобрать доступный арсенал, он поторопился вслед за остальными вверх по течению.

Полтора часа пути так и не дали результата. С каждым шагом, все более угрюмый старец бормотал проклятия себе под нос. А когда последние лучи заходящего солнца стали исчезать за горизонтом, все-таки сдался.

- Простите, очевидно я ошибся и потратил наше драгоценное время. - Обратился он к остальным.

- Перестань казнить себя. Конечно мы должны как можно быстрее добраться, но пара часов пока не так сильно играют роль. К тому же, мы еще не знаем что ждет нас там и вероятно, перебираться на тот берег поутру будет гораздо безопаснее. - Постарался успокоить его маг, хотя и печалился из-за потери времени.

- Значит разбиваем лагерь, набираемся сил и готовимся к завтрашнему переходу. - Подытожил Ионис.

И лагерь закипел. Все стали выставлять походные домики. Птархиус развел костер и начал готовить пищу, Элиандор отправилась на разведку, Ионис старался поддержать своего сникшего собрата, а эльф наконец решил во что бы то ни стало разобрать свитки, захваченные с собой. Первым делом он отложил феникса, сегодняшняя медитация будет посвящена именно ему. Среди прочих могущественных и бесспорно полезных заклинаний, он сразу выделил те, что показались важными именно сейчас.

Среди этих свитков больше всего мага заинтересовали три, способные при правильном слиянии дать нужный результат.

К этому времени все уже собрались, а ужин почти был готов. Лазриэль упрекнул себя за небрежность. Слишком увлекшись своим делом, в столь опасный час, он совершенно забыл раскидать сеть охранного периметра и даже не заметил, как вернулась и устроилась рядом Элиандор.

Наскоро перекусив, все разбрелись по своим делам. Старцы подготовили оружие и улеглись спать, скаут снова скрылась в темноте, по обыкновению осматривая территорию вокруг лагеря. Эльф, спохватившись, раскидал охранный периметр, затем удобно устроился, собрал необходимые свитки и погрузился в изучение.

Первым делом феникс. Перенес узор заклинания со свитка и стал аккуратно его вырисовывать. Когда линии сплелись и магия наполнила знак, он понял, что сделал все верно и перешел к следующему свитку. Истинное зрение позволяет творцу увидеть все, что скрыто от его глаз. Третьим свитком был призыв ястреба. Простое заклинание для друидов, которое позволяет осмотреть поле боя или окрестности. Да и атакующий хищник вполне может помешать врагу в бою. Проблема лишь в том, что только друиды могут управлять этим животным. Призыв феникса не создает живое существо, а лишь сгусток огня, которым маг может управлять. С ним крайне сложно сплести истинное зрение. А вот с ястребом должно быть гораздо легче. Именно по этой причине маг решил попытаться объединить все три заклинания в одно.

Эльф погрузился в медитацию и сосредоточился на более простой из задач. Вызвал в памяти символ заклинания призыва. Еще раз проверил его и подправил линии. Затем, не отпуская его, стал осторожно вплетать узор зрения, не нарушая изначального рисунка. Добавлять новые свойства ему было не впервой, а вот объединить два символа, сохраняя оба поровну, да еще и работая при этом с магией разных, не сводных стихий, это было по настоящему трудно.

Уже наполненный силой знак с трудом поддавался. Интуитивно он попеременно вносил небольшие правки то в исходный, то во вплетаемый символы. Когда новый знак засиял энергией, маг снова прошелся по нему, проверяя каждую линию и каждый завиток. Только после этого, удовлетворенный своей работой, сбросил оковы медитации.

Вокруг было так же темно. Лагерь мирно спал, а сторожевой периметр показал, что лучницы либо еще нет, либо она в новом дозоре. В любом случае, времени мало, а то, что получилось, надо срочно проверить и закончить все до утра.

Лазриэль поднялся на ноги, выпрямился, освежил новый знак в голове и произнес магическую формулу, дополняя ее невербальной составляющей. Сложные пассы руками сопровождались едва видимыми голубовато- серыми следами сияния в воздухе. Выдыхая последние слова он надеялся, что заклинание сработает правильно и не придется тратить драгоценное время на его исправление. Маг резко выбросил руки вперед и вверх, раскрытыми ладонями наружу, завершая заклинание, краем глаза отметил, что Андориус, по обыкновению, уже не спит и наблюдает за ним, а затем окружающее пространство поплыло, размазалось, словно смытая дождем краска. Казалось, что глаза подвели и обманывали, а затем вокруг появилась черная мчащаяся пустота, потом далекие горы, потом показалась земля далеко внизу, все стало невероятно резким, близким и четким, даже несмотря на ночь.

Эльф увидел самого себя там внизу, на земле, падающего прямо в руки подоспевшего апостола, увидел еще двоих спящих людей, потом заметил ещё одну фигурку чуть поодаль. У него получилось. Он смотрел глазами существа, что создал мгновение назад, но видел только то, что видела птица.

Лазриэль почувствовал тонкую нить связи между собой и своим созданием и уже хотел прервать контакт и вернуть нормальное зрение, когда резкий толчок оборвал легкость полета и земля бешено рванулась навстречу, а в момент удара он вскрикнул и затуманившееся вновь срение, снова прояснилось мгновением позже, собравшись на лице обеспокоенного Андориуса. А затем крик удивления и возмущения быстро перешел в вопль радости.

- Да, мне удалось! - Воскликнул взбудораженный маг. - Я сделал это! Я справился!

- Что за шум? Что ты сделал? - Поинтересовалась подходящая к ним эльфийка, бросая к ногам пронзенную стрелой тушку ястреба. - Я, кстати снова принесла нам свежей дичи.

- У меня получилось... вот это... - Неуверенно кивнул эльф на ее добычу.

К этому времени все уже собрались вокруг них и пытались понять, что происходит.

- Эмм... Прости, я не знала, что это твоя. Ты не говорил, что у тебя есть питомцы или фамильяры или что это там еще может быть. Просто увидела птицу и решила, что это неплохое подспорье к нашему скудному питанию.

- Успокойся, это не фамильяр, я только что призвал ястреба заклинанием. - Радовался приходящий в себя маг.

- Значит ты хочешь сказать, что мы все это время питались сушеным мясом и копчеными остатками с сухими эльфийскими лепешками, а ты мог вот так запросто призвать сытный, свежайший ужин? - Возмутился Ионис.

- Может ты и оленя призвать можешь и молчишь? - Поддержал Птархиус.

- Хватит, перестаньте. Не могу я призвать никакого оленя. Я этому заклинанию научился только что и сразу его использовал. - Оправдывался Лазриэль.

- А позвать меня не мог? А если бы я далеко была? Плакал бы наш ужин.- Вставила свое слово лучница.

- Да не думал я ни про какой ужин. - Отмахнулся эльф. - Я решаю совершенно другую задачу. Создал символ и проверил, как он работает, убедился, что все сделал верно, а тут вы со своими расспросами. Ладно, главное, что заклинание работает. Теперь вплету еще одно и мы сможем больше не ходить наугад. Надеюсь все получится.

Спутники еще некоторое время возмущались, жалуясь на ночную суматоху, а затем вернулись на свои места и продолжили отдыхать перед новым дневным переходом, скаут уселась разделывать птицу, а маг снова устроился поудобнее и вновь погрузился в медитацию.

Вызвал образ заклинания феникса, внимательно изучил его и отодвинул в сторону, Достал из памяти созданный недавно знак и осторожно, бережно, но торопливо стал вплетать узоры один в другой. Линии пересекались и сливались, каждый новый виток добавлял силы создаваемому символу, каждое движение меняло и обновляло конечные свойства. Аккуратно, почти с любовью, эльф вычертил все линии, сливающие два совершенно разных заклинания.

Когда перед глазами ярко вспыхнула силой новая магия, он еще раз, критически осмотрел каждый изгиб и пересечение своего творения, повторил весь символ еще раз, придав его контурам резкости и вернулся в реальность.

Апостолы мирно спали, а Элиандор готовила на костре разделанного ястреба.

- Долго ты там возился. - Заметила она. - Скоро уже в путь.

Эльф проигнорировал спутницу, слишком мало времени осталось у него. Молча повернувшись в сторону , где никого не было, маг приступил к проверке своего символа.

Сложные пассы руками он дополнил необходимой вербальной составляющей. Речетатив слился в единую, пропитанную силой и энергией материю, а вместе с завершающим жестом, выбросили в этот мир сотворенную магию.

Огромная птица, объятая пламенем сорвалась с его рук и с жутким воплем рухнула на землю. Зрение поплыло, все вокруг вспыхнуло и внезапно вернулось на свои места. Ошарашенный Лазриэль стоял и удрученно смотрел на обгоревшую, дымящуюся тушку, лежащую в десятке шагов от него. Едкий запах паленых перьев ударил в нос. Переполошившиеся спутники, проклиная шумного союзника, снова разлеглись по местам и постарались уснуть. А Лучница подошла поближе, окинула взглядом результат колдовства и всерьез возмутилась

- Заставляешь меня гоняться за дичью, разделывать её и потрошить, готовить на костре, а сам практикуешь сотворение сразу жареного ужина? - Высказала она.

Маг только фыркнул в ответ и пробурчал себе под нос ругательства. Снова устроился на земле и провалился обратно в медитацию. Вызвал созданный символ и стал внимательно рассматривать его, пытаясь понять, что сделал неверно. Когда он наконец заметил место, где возможно ошибся, просто выбросил весь знак из своей памяти. Создать новый гораздо быстрее и точнее, чем пытаться переделать уже существующий.

Эльф сконцентрировался, еще сильнее погружаясь в медитативный транс, вызвал образы обоих заклинаний, глубоко вдохнул и стал, как мог быстро, объединять их, не забывая следовать первоначальному опыту и обходя место, в котором, как он думал, допустил ошибку. Связав все остальные места и линии, он перевел дух, сосредоточился, опускаясь в самую глубь медитативной концентрации и осторожно, очень медленно завершил последний виток, окончательно сливая эффекты двух знаков в одном.

Отстранившись, маг придирчиво осмотрел свою работу и, удовлетворившись результатом, еще раз прошелся по всем линиям и связям, укрепляя их. Снова взглянул со стороны. Еще было, над чем поработать и что улучшить, но тратить на это ещё время он уже не рискнул, завершив создание символа и отправляясь его проверять.

Лазриэль настолько глубоко погрузился в пучину медитации, что, когда очнулся, его встретил разрывающий голову предостерегающий вой охранного периметра. Ощущение тревоги и опасности тяжелым барабаном били в виски. Он слишком увлекся созданием заклинания и пропустил нарушение раскиданной сети периметра.

А вокруг царил хаос. Скелеты врывались в лагерь со всех сторон, бесконечной волной пытаясь захлестнуть защитников. Птархиус стоял в нескольких шагах и что-то творил над своим мечом. Ионис в это время оберегал брата. Элиандор, видимо экономя стрелы билась в ближнем бою, вращалась, уворачивалась, колола, рубила, пинала и разбрасывала противников, не давая дотронуться до себя, а Андориус стоял чуть позади нее и снова резал противников лучом света. Скелет проскочил мимо лучницы и прыгнул на него, но, наконец, засиявший благословением меч воина, разрубил того пополам прямо в воздухе.

- Доброе утро. Как спалось? - Съязвил мечник. - А мы тут вот скучаем. Может все- таки присоединишься и развеешь нашу грусть?

После чего развернулся и слаженным единым движением поменялся с братом местами. Тот уселся на землю за спиной воина и стал молиться над своей булавой, призывая божественную силу.

Маг еще несколько мгновений стоял в полной растерянности, приходя в себя. Слишком много всего навалилось одновременно. Погружался он в медитацию под мирное сопение спящих старцев и равномерное потрескивание костра, на котором готовился ястреб. А вернулся в ревущий ураган битвы. Звон мечей, лязг вынимаемого оружия, топот сотен ног, пульсирующие волны охранного периметра.

Именно с этого и начал эльф. Снял заклинание периметра, ведь оно только мешало сосредоточиться, сбивая концентрацию. Затем посмотрел на битву и определил, что подмога сейчас не помешала бы его подруге, для которой ближний бой был все- таки скорее возможностью выжить, пока не разорвет дистанцию, а не способом уничтожения противника. Он обратился к подсознанию, вытащил оттуда недавно изученные символы и выпустил в воздух сноп огненных искр, которые миновав Элиандор врезались в толпу врагов, сбивая их с ног, поджигая и сталкивая друг с другом.

Эльфийка на миг замерла, когда вокруг нее пронесся ураган горящих светляков. И снова ринулась кромсать нежить, воодушевленная тем, что принц наконец вступил в бой. Короткие клинки оказались слабым оружием против скелетов, но тратить драгоценные стрелы она не посмела, решив, пока есть возможность, отбиваться так. Недостатки оружия с лихвой компенсировались опытом.

Накатывающие волны неприятеля разбивались о стойкость защитников. Скелет человека с мечом попытался полоснуть легкую добычу. Стрелок низко пригнулась к земле, пропуская лезвие над головой, в это время вогнала один клинок между костей руки, а другой между позвонками на шее и резко крутанула оба, выпрямляясь на ногах. Скелет развалился, а его место тут же занял другой. Пнув его в грудь ногой, воительница повернулась к следующему, ловко орудуя обеими руками прошлась по слабым местам орка. Тонкие лезвия с легкостью рассекали суставы и уже через мгновение она оставила рассыпающийся скелет и шагнула к новому противнику.

Засмотревшийся на мгновение на смертоносный танец, Лазриэль, пришел в себя и заметил, что, пока скелеты рвуться в бой, не щадя себя, их лагерь постепенно обходят вокруг. Смутно различимые силуэты подбирались к ним с фланга, едва заметные в ночной тьме за пределами лагеря. Эльф решил растянуть бой, не принимая его со всех сторон одновременно. Пришло время очередного заклинания, которое он еще не пробовал применять. Достал из глубин разума символ, сделал все необходимые приготовления и на краю лагеря, прямо из земли, стала расти настоящая стена. Усиленный поток маны заставил её вырываться из земли с неимоверной скоростью. Когда размеры наконец удовлетворили создателя, мощная, каменная защита полукругом перекрыла путь наступления. Лишь несколько зомби успели пройти. Огненные шары тут же испепелили двоих, третий, почти добравшийся до цели, был жестко отброшен порывом ветра прямо за каменный барьер, в толпу сородичей.

Теперь с одной стороны их защищала стена, с другой быстрое течение реки, а две оставшиеся погрязли сейчас в бою. Маг бегло осмотрел поле битвы, пытаясь понять, куда вклиниться, чтобы наиболее эффективно применить магические силы. Булава Иониса наконец засияла божественным светом и, памятуя о том, как слаженно орудовали старцы в прошлом бою, он решил начать именно с них.

Мощная волна энергии, обогнув обоих бойцов, отбросила скелетов на несколько шагов назад. А следом пронеслась туча маленьких пылающих шариков, которые сбивали нежить с ног и поджигали, врезаясь в них. Искры Арфаэля замечательно справлялись с задачей. Братья воспользовались предоставленной паузой, встали плечом к плечу и он решил, что теперь может за них не беспокоиться. Прикрывая друг- друга, мощные, проворные старики уничтожали любого, кто посмел подойти на расстояние удара. Зомби и скелеты никак не могли достать сработавшихся напарников, лишь складывая свои кости и черепа в кучу, что росла вокруг бойцов.

У Элиандор дела обстояли гораздо хуже. Нежить теснила ее со всех сторон. Стрелок, а не боец, она не могла уничтожать противников так быстро, как подходили новые, а ее короткие, легкие клинки, совершенно не приспособленные к бою против такого врага, еще больше усугубляли положение, заставляя эльфийку постепенно отступать, попутно кромсая наседающих скелетов. В какой-то момент она просто не успела уничтожить скелета, когда на нее уже обрушился удар зомби. Первого тут же уничтожил световой луч апостола, а к другому сразу присоединился собрат и уже вдвоем, они стали теснить лучницу.

Очередной шаг назад и нога рейнджера соскользнула с шаткого камня. Благодаря врожденной ловкости детей леса, быстро сгруппировавшись, следопыт упала лишь на одно колено, но подняв взгляд вверх, поняла, что выкрутиться поможет только чудо. Зомби-человек уже занес над головой короткий меч для удара, а орк-зомби вытянул в сторону шеи руку, силясь достать до плоти грязными обломанными когтями.

Чудо произошло. Два пламенных шара почти одновременно врезались в обоих неживых, отбрасывая их в толпу соплеменников. Мельком оглянувшись, Элиандор удовлетворенно отметила, что апостолы-воины прекрасно справляются с наступающими волнами противника, Андориус возносит молитвы своему богу, а эльфийский принц поддерживает ее направление, сосредоточенно произнося заклинания одно за другим.

Лазриэль выглядел в этот момент словно сам демон. Ветер, создаваемый потоками горячего воздуха развевал длинные волосы, трепал мантию и хлопал полами плаща. Сосредоточенное, суровое лицо, подсвечиваемое вспышками пламени, обещало смерть и разрушения, а земля вокруг него пылала и трескались. С его рук сорвались еще три огненных шара, затем искры Арфаэля проредили наступающие силы врага. Следом отправился сгусток магмы, размером с голову огра, сбив с ног сразу несколько врагов и, разбрызгивая губительную пламенную жижу, прокатился еще шагов десять. Дальше были струи пламени, снова огненные шары, которые взорвались, разбрасывая ошметки и кости воинов, потом дыхание дракона, огненный торнадо, снова искры и шары, шары, шары...

Маг выкладывался на полную, используя весь арсенал изученных заклинаний. Сгустки пламени то взрывались, уничтожая и разметая группы врагов, то сбивали их ядрами, то растекались, окатывая окружающих жидким огнем, то делились в воздухе, испепеляя сразу нескольких, то разваливались, осыпая обжигающими осколками всех, кто попадал в область поражения.

Эльф разошелся не на шутку, вкладывая в каждое заклинание, в каждый символ столько маны, сколько позволяли его магические каналы. В десяти шагах от него начинался огненный ад. Все, кто находился в пределах досягаемости были обращены в пепел. А Элиандор лишь стояла чуть в стороне, не в силах ничем помочь и завороженно смотрела, как ее принц крушит врагов. Постепенно поток нападающих мельчал, а Андориус, получивший наконец свое благословение, снова вышел вперёд и добил всех оставшихся мощным взрывом яркого света.

К тому моменту, как подошли уставшие, запыхавшиеся бойцы, а руки изможденного мага бессильно опустились, над холмами забрезжили первые лучи рассвета и принесли странникам очередную дурную весть. Сотнях в двух шагов от группы, в их сторону, плотным строем двигался отряд. Даже с этого расстояния, острые взгляды детей леса разобрали отсутствующие части плоти и элементы доспехов. Еще порядка тридцати бойцов, стремящихся убить уставших, выдохнувшихся пятерых странников, цепляющихся за жизнь.

- Да сколько их там еще? - Устало возмутился эльф в небо.

- Надеюсь, что это последние. - Тяжело дыша, добавила лучница.

- Думаю, что она права - Поделился Андориус. -только, боюсь, легче нам от этого не будет.

В его сторону обратились вопросительные взгляды, пытающихся восстановить дыхание спутников.

- Судя по тому, что идут эти строем, мы только что уничтожили мясо, а это, я так думаю, воскрешенные. - Обреченно вздохнул апостол. И продолжил, отвечая на немой вопрос, повисший в воздухе. - Это нежить, которая прошла через сложный ритуал воскрешения. Они не сильно умны, но от скелетов и зомби их отличает то, что они сохранили часть способностей и навыков, которыми обладали при жизни. Магов среди них конечно не бывает, а вот блестящий мечник, способный биться хоть в половину своих возможностей может стать настоящей проблемой.

- Ладно, мы только что выкосили толпы скелетов, справимся и с этим отрядом. - Храбрился маг. - У меня осталось не так много маны, но выбора нет и положиться нам придется именно на нее, раз эти бойцы так опасны. Элиандор, готовь лук и стрелы, запрыгивай на стену, следи за нами и стреляй, если возникнет опасность. Андориус, ты можешь начинать молиться, твой свет нам сейчас был бы очень кстати. Ну а вы вдвоем должны во что бы то ни стало не подпускать их совсем близко. Я постараюсь нас вытащить.

Отряд находился уже в пяти десятках шагов от них. Рейнджер с ловкостью дикой кошки вспорхнула на вершину магической стены за спинами четверки. Апостол воздел руки к небу в немой мольбе и застыл прямо позади спутников, воины встали наготове чуть впереди эльфа, а он погрузился в глубины разума, извлек оттуда символ огненного шара и стал накапливать энергию. Воскрешенные подходили все ближе, а маг не сводил с них глаз, концентрируя энергию в заклинании.

Буквально за миг до того, как строй нежити рассыпался, чтобы захлестнуть живых, мощный, гудящий сгусток пламени сорвался с рук эльфа и рванулся в самый центр отряда. Оглушительный взрыв оказался настолько силен, что разметал десятка два врагов, а поднялись из них всего половина, да и те отстали от основного удара. Десяток разномастных бойцов, которых не задело магией, перешли на бег. Им оставалось преодолеть лишь несколько метров, когда Лазриэль шагнул вперед, исключая возможность зацепить стариков и завершил еще одно заклинание. Словно круги на воде, от ударившего о землю посоха, постепенно увеличиваясь, в сторону врага покатились одна за другой пять огненных волн, сжигая оживших орков, эльфов и людей без разбора.

Еще один темный эльф был уничтожен струей огня, а человек и ракшас, сгорели в пламени дыхания дракона. До ближнего боя в итоге добрались лишь восемь воскрешенных. Когда первый из них был убит Птархиусом, божественный свет Андориуса, наконец закончил схватку. Оставшиеся неживые воины просто рассыпались под его лучами.

- Кажется мы снова выжили - Выдохнул Ионис

- Надеюсь, что это была последняя атака. - Обеспокоенно проговорил Апостол, уже погасивший дар бога.

- Это было просто. - Хохотнула, так и не вступившая в бой с воскрешенными лучница. - Я могу еще хоть сотню раз так биться.

- Боюсь, что мы не сможем. - Не оценил шутки еле стоящий на ногах, опустошенный боем эльф.

Последнее, на что его хватило, так это раскидать охранный периметр, используя остатки маны и обессиленный телом и духом маг рухнул прямо на землю и провалился в тревожный, беспокойный сон.

***

Лишь двенадцать часов спустя, Лазриэль очнулся. Все тело ныло, а руки выкручивало, он чувствовал абсолютное опустошение. Колодец маны наполнился лишь жалкими крохами. Остальные уже сидели неподалеку, обсуждая все то, что произошло и свои дальнейшие действия. Возня со стороны спящего заставила разговоры в лагере разом стихнуть и взгляды обратились в сторону шума. А когда он подошел, Андориус встал, горячо обнял его, похлопал по плечу и искренне поблагодарил.

- Спасибо тебе. То, что мы еще живы, целиком твоя заслуга. Ты настоящий герой.

- Держи, поешь, повелитель пламени. - Протянула ему жареное на костре мясо ястреба восхищенная лучница. - Тебе нужно восстановить силы.

Пока проголодавшийся маг с аппетитом жевал, спутники рассказали ему о ночной атаке. Апостол поднял тревогу среди ночи, они едва успели собраться, а поняв, что эльф глубоко в медитации и попытки разбудить его не приносят успеха, приготовились умереть вокруг него, отбивая атаки нежити. Ну а когда, пришедший в себя, маг обрушил на некросов пламенную бурю, он не только спалил тела неумерших врагов, но и поджег сердца живых союзников надеждой.

Когда эльф поел и немного отдохнул, верховный апостол предложил снимать лагерь и двигаться в обратном направлении.

- До заката еще часа три. Учитывая, что в эту сторону мы прошли примерно на полчаса дальше, чем планировалось, как раз успеем вернуться туда, откуда начали и разбить лагерь. - Предложил он.

- Думаю, мы совершим ошибку. - Возразил Лазриэль. - Нежить напала на нас именно здесь. Это значит, что либо Нер'зулГураб точно знал что мы пойдем в этом направлении, либо враг наблюдает за нами прямо сейчас с какой-нибудь из гор или через волшебное зрение и направляет своих воинов, либо мы недалеко от цели. И если первые два варианта достаточно сложны, как я надеюсь, то последний вполне может быть правдой.

- Ты предлагаешь потерять еще время на дальнейшие поиски брода в этой стороне? - Поинтересовался старец.

- Вовсе нет. - Удивил всех маг. - Я надеюсь, что созданный мной символ все же сработает и мы получим необходимые знания.

С этими словами эльф поднялся, отступил на несколько шагов, повернулся в сторону от спутников и стал творить сложный знак, мысленно упрашивая судьбу, что бы остатков маны хватило на все и в этот раз все сработало. Заклинание было достаточно сложным и отняло драгоценные минуты на приготовление. Но вот, с завершающим жестом, с его рук сорвался клубящийся сгусток оранжевого пламени. Через несколько мгновений, огненная комета внезапно раздалась в стороны, прорезая воздух рыжими всполохами, а через миг уже стало видно, как она приобрела черты горящей птицы.

Феникс резко взмыл вверх, подчиняясь воле своего хозяина. Существо быстро набирало высоту, оставляя за собой красно-оранжевый шлейф.

- Как же это красиво. - Восхитилась Элиандор.

- Только не вздумай сбить и эту. - Подтрунивал над лучницей Птархиус. И апостолы дружно и весело расхохотались.

- Сейчас я скорее готова пустить стрелу в глаз одному нерадивому мечнику. Из его длинного языка выйдет отменная, наваристая похлебка на всех. - Не осталась в долгу рейнжер. И те, кто видел в этот момент ее лицо, не смогли бы сказать наверняка, шутит она или нет.

Маг стоял совершенно неподвижно. Его не волновала словесная перепалка спутников, он услышал все лишь краем уха, словно издалека. Все его внимание сейчас было сосредоточено на поддержании магии. Эльф не мог насладиться красотой взмывающей в небо объятой пламенем птицы и не мог наблюдать за стремительным полетом прекрасного существа. Зато Лазриэль мог наблюдать апостолов и эльфийку и даже себя самого с высоты птичьего полета.

У него получилось. Он смотрел на мир глазами ястреба, мог управлять воплощением огня, маг практически сам стал фениксом и парил в небе, осматривая окрестности. Птица рванулась вдоль реки, пристально вглядываясь в берег и течение и наслаждаясь первым в жизни полетом, порывами ветра, бьющими в лицо, потоками воздуха, наполняющего крылья, высотой, заставляющей голову слегка кружиться. Вот, наконец, зоркий взгляд зацепился за место на воде, сквозь которое можно было рассмотреть каменное дно.

Существо спустилось к самой кромке водной глади, пронеслось над ней, с шипением испаряя брызги попадающие на объятое пламенем тело. Острые глаза позволили даже на огромной скорости рассмотреть, что именно в этом месте реку пересекает брод. Поняв это, птица взмыла в небо. Колодец маны почти опустел и эльф почувствовал, что вот-вот потеряет контроль над магией. Великолепное, мощное, первородное существо, феникс взорвался и рассыпался прахом прямо в воздухе, а эльф внезапно вновь увидел все своими собственными глазами. Он осмотрел остальных.

- Андориус, ты не ошибся с направлением, ты ошибся со временем. Брод действительно здесь. Еще пара часов пути и мы будем на месте. - Устало поведал маг.

Радостные возгласы стали ответом. Группа воодушевленно собирала вещи, снимала походные домики и паковала сумки, чтобы засветло добраться до перехода, а утром продолжить поход уже по ту сторону реки.

Лазриэля беспокоило лишь одно. Прежде, чем магические запасы истощились и феникс распался, а его взгляд вернулся в свое тело, всего на мгновение, он уловил боковым зрением пурпурный отблеск среди холмов. Может это и не имеет значения, возможно сверкнула на солнце брошенная склянка, но первый такой всполох был во время нападения дикой кошки, а то уже второй...

***

Махитхарджи продолжал вглядываться в даль, следя за всем, что происходило в холмистых землях. Сквиртч доложил, как только увидел отряд нежити. Бой был скоротечным и поистине впечатлял. Эльфийский маг там внизу, создал настоящий ад, уничтожая нежить. С тех самых пор он и наблюдает за группой, все с той же скалистой площадки, что и раньше.

- Что же ты задумал, Нер'зул? - Задумчиво произнес незнакомец.

Он видел пламенную птицу, что сорвалась с рук мага, там, вдалеке и понеслась вдоль реки, а потом заметил в пяти сотнях шагов от странников, еще одно существо.

- А вот и ответы. - Проговорил он сам себе.

Затем Махитхарджи открыл свой фиолетовый портал и шагнув внутрь, оказался прямо рядом с целью. Стоя среди холмов, на него взирал беспристрастным взглядом, некогда грозный обоерукий мечник, чье лицо иссечено шрамами, а ныне просто тень. Воскрешенный воин, который сохранил свои умения и свой разум. Опасные при жизни, они становились еще опаснее, когда возвращались с того света и переставали чувствовать боль и страх.

- Мне нужно знать, что задумал твой хозяин. - Проговорило вышедшее из портала существо своим безликим, пробирающим до дрожи, звенящим словно эхо, потусторонним шепотом.

- Я ничего тебе не расскажу! - Воскликнул варвар, одновременно начиная атаку.

Резкий рывок и громила оказывается в шаге от противника. Взмах мечом рассекает лишь воздух. Резкий выпад другой рукой, но враг снова уворачивается. Руны на его робе и капюшоне зловеще засияли розово-фиолетовым темным светом, а из-под темного провала капюшона, вдруг загорелись еще двумя такими же огнями, глаза.

Сгусток тьмы отбросил воина на несколько шагов. Едва восстановив равновесие, он поднял взгляд на противника. Руны на одежде того сияли, тьма клубами стекала с его рук. Справа распахнулись пурпурные врата и небольшая восьминогая тварь выскочила оттуда, вцепившись в спину варвара. Он крутился и пытался достать противную тварь. Пляска продолжалась всего несколько мгновений, но повернувшись очередной раз, воин лицом к лицу столкнулся с врагом. На миг застыв, он уставился в горящие провалы глаз. Над ними внезапно распахнулся третий и ужас наполнил разум свирепого воина.

Тень отступил на несколько шагов, выронил оба клинка и бессильно рухнул на колени, обуреваемый кошмарными видениями. Кажется, только то, что он давно уже не живой человек, не давало ему потерять сознание. Махитхарджи слегка поправил маску, скрывающую лицо ниже глаз, медленно подошел, схватил воина тени одной рукой за горло, без видимых усилий оторвал от земли.

- Я не спрашивал тебя. Я лишь сказал, что мне нужно знать. И я это узнаю. - Проговорил он даже не глядя на жертву, открыл пурпурный портал, бросил последний взгляд на взорвавшегося в небе феникса и шагнул внутрь, унося с собой командира отряда нежити.


Глава IX Прыжок.


Очнувшийся от очередного беспокойного сна, Таэль'авир устало сел на краю постели. Его ужасно вымотали постоянные провалы. Бессчетное количество раз он уже нырял в полусон-полутранс, в попытке спасти всех. И столько же раз это заканчивалось смертью. Происходящее там, мгновенно отражалось в реальности, словно эльф бился каждую ночь вместо сна. Он уже мастерски владел двумя полуторными эльфийскими мечами, стал опытным воином, умело командовал отрядом, стал быстрым, ловким, выносливым. Каждая ночь теперь была словно учебная тренировка. Вот только смерть в ней слишком реальная.

А днем он выходил на полигон и занимался там до тех пор, пока силы не покидали тело и каждый раз ему было все мало. Всегда жизнерадостный и веселый эльф, начал уже отчаиваться. Он перепробовал все самые немыслимые способы и снова, раз за разом, терпел поражение.

На полигоне уже появилась его персональная тренировочная площадка. Манекены на ней были расставлены точно так же, как это было в последнем эпизоде видения и юный мечник раз за разом пытался ускориться, отдавая все силы, не щадя себя, силясь успеть за отведенное время. Но вновь и вновь ничего не выходило.

Ночные кошмары приносили больше опыта, будто он занимался там гораздо дольше и активнее, чем на настоящих тренировках. Таэль'авир стал появляться в библиотеке, в попытках найти ответы. Он перекопал кучу информации, пока однажды, не попросил хранителя дать ему книги, что читал брат перед уходом. Причины внезапного бегства принца оставались для всех неясными, отец почему-то молчал и пролить хоть какой-то свет на это можно было бы лишь здесь.

Первые несколько книг были пролистаны и отложены в сторону. А когда юноша взял в руки очередную и погрузился в чтение, он наконец понял, что приходил сюда день за днем не зря. Кажется чутье привело в верном направлении.

Книга повествовала о маге-отшельнике, который жил бодрствуя. Лишь ночам, вместо сна, погружался в медитацию и совершенствовал свои навыки. Именно из этого источника эльф узнал, что медитация позволяет быстрее осваивать новые приемы магии, замедляя время и давая телу больше нагрузки, только лишь силой мысли. Именно это было так необходимо сейчас. Загоревшийся идеей, он бросился изучать фолианты и свитки, хоть как-то связанные с внутренней энергией тела и способные помочь в этом.

Два дня ушло на поиски правдивой информации о медитативном трансе. Еще день пролетел в попытках разобраться, как правильно в него входить. И еще три дня попыток, пока, наконец, эльф не добился результата. Сила видения по прежнему не позволяла рассказать никому правду, а значит просить помощи у магов не было возможности, вот и пришлось постигать все самостоятельно.

Не особенно интересовавшийся раньше магией, Таэль наконец погрузился в полноценный транс. Мир вокруг потерял цвета, затем формы, а потом ушло и ощущение самого себя. Само существо растворилось в ткани мироздания. Вокруг лишь бесконечное серое ничто... или это и есть все. Не важно, мечник ворвался сюда не для философских размышлений.

Предельно сконцентрировавшись, оглядываясь на советы из различных источников, он стал вспоминать весь тот кошмар, через который проходил каждую ночь. Вокруг формировались обрывки видений и образов, постепенно складываясь в общую картину. Сперва появились дома и поляны. Затем Твердыня лесных эльфов. Стена и окрестные земли. Дальше, в тех местах, где он помнил, стали вырастать из земли кусты и деревца. Земля поднималась и опускалась, подстраиваясь под воспоминания создателя.

Все оказалось не так уж и сложно. Но вот дальше появилась проблема. Юный воин не понимал, как заселить свой, созданный мир разумными, самостоятельными жителями. Представленный кролик без проблем делал все то, о чем думал эльф, но ничего более. Тогда в голову пришла единственная гениально-сумасшедшая мысль. Таэль'авир лег спать прямо в медитативном трансе.

***

Такого с ним еще не было. Сперва он попал в тот самый сон. В очередной раз попытался всех спасти и, как обычно, потерпел поражение, вот только, когда топор противника прервал его очередной завораживающий танец с мечами, он очнулся не в своей кровати, а снова в том же видении.Это был удивительный опыт. Вторая попытка также окончилась неудачей, но теперь у него в руках оказался сильнейший инструмент, растягивающий время и дающий шанс подготовиться.

Библиарий в этот день, эльф покидал воодушевленным. С тех пор, когда впервые вместо сна, обрушилось видение, наконец случилось, хоть что-то хорошее, что может помочь в борьбе за жизни невинных. Используя транс вместо сна, он получит гораздо больше попыток, да и умирать в нем, кажется, немного легче.

С тех пор он больше не спал по ночам, а погружался в медитацию. Так ему удавалось умереть трижды за ночь. Целых две дополнительных попытки. Физические нагрузки на тело увеличились, приток опыта и умений вырос многократно. Вот только решить проблему это пока не помогало.

***

Неделю спустя, Таэль'авир находился на учебном полигоне. В этот день, поражение почему-то особенно задело и он был разгневан на самого себя за постоянные провалы. Он вышел на собственноручно созданную поляну, расположение фигур на которой, полностью повторяло последние мгновения битвы. Воин снова вышел на ту позицию, которую занимал бессчетное количество раз. В шестнадцати шагах от него находился манекен Шиандаля и если приглядеться, то воин без труда угадывал в нем черты лица юноши. Еще через три шага такой же небольшой манекен, обозначающий Торнуиль. А пятью шагами дальше Возвышался огромный манекен, на безликой голове которого, воображение эльфа, с легкостью рисовало отвратительную ухмылку клыкастой пасти.

Сын верховного друида нуждался сейчас в более сильных эмоциях. он сосредоточился именно на образе скелета-орка. Представил себе, как тот стоит, опираясь на огромный двусторонний топор и скалит отвратительную клыкастую морду в предвкушении убийства. Вспомнил каждую мелочь его прогнившей и истлевшей брони, каждую выступающую кость и проглядывающую мышцу. он поймал этот образ, сосредоточился на нем, представил себе, как сильно желает уничтожить эту тварь. Даже постарался частично погрузиться в медитацию, усиливая эффект. Вспомнил, как много раз противник убивал неповинных детей и как бурлит желание отомстить.

Что произошло дальше, было совершенно неясно. Вот Таэль представил себе, как бесконечно сильно, всей душой, он хочет сейчас оказаться за спиной противника и погрузить в его тела оба своих клинка, а вот он, вдруг, оказывается именно там, ошарашенно вертя головой по сторонам. Воздух будто загустел и тяжелым прессом сдавил грудь, не давая дышать. Каждую мышцу крутило и выворачивало, а целых костей в теле, казалось, нет и вовсе. Голова кружилась. Его стошнило, а затем он безвольно рухнул прямо на землю.

***

Харнесесс, как и положено верховному, сидел, удобно устроившись на своем троне. У него было очень много дел и катастрофически мало времени. По просьбе своего друга, он уже договорился с союзниками об их помощи своему сыну, когда тот за ней обратиться. Все без вопросов заверили его в своей преданности данным обещаниям и древним договоренностям. Лишь Эл'аваррайя, владычица гордых, высокомерных и эгоистичных светлых (или как они сами себя называют, высших) эльфов, по обыкновению, ответила ни к чему не обязывающим обещанием обдумать все, когда придет время.

Оповестить союзников было довольно простой задачей по сравнению с тем, что еще предстояло. Необходимо подготовить лесной народ к войне так, чтобы не создать панику, ведь реально, кроме неизвестного божественного видения, у них ничего нет. А вводить военное положение на основании того, что должно случиться, а может и не произойти, это безумство даже для их мира, пронизанного магией и суевериями.

Друид отбросил тяжелые мысли. Об этом еще предстоит хорошенько подумать. И позволил себе ненадолго погрузиться в переживания о сыновьях. Один ушел неведомо куда и о нем нет никаких известий, а другой с утра до ночи пропадает на тренировочной площадке. От былого жизнерадостного сорванца, не осталось и следа. Кажется он мигом возмужал и повзрослел. Теперь он еще и затеял что-то невероятное. Надо обязательно выделить время для разговора с ним по душам. Верно ли они поступили, показав им обоим злополучное видение? Да и был ли у них выход? Получится ли исправить те ужасы и потери, что предстали в видении? Или пришло время исполниться пророчеству, которое оракул изрек при появлении его детей?

Размышления эльфа прервал грохот распахнувшихся настежь дверей. В зал вихрем ворвался взволнованный Эрмортресс.

- Что случилось? - Сразу перешел к делу друид, опуская формальности.

- Харнесесс, твой сын... Таэль, неугомонный птенец гарпии снова смог всех удивить. - С юношеским азартом выпалил маг. - Не беспокойся, с этой подводной ящерицей все в порядке. Я думаю, ты хорошо помнишь видение?

- Такое невозможно забыть. - Услышал он в ответ.

- Ну тогда ты помнишь, что вытворял твой младший бесенок? Я просчитал все варианты и исключил их. Никто не мог научить его перемещению. Все маги получили строгий запрет, никого из заезжих у нас в гостях не было. А сам он скован силой видения и просто не в состоянии просить помощи. Но наш проныра обошел и это препятствие. Ты не поверишь, он САМ научился этому. - С нескрываемой гордостью завершил человек.

В зале повисла напряженная тишина.

- Такое вообще бывает? - Удивился друид.

- Кажется в вашей семье бывает всякое. - Усмехнулся друг.

- Но как воин смог самостоятельно освоить магию? - Не отставал эльф.

- У друидов все немного по своему. Я постараюсь показать, чтобы ты понял всю глубину произошедшего. - Подмигнул Эрмортресс.

Он подошел ближе и стал исполнять непростой ритуал. Причудливые и сложные движения сплетались почти в пляску рук, а чуть погодя в магический поток стал вплетаться голосовой речитатив. Воздух вокруг загустел от напряжения. Прямо из земли потянулся вверх каменный росток, толщиной в руку. он поднялся до пояса и начал заворачиваться, следуя приказам создателя. Росток извивался и закручивался до тех пор, пока в воздухе между ними не завис настоящий круглый каменный лабиринт с множеством выходов на внешнем кольце и сложными переплетениями коридоров до них из центра. Верховный маг остановился, переводя дыхание.

- Созидательная магия гораздо более утомительная и сложная, чем все остальное. - Оправдался он перед другом.

- Я весь внимание. - Подтолкнул впечатленный зрелищем Харнесесс.

- Помнишь, хранитель знаний сообщил нам, что Таэль запросил книги и свитки, которые читал перед отбытием его брат? Так вот, больше всего он заинтересовался книгой по медитации. Один древний фолиант повествующий о человеке, прожившем без сна много лет. Видимо через эти записи, ему удалось познать суть транса и даже научиться в него входить. А затем, на полигоне он каким-то образом смог использовать медитацию для изучения перемещения.

Друид все еще стоял в ожидании дальнейших разъяснений. Не дождавшись вопросов, маг продолжил, кивнув на лабиринт.

- Представь себе, что это концентрация магической силы. В самом сердце лабиринта находится заклинатель. А цель заклинания располагается на одном из выходов. Получается, чтобы создать знак заклинания с конкретным эффектом, нужно выйти в конкретном месте, правильно прочерчивая путь к нему. Это малая часть лабиринта, его пути нескончаемы, а выходов из него бессчетное количество, каждый со своим исходом.

Дождавшись одобрительного кивка, он продолжил.

- Существует несколько способов создания символов. Архимаг знает все основные и в состоянии изучить заклинание по памяти. Но речь не об одном из них. Могущественные маги в состоянии найти правильный выход, ориентируясь на зов силы. Если магия, это каменный лабиринт, то маг, как вода, которая может слегка подточить его, где нужно.

С этими словами, он взмахом руки заставил появиться в центре голубой шарик.

- Предположим, что для знака огненного шара нужно верно прочертить путь вот до сюда. - По мановению руки, маленький огненный шар зажегся у правого выхода.

Сгусток воды, следуя указаниям той же руки, стал непрерывно блуждать в миниатюрных коридорах. При этом за шариком, на верном пути, оставалась тонкая водяная пленка.

Друид завороженно смотрел за перемещением прозрачного странника. А когда вода наконец соприкоснулась с огнем, шары исчезли в облаке пара.

- Смотри. - Указал человек рукой на лабиринт, в котором водяная пленка отмечала правильный путь из центра, к нужному выходу. - Это и есть символ конкретного заклинания. Он останется в голове прошедшего. Теперь рассмотрим второй вариант. Более слабые маги для изучения используют свитки. Они переносят в свой разум готовый символ и остается только пройти уже известным путем.

Сказав это, он снова взмахнул рукой. В центре вновь появился прозрачный голубой шарик и резво помчался по водяному следу, уже не заходя в тупики и неверные коридоры, на встречу с загоревшимся огоньком.

- Как видишь, это гораздо проще и быстрее для новичков. - Обратился он к другу. - Но это все не наши варианты. Примерно такова основа, которую я в состоянии прямо сейчас тебе показать.

Маг тяжелой, мрачной тучей навис над маленьким лабиринтом. Остатки воды ледяными осколками осыпались вниз. В зале разом потемнело, дополняя зловещий образ.

- А теперь представь, что твой сын даже не маг. Он не вода, способная воздействовать на камень, он огонь, который не способен причинить скале вреда. Он представил себе цель и пошел к ней. - Вещал Эрмортресс, словно не своим голосом.

В самом центре круглого лабиринта вспыхнула крохотная искорка. Она разгорелась ярче. В нужном направлении, к тому же выходу, что и раньше, протянулись тонкие, словно шелк, сияющие нити. Уже более яркая искра, двинулась вперед, но ткнувшись в каменную стену, отпрянула. затем ткнулась снова, еще и еще раз.

- Он не знал иного пути и направился к цели напрямую, увеличивая напор до тех пор, пока его не становилось достаточно.

Искра выросла до размеров маленького пламени. Раз за разом ударяясь о стену, оно становилось все жарче. Красный огонек постепенно стал оранжевым, потом желтым. И, наконец, белое пламя коснулось стенки. Камень наконец сдался и стал плавиться. А раскаленный добела огненный шар продвигался к выходу напрямую, прожигая препятствия. Раскаленные потоки камня, словно воск падали вниз, освобождая прямой проход. Когда гудящее пламя достигло своей цели, за ним следом остался лишь оплавленный прямой коридор.

Впечатленный зрелищем, верховный друид молча стоял, неотрывно глядя на остывающий камень.

- Представь, сколько сил истратил твой сын, прокладывая свой путь? - Печально вздохнул маг. - Я не удивлен, что он упал без сил сразу после перемещения, я удивлен, что он остался жив после этого...

***

Два дня пролежал без сознания Таэль'авир. А когда он очнулся, его тело продолжало предательски скрипеть и разваливаться. Еще двое суток спустя, он наконец поднялся и перестал стонать при каждом движении. Отец приходил навестить его, вместе с Эрмортрессом. Они хоть и не показывали вида, но было ясно, что оба знают больше, чем говорят. Они могли бы помочь, но он понимал, что рассказывать все не нужно. Лишь на утро пятого дня, после своего падения, эльф наконец решился вернуться к ментальным тренировкам, повременив пока с физическими еще день-другой.

Удобно расположившись в собственной постели, воин сосредоточился и достаточно легко погрузился в медитацию. Оказавшись в том самом месте, где и ожидал, он не помчался, как и каждый раз до этого, спасать всех. Теперь у него была другая задача. Собравшись с мыслями, он попытался вспомнить то, что чувствовал в момент прыжка. Зацепился за эмоции, которые им тогда овладели, одновременно растворился в реальности и окунулся в транс. Собрал в кулак все свое желание переместиться и выплеснул наружу. Снова сработало. Его тело просто оказалось в другом месте. А затем тряпичной куклой осело на траву, погружаясь во тьму.

Это было непередаваемое чувство, когда эльф бесконечно долго находился во тьме в ментальном мире. Время остановилось, а он лишь надеялся, что очнется. Лишь бесчисленные часы спустя, он наконец вынырнул из тьмы в реальность прямо сквозь ментальный транс. Миры на мгновение смешались между собой, сбивая с толку и заставляя разум бешено вертеться, раскручивая верх и низ, черное и белое, север и юг, реальность и транс.

Когда все наконец встало на свои места, за окном уже стемнело. Таэль лишь надеялся, что подходил к концу тот же день, а не один из следующих. И так он слишком долго пролежал без сознания. Даже ментальный мир не может сдержать такие перегрузки. Но других способов он не видел. И после легкого перекуса, вновь отправился расширять пределы возможностей своего тела.

***

Неделю спустя, эльф впервые смог переместиться и не упасть без чувств. Правда пользы это не принесло. Нагрузка на тело была так велика, что он просто не в состоянии был пошевелиться и молча, скрипя зубами, наблюдал за разгромом, учиненным надвигающейся армадой нежити. Отдача была столь высока, что даже через несколько часов, когда до него добрались первые противники, он ничего не смог им противопоставить и мгновенно пал в бою.

Даже боль очередной смерти не могла заглушить радости от осознания, что он наконец-то обуздал силу, способную прервать бесконечный круг смертей и разрушения. Впервые за долгое время, Таэль снова был счастлив и искренне радовался очередному рассвету, который нес с собой светлое будущее.

***

Прошли недели безостановочных, изнурительных тренировок. Эльф стал гораздо больше времени проводить в своей комнате, развивая подарок переменчивой судьбы. На полигон он выходил лишь по несколько часов в день, отрабатывая рефлексы и озаряя всех своей возвратившейся заразительной улыбкой. А затем торопился обратно, чтобы не терять времени.

Все эти дни, Таэль занимался только отрабатыванием прыжка в ментальном трансе, не решаясь погружаться в видение, в котором должен сыграть решающую роль. Он боялся, что даже получив такой инструмент, не сможет победить.

Оттачивание навыка дало свои плоды и к этому дню, воин мог без риска переместиться уже дважды подряд. Не вырубившись ни разу, за последние двадцать попыток, он наконец решился опробовать свои силы в бою.

Уже по обыкновению, сын верховного друида, использовал транс внутри транса, растягивая время в тонкую нить. Он погрузился в медитацию, но вместо того, чтобы отправиться спасать невинных, удобно устроился и отдался еще более глубокому погружению.

Оказавшись, в который раз, в самом сердце осаждаемого поселения, он торопливо, но без лишней суеты, отправился собирать жителей. То, что происходило сейчас, было совершенно не важно. Раз за разом, все, кто не находился на стене с друидом, собирались в твердыне. Другого способа провернуть это не нашлось, так что эльф не задумываясь, просто механически делал то же, что и раньше, раздавая указания, словно опытный полководец.

Все его мысли сейчас были поглощены предстоящим боем, который должен изменить расклад. Когда, наконец, все были собраны, Таэль, не дожидаясь призыва о помощи, зашел в Ильтрассес, отыскал в толпе взглядом тех, кто ему нужен и двинулся к ним напрямую, раздвигая стоящих на пути. Подошедший к паникующим, но еще не успевшим разрыдаться эльфийским матерям, сын верховного друида, всем своим видом заставлял обратить на себя внимание. Он впился в них прямым, серьезным взглядом.

- Я найду ваших детей. Спасу Торнуиль с Шиандалем и приведу их сюда. - Горячо заверил воин. Голос его источал уверенность и заставлял довериться, отбросив сомнения. И уже направляясь к выходу, добавил, еле слышно, обращаясь скорее к самому себе. - На этот раз...

Сразу после выхода из твердыни, мечник мысленно встряхнулся, сбросил с себя задумчивость, сосредоточился на том, что вокруг, бросил взгляд на сопровождающих воинов-эльфов.

- Вперед, распутаем этот клубок, пока жизнь дает шанс. - Бросил он ничего не понимающим бойцам. И рванулся вперед.

Вихрь стальных клинков прокатился по рядам нежити, кроша и кромсая любого, кому не повезло очутиться рядом. Поддерживаемый соратниками, Таэль'авир добрался до детей, выручил их в первый раз и повел к твердыне. Напряжение нарастало по мере приближения заветного часа. Смертоносные стрелы были с легкостью сбиты и оставался лишь последний шаг.

Когда в поле зрения появился отряд нежити, эльф напрягся, сосредоточился, каждая мышца в его теле натянулась тугой струной. Он остановился, сосредоточился, сплетая собственную волю с силами ментального транса. Выждал, пока расстояние будет достаточным, мысленно, впервые в жизни, вознес молитву богине магии и шагнул.

***

Мир вокруг завертелся, вздрогнул, растворился во вспышке, бесконечное ничто поглотило поляну и деревья, нежить и эльфов. А потом все внезапно вернулось, только теперь он ступил на землю в двух шагах перед отрядом нежити. Полуторные клинки, словно сами выпорхнули из ножен в руки и воин начал свою бешеную пляску. Он наконец-то смог спасти детей и обуревающая его душу ярость вмиг уступила место спокойствию и уверенности в своих силах. Размеренно уничтожая противников, одинокий воин медленно продвигался вперед. На лицах подоспевших эльфов читалось неподдельное изумление и искренний восторг, а дети пока что оказалось в безопасности за спинами троицы.

- Прикройте меня. - Бросил Таэль союзникам, когда вслед за очередным поверженным зомби, перед ним предстал тот самый орк.

По опыту множества прошлых попыток, эльф знал, что это не простой воин. Наполовину разложившийся орк огромной горой возвышался над всеми. Его глаза не были пусты, как у других скелетов и зомби, их наполняла ненависть ко всему живому. Под сухой, потрескавшейся зеленой кожей, перекатывались, скрученные тугими канатами, мышцы. Правая рука сжимала мертвой хваткой огромный топор с двумя лезвиями, а левая, от запястья до плеча, представляла из себя кошмарное сочетание торчащих костей, гниющей плоти и лоскутами сползающей шкуры.

Тварь была больше других, сильнее их и быстрее, а что самое опасное, она была умнее. Этот настоящий, прошедший ад, воин, в отличие от остальных, не растерял своих навыков во время превращения. Так что, эльф атаковал стремительно и не сводя с него глаз.

Молниеносные отработанные днями тренировок удары изогнутых клинков исполосовали тело монстра, но тот, словно и не замечая ничего, отмахнулся, как от назойливой мухи своим топором. Новый взмах. Вертикальный удар вонзил лезвие глубоко в землю. Соратники мечами и щитами уже расчистили от скелетов и зомби пространство вокруг и теперь добивали остатки отряда. А вот у него самого дела обстояли не так хорошо. Приходилось юлой вертеться, уходя от ударов, все набирающего скорость, орка. Горизонтальный взмах топором эльф пропустил над головой. Нежить развернулась, не замедляя полет стали и кошмарной силы диагональный удар, едва не стал последним в этом бою. Увернуться удалось лишь чудом. Однако, пока противник вытаскивал, вновь погрузившийся в землю, топор, серия едва уловимых для глаза атак, окончательно лишила его левой руки.

Оглушительно взревев, монстр одним движением выдернул оружие и рванулся в сторону обидчика...

***

Гур'зал совершенно не мог вспомнить, как он тут оказался, даже с трудом вспоминал, кто он такой. После прошлого боя, где он получил смертельную рану, орк вообще мало что помнил. У него остались лишь его навыки свирепого воина, слепая ненависть к эльфам и новое, неизвестное раньше в жизни чувство, подчиняться своему хозяину. Он понимал, что случилось страшное и что он уже не ест, не дышит и сердце в груди не стучит. А левая рука ужаснула даже такого бывалого вояку. Но сделать ничего не получалось. Его сознание дремало глубоко внутри, лишь поглядывая на все со стороны, А все мысли занимало лишь подчинение приказам.

