# Гобелен Амаранты

Натали Якобсон

Глория отправилась на поиски кузины, которую похитили эльфы. На гобелене, принадлежавшем Амаранте, действительно обитает опасный и прекрасный эльф, в которого невозможно не влюбиться. А по окрестностям бродит таинственное общество в золотых масках.

Маска эльфа


А вот и замок в конце пути! Он оказался совсем не таким мрачным, как на картинке. Наверное, из-за того, что его стены густо обвили плетни красных и белых роз. Глория присмотрелась. Этих роз на гравюре не было. Гравюра не такая уж старая. А если их посадили недавно, то как они успели так разрастись? От цветов будто исходил шепот:

- Уезжай! Это место для жертв эльфов. Беги, смертная!

Лошади всхрапнули. Кучер едва их сдержал. Глория как-то видела растоптанную жертву понесшей лошади и теперь постоянно жила в страхе, что кони понесут.

Смертной ее до сих пор никто не называл. С копной рыжих волос по пояс она сама напоминала озорную фею осени. В семье она единственная родилась рыжей. Неизвестно в кого. А как выглядит ее племянница? К племяннице, собственно, она и ехала. Ведь саму двоюродную сестру, которую нужно было навестить, якобы похитили эльфы.

Ох уж эти легенды и предания! Скорее всего, Амаранта стала жертвой ревности. Она обожала провоцировать мужчин на дуэли и поединки. Когда-нибудь ей самой за это должно было влететь.

- Уезжай обратно! - на этот раз голос исходил с веток дуба, почему-то расцвеченного осенью. А ведь сейчас лето! Откуда же на дереве яркие осенние листья? Они кружились и падали вниз под колеса экипажа. Глория разглядела на каждом листочке крохотных пикси. Наверное, просто кажется. Ее запугали легендами про похищение Амаранты эльфами. Вот ей и мерещится всякая чепуха.

- Уезжай! - наглый голосок звучал с ветки дуба, где точно кто-то сидел, хоть за пышной листвой его было не видно. - Морской царь пропустит тебя обратно через свои владения. Ты не утонешь! А отсюда тебя уже не выпустят!

Какое-то существо размером с рысь болтало ножками на ветке. Оно было белым, как снег. Крылышки за его спиной точно состояли из снежинок. Видит ли его кучер? И почему экипаж остановился?

Глория вышла из кареты. Под ногами сверкали лужи, а ведь дождя не было. С утра ясная погода. Кучера на козлах тоже не оказалось. Куда же он делся? Глория беспомощно оглядывалась по сторонам. Кругом никого, кроме фантастических крохотных существ. Зато какой-то статный кавалер вдруг отделился от зарослей деревьев и вышел прямо на дорогу. Он был одет во всё зеленое. Из-за этого Глория чуть не приняла его самого за ожившее дерево.

- Не слушайте их! Не уезжайте! Вы нам тут нужны! Здесь каждая прекрасная девушка на счету! И их вечно не хватает.

Глория не знала, что и сказать. Незнакомец заговорил с ней просто, будто давний друг. На лице у него сверкала маска из золотых листиков. За ней были видны только глаза необычного радужного оттенка и золотистые брови. Ощущение почему-то было таким, что маска растет прямо у него из кожи.

- Потанцуем! - незнакомец фривольно обхватил Глорию за талию. Руки у него тоже оказались покрытыми золотыми листочками. Вероятно, это украшение стало модным в Илиоре.

Неприлично и абсурдно было танцевать с незнакомцем прямо на проезжей сельской дороге, но Глория не успела отказаться. Кавалер в золотой маске закружил ее в танце. Листопад с осеннего дерева усилился. Листики падали на дорогу, запутывались в волосах Глории и приобретали золотой окрас. Кажется, где-то вдали заиграла музыка. Глория прислушалась. Похоже, поблизости гуляет целая праздничная процессия с лютнями, флейтами и тамбуринами.

- Сегодня в Илиоре какой-то праздник? - спросила Глория у партнера по танцу.

- Нет, самый обычный день, - беззаботно откликнулся он. Голос у него был мелодичным, а глаза с радужными переливами завораживали.

- Такое чувство, что у вас праздник каждый день.

Незнакомец рассмеялся и вдруг приподнял Глорию в танце над землей. Ей не показалось. Ее ноги не касались земли. Минуту они парили, кружась в вальсе, а листья кружились вокруг них.

- Говорят, праздник каждый день бывает лишь у фей и эльфов, - припомнила Глория.

Кавалер мигом помрачнел. Он поставил Глорию назад на землю и прикоснулся пальцами к ее щеке.

- Красивые смертные девушки всегда в цене. И их всегда бывает слишком мало. Котел моего повелителя жаждет новых красавиц каждый день. Я бы тоже сказал тебе "беги", если б не боялся тебя потерять. Знаешь, как тяжело страдать по ком-то целую вечность, когда этого человека и в живых уже нет.

Глория испугалась, но незнакомец притянул ее к себе, и вдруг стало спокойно и хорошо. Он нагнулся, чтобы ее поцеловать. Вдруг он действительно эльф? Глория нащупала накидку, подобную крыльям у него за спиной.

Сюда действительно двигалась нарядная кавалькада. Краем глаза Глория заметила кавалеров, дам, единорогов и даже каких-то чудовищ.

- Еще одна! - какая-то дама зааплодировала, увидев Глорию, и вдруг скривилась. - Она же рыжая! Это противозаконно! Элар, отпусти ее!

Какие-то звери в процессии опасно зарычали и заскребли когтями по земле. Элар ее не отпускал. Но Глории стало страшно. Дыхание встречных путников оказалось огненным. Они же ее сожгут! Даже листва на дереве уже горит. Кто-то в листве смеется.

- Убирайтесь с моей территории именем Дагды! - крикнул кто-то.

Чудесная процессия мигом испарилась, будто их не было. Лишь ругательства слышались в пустоте, где уже никто не стоял. Зато со стороны графского замка ехал небольшой отряд вооруженных рыцарей. Это точно проводники, которых граф Ангус послал за кузиной своей жены. И они каким-то образом сумели прогнать необычных существ. Рыцари - обычные люди. Контраст с чудесной процессией был разительный. Глории захотелось выть от того, что рядом люди, а не эльфы. Но ведь процессия была опасной. Они точно хотели причинить ей вред. Так почему же она грустит об их исчезновении? Сердце охватила тоска.

Глория осталась на дороге одна. Элар пропал, а вот один золотой листик от его маски лежал в дорожной пыли и сверкал. Она наклонилась и подняла его. Его можно сохранить, как талисман. Ведь судя по всему это листик из маски эльфа.


Приезд в замок


- Кто они были? - Глория до сих пор дрожала при воспоминании о чудовищах, которых красивые дамы и господа будто держали на магических поводках. Если только ей не показалось.

- Ты о ком? - граф Ангус, возглавлявший отряд рыцарей, напустил на себя строгий вид.

- Те господа и дамы на дороге, которые вели с собой жутких зверей?

- Тебе почудилось.

- Нет, - она чуть было не показала ему листик, как доказательство.

- Этот лес способен рождать иллюзии.

- Такое говорят лишь о миражах в пустыне.

- Теперь ты знаешь, что и в илиорских лесах рождаются миражи, - Ангус откинул со лба непокорную прядь волос. Он был очень красивым брюнетом. И хотя на его лице появилась паутинка глубоких морщинок, он всё еще выглядел потрясающе. Сразу ясно, почему Амаранта уехала к нему за море. Дома таких красавцев не было. Ангус умело управлял белым конем и ехал впереди отряда.

Глории льстило, что за ней послали не какого-то рядового начальника стражи. Сам хозяин замка приехал ее встречать. Зато кучер исчез без следа, лошади из упряжки тоже пропали. Карета осталась стоять на дороге. Ангус пообещал, что пошлет за ней кого-то из конюхов.

В листве над головой что-то шевелилось. На этот раз из кроны дерева вылетели не пикси, а птица с радужным оперением. Она быстро унеслась к небесам, будто шпионка, которая спешит что-то доложить небесным духам.

- Однажды я видел в лесу нечто такое, от чего до сих пор кровь стынет в жилах, - прошептал Ангус.

- Тогда ты тем более должен поверить мне, что я видела каких-то людей на дороге.

- Все люди, которые здесь есть, живут либо в замке, либо в деревне. А деревня очень далеко отсюда.

- Не могли же это быть призраки.

Ангус промолчал.

Замок вблизи оказался еще роскошнее, чем на гравюре, которую прислала Глории еще Амаранта. Хоть она и вышла замуж за заморского посла, а часто присылала домой различные подарки. И вот Амаранта исчезла. Как молодая здоровая женщина может просто исчезнуть? Разве только ее убили. Глории вдруг стало страшно. Вдруг она едет в разбойничье гнездо? Хотя с виду все рыцари приличные, разве лишь немного мрачные и очень молчаливые. Из них и слова не вытянешь. В разговор с ней вступил один Ангус и то потому, что она надоедала ему расспросами.

Розы у входа в замок, плотно обвивали арки и колонны, даже одну дверь целиком оплели, так что ее было не раскрыть. Как же они разрослись! Тут разве садовника нет, чтобы их обрезать? Да и стоит ли обрезать? От них так чудно благоухает! Глория вдохнула аромат полной грудью. Запах райский. Так почему же Ангус морщится при виде роз, будто заметил в них чудовище? Мужчины в Илиоре не выносят розы?

- Приехала! Еще одна невеста эльфа! - тихий шепот послышался от роз, как если бы среди них спрятались пикси. Глория присмотрелась к белым розам. Кажется, у них у всех женские лица. Наверное, у нее солнечный удар, раз ей такое мерещится.

- Возлюбленная, а не невеста. Эльфы не должны жениться на смертных! - на этот раз шепот раздался уже от красных роз. Их бутоны казались алыми ртами. - Из отношений эльфов и девушек ничего не выходит, кроме страсти и отравленных плодов. Посмотри на детей Дагды.

Глория уже слышала недавно это имя. Любопытно, кто это такой и почему ей мерещится разная чушь?

Сопровождающие рыцари как-то странно косились на Глорию.

- Ты рыжая! - пояснил Ангус, проводя ее в холл замка через вход, увитый плетнями красно-белых роз.

- Разве быть рыжей преступление? - удивилась Глория. В холле она заметила две фигуры, алую и белую. Дамы сами напоминали розы, но стоило зайти в холл, и их как не бывало.

- Рыжей цвет волос ассоциируют с проказливыми феями, которые явились, чтобы обольстить и свести с ума смертных мужчин, - с серьезным видом пояснил Ангус. Он с ней совсем не флиртовал. Глории даже стало обидно. Обычно мужчины всегда с ней заигрывали. А Ангус при всей его привлекательности был холоден, как лед.

- Я точно не фея, иначе у меня бы были крылья, - огрызнулась она.

- Бывают и бескрылые феи, и рогатые, и даже с копытцами вместо ног.

Глория демонстративно приподняла подол пышной зеленой юбки, когда переступала порог, показывая стройные лодыжки.

- Я не фея, - повторила она. - И даже не русалка.

Ей шутка показалась озорной, но Ангус даже не улыбнулся.

- Почему ты рыжая, если не фея?

- Откуда мне знать? Я родилась рыжеволосой, и многие считают, что это очень красиво.

- Но Амаранта была блондинкой.

- Она же моя кузина, а не родная сестра. Но на моей родине живет одна семья баронетов, где у сестер разные цвета волос. Одна из них блондинка, другая шатенка, и я дружу с обеими.

- Зря ты приехала, - Ангус поворошил кочергой уголья в камине. Глории показалось странным, что камин разжигали посреди жаркого лета. В замке прохладнее, чем снаружи, но не так холодно, чтобы продрогнуть.

- Почему зря?

- В лесах Илиора полно диких зверей, агрессивных птиц, ядовитых насекомых и разбойников. Не ходи в лес в сумерках. Ни за что!

- Иначе меня задерут дикие звери?

- Или дикие эльфы, - подсказал один из рыцарей, шедших сзади.

Его слова очень напоминали колкую шутку, но никто не засмеялся. Какие тут все странные! Глория огляделась по сторонам, а Ангус вдруг обхватил ее за талию и приложил ладонь к ее лбу так, словно собирался содрать с нее кожу.

- Что ты делаешь! - возмутилась Глория.

- Прости! - он тут же ее отпустил. - Хотел проверить, не маску ли ты носишь.

- Маску! С чего ты взял?

Как можно было принять за маску чистое бледное лицо? У Глории даже веснушек не было.

- Феи носят человеческие лица, как маски, - пожал плечами Ангус.

Да тут все сумасшедшие! О каких феях они толкуют? Кругом даже служанок нет.

- Больше не веди себя со мной так фамильярно, - Глория отряхивала платье. - Помни, что я тебе не жена и даже не невеста. Не путай меня с пропавшей Амарантой.

На миг наступило гнетущее молчание. Глория рассматривала Ангуса. Он был молод, а в волосах уже появились ниточки седины. Что такого страшного он увидел в лесу, чтобы поседеть раньше тридцати лет? Правда ли, что в лесах совершаются жертвоприношения богам древних племен?

- Глория! - Ангус устало опустился в кресло у огня. - Я не собираюсь больше жениться. Так, что если ты приехала, чтобы занять место Амаранты...

- У меня и в мыслях такого не было. Я же родственница. Как можно жениться на родственнице!

- Подруга Амаранты Аделина была ей, как сестра, а едва Амаранта исчезла, так она начала навязываться мне в жены.

- Я более деликатна. И замуж вообще не собираюсь! Я феминистка.

Ангус нахмурил красивые брови.

- Кто?

- Женщина, которая борется за свою независимость от мужчин.

- Очевидно, это новомодное слово. В Илиоре его еще не слышали.

- Ты живешь в глуши!

- И мне здесь хорошо!

- Но тут бытуют страшные предания о кровожадных эльфах и жертвоприношениях древним лесным богам. Я слышала, когда плыла на корабле, что здесь до сих пор почитают некую богиню Дану.

- Хватит! - Ангус с грохотом положил меч на стол. На рукоятке опасно блеснул какой-то странный символ, похожий на пентаграмму. - С меня довольно разговоров об эльфах. Они всё у меня украли.

Всё? Он живет в замке, в роскоши, имеет целую армию собственных рыцарей и считает себя обделенным!

- Не верю я в эльфов, - шикнула Глория. - Какая-нибудь банда шутников и шутниц спряталась в лесах и дразнит вас.

Ангус лишь пренебрежительно хмыкнул. Что спорить с дурочкой?

Глория топнула ножкой и пошла в библиотеку, двери которой оказались гостеприимно раскрыты. Ангус за ней не последовал. Ну и ладно! Она и одна хорошо проведет день. Глория достала с полки первую попавшуюся книгу, раскрыла ее, и кругом возник цветущий розами луг вместо страниц. Глория ощутила шелковистые лепестки под ногами. Ей это грезится или происходит наяву? Куда делась библиотека? Она идет по лугу, заросшему не ромашками, а розами. Пестрый луг напоминает ковер или гобелен. Но посреди луга возникает глубокая яма. Кто-то зовет из ямы. Чьи-то черные когтистые руки тянутся вверх, хватая траву и розы. От их прикосновения розы вянут.

- Вытащи меня, смертная! - шипит голос из ямы.

Глория протянула руку, и вдруг раздался какой-то стук, будто лопата стучит по крышке зарытого в яме сундука. Видение оборвалось. Луг, заросший розами, исчез. Кругом опять была библиотека. В медный переплет закрытого окна стучал острый птичий клюв.

Глория заметила, что к окну подлетела красивая радужная птица. Выглядит она роскошнее, чем павлин. А дробит ставни, будто дятел.

Никто даже не сказал ей, что в Илиоре водятся птицы с оперением семицветным, как радуга. Каких только чудес в мире не бывает!

Глория боялась птиц с тех пор, как ее наперсницу заклевала целая стая чаек, налетевшая прямо на борт корабля. Микаэлы не стало. Ее заклеванный труп похоронили в море. Глория не хотела повторить ее судьбу, поэтому отошла от окна. Радужная птица стучала в него клювом зря.

- Улетай! - сказала она, но птица и не думала. Она как будто ждала чего-то или кого-то.


Ребенок фей


Глория пришла к ужину. Где находится зал для пира, определить оказалось не сложно. Только вот к пиру по случаю ее приезда никто не готовился, зато слышались спорящие голоса. В зале шептались, и звенело оружие, будто шла подготовка к битве. Глория осторожно заглянула внутрь. Гора мечей, булав и палиц была свалена на полу. Всё оружие из железа. В сознании Глории железо почему-то ассоциировалось с чем-то неприятным.

Неужели тут готовятся к войне? Но с кем? На Илиор никто не нападает. Иначе бы она узнала новости о войне еще в порту. Возможно, произошел конфликт между соседями-феодалами и теперь назревает боевая разборка, которую можно тут же прекратить, если отправить донесение королю. Лишь он способен укротить своих вассалов.

Стареющий, но могучий, как великан, рыцарь по имени Амброуз играл палицей легко, будто детской погремушкой. В нем сил на целый полк! Более изящный Ангус, также целиком облаченный в латы, перебирал мечи. Может они готовятся к поединку? Но ведут они себя совсем не как соперники. Пантомима больше походит на подготовку к обороне.

- Она точно твой ребенок? - хмуро вопрошал Амброуз.

- Она же не чудовище, как другие. Она похожа на человека.

- Значит, она остается с нами? - Амброуз с досадой вонзил палицу в стол так, что тот разломился на доски. Ангус даже не вздрогнул. К проявлению агрессии со стороны своих рыцарей он привык.

- Куда же ей деваться? Она наследница замка.

- Не лучше ли тебе жениться на очаровательной гостье и завести новых наследников?

- Прекрати! - теперь уже Ангус ударил кулаком о каминную полку так, что та треснула. Глория вздрогнула. Если эти двое будет спорить, они разгромят весь замок.

- Тема новой свадьбы не обсуждается! - поставил точку Ангус. - Я ведь до сих пор женат.

- На женщине, которая официально считается мертвой.

- Общественное мнение далеко от истины. Ты сам знаешь.

- А еще я знаю про подменышей. В нашем замке точно живет подменыш. Ребенок фей.

- Она мой ребенок и точка! Ты же видел, чем человеческие дети отличаются от эльфийских.

Наступила пугающая тишина. Глория слышала, как ее собственное сердце отбивает барабанную дробь.

- Ты оставляешь ее с нами потому, что иначе будет еще одна война? - молчание прервал Амброуз.

- Нет, потому что она действительно моя дочь.

- А по-моему, ты учитываешь, что в следующей войне с ними мы точно проиграем. Они ведь не люди.

- Я не хочу войны, но я хочу вернуть Амаранту. А без войны с теми, кто обитает в лесах, этого сделать никак нельзя.

- Ты уверен, что то создание, которое мы видели, является Амарантой, а не какой-либо эльфийской иллюзией. Девушки, похищенные ими, обычно гниют на распутье дорог, а кровавая роза прорастает в их сердце. Вчера старина Ганс нашел труп жертвы эльфов. Сегодня ему снятся кошмары. Он уверяет, что эльфы придут и за ним. Просто постучатся ночью в окно.

- Пусть держит при себе меч или охотничий нож.

- Парень пастух, он не умеет драться.

- Причем здесь искусство боя? Они не выносят железо и текучую воду. Одним видом железного предмета их можно отпугнуть.

