# Ангел Архистар

Игорь Игоревич Носов

ПГТ-шное фэнтези: Ангел и демоны среди нас.

Андрей крепче прижал к груди портфель. УАЗик тяжело переваливался с кручи на кручу, пока не выполз к дороге на Рязанушки. Когда тряска прекратилась, Андрей опустил стекло и выглянул из кабины. Дорога вилась вверх по небольшому склону, справа слева возносились ввысь величественные тополя. Взвыл двигатель, набирая обороты, и картинка быcтро понеслась назад.


Убаюканный лёгким ходом Андрей мысленно вернулся к цели своей поездки. Его шеф Евгений Негорюев отправился в этот городок днём ранее. Он же должен прибыть сегодня и принять все юридические дела по некоторому очень важному клиенту.


- У нас хорошая дорога в райцентр... Храни Бог Аристарха Савича... - попытался завязать разговор водитель. Пассажир упорно его игнорировал.


Скоро пошли первые дома, сады, спелые яблоки, малина... На солнце блеснули купола небольшой часовни. Машина притормозила. Водитель вывалился из открытой двери прямо на колени и три раза глубоко поклонился, залез обратно, и дорога продолжилась.


Андрей молча посмотрел на это и про себя чертыхнулся. Затем испугался и перекрестился. Затем снова испугался, что водитель слышал, как он чертыхнулся и спросил.


- А поесть бы?

- Поезд есть. Вот как раз, - его рука указала куда-то направо. - Управа, вокзай, каждый день утрем.

- Поезд - это хорошо, - согласился Андрей.


Водитель обрадовался вспыхнувшему разговору и попытался поддержать:


- Воно как парит! - опять сказал он и махнул неопределенно вверх.

- Кто парит? - машинально высунул голову в окно Андрей и посмотрел на небо.

- Асфальт парит...


Солнце жгло безо всякой жалости. Пассажир достал платок и вытер лоб. Водитель, оставив надежду, вставил кассету. Старенькая магнитола запела:


"Так что ж там ангелы поют такими злыми голосами..."


Через десять минут джип припарковался. "Центральная столовая #3" гласил дорожный указатель. Андрей увидел доброе простое лицо водителя, который обернулся и сказал:


- Поесть спрашивали? - и, улыбнувшись, добавил, - тогда приехали.


Молодой человек осторожно выбрался из машины, всё также сжимая свой портфель. Напротив него стояло стеклянное здание неопределённой ширины. Внутрь вела дверь с надписью ООО "Крест с вами" и режимом работы. За дверью открывалось обширное помещение. В дальнем конце - на всю ширину стойка, такие же стойки вдоль окон. Посетители, коих было менее десятка, прятались от солнца в глубине зала, возле высоких треножных столов. Продавщица при виде гостя улыбнулась во всю ширь и приняла заказ.


Андрей устроился возле главной стойки и в ожидании чебурека взял стакан чаю. Рядом сразу же примостился человек в милицейской форме. Милиционер слегка толкнул его локтем, кашлянул и проворчал:


- Старший лейтенант Хасынов, Рязанушкинский райотдел. Вы - гость?!


Человек с портфелем опешил. Поднял глаза, которые тут же встретились с внимательным взглядом человека в форме.


- Вероисповедание?

- Агностик... - наобум сказал Андрей

Участковый заметно нахмурился.

- А какой правильный ответ? - Адрей попытался исправить ситуацию.

- С какой целью прибыли в Рязанушки? - милиционер не слушал.

- Вы, вообще, по какому праву?!

- Давайте будем друзьями, - Хасынов протянул Андрею руку с совершенно невозмутимым добрым лицом. - Ведь к Аристарху Савичу, да?

- Пожалуй да.

- Замечательнейший человек... Если что, заходи ко мне в участок. Гость Аристарха - мой гость.


Участковый ещё раз по-доброму посмотрел на новенького и отвернулся. Андрей пил чай. За спиной хлопнула входная дверь. Невозмутимо улыбалась женщина за прилавком. Хасынов опять толкнул локтем:


- Не поворачивайся...


Андрей и не собирался смотреть, кто пришёл. Он ждал чебурек.


