# Мы ведь тоже когда-то здесь жили

Нита Неверова

Ископаемые останки, разрозненные части скелетов, древние окаменелости. Кем они были до того, как превратиться в музейные экспонаты?

Аэротрамвай высадил меня на холме недалеко от дома. Душный летний вечер заставил дворовых завсегдатаев пораньше расползтись по квартирам. Во дворе копошились всего два человека: десятилетняя Ниночка и председатель нашего ТСЖ. Ниночка возилась возле осьминожьей клумбы, председатель закрашивал граффити на стене трансформаторной будки, стоявшей посреди двора.

Завидев меня, председатель оживился и замахал рукой: мол, иди сюда. Вот ведь, блин, неймется человеку! Раздумывая, как бы поскорее от него отделаться, я затрусила вниз.

Раньше вся нижняя, более пологая часть холма была заставлена автомобилями. После нефтяного коллапса, когда личный транспорт попал под запрет, холм освободили и разбили здесь цветник, через который проложили несколько тропинок. Вдоль них торчали лысые макушки камней и замысловатые спиральные колпачки огромных ракушек.

Эти украшения - заслуга председателя. Несколько лет назад неподалеку от нашего дома рыли котлован и наткнулись на кладбище древних морских ископаемых. Большинство находок перекочевало в краеведческий музей, остальное растащили местные жители. Председатель нашего ТСЖ подсуетился, и с тех пор наш двор стал напоминать филиал Парка юрского периода: опорами для скамеек служили окаменевшие позвонки исполинских кашалотов, песочницу опоясывал заборчик из ребер ихтиозавра, черепа вымерших подводных хищников приспособили под кашпо. Археологи не возражали, местным жителям было наплевать.

- Ну и дети пошли! - приветствовал меня председатель, неодобрительно косясь на Ниночку. - Двадцать второй век на дворе, а у них в голове сплошная чушь! Начитаются своего фунтази!

- Фэнтези, - механически поправила я, пытаясь понять, чем занимается Ниночка.

- Ну, фэнтези, какая разница?! Знаете, что она придумала? Хочет провести похоронный обряд!

- Кто-то умер? - вздрогнула я.

- Ага, умер! Миллион лет назад! - председатель неловко взмахнул рукой, разбрызгав по асфальту краску. - Черт! Она хочет устроить похороны нашему осьминогу!

Одна из достопримечательностей нашего двора - осьминожья клумба. Шедевр маразма, созданный местными умельцами: здоровенный вазон с выточенным из камня осьминогом цвета густых соплей. К макушке осьминога безвестный скульптор зачем-то приторочил одну из добытых председателем окаменелостей - длинный продолговатый стержень, частичку скелета какого-то древнего моллюска.

- Темнеет уже, - продолжал распинаться председатель, - а эта мелкота здесь ошивается! Вы уж присмотрите за ней!

Летний вечер резко утратил очарование. Мне безумно хотелось послать председателя куда подальше, но в ТСЖ лежала моя заявка на замену батарей, поэтому пришлось смириться.

Ниночка суетилась вокруг осьминожьей клумбы, ища, куда бы прикрепить подвесной фонарь, мерцающий зеленоватым светом. Я присела на лавку рядом с осьминогом и меланхолически поинтересовалась:

- Это у тебя надолго?

Сосредоточенная Ниночка помотала головой:

- Когда-то, миллионы лет назад, наш двор был домом этого кальмара. Потом кальмар умер, а мы нашли его хвостик и превратили в осьминога. По-моему, будет честно хотя бы устроить ему маленькие похороны. Ничего особенного: зеленый огонь, заклинание и побег во тьму, - пробормотала она.

В устах десятилетки эти слова звучали одновременно устрашающе и нелепо.

- Побег во тьму? - переспросила я.

- Да. Тот, кто не останется на месте, пойдет вперед.