Амброуз тяжело вздохнул.

- Ты велишь готовиться к войне?

Конец диалога Глория слушать не стала, потому что тяжелые латы рыцаря загромыхали по направлению к дверям. Нужно убегать, пока не застали. Вместо ужина она шмыгнула в арсенал. Не лучшее место, чтобы спрятаться, если рыцари идут готовиться к войне. Хотя пока замок и не осаждают, а ей тоже пригодится меч. Глория взяла первый попавшийся меч с красивой золоченой рукояткой в форме свившегося зигзагом дракона. Поднять его стоило сил. Драться так она вообще не умеет. Она же дама, но меч вдруг, как живой, дернулся в ее руках и взмыл в воздух, будто его выхватил кто-то невидимый. Лезвие меча обернулось против ее собственного горла. Даже крикнуть нет возможности. Сейчас оно ее прирежет, но вместо остроты лезвия Глория ощутила колкие листики. Меч вдруг оброс стеблями и розами.

- Осторожней, смертная! - сказал кто-то и глухо хохотнул. - А не то поранишься сама, собираясь на войну с эльфами.

Глория рассвирепела. Этот голос над ней издевается. Но где говоривший? Она видела кругом лишь груды оружия. Меч, лезвие которого обвили розы, конечно, был красивым зрелищем. Сердце Глории на миг смягчилось. Цветы она любила больше, чем оружие. Но если за спасение кузины придется воевать, то она готова стать рыцарем.

Однако меч опять извернулся и попытался задеть ее. Хоть из-за роз он и перестал быть острым, но ударить мог сильно. Рукоять у него тяжелая. Железный дракон ударил Глорию в висок и чуть не убил. Ощущение было такое, что драконообразная рукоять ее покусала.

- Прекрати, Фиор! - крикнул детский голос.

Меч тут же неподвижно завис в воздухе.

- А иначе твой отец меня не простит? - спросил некто, будто зависший в высоте, потому что голос исходил с потолка.

- Да!

- Ну, а мне всё равно! Я и так в опале.

Кончик меча изловчился и отсек одну прядь Глории. Прядь мгновенно исчезла, будто кто-то невидимый зажал ее в руке. На кончике меча расцвела крупная красная роза.

- Теперь он никого уже не поранит! - красивая маленькая девочка, одетая роскошно, как принцесса, вышла из ниши арсенала.

- Так ты всё время пряталась здесь! - удивилась Глория. - А я тебя и не заметила, когда вошла. Ты, должно быть, Дженет.

У девочки было миленькое личико сердечком, большие миндалевидные глаза и губки бантиком. Платье с тугим корсетом и стоячим воротником больше подошло бы взрослой даме. Дженет было неудобно идти из-за пышных парчовых юбок. Любопытно, где выткали такую парчу, которая в буквальном смысле сияет. Гербы, вышитые на кайме, точно не илиорские.

- Ты Дженет, верно? - Глории не понравилось, что девочка долго молчит.

- Возьми меч! - проигнорировав вопрос, посоветовала девочка. - Иначе он снова пустится в боевую пляску.

Меч всё еще висел в воздухе, в опасной близости от лица Глории. Если б на нем не наросло роз, он мог бы сейчас ее изуродовать. Глория нерешительно протянула руку и обхватила рукоять. Меч больше ей не противился.

- С него придется вначале содрать розы прежде, чем сражаться, - прикинула Глория.

- Он сражается сам!

- Ты говоришь о нем так, будто он живой!

Девочка не ответила.

- Так ты Дженет, - допытывалась от нее Глория. - Или не Дженет?

Мало ли, сколько детей может быть у местных рыцарей. Только вот зачем одевать ребенка по-королевски? Девочке ведь неудобно в таком тяжелом платье.

- По-человечески мое имя звучит, как Дженет, - наконец снизошла до ответа она. Манеры у нее, как и наряд, были королевскими.

- А я твоя тетя. Меня зовут Глорией.

- Я знаю! - ошарашила ее Дженет.

- Тебе мать обо мне рассказала? Я была еще подростком, когда Амаранта уехала жить сюда, в Илиор. Нашей родиной был Алуар - это страна за морем.

Глория присела на корточки, чтобы сравняться ростом с Дженет и положила меч на ковер. Розочки от него потянулись по кайме ковра. Да, тут прямо царство природы! Глория ощутила не ковер, а мягкий луг под пальцами. Как похоже на шутки фей! И Дженет тоже похожа на фею карликового роста, а не на ребенка. Хоть лицо у нее и детское, а глаза слишком мудрые, таинственные.

- Я вижу, что ты из наших, - Дженет коснулась ладошкой щеки Глории.

- То есть из вашей семьи, - подсказала Глория. Наверное, ребенок имел в виду это.

- Из нас... - Дженет отрицательно покачала головой. - Редко кто-то из наших заходит в замок. Тут полно железа.

В какие сказочные игры она играет? Наслушалась рассказов отца про нечисть и решила подыграть.

- Давай лучше поиграем в шарады или в фанты, а может в мячик? - предложила Глория, но Дженет уже попятилась к выходу.

Над головой кто-то тихо хохотнул. Глория подняла глаза вверх. Никого на потолке нет. Даже в стенных нишах больше никто не прячется. Смех невидимки исходил прямо из пустоты. Может, кажется? Но обросший розами меч ей не казался. Глория подняла его, с трудом вырвав из плена роз, пустивших побеги на ковре. Если грядет война, то меч лучше оставить себе.


Драконье дерево


В библиотеке замка нашлось пособие по боевым искусствам. Глория потихоньку стащила его. В нем, наверняка, сказано, как овладеть мечом. Только вот содрать розы с меча оказалось довольно сложно. Они будто приросли к нему. А едва она их сорвала, как они наросли снова.

- Видно не судьба нам драться! Придется подружиться! - пропел голос в высоте.

Глория огляделась по сторонам. Никого не видно.

Главное, что б никто не заметил, как она стащила книжку из библиотеки. Вряд ли кто-то из рыцарей одобрит ее уроки фехтования. В Илиоре и речи не шло о том, чтобы девушка умела владеть оружием. Вот дома, в Алуаре, Глорию обучили метко стрелять, но и там фехтование для женщин было под запретом. А она мечтала научиться сражаться на мечах. Конечно, глупо так беспокоиться о самозащите в замке, полном рыцарей, но Амаранту ведь они не уберегли. Если кто-то ее похитил, то все рыцари Ангуса оказались бессильны ее защитить. А вот если б Амаранта умела владеть мечом, она бы могла отбиться сама.

Кузина была неженкой и мечтательницей. Глория выросла более практичной. Она понимала, что умение постоять за себя это в жизни главное.

На кончике меча снова расцвела пышная алая роза. Глория с трудом оторвала ее.

- Что за чертовщина!

- Не чертовщина, а волшебство, - шепнул дразнящий голос невидимки уже в самое ее ухо.

- Как будто это не одно и то же! - огрызнулась она, сама не зная, с кем разговаривает.

Меч больше не обратился против нее, но и слушаться не хотел. Рукоятка-дракон всё время выскальзывала из пальцев. Наверное, лучше вначале внимательно почитать пособие по боевым искусствам, а уже потом приниматься за обучение. Глория раскрыла ветхую книжку. Любопытно, а пособие по волшебству в замке есть? Ведь меч-то, судя по всему, попался заколдованный.

Кто-то коротко хихикнул за ее плечом, будто уловив ее мысли. Какой обольстительный голос! Глория оглянулась. За спиной привычная пустота, но рядом ощущается чье-то присутствие.

- Иди ко мне! - позвал всё тот же голос.

- Где ты?

Никакого ответа.

- Ну, так куда идти? - не выдержала она.

- Внутрь гобелена!

Какого гобелена? Она тут видела лишь шпалеры и ламбрекены. Вроде бы большой гобелен со сценой охоты висел в холле, и еще пара гобеленов с пасторальными сценками украшала коридор. Так за каким же гобеленом прячется невидимка? В то, что кто-то может затаиться внутри гобелена, Глория не верила. А вот за самим гобеленом очень удобно прятаться, особенно, если в стене под ним есть ниша.

Глория вышла в коридор осмотреть гобелены. Да тут их оказалось не меньше дюжины. Растеряться можно, за которым искать.

Из залы для пира вновь доносились голоса. Ангус снова с кем-то спорил. И этот кто-то оказался очень скандальным. Он бил посуду, звенел столовыми приборами, царапал когтями об стол. Может, там внутри какое-то животное. Но голоса звучали лишь человеческие, никакого рычания.

- Ты вроде бы согласился отпустить Амаранту, а теперь хочешь ее вернуть. Это нетактично, - произнес кто-то хитрый и надменный. В его голосе так и звучало лукавство.

- Я находился под действием чар. Теперь я очнулся.

- Очнулся ли?

Глория прислушалась. Второй голос был ей незнаком. Он точно не принадлежал ни одному из рыцарей. Любопытно, с кем разговаривает Ангус? Глория заглянула в залу. Ангус стоял там один возле большого гобелена.

Как странно! Может за гобеленом кто-то прячется? Но второй голос уже смолк, будто его и не было.

- Тебе что-то нужно? - Ангус заметил ее и насторожился, будто поймал с поличным шпионку.

- Я ищу Дженет, - нашла, чем отговориться Глория.

Она демонстративно вошла в зал и оглядела все углы, даже под стол заглянула и лишь затем дрожащей рукой отодвинула край огромного роскошного гобелена. Гобелен был очень красивым, пестрым и покрытым замысловатыми рисунками. Он напоминал одновременно и карту, и картину со множеством персонажей. Причем кроме людей на нем были изображены еще феи и эльфы. Но за гобеленом царила пустота. Глория разочарованно ахнула. Она-то думала, что за ним находится ниша, в которой прячется таинственный собеседник Ангуса.

- Этот гобелен подарок на мою свадьбу с Амарантой! - пояснил Ангус и рассмеялся так, будто сказал, что-то очень остроумное.

У Глории холодок по спине пробежал от его зловещего смеха. Так смеются те, кто призывают демонов в свое жилье.

На гобелене и впрямь была вышита сценка свадьбы, но не человеческой, а эльфийской.

- А чей это подарок?

Ангус не ответил. Может, он повредился умом? Как можно забыть имя того, кто сделал ему на свадьбу такой дорогой подарок. Вероятно, гобелен подарил сам король Илиора. Амаранта обожала флиртовать с королями и очаровывать их. Она была кокеткой. А вот ее муж оказался мрачным типом. Ангус суровый воин. Что с него взять?

Под предлогом поисков Дженет Глории удалось всё обыскать. Зала точно была пуста. Разве только где-то есть потайной ход. Потом нужно будет сюда вернуться и поискать сдвижную панель в стенах. С системой потайных ходов Глория была хорошо знакома. Она сама всё детство провела в старом замке.

- Нашлась еще одна дуэнья! - пробурчал Ангус ей вслед.

Хорошо, если Дженет не сочла ее дуэньей. Глория шла и ломала голову. Как объяснить ребенку, что она ни няня и ни гувернантка, а родственница и подружка. В общении с детьми у Глории особого опыта не было. Наверное, нужно вести себя непосредственно, чтобы внушить ребенку доверие. Можно, попробовать почитать Дженет сказки. Рыжая голова девочки мелькнула во дворе замка. Глория пошла туда и остолбенела.

Дженет играла в мяч со странными уродливыми существами, будто выползшими из-под земли. Это смотрелось дико! Дженет изящная девочка, а у ее дружков когти, хвосты и шершавые лапки, но они не животные. Они ловко ловят золотистый мячик в форме яблока и смеются, даже отпускают какие-то шуточки. Это же чудовища!

- А ну прочь от нее! - Глория схватила хлыст, очевидно забытый конюхами, и бросилась к уродцам. - Не смейте ее трогать!

Дженет посмотрела на нее удивленно и озлобленно.

- Иди, занимайся своими делами! - сказала она таким тоном, будто была взрослой. - Мои братья и сестры имеют право меня навещать.

Эти твари внушили ей, что они ее братья и сестры! Ужас! У многих из них по коже тянется чешуя, а за спиной дрожат убогие крылышки. Разве Дженет не видит, что это существа из другой расы - из нечеловеческой!

Одно ползучее чудище приподнялось, обвило Дженет за плечи когтями и зашептало что-то ей на ухо. От дыхания у него исходил черный дым. Зато мячик, которым они играли, оказался самым настоящим золотым яблоком.

Разве бывают такие деревья, на которых растут золотые яблоки? Ценную вещь, наверняка, изготовил ювелир из Родолита. Ведь ближайший к графству город Родолит славится своими ювелирами. Только вот предмет из золота, должно быть, очень тяжел. Нужно иметь много сил, чтобы перекидывать его, как легкий мячик. У Дженет эти силы были. А ведь она же ребенок, но, наверняка, и меч поднять сможет без посторонней помощи.

Игра с чудищами продолжилась в сторонке. Вся компания очень быстро отошла от Глории. Глория даже не заметила, как они отползали. Просто оказались вдруг в нескольких метрах от нее, будто их туда магия перенесла.

Может оставить их в покое? Одно из чудовищ, игравших с Дженет, заползло в колодец и скрылось там. Нужно учесть на будущее, что воду оттуда лучше не пить. В путешествии Глория привыкла обходиться вином, потому что на борту корабля, привезшего ее в Илиор, не хватало питьевой воды.

Подозрения относительно так называемой дочери Амаранты лишь усилились. Вдруг это вовсе и не дочь Амаранты? Во-первых, она не блондинка. Во-вторых, Ангус слишком прохладно к ней относится, будто он и не отец ей вовсе. В-третьих, она очень похожа на подменыша, о которых сложено столько пугающих историй. Но ведь подменыши обычно уродливы, а эта девочка красива. У Дженет шелковистые рыжие волосы, вьющиеся на концах. Рыжие ресницы, радужные глаза и яркие веснушки на щеках в форме сердечек. Это и впрямь ребенок фей! Лишь крыльев за спиной не хватает.

- Эй! Ты забыла кое-что! - Дженет швырнула Глории мячик, но не золотой, а красно-синий, покрытый острыми чешуйками.

Глория изловчилась, поймала его и ахнула. Это не мячик, а миниатюрное ядро для пушки. Его будто из пасти дракона вынули, и оно вот-вот взорвется.

- Драконье яблоко! - пояснила Дженет.

- Что?

- Оно помогает невинным девам обороняться от штурма замка, а кому-то оно может помочь выжить из замка надоедливую компаньонку.

Дженет заразительно рассмеялась. Может, она таким образом пытается втянуть Глорию в игру? Нужно перебросить мяч назад ей. Но едва Глория размахнулась, как по чешуйкам на мяче забегали искорки. Нет, не стоит его бросать. Вдруг он взрывоопасный и может повредить ребенку. Хотя тех уродцев рядом с Дженет неплохо бы проучить, но есть ведь риск навредить и ей.

Глория решила сохранить чешуйчатый мячик. Размером он был с яблоко, а по шкурке напоминал чешую дракона.

- Значит, драконье яблоко! Так назвала тебя Дженет?

Мячик вдруг зашипел в ее руке, как настоящий дракон и раскалился. Может, швырнуть его в колодец? Глория раздумывала, но руку обожгло. Больше терпеть жар не было сил. Глория разжала пальцы, и мячик упал в колодезную воду. Из колодца тут же рванулся ввысь столб огня.

- Что ты наделала? - Дженет смотрела на взрыв, который был отчасти водяным, отчасти огненным. Что-то громадное, гибкое, подобное чешуйчатому телу дракона поползло из колодца вверх к окнам башен. Глория не сразу поняла, что это не дракон, а дерево. Оно мигом покрылось ветвями и такими же чешуйчатыми плодами, как тот мячик, который дала ей Дженет.

- Это ты мне его дала!

Глория ощутила себя дурочкой. Она взрослая дылда в чем-то обвиняет маленького ребенка! Смех и грех! Только вот ребенок, судя по глазам, больше похож на древнее карликовое существо из мира фей, которому минула не первая сотня лет.

- Из одной абрикосовой косточки вырастает целое дерево, а из одного драконьего яблока целый дракон! - присвистнула Дженет, с восторгом смотря на чешуйчатое дерево, тянущееся из колодца к шпилям замка. - Верно Ивейна мне всё сказала!

- А кто такая Ивейна?

Естественно Дженет не ответила, а со смехом убежала. А Глория осталась одна давать объяснения часовым уже спешащим во двор замка с пиками и алебардами. Очевидно, от дрожи в земле они решили, что в замок ломится великан. А тут и растет всего-то чешуйчатое дерево, похожее на корявого дракона. При виде него почему-то даже стражникам сделалось дурно. Глория внезапно поняла, что нахулиганила так, что ее могут выставить из замка. Может свалить всё на Дженет? Ребенку ведь всё простительно. Но валить свои шалости на ребенка даже сверхъестественного это слишком подло. Глория приготовилась взять вину на себя. Только никто ее ни в чем не обвинял. Никто даже не понял, что драконье дерево, растущее из колодца, это ее рук дело.

Стражники перешептывались о шутках эльфов и какой-то гостье, которая всё еще находится наверху. Глория не видела, чтобы к замку подъезжал экипаж или всадники. Так откуда же взялась гостья? Стражники точно имели в виду не ее. Пользуясь их замешательством, Глория потихоньку ушла. Пусть сами разбираются с драконьим деревом.


Магические угрозы


- Эй, смертная! - позвал знакомый голос откуда-то сверху. Тон отдавал насмешкой, как будто название "смертная" означало нечто оскорбительное.

Глория подняла глаза к потолку. Никого там нет. Лишь блестящая паутинка тянется по потолочным росписям. А что она ожидала увидеть? Парящего под потолком эльфа? Или фею с крыльями? Хотя голос совершенно точно был мужским. Через минуту он заговорил снова.

- Захвати с собой меч, смертная! Тебе он вот-вот пригодится!

Естественно, говорившего было не видно. Глория уже привыкла слушать невидимку вполуха. Мало ли что он там бормочет! Толка от его предупреждений никакого. А его самого и вообще не видно. А раз его не видно, то значит, его и нет.

- Ай! - Глория ощутила, как кто-то ущипнул ее. Вероятно, кто-то все-таки рядом был.

- Чего тебе? - огрызнулась она, пытаясь разглядеть, кто на нее нападает.

- Хоть драться ты и не умеешь, а без меча сейчас разгуливать по замку опасно, - голос засмеялся.

Глория даже обиделась. Сколько она не оборачивалась вокруг собственной оси, а заметить никого рядом не смогла. Хотя чье-то дыхание рядом ощущалось: то над головой, то за спиной, то сбоку. Невидимый дух ее дразнил.

- Ты привидение! - догадалась Глория.

Раздался такой оглушительный смех, что стены затряслись. Глория даже зажала уши. Такое чувство, что великан расхохотался.

- С шутами я не общаюсь, - отрезала она, едва смех смолк.

Глория как раз поднялась на тот этаж замка, в окне которого хорошо можно было разглядеть ветви чешуйчатого дерева. Плодов на них было не сосчитать. Все такие же чешуйчатые, как сам ствол.

- Не трогай! - предупредил невидимка.

С чего это он так обеспокоился?