Вновь прибывший сразу примостился справа. Оба его глаза - узкие щелочки - буравили Андрея. На защиту встал участковый:


- Ангельские Глазки, ты знаешь, что я не хочу тебя видеть. Зачем ты здесь?

- Дела... - голос оказался мягким и привлёк внимание Андрея. Он внимательно посмотрел на посетителя: шорты, белая рубашка; на шортах пояс, из-за которого торчали мобильник и деревянный меч. Лицо, казалось бы добрым, если бы не узкие щелки глаз-буравчиков.

- Нет таких дел в нашем городе, Ангельские Глазки. Убирайся или тебя арестую, пока не выясню личность, - Хасынов казался серьёзным. Остальные посетители кафе тоже обернулись и неодобрительно смотрели на нежелательную персону.


Ангельские Глазки вздрогнул от такого холодного приёма, набрал побольше воздуха и выпалил: "Заговор, как я и думал!", после чего быстро вышел из кафе.


- Когда-нибудь я его пристрелю, - меланхолично заметил Хасынов и слеза побежала по щеке. - Я ведь никого никогда не хотел застрелить, а вот его хочу. Дай, Боже, силы.

- Что же он сделал? - заинтересовался Андрей.

- Двоих... - старший лейтенант провёл пальцем по горлу. - Тем самым деревянным мечом. Прямо в камере - у меня за всю жизнь ни одного убийства на участке, а тут сразу дуплет! Те двое могли же ещё покаяться и исправиться... Вот скажи, адвокат, в чём правда? Почему его отпустили за отсутствием состава?! Неужели обязательно нужны орудие, мотив, свидетели, улики, если и так всё ясно... неужели недостаточно одного моего честного слова, что вот этот гад убил?!

- Так, может, другим чем-то убил?

- Нет! - милиционер вскрикнул как раненый. - Я уверен, что вот этим деревянным мечом.

- Может там внутри что-то?

Хасынов обхватил голову руками.

- Его просветили даже в клинике на рентгене. И всё равно пришлось отдать. Специально сломали, а Ангельские Глазки его моментом склеил обратно. У меня по позвоночнику дрожь, когда я вижу его, - милиционер быстро допил чай, вытер лоб платком, накинул фуражку: "Удачного дня, гражданин адвокат", - и удалился. Андрей, наконец, получил чебурек и побрёл с ним к машине. Водитель уже был там.


- Хороший у нас человек-участковый, - сразу заметил он. Андрей мотнул головой в знак согласия. - До поместья Аристарха Савича только двадцать минут осталось. Готовьтесь! - усмехнулся водитель, и УАЗ тронулся.


Большое трёхэтажное поместье дореволюционной постройки. Машина остановилась прямо напротив открытой двери. Вдоль мраморных перил вились бесконечные резные ангелочки, над дверью, также из мрамора, большой серп и молот и табличка с полузатёртой надписью - "Управление совхоза "Рязанушкинский".


- Раньше тут совхозоуправление было... А Вы входите, не бойтесь, - водитель вытолкал Андрея из машины и умчался.


Молодой человек осторожно поднялся по лестнице и вошёл в большой вестибюль. Лишь два указателя встретили его: один вёл направо к "Библиотека", второй - налево к "Аристарх Савич".


Налево шёл длинный коридор, завершавшийся винтовой лестницей. Андрей осторожно поднялся по этой конструкции и попал в рабочий кабинет, в котором уже был посетитель. Хозяин, стоял к нему спиной, что-то записывая в блокнот, - гость, в котором Андрей тотчас же узнал своего шефа, вальяжно раскинулся в кресле. В одной руке - бокал вина, во второй - какие-то распечатки. Андрей невольно услышал их разговор.


- ...Я должен сказать тебе. Собственно я и пришёл, чтобы предупредить - я нашёл тебя в моих списках, - закончил Евгений Негорюев.

Хозяин вздрогнул. Но через мгновение снова овладел собой и улыбался.

- Спасибо, друг, - ответил он. - Кажется, это я сам вписал... Но не будем о твоих делах. Пойдём за стол. Тем более мы не одни.