Сейчас хозяин хотел уничтожить поселение эльфов. Ублажить господина и при это насладиться убийством древних врагов, что может быть лучше?

Когда непреодолимая белая стена рухнула, поток нежити хлынул через пролом. Его отряд отделился от основной массы. Инстинкты вели орка чуть в сторону от остальных. И он повел туда своих бойцов. Когда затихло чутье, проснулись животные инстинкты. Он почувствовал тонкий запах добычи. Словно охотник, орк вел своих воинов к добыче. А выйдя на очередную поляну, довольно зарычал. Прямо им в руки бежали двое маленьких остроухих. Дальше находились еще трое, но они могут и подождать. Гур'зал даже сглотнул бы слюну, если бы еще помнил, как это делается.

Несколько мгновений и малышня будет в его руках. Убивать эльфов, одно удовольствие. А беззащитные, они еще более приятны. Внезапно, один из дальних странно мигнул и появился прямо на пути его скелетов, круша своими двумя мечами всех, кто пытался атаковать. 'Ну вот, наконец, стоящий противник' - мелькнула в голове его собственная мысль.

Сначала воин попробовал достать паразита сильными, размашистыми ударами топора, но тот оказался слишком быстр. А кроме того, когда оружие второй раз вонзилось в землю, мелкая тварь умудрилась молниеносно отсечь ему левую руку.

Ожидаемая боль не пронзила разум раскаленными иглами. Но возмущенный таким поворотом, Гур'зал рассвирепел. Волна раздражения и ярости смешалась с ненавистью и наполнила его холодное тело еще большей силой. Взревев, однорукий боец рванул оружие, одним движением освобождая его и бросился вперед.

Длинноухая тварь снова увернулась, отскочив влево. Но он был бывалым воином. Резко останавливаясь, он развернулся через правую сторону, наотмашь рубанув воздух. Эльф оказался слишком быстр. Пришлось призвать все свои силы, чтобы провести серию ударов на пределе скорости. Взмах сверху не достал, доворот и диагональный удар сверху вниз и снова ничего. Подшаг и короткий, резкий удар слева, опять мимо. Обуреваемый клокочущей яростью, орк ускорился до невозможного. Удар, взмах, подшаг и снова удар, разворот и новый взмах, снова подшаг и мощнейший пинок наконец отправил ушастого в полет. Тот извернулся, словно дикая кошка, оставшись после падения на ногах. Однако секундного замешательства, для опытного бойца оказалось вполне достаточно. Сократив разделившее их расстояние, орк снова взмахнул топором, потом еще и еще.

Очередной удар, наконец оказался слишком резким и неожиданным даже для шустрой букашки. Тому пришлось блокировать его своими мечами. Сила была столь велика, что его вновь отбросило на несколько шагов и ненавистная тварь, наконец кубарем прокатилась по земле. Гур'зал хотел было броситься следом, но внезапно почувствовал, как холодный металл погружается глубоко в его бок, с мерзким скрежетом о ребра. Слева стоял один из двух других эльфов, прикрываясь щитом. А его клинок по самую рукоять вошел в тело орка. Он хотел зарубить тварь, но второй противник так же вогнал в него свой меч.

Пнув первого в щит, орк наотмашь ударил второго топором. Принявший удар на щит, остроухий отлетел далеко в сторону. Эти двое были бы не проблемой для него, если бы не третий, который сейчас куда-то пропал из поля зрения. А потом, все внезапно закончилось. Спасительная темнота поглотила разум, оборвав связь с хозяином. Наконец он снова свободен и снова мертв.

***

Таэль не ожидал такой скорости от здоровенного противника и с трудом извернулся, чтобы остаться на ногах, после сокрушительного пинка. А когда снова вернул самообладание, едва успел увернуться от топора, оказавшегося рядом орка. Серия удивительно быстрых ударов застала врасплох и от последнего из них он не успел уклониться, заблокировав обоими мечами. Удар оказался такой силы, что эльф отлетел шагов на пять и кувырком прокатился по земле. Подняв голову, эльф обнаружил, что соратники разделались с остатками отряда и с двух сторон атаковали монстра. А через миг оба разлетелись под мощными ударами. Надо было срочно заканчивать, пока тварь еще больше не разошлась.

И он шагнул. Призвал волю и ментальные силы, сконцентрировался и шагнул за спину твари. Таэль оказался в шаге от сбитого с толку орка. Ловко запрыгнул на плечи ошарашенного врага и крест на крест рубанул изо всех сил. Голова чудовища упала на землю и откатилась, а тело безвольно опрокинулось вперед.

- Все целы? - Соскочив на землю, сын верховного друида бегло осмотрел воинов, выдергивающих мечи, которые так и остались в теле монстра, задорно подмигнул подходящим с опаской юным эльфам и поманил их за собой. - Теперь все будет хорошо. Больше нечего бояться, я уверен, на этот раз, мы наконец то выберемся. Давайте, осталось совсем немного. Твердыня уже рядом, доберемся до нее, этот кошмар закончится.

Сосредоточенные воины ответили молчаливым согласием. Шиандор и Торнуиль так же беззвучно покивали, удивленные и пораженные всем, что происходит вокруг. Немного переведя дух, группа быстрым темпом двинулась к спасительной крепости, крона которой уже маячила над другими.

Все оставшееся расстояние пришлось то и дело прорываться с боем. То один, то сразу несколько противников, преграждали путь к спасению. Но трое опытных воинов с легкостью расправлялись с ними.

Когда взорам открылась очередная поляна, за которой ждал спасительный Ильтрассес, тяжелый вздох непроизвольно вырвался у всех. Прямо посередине, словно ожидая их, стоял внушительный отряд нежити. Около пяти десятков тварей. Но гораздо большее опасение внушал стоящий чуть впереди, одинокий воин. Темный эльф спокойно поигрывал двумя кривыми клинками. Его черные легкие доспехи были сплошь покрыты замысловатыми узорами красных линий. Лезвия черных мечей поблескивали такими же узорами. А самое пугающее в нем было то, что вокруг клубилась тьма. Едва уловимые всполохи окутывали руки, ноги и даже стекали вниз по белым, как и у самого Таэля волосам. От противника веяло холодом и смертью даже на таком расстоянии.

Эльф никогда особенно не интересовался некросами, но много раз слышал истории о них. И теперь без труда понял, что перед ними страшный воин, которых называют тень. Свирепые бойцы, сохранившие разум, движимые одержимостью убивать и совершенно не знающие что такое страх. Они были основной ударной силой, несущей смерть и разрушение в мир живых.

- Элдримоире ангуит, эстрималар. - Проговорил дроу, обернувшись к своему отряду.

А затем уверенным шагом двинулся к группе. Судя по старым рассказам, тенями становились такие мастера меча, что у Таэля, с его опытом боя лишь против безмозглых скелетов да еще менее разумных манекенов, не было ни единого шанса.

- Вот сейчас и проверим, насколько правдивы те сказки о вас. - Пробормотал он и жестом остановив спутников, выступил навстречу.

Напряжение давило с такой силой, что он едва не перешел на бег, через несколько шагов. Сдержаться помогла только совершенная невозмутимость врага. Два эльфа сошлись в смертельном поединке. Удары были столь быстры и наносились под такими немыслимыми углами, что со стороны казалось, будто это замысловатый танец.

Таэль'авиру так не казалось. С первого мгновения он понял, что тени не спроста заслужили свою ужасную славу. Противник был силен, быстр, хитер и изворотлив. А что самое страшное, у него явно чувствовались десятки, а-то и сотни лет опыта.

Эльф, как и учили его мастера боя, сперва осторожно, не открываясь, стал проверять, на что способен соперник. Дроу без труда и видимых усилий парировал все удары. Смертельный танец становился все быстрее, атаки изощреннее, а возможность блока таяла на глазах.

Спустя несколько бесконечных минут, Таэль разорвал бой и отступил на несколько шагов, перевести дыхание. Эльф уже понимал, что ему не победить. Грива белоснежных волос была взъерошена, выдавая то, как яростно он фехтовал, а прямые, ниспадающие на грудь волосы дроу, остались совершенно не тронуты, будто он ничего и не делал. Против такого бойца ему оставалось лишь уйти в глухую оборону и ждать ошибки.

Но такие не ошибаются...

С этой мыслью, лесной эльф бросился в атаку, в надежде задавить натиском опыт. Прямой выпад правым мечом, левым горизонтальный взмах. Враг едва уловимыми движениями корпуса легко уклонился. Диагональный удар слева встретил меч противника. Попытка достать левым клинком так же разбилась о блок. Парный удар двумя мечами, блок, левый горизонтальный, правый вертикальный рассекают лишь воздух. Снизу вверх под углом правым мечом, противник блокирует. Таэль разорвал блок и в развороте полоснул левым мечом, но лишь высек искры о мечи дроу. А потом ему пришлось перейти в оборону. Удары посыпались отовсюду, словно против него стояло трое, а не один. Взмах слева, укол правым, выпад левым, снова взмах слева. Несколько ударов по диагонали, горизонтальный взмах. Он едва успевал за атаками, отбивая их только благодаря рефлексам.

Воины со щитами, понявшие, что бой приобретает неприятный оборот, без предупреждения поспешили на помощь сыну верховного друида. Темный эльф на мгновение сбился, когда на него обрушились удары сразу с трех сторон. Но затем, он кажется стал биться в полную силу. Одновременно отбиваясь от двух противников, он успевал теснить главного врага. Наконец, один удар оказался настолько быстрым и неожиданным, что лесному эльфу пришлось отбить его ценой потери равновесия. А дроу, неожиданно отступил на три шага назад, так, что оба противника оказались впереди, а поверженный прямо перед ним. И он обрушил град ударов, орудуя левой рукой против одного, а правой против другого. Иногда неожиданно проводя диагональный удар второй рукой. Если бы не щиты. Он уже разделался бы с обоими.

Таэль'авир сосредоточился. У него был единственный шанс. Собрал силы и шагнул через пространство. Он совершил скачок точно за спину атакующей тени. Но враг был так силен и опытен, что орудуя обеими руками против двоих, он успел оценить исчезновение самого опасного врага и просчитал его действия. Вынырнувший из подпространства эльф, с клинками наготове, напоролся точно на выставленный меч врага.

Очередной прыжок и так забрал у него последние силы. А точный укол меча прервал сегодняшнее победоносное шествие. Рухнув на колени, он бессильно взирал на то, как дроу разделался с обоими его соратниками почти одновременно. Видел, как тот целеустремленно прошел мимо него, а затем густая, вязкая темнота поглотила, окутала его и растворила в себе.

***

Едва погрузившись во тьму, эльф снова вынырнул из транса, ничего не понимая. Вокруг была настоящая бойня. Словно твари из сна вырвались наружу и крушили сейчас его родное поселение. Крики, смерть, разрушение. Огонь, звон металла и лязг доспехов. Таэль ошарашенно озирался вокруг, пока в самый последний момент не увидел краем глаза за спиной того самого орка из видения. Но сделать ничего уже не успел. Одним взмахом огромный топор снес беловолосую голову с плеч.

Снова боль, страдание, снова тьма и спасительная пустота. В ней не было запахов и звуков, не было низа и верха. Абсолютное ничто. Она пугала до ужаса, но здесь не было и боли. Лишь вернувшись обратно, в реальный мир, эльф понял, что же произошло. Погрузившись в ментальный мир через еще один, он запустил оба. Только в первом время шло гораздо медленнее. Но без него, там и события развернулись совершенно по другому. Не смотря ни на что, Таэль'авир был счастлив. Он наконец-то смог победить первого врага. Придет время, победит и дроу.


Глава X Пик.


Когда солнце уже едва торчало из-за горизонта, а землю освещали последние его лучи, группа наконец-то добралась до брода. Усталые, но радостные спутники попадали бы без сил, но пришлось еще разбивать лагерь, подготовить хоть какую-то защиту, а учитывая близость возможного врага, еще и распределить дозоры. Маг попытался убедить всех, что справится охранный периметр.

- Ты сам говорил, что выжег ману до самого дна, а теперь хочешь снова колдовать? - Возразила Элиандор.

- В пути магические силы восстановились достаточно для такого простого заклинания. - Ответил эльфийский принц. - А силы каждому из нас могут очень пригодится.

- Вот именно. Мы не знаем, что ждёт нас впереди. Возможно уже этой ночью наши жизни будут снова зависеть от твоей магии. И вот тогда, каждая ее капля будет на счету. - Парировала эльфийка.

- Зато отдых, даст вам силы, достаточные, чтобы выиграть мне время. - Не унимался эльф.

- Довольно споров. - Вмешался в разговор, Андориус. - Не сочти за грубость, мы все благодарны тебе. В том бою нас спасла только твоя магия. Но, положись мы на твой защитный периметр, сейчас все были бы мертвы.

В лагере повисла неловкая, напряженная тишина. Лазриэль задумался. Получается, что он спас всех, но он же и чуть не стал причиной их гибели. Это удручало.

- Ладно, давайте укладываться, я первая подежурю. - Вызвалась рейнджер.

- Разбудишь меня вторым. - Буркнул первый апостол. - А ты даже не заикайся. Отдыхай, твоя сила может нам понадобиться в полном объеме.

Жрец жестом руки оборвал только открывшего рот эльфа. К этому времени все было уже готово. Лучница исчезла в сумраке, а остальные отправились спать.

Ко всеобщему облегчению, эта ночь не принесла никаких сюрпризов. Утром, как обычно, Андориус поднял всех с первыми лучами. Наскоро перекусили и стали сворачивать лагерь.

Когда все были готовы, спутники начали переправу. Постоянно оглядываясь и ожидая атаки, они перебирались на другой берег, растянув отряд длинной цепью. Но, видимо вся нежить участвовала в ночной попытке застать их врасплох.

Как только, замыкавший строй, Андориус, оказался на земле, все выдохнул с облегчением. Этот берег реки был достаточно крутым и поросшим кустарником. Это было прекрасное место для засады. Но, к счастью, никто тут не ждал.

Утро оказалось достаточно прохладным. А вода, доходившая в некоторых местах до плеча, пронизывала холодом до костей. Так что группе пришлось наскоро организовывать привал, разводить костер, чтобы просушить вещи, потеряв при этом почти три часа. Лазриэль все это время не сводил глаз с полуобнаженной эльфийки. Наконец, стряхнув оцепенение, он попросил не забыть его, когда остальные будут собираться и, бросив последний взгляд на соблазнительные формы спутницы, погрузился в медитацию. Каждое мгновение, маг старался использовать для наращивания собственной мощи. Воспоминание о смертоносном луче из видения снова заставило его вздрогнуть. Никогда раньше не было такой силы на просторах Эллириона. И принц пока не понимал, как противостоять ей. Для начала нужно было изучить смерть, чтобы разбираться, как с ней бороться. А пока, предстояло добраться до божества и получить ответы на свои вопросы.

После просушки всего скраба, спутники снова двинулись в путь. Горы были уже достаточно близко и с каждым шагом нависали все сильнее. А черный пик величественной громадой врезался все выше в небо.

Путь до подножия гор занял остаток дня и весь следующий. И очередной лагерь, группа разбила уже на каменистой почве.

Апостолы отправились спать, а Элиандор скрылась в сумраке, разведывать обстановку. Лазриэль раскинул сеть сторожевого периметра, отошел туда, где начинался подъем, устремил взгляд ввысь и глубоко задумался. Что ждет его там, наверху? Действительно бог сможет ответить на его вопросы? Не появится ли после этого еще больше новых?

- Задумался о вечном? - Эльфийка, как всегда, бесшумно оказалась рядом.

- Скорее наоборот. Лишь краткий миг определяет нашу судьбу. Одним решением можно спасти мир или лишиться всего. Только вот никак не понять, правильное решение ты принял или нет. - Отстраненно пробормотал эльф.

- Да ты настоящий философ. - Попыталась разрядить спутница обстановку.

- Когда на кону весь твой народ, даже мой брат стал бы серьезным. - Улыбнулся он, вспомнив Таэля.

- Нет, твоего взбалмошного брата даже полчища нежити не усмирят, он будет посмеиваться над ними прямо в бою. - Хохотнула лучница.

- Да уж, тут ты пожалуй права. - Немного повеселел маг.

Они оба надолго замолчали, вглядываясь в далекие вершины.

- Принц, - Наконец нарушила тишину рейнджер. - Я так и не поблагодарила за свое спасение. Если бы не твоя магия, мы не стояли бы сейчас тут. Все мы обязаны тебе своими жизнями.

- Может я и помог, но если бы не моя оплошность, то и не пришлось бы так рисковать. Изучи я раньше это заклинание, мы встретили бы некросов во всеоружии, а не отбивались, едва выживая. - Снова стал сокрушаться Лазриэль.

- Не вини себя во всех грехах. Поздно сожалеть о том, чего не сделал. Если бы ты не изучил его вовсе, тогда мы потратили бы драгоценное время, блуждая туда-обратно и неизвестно, чем это могло закончится. - Искренне заверила эльфийка.

- Наверное ты права, но я не могу так просто принять мысль, что моя ошибка чуть не стала смертельной. - Продолжал он самобичевание.

- Не важно, что могло бы случиться, важно только то, что произошло. Все живы, мы сэкономили время и разгромили врагов. - Уже чуть надавила стрелок.

- Тогда почему меня не покидает чувство, что я должен был поступить по-другому? - Не унимался эльф.

- Потому что, ты может и должен был поступить совершенно иначе... Но поступил именно так. Сделал то, что сделал. И получилось то, что у нас есть сейчас. Так что нечего терзать себя за упущенные возможности, лучше сосредоточься на том, что ждет тебя впереди. - Распаленная Элиандор отчитывала его все громче, под конец своей пламенной речи, указав рукой на вершину черного пика.

- Вынужден согласиться с тобой. Завтра мы начнем восхождение и это будет не простой день. Пошли отдыхать, силы нам пригодятся.

***

Этой ночью, Лазриэль снова пересмотрел все доступные ему свитки, в поисках того, что может быть полезным в подъеме. К сожалению, никаких порталов или полета там не оказалось. Единственное, что привлекло внимание, так это 'магический барьер'. В отличие от щита, барьер оберегает не только от заклинаний, но и не пропускает ничего сквозь себя. А в последний момент, он выучил еще и 'цепь Ахирона'. Может пригодится, тем более, что время на изучение оставалось.

Группа собрала лагерь и осторожно двинулась вверх по перевалу. Видно было, что здесь ходят крайне редко, но тропа есть. Сначала пологая, по мере подъема, она становилась все круче. Черный пик, изборожденный булыжниками, темными провалами пещер и скалистыми нагромождениями остался слева. А справа простирался более низкий, но не менее живописный склон.

Выстроившись в одну линию, спутники поднимались все выше. Первым шел Андориус, выискивая едва заметную тропу среди камней, затем еще двое апостолов, за ними следовал маг, постоянно оборачиваясь и осматривая холмы позади, реку, что виднелась вдали и каменистые завалы, постепенно остающиеся внизу. Замыкала группу эльфийка, прикрывая всех.

Первый день прошел в бесконечном размеренном передвижении вверх. Идти даже под таким углом оказалось непросто и к концу дня, совершенно измотанные, они разбили лагерь, преодолев чуть больше трети склона и гораздо меньше, чем проходили за день пути раньше. Отыскав пригодное для лагеря плато, уставшие путники наскоро разместились и, снова доверившись магу, отправились спать.

Лазриэлю же, как всегда, было чем заняться. В пути после сражения, у него было время поразмыслить и он понял свою оплошность. Сосредоточившись на мощи своих заклинаний и их разнообразии, он совершенно забыл о том, что магический колодец может опустеть и его нужно будет восполнять. Как бы велика ни была сила исходящей магии, когда колодец пуст, она не сможет превысить силу входящего потока. Получилось, что мощи предостаточно, но если его измотать, шансов восстановиться просто нет.

У него сейчас был отличный канал на выходе и достаточно большой колодец, но когда он опустел, восполнение происходило крайне медленно. Так что этой ночью, погрузившись в транс, маг посвятил себя расширению входного канала маны, а когда наконец закончил, на улице уже светало.

***

Солнце застало Одинокого эльфа стоящим на скалистой тропе и смотрящим в сторону родного дома. Потом он собрался, решительно отвернулся и устремил взгляд к вершинам гор. А затем вернулся к, начавшим уже подниматься, спутникам.

Этот день оказался еще тяжелее предыдущего. Тропа становилась все менее отчетливой и проходимой. Усталость уже давала о себе знать. Возможно именно поэтому, они так и не завершили подъем. Пришлось искать уступ и разбивать лагерь. А когда все было готово, за ужином, Первый апостол опечалил их еще больше.

- Сегодня выспитесь, как следует. Это наш последний ночлег в походных домиках. - ошарашил новостью Андориус.

- Не понял, мы что, оставим их здесь? - Недоумевал эльф.

- Нет, конечно нет. Мы продолжим их нести. Просто завтра мы выйдем на вершину перевала, а оттуда по хребту станем взбираться на черный пик. Там, среди скал, мы просто не найдем столько места, чтобы установить их. - Заверил человек.

- Нам что, придется спать под открытым небом? - Удивилась лучница.

- Ну если повезет, тогда мы найдем к вечеру пещеру или трещину и переночуем на твердом камне, но с крышей над головой. Ну а если не повезет... - Оставил апостол возможность спутникам самим додумать свою мысль.

Так, в тишине закончив есть, они и устроились на ночлег. А Лазриэль, по обыкновению погрузился в медитативный транс, продолжая наверстывать упущенный ранее момент с восстановлением маны.

***


С первыми лучами солнца, все были уже на ногах. Оставшийся путь не создал проблем и когда солнце было в зените, спутники добрались до верхней точки перевала. Здесь и решили устроить обед. Вид даже отсюда уже поражал своим великолепием. С такой высоты видно было холмы далеко за рекой. Острый взгляд эльфа даже смог различить место битвы, где так и осталась стоять созданная им стена.

Наскоро перекусив, странники собрались и приготовились к самому сложному отрезку пути.

Теперь им предстояло двигаться не по тропе перевала, а прямо по лезвию хребта, почти до самой вершины черного пика.

Пошли в той же последовательности, что и раньше. А вот путь стал гораздо сложнее. Поначалу еще видны были следы присутствия живых существ, а вот час спустя, пропали и они. Группа пробиралась через нагромождение камней, земли, мелких кустарников и пучков травы, то и дело оступаясь и подскальзываясь. Это было очень тяжелое испытание. То слева, то справа от них, простиралась бездонная пропасть до самого подножия скалы. А из под ног, то и дело, выскакивал туда неустойчивый камень, добавляя страха, своим бесконечным полетом до земли.

Дважды кто-то из них оступался и едва не оказывался в пропасти. Но пока удавалось удержаться.

- Кажется я видел наверху кого-то. - Удивленно воскликнул, идущий первым, Андориус.

- Не может быть. На такой высоте невозможно жить. - Возразил ему Ионис.

- Богом клянусь, что видел там мелькнувший силуэт. Причем походит он больше на ребенка. - Настаивал апостол.

- Ты бредишь от недостатка кислорода - Хохотнул Апостол

- Доберемся, тогда и увидим. - Пресек дальнейшие споры Птархиус.

Через час после этого, на правом склоне, Элиандор заметила черный провал пещеры. И было решено направляться к нему, устраиваться на ночлег. С трудом, но им все же удалось добраться до него за час до заката. Хотя на этой стороне скалы, солнца не было видно.

Внутри оказалось достаточно места, чтобы свободно расположиться всеми. Лазриэль вышел наружу и раскидал защитный периметр по склону вокруг входа, а затем вернулся обратно и окунулся в транс. Входящий канал маны довольно легко поддавался, сказывался и опыт и умение работать именно с потоками маны и сосредоточенность на одной цели. Но этой ночью, он уже добился того, что во время медитации, мог вытягивать ману из мира, в таком же объеме, в котором расходовал в процессе колдовства. Этого было вполне достаточно.

***

На третий день пути по скалам, спутники устали и еле передвигались. Дышать стало уже труднее, разум с трудом анализировал ловушки рельефа, а до вершины оставалось еще почти половина пути. Но, деваться было некуда. Снова собравшись в одну линию, с новыми силами, они упорно поднимались к вершине. В этот раз пропасть оказалась слева. Шагающий перед Лазриэлем Ионис, внезапно оступился, камень под ногами пошатнулся, он шагнул вправо, пытаясь удержать равновесие, но нога, вновь обретшая опору, внезапно скользнула на пробившемся между скал пучке зеленой, влажной травы и он с воплем устремился в пропасть.

Все произошло так быстро, что никто не успел ничего сделать. Только что Апостол шел впереди Лазриэля, Внезапно дернулся и извернулся, а в следующий миг дикий крик проводил его в пропасть. Маг не растерялся, он мгновенно вызвал единственное заклинание, которое знал для этой ситуации и так же быстро использовал его. Так кстати изученная, цепь Ахирона, сорвалась с его руки и устремилась вслед Старцу. Словно живая змея, цепь окутала ногу падающего и когда ее длинна кончилась, его резко остановило, останавливая и падение. Тонкие, но прочные звенья, до предела натянулись, поскрипывая от напряжения. Магический металл выдержал. А наверху, хозяин цепи нырнул бы в ту же пропасть от силы, с которой его дернуло, не подоспей Птархиус вовремя. Старик схватился за цепь перед ним, прежде, чем она натянулась, уперся ногами в камни, его мускулы взбугрились и напряглись. А его брат внизу качнулся на подвесе и знатно приложился о скалу всем телом, после чего безвольно повис на одной ноге.

Подняв из пропасти не подающего признаков жизни Апостола, спутники принялись приводить его в чувства, прямо на узком гребне. Это было очень неудобно, но другого выхода не нашлось. Когда, наконец, все были готовы и передохнули, Отряд снова двинулся дальше.

К вечеру, на левом склоне, залитом вечерним солнцем, была обнаружена пещера, в которой и решили переночевать. Снова приходилось потерять несколько часов пути, остановившись раньше, но сейчас все уже готовы были пожертвовать этим, ради нормального ночлега не на гребне скалы.

Андориус первым добрался до зияющего провала скалы, заглянул туда и крикнул остальным, что места вполне хватит. Ионис уже ступил на площадку, перед пещерой, а Птархиус был в двух шагах от нее. Лазриэль же отстал на несколько шагов, любуясь невероятными пейзажами. В этот момент раздался страшный треск, эхом пролетевший по всему склону и глазам путешественников открылся потрясающий, завораживающий смертоносный вид. Огромный кусок скалы, не спеша, словно нехотя, оторвался от вершины и с бешенным грохотом, разбиваясь на более маленькие и захватывая с собой все новые камни, покатился прямо на них. Прежде, чем скала оторвалась, маг еще успел заметить зеленоватое сияние под ним, а затем оно пропало. Но думать о его происхождении, было явно не время.

Птархиус рванул вверх, изо-всех сил стараясь успеть под спасительную черноту пещерного провала. Он успел лишь забраться на выступ, но ему безумно повезло и булыжник, ударился одним краем в козырек прямо над ним, затем медленно, растягивая мгновения, перевернулся в воздухе, минуя пещеру и ударился другим краем прямо под ней, окончательно разделившись надвое.

Эльф, наблюдал за этим, находясь еще ниже. И теперь обе глыбы и тьма камней и осколков поменьше, неслась прямо на него. Страх сковал тело, но не тренированный разум. Он приказом заставил Элиандор подойти вплотную, затем скороговоркой выпалил словесную составляющую, дополнив ее сложным рисунком, начавших снова подчиняться, рук, а затем выставил перед собой посох.

С навершия посоха, во все стороны брызнула прозрачная, голубоватая пленка и стала стекать вниз, образуя идеально ровный шар. Маг успел поработать над заклинанием и сделать щит круговым, чтобы не вертеться в случае опасности. И гордился сейчас собой за предусмотрительность.

Когда первый, маленький камень отскочил от щита, Лазриэль уперся ногами в землю и поудобнее ухватил двумя руками выставленный посох. Элиандор обняла его за плечи, всем телом прижимаясь сзади и в ужасе смотрела на приближающуюся глыбу.

Каждый следующий удар заставлял щит, поглощать все больше маны. Каждый отскочивший осколок, отдавался вибрацией в руках мага. А когда до полупрозрачного пузыря долетели основные две части, чудовищный удар был такой силы, что чуть не сломал руки. Лесной принц, с трудом устоял на ногах, пригнувшись под тяжестью напора. Громыхнуло, словно раскат грома наполнял уши. Его придавило к земле, руки выкрутило от боли, но он продолжал держаться. Огромные куски скалы развернуло незримым куполом в разные стороны и они полетели дальше, кувыркаясь на склоне. Следующие удары в защиту, казались уже сущими пустяками.

Щит прекрасно справился со своей задачей, спалив почти весь магический колодец, он все же спас эльфов, которые стояли сейчас на чистом, гладком пятачке, окруженные осколками, следами ударов, камнями и мусором.

- Спасибо. - Ошеломленный, дрожащий голос Элиандор, это было последнее, что услышал маг, прежде чем упасть на скалы без чувств.

Очнулся эльф в пещере. Тело ныло и болело, словно каждый из камней все же достиг цели. А руки крутило от боли так, будто ему пришлось держать скалу над головой. Остаток дня, эльф пролежал в пещере, окруженный остальными. Запасы сухого хвороста были потрачены на поддержание тепла внутри пещеры и разогрева пищи. А когда Лазриэль достаточно окреп, он вызвал огненный шар, положил его посреди пещеры и стал поддерживать пламя на нужном уровне. Остаток дня и ночь, были потрачены на восстановление сил отряда.

Утром, выйдя на выступ скалы и осмотрев хаос, что творился ниже по склону, маг ужаснулся неудержимой мощи, которая едва не смела их. И подивился тому, что смог устоять в этом испытании. А зеленые всполохи под куском скалы, что он видел накануне, не давали ему покоя.

- Нас пытались убить. - Заявил эльф спутникам, вернувшись в пещеру.

- Кто? - Удивился Ионис.

- Я не знаю, кто это и что ему от нас нужно, но падение скалы было не случайным. Я видел зеленые вспышки под ней, когда кусок отваливался. Уверен, на вершине нас ждет встреча с магом. - Заверил он остальных.

- Значит мы будем готовы. - Кивнула лучница.

- Тогда едим и выдвигаемся. Нечего затягивать разлуку. - Подал голос Андориус.

***

Последний отрезок пути оказался самым сложным. Дышать снова стало труднее. А путь стал еще менее проходимым. Местами, спутники находились в буквальном смысле, на краю пропасти, продвигаясь приставными шагами вдоль уступов. До вершины пика оставался всего день странствия. но путь лежал не туда. Андориус наметил на солнечной стороне последнюю пещеру для ночлега на подъеме. Потом им предстояло перейти на другую сторону скалы и пройти по ней до самой усыпальницы.

Когда солнце уже клонилось к закату, спутники, наконец ступили на ровный уступ перед намеченной пещерой. Все, как один, переглянулись, явно почувствовав присутствие чужака. Оружие мгновенно оказалось в руках. Лазриэль зажег огонь прямо на вершине посоха, создал щит и смело шагнул в черноту пещеры. За ним следовали остальные. Элиандор, с наложенной на тетиву стрелой, замыкала процессию.

Маг ступал уверенно, но осторожно, осматривая каждый поворот и нишу, чтобы не оставить врага позади. Пещера оказалось достаточно глубокой и уходила вниз и влево. Внезапно стены раздались в стороны и они оказались в просторной галерее, где не видно было потолка, а стены терялись в сумраке.

Именно в этот момент, о щит разбился сгусток зеленого пламени. От неожиданности маг вздрогнул и потерял концентрацию. И щит и пламя разом исчезли. Восстановив оба заклинания, он обнаружил, что сопровождающие его рейнджер и апостолы, уже рассредоточились по территории, скрываясь за огромными каменными сталагмитами, то тут, то там, вырастающими из земли.

Некоторое время спустя, он заметил два источника света чуть позади себя. Кажется Старцы воззвали к своему богу и наделили оружие силой. Лучница, неслышной тенью, скользила среди нагромождения камней, пока, наконец, вскрикнув, не выскочила оттуда, спеша укрыться под защиту остальных. За ней торопился человеческий скелет, сжимающий меч в одной руке, а в другой щит.

Огненный шар смел скелета. Но отовсюду, вдруг стал раздаваться жуткий шорох и перестук костей, звон и скрежет оружия и топот множества ног. Нежить наступала отовсюду. Маг хотел пройтись огненной волной, пока спутники еще не в зоне досягаемости, но ему не дали. Новый зеленый сгусток растекся по прозрачному куполу защиты, заставляя искать своего создателя. Старики вступили в бой, слаженно кроша некросов, Лучница заняла позицию позади них, прикрывая при необходимости, а Андориус вновь устроил светопредставление.

Эльф, спокойный за спутников, двинулся слева в обход, пропуская скелетов и давая возможность апостолам разобраться с ними. Еще три удара пришлось принять на щит, прежде, чем он понял, откуда прилетают чары. Щит оказался неожиданно прожорливым и надо было, как можно скорее добраться до противника.

Молния отскочила от магического пузыря и высекла из потолка каменную крошку, на мгновение озарив весь каменный лес. Маг торопливо продвигался между торчащими из пола наростами, не упуская из виду уступ, с которого и должен был прилететь новый удар. Враг не заставил себя долго ждать. Огромное ледяное копье раскололось о щит, оросив все вокруг ледяными брызгами. Сразу после этого, его окутало зеленым пламенем. Оно огибало прозрачный шар, но, никогда не бывавший раньше в подобной ситуации, эльф, едва не потерял контроль над щитом. Напряжение на купол давило со всех сторон и единственным правильным решением, казалось сбросить его и бежать. Но тренированный разум упорно не хотел впускать пламенный поток внутрь.

Потом были брызги какой-то кислоты, разъедающей даже каменный пол. Она заставила щит поглотить особенно много маны. Снова огонь, сгусток тьмы, а когда юноша, уже почти добрался до цели, фигурка внезапно воздела руки и прямо из камня вырвались омерзительные лапы скелетов и ухватили его за ноги, не давая двинуться с места. Он сосредоточился и несколькими движениями, выпустил кольцо пламени, спалившее все кости вокруг. Фигура на выступе снова попыталась пробить щит молнией, но все также безуспешно.

В темноте пещеры, казалось, что против них сражался мальчишка. А постоянные вспышки магии, огня и молний, не давали острым глазам привыкнуть к темноте пещеры. Но ребенок- некромант, это же невозможно. Враг тем временем покинул выступ и стал петлять по пещере, продолжая бросать разнообразную магию в преследующего его эльфа. Лазриэль путался в сталагмитах и никак не мог поймать противника. Несколько раз, тот достаточно открывался, что бы выпустить в него огненный шар, но попасть не удалось. Тогда в голову пришла безумная идея, использовать заклинание нестандартным способом.

Он вызвал в голове образ нужного символа, перенес его в руку, добавил силы и выбросил почти на всю пещеру сеть сторожевого периметра. Проделывать все это, продолжая поддерживать щит, оказалось сложной задачей, но ему удалось. Колодец маны оказался уже наполовину пуст. Нужно было скорее разобраться с врагом.

Эльф замер прямо посреди боя, там, где стоял. Оставил часть потока энергии на поддержание щита, а сам сосредоточился на том, что происходит вокруг. Через сторожевую сеть, он прекрасно видел остатки отряда скелетов, которые стекались к одному месту. Там он видел своих спутников, слаженно косивших ряды врага. А гораздо ближе и левее, прямо за скоплением природных каменных колонн, затаился враг. И судя по колыханию его ауры, то, что он задумал, всем крайне не понравится.

Маг поспешил туда, где засел противник, предварительно, стараясь сбить концентрацию, выпустил вперед искры Арфаэля, но кажется не добился эффекта. Пришлось ускорится. Быстрым шагом, эльф приближался к укрытию, готовый применить любое заклинание из своего арсенала, но не успел.

Темная фигура шагнула из-за колонны сталагмита, одновременно с завершающим жестом магии, выбрасывая вперед огромное зеленоватое облако тьмы. Густой, тягучий дым окутал Лазриэля, не позволяя ничего увидеть, проникая через щит, он забирался в нос и рот, заставил задыхаться и выжимал слезы из глаз. Смертоносный туман постепенно высасывал жизнь из своей жертвы.

Мысли стали путаться. Ни одно из заклинаний не способно было помочь. Паника тяжелой волной накатила, нарушая концентрацию. Щит рассыпался и клубы тьмы с новой силой набросились на жертву. В панике, маг выпустил вокруг себя огненное кольцо, следом отправил огненный вал. Задержал дыхание, собрался с силами и мыслями и внезапно понял, что делать. Пока сознание еще не покинуло, он собрал волю в кулак и выбросил во все стороны мощную волну сырой маны, стараясь сделать ее как можно более плотной.

Клубы тьмы разлетелись по сторонам, теряя насыщенность и исчезая в воздухе. А в центре остался стоять изможденный эльф, хрипло, судорожно втягивая воздух в легкие. Волной энергии, убегающего противника сбило с ног. Маленький силуэт извернулся, поднимаясь с четверенек. Сомнения в том, что против них сейчас борется ребенок, почти испарились. Ведь это была явно фигура не взрослого человека. Но, вот он поднялся, развернулся и грубый, скрипучий голос разразился под сводами пещеры.

- Вам меня не достать, долбанные охотники за головами!

А потом с его рук стали один за другим срываться заклинания. Первый сгусток кислоты разбился в метре от Лазриэля, разбрызгивая смертоносные капли. От шара тьмы, он смог увернуться, наконец поднявшись с холодного камня. А брошенный, зеленоватый, мерцающий шар, разбился уже о щит мага. Каждое следующее свое заклинание, противник сопровождал гневным выкриком.

- Живым я вам не дамся!

- Мои скелеты разберутся с вами!

- Сила на моей стороне!

- Передайте моим сородичам, что я тоже помню про них и однажды приду!

С каждой фразой, странный противник, не скупясь, выпускал в эльфа новое заклинание из своего обширного арсенала. Но щит пока срабатывал на славу и ни одно из них не причинило никакого вреда.

Через сеть охранного периметра, Лазриэль увидел, как его спутники разделались с последним скелетом. Они сейчас находились справа и не замедлят присоединиться. А их появление лишь усугубит и без того сложную ситуацию. Он шагнул вперед, послал волну сырой маны, сбивая врага с ритма и заставляя замолчать.

- Остановись! Я не знаю, кого ты боишься, но ты принял нас не за тех. Мы не искали тебя здесь, мы просто путники, которым нужен был ночлег. Мы нашли пещеру и вошли внутрь. Мы не знали, что ты здесь. И...

Противник оборвал его на полуслове, выпустив целую серию маленьких сгустков тьмы. Они мчались, как кометы с черным хвостом, а разбиваясь о щит, оставляли после себя густую, клубящуюся завесу тьмы, а когда она развеялась, эльфу снова пришлось обратиться к охранному периметру, отыскивая мальчишку.

Тот оказался дальше и правее. Маг, подойдя чуть ближе, вновь попытался сбить концентрацию, выудив из памяти усиленный знак искр Арфаэля. Попутно он заметил, что маны осталось всего треть. Нужно срочно закончить бой.

***

Огненные светляки дикой стаей проносились мимо затаившегося за колонной мага и он вновь удержал бы фокус на сотворении смертоносного тумана, но проклятые искры стали взрываться, долетая до стены и пола. Разверзшийся вокруг ад, сбил мысли и заставил вместо атаки, укрыться спасительным костяным щитом. Как только серия взрывов затихла, он выскочил из укрытия, выпуская подряд три стрелы тьмы. Только там никого не оказалось. Эльф пропал.

- Трусливая собака! - Взревел он в потолок. - Пришел за мной, так бери!

Поняв, что за ним пришли, некромант в ужасе попытался убить их еще на подходе, но не удалось. Их маг оказался слишком силен. И вот, сейчас, они здесь, в его логове. В пещере, в которой он успешно скрывался много лет. Но головорезы снова как-то вышли на его след. Что ж, придется перебить и этих.

Соединив сознание с черепами мертвых воинов, что валялись по всей пещере, некромант увидел, как эльф обходит его слева. За мгновение до того, как оcтроухий появился в поле зрения, в ту сторону была отправлена разрушительная молния. Отразившись от щита, она раскрошила ближайшую колонну. Джибаро, понимал, что прикрытия скелетов у него больше нет и остальная группа врагов вот-вот выйдет сюда и отрежет путь отступления.

Он воспользовался последней возможностью. Выпустил клубы тьмы, развернулся и побежал через лабиринт природных колонн. Полетевший следом огненный шар взорвался за спиной, разрушая еще одну колонну. Он торопился, как мог, но маленький рост имел и свои минусы. Высокий, длинноногий эльф двигался явно быстрее. Дважды пришлось отстреливаться стрелами тьмы, выжигая последнюю ману.

Джибаро выскочил наружу. Последние лучи заходящего солнца еще освещали склон. Он резко остановился, что бы не сорваться в пропасть. развернулся к настигающему противнику и почти в упор выпустил последнюю стрелу тьмы.

Ужасающей силы взрыв, отбросил его в сторону и приложил о скалу. Сознание покинуло его, уже летящего вниз с обрыва.

***

Лазриэль постарался быстро разделаться с врагом, но тот оказался хитер. Обойти его незаметно не получилось. Каким-то образом тот угадал направление движения эльфа и предупредил его появление молнией. Хорошо, что щит он благоразумно оставил.

После короткого обмена заклинаниями, враг, как каракатица, выпустил дым и рванулся бежать через каменный лес. Эльф бросился следом. Чтобы успеть за маленьким, но быстрым врагом, ему пришлось сбросить щит. До выхода оставалось несколько шагов, когда стоящий на уступе, перед пещерой маг, внезапно выпустил копье тьмы.

Это было слишком неожиданно. Мысли лихорадочно заметались в поисках выхода. Щит он уже не успевал создать, увернуться то же. В голову пришла очередная безумная мысль. Вспомнив тренировки на полигоне, маг создал огненный шар и направил его точно в заклинание противника. Взрыв был гораздо меньше, чем тогда, на полигоне, но достаточной силы, чтобы его отбросило спиной в стену. Мгновенно придя в себя, Лазриэль метнулся к выходу, огляделся и в ужасе наблюдал, как безвольное тело, отрываясь от скалы, устремляется в пропасть. Отбрось его взрывом не в сторону, на камни, а прямо к обрыву и сделать было бы уже ничего невозможно, но сейчас он еще успевал.

Сплетя нужный символ, маг выпустил с руки цепь Ахирона. Оплетя туловище противника, цепь натянулась и эльф смог осторожно поднять его к себе наверх. Тело было тяжелым, но ему хватило сил. А когда бездыханный противник оказался на выступе, лесной эльф сделал несколько шагов назад и в изумлении уставился на распластавшееся на скале существо. Подбежавшие соратники, с таким же немым изумлением уставились на маленькое тельце, лежащее перед ними.

- Мать Аварэсса, куда катится этот мир? - Тихо пробормотала Элиандор. - Никогда раньше я даже не слышала о гноме-некроманте. А теперь вот он, передо мной.


Глава XI Некромант.


Джибаро очнулся сидя в своей пещере, связанный по рукам и ногам. Он хотел попытаться вывернуться, но странный скрип заставил его поднять взгляд. Прямо в глаз ему был нацелен блестящий наконечник стрелы.

- Тихо, малыш, не вздумай делать лишних движений. Я страсть, как хотела бы всадить эту стрелу тебе в лоб и останавливает меня только он. - Кивнула эльфийка куда-то себе за спину, вновь скрипнув натянутой тетивой.

Из-за нее неторопливо вышел тот самый маг, с которым гному пришлось биться и погибнуть. Он внезапно вспомнил последние мгновения боя и содрогнулся.

- Почему я остался жив? - Выпалил он мучивший вопрос.

- Я тебя спас. - Спокойно ответил эльф.

- Ты врешь, зеленая собака! - Надрывался гном. - Ты пришел убить меня!

- Будь так, я просто смотрел бы, как твое маленькое, пропитанное тьмой тельце, падает вниз со скалы. - Сдержанно проговорил принц, разделяя слова.

- Зачем я тебе? Хочешь поиграться? Поверь, пытками меня не сломить! - Храбрился не понимающий врага некромант.

- Ты пытался убить меня и моих спутников. Тебе это едва не удалось. И да, ты заслужил мучительную смерть. Но я не собираюсь тебя убивать. Как сказал мне один мудрый человек: 'Что случилось, то случилось. Надо смотреть в будущее.' - Заверил его маг, покосившись при этом на свою спутницу.

- Так отпусти меня. - Ехидничал сбитый с толку пленник.

- Так и будет. - Удивил всех Лазриэль. - Сперва мы с тобой поговорим. Ты расскажешь мне все, что я спрошу. Мы восстановим в этих пещерах свои силы. А потом, если будет угодно, ты останешься здесь, а мы пойдем дальше, по своим делам.

- Какие же знания стоят моей жизни? - Продолжал играть словами сомневающийся гном.

- Я вижу по твоим глазам, что ты на самом деле не по доброй воле избрал этот путь. Но не буду спрашивать о причинах, это дело твое. Скажу лишь, что я здесь ищу способ борьбы с силами тьмы, которые надвигаются на весь мой народ, на весь мир. Мне нужно понять, что такое смерть и как я могу против нее бороться. Единственный способ понять это, самому стать некромантом, изучить ее и найти слабые места этой силы. Только постигнув все тонкости магии некросов, я смогу изменить судьбу, уготованную всем лесным эльфам. Скоро бог сможет направить меня, но я думаю, что и без этих знаний мне не обойтись. А тут на моем пути внезапно появляешься ты. Представитель светлой расы, который постиг темную магию, при этом не отдавшись ей. Что это, если не знак судьбы? - Под конец монолога, эльф не на шутку распалился. А с последними словами и вовсе выхватил кинжал и с плеча рубанул по веревкам, освобождая зажмурившегося от неожиданности пленника. - Я прошу тебя, помоги мне разобраться во тьме и найти выход к свету. Большего мне не нужно.

Гном поднялся, потирая затекшие запястья. Задумчиво почесал подбородок. Осмотрел всех, находящихся в небольшом помещении, потом кивнул в сторону прохода и предложил:

- Пойдем со мной.

Он вышел в главную пещеру, проделал замысловатый путь между каменными колоннами до противоположной стены. Отодвинул несколько увесистый камней и, кряхтя, извлёк из природной ниши три увесистых тома. Гном повернулся и одновременно с грустью и облегчением протянул их эльфу.

- Теперь это твоя ноша. Эти знания позволили мне научиться управлять некротической энергией и изучить заклинания. - Передал он древние фолианты в жестких кожаных переплетах. -только запомни. Как бы ни были чисты твои намерения, какой бы благой целью ты не руководствовался. Как только ты познаешь эту силу, любой светлый, узнавший об этом будет считать своим долгом убить тебя или хотя бы плюнуть тебе в след.

- Благодарю за предупреждение. Я готов пойти на такую жертву ради спасения собственного народа. - Заверил эльф.

Когда Лазриэль вернулся к остальным спутникам, старцы горячо обсуждали что-то между собой, потом повернулись к нему.

- Скажи, что, ты соврал ему, что бы выудить информацию. - Сдвинул брови Андориус.

- Нет. Он нам не нужен, так же, как и мы ему. Проще для всех разойтись миром. - Глубокомысленно высказался маг.

- Проще для всех, перерезать ему глотку и больше не вспоминать. Эта тварь чуть не убила нас здесь, почти придавила на горе, натравила на нас нежить за бродом, наверно и первое нападение, его рук дело. - Разгорячился апостол.

- Прошу прощения, странники, но половина из того, что вы перечисляете не имеет ко мне никакого отношения. Пока вы не ступили на перевал, я понятия не имел о вас. Да и дотянуться до реки я не в состоянии,мне это не под силу, а спустить отсюда своих воинов я не смог бы, они просто не способны на такой сложный спуск. - Возразил гном.

- Он врет! У нас нет ни одной причины верить ему. - Повысил голос Старец.

- У меня то же не было ни одной причины верить тебе. - Перехватил эльф его взгляд. А потом уже мягче, продолжил. - Но я сделал это и сейчас я только рад, что тогда поверил и пошел за тобой.

- Однажды твоя вера приведет тебя к гибели. - Сверкнул глазами Андориус.

Но тем не менее, перестал нападать на гнома. Группа расположилась на ночлег посреди того самого зала, в котором разворачивался бой. Поставили походные домики и распределили дозоры.

Лазриэль раскидал сеть охранного периметра, сел, оперся о стену пещеры и погрузился в изучение. Книги оказались крайне мрачными и с первых строк давили сознание, наполняя разум ужасом, гневом, силой и ненавистью ко всему живому. Чем дальше он читал, тем больше все эти чувства пропитывали его. Эльф остановился, отложил книгу, понимая, что сила тьмы может его поглотить. Гнев Бурлил внутри, требуя выплеснуть его на кого-то.

Маг попытался усмирить чувства, но ничего не удавалось. Тогда он вспомнил, зачем делает все это, сосредоточился на светлых мыслях, уцепился за образ отца, брата и белых врат Сае'Аит. Ярость понемногу отступила. Тогда он сосредоточился на этих образах и вновь поднял первую книгу.

Казалось, что принц находится в светлом, спокойном месте, а вокруг него ураганом кружит бесконечно злая, всепоглощающая тьма, силясь достать его, пытаясь пробиться сквозь светлые образы и мысли. Он обратился к своему воображению и сделал образы еще ярче, боясь проиграть эту битву против темных сил.

Знания из книги позволили Лазриэлю понять и увидеть некротическую силу вокруг. Так же, как и мана, эта энергия свободно протекала в окружающем мире. И подобно мане, ее можно черпать из мира для своих целей, если знаешь, как. Маг все дальше погружался в водоворот силы, окутываемый тьмой и безысходностью. А когда, наконец, достиг самого дна, осознал, что в его сущности образовалась пустота.

Прямо под колодцем маны появился новый резервуар. Пустой пока еще колодец некротической энергии, вынуждал хозяина наполнить его, словно терзающее чувство неутолимого голода, он молил и заставлял, требовал и жаждал. Только светлые воспоминания спасали от его черного влияния и позволяли не поддаться злу, кипящему в нем.

Поняв, как ими управлять, эльф собрался и заставил темные силы подчиниться и начать движение, постепенно наполняя резервуар. Некротический голод медленно и нехотя отступил. Но попытки использовать энергию не увенчались успехом. Времени было не много и маг постарался использовать его максимально эффективно.

За ночь он полностью просмотрел все три книги, научился управлять некроэнергией и сохранил при этом чистоту помыслов и рассудка. Однако, как ни старался, освоить заклинания ему никак не удавалось. Лишь сырая, смертоносная энергия. Уставший и вымотанный, он встретил утро все на том же месте, в бесплотных попытках освоить чары.

Апостолы и эльфийка проснулись, собрали лагерь и группа завтракала, когда в пещеру вошел гном. Он окинул всех внимательным взглядом . Остановился на эльфе, долго вглядывался в его глаза, а потом также молча вышел.

- Странный тип, не нравится он мне. - Бросил Птархиус.

- Ничего, скоро мы уйдем и забудем про него. - Успокоил Андориус.

Когда все были готовы и уже собрались у входа в пещеру, позади, внезапно, появился некромант. За спиной у него маячил туго набитый рюкзак, а в руке походный посох. Он подошел к Лазриэлю, протянул руку и заговорил.

- Меня зовут Джибаро.

- Лазриэль. - Ответил эльф, пожимая широкую, гномью ладонь.

- Я гном из подгорного царства. Я познал некромантию и остался верен светлым богам. Я вижу, что ты за прошедшую ночь также вкусил темной энергии, но в душе твоей по прежнему горит яркий свет. Я вижу, что ты действительно пытаешься познать суть черного чародейства, только из благих целей. И я хочу тебе помочь. Мои создания вы перебили, мой дом разорен, а моя душа в смятении. Ты расшевелил старые раны и я больше не смогу прятаться здесь, когда весь мир в опасности. Наконец-то появилась возможность использовать мои знания не только для себя, но и для борьбы с тьмой. Я хочу пойти с вами. Расскажу свою историю и сделаю все, что в моих силах, чтобы ты добился своей цели. - Истово уверял гном.

- Я верю тебе и я принимаю твою помощь. Наша цель трудна, опасна и крайне важна. Лишняя помощь точно не помешает. - Согласился маг.

Все вместе выбрались из пещеры навстречу поднимающимся солнечным лучам и двинулись в путь. по крутому склону скалы, на другую ее сторону. Туда, где ждет божий сын в усыпальнице и ответы на волнующие вопросы.

***

Джибаро был еще юн и горяч. Но для своего возраста, ему не было равных в горном деле. Он имел исключительное чутье на драгоценные металлы и редкие камни. Про него начали даже слагать небылицы. Говорили, что там, где он даже случайно ударит киркой, обязательно окажется митрил или алмазы. Сам он тщательно и бережно поддерживал эти слухи, лелея мечту, когда-нибудь стать великим, как его прадед, Ардо Бродвик, великий исследователь и один из основателей подземного города Камнеграда.

Джибаро Бродвик никогда не был чрезмерно жадным, если такое вообще можно сказать о гноме. Он делился со своими знакомыми и друзьями, подкармливая удачу. А его умение добытчика было старательно выращено на книгах, усердии и опыте. Он никогда не отказывался от экспедиций, всегда первым вызывался в путешествие, даже если оно не сулило богатства, оно давало опыт. И сейчас его старания приносили свои плоды. Теперь он мог заниматься тем, что ему интересно. А в последнее время он увлекся поисками древних кладов забытых королей.

Захоронения никто из подземного народа не осмеливался трогать, потому что это могло обернуться ужасным проклятием или освобождением жуткого духа. Но вот те места, в которых забытые короли прятали свои несметные сокровища, вполне можно было обчистить. Тут конечно были свои проблемы. Найди сперва хоть какие-то намеки на расположение такого хранилища, правильно их расшифруй и разыщи это место. Обезвредь ловушки, которые там напичканы на каждом шагу, потом еще надо верно оценить найденное. Что можно отдать, что и за сколько продать, а что ни в коем случае не должно покинуть твоих цепких рук.

