# Царство Небесное

Андрей Семенович Незванов

Христианство, в отличие от языческих верований, не уводит нас в беспредельность, но замыкает в миру, с его законом, моралью и любовью к ближним.

Царство Небесное


При словах "царство небесное" в уме нашем тут же срабатывает фигуративное топологическое противостояние земли и неба, которое мы наблюдаем на живописных полотнах эпохи "кватроченто". Это противостояние отвечает символической вертикали "верха" и "низа" в нравственном нашем сознании, как различении "высоких" и "низких" поступков. В случае светской морали "высота" есть верх общественного уважения, а "низина" - край общественного презрения.

В случае религиозной морали, внизу мы представляем себе "Ад", или огненные глубины земли, открывающиеся жерлами вулканов, в которые сбрасывали преступников, а вверху, в заоблачной лазури, мы представляем себе некую блаженную обитель святых, удостоенных посмертного вознесения и переселения на эфирное небо - в город блаженных, Небесный Иерусалим, которым правит вознесшийся первым на Небо Христос Иисус, ныне Царь этого небесного Города.

Его Царству противостоит, - в парадигме контроверсной вертикали, - царство земное, в котором правит царь земной. Все люди при жизни живут в царстве земном, но после смерти имеют шанс переселиться в Царство Небесное.

Таковы распространенные вульгарные представления, связанные со словосочетанием "царство небесное", и отраженные в живописных картинах.

Вот что пишет, например, философ Палингениус в своем трактате "Zodiacus Vitae", вышедшем в Венеции в 1534 году:

"Земля есть последнее из пристанищ, хотя и вполне благоприятное для людей и тварей.... Там - царство мрака, ибо под облаками царит неизбывная ночь в сравнении с ослепительным светом того вечного Сияния, что расположено выше.... Тот простор, что выше облаков, есть счастливое и спокойное Небо. Там царит вечный Мир, там блещет свет наияснейшего дня, там расположена Царственная обитель Богов, невидимая нашему плотскому взору".

Известно, однако, что за облаками нет никакого "Неба". Как говорили, Гагарин летал, бога не видал! Так же и самые глубокие шахты не обнаружили под землей никакого Ада. Поэтому вся эта атмосферная вертикаль, запечатленная в полотнах живописцев, есть не более чем проекция духовно-нравственной "вертикали" персональной экзистенции на видимое физическое пространство. Вместе с тем, нравственность не есть индивидуальное качество: это модус общения людей в мире (= обществе); и царство есть способ поддержания мира - в обоих смыслах слова: как общества и как мира между людьми.

Таким образом, царство - это форма бытия человеческого. Оно не зависит от места. Царство может быть на Земле, на Луне, на Марсе, - везде, где поселятся люди. Мы можем называть его космическим, марсовым или лунным, но все равно это будет земное царство.

Так что же тогда? - небесное царство это царство мистическое, трансцендентное?

Для кого как.... Христианство, однако, отвергает мистику и трансцендентность, оставляя их язычеству. В христианстве - Бог это Человек; и Он обитает вместе с нами, на "грешной земле". В этом принципиальное отличие христианство от всех предшествующих религий. Без него нет христианства!

- Так, значит, нет никакого царствия небесного?

- Отдельного от земли, заоблачного, - нет.

- Что же, в таком случае, означают слова: "царствие небесное"?

- Они означают, что нами, живущими на земле, правит "Небо". И царство наше называется "небесным" в силу этого правления.

Небесная община, или мир, или город, или царство существует здесь, на земле, среди нас. И царь этого города - Христос Иисус. Каждый из нас живет, либо в земном, либо в небесном городе, - смотря по тому, кто нами правит. Всякий раз, когда ты подчиняешься Царю небесному, ты оказываешься в Его городе; и для этого не нужно возноситься в заоблачную высь.

Ни в какой форме! И менее всего в форме ухода от мира. Напротив, нужно стать полностью мирским, в уподобление плотнику Иисусу из Назарета. Нужно перестать смотреть в небо, и обратить взор свой на братьев, друзей и товарищей, которых Иисус призвал любить.

"Любите друг друга!" - сказал Иисус. Он ведь не сказал: поднимайтесь в небо, стройте каждый свою лестницу Иакова и взбирайтесь по ней вверх к Отцу в Рай, спасаясь от грешной земли! Почему!? Разве он не пришел спасти нас, возвратить в потерянный Рай?

Да потому, что врата в Рай открываются только в любви к другу своему. И только в ближнем твоем открывается Царь. Устами любящего друга говорит Он к тебе, и ушами любящего слышишь Его ты.

Мир любви, возвещаемый Иисусом, отрицает мир ненависти, в котором брат убивает брата: Каин убивает Авеля. Он убивает его потому, что съел плод Древа познания добра и зла и узнал, что брат его - злой, и за это его нужно убить, уничтожив таким образом зло на земле.

Именно эту историю имеет в виду Иисус, когда говорит нам: не судите о добром и злом; или не ешьте плодов Древа познания доброго и лукавого. Не судите, чтобы и вас не осудили и не убили, как злого. Этим воздержанием от суда Иисус несет миру мир, вместо войны со злом.

Без него невозможна любовь: значит, невозможно и откровение Царя в ближнем. А без последнего невозможен и переход в Царство Небесное.

Не случайно ведь православный храм изображает собой Вселенную, или Землю, накрытую куполом Небес. Значит, входя в храм, мы оказываемся не в тайном, изолированном от мира святилище, а в том самом мире, в котором живем, но прочитанном и понятом как храм, или место встречи с Богом.

Итак, мы встречаемся с Богом не в трансцендентных укрытиях, но там, где обитаем. А обитаем мы, в первую очередь, среди людей, друзей и ближних своих. Не случайно ведь греческое слово "космос" означает отнюдь не межпланетное пространство, но - общину, мир, общность, живущую общением. И слово "космический" означает "мирской". Значит, именно в миру, в общении с ближними происходит наша встреча с Богом Иисусом.... Который есть человек, а не атмосферное явление: человек от мира сего; даже не священник, но - обычный плотник.

Таким образом, христианство, в отличие от языческих верований, не уводит нас в беспредельность, но замыкает в миру, с его законом, моралью и любовью к ближним.

Напротив, безбожники Нового Времени жаждут разомкнуть мир Божий, который видится им темницей, и устремить нас за горизонт, в бесконечность, - силой разума, взамен силы любви.

Вот что пишет родоначальник Нового Времени, сожженный на костре инквизиции еретик Джордано Бруно:

"Эта сила разума, всегда полная желания и способности преумножать пространство пространством, объем объемом, единицу единицей, число числом... эта наука выпускает нас из-под замка наитеснейшего из царств и ведет в царство широчайшее; избавляет нас от нищеты и скудости воображения и вручает нам неисчислимые богатства колоссального пространства, этой изобильной области, равновеликой множеству ослепительных миров; наука, что запрещает горизонту, который наш глаз прочерчивает на земле, а наше воображение рисует в воздушном эфире, держать наш дух под надзором Плутона и во власти Юпитера".

Последние слова разоблачают мотивы соблазненного - уйти из под власти Бога в беспредельность фантазий и порождаемых ими желаний.