Промолвив это, стоявший улыбнулся и доверчиво уставился прямо на затаившегося на лестнице молодого человека. Андрей увидел седого человека лет сорока, но с гладким ангельским лицом. Верх строгого костюма был распахнут. Единственно, нотка тревоги на лице, как будто он готов при любом резком звуке кинуться в бега или выпрыгнуть в окно, так что Андрей представился тихо:


- Андрей Н-ский, юрист, к Вашим услугам.


Аристарх рассмеялся, бросился его обнимать и затолкал дальше в столовую, бессмысленно без конца повторяя: "Ну вот, ну вот, ну вот..."


Шеф Андрея прошёл за ними, но остановился на пороге:

- Аристарх, тебе, я вижу, понравился мой заместитель, скажи ему что нужно, а я пойду. У меня ещё встречи на сегодня... Андрей, документы необходимые для дела тут, а также все копии у Хасынова в управе. Аристарх Савич покажет.

- Да-да-да-да, - рассеянно отозвался хозяин. А Евгений Негорюев накинул капюшон своего белого балахона и спустился вниз. - Надолго к нам? - снова начал Аристарх Савич, усадив Андрея напротив себя. Молодой человек опешил:


- В зависимости от того, что потребуется в работе. А Вы...

- Аристарх, называй меня Аристарх!

- Аристарх, не могли бы Вы ввести меня в курс дела? - Андрей немного раздражался от странного поведения хозяина.

- Вы не голодны?

- Я съел чебурек... - Андрей встал с места

- У нас в столовой? Так это ж по-моему рецепту! Понравилось?- Аристарх подскочил от радости, обежал вокруг стола и подхватил гостя под руку. - Тогда ты прав, Андрей, конечно же, сразу в курс, в курс, в курс дела... Документы все - их надо привести в соответствие нонешнему законодательству. Понимаешь о чём я? Я так каждую декаду делаю с опытным специалистом, и я рад, что на этот раз это - ты. Земля, дома, управления, уставы - столько головы понапридумывали... И приводить это в порядок надо ж, к завещанию-то. Ведь надо? - Аристарх вопросительно взглянул на Андрея, выпытывая у него ответную реплику.

- Надо... - сухо заметил юрист, до боли сжав свой кулак.

- Но, давай, я в начале покажу тебе, что есть: свою библиотеку!


И Аристарх повёл онемевшего Андрея по светлым длинным коридорам, украшенным портретами доярок и прочих передовиков местного производства.


- А вот и она, красавица!


От восхищения Андрей открыл рот. Потолок резко вознёсся вверх к полупрозрачному куполу на все три этажа, вдоль которых расположились бесконечные полки и лестницы. Но наравне с книжными шкафами, забитыми историческими фолиантами, одна пёстрая стенка была заложена аляповатыми современными корешками.


- Всё что нажито непосильным трудом, - с удовлетворением заметил хозяин этого богатства. Не давая Андрею опомниться, он протолкнул его вперёд, заставил вскарабкаться на какую-то хлипкую конструкцию и погрузил руку глубоко в пропитанную знанием стену. - Венец моей коллекции, попал мне в руки лет триста назад, - заметно ухнув, он вытащил книгу: желтоватая обложка, опутанная красной арабской вязью...

- Я не читаю по-арабски, - заметил Андрей.

- Да не надо читать - просто подержите её в руках. Обнимите её. Потрогайте переплёт. Правда, кожа нежная, как у младенца?

Андрей взял книгу в руки...

- Тёплая... - удивился он вслух. Погладил обложку, и волна удовольствия пробежала по телу.

- Был у меня библиотекарь Семён. Не раз заставал я его за этим томом. Присядет в уголку, простенько так, и гладит. Не открывает - ничего. Я его на воды тогда услал... полечиться.


Андрей мотнул головой, словно пропустив слова мимо ушей. Но как-то уловил их суть и переспросил:

- И что, помогли воды?

- Да... Воды хорошо помогают.

- Так зачем же, Вы мне, Аристарх, всё это рассказываете? - Андрей почувствовал себя необычайно стеснённым этой пустой болтовнёй. Его неприязнь к хозяину резко усилилась.