В этот раз ему на глаза попалась крайне недостоверная и размытая информация о кладе, что оставил когда-то Борандир III несколько веков назад. А все, что касалось малоизученных сведений, так и манило его. Правда хитрый подземный король указал своим потомкам, что не прячет драгоценности, а хоронит древнее зло. Кладоискатель не придал этому особенного значения. Чем больше страха, тем меньше шансов, что твое золотишко будут искать.

Так он и взялся за это дело. Перерыл всю библиотеку, проверил все возможные варианты соприкосновения истории с другими. Дело оказалось крайне запутанным. Попутно было найдены намеки еще на три тайника. Запасы гнома понемногу убывали, а новым он ничем не мог заняться, поглощенный сложными поисками.

На расшифровку и осмысление намеков старого короля было потрачено три года. И когда, наконец, он понял, куда нужно идти, сразу же, ничего не проверяя, не собирая команду, даже не предупредив никого, он бросился навстречу разгадке. Тайник оказался спрятан так, как ни один прежде. Восемь шагов породы пришлось пробить искателю, прежде чем он попал внутрь. Он был ослеплен своей удачей и жаждой раскрыть столь долгожданную загадку, так что половина ловушек, которыми был напичкан каждый шаг, все же сработали. Но, кажется боги хотели провести его, потому что ни одна из них, не задела его смертельно и даже не ранила тяжело. Несколько ссадин, два обломка стрел в плече, да порез левой ноги, это все, что оставила ему пещера.

В самом конце его ждал зал, наполненный драгоценностями и древним оружием, но опытный кладоискатель знал, что Борандир хитрее многих, а золото, это лишь приманка. Он искал по настоящему могущественный артефакт. И нашел. Он простукивал все помещение по кругу, в поисках пустот и ощупывал все неровности, пока, наконец в одном месте не наткнулся на неестественно прямую трещину. Осторожно проводя пальцем по ней, он очертил ровный прямоугольник и не раздумывая надавил на него. Внутри каменной преграды что-то защелкало, зазвенело и начало стрекотать и трещать. Отшатнувшись в испуге, он поднял кирку над головой и замер, готовый к любому исходу.

Звуки бесконечно долго не стихали, будто в скале сработал какой-то механизм и никак не хотел выключаться. Внезапно все оборвалось, сменившись неожиданной звенящей тишиной. Мгновение ничего не происходило и гном подумал уже, что от времени замок сломался, как внезапно, внутри что-то оглушительно щелкнуло и вся стена под собственным весом скользнула вниз. Огромная каменная глыба, шлифованная и подогнанная древними мастерами проваливаясь в пол, образовав ровную площадку и открывая небольшое пустое помещение. Дальняя стена подсвечивалась странным зеленоватым сиянием. Гном осторожно подошел, осмотрел ее, прошелся по ней несколько раз киркой и обнаружил под слоем искусственного камня, небольшой твердый, испускающий свет, ярко зеленый шарик.

Выверенный удар кирки, подцепил шарик и тот неожиданно легко выскочил. Вывалился из стены и упал прямо в сапог незадачливого гнома. Взрыв острой, обжигающей боли прокатился по всему телу, словно в ногу ему вонзили раскаленные иглы. Даже выносливый, привычный ко многому, гном не смог выдержать и потерял сознание. Нашли его совершенно случайно, разведывая оставленный гномом пролом в скале.

Очнулся он в родном городе, когда лекари и целители всеми доступными методами пытались остановить черноту, пожирающую его ступню. Никакие молитвы и заклинания не помогали. Болезнь продолжала подниматься все выше. Гном истратил большую часть своих сбережений, покупая дорогие ингредиенты для заклинаний и зелий и вызывая знаменитых целителей. Все бестолку. Почерневшую ногу он уже не чувствовал, словно ее и нет. Король, узнавший о том, что случилось, распорядился запечатать хранилище и выставить там стражу, чтобы больше никогда и никто не открыл этот смертоносный артефакт.

Джибаро отчаялся и когда у него стали заканчиваться деньги, а способов возможного исцеления больше не нашлось, он наконец, согласился отнять ногу. Болезнь поднималась все выше и с учетом возможного заражения, пришлось пожертвовать ногой до самого колена. На остатки сбережений, он выковал себе прочный, практичный и красивый резной митриловый протез, который лучшие мастера города, зачаровали и приладили к остатку ноги.

Гном зажил новой жизнью. Он по прежнему был лучшим в своем деле. Нога никак не сказалась на его работе, лишь слегка изменив походку. Вспомнив про найденные когда-то тайники, Бродвик младший, с головой ушел в их изучение. Надо было срочно восстанавливать истраченные запасы. Он собрал группу верных соратников и смельчаков, готовых пойти за известным кладоискателем ради наживы. Договорился о снаряжении. Продал все, что оставалось и даже влез в долги для подготовки к этому предприятию. Приготовления шли полным ходом, когда он с ужасом заметил темное пятно на пальце правой руки. Чернота и грязь, постоянные спутники любого рабочего гнома. Вот только не тогда, когда от пятна по руке расползается черная паутина.

Джибаро бросил все и стал искать ответы в старых фолиантах и свитках. Его пожирала сила тьмы. Именно к ней, гном и обратился за помощью. Узнав, что с ним происходит, все друзья и знакомые, постепенно перестали навещать его и вообще сторонились. Даже те, кому он оказался должен, прекратили разговаривать с ним. Вместо помощи, сородичи отводили взгляд и пытались обойти его подальше. Бродвик не очень-то винил их. Каждый заботится о своей шкуре, но в глубине души, это все-таки было обидно.

Книги все же оказались полезны и он сумел изучить некротическую энергию и приручить ее. Долгие недели спустя, понял и суть проклятия, что пожирало руку. Расплести его не было возможности, слишком велика сила сплетенных чар, но гном смог остановить распространение. К тому моменту, рука выше локтя уже стала высохшей и черной, словно побывала в пожаре и по ней тянулись зеленые, слегка пульсирующие змеи вен. Он не появлялся на улице и не снимал своей длинной, кожаной рукавицы, что скрывала увечье.

Погрузившись глубоко в изучение темных искусств, гном совершенно позабыл об окружающем мире, перестал есть, осунулся, похудел. Дрогбар, единственный оставшийся друг иногда еще заходил к нему, с опаской косясь на его занятия. А однажды, когда некромант показал ему то, чего смог достичь, друг в ужасе сбежал и больше не появлялся.

Однако молва летит быстро. И очень скоро добрые жители города собрались к его дому. Вытащили его на улицу. Первым среди них стоял Дрогбар. Жрецы светлых богов позорили его обращение к тьме и никто не хотел слушать, что он сделал это только ради исцеления, которого они сами не дали. Гномье общество клеймило его и изгнало, пригрозив расправой, если к утру он еще будет в пределах города. Той же ночью, Джибаро захватил с собой все книги, что ему помогли, наскоро собрал вещи и отправился в путь. Как потом оказалось, на этом история не закончилась. Некоторым из его соплеменников показалось мало изгнания и ими был нанят отряд, чтобы выследить и убить того, кто позорит род светлых жителей подземного города.

Тогда некромантия спасла ему жизнь, позволив расправиться с врагами. Именно они и стали первыми поднятыми скелетами. А когда на дороге попалось поле битвы, тут некромант и вовсе разгулялся. Еще дважды за путешествие, его старались убить лишь за изучение некротической энергии и владение ее силами. После этого, на пути встретился черный пик. Там и нашел пристанище некромант-гном, вдали от всех, кому способен причинить вред.

Когда же он увидел поднимающуюся группу, испугался, что снова идут за ним, потому и пытался разобраться на подходе. А сейчас безмерно рад, что ничего не получилось.

***

Завершив свой рассказ, приунывший гном, снова надел кожаную перчатку, скрывая от посторонних глаз свою поврежденную руку.

- Я использовал некротическую энергию для спасения собственной жизни. И когда я увидел то, как ты приручил ее для помощи близким, а в твоей душе по прежнему горел свет добра, я понял, что обязан тебя поддержать. - Подытожил он свои слова.

- Спасибо. Твоя помощь будет нам очень полезна. - Выразил признательность эльф.

Подросший отряд покинул пещеру и отправился на другую сторону черного пика. Отдохнувшие, восстановившие силы, спутники ловко преодолевали уступы и камни. Даже митриловая нога ничуть не замедлила скорость К вечеру того же дня, они оставили позади большую часть спуска и заветная пещера уже была видна, но группа решила не рисковать и остановилась на ночлег. С трудом удалось устроиться на ровном уступе и в этот раз пришлось спать под открытым небом. Только некромант без отдыха пытался научить Лазриэля использовать некротическую энергию. Эльф отлично управлял ей, мог собирать, концентрировать, мог выбросить смертоносным потоком, но, к сожалению, у него так и не получилось ни одно заклинание на ее основе.

Утро застало их за тренировкой. После завтрака все собрались и преодолели последний отрезок пути. Отряд оказался на широком уступе перед зияющим провалом пещеры.

- Вот он, оплот нашей веры. Здесь покоится божий сын, наш наставник и защитник. - Истово воскликнул Андориус.

- Здесь когда-то Харастис обрел отца и знания. Здесь он обрел и покой, хранимый нами. - Поддержал Птархиус.

- Пришло время вернуть его в этот мир. - Вторил Ионис.

Они зашли внутрь. Темные коридоры освещал тусклый свет, льющийся из-под потолка. Пещера уходила вглубь, круглым широким тоннелем, с ровным, словно обработанным полом. Где-то далеко журчала и капала подземная вода.

Тоннель казался бесконечным и петляя, вел странников все глубже в тело скалы. А за очередным поворотом, взгляду открылась огромная пещера, уходящая в обе стороны за пределы видимости. Потолок тонул в мягком, белом свечении. А в самом центре стоял великолепный постамент, высотой почти в половину человеческого роста. Весь покрытый золоченой резьбой и вставками драгоценных камней. Вокруг него стояли шестеро мужчин в черных мантиях и глубоких капюшонах, наброшенных на голову.

В руках каждого апостола горел яркий красный шар, а от этого шара тянулась изогнутая горящая линия того же цвета, к груди обнаженного божьего сына, который неподвижно лежал на постаменте.

- Учитель! Мы исполнили твою волю. Избранник здесь. - Опустился на одно колено Андориус.

- Первожрец, приказ исполнен, мы защитили избранника и привели к твоим ногам. - Вторили коленопреклонные Птархиус и Ионис.

Эльфы и гном переглянулись между собой, отмечая раболепие в голосах апостолов. Маг шагнул вперед и обратился к лежащему человеку.

- Я Лазриэль, сын Харнесесса, верховного друида Sae'aith. Я получил твое видение и пришел получить ответы. - Его слова звонким эхом прокатился по пещере.

Как только затихли отголоски последних звуков, лежащий мужчина, внезапно распахнул глаза, заставив отпрянуть в благоговейном ужасе троих апостолов. Сияние, исходящее из груди человека разгорелось ярче, плавные линии, тянущиеся от людей в мантиях, стали яркими, полыхающими и затрепетали, словно на ветру. На лбах шестерых, выступила испарина, а один из них упал на колено от напряжения.

Спаситель сел на постаменте, коснулся босыми ногами каменного пола, встал в полный рост, все это время не сводя глаз с эльфа. Шагнул в его сторону, сделал еще шаг, после третьего широкого шага он остановился совсем рядом, продолжая удерживать взгляд.

- Я Харастис, сын бога. Я призывал тебя, чтобы исправить будущее. Судьба твоего народа сейчас туманна и мне нужна твоя помощь в ее изменении. Это тело стало слабым и неспособно удержать божественную энергию. После поражения Нер'зулом, я вынужден был ждать твоего прихода. Только ты в состоянии помочь мне вернуть былую силу, а я после этого смогу помочь тебе. - Его низкий, бархатистый голос разливался по пещере, резонировал с каждым предметом и существом, заставлял слушать его и прислушиваться.

- Я не ослышался? - Удивился маг. - Полубог просит моей помощи?

- Да, ты не ослышался. Даже боги не всесильны. Ты избран судьбой, чтобы стать моим спасителем. А потом, если согласишься стать моим оружием, вместе мы освободим народ лесных эльфов. - Отвечал спаситель.

- Как простой смертный может помочь всесильному сверхчеловеку? - Удивился Лазриэль.

- Когда я проиграл сражение под стенами собственного города и был пронзен клинком смерти, я растерял все свои силы. Лишь вера в бога позволяла цепляться за этот мир. А божественный дар был расколот ударом клинка. Конечно воля моего отца слишком сильна, чтобы испариться, потому она нашла для себя вместилища. Венок стал местом хранения разума. Дух оказался заперт в плаще, часть посоха c лезвием, что пронзило меня, впитала жизненные силы. К сожалению, во время сражения, эти вещи были потеряны на поле битвы. Теперь, чтобы вновь вернуть былое величие, надо собрать эти артефакты. Они позволят мне впитать силу обратно и собрать ее воедино. - Поделился Харастис.

- Так почему твои апостолы не сделают это для тебя? - Негодовал маг.

- Они не могут прикоснуться к артефактам такой мощи. Они слишком близки ко мне и силе отца для этого. - Сокрушался полубог.

- Но как я найду их? И даже если найду, откуда мне знать, что это они? - продолжал уточнять эльф

- Мои люди перевернули землю, в их поисках. Только недавно был найден последний из них. Теперь мы знаем, где находятся все три. Твоя цель лишь собрать их и принести сюда. - Развеял Харастис сомнения.

- Если это поможет спасти мой народ, тогда я готов на все. - Смиренно склонился Лазриэль.

Линии, питающие спасителя, уже вертелись и плясали, подобно молниям. Апостолы едва держались на ногах, а трое уже стояли на коленях, истекая потом от напряжения.

- Тогда отправляйся на север. Там живет племя варваров. Шаман из этого племени унес тогда венок с собой. С тех пор он передается от отца к сыну, делая шамана умнее, проницательнее и предусмотрительнее. Они с легкостью побеждают соседей в стычках и постоянно развиваются, захватывая новые земли и приобретая новые знания. Это будет непросто, но ты будешь и не один. Андориус сопроводит тебя туда и поможет тебе. Добудь венок и мы на шаг приблизимся к изменению судьбы всего мира. - Последние слова он говорил все тише и тише, отступая назад. Потом сел на постамент, словно теряя силы, облокотился на него и лег на спину.

- Я верю в тебя. Весь мир в твоих руках. - Выдохнул полубог, закрывая глаза и вновь погружаясь в бесконечный транс.

Ионис и Птархиус подскочили, заняли места в круге, между стоящими апостолами и подключили свою энергию к потоку, помогая своим соратникам.

- Вы можете пока подождать в соседней пещере. Спаситель потратил очень много сил на общение с тобой. Мне нужно перенаправить потоки и призвать остальных братьев на помощь. После этого я присоединюсь к вам и мы отправимся в путь. - Кивнул Андориус спутникам.

Эльфы и гном направились к указанному проходу, устроились в небольшой пещере и обсуждали произошедшее.

- Тебе не кажется, что прежде, чем бросаться на помощь неизвестному полубогу, нужно бы хоть немного узнать о самом божестве? - Задала лучница очевидный вопрос.

- Он показал мне будущее и поможет его исправить. Этого достаточно. - Недоуменно ответил Лазриэль.

- Почему ты решил, что это будущее? Ведь тебе могли внушить все, что угодно. - Возмутилась эльфийка.

- Зачем ему врать? - В свою очередь оправдывался эльф.

- А зачем люди вообще врут? Для достижения собственных целей. - Не сдавалась Элиандор.

- Он не человек. Он сын бога! - Все не унимался Лазриэль.

- Думаю тут тебе лучше послушать свою подругу. - Влез в разговор гном.

- Думаю тут вам обоим лучше не встревать. - Отрезал маг. - У меня есть цель и он поможет мне в ее достижении. Остальное не так уж и важно.

В пещере надолго воцарилась неловкая, гнетущая тишина. А когда надоело сидеть в безмолвии, Джибаро предложил продолжить тренировки с некротической энергией. Эльф согласился, а когда сосредоточился на потоках энергии, в удивлении вскинул брови. Вокруг него Все было окутано некротическими силами. Каждый уголок пещеры, каждая расщелина, все было до отказа забито энергией смерти.

Гном присвистнул от удивления, видимо также оценив потоки.

- Живенько тут у них. - Хохотнул он.

- Видимо находящийся на пороге смерти полубог притягивает к себе некроэнергию. - Задумчиво произнес принц.

- Спорить не буду. Надеюсь, что мы никогда не узнаем ответа на этот вопрос. - пожал плечами Джибаро на недоуменный взгляд рейнджера. - Давай лучше займемся делом. Уж в этом-то месте должно получиться.

Вновь они пытались развить способность эльфа к некротическим заклинаниям, но и здесь ничего не выходило. Энергия послушно подчинялась ему, перетекая по приказу, куда нужно, заполняя колодец или выплескивалась наружу при необходимости смертоносным потоком. Заклинания он то же смог выучить, это оказалось ничуть не труднее обычных. А вот когда дело доходило до сотворения заклинаний, напитывания их энергией смерти и выброс в окружающий мир, снова ничего не выходило. Знак и некроэнергия просто не совмещались. Вызванный из памяти знак рассыпался песком, а энергия просто разбрасывалась наружу.

- Не понимаю. Ты делаешь все правильно, я не вижу никаких препятствий. - Недоумевал гном.

- Я ежедневно использую обычную магию и у меня это с легкостью получается. Некромантия мало чем отличается и я делаю все то же, что и обычно. Однако что-то не дает мне ей пользоваться. - Сокрушался маг.

- Возможно... Некротическая энергия это сила, которая противостоит всему живому. А ты лесной эльф. Вы наиболее близки к живой природе и силе. Может быть в этом и есть проблема? Твое происхождение не совместимо с тем, что ты пытаешься использовать и просто противостоит этому? - Осенило некроманта.

- И что теперь делать? - Возмутился эльф.

- А это не ко мне вопрос. Наверное надо продолжать пытаться что-то сотворить и рано или поздно одна из сторон подчинится и все получится. - Сдаваясь поднял руки Джибаро.

- Пожалуй что так. Другого пути я пока не вижу. - Согласился Лазриэль.

В этот момент в пещеру вошел изможденный Андориус. Он кажется постарел еще больше, осунулся и сгорбился, словно под тяжестью навалившегося груза.

- Я подпитал его, восстановил баланс и вызвал остальных апостолов, но разговор с тобой вытянул слишком много энергии изо всех. Боюсь, если мы не справимся с задачей, божий сын не встанет больше со своего постамента никогда. - Скорбно склонил голову старик.

- Тогда нужно быстрее выдвигаться. - Всполошился маг.

- Пожалуй мне нужно еще время на отдых. Слишком много сил ушло на поддержание спасителя. Этот день почти завершен, так что сегодня можете устраиваться на отдых. К утру я как раз немного восстановлю силы и можем выдвигаться. Идти придется сразу за артефактом. В столицу зайдем после. Больше у нас нет права на ошибку. - Андориус с грустью вздохнул и, не проронив больше ни слова, ушел.

- Кажется теперь нам придется действительно тяжело. - Заметил гном, как только апостол вышел из пещеры. - Задача и так была не из простых, а теперь еще и шанса на ошибку нет, как и времени на раздумья.

- Ладно, как- нибудь справимся. Раз уж мы до сюда добрались, может и дальше удача будет на нашей стороне. - Задумчиво пробормотал Лазриэль. - В любом случае, ничего не узнаем, пока не попробуем.

И они продолжили перегонять и расплескивать некротическую энергию, в бесплотных попытках, использовать ее в заклинании. Не добившись никакого результата, гном, наконец сдался и отправился отдыхать, а эльф так и встретил утро, не оставляя надежды на успех.

С первыми лучами солнца отряд, состоящий из верховного апостола, двух эльфов и гнома, выдвинулся из усыпальницы Харастиса. Их путь лежал вниз, к подножию скалы, а затем в далекие северные земли, где обитали племена варваров.

***

На небольшом, ровном уступе, почти под самым острием черного пика, стоял Махитхарджи, внимательно наблюдая за тем, как далеко внизу, маленькая группа вышла из пещеры и начала свой нелегкий спуск со скалы.

- Значит все-таки противники. Что ж, скоро встретимся, принц. - Тихо прошептал он, разговаривая с самим собой. А затем просто исчез в пурпурной вспышке портала.


Глава XII Север.


Шесть дней пути промчались без приключений. Путники шли на север, уверенно продвигаясь к намеченной цели. Воздух вокруг становился все холоднее, сказывался более суровый климат, а одеты все были достаточно легко. Когда на третье утро они с трудом выбрались из походных домиков, разминая затекшие суставы и согревая продрогшие руки, Лазриэль понял, что дальше идти они просто не смогут и погибнут от холода.

Пока вокруг кипели ежедневные утренние приготовления: подбрасывались свежие дрова в тлеющий костер; доставались из заплечных мешков скромные съестные запасы; собирались походные домики, маг устроился прямо на земле, погрузился в транс и стал экспериментировать с потоками маны. Он ускорил их, добавил частичку огненного заклинания, разогревая их. Потом постепенно изогнул ближайший поток и закрутил его в петлю. Осторожно, неторопливо он протянул руку и коснулся сотворенного вихря. Для окружающих его рука была сейчас просто вытянута в сторону, но, коснувшийся своего творения, он почувствовал согревающий поток.

Маг, воодушевленный тем, что получилось, с азартом взялся за работу. Он собрал потоки, скрутил их в сложный клубок, а затем неторопливо, обдуманно, стал постепенно обвивать ими собственное тело. Каждый раз ощущалось легкое прикосновение, словно дуновение ветра, а за ним следовало разливающееся по телу тепло. Совсем скоро, эльф полностью оказался опутан сетью кружащейся маны, изо рта, наружу вырывался пар, но сам он больше не чувствовал прохлады.

Этот трюк дался достаточно просто и принц решил пойти еще дальше. Он сосредоточился на Элиандор. Собрал несколько потоков маны, кружащихся рядом, сплел их в одну сеть, растянул, заставил нагреться, а затем усилием разума набросил на нее. Когда эльфийка резко вздрогнула, как от удара и настороженно обернулась, готовая отразить атаку, он расхохотался.

- Успокойся, все хорошо. Это я пытаюсь спасти нам жизни. Как ощущения? - Поинтересовался маг.

- Будто на меня набросили шерстяное одеяло. - Удивленно пробормотала она.

- Прекрасно. Значит сейчас мы победим холод. - Посмотрел он в сторону Андориуса, но тот лишь отрицательно покачал головой.

- Помоги лучше гному, не трать понапрасну силы. Бог не даст мне замерзнуть. - Сказал апостол.

Джибаро благодарно кивнул после того, как и он оказался под покровом тепла.

- Можно смело продавать твой способ согревания. Думаю там, куда мы движемся он очень даже будет востребован. - Хохотнул некромант.

- Боюсь, там у нас будет достаточно других забот. - Задумчиво высказался Лазриэль.

Утро выдалось спокойным. После завтрака, снова двинулись в путь. Идти было достаточно просто и расстояние таяло быстро. Уже к вечеру они разбили лагерь у самой границы племени ледяного копья. Еще можно было проделать час пути, но все дружно решили, что безопаснее будет пересекать земли свирепых варваров днем, когда нет вероятности натолкнуться на них в ближайших кустах, все видно издалека и не нужно искать дорогу на ощупь, рискуя сломать ногу в чьей-то норе.

Андориус вместе с Элиандор занимался ужином, а гном опять пытался научить принца заклинаниям некромантии. Но и в этот раз нового эффекта достичь не удалось.

Неподалеку вскрикнула неизвестная птица. Настороженные эльфы одновременно обернулись на звук, но в темноте ничего не было видно. С правой стороны раздался такой же звук.

- Что-то не так. - Поднялся апостол, как и остальные всматриваясь в ближайшие заросли.

- Мы здесь не одни. - Заметил Лазриэль.

Он обратился к сторожевому периметру, который как-раз ворвался в голову тревожным перезвоном. В зону действия магии вошел человек, за ним еще один и еще. Они появлялись со всех сторон, приближаясь к группе. Целый отряд отрезал для них все пути к бегству. Значит остается только прорываться с боем.

- Мы окружены! Приготовьтесь к бою, но не нападайте первыми. - Предупредил эльф.

Он выступил вперед, собрал ману в кулак, постепенно переливая ее в символ. В любой момент, маг готов был выпустить вперед огненный вал. Внезапный укол в шею сбил концентрацию и силы разом покинули тело. Накопленная энергия выплеснулась наружу, обжигая всех волной горячего воздуха. Ватные ноги подкосились, не в силах удержать хозяина. А дальше только темнота.

***

Элиандор доставала из походных мешков скромные запасы, пока Андориус разводил костер, а остальные снова пытались обуздать некротическую энергию. Чуткое ухо уловило крик неизвестной птицы и рейнджер, по привычке, напряглась. Когда с другой стороны птице ответил такой же голос, осторожная лучница заподозрила, что их окружают.

Принц подтвердил ее опасения призывом к оружию. Тонкая эльфийская стрела легла на древко лука, готовая в любой момент сорваться и нести смерть противнику. Краем глаза она увидела, как осел Лазриэль. Не было никакой магии или вспышек молний, он просто опустился на землю бесформенным мешком. Тело сразу пронзило холодом, будто погас костер, согревающий изнутри. Понимая, что враг использует какое-то стрелковое оружие, эльфийка резко прыгнула в сторону, перекатилась, уходя от прожужжавшего рядом снаряда, натянула тетиву, собираясь забрать первую жизнь и продать свою как можно дороже. Но планам не суждено было сбыться. Внезапный укол в затылок прервал отработанные движения. Рука ослабла и сорвавшаяся стрела вонзилась в землю.

- Духовые трубки. - Уже падая, прошептала она гному.

***

Джибаро осознал, что их атакуют, только после слов эльфа. Он вскочил и резко ощутил холод и пустоту внутри. Лазриэль упал, а вместе с ним ушло и сотворенное тепло. Некромант даже не успел сообразить, что произошло, но вслед за Элиандор, торопливо отпрыгнул в сторону от того места, где стоял. Только расслышав шепот падающей без сознания лучницы, он наконец все понял.

Вовремя созданный костяной щит закрыл хозяина от очередного снаряда. В ярости, он стал творить самое мощное, что было у него в арсенале - заклинание смертоносного тумана. В момент, когда туман уже готов был сорваться с рук, резкий укол в шею мгновенно потушил боевой запал. Руки опустились, силы мгновенно покинули обмякшее тело и всепоглощающая темнота захлестнула разум.

***

Лазриэль не понимал где находится и что происходить. Со всех сторон давила непроницаемая тьма. Только откуда-то издалека слышались голоса его спутников.

- Что это было? - Удивлялся Гном.

- Духовые трубки. - Ответила рейнджер. - Северные народы используют такие на охоте и на войне. Их дротики пропитаны усыпляющим ядом и мгновенно обезвреживают жертву.

- Да, я даже не успел ничего сделать, как меня положили. - Ворчал некромант.

- Я только и успела понять, что происходит, когда в меня попали. Должна была предусмотреть - Сокрушалась эльфийка.

- Ну а теперь-то что делать? - Недоумевая возмущался гном.

Окружающий мир потонул в тишине. Звуки пропали и бесконечно долго оставалась только монотонное гудение и шорохи.

***

Тишина длилась минуту или день, он не знал. Неторопливо, вытесняя шумы, словно издалека, постепенно усиливаясь, голоса появились вновь.

- Ну а что с нашим принцем? - Андориус как всегда был сух на эмоции.

- Кажется вот те травы перед его лицом одурманивают и не дают очнуться. - Заметила лучница.

- Тогда почему мне так не сделали? - Возмутился Джибаро.

- Не думаю, что они когда-нибудь слышали про гнома-мага. И уж точно никто, никогда не видел некроманта-гнома. - Высказала свое мнение Элиандор.

- Вот это они зря сделали. Я уже вызвал подкрепление, скоро мы выберемся. - Зло прошептал Бродвик.

Мир снова погрузился в звенящую тишину.

***

Когда звуки стали медленно возвращаться, он вновь услышал разговор.

- Ну и где твое подкрепление? - Нетерпеливо спросил Андориус.

- Не знаю, может эти язычники закапывают слишком глубоко. - Сказал гном.

Апостол душевно выругался, проклиная язычников, их обряды и недальновидность некроманта.

- Если мы ничего не придумаем, тогда вместе с этими дикарями окажемся на жертвенном камне. - Сердился он.

Лазриэль сосредоточился и попытался представить свое тело, пока волна тьмы снова не накрыла его сознание. Он погрузился в глубокий транс, растягивая время. Затем перенаправил потоки маны, выводя из организма отраву, не позволяющую очнуться и после этого настроил тугую струю маны, выталкивая ее из тела прямо через нос. Густая мана перекрыла поступление новой отравы и освободившийся разум быстро вернул магу ощущения.

Тело затекло и ломило. Он сидел на холодной земле, руки связаны за спиной и явно обведены вокруг столба. Осторожно приоткрыв глаза, эльф сквозь сомкнутые ресницы, мельком огляделся. Они находились где-то на окраине лагеря, вокруг пестрели палатки из разных звериных шкур. Перед спутниками стояли двое охранников с топорами.

Рядом, привязанные к таким же столбам, сидели и стояли другие воины. В отличие от захватчиков, щеголяющих в теплых шкурах и с черными косами, пленные были только в своеобразных штанах. А на головах растрепанными патлами свисали светлые или рыжие волосы и бороды.

Маг снова украдкой подсмотрел по сторонам. Стражники внимательно наблюдали за пленными и подай он своим знак, тут же подняли бы тревогу. Пришлось проявить изобретательность. Со связанными руками крайне трудно колдовать, но он постарался и усилия не прошли даром. Небольшая вспышка, почти мгновенно испепелила тугую веревку и освобожденные запястья заныли и закололи от притока свежей крови.

Его спутники продолжали обсуждать, что делать и как выбираться из этой ситуации, Андориус возмущался, Джибаро сокрушался, что так и не освоил обычных заклинаний, а среди некротических, у него в арсенале нет ничего, что может повлиять на путы, разведчица по большей части молчала, лишь изредка отпуская комментарии.

Лазриэль торопливо размышлял. Если прямо сейчас встать и попытаться убить стражников, они непременно успеют поднять тревогу. Оба стояли лицом к пленникам и незаметно колдовать не получится. А если у одного из них за спиной та самая трубка, тогда они могут и успеть его обезвредить. Надо как-то подать сигнал остальным, если они отвлекут воинов, тогда у него есть шанс. Но стоит шевельнуться и бдительные варвары тут же заметят, что отрава не действует.

Еще раз проверяя потоки маны, эльф наткнулся на оборванные каналы и его осенило. Проследил, какой из них тянется к лучнице, собрал ману и наполнил его до отказа.

***

Элиандор очнулась сидя на холодной земле. Руки заведены за столб и связаны за спиной. Она испробовала веревки на прочность, но те конечно не поддались. Попытка встать не увенчалась успехом. Тело затекло и стонало.

- Не выйдет. Связали всех на славу. - Справа от нее высказался Андориус, находящийся в таком же положении.

Она огляделась по сторонам. Слева от нее был привязан гном. А еще дальше принц, перед лицом которого стояла чаша с дымящимися травами.

- Кажется они очень испугались того взрыва и не хотят рисковать. - Заметил апостол ее взгляд.

- Правильно делают. Только вот зачем мы нужны им живыми? - Беспокойно заворочалась она.

Пришлось изрядно постараться, разминая мышцы в таком положении под едкие комментарии пялящихся на нее охранников. Язык был совершенно незнакомый, но тон и пошлые ухмылки не давали поводов сомневаться в том, что направлен разговор именно на ее персону.

Когда очнулся некромант, суеты в их рядах добавилось. Он был очень разговорчив, видимо сказывалась жизнь в одиночестве.

Пока Джибаро сетовал на их судьбу, а Андориус язвил и пытался закрыть рот спутнику, рейнджер судорожно искала способ выбраться. Она вполне могла бы освободиться, если бы не стражники. А подними они тревогу и всем конец. Эльфийка уже собиралась попытаться вырваться на удачу, когда холод внезапно отступил. Тепло наполнило ее тело изнутри, разгоняя кровь и согревая конечности. Ее перестало потрясывать и вернулась точность и плавность движений.

Элиандор не сразу поняла, что произошло. Но поразмыслив, вспомнила то, как согрел их всех магией принц. Значит он больше не одурманен и только притворяется. Пришло время действовать.

Она встала, извернулась, схватившись руками за столб и поднимая ноги вверх, чем вызвала одобрительные улюлюканья со стороны варваров. А потом, резким движением перевернулась, чудом не выбив руку из сустава. Так лучница оказалась вверх ногами и лицом к столбу. Оставалось только с ловкостью и грацией кошки, подняться наверх и, перебросив связанные руки через столб, ловко приземлиться на ноги.

***

Сквозь приоткрытые глаза, Лазриэль видел, как выполнила свой акробатический трюк Элиандор. Видел, как оба стражника, сально ухмыляясь и переговариваясь на своем языке, двинулись в ее сторону. В этот момент он их совершенно не интересовал и это было ровно то, что нужно.

Маг осторожно поднялся, стараясь не привлекать лишнего внимания. Обоих воинов нужно было обезвредить до того, как они поднимут тревогу. И пока те, уверенные в своем превосходстве, обсуждали, как поразвлечься с норовистой пленницей, эльф обнаружил, что затекшие руки совершенно не в состоянии воспроизвести необходимые символы.

Третья попыта создать заклинание снова провалилась из-за трясущихся, непослушных рук. Мысли лихорадочно забегали. Магия не поддается, руки еще не достаточно отошли от веревок, а выброс сырой маны не убьет противников, лишь раскидав их.

Тем временем, раззадоренные стражники подходили все ближе к пленнице, обходя ее с двух сторон, с явным желанием не убивать, а позабавиться. В условиях крайне ограниченного времени, Лазриэлю пришлось импровизировать. Ему оставалось лишь попробовать, в надежде на то, что все получится. Собрав некротическую энергию в обе руки, он перенаправил в них потоки, подпитывая получившиеся шары, а затем с нечеловеческим рычанием выбросил оба в направлении врагов.

Мощные сгустки ударили в грудь двум стражникам, отбрасывая на несколько шагов, а от них, к рукам мага по воздуху потянулись зеленоватые, трепещущие смертоносные потоки. Изумрудная пелена окутала обоих варваров. Лица искривились в мучительных гримасах. Крики боли и ужаса застряли в горле, так и не вырвавшись наружу. Мужчины тяжело рухнули на колени. Окружающий мир померк и растворился, для него осталась только тонкая нить жизни двоих бедолаг, которую он медленно разрывал. Почти чувствуя боль своих жертв, ощущая их ужас, маг наполнял свой разум горечью потери и с трудом пересилил желание остановиться и умереть самому, вместо несчастных. Остановила только ответственность за спутников. Жизнь постепенно покидала жертвы и несколько мгновений спустя, два опустевших сосуда неподвижно лежали на холодной земле.

Лазриэль сокрушенный и раздавленный грузом содеянного не мог отвести взгляда от двух тел, только что бывших живыми людьми. В ушах звенело, рот наполнился солоноватой кровью от прокушенной губы, руки, так и не успевшие отойти от веревки, словно и вовсе пропали, все тело, как-будто погрузили в вязкую жидкость. Ощущение реальности растворилось для него. Вокруг происходила какая-то суета, люди забегали, хватали какое-то оружие, раздавались звуки борьбы.

Впервые эльф отнял жизнь у другого разумного существа, да еще и атаковал первым. Варвары напали на них, схватили и связали, без магии, у него не было выбора, но упрямый разум продолжал настаивать, что в этот момент его жизни ничего не угрожало. Кто он теперь? Сможет ли когда-нибудь быть таким, как раньше? Вопросы роем проносились в голове, пока, наконец его не встряхнули сильные руки. Зрение с трудом сфокусировалось и взгляд уперся в суровое лицо Андориуса, одна рука апостола сгребла его мантию в кулак, а другая... занесена для удара?

***

В том, что она сможет освободиться, сомнений не было, да и с противниками наверняка справится, но вот вырубить обоих, не позволив им поднять тревогу не вышло бы никак. Пока человек с гномом спорили и переругивались, эльфийка лихорадочно пыталась придумать план побега, но тщетно. За этими размышлениями, ее и застал сигнал мага.

Элиандор собралась и призвала всю свою силу и ловкость, поднимаясь по шесту. Это было чертовски сложно, учитывая, что столб возвышался на полтора роста. Однако выбора не было. Как только согревающее тепло разлилось по ее продрогшему телу, она поняла, что маг очнулся и ему нужна помощь. А отвлечь внимание стражников никто из спутников не мог. Вот и пришлось действовать второпях. Ошеломленные Андориус и Джибаро с удивлением уставились, словно на безумную.

Оказавшаяся на земле рейнджер обнаружила, что план по привлечению внимания сработал на отлично. Оба стражника не сводили с нее жадных, похотливых взглядов, обходя жертву с двух сторон. Лучница видела, как поднялся свободный от веревок маг и это ее обрадовало, значит она не ошиблась. Продолжая играть нерадивую беглянку и не обращая внимания на поток брани и ругани, пытающегося освободиться некроманта, она вдруг уловила краем глаза, что принц разминает затекшие руки, а лицо его крайне озабоченно. Видимо план, как всегда пошел прахом. Придется разбираться самой.

Один из воинов остановился в нескольких шагах, позволяя поразвлечся своему напарнику. Элиандор напряглась, словно встревоженная кобра, готовясь броситься на врага. Когда тот уже собирался схватить ее за руку, все присутствующие обернулись на новый, внезапно разорвавший воздух звук. С диким рычанием, словно превозмогая сопротивление энергии, Маг швырнул два пылающих зеленых шара, которые отбросили воинов.

Из груди бедолаг к его рукам потянулись изумрудные потоки энергии, словно он высасывал жизненные силы обоих. Лица варваров перекосило от боли и ужаса. А спустя несколько мгновений, лицо мага стало выглядеть так, будто ему это колдовство приносило гораздо больше страданий, чем жертвам. Рот разверзнут в беззвучном рычании, зубы стиснуты от напряжения, взгляд выражает бесконечную муку.

Она не могла терять времени и ринулась к топору, который выронил ближайший враг. Разрезанные веревки мигом упали на землю. Эльфийка так торопилась, что несколько раз порезалась об острое лезвие. Рейнджер успела освободить остальных, когда безвольные, безжизненные тела варваров рухнули на землю, а принц, словно был так же опустошен, невидящим взором уставился вдаль.

- Что с ним? - Беспокойно спросила лучница у некроманта.

- Первая смерть от твоей руки, это всегда тяжелый груз. - Со странным блеском в глазах ответил за него апостол.

- Я до сих пор помню лицо каждого из тех разбойников. - Завороженно шепнул гном.

- Я видела, куда занесли наше снаряжение - Быстро взяла она командование в свои руки. - Надо привести его в чувства и добраться туда...

- Иди, я займусь им. Нам нужно наше оружие, здесь уж точно стрелы не помешают. - Перебил ее Андориус. - Нельзя терять времени, неизвестно, сколько его у нас.

- Хорошо. Присмотрите за ним. Если с ним что-то случится, я сама вас убью и никакие враги мне не помешают. - Истово пообещала Элиандор.

Она обернулась и осторожно переступая, побежала в сторону шатра, который запомнила в пути. Подхватила топор второго воина и побежала мимо привязанных пленников.

- Стой! - Ошарашил ее полуобнаженный варвар с белыми волосами и белой же бородой, привязанный, как и она чуть ранее, к столбу. - Освободи нас, сбежим отсюда вместе.

- Варвары что, изучают общий язык? - Изумилась эльфийка столь чистому произношению.

- Прости конечно, но кажется сейчас не время для выяснения, откуда у меня такие познания или откуда у лесного эльфа некромагия. - Съехидничал воин.

- Ну раз уж ты такой умный, сможешь найти способ выбраться отсюда. - Охладила лучница его пыл и отвернулась, чтобы пойти дальше.

- Постой. - Окликнул ее варвар, вновь привлекая к себе внимание.

- Я очень тороплюсь. - Бросила рейнджер, останавливаясь.

- Вижу. Просто, тут такое дело... Не подумай, что я угрожаю, лишь смотрю правде в глаза. Я-то может и найду способ и буду спокойно наблюдать за тем, как вы сбегаете, оставляя меня мучаться здесь, а вот взгляни на этих дикарей. - Кивнул он в сторону светлобородого. - Они точно поднимут тревогу. А вот если бы мы бежали всеми, тогда и шансов у всех будет больше, прорваться через целый лагерь, наполненный закаленными в боях врагами.

На долгие размышления времени не было, но и выбора у Элиандор видимо не оставалось.

- Ладно, я освобожу тебя, если пообещаешь помочь. Нам так или иначе нужен кто-то, кто хорошо знает эти земли. - Обратилась она к варвару.

- Конечно я помогу вам выбраться отсюда.

Спустя несколько мгновений беловолосый воин потирал затекшие руки, пока остальные освобождали друг-друга.

- Снэбьерн. - Протянул северянин руку в приветствии.

- Не находишь, что мы сейчас слегка заняты для беседы? - Отвернулась эльфийка. - Мне нужно срочно достать наши вещи.

Она продолжила прерванный ранее путь. А воин подозвал к себе троих рыжеволосых, сказал что-то на ухо одному из них и побежал с двумя другими вслед за новой знакомой.

Осторожно, насколько позволяла, промерзшая, покрытая полусухой травой, земля, группа двинулась вглубь лагеря. Рейнджер безошибочно вела их, обходя караулы и случайных врагов. Лишь однажды из небольшого шатра, возле которого они стояли, вышел пропахший хмелем викинг, нос к носу, столкнувшись с отрядом. За что тут же, не успев ничего понять, поплатился жизнью, как и его друг внутри. Обзаведясь оружием и снятыми с мертвецов накидками, рыжеволосые воины стали чувствовать себя более уверенно, продолжая идти следом.

Несколько минут спустя, все четверо, наконец оказались возле шатра, который запомнила Элиандор. Она припала низко к земле, улавливая чувствительным ухом каждый шорох.

- Кажется никого.

Рейнджер осторожно, но резко откинула полог и нырнула внутрь. Северяне последовали за ней.

***

Андориус видел, как добродушная эльфийка освободила пленников и отправилась вместе с тремя из них куда-то глубже в лагерь.

- Это ее милосердие еще сыграет с нами злую шутку, вот увидишь, они еще встанут нам поперек горла. - Заверил он гнома, кивнув в сторону разрезающих друг-другу веревки, северян.

- Зато так у нас возможно будет больше шансов сбежать отсюда в суматохе. - Не согласился Джибаро.

- Еще увидим. - Махнул апостол рукой, пресекая спор. - Сейчас у нас другая задача.

Они подошли к магу, который продолжал стоять каменным истуканом, уставившись в одну точку ничего не видящим взглядом.

- Эй, Лазриэль, очнись! - Помахал рукой у него перед глазами Андориус.

- Кажется он тебя не слышит. - Прокомментировал гном безразличие эльфа.

- Сейчас услышит. - Зловеще пообещал человек. - Времени на самобичевание у нас нет.

Шагнув к принцу, он взял того за плечи и с силой тряхнул, продолжая взывать к его разуму, затем тряхнул еще раз, потом сильнее, после пятой безуспешной попытки, апостол решил, что надо ускоряться, сгреб мантию на груди в кулак и занес другой для удара. Взгляд мага наконец прояснился и он удивленно уставился в лицо спутника.

- Надо было с этого начинать. - Уже спокойнее проговорил жрец, опуская руку. - Ты в порядке?

- Я... Мне... Я только... Не знаю... Они были... Нам нужно...

- Понятно. - Оборвал Андориус несвязное бормотание. - Прости, но у нас нет времени с тобой нянчиться.

Человек протянул левую руку, коснувшись подбородка эльфа, приподнял его голову так, чтобы заглянуть в затуманенные глаза и резко нанес удар в лицо справа так, что принц отшатнулся, сделал пару неверных шагов назад и опрокинулся на землю. Обидчик не спеша подошел, присел рядом на согнутых ногах.

- Послушай меня очень внимательно. Первое убийство навсегда останется в твоей голове и ты с этим ничего не поделаешь. Первая жертва будет преследовать тебя всю жизнь, даже если их будет впереди еще тысячи, какими бы кровавыми, беспощадными или близкими тебе, они не были, именно эта останется возглавлять список твоих ночных кошмаров. Просто смирись с этим. Не ты первый и ты далеко не последний, кто переживает это. - Глаза Лазриэля потихоньку просветлялись.

- Часто приходится идти на жертвы, чтобы избежать других жертв. Иногда приходится убивать, ради жизни. Даже светлые боги, спустившись на землю, отбрасывают на нее свою черную тень. Это неизбежно. Прими это, как данность и перестань корить себя за их смерть. Они погибли для того, чтобы ты завершил свой путь. Вспомни цель, ради которой ты отправился, она важнее всего. А для того, чтобы ее достичь, нам сейчас крайне необходим твой светлый, холодный разум. - Андориус закончил свою трепетную речь лишь когда посчитал, что маг достаточно пришел в себя.

- Давайте ка побыстрее, кажется здесь сейчас станет жарко. - Поторопил их гном, кивая в сторону освобожденных пленников.

Варвары между тем ругались все громче, в любой момент грозя вызвать переполох в лагере. Светловолосые и рыжеволосые разделились на группы и о чем-то горячо спорили на своем языке. Между двумя даже завязалась потасовка, грозящая перерасти в общую свалку.

Спасла всех дрожащая стрела, что вонзилась между бойцами, как только они разошлись в стороны. А следом, осторожно, стараясь не шуметь, двое северян раскатали шкуры, наполненные оружием. За ними стоял воин с белыми волосами, за спиной которого возвышалась рукоять внушительного двуручного меча, а рядом, грозная лучница, с новой стрелой на тетиве.

Беловолосый вышел вперед и заговорил на языке северных народов, кажется даже меняя говор в зависимости от того, к кому обращался. Очевидно, он уговаривал всех оставить разногласия и объединиться, дабы спастись. После окончания разговора, варвары бросились собирать оружие, а хмурый воин вместе с эльфийкой направился к группе, остановившись лишь однажды, он шепнул что-то проходящему мимо северянину с рыжей бородой и тот опрометью бросился бежать по краю лагеря.

- Куда ты его отравил? - Заинтересованно спросил Андориус.

- Выиграть нам время. - Пожал он плечами. - Которого у нас крайне мало. Меня зовут Снэбьерн, я обещал этой прекрасной даме, что помогу вам и я намерен сдержать слово.

- Так давай выбираться отсюда. Мы сейчас почти на самом краю лагеря, выходим и бежим. - Бесхитростно предложил некромант.

- Все не так просто. С этой стороны густой лес и болота, мы очень замедлимся и нас смогут в любой момент отрезать, как только поймут направление. Мне нужно на север, самый быстрый путь, это пройти по кромке лагеря, а там уже разберемся, куда вас вести. - Заверил он остальных.

- Мы как раз тоже двигаемся на север. - Подсказала эльфийка.

- Тем лучше для всех. - Нахмурился воин. - Мы сейчас на востоке лагеря. Мой человек устроит саботаж на южной стороне и мы сможем достаточно просто проскочить здесь.

- Постой. А если бы нам нужно было на юг? - Возмутился Андориус.

- Тогда вам бы ужасно не повезло. - Хмыкнул он.

- Прекрасного союзника ты нашла. - Упрекнул гном лучницу.

- В такой ситуации любой союзник лучше, чем никакого. - Парировала рейнджер.

- А еще, у нас есть проблема. - Привлек внимание северянин.

- Да, а мы и не заметили. - Съязвил гном. - Мы всего лишь находимся в лагере, который кишит викингами, готовыми нас убить.

Снэбьерн не обратил внимания на слова карлика, продолжая посвящать всех в суть трудности.

- Дело в том, что мои люди пойдут за мной безоговорочно, а вот остальные не хотят уходить не отомстив. - Тихо закончил викинг.

- Твои люди? - Многозначительно посмотрел гном на его волосы, а затем за спину и не найдя там никого с такими же, продолжил. - Что-то их там очень мало. Кажется придется нам самим справляться?

- Это всего-лишь результат воздействия мощной черной магии. Раньше волосы были огненно рыжими. - Объяснил он. - Так вот, светловолосые собираются отомстить. Они согласились дать нам немного времени, а потом все вокруг забурлит, как разоренное осиное гнездо, не зависимо от того, получится у них или нет.

- Да нас и сейчас-то чудом еще не обнаружили. - Вставила Элиандор.

- Значит нужно немедленно выдвигаться. - Подал голос, молчавший до сих пор маг. - Не стоит медлить, когда на счету каждая секунда. Нас могут заметить в любой момент.

Как-только викинги вооружились, Снэбьерн обсудил с ними что-то на своем языке, видимо проговаривая, кто и за что отвечает. Затем светловолосые северяне отправились вглубь лагеря, а резко возросшая, группа осторожно двинулась на север, обходя лагерь по самому краю.

Воинов было четверть сотни, плюс группа спутников и сам беловолосый командир. Продвигались крайне опасливо, стараясь не шуметь и не поднимать тревогу. А несколько минут спустя над шатрами, где-то на южной стороне, заклубилось высокое черное облако густого дыма.

- А вот и отвлекающий маневр. - Ухмыльнулся Викинг. - Давайте быстрее, сейчас самое время проскочить.

А еще несколькими минутами позже, от центра лагеря стали доноситься крики, отрывистые команды и лязг оружия. Низкий, гулкий сигнал тревоги прокатился по воздуху Все вокруг внезапно пришло в движение. Люди выбегали из шатров и палаток, суматошно надевали предметы одежды и доспехов, кто-то выскакивал на холод, по пояс обнаженным, азарт тревоги и предвкушение опасности подогревали кровь и так закаленных северян.

Из ближайшего шатра выскочил молодой воин в волчьей шкуре и с мечом на перевес. Он натолкнулся прямо на группу незнакомцев и в удивлении распахнул глаза, рот открылся, подбирая слова для выкрика, но так и не успел ничего сказать. Огромный двуручник начисто снес ему голову. Снэбьерн склонился над телом, вытирая об него лезвие и одним взглядом отправил двоих воинов проверить шатер. Звук короткой потасовки резко оборвался и те быстро вернулись, отдавая пару шкур тем, у кого их еще не было.

Белобородый воин отдал несколько приказов остальным и отряд быстро растаял. Рядом с ним остались стоять лишь пара воинов.

- Так сейчас будет гораздо проще пройти. - Пожал он плечами на недоуменные взгляды. - Я разбил всех на маленькие группы, которые будут продвигаться дальше, убивая лишь тех, кто обнаружит их.

- Резонно. - Согласилась Элиандор. - Тогда давай и мы не будем отставать.

Лавируя между жилищами из шкур, маленький отряд уверенно проделал две трети пути до северной оконечности лагеря, когда, проходящий между шатров воин внезапно повернулся и уперся взглядом в гнома. Он отвернулся и открыл рот, собираясь позвать подмогу, но тонкая, эльфийская стрела пробила шею, оборвав крик прямо в горле.

В этот раз удача отказала им. Позади павшего, стоял второй северянин. Он в ужасе отпрянул от умирающего, оказавшись вне поля зрения лучницы. Истошно завопив и призывая всех на помощь, он ринулся вглубь лагеря, пробежал одну палатку и с налета напоролся на подставленный клинок одного из рыжеволосых викингов. Крик оборвался, но было уже поздно, со всех сторон к месту призыва стекались все новые воины.

- Быстрее, надо продвигаться, иначе нас прижмут здесь и раздавят. - Подгонял Снэбьерн.

И они помчались. Первым торопился викинг, то и дело расчищая путь своим двуручником. За спиной его подстраховывали двое воинов. Следом мягко ступала лучница, готовая в любой момент выпустить смертоносную стрелу. Позади прикрывали всех маг, некромант и апостол.

Чем дальше они продвигались, тем больше врагов пыталось преградить путь. А в завершение бешеной скачки, вся группа высыпала на поляну, в северной части лагеря. Там ждал отряд черноволосых варваров. На окраине поляны выстроилось не меньше сотни противников. Следом за группой из лагеря на поляну высыпали с десяток соратников. Остальные видимо не смогли пройти.

- Воины! - Взревел Викинг. - Я Снэбьерн из клана снежной бури, сегодня я веду вас на бой! Мы разобьем врага и вырвем у него свою свободу!

Десятки глоток подхватили боевой клич и бросились в атаку, очертя голову. Эльфийка обернулась.

- Лазриэль, защити нас от дротиков, пока я займусь теми, кто с духовыми трубками. - Торопливо попросила она.

- Хорошо, я постараюсь. - пробормотал он, пытаясь подобрать заклинания.

Несколько мгновений спустя, их с лучницей накрыл магический барьер, от которого то и дело отскакивали ядовитые снаряды. Рейнджер, тем временем посылала стрелу за стрелой. Когда в строю остались только воины ближнего боя, она повернулась к принцу и стоящему рядом некроманту, укрытому костяным щитом.

- Теперь я справлюсь и сама. К ним из лагерю постоянно подходят новые люди. Нам нужно пробиться на ту сторону. Разорвите их строй.

В это время на краю вражеского отряда образовалась суматоха и послышались отдельные перепуганные выкрики. Из леса вынырнули и направились в сторону боя пятеро скелетов в полном доспехе и с оружием.

- А вот и подкрепление. - Потирая руками, порадовался Джибаро.

- Только если бы мы ждали твое подкрепление, уже кормили бы червей. - Ехидно ответила лучница, отправляя в цель очередную стрелу из тех, что позаимствовала в лагере.

- Ну я же не акробат, чтобы по столбам лазить, что могу то и делаю. - Насупился гном.

- Ладно, давай дело делать. - Примирительным тоном сказала Элиандор.

Снэбьерн врезался в ряды противников, словно коса. Своим огромным мечом он сеял смерть и хаос. Каждый взмах уносил жизнь, а-то и две. Одни пытались прикрыться, но тщетно, другие уворачивались от первого удара, выигрывая пару мгновений жизни. Сначала на него бросались, надеясь снискать славу, убив сильного врага. Потом стали обходить стороной.

Противников было гораздо больше, а силы сражающихся все таяли. Да и число союзников постоянно уменьшалось. Элиандор не выдержала, улучив момент, она обернулась к гному и эльфу.