Глория подошла к большому окну с высоким арочным сводом. Ветки драконьего дерева просунулись в окно. Можно было сорвать один чешуйчатый плод, но Глория не решилась. Значит, эти чешуйчатые фрукты называются драконьими яблоками. Так, во всяком случае, назвала их Дженет. А они горячие, как головня из костра. Об них обжечься можно запросто. Как бы в замке не случился пожар из-за них. Если они просунутся в окно, к примеру, библиотеки, то всё может заняться пламенем. Благо, что тут одна каменная стена. Загораться нечему. Плоды искрились и вспыхивали. Ночью они могли бы стать отличным освещением, но нужно убрать подальше от окон все воспламеняющиеся предметы. Главное, чтобы ветви не вытянулись вдоль и не поползли дальше по замку.

А что если это дерево живой дракон? Хотя где тут его голова? Глория высунулась в окно и присмотрелась.

- Вот любопытная, смертная! - пробурчал кто-то наверху.

Если с нею разговаривает тот же самый невидимка, то он уже успел залететь на вершину драконьего дерева.

Его голос был приятным, но дразнящим. Почему простое слово "смертная" звучит в его устах, будто оскорбление? Разве быть смертной это унизительно? Невидимка причитал что-то над ее головой, будто сокрушался о том, что она не фея.

- Кто ты? - осмелилась спросить Глория.

В ответ тишина. Невидимка играет с ней в какие-то игры. Не лучше ли поиграть в шарады и затеять остроумный разговор? Глория окликнула невидимку еще несколько раз, но вызвать его на диалог так и не удалось.

А вот в большой зале для пира шел разговор, готовый перерасти в спор. Оттуда звучали агрессивные голоса, причем один из них был женским.

Глория удивилась. Она не заметила ни одной взрослой женщины в графском замке. Даже прислуга тут в основном состояла из мужчин. Это могло объясняться тем, что хозяин замка опасается женского кокетства, потому что один раз уже очень сильно пострадал из-за него. От Глории не укрылось, что Ангус крайне болезненно переживает исчезновение Амаранты. Он как будто считал себя брошенным. А ведь Амаранту, судя по всему, похитили эльфы, и она до сих пор жива. Ангусу нужно злиться на тех, кто ее украл, а не обижаться на всех подряд.

Но хозяин замка привык срывать гнев на тех, кто оказался под рукой. В большой зале звенел хрусталь. Похоже, Ангус сгоряча разбил целый сервиз.

- Мне не нужны подачки от эльфов! - вопил он.

- Тебе нужна война? - спросила какая-то женщина.

- Да.

- Ну, так это можно организовать, но ты проиграешь.

- А ты проверь! Вдруг я найду такого воителя, который одолеет даже короля эльфов?

- Тебе это предсказали?

- Меч шипов проснулся. Он ищет хозяина. Я сам видел, как он вибрировал, будто рвался в бой. Скоро легендарный воин появится, и вашему славному эльфийскому королевству придет конец. Тогда ты прилетишь назад ко мне.

- Или уйду в небытие вместе с ними.

- Я хочу вернуть жену! Вероятно, нужно всего лишь срезать крылья, и она станет прежней.

- Не глупи! Иначе этот замок к утру превратится в руины. Вспомни, что рядом с эльфами существует королевство черных фей. Они тоже могут напасть под шумок. Ты помнишь, что замарал себя как-то договором с черной феей.

- Пакт давно расторгнут.

- Но Медея Шаи считает, что ты ее должник. Она придет взыскать долги кровью и душами. И кто тебе тогда поможет, если не мы?

- Не подкупай!

Глория пошла в большой зал на звуки спора. Ей стало так любопытно, что она забыла о предупреждении невидимки не разгуливать по замку без меча.

В большой зале явно велась подготовка к битве. Хотя разумнее было бы готовиться к обеду. Охотники притащили дичь. Над камином установили вертел.

Глории показалось странным то, что у всех охотников бледные лица, будто они вернулись с похорон, а не с охоты. Вероятно, в лесу они увидели нечто такое, что сильно их перепугало.

- На кого охотились: на диких кабанов или на фазанов и куропаток? - спросила Глория с порога, стараясь придать своему тону побольше веселости. А то атмосфера в зале уж очень мрачная.

Зря она спросила.

- Тут еще одна девушка поселилась? - с азартом взвизгнул человеческий голос из мешка, в котором предположительно должна была находиться дичь. - Как интересно? А Дагда уже знает?

- Киньте мешок в огонь! - велел Ангус, но было уже поздно. Хоть мешок и был крепко завязан, а когтистая лапка порвала его изнутри.

Глория ахнула от изумления. На этой лапке было сразу девять черных пальцев с когтями. У каких животных на лапах по девять конечностей? Чего только не водится в илиорских лесах! Ну и диво!

Охотники явно схалтурили на охоте. Дичь выпрыгнула из мешка живой, схватила булаву и начала крутить ею над головой, будто цепом. Глория вскрикнула. Это же маленькое чудовище, а не дичь.

У существа размером с крупную рысь оказалось сразу шесть лап, три хвоста и голова с ветвистыми рогами, будто у беса. А сил у маленького уродца было, как у великана. Многие из рыцарей, собравшихся в зале, за полминуты получили тяжелые увечья. Кому-то чудище отрубило пальцы, кому-то руку по локоть, кому-то ногу по колено, кому-то даже отсекло голову, которая покатилась по полу и упала к ногам Глории.

Глория не успела отскочить в сторону. Подол ее платья обрызгала кровь. Черная тварь торжествовала, легко отражая удары мечей и алебард. Как охотникам только удалось упрятать этого дьявола в мешок! Сейчас он освободился, и по полу залы потекли лужицы крови.

- Девицу я заберу с собой! Знаю, кому ее подарить... - хмыкнуло дьявольское существо, размозжив булавой голову упавшему на пол рыцарю.

Прав был невидимка, когда советовал Глории захватить с собой меч. Хотя, что она могла сделать против такой агрессивной твари даже с мечом? Рыцари и то не справлялись. В недавнюю дичь полетели стрелы из арбалетов, но убить не смогли. Тварь легко выдернула стрелы у себя из живота и груди и сломала древко каждой.

- Я сильнее и ловчее! - уродец пританцовывал на расчлененных трупах рыцарей, махая булавой. Он неистовствовал и что-то напевал, похожее на заклятие. Выжившим рыцарям от его песенок сделалось дурно. Так длилось до тех пор, пока не вмешался Ангус. Он сумел накинуть на уродца тонкую ленту, вышитую какими-то странными знаками, и как ни странно маленькое чудовище потеряло все свои исполинские силы.

- Ах, ты вероломный маг! - зашипело оно и попыталось вывернуться.

- Нужно выпотрошить его и в огонь! - велел Ангус, который вдруг стал выглядеть очень уставшим.

Неужели он велит приготовить пищу из чудовищной дичи или тут всё намного сложнее? Как назло, за спиной Глории возникла Дженет.

- В замке гости, - шепнула она.

- Не смотри! - Глория хотела увести ее, но сдвинуть ребенка с места оказалось сложнее, чем гранитную статую.

Дженет оказалась неожиданно сильной. Как же ее отсюда спровадить? Нельзя, чтобы ребенок увидел, как потрошат дичь, пусть даже чудовищную. Пока Глория размышляла, ее взгляд наткнулся на распахнутое окно. Там действительно стояла женщина в белом бальном платье, напоминавшая светлую тень. Неужели это Амаранта? Но ведь Амаранта мертва. Или же нет? Вероятно, это другая женщина, очень похожая на нее? Глорию она даже не узнала.

- Может, все-таки будешь снова жить с людьми, а не с этими существами? - обратился к ней Ангус.

- Я не вернусь, - тихо ответила дама, будто ветер в окне зашелестел.

- Тогда оно умрет.

- Это вряд ли. Они никогда не умирают.

- Но боль они чувствуют.

О ком это они? О том монстре, которого поймали охотники? Убить его не удалось. Поранить его тоже было практически невозможно. Хоть Ангус и отдал указ выпотрошить его, это было мало осуществимо. Ножи лишь скользили по плотной шкуре, не царапая ее. Зато чудище смеялось, плевалось огнем, а потом вдруг запело. От его песни закружилась голова, и зазвенело в ушах, и вдруг чей-то голос позвал.

- Иди ко мне, Глория! Хочешь стать моей возлюбленной и жертвой?

Голос проник в мозг. Он не принадлежал твари. Другие его не слышали. Только Глория. И вот она уже не в зале, где потрошат живую чудовищную дичь, а на поле, где танцуют крылатые девы в венках из цветов, названия которых она не знает. Кто-то из хоровода протягивает ей руку. Вместо ногтей на руке у него золотые листики.

И всё! Видение испарилось. Она снова очутилась в зале пира, как будто с небес на землю упала. Кто-то из охотников взял вместо ножа серп. Вот серпа чудище испугалось и завыло не своим голосом.

- Вы не имеете права использовать оружие Алаис, - завопило оно. - Только она имеет право нас им пытать. Есть закон, что никто кроме нашего лидера не может нас карать.

Но охотникам на закон было наплевать. Однако серп вдруг завибрировал в руке рыцаря, как живой, и впился ему в плечо. Лезвие легко прошло сквозь плотный доспех и вонзилось в плоть. Брызнула человеческая кровь и смешалась с лужей крови чудища на полу. Рыцарь закричал от боли. Это отвлекло его товарищей. Выпотрошенное чудище воспользовалось этим и вывернулось.

Глория не могла поверить, что оно со вскрытым брюхом запросто спрыгнуло со стола, попутно теряя кишки. Кстати его разрезанное нутро от капель человеческой крови, попавшей на него, моментально срасталось.

- Люди - редкостные твари, - прогнусавило чудище, опасливо оглядываясь на рыцарей.

Глория и сама была не прочь обозвать охотников живодерами. Как можно мучать живое существо, пусть даже чудовищное? Она отошла с дороги, что б оно беспрепятственно сбежало, но его окровавленная лапа всё равно оставила отпечаток на ее шлейфе. Оттиск когтистой лапы напоминал печать на парче. Теперь это уже не отстирать даже самым усердным прачкам. Ну, ничего, это платье у нее не последнее.

Чудище подмигнуло ей одним светящимся красным глазом и было таково. Оно даже до распахнутого окна не дошло, а вскарабкалось вверх по шторе и дальше поползло по потолку. В него стреляли из арбалетов, но оно лишь показывало раздвоенный язык. Больше его не поймать.

Испуганная Дженет заплакала. А Глория не могла прогнать ощущение, что чудище до сих пор смотрит на нее с пиршественного стола. И от его взгляда по телу разливается тепло, будто она снова стоил на лугу, полном фей, а чьи-то руки, покрытые острыми золотыми листиками, ласкают всё ее тело, оставляя царапины. Ласка похожа на пытку, но ради того, чтобы ощутить ее, стоит умереть.

- Если моему народу с вами неуютно, то и я ухожу, - женщина, похожая на призрак, развернулась лицом к окну. За ее спиной точно вздымались полупрозрачные белоснежные крылышки. Пышное платье было похоже на свадебное, а тиара на царскую. Амаранта, если только это была она, напоминала королеву фей. Сверкающий шлейф скользил за ней по темному пространству.

- Амаранта! - окликнула Глория и пошла за ней, но Ангус схватил ее и крепко прижал к себе.

- Как ты смеешь! - Глория хотела возмутиться, может даже дать ему пощечину. Он такой наглый, даже не хочет позволить ей пойти за кузиной. Глория глянула вниз и ахнула. Оказывается, она чуть было не шагнула в распахнутое окно, расположившееся высоко над крепостной стеной. Она бы разбилась. Ангус спас ее от неминуемой смерти.

Только вот разъяснять ей, что тут только что произошло, он не собирался. А в разъяснениях она более чем нуждалась.

- Ты случаем не целительница? - неожиданно осведомился Ангус. - В целебных травах не разбираешься?

- Нет, - Глория с ужасом смотрела, как ее подол пропитывает кровь, растекшаяся по полу. Тут так много покалеченных. А лекаря, судя по всему, в замке нет. Ангус бормотал что-то о том, что зря испортил отношения с целителями из ближайшей деревни.

- В селе неподалеку живут отличные знахарки, но все они немного ведьмы, - сокрушался он. - А ведьм только пусти к себе на порог, потом хлопот не оберешься.

- Зачем же вы вообще стали охотиться на такое чудовищное существо? - высказала возмущение Глория. - Как можно возомнить себя такими храбрецами, чтобы охотиться на монстров? Вы бы с великанами еще пошли сражаться!

- Что ты знаешь о наших суровых краях, девочка! - Ангус от чего-то разозлился.

А что она такого сказала?

Глория заметила, что гобелен, протянувшийся во всю стену, закапала рыцарская кровь. Вместо того чтобы выглядеть испачканным, он начал странно светиться. А на выступе стены над гобеленом засело какое-то красивое крылатое существо, похожее на золотоволосого эльфа с зелеными крыльями. Оно ело грушу, явно украденную, с обеденного стола, и тихо ехидно смеялось, наблюдая за людьми, копошащимися внизу. Сцена того, как Ангус сам рвет скатерть на бинты и работает врачом, почему-то казалась ему смешной. Глория глянула в упор на эльфа, и он перехватил ее взгляд. Глаза у него оказались семицветными, радужными и сверкающими.

- Я же говорил тебе, что нужно взять с собой меч, - как будто сообщали они.

- Там эльф! - Глория хотела обличить его перед всеми, но место, где сидел эльф, вдруг оказалось пустым.

- Естественно, - буркнул Ангус. - Этот гобелен весь выткан эльфами. Чего ты так удивляешься?

И правда! Глория только сейчас рассмотрела, что эльфы вышиты золотой нитью по его краям. Только вот она имела в виду не вышитого эльфа, а живого. Но его уже было не найти. Зато на затейливом гобелене перед ней кружились хороводом десятки его копий и лукаво подмигивали.


Эльф с гобелена


Было сложно дождаться, пока все уйдут из зала. Глория хотела осмотреть гобелен в одиночестве. Зал опустел лишь спустя несколько часов. Какой-то егерь принес Ангусу срочное сообщение, и все рыцари приготовились к отъезду. Неужели они снова на охоту? И за кем они собираются охотиться? За демонами в чаще? Распотрошенное существо доказало, что демонов не убить, но очевидно воины пустоголовы. Они ориентируются на физическую силу, а не на мудрость.

Дженет убежала рвать драконьи яблоки и нарвала целое ведерко. Ее пальцы не обжигались о горячую кожуру.

- Это для самообороны, - пояснила она, когда Глория ее застала. - Драконьи фрукты не хуже гранаты. Если на замок налетят черные феи, то драконье яблоко можно швырнуть в них, и они взорвутся.

- Феи? - Глория скептически перекривилась. Она в своей жизни не видела ни одной феи и не ожидала встретить, но раз ребенок верит в сказки, то пусть себе. Похвально, что Дженет ищет средства к самозащите. Сама Глория тоже вначале захватила меч и уже затем пошла ловить эльфа, прятавшегося на гобелене.

За гобеленом никого не оказалось. Сверху тоже никто не сидел и даже не парил. Вероятно, эльф упорхнул вслед за рыцарями?

Кто-то подкрался сзади и дернул Глорию за волосы. Она вслепую размахнулась мечом и, кажется, задела кого-то. Вместо криков раздался смех. Он был каким-то неестественным, будто звон монет, посыпавшихся на пол.

- Ты пришла распороть гобелен? - с подозрением спросил голос, отсмеявшись.

- Нет, - Глории и в голову бы такое не пришло. Гобелен был великолепен.

- Тогда ладно!

Говоривший оказался перед ее лицом, а не за спиной, как вначале показалось. Он будто отделился от гобелена. Глория смотрела и не верила своим глазам. Перед ней же настоящий эльф! Как в сказке! Он одет во всё зеленое. Побеги зелени растут у него из кафтана и даже из кожи. На золотистых кудрях зеленый берет из листьев. За спиной сверкают тонкие золотистые крылья.

Крылья! Глории захотелось до них дотронуться. Она протянула руку, но эльф ловко перехватил ее и поднес к губам.

- Обожаю ухаживать за юными дамами! - он поцеловал ее ладонь и затем посмотрел ей прямо в глаза. Глория моментально подпала под гипноз. Глаза эльфа вначале были зелеными, как вешний луг, а затем стали переливаться семью оттенками радуги.

Глории почудилось, что они вдвоем танцуют на радуге. А потом радуга множится, будто расходятся в разные стороны мосты, перекинутые прямо через небо. Ноги скользят, но эльф не дает ей упасть и подхватывает ее в полет. А затем возникает кто-то мрачный.

Глория с трудом вырвала свое сознание из цепких щупалец гипноза.

- А ты сильная! - похвалил эльф, неохотно выпуская ее руку.

- Сильная? Обо мне такого до сих пор никто не говорил.

Обычно ее называли грациозной и хрупкой.

- Я имею в виду, морально сильная. Здесь это ценится.

Глория изумленно смотрела, как трепещут его крылья.

- Ты кто? И что ты делаешь в замке?

- Живу, разумеется, - эльф обезоруживающе улыбнулся.

- И кто тебя сюда впустил?

- Граф Ангус, естественно.

- То есть он знает, что ты здесь?

- Не совсем! - эльф засмущался. - Видишь ли, дело в том, что меня внесли сюда несколько лет назад вместе с гобеленом.

- Вздор!

Не хватало еще, чтобы вместе с ее багажом в замок пронесли вредных фей. Эльф долго и пристально смотрел на нее, и Глория смутилась. Он слишком красив, чтобы с ним спорить. От его присутствия рядом подгибаются коленки. И зачем только она вступила с ним в перепалку? Можно было сразу с ним подружиться. Хотя недаром ходят поговорки, что дружба с эльфами опасна. Особенно для юных девушек.

- Я - Глория, - представилась она.

- Я знаю! Слышал, как тебя называли рыцари. Они тут все очень нервные. Общество красивых дам им неприятно с тех пор, как графиня Амаранта привлекла в замок потусторонних воздыхателей. А я вот, напротив, мечтаю о женском обществе, но вредный граф выслал отсюда даже всех фрейлин жены. Ты в курсе, что у нее были фрейлины, как у настоящей королевы.

- Амаранте всегда везло больше, чем мне, - Глория присматривалась то к эльфу, то к гобелену. Кажется, гобелен начал обрастать зелеными побегами, как и тело эльфа. Он, наверняка, волшебный.

- Так ты живешь на гобелене?

- Внутри него, если быть точнее.

- Но внутри него лишь нитки. А под ним гладкая стена, без потайного хода.

- Внутри него целое государство, - эльф загадочно сверкнул глазами. - Погляди!

Он взял руку Глории и заставил ее коснуться вытканного на гобелене узора в форме башенок и причудливых эльфийских домов. У Глории тут же закружилась голова. Ей начало казаться, что она стоит уже не в замке Ангуса, а у ворот страны эльфов. С ворот на нее смотрела говорящая голова золотого великана и спрашивала о чем-то.

- Прекрати! Ты задуряешь мне голову! - Глория вырвала у эльфа руку. - Хочешь заставить меня поверить, что внутри гобелена что-то есть.

- Ну, не внутри него... зато через него можно совершенно точно перенестись далеко отсюда в страны и области, которые вы, люди, считаете запредельными. Главное, чтобы едва ты окажешься там, никто бы не понял, что ты всего лишь человек, иначе тебе конец.

Глория недоверчиво хмыкнула.

- Путешествовать через гобелен это из области фантазий, хотя он и похож на карту для путешественника по сказочным местам. Только лес, море и ближайшее королевство Илиор заимствованы с настоящей карты. Всё остальное вымысел.