- Как так, зачем? Это ж Некрономика экс мортес - Книга Мёртвых. Переплетённая человеческою кожей и написанная человеческой кровью. Древний текст, содержащий причудливые похоронные ритуалы, заклинания и формулы воскрешения демонов. Книга, не предназначенная для мира живых. Как-то так.

- Вы сумасшедший, да? - спросил, не сдержавшись, Андрей.

Аристарх посмотрел на Андрея. Его глаза излучали неизбывную доброту.

- Нет, Андрей, я - просто ангел. А теперь пойдёмте со мной в подвал - изучать документы! - Аристарх вытянул из кармана ключ и помахал им перед носом.

- Я, пожалуй, схожу сегодня, ознакомлюсь с копиями в управе, - ответил раздражённо Андрей и ретировался. - До завтра, Аристарх Савич.

- До завтра, милейший Андрей.

Быстрым шагом молодой человек направился к выходу. Доярки с портретов бездонными коровьими глазами с изумлением глядели на гостя. Андрей всё-таки раз обернулся и увидел, как Аристарх трогательно машет ему вслед платочком, держа Некрономикон подмышкой.


Пешком обратно в Рязанушки - минут шестьдесят. Андрей, тяжко вздохнув и подоткнув портфель, двинулся в дорогу. Не прошло и десяти минут, как сзади раздался клаксон. Подъехал УАЗ. Из-за руля высунулся Хасынов.


- Андрей, друг мой, куда путь держишь?! Садись, подвезу...- Андрей обрадовался неожиданной подмоге, поставил ногу на подножку и стал забираться в кабину.

- Ооо-осемь, - неожиданно раздался сдавленный стон с заднего зарешёченного сиденья. - Ооосемммь... - Осемь-осемь-осемь-осемь - не унимался кто-то.

- Не пужайся, - старший лейтенант положил свою руку на руку Андрея. - Это маньяка поймали. Пока у нас посидит, а завтре за ним с центру приедут.


Молодой человек обернулся, и его глаза встретились с широко раскрытыми глазами задержанного. Тот держал свою голову руками и, захлопнув глаза, протянул: "Осьминооо-ооог!!!"

- Трёх человек топором, - заметил Хасынов. Давно искали, а сегодня еду - смотрю: на обочине сидит и крякает вот так постоянно "восемь, восемь"...


Псих прильнул к самой решётке, вставив в неё пальцы, уставился на Андрея и простонал:


- Плоть Падших Ангелов! Плоть, плоть... - затем откинулся назад и истерически захохотал.


Машина подпрыгнула на кочке. Задержанного подбросило и сильно тряхнуло об потолок. Он обмяк и успокоился. Хасынов обернулся, улыбнулся и вывернул обратно на дорогу.


Андрей задумался обо всём происходящем. Дело он своё сделает, ибо как объяснил ранее шеф, клиент несказанно богат, хоть и эксцентричен донельзя. Но контактов с Аристархом ему лучше избегать, так как действует этот человек на него чрезвычайно раздражающе.


ملاكبالروسيةحارس شخصي


Хасынов остановил машину и выволок бесчувственного психа на улицу. Андрей открыл ему дверь, и они вместе зашли в управу.


- Да, я тут главный, - с натугой таща маньяка, промолвил старший лейтенант. Средних размеров помещение - шагов двадцать в обе стороны. Прямо напротив входа, за небольшой стойкой дверь с надписью Архив, в правом конце массивная металлическая дверь с надписью Отделение. Туда и поволок участковый свою жертву. За дверью открылся ряд столов, ещё одна распахнутая дверь и дальше ряд железных прутьев. - Всё одному приходится, - с укоризной заметил Хасынов и красноречиво глянул на тяжёлого задержанного. Андрей спохватился и решил ему помочь.


- Ого, да он как восемь слонов-то, - сразу заметил адвокат.

- Вот, то-то же, ага, - это мы его вместе с грехами тащим. Завтра батюшку к нему приведу.


Глаза маньяка вдруг опять распахнулись, но Хасынов тут же упокоил его дубинкой по голове. Они закинули его в пустую камеру...