- Если вы сейчас же не вмешаетесь, нам всем конец. - Истово взмолилась она. Заглянула в бездонные глаза принца и добавила. - По ту сторону этого отряда лежит не только наше спасение, но и спасение всего нашего народа. Если ты отсюда не выберешься, тогда и им не избежать судьбы.

Маг расправил плечи. В глазах сверкнула решимость, он шагнул вперед, еще шаг и еще. Медленно, неторопливой походкой, он приближался к преграждающему путь воинству. На половине пути он стал вытягивать знаки и создавать заклинания, каждой рукой, свое.

- Смерть ради жизни. - Шептал он себе под нос, словно мантру.

Снэбьерн бывал во множестве схваток и был опытным воином, но врагов было во много раз больше. На каждого убитого им противника, появлялись еще двое. Взмах огромного меча снес голову очередному не слишком расторопному человеку. Горизонтальный взмах заставил второго отпрыгнуть назад, а затем подшаг и резкий выпад пронзил его живот насквозь. Воин уперся ногой в его грудь и выдернул клинок. Используя энергию от толчка, крутанулся на месте и рубанул сверху вниз следующего. Бедняга пытался поставить блок, но сила удара и размеры двуручника были столь велики, что меч бедолаги треснул вместе с черепом.

Защищаться с таким оружием было крайне неудобно, поэтому и выбора у мечника не оставалось. Он напирал на врагов, давил их опытом и силой, не позволяя перехватить лидерство. А когда кто-то пытался достать его, приходилось уворачиваться или отбивать удар ногой.

Когда число убитых им северян перевалило далеко за десяток и уже неумолимо подползало ко второму, он наконец нарвался на достаточно быстрого и ловкого врага. Удар наотмашь распорол только воздух. Не замедляя движение, он довернул корпус, сделал подшаг и снова ударил тем же круговым ударом. Враг опять ушел, а вот тот, который стоял справа среагировать не успел и лезвие вошло глубоко в живот. Еще подшаг и выдергивая клинок, беловолосый воин выполнил сложный удар снизу вверх по диагонали, но и тут не встретил сопротивления. Не опуская меча, он сделал сразу два шага, с намерением рубануть сверху вниз, но и тут соперник не сплоховал.

Черноволосый воин сам шагнул навстречу, перехватил рукой рукоять поднятого меча, другой нанес несколько ударов в живот, а потом с силой толкнул ногой в грудь. Снэбьерн имел достаточно опыта, чтобы не растеряться и удержать равновесие. Кроме того, используя полученную энергию в свою пользу, он резко крутанулся, убивая одновременно двоих бойцов, рискнувших попытаться достать его. За это время противник вытащил свой топор, всем своим видом показывая, что намерен завершить бой одним ударом.

Они сошлись в смертельном поединке. Беловолосому с его огромным двуручником приходилось тяжело в столь близком бою. И когда он, в очередной раз с трудом отвел удар, холодный металл полоснул его бок. Один из смельчаков справа, улучив момент. В ярости, он крутанул мечом, вырезая сразу троих и попытался не останавливаясь достать того, что с топором. Однако, увернувшийся воин, умудрился выбить меч из руки и оттолкнул его. Другой бок пронзила острая боль. Не растерявшийся варвар вогнал свой клинок под ребра.

Снэбьерн обессиленно рухнул на колени, молчаливо наблюдая, как подходит его последний враг, как заносит свой топор для последнего удара, как его пронзило ледяное копье, вырвавшееся прямо из земли, а затем все вокруг накрыл огненный ураган. Он повернулся в ту сторону, откуда орудовал маг.

Лазриэль выглядел как демон, вырвавшийся из глубин ада. Суровый, жесткий, целенаправленный взгляд исподлобья, сулил смерть любому, кто встанет на пути. Мантию и волосы развевает бушующее вокруг пламя. Подсвеченное полыхающим огнем лицо наводило ужас на смотрящего. С его рук срывались искры и пламенные шары, струи огня и языки пламени.

Белобородый воин осторожно попытался подняться, но ничего не вышло. А потом сильные, холодные руки подняли его и понесли прямо по воздуху. Следом за Магом шли гном, лучница и несущий его Андориус, а вокруг словно разверзся ад. Никогда раньше, варвар, да и ни один из ныне живущих северян, не видел воочию такой мощи и такого буйства стихии.

Противники в благоговейном ужасе отступили, не смея шевельнуться и давая беспрепятственно уйти путникам во главе с тем, кого викинги между собой окрестили Агни.

***

Отошедшая на безопасное расстояние группа устроила привал, обсуждая, что им делать дальше. Ослабленный, раненый воин обратился к остальным.

- Я обещал тебя вывести из лагеря и сдержал свое обещание. - Обратился он к лучнице. - Теперь мой долг погашен.

- Спасибо тебе. Жаль, что никто из твоих людей больше не пробился вместе с нами. - С тоской заметила рейнджер.

- Они приняли достойную смерть в бою. Не о чем сожалеть. - Гордо ответил воин.

- Тем не менее, они мертвы. - Горестно заметил маг.

- А если бы не ты, были бы мертвы и мы все. - Парировал Северянин. - Благодарю тебя, ты спас мне жизнь, теперь я в долгу перед тобой и буду сопровождать тебя до тех пор, пока не выплачу его.

- Мне не нужна твоя жизнь, ты волен распоряжаться ей, как хочешь. Единственное, что я попросил бы у тебя, так это указать нам путь. Здесь, в северных землях, у шамана одного из племен находится могущественный артефакт, венец разума. Он поможет нам остановить надвигающуюся тьму и спасти тысячи жизней. - Пояснил маг.

Беловолосый варвар сначала нахмурился, потом надолго задумался. Все напряженно всматривались в его лицо и с нетерпением ждали ответа. Наконец он поднял взгляд и сказал.

- Я не отказываюсь от своих слов. Моя жизнь, твоя до тех пор, пока я не искуплю свой долг. Что же касается вашего вопроса... Я помогу вам. Я точно знаю, где находится этот артефакт и я с удовольствием помогу вам отнять его у моего отца. - Ошеломил всех мечник.


Глава XIII Разум.


Тишину, как и всегда, нарушил гном.

- Вот это поворот. Значит артефакт, который мы ищем находится у твоего папаши и помогает ему развивать твой народ, но ты готов помочь нам лишить его этого преимущества? - Недоумевал он.

- Все не так просто. - Вздохнул воин. - Это очень долгая история, но в целом ты прав.

- А мы не особенно торопимся - Заметила Элиандор. - Враги пока отстали, да и вообще, думаю не очень-то жаждут видеть нас после того ада на земле. Да и нам нужно время на отдых.

- Хорошо, я расскажу вам свою историю, но прежде, я бы очень хотел услышать, как лесной эльф и подгорный гном стали некромантами? - Ехидно блеснул он глазами в предвкушении интересного рассказа.

- Моя история началась, когда полубог отправил мне видение, из которого я узнал, что народу лесных эльфов грозит страшная опасность. Повелитель тьмы идет, а что бы его остановить, мне нужно понять его силу и найти защиту против нее. Ну а когда мы встретили в пути некроманта, да еще и светлой расы, я сразу решил, что это знак и попросил обучать меня. - С благодарностью посмотрел Лазриэль на гнома.

- Ну а со мной все еще проще. - Оживленно подхватил Джибаро. - Мне пришлось обратиться в изучение некромантии, чтобы остановить проклятие, лишившее меня ноги. Все остальные способы не могли мне помочь, пришлось окунуться во тьму.

С этими словами некромант несколько раз звонко стукнул по лежащему под ногами камню митриловым протезом, демонстрируя результат.

В маленьком лагере снова воцарилась тишина. Викинг обдумывал полученную информацию, немного разочарованный короткими рассказами, остальные ждали, пока он соберется с мыслями. Андориус призвал божественные силы, чтобы подлечить нового спутника и раны того очень быстро затягивались. Он приподнялся, сел, облокотившись о дерево и начал свой рассказ.

***

Венец появился в Зимнем городе варваров так давно, что никто уже и не мог сказать точной цифры. Он переходил от одного шамана к другому, даруя тому мудрость и остроту ума, не виданные ранее. Однако, вместе с тем, носитель получал жадность, злость и коварство ему не свойственные. Поэтому верховные шаманы постоянно менялись. Один носил артефакт, но вынужден был принимать во внимание мнение остальных.

Племя стало очень быстро развиваться. Каждое коварное нападение соседей, оказывалось обречено на провал. Оружие становилось более современным и смертоносным, дома росли и теплели. С каждым годом племя развивалось все стремительнее. Уже век спустя, на месте большого шатерного лагеря возвышался прекрасный город с бревенчатыми домами. А к сегодняшнему дню он вырос еще больше, постепенно облачаясь в камень и железо.

В этот раз наступил черед Ильдвару надеть артефакт. Отец Снэбьерна всегда отличался рассудительностью, милосердием и стремлением к миру. Но он погиб. Его отец умер в тот день, когда венец разума коснулся его головы. Тот, кто сейчас стал верховным шаманом, был жесток и коварен. Только лишь совет ограничивал его амбиции... до поры до времени.

Однажды ночью, все до одного, шаманы совета были жестоко вырезаны во сне и некому стало сдерживать верховного. Честолюбие подталкивало его поставить весь мир на колени. Он стал готовить войско для завоевательных походов. А возле его трона приютился Асингтур, ставший правой рукой лидера.

Асингтур всегда был жадным до власти и завистливым. Еще будучи учеником, он не гнушался ничем для получения собственной выгоды. А уж когда все члены совета были убиты, не преминул воспользоваться шансом, предложив новому владыке свою помощь.

Снэбьерн как раз вернулся из дальних стран, где набирался опыта, продавая свой меч всякому, кто готов был заплатить достаточно. Северяне, суровые воины, а чтобы стать таковыми, каждый малец, считающий, что достаточно силен, отправлялся в южные земли, где устраивался наемником или сколачивал свой отряд и грабил поселения или же наоборот, защищал их от набегов. Те, кто уходили совсем мальчишками, пробирались на корабли, выполняя там самую тяжелую работу, стараясь скорее стать сильными, закаленными и перебраться на берег, к настоящим воинам.

Многие оставались там, продолжая биться, становились командирами отрядов, некоторые даже дожили до преклонного возраста и стали руководить отрядом не участвуя в боях. Он же торопился к отцу, желая порадовать того, показать, каким сильным и умелым стал его сын, какой из него вышел свирепый воин, рассказать про славные битвы, в которых участвовал.

А когда вернулся, оказалось, что отец стал совсем другим. Раньше сильный и пышущий здоровьем, сейчас он похудел, осунулся и был по настоящему стар. Ему было совершенно не интересно, что происходило с его первенцем за прошедшее десятилетие, какие трудности выпали на его долю и какие приключения он пережил. Единственное, что разжигало искорки в глазах верховного, так это планы по захвату мира.

- Отец, одумайся, никто не хочет этой войны. Мы прекрасно живем в своем мире. - Молил Снэбьерн.

- Мы и продолжим жить в нем, просто весь мир станет нашим. - Потирал руками старик.

- Ты не понимаешь, что делаешь. Ты сможешь захватить соседние земли, потеряв при этом половину своих воинов и перебив половину противников. Но если ты пойдешь войной на весь мир, тогда весь мир ополчится на нас и всех северян просто вырежут. - Пытался он воззвать к разуму отца.

- Цена высока, но я готов ее заплатить. - Самоуверенно отрезал тот.

- Тогда ты безумен. Я освобожу тебя от этого проклятия. - Возмутился воин и ринулся к отцу, в надежде снять отравляющий разум артефакт..

Разделявшие их несколько шагов, он преодолел мгновенно, протянул руку, готовый сорвать венец с головы, но верховный шаман ударил длинным древком топора о каменный пол и мечник отлетел назад, через весь зал, больно приложившись спиной о стену. Вскочив, он вновь бросился вперед, не оставляя попыток добраться до ненавистного артефакта.

На этот раз верховный шамана не шелохнулся, но тело мечника остановилось в нескольких шагах от него, словно муха, внезапно застрявшая в невидимой паутине. Неспособный пошевелиться, он мог только наблюдать за тем, как от дальней колонны отделилась тень и двинулась к центру зала.

- Как ты смеешь? Ты , ничтожество, ты поднять руку на верховного шамана? - Громогласно вопрошал Асингтур.

- Нет, я лишь хочу избавить свой народ от неминуемой гибели. - С трудом выговорил воин, пытаясь преодолеть силу магии. - Помоги мне, ведь ты же видишь, что он не в себе.

- Кара за такое преступление, смерть. Тебе не уйти отсюда, предатель. - Проигнорировал приспешник его слова.

Сложные символы шамана сплетались со словами заклинания на странном наречии, которого викинг не знал. Однако он почувствовал, как накапливается зловещая сила, как собирается в рисующих узоры руках, смертоносная энергия. Глаза Асингтура налились злостью, в них блеснула жажда насилия. Когда с пальцев уже готово было сорваться заклинание, раздался тихий, отстраненный, но полный власти голос.

- Остановись. - Приказал верховный шаман.

Приспешник сделал вид, что не услышал его и завершил сотворение чар.

- Прекрати! - Громче повторил он свой приказ.

Зловещие темные молнии потянулись от рук Асингтура к Снэбьерну. Его тело пронзила боль, какой он никогда еще не испытывал. Его словно одновременно разрывали и сдавливали, руки и ноги выкручивало, а кости, казалось, вот-вот треснут. Время замедлилось и миг растянулся на вечность. Силы стали постепенно утекать из его тела, словно кровь сквозь пальцы лилась из глубокой раны. Он пытался сопротивляться, старался не дать вытянуть из себя жизнь, но все тщетно. С каждым мигом, стоять становилось все труднее. Ослабшие ноги уже едва держали. Волосы побелели, губы посинели, один зуб выпал, а ногти стали крошиться.

Все прекратилось так же резко, как и началось. Обессиленный Мечник грузно упал на каменный пол, не в силах держаться на ногах. Подняв взгляд он наблюдал, как Ильдвар возвышается над лежащим на полу прихвостнем. Лезвие его топора раскололо камень пола, остановившись на волосок от шеи Асингтура.

Глаза лежащего на полу были полны ужаса, от его надменности не осталось и следа. Лишь извивающийся червяк, готовый умолять и выполнять любое указание, лишь бы ему сохранили его никчемную жизнь

- Еще хоть раз ты ослушаешься меня, мгновенно отправишься туда, откуда нет пути назад. - Так же тихо, как и раньше, но еще более зловеще медленно проговорил верховный шаман.

- Прости меня, о верховный... - Подобострастное лепетание оборвало лезвие секиры, что уперлось в горло. А затем, слегка полоснув кожу, высвободилось из каменного плена. Тонкая струйка крови потекла из раны, напоминая северянину, что нужно держать язык за зубами.

- А ты. - Повернулся Ильдвар к сыну, направляя в его сторону топор. - Проваливай из моих земель, беги с севера, а лучше исчезни из этого мира! Потому что очень скоро весь мир ляжет у моих ног. Если я увижу тебя снова, сын, ты примешь смерть от моей руки.

Снэбьерну пришлось собираться и уносить ноги, пока отец не передумал. Самые преданные воины хотели последовать за ним, но он предпочел оставить их в самом сердце зарождающегося зла, чтобы вернуться и проскользнуть туда было проще. Викинг отправился на юг, туда, где за долгие годы в боях, у него набралось множество так необходимых связей. Он надеялся собрать там отряд друзей и наемников, с которым можно проникнуть обратно в Зимний город и уничтожить отравляющий артефакт.

Однако его планам не суждено было сбыться. Прямо на границе его схватил отряд из племени ледяного копья. Где, на свое счастье, он и повстречал новых друзей.

***

В маленьком лагере вновь надолго повисла тишина. И снова гном первым не выдержал, прервав ее.

- Твой собственный отец едва тебя не убил, а потом изгнал? Да уж, паршивая история. - Сочувственно вздохнул он.

- Это больше не мой отец. По крайней мере до тех пор, пока на нем этот злосчастный венец. - С горечью заметил воин.

- А что, если мы доберемся до него, снимем артефакт, а твой отец так и останется тем, кого ты видел в последний раз? - Задал разумный, витавший в воздухе вопрос, Андориус.

- Я искренне надеюсь, что такое не возможно. - Отмахнувшись, все же нахмурился северянин.

- Ну он носит артефакт уже много лет. Мы не знаем, насколько глубоко он проник в голову твоего отца. - Не унимался апостол.

- Если без артефакта это чудовище так и не станет тем, кого я знал, тогда я сам прерву его страдания. - Искренне заявил викинг и сразу поник, будто это уже оказалось правдой.

Остаток вечера спутники вспоминали свои истории, а потом составляли план завтрашнего похода. Уже поздно ночью, по обыкновению, Лазриэль разбросал сеть сторожевого периметра и все улеглись спать.

***

Утро выдалось волнительным. Снэбьерн переживал больше всех. От него зависела сегодня не только его жизнь, но и жизни его новых спутников, да и судьба всего северного народа. Из-за этого завтрак пролетел необычно быстро и в полной тишине. Даже гном оставался непривычно молчаливым. А потом викинг повел маленький отряд в глубь своих земель.

Когда они добрались до самого Зимнего города, глазам предстала невероятная картина. Мало того, что вместо походного лагеря, свойственного северным племенам, перед ними раскинулся настоящий, большой город. Так он еще и был обнесен двухметровой крепостной стеной. В стороне от того места, где подошли путники, виднелись массивные створки ворот. Однако проводник указал место в зарослях, недалеко от ворот, где все и расположились лагерем, пока сам он скользнул к стене.

Два часа спустя, когда даже маг уже собрался идти на его поиски, викинг наконец вернулся.

- Много времени ушло на то, чтобы найти своего человека на стене. Я дал ему сигнал и теперь осталось дождаться, пока весть дойдет до моего друга, а он выставит в караул на воротах верных воинов и придет за нами сюда, в условленное место. - Извиняясь пояснил он остальным.

Еще часа четыре прошли в ожидании. Кто-то точил оружие. кто-то медитировал, Джибаро предпочел отдохнуть, беззаботно проспав почти треть времени. Наконец, маг открыл глаза и встревожил всех

- Они уже здесь.

Сказав это, он поднялся и повернулся в сторону ворот, навстречу прибывшим. А несколько минут спустя, в лагерь вошли три рыжеволосых викинга. Один шел впереди, двое других чуть отставали, прикрывая старшего.

- Я уже боялся, что больше никогда тебя не увижу. - Крепко обнял он своего старого друга.

- Ульфбран, нам нужна была помощь и я ходил за ней. - Ответил беловолосый. - Меня поймали черные собаки, но, благодаря этим славным героям, нападений от ледяного копья нам в ближайшее время ждать не придется.

- Посмотрим, надеюсь, что ты прав. А вообще, я рассчитывал, что ты приведешь хотя бы пару сотен мечей. - Расстроился воин.

- Я слишком долго пробыл в плену. У нас просто больше нет времени, нужно действовать сейчас. Но поверь мне, вот он один стоит сотни. - Кивнул мечник на мага. - Остальные заменят вторую.

Пока гном бурчал о том, что его вечно недооценивают, остальные обсудили план, обговорили общие действия и были готовы отправляться в путь.

- Ворота мы пройдем без проблем. - Заверил Ульфбран. - Там сейчас все люди верны тебе. А вот в снежный храм возможно придется прорываться с боем. Там я не могу сказать, что за охранники сейчас.

- Увидим на месте. - Отрезал Снэбьерн и группа двинулась в ночной путь.

***

Как и предсказал Ульфбран, пройти ворота не составило никакого труда. Беловолосого варвара везде с теплотой приветливо встречали, кланялись и желали удачи. Каждый старался похлопать его по плечу и заверить в своей поддержке. Через весь город прошли также, без проблем. Проводник уверенно избегал центральных и освещенных улиц. Караул встретился им лишь единственный раз. Вышедшие из-за угла варвары внезапно нос к носу наткнулись на отряд чужеземцев, крадущихся ночью через город. Лазриэль готов был испепелить всех разом, а охранники собирались уже поднять тревогу, когда вперед неожиданно для всех выступил северянин, которого невозможно было не признать.

Все шестеро разом припали на одно колено, склонились и после короткого разговора спешно убрались из вида. Больше никто на пути не попадался. А когда спутники, крадучись вышли к снежному храму, у ворот уже стояло несколько десятков взволнованных воинов, а двое лежали связанные и оглушенные. Ульфбран жестом остановил всех, призывая затаиться, а сам распрямился и уверенным шагом направился к воротам.

Спустя несколько минут эмоциональной беседы с одним из охранников, он наконец обернулся и подозвал остальных к себе.

- Ребята решили, что помощь вам не повредит. А эти, двое оказались против. Внутри только люди верные Асингтуру, там помощи ждать не от кого. А с ними, думаю вы справитесь и сами. Мы же останемся здесь. Когда поднимется тревога, сюда сбежится весь город. Мы будем их уговаривать, объясним, что происходит, а если не получится, тогда станем оборонять ворота до последнего вздоха, но выиграем для вас столько времени, сколько сможем. - Слова командира подтвердили разрозненные выкрики окружающих.

- Благодарю тебя, друг. Я никогда этого не забуду. Сегодня темные времена нашего клана закончатся и мы вступим в светлое будущее. - Пообещал он. Открыл створку высоких ворот и шагнул внутрь.

***

Коридоры снежного храма встретили тишиной, темнотой и прохладой. Ни единого шороха, ни запахов, ни бликов света, будто шагнули в другой мир, где и жизни-то нет.

- Джибаро. Если ты собрался вызывать подкрепление, то уже давно пора, чтобы они успели хотя бы к концу битвы, а не к моменту, когда нас сжигать уже будут. - Напомнил Андориус.

- Не могу. - Буркнул гном. - Слишком далеко, я не могу дотянуться, так что справляемся своими силами.

Даже тихие, осторожные шаги гулко отзывались в каменных коридорах. Удивляло то, что больше никого в них не было. Совершенная тишина, словно здание давно покинуто и заброшено.

- Сейчас пройдем до тронного зала, а оттуда уже доберемся до венца. - Тихо прошептал ведущий остальных Северянин.

Лазриэль лишь молча кивнул. Его не покидало чувство тревоги. Что-то было явно не так, но приходилось слепо идти вперед, не имея возможности отступить и времени продумать новый план. В тишине и почти на ощупь, так никого и не встретив, они добрались до больших, резных дверей, в полтора роста высотой. Викинг первым приоткрыл створку и вошел внутрь. Остальные последовали за ним.

Когда, замыкающий отряд, гном отошел на несколько шагов, дверь за спинами с грохотом захлопнулась. Все факела резко вспыхнули, облизывая коптящим пламенем высокие своды потолка. Со всех сторон их обступили рыжеволосые северяне с оружием в руках. По прикидкам эльфа, в зале их ждали две дюжины человек. Еще один вышел из-за трона. Он был ниже остальных, не так крепко сложен, а острые черты лица выдавали в нем коварство и хитрость. Злые маленькие глазки в удивлении расширились.

- Я ждал тебя, Снэбьерн. Я предвидел, что ты явишься. Правда не ждал тебя в компании, но не волнуйся, твоим друзьям я окажу такой же теплый прием. - Злобно улыбнулся недовикинг.

- Я придушу тебя, предатель. - Зарычал беловолосый.

- Убейте их. - Рявкнул Асингтур, лениво махнув рукой, словно устал от разговора.

Зал закипел, словно вода в котелке. Северяне рванулись исполнять приказ. Размахивая оружием, они бросились на врагов. Но и спутники были уже готовы. Всю дальнюю половину зала покрыли вырвавшиеся прямо из каменного пола призрачные руки мертвецов. Они хватали воинов, не давая им двигаться, валя их с ног, пока некромант готовил следующее заклинание. Эльфийка мгновенно выхватила стрелу из колчана и прежде, чем эхо от приказа закончило бродить по гулкому залу, оперение уже торчало из глаза первого врага. Следом отправились еще две стрелы, еще одну она выпустила во врага в упор, а потом уже пришлось доставать парные клинки, отражая ближнюю атаку первого добравшегося врага. Андориус отступил за спины своих соратников и судорожно творил что-то.

Снэбьерн в несколько скачков добрался до тщедушного человечка и взмахнул мечем, но рассек лишь образ врага. Сумасшедший хохот прокатился по залу.

- Ты думал, все будет так просто? Твой меч, игрушка для меня. - Продолжал смеяться невидимый противник.

Облако тьмы собралось из воздуха, сгустилось, подняло викинга к потолку и с силой бросило на пол. Грохот падения вызвал новый взрыв хохота, а затем десятки маленьких светляков пронеслись в сторону стены. Большинство взорвалось о нее, но некоторые ударились раньше о щит невидимки. Асингтур недовольно нахмурился.

- Маг... Ничего, я и с тобой справлюсь. - Взмахнул он рукой, выпуская клубы тьмы.

Лазриэль не успевал среагировать. В последний момент он выбросил поток сырой маны, отгоняя тьму. И сам принялся колдовать. Из его рта вырвалась тугая струя пламени и уперлась в щит, сотканный из теней. Разбив собственный щит, враг шаром тьмы отбросил вновь атакующего мечника и запустил три подряд стрелы тьмы в эльфа. Магический барьер без труда поглотил удары, а маг решил попробовать более материальное заклинание. Огромная ледяная сосулька устремилась прямо в человеческую плоть.

Асингтур едва успел отпрыгнуть. Потом ему пришлось уклониться от стрелы, пущенной лучницей и сразу же облаком тьмы отбросить настырного мечника. Все его приспешники оказались повержены. Как раз в этот момент, гном выпустил какое-то смертоносное облако, накрывшее оставшихся в живых, и повернулся к нему.

В тот миг, северянин подумал, что ему конец. Откуда только проклятый Снэбьерн взял такого сильного мага, да еще и некроманта. Даже по отдельности, справиться с ними было бы непросто. А уж все разом, они становились действительно большой проблемой. Едва избежав новой атаки мечника и отбросив его взрывом к стене, он вновь повернулся к магу. Отвел огненный шар, второй, третий принял на щит тьмы. Он собирался ответить серией смертоносных копий, но не успел.

Двери в покои верховного шамана распахнулись так резко, что слетели с петель. Одна с грохотом упала на пол, а другая повисла наперекосяк, пошатываясь туда-сюда. В зал шагнул седой старик, не уступающий прежде по мощи тела Ионису или Птархиусу. Однако, его, казалось придавил к земле груз прожитых лет. А умные, пронзительные глаза, так и веяли злостью.

- Что здесь происходит? - Окинул он взглядом разгромленный зал с кучей мертвых подчиненных и вопросительно уставился на своего помощника.

- Твой сын привел подкрепление, чтобы захватить власть. - Злобно глядя на Снэбьерна выплюнул Асингтур. - Я пытался его остановить, верховный, но они очень сильны.

- Отец, останови это безумие. Давай отдадим артефакт тем, у кого он послужит благой цели. Сохрани жизни нашим людям. Сохрани жизнь всему нашему народу. - Взмолился воин.

- Венец мой! Этому не бывать. - Изменился в лице Ильдвар.

От изможденного старика не осталось и следа. Перед ними предстало всемогущее существо, готовое стереть в порошок любого, кто встанет на пути. С его рук сорвались струи клубящегося черного тумана и потянулись к убитым. Просочившийся через рот и нос, черный туман заставил мертвых воинов вновь подняться. В отличие от безмозглых скелетов, эти взирали на викинга злобными глазами отца.

- Бей тревогу. - Бросил Верховный шаман ближайшему к двери поднятому стражнику и тот бросился бежать через зияющий проем, исполняя приказ хозяина.

А сам шаман вытянул огромное древко топора в сторону незваных гостей и одними губами прошептал приказ к атаке, заставляя мертвых еще секунду назад, викингов, вновь броситься на врага.

Расклад поменялся. Теперь враги стали куда более быстрыми и умелыми воинами, словно сам кукловод передал им свой опыт. Едва справляясь с натиском со всех сторон, Элиандор внезапно почувствовала, как бодрящее, ускоряющее и усиливающее тепло разлилось по ее телу. Кажется Андориус переливал в нее божественную силу. Она с удвоенным рвением завертелась в бою.

Поняв, что против магии он бессилен, Снэбьерн хлопнул некроманта по плечу, предлагая подменить того. Призрачные руки уже замедляли врагов почти по всему залу и Джибаро с удовольствием переключился на помощника верховного шамана, с ходу выпуская в него костяные осколки.

Беловолосый варвар бросился в бой, кроша огромным двуручников врагов. Удары наотмашь причиняли огромный урон, иногда разделяя туловище пополам или начисто отсекая голову. С такими ранами даже поднятые тенями бойцы не могли оставаться в строю.

Лазриэль не задумываясь напал на верховного шамана. Тот явно был силен и промедление чревато. Три подряд огненных шара разбились о теневой щит. В ответ шаман отправил целый рой тьмы. Эльф сразу постарался занять такую позицию, чтобы запускаемые в него заклинания не задевали соратников. И часть, что не поглотил барьер врезалась в стену за ним. Маг попытался использовать струи огня. Пламенные смерчи коснулись теневого щита сразу с трех сторон, но облизывали его совершенно не причиняя вреда.

А потом щит теней взорвался десятками летучих мышей, которые бросились в его направлении, хаотично хлопая крыльями, оставляя за собой теневые следы в воздухе. Только реакция позволила магу успеть выпустить огненное кольцо, сжигая в прах летящую нечисть. Он собрался и выпустил мощную молнию, которая прошила все тело врага. Лазриэль усилил поток маны, наращивая мощь. Ильдвар зарычал, стиснув зубы, медленно, словно в воде, вытянул вперед руку с секирой и вернул молнию обратно создателю.

Джибаро просто не успевал использовать смертоносный туман, слишком часто приходилось защищаться и атаковать. Сгустки кислоты не причинили видимого вреда щиту тьмы, стекая с него, словно вода. Тьма вообще игнорировала противника. Единственный раз ему удалось хоть что-то, когда враг не успел среагировать и после костяных шипов из земли, получил мгновенный некротический шар, заставивший сделать несколько шагов назад. В остальном же, гному приходилось защищаться и уворачиваться от смертоносных заклинаний. У него был один план, но этот козырь он оставлял на самый крайний случай, когда враг уже точно не успеет закрыться.

Рейнджер, хоть и подпитываемая силами Андориуса, все же осталась одна в окружении нескольких врагов. Удары сыпались со всех сторон. Лишь эльфийская реакция, ловкость и отработанные бесконечными тренировками рефлексы, спасали ей жизнь. Однако несколько порезов она получила, правда, воодушевленно заметила, что они быстро затягиваются стараниями апостола. С новым приливом энергии, она вышла из обороны. Вместо блока, увернулась от удара, вместо того, чтобы отскочить, сделала подшаг назад, прижимаясь к мечнику. Тот не успел понять, что происходит, когда лучница наклонилась, пропуская над головой тяжелый топор правого викинга. Лезвие вошло глубоко в череп и пока северянин пытался выдернуть оружие, она молниеносными движениями исполосовала грудь и живот третьего воина, однако, обернувшись, заметила, что подошли еще два мечника и врагов снова трое.

Снэбьерн не заботился о своей защите, он просто вырезал врагов по мере сил, стараясь при этом не задевать союзников, что было достаточно легко в просторном помещении зала. Он видел, что ни у кого пока не получается причинить серьезного урона и сокрушался, что не может справиться с шаманами так же просто, как с обычными воинами. Вот эльф сковал его отца молниями, но тот вырвался, использовав заклинание против его создателя. Мощный удар голубой искрящейся змеи, отбросил мага и с силой ударил о стену, вышибая дух. В это время где-то наверху раздался протяжный, низкий стон боевого горна. Сигнал тревоги! Нужно торопиться. И он бросился на главного врага, пытаясь, как обычно, одним ударом решить проблему.

Лазриэль с трудом перевел дыхание после удара о стену, а враг уже готовил что-то мощное. Придется постараться, дабы увернуться или отразить атаку. Но в это время Снэбьерн налетел на Шамана, размахивая своим двуручников и тому пришлось отвлечься на него, отбивая удар топором. Второй удар, дряхлый, с виду старик, снова принял на лезвие топора, а потом резко развернувшись, древком припечатал прямо в лицо сына, да так сильно, что тот отшатнулся на несколько шагов.

Все это происходило молниеносно, но дало достаточно времени , чтобы подняться и снова приготовиться к бою. Эльф решил сменить пламя и попытался пронзить врага ледяным копьем, но к его ужасу, Ильдвар не увернулся и не выставил щит, он просто вытянул руку и ледяной снаряд обвило щупальце из клубящейся тьмы. Оно развернуло копье острием к магу и запустило обратно. С трудом увернувшись, маг понял, что остается только тянуть время в надежде на чудо. О такой силе он раньше даже не слышал.

Джибаро продолжал обороняться, постепенно пятясь к трону. У него не получалось нанести существенный урон врагу. Пару раз он разбивал щит теней, но сквозь него, заклинание не проходило. Однако и противник не доставлял ему слишком много проблем. Обычный костяной щит пока защищал достаточно, чтобы не получить никакого урона. Однако, вечно это продолжаться не могло. А проверять, у кого больше маны или кто первым ошибется, ему совсем не хотелось.

Элиандор успешно противостояла все новым врагам. Она нашла правильный ритм и не сбиваясь с него, уворачивалась и принимала удары с трех сторон одновременно, ожидая удобного случая, а когда один из противников наконец подставлялся, она неизбежно использовала его слабость. Если бы не Андориус, у нее просто не хватило бы скорости на такое. Однако его магия творила чудеса.

Очнувшись от сокрушительного удара, викинг увидел, что битва между заклинателями вновь идет полным ходом и опять присоединился к эльфийке, которой явно не помешала бы помощь. Один выверенный, мощный диагональный удар, снес голову ближайшего из врагов. Двух других тут же, молниеносно исполосовала своими короткими клинками, рейнджер. Плечом к плечу, они встали против оставшихся воинов.

Несущийся изумрудный серп разбился о выставленный вовремя магический барьер. Лазриэль создал в ответ ментальный взрыв, но кажется не причинил врагу никакого урона. Внезапно в глаза бросился шанс, как изменить ход боя и он сразу же воспользовался этим шансом. Сделав несколько шагов направо, он увернулся от столба изумрудного пламени и выпустил искры Арфаэля. Часть огненных шариков взорвалась о теневой щит, а вот остальные пронеслись мимо.

Гном тянул время и надеялся на чудо, выискивая момент для внезапной атаки. Он стоял уже почти у стены, когда его противник поравнялся с троном. В этот миг, в спину Асингтура врезались три огненных шарика и взорвались снопами искр, лишая врага равновесия и концентрации. Некромант не упустил свой шанс. Максимально быстро он создал молнию, моментально пронзившую все тело врага. От такого быстрого заклинания, сбитый с толку приспешник шамана, просто не успел закрыться. Джибаро стал переливать всю свою ману в заклинание, понимая, что нового шанса может не быть. Когда он наконец остановился, тело северянина безвольной куклой упало на каменный пол. Гном облегченно выдохнул, поворачиваясь к главному врагу.

Лазриэль краем глаза видел, что его план сработал и гном победил своего соперника в нелегкой схватке, теперь осталось дождаться, когда тот сможет помочь. А пока, он расплачивался за упущенные секунды. Сгусток тьмы разбил барьер вдребезги, от первой стрелы он сумел увернуться, вторая прочертила воздух в сантиметрах от лица. Третью пришлось отбивать в сторону. Времени на контратаку не оставалось, эльф едва успевал отбивать атаки и уворачиваться. Очередной взрыв темной энергии достиг цели и его отбросило, впечатав в ближайшую стену. Маг судорожно пытался воздвигнуть защиту от чего-то мощного, что готовил верховный шаман.

В этот момент сверкнула оперением тонкая эльфийская стрела и корона вместе с венцом разума, слетела с головы викинга. Полный возмущения и ярости взгляд пронзил лучницу, заставляя попятиться. Ильдвар шагнул в ее сторону, но путь ему преградил Снэбьерн.

- Остановись, отец. Артефакт больше не властен над тобой. Очисти свой разум. - Взывал он, опустив свой меч.

- Жалкий червяк! - Рявкнул северянин и размахнулся секирой, намереваясь срубить сына с дороги, как надоевший сорняк.

Лазриэль вовремя прочитал ситуацию и тугая, нерушимая цепь Ахирона обвилась вокруг лезвия топора, не давая нанести удар. Наконец, собравшийся гном, создал под ногами противника целый лес из призрачных рук, крепко цепляющихся за ноги и не дающих шагнуть. Элиандор пустила стрелу, не особенно надеясь на успех. Шаман поймал ее на лету свободной рукой и сломал.

- Дураки! Вы не знаете, с кем связались! Вы все умрете! - Взревел викинг, напрягая мускулы.

Он резко дернул топором, разрывая цепь и заставляя, потерявшего равновесие, эльфа, шагнуть навстречу. Свободная секира взметнулась вверх и Мощный удар топорищем об пол вызвал настоящий взрыв, разбросав всех в разные стороны. Ударившись о стену, беловолосый воин потерял меч и с трудом переводил дыхание, поднимаясь на локте.

- Отец, очнись, приди в себя, я не хочу тебя убивать. - Взмолился он.

- Сынок, ты так ничего и не понял? Артефакт тут не при чем. Это я им повелеваю, а не он мной. - Звучал злобный хохот ему в ответ. - Повелитель был прав, когда говорил, что вы, светлые, слепы и наивны. Вы делите мир на черное и белое, но стоит укрыться в тени и можно управлять вами, как пожелаешь.

- Эй, Хочешь, я покажу тебе силу света? - Окрикнул Андориус врага.

А когда Ильдвар повернулся в его сторону, воздух разрезал раскаленный добела луч света, ослепляя викинга. В этот момент все смотрели на врага и остальных вспышка почти не задела, лишь оставляя зеленоватые блики на краю зрения.

Лазриэль не растерялся, перехватив инициативу. Он выпустил дрожь земли, сбивая викинга с ног и опрокидывая его на колени. Шаман поднялся на одну ногу, но вторую, маг успел приморозить к полу ледяной ловушкой. Джибаро вложил все оставшиеся силы, сковывая старика молниями. Но даже в таком состоянии, противник, превозмогая боль и магию, поднялся, выдернул ногу из сковывающей ловушки, уперся взглядом в глаза эльфа, обещая нескончаемые муки. Не зная, что еще сделать, маг выпустил некротические потоки, поглощая жизнь врага. Ильдвар, несмотря ни на что, начал концентрировать колоссальное количество энергии, готовый разом покончить с надоевшими букашками.

А потом он разом обмяк. Секира выпала из ослабевших рук, тело рухнуло обратно на колени. Седой старик стоял на коленях посреди полуразрушенного зала. На него ошарашенно смотрели маг, некромант, лучница и апостол. А из груди северянина торчало лезвие огромного двуручного меча. За спиной у него возвышался сын. Белые локоны, казалось еще и поседели. Перепачканное в саже, копоти и пыли лицо, избороздили полосы стекающих слез. Огромный, бесстрашный викинг рыдал, проворачивая меч в груди собственного отца.

- Прости меня. Иного выхода я не нашел. Прости, что не смог спасти тебя. Я навсегда сохраню в истории нашего народа память о тебе, в те времена, когда ты еще не носил артефакта. - Истово заверял он.

- Спасибо и тебе, сын. - Тепло ответил старик.

Лицо его просветлело, глаза на миг обрели былой разум, искра сожаления и горести сверкнула в них. И Ильдвара не стало. Долго еще никто не решался пошевелиться и нарушить великую скорбь Снэбьерна, обнимающего бездыханное тело. Даже гном смиренно молчал.

Когда, наконец, северянин опустил тело на каменный пол, все взгляды были устремлены на него, в ожидании дальнейших действий. Взгляд его был осмысленным и целеустремленным.

В это время в зал, под воинственные крики, ворвались вооруженные викинги, впереди, на радость спутников, вбежал Ульфбран, а когда увидел, что произошло, все дружно преклонили колено перед новым лидером.

- Наши беды теперь позади! - Начал беловолосый свою речь, поднимаясь и стирая рукой соленую горечь с лица. - Причина их проста. Артефакт!

В зале воцарилась гробовая тишина. Все с волнением ждали, что скажет новый лидер.

- Вот эти храбрецы помогли мне спасти наш народ от неминуемой гибели. Они заслуживают нашей искренней благодарности. И в их руках, думаю артефакт будет под надежной защитой. - Продолжил он удивлять присутствующих. Одни одобрительно поддержали, другие возмущенно роптали, но открыто против не высказался никто.

- Ну а я обязан жизнью этому эльфу. - Указал Снэбьерн на Лазриэля. - И я, как истинный сын своего отца и как настоящий северянин, обязан выплатить ему свой долг. Я пойду с ним до тех пор, пока не отплачу ему жизнью за жизнь. Я дал слово и оно нерушимо. До тех же пор, пока я не вернусь, от моего имени здесь будет действовать Ульфбран. Не подведи меня, брат.

По мере того, как он говорил, возмущенный гул нарастал. А когда закончил, зал взорвался звучными голосами. Каждый старался высказать свое негодование и одновременно поддержку.

- А ты возвращайся скорее, снежный медведь - Похлопал друг его по плечу.

К тому времени, как спутники вышли из снежного храма, солнце уже оказалось в зените. Остаток дня ушел на сжигание тел, приведение в порядок полуразрушенного зала и успокаивание гудящего, от захлестнувших эмоций, города. Все скорбели об утрате, но каждый радовался новой надежде.

Спутники, впервые за долгое время пути, выспались в тепле и уюте, под крышей и на мягких кроватях. Пополнили исхудавшие запасы мешков и с рассветом вновь двинулись в путь.


Глава XIV Соперники.


Венец разума занял свое место в походном мешке и группа без промедления двинулась в дальний путь. Экономя время, Андориус снова не повел всех в столицу. Он знал, где находится плащ духа и направился сразу туда, по пути рассказывая занимательную историю.

- Много веков назад Эллирион раздирала война магов. Колебания маны были столь велики, что весь мир содрогался. Катаклизмы захлестнули весь континент от моря до моря. Волны смывали целые города. Вулканы вырастали там, где была цветущая равнина, выжигая народы. Никто уже не помнит, с чего началась эта война и конца ей не было видно. Ни одна из сторон не могла добиться превосходства над другими. Вот тогда это все и началось.

***

Архаиль был достаточно мудр, чтобы понимать, что война ради войны, это непростительная глупость, но ничего не мог с собой поделать. С тех пор, как разразилась война магов, он испытывал жгучую ненависть к Рокшану. Султан уже устал от их постоянных стычек и размолвок. При каждом удобном случае, маги старались подставить друг-друга, делая это все изощреннее и все опаснее. До открытого противостояния оставалось совсем немного.

Оба были придворными магами и советниками Фахридина. Архаиль заведовал всеми внешними политическими делами султана. Ездил вместо него на встречи, улаживал конфликты и строил отношения с соседями. Являясь мастером иллюзии, он с легкостью справлялся с этими задачами. Рокшан же заведовал хозяйством, нанимал прислугу и охранников, следил за состоянием войска, проверял работу всех людей господина. А в качестве увлечения, он лично заботился о султанском зверинце, в котором содержались, как самые заурядные животные, так и редчайшие виды, звери, которых нигде больше нельзя было увидеть. Мастер полиморфии прекрасно справлялся со своими задачами. А в свободное время, все чаще пропадал в подвале при зверинце.На вопросы о том, что он там делает, отвечать маг не спешил, размыто уклоняясь от ответа.

Султан ничего слушать не хотел. Никаких проблем нет, значит советник справляется со своими обязанностями. А остальное его не интересовало. Но мастер иллюзий знал, что его соперник что-то затевает и нужно было срочно выяснить что именно.

Уже поздним вечером, когда все спали, мастер иллюзий крадучись, осторожно вышел из своей комнаты и двинулся долгим извилистым маршрутом в зверинец. Оттуда, постоянно поддерживая иллюзию пустого пространства, тихонько спустился в подвалы. Там, по длинному, извилистому коридору, он неторопливо переходил от укрытия к укрытию, хотя это и было совершенно не нужно. Магия его уровня заставляла случайного зрителя, если таковой вдруг найдется в ночном дворце, видеть пустой коридор.

В дальнем конце прохода оказалось сразу пять дверей. Первые две вели в пустые комнаты, за третьей продолжался коридор, который, маг решил обследовать позже, а вот четвертая распахнулась в просторный зал. Справа прямо в стены были вмурованы клетки с разными существами, а слева множество столов, заваленных бумагами, склянками, редкими ингредиентами и жутким на вид инструментом.

У дальней от входа стены находился еще один стол, за которым, стоя спиной ко входу, работал соперник. Архаиль, опасаясь быть обнаруженным, усилил магию, сгущая вокруг себя пелену невидимости. Мастер иллюзий, коснулся разума Рокшана и создал завесу для его слуха. Осторожно ступая, он двинулся вдоль столов, рассматривая хаотичные записи и зарисовки. Там была и тварь с длинным, как щупальце носом и огромными клыками, торчащими из пасти. И восьмирукие чудовища и огромная рыба, с ногами и полной клыков пастью. Наброски тут и там были исписаны сделанными на скорую руку заметками. 'Боится огня', 'Слишком силен', 'Чересчур неповоротлив', 'Невосприимчив к магии'. Маг на мгновение замер у стола с особенно жутким рисунком, рассматривая детали.

- Ты как раз вовремя, мой друг. - Не оборачиваясь бросил Рокшан.

От неожиданности он едва не подпрыгнул, но стальная выдержка и многолетние тренировки помогли удержать концентрацию и никак не выдать себя. Мысли бешено вертелись в голове. Ведь это невозможно, магистра иллюзий невозможно обнаружить просто так. Тем более, что услышать его соперник никак не мог. А тот, все еще не оборачиваясь, продолжал.

- О боже, как он меня увидел? Так ты наверно думаешь сейчас? - Наконец повернулся он, ехидно уставившись в пустоту. - Я не сидел на месте. Пока ты просто тихо меня ненавидел, я развивался и совершенствовался. Я мог бы делать все совершенно незаметно, но тогда ты не пришел бы сюда, не стал бы свидетелем моего триумфа и не испытал бы мое творение.

Протяжное шипение за спиной возвестило об опасности и Архаиль первым делом воздвиг вокруг себя защиту, а уж потом обернулся. Прямо перед ним стояло небольшое существо, чуть выше пояса, которое больше всего напоминало кентавра, только вместо лошадиного тела, на полу упруго стояли мягкие лапы кота, плавно переходя в маленький человеческий торс с руками, а на нем покоилась серая кошачья голова, злобно сверкая глазами и скаля клыки.

Это было настолько ошеломляющее зрелище, что когда полукот прыгнул в атаке, маг отшатнулся от него, сбивая со стола несколько свитков. Монстр неуклюже шмякнулся о невидимую сферу магического щита, бессильно скребя по нему когтями.

- О, я вижу тебе понравилось? Знакомься, это был мой первый опыт. - С гордостью поделился Рокшан. - Это мой питомец. Он следовал за тобой от самый твоих покоев и ни разу себя не выдал. И да, ему не нужно тебя видеть, чтобы найти. Он тебя чует.

Поняв, что именно через кота, его и находят, мастер иллюзии тут же попытался вывести его из игры, влезая в его голову и заставляя того бешено визжать от ужаса и боли, созерцая видения пылающего вокруг огня. Сам же он решил, что пора бежать. Нужно предупредить султана и избавиться от опасного противника.

- Я не знаю, какие видения ты на него наслал, но подозреваю, что он думает, будто горит. - Предположил противник. - Ты слишком примитивен, чтобы придумать более изощренный способ. Попытка конечно хорошая, но только вот ты забыл об одной особенности полиморфов. Если мы долго живем в одном и том же помещении, рано или поздно, оно становится нашим домом и само пространство начинает подчиняться.

После этих слов он взмахнул рукой и дверь, причудливо извернувшись, согнулась пополам.

- Теперь проблемно будет выйти. - Расхохотался он безумным смехом.

Архаиль понимая, что дело плохо, создал еще одну иллюзию, наслаивая их друг на друга. На середине прохода появился его образ, обернулся к безумцу и заговорил.

- Тебе это с рук не сойдет. Султан обо всем узнает и тогда тебе конец. - Пообещал он, опаляя суровым взглядом. - Отпусти меня, пока еще есть возможность отступить.

- Пути назад уже нет, как видишь. - Указал Полиморф рукой на искореженную дверь, злобно хохотнул, а затем протяжно свистнул.

Из дальней клетки, находящейся у самой двери, послышалась какая-то возня, потом два звонких щелчка и мощный удар выгнул прутья решетки. Это было страшное зрелище. Два щелчка потише (видимо тварь отошла обратно), потом снова все повторилось. Один край решетки вырвало из стены. А вместе со следующим ударом, решетка выгнулась и со звоном и лязгом отлетела в сторону, а в зал ворвался огромный монстр. Бычью голову венчали направленные вперед рога, черное тело, вдвое больше человеческого, покрывала жесткая на вид шерсть, огромная четырехпалая лапа не уступала размером человеческой голове. Копыта заскользили по каменному полу, зверь пронесся через зал, сшибая столы и со всего маху врезался в противоположную от клетки стену, выбивая дух.

- Знакомься, это мое более позднее детище. Я назвал его тавр, а этого зовут Торес. - Прокомментировал довольный маг. - Торес, будь добр, окажи нашему гостю хороший прием.

Монстр оттолкнулся от стены и рванул в сторону Архаиля, низко опуская голову для удара рогами. Он пронесся, распарывая воздух и раздирая рогами иллюзорный образ, а потом вновь врезался в стену, едва не сбив своего создателя, который, уворачиваясь успел заметить краем глаза запирающуюся дверь между клеток.

- Неплохая попытка. - Похлопал в ладоши Рокшан - Ты все правильно сделал, кроме, пожалуй, одного. Теперь ты там, где мне и нужно было.

Он запер дверь на засов и поднялся через потайную лестницу на балкон. Мастер иллюзии вышел через замеченную им дверь прямиком на арену. Полиморф сейчас стоял на балкончике над этой ареной и победно хохотал. Посреди арены появился новый образ.

- Раз уж все вышло так легко, я даже дам тебе шанс. - Усмехался сверху соперник. - По древней традиции, если ты выживешь здесь, тогда я отпущу тебя на волю.

Не дожидаясь ответа, маг хлопнул в ладоши, больше для позерства, чем из необходимости и первая клетка, подчиняясь его команде, отворилась внутрь, на арену ворвался тот самый тавр. Он рыл землю копытом и фыркал огромным, бычьим носом. Глаза, налитые яростью, быстро определили жертву и полубык понесся к одинокой фигуре в центре. Он опять проскочил насквозь, тяжело останавливаясь в песке, а в спину тут же получил шипящую молию. Он развернулся, взревел и вновь бросился на обидчика. За несколько шагов до удара, прямо в морду прилетел огненный шар, опаляя шкуру. Тварь снова взревела от боли, злости и ярости, остановилась и попытался достать жертву руками, но они прошли насквозь, а фигура растворилась и появилась уже далеко, прямо перед единственной дверью, выходящей сюда.

- Торес, не вздумай, это очень плохая идея. - Прикрикнул сверху полиморф, предвидя план своего врага и останавливая питомца не середине.

Откуда-то справа и сзади, в быкоподобное существо врезался еще один шар огня, потом опять молния, оставившая большой, кровавый ожог на боку. Торес попытался принюхаться, но опаленный нос не хотел исправно служить. А получив еще одну молнию в морду, Тавр и вовсе жалобно завыл и попятился. После ментального разрешения хозяина, он со всех ног бросился обратно в клетку.

- Согласен, он тебе не соперник. Это грубая сила против вояк. С магами надо действовать тоньше, нежнее и смертоноснее. - Коварно улыбался враг

Снова хлопок в ладоши и отворилась новая клетка. Оттуда выползла совершенно другая тварь. Змееподобное тело, извиваясь быстро несло прямо стоящий человеческий торс, покрытый жесткой зеленой чешуей пятипалые лапы оканчивались черными иглами когтей, а голову с вертикальными зрачками глаз, украшал кожистый капюшон.

- Одно из удачнейших моих творений. Назвал его сслихор. Имя этого Схиикс. Приятного вам общения. - Снова расхохотался маг.

А вот Архаилю было не до смеха. Он судорожно перебирал способы выживания, клял себя за то, что так мало времени уделял боевой магии и ошарашенно наблюдал, как невероятно быстро перемещается столь несуразное существо. Он попытался внушить видение, но кажется монстр его просто не понял, лишь мотнув головой, словно отгоняя назойливую муху. Схиикс метнулся туда, где была новая иллюзия и исполосовал когтями дверь, находящуюся за ней. Возмущенно шипя, полузмей обернулся и стал широкими зигзагами исследовать арену, больше не обращая внимания на появляющиеся повсюду образы. Даже когда на песке арены внезапно оказалось десятка два различных существ, сслихор ни на секунду не остановился, продолжая рыскать. Пришлось действовать.

Маг вспомнил все, оставшиеся в его распоряжении, боевые символы и призвал молнию. Смертоносная голубая вспышка впилась в тело рептилии, а затем, отразившись от чешуи, бессильно зарылась в песок. Тварь снова зашипела, веером выплевывая зеленую кислоту перед собой. Песок, на который она попала, закипел и забурлил. А откуда-то справа, в сторону монстра устремился поток огня. Поначалу, казалось, что и это ему нипочем, но, пока поток продолжал раскалять все вокруг, змей жалобно скулил и сжимался, сворачиваясь в клубок и пряча голову под кольцами змеиного хвоста. Когда пламенный поток иссяк, опаленная, полуживая тварь, медленно и неуклюже убралась обратно в свое логово.

- Ну что ж, признаюсь, ты меня впечатлил. - Зааплодировал на балконе Рокшан. - Я думал ты не выдержишь. Ты знаешь, я всегда верен своему слову и ты уйдешь отсюда наружу, если одолеешь моего последнего питомца. Я еще не закончил работу над ним, но поверь, он войдет в историю. Совершенный убийца, тихий, быстрый, сообразительный, сильный. Он перевернет мир и поставит его на колени. Я назвал его в свою честь, ракшас. Встречай, имя этого Краджис.