Море тоже было изображено каким-то странным, полным русалок и водяных. А по побережью была вышита надпись - владения царя Сеала. Какому картографу могло прийти в голову так назвать Жемчужное море? И почему сам гобелен подобен карте? Что-то тут не так. Кроме изображений местности, волшебной или обычной, на гобелене присутствовали люди и мифические создания. Самым крупным планом была изображена какая-то свадьба. Эльф в короне женился на светловолосой девушке.

- Гобелен меняется со временем, - прокомментировал эльф. - Изначально на нем была изображена свадьба Ангуса.

- Кто его выткал?

- Арахны?

- А кто это такие?

- Феи-паучихи.

- Феи? Где ты видел этих фей?

- Да, везде!

- Не верю! - Глория прикусила язык, припомнив, что в эльфов она тоже недавно не верила. Пока не увидела одного своими глазами. Всё кажется невероятным, пока не увидишь и не потрогаешь. Кстати, крыльев эльфа ей коснуться так и не удалось. Любопытно, какие они на ощупь?

Глория изловчилась и поймала кончик золотистого крыла. Любопытство до добра не доведет. Эльф больно хлестнул ее крылом по пальцам и отлетел от нее подальше. Теперь он парил в паре метров над ее головой, а Глория стояла внизу и чувствовала себя букашкой.

- Спустись! Сложно разговаривать с кем-то, когда он висит, как люстра под потолком.

- Обещай не щипаться!

- Ладно, я не знала, что ты боишься щекотки.

Хотя можно ли пощекотать кому-то крылья? Эльф грациозно ими взмахнул, будто отряхиваясь от прикосновения смертной.

- Кстати, почему ты обзывал меня смертной? Ведь это был твой голос?

- А ты разве не смертная?

- Да, но в твоих устах это звучало, как оскорбление.

- Вероятно, так оно и есть, если ты сморишь с точки зрения эльфов.

Его глаза лукаво сверкнули.

- Пойдем, погуляем! - эльф поманил ее к гобелену.

Неужели он и вправду считает, что внутрь него можно пройти? Откуда-то раздались звон бубенцов и цокот копыт, будто кавалькада скачет вблизи, но это нереально. Кругом помещение для пира, а не дорога. Единственные всадники, которые здесь есть, вытканы на гобелене. Наверняка, звуки это очередное наваждение.

- Не пойду никуда с тобой! - Глория поспешно убрала за спину руку, которую пытался схватить эльф. - Ты напоминаешь ненормального! Как можно гулять по гобелену? Такое только сумасшедшему может прийти в голову. Я вообще не верю, что ты на нем живешь.

- Ну и ладно!

Эльф подлетел к углу гобелена и вдруг застыл на нем золотым узором-виньеткой. Глория изумленно ахнула. Вроде бы перед ней тот самый эльф, с которым она только что разговаривала, и вроде бы всего лишь его вышитое золотыми нитями изображение.

Изображение вдруг ожило и ей подмигнуло.

- Восхищена!

Эльф уже сошел с гобелена и стоял рядом.

- Как ты это проделываешь?

- Это не фокус, а магия.

Вот почему она не нашла его за гобеленом, хотя голос его слышала. Этот плутишка находился внутри гобелена, а не за ним.

- Так ты пленник гобелена?

- С чего ты взяла?

- Значит дух, обитающий в гобелене?

- Опять не угадала!

Эльф с ней играл и наслаждался ее реакцией.

- Не вытягивай лицо так разочарованно! Я не тебя одну облапошил, а всех, кто живет в этом замке. Даже Ангус считает меня всего лишь частью гобелена, а я на самом деле всего лишь бродячий эльф.

- А разве бывают бродячие эльфы? - Глория в своей жизни встречала исключительно бродячих коробейников.

- Беглые точно бывают! Я беглец, но иногда приходится быть еще и соглядатаем.

- Не понимаю!

- А тебе и не надо понимать! С дамами мне не нужно понимание. Я обожаю с ними играть, но после игр с эльфами мало кто выживает.

- Я не просто дама! Я дама-рыцарь! - Глория воинственно подняла меч, на котором очень не вовремя снова зацвела пышная алая роза.

- А, старый приятель! - эльф погладил лезвие меча, будто руку старому другу пожимал. Меч его не поранил. Наверное, эльфов поранить нельзя. Или можно, но меч этого не делает? Глория растерялась. Она так мало знала об эльфах, что запуталась. Если б можно было найти в библиотеке замка какую-либо энциклопедию про тайны и повадки эльфийского народа. Но такие справочники вряд ли есть. Если какой-то ученый и составил их, то он, наверняка, сжульничал и насочинял. Ведь эльфы народ непредсказуемый. Их ни за что не поймешь. А сами-то они себя понимают?

Глория поняла одно. Мечом эльфу грозить бесполезно.

- Ты не боишься смерти?

- Я же бессмертный!

- А пораниться не боишься?

- Посидела бы ты в темницах у королевы фей, ты бы тоже потом ничего не боялась.

- Ты говоришь загадками?

- Так давай сменим тему на более понятную, - эльф облетел вокруг Глории и потрогал ее волосы. - Они как красная канитель. И сама ты рыжая, будто осенняя фея. Но ты симпатичнее фей.

- Разве бывает хоть кто-то симпатичнее фей?

- Выходит, что да!

- Я - леди Глория! - еще раз представилась она, подчеркнув слово "леди", а не "фея" и хотела присесть в реверансе, но передумала. Во-первых, с мечом делать реверанс неудобно, во-вторых, эльф вряд ли сможет поклониться ей, вися в воздухе, но он изловчился.

- А я Фиор! Раньше меня называли еще Гонец Ветра, потому что я доставлял любовные послания из замка короля эльфов в замок королевы фей. Их нужно было относить со скоростью ветра.

- Между королем эльфов и королевой фей случился роман? - живо заинтересовалась Глория. Ну как тут не поверить в фей, если дело принимает такой интересный оборот.

- Вроде того! Но любовь в нем играла третью роль, на первом месте значилась выгода от слияния двух королевств. Я летал с песней ветра к королеве, ну и пленился ее сладкими обещаниями. Решил стать перебежчиком. Лучше б я об этом и не думал.

Фиор достал губную гармошку в виде золотой свитой сердцем гусеницы и заиграл. Красивая мелодия очаровывала. Перед глазами всё поплыло. Пол снова стал ковром из роз.

- Хватит! Ты меня околдовываешь!

Фиор тут же прекратил играть.

- Смотри! - он показал на гобелен. - Это подарок от влюбчивого короля эльфов жене смертного графа.

- А я-то думала, что это подарок графу к свадьбе.

- Изначально планировалось так! Король эльфов и смертный граф подружились. Затем дружба была жестоко предана. Всё из-за женщины. Там где женщина, там война.

Глория звякнула мечом. Уж не ее ли он передразнивает? Ничего она еще научится драться и всем эльфам покажет, где раки зимуют! А то Фиор такой самонадеянный.

- Ты так ухмыляешься, будто я зашла в ловушку.

- А разве нет? Ты глянь на гобелен.

- Он похож на карту.

- Верно! Вот эльфийский замок! А этот черный узорчатый дворец - замок фей! А вот тут владения троллей! А это волшебные леса! - эльф тыкал золотыми ногтями то в один, то в другой участок карты. - А вот тут роща лунных фей. Хочешь там потанцевать?

- А как мы туда попадем?

- Очень просто! Через гобелен.

- Так он еще и портал?

- Пошли! - Эльф схватил ее за руку.

- Нет, не стоит, - Глория вырвалась. - А то вдруг затянешь меня в какое-нибудь жуткое место.

- А ты пугливая!

- Я осторожная!

- Если хочешь стать рыцарем, то осторожничать не в их правилах.

Глория промолчала. Не ему ее учить, как стать рыцарем. Сам эльф драться не умеет, только летает туда-сюда. Его можно использовать лишь, как гонца. В битве он проиграет, если только не улетит раньше, чем она началась. Зато на вид он очень мил.

- Ты особенная! Не такая, как все девушки до тебя.

- Какие девушки?

- Тут их много было: крестьянок, доставлявших в замок молоко и фрукты, служанок, гувернанток, дам, заехавших в гости.

- Но почему-то не осталось ни одной?

- А когда-то молодая графиня привезла с собой целую свиту из юных девиц, - самозабвенно припоминал эльф.

- Так куда же они все делись? Ангус всех выслал?

- Лишь тех, кого успел спасти. Верней, ему кажется, что успел.

- От чего?

Эльф хитро улыбнулся.

- Сдается мне, что с тобой всё будет не так просто, как с ними. Ты очень подозрительная и какая-то неестественная для смертной девушки, будто и не человек вообще, а хитрая фея. Решила обольстить меня, бедного?

Он обхватил ее за талию, оторвал от пола и протанцевал с ней в воздухе по залу. Глория ахнула. Кружиться под потолком, чуть не задевая затылком потолок, было не в ее правилах.

- А ну отпусти! - стала настаивать она, и замолчала, столкнувшись с глазами Фиора. Они мерцали и переливались, будто радуга. Ни у кого и никогда она не видела таких красивых глаз.

- А тебя уже пытался завербовать другой эльф до меня, и с ним ты была более любезна, - обиженно протянул Фиор.

- Откуда ты знаешь?

- Я за всем слежу с высоты башенных крыш. Иногда у мня крылья затекают от долгого сидения возле гобелена, и я совершаю полеты вокруг замка. Ты знаешь, что у эльфов драконья зоркость. Я видел, как на дороге ты флиртовала с Эларом.

- Он сам ко мне пристал. Как и ты сейчас. Ты хотя бы без маски. А он даже маску не снял.

- Элар не носит масок. Он же эльф.

- А вот и носит!

Глория ощутила себя победительницей, но Фиор лишь расхохотался. Видимо, он знал что-то такое, о чем не знала она.

Меч остался висеть в воздухе, а не упал на пол, когда Глория выпустила рукоять. Как бы не ринулся на них острием. Он ведь умеет нападать сам.

- Если хочешь научиться им владеть, то придется просить о помощи меня. Только я справляюсь с зачарованными мечами. Я могу давать тебе уроки фехтования.

- Я и сама научусь! - гордо отрезала Глория, и меч проворно обратился острием против ее же горла. Какой неукротимый!

- Он уже пытался тебя убить!

- А разве его в тот миг направлял не ты?

- Догадливая! - эльф отвел лезвие меча от ее горла. - Никак не пойму, к чему красивой девушке владеть мечом? Одной улыбкой ты можешь добиться большего, чем долгим поединком.

Глория хотела дать ему яростную отповедь, но вовремя сообразила, что эльф пытается сказать ей комплимент. Он нашел ее красивой! Щеки залил румянец.

- Я вот тоже чарами могу добиться куда большего, чем колющим оружием, - эльф сыпанул в сторону Глории пригоршню чего-то сверкающего. Да он пытается ее околдовать!

- Прекрати!

- А как мне еще тебя обольстить?

- Никак! Я приехала сюда не за романтикой, а решать семейные проблемы.

- Но каждая девушка, ступившая на зачарованную территорию, должна быть соблазнена эльфом. Иначе котел Дагды останется без пищи, и все мы зачахнем.

- Что за котел? И кто такой Дагда? - Глория помнила, как Ангус произнес это имя, чтобы отпугнуть от нее незнакомцев. На них оно подействовало сильнее меча. Вся компания разбежалась. Видимо, иногда чары действительно более мощное оружие, чем меч.

Зато меч в ее руках сам волшебный! Чтобы справиться с ним, кроме ловкости и силы нужны уроки магии от эльфа.

- Ладно, можешь меня учить, - милостиво разрешила она.

- А что я получу взамен? - эльф решил поторговаться.

- А что ты хочешь?

- Начнем с поцелуя!

Эльф нагло припал к ее губам. Поцелуй оказался слаще, чем мед. Но Глория ощутила стыд и тревогу. Это же не юноша, а эльф! Целоваться с эльфом это значит предавать людей. Глория оттолкнула его.

- Авансов я не даю.

Эльф обиделся.

- Вначале обучи меня, а потом будет оплата, - смягчилась она.

После полета над залой было приятно ощущать под ногами твердый пол. А вот переговоры с эльфом оказались неожиданно сложными. Стоило кому-то приблизиться к входу в зал, как эльф моментально растворился в гобелене, как будто его и не было. Разговор остался не окончен.


Ковер из роз


Время шло, а эльф не возвращался. Как бы заставить его снова появиться? Почему-то Глории до боли захотелось снова его увидеть. И что в нем такого особенного, в этом эльфе? Да только то, что он эльф. Самый настоящий!

Глория расхаживала около гобелена, пока ее поведение не сочли странным. Рыцари и слуги начали шептаться о ней, как о сумасшедшей. Их слова резали уши, хоть говорившие и стояли далеко от нее. Как такое могло выйти, что она слышит тихую речь на большом расстоянии? Раньше ее слух не был таким острым. Неужели эльф заразил ее волшебством?

А разве волшебством можно заразить? Глория нахмурилась. В волшебстве она совсем не разбиралась и магические искусства ее не интересовали. А вот обещание научить ее профессионально драться так и засело в памяти.

Как бы то ни было, эльф пообещал и исчез. Недаром говорят, что все эльфы лгуны. Может, он нарочно решил ее подразнить, едва заметил, что ей хочется научиться владеть мечом.

Глория с трудом отыскала дорогу до собственной спальни. Ей отвели просторные покои с большим будуаром и гардеробной комнатой. Похоже, это бывшие покои Амаранты. Здесь даже ее вещи остались. Глория узнала ее гребни и диадему, сложенные на туалетном столике.

Но самое большое удивление ждало ее в спальне, где всё благоухало, как в саду. Кровать оплели красные розы. Балдахин превратился в цветник. Запах кругом стоял упоительный. Вот только розы, проросшие в подголовнике, были некстати. Из-за шипов. Глория была не против роз, но шипы больно кололись. Почему-то в ее комнате розы оказались только красными.

- Это из-за страсти, - донеслись до Глории шепчущие голоса. - Тут была только страсть.

Глория прислушалась. Будто целый хор шепчет.

- Это не кровать, а игольник, - пожаловалась она, осмотрев ложе. У всех роз оказались очень острые шипы. Но разве бывают розы без шипов? На что она рассчитывала? Вид шипов нарушал всю идиллию. Райское ложе оказалось непригодным для сна.

Так что же делать? Спать на полу? Или попытаться сорвать розы? Их тут много. Если чистить кровать от них, как от сорняков, то на это уйдет вся ночь. Может срезать розы мечом?

Меч упорно не хотел их отсекать. Лезвие лишь скользило по стеблям, на которых даже царапины не оставалось. Глория отчаялась. Может попросить другие покои? Но у кого? Все уже отправились спать. А самой ломиться в закрытые двери замка ей совсем не хотелось. Она же тут не хозяйка, в конце концов.

- Ложись! Не бойся! - посоветовал кто-то. - Шипы ранят лишь посторонних. А ты кузина Амаранты.

Глория нервно обернулась. По тону голоса можно было определить, что говорит какой-то юноша. Ему нельзя быть в ее спальне. Но спальня пуста.

Что за чертовщина? Почему ей слышатся голоса в пустых помещениях? Лечь на кровать с шипами Глория так и не решилась. Лучше уж спать на полу. Кушетки и софы в будуаре оказались слишком узкими, чтобы улечься на них во весь рост.

Да что она мучается? В замке ведь много необитаемых башен. Никто даже не заметит, что она взломала дверь одной из них. Глория тайком спрятала в своем багаже отмычку. Мало ли для чего пригодится? Вот и пригодилась, наконец.

Она прошла по коридору, заметила винтовую лестницу, ведущую в высокую башню. Дубовая дверь башни была заперта. Дверная ручка обросла паутиной. Замочная скважина покрылась странной желтоватой плесенью. Даже отмычка не помогла открыть замок. Глория уже хотела поискать другую башню, как вдруг голос над ухом прошептал.

- Просто прижми ладонь к двери и скажи: "я возлюбленная эльфа, мне нужна твоя помощь".

Ну и шутки! Или фантазии? За спиной Глории естественно никто не стоял, но она решила испытать удачу, приложила ладонь к двери и тупо повторила:

- Я возлюбленная эльфа, мне нужна твоя помощь.

Глупо было разговаривать с дверью, то есть с неодушевленным предметом. Так мог сделать только маг или сумасшедший. Глория почувствовала себя проказницей и сама над собой посмеялась, но замочная скважина вдруг ярко засияла. Дверь отворилась без скрипа, хотя петли, наверняка, давно не смазывали. Внутренность башни оказалась далеко не роскошной и очень темной. Глория побоялась туда войти. Вдруг это какая-то магическая ловушка? Шутки эльфов, например? Вероятно, ее хотят запереть в этой башне навсегда, и никто не услышит ее криков.

Из предосторожности Глория попятилась, но внутри вдруг вспыхнул золотистый свет. Он приближался и формировался в фигуру. И вот на пороге стояла стройная дама, которая казалась целиком золотой.

- Добрый вечер! То есть добрая ночь, - заикаясь, поприветствовала ее Глория. - Я не знала, что вы тут живете. Простите за вторжение! Я думала, что в замке вообще нет женщин.

Неужели хитрый Ангус поселил тут любовницу? Или это какая-то умалишенная родственница, которую специально держали взаперти? Дама вела себя странно. Выглядела она, как золотое привидение. Ничего не ответив Глории, она прошла мимо с видом царского достоинства. Ее накидка хлестнула Глорию по плечу, и на плече остались такие царапины, будто девушка напоролась на что-то металлическое, а не на ткань.

Минуту Глория, опешив, смотрела ей вслед. Пока она стояла и раздумывала, дверь башни захлопнулась сама собой. Ну и пусть! Спать в такой загадочной башне всё равно было рискованно.

Глория спустилась вниз по винтовой лестнице. Золотой дамы и след простыл. Зато, может быть, сейчас, ночью, эльф снова спорхнет с гобелена в большой зале. Глория поспешила туда. Ноги запутались в чем-то. Неужели в полу замка проросли сорняки? В руинах часто пробивается трава меж камней, но замок Ангуса еще не стал руинами. Хотя здесь многое пришло в запустение. От обилия пыли хотелось чихать.

Глория глянула, за что зацепились ноги. Оказалось, что в полу проросли две розы. Надо же! Как им только удалось пустить тут корни? Даже в алуарских садах было сложно привить некоторые сорта роз, а замке Ангуса они прорастают и в камнях. Чудеса, да и только!

Чудеса только начались. Стоило прикрыть глаза, и в ноздри ударило дивное благоухание. Какие-то тоненькие голоса запищали что-то в уши на непонятном языке. Глория ощутила, что ноги ступают по чему-то мягкому. Внизу был не пол, а ковер из роз. Разве такое возможно? Или ей снится сон? Глория на всякий случай ущипнула себя.

Она точно помнила, что сейчас ночь, но кругом сиял рассвет. Стены замка куда-то исчезли. Кругом простирался луг из роз. Она в жизни никогда не видела целого луга роз. Цветы росли так плотно друг к другу, что напоминали ковер. Травы было вообще не заметно.

Глория смело пошла вперед. Ступать по розам было очень приятно. Возле лица кружились какие-то насекомые радужного окраса.

- Глория! - кто-то позвал издалека. Голос был красивым, женским и зловещим. Стройная фигура, увенчанная золотыми рогами, как короной мелькнула вдалеке.