- Хасынов, Аристарх сказал, что я могу пользоваться всем архивом. Разрешите мне остаться на ночь тут? Кстати, Аристарх всегда ведёт себя странно? Он заметно эксцентричен!

- Да, конечно же... - милиционер склонился за рабочим столом и поставил на него бутылку. - На меду, освящено...хоть на всю ночь, - затем поразмыслив. - А Аристарх, он - наша надёжа и опора. Уверен в нём. Любит людей... он о Ленор ничего не говорил?

- Он был сегодня довольно странен, - затем, бросив взгляд на бутылку, улыбнулся. - Ок, только документы найду сначала, - Андрей ушёл в архив и не показывался с полчаса.


Когда он вышел, на столе так и возвышалась непочатая бутыль, и записка от Хасынова:


"У Аристарха. Ты не первый говоришь, что он странен последние дни. Предчувствую нелёгкую. Будь внимательнее с маньяком. До ночи. Брат Хасын".


Андрей сел ошарашенный. Его оставили в отделении на ночь один на один с безумным маньяком. "Прекрасное завершение такого замечательного дня", - промелькнуло у него в голове. Но он успокоился, подпёр массивную дверь к камерам стулом и стал работать.


Солнце клонилось к закату, свет уже не пробивался внутрь помещения. Андрей зажёг настольную лампу с изумлением разглядывая папку с документами. Первый шли ещё под царскими печатями: "Сим пробавляем во кормление воеводу Аристархову..."; "В дар за верную службу жаловать деревню Рязанушки со всеми дворами и людом..."; "Директору Первого краснознамённого им. Ленина Рязанушкинского совхоза Рязанушкину Аристарху Савичу..."; "В сельскохозяйственное пользование арендою сроком на 50 (пятьдесят) лет..." Везде фигурировали Аристархи Савичи. "Хваткая, однако, до власти семейка... Династия жадных ангелов", - пронеслось в голове у Андрея. Он стал набрасывать черновик заявления в суд... Много ли времени прошло, но юриста отвлёк от дел некий стук. Андрей поднял голову - стук сразу же прекратился. Продолжил писать - снова: стук шёл из-за двери к камерам. За окном уже спустилась ночь, Андрей, чтобы успокоиться, снял топор с пожарного щита и положил рядом с собой. Стук становился всё настойчивее, и в голове забормотали голоса - проверь, проверь.


Андрей перехватил топор поудобнее и двинулся к двери, отставил стул, приоткрыл. В глубине раскачивалась одинокая лампочка. Молодой человек приставил топор к стенке и, стараясь ступать как можно тише, пошёл по коридору. Дойдя до камеры, он с облегчением вздохнул. Задержанный сидел в дальнем углу, обхватив колени, и тихо шептал: "Осемь, осемь, осемь..." Над головой Андрея громко бился в лампочку мотылёк.

Псих скосил один глаз на Андрея, поднял голову и громко сказал ему: "Осемь!"

- Да-да, осемь, - передразнил юрист.

- Семь!

- Чего? - Андрей удивился; как будто запахло горелым.

- Шесть, - продолжил маньяк, радостно подвывая. - Пять! Четыре! Три! Два!


Один! Лампочка над головой взорвалась снопом искр, заставив молодого человека зажмуриться. Что-то, как будто, схватило за волосы. Андрей открыл глаза - перед ним во мраке возвышались восёмь чёрных фигур, ещё мгновение и потянулись сквозь решётки их крючковатые пальцы-щупальцы. Девятая фигура сидела в углу и мерзко хихикала. Андрей отпрыгнул, напоролся в темноте на стул, и на четвереньках выбежал обратно в коридор. Он придавил плотнее массивную железную дверь. Топор остался внутри. Из волос он достал мёртвого мотылька. "Боже, боже!" - повторял он про себя, привалившись к двери спиной. Отдышавшись, он схватил портфель, заготовленный черновик и бросился прочь.


На пороге туман разогнали фары милицейского УАЗа. Из него выскочил взлохмаченный Хасынов с криком: "Аристарх, батюшка, грохнулся". Схватил испуганного до смерти Андрея и затащил в машину...