Вновь хлопок и очередная клетка, отворяясь, выпустила на арену новое существо. Тигриная морда сразу говорила с кем экспериментировал безумец, мощное, мускулистое тело, покрытое короткой, жесткой шерстью, четырехпалые лапы, со спрятанными когтями. Нижние лапы то же тигриные, только выгнуты так, что монстр стоял на них, словно человек, ну и конечно полосатый хвост. Весь его вид внушал уважение и содрогание. От создания веяло силой и спокойствием, присущими тигру. Он покрутил мордой, не обращая внимания на образы вокруг, потом низко припал к земле, втянул воздух ноздрями, шевельнул усами и резко бросился бежать, опустившись на все четыре лапы.

Маг понял, что этого зверя не провести и надо срочно использовать всю доступную магию. Полутигр почему-то бежал не к нему, а гораздо правее. Плевать. Молния сорвалась с рук и Ракшас прыгнул в сторону, уворачиваясь. Реакция у него оказалась отменной. Огненный шар тигр избежал в красивом прыжке с переворотом. Его полет завораживал даже в такой момент. Снова шар пламени взорвался у него за спиной, а потом тигр пробежал мимо, чуть левее, чем стоял маг, не останавливаясь взобрался на несколько скачков прямо по стене, ловко оттолкнулся от нее, пролетая прямо над новой молнией. На лету он выпустил когти и с противным, оглушающим скрежетом впился в магический щит, сползая по нему на когтях.

Перепуганный маг пытался судорожно сообразить, что использовать. пока тигр методично полосовал лапами купол защиты. Архаиль почти завершил очередной шар, который мог спасти его. С такого расстояния увернуться было невозможно. Но в этот момент, щит, наконец лопнул, как мыльный пузырь и монстр добрался до мягкой плоти, разрывая ее когтями, отрывая куски мяса острыми клыками, он поглощал еще живого, извивающегося человека, который, обезумев от боли, уже ничего не мог сделать.

Утром, Рокшан рассказал султану, как коварный мастер иллюзий, под покровом ночи пробрался в его покои, выведывая секреты для врагов и о том, как его питомец разделся с предателем. Как он и ожидал, Фахридин заинтересовался гораздо больше существом, способным уничтожить столь сильного мага, чем пропажей одного из советников. Это оказалось столь интересным, что уже в следующем бою, вместе с людьми султана, в строю стояли все три монстра. Они показали себя с наилучшей стороны и уже в новом бою выступил целый отряд из созданий.

Это было начало нового мира. Тогда зародилось множество новых рас. Позже, ученики и подражатели мага-полиморфа, а равно и другие маги, возомнившие себя творцами, создавали все новые и новые виды существ. Росло их разнообразие, росло и количество. А со временем дошло до того, что ни одна битва в мире не обходилась без нескольких отрядов таких существ.

Однако время шло, существа становились все умнее, одни становились героями в боях, другие оказывались слишком дороги для своих хозяев, как питомцы, третьи просто никогда не видели сражения, всю жизнь служа в храме или при короне. А потом наступил переломный момент.

***

В том бою, где был повержен божий сын, его плащ волей судьбы оказался у Ракшаса. Дух, заключенный в артефакте, вселил в существо уверенность, наделил его способностью отбросить сомнения и обрести силу. В тот же вечер, после победы, в лагере произошло восстание. Все ракшасы, как один пошли за новым лидером. Он объединил и полутигров и полульвов и тех, кто носил частицу пантер. За ним пошли все те, кто был создан когда-то магами, как оружие. Тавры, сслихоры и многие другие, кого люди и древние считали своими игрушками.

Они вслед за своим лидером, поверили в свои возможности. Много лет после этого они сражались за свободу и наконец обрели ее, когда, уставший от постоянных войн, совет светлых рас, признал их, как отдельное, самостоятельное государство. После принятия людей, у них просто не было выбора, кроме как принять и остальных.

Ракшасы основали свой город на востоке Эллириона. Они продолжали развиваться и совершенствоваться, осваивая новые аспекты жизни. Они научились мирно жить, нанимали множество людей, гномов и эльфов, чтобы освоить профессии, создать законы и понять, как им вообще жить и вести себя в этом мире.

Сегодня, Раджистад, это столица империи ракшасов. Огромный город, где живет множество рас. Именно там, в самом сердце султанского дворца и находится сегодня плащ.

***

Много непростых дней пути ждало их впереди. У каждого в этом путешествии была своя цель. Спасти народ, уберечь своего принца, найти друзей, исполнить клятву, исполнить волю бога. Но эти цели неумолимо вели их вперед, не давая сойти с дороги.

Вечером, как и всегда, все улеглись спать, а маг раскидал сеть сторожевого периметра и погрузился в глубокую медитацию, пытаясь познать тайну некротической энергии.

- Лазриэль...

Тихий шепот заставил его вскочить, озираясь по сторонам. периметр молчал, никого видно не было, все в лагере спали. Ошарашенный эльф решил, что это была лишь игра воображения и вновь окунулся в медитативный транс.

- Лазриэль...

***

Харнесесс стоял на вершине белоснежной стены, всматриваясь в даль. Рядом с легким хлопком появился верховный маг.

- Я знал, что найду тебя здесь. - Вздохнул Эрмортресс.

- Скажи мне, что ты принес новости и никакой атаки не будет? - С легкой надеждой спросил его Верховный друид.

- Да, я принес новости и они хорошие, но, к сожалению, не настолько. - Расстроил друга маг. - Вести о твоем сыне. Он жив, с ним все в порядке. Он стал гораздо могущественнее. Вместе со своими спутниками, он убил верховного шамана одного из северных народов, и вместе с его наследником ушел на восток. Я не знаю, что он делает и зачем, но это явно что-то очень таинственное.

- Он убил шамана и ему после этого дали уйти? - Недоумевал взволнованный отец.

- Ну видимо не очень-то его любили. - Пожал плечами человек.

- Главное, что сын жив, здоров и с ним все в порядке. - Немного расслабился друид. - Ну а что с подготовкой к обороне?

- У нас все сделано. Союзники предупреждены и обещали помочь, когда придет время. Поле боя готово, все рубежи укреплены, все доверенные подготовлены. Осталась только самая сложная задача... ждать.

- Как же я надеюсь, что все это не понадобится и видение было лишь пустышкой. - Вздохнул друид.

- Боюсь, что божественная сила не сопровождала бы пустышку. - В очередной раз разрушил его чаяния, друг.

- Как думаешь, у нас есть шанс? - С надеждой в голосе обратился эльф к магу.

- Шанс есть всегда. Ни на что не надеется лишь мертвец. А пока мы живы... - Заверил человек.

- Я надеюсь, мы все правильно делаем. - Пробормотал Харнесесс, глядя прямо перед собой невидящими глазами.

- Опять думаешь о том, что Отшельник мог быть прав? Прекрати. Даже если он и был прав, любой на твоем месте поступил бы так же. Никто не даст убить своих детей, даже если от этого зависит судьба всего мира. Главное, что ты не сожалеешь о содеянном, значит все сделал верно. - Ткнул он в плече погрустневшего соратника.

- Да, я поступил правильно, но теперь, кажется пришел час расплаты. И я готов принять судьбу, которая мне уготована. Ты же, помни, что обещал мне позаботиться о них. - Горестно напомнил друид.

- Я сделаю все, что в моих силах.

И они оба просто молча смотрели на поляну, которой вскоре суждено стать полем кровопролитной битвы за судьбу народа.

***

- Не отставай от них ни на миг, следи за каждым шагом и движением, но будь осторожен, прячься в тенях и расщелинах, не дай себя заметить. У них уже есть венец, нельзя дать собрать полный комплект. Как только они найдут следующий артефакт, живо зови меня.

Махитхарджи стоял посреди пустоты. Вокруг скользила и клубилась тьма, постоянно двигаясь и создавая причудливые формы и образы. Прямо перед ним в воздухе висел шар, сотканный из самой тьмы. Он, словно выслушав хозяина, растворился в фиолетовой вспышке.

- Значит Харастис снова набирает силу. Ну что ж, в этот раз я смогу дать достойный отпор. Теперь силы тьмы на моей стороне. Только для начала тебе придется собрать еще две вещи, опередив меня. Посмотрим, чья возьмет в нынешнем бою...

***

Сотни раз Таэль уже бился с темным эльфом и каждый раз проигрывал, но каждый раз для него это был урок. Очередной бой давался гораздо легче предыдущего. Его навык фехтования вырос до невиданных высот. И в этот раз, выходя против своего соперника, он был уверен в собственных силах, для него это стало всего лишь очередной попыткой. Провал означал боль и опыт, победа же должна открыть новый, неизведанный путь.

Как и каждый раз, раньше, дроу оставил своих воинов на месте и вышел вперед, вызывая противника на бой. Беловолосый эльф без промедления, сделал несколько шагов вперед, принимая вызов. Темный эльф все еще был более искусным фехтовальщиком, но у сына верховного друида имелся свой козырь в рукаве. Ему не надо было сдерживаться и прощупывать оборону врага. За предыдущие попытки, он понял, чего ждать и как себя вести. Каждый раз он пытался выиграть, постоянно телепортируясь за спину врага, но тот сразу же научился предугадывать его скачки. В этот раз, такого шанса не будет.

Таэль'авир, не замедляя хода, сразу нанес прямой, бесхитростный удар, но враг был слишком опытен, отведя клинок в сторону, он тут же контратаковал ударом слева. Эльф отпрыгнул обратно лишь для того, чтобы снова шагнуть вперед, нанося горизонтальный удар. Дроу не стал уворачиваться, а блокировал правый клинок своим, а левым попытался проткнуть самоуверенного глупца. Это был предсказуемый удар. Бессчетное количество предыдущих попыток, позволяли юному мечнику примерно представлять, какие связки использует соперник чаще всего, что от него можно ждать во многих ситуациях и как он реагирует на разные удары.

Увернувшись, Таэль решил притвориться неопытным и наивным. Он с головой окунулся в атаку, проводя серию за серией. Удар снизу, удар навстречу сверху, полоснул обоими клинками воздух, два удара в развороте, подшаг и размашистый высокий удар, пропущенный врагом сверху. Взмах левым клинком снова рассек воздух, правый выпад, не останавливаясь, довернул меч и полоснул влево, снова ничего. Довернул корпус, подшаг в развороте и два меча с оглушительным звоном встретили блок.

Убедившись, что противник поверил в яростную атаку эльфа, он использовал первую серию из своего хитроумного плана. Удар по ногам полоснул воздух, взмах наотмашь по очереди чуть выше колен снова не встретил сопротивления, подшаг и удар двумя мечами в живот, крест-накрест, заставляющий врага выставить два блока. Потом попеременно подшаг, удар слева, подшаг, удар справа. Не давая разорвать дистанцию, эльф наносил удары все выше, заставляя дроу поднимать клинки в блоке уже выше головы. А после очередного удара, он резко подпрыгнул, поднимая оба меча над головой и опускаясь, вложил весь свой вес в удар.

Дроу принял мощный удар на скрещенные над головой клинки, разорвал блок, ударом ноги отталкивая врага, и отправляя следом холодный металл клинков. Взмах левым рассек воздух, правый выпад был отведен в сторону. Эльф успел подняться и восстановить равновесие. После нескольких минут напряженного обмена ударами, Таэль применил вторую серию, снова начав с низких ударов, постепенно заставляя противника поднимать блок, а завершающий удар снова в прыжке, обоими клинками и вновь металл зазвенел о металл поднятых в блоке мечей. Новый пинок, разорвавший блок, заставил сына верховного друида отступить на несколько шагов. Оступившись, он чуть не потерял равновесие и едва успел увернуться от смертоносного укола, отбил второй удар, третий. Враг в этот раз решил не останавливаться и серия молниеносных ударов со всех сторон и под разными углами заставила работать на пределе сил и скорости.

Низко пригибаясь к земле, чтобы пропустить очередной взмах парных клинков, эльф решил, что достаточно раззадорил противника. Он принял следующий удар на скрещенные над головой мечи, провоцируя врага. Дроу не удержался от удара ногой в грудь. Таэль, ожидавший этого, намерено сделал перекат назад и несколько быстрых шагов, разрывая дистанцию и прерывая не удобную для себя серию.

Адреналин плескался в крови, заставляя верить в свои силы. И он поверил.

- Пора. - решил мечник.

Грива белых волос взметнулась, как хвост летящей кометы. Ноги несли его к противнику. Мечи так и просили крови. Со стороны он выглядел, словно обезумевший от ярости зверью. Однако это было не так. Контролируя каждое, выверенное движение, эльф преодолел дистанцию и стал осыпать врага ударами. Сверху, снизу, диагональные удары, все они встречали воздух или блок. Блестяще отыгрывая ярость, эльф продолжал изо-всех сил молотить мечами. Наконец, выгадав момент, он запустил в дело свою финальную серию.

Низкий удар по ногам, дроу просто перепрыгнул. Обратный взмах на уровне колен, отшагнул назад. Подшаг к врагу и укол в паховую область, тот просто увернулся, взмах на том же уровне высек искры из блокирующего клинка. Разворот и взмах с другой стороны, снова блок. Диагональные удары снизу вверх в область пояс, оба были блокированы. Таэль не давал разорвать дистанцию, заставляя не уворачиваться, а блокировать. Взмах двумя клинками накрест в область груди, воин тьмы просто вставил свой меч между ними, попытавшись вторым полоснуть по руке. Вовремя разорвав блок, беловолосый снова пошел в наступление. Удары в грудь, снова в грудь, пока опять не уперся в блок, потом четыре подряд диагональных удара сверху вниз, заблокированных противником. И эльф взмыл в воздух.

***

Эрлу'Алар был великим воином. Много веков, среди своих сородичей ему не было равных и его еще ждало прекрасное будущее, если бы не одна его крошечная ошибка. Однажды, совершенно случайно, одной не вовремя сказанной фразой, он, сам того не понимая, оскорбил одну из своих сестер, жрицу богини дроу. А с ними шутки очень плохи. Если бы он только знал, обязательно нашел бы способ загладить свою вину или незаметно убить сестру.

Однако, он не знал, потому ничего и не подозревал, когда во время очередного из набегов на поверхность, Нирну'Алар оказалась одна рядом с ним, зловеще распуская чары. Его смерть была долгой, мучительной, а как в итоге оказалось, еще и не прекратила страданий. Однажды, сложный ритуал вернул его к жизни. Верховный лич сделал из него воина тьмы, машину для убийства. А потом позволил вернуться и отомстить сестре.

Теперь Дроу был преданным полководцем. Он помнил все, что происходило с ним до смерти, не забыл все свои навыки и умения. Оставаясь столь искусным фехтовальщиком, он теперь еще и не чувствовал боли и страха.

Эрлу всегда был доблестным и честолюбивым воином, смерть этого не отняла. Именно поэтому, когда юный эльф вышел против него, мечнику захотелось непременно самому разделаться с ним.

Приказав отряду оставаться на месте и не вмешиваться ни при каких обстоятельствах, он двинулся навстречу врагу, безоговорочно уверенный в своих силах. Противник, кроме всего прочего, оказался еще и не опытным воином. Даже не попытавшись прощупать оборону, он с ходу атаковал в полную силу.

А когда, Эрлу'Алар уже откровенно заскучал, лишь надеясь, что хоть кто-то из сопровождения малыша, окажется более достойным бойцом, эльф немного удивил его длинной, сложной связкой ударов, заставивших его в итоге блокировать скрещенными над головой мечами, удар в прыжке сверху. Однако, сам враг при этом так же оказывался связан блоком и открывался для удара ногой. После повторения такого трюка, он едва не достал глупца, спасла того только паника, заставившая разорвать расстояние. Но теперь дроу знал, что неопытный противник обязательно попробует вновь свою самую сильную связку.

Несколько мгновений ожесточенного боя и момент триумфа настал. Беловолосый юноша серией ударов, вновь заставил его поднять клинки вверх, а затем подпрыгнул, не понимая, что в воздухе невозможно увернуться.

Темный эльф не стал поднимать мечи для блока сверху, он просто с силой выбросил их вперед, прямо в воздухе пронзая тело эльфа насквозь, заставляя его по инерции насаживаться еще дальше на холодный металл. Идеально заточенные клинки, словно сквозь масло прошли через тело. Свежая черная кровь, густым, горячим потоком брызнула на землю. Пусть это был и слабый противник, но злорадное удовлетворение собственной силой на миг отразилось на лице воина.

А потом он понял, что клинки просто не встретили сопротивления. Эльф пропал. Но ведь это невозможно, он не мог пропустить такое сильное передвижение. Если только не телепортация. Орден зари не появлялся уже больше пяти веков. Неужели они снова открылись миру?

Дроу отбросил неважные сейчас вопросы и обнаружил, что кровь все-таки забрызгала землю вокруг, только она была черная, как уголь. Или это не кровь? Опустив взгляд, Эрлу'Алар с ужасом обнаружил, что из груди торчат два изогнутых лезвия эльфийских клинков. Тьма, поддерживающая его в этом мире густыми струями истекала через раны. Он упал на колени, сознание медленно покидало его вместе с волей хозяина. Наконец-то он будет свободен.

***

Таэль'авир не верил своим глазам. Он стоял за спиной медленно оседающего на землю врага. Сотни смертей спустя, он наконец вышел победителем. Эльф осторожно, медленно, все еще не веря в произошедшее, вытащил мечи из тела поверженной нежити. Махнув рукой остальным, он развернулся и уверенным шагом пошел в направлении отряда, оставшегося без командира. Клинки, с которых еще стекала и капала на землю густая, тягучая тьма, он так и не убрал в ножны. Однако, к его удивлению, некросы не бросились в атаку, они так и стояли, бессмысленно глядя на него. А когда группа подошла ближе, внезапно зашевелились и расступились в стороны, образовывая проход посередине.

Эльфы, во главе с принцем, постоянно озираясь и держа оружие наготове, торопливо прошли между рядами скелетов, а потом, оглядываясь, побежали к твердыне. Добравшись, они отправили детей к матерям, забаррикадировали дверь и готовились к обороне.

Снаружи нарастал шум, молчаливый топот множества ног, отрывистые команды полководцев. А еще через некоторое время, глухой, мощный удар сотряс врата твердыни. Таэль собрал вокруг себя тех немногих, кто способен сражаться в полную силу. Все остальные разбрелись по твердыне, спасаясь от грядущей битвы.

Спустя почти час непрерывной осады, створки ворот, наконец не выдержав, сдались. Внушительное бревно, блокировавшее их, скорбно взвыло напоследок и треснуло пополам. Натужно скрипнув, створки с грохотом распахнулись и внутрь хлынул поток некросов.

Эльф принял на себя основной удар. Стоя прямо в проеме, он крутил двумя мечами, словно мельница, налево и направо раздавая противникам удары. В первые минуты боя, казалось, что он справится один. Но вот, останков нежити стало так много, что ему пришлось отступить, чтобы продолжать сражаться, стоя на полу. А после следующего шага назад, поток некросов стал шире, чем мог перекрыть воин и они начали по одному проскакивать мимо.

К удивлению всех присутствующих, хранитель знаний отошел в сторону и принялся плести узор заклинания, а когда закончил, голубая нить молнии соединила бесчисленное количество врагов, мгновенно испепеляя их. Но на этом чародей не остановился, вновь сплетая сложный узор, он запустил огненный шар, который, взорвавшись, разбросал десятки врагов в разные стороны.

А потом старик осел на руки стоящих рядом, теряя равновесие.

- Слишком давно я не практиковался. - Прошептал он, закрывая глаза.

Таэль'авир долго еще сдерживал напор некросов, все увеличивая количество останков у своих ног. Он видел, как умерли оба сопровождавших его воина, видел, как убивали мирных эльфиек и малышей, не способных ничего противопоставить. Еще раз поднимался старый хранитель знаний, чтобы взорвать еще один огненный шар. После этого и его захлестнула волна скелетов.

Наступил момент, когда беловолосый воин остался совершенно один в кипящем море врагов. Его смяли количеством, повалили на пол и несколько клинков одновременно пронзили его тело.

***

Он снова умер и вновь очнулся в своей постели. Сел и задумался. Теперь он был окрылен успехом. Теперь он знал, как победить дроу и добраться до твердыни, а еще знал, кто может помочь. Надо было только заставить старика вспомнить свои навыки.


Глава XV Раджистад.


Всю ночь Лазриэль не смог нормально медитировать. Стоило ему сосредоточиться, как неизвестный голос звал его. Маг пытался отыскать хозяина голоса, пролистал все тома некромантии в поисках ответов, но так ничего и не смог откопать. Все его попытки оказались безуспешны. А голос, тем временем, становился все настойчивее.

Утром, когда стали просыпаться члены группы, он окончательно убедился, что остальные ничего не слышат. Даже чуткое ухо лучницы не дрогнуло от очередного призыва. Наскоро позавтракав, они отправились в путь. Дорога предстояла дальняя и промедление было непозволительной роскошью.

Андориус продолжал рассказывать про то, как развивались ракшасы. Все в той или иной степени знали эту историю, но апостол освещал ее с новой точки зрения, как существо, видевшее все это своими собственными глазами.

А из головы эльфа так и не выходил ночной кошмар, которым обернулась сегодняшняя медитация. Во время привала, пока остальные еще неторопливо жевали, он быстро перекусил и вновь попробовал погрузиться в транс. Тишина. Благословенная тишина окутала и приняла в свои успокаивающие объятья. Маг прислушался. Удар сердца, тишина, еще удар, тишина, снова удар...

- Лазриэль...

Шепот разорвал звенящую тишину, словно гром среди ясного неба. Широко распахнув глаза и тяжело дыша, он осмотрелся по сторонам. Рейнджер неторопливо поднялась, собираясь осмотреть округу, гном с аппетитом поглощал свою пищу, Викинг все еще продолжал задумчиво копаться в себе, Андориус загадочно смотрел на него, будто о чем-то догадывался.

Очевидно, что призыв кроме него никто не слышал. Это настораживало еще больше. В мире не так много существ, которые способны залезть в голову разумному. И встреча ни с одним из них не сулила ничего хорошего.

Группа продвигалась все дальше на восток, а маг закапывался все глубже в пучину своих размышлений. Он не понимал, что изменилось после битвы с верховным шаманом, но осознавал, что голос появился именно оттуда.

Три дня уже остались позади. Путники давно спали под надежной защитой охранного периметра, только эльф в очередной раз прокручивал в голове все, что произошло в тот злополучный день. Он не мог спать, потому что опасался кошмара, а теперь не мог и погрузиться в медитацию. Все это время приходилось бодрствовать и силы истощались с неимоверной скоростью.

Чтобы не смотреть в темноту ночи, он решил под тусклым светом костра почитать фолианты, переданные гномом. Засунул руку в пространственный карман походной сумки и наткнулся на то, о чем совсем забыл в суете проходящих дней.

В руках он держал тот самый венок разума. Артефакт, который поднял племя варваров на небывалый уровень развития, заставил работать и воевать, учиться и развиваться, свел с ума и погубил верховного шамана. Могущественная вещь, которая должна помочь изменить судьбу целого народа, а быть может и целого мира. Разум кричал, срочно спрятать его обратно, но душа страстно рвалась к нему.

Маг недолго думая, поднял руки над головой и медленно, осторожно опуская, водрузил на нее артефакт.

- Ну наконец-то.

От неожиданности, эльф отбросил предмет и сам отскочил в сторону. Перепуганно озираясь по сторонам, он понял, что все продолжают мирно спать, а резной обруч тонкой работы невинно валяется в траве. Он взял себя в руки, поднял венок, подозрительно поглядывая на него. А потом, одним движением, словно заныривая в воду, вновь поместил его на голову.

- Лазриэль. Я ждал тебя целую вечность. Но вот, наконец, ты пришел. Вместе мы сумеем обрести величие. - Обещал голос.

- Кто ты? - Уже зная ответ, все же спросил эльф.

- Ты знаешь, с кем разговариваешь. Я частица души Харастиса. Я крупица силы бога. Я голос разума. Я теперь твой проводник в будущее.

- Ты свел с ума Ильдвара, заставив собственного сына убить его. - Пытался маг говорить тихо, не беспокоя спящих соратников.

- Он знал на что идет и был готов на жертвы ради своего народа. Просто его разум не был подготовлен к встрече с божественной силой, как и разум всех предыдущих верховных шаманов. Твой же готов. Ты тренировал его магией, к тому же ты избран самой судьбой. - Не унимался голос.

- Хорошо. Но чем ты сможешь мне помочь? - Искренне удивился Лазриэль.

- Самая большая сила, это знание. Я храню тысячелетнюю историю о многих народах, местах и артефактах. Я смогу помочь тебе решить проблемы и выбраться из самых сложных ситуаций.

- Хорошо, я поверю тебе, а учитывая то, как проходит наше путешествие, лишняя голова нам явно не помешает. - Немного расслабился эльф.

- Для начала перестань разговаривать сам с собой, это выглядит глупо. Сформулируй свою мысль, представь ее себе и направь силу на то, чтобы материализовать ее в собственной голове. Тогда я услышу тебя.

Смутившись тем, что сам об этом еще не подумал, маг сосредоточился на своих мыслях, сконцентрировался, собрал волю и разум в единое целое и выпустил мысленный посыл.

- Что мне делать дальше? - Молча обратился эльф к собеседнику.

- Пока делай то же, что и раньше. Ты идешь в верном направлении...

Лазриэль погрузился в себя, отгородившись от внешнего мира и пустился в разговор с невидимым собеседником. Они обсуждали прошлое и будущее, разговаривали о важных вещах и о том, что было просто интересно. Это был очень долгий разговор. Солнце уже стало подниматься из-за горизонта, озаряя первыми лучами маленький лагерь. Тогда голос предложил закончить сегодняшний диалог.

- Делай то, что должен, иди к своей цели. Верни силу Харастису, а потом, вместе, мы спасем этот мир. Когда понадобится, я буду рядом и помогу тебе. Сейчас же тебе пора.

Его грубо вышвырнули из собственного медитативного транса.

Маг стоял на том месте, где и начал погружаться, вот только все уже собрались вокруг. Прямо перед лицом маячило острое, как бритва, лезвие варвара, который с озверевшим лицом смотрел на него. Справа, со стрелой, направленной северянину в голову, напряженно застыла эльфийка. Рядом с ней, гном держал по теневому шару в каждой руке, ошарашенно поглядывая то на мечника, то на мага. Слева, апостол пытался достучаться до разума человека. Заметив прояснившийся взгляд спутника, Снэбьерн прорычал.

- Сними этот дьявольский артефакт.

- Успокойся и опусти меч. - Попытался эльф.

- Я уже потерял одного близкого мне человека и только клятва сдерживает меня сейчас от потери другого. - Прорычал он.

- Твой отец не был избранным и никто из носивших доселе артефакт, не был избран. Лазриэлю же судьбой предначертано быть хранителем. Артефакт не причинит ему вреда. - Вмешался Андориус. - Остынь. Опусти свой меч и мы спокойно все обсудим.

- Повторяй за мной. Если ты решил убить меня, тогда я освобождаю тебя от клятвы. - Заговорил артефакт.

- Если ты решил убить меня, тогда я освобождаю тебя от клятвы. - Повторил эльф.

- Сделай это прямо сейчас!

- Сделай это без промедления. - Подставил он свое горло прямо к клинку.

- Или убери его туда, откуда достал и мы забудем эту ситуацию.

- Или спряч свой клинок обратно в ножны и мы пойдем дальше рука об руку. - Закончил маг, слегка надавливая собственной шеей на острие меча.

Тонкая эльфийская кожа не выдержала и на кончике меча проступила рубиновая бусина крови. Это стало для викинга решительным аргументом. Он резко убрал свой двуручник от спутника и забросил в сторону, а сам широкими шагами отправился в другую.

- Проклятье! - Взревел он.

Все облегченно выдохнули.

- Я же обещал помочь. - Лукаво усмехнулся венок.

- Стой. Ему нужно побыть одному, чуть позже я сама с ним поговорю - Остановила рейнджер отправившегося было следом принца.

Лазриэль без подробностей рассказал остальным о том, что артефакт позвал его сам и теперь будет помогать в пути. Немного погодя, эльфийка привела хмурого воина и все, наконец позавтракав, отправились в путь.

***

В дороге маг очень часто разговаривал с венком разума, не снимая тот даже по ночам. Он узнавал очень много нового. Вера приоткрылась немного с другой стороны.

- Тебе так или иначе, придется убивать и не раз. Просто смирись с этим. Когда на кону стоит судьба целого мира, иногда придется жертвовать. - Услышал он однажды.

- Стоп, а как же заветы? Там же, среди прочего, совершенно открыто сказано, что нельзя лишать жизни. - Изумился эльф.

- Они безусловно важны, без этого давно наступил бы хаос. Но не в нашем случае. Ты сейчас орудие бога. И судьба сложилась так, что тебе придется убивать, возможно даже и невинных, кто знает, чем обернется наше путешествие. Только вот, ты же не станешь судить свои клинки? Ведь не будешь обвинять в убийстве огненный шар, который ты выпускаешь? Всю ответственность на себя берет рука, что направляет их. Так и в нашем случае, бог не станет осуждать собственное орудие, он простит тебе все, если попросишь. Ведь это он сам направляет тебя на тот путь, которым ты идешь. Твоя же задача, выполнить его волю и остаться в живых. - Был непреклонен голос.

- Я надеюсь, что мне не понадобиться никого убивать. - Искренне заявил маг.

- Ты поймешь, когда настанет время жертвовать. - Припечатал собеседник.

А потом он очень надолго замолчал, давая время обдумать все.

***

Много дней спустя, уставшая и потрепанная группа добралась, наконец, до Раджистада. Снаружи город сиял великолепием. Посреди пустынной равнины возвышались могучие стены большого города. Издали, они казались каменными, но были выполнены из цельной, обожженной глины. А за стенами возвышались скругленные разноцветные шпили города, бликуя на солнце и создавая мириады солнечных зайчиков.

- Впечатляет, не правда ли? - Вновь проснулся голос.

- Да уж, действительно поражающее зрелище. - Согласился маг.

- Когда я впервые был здесь, на этом месте еще стояла деревушка с тростниковыми хижинами. - Хохотнул собеседник.

Группа подошла к массивным резным воротам. По обеим сторонам стояли по два стражника. Закованные в легкую броню, ракшасы выглядели грозными и могучими. они расспросили прибывших о целях визита, а также о том, откуда идут и сколько планируют оставаться в городе.

Андориус правдиво ответил на все, только целью визита назвав необходимость навестить старого друга. Закончив расспросы, стражники мгновенно потеряли интерес к разношерстной компании и отправились по своим делам.

Спутники прошли через величественную арку ворот и оказались в городе. На них сразу обрушился многоголосый гул большого города. Хорошо, что разговаривать здесь было принято на общем языке, иначе какофония звуков свела бы с ума любого.

- Идем за мной. - Внезапно для всех заявил Лазриэль.

Венок безошибочно вел их к самому центру города. Мимо узких, оживленных улочек и тихих, безлюдных переулков. Через переполненный звуками и запахами маленький рынок, который, в соответствии с многорасовым городом, пестрил разнообразием акцентов и голосов.

- Подходите! Выбирррайте! Добррротные доспехи! Лучший мастеррр Ррраджистада, сделает для вас все самое лучшее!!! - Зазывал в свою лавку, надрываясь Ракшас.

- Эй, Киссска, да твои ржавые железззяки разззве что воду тассскать пригодятссся. - Обратился к нему сслихор из соседней лавки. - Толи дело мое оружие, вот что понадобитссся вам в пути.

- Закрррой свою ядовитую пасть, Сликан. Твои тупые клинки годятся только чтобы черррепах вскрррывать, да и то не с перррвого раза. - Не остался в долгу полутигр.

Перекрикивания двух торговцев еще долго доносились до удаляющейся группы. Они продвигались по краю рынка, то тут то там слыша предложения и перепалки. Торговые ряды внезапно закончились и взгляду мага открылась просторная мощеная камнем площадь, посреди которой, величественной громадой возвышался центральный дворец.

- Плащ внутри, в самом сердце столицы. - Ехидно заметил голос.

- Замечательно, всего-то зайти, да забрать. - Не остался в долгу эльф.

- Артефакт внутри. - Указал он взглядом на стоящую впереди махину.

- Замечательно, всего-то и осталось, проникнуть в самое сердце империи Ракшасов. - Хмыкнул гном.

- Ну мы конечно можем развернуться и уйти обратно - Вкрадчиво начала рейнджер, однако, увидев выражение лиц апостола и принца, сразу поправилась. - Но, кажется, что никого такой вариант не устроит.

- Думаешь, нас вот так запросто впустят внутрь и покажут, где взять древнюю святыню? - Возмутился Джибаро.

- Нет, не думаю. По этому вы сейчас отправитесь вон в ту прекрасную таверну и отдохнете, а я пока разведаю обстановку. - Указала лучница на приметную вывеску неподалеку.

- Я пойду с тобой - Оживился варвар. - Я не брошу тебя одну.

- Остынь, охранник, я сумею за себя постоять. Да и я на разведку иду, а не рубить всех, кто попадется на глаза. А ты на себя посмотри, тебя же за милю видно. - Остановила эльфийка воина. - Я быстро вернусь, вы не успеете соскучиться.

Она взмахнула рукой и растворилась в толпе. Остальные же, расталкивая прохожих, двинулись к замеченной таверне. Створки легко поддались, распахнувшись внутрь. В небольшом, прокуренном, полумрачном зале, тесно сгрудились десятка два столов с обшарпанными, старыми стульями. Заведение, по видимому, пользовалось большим спросом среди местных жителей. Но в этот час в зале находилось всего несколько существ. За столиком в углу, сидел одинокий джозлинг ветра, поглощая странноватое на вид, желеобразное месиво серого цвета. За соседним с ним столом примостился опрятно одетый полурослик, с аппетитом поедающий какую-то небольшую зажаренную птицу. Еще один столик был занят одиноким ракшасом, потрепанного вида и в дорожной, потертой одежде. И один стол занимала шумная, разношерстная компания.

Трактирщик с совершенно отсутствующим видом протирал свою стойку, удостоив вошедших лишь мимолетным взглядом. Группа прошла вглубь и уселась за дальний столик, оказавшись одинаково далеко от гнома и одинокого полутигра.

Снэбьерн, единственный, бывавший в подобных местах, отправился заказать еды и выпивки, пока остальные рассаживались за столом. Никто из присутствующих не заметил, как слегка сгустился мрак в дальнем углу зала. Тени словно собрались в клубок, да так и замерли.

Минут через десять, всем принесли горячую, еще дымящуюся похлебку, по большой глиняной кружке пива и куску твердого хлеба. Ели почти молча, наслаждаясь обжигающей едой. В пути им некогда было готовить и все уже соскучились по горячей жидкой пище. Когда трапеза уже подходила к концу, в зал вошла Элиандор. Она присела за столик к остальным и торопливо поглотила миску принесенной для нее еды, вытерла рот рукавом и принялась рассказывать, неторопливо потягивая пиво из глиняной кружки.

- Хорошего ничего не скажу. Дворец охраняется очень серьезно. Стражники не только ракшасы, но и джозлинги, есть даже и сслихоры, других не видела. Их много, а кроме того, только за то время, что я наблюдала, они сменились дважды. Так что, если убрать один из постов, у нас будет всего лишь минут десять. Однако за это время, успеть надо обследовать весь дворец. Пока мы не знаем, где именно находится плащ, нам не справиться. - Старалась негромко рассказывать разведчица.

- А может мы все-таки зайдем туда и спросим у верховного шамана? Или кто у них тут. Может он сам носит этот артефакт и захочет сам его отдать, когда узнает, что мы спасаем мир? - Наивно предположил гном, но увидев направленные на себя взгляды, быстро ретировался. - Хотя, наверное вы правы, он может и не отдать.

- Самое правильное в этой ситуации, - Начал Андориус. - Это снять здесь комнату и ждать. Я постараюсь выйти на связь с нашими людьми здесь и узнать подробности, но это займет время.

- Которого у нас и так катастрофически мало. - Вспылил эльф. - Каждая секунда промедления сокращает наши шансы на победу.

- Что ж, ты можешь сам пойти и вежливо попросить у раджи его священный плащ, вдруг он решит, что ты достоин и отдаст его тебе прямо там. Ну или отрубит твою нетерпеливую голову. - Спокойно заявил викинг, все еще с подозрением глядящий на эльфа

- Должен быть другой путь. - Не унимался маг.

- И он есть, господа. - Послышался незнакомый голос.

Они так увлеклись спором, что совершенно не заметили, как одинокий ракшас поднялся из-за своего столика и подобрался к ним вплотную.

- Вы достаточно громко разговаривали. Так что я, как и половина таверны, прекрасно слышал вас. И, так уж вышло, что мне есть, что вам предложить. - Ехидно улыбался он.

- Нам от тебя ничего не нужно. - Поднялся гном из-за стола.

- Думаю, стоило бы выслушать его, прежде, чем делать выводы. - Рассудительно заметил артефакт.

- Боюсь, что у нас и выбора-то нет. - Согласился маг.

- Мы тебя слушаем. - Ошарашил он своих спутников.

- Нет, ну я готов спорить с вами на что угодно, что его доверчивость сыграет с нами злую шутку. - Возмутился апостол.

Суровым взглядом, Лазриэль оборвал дальнейшие споры и вновь обратился к ракшасу.

- Я тебя слушаю.

- Не здесь. - Коротко бросил новый знакомый. Окидывая взглядом посетителей, которые, как один затихли, прислушиваясь к разговору. А потом жестом пригласил следовать за ним. - Я отведу туда, где можно говорить, не боясь быть услышанным.

Они собрались, бросили монеты за еду и выпивку, на стол трактирщику и вышли следом за ракшасом. Снова никто в зале не обратил внимания, как тени в углу растворились, словно перетекая через открытую дверь на улицу. А минуту спустя, туда вышел и полурослик.

***

Узкими извилистыми улочками родного города, Краджис вел своих новых знакомых к себе в логово. Пестрая компания сразу привлекла его внимание, а когда, прислушавшись, он с удивлением понял, что разговоры идут о краже бесценной реликвии... Такого он пропустить не мог. От возбуждения даже обрубок хвоста затрепыхался из стороны в сторону. Ракшас сразу, как только понял, что у чужаков проблемы, встал из-за своего стола, тихонько крадучись на мягких лапах, подобрался и вклинился в разговор.

Теперь же, он уверенно и молча шел на другой конец города, ведя их за собой. Эльф, судя по всему за главного, так что осталось убедить его в том, что им не обойтись без помощи и можно проворачивать самое громкое дело в истории краж.

Ракшас остановился у неприметного домика на самой окраине города. Открыл скрипучую дверь и зашел внутрь. Следом, через открытую дверь, осторожно ступили под крышу путники. Темноту старого, обшарпанного домика разгоняли лишь солнечные лучи, пробивающиеся сквозь зашторенное окно. Столик в углу и один стул возле него выдавали отшельнический образ жизни хозяина. Паутина в углах и явный слой пыли по всему полу, говорили о том, что внутрь никто давно не заходил.

- Проходите, присаживайтесь, если найдете куда. - Гостеприимно предложил он, выглядывая на улицу и закрывая за собой дверь.

- Очень уютная берлога - Съязвил Джибаро.

- Ну зато, он не в пещере хотя бы живет. - Вернула ему колкость эльфийка.

- Очень смешно. - Закатил гном глаза.

- Мы здесь по серьезному делу. - Одернул всех маг.

- Ты совершенно прав. Все очень серьезно. Дело в том, что я слышал ваш разговор. Вы собрались выкрасть самую охраняемую вещь в городе прямо из-под носа султана, при этом даже не зная ничего о дворце и даже не понимая, откуда красть. Я ничего не упустил.

- Ну о дворце-то мы, уже кое что знаем. - Возмутилась эльфийка.

- Угу. Сколько охранников снаружи и то, что у него круглая крыша. Вы знаете столько, сколько знает любой, кто хоть раз бывал здесь. А что внутри? Сколько там стражников? В какое время лучше всего проникнуть туда? Или может у вас есть возможность узнать это до того, как вы всей компанией окажетесь внутри? - Уперся Ракшас широкими полосами вертикальных зрачков в глаза задумавшегося эльфа.

- Мы тебя слушаем. - Нехотя сдалась лучница.

- А он дело говорит, смышленный. - Заметил голос.

- Хорошо. Так вот, вам нужен кто-то, кто сможет туда проникнуть и выбраться. К счастью для вас, теперь у вас есть на кого положиться. - Самоуверенно заявил полутигр.

- И где же он? - Съязвил апостол.

- Смешно. Меня зовут Краджис. Я лучший вор во всем Раджистаде. Да что там, весь восток знает мое имя. - Гордо ударил он себя в грудь.

- И что же в этом хорошего? - Удивился гном. - Вот у нас когда-то украли подпирающую потолок статую и никто до сих пор не знает, где она и кто украл. Вот это я понимаю, великий вор. А когда каждая собака при пропаже кости думает, что это ты, какой же ты тогда вор?

Ракшас недоуменно уставился на Джибаро, пытаясь понять новую для себя логику.

- На востоке другие принципы. - Обратился Андориус к некроманту. - Здесь воры относятся к особой касте. Они выставляют свои кражи на всеобщее обозрение. Самое главное, чтобы хозяин вещи не мог доказать твою вину.

- Видимо самым великим оказался тот вор, что украл твой хвост. - Обиженно заявил гном.

Эльф пригвоздил разошедшегося некроманта тяжелым взглядом.

- Извини, мой скверный характер иногда берет верх. - Сдался он под давлением Лазриэля.

Но было уже поздно. Краджис уже погрузился в прошлое. Фантомная боль от отсутствующего хвоста, пронзила его тело. Он с ужасом вспомнил тот день, когда рухнула вся его слава, когда султан поймал изворотливого и бесстрашного вора, взявшегося за кражу драгоценного кольца из его хранилища. Воспоминания нахлынули тяжелым потоком. Кто-то сдал его Шрокхану. Его схватили прямо на месте преступления. Без долгих разбирательств и лишних разговоров, притащили к султану и позорно обрубили хвост, а после с шумом и улюлюканьем, вышвырнули на улицу прямо на глазах у всех. Он пытался забыть тот день и начать все сначала, но никто больше не хотел иметь дела с полутигром, которого лишили гордости, имени и воровской чести.

За прошедшие годы ракшас распродал все свои артефакты и драгоценности дабы не умереть с голоду, а сейчас к нему прямо в руки идет такое дело. Он разом может и отомстить султану и восстановить свое былое величие. Конечно все очень непредсказуемо и опасно, но других вариантов пока нет. Да и сколько раз он с головой кидался в сомнительную авантюру.

А теперь представилась возможность одновременно и восстановить свою утраченную славу и отомстить султану за те годы унижения и бедности, что пришлось пережить.

- Прости моего друга за резкость, он иногда совершенно не понимает, что говорит. - Вывел эльф Краджиса из ступора. - Просто он крайне любопытен, а отсутствие хвоста, это очень веский повод задать вопрос.

- Ничего. Любой на вашем месте спросил бы то же самое. Я уже привык. - Однако, тигриные усы раздраженно дернулись.

Все взгляды были устремлены на говорившего, в ожидании истории, а если бы в это время кто-нибудь посмотрел в угол комнаты, он обязательно заметил бы, как тьма там перетекает и шевелится, собираясь в небольшой сгусток.

- Наверное это очень интересная история. - Не отставала Элиандор. Может все-таки поведаешь ее нам?

Краджис постарался отбросить горькие воспоминания как можно дальше, придать голосу, как можно больше уверенности и, как опытный лжец, стал сочинять прямо на ходу

- В ней нет ничего интересного. Моя профессия связана с частым риском. Временами приходиться выбираться из таких ситуаций, когда только ловкость и скорость позволяют остаться в живых. А любое неосторожное движение и любая, самая крохотная ошибка способна покончить с тобой. Хвост всего лишь атрибут и однажды из-за него, я чуть не стал мертвым вором. Тогда я решил обезопасить себя и отрезал его. Решиться было нелегко, но выгода превышала последствия. - Беззаветно фантазировал он, стараясь, лишь придать достоверности всему рассказу.

Ложь вышла столь убедительной, что ни у кого не возникло ни малейших сомнений в его искренности.

- Звучит правдоподобно. - Хмыкнул гном, делая вид, что не замечает укоризненных взглядов мага. - Только я вот никак в толк не возьму, зачем тебе-то помогать чужакам обокрасть своих?

- Все просто. Я вор и мне нужно поддерживать свою славу. А что может затмить кражу величайшего артефакта у самого султана? - Пояснил ракшас. - Если конечно, это все не красивая легенда.

- О, нет, поверь. Артефакт настоящий и находится именно здесь. Мы только ради него сюда и прибыли. - Заверил апостол.

- Тогда нам всем несказанно повезло. Вы получите свою добычу, я же получу свою известность на весь Эллирион. - Довольно рыкнул полутигр. - Я правильно понял, что вы не знаете, где именно искать?

- Наши люди передали, что он где-то во дворце. - Возмутился апостол.

- Понятно. Значит не знаете. Во дворце больше двух сотен залов, да и вряд-ли столь ценная вещь будет лежать без охраны посреди одного из них. - Логично предположил вор.

Андориусу пришлось молча согласиться с тем, что у них нет ответа.

- Что ты предлагаешь? - Спросил эльф.

- Я заметил, что вы очень торопитесь. - Шевельнул ракшас ушами. - Однако, если идти на дело прямо сейчас, уже к утру нас всех казнят. Я свяжусь со своими доверенными, соберу как можно больше информации. А вот завтра мы сможем провернуть дело, достойное царя воров.

- Думаю, что для всех нас, это лучший вариант. - Согласился эльф.

- Однажды, его доверие сыграет с ним злую шутку. - Тихонько прошептал апостол.

***

Алфардо жевал свою любимую мясную поджарку в самом популярном трактире Раджистада, когда туда же зашла странная компания. Все четверо были не местные и разных рас, а одежду покрывал толстый слой дорожной пыли.

Каждый невольно старался прислушаться к разговору за их столиком. Когда же полурослик расслышал, о чем идет речь, он с трудом сдержался, чтобы не выскочить в тот же миг из таверны и не помчаться прямо к султану с донесением. Остановило только то, что у него не было никаких доказательств, а принести хозяину пустые слова, в которых не уверен сам, он никогда не решился бы. Пришлось оставаться и дальше внимательно вслушиваться в беседу.

Полурослик вот уже много лет служил советником при Шрокхане и много раз приносил тому очень полезную информацию. А собирать ее приходилось в таких-вот местах. Любимыми источниками информации были центральный рынок и этот самый трактир. Тут можно было вкусно и дешево поесть, а заодно услышать много интересного. Горячая пища расслабляла тело, а пьянящее вино развязывало языки. Иногда он сам угощал всех присутствующих бочонком крепленого алкоголя, если чувствовал, что это поможет узнать больше.

В этот раз чутье снова не подвело и он наткнулся на действительно важный разговор. Когда в зал вошла эльфийская лучница, он весь обратился в слух. В этот момент любой заметил бы, что обычный гул заведения сменился звенящей тишиной, которую нарушали своим разговором только чужаки. Остальные же, внимательно прислушивались к ним.

Группа явно обсуждала кражу священной реликвии и полурослик собрался уже рвануться во дворец, на этот раз, уверенный в том, что происходит. Но в это время из-за своего места встал ракшас, который оказался хорошо известен советнику. Альфардо лично перехитрил и поймал в ловушку вора, подслушав его разговор именно в этом трактире. Гном снова сел и прислушался, однако, умудренный опытом полутигр не стал ничего говорить, перебросившись парой фраз, он неспешно направился к выходу, а компания двинулась за ним. Советник султана выждал несколько секунд, чтобы не вызывать подозрений, стараясь при этом доесть как можно больше заказанной похлебки. Потом он встал, бросил четвертак на стол трактирщику, который тот ловко поймал на лету. И вышел из трактира вслед за группой. А еще пару минут спустя, вслед за ним вышел черный, как ночь, ракшас и бесшумно скользнул по улице.

***

Альфардо еще не забыл, где живет вор и направился туда окольными путями. Тихими, узкими улочками, он добрался до нужного дома как раз вовремя, чтобы увидеть, как закрылась входная дверь. Осторожно подобравшись, он устроился прямо под окном так, что весь разговор внутри было отлично слышно.

Подслушав планы заговорщиков, полурослик, теперь уверенный в информации, развернулся и осторожно пошел по направлению к дворцу. Прошел до угла и повернул направо, в узкий проулочек, который, несколько раз вильнув, должен был вывести его на главную улицу. Однако, пройдя десяток шагов, он понял, что не один здесь.

Путь преграждал мощный, человеческий силуэт.

- Кто ты такой? - Бесстрашно шагнул советник вперед.

- Я конец твоего пути. - Ответил совершенно лишенный эмоций голос.

- Именем султана, уйди с дороги иначе пожалеешь! - Взвизгнул Альфардо, теряя самообладание. Упоминание султана срабатывало почти в любой ситуации. Но не теперь...

Незнакомец молча сделал шаг вперед, расправил за спиной огромные, кожистые крылья и единственным взмахом черного меча, он начисто срубил голову полурослика с плеч.

- Эльф - наш. - Прошептал он себе под нос. И растворился во тьме переулка.

***

Ракшас на крыше, еще долго не мог шевельнуться. Он сам уже собирался напасть на советника, когда среди теней переулка появилось существо, ему раньше не ведомое. Одним своим видом, оно внушало страх и трепет. Он замер и боялся пошевелиться, а когда голова полурослика покатилась по земле, перестал и дышать, молясь лишь о том, чтобы его не заметили. А потом существо буркнуло что-то себе под нос, но что именно, от страха он не смог расслышать, и исчезло среди теней переулка.

Фрахис никогда в своей жизни не перемещался так быстро. Он соскочил с крыши прямо на землю и, опустившись на все четыре лапы, помчался через весь город прямо к убежищу мятежников. Остальные его соратники ушли из трактира сразу, как только отправили его самого следить за странными гостями города. Теперь же, все с нетерпением ждали от него вестей.

Перепуганный ракшас ворвался в логово, запер дверь и долго не мог прийти в себя и восстановить дыхание. Все вокруг терпеливо ждали, пока он успокоится и сможет говорить. Ощущая напряжение остальных, он неимоверным усилием, заставил себя несколько раз глубоко вдохнуть, выравнивая дыхание, а потом, сбиваясь и торопясь, рассказал все, что увидел.

- Значит они собираются выкрасть плащ, Краджис вызвался им помочь, а демоны убивают тех, кто стоит на пути? Ничего не упустил? - Подвел итог рассказа, Мбатор.

- Да, как-то так. - Согласился с ним разведчик.

- Реджи. - Рыкнул полулев другому ракшасу. - Отправляйся туда и не спускай с них глаз. Слушай и смотри во все глаза и уши. Я должен знать, когда точно они собираются проникнуть во дворец. Мы используем переполох в своих целях и наконец-то восстановим справедливость.

***

Таэль'авир хорошо запомнил всех, кто сражался во сне и у него появился авантюрный план. Рассказать никому о своем видении, он до сих пор не мог, а значит действовать нужно по другому. Он нашел всех эльфиек, которые бились с ним бок о бок, подошел к каждой из них и намекнул на то, что в скором времени состоится соревнование эльфийских женщин, в котором им придется сражаться, стрелять и проявлять свои навыки выживания. Он также предложил каждой потренироваться, для увеличения своих шансов. После он прошелся по юным эльфам, которые тоже могли принести пользу в бою и так же предложил им подготовиться к предстоящему состязанию среди них.

После завершения этого нелегкого дела, эльф отправился решать более сложную и более важную задачу. Добравшись до библиария, он обнаружил старика, как всегда, на своем месте, разбирающим кипы бумаг.

- Приветствую тебя, достопочтенный хранитель знаний. - Елейно начал он разговор.

Старик мгновенно оторвался от текстов, поднял голову и удивленно уставился на посетителя.

- За все долгие годы, что я тебя знаю, ты никогда не отличался почтением. Да и в особенной учтивости замечен никогда не был. А теперь заявляешься ко мне и вот так начинаешь свое обращение. Что тебе нужно? - Спросил он прямо.

- Ну, кое что мне действительно нужно. - Замялся эльф.

- Продолжай... - Подтолкнул старый хранитель.

- Я хочу научиться магии. - Нерешительно выпалил Таэль.

- Обратись к верховному магу. Он здесь именно для того, чтобы учить эльфов магии. - Сказал хранитель и потерял интерес к юноше, вернувшись к своим делам.

- Нет! Я хочу сделать для него сюрприз на празднике по случаю турнира. Потому и обращаюсь не к нему. А он когда-то обмолвился, что вы очень способны в магии. Да и знаний у вас здесь великое множество. - Окинул он взглядом громады полок, заставленных бессчетным количеством разномастных фолиантов и свитков.

- Сюрприз, говоришь? - Задумчиво пробормотал старый эльф, вновь отрываясь от чтения.

- Да, хочу показать ему, что познал основы магии, думаю он будет приятно обрадован. - Воодушевленно говорил эльф.

- Хм, пожалуй, его это действительно должно поразить. - Задумался хранитель знаний. - Только вот я давненько не упражнялся...

- Прошу, мне больше не на кого положиться. Ученики не смогут утаить от него мою просьбу. - Взмолился эльф.

- Хорошо, я помогу тебе. Дай мне несколько дней, чтобы восполнить колодцы маны и привести разум в порядок. Тогда и начнем.

Таэль'авир покинул библиарий в приподнятом настроении. Еще немного и можно будет не беспокоиться о судьбе мирных жителей. А пока, он отправился продолжать тренировки.


Глава XVI Дворец.


До конца дня группа находилась в томительном ожидании, пока новый знакомый восстанавливал свои связи и искал информацию. А когда поздним вечером, он вернулся обратно, все накинулись на него с расспросами, как только открылась дверь.

- Эй, остановитесь. Чего вы от меня ждете? Я что, должен за несколько часов узнать то, что скрывалось годами? - Негодовал он.

- Ну ты же сам сказал, что завтра мы сможем пробраться во дворец. - Возмутился эльф.

- Сможем. Только, если сделаем это, тогда там и останемся. - Был непробиваем ракшас.

- И что же ты предлагаешь? - Обреченно вздохнул Лазриэль.