Выдав эту потрясающую тираду, Ниночка принялась бормотать "заклинание", которое, по всей видимости, вычитала в какой-то книжке. От ее бессмысленно монотонной трескотни мне захотелось спать. Сумерки сгущались, окрашивая двор в исчерна-синие тона. Близоруко щурясь, я наблюдала за председателем, который спешно домазывал стену.

Внезапно Ниночка бросилась к трансформаторной будке. Секунду спустя я поняла, что это и есть тот самый "побег во тьму". Нина вот-вот должна была скрыться за углом. Боясь потерять девочку из вида, я рванула следом. Председатель что-то кричал мне в спину. Я не слушала. Я бежала сквозь мрак, преследуя призрачный силуэт девочки.

Обогнув будку, мы вывернули к дому. Но вместо горящих светом окошек нас встретила непроглядная тьма. Лишь неподалеку мерцал зеленый огонек фонарика, освещавший дурацкого осьминога. Я поймала руку Ниночки и притянула ребенка к себе.

- Где мы? - прерывисто дыша, спросил подоспевший председатель.

- В прошлом, на Земле миллион лет назад, - изрекла Ниночка со смесью испуга и удовлетворения. - Там, где когда-то жил осьминог.

Нам с председателем даже в голову не пришло усомниться в ее словах.

- Миллион лет назад? - простонал председатель. - Вы что, с ума посходили?! Немедленно верните меня домой!!!

Я напряженно вслушивалась во тьму: за стеной мрака мне чудился то шелест древних пальм, то рев гигантских хищников.

- Стоп! - опомнилась я. - Раз тут жил осьминог, значит миллионы лет назад на месте нашего двора было море. Если это прошлое, тогда где вода?

Я осеклась, испугавшись собственных слов. Мне вдруг показалось, что я слышу рокот приближающихся волн.

Зеленый фонарик моргнул и погас. Мы даже не успели толком испугаться: тьма тут же начала рассеиваться. В открывающемся просвете перед нами предстала двухметровая арка, выложенная из человеческих черепов. Пустые глазницы, треугольники носовых щелей, раззявленные, наполовину беззубые рты... Между костями краснели крохотные цветочки, источавшие приторный аромат. Ниночка охнула. Позади меня тоненько заскулил председатель.

Еще несколько сполохов прорезали тьму: к жуткой арке спешили странные существа, похожие на больших летучих медуз.

- Тот, кто не останется на месте, пойдет вперед, - пробормотала я. - Ты прочитала заклинание, и мы побежали. Вперед. В будущее. Это не древний мир. Это Земля, какой она будет через миллионы лет.

- А это кто? - завыл председатель, тыча пальцем в сторону летучих медуз.

- Наверное, - задумчиво протянула я, - это те, кто придет нам на смену. И построит арки из наших черепов. Мы ведь тоже когда-то здесь жили.

Самая маленькая летучая медуза приблизилась к арке и щупальцем потянулась к одному из черепов. После нескольких неудачных попыток ей удалось прикрепить к костям небольшой кристалл, мерцающий зеленым светом.

Что-то звякнуло: Ниночка теребила фонарь на осьминожьей клумбе.

- Вряд ли лампочка пережила скачок во времени, - с грустной усмешкой заметила я, и тут же клумба озарилась зеленым сиянием. Лампочка был мертва. Свет исходил от древней окаменелости на макушке нелепого осьминога - все ярче, и ярче, и ярче...

Я инстинктивно прикрыла лицо руками и......едва не упала со скамейки.

- Ну я же просил присмотреть за Ниночкой! - стуча зубами от холода, посетовал председатель. За руку он держал перемазанную в свежей краске девочку.

- Извините, я, наверное, задремала, - рассеянно оправдывалась я. Перед моими глазами все еще стояло видение: арка из человеческих черепов и полупрозрачные сияющие медузы, парящие в воздухе.

Мы вошли в подъезд. Обернувшись на пороге, я бросила быстрый взгляд на осьминожью клумбу. На одно единственное мгновение окаменелость вспыхнула зеленым сиянием и вновь угасла, превратившись в серый, невзрачный обломок древности.