- Мы подъезжаем, а он сидит на маковке, прям на куполе библиотеки. Доктор ему: "Аристарх Савич, - дескать, - слезайте. Мы вменяемость Вашу мерить будем". А Аристарх вдруг с маковки на конёк спрыгнул и молвит: "Невменяем я Вами дохтур, бо есмь Ангел Небесной", и, воистину, крылья в обе стороны распростер, длиною и туда и сюда локтей по десять. А потом взмахнул и шагнул.


Хасынов закрыл глаза рукою. Но сквозь сложенную ладонь один хитрый глаз поблёскивал в сторону Андрея. Адвокат вздрогнул и спросил:


- И что? Полетел, как птица?

- Да уж и полетел. Сверзился, только чирикнул пару раз и всё. Доктор к нему быстрее, но что там уже поделаешь. Он как будто винтом в землю ввернуться пытался.

- Крыльями?

- А крылья-то, пока он летел, растрепались и в перья да пух разлетелись. Словно снегом всё кругом покрыли.

- Пару перьев, хоть на образец, захватил бы...

- Думаешь - птичий грипп? - ужаснулся Хасынов, заметив испуг на лице собеседника. - Если хочешь, можешь переночевать со мной в управе, - затем добавил участковый.


Андрею этого очень не хотелось. Он выскочил из машины и убежал прямиком во тьму.

بناء ويكيبيديا! حرية الرأي

- Пшшш, пшшш, сюда, - из кустов выглянула голова голого Аристарха.

- Нет, я не буду ходить с тобой Аристарх! Ты - псих больной! - Андрей достал мобильный и набрал шефа.

- Я ждал твоего звонка, - ответил Негорюев. - Знай: по завещанию ты его душеприказчик и именно тебе теперь занимать его делами: и живыми, и мёртвыми. Изволь исполнять работу... - и пошли короткие гудки. Андрей посмотрел во мрак вокруг, оглянулся на дорогу, да обнажённого Аристарха, сверкающего ляжками в лунном свете, и безысходно побрёл за ним.

- Вот теперь правильно, - заметил Аристарх и дай мне свой спинжак - холодно же смертным тут. Неудивительно, что вельми адских печей не боитесь, но алчете.

Полуголый падший ангел и Андрей быстро дошли до бывшего совхозоуправления.

بودابست، المجر

- Вот - и всё что нам нужно, - Аристарх сошёл с крыльца щеголевато одетым. Под правой рукой он держал ту самую книгу и садовый секатор, левой торопливо запихивал в карман половую тряпку. - Теперь бежим в город. Считай, что за нами уже идёт охота.

- Да кому мы нужны, - тихо заметил измождённый Андрей.

- Демонам... демонам нужна плоть падшего ангела. Архангелам - моя голова. Ещё санитарам - им отчётность...

سكة حديدإثارة

Беглецы пробирались среди скрывавших их по грудь колосьев в сторону райцентра. Андрей проклинал своего шефа, Аристарха и все юридические законы на свете, которые теперь предстояло обойти.


- Аристарх, Вы хоть бы убежали раньше, чем заключение о смерти или о невменяемости было составлено!

- Тише, - перебил его спутник. - Демоны, они уже вышли на поле!


Они проскользнули мимо города, пройдя по притихшим окраинным улицам. Светало. Ветер, с остервенением срывая с облаков клочья, гнал их на юг. Бил путникам в лицо, развивал седые волосы ангела.


- Нам на поезд, туда... - махнул рукой Аристарх и рванул сквозь сплошные кусты.


Аристарх выбежал к путям, когда проходил пассажирский состав - и вскочил на подмостки последнего вагона, Андрей последовал за ним. Третьим из кустов выскочил псих с пожарным топором и бросился вдогонку. Юрист бросил на него взгляд, узнал и задрожал. Вкруг фигуры маньяка вились чёрные силуэта, пытаясь схватиться за поручни. Когда хохотавший маньяк стал отставать, они вырвались из него и чёрными пятнами на четырёх когтистых лапах поскакали к поезду. Ветер сбивал чернильную пелену, сквозь которую теперь проглядывали их чешуйчатые спины, роговые наросты, залитые кровью, горящие в ощерившихся черепах глаза.