- Пока ничего. Я поднял все свои старые связи, использовал забытый должок, который был за одним из приближенных султана, если все пойдет по плану, тогда завтра у нас будет достаточно информации, чтобы не нырять в пучину, не зная глубины. - Спокойно ответил Краджис.

- Ты обещал, что завтра у нас будет достаточно информации, а теперь говоришь, что завтра только возможно будет хоть что-то? - Вспылил маг.

- А я говорил, не доверять ему. - Подливал Андориус масла в огонь.

- Не кипятись, время у нас еще есть. Пока что мы все успеваем. Поторопиться конечно не помешает, будет больше времени на подготовку, но и излишняя суета не принесет пользы. - Вмешался венок.

- Успокойся, Лазриэль. Время у нас пока еще есть. Лучше потерять один день, чем проиграть все. - Пыталась урезонить его лучница.

- Ладно-ладно - Примирительно поднял руки эльф. - Все-равно у нас пока нет другой возможности. Прости, Краджис, просто каждый день промедления приближает гибель моего народа.

- Ничего, я тебя понимаю и сделаю все, что в моих силах. - Заверил полутигр.

Остаток дня прошел за скудными разговорами и бесконечными попытками убить время. Эльф много медитировал, пытаясь усилить свои некротические возможности.

- Думаю, что дело в слишком большой разнице между твоим светлым началом и материей, которой пронизана некротическая энергия. Она поддается тебе из-за отсутствия выбора, но не может сплестись в заклинания, не хватает связующей тьмы. - Заявил артефакт.

- Джибаро предполагал то же самое. Но тогда мне просто не совладать с ней. Ведь я не могу изменить свою природу. - Загоревал маг.

- Вообще-то путь есть. Он долгий, трудный и не по душе тебе, но, так или иначе, тебе придется им пойти. Не стану тебя подталкивать, ты сам поймешь, что я прав. Учитывая нашу великую цель, тебе придется принести жертву ради нее. И чем дальше, тем тяжелее будет эта жертва. Когда же ты впустишь частичку первородной тьмы в свою душу, тогда ты сможешь познать силу некромантии, тогда ты сможешь найти ответы на свои вопросы. - Поделился венец.

- Ты прав, я не готов идти на жертвы. - Возмутился эльф.

- Пока... Когда ты поймешь, что от этого зависит судьба твоих сородичей. Когда ты увидишь, что одной смертью можешь спасти сотни и тысячи жизней. Вот тогда ты примешь верное решение. - Не унимался голос. - А когда цель будет достигнута, ты получишь прощение перед лицом творца.

- Боюсь только сам я себя простить не смогу. - Завершил разговор эльф, пытаясь изгнать из души частицу сомнения. Если артефакт прав, тогда ... Об этом он думать не хотел, а потому погрузился в оттачивание своих заклинаний.

***

Рано утром, все, по привычке проснулись, позавтракали и, коротая томительное ожидание, отправились на прогулку по городу. Ракшас оказался замечательным проводником. Он показал и рассказал много интересного. Провел по центральному рынку, о чем-то громко переговариваясь на своем языке, почти с каждым торговцем, показал двух- и трехэтажные особняки богатых горожан, отделанные белоснежным камнем. Провел по мощеным улочкам города, рассказывая интересную историю про каждый дом и примечательные дворики.

А когда солнце уже стояло в зените, к нему торопливо подошел другой ракшас, шепнул что-то на ухо и так же быстро удалился. Краджис повернулся с серьезным выражением тигриной морды.

- Кажется мой старый долг выплачен. Мне нужно сходить на встречу, за информацией. А вы, идите обратно, я скоро приду и возможно принесу хорошие вести. - Возбужденно проговорил он.

Рассказав остальным, как добраться до дома, он быстро скрылся из вида. Оставшиеся без проводника, приметные спутники быстро стали предметом ажиотажа со стороны местных купцов. По пути через рынок, им предлагали неизвестные деликатесы, странно пахнущие пряности, свежую рыбу, добротные доспехи, предлагали даже провести время с готовыми исполнить любое желание полутигрицами.

Наконец добравшись до дома, спутники, с облегчением выдохнув, оказались в спасительной тишине. Они пообедали тем, что оставалось в запасах и снова приготовились к томительному ожиданию.

Краджис вернулся несколько часов спустя. Судя по довольной ухмылке, он достал, что хотел.

- Ну? - Нетерпеливо поторопил эльф.

- Пожалуй все складывается гораздо проще, чем я ожидал. Долг выплачен сполна. Мой друг не только рассказал куда именно нам нужно, но и указал все маршруты стражи и объяснил, как именно добраться до артефакта. Вот здесь все, что нам надо. - Достал он плотный, скрученный в трубку свиток и бросил на стол.

- Отлично! - Не удержался Лазриэль.

- Для начала разработаем подробный план и уже этой ночью сможем приступить. - Ракшас раскатал на столе пергамент, показывая всем достаточно подробную карту дворца.

Остаток дня ушел на пристальное изучение карты и рассмотрение возможных проблем. А ближе к ночи, все были готовы выступать. Оружие проверено, колодцы маны наполнены до отказа. Краджис подошел к дальней стене, с размаху вонзил когти в крайнюю доску пола и выдернул ее. Отбросил в сторону, опустился на колени и стал шарить там лапой. А потом достал оттуда черный сверток и два странных предмета, которые состояли из множества ремешков, металлических пластин и лоскутов кожи. Остальные пристально наблюдали за ним.

- Это что? - Удивился гном.

- Надеюсь, что вам не придется этого узнать. - Печально ответил полутигр.

Когда последние лучи солнца скрылись за горизонтом, все были готовы. Андориус воздал молитвы богу и напитал силой света свои руки, Джибаро и Лазриэль восполнили свои колодцы маны, Снэбьерн заточил лезвие своего двуручника, Элиандор разложила стрелы в колчане и натянула тетиву лука. А Краджис облачился в черные одежды и нацепил на руки замысловатые перчатки, почти пол часа потратив на регулировку различных ремешков. Когда длинные перчатки скрылись под черными рукавами балахона, он наконец повернулся к остальным.

- Готовы к краже ? - Довольно рыкнул вор.

Увидев решительные взгляды, он открыл дверь и, поманив за собой, шагнул в темноту ночной улицы.

***

Ракшас долго вел спутников извилистыми, темными улицами, пока они наконец, не оказались у подножия городской стены.

- Мы что не в ту сторону шли? - Возмутился гном.

- Иногда, чтобы стать ближе, нужно отойти дальше. - Глубокомысленно парировал полутигр.

На недоуменные взгляды всей команды, он вместо ответа, присел на корточки, пошарил рукой по земле, сметая пыль и песок и торжественно, словно повар, открывающий свое лучшее блюдо почетному гостю, распахнул деревянный люк.

- Здесь начинается путь ко дворцу. - Тихо прошептал он, опасливо оглядываясь по сторонам. - Давайте все внутрь, пока нас никто не увидел.

Один за другим, все оказались в вонючем тоннеле, в котором не было видно ничего. Единственным источником света оказались тонкие полоски между досками закрытого люка, сквозь которые, пробивался звездный свет.

Осторожно ступая, Краджис повел всех в обратном направлении. Под ногами противно хлюпала зловонная жижа и Джибаро постоянно недовольно бурчал что-то по этому поводу.

Ракшас прекрасно видел все, гном также просто ориентировался тут, как и дома, эльфийское зрение, некоторое время спустя то же дало возможность идти достаточно легко. Тяжелее же всех приходилось, идущему последним, Снэбьерну. Он не видел совершенно ничего. Даже собственные руки, казалось потеряли материальность. Он передвигался, ориентируясь на ощупь и обманчивый звук. Из-за этого путь в обратную сторону занял вдвое больше времени, чем должен был.

Наконец, все собрались вокруг такой же лестницы, по которой спускались вниз.

- Вот этот ход приведет нас прямиком во дворец. Там нужно быть крайне осторожными. Чем позже нас засекут, тем больше шансов выбраться живыми. Стражники носят магические амулеты, позволяющие поднять тревогу при необходимости, так что, стоит попасться одному, как весь дворец узнает о нашем появлении. - Наставлял он.

- О нашем приближении все сразу узнают по кошмарной вони. Клянусь, если мы простоим здесь еще хоть немного, я добавлю к этой зловонной жиже еще и свой завтрак. - Скривился в отвращении гном. - А мне он еще самому нужен.

- Ладно, главное запомните, вести себя как можно тише. Я пойду первым, как подам знак, можете вылезать. - Закончил он и ловко взобрался по лестнице.

После того, как оглушительно скрипнув заржавевшими петлями, открылся и закрылся люк, прошла вечность. Время тянулось бесконечно долго. За те несколько секунд, что минули, маг дважды порывался взобраться наверх, но усилием воли, заставлял себя ждать.

Наконец, люк снова откинулся и уже знакомый силуэт поманил всех наверх. Воздух в коридоре оказался застоявшийся и не такой свежий, как хотелось, но он хотя бы не был пропитан тошнотворной вонью. Уже одно только это воодушевило всех, а северянин был особенно рад. Коридор тускло освещали несколько коптящих факелов, позволив, наконец, нормально видеть.

- Давненько я здесь не был. А уж под покровом ночи и через вонючую яму в полу, так и вовсе никогда. - Усмехнулся артефакт.

- Да, не такое еще повидаешь, выполняя задания древнего полубога. - Не остался в долгу эльф.

- Безумного полубога. - Весело поддержал венец.

Коридоры тонули в полутьме, позволяя рассмотреть только силуэты и скрытые тенями стены. Группа тихонько, крадучись передвигалась из одного зала в другой, лишь гном постоянно бурчал что-то под нос, наступал не туда, куда надо, цеплял предметы или, чертыхаясь, спотыкался. Никого из хозяев или стражников видно не было. Звенящая тишина иногда нарушалась отдаленным лязгом металла или тихими шагами патрулей, но вор уверенно вел всех так, что ни разу не пришлось встретиться ни с кем.

Спустя двадцать минут блужданий по бесконечным коридорам и залам, они вышли в темный проход. Ракшас припал к полу и навострил уши, сделав остальным знак, оставаться на месте. Из темноты доносился странный шуршащий звук и редкое позвякивание. Краджис сделал оставшиеся несколько быстрых шагов вперед, укрылся за колонной и уже оттуда просигналил всем отойти и спрятаться.

Едва все успели замереть, в проходе мимо них скользнул огромный сслихор с четырьмя лапами. На поясе у грозной твари покоились четыре изогнутых длинных клинка, по два с каждой стороны. она остановилась, осмотрелась по сторонам, слегка подрагивая змеиным хвостом и двинулась дальше.

- Что это был за четырехлапый монстр? - Спросил Джибаро, покидая свое укрытие.

- Это Тхазар, личный телохранитель султана и самый почитаемый из всех сслихоров. - Ответил Краджис - Полузмеи развиваются в разных направлениях. Кто-то приобретает маскировку, кто-то крылья, кто-то отращивает нижние конечности и становится ящером, а он пустил эволюцию на отращивание новой пары верхних лап. Страшный противник.

Оставив жуткое существо позади, спутники поторопились дальше и через несколько залов, наконец оказались перед массивными створками тронных дверей. Ракшас в очередной раз напомнил всем быть потише и аккуратно надавил на дерево двери. Слегка скрипнув, та поддалась и открыла глазам пустой, почти темный тронный зал.

Постоянно оглядываясь по сторонам, все медленно вошли внутрь. Со стороны дверей тускло горело несколько факелов, а в дальней части зала было совершенно темно. Ракшас, озираясь, прокрался к самой середине, туда, где узоры пола сходились в одной точке.

- Это должно быть здесь. - Возбужденно заявил он.

Полутигр опустился на одно колено и нащупал на полу сложный символ рисунка, а затем надавил и шепнул активирующую формулу. Глубоко внизу что-то глухо громыхнуло, послышался приглушенный металлический лязг и трение камня о камень. Центральная площадка, метра два в диаметре, стала медленно подниматься, поворачиваясь .

Когда звуки затихли, а внушительная каменная колба, высотой в полтора человеческих роста, с шумом крутанулась слегка назад и замерла, вор обошел ее вокруг. Его обеспокоенно-удивленное лицо заставило остальных последовать за ним.

С обратной стороны в колбе имелось углубление почти во весь ее размер. В этом углублении начиналась винтовая лестница, ведущая прямо вниз. Эльф уже собирался подтолкнуть товарища идти вперед, как, внезапно, яркий свет резанул глаза, заставляя зажмуриться.

- Вы же не думали, что все будет так просто? - Расхохотался незнакомец.

Когда глаза немного привыкли к новому освещению, все встало на свои места. Все факелы разом вспыхнули, разгоняя мрак. А в той части зала, где еще мгновение назад было темно, восседал на своем троне сам султан. Вокруг него выстроились охранники. Двери, снова скрипнув, закрылись и на пороге застыл Тхазар, с клинками во всех четырех лапах.

Султан поднялся с трона. Голову украшала золотая корона. На плечах, словно небрежно, был накинут красный плащ, почти до пола. Полутигр мягко, неспешно сделал шаг вперед, окинул взглядом незваных гостей и остановился на сородиче.

- Краджис, старый знакомый. Нашел тех, кто не в курсе твоего положения и решил ими воспользоваться? - Вкрадчиво начал он. - В прошлый раз я тебя пощадил. В этот, отрублю не хвост, а голову.

Все удивленно уставились на вора.

- Говоришь мешал в работе? - Зло покосился Джибаро на обманщика. - Так вот почему ты решил нам помогать, из-за мести.

- Он что, сказал вам, что сам отрубил себе хвост? - Расхохотался Шрокхан. - И вы поверили, что ракшас по собственной воле лишит себя своего достоинства? Тогда мне вас ни капли не жаль.

Он развернулся, шагнул обратно и устало рухнул на трон.

- Тхазар, разберись с ними. - Небрежно махнул правитель.

***

Сслихор, так и стоявший до сих пор у дверей, ударив хвостом, рванулся к центру зала. Одновременно с ним, двинулись и остальные стражники. Краджис бросился наперерез телохранителю. Несколько сложных пассов руками и благодаря магии или сложным механизмам, перчатки выбросили с тыльной стороны ладони по два обоюдоострых лезвия из каждой. Полутигр умело орудовал ими, нанося удары под немыслимыми углами, но каждый раз встречал лишь блок изогнутого меча. У противника не было проблем, четыре руки позволяли легко отражать все выпады. Змей откровенно издевался над более слабым врагом.

Снэбьерну пришлось взять на себя ракшаса и джозлинга огня. Он размахивал своим двуручником, не подпуская опасных врагов к себе. Элиандор укрылась за широкой спиной варвара и выпускала стрелу за стрелой, лишь мешая противникам. Они были слишком изворотливы и быстры, уворачиваясь от всех смертоносных снарядов, а иногда и отбивая их.

Джибаро едва успел сотворить вырвавшиеся из земли руки, которые остановили направляющегося к нему ракшаса, а вот сслихор только на мгновение задержался, а потом пополз дальше. Стрела тьмы прочертила воздух, но изворотливый враг избежал ее и рванулся вперед.

Лазриэль успел подготовиться к атаке, но против него было сразу трое противников. Змей, резко сократив расстояние, устремился к нему. Маг запустил огненный шар, но не попал. Воздушный джозлинг, не торопясь приближаться, метнул пару клинков, эльф едва успел отбить их волной силы, заодно отбросив назад и первого врага. Ракшас в это время, обнажив два коротких обоюдоострых меча, со всех ног бросился к жертве. Перекатом ушел от огненного шара, отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от ледяного копья, а потом, на мгновение, низко припав к земле, он внезапно побежал прямо по стене, уходя немного в сторону и пропуская очередной шар огня, а затем высоко прыгнул, поднимая клинки в желании рубануть со всей силы. Принц успел выпустить молнию прямо в летящего врага, но полупантера была настолько быстрой и гибкой, что даже в воздухе смогла извернуться, отклонившись от разряда, правда при этом и полет закончился далеко в стороне.

Падая в заднем перекате, пантера заскрежетала когтями по каменному полу, а затем снова прыгнула вверх. Маг укрылся барьером, в него тут же ударились два метательных клинка, брошенных джозлингом, а как только ракшас ударился о невидимую защиту, сразу получил пылающий шар прямо в морду. С такого расстояния увернуться было невозможно и воздух наполнила отвратительная вонь паленой шкуры, а в ушах зазвенело от рева и визга.

Снэбьерн не мог противостоять двоим настолько быстрым противникам и он попытался разделаться с ними по очереди. Взмахнув несколько раз наотмашь круговым ударом, что бы освободить себе место, он повернулся к ракшасу слева и обрушил на него всю свою мощь, первые три удара не нашли цели, а вот четвертый враг попытался блокировать. Викинг вложил столько силы в замах, что противник, принимая его, потерял равновесие и его тут же настигла стрела лучницы, освобождая варвара для второго противника. Северянин успел обернуться как раз вовремя, чтобы отбить атаку.

Краджис уже успел пожалеть о том, что выбрал этого врага, но он слишком долго копил ненависть на змея, который лично отрубил его хвост. Удар за ударом, он никак не мог достать четырехрукого и прекрасно понимал, что тот играет с ним.

Гном с трудом сдерживал атаки сслихора. Костяной щит пока спасал от ударов, но ответить было нечем. Попытавшись отпрыгнуть и создать шар тьмы, он чуть не попал под удар. А ракшас тем временем преодолел уже половину пути. Как только враги нападут вместе, у него просто не будет шансов закрываться от обоих.

Лазриэль оставил лежать в стороне скулящего противника и продолжая держать магический барьер, обратил свой взор на приближающегося. Новый шар огня попал точно в цель, но оказалось, что чешуйчатая шкура отлично защищает от пламени. Тяжелый удар пары клинков сотряс барьер. Эльф выпустил волну маны, отбрасывая врага. Тут же по барьеру ударила пара метательных ножей, Джозлинг не сдавался. Маг сосредоточился на одной цели. Собрал силу и выпустил огненную струю. Переливая ману, он поддерживал заклинание до тех пор, пока змей, зашипев и пронзительно завизжав, не отполз в сторону, неистово корчась. Лазриэль с отвращением поморщился, оборачиваясь к оставшемуся метателю.

Краджис использовал весь арсенал своих уловок и финтов, пытаясь достать соперника. Он попытался напрячь свои мышцы до предела, но четыре руки создавали перед ним словно металлический барьер. Тхазару надоело играть с полутигром. Отбив очередной удар, он поднялся выше на хвосте и обрушился на врага, ударяя всеми четырьмя клинками, а когда тот, не имея выхода принял все на верхний блок, змей ударил в грудь мощным хвостом, отбрасывая жертву на несколько шагов назад. Проворно подобравшись к нему, сслихор снова поднялся на хвосте, собираясь воткнуть все четыре клинка в тело беззащитного тигра.

Вор блокировал сверху кошмарный удар четырех лезвий, но уже ничего не мог сделать против хвоста, взмахом которого, враг выбил из него дух. Он потерял ориентацию, волчком завертевшись в воздухе. И только кошачья ловкость позволила ему упасть не ударившись головой о каменный пол. Однако подняться он не успел, змей навис, поднимая все четыре клинка, острием вниз, готовый пригвоздить его тело к полу. Не имея времени и возможности защититься или увернуться, Краджис простился с жизнью, но его спасла эльфийская стрела, пролетевшая над головой, шурша оперением.

Джибаро со страхом посматривал на, продирающегося через заклинание, ракшаса, пока второй противник продолжал рубить и полосовать его костяной щит. Он попытался разорвать расстояние и отпрыгнуть в сторону, но споткнулся и растянулся на полу. Сслихор над ним уже приготовился завершить бой, когда из его шеи внезапно показался наконечник стрелы. Поверженный змей бешено забил хвостом по полу и, схватившись за рану, хрипя повалился набок. Гном встретился взглядом со спасительницей, благодарно кивнул ей и поднялся на ноги, готовый сразиться с вырывающимся из цепких лап ракшасом.

Джозлинг, понявший, что снаряды не доставляют противнику никаких неудобств, достал излюбленные здешними воинами парные клинки и бросился навстречу магу. От огненного шара он увернулся, потом сделал кувырок, избегая второго, проигнорировал молнию, а когда был уже в двух шагах от жертвы, пол внезапно дрогнул.

Лазриэль видел бегущего метателя. Для шаров огня он был слишком быстр, а молния прошла сквозь создание воздуха, не причинив ему вреда. Тогда маг собрал силы и тряхнул дрожью земли пол в направлении бегущего. Тот оказался не так ловок, как ракшасы и опрокинулся, а когда поднялся после переката, получил прямо в грудь заряженный ментальный толчок, отбросивший его к дальней стене. Бой был почти выигран и эльф обратил свой взгляд на ухмыляющегося султана, который кажется совершенно не переживал.

Стрела была пущена так точно, что нижнюю правую кисть отсекло начисто. Змей взвыл, давая Краджису возможность вскочить на ноги и снова выпустить когти-клинки. Пока Тхазар не успел опомниться, ракшас полосовал блоки врага. Теперь в обороне наметилась явная брешь. Привыкший орудовать сразу четырьмя руками, сслихор еще не успел полностью перестроиться. Этим и воспользовался привычный к приспособлению полутигр. Несколько резких, неожиданных ударов в левую сторону заставили змея немного повернуть корпус. Ракшас с разворота полоснул по диагонали левой рукой сверху вниз, а потом, внезапно, полоснул и обратным движением. Два бордовых следа прочертили чешуйчатый бок, враг снова взревел и завертел клинками еще сильнее.

Андориус находился рядом с лучницей и на протяжении всего боя, вливал в своих соратников благословения, увеличивая их скорость, силу, выносливость, согревая их изнутри жаром божественного тепла. Когда один за другим стали умирать противники, он поднялся с колен.

- Отвернись от меня. - Буркнул он на ухо эльфийке.

Апостол поднял руку высоко над головой и в ней зажегся тусклый огонек. Потом сама раскрытая ладонь засветилась чуть ярче, привлекая внимание всех к себе, а потом, внезапно, ярчайшая вспышка резанула по глазам.

Почти все противники оказались ослеплены и закончить сражение не составило особенного труда. Каждый разделался с оставшимся врагом одним ударом, только Краджис раз за разом продолжал вонзать свои клинки в тело уже безжизненного Тхазара. Когда же и он наконец успокоился, все собрались возле мага, восстанавливая дыхание.

Напротив, в окружении четырех джозлингов, все еще в своем троне и все так же скалясь и ухмыляясь, продолжал спокойно сидеть султан.

- Вы сильны. - Заметил он. - Отдаю должное, я вас недооценил.

- Так отдай нам плащ и мы покинем твою обитель. - Предложил Лазриэль.

- Жаль терять таких способных воинов, но одним своим присутствием здесь, вы оскорбляете меня. - Пояснил султан. - Так что у меня нет выбора, я должен вас убить.

- Сегодня погибли многие. Ни к чему увеличивать их число. - Пытался договориться эльф. - Отдай нам реликвию, с ее помощью мы спасем тысячи жизней.

- Я уже сказал, что не могу, маг. Ты знаешь, что таких, как ты, в наших краях называют творцами, в честь магов, которые нас создали? - Откинулся ракшас на спинку кресла. - Так вот, вокруг меня сейчас стоят сильнейшие из них.

Шрокхан жестом указал приспешникам начинать и те не заставили себя просить дважды. Их было четверо. Сильные, уверенные, опытные, они были сплоченным отрядом. Каждый из четырех представлял свою стихию. Беспроигрышная связка против любого врага. Джозлинги огня, воды, воздуха и земли. Каждый мастер в своей стихии. Они выстроились в линию, шагах в десяти от цели. Тактика боя была давно отлажена. Каждый отвечал за свою стихию, защищая остальных, атаковали по готовности и, пока нет необходимости, только по одному.

- Встаньте за мной - Коротко бросил эльф, не оборачиваясь. - Джибаро, защити всех.

- Легко сказать. - Буркнул гном, начиная создавать костяной щит.

Он увеличивал щит до тех пор, пока за ним не смогли спрятаться все. Апостол положил руку на плече гному, зажмурил глаза и стал нашептывать слова значение которых были ведомы только ему. Костяной щит словно засветился изнутри, а викинг помогал держать его вес. Никто из врагов все это время не шевельнулся, молча глядя на все потуги незваных гостей.

- Ну что ж, посмотрим, чего он стоит? - Подал знак султан.

Джозлинг огня тут же запустил пару огненных шаров, которые бессильно разбились о барьер эльфа. Водяной проверил его прочность веером смертоносных сосулек. Воздушный запустил несколько молний, отрекошетивших в пол и стены. А Дух земли попытался сбить врага короткой встряской пола под ногами, но проворный эльф устоял, в свою очередь, запуская три пламенных шара во врагов. Каждый из них потух, так и не достигнув цели, а задорно подмигнувший джозлинг огня, несколькими взмахами руки, запустил во врага тугую, скрученную струю пламени, которая пыталась ввернуться в защиту эльфа. Барьер выстоял, но при каждом попадании он пожирал все больше маны.

Проверять, насколько долго он сможет выдерживать атаки, Лазриэль не стал, а потому перешел в решительное наступление. Символ за символом, он поднимал в своей голове, наполянл силой и выпускал вперед. Огненный вал, огненные струи, молнии и ледяные копья. Он запускал все под разными углами и в разных врагов, но те так дружно действовали, что шансов достать любого, пока не оставалось. Одно из ледяных копий, пущенное в духа воды, было поймано им и брошено в создателя. После этого, эльф стал швыряться в них только несмежной магией. Огненной в водяного, земляной в воздушного...

Особенного эффекта не произошло. Молнии исчезали, лед таял, земля просто останавливалась и рассыпалась, а огонь тух, не добираясь до цели. Когда колодец маны оказался опустошен наполовину, эльф понял, что надо придумывать выход, иначе он просто растрачивает попусту ману. А еще после нескольких неудачных попыток, голос артефакта, наконец подсказал ему, как быть. На кону стояла его собственная жизнь, как и жизни многих, потому, судьба врагов его сейчас не интересовала.

Четверо стихийных духов откровенно усмехались его попыткам, как и султан, сидящий дальше, за их спинами. Этим эльф и воспользовался. Выпустив из рук искры Арфаэля, он тут же снял барьер и вызвал в голове сразу пару символов, напитывая оба силой до краев. Не будь джозлинги так уверены в себе, они атаковали бы даже сквозь летящих огненных светляков, но они ждали, пока заклинание достигнет цели и растворится, подчиняясь воле пламенного духа и лишь тогда стало видно, что маг наполняет силой заклинание.

Лазриэль торопился, используя все свои возможности, до предела растягивая каналы, а когда краем глаза уловил, что джозлинг земли стал что-то творить, больше тянуть стало нельзя. Он выпустил оба символа, ударом посоха о каменный пол отправляя в сторону врагов гудящий огненный вал.

Духи стихий до последнего стояли не шевелясь и даже не пытаясь защититься от надвигающегося огня, пока жаркое пламя не окутало их всех, жадно пожирая переплетенную с первобытной стихией плоть. Несколько резких криков боли и ужаса, быстро оборвались, а волна прокатилась дальше, разбившись лишь о стену.

Из-за трона выглянул, чудом успевший нырнуть туда, Шрокхан, оскал которого уже без тени веселья, источал лишь злобу. Он прекрасно видел, как катился огненный вал, а еще, находясь позади своих творцов, он видел, как за спиной духа пламени появился ментальный мечник, созданный эльфом и одним движение снес тому голову. Никто ничего не успевал сделать. Да и сам султан едва успел укрыться за троном, когда мимо прокатилась обжигающая волна.

- Теперь вы все умрете! - В ярости прорычал ракшас.

Он коснулся белого камня на груди, видимо подавая сигнал. В дальней стене распахнулись две, незаметные прежде, двери и в зал хлынул поток стражников, окружая и защищая плотным кольцом своего лидера.

Створки входных дверей с грохотом распахнулись и оттуда тоже стали вбегать вооруженные ракшасы, джозлинги и сслихоры. Вот только эти не были одеты, как стражники. На них красовалась разномастная броня и они не создавали впечатления регулярных войск.

Толпа раздалась в стороны, пропуская своего лидера. Сквозь ряды воинов величественно шествовал огромный полулев. Густая, огненно-рыжая грива с вкраплениями серебристых нитей, гордый, бесстрашный взгляд, широко расправленные плечи. Он выглядел, словно бог, сошедший с небес и вел себя соответственно.

- Шрокхан! - Прокатился по залу раскатистый, низкий рык. - Я вызываю тебя на бой!

- Мбатор, ты не достоин моего времени. - Расхохотался в ответ султан. - Еще не поздно сдаться, сложи оружие. Я отрублю твою голову, а твоих людей выгоню из города.

- О, как ты великодушен, великий султан. - С иронией прорычал лев. - Только все будет иначе. Сдавайся и отдайся на милость победителя, если не хочешь смерти невинных.

- Оглянись, глупец, ты во дворце. Стоит мне вызвать подмогу и все подданные сбегуться сюда, защитить меня, а тебя разорвут на части. - Вновь ухмылялся противник.

- А ты слепец, если не видишь истины. Ты давно наплевал на свой народ. Теперь народ пришел наплевать на тебя. Весь Раджистад погряз в сражениях за свободу. Твои люди там, снаружи, слишком заняты своими проблемами, чтобы помочь тебе.

Султан настороженно, недоверчиво коснулся амулета на груди и его глаза изумленно распахнулись. Он разъяренно зарычал.

- Чего ради ты расколол наши ряды, безумец?

- Все просто. Я, как и многие, устал от твоего глупого правления. Пришла пора вернуть природный баланс. На вершине власти, как и у наших диких предков, должен стоять львиный прайд. Только так можно прийти к миру. - Распалялся ракшас.

- А может вы все-таки отдадите нам плащ и мы удалимся, а вы сами решите тут свои проблемы без посторонних? - Неожиданно для всех подал голос Джибаро, который, вместе со спутниками так и продолжал стоять между двух огней.

- Мне не нужен этот кусок ткани. - Рыкнул лев. - Забирайте его, только сперва убейте труса, что его носит.

Все взгляды устремились на султана, в ожидании его слова. Но тот, видимо до сих пор так и не понимая всей ситуации, в которой находится, лишь истерично взвизгнул.

- Убейте их всех!

Вокруг мгновенно началась полнейшая неразбериха. Эльф со спутниками оказался посреди битвы. С обеих сторон на них неслись разъяренные воины в доспехах и с оружием наготове. Лазриэль собрал силы и выплеснул их в разрушительном символе. Три волны пламени одна за другой, разошлись вокруг него кольцом. Не перекрыв поток маны, маг заставил их так и остаться гореть вокруг, отделяя спутников от разразившегося кругом боя. Звон мечей и лязг доспехов то и дело прерывался посмертным криком или яростным рычанием.

Андориус тем временем, не спускал глаз с Шрокхана, который в сопровождении двоих полутигров добрался до центра зала и исчез в той самой площадке, которую они открыли, войдя сюда.

- Султан там, спустился вниз - Толкнул он эльфа, указывая пальцем направление. - Нужно догнать его, пока плащ не исчез.

Лазриэль, не долго думая, усилил поток маны и стал передвигать кольца пламени. После нескольких воплей, сопровождаемых запахом горелой шкуры, воины снаружи, стали держаться подальше от них. От постамента отделял лишь десяток шагов и преодолеть его не составило труда. А когда пламенные круги оказались в самой середине зала, он повернулся к спутникам.

- Нужно достать плащ. Догоните его.

- Это твоя ноша. Только ты должен это сделать. - Возразил апостол.

- Я не могу бросить вас здесь. - Возмутился маг.

- Иди, когда мы не сможем сдерживать их, спустимся следом. Главное выполни задачу. - Настаивал Снэбьерн.

- Хорошо. Я буду держать заклинание до тех пор, пока смогу дотянуться до него. - Пообещал эльф и бросился внутрь.


Глава XVII Тьма.


Крутые каменные ступени винтовой лестницы уходили далеко вниз. Виток за витком, они вели в глубокое, холодное, сырое подземелье. Пещера была небольшой, но в темноте разглядеть ничего не удалось, а как только глаза немного привыкли, стало понятно, что стены, как и пол выложены гладким камнем, а потолка в сумраке видно не было. Маг не мешкая перешел по еще одной лестнице в следующий зал пещерного комплекса. Как и первая, она явно была сделана смертными. Едва успев ступить на отшлифованный пол из черного камня, эльф услышал потрескивание и гудение пламени факелов... Только света не было видно. Почуяв неладное, он вовремя прыгнул в сторону, как из-за угла шагнул один из сопровождавших султана ракшасов и метнул в его направлении огненный шар, разбившийся о ступени.

Выругавшись, творец принялся создавать новое заклинание, но преимущество неожиданной атаки, он растерял и молния высекла камни и искры из потолка, отразившись от магического барьера противника. Лазриэль же, укрывшись защитой, сплел собственный огненный шар и без особенной надежды бросил во врага. Ракшас с легкостью увернулся, продолжая забрасывать защиту мага молниями, шарами пламени, стрелами тьмы и ледяными копьями.

Эльфу нужно было больше сил, он перестал подпитывать огненное кольцо наверху, надеясь на силы союзников, собрался и выпустил искры Арфаэля, заставляя творца укрываться под защитой уже самому. Рой маленьких, горящих светляков сорвался с его рук и пронесся мимо врага, взрывая все вокруг, а защита ракшаса отклонила те снаряды, что летели в него.

Полутигр, раздосадованный, что не вышло легкой победы, стал сыпать магией еще яростнее, а эльф понимал, что прямо сейчас его надежда на светлое будущее уходить вглубь туннелей. Мысли загудели в голове, словно пчелиный рой. Пытаясь найти быстрый выход.

- Он закрывается от твоей магии щитом только спереди. - Подал, наконец, идею венок разума.

- Спасибо. - Сразу понял, что делать, маг.

Он собрал магические силы, сбросил барьер, пропуская мимо себя очередной снаряд и ударил искрами Арфаэля. Только на этот раз, пролетев мимо, они взорвались. Каждый уголек, ударившись о преграду, разорвался яркой вспышкой, перекатываясь по тоннелям оглушительным треском. Это дало время подготовить сразу два заклинания. Огромная ледяная сосулька сорвалась с рук принца и полетела в сторону врага, только чуть выше щита. Она с грохотом и звоном вонзилась в каменную колонну позади и рассыпалась сотней крошечных осколков. Каменное крошево от скалы вперемешку с кусками льда, посыпалось на голову творца и тот, повинуясь инстинкту, обернулся и закрылся от опасности. Молния ударила прямо в незащищенную спину, выдавливая вопль из груди и наполняя пространство запахом горелой плоти и опаленной шкуры.

Эльф, отбросив муки совести, поторопился в погоню. А два перехода спустя, уже встретился с новым врагом. Пещера была лишь частично обработана и представляла из себя природный зал со сросшимися каменными колоннами сталактитов и сталагмитов с относительно гладким полом и немного скругленными стенами. Ракшас выскочил из-за сталагмита, пытаясь дотянуться когтями до горла. Спасибо урокам Эрмортресса, он успел, отшатнувшись, ткнуть летящего врага посохом в грудь и лишь получил царапины на лице. А полутигр, прокатившись по полу, отвратительно лязгнул когтями и снова бросился в атаку, на этот раз уже выхватывая излюбленные здешними воинами, кривые парные клинки.

Лазриэль не успевал. Единственное, на что ему хватило времени, это отбросить врага волной сырой маны. Полутигр и здесь остался на ногах, правда уронил мечи, которые со звоном покатились по полу в разные стороны. Яростно зарычав, он снова кинулся в бой.

Теперь маг успевал сплести символы, но молния не попала в цель. Противник увернулся и, снова выпустив когти, протянул лапу к беззащитной шее, а потом внезапно обмяк и завалился набок со стрелой, торчащей из шеи.

- Догоняй главного. - Подмигнула Элиандор, стоя в проходе. - Нам приходится отступать, времени мало.

- Хорошо. - Выдохнул эльф. - Я скоро.

Собравшись с мыслями, он торопливо побежал в ту сторону, откуда вынырнул атакующий. Следующий зал оказался пустым, как и еще два за ним. Маг уже начал бояться, что султан свернул в один из боковых проходов, когда, ворвавшись в четвертый зал, обнаружил на полу его бездыханное тело. Плаща на ракшасе не было, а в нескольких шагах впереди расположился большой, круглый фиолетовый портал. Лазриэль не раздумывая ни секунды шагнул внутрь. Слишком многое стояло сейчас на кону, чтобы сомневаться.

***

Лазриэль оказался в самом жутком месте, которое только видел в своей жизни или даже мог вообразить. Вокруг клубились и перетекали потоки тьмы. Не было ни земли, ни неба, одна только бесконечная, хаотичная пляска. Тени то собирались в густые, причудливые силуэты, то расползались вокруг полупрозрачной дымкой. Пространство словно растворилось и перестало существовать. Время также утратило свой ход. Лишь бесконечность и хаос властвовали здесь.

Эльф осторожно двинулся вперед, пытаясь разглядеть хоть что-то, что сможет указать направление.

- Так вот где он скрывался все это время. - Оживился артефакт.

- Что это за место? - Спросил он у венка.

- Это логово моего злейшего врага. Создание тьмы, что способно помешать нам осуществить задуманное. - Горестно ответил голос.

- Но зачем ему плащ? - Удивился эльф.

- А он ему и не нужен. Ему нужно, чтобы ты не собрал все артефакты и не спас своих. - Сокрушался венец.

- Значит придется ему изменить свои планы. - Уверенно заявил маг.

Твердой походкой он направился прямо сквозь клубящуюся тьму. Никого вокруг не было, а зловещая тишина заставляла насторожиться. Он создал магический барьер и неторопливо продвигался по пустынному пространству.

Неясные силуэты мелькали по сторонам. Тени прыгали и перетекали, буд-то где-то высоко за ними разгорался и трепетал на ветру исполинский факел. С диким воплем, прямо из воздуха, появилась огромная безликая тварь. Черная, как ночь, она неслась над землей скачками и разбрасывала во все стороны брызги такой же черной жижи. Она словно разорвалась пополам, открывая пасть, полную острых кинжалов-клыков и со всего маху врезалась в барьер. Мага отбросило на несколько шагов назад, а чудовище разбилось, как капля грязи о камень. И Снова стало совершенно тихо.

Отдышавшись, он вновь встал и опять двинулся вперед. Сзади послышался душераздирающий вопль. Лазриэль обернулся и приготовился столкнуться с новым монстром. Внезапно со всех сторон на него обрушилась какофония звуков шепотов на разные голоса. Звуки накладывались один на другой и становились все громче. Они уже кричали, окружая и проникая в самую глубину разума.

- Лазриэль.... - Едва слышно пробивался голос сквозь шум.

- Лазриэль. - Пытался он пробиться через нарастающий гвалт.

- Лазриэль! - Почти наравне с окружиющими, звал артефакт.

- ЛАЗРИЭЛЬ! - Наконец вырвал его из пучины собственного разума, надрывный крик венца.

- Спасибо. - Поблагодарил эльф, за спасение, все еще тяжело дыша.

Затихающие голоса еще продолжали взывать к нему и давить волю, но уже не могли так повлиять и больше не сводили с ума.

Маг устало рухнул на пол или на камни, а может на землю. Клубы тьмы продолжали скрывать все и не позволяли понять, что вокруг. Это было тяжелым испытанием. А когда позади послышался низкий, угрожающий рык, силы и вовсе покинули тело. Он хотел подняться, воздвигнуть вокруг себя магический барьер, обернуться и взглянуть в глаза своему врагу. Но не мог. Ужас сковал все тело, не позволяя шевельнуться. Паника проникла в самые дальние уголки сознания, нашла там самые потаенные страхи и вытащила их наружу, заставляя замереть в ожидании приближающейся смерти

Звук все усиливался. Мягко ступая, зверь подкрадывался все ближе. Вот горячее дыхание уже заставило волосы на шее настороженно подняться, вязкая, густая слюна капнула на плече. Эльф пытался разорвать оковы ужаса, но не мог. Тело отказывалось подчиняться, мышцы налились свинцом.

- Вставай! Вспомни ради кого ты здесь! Подумай, зачем ты проделал весь этот путь! Если ты сейчас же не поднимешься, весь твой народ будет порабощен! - Взорвался в голове крик артефакта.

Ощущение неизбежности резко пропало, жар отхлынул, а рукам и ногам внезапно вернулось ощущение материальности. Все тело покалывало после онемения, но эльф чувствовал, что снова управляет им.

Маг не мешкая, сразу бросился пластом на землю. Над ним громко клацнули чудовищные челюсти. Перевернувшись на спину, он выбросил волну маны, откидывая тварь. Больше всего это было похоже на шестилапую пантеру с торчащими наружу клыками, двумя парами зеленых глаз с тонкими вертикальными зрачками и длинным, голым, крысиным хвостом.

Чудовище скалилось и скребло когтями, низко припав к земле. Лазриэль собрал волю в кулак, вызвал из памяти символ и выпустил силу наружу. Еще онемевшие руки подвели хозяина и голубая вспышка молнии лишь выбила искры из-под ног чудовища.

Махина опасливо отступила на шаг, а потом, сразу двинулась вперед, причудливо переставляя лапы, а в нескольких шагах от цели, она прыгнула высоко вверх, намереваясь подмять добычу под себя и терзать плоть когтями. Только благодаря природной ловкости, эльф отпрыгнул в сторону и перекатом ушел еще дальше, а потом, вскочив на ноги, призвал огненный шар. Руки и спешка снова подвели и шар пролетел перед самой мордой пантеры, которая, возмущенно зарычав, опять бросилась на него. Маг не стал терять время на побег или щит. Он освободил разум, тряхнул руками и новая молния, наконец, ударила прямо в цель.

Падающая прямо на врага, кошмарная тварь уже выпустила когти, в попытке вцепиться в тело. Молния пронзила ее насквозь, устремившись ввысь. А тьма, из которой было соткано ее тело, рассыпалась хлопьями, словно облако черного дыма, развеянное порывом ветра.

Перевести дух, он уже не успел. Новая волна обжигающего страха ударила в спину, выжимая пот, внезапно проступивший по всему телу. Лазриэль резко обернулся, пока еще не утратил способность двигаться и замер на месте. На него уставилась пара огромных, пылающих красным светом глаз. В десятке шагов от него прямо из земли, разгоняя тени, выбиралось порождение ужаса.

Голову венчали изогнутые вперед и закрученные рога, все тело покрывали шипы и пластины брони. Тьма клубилась вокруг и перетекали по его торсу и рукам. Не сводя глаз с цели, демон вытащил ногу из под земли и грохнув копытом, поднялся еще выше, вытаскивая вторую. Продолжая пожирать взглядом чужака, он шагнул навстречу, сотрясая землю.

- Твоя цель должна придать сил. Не забывай о ней. - Напомнил голос.

Эльф призвал образы из видения, вспомнил всю боль, которую испытывал в момент гибели близких и в момент своей смерти. Он сосредоточился на том, к чему стремится, на цели всего своего путешествия, на спасении целого народа. Монстр приближался, а оцепенение постепенно отступало. В этот раз побороть страх было значительно легче. Как только мышцы снова обрели подвижность, маг тут же призвал и наполнил силой символ, создавая магический барьер и усиливая его.

Тварь сделала очередной шаг и нависла над маленьким чужаком. Руки сложились в огромные кулаки. Существо подняло их высоко над головой, размахнулось и обрушило тяжелый удар вниз. Лазриэль сжался и приготовился к тому, что его опрокинет на землю. Страха больше не было, только осознание происходящего. Удара не последовало. Демон разбился о невидимый купол барьера, словно капля воды, окутывая все вокруг тягучей тьмой, медленно оседающей на землю.

Когда клубы тумана развеялись, прямо у ног ошеломленного принца, над самой землей витало крохотное существо, сотканное из черного тумана. Однако, даже оно внушало тревогу. Откуда-то сверху внезапно рухнул такой же шар, большего размера, поглощая первый. Эльф опасливо отступил. Справа мелькнула тень, пронзила шар, вывернула наизнанку и, смерчем впитывая окружающую тьму, стала раскручиваться и расти. Лазриэль пятился все дальше, освобождая место, а потом все вокруг пришло в движение.

Все пространство на расстоянии десятка шагов вокруг, оказалось огромной пастью, усыпанной клыками, размером с руку. И эта самая пасть резко захлопнулась, поглощая и черный клубок и самого мага вместе с ним. А затем попыталась переживать добычу. Раз за разом острые клинки клыков скрежетали и бились о прозрачный шар барьера, пожирая чудовищное количество маны.

Его вертело и бросало из стороны в сторону. Только бесконечная выдержка и самоконтроль позволили не потерять концентрацию и удерживать спасительное заклинание. О том, чтобы создать другое, не шло и речи. Бешеная пляска казалась бесконечной. Верх постоянно менялся с низом и понять хоть что-то было невозможно. А потом он вспомнил слова артефакта, попытался успокоится и сосредоточился на нужных образах.

Все внезапно прекратилось и он, сквозь клоки черной дымки, рухнул прямо на спину. Сил больше не осталось, их едва хватило, чтобы заставить себя подняться и сесть. Колодец маны был наполнен лишь на четверть.

- Еще пара таких встреч и я не смогу даже защититься. - Подумал эльф.

Однако, новых тварей не появлялось. Никто не нападал на него и не пытался съесть. Холодный, липкий страх отступил, позволяя рассуждать и принимать взвешенные решения. Он был чужаком в этом мире и жаждал поскорее отсюда убраться. Эта битва осталась за ним, но новой он не хотел.

Лазриэль поднялся на ноги и пошел, как ему казалось, в том направлении, что и раньше. После того, как его пытались съесть, чувство направления совершенно сдало и оставалось идти только наугад. Сосредоточившись на целях своего похода, он отбросил все окружающее и просто шел вперед. Очередное порождение тьмы набросилось на путника, но самоуверенный и уже окончательно победивший страхи, маг просто отмахнулся от него. Чудовище пронеслось сквозь эльфа, распадаясь клочьями тумана.

Больше, к счастью, на пути никто не встречался. Хаос вокруг постепенно замедлялся и останавливался, пока наконец, не замер, застыв очертаниями огромного зала. Пол, стены и потолок были сделаны из цельного черного камня и словно сияли шевелящейся тьмой изнутри. В дальнем конце замер огромный каменный стол с единственным стулом, позади них внушали уважение своим размером, бесконечные полки книг. По сторонам возвышались, теряясь в темноте, величественные колонны, внутри которых постоянно что-то шевелилось, будто там заперли неведомых существ. Совершенно все было выполнено из черного, как ночь камня.

Чуть в стороне от стола, на небольшом постаменте аккуратно висел тот самый плащ. Эльф торопливо направился к нему, желая поскорее забрать вещь и покинуть это кошмарное место.

- Стой! - Внезапно оживился артефакт. - Плащ под защитой. К нему так просто не подойти.

- Действительно, нужно подумать. - Увидел и маг переплетение тонких черных нитей защиты вокруг постамента.

Он создал и запустил огненный шар, проверяя прочность, но тот лишь разбился о преграду. Молния отразилась в сторону и впилась в одну из колонн. Поразмыслив, он решил попробовать просто коснуться щита. Толчок был такой силы, что если бы в той стороне не было колонны, он разбился бы о дальнюю стену.

Поднявшись и придя в себя, Лазриэль попробовал еще несколько символов, с таким же успехом. Попытка расплести магию оказалась безуспешной. В ней было замешано слишком много неизвестной ему теневой энергии. А пока он размышлял, что надо скорее забирать артефакт и искать выход отсюда, в голову пришла интересная мысль, что если защита не пропускает ничего внутрь, это не значит, что она не выпустит и наружу.

Эльф подошел поближе и призвал нужный символ, наполнил его силой и выплеснул наружу. Прямо за защитной сетью появился ментальный воин. Повинуясь приказу создателя, он повернулся, взял в руки плащ, обернулся к нему и без препятствий прошел сквозь щит.

- Ты сделал это! - Ликовал голос в голове. - Второй артефакт в твоих руках. Надо срочно убираться отсюда!

- Да, хорошо бы уйти, пока не вернулся хозяин дома. - Опасливо оглянулся эльф, как раз вовремя, чтобы заметить движение позади себя.

Одновременно он накинул плащ и обернулся, воздвигая барьер. Застегнул второй артефакт на шее и встретился с горящими фиолетовым светом глазами незнакомца. Пурпурная мантия того была исписана синими рунами, горящими в такт глазам и развевалась словно на ветру. Лица не было видно, лишь тень глубокого капюшона. Незнакомец поднял руку в направлении непрошенного гостя.

В этот момент все вокруг снова пришло в движение. Зал рассыпался клочьями тьмы. Колонны лопнули, выпуская из себя наружу жутких тварей бегущих и летящих прямо на него отовсюду. Маг отмахнулся от созданий, которые пролетали сквозь него, разваливаясь разорванными полотнищами на ветру.

Когда его опять окружила со всех сторон лишь шевелящаяся и беспокойная тьма, он побежал в ту сторону, которая, казалось была правильной. Венец разума не позволял забыть цель путешествия, а плащ духа не давал сомнениям и страхам даже зародиться. Божественная сила ограждала от темных сил. Лишь одинокий отшельник в пурпурной мантии угрожающе шагал в сторону эльфа.

Незнакомец снова поднял руку и щупальца тьмы вырвавшись из нее, опутали эльфа тугим коконом. Голос в голове стал нашептывать непонятные слова на неизвестном языке, а когда принц произнес их вслух, он с легкостью смог разорвать сдерживающие оковы. Он пустил во врага огненный шар, но тот лишь махнул рукой в сторону, отбивая снаряд. Выпущенная молния и вовсе исчезла в бесконечном провале черного щита, созданного противником прямо из воздуха.

Запасы маны таяли на глазах, а противник оказался очень силен. Понимая, что другого шанса нет, маг собрался, выхватил сразу пару символов и до отказа наполнил их силой, а потом бросил оба навстречу врагу. Развернулся на месте и побежал. Все пространство между ними заполнили огненные светляки раскаленных искр Арфаэля. Сразу два заклинания создали так много маленьких огненных шаров, что они сталкивались друг с другом, падали на землю, отлетали в сторону. Воздух наполнился взрывами и всполохами огня. Ничего невозможно было рассмотреть.

Эльф бежал со всех ног в ту сторону, в которую подсказывал венец разума. Тени вокруг продолжали плясать и причудливо изворачиваться, пытаясь достать чужака, но все они бессильно пролетали сквозь него и распадались на части.

Лазриэль мчался сквозь окружающий хаос. Если бы не божественная сила двух артефактов, тьма уже поглотила бы его. Вскоре впереди замаячили отливающие пурпуром врата перехода. Он ускорился, торопясь покинуть это жуткое место и не останавливаясь прыгнул в фиолетовый провал.

***

Принц скрылся в темноте лестничного пролета, а спутники приготовились держать оборону. Вокруг них горели огненные кольца заклинания, а сразу за этой преградой развернулся хаос битвы. Ракшасы схватились с ракшасами, сслихоры атаковали джозлингов. Уже невозможно было разобрать, кто на чьей стороне и кто побеждает.

Лучница устроилась на возвышении позади, а остальные обступили ее плотным кольцом, готовясь к защите. Время замедлилось и перетекало неторопливо, словно нехотя. Горячий воздух над пламенем искажал воинов и придавал им демонический вид.

Внезапно пламя погасло и звуки боя волной накрыли их. Лязг доспехов, звон металла и крики раненых и умирающих. Все смешалось в невообразимом шуме. Все прекрасно видели, что султан скрылся внизу и теперь, как только единственная преграда исчезла, те, кто заканчивал свой бой, поворачивались к центру. Одни хотели убить его, другие стремились на защиту, но каждый лишь нарывался на спутников, стоящих плечом к плечу.

Первый ракшас едва увернулся от стрелы и тут же был разрублен двуручником варвара. Сслихор, попытавшийся атаковать с другой стороны, вынужден был встретиться со странным оружием вора, а после бесплодной попытки атаковать его, упал со стрелой в шее.

- Простите. - Обратился к остальным Краджис. - Если бы вы знали правду, вы бы мне ни за что не поверили.

- А я и так тебе не верил. - Хмыкнул апостол, наполняя всех божественным светом. - И теперь не верю.

В зал постепенно стали вбегать все новые и новые воины. Видимо, силы восстания уже победили там, наверху. Ряды защитников таяли на глазах и когда их не осталось вовсе, все взгляды повернулись к центру зала, где по прежнему, устилая пол телами врагов, стояли вокруг лестницы чужеземцы

- В атаку! Принесите мне голову этого ничтожества! Даже если придется сначала срубить головы им! - Зарычал полулев, подгоняя и подбадривая замешкавшихся приспешников.

- А мы вообще за кого сражаемся? - Удивился гном. - Защищаем ту морду, которая пол часа назад отдала приказ нас убить?

- Мы за правое дело, друг мой. - Отозвался апостол.

- Сражаемся за ту морду, что привела нас сюда - Подхватила, улыбаясь, эльфийка. - Она сейчас как раз то же внизу.

На них со всех сторон навалились враги. Ракшасы, сслихоры и джозлинги шли в наступление не жалея себя. На месте павшего тут же вставал новый воин. Викинг выступил чуть вперед, размахивая кошмарным мечем, чтобы не задеть своих. Джибаро призвал свой излюбленный лес рук, который замедлял и останавливал врагов и уже выпустил в их направлении смертоносный туман, с жадностью поглощающий жизни. Между ними стоял ракшас, ловко орудуя своими четырьмя лезвиями, а позади всех возвышалась лучница, подгадывая момент, когда увлеченные боем враги не смогут увернуться от ее выстрела.

Так могло продолжаться очень долго, если бы среди противников не нашлось творца. Джибаро едва успел подставить костяной щит, о который разбился огненный шар.

- Внутрь, скорее, там у них не будет места для заклинаний. - Скомандовал апостол.

Все по очереди спустились вниз по крутой винтовой лестнице, а когда встали на нижней площадке, оказались всеми против двоих врагов. Больше одновременно спуститься по ней не могли, не позволяла ширина ступеней.

- Элиандор, тут мы справимся и без тебя. Скорее иди к... - Повернулся Снэбьерн к рейнджеру, но ее позади уже не оказалось. - Хм... Сообразительная.