- Племена богини Дану ожидают избранную, - донеслось до Глории. - Начни войну против своей кузины. Королева эльфов должна понести наказание! Она самозванка!

Это какой-то абсурд! Слова прозвучали для Глории нелепым набором фраз. Наверное, это какая-то загадка. Глория обожала отгадывать загадки. Она стремительно двинулась вперед, чтобы приблизиться к незнакомке и рассмотреть ее, но чем дальше она шла, тем больше отдалялся рогатый силуэт.

Глория, наверное, прошагала уже милю. Розы под ногами всё гуще разрастались. Стебли, как живые змеи, вцеплялись ей в лодыжки.

- Уже пришла! - незнакомец в золотой маске снова вырос перед ней как из-под земли. - А солнце еще не зашло. Котел Дагды стоит остывшим. Ты слишком рано. Или ты пришла сразиться со мной?

Вопрос выбил Глорию из колеи. Да, она хотела научиться драться, но сражаться с ним она никак не хотела. О драке пока не шло и речи. Вместо того чтобы прибегнуть к оружию, его рука нежно обвила Глорию за талию.

- А ведь ты на моей территории, - прошептал Элар. - Ты так хотела меня увидеть, что без спросу переступила границы? Это опасный шаг.

Глория не знала, стоит ли оправдываться тем, что она оказалась на лугу из роз случайно. Элар был таким галантным и таким привлекательным, хоть лица его под маской и не видно, но наверняка, оно очень красиво. Она протянула руку, чтобы сорвать с него маску, и тут вдруг на нее пахнуло жаром, как из пасти дракона. Солнечный день над лугом мгновенно омрачили тучи, набежавшие на небо.

- Выпустите меня! - вопил какой-то неприятный голос, будто из-под земли, и слышалось скрежетание когтей. Как будто под лугом зарыто нечто живое и чудовищное.

Снять маску с Элара Глория не успела. Хоть он и держал ее в своих объятиях, а внезапно исчез, как призрак. Ковра из роз под ногами тоже больше не было. Глория стояла на полу знакомого замка.

Она присела на корточки и внимательно осмотрела половицы. Никаких роз между ними не пробивалось. Ни одной, ни двух. Даже розовых лепестков нигде не валялось. Неужели ее начали мучать галлюцинации, как безумную кузину алуарского короля? Глория содрогнулась при мысли о том, что ее тоже запрут в тюремной башне, если она начнет при всех утверждать, что видит призраков, которых никто не видит кроме нее.

Кто-то внимательно наблюдал за Глорией из-за угла. Там стояла Дженет и терзала ногтями и без того изорванную тряпичную куклу. Пальцы Дженет занимались делом, а ее глаза неотрывно следили за Глорией.

- Почему ты не в кровати в такое время? А ну марш спать! - Глория пыталась скрыть смущение от того, что девочка застала ее ощупывающей пол.

Но Дженет не смеялась над выходками взрослой родственницы.

- Не верь им! - четко произнесла она и мгновенно скрылась в темном коридоре.

Ну вот! Дженет тоже видит призраков. Глории стоило обрадоваться, что у нее есть свидетельница. Вместо этого ей почему-то стало жутко.


Черные феи


- Дану ненавидит Амаранту, - прозвучал голос сквозь сон. - Было время, когда Дану была великой эльфийской богиней, но из-за моря приплыла смертная девушка и отняла у нее первое место. Теперь быть беде!

Глория приподняла голову от подушки на софе, где заснула сидя. На миг ей показалось, что возле софы стоит то самое рогатое существо и делает ей знаки.

Девушка моментально вскочила и схватилась за лежавший рядом с софой меч, но странного существа рядом уже не было. Наверное, показалось.

Глория ощутила боли в спине. Всё тело ломило. Может, и вправду попробовать прилечь на постель из роз и понадеяться, что шипы не исколют ее.

Мимо будуара проскользнула та самая золотая дама, которую Глория выпустила из башни.

- Эй, стойте! - Глория кинулась за ней. - Кто вы такая? И почему вошли ко мне без спроса?

Глупо задавать такой вопрос той, чью дверь сама вскрывала отмычкой. Глория смутилась, вспомнив эту пикантную деталь, но дама уже обернулась и взглянула на нее однотонными золотыми глазами на целиком золотом лице. Глория ахнула даже ресницы и губы на нем были золотыми. Но удивительнее всего было то, что это лицо копировало ее собственное. Дама оказалась ее близнецом.

- О, ужас! - Глория прикрыла рот рукой, вспомнив, что близнецы являются обреченным людям незадолго до смерти. Таково народное поверье. Только вот в нем ничего не сказано о том, что близнецы бывают золотокожими.

Пользуясь ее замешательством, дама быстро скрылась. Теперь в лабиринте замковых переходов ее не найдешь.

- Может мне показалось, - попыталась утешить Глория саму себя. - Я еще слишком молода, чтобы умирать.

Меч в ее руке странно завибрировал, словно был стальной птицей, которая стремится вырваться и улететь.

Под ногами было что-то вязкое и скользящее. Глория глянула на пол. На нем опять растут цветы. Значит, ковер из роз ей точно не пригрезился. Вот он снова под ногами. Только розы вдруг стали черными.

Разве бывают черные розы? Глория нечаянно задела одну из них кончиком меча. Из отрубленного лепестка засочился красный сок, очень похожий на кровь.

- Медея Шаи тут, - шепнул кто-то на ухо. - Уходи, пока цела.

Голос явно был мужским и знакомым.

- Фиор? - Глория озиралась в поисках эльфа. - Опять это твои шуточки!

Одна из черных роз вдруг начала расти в размерах, пока не вытянулась до потолка. И вот это уже не роза, а фея в черном платье и с черными крыльями. Она равнодушно пролетела мимо Глории, задев ее шарфом. Глория ахнула. Кожу обожгло, будто к ней каленое железо приложили. Если даже шарфы фей жгутся, как огонь, то, что будет, если фея тебя поцарапает или нападет.

Глория пошла за феей, хоть это и было безрассудно. Розы путались под ногами, не давая идти. Черных фей по замку парило уже несколько. Вероятно, это полуночницы. Глория о них слышала в детстве, но не думала, что когда-либо увидит.

Черных фей налетела уже целая стая. И откуда их столько взялось? Вроде не было ни одной, а настала ночь, и их в замке не меньше сотни. Как только им удалось пролететь через узкие окна. Или они прошли каким-то другим путем?

Глория с приоткрытым от изумления ртом наблюдала, как феи парят над полом, лазают по шкафам и сервантам, перебирают какие-то бумаги в кабинете хозяина замка. До нее, наконец, дошло. Они ищут что-то!

Искомое для них, по всей вероятности, очень ценно. Потому что вид у фей нервный.

- Королева не простит, если мы не найдем договор, - шепнула другим одна из фей. Черные крылья шелестели так шумно, что Глория едва могла разобрать слова.

Феи, очевидно, не нашли того, что им требовалось, и стали проявлять агрессию. Полетели вниз с полок серебряные кубки и тяжелые печати. На шум сбежались часовые. Феи расправились с ними моментально. Стоило чернокрылым красавицам притронуться к телам в кольчугах, как часовые, начали гнить на глазах. Их кожа чернела, скукоживалась, высыхала до кости. И вот это уже не часовые, а жалкие прогнившие мощи лежат на полу, а над ними зацветают черные розы.

- Нашествие фей это катастрофа! - шепнул откуда-то сверху голос Фиора. - Спрячься от них в нише. В ниши они не заглядывают, боятся наткнуться там на статуи святых, которых привез из Рошена Ангус. Вид святой королевы Рианон их очень пугает. Если нужно будет отпугнуть фей, скажи, что ты под защитой Рианон и Мадеэля.

- Но это будет ложь, - шепнула в ответ Глория.

- Всё равно проверить они не смогут. Рианон и Мадеэль давно и навсегда спустились в подземное царство.

Фиора было не видно, но под потолком, откуда звучал его голос, плотно наросла золотая паутина.

Его совет Глории не понравился. Прятаться она не станет. Она с воинственным видом прошла мимо копошившихся фей, которые не обращали на нее никакого внимания. Даже обидно стало. Часовых они сразу убили, а на нее и прикрикнуть не хотят. Ноль внимания, пуд презрения.

- Что они тут роются, как воровки? - процедила сквозь зубы Глория. - Прямо стая черных сорок, а не фей.

- А ты ожидала, что они станцуют над замком парящим хороводом, как лесные нимфы?

Фиор парил где-то рядом, но оставался незримым. Наверное, не хотел, чтобы феи его заметили. А разве феи не умеют видеть даже невидимок? Они ведь все волшебницы.

- Королева фей сюда летит! - шепнул Фиор и после этого замолчал насовсем.

Глория действительно заметила черную фею в короне, которая вышла прямо из большого зеркала, будто оно было порталом. Она была так красива, что Глория ахнула от зависти, но вела себя красавица, как хулиганка. Первым делом разбила напольную вазу, нарочно хлестнув по ней крылом, вторым сыпанула щепочку черных искр на гобелен, и тот покрылся плесенью, будто поверхность болота. Из ногтей черной феи росли нити черной паутинки, которые она направила на стены. Черная паутина поползла по замку, будто сеть. Последний живой часовой запутался в ней и обратился в гниющие мощи всего за долю секунды. Паутина словно высосала из него все жизненные соки.

Вот и некому больше защитить замок от нашествия черных фей, кроме юного оруженосца, который прибежал на шум. Глория видела этого юношу раньше, но не знала, как его зовут.

- Опять ты! Как ты посмела вернуться? Столько бед нам принесла! - прикрикнул на фею оруженосец.

Решил ли он, что черная фея прилетела с намерением устроить войну? И что это за налет, если не атака фей?

Чернокрылая фея начала выпускать паутинку из ногтей, которая быстро обвилась вокруг шеи крикливого юноши. Нарушил тишину, значит, задохнется от черной удавки.

Оруженосец хотел ударить красавицу мечом, но лезвие лишь скользнуло по коже феи, не раня ее, и тут же обратилось острием против самого юноши. Он завыл от боли, когда собственный меч распорол ему плечо.

- Убирайся из замка! Нечего тревожить моего господина!

- У меня с графом, между прочим, договор.

Фея недобро сощурилась, заметив, что меч распорол и сплетенную ею паутину, но быстро нашла выход. Она достала из волос изящную шпильку, которая вытянула кончик в лезвие и на глазах стала кинжалом. Кинжал фея метко метнула прямо в горло оруженосцу. Тот упал, истекая кровью.

- Ну, вот препятствий больше нет, - с облегчением вздохнула фея. От ее черного вздоха по воздуху поплыл черный туман. Кинжал снова стал шпилькой и сам вернулся в протянутую руку феи. Труп оруженосца мгновенно сгнил. - Последний бодрствующий воин выбыл из игры. Больше некому защитить замок.

Черная фея захлопала в ладоши, торжествуя над покрытым плесенью трупом.

- Ты не учла меня! - Глория выступила из тени.

- Девчонку с мечом? - изящные брови феи высокомерно изогнулись над сощуренными глазами. - Не поранься, милая. Девушке браться за меч тяжело и опасно. Лучше обучись рукоделию.

А вот это уже оскорбление. Глория ринулась вперед и ударила черную фею мечом. Меч легко вонзился ей в запястье, не давая создать порцию новой паутины. Из раны потекла черная кровь.

Фея изумленно ахнула и застыла, зависнув в воздухе. Красный карбункул, который Глория вначале приняла за подвеску короны, засиял в ее лбу, как третий глаз. Вся стая фей, разлетевшихся по замку, учуяла запах крови своей королевы и всполошилась.

- Ты еще пожалеешь! - черная фея погрозила Глории пальцем здоровой руки и поспешила отлететь от меча как можно дальше.

Меч впитал черную фейскую кровь, будто был губкой. Глория развернулась и погрозила мечом слетевшимся феям, но этого уже не требовалась. Видимо, королева была самой сильной из них. Если она пострадала, то другие не решались лезть на рожон.

Фей не стало за долю секунду. Какие-то из них поджав крылья, вылетели в окна, другие растворились в зеркалах. Глория осталась одна среди высохших до состояния черных мумий тел часовых.

- Ты создала себе сильного врага! - шепнул голос Фиора.

- Всего-то фею...

- Королеву фей!

- Вдруг мне это только приснилось.

Глория осматривала меч. Крови-то на нем нет. Так быстро она не сворачивается. Должны были остаться пятна, пусть и не бурые, но хотя бы черные. А их не осталось. Зато вездесущая Дженет наблюдала за боем из-за угла и, кажется, аплодировала.

- Тут тебе не театр, - разозлилась Глория, и Дженет к ее удивлению с ученым видом кивнула.

- Знаю, тут ристалище!

- Иди спать и закрой окна поплотнее!

Сама Глория решила взять на себя обязанности погибших часовых и обошла замок с дозором. Рыцари спали, как зачарованные. Наверняка, феи распространили по замку сонные чары, которые почему-то затронули не всех. Значит, и у фей бывают недочеты. Или они ждали кого-то для встречи. Коронованная фея обмолвилась, что у нее какие-то дела с владельцем замка. Ну и ну! Глория сочла уже Ангуса монахом, а он с феями путается! Отшельник-граф полон сюрпризов.

В спальне Глории все окна были закрыты, но у кровати дрались две крылатые фигуры. Опять феи! Глория ухватила меч поудобнее, но эти феи выясняли отношения лишь друг с другом. Одна из них была красной, другая белой. Дрались они, паря в метре над полом.

- Это кровать не твоя, - шипела белая фея, вцепившись в волосы красной феи. - Почему розы на ней не белые наполовину?

- Это больше не кровать Амаранты, - защищалась красная фея, царапая локти белой феи. - Кто-то другой тут есть.

Увидев Глорию, обе феи застыли в полете.

- А ты кто? - красная фея изумленно раскрыла глаза под алыми ресницами.

- Я тут теперь живу! - призналась Глория и ощутила неловкость, будто это она вторглась в чужую спальню, а не наоборот.

- Ты постоялица? Гостья? Вторая жена Ангуса? - алая фея щурила глаза под пурпурными бровями.

- Подружка Фиора, - пояснила белая фея.

Обе феи вдруг перестали драться и расправили усыпанные благоухающими лепестками платья. Странно, но они начали вести себя, как союзницы.

- Тут не место белым розам, - прошептала белая фея.

- И не место красным розам тоже, - нахмурилась красная фея.

Глория смотрела на них, как на чудо.

- Надеюсь, вы не приняли мою спальню за свою, - произнесла она.

Феи переглянулись.

- Это не любовь! - заявила белая фея.

- И точно не страсть! - подпела ей красная фея.

- Тогда что? - феи снова переглянулись.

- Кто их разберет! - белая фея топнула ногой в изящной сандалии, и обратилась в белый столб сияния. Красная последовала ее примеру, только вихрь, в который она обратилась, был пурпурным.

- Розы не для нее! - слышался шепот фей даже после того, как их самих не стало.

- Ну и не надо! - обиделась Глория. - Я вообще-то розы не люблю. Предпочитаю пахучий жасмин.

Как по волшебству, кровать вдруг зацвела благоухающим жасмином. Глория с недоверием протирала глаза. Ура! Теперь на этом ложе можно спать. Ведь у жасмина шипов нет. Она сможет отлично выспаться. Спасибо феям!


Волшебные соседи


О том, что ночью случилось боевое столкновение с феями, никто не обронил ни слова. Трупы часовых убрали до того, как проснулась Глория. Рыцари здоровались с ней, но отмалчивались.

Ну и пусть скрытничают! Она сама тоже никому ни словечком не обмолвилась о том, что спит на кровати из цветов жасмина. Кстати, спать на ней было сплошным наслаждением. Жасмин благоухал, был нежным и мягким. Это поистине постель фей! А досталась она по стечению обстоятельств обычной девушке.

С самого утра Глория пошла навестить Дженет, которая жила в просторных апартаментах, заваленных игрушками, где была весь день предоставлена самой себе. Вероятно, когда-то с ней занимались учителя, потому что в одной из комнат висела доска, которая сейчас использовалась лишь для развлечений. Сегодня на доске были нацарапаны мелом причудливые символы и силуэты кентавров.

Глория заметила, что у Дженет больше нет ни нянек, ни гувернантки. Наверное, все сбежали отсюда, испугавшись чертовщины, происходящей в замке.

- Хочешь, преподам тебе урок этикета? - любезно предложила Глория, но никакой реакции не последовало.

Дженет общипывала очередную куклу, будто тушку цыпленка. Какие хищные инстинкты у этой красивой девочки!

Глория нежно потрепала ребенка по волосам.

- Не смей так фамильярно со мной обращаться! - возмутилось дитя. - Я будущая королева фей!

- Ну и фантазии!

- Это не фантазии.

- Ну, значит сказки.

Наверняка, ребенок наслушался сказок.

- Какая ты глупая! - хмыкнула Дженет, будто это она была тут преподавательницей, а Глория ученицей.

- Феи это жуткие существа, - нехотя призналась Глория. - Ты об этом знаешь?

- Не все!

- А ты знакома хоть с одной лично?

Дженет минуту сомневалась, стоит ли признаваться.

- Феи цветов очень приятные создания, - наконец процедила она. - Только феи роз колючие, как и сами розы.

- В буквальном или в переносном смысле?

- В обоих.

- То есть они и шипами обросли, и характер у них гневный, вспыльчивый, одним словом колкий, как шип.

Ну вот, она уже начала подыгрывать капризному ребенку. Глория сама себя удивлялась. Сомневается ли она в существовании фей роз, если розы чудесным образом оплели всю ее постель и прорастают в простынях без земли, без удобрений, даже без поливки. В спальне Глории, по крайней мере, не было ни одной лейки, из которой их могли поливать.

- Феи роз появляются там, где между людьми и нелюдьми возникли сильные чувства. Людские пары их не интересуют, но стоит парню влюбиться в фею, или эльфу полюбить смертную девушку, как феи начинают следить за развитием интрижки.

Дженет мыслила, как взрослая. Глория даже испугалась. Либо ребенок умен не по годам, либо через уста Дженет вещает какой-то древний дух, поселившийся в детском теле. Если так, то его надо изгнать. Глория слышала об обрядах изгнания духов и подменышей. Нужно будет как-нибудь поджарить яичную скорлупу и проверить, как Дженет на это зрелище среагирует. Если она подменыш, то моментально выдаст себя.

Надписи на доске вдруг стали другими. Изображения кентавров исчезли. Зато вырисовался силуэт феи, терзающей рыцаря.

- Это эльфийские письмена, - пояснила Дженет. - Для тебя они, наверное, выглядят, как нечитаемые иероглифы.

- Тебе лучше изучать алуарский язык, а не эльфийский, - назидательно сказала Глория, - ведь я могу свозить тебя в Алуар.

- Но рядом живут эльфы, а не алуарцы.

- Эльфы?

Дженет с ученым видом кивнула.

- Какой свихнувшийся учитель преподал тебе уроки об эльфах? Надеюсь, его уже уволили.

- Имя этого учителя - жизнь.

- А я-то думала это один из пьющих рыцарей, который выдал тебе сказки за реальность.

- Ты же сама видела фей, и не веришь, что здесь обитает магия.

Может оно и так, но ребенку в это верить нельзя, иначе он вырастет ненормальным.

- Если я скажу тебе, что не верю в магию... - начала Глория.

- Я тебе не поверю.

- Почему?

- Потому что ты уже видела наших соседей.

- Соседей? - она действительно называет фей соседями!

- У нас волшебные соседи, если не считать короля Илиора, но и к нему часто прилетает в гости прямо в тронный зал королева черных фей.

- У твоего отца с ней договор?

- И у короля тоже. С волшебными соседями нужно заключать пакты.

- А иначе?

- А иначе не станет всех нас.

Надписи на доске снова изменились.

- Прекрати!

- Это не я пишу мелом, - обиженно фыркнула Дженет.

- Тогда кто? Фиор?

- Нет, другой.

Знаки на доске превращались в иероглифы.

- Мои учителя пишут, что ты им докучаешь. Ты мешаешь вести урок.

Глория опешила.

- Твой отец пообещал тебя эльфам в уплату за мир с ними, поэтому ты изучаешь эльфийский язык? - догадалась Глория.

- Какая ты наивная!

И это говорит ей ребенок!

- Ты же сама сказала, что волшебным соседям приходится идти на уступки.

- Не всегда! Иногда с ними можно поладить. Хочешь, научу?

Глория отрицательно покачала головой и метнулась к двери. Ей показалось, что лапы какого-то незримого существа легли ей на горло и душат ее. Рядом с дверью это ощущение прошло, но чудовищная тень метнулась по стене.

- Я пойду! - вместо слов из горла Глории послышался хрип, будто ее и впрямь только что душили.

- И правильно сделаешь, - деловито кивнула Дженет. - Уроки магии лучше не прерывать.

Дверь за Глорией захлопнулась сама с таким грохотом, будто засов опустил великан. От стен раздалось грозное шипение, в котором Глория различила:

- Проваливай!

Нужно было идти к племяннице с мечом. Как она не догадалась, что у Дженет могут жить нечестивые гости! Ошибку было уже поздно исправлять.

Глория лишь сжала кулаки и со злорадством подумала, что едва научится, как следует, драться, она тут наведет порядок.

- Для этого тебе придется научиться еще и колдовать, - шепнул надоедливый голосок Фиора, которого рядом, конечно же, не было видно.

Глория пошла искать его в зал с гобеленом и наткнулась по пути на Ангуса, который с унылым видом сидел прямо на полу у эркера, выходившего в сад, и пил вино из горлышка бутылки.

- Пить - не лучший способ справиться с проблемами! - Глория по наглому присела рядом с ним и попыталась вырвать бутылку.

- Что ты делаешь? - возмутился Ангус. - Отстань! Ты мне не нянька! Знал бы я, что ты будешь вести себя, как дуэнья, ни за что бы тебя сюда не пустил!

Глория сдалась и оставила бутылку ему. Всё равно она уже на три четверти пустая.

- Почему ты не сказал мне ничего о ночном налете фей?

- А ты их видела? - Ангус удивился.

- Что они от тебя хотят?

- Похулиганить - вот всё, что обычно хотят феи.

- Они долдонили о каком-то договоре... у меня уши разболелись от их жужжания.

- Часовым повезло еще меньше, - Ангус смахнул со лба пряди засаленных волос. Чем дольше Глория за ним наблюдала, тем сильнее засаливалась его роскошная шевелюра. Очевидно, граф давно не принимал ванны. Зато опорожнять бутылки он не ленился.

- Обычно феи хотят лишь соблазнить рыцарей и высосать из них всю жизнь, - начал объяснять он. - Но тут другое дело. Мой король сам дал королеве фей возможность распоряжаться его войсками и землями.

- Ну и ты не отстал от моды, - поддела Глория.

- Я с феями в военном положении, а не в союзе.

- Почему же?

- Они меня обманули, - нехотя признался Ангус. - Точнее их королева меня обманула, а все феи это ее подданные, так что можно их обобщить.

- Феи могут причинить сильный вред. Нужно поставить на них какие-то ловушки на случай, если они снова прилетят.

- Ловушки не сработают. Я уже ставил силки. Феи рвут их одним взмахом крыла. А еще они воруют младенцев из колыбелей, заставляют урожаи гнить, а молоко скисать. Стоит им поставить свою метку на скоте, и начинается эпидемия среди животных.

- А если попробовать подружиться с феями, принести им какие-то подношения. Суеверные люди оставляют крынку молока и буханку хлеба на поле, чтобы задобрить полевых фей. А иначе есть поверье, что феи вытопчут весь урожай или нашлют недород. Я могу оставить на подоконнике какие-то украшения в подарок для фей.

- Не вздумай!

- Почему?

- Будет только хуже.

- А ты уже проверял?

Хозяин замка горько рассмеялся.

- Теперь я знаю, чего стоит дружба с эльфами! - Ангус отсалютовал полупустой винной бутылкой.

- И чего? - не выдержала Глория.

- Стоит спутаться с эльфами, и они уведут у тебя жену.

Глория недоверчиво хмыкнула.

- Если у тебя появится любимый парень, и ты подружишься с феями, то они украдут у тебя возлюбленного только ради забавы. Им станет забавно полетать за окнами и понаблюдать, как ты из-за него горюешь. При этом его самого они используют для магических развлечений, например, превратят во что-то чудовищное.

- Тогда лучше не влюбляться в смертных парней, если феи летают рядом, - фыркнула Глория. Знал бы Ангус, что предупреждение запоздало. Она уже влюбилась в эльфа.

- Если б не эльфы, Амаранта бы меня не бросила.

- Так она сбежала или ее всё же похитили?

Что-то в показаниях Ангуса не вязалось.

- А ты как думаешь? - его взгляд устремился на Глорию. Глаза не были подернуты хмельной пеленой, как у всех пьянчуг. Странно, как Ангус мог выпить столько вина и совсем не захмелеть? Он словно сам зачарован.

- Теперь волшебный народ требует с нас дань за несоблюдения пунктов дружеского союза.

- Какую дань? Коров и коз? Или червонцы?

- Живых девушек.

Глория вздрогнула.

- Поэтому их в замке не осталось.

- Я отказался платить. Не бойся! Я не душегуб. Отдать девушек эльфам это хуже, чем их убить.

- А вдруг эльфы могут полюбить смертных девушек? Если есть волшебство, то должна быть и романтика.

Ангус со злости разбил бутылку, ударив ее о стену.

- Глория! Я стерегу границы с волшебными государствами из последних сил. Если перестать это делать, то...

- Людям и эльфам придется перемешаться и жить вместе, как одна раса?

- Людей вообще не останется! - оборвал Ангус ее радужные мечты. - Для волшебных существ мы - жертвы!

- Неужели всё так трагично? Феи на вид милые, просто невоспитанные.

- Ты еще не видела всех наших чудовищных соседей.

- Тогда придется с ними воевать, - вздохнула Глория.

- Это бессмысленно, но подготовка к войне всё равно ведется. Силы не равны. Люди намного слабее. Душу лично мне согревает лишь предание о легендарном воителе, который явится внезапно и встанет на сторону людей. Старые мудрецы обещали, что он одолеет наших волшебных соседей.

- А кто он?

- Имени мудрецы и звездочеты так и не выяснили, хоть гадали ночи напролет.

- А где они? Я не видела здесь ни одного звездочета.

- Они в столице. Король Илиора тоже хотел бы порвать соглашение с феей, вот и созвал астрологов.

- Ясно, - Глорию будто оса ужалила. - А может ли этот воитель оказаться воительницей?

- Издеваешься? - Ангус печально глянул на осколки бутылки, жалея, что вино закончилось.

- Представь, если б этой воительницей была я! Я бы вас всех выручила!

- Едва увидев своих противников на поле боя, ты влюбилась бы в какого-нибудь эльфа и ушла бы с ним, забыв о долге. Совсем, как моя жена.

- Не все такие изменницы.

- Женщинам верить нельзя, - сонно пробормотал Ангус. - А эльфам можно верить еще меньше. Я так уважал короля эльфов, а он меня предал.

О чем он толкует? Сказка, а не жизнь! Король эльфов! Королева фей! И со всеми придется сражаться! Глория подумала, что сейчас самое время и для нее стать рыцарем. Ведь если на замок нападут более чудовищные существа, чем черные феи, то защищаться придется самой. На пьяного Ангуса и его вассалов лучше не рассчитывать.


Уроки фехтования


Сегодня первый урок фехтования. Записку от Фиора принесла в клюве ласточка, подлетевшая к окну. Сама записка была нацарапана шипом на листке подорожника. Эльф сообщал, что ждет ее в зале с гобеленом в час дня, когда Ангус со свитой уедет на охоту.

О том, на какую жуть, он будет охотиться, Глория уже знала. Если таких жутких существ в округе еще много, то стоит поспешить обучиться приемам самообороны. Эльф ее шанс стать бесстрашной и независимой. Ведь никто из рыцарей Ангуса обучать даму боевым наукам точно не станет. Все рыцари такие чопорные! Мало ли, что она девушка. Защищаться ведь всё равно надо уметь.

Глория заплела волосы в косу и надела самое простенькое платье, которое нашлось в ее гардеробе. Затем она взяла меч и направилась на встречу с эльфом. Чувство было такое, будто она спешит не на урок, а на свидание. Сердце билось, как птичка в клетке, коленки подгибались.

Топот копыт отряда рыцарей уже затих вдали. Фиор поджидал будущую ученицу, паря возле гобелена.

Глория застыла на пороге. Эльф больше напоминал проказника, чем учителя фехтования. Вместо того чтобы тренироваться во владении оружием, он беззаботно делал кульбиты в воздухе. Может ли он вообще чему-то научить? Вдруг только притворяется опытным.

Едва заметив Глорию, он тут же напустил на себя серьезный вид. Глория нерешительно переступила порог, шурша шифоновыми юбками.

- Не годится! - Фиор окинул ее придирчивым взглядом. - Тебе нужны лосины или хотя бы крестьянские штаны.

- Ты издеваешься? Кольчугу достать проще. Их полно в арсенале. А где взять кюлоты? Разве только у тебя в гардеробе есть лишние. Кстати, а у тебя гардероб-то есть? Или эта причудливая зеленая одежда в листиках растет прямо у тебя из кожи?

Эльф не обиделся на ее ехидные замечания.

- Кюлоты не сгодятся, - серьезно ответил он. - Нужна простая одежда без украшений.

- У меня такой нет. И приятеля-крестьянина, у которого я могу ее одолжить, у меня тоже нет.

- А жаль.

- Ты хотел бы, чтобы я нашла тебе конкурента из деревни, который станет обучать меня стрелять из рогатки? - съязвила Глория.

Возбудить в Фиоре ревность не удалось. Он опять подошел к вопросу профессионально и ответил:

- Лучше бы у тебя был дружок-рыцарь, которого ты могла бы обобрать на ворох одежды, но размер у рыцарей намного больше твоего. Ладно, вывернемся, как обычно, с помощью магии.

Эльф щелкнул пальцами, от которых тут же отделились сверкающие искорки.

- Эй! Что ты творишь? - возмутилась Глория. - Я пришла обучаться фехтованию, а не колдовству. Это жульничество!

Но золотистые искорки уже облепили юбку ее платья. Пастельная ткань начала зеленеть, истончаться, сжиматься, и через минуту обратилась в узкие бриджи, сшитые целиком из кленовых листьев.

- Как ты это сделал? - Глория изумленно оглядывала новый наряд. Корсет ее платья остался прежним, лишь позеленел немного, а пышные юбки словно всегда были тонкими бриджами.

- Магия! - коротко пояснил эльф.

- Ну и ну! - может и впрямь попросить его об уроках волшебства плюс к фехтованию.

- А теперь приступим!

Не успела Глория встать в позу, как на нее уже налетел один из мечей, ловко выскользнувший из скобы на стене.

- Так нечестно!

Сама бы Глория не успела отразить удар, но ее волшебный меч вылетел у нее из руки и парировал сам.

- Так мы учимся магии или владению мечом?

- Чтобы выжить в этом замке тебе потребуется и то, и другое, - хладнокровно прокомментировал Фиор.

По его команде на Глорию разом налетели сразу все мечи, вынырнувшие из держателей на стенах. Задача боя усложнилась в десятки раз. Сама Глория не успела бы отбиваться от дюжин мечей, налетавших и спереди, и с тыла, но волшебный меч сам вынырнул из ее руки и помог отбить коварные удары. Он один бился со стаей рапир, свистевших у лица Глории, подобно стальным птицам. Одна рапира чуть не распорола ей щеку, но верный меч подоспел вовремя и парировал.

- Так мы обучаемся фехтованию или магии? - вновь возмутилась Глория. - Уточни!

- А ты видишь разницу? Меч-то у тебя волшебный.

- И что с того?

- Раз ты завладела волшебным мечом, то битва и магия для тебя одно и то же.

- Это жульничество, а не магия, - Глория пыталась поймать свой меч, но рукоять выскальзывала из рук. - Я - новичок! Почему я должна начинать обучение с драки с целой армией.

- Тут всего три дюжины мечей, - дотошно подсчитал Фиор. - Для целой армии недостаточно.

- Но хватит на полк! Отзови их! Я хочу начать драку с поединка.

- Ладно!

Мечи с грохотом попадали на пол, но два из них остались висеть в воздухе. Один напал справа, другой слева.

- Опять нечестно! Ты жулик, а не учитель фехтования. С двумя противниками сразу новичку не сладить.

- Сдаюсь!

По команде Фиора один меч вернулся в скобу на стену. Теперь Глория дралась лишь с одним незримым противником. Точнее меч был зримым, но ей нравилось представлять, что он не сам парит по воздуху, а является оружием какого-то невидимки.

Даже с одним мечом драться оказалось сложно. Глория взмокла, по лбу градом катил пот. Несколько раз меч чуть ее не поранил.

- А нельзя нам начать с тупого оружия?

- Да ты и впрямь кисейная барышня!

Глория рассвирепела.

- Ух, ты! Наглый эльф! А ну, давай сразимся с тобой!

Кресло, в которое присел Фиор, пугливо взмыло в воздух вместе с эльфом, который в нем сидел. Глория ахнула.

- Зачем тебе летающее кресло, если у самого есть крылья?

- В кресле безопаснее, а то еще подпрыгнешь и уколешь меня.

- Трус!

- Не хами своему наставнику!

- Тоже мне наставник! Трусливый маг! Наверняка, не дерешься со мной потому, что не умеешь. Твой единственный талант - колдовать!

Зря она это сказала. Меч, направляемый магией Фиора, стал более агрессивен. Отбиваться от него было невыносимо сложно. Глория запыхалась. Вопреки уверениям, что без магии драться нельзя, она схватила рукоять своего меча и пыталась направлять ее самостоятельно. Меч слегка сопротивлялся. Таким образом получалось, что она сражается сразу с двумя противниками: и с чужим мечом, и со своим. Укротить свое оружие оказалось не проще, чем отбиваться от чужого.

- Расслабься! - наставлял Фиор. - Не сжимай рукоять слишком крепко. Если б меч не был волшебным, из твоей руки его давно бы уже выбили. Ты слишком сильно давишь на рукоять. Сожми нежно, но крепко. Это меч, а не молот для наковальни. Не махай им так активно! Раскрывайся, а теперь парируй. Нет, не так! Ты всё делаешь неправильно! Смести локоть влево, а теперь выпад.

Глория шипела от его команд. Эльф такой ментор! Ему-то легко ею управлять. Потеет она, а не он. Фиор сидел в парящем кресле, затем сам парил в воздухе над местом поединка, наблюдая сверху, а Глория сражалась с летающим мечом.

- Давай! Смелее! Учись лавировать, - подстегивал он.

Ему-то легко, а вот ей приходится попотеть.

Глория взмокла, но если отвлечься, чтобы стереть пот со лба, то лезвие чужого меча успеет ее поранить.

- Всё! Хватит! Я устала!

- Так ты и одного боя не выиграешь, - Фиор был разочарован. Очевидно, как неугомонный эльф, он не понимал, что такое усталость. - Битву с врагами ты бы уже проиграла.

- А я пока еще не заделалась полководцем, - съязвила Глория.

- Я бы тебя и рядовым солдатом не нанял.

- Это потому, что ты предвзято относишься к девушкам.

- Я обожаю красивых девушек, но, по словам одного эльфа, который считает себя очень мудрым, все они годятся лишь для того, чтобы умилостивить котел Дагды.

Знакомое выражение, но Глория слишком вымоталась, чтобы расспрашивать Фиора или продолжать вести с ним словестные баталии.

- Пойду, прогуляюсь!

- Только в лес не заходи. Ты еще недостаточно ловка и сильна, чтобы дать отпор лесным обитателям.

- Так пошли со мной.

Эльф скептически смотрел на нее, будто она предложила ему опрокинуть на себя ушат холодной воды.

- То есть полетели, - исправилась Глория. - Ты ведь летать предпочитаешь?

- Я отсюда никуда не уйду, - мрачно ответил Фиор и вспорхнул назад на гобелен. - А иначе другие займут мое место.

- Какие другие?

Эльф не ответил.

- Как будто место очень выгодное и удобное! - съязвила Глория.

Фиор промолчал опять. Для него это не типично. Он ведь такой говорливый.

- Ну и сиди, как собака в будке!

Опять никакой реакции на оскорбление. Глория упрямо задрала подбородок и пошла к выходу, меч полетел за ней. Неужели хочет напасть? Глории стало жутко, что эльф его на нее натравил. Она хотела закрыть дверь перед мечом, но он ловко проскользнул в щель. Как ни ускоряла шаг, Глория не могла от него отвязаться. Она шла по коридору, а меч парил рядом в опасной близости от ее плеча.

Затем он вылетел за ней из замка. Благо, что кругом ни души, и никто не видит парящий меч. Глория прошла мимо жуткого чешуйчатого дерева, тянущегося из колодца, будто великан. Вместо воды в колодце сверкали искры. Где же теперь челядь достают питьевую воду? Наверное, таскает ведрами из ближайших источников или прямо изо рва.

Кажется, в стволе дерева появилась пасть и уродливый нарост в форме вытянутой головы. Драконье дерево и впрямь стало напоминать живого дракона. Хотя бы пользу принесло. От его огня черные феи обожглись бы и исчезли, расточая угрозы.

Глория вышла на луг за замком. Меч летел за ней, не отставая. Из-за роз, обвивших основание под рукоятью, он напоминал причудливое украшение, парящее в воздухе. Упаси боги, он решит парировать вниз и вопьется в нее лезвием.

- Ты летишь за мной, как телохранитель! - обратилась Глория к мечу. Глупо разговаривать с неодушевленным предметом, но разве парящий меч можно считать полностью неодушевленным. Он напоминает стальную птицу.

- Почему ты меня преследуешь? Напоминаешь, что урок еще не закончен?

Меч, конечно же, не ответил. Лишь засвистел, рассекаемый им воздух.

Глория одернула подол платья, застрявший в репейнике. На ней снова было платье, а не бриджи из листьев. Жаль! В бриджах на природе гулять удобнее. К подолу пышного платья цепляются колючки и шершавые травинки.

- Хорошо, если ты мой телохранитель и защитник, а не убийца, которого за мной послали, - вздохнула Глория, не ожидая ответа от меча.

Однако ответил глухой голос, будто исходящий из недр земли.

- Фиор может убить тебя или заманить в ловушку! Он отступник, не типичный эльф! Не доверяй ему!

Кто это сказал? Точно не меч, который тоже насторожился и стал искать говорившего, летая туда-сюда. Напасть было не на кого. Кругом никого. Глория беспомощно озиралась по сторонам. Тут так безлюдно, что ей стало страшно. Может, говоривший это гном, спрятавшийся в дупле. Глория встала на цыпочки и заглянула в черное дупло гниющего старого дуба. Там даже белок не было. Сам дуб у луга напоминал гниющий зуб, который давно пора бы вырвать.

- Не ты ли со мной говорил? - Глория постучала по дубу кулачком. - Отвечай, ты живое существо? Вероятно, тролль?

- Не трогай его! - хриплый голос опять позвал, будто из земли.

Глория глядела на панораму луга и не верила глазам. Целина за ним вдруг превратилась в пахотную землю, в которой будто что-то копошилось. Почва вибрировала под ногами.

- Иди к нам!

Голоса завораживали, но они точно не принадлежали эльфам. Они звучали красиво, будто пение сирен, но предвещали зло. Кажется, еще миг и из земли поднимется целая армия.


Галантные хищники


Чудовище, подобное черному лешему, подобралось со спины внезапно. Глория ощутила свист меча прежде, чем когти твари коснулись ее плеч. Меч взвился ввысь, затем пикировал и заработал, как мясорубка. От чудища остались одни разрубленные конечности.

- А ты и впрямь телохранитель! - Глория хотела погладить своего защитника, как верного пса, но вспомнила, что он стальной и отдернула руку. О чем она думает? Погладив обнаженный меч можно пораниться.

Между тем останки чудовища сползались в одну кучу. Когтистые члены черного тела сами ползли по траве, политой черной кровью, а затем склеивались с обрубками. Еще немного и порезанное на куски тело встанет целехоньким. С бессмертным противником даже волшебный меч бессилен сладить. Пора удирать! Глория подобрала юбки и побежала прочь, чуть не упала в овраг и внезапно наткнулась на кого-то.

- Не спеши так, земная красавица!

Перед ней стоял Элар. Будто из-под земли вырос. Он ходил по зарослям пешим. Рядом не было коня, щипавшего травку, зато золотая накидка за спиной Элара напоминала крылья.

- Куда торопишься? На свидание?

А он льстец! Глория зарделась и потупилась, не зная, что ответить.

Элар поцеловал ее руку. Ладонь будто обожгло. Глория отняла у него руку и заметила, что на коже остался сверкающий след, будто клеймо.

Элар впервые появился перед ней один. Ну, почти один. Стоило обрадоваться, что он без свиты, как возле ивы возникли шесть дам. Все до одной в масках из золотых листьев. Они напоминали лесных нимф. Глория ощутила ревность. Хотя это глупо. Она ведь даже ни разу не видела Элара без маски. Откуда ей знать, что он красив? Вдруг под маской он скрывает какое-то уродство. Он может оказаться рябым или весь в шрамах.

- А еще у него могут листья расти прямо из кожи, - подсказал надоедливый голосок. Глория не сразу разглядела крохотную стрекозу с телом и головой женщины. Она порхала, как пикси из сказки, и становилась то золотистой, то зеленой, то голубой. Видел ли ее Элар?

- Смотрите, стрекоза с женским туловищем!

- И что? - Элар посмотрел на Глорию, как на полоумную. - Ты так удивляешься, будто черта с рогами увидела.

- Ты разве и раньше видел таких стрекоз?

- Их тут полным-полно. Как и пчел, и ос, и мух, и шмелей, и слепней, и комаров.

- И все с телами и лицами женщин?

- Фей, - поправил Элар. - Если заметила, то в их головах и туловищах есть некоторые отличии.

Верно! Глория присмотрелась. У обычных женщин рожки и шипы не растут из затылков, но тут скорее речь идет о лилипутах.

- Ученые в Алуаре как-то раз пытались вырастить в колбе гомункула, - припомнила она.

- Здесь не Алуар, - строго оборвал ее Элар. - Здесь - края дикой природы и богини Дану. А Алуар - драконье урочище, если считать от королевы Раймонды. С ее времен многое изменилось лишь к худшему. Из Алуара к нам приплывают такие соблазнительницы, перед которыми мы, эльфы, не можем устоять.

Она не ослышалась? Он сказал - эльфы! Глория приоткрыла рот, и тут же его закрыла, опасаясь, что волшебная стрекоза залетит внутрь.

Солнце уже садилось. Маска на лице Элара вдруг куда-то исчезла. Глория даже не заметила, как он ее снял. Шесть его спутниц тоже оказались без масок. Все они были сказочными красавицами. Глория ощутила смертельную зависть, но Элар приобнял за талию ее.

- Пойдем со мной!

Глория засомневалась.

- Куда?

Меч настороженно метнулся вперед и завис над головой Элара.

- С таким грозным защитником тебе нечего бояться, - Элар окинул меч неприязненным взглядом.

- Я всё равно боюсь. Говорят, в этих лесах пропадают девушки.

- Всё это крестьянские сплетни, - отмахнулся Элар.

- Рыцарские, - поправила Глория.

- Прости, что?

- Сплетни рыцарей, - уточнила она. - Они уверены, что в этих лесах обитает зло.

- Рыцари слишком суеверны. Это из-за вечной угрозы войны. Каждый раз, когда они проигрывают в битве, то уверяют, что против них воевал сам дьявол, и они были бессильны отразить его атаки. Отсюда и все их суеверия. Всегда проще сказать, что на тебя напала нечисть, чем признать, что не смог отразить нападение.

- Мой меч предназначен воевать именно с нечистью! - Глория сама не знала, откуда об этом знает. Будто кто-то другой заговорил ее устами.

- Твой меч сам относится к магическим существам, то есть к нечисти. Все волшебные существа это нечисть на взгляд безграмотных людей. Но я расскажу тебе историю о том, откуда на самом деле произошла вся магия на всей планете. Это случилось еще до появления людей...

Глория ощутила боль и жар в пояснице, будто вокруг ее талии обвился дракон, а не рука Элара. Хоть Элар и вел себя галантно, а от него простаки веяло опасностью. Она попыталась высвободиться из его объятий, но шесть красавиц шли за ними, как стражи. Глория ахнула, заметив, что лиственные золотые накидки за их спиной движутся, как живые. Могут ли это быть крылья из тонких золотых листиков?

Элар поднес ей цветок, который неизвестно откуда извлек. Точно не сорвал тут. Это была садовая лилия золотого цвета. Пчела с женским телом и головой, частично покрытой золотым шлемом засверкала рядом с цветком. У самого цветка в тычинке оказалось женское лицо. Глория проследила взглядом пчелу.

- Чудо! Но злое.

Пчела чуть не поранила ей руку, острым штырем, размером с иголку, росшим из крыла.

- Я свожу тебя в бестиарий, то есть в зверинец. Там много таких чудес, а потом представим тебя котлу.

- Котлу? - Глория поразилась. - Разве котел живой?

Шесть дам разом шикнули:

- Тсс!

- Это будет сюрприз, - нашелся Элар. - Ты будешь удивлена и очарована.

Глории его сладкие речи больше не нравились, мечу, свистевшему над головами процессии, тоже.

Стемнело, но светляки стайкой парили впереди процессии, освещая путь. Да и сами серьги шести дам светились, как фонарики.

- Нам еще долго идти? - Глория споткнулась о кочку, которая вдруг оказалась скандальным лепрехуном. Он заругался на каком-то незнаком языке, но по тону было понятно, как он обижен. Пришлось извиняться.

- Хорошо, что ты не понимаешь, о чем он говорит, - заметил Элар.

- Он так непристойно ругается?

- Нет, он злится, что я обольстил еще одну дурочку, но, поверь, ты мне действительно нравишься.

Элар ей тоже понравился, но только внешне. У него золотые брови, золотые ресницы, радужные глаза, нежное лицо без щетины. Он совсем не похож на грубых бородатых рыцарей Ангуса. Почему же от него разит большей опасностью, чем от суровых воителей? Чем он может оказаться опасен?

- Кстати, куда делась твоя маска? - Глория потихоньку обшарила карманы Элара. - Куда ты ее спрятал?

- Маска? - Элар взглянул на девушку с недоумением.

- Ну, да. Маска из золотых листьев.

- Ах, эта... ты называешь это маской.

- А как еще можно назвать?

- Зачем она тебе?

- Вдруг я хочу ее примерить.

- Дорогая, примерив однажды такую маску, ты уже не сможешь ее снять.

- Ну, ты же снял!

Элар вдруг расхохотался. Меч воинственно облетел вокруг Глории и замахнулся на ее спутника. Неужели он считает, что Элар опасен? Ударить по нему меч не решился. Лишь запугивал.

Дамы, шедшие позади, пересмеивались. Глория не заметила у них ни карманов, ни кошелок. Так куда же они дели маски? Не могли же золотые листья просто раствориться в их коже?

- Так вот! Я собирался рассказать тебе о том, откуда произошла вся магия на земле.

- От чернокнижников? - Глория наивно захлопала ресницами. - Или от звездочетов?

- От золотого божества, павшего в пески пустынь на заре времен. Имя божества Алаис. Она устроила мятеж и утянула с собой на землю огромный легион разношерстных ангелов. Те из них, кто пали в пустыни, обратились в чудовищ. Те, которые упали в моря и океаны, стали русалками и водяными. Павшие в кратеры вулканов, стали драконами. Ну, а феи и эльфы это те части легиона Алаис, которые пали в леса и поля. У эльфов появилась со временем своя копия Алаис - богиня Дану. Жаль, что ее свергли, но есть одна вещь, которая поможет нам ее вернуть.

Раздался хруст веток. Глория испугалась, что в овраге притаились разбойники, но оттуда вылезли стаей семеро гоблинов.

- Смотри! Она рыжая! - один указал когтем на Глорию.

Меч среагировал мгновенно. Еще до того, как гоблины успели напасть, он налетел на них и начал разить, пикируя с высоты вниз. От гоблинов остались одни разрубленные конечности.

Обрубки чудовищных тел двигались. Сейчас они срастутся! Глория уже наблюдала нечто подобное, поэтому не удивилась.

- Уходим скорее! - Элар потянул ее к золотым вратам, стоящим прямо в чаще, будто впереди не дремучий лес, а парк. Врата были очень красивыми. Их кованые прутья сплетались в причудливые символы. Глория засмотрелась. Жаль, что она в отличие от Дженет не обучалась читать эльфийские письмена. Чутье подсказывало ей, что эти символы точно эльфийские.

Дамы, шедшие сзади, присели перед вратами в реверансах, будто таким образом просили кого-то незримого их впустить.

- С нами гостья, - произнесла одна из дам. - Мы ее привели.

- А ты не хочешь оставить своего защитника у ворот? - Элар опасливо покосился на меч.

- Вряд ли он послушается, - замялась Глория.

- Ну, ладно! - громко согласился Элар, а наклонившись к уху Глории шепнул. - Ты хитрее фей!

Золотые врата хоть и обросли лианами и вьюнком, а открылись мгновенно. Элару пришлось лишь произнести какие-то бессмысленные слова. Врата чутко на них среагировали. Створки приоткрылись.

- Пошли! - Элар втащил Глорию то ли в парк, то ли в руины какого-то дворца, густо заросшие зеленью и дикими цветами. Тут целыми купами пестрели ландыши и фиалки, а мосты через ручьи напоминали настоящую радугу.

- Я во сне? - Глория недоверчиво потирала глаза.

- Это место кажется тебе таким необычным?

- Тут райский уголок?

- Скорее эльфийский.

- Похоже на разрушенный дворец, - Глория оглядела портик с колоннами, обросшими мхом и жимолостью.

- Он не разрушенный.

- Тогда почему он зарос зеленью?

- Так выглядят все эльфийские дворцы.

- Эльфийские? - Глория отшатнулась от арки, барельеф на которой оказался живым. Лицо, высеченное в камне, состроило ей рожу.

Среди куп цветов белели обелиски.

- Да это же кладбище! - ахнула Глория.

- И что с того?

- На кладбищах покоятся мертвые.

- Но мы все не мертвые, и мы собираемся тут каждую ночь.

- Ты сказал, что это дворец.

- Многие эльфийские дворцы воздвигнуты на старых кладбищах. Тут ничего необычного нет.

- Так ты эльф! - Глория отшатнулась, нащупав под накидкой Элара крылья.

- А что ты так удивляешься?

- Эльфы - похитители девушек!

- Ерунда! Девушки сами бегают за эльфами.

- Девушки исчезают неизвестно куда.

- Известно куда, - веско поправил Элар.

- И куда же? Вы скармливаете их драконам? - Глория в ужасе уставилась на сонного дракона, который ворошился среди куп цветов, как громадный фиолетовый холм.

- Не угадала! - возразил Элар.

- Почти угадала, - эхом ответила ему одна из сопровождающих дам. Накидка за ее спиной оказалась причудливыми крыльями. Все дамы посматривали на Глорию как-то очень уж хищно.

Глория обрадовалась, что меч-спутник летит вслед за ней. Он парил над ее головой, как телохранитель, и заставлял Элара нервничать.

- Для прелестной леди вроде тебя оружием должна быть красота, а не каленая сталь, - проворчал эльф.

- Красота это скорее твое оружие, - Глория начала поглядывать на Элара с недоверием. - Куда ты меня ведешь?

- Тебе не нравится гулять по дворцу-парку?

- По паркам я нагулялась и в Алуаре. Там они роскошнее, чем здесь. И уж точно алуарские садовые архитекторы не разбивают парки на кладбищах и руинах.

- Это потому что эльфы из Алуара давно уже сбежали.

- Их там и не было, - припомнила Глория.

- Были. Была даже неудачная попытка сделать монархом жениха принцессы Марианны - настоящего принца эльфов. Они проправили в Алуаре полстолетия и поняли, что не справляются. Тогда бразды правления и уступили снова людям. Благо, родственников-людей у принцессы было хоть отбавляй.

- А принцесса осталась жить с эльфом?

- Навечно, но уже не в царстве людей.

- Надо же!

- Ты тоже похожа на принцессу, - Элар погладил локоны Глории и будто о них обжегся. - Они похожи на костер и на ощупь горячее костра.

Странно! Сама Глория не ощущала, чтобы волосы у нее были горячими. Вероятно, это обычный комплимент, но Элар и вправду дул себе на пальцы, будто обжегся. Кстати, пальцы у него обросли листиками, будто кольцами. Ногти были зелеными. Он и впрямь эльф! А с эльфом рядом находится очень опасно. У Глории гулко забилось сердце. Зря она отважилась пойти на прогулку с первыми встречными.

Среди зарослей стали встречаться необычные существа, которых вначале можно было принять за деревья или пни. Растения оживали неожиданно и снимали перед Глорией лиственные шляпы. Процессия эльфов почему-то у всех вызывала уважение.

- А меня они тоже сочли эльфийкой? - удивилась Глория.

- Ты в компании эльфов, а это значит ты своя.

- А кто они все такие?

Элар замялся. А меч, летящий следом за Глорией, напрягся. Как бы он не ринулся вниз, ведь пока на нее никто не нападает.

Все кругом странные, зато не агрессивные. Глория озиралась по сторонам заинтригованно, как в театре.

- Так тут и впрямь бестиарий! - Глория заметила единорога и жар-птицу, сидящую на обелиске. С ее огненных перьев сыпались искры. У львов, грациозно гулявших по зарослям, из спин росли крылья песочного оттенка, а медные сфинксы, дремлющие на постаментах, вдруг оказались живыми.

- Как видишь, никто тебя не трогает. В компании эльфов не так опасно, как ты предположила, - засмеялся Элар.

- Но это не эльфы! Это волшебные животные!

- Так познакомься с эльфами, - Элар щелкнул пальцами, высекая цветные искорки. - Можешь даже с ними потанцевать.

Откуда ни возьмись, в воздухе возникли музыкальные инструменты: флейта, свирель, скрипка и тамбурин. Квартет заиграл сам. Музыкантов видно не было, но струны натянулись, музыка полилась.

Глория заметила долговязых существ, выбиравшихся из холмов и кустов. Ну и создания! Все эльфы, но немного увечные. У кого-то ветки вместо рук, у кого-то шипы вместо ногтей, у кого-то рога, увитые плющом на затылке. Все они вели ее в танце по очереди. Каждый оставлял на ее коже поцелуй, будто печать, а потом все расступились и тонкий голосок позвал:

- Иди! Котел тебя ждет!

Глория очнулась, когда ее меч начал рубить всё и всех. Эльфы стонали, будто разрубленные деревья, а потом быстро восстанавливались.

- Хватит! Не сегодня! - наконец сказал Элар. - Пусть котел подождет.


В компании эльфов


Шесть эльфиек были недовольны.

- Котлу нужна девушка, - настаивали они. - Нас ведь недаром сюда пустили.

- Потом! - настоял Элар.

- Потом это когда? - капризно надула губки одна из эльфийским дам. Крылья, которые Глория вначале приняла за накидку, нервно дергались за ее спиной.

- Потом это будет другая ночь и другая девушка, - зевнула вторая дама-эльф.

То, что все дамы были эльфами, Глория уже поняла. Их золотые кудри, зеленые платья и золотистые крылья должны были сразу навести ее на такую мысль. И как она не заметила, что юбки дам состоят из листьев, а шнурки корсетов это тонкие зеленые вьюнки?

- Это Вивена, а это Померанца, - представил Элар своих спутниц. - Бугенвиллия, Цикория, Розиана и Флердоранж.

Имена у дам причудливые, большинством похожи на названия цветов. Глория немного изучала в Алуаре ботанику и знала даже о тех цветах, которые в местных краях не растут, но вот необразованных людей в заблуждение ввести проще.

Свиту Элара зовут, как цветущий сад.

- Всех ли эльфов называют в честь цветов? - напрямую спросила Глория.

- Не всех, - честно признался Элар.

Он был единственным красивым эльфом на ночном собрании, дамы не в счет. Среди кавалеров красавчик только Элар. Хоть он и вел себя очень галантно, а Глорию не оставляло ощущение, что он хищник.

Сопровождавшие его дамы кидали на Глорию недобрые взгляды.

- Для котла она подошла бы идеально, - переговаривались они.

Наверное, котел это какая-то местная реликвия, которой эльфы поклоняются. Главное, чтобы они не приносили ей жертвы. Глорию замутило, когда она вспомнила, что древние племена обычно приносят кровавые жертвы своим богам или каким-то священным предметам. Эльфы это ведь древнее племя. Более древнее, чем люди. Если верить легендам они появились на земле за много тысяч лет до людей. А Элар еще и проговорился, что эльфы произошли от павших ангелов.

Глории хотелось побольше узнать о таинственной богине Дану, но она боялась о ней расспрашивать.

Один крылатый лев подошел к Глории и потерся о ее колени. Меч тут же принял боевую стойку.

- Не надо! Не нападай! - велела ему Глория.

- А ты никуда не ходишь без своего телохранителя? - Элар даже обиделся при виде того, что Глория и меч действуют в альянсе. - На эльфийский бал не принято брать с собой телохранителей.

- А балы не принято устраивать ночью на руинах или кладбищах, - парировала Глория.

- У эльфов принято.

- Но я-то не эльфийка!

- Ты похожа на ведьму, - Элар внимательно присматривался к ее рыжим кудрям.

Он еще и обзывается! Глория разобиделась.

Еще одна дама-эльф прилетела из зарослей и озарила ночь своими мерцающими крыльями.

- Миледи Ивейна, - зашушукались спутницы Элара. Кажется, перед этой эльфийкой они испытывали невольное уважение.

Глория отметила, что имя у нее не цветочное. Зато сама она напоминала зелено-золотой цветок. Платье было пышным, как роза. Стоячий воротник напоминал паутинку. Обруч на лбу состоял из мелких звезд. Ивейна сама мерцала, как звезда.

- Добрый вечер, блистательная леди, - поклонился ей Элар.

- А, опальные эльфы, - презрительно хмыкнула Ивейна, не снижая полета. Она зависла над головой Элара и его спутниц. - А кто это с вами? Лесная ведьма?

Ну вот! Ивейна тоже ее оскорбляет! Или ее, как и всех, ввел в заблуждение яркий цвет волос Глории?

- Это девушка из замка людей, - представил Элар.

- Я леди, прибывшая из Алуара, - поправила его Глория. - А кто ты? Дама-эльф?

Ивейна окинула ее враждебным взглядом.

- Я фрейлина королевы эльфов.

- Фрейлина не слишком важная особа. В Алуаре они снуют десятками, подносят мелкие вещи, передают повеления, носят записки.

- Ничего-то ты не понимаешь. У эльфов и фей фрейлина это такой же важный титул, как сама королева.

- А ты не впустую бахвалишься?

Все кругом побаивались Ивейны. С чего бы это? Глория насторожилась, а красавица-эльфийка подбоченилась, вися в метре над землей.

- Тебя ко двору эльфов никто не приглашал. На аудиенцию даже не рассчитывай.

- Как будто я о ней просила! - возмутилась Глория. - Я вообще не собиралась пополнять компанию эльфов. Это он меня сюда притащил.

Но Элар уже делал вид, что он с ней не знаком. А еще эльф! Чуть что и в кусты! Дамы испугался!

- Если ты доберешься до королевы эльфов, то прощай мое место фрейлины. Ведь без наличия королевы эльфов и ее фрейлина никому не нужна, - Ивейна вдруг просительно заломила руки. - Прошу тебя, уплывай назад в Алуар, там твоя родина.

- Нет, - решительно возразил заволновавшийся Элар, - она уже приплыла в Туате-де-Данан. Если она захочет сесть на корабль, я уломаю приближенных морского царя поднять такой шторм, что все корабли уйдут на дно и плыть будет не на чем.

- Даже если ты лично попросишь царя Сеала заморозить ледяной коркой всё море, я сама напрягу крылья и отнесу Глорию назад. Иначе лишусь должности.

Эльфийка знает ее имя! А она ведь его даже не называла. Наверное, Ивейна летала у окон замка, поглядывала и подслушивала.

- Не бойся, я на твою должность не претендую, - поспешила успокоить ее Глория. - Не хочу быть фрейлиной даже при королеве эльфов. Ведь фрейлина это прислуга при королеве, подай-принеси. Я предпочитаю праздный образ жизни и отсутствие этикета, запрещающего мне, как даме, владеть мечом.

- Если королева эльфов начнет общаться с тобой, она может захотеть уйти от нас, - обиженно надула губки Ивейна. - Ты показываешь плохой пример. Королева может затосковать по простым радостям, не волшебным.

- При том, что я сама медленно встаю на тропу волшебства? - Глория кивнула на меч, который орудовал сам.

Он и впрямь был очень тяжелым. То, что она могла его поднять, это уже магия. Лишь сильным рыцарям по плечу держать в руках меч. Дама надорвется. А у Глории меч оказался парящим. Вот и магический выход. Всю тяжесть меч принимал на себя.

- Кстати, а Игрид всё еще является правым крылом королевы фей? - полюбопытствовал Элар. - Или на должность фрейлины избрали другую после того, как Игрид изуродовало драконье яблоко?

- А драконьим яблоком можно кого-то изуродовать? - Глория сглотнула с трудом, но на ее вопрос обратили не больше внимания, чем на комариный писк. В компании эльфов она всё же лишняя.

- Насколько я разузнала, королева фей вообще решила обходиться без фрейлины. Мол, у фрейлины слишком много привилегий. Она будто вторая королева. Амбициям Медеи Шаи такая сильная личность, как фрейлина, слишком вредит.

- Ее сумрачное величество обожает править единолично? - ухмыльнулся Элар.

- А ты, как и все ловеласы, обожаешь ухлестывать за королевой фей?

- Ничуть! Опасаюсь стать ее следующим пленником.

- На роль пленника она выбрала какого-то смертного. Кажется, молодого графа, - Ивейна многозначно стрельнула глазами в сторону Глории. - Королеве фей лишь надо отыскать какой-то документ, который обяжет графа стать ее слугой. Но документ чудесным образом потерялся. Вероятно, его уже и нет.

- А ты такая сплетница, всё обо всех знаешь! - похвалил Элар. Он явно хотел подольститься к Ивейне и знал, как это сделать. Эльфийка вся зарделась.

- Я же фрейлина королевы фей! Я всё обязана разведывать.

- Даже то, что происходит сейчас в полях графства и Межграничья?

- Летать над полями тяжело. У меня обвисли крылья.

- А по-моему они великолепны, - встряла Глория.

- Ты не видела их раньше. Они сильно потускнели. В полях злая атмосфера. Она губительна для светлых созданий, - Ивейна достала сверкающий веер, сделанный из крыльев крупных бабочек и начала им обмахиваться. - После полетов над полями мне становится дурно.

- Мне тоже показалось, что я видела что-то жуткое в полях, - призналась Глория.

- И что же? - живо заинтересовалась Ивейна. - Опиши!

- Даже не знаю! Я скорее чувствовала, чем видела. Когда я стояла у полей, мне почудилось, что в земле спит целое войско злых тварей.

- Спящих я не боюсь, но вот проснувшихся... - Ивейна выразительно повела бровями. - Еще я не терплю опальных, а вы все в опале.

- Кроме Глории, - поправил Элар с обезоруживающей улыбкой. - Ты ведь тут не в опале, милая. Тебя не сослали из Алуара? Ты отправилась на поиски эльфов сама?

- Я не отправилась на поиски эльфов! С чего ты взял?

- Он считает, что все дамы кругом должны любить и искать только его, - презрительно хмыкнула Ивейна. - Он даже королеву эльфов пытался обольстить. Играл ей на лютне и пел серенады до тех пор, пока король эльфов не вышвырнул его из королевства взашей.

- Всё было совсем не так! - запротестовал Элар. - Королева сама пригласила меня сыграть для нее.

- Ты пытался ее обольстить, - Ивейна подбоченилась. - Это преступление!

- Не правда!

Элар явно предпочитал смертных девушек, тем не менее, Ивейна упрямо подозревала его в интрижке с королевой фей. Видимо, на то имелись основания.

- Я никогда не обольщаю фей и эльфиек! Мне нравятся смертные девушки.

- Ну, так королева эльфов лишь вчера была смертной!

- Вы о чем? - Глория насторожилась.

- Шла бы ты отсюда, иначе кончишь, как вчерашняя пастушка.

- А что случилось со вчерашней пастушкой?

Ивейна не ответила. Ее крылья энергично махали. Меч Глории, зависший в воздухе, Ивейну не пугал.

- Не приходи сюда больше, - посоветовала Ивейна. - Живи в замке! А еще лучше, уезжай назад в Алуар.

- Ты даешь гарантию, что морской царь не затопит ее корабль? - заволновался Элар.

- Даю! - грозно сверкнула глазами Ивейна. - У нас с ним соглашение. Подопечных эльфов моргены не тронут.

- Но я не хочу, что б она уплывала назад в Алуар. Я сам пошлю жар-птиц прожечь дыры в корабле, на который она сядет, чтобы он затонул прямо у берега. Она останется тут.

- Тогда проводи ее назад в замок. И без фокусов, - велела Ивейна непререкаемым тоном. Кажется, у нее здесь был авторитет. Никто не стал протестовать.

- А ты не замолвишь за нас словечко перед королевой, - хором попросили эльфийки. - Нам наскучило жить в опале.

Ивейна смотрела на них, как на жалкий сброд. А ведь все они волшебные дамы. В темноте они сверкали, как звезды.

За оградой сада давно стемнело. Если она уйдет домой одна, то во мраке не разберет дороги. Вот бы Ивейна взялась ее проводить. Она бы летела над дорогой, как живой фонарь.

- Я тебя провожу назад, - Элар обнял Глорию. - За поцелуй!

- Еще чего? - Глория хотела возмутиться. Не то чтобы Элар ей не нравился, но от него так и разило опасностью.

Она думала домой они пойдут пешком, но не тут то было. Эльф подхватил ее за талию и понес над зарослями. Вначале он летел низко, затем поднялся в вышину.

Башни замка замаячили в метре под ногами Глории. Тут эльф снизился и поставил свою ношу на балкон замка. Входной дверью он пользоваться явно не привык.

- До завтра! - улетая, Элар послал Глории воздушный поцелуй.


Когтистый разум


Какое-то когтистое существо ловко вскрыло замок, используя черную лапку, как отмычку. Глория ахнула, когда в спальню впрыгнуло небольшое животное типа кошки или обезьянки. Оно было и забавным, и жутким одновременно.

Мгновенно оно вскочило на кровать, не ранясь о шипы роз, занесло лапку и стукнуло по лбу Глории.

- Ах! - Глория опешила.

- Считаешь себя глупенькой? - обрадовалось существо. Говорить оно умело на человеческом языке.

- Нет! С чего ты взял? - Глория опасливо прикрылась одеялом. Когтистая лапка, занесенная над ней, ее пугала.

- Я промышляю тем, что даю знатным и богатым дурочкам мудрые советы, - гордо напыжилось существо. - Мне доложили, что ты решилась брать уроки фехтования у Фиора. Значит, у меня ты могла бы взять уроки мудрости. Так научить тебя уму-разуму? Не забесплатно, конечно.

Существо ловко цапнуло с комода сверкнувшую там монетку. Из монетки давно сделали кулон с просверленной в центре дырочкой, но существо даже не заметило разницы между самодельным колье и настоящими деньгами. Видимо, не такое уж оно умное. Или же слишком жадное.

- Надумала что-то?

- Спасибо, но мне не нужен учитель с наперсток размером, - съязвила Глория.

Существо не обиделось.

- Зато ума во мне целый океан, - похвасталось оно.

- Да неужели?

- Я кладезь премудрости. Могу сделать тебя мудрой за пару часов, если согласишься оплатить урок.

- Больше похоже на мошенничество.

- А если я скажу тебе, что однажды обучил уму-разуму одну очень глупенькую алуарскую принцессу, которую все считали недотепой.

- И какую же? Здесь ты меня не проведешь. Я приехала из Алуара и знаю всех тамошних принцесс. Их не так уж много.

- Принцессу Эстеллу.

- Такой принцессы там нет, но была королева Эстелла, которая прославилась своей мудростью.

- Именно о ней я и говорю, - черное существо напыжилось от гордости, будто стало королем само.

- Но она славится, как наимудрейшая! - Глория заподозрила обман. Когтистый гость что-то путает.

- До знакомства со мной она слыла слабоумной.

- Ты оскорбляешь королей моей родины!

- Надо мне их оскорблять! Без меня они все, как без головы!

Наверное, она тоже безголовая дуреха, раз вступает в разговоры со странными зверушками.

- Ты говорящая обезьянка? - Глория пригляделась к существу. Вело оно себя с обезьяньей ловкостью и прытью. А выглядело будто бес, обгоревший в печи до угольного оттенка.

- А, Разум! - ворвавшаяся в спальню Дженет схватила его на руки так, будто это существо было ее любимым питомцем.

- Ах ты, негодник! Сумел снова пролезть в замок мимо расставленных отцом силков! Ну и ловкач! И какой миленький!

Она и впрямь считает этого уродца миленьким! Да у него же рога, и шипы на спине, и когти размером с карманный нож. Глория испугалась, что он раздерет Дженет лицо, но уродец лишь шипел.

- Пусти! Нахалка! Ты мне весь хвост общипаешь! Думаешь, если тебе предначертано стать следуешь королевой фей, то можно маленьких обижать.

Дженет тискала сопротивляющегося бесенка, как игрушку.

- Я главный мудрец во всем мире, а не твоя кукла! - вопило существо.

- Раньше ты уверял, что ты главный мудрец Алуара.

- С тех пор прошло много времени. Я понял, что я самый мудрый на планете. Королева Эстелла мне это внушила.

- Если бы ты был умным, то не зашел бы к Глории. Она такая зануда!

Глория проглотила оскорбление, как горькую пилюлю. Сейчас не время спорить с Дженет. Нужно каким-то образом отнять у нее это когтистое существо и выставить его из замка, но уродец уже и сам выпрыгнул из рук Дженет и полез по столбцу кровати вверх, как кошка по дереву.

- Две глупые девчонки не хотят поумнеть, - причитал он себе под нос. - Ничего, потом сами приползете ко мне в царство с повинной и будете умолять, чтобы я дал вам совет, как выпутаться из противостояния с племенами Дану.

- Постой! - Глория встрепенулась, услышав знакомое имя. - Что ты знаешь о Дану?

Но хвостатый уродец уже прополз по потолку и вылез через окно. Его не догнать. Вероятно, она поспешила. Нужно было сразу принять его предложение взять уроки мудрости и расплатиться с ним какими-нибудь драгоценными безделушками. Если б маленькое чудище стало ее учителем, то ему бы пришлось отвечать на вопросы ученицы и подробно рассказывать обо всех местных волшебных племенах и их лидерах.

- По-моему, Дану лидер каких-то эльфийских племен, - подумала вслух Глория.

- Даже не заикайся о ней, - оборвала ее Дженет. - Это слишком жуткая легенда, но начиналась она красиво.

- Расскажи-ка!

Девочка лишь загадочно улыбнулась и выскользнула в дверь.

Глория подумала, не забаррикадировать ли дверь? Если поблизости с графством развелись такие существа, которые используют собственные когти в качестве отмычек, то одними замками на двери от них не убережешься.

Опасное тут оказалось местечко. С одной стороны угроза нападения хищных диких фей, с другой вероятность военного вторжения эльфов, с третьей чудовищные животные для которых запоры на дверях не помеха. Глория ощутила себя, как в военном лагере. Хорошо, что Фиор взялся обучать ее искусству боя. Иначе в этой глуши пропадешь.

Вчера Элар принес ее на балкон замка и улетел, послав на прощание лишь воздушный поцелуй. Меч вонзился в пол балкона, прочертил там какой-то защитный символ и сам полетел за Глорией, как цепной пес.

Сегодня утром Фиор ревновал. Из-за его ревности вещи летали по воздуху сами, а стены накалялись.

- Ты спозналась с другими эльфами, - определил он. - Изменница!

В Глорию полетели дротики, от которых она легко отбилась волшебным мечом. Как хорошо уметь защищаться самой.

- Больше уроков фехтования не будет, - предупредил Фиор. - Пусть опальные эльфы учат тебя приемам хитрости вместо приемов боя. Или они предпочли учить тебя танцам?

- В точку! Ты все их повадки знаешь!

- Вот и танцуй с ними. Вижу, как учитель я тебе больше не понадоблюсь. Танцевать с эльфами приятнее, чем учиться у меня фехтованию.

- Ты и так меня уже обучил. Хватит! - Глория обнаружила, что неплохо справляется с палицей, налетевшей на нее. Поединок с летающим оружием был коротким. Фиор быстро сдался и упорхнул назад на гобелен, а когтистый черный зверек приполз назад с потолка и начал жалобно хныкать:

- Послушай мою скорбную повесть, прекрасная рыжая леди!

- Ну, ладно. Что у тебя за жалобы? - смилостивилась Глория, пока начищала меч после битвы.

Зверек обрадованно вскочил на шелковую подушку и приветственно протянул лапку, которую Глория испугалась пожать. Уж слишком у него острые когти. Острее, чем обломки разломанных рапир на полу, оставшиеся от недавнего поединка.

- Я - Разум!

- Необычное имя! Или это кличка, которую дала тебе Дженет?

- Этим почетным именем меня нарекла сама королева Эстелла.

- Ты и при ней хотел стать учителем мудрости, отсюда и имя Разум?

- Как тебе объяснить, чтобы ты поняла, - зверек почесал черным когтем в затылке между рогами. - Я был разумом королевы, ну то есть советником. Но глупые придворные принимали меня за ее питомца, иногда за беса, который ее обольстил. Люди такие наивные!

- Только не я! - Глория воинственно приподняла меч.

- Уже смекнул! - Разум аккуратно отодвинул когтем кончик меча от своего хвоста. Как ни удивительно, а меч его послушался. - С тобой всё не так просто, как с милейшей королевой Эстеллой, которая, наущаемая вредными людьми, под конец верной службы заточила меня в сундук. А сама побежала за молодым вертопрахом.

- Как же ты выбрался? - заинтересовалась Глория.

- Меня вызволила одна морская волшебница. Любезнейшая дама в платье из пены, жемчуга и водорослей. У нее были с Эстеллой какие-то дела, поэтому она могла приплывать в замок и спокойно лазать по сундукам. Вот мне и повезло! Водяница меня отпустила. Ей земной питомец был не нужен. Водяные чародейки предпочитают ученых рыб, поющие раковины, крабов, дельфинов. В общем, я по критериям не проходил в ее питомцы и советники.

- Так ты питомец или советник? - не поняла Глория.

- Сам уже не знаю! Эстелла мне весь ум вышибла! А вначале такая милая была, но испортилась со временем, стала врединой.

- Бывает же!

- Угу! - Разум начал ей доверять и устроился на подушке с горестным видом. - В первые месяцы нашей дружбы Эстелла всем была хороша, кроме одного.

- И чего же? - Глория искала взглядом какой-то тяжелый предмет, которым можно зашибить когтистого собеседника, если он вздумает на нее накинуться, но Разум вел себя чинно, как на исповеди.

- Она пыталась сделать из меня вегетарианца.

- Кого? - Глория нахмурилась. - Кто такой вегетарианец?

- Тот, кто питается одними пирожными и сластями, а мяса ему не дают вообще.

- О таких я даже не слышала. Все рыцари обожают жареное мясо и эль. Вегетарианцы только бедняки.

- Не есть мясо вообще! - завыл Разум. - Ни кусочка человечинки!

- Что-что? - Эстелла опасливо отодвинулась от собеседника.

- Ну, я сам изворачивался и добывал себе пропитание. В королевских замках много прислуги и стражников. Вот я и съедал за ночь по одному охраннику.

- Ужас!

- Конечно, ужас, когда не кормят. Эстелла недаром вначале считалась дурочкой, установила мне неправильный рацион. Жри одни конфеты! Я же прыщами мог покрыться.

- Бедненький.

- Зато после долгого общения со мной Эстелла поумнела. Как профессор мудрости я себя оправдал. Могу и тебя чему-нибудь научить?

Его коварные глаза зажглись разноцветными искорками.

- Нет, не надо, - Глория испугалась. - Глупенькой быть проще. Если я слишком поумнею и начну давать советы, местным рыцарям это не понравится.

- Ну, так я их всех съем, - Разум хищно облизнулся.

- А кто тогда будет охранять меня от опасности? - Глория притворилась уязвимой. Не раскрывать же твари своих секретов.

- Я, - вызвался Разум. - Я одним мизинцем могу всех рыцарей Ангуса уложить.

Смех замер у Глории на устах, когда она вспомнила выходки распотрошенной дичи.

- Я, наверное, дурочка, но с рыцарями чувствую себя более защищенной. А наимудрейшая Эстелла и впрямь в юности была глупа?

- Эстелла еще была средней степени сообразительности. Вот принцесса