- Подай мне галстук... - Аристарх сорвал с Андрея галстук, затянул вокруг своего пальца и сунул его в секатор. Лезвия сомкнулись, палец хрустнул и в кровавой радуге вылетел из вагона.


Загонщики смешались, застопорились и стали бродить кругами около отброшенного куска плоти. Затем один из демонов кинулся к нему. Второй схватил его в воздухе за задние копыта и отбросил в сторону. Началась свара. А поезд уносил беглецов прочь.


Лицо Аристарха стало бледным. Он держался за палец, кровь из которого не прекращала хлестать, а Андрей пытался потуже затянуть галстук. Затем он поднял Аристарха себе на плечо и отворил дверь вагона.


- Небо, смотри, небо принимает ангела! - забормотал раненый. Андрей обернулся - облака пробил прямой белый луч, по которому возносилось ввысь белое крылатое существо. - Я буду прощён, - Аристарх рухнул на колени и стал креститься. Андрей с трудом поволок его дальше.


Они проползли сквозь вагон со спящими людьми. Аристарх уже опомнился, но ему нравилось, что его тащили. Он по ходу переворачивал страницы книги, делал пасы рукой направо и налево, бормотал что-то на арабском. Люди падали с полок, щерились. Их кидало из стороны в сторону...


- Что ты делаешь, Аристарх? - Андрей бросил его.

- Это будет наша охрана, - люди провожали их налитыми чернью глазами и смыкали ряды, закрывая за ними проход. - Я дал им свободу, - сказал Аристарх, спокойно поднявшись и отряхнувшись. И прошёл в следующий вагон.


В вагоне-ресторане сидел только один посетитель. Евгений Негорюев с упоением глотал чай.

- А! Вот и вы. Жара! - заметил он, обмокнув платком белый лоб. Затем, глянув на Андрея и Аристарха, с неудовольствием продолжил: - Ну, вы и молодцы, наделали мне работы в такую-то погоду, - он поднял на подчинённого костлявый указательный палец и понизил голос до шёпота: - Ты у меня ещё поймёшь, что значит работать сверхурочные.


Завершив гневную тираду, он накинул на голову капюшон, поплотнее затянул балахон и, взяв косу, направился прочь из вагона. Андрей, пытаясь его остановить, схватил за грудки и тряхнул:

- Кто составляет списки? Кто?

- Он, сам, лично... - гость на мгновение растерялся.

- Кто, лично?

- Ты, полегче! Я всё-таки Шеф! - усмехнулся Евгений и коснулся плеча молодого человека.


Андрей отпустил его и рухнул в изнеможении на пол. Аристарх, неожиданно раскраснелся. Молодой юрист посмотрел туда, где должен был быть обрубок пальца и увидел, что там появился уродливый нарост с длинным острым ногтем.


Аристарх поднял на Андрея глаза и, будто в оправдание, забормотал:

- Освобождая демонов, я сам становлюсь как они - это палец демона. Я его получил, позволив одному из них поглотить мой перст и вознестись. Ангел, принося себя в жертву, освобождает демонов и увеличивает число ангелов, поэтому приход света неизбежен.

Андрей лягнул Аристарха в ногу, пытаясь отстраниться, но слабость от касания Евгения всё дальше разливалась по телу. А.Аристарх склонился и продолжал...

- Некрономикон... Ведь сила этой книги только для смертных. Она - я познал -руководство для падших ангелов, как выжить в этом мире! Вся власть в моих смертных руках, власть, бессмертие и полная свобода... - его глаза закатывались вверх, словно в молитвенном экстазе. - Я оживлю тебя, моя Ленор! Моя Ленор вернётся ко мне...


И опять продолжал...

- Падшие ангелы! Плоть падших ангелов! Сатана тоже упал! Но упал не так. Точнее не упал, а падает. И создаёт демонов в отчаянии, чтобы они сплетались в материальность и замедляли его падение. Точнее падает даже не Сатана, а сам Бог. Сатана - это лишь тень от падающего Бога там, куда он падает. Всё сущее есть лишь плетение сети, чтобы предотвратить это бесконечное падение.


И тогда дверь с тамбура распахнулась, а через неё вошёл мужик с окровавленным топором.


- Здравствуй, Бальтазар! - промолвил Аристарх и приподнялся. Андрей, разглядев старого знакомого, собрал остаток силы и пополз в другой вагон.


С противоположного же конца вагона-ресторана появился Ангельские Глазки и приятным голосом произнёс:


- Аристарх, ты же не собираешься стать демоном? Я пришёл за тобой.

- Здравствуй, Архангел, - Аристарх развёл руки в стороны. - Познакомьтесь: Бальтазар - Ангельские Глазки, Ангельские Глазки - Бальтазар, - а, презентуя двух визави, поливал пол вокруг себя джином, оставленным кем-то на столе.


Архангел вознёс деревянный меч пока по нему не побежал яркий свет, взмахнул и снова поднял над головой.


Маньяк начал шагать вперёд и отсчитывал: "Семь, шесть, пять, четыре, три, два..." Когда он произнёс "один", чёрные щупальца поползли из его глаз и спины, сгущаясь вкруг него в семь высоких демонических фигур. Они расплывались и замыкали цепь вокруг присутствующих, трусливо поглядывая на сгустившегося слева от маньяка вожака. Бальтазар чувствовал себя хозяином положения:


- И что ты теперь сделаешь, Аристарх? Отрежешь себе руку и заставишь меня её сожрать? - промолвил самый жирный демон.

- Бальтазар, что ты знаешь о джиннах?


Не дожидаясь ответа, Аристарх взмахнул рукавом и погрузил демона в облако синей пыли. Его чешуя начала слетать со шкуры, сам он плевался искрами и таял, истончаясь в синем тумане, опадая синими струпьями на пол вагона-ресторана. Ангел согнулся с тряпкой и начал скоро собирать в бутылку синюю жижу, выжимая её над воронкой. Ангельские Глазки сорвался с места. Он рассёк двух преградивших ему дорогу демонов сверкнувшим мечом и шагнул к склонённому над лужей Аристарху, занеся оружие для решающего удара.


Два выстрела прорезали туман.


- Я достал тебя, - воскликнул обрадованный Хасынов, вползая в окно с крыши, - достал же, гада!


На участкового ринулись два демона - он стал споро креститься, окутываясь языками пламени. Демоны испуганно отступили. Лишь одержимый, подобравшись сзади, плашмя приложил топором, так что Хасынов отлетел к противоположной стенке и вышел из игры. Затем в два прыжка маньяк достиг Аристарха, поднял над собой оружие, но тот, обернувшись, хлестнул его тряпкой по лицу. Одержимый опрокинулся и выпорхнул в окно. Четыре демона попрыгали за ним с протяжным воем.

يا ني بانيمايو

- Лишая свободы, Мы создаём так чаемое тобой всемогущество, - бормотал Аристарх, уже затыкая бутылку и быстро листая книгу... - Так - смешал, но не взболтнул.


Обернувшись, он стал пятиться из салона, усеянного телами. Проходя тамбур, он склонился - сделал пас руками, и сцепление между вагонами разлетелось кусками разорванной стали.


Андрей подстерёг Аристарха сзади. Он выхватил его книгу, чуть не вцепившись в неё зубами, и крича "чорт побери" вылетел вслед за отцепленным вагоном.


- Андрей, вернись! Без этой книги они вернутся и поглотят меня! Стой, Андрей, - ангел тяжело задышал, - я... твой отец!!!


Но адвокат не слышал. Он ещё раз чертыхнулся в сторону незадачливого падшего, спрыгнул на насыпь и исчез средь кустов.


Аристарх вытер слёзы, обнял свою синюю булькающую бутыль и побежал дальше по поезду.


Маньяк с измазанным синим лицом, радостно размахивая топором, бежал по полю на юг и орал: "Четыри, четыри, четыри!"


Хасынов пришёл в себя в покачивающемся отцепленном вагоне. Он поднялся с залитого кровью пола, приблизился к лежащему без движения Ангельским Глазкам и сделал на всякий случай ещё один выстрел. Милицейская форма на его спине затопорщилась от небольших крылышек.