Воин повернулся к наступающим. Его огромный меч не позволял биться здесь, в узком проходе, в полную силу. Он мог только колоть и наносить вертикальные удары. Так что чуть вперед вышел Краджис, прекрасно сражающийся даже одновременно против двоих врагов. Своими хитрыми выпадами и финтами, он заставлял их мешать друг-другу, усложняя и так не простое сражение.

***

Элиандор в это время осторожно продвигалась в глубь пещеры. Поняв, что в этом месте ничем не поможет остальным, она сразу пошла на поиски принца. Доносящиеся из глубины пещер звуки боя свидетельствовали о том, что помощь ему возможно понадобится. Однако, достаточно быстро, звуки затихли.

Спустившись во очередной зал, эльфийка сразу поняла, что битва проходила именно тут. В нос ударил резкий, тяжелый запах паленого мяса. А чуть дальше, у колонны, она разглядела еще дымящееся тело ракшаса. С первым врагом, маг справился. Пока рейнджер осматривала место сражения, звуки с той стороны, куда она направлялась, снова возвестили о нападени. Следопыт поторопилась и не зря.

Очередной зал встретил грохотом клинков по каменному полу. Вошедшая Элиандор увидела, как роняет клики отлетающий противник, потом снова бросается вперед, пытаясь достать жертву когтями. Она видела, как маг выпустил молнию и промахнулся, а полутигр в это время уже тянулся к его шее. Даже не успев подумать, она инстинктивно выхватила стрелу, наложила на тетиву лука и отточенным движением пустила ее прямо в шею бегущего. Безжизненное тело рухнуло к ногам Лазриэля. Он повернулся туда, откуда прилетело спасение и благодарно кивнул.

- Догоняй главного. - Подмигнула Элиандор, так и на двигаясь с места. - Нам приходится отступать, времени мало.

- Хорошо. - Согласился эльф. - Я скоро.

Он на мгновение замер, раздумывая о чем-то, а потом заторопился дальше.

Элиандор развернулась и побежала обратно, однако уже через один зал наткнулась на остальных, медленно отступающих к ней.

- Что случилось? Как вы потеряли такую выгодную позицию? - Удивилась эльфийка.

- Маг - Коротко бросил Снэбьерн через плечо, продолжая отбиваться от наседающих врагов.

- Творец нашел способ выкурить нас, а потом уже числом оттеснили. - Пояснил Андориус. - Что там у избранного?

- Охраны больше нет, он погнался за султаном. Последний раз я его видела через пещеру. Сколько он там будет возиться, не знаю, но не думаю, что долго, так что можно отступать к нему. - Подбодрила всех лучница, попутно пуская стрелу в толпу впереди.

Они остановились у следующего прохода, вновь перекрывая его. Только так можно было сдержать атакующих. В широкой пещере их могли окружить и перебить, напирая числом. Рейнджер из-за спин пускала стрелу за стрелой, каждая из которых находила цель. В тесноте перехода, жертвам просто некуда было деться. Даже те, кто видел приближающийся снаряд, уже ничего не могли поделать.

Внезапно противники отхлынули от, стоящего в этот момент первым, викинга и всех накрыло мощным потоком пламени. Гном чуть не опоздал, в последний момент прыгая вперед и прикрывая костяным щитом остальных. Однако, жар был настолько силен, что пришлось тут же отступать.

Спутники поторопились переместиться к следующему переходу, чтобы закрепиться там, но и там повторилась то же самое. Спустя несколько мгновений боя, они были оттеснены назад. И вновь пришлось бежать через весь зал, чтобы снова попытаться защититься в более узком месте.

Еще несколько раз повторялось то же самое. Пока они не перекрыли вход в очередной зал.

- Кажется отступать нам больше некуда. - Обреченно заметила Элиандор, глядя в глубину зала.

Остальные обернулись на голос и удивленно уставились внутрь. Посреди зала полыхал пурпурным светом круглый портал, рядом с ним, в луже крови, лежало бездыханное тело султана. Больше никого и ничего внутри не было.

- Думаешь он там? - Кивнул гном головой в сторону врат перехода.

- Наверняка. - Не сомневалась эльфийка.

- Может нужно ему помочь? - Беспокойно озирался Джибаро.

- Лучше нам помоги, он справится и сам, а у нас и тут проблем хватает. - Одернул его Андориус, указывая в сторону приближающихся врагов.

В этот раз первым подбежал творец, с ходу наполняя пространство пламенем. Но на этот раз и спутники решили стоять до последнего. Эльфийка нашла небольшое возвышение, так что смогла свободно стрелять через головы своих. Она поднялась на него, прицелилась туда, откуда лился огненный поток на защиту гнома и спустила тетиву. Стрела скрылась в оранжевых всполохах и ничего не произошло, а мгновение спустя, вскрик боли и удивления смешался с рыком раненого зверя и заклинание оборвалось. Ракшас, с торчащей из ноги стрелой, хромая отходил в сторону, пока остальные, оголив мечи, с новой силой бросились в атаку.

Впереди опять встал Краджис, орудуя своими странными перчатками с выкидными лезвиями. То и дело, отстраняя его, сверху вниз рубил огромным двуручником, беловолосый викинг. Андориус наполнял обоих благословением и исцелял полученные порезы. Гном наполнил пространство перед собой торчащими прямо из камней руками, что хватали и замедляли всех и в любой момент был готов снова выскочить вперед со щитом. А лучница продолжала опустошать колчаны, одну за другой пуская стрелы точно в цель.

Оправившись от ранения, творец снова вышел на место, готовый наполнить все перед собой жарким пламенем. Теперь прямо впереди него стояли двое сслихоров, защищая от стрел. Лучница прокляла свою торопливость и приготовилась снова стрелять через огонь, в попытке добить мага. Гном выступил вперед, создавая щит и прикрываясь им. Каждый мысленно приготовился отдать жизнь здесь, защищая остальных.

***

В горячке боя никто не обратил внимания на то, как прямо позади них, из портала на каменный пол вывалился эльф. Он судорожно огляделся, пытаясь собрать все воедино. Портал тьмы, тело султана, пещера. Отрезвил его только вид сражающихся спутников. Все они бились за него, стоя насмерть, чтобы он смог вернуться назад. В этот момент Лазриэль понял, что рядом с ним настоящие друзья.

Но предаваться чувствам было не время. Обернувшись к порталу, маг судорожно перебирал в голове способы защиты от мастера теней, который вскоре появится оттуда.

- Найди нить заклинания, я помогу тебе его распутать - Посоветовал голос в голове.

Эльф погрузился в магические потоки, нащупал там нить, из которой был сплетен портал и ментально ухватился за нее. Тогда венец разума стал подсказывать ему древние слова на забытом языке. Слова сплетались в формулу и позволили ему тянуть нить, распуская узор. Несколько мгновений спустя, пурпурный портал осыпался на пол, как разбитое зеркало.

Маг обернулся к друзьям. Им нужна была помощь. Он уже видел оранжевые всполохи, приближающиеся к защите гнома. Не раздумывая, Лазриэль собрал волю, напитал символ силой и выбросил вперед. Продолжая наполнять заклинание маной, он заставил огненных светляков подчиниться своей воле. Десятки маленьких шариков пламени взмыли под самый потолок, пронеслись над головами удивленных союзников и метнулись к врагам. Взрывы наполнили ряды Мбатора паникой и суматохой. Даже творец сбился с концентрации. А следом пронеслась мощная волна ментального толчка, отбрасывая всех и перемешивая между собой.

- Лазриэль! - Воскликнула лучница, оборачиваясь.

Остальные повернулись на крик и радостно загалдели.

- Нет времени. - Оборвал всех маг.

- Ты прав, сейчас самое время. - Согласился артефакт.

Он отвернулся спиной ко входу, вызвал из памяти символ, который, не так давно, венец разума заставил его выучить. Наполнил его силой, потом левой рукой ухватил в пространстве нужное место, а второй рукой стал чертить в воздухе сложные знаки, притягивая это место туда, где он находился сейчас. Спустя несколько мгновений, перед ним уже был открыт портал, по ту сторону которого, раскинулась пустынная равнина.

- Чего вы ждете? Вперед! - Скомандовал он.

Один за другим, все оказались на той стороне, в пещере оставался лишь маг. Он последним шагнул через врата и захлопнул их, отрезая шум вбегающих в пещеру врагов.

***

Мбатор ворвался в пещеру, где находились противники, одним из первых. Только там никого не оказалось. Лишь холодное тело его давнего соперника.

- Обыщите пещеры. - Рыкнул он, обращаясь ко всем.

- Кажется они ушли через портал. - Неуверенно прошипел сслихор, оказавшийся в этом зале первым.

- Да, я тоже видел, как он закрылся. - Согласился стоящий рядом ракшас.

- Цель достигнута. Прежний султан мертв, так что обыщите пещеры, чтобы не было сюрпризов и притащите тело наверх. - Не унимался лев.

Отдав приказ, он развернулся и направился прочь, но успел пройти не больше сотни шагов, когда позади послышались жуткие вопли его воинов. Полулев метнулся обратно, ворвался в зал, где оставил их и в ужасе отпрянул.

Черная, густая тень забрызгала все стены, пол и потолок. Она стекала вниз и капала на пол. Его люди были обезображены и пригвождены черными шипами к стенам и потолку, в немыслимых позах.

- Живо всем выйти и запечатать эти тоннели! - Отдал он новый приказ. - И разломайте механизм на входе. Я хочу чтобы сюда никто никогда больше не смог попасть.

***

Махитхарджи был раздражен. Эльф смог перехитрить его, увести артефакт у него из-под носа. Этот жалкий маг игнорировал силы тьмы, направленные на себя и захлопнул его собственный портал прямо перед носом.

Он тяжело вздохнул и собрав силу, распахнув новые врата туда же, шагнул внутрь. Только эльфа с его спутниками там уже не было. В пещере стояли несколько ошеломленных ракшасов, пара сслихоров и джозлинг воды.

Мастер теней окинул взглядом пространство, понял, что ему снова предстоят изнурительные поиски врагов и развернулся, намереваясь уйти обратно в мир теней. Но кажется сегодня все были настроены против него. Ближайший полутигр прыгнул на него и полоснул когтями. Выставив теневой щит, он с легкостью принял удар, а потом, в ярости, собрал столько тьмы, сколько мог собрать за мгновение и просто выплеснул ее наружу. Мощный взрыв разбросал, так и не успевших шелохнуться, врагов. Тени огромными бесформенными щупальцами разлетелись в разные стороны, пронзая живую плоть и заливая все вокруг остатками густой, тягучей тьмы.

Разобравшись с помехой, Махитхарджи повернулся и шагнул назад в свой мир.


Глава XVIII Смерть.


За прошедшее время, Таэль'авир устроил настоящий переполох. Конечно же новость разлетелась быстро. Не только те, кто был предупрежден, а все жители бегали, тренировались и изо-всех сил готовились к предстоящему турниру.

А несколько дней спустя, к величайшему удивлению эльфа, верховный друид объявил о скором проведении такого турнира. Хранитель знаний каждый день выходил на тренировочную площадку, пытаясь обучить юного мечника основам управления магическими потоками.

Радости эльфа не было предела. Он нашел способ подготовить жителей к нападению, не вызывая паники и не рассказывая никому о своих видениях. А в ночных медитациях, они оборонялись в твердыне от натиска нежити все дольше и дольше. Еще немного времени и защитники смогут отбиться от нечисти. В этот же раз их все-таки смяли. Некросы, несмотря на ожесточенный бой, в очередной раз вырезали всех, кто находился в Ильтрассесе и добрались до него.

Таэль очнулся, как обычно, в своей постели. Ночь выдалась безлунной, а до рассвета было еще очень далеко. Он сел и задумался. Все складывалось, как нельзя лучше. Те, кто оставались с ним вместе в видении, становились все более полезны в бою и вот-вот, они смогут отстоять твердыню. Хранитель знаний и вовсе обернулся очень сильным магом. С каждым днем он восстанавливал свои магические силы и восполнял растраченный арсенал, он, казалось, даже помолодел. Маленьких эльфов, мечник ненароком взял под собственное крыло и обучал сейчас, будто к специальному состязанию для совсем юных. Малышка Торнуиль оказалась крайне способной и схватывала все налету, явно намереваясь победить.

Сын верховного друида отбросил радостные мысли и перестал грезить о скорой победе, хоть и не в настоящем мире. Он все еще надеялся, что это видение всего лишь шутка богов и когда он победит, все закончится.

Внезапно, сидя в темноте комнаты, он почувствовал, что здесь не один. Напрягая острое зрение, он увидел у выхода на балкон незваного гостя. Это был явно эльф, а судя по легким зеленоватым отблескам его волос, еще и лесной. Высокий, стройный, но слегка пригнутый к земле, грузом прожитых лет. Этого сородича Таэль не видел раньше, хотя и знал в лицо каждого жителя Лесного дома. В левой руке незнакомца был зажат белоснежный посох.

- Кто ты и что тебе нужно? - Жестко заговорил он.

- Я оракул. Мне нужно, чтобы этот мир остался цел. - Скрипучим полушепотом ответил незнакомец.

- Тогда что тебе нужно от меня? - Не понимал юный эльф.

- Все очень просто, я пришел закончить то, что начал много лет назад. - Странно блеснул глазами пришелец.

- Я все еще не понимаю, при чем тут я? - Начал выходить из себя сын верховного друида.

- Скажем так, много лет назад, я увидел тьму в будущем нашего народа. А в самом сердце этой тьмы я увидел двоих... братьев. Они и были причиной того хаоса и надвигающейся тьмы. Тогда я предложил решить проблему одним махом, еще до ее появления, до того, как погибнут сотни и тысячи. Я предложил убить лишь двоих, чтобы спасти многие тысячи, но верховный друид остановил меня. Тогда я бросил бесплодные уговоры и попытался сам убить малышей магией. Друид и тут вмешался и остановил меня, а потом изгнал...

Ты был одним из тех эльфов. Здесь меня зовут отшельником, Таэль. И это я оставил тебе на память метку. - Кивнул незнакомец на белые волосы. - Теперь же, смерть уже на пороге и я пришел закончить начатое, я пойду на все, ради светлого будущего.

***

Оба бессмертных мечника давно уже просчитали каждое движение друг-друга и реагировали задолго до начала удара. Этот бой уже длился вечность и грозился затянуться еще на столько же. Каждый понимал, что одна ошибка может стоить победы и жизни, каждый старался, нанеся удар, всегда вернуться в безопасную позицию.

Черный клинок с черепами на гарде и изящный тонкий меч, испещренный черными рунами порхали среди бескрайней белой пустоты. Воины то и дело обменивались уколами как лезвий, так и языков. Сын постоянно пытался вывести отца из равновесия, а тот, каждый раз с трудом сдерживаясь, продолжал наседать и ждать, когда же сын допустит ошибку.

Фарах'Аллири тоже ждал, ждал, когда силы света допустят ошибку. Он сделал все, чтобы это произошло и теперь ему оставалось только терпеливо сражаться с отцом, коротая время.

***

- Где мы? - Ошеломленно озирался гном.

- Мы примерно в одном дне пути от Раджистада. - Ответил Краджис, глядя на город вдали.

- Венец разума заставил меня изучить заклинание портала и запомнить это место, чтобы вернуться сюда. - Поделился эльф.

- Мы благодарны ему за это. И тебе спасибо. В очередной раз спас нам жизни. - Подошла к нему эльфийка. - Только ликовать будем позже. Вряд ли погоня заставит себя долго ждать, давайте скорее отсюда убираться.

- Погони не будет. - Задумчиво проговорил ракшас. - У Мбатора сейчас полно своих забот. Но лучше не искушать судьбу и действительно уйти подальше.

Лазриэль поблагодарил предусмотрительность своих спутников за то, что в походные сумки перед началом вылазки, были сложены все их вещи и еда. И теперь они могли не беспокоясь о выживании, сразу двинуться в путь.

- Куда нам нужно теперь? - Обратился Снэбьерн к магу.

Но тот лишь перевел взгляд на апостола, вопросительно кивнув в его сторону.

- Осталось собрать лишь посох, но сперва нам нужно серьезно подготовиться. Наш путь лежит к столице людей. Главный храм бога в Хорндайле даст нам все необходимое для последнего рывка.

***

Много дней пути прошли совершенно незаметно. Друзья постоянно разговаривали, выдвигались с ранними лучами и останавливались лишь на ночлег. Краджис замечательно вписался в компанию, постоянно рассказывая невероятные истории из своей насыщенной жизни, он облегчал путь и коротал время. Эльф не прекращал попыток освоить заклинания некромагии. Викинг постоянно находился с ним рядом, памятуя о своем долге. Элиандор, Андориус и Джибаро, продолжали вести себя так же, как и прежде в пути.

Когда к вечеру очередного дня, на юго-западе, на горизонте внезапно появились стены города, спутники ликовали от восторга. Каждый ждал этого момента. Каждый хотел поскорее закончить это сложное, опасное и судьбоносное путешествие.

С последними лучами заходящего солнца, путники добрались до каменных стен, но ворота были уже заперты, а стража только чертыхаясь посылала поздних гостей. Не имея выбора, друзья приняли решение разбить лагерь прямо под стенами города. А ранним утром, они всей компанией вошли внутрь.

***

Хорндайл оказался совершенно не похож на Раджистад. В отличие от тонких, изящных строений восточного города, здесь все было сделано без особенного вкуса. Простые, грубые, словно высеченные топором домики стояли вдоль центральной улицы. В каждом из них была обустроена торговая лавка. А между ними вились узкие, боковые улочки. Проходы между ними и вовсе завалены хламом. А несколькими проулками далее, уже начинались извилистые и темные кварталы бедняков.

В городе ракшасов большая часть населения была именно ракшасами, ну и достаточно много сслихоров, джозлингов и других подобных им существ. Здесь же основной частью населения были именно люди. Но стоило осмотреться по сторонам и можно было найти в толпе представителя совершенно любой расы. Столица людей славилась своими свободными взглядами. Любой мог прийти сюда, беспрепятственно войти внутрь и делать все, что разрешено законом.

Врата города закрывались лишь на ночь, в остальное время вход был совершенно свободен. Никого не досматривали и не спрашивали никаких рекомендаций. Требовалось лишь отдать входной налог и стража сразу теряла интерес к прибывшему.

- Здесь я вас пожалуй покину. - Внезапно обратился Краджис к остальным.

- Но почему? - Удивился Лазриэль.

- Свое обещание я сдержал, провел во дворец султана и помог выкрасть оттуда артефакт, а ваша миссия меня не касается, могу лишь пожелать вам удачи в этом нелегком деле. - Пожелал полутигр.

- Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы сохранить мир таким, какой он есть. - Заверил его маг. - А чем ты займешься?

- Ну, после всего, что произошло, мне теперь нужно найти способ вернуться обратно в Раджистад и восстановить свою репутацию, а еще желательно бы остаться живым. Боюсь, что новый султан не очень будет мне рад. - Горестно ухмыльнулся ракшас.

- Очень жаль, ты быстро влился в нашу команду. Твои навыки выживания и боевые умения были бы нам очень полезны в предстоящем деле. - С тоской обнял спутника эльф.

- Если передумаешь, сможешь найти нас в храме. - Крепко пожал ему лапу апостол.

Остальные тепло распрощались с, успевшим влиться в компанию, ракшасом, пообещали встретиться в спокойной обстановке, когда миру не будет грозить армия нежити во главе с богом смерти и проводили взглядом полутигра, пока тот не скрылся за ближайшим углом. А потом двинулись и сами

Главными улицами, Андориус вел остальных к самому центру. А там, на широкой площади, мощенной камнем, возвышалась величественная громада храма. Круглые шпили сверкали золотом, белоснежные стены из шлифованного камня украшала тонкая витая резьба. Каждый сантиметр здания был расписан искусным художником.

Внутри оно оказалось еще больше, чем снаружи. Высокие своды поражали своим великолепием. Каждая арка, каждый витраж и каждый изгиб был украшен золотым плетением. Сложный узор блестящего, шлифованного каменного пола пересекался в самом центре зала. Света было очень много. Огромные окна, хоть и были сплошь покрыты религиозной росписью, все же пропускали достаточно света.

К ним неторопливо направился местный жрец, облаченный в белоснежную мантию и белый колпак, которые были покрыты затейливыми изгибами золотой вышивки. В руке он держал высокий витой посох, тоже сделанный из золота.

- Что привело вас сюда, господа? - Спросил подошедший человек.

Его взгляд скользнул по потрепанной, дорожной одежде спутников, затем по их лицам и остановился на Андориусе. После нескольких мгновений замешательства, глаза служителя расширились, казалось, что они на мгновение даже наполнились ужасом. А потом он рухнул на колени.

- Прости, святейший, я не узнал тебя сразу. Прости своего нерадивого ученика. - Запричитал он, стоя на коленях и уткнувшись головой в пол.

- Поднимись! - Властно приказал апостол. - Проведи нас в святилище!

- Но, светлейший, они же непосвященные - Забормотал сбитый с толку жрец.

- Просто проведи нас в святилище. - Чеканя слова, отрезал Андориус.

Прислужник молча встал, поклонился и повернувшись, повел всех в дальнюю часть зала. Открыл потайную дверь, нажав на неприметный камень в стене и повел всех по лестнице вниз. Подземелье было ярко освещено факелами. Стены и потолок, так же, как и наверху, были сделаны из шлифованного камня и украшены всевозможной золотой отделкой.

Пройдя по бесконечным извилистым коридорам, они очутились в просторном зале, целиком высеченном в скале. В каждой стене было по три двери. В самом его центре возвышался прямоугольный алтарь, уставленный статуэтками и изображениями Харастиса.

- Вот там жилые комнаты, можете расположиться в них и отдохнуть. - Указал Андориус в дальнюю часть зала. - Я пока буду готовиться. Мне есть чем заняться.

Первожрец проводил каждого до двери и направился куда-то по своим делам. Уставшие путники наконец скинули пыльную дорожную одежду, смыли с себя грязь в подготовленных ваннах и блаженно растянулись каждый в своей теплой, мягкой кровати. Только эльф, как обычно, погрузился в медитацию, занимаясь своими магическими силами.

Некоторое время спустя, его пробудил тревожный зов сторожевого периметра, который по привычке был раскинут и здесь. А чуть позже донесся и осторожный стук в дверь. Судя по ауре, у входа стоял Андориус. Маг поднялся и впустил гостя. Жрец протянул ему свежую одежду.

- Я знаю, что тебе сон не нужен. Нам есть, что обсудить. - Серьезно заявил он. - Я подожду тебя снаружи. И не снимай артефакты. Ты должен всегда держать их при себе, от их сохранности слишком многое зависит.

Переодевшись в чистое,водрузив на голову венец разума и застегнув на шее плащ духа, Лазриэль вышел в зал и увидел возле алтаря задумчивого спутника.

- Что случилось? - Напрягся он.

- Не здесь. - Попросил собеседник. - Идем.

Они прошли в одну из боковых дверей, затем еще через одну, потом свернули в очередной боковой проход и оказались в небольшой комнатке, где стоял только круглый стол и несколько стульев вокруг, а у дальней стены возвышался шкаф с книгами.

- Присаживайся. - Жестом предложил апостол, указывая на один из стульев.

- Что случилось? - Повторил эльф.

- Здесь хранится множество артефактов и древних свитков. - Начал издалека человек, присаживаясь напротив. - В том числе и свитки телепортации, одним из которых я и воспользовался. Я побывал в усыпальнице спасителя и он снова поднимался, чтобы передать тебе послание.

- Жертва. Это время должно было настать. - Вмешался венец разума в разговор.

- Какая жертва? Я не понимаю, о чем речь? - Удивился мысленно эльф

- Что за послание? - Спросил он Андориуса.

- Харастис сказал передать тебе вот это.

Апостол наклонился и достал из-под стола сверток, завернутый в серую шелковую ткань. Он молча положил сверток на стол и жестом предложил взять. Эльф с опаской протянул руку, развернул ткань, внутри которой оказалась богато украшенная золотыми узорами резная шкатулка из полированного черного дерева. Когда крышка откинулась назад, его глазам предстал невиданной красоты изогнутый кинжал из необычного, матово-черного металла, без ножен, рукоять которого была украшена единственным красным камнем.

- Что это? - Озадаченно разглядывал оружие маг, не решаясь взять его в руки.

- Это Корадж'Галдор. Клинок, который способен выпить жизнь из жертвы и передать все ее знания и умения палачу. - Мрачно пояснил Андориус.

В воздухе, в звенящей тишине повисло явное напряжение. Один покорно ждал, другой лихорадочно раздумывал. Наконец мысли закончили свой хаотичный бег, так и не найдя ответа.

- Я не понимаю. Я не воин, что мне делать с ним? - Недоумевал принц.

- Я лишь посланник. - Вздохнул в ответ жрец. - Спаситель передал его тебе. Он сказал, что это шанс, та самая жертва, ценой которой ты спасешь множество жизней и обретешь необходимое могущество.

- Какая жертва? - Все еще не понимая, насторожился эльф.

- Тебе нужна некромагия, ты должен овладеть заклинаниями некросов и подчинить себе их мощь, только тогда ты сможешь понять, как совладать с этой силой и победить повелителя тьмы. Вонзи этот клинок в сердце некроманта и ты получишь его способности, узнаешь заклинания, которые знает он, захватишь полный контроль над некротической энергией, овладеешь знаниями, достаточными для победы. Одна жертва и ты спасешь сотни и тысячи. - Убеждал апостол.

Эльф слушал, а глаза его все расширялись и взгляд становился все более разгневанным.

- Никогда я не предам друзей. Если такова воля твоего бога, тогда я не готов стать озаренным его светом. - Резко высказался он. - А что, если бы это твою жизнь предложили отнять этим кинжалом?

- Зная, что это спасет стольких, я с готовностью вонзил бы его себе в грудь сам. - Заявил человек.

Снова повисла тягучая, гнетущая тишина.

- Я не возьму его. Я не предам друзей и союзников. Даже если передо мной встанет выбор между победой и жизнью одного из вас, я не колеблясь сделаю выбор. - Повысил голос Лазриэль - Бог, который предлагает сделать такой выбор, точно не мой бог.

С этими словами он встал и в сердцах хлопнув дверью вышел.

- Надеюсь, что когда придет время, ты сделаешь верный выбор и не подведешь всевышнего. - Пробормотал жрец, закрыл шкатулку и встал из-за стола.

Чуть позже он снова зашел в комнату к эльфу.

- Прости, Лазриэль. Я не хотел давить на тебя. Харастис сказал, что так нужно, что ты должен будешь сделать этот выбор. Он сказал, что дальше будет только хуже, а судьба, так или иначе, все-равно возьмет свое. Однако, выбор только за тобой. - Заверил он спутника. - Я зашел по другому поводу. Собирая то, что нам нужно, я наткнулся на несколько свитков, которые будут тебе очень полезны. Они твоей стихии и вполне смогут посоперничать с твоими излюбленными искрами.

Он протянул несколько свернутых старых пергаментов.

- Хорошо, я сейчас же изучу их и буду готов использовать. - Поблагодарил принц.

Свитки оказались действительно сильными заклинаниями огня. Пламенная дева, огненный серп и стрелы огня. Маг не медля изучил их и погрузился в глубины медитативного транса, усиливая свою магию.

***

Харнесесс по обыкновению восседал на своем троне, а напротив него стояли первый разведчик и верховный маг.

- Что еще мы можем сделать? - В который раз уже спрашивал друид.

- Сделано уже все. Маги и воины давно готовы к сражению, а благодаря твоему сыну и весь город, ни о чем не подозревая, готов к этой битве. - Лукаво ухмыльнулся разведчик.

- Да, это была прекрасная идея, до сих пор не понимаю, почему мы сами не догадались до этого? - Не переставал удивляться верховный друид.

- Потому что твой сын оказался умнее нас всех. Он нашел выход там, где мы видели только тупик. - Тепло улыбнулся маг. - Поле битвы готово, осталось разработать только план.

- С каждым днем наши шансы на победу растут, а с другой стороны, с каждым прожитым днем, во мне все растет надежда, что это не больше, чем видение. Никаких упоминаний о нежити больше обычного, никаких пробуждающихся сил тьмы, ни одного намека на опасность по всему Эллириону. - Воодушевленно рассказывал Харнесесс. - Наши разведчики, союзники и друзья пока не нашли ни единого подтверждения того, к чему мы готовимся. И я искренне надеюсь, что все наши труды напрасны, а все, что мы делаем, пригодится лишь на турнире.

- К сожалению, в видении слишком сильно божественное влияние, чтобы оно оказалось пустым. - Возразил Эрмортресс.

- Ну у меня пока нет причин считать, что подготовка не напрасна. - Заметил Тихая смерть. - Ни единой причины.

- Зато у меня есть. - Внезапно проговорил новый голос.

Все трое резко обернулись. В руках первого разведчика сверкнул холодный металл мечей, друид и маг уже наполнили силой заклинания, готовые тут же направить их против врага. А в дверях стоял лесной эльф. Его проницательные, прагматичные глаза, жестко и бесстрастно взирали на готовых к бою соплеменников.

- Ты! - Выпалил, переполненный гневом Харнесесс. - Как ты посмел сюда явиться?

- Все очень просто. - Заявил незваный гость, обращаясь к верховному друиду. - Я пришел сюда по праву рождения, ведь это и мой дом, верно братец?

- Это место перестало быть твоим домом в тот миг, когда ты попытался убить моих сыновей. - Взревел друид.

Он сделал несколько сложных пассов руками и выбросил вперед энергию земли. От него, в сторону противника, переплетаясь и извиваясь, пробиваясь прямо сквозь пол Ильтрассеса, потянулись толстые, живые корни. Они прорастали и увеличивались в размере, а когда почти достигли ног цели, враг внезапно ударил в пол концом белоснежного посоха. Корни резко остановились, а через мгновение высохли, почернели и пеплом осыпались на пол.

- Я не сожалею о том, что сделал. Более того, я уверен, что был совершенно прав. Тогда я не смог справиться, но я вырос, стал сильнее и теперь готов закончить то, что начал много лет назад. Я уже повидался с твоим сыном. - Зловеще заверил он. - Теперь пришло время поговорить и с тобой.

***

К вечеру второго дня, Андориус собрал всех в просторном зале. Друзья устроились вокруг стола.

- Я сделал все, что мог. Теперь ваша очередь. Готовьтесь, утром мы выступаем. Наши люди в рядах Нер'зулГураба уже оповещены и поддержат нас. Верные жрецы уже настроили арку портала. Завтра утром мы откроем врата и попадем через них прямо ко входу в главный храм бога смерти. Не думаю, что нас там ждут, но как только узнают о прибытии, сразу устроят радушный прием. Оказавшись в твердыне смерти, мы должны попасть в самое ее сердце. Именно там хранится часть посоха, вмещающая в себя жизнь Харастиса. Нужно пробраться туда, победить первожреца, захватить лезвие и покинуть храм. Легко не будет. Верные люди конечно помогут остаться незамеченными, но, как только артефакт окажется в твоих руках. - Взглянул он в глаза эльфа. - Все до единого, приспешники Нер'зулГураба бросятся на защиту и не раздумывая преградят нам дорогу.

Дальше апостол достал из-под стола достаточно подробную карту храма, разложил ее и остаток времени, друзья планировали свою дерзкую вылазку в логово врага. Уже поздней ночью, они наконец разошлись по своим комнатам, чтобы успеть отдохнуть перед тяжелым днем.

***

Ранним утром друзья собрались в зале с алтарем Харастису. Все были настроены решительно. Оружие заточено, стрелы разложены, а колодцы маны наполнены до краев.

- Ну что? Отправляемся? - Поинтересовался Апостол.

- Да, давно пора закончить с этим. - Решительно ответил эльф.

Андориус подал знак и двое жрецов забегали вокруг. Они вычерчивали сложные рисунки прямо на полу, шептали магические формулы, а потом, по обеим сторонам от алтаря, в углах рисунка, положили по иссеченному рунами камню и отошли в сторону.

Первожрец встал прямо напротив постамента, на мгновение закрыл глаза, а потом произнес активирующую формулу. От камня до камня, соединяя их, в воздух взвилась трехметровая зеленоватая дуга, а с нее к полу потянулся ровный поток такого же зеленоватого сияния, образуя световой занавес.

- Финал уже близок. Если мы хотим спасти мир, нужно заполучить артефакт. - Повернулся он к эльфу, протягивая верхний обломок посоха с огромным красным граненым камнем. - Собери его любой ценой.

- Я готов заплатить за него всем, что у меня есть. - Пообещал эльф, закинул навершие в сумку и шагнул через портал.

Остальные последовали за ним.

- Боюсь, что придется платить даже тем, чего нет. - Тихо заметил Андориус, исчезая в сиянии последним.

***

Шагнув через врата, Лазриэль оказался чуть в стороне от массивных ворот величественного черного храма. Двое людей перед ним сперва насторожились, а потом, резко упав на колени, одновременно проговорили.

- Приветствуем тебя, спаситель.

Сзади, с легким шипением, из портала появились остальные. Они оказались укрыты от посторонних глаз одной из статуй бога смерти. Перед ними возвышался огромный черный храм. Вниз от дверей уходили бесконечные ступени лестницы, а у ее подножия суетились и постоянно передвигались фигуры в черных балахонах. Там можно было заметить представителей любых рас, только с этого расстояния их было не разглядеть.

После короткого разговора со жрецами, Андориус позвал всех идти за ним и, оставив адептов хранить портал, отворил створку двери и шагнул внутрь.

Внутри храма было темно и прохладно. Чадящие факелы освещали путь. По обеим сторонам от дверей, лежали тела стражников. Адепты постарались максимально расчистить путь. Сразу у входа начиналась винтовая лестница, уходящая круто вниз. Внимательно изучившие карты храма, спутники направились именно туда.

Спирали деревянной лестницы уходили все глубже и глубже. Им не было конца. Гном безостановочно ворчал, переступая с одной скрипучей доски на другую. Но вот, наконец, они оказались на холодном камне пола. Лестница привела в точно такую же комнату, что и наверху. Факелы на стенах, а впереди - большая деревянная двустворчатая дверь. Рядом с ней лежало еще два тела. Снова адепты постарались облегчить проход.

Торопясь покончить с затянувшимся делом, эльф, не раздумывая шагнул вперед и толкнул окованное железом дерево двери. Слегка скрипнули петли и друзья зашли внутрь гигантского подземного зала. Это и был храм Нер'зулГураба. Яркие, коптящие факелы по стенам слабо освещали, огромных размеров, помещение. Своды уходили далеко вверх и терялись в тени. А диаметр составлял больше четырех сотен шагов.

Осторожно оглядываясь и стараясь не шуметь, спутники дошли до центра зала. Там, на постаменте, возвышался главный алтарь, Бог был изображен в полный рост, с занесенным для удара мечом. Он представал во всем своем ужасном великолепии. У его ног, чуть меньшего размера, красовался первожрец и помощник, верный Мортиас, несущий смерть врагам хозяина.

Андориус, поначалу удивленный, а потом озадаченный и даже испуганный, прошел несколько раз вокруг алтаря.

- Я не понимаю, где артефакт? Его убрали или наши жрецы подвели нас? - Негодовал он.

- Может он, как и плащ, где-то сокрыт? - Предположил эльф.

- Наши люди утверждали, что он находится прямо здесь. - Продолжал все сильнее волноваться апостол.

Элиандор первая почуяла неладное. Она подняла голову, ощущая опасность и в ужасе распахнула глаза.

- В стороны! - Громко закричала она.

Не задумываясь, все бросились врассыпную, доверяя словам спутницы. Но не успели сделать и пары шагов, как всех сперва накрыла черная тень неизбежности, а затем, между ними, отбрасывая всех ударной волной, на каменный пол приземлилось вселяющее ужас существо.

Оно было гораздо выше обычного человека, черный, на половину туманный балахон лохмотьями свисал, оканчиваясь над землей. Того же материала глубокий капюшон, скрывал лицо, если оно там еще осталось. Мортиас буквально парил над полом, внимательно разглядывая растерявшихся чужаков.

- Наконец-то. Я уже заждался. Стал сомневаться, что вы придете. Вы ведь вот это ищете?

Обломок посоха, с лезвием на конце упал к подножию алтаря.

- Вот он, мы у цели, нужно только забрать его. - Ликовал венец разума.

- Теперь мое терпение вознаграждено. Я выпью ваши души до дна!

Он ринулся вперед скользя над землей, прямо на эльфа. В руках возникли из воздуха длинные боевые серпы. Первый удар скользнул по куполу барьера. Второй также, третий, четвертый. Защитная магия жгла кошмарное количество маны, чтобы остановить смертоносные взмахи. А жнец и не думал останавливаться. Очередной удар серпа сверху вниз, высек сноп искр из огромного меча викинга.

Варвар вышел вперед, заслоняя собой мага. Шагнул вправо, пытаясь распороть врага, но первожрец скользнул под руку, развернулся и полоснул Снэбьерна серпом по спине. А потом мгновенно обернулся и отбил пущенную стрелу. Друзья, понимая, что враг невероятно силен, быстро разошлись в разные стороны, окружая его кольцом.

Андориус исцелил рану викинга и тут же ослепил врага яркой вспышкой света. Огненный серп, пущенный Лазриэлем разбился, будто и не причинив вреда. Стрела снова оказалась разрублена прямо на лету. В это время все тело врага окутал серый, клубящийся туман. Смертоносное заклинание некроманта кружилось и перетекало, пытаясь выполнить свою задачу, а потом оно просто растворилось. Джибаро ошарашенно смотрел, не веря в происходящее. Самое сильное из его заклинаний только что не нанесло никакого урона.

Мортресс оглянулся вокруг, оценивая всех своих противников, затем зловеще расхохотался, вызывая дрожь и мурашки от страха.

- Это будет забавно. - Издевался он. - Посмотрим, каковы ваши души на вкус.

Его взгляд остановился на гноме. Он метнулся к цели, занес оба серпа над головой и ударил прямо в костяной щит. Некромант чудом успел его создать. А в спину врага уже ударила голубая вспышка молнии, сковывая его и не давая двинуться. Эльф переливал ману в символ, поддерживая заряд. Преодолевая боль и напряжение, первожрец медленно, через силу обернулся, занес левую руку и стряхнул молнию.

Голубая вспышка впилась в пол и погасла. А варвар в это время атаковал. Горизонтальный удар слева направо, возвратный взмах, использовал инерцию для кругового удара, подшаг, диагональный удар, замах и мощнейший удар сверху вниз. Враг принял его на скрещенные серпы. Поднес черный провал капюшона к лицу мечника и стал перетягивать его силы. Огненный шар заставил врага уворачиваться и воин бессильно отшатнулся на несколько шагов.

Стрела тьмы, сорвавшаяся с рук некроманта, вплелась в мантию врага и не нанесла урона. В этот момент двери в зал распахнулись и стоящий на пороге жрец прокричал.

- Спаситель! Силы врага пришли в движение, они скоро будут здесь.

- Джибаро, ты здесь мало чем поможешь. Иди, сдержи их как можно дольше. - Попросил Андориус.

- Пока я жив, сюда никто не войдет. - Истово заверил гном и побежал к выходу, звонко стуча по камню пола титановым протезом.

- Ты жив ненадолго! - Взревел Мортиас и кинулся вдогонку.

Викинг бежал наперерез, Лазриэль готовил заклинание, а апостол бросил вслед сгусток света. Шар врезался в плече противника, разворачивая того и сбивая с хода. Страж взревел, встряхнулся и снова ринулся вперед. Он догнал гнома почти у самых дверей. Занес над ним серп, а потом руку резко дернуло назад. Некромант успел добежать до выхода и скрыться за ним. Первожрец обернулся. Правая рука была скована магической цепью, другой конец которой держал эльф.

Мортиас дернул руку, заставляя Лазриэля упереться ногами в пол, а потом в развороте рассек левым серпом нерушимую цепь Ахирона и бросился в атаку. Эльф по инерции рухнул назад и уже не мог ничего сделать надвигающемуся противнику. На выручку снова пришел викинг. Снэбьерн перехватил мечом удар, предназначенный другу и заставил врага вступить с собой в схватку. Эльфийка хотела попытаться добраться до артефакта, но была слишком далеко от него, да и не оставляла попыток попасть в жнеца.

Удар серпа сверху пришелся на клинок. Взмах справа, снова встретил меч. Диагональный удар одним, затем другим серпом, рассекли лишь воздух, викинг сумел увернуться и ударил в ответ своим клинком, потом попытался пронзить врага, но тот снова скользнул в сторону, повернулся, сбивая очередную стрелу. Огненный шар разбился прямо о спину первожреца, заставляя того дико, разъяренно взвыть. Он метнулся в сторону, вставая ближе к центру так, что оказался лицом к своим противникам.

- Эта игра мне надоедает. - Прошипел жрец. - Я покажу вам силу бездны.

Он стал произносить слова на древнем, неведомом языке. Тени вокруг него сгустились, опутали все тело. Он поднялся выше над полом. А прямо позади него стал осыпаться пол. Онемевшие наблюдатели бессильно смотрели, как прямо за алтарем образовался провал, от края до края которого оказалось с десяток шагов. Оттуда выпрыгнули четверо воинов в черных одеждах, с боевыми косами в руках и тут же помчались в атаку.

Снэбьерн шагнул вперед и перехватил сразу двоих, навязывая им бой. Места вокруг было достаточно и он свободно управлялся с обоими. Его огромный меч принимал удары и жалил в ответ. Третий воин мчался к Андориусу, но не добежав, упал, ослепленный яркой вспышкой. Он тут же откатился в сторону, пропуская мимо луч света. Лазриэль не смог попасть в наступающего врага, сразу двумя огненными шарами, затем, наконец, сбил его серпом огня, приготовился добить новым шаром пламени, когда его внезапно отвлек крик ужаса.

Пока каждый был занят своим воином, Мортиас обернулся к докучливой лучнице. Первожрец метнулся к ней, увернулся от пущенной стрелы, сбил вторую, она успела даже наложить третью на древко лука, но жрец оказался быстрее. Одним махом, он перерубил ее оружие и, схватив правой рукой за горло, поднял над полом. Эльфийка вскрикнула, предвидя скорую смерть. А Противник стал вытягивать из нее жизнь.

Лазриэль повернулся на крик и сам пришел в ужас. Он оставил своего противника и стал плести, как мог быстро, заклинание молнии. Снэбьерн еще быстрее стал размахивать мечом, хотя это казалось невозможным. Он отсек голову первому врагу и повернулся ко второму. Андориус все еще пытался уничтожить своего соперника.

Молния вонзилась в бок Мортиаса, сковывая его, захватывая и трепыхающуюся в его руке Элиандор, но не давая ее добить. А потом Боевая коса наружным лезвием полоснула эльфа по ребрам, разрушая концентрацию. Освободившийся первожрец злобно расхохотался и сбросил свою жертву прямо в пасть разверзнутой бездны. Долгий, оглушительный крик удалялся до тех пор, пока не затих в глубине.

- Так уже лучше. - Удовлетворенно заявил жрец.

Внутренности эльфа сжало от ужаса и сожаления. Он выплеснул горечь, сжигая в пепел ближайшего воина с косой. Противник викинга ринулся на него, а в это время, сам Снэбьерн бросился на убийцу, подняв меч обеими руками над головой и изо всех сил опуская его на врага. Первожрец даже и не думал уворачиваться. Ударом серпов накрест, он захватил клинок, зажав его с двух сторон. Поднял правый серп выше по лезвию, а левый слегка опустил, царапая металл, а затем резко рванул в разные стороны, выкручивая меч из рук варвара, а новым взмахом, заставляя того отступить на несколько шагов. Из бездны выскочили еще четверо воинов и кинулись, размахивая косами, на беловолосого человека без оружия.

Считая соперника уже мертвым, Мортиас повернулся к магу. Лазриэль испепелил его приспешника и был готов мстить. Андориус так и не смог уничтожить слишком изворотливого и быстрого врага, он уже сотворил клинок из света и перешел в ближний бой, отбиваясь от косы.

Снэбьерн увернулся от первых двух ударов, а потом, он внезапно упал, дико взревел, привлекая общее внимание и стал подниматься, раздаваясь вширь, вырастая и покрываясь густой белоснежной, как его волосы, длинной шерстью. Даже враги с косами нерешительно замерли, отступив и опасливо глядя на него.

Посреди боя поднялся огромный белый медведь. Он, дико взревев, обернулся и не мешкая, смахнул тяжелой лапой сразу двоих врагов прямо в бездну. Несколько ударов двух других, лишь слегка прорезали толстую шкуру, оставляя на ней кровавые следы. Медведь еще сильнее взревел, в ярости, вонзил в одного врага огромные когти и стал терзать его тело, совершенно не обращая внимания на удары второго. А когда безвольное тело рухнуло на пол, он перехватил очередной удар последнего противника, сжав его руку полной острых клыков пастью и ударил лапой с такой силой, что враг отлетел, перекатываясь по каменному полу на десяток шагов в сторону, а его рука с оружием так и осталась зажата в зубах.

- Я думал, что Снежный медведь, это лишь имя! - Восхищенно воскликнул Андориус, вновь взмахивая своим клинком света.

Весь в крови и черной густой жиже, что лилась из противников, медведь повернулся к Мортиасу, постепенно обращаясь назад в человека. Одежды на нем почти не осталось, все тело было покрыто ранами и порезами. Тяжело дыша, он шагнул в сторону, поднял свой двуручный меч и с вызовом яростно взглянул в глаза врагу.

Первожрец не стал дожидаться приглашения, он молнией метнулся прямо на викинга. Снэбьерн шагнул еще вперед и взвился высоко вверх, поднимая над головой свой клинок. Падая, он изо-всех сил ударил мечом. Однако, жрец успел, подняв левый серп, отвести им смертоносное лезвие в сторону, а второй выставил прямо перед собой.

В абсолютной тишине колоколом прозвенел падающий на пол двуручный меч. Огромный беловолосый викинг безвольной куклой висел, насаженный на острие боевого серпа. Мортиас держал его на вытянутой руке, потом одним движением, как ненужную старую вещь, стряхнул тело прямо на пол и обернулся к оставшимся.

- Игры закончены. Ты следующий. - Ткнул он серпом в сторону эльфа.

- Следующий ты. - Прохрипел у него за спиной, едва стоящий на ногах викинг. - Вот я и сдержал свое слово, жизнь, за жизнь.

Снэбьерн в последний раз взглянул в глаза Лазриэля, внезапно наклонился, схватил с пола конец цепи Ахирона, так и висящий на руке первожреца и из последних сил дернул на себя, заваливаясь назад. Он повалился прямо в бездну, утаскивая за собой и трепыхающегося врага. А спустя секунду, звенящая тишина накрыла зал.

- Нет!!! - Взвыл эльф, давая волю чувствам. - Почему? За что?

- Прости, Лазриэль, но мы не можем позволить себе скорбь по нашим друзьям. - Подошел к нему, наконец разделавшись с противником, Андориус. - Они отдали жизни ради этой победы. Сколько пробудет в этой бездне Мортиас? Или он умер? Мы не знаем, он может вырваться оттуда прямо сейчас и их смерти будут напрасны. Время скорби настанет когда мы все будем в безопасности, а наша миссия выполнена.

Маг так и не смог остановить катящиеся по щекам слезы грусти и скорби по друзьям, но заставил себя собраться и шагнул к алтарю, возле которого лежал обломок посоха. Он достал из магического кармана походной сумки навершие с красным камнем, поднял вторую часть и соединил их вместе. Шипя, из соединения вырвалось небольшое облачко тьмы, окутало трещину, завертелось и заклубилось вокруг нее, а затем растворилось в воздухе. Посох снова стал единым целым.

- Превосходно. Ты почти справился. Осталось выбраться. - Услышал он ликующий голос в голове.

Эльф убрал посох обратно в сумку и, бросив последний взгляд на провал в полу, поторопился за апостолом. Они поднялись по винтовой лестнице наверх, распахнули врата и перед ними предстала картина боя.

Джибаро стоял на верхней площадке лестницы, а снизу на него наседали толпы противников. Вся лестница перед ним была усеяна торчащими прямо из камня руками, которые хватали врагов, замедляли их и останавливали. Тела уже мертвых прислужников лежали вокруг, скатывались по ступеням вниз и мешали другим. Сам некромант сосредоточенно творил заклинание за заклинанием. Однако его силы таяли и жрецы Нер'зулГураба подбирались все ближе.

Услышав скрип открываемой двери, гном повернулся к вышедшим наружу, лишь двоим, спутникам. Скользнул взглядом по ним, потом его брови удивленно взлетели и радость на лице сменилась удивлением, затем недоверием и наконец грустью. Готовый вырваться изо рта вопрос, так и застрял в горле, при виде слез на глазах эльфа.

Он молча стоял и смотрел в глаза Лазриэля, ставшего единственным другом за долгие годы одиночества, поверившего и принявшего его в свою жизнь. А потом увидел, как внезапно, скорбь на лице друга сменилась ужасом.

Маг встретился взглядом с некромантом, новая волна скорби нахлынула, выжимая слезы по потерянным соратникам. А потом, он в ужасе увидел врага, который сумел прорваться через заклинание Джибаро. Это был человек. Никто не успевал ничего сделать. Глаза гнома выражали сначала радость, потом скорбь, затем грусть, страх, а потом готовность. Готовность отдать все ради победы. Из его груди вырвалось обоюдоострое лезвие короткого меча и исчезло. Он тяжело рухнул на колени.

Эльф на мгновение встретился взглядом с убийцей, а затем его захлестнула ярость, вытеснившая все остальное. Голубая вспышка молнии отбросила человека назад, прямо в толпу. В руке мага вспыхнул пламенный шар и из него, в толпу стали, одна за другой, проноситься девять огненных стрел. Следом, огненный серп уничтожил еще десяток врагов. После чего, он собрал силу, наполнил ей символ и выплеснул наружу.

В нескольких шагах перед жрецами бога смерти, прямо на ступенях, появилась пламенная дева. В каждой ее руке полыхал меч, она приняла боевую стойку, слегка покачивая клинками, готовая защитить создателя. Внимание всех врагов переключилось на нового, опасного противника.

Лазриэль подбежал к другу, опустился возле него на колени. Гном тяжело дышал. Из раны на груди обильно лилась густеющая кровь. Он пытался подняться, но эльф успокоил его движением руки.

- Тихо, лежи, ты уже сделал все, что мог, ты сдержал слово и не пустил никого. Мы захватили артефакт. Мы почти победили. - Успокаивал он друга, пересиливая слезы, которые душили его.

Подоспевший апостол попытался исцелить союзника, но лишь горестно покачал головой.

- Нет, я сделал еще не все. - Через силу заговорил гном. - Я умираю, меня уже не спасти, но я еще могу спасти жизни.

С этими словами, Джибаро засунул руку под полу мантии на груди и извлек оттуда короткий кинжал, украшенный единственным камнем на рукояти. Глаза эльфа в ужасе распахнулись, он попытался отстраниться, замотал головой, подбирая слова. Но некромант, невесть откуда взявшимися силами, схватил его за руку, притянул к себе ближе и уверенно заговорил.

- Послушай меня. Я умираю и ты ничего с этим не сделаешь. Но я знаю, на что способен этот клинок. Я хочу спасти весь мир и если ты не сделаешь того, что должен, моя смерть может быть напрасной. Возьми его и прерви мои муки, получи мои силы и знания и спаси свой народ. Спаси весь Эллирион от нежити.

Сказав эти слова, он вложил рукоять в руку друга и обмяк на его руках, тяжело дыша.

- Сделай это быстро, прямо сейчас. - Приказал гном. - Когда я умру, будет слишком поздно. Исполни мою волю и мы победим.

Пересилив себя, Лазриэль поднял злосчастный кинжал и, тщательно прицелившись, одним ударом оборвал остатки жизни умирающего друга. Слезы застилали глаза. Внутренности сжимались от скорби. Ярость рвалась наружу. А потом его накрыл поток знаний и сил. Кинжал постепенно растворялся, черным туманом перелетая и проникая ему в нос и рот. А когда, наконец, от клинка не осталось и следа, маг понял, что что-то внутри него сломалось.

Жрецы Нер'зулГураба окружили пламенную деву на ступенях и пытались оттеснить ее, но та, совершенно не выказывала страха, лишь отбивая направленные на нее атаки и убивая тех, кто подобрался слишком близко. Когда они поняли, что дева не так уж и страшна, сразу двое атаковали ее с разных сторон. Человек шагнул слева, ударив мечом снизу, который встретил блок горящего клинка. Ракшас атаковал справа. Один его меч, сверху вниз наткнулся на пылающий клинок, а второй, без труда вошел в незащищенный бок жертвы.

Как только пламенная дева была повержена, заклинание сработало и вся энергия, которую в ярости вложил в нее эльф, вырвалась наружу. Взрыв оказался такой силы, что все, кто стоял рядом с девой, мгновенно обратились в пепел, остальных, стоящих на ступенях лестницы, разметало в разные стороны. Люди, ракшасы, джозлинги... приспешники всех рас хаотично взмыли в воздух, сталкиваясь друг с другом, разбиваясь о камень и ломая ноги и руки, сворачивая шеи.

Даже стоящих на вершине эльфа и человека, отбросило и с силой впечатало в двери храма. Лазриэль тряхнул головой, приходя в себя.

- Пошли, здесь осталось слишком много потерь. Эта жертва не должна быть напрасной. Мы должны завершить то, что начато богами. - Потянул его за собой Андориус.

Лазриэль поднялся и пошел следом за другом. Решительной походкой он шагнул через портал и оказался в храме бога.

***

Не медля, эльф предложил отправиться в долгий путь к Харастису.

- На этот раз нам не придется идти пешком. Отсюда мы перейдем порталом. - Заверил его апостол.

Двое жрецов мгновенно подготовили камни и провели сложный ритуал. Уже через несколько минут, эльф и человек, шагнули через новые врата перехода, оказавшись в святилище.

***

Лазриэль достал из сумки посох, собрав на себе все три артефакта.

- Харастис! - Громко позвал он, подходя к усыпальнице - Я заплатил дорогую цену, но собрал для тебя дух, разум и жизнь! Моя задача выполнена. Пришло время и тебе держать свое слово.

Полубог вздрогнул, поднялся, заставляя апостолов вокруг взмокнуть от напряжения, подошел к магу, встал прямо напротив него. Он скользнул взглядом по артефактам, всмотрелся в его глаза, буквально проникая в самую душу.

- Да, ты и правда сделал все, что от тебя зависело. Теперь моя очередь. Вместе, мы действительно изменим судьбу всего мира, но начнем именно с твоего народа, твоих близких и родных. - Сверкнул Харастис странным взглядом.


Глава XIX Исход.


Верховный друид, верховный маг и оракул находились в главном зале Ильтрассеса. В очередной раз обсуждая все, что произошло и должно было еще произойти.

- Да, я не изменил своего мнения и считаю, что убив их в колыбели, мы спасли бы весь мир от надвигающегося ужаса. - Настаивал оракул. - Мои взгляды остались неизменны и я пытался убить Лазриэля трижды. Два, созданных мной, отряда нежити были уничтожены им и его спутниками. Потом я подстроил западню, раскрыв его планы султану Раджистада, но снова все бестолку, они выкрутились, а теперь уже слишком поздно. Теперь осталось только готовиться к атаке. Потому и с беловолосым племянничком, я лишь поговорил.

Внезапно, двери с грохотом распахнулись и внутрь ворвался перепуганный, эльф. На нем не было лица.

- Она... она там... она идет прямо сюда. - Затараторил он.

- Кто? - В один голос воскликнули трое.

- Аварэсса. - Выдохнул стражник.

Эльфы переглянулись, ошарашенно уставившись на вестника. А потом, все бросились к выходу.

Через поселение, плавно покачивая бедрами, прямо к Ильтрассесу шла полуобнаженная прекраснейшая эльфийская богиня-мать. Ее черты были идеальны, движения легки и грациозны, взгляд гордый, прямой и целеустремленный. Она остановилась в десятке шагов от Харнесесса.

- Таэль'авир, сын верховного друида, подойди ко мне - Обратилась она в толпу, уже собравшуюся вокруг.

Голос богини, словно музыка лился, заставляя прислушиваться к ее словам. Каждому хотелось откликнуться на ее зов. Но она обращалась лишь к одному.

Именно оттуда, куда она смотрела и вышел, рассекая толпу, юный мечник. Он с благоговением и легкой опаской подошел к матери эльфов и неуверенно склонился.

- Встань, дитя. Сегодня я пришла, чтобы преподнести дар. Я чувствую, как растет сила тьмы, точно знаю, что бог смерти помогает приспешникам своей энергией, но не могу вмешаться лично. Так я нарушу баланс сил и ответный удар не заставит себя ждать, он же как-то сумел обмануть вселенское равновесие. Однако, я могу не напрямую влиять. Тебе, юноша, уготована судьба, стать моим орудием в борьбе с Нер'зулГурабом.

Она вытянула руку вверх и к пальцам стала клониться крайняя ветвь Ильтрассеса. Когда они соприкоснулись, на дереве образовалась почка. За считанные мгновения, она выросла, набухла, став размером с голову и тяжело оттягивая ветвь к земле. А затем плод лопнул, вываливая на землю содержимое. Перед Таэлем упала сложно переплетенная сеть лианы с белоснежными эбеновыми листьями. Изумленный, он взирал на артефакт, лежащий в траве.

- Не подведи меня. Надень это и помни, только чистое сердце поможет победить тьму. - Проворковала она и стала исчезать.

- Стой! - Возмутился растерянный и смятенный юный эльф, вскакивая с колен. - Это что, твой дар? Мир стоит на пороге гибели, армия нежити готова уничтожить нас всех, а ты преподносишь мне какую-то лошадиную сбрую?

Его негодование было так велико или присутствие божества очистило разум, но барьер рухнул и он смог говорить свободно. Аваресса тут же перестала исчезать, вновь обретая реальность. Глаза богини вспыхнули яростью. Она подняла руку в сторону эльфа и невероятная, невидимая сила подхватила его и припечатала к дереву, в десятке шагов за спиной.

- Глупый юнец! - Слова богини били по разуму кузнечным молотом. - Как ты смеешь сомневаться в матери эльфов! Ты будешь жестоко наказан за свою дерзость!

Ее волосы развевались невидимыми потоками силы, босые ноги приподнялись над землей и она зашагала резкой походкой прямо по воздуху в его сторону. Казалось все вокруг затихло, ожидая продолжения.

Таэль попытался пошевелиться, но поток силы был столь мощный, что он боялся врасти в дерево за своей спиной. Эльф извернулся и сделал единственное, на что был способен, лишенный подвижности. Он телепортировался. К великому удивлению у него это получилось. Поражена была даже богиня. Но она очень быстро пришла в себя, перенаправила потоки силы и эльфа снова пригвоздило к стволу. На этот раз и телепортироваться он не мог.

- Нет, искра, второй раз такое не выйдет. Смерть! Вот наказание за то, что ты сделал! - Распалялась богиня

В этот момент, испугавшись за него и не жалея себя, Эрмортресс, укрытый магическим щитом, сотворил пурпурную сферу и шагнул вперед, видимо собираясь запустить ее в бессмертную всемогущую богиню, но Аваресса лишь взмахнула рукой в его сторону и Верховный маг осыпался тысячей фиолетовых кусочков прямо на землю.

Харнесесс взревел и ринулся в атаку, на ходу трансформируясь в боевую форму. Тонкая изящная ручка протянулась в его сторону и Верховный друид так и замер уродливой статуей, наполовину обратившись в ночного охотника. Остальные молча, в ужасе наблюдали.

- Даже смерти мало! За твои слова ты должен быть отправлен в мои личные покои и лизать мне ноги до скончания веков, жалкий червь! Благодари мое милосердие и твою роль в судьбе всех моих детей за то, что ты останешься жив! Позже я обязательно тебя накажу по настоящему! Пока же... Вот твое наказание... До самого заката твоей земной жизни ты будешь носить мой дар и никогда не снимать. Да будет так!

По мановению повелительницы лежащие на земле ножны поднялись и полетели прямо к эльфу. Опутали его тело, разрывая одежду, царапая кожу, сплетаясь в тугие кольца. Всего эльфа с ног до головы окутал божественный свет. Когда сияние пропало, на земле остался лежать обнаженный эльф, голый торс которого был оплетен несколькими лозами, на одной из них, на левой груди, чуть выше сердца рос настоящий лист эбенового дерева.

- Вот тебе мой дар и мое проклятье - Произнесла уже остывающая богиня, силой мысли приподнимая своего адепта над землей. - Неси его с честью, славь его в веках, круши своих врагов с моим именем на устах, занимайся любовью с прекрастными девами с моим образом в голове, твори праведные дела с моими заветами в разуме, сей смерть и даруй жизнь с моим благословением в душе. И тогда, возможно, я прощу тебе, юный эльф, твою заносчивость и горячность.

И прекрасная богиня растаяла в воздухе на глазах изумленных эльфов, осыпавшись на землю белоснежными эбеновыми листами. Харнесесса отбросило на несколько шагов назад и он снова стал обычным эльфом. Фиолетовые осколки вновь собрались в единое целое и изумленно смотрели на происходящее глазами верховного мага. Таэль испуганно осматривал свое тело, пытаясь сорвать путы, но ничего не выходило. Воля богов нерушима.

***

Прошло два дня с появления богини эльфов в Лесном доме. Таэль шел к Ильтрассесу, по вызову отца. Он уже почти смирился с тем, что лоза будет опутывать его тело до конца дней. Только вот в чем сила артефакта, оставалось загадкой. А единственный лист постоянно доставлял неудобства. Он срывал его, выкручивал, жег, не помогало ничего, спустя несколько часов, вырастал новый. Вот и сейчас лист стал мешаться, упираясь краем в кожу. Не задумываясь, эльф сунул руку под рубашку, сорвал лист и бросил в сторону.

Он остановился, услышав невдалеке глухой удар, повернулся туда и удивленно уставился на торчащий из ствола дерева, шагах в десяти, лист. Ошеломленный своим открытием, он подошел и выдернул еще дрожащий лист. В его руке лежал длинный, белый, обоюдоострый клинок в форме эбенового листа.

В этот день, он не мог думать больше ни о чем. Невпопад отвечал отцу, совершенно не вникая в то, что он говорил, а как только освободился, сразу же помчался на полигон. Там он дождался, пока новый лист вырастет до конца, сорвал его и удивленно уставился. Мягкий еще секунду назад, он тут же стал жестким и прочным, как металл, а острые края листа, превратились в смертоносные лезвия. Эльф подержал клинок в руке, повертел его, проверил баланс. Перед ним был идеальный метательный нож.

Не раздумывая, он тут же проверил оружие в деле и удовлетворенно кивнул. Это был лучший метательный кинжал из тех, которые он видел до сих пор. В приподнятом настроении, Таэль погрузился в медитацию и там стал тренироваться метанию. Он отработал броски под разными углами и в самых разных направлениях, когда с удивлением обнаружил, что под листом постепенно прорастает еще один. А сама лоза удобно оплетала его бедра, став своеобразным поясом с единственным ответвлением к груди, на котором росли уже два листа.

- Мать, Аваресса. Как же я забыл, что артефакты ильтрассеса еще и развиваются вместе с хозяином. - Воскликнул он, кляня себя за забывчивость.

***

Шел третий день медитаций. Листов стало уже три и они вырастали гораздо быстрее, сорванный, становился метательным клинком, но через несколько минут засыхал и осыпался пеплом, как настоящий лист. Кроме того, лиана постепенно оплетала и ножны его любимых, коротких клинков.

Спустя еще несколько дней, эльф попробовал снять старые ножны. Тогда, растительность постепенно стала принимать вид петли для клинка. А когда размер оказался подходящим, эльфийские кинжалы легли на свои места.

Прошло еще три дня. Листов на груди стало уже четыре, а скорость их вырастания сократилась примерно до получаса. Тогда, эльф впервые понял, что может еще и контролировать ножны ментально, как лиану в доме. Пока только слегка поворачивая клинки на поясе, усилием мысли, но он был уверен, что сможет гораздо больше, нужно только время, которого оставалось все меньше.

***

С появления богини прошло три недели. День возможной атаки все приближался. Харнесесс уже распорядился об усилении отрядов разведки и готовился вот-вот отозвать под защиту белоснежных стен Вороново крыло, вместе со всем его поселением. В воздухе по прежнему витало напряжение, заставляя всех держаться начеку.

Рассвет постепенно отвоевывал себе край неба, подбираясь к Лесному дому. Верховный друид еще спал, наслаждаясь последними минутами отдыха перед очередным тяжелым днем. Только он еще не представлял, насколько этот день будет мрачен для лесных эльфов.

Тихо, крадучись как тень, в его жилище скользнул эльф с двумя изогнутыми клинками. Он словно кошка переступал по деревянному полу, не издавая ни звука. Подкрался к постели хозяина дома, навис над ним и единым, резким движением схватил за оба плеча, выдергивая того из дремы.

- Вставай, Харн! - Полушепотом заговорил гость.

- Тихая смерть? Что случилось? - Спросонья пытался сообразить друид.

- Случилось худшее. Лесная поляна потеряна. Нежить уже на пороге. Видение обмануло, они пришли раньше. - Скорбно потупил взгляд старый вояка.

Верховный друид взвыл от бессильной ярости, вскочил с постели и стал облачаться в доспехи.

- Собирай в твердыне всех, кто может держать оружие. Срочно отводи за стены передовой пост. Буди Эрмортресса и верни разведчиков за стены. Теперь каждая секунда на счету. - Раздавал он указания, наскоро собираясь.

В это время зал озарился резкой вспышкой, сопровождаемой хлопком и прямо перед ними появился верховный маг в боевой мантии.

- Харнесесс, Мы прогадали. - Хмуро сказал он.

- Я уже знаю. Теперь будем иметь дело с тем, что есть. - Отрезал эльф. - Собирай своих магов. Делаем то, о чем договаривались.

***

В общем зале Ильтрассеса собрались уже все, когда, раздав последние указания, внутрь вошел верховный друид. Он был облачен в ритуальные доспехи. Ветвистые оленьи рога на шлеме делали его еще более грозным и величественным. Друид вышел в центр и мгновенно завладел вниманием присутствующих. В зале повисла гробовая тишина и все взгляды обратились к нему.

- Друзья! - Начал друид. - Враг уже на пороге. Повелитель тьмы ведет свою армию нежити к нашим дверям. Наши друзья в Лесной поляне пали смертью храбрых. Наши дома в опасности. Наши родные под ударом. Мы должны защитить свою землю, свой дом и своих близких. Готовьтесь к бою! Я буду ждать вас всех на стене.

Боевой клич стал ему ответом. Воодушевленные союзники бросились на улицу, чтобы успеть попрощаться с близкими, подготовиться к бою и встретить врага лицом к лицу.

Харнесесс подошел к Таэль'авиру, положил руки ему на плечи, внимательно посмотрел в глаза сына.

- Таэль. Я уверен, твой брат уже в пути и он поможет нам, но сейчас я могу положиться только на тебя. Собери всех мирных жителей, отведи в твердыню. Организуй их и помоги защититься.

***

Таэль к этому времени имел в своем арсенале пять белоснежных метательных листьев, каждый из которых вырастал заново в течение четверти часа. Телепортироваться он мог уже шесть раз подряд, а каждые десять минут восстанавливался один прыжок. Ножны для коротких клинков он больше не использовал, полностью заменив их переплетением лозы.

Он готовился к этому дню сотни часов, много дней провел в медитативном трансе, продумал и испробовал все варианты, просчитывая каждый шаг. Но это не помогло. Когда настал решающий миг, его ноги едва не подгибались под тяжестью ответственности.

Как и в каждом из сотен и тысяч видений, отец приставил к нему двух эльфов-мечников и вместе, они отправились собирать людей в твердыне. Сегодня на кону была судьба всего эльфийского народа. Сегодня от каждого решения зависит, смогут лесные эльфы выжить или канут в бездну забвения. Но сегодня, несмотря на страхи и сомнения, он готов повести за собой остальных.

***

На белоснежном дереве стены стоял верховный друид, рядом с ним верховный маг и первый разведчик. Воины давно собрались вокруг и уже несколько часов переминались в томительном ожидании.

- Снаружи точно никого не осталось? - Не унимался друид.

- Точно. Я лично заводил последних внутрь. - Ответил Тихая смерть.

- Враг совсем рядом. Мои воины уже готовы. - Отчитался, подходя к ним оракул.

- Значит скоро все решится. - Задумчиво проговорил Эрмортресс.

- Друг, не забудь, что ты мне обещал и сдержи свое слово. - Напомнил ему Харнесесс

- Я помню... - Только и успел сказать человек.

Внимание всех, находящихся на стене, привлекла внезапная тишина, наступившая в лесу. А несколько минут спустя, на поляну перед вратами выползла зловещая чернота. По самой земле в их сторону продвигались щупальца клубящейся тьмы, поглощая траву, землю и кусты, она приближались, покрывая все пространство. Проклятие осквернения остановилось лишь у самой стены. Белоснежный барьер не пустил ее дальше.

Верховный друид закрыл глаза, сосредоточился и мысленно потянулся к земле. Он коснулся самой ее сути, ощутил ее боль и страх, дотянулся до тьмы и заглянул в самую ее глубину.

- Они действительно оскверняют поверхность. И, как и в видении, я все-таки ощущаю вмешательство божественной силы. Аваресса была права. Надеюсь, нам все-же удалось изменить хоть что-то. - Задумчиво обратился Харнесесс к друзьям.

За деревьями, начинающимися в сотне шагов от стены, послышались первые звуки надвигающегося противника. Безмолвная армия продвигалась в тишине. Лишь лязг оружия и доспехов, да хруст время от времени ломаемых веток, нарушали ее. На поляну вышли первые скелеты-воины. Армада некросов остановилась выйдя на поляну. Скелеты встали ровными рядами и замерли, не шевелясь.

Верховный друид с неудовольствием отметил, что противники выглядят гораздо более сильно, чем в видении. Каждый скелет был одет в доспехи, у каждого было настоящее оружие. Восставшие воины ощетинились сверкающими на солнце мечами, топорами и копьями.

- Маги, укройте всех ментальными щитами. - Решил перестраховался Харнесесс.

А еще мгновение спустя, все пришло в движение. Скелеты ринулись в атаку. Лязг металла, топот сотен ног и перестук костей смешались в кошмарную какофонию звуков.

- Лучники, не стрелять. Эрмортресс, будьте наготове, но пока не лезьте. Хорнлаэс, начинай. - Раздавал он указания.

Чуть вперед вышел упомянутый друид. Он потянулся разумом к своим питомцам. Подчиняясь воле друида, из леса, поперек силам нежити, выскочили лоси. Впереди бежал огромный вожак, за ним клином мчались еще четверо взрослых самцов. Они ринулись по краю атакующих некросов, ветвистыми рогами снося первые ряды пехоты. Добравшись до другого фланга, сохатые перестроились, и уже с трудом пробились обратно, вновь оставляя за собой хаос.

Харнесесс кивком поблагодарил друида, повернулся к оракулу.

- Твой выход.

Скелеты уже добрались до стены и принялись яростно кромсать ее своим оружием. Отступник шагнул к самому ее краю, простер руки над землей и отдал мысленный приказ.

Весь левый фланг скелетов оживился и неожиданно атаковал своих же. Сотни тварей развернулись и врезались в свои же ряды, кромсая и рубя всех на своем пути. Внизу начался настоящий хаос. Эльфы на стене ликовали, видя это. Но успех был не долгим. Отряд отшельника оказался полностью перебит, когда все остальные развернулись против них и навалились числом.

- Их слишком много. - Виновато пожал плечами некромант.

- И это было лучше, чем ничего. - Успокоил его друид, поворачиваясь к остальным. - Маги и друиды, приготовьтесь. Берегите ману, она еще понадобится, бейте без промаха!

Как только мятежных скелетов не осталось, все остальные вновь набросились на стену, но теперь их встретила магия. Порывы ураганного ветра сдували и разбивали их друг о друга, в самом центре вражеских сил разразился настоящий ураган. Из терновых зарослей вырвались переплетения корней и стали раздирать и оплетать противников. Стая волков на одном фланге и несколько медведей на другом, вносили свой посильный вклад. То тут, то там, стайки налетевших птиц поднимали одного скелета из толпы в воздух и бросали, разбивая о землю. Лоси пробегали вдоль фланга вперед-назад, низко пригнувшись к земле и собирая на рога десятки некросов. Ментальные мечники, как и в видении явились шагах в десяти от ворот и рассекали накатывающие волны скелетов.

А потом, как и в видении, скелеты постепенно стали иссякать, среди них появлялось все больше зомби и даже воскрешенные. Наконец, из леса, с треском ломая деревья вышли исполины. Зомби-огры и зомби-тролли широкими, размашистыми шагами шли к стене.

- Лучники, в атаку. - Взревел Харнесесс.

Сотни стрел взмыли в воздух и обрушились на врагов. Следом новая туча белых, эльфийских стрел, пропитанных магией отправилась им вдогонку. Гиганты не успели пройти и половины пути, как были повержены. Когда среди некросов стали мелькать воины-тени, стало ясно, что и хозяин близко.

- Вперед, пора. - Скомандовал верховный друид.

Друиды вместе с магами объединили усилия и огромный земляной вал, словно волна на воде, прокатился от стены до самого леса, отталкивая, перемалывая и перемешивая скелеты и зомби, расчищая место перед терновыми зарослями. Харнесесс первым спрыгнул со стены на освободившееся пространство. За ним низринулись вниз все остальные защитники. Эльфы-мечники выстроились в первый ряд, а позади них встали лучники, друиды и маги.

Каждую волну скелетов по прежнему перемалывала убийственная магия, переплетенная с чарами друидов. У некросов не было ни единого шанса пробиться через нагромождение заклинаний.

Именно тогда на поле появился он. Тьма сгустилась и накрыла все, словно небо затянули тучи. На поляну из леса вышел сам повелитель тьмы. Черная мантия, окутанная тьмой, глубоко надвинутый капюшон, скрывающий лицо, клубящиеся и извивающиеся у его ног щупальца теней, пугали и завораживали. А чуть поодаль, на поляну скользнули двенадцать личей в черных мантиях, готовые в любой момент поддержать своего повелителя.

Нежить с новыми силами хлынула на защитников. Друиду пришлось снять запрет на разрушительную магию и ряды надвигающихся некросов накрыл огненный шторм. Вихри пламени захлестывали и перетекали, испепеляя врагов. Но буйство стихий продолжалось не долго. Темный властелин воздел руки к небу, и от него, в сторону защитников потянулись щупальца тьмы. Они накрыли пламя, заставляя его потухнуть и расстелились по земле густым, зловещим туманом. Сквозь завесу тумана, на эльфов ринулись тени и воины тьмы, верхом на воскрешенных лошадях.

Туман не давал использовать губительное для нежити пламя, мгновенно поглощая его, но в арсенале магов было достаточно других способов уничтожить врага. Молнии, ледяные стрелы, ментальные взрывы, порывы ураганного ветра, поначалу все это успешно сдерживало натиск, но потом в дело вступили личи. Они затянули синхронный речитатив, туман сгустился, собрался в черное, клубящееся щупальце и хлестнул по рядам защитников, взвился в воздух, нанося новый удар. Затем новое щупальце вырвалось из тьмы, хватая эльфа и утаскивая его в глубину завесы. Вопли ужаса оттуда явно дали понять, что мечник не выживет.

Воины тьмы, подпитываемые туманом, с еще большей яростью накинулись на живых. Лучники еще пускали стрелы одну за другой, но мечники-эльфы уже вступили в бой, изо всех сил стараясь сдержать натиск превосходящего числом врага.

Верховный маг закрыл щитом своих союзников, не давая щупальцам достать их. Но те не оставляли попыток. Удар за ударом, они сперва пытались пробить купол, потом старательно выискивали брешь в защите, из тумана неспешно вытянулось третье, а потом, внезапно, все три щупальца растворились в воздухе.

Защитники вздохнули с облегчением, маги снова сосредоточились на уничтожение сил врага, а Эрмортресс, недоуменно осматривал поле битвы, в поисках причины внезапного отступления. Найдя же ее, маг удивленно вскинул брови, поражаясь увиденному.

***

Личи объединили свои силы, призывая саму первозданную тьму. Защитникам оставалось жить недолго. Первожрец объединил свой разум с туманом впереди и стал создавать из тьмы щупальца, которые, подчиняясь его воле, крушили ряды живых. Внезапно, одно из них встретило преграду. Какой-то из смертных посмел выставить щит. Первожрец заставил тьму биться в барьер, но тот выдержал. Слабых мест в нем не оказалось, значит соперник опытный. Заставляя тьму отрастить еще одно орудие, он полностью погрузился в ее глубины и очнулся только осознав, что кувыркается по земле шагах в пятнадцати от прежнего места.

Он поднялся, стряхивая пыль и в ярости уставился на давнего врага. Из пурпурного портала на поле боя рвались кошмарные твари, создания теней набрасывались на личей, связывая их боем. А перед ними стоял Махитхарджи, сверля ненавидящим взглядом повелителя тьмы. Первожрец не собирался просто так позволить напасть на своего хозяина. Он вскочил и сплетая тьму, бросился в атаку.

***

Таэль'авир выполнил просьбу отца. Он собрал всех мирных эльфов в твердыне, организовал их оборону, раздал указания и стал ждать. Но атака все не начиналась. Мечник забеспокоился. Он оставил воинов в помощь хранителю знаний и помчался на разведку. Первым делом проверил часть стены, которая была атакована в видении, но там оказалось все совершенно спокойно. Сразу за белоснежным барьером начинался нетронутый лес, в котором щебетали птицы и перекрикивались звери.

Сын верховного друида забеспокоился еще больше. Неужели он был обманут? В голове пронеслись прошедшие дни, проведенные им в подготовке. Отец всегда сочувственно смотрел на него, как и верховный маг. Они каждый раз виновато опускали взгляд, видя его, взволнованным. Казалось, что они знают его беду и переживают за него, но молчат. Ещё этот турнир...

- Вот старые пройдохи. - Выругался он. - Оба знали все с самого начала. А видение скорее всего, чтобы не путался под ногами. Я вам покажу, что достоин. Вы увидите, на что я способен.

Эльф бегом бросился к вратам, даже не спускаясь со стены. А когда добрался туда, его глазам предстала зловещая картина...

***

Эльфы перед стеной восстановили стройные ряды и продолжали отбиваться. Мечники принимали на себя удар, постоянно сражаясь с несколькими соперниками, а лучники из-за их спин не жалея растрачивали остатки снарядов. Вся поляна до самого леса была укутана низким, густым, черным туманом, который шевелился, перетекал и казался живым. Через эту непроницаемую завесу продолжали рваться к цели тени и воины тьмы.

Маги сыпали заклинания, уничтожая врагов целыми отрядами. Друиды замедляли и разрывали врагов корнями и побегами растущих деревьев. Пятерка ментальных мечников все еще стояла на своем пятачке. А чуть дальше на поляне, двенадцать темных фигур собрались в круг. Над ними сгустился мрак, а из тумана вырвалось щупальце, сотканное из тьмы. Оно разметало защитников и взвилось в воздух для нового удара, следом вырвалось еще одно, опутало бедного эльфа за ногу и утащило в туман.

Фиолетовая вспышка озарила дальнюю часть поляны. Через пурпурный портал, на траву ступил, закутанный в расписанную рунами мантию, человек. Он создал два маленьких портала прямо в центре между сосредоточенными личами и схлопнул их между собой.

Взрывом некротических магов разметало далеко в разные стороны. Махитхарджи повернулся к стоящему в стороне повелителю теней, но первожрец преградил дорогу, в его руках трепетал, сотканный из самой тьмы меч. Личи, один за другим поднимались и вступали в схватку с порождениями тьмы, выскакивающими из открытого портала. На одного накинулась шестилапая пантера. Другого подмял под себя похожий на каменную глыбу теневой голем. Сразу нескольким пришлось вступить в схватку с исполинским демоном, прошедшим через портал, низко пригибаясь.

- Уничтожьте этого червя! - Взревел повелитель тьмы. - Он виновен в моем поражении.

Семеро личей бросились исполнять команду хозяина. Каждый со своим оружием, кто-то с заклинаниями, срывающимися с рук. Но противник создал по небольшому порталу в каждой руке и отбивал ими направленные против себя силы.

- Я копил ненависть много столетий. - Зловеще прошипел он. - И сейчас вы отведаете ее на вкус.

Из портала позади него стала вытекать тьма, сгущаясь и поглощая туман вокруг. Она все разрасталась, становясь огромным, бесформенным клубком, а мгновением позже взорвалась десятками щупалец, метнувшихся в разные стороны. Каждый из личей оказался занят борьбой с несколькими изворотливыми, гибкими конечностями, хватающими за ногу или руку, стегающими по лицу и норовящими вырвать из рук оружие.

Махитхарджи повернулся к главному противнику и уперся взглядом в провал капюшона.

- Умри, тварь! - Зарычал враг.

Предводитель армии мертвых поднял свой посох в сторону мастера теней и с его рук сорвался зеленоватый поток энергии. Махитхарджи не растерялся, он взмахом руки распахнул портал, а рядом создал второй. Энергия исчезла в портале и вырвавшись из другого, ударила в грудь одного из личей, отбрасывая его далеко в сторону.

Таэль больше не смог ждать. Он шагнул так далеко, как только мог и оказался прямо посреди боя. Мимо скакали в атаку легионы тьмы. Пыль и серый туман застилали глаза и нос. Он едва успел среагировать, уклоняясь в сторону от мощной груди боевой лошади. Рука ухватилась за сбрую и эльф в мгновение ока очутился на крупе скачущего коня, прямо позади противника. Он не раздумывая достал короткий клинок и вонзил его в спину воина тьмы, сбрасывая того под ноги остальных.

Эльф резко потянул уздечку в сторону, заставляя животное разворачиваться, сбивая весь строй и образуя столпотворение на левом фланге. На ходу выхватил меч и срубил несколько голов. Он встал прямо на спине скачущего животного, достал второй клинок и ловко перескакивая с одной оторопевшей лошади на другую, стал уничтожать каждого некроса, до которого смог дотянуться.

А когда расстояние позволило, эльф совершил еще один скачок, оказавшись в нескольких шагах от повелителя тьмы.

- Вот и пришло время все закончить. - Вспылил Таэль.

Очертя голову, мечник бросился в атаку, но наткнулся на блок посоха. На него в упор смотрели горящие красные глаза, в черном провале капюшона.

- Я знал, что ты придешь. - Прогремел холодным металлом голос прямо в его голове.

Повелитель теней мощным ударом посоха отшвырнул его на несколько шагов, а брошенный эбеновый лист, был охвачен тенями и обращен в пепел. Махитхарджи атаковал повелителя с другой стороны. Щупальца тьмы сорвались с его руки, опутывая шею противника, но тот лишь взмахнул рукой, обрывая их.

- Ты надеялся победить меня моим же оружием? - Расхохотался хозяин некросов. - Змеиный яд не приносит вреда самой змее.

С этими словами он поднял руки и прямо из почерневшей земли, стали выбиваться щупальца тьмы, пытаясь схватить врага.

Махитхарджи изворачивался, создавал в руках пурпурные круги порталов, отражая удары, перерубал ими щупальца, уворачивался, но все же оказался не так быстр, как было нужно. Повелитель тьмы усилил напор, поднимая все больше теневых отростков и одна из гибких конечностей обвила ногу цели, поднимая его в воздух.

Возпользовавшись тем, что противник отвлекся, Таэль совершил скачок в сторону и метнул три подряд эбеновых клинка. Враг успел отреагировать, хоть и был увлечен борьбой. Он обернулся и из-под земли вырвался целый шевелящийся лес. Однако один из листьев все же пролетел между щупальцами и, царапая щеку, сорвал капюшон.

Удивление, растерянность, негодование, страх, ужас, ярость, сменялись на лице Таэля так быстро, что слова застряли в горле.

- Ты... - Только и сумел он выдавить из себя, глядя в пустые, горящие гневом глаза.


Глава XX Игры богов.


Эрмортресс, Харнесесс и Таэль ошарашенно уставились на повелителя тьмы. Никто из них не мог поверить своим глазам.

- Убейте их всех! Уничтожьте каждого, кто дышит, а я пока разберусь с братцем. - Зловеще процедил Лазриэль. Его голову украшал венец, на спине развевался красный плащ, а рука сжимала посох с красным рубином и лезвием на конце. Повинуясь его воле, щупальце тьмы далеко отшвырнуло Махитхарджи, а сразу десятки других, метнулись в сторону мечника.

Таэль'авир так и не оправился от шока, но многие часы тренировок дали о себе знать и он стал уворачиваться раньше, чем подумал об этом. Эльфийские клинки позволяли рубить тени, но их оказалось слишком много и эльф решил, что пора перехватывать поводья и атаковать самому. Он вспыхнул и появился прямо позади брата, пытаясь вонзить клинок в спину, но тот оказался быстрее, снова принимая меч древком черного посоха. Оттолкнув Таэля, он крутанулся, пытаясь достать его лезвием. От смерти спас только камень, на котором оступился воин.

Андориус в это время отбился от монстра из мира теней, развеял еще одного, кинувшегося на перерез и набросился с черным мечом на Махитхарджи. Удар слева встретил портальный щит, попытка распороть ему живот, снова щит. Взмах снизу-вверх, противник увернулся. Апостол зарычал от гнева, сплел тени и выплеснул прямо в грудь сопернику. Несмотря на щит, пурпурный маг был отброшен на несколько шагов назад. Он встряхнулся и стал собирать тени.

Друиды уже опустошили запасы маны, обратились в боевые формы и ворвались в ряды нежити. Ментальных мечников давно смяли. А эльфы умирали один за другим. Тени и воины тьмы оказались весьма умелыми бойцами, а их количество позволяло атаковать живых сразу по двое или даже по трое.

Харнесесс последний раз встретился взглядом с верховным магом, одними губам ипрошептал: 'Помни' и стал трансформироваться. Руки вытянулись, изогнулись под странным углом, превращаясь в лапы-серпы. Он увеличился в размерах, оброс хитином. И вот уже, в самую гущу некросов прыгнул исполинский ночной охотник. Хитин принимал на себя удары мечей и топоров. Мощные удары разбрасывали врагов в разные стороны. Воскрешенных лошадей он перерубал пополам взмахом могучей лапы, а выстреливая шипом, выбивал всадника из седла прямо на ходу.

Друиды создали в рядах врага на правом фланге настоящую бойню. Левый же фланг, наконец восстановил ряды после сумятицы, внесенной Таэль'авиром и вновь направился в атаку, но маги были начеку. Эрмортресс не спеша двинулся вперед, рассыпая молнии по сторонам. Каждый его следующий шаг сопровождался новым заклинанием. Ментальные удары, ледяные стрелы, смерчи, катящиеся валуны. Никто не мог к нему даже приблизиться, а он все шел прямо сквозь ряды врагов.

Таэль'авир призвал все свои силы и скорость, пытаясь обезоружить брата, но тщетно. Черный посох мелькал в бешеном ритме, отбивая все удары парных мечей. Диагональный удар в очередной раз встретил блок, поперечный взмах рассек лишь воздух. Подшаг и удар накрест, снова черное древко блокирует удар. Шаг назад, попеременные взмахи мечами, каждый из которых отбит в сторону. Он попытался выбить посох из рук, но Лазриэль резко выбросил руку вперед, оплетая оба лезвия тьмой, потянул на себя, а потом ударил посохом. Выброс энергии из красного камня отбросил мечника далеко назад.

Над Таэлем тут же возник брат, занося над ним острие посоха. Он с силой опустил оружие. Мечник, не теряя времени, выхватил короткие клинки, разрывая ножны артефакта и в последний миг, накрест выбрасывая руки, отвел удар вверх. Лезвие глубоко вошло в землю, что дало шанс выбраться и приготовиться к новой атаке.

- Лазриэль! Ты слышишь меня? Я знаю, что это не ты. - Попытался он достучаться до брата, отбивая очередной удар. - Брат! Лазриэль! Услышь меня! Помоги мнеее!!!

***

Лазриэль не понимал, где находится, что происходит, сколько времени прошло. Он не мог шевелиться, не мог разговаривать, не мог пользоваться магией, ничего не слышал и не видел. Вокруг была лишь кромешная тьма, не позволяющая разглядеть даже собственную руку. Ничего, скоро Харастис все решит, просто полубогу нужно время на исполнение своего обещания.

А время тянулось бесконечно и он устал ждать. Он провел уже вечность во тьме. Эльф сосредоточился на своих ощущениях и внезапно понял, что не чувствует магических пут. Его держала здесь не магия, а чужая воля. Осознание молнией вспыхнуло в голове, мгновенно проясняя разум и стряхивая наваждение. Он вспомнил, что произошло...

***

Вместе, мы действительно изменим судьбу всего мира, но начнем именно с твоего народа, твоих близких и родных. - Сверкнул Харастис странным взглядом.

А Лазриэль с беспокойством понял, что не может пошевелиться. Он попытался сплести заклинание, но безуспешно. Слова застревали в горле, мысли путались. Он ничего не понимал.

- Я не могу пошевелиться. Харастис, что происходит? - Обратился эльф к полубогу.

- Андориус, подготовь нашего друга к ритуалу и можешь пока рассказать ему все, он все-равно никому не сможет поведать. - Зловеще расхохотался он.

- Видишь ли, друг. Я же всегда говорил, что твоя доверчивость сыграет с тобой злую шутку. Что ж, так и вышло. - Засмеялся апостол, что-то колдуя с телом эльфа. - Надо было слушать меня, быть подозрительным и во всех сомневаться. Теперь же слишком поздно. Дело в том, что мы тебя обманули...

- Скорее ты сам себя обманул, наивный светлый. - Вставил свое слово, укладываясь обратно на усыпальницу, Харастис.

- Точно. Ты ведь знал историю религии, но поверил первому встречному. Верно говорит повелитель, светлые безмерно глупы и наивны. Харастис действительно полубог, а мы его апостолы, только вот не света, а тьмы. Мы повелеваем нежитью и самой тьмой.

- А как же некросы, напавшие на нас? - Недоумевал эльф.

- Это не наших рук дело. Кто-то могущественный пытался нас остановить, но это и к лучшему, после этого ты доверился нам без оглядки. - Упивался моментом апостол.

- Но я же сам видел ваши божественные заклинания. - Возмутился Лазриэль, словно ребенок.

- Ты увидел то, что я хотел. Это не была божественная сила. Стоило выучить несколько простейших заклинаний света и вы все поверили. Свет, исцеление, ослепление, взрыв света, луч. Вот пожалуй и все, что мне понадобилось, чтобы вас одурачить. - Продолжал сплетать тени вокруг мага, жрец. - Оружие просто светилось, лучи и прочее были лишь заклинаниями. И как же просто было вас убедить в том, что я накладываю божественное благословение. Стоит озарить вас светом и теплом и сказать, что сила бога с вами, как ваш разум тут же раскрывает все свои резервы, давая силу и ловкость телу. На самом деле, самым сложным во всем этом путешествии, стало постоянное поддержание завесы иллюзий. Я первожрец бога и мастер иллюзий.

Андориус взмахнул рукой, развеивая наваждение. Одежды каждого из апостолов осыпались, обратившись прахом, а на их месте оказались мантии, сплетенные из теней. За спиной существ распахнулись, огромные черные, кожистые крылья, с костяными крюками на концах. Лицо первожреца исказила гримаса злости, оно вытянулось, приобрело звериный оскал. Апостол накинул глубокий капюшон, скрывающий все и вновь расхохотался.

- Видишь ли, после ранения, тело предыдущего носителя оказалось не способно сдерживать божественную силу и много веков мы искали нового носителя, пока провидение не указало на тебя. Но тебя надо было подготовить. Нужна была темная душа в светлом теле, тогда можно провести ритуал замещения. Мы могли и сами собрать артефакты, но ты должен был пройти этот путь, чтобы стать тем, кто нам нужен. Мы прошли рядом с тобой, подталкивая тебя к нужным действиям и контролируя каждый шаг, защищая и оберегая. - Рассказывал первожрец, продолжая напитывать его тьмой.

- Мне, например, пришлось примчаться к вам в Раджистад и убить злосчастного гнома, который вас раскрыл и грозил сорвать кражу. - Бросил, проходящий мимо Птархиус в новом обличии. - Правда и после этого, султан как-то узнал о готовящемся.

- Ты на самом деле избранный, эльф. Ты действительно поможешь изменить судьбу своего народа. - Зловеще пообещал Андориус. Потому что для завершения ритуала, Харастису необходимо разорвать связь души с телом, наполнить новое вместилище тьмой, осквернить и поработить душу. Для этого придется перебить всех любимых, родных и близких носителя. А заодно и весь народ лесных эльфов.

После этого, пораженного и обездвиженного, Лазриэля поместили на установленный возле усыпальницы постамент. Ритуал он запомнил плохо, лишь отрывками ощущая, как мечется в агонии его дух, загоняемый в угол, а его место занимает что-то чужое, могущественное, черное, как сама смерть.

***

Теперь, находясь в неизвестности и бесконечной тьме, он осознал все, что с ним произошло и все, что сейчас происходит с его народом.

- Брат! Лазриэль! Услышь меня! Помоги мнеее!!! - Донесся до него, словно издалека, голос Таэля.

Маг бросился ему навстречу, разрывая липкие путы теней, ломая барьеры на своем пути и прорываясь, сквозь удерживающие силы чужого разума. Он вырвался наружу. Тьма развеялась, открывая взору страшную картину битвы. На него умоляюще смотрел брат. Отец уже в боевой форме сражался в самой гуще. А прямо через поле боя, бросая заклинаниями по сторонам, спешил Эрмортресс.

Он почувствовал давление. Ощутил, как разум окутало тенями и потянуло в черную глубину.

- Хватит игр! Больше ты мне не помешаешь! - Взревел полубог.

Его сдавило, вывернуло, растянуло, заставило кричать и терпеть боль. Тени набросились со всех сторон, пытаясь уничтожить и стереть. Он сопротивлялся из последних сил, а потом почувствовал, как что-то внутри надломилось, треснуло и разлетелось тысячей осколков. Тени сразу потеряли к нему интерес, отступая в дальние углы. Сначала Лазриэль не понимал, что произошло и только гораздо позже, пришло осознание. Печать энтов выполнила свою задачу, спасая его. Теперь оставалось ждать случая и вырваться на свободу. Пока же, он искал способ не сойти с ума в окружающей кромешной тьме.

***

Таэль Увидел в глазах брата мгновение просветления, увидел там узнавание, а затем ярость вновь поглотила их. Эльф снова атаковал противника, пытаясь обезоружить того, но с короткими клинками это стало еще более сложной задачей. Длинное древко посоха позволяло магу держать достаточную дистанцию. Мечник пытался наносить сложные удары, действовать непредсказуемо, атаковал снизу и сверху. Атаковал, телепортируясь. Соперник оказался слишком быстр. Удар снизу встретил блок посоха, подшаг, разворот и попытка обмануть обратным ударом, снова блок. Брат отбросил его ударом посоха и шагнул следом, в попытке рассечь лезвием. У эльфа оставалось в запасе всего два скачка и он решил попытаться обмануть судьбу. Удар сверху, снизу, снова снизу, диагональный взмах, прямой удар, все бестолку. Тогда Таэль шагнул прямо за спину Лазриэля и тут же сделал обратный скачок. Противник успел среагировать в первый раз, разворачиваясь с горизонтальным взмахом посоха. А вот уследить за вторым скачком, скорости не хватило.

Мечник оказался прямо за спиной, доворачивающего корпус соперника. Он поднял зажатые в руках клинки, что бы вонзить в незащищенную спину, но маг и тут опередил. От него разлетелась волна силы, отбрасывая брата на десяток шагов. Таэль сгруппировался, готовый принять жесткий удар о землю. Но его не было. Оказавшийся уже рядом, Эрмортресс силой магии подхватил эльфа, заставляя того, зависнуть в воздухе, плавно опустил на землю и грозно взглянул на Лазриэля.

***

Внезапно, посреди боя, из земли вырвалось молодое деревце. Оно набрало силу, разрослось, раздалось в ширь, а затем, с раскатом грома, треснуло, испуская волну энергии, разбрасывая всех в разные стороны. Из разлома на землю мягко шагнула богиня эльфов. Весь ее вид не сулил ничего хорошего. Волосы развевались, изящные, тонкие ладони сжаты в кулаки, взгляд жесткий и суровый. Она повернулась и уставилась в глаза Харастиса.

***

Фарах'Аллири уже бессчетное количество раз пробовал провести связку ударов, обманных финтов и выпадов и каждый раз они оказывались бессильны, но выхода не было, приходилось отбиваться от атак отца и атаковать его. В этот раз он, как и многие тысячи раньше, начал серию. Выпад оказался отведен в сторону, диагональный удар справа сверху, встретил блок, обратный удар снизу вверх, снова блок черного меча с черепом на гарде, подшаг и удар эфесом в развороте, тут же доворот руки и попытка укола в бок, но враг отступил. Подшаг, снова подшаг, толчок плечом, опять подшаг и попытка достать врага в выпаде.

Внезапно, удар не был остановлен. Лезвие тонкого меча с черными рунами прошло насквозь. Аллири ошеломленно остановился, радуясь своей неожиданной победе и горюя о том, что она не была завоевана лично его силами. Тело отца постепенно распадалось, осыпалось пеплом и развеялось на ветру, которого не могло быть в этом месте. Тогда он все понял. Он не мог покинуть чистилище, пока его держал здесь создатель этого места, ну а теперь создателя тут больше нет.

- Наконец-то. Мой план сработал. Встречай меня, Эллирион. - Порадовался он и осыпался пеплом вслед за первым мечником.

***

Аваресса с болью в глазах осмотрела поле битвы.

- Хватит! - Вскрикнула она. - Я не позволю больше умирать моим детям. Слишком сильна во всем этом божественная воля, потому я вмешаюсь. Равновесие не посмеет ответить мне, ибо я взываю к справедливости. Нер'зулГураб, явись и ответь за свое коварство!

Все вокруг замерли в ожидании бога смерти. Сначала ничего не происходило, но потом, постепенно, перед разгневанной богиней стали слетаться, завихряясь, кусочки пепла. Они собрались в высокий, кружащийся столб, а потом резко осыпались на землю, оставляя после себя взрослого мужчину. Он осмотрелся по сторонам, уперся взглядом в глаза, вызвавшей его, женщины, тяжело вздохнул и опустил свой меч, украшенный черепом на гарде.

- Аваресса... - Почти прошептал он. - Он был прав, вы, светлые, глупы и наивны.

- Да, это я вызвала тебя. Твоя нежить нагло ворвалась в дом моих детей, калечит их и убивает. Кроме того, я чувствую явное божественное вмешательство. Забирай их и проваливай. - Жестко закончила она.

- Я не могу. - Поникнув, ответил Воин.

- Что это значит? - Возмутилась эльфийка. - Уведи отсюда свою нежить и мы закончим.

- Это не моя нежить. - Совсем тихо ответил бог.

Лицо богини исказило глубочайшее удивление, она, не понимая, уставилась прямо перед собой. Позади послышались неспешные, одинокие хлопки Аплодисментов.

- Браво! Браво. Прямо настоящая семейная идиллия. - Иронично заметил вновь прибывший. - Здравствуй, мама. Тебя, отец, приветствовать не буду, уже виделись.

- Нер'зулФарахАллири? - Удивленно воскликнула Аваресса. - Что ты тут делаешь?

- Дело в том, что это моя армия. - Зловеще ухмыльнулся бог. - Ты, как и все светлые, оказалась наивна и предсказуема.

- Я не понимаю, что происходит? - Переводила богиня-мать взгляд с супруга на сына.

- Этот сопляк обвел всех вокруг пальца. - Гневно воскликнул бог смерти. - Однажды он хитростью выведал секрет воскрешения, с тех пор я пытаюсь убить его.

- Так вы во всем и виноваты. Ты, человеческий бог смерти, а ты, богиня всех эльфийских народов. - Повысил Фарах'Аллири голос. - Я же, эльфийский бог тьмы. Вы видели много эльфов, поклоняющихся тьме? А без силы в этом мире не выжить. Вот и пришлось искать выход. Я пытался воспользоваться силой отца, через Харастиса собирая людей, но Гураб явился, чтобы восстановить равновесие, перебил всех моих последователей и заставил оставшихся уйти в тень. Тогда я придумал коварный план. Я притворился светлым. Люди пошли за Харастисом, влекомые обещаниями о вечной жизни и перерождении. Они стали совершать деяния в мою честь и приносить жертвы ради меня. Лишь посвященные знали истину.

- Ты черпал силу тьмы в свете? - Удивилась Аваресса.

- Да, именно так. В каждом луче света, есть капля тьмы. Люди слабы. Пообещай им прощение за раскаяние и они станут убивать, воровать, обманывать, потом придут просить прощения, а получив его снова идут делать то же самое, зная, что легко получат новое прощение. Силы было гораздо меньше, чем от настоящих темных дел, но приверженцев стало в тысячи раз больше. Божественная сила потекла ко мне широким потоком, но тут вновь объявился заботливый папочка...

- Я пытался остановить его. Запер в чистилище, чтобы ограничить доступ к божественным силам и првел вечность в бою с ним, но явилась ты и освободила его. - Грубо высказался Нер'зул.

- Не вини ее. Я слишком много сил вложил в то, что бы все решили, что именно ты управляешь ими всеми. - Лукаво улыбнулся бог тьмы. - Весь мир считал злодеем тебя, даже твоя несчастная супруга. А когда она выдернула тебя сюда, равновесие пошатнулось, что дало мне возможность явиться и самому. Отец, ты искренне старался, можешь гордиться собой, идея с чистилищем была хороша, но пришла слишком поздно. Здесь же, мне хватит сил справиться с вами обоими.

Его лицо исказила гримаса ярости и бог бросился в атаку сразу с двумя противниками. Он сотворил шар тьмы и бросил его вперед. Аваресса прикрылась, мгновенно выросшими из земли лианами. Обратилась к земле и руки и ноги бога тьмы тут же оплели корни, не позволяя пошевелиться. Нер'зулГураб выхватил черный меч и бросился к сыну, но тот оказался гораздо сильнее, разрывая корни, он заблокировал удар своим тонким клинком, отталкивая врага и тут же сам ринулся в атаку. Взмах, подшаг, выпад. Богиня-мать атаковала сбоку, размахивая изогнутым эльфийским мечом. Аллири с легкостью отбивался от обоих. То и дело, с его рук срывались тени, отбрасывая врага или защищая его самого от удара.

Старшие боги переглянулись и слаженно атаковали с двух сторон, но Фарах лишь растворился во тьме, а затем, сплетаясь из теней, шагнул со спины и вонзил свой тонкий, испещренный рунами меч в бок Нер'зулГураба, пробивая его насквозь, а затем взорвался потоком теней, отбрасывая обоих далеко в сторону. Аваресса подбежала к супругу, с трудом поднимающемуся, держась за рану в груди.

- Нам не одолеть его, он слишком силен. - Обреченно заговорила богиня.

- Мы должны попробовать. - С трудом выдавливал слова бог смерти.

- Если мы погибнем, некому будет его остановить. Нам надо восстановить силы и найти союзников. - Взмолилась Аваресса, поддерживая его.

- Ты права. Идем. - Нер'зулГураб зло посмотрел в глаза сына.

- Нет! - Бросился Фарах'Аллири, в попытке остановить их, но не успел.

Тени окутали две фигуры, вихрем заметались вокруг и постепенно растворились. Последним исчез в воздухе злобный взгляд, направленный на сына.

- Трус! - Выругался бог и продолжил, обращаясь к Харастису. - Уничтожь здесь всех. Я дал тебе достаточно сил для этого. Мне нужно разобраться с ними.

Бог взмахнул рукой, тьма вокруг сплелась, поглотила хозяина и лохмотьями осыпалась на землю. Все вокруг так и стояли, ошеломленно озираясь и пытаясь осознать все произошедшее.

- Вот и все, игры закончились. - Сказал полубог в теле Лазриэля, не обращаясь ни к кому конкретно.

Он поднял руку с посохом, проговорил формулу на древнем, забытом языке и прямо из красного камня вырвалось зеленое пламя. Оно метнулось к защитникам, пожирая их жизни одну за другой. Эльфы падали замертво, лишь только их касался губительный поток. Друиды пытались сопротивляться, но их безжизненные тела также оказывались на земле, прямо в боевой форме. Защитные барьеры магов лопались, как мыльные пузыри, подставляя их под смертоносный удар.

Таэль в ужасе наблюдал, как умирают его близкие. Страх сковал его руки и ноги, но он переборол себя, заставляя шагнуть вперед. Обогнул, стоящего перед ним Эрмортресса и побежал. Когда до брата оставалась лишь пара шагов, тот, внезапно завершив смертоносное колдовство, уставился прямо на младшего. Его, помеченное шрамами лицо выражало только желание поскорее закончить и предвкушение скорой развязки. Лишь одно движение руки и эльфа отбросило далеко назад. Он кувырком прокатился по земле и больно ударился головой, впадая в забытье.

На поле боя, перед стеной не осталось ни одного живого эльфа. Лишь некросы, обратившие свои взгляды на повелителя. Харастис отбросил мечника далеко назад, где к нему тут же подоспел человеческий маг, накрывая обоих куполом.

- Остановись. Еще не поздно все вернуть. - Заговорил Архимаг.

- Оглянись, старик. Все мертвы, уже слишком поздно. Только Фарах'Аллири теперь вернет их к жизни, правда не совсем живыми. - Расхохотался полубог. - А сейчас и ты сам отправишься к ним.

- Мы знали, что твой хозяин идет. Он просчитался. Мы успели подготовиться и вас обоих ждет разочарование. - Спокойно пообещал он.

Верховный маг закрыл собой Таэль'авира и принялся создавать магический портал.

Харастис поднял посох и в ярости направил мощный поток некротической энергии, который разбился о барьер мага. Полубог изо всех сил стал переливать ману, усиливая напор. Эрмортрессу пришлось оставить попытки создания портала и сосредоточиться на поддержании защиты. Купол из прозрачного стал постепенно синеть, пока повелитель тьмы наращивал давление. Человек зарычал от напряжения, удерживая защиту, прикладывая все силы для этого, черпая внутренние резервы. Щит продолжал синеть, потом начал приобретать фиолетовые оттенки.

Наконец, купол не выдержал. В пурпурной вспышке, с резким хлопком исчезла и защита и те, кого она укрывала. Поле боя накрыла звенящая тишина. Харастис шел между рядами мертвых и некросов прямо к вратам. Эльфийская кровь позволила ему с легкостью отворить их и войти в город.

***

Прошло два дня с момента победы. Харастис сидел на троне Ильтрассеса. Двери распахнулись и в зал резко вошел пышущий злобой Фарах'Аллири.

- Ты сделал то, что должен был? - Сурово спросил он.

- Прости, хозяин. Я не понимаю, в чем дело. Мы не можем их воскресить. Они точно не живы, но и поднять из них нежить мы не в состоянии. Что с божественной силой, я тоже не понимаю. Все, кто был дорог этому эльфу мертвы, почему я не вхожу в полную силу, не понимаю.

- Я упустил этих двоих. Они скрылись где-то в глубинах отцовского мира. А из-за тебя мы не можем захватить этот! - Накинулся он на полубога. - Ищи! Рой землю, если понадобится! Разберись, почему они до сих пор не часть моей армии! Войди в силу и не вздумай выходить отсюда, пока не сделаешь этого. Однажды ты уже проиграл, когда вышел биться не успев совладать с силой! Не подведи меня, если не хочешь познать мой гнев!

Бог тьмы обернулся сгустком теней и растворился в пространстве, оставив полубога размышлять в одиночестве.


Послесловие.

Снова хотел бы поблагодарить свою супругу за прекрасную обложку, за то, что использовала все свои навыки фотографа, максимально приближая простую бесплатную картинку к тому, что рисует мое воображение. Спасибо всем, кто меня поддерживал и подбадривал. Отдельное спасибо самоназванному внештатному редактору, Константину Печенегину.

Если вы читаете мои книги и мое творчество вам действительно нравится, вы можете поблагодарить меня на сайте https://litnet.com/valdemortis-u789418/about любым из способов, указанных в информации обо мне. Или поддержать меня напрямую:

Mastercard 5336 6900 1130 3460

WMR: R178193732254

QIWI: +79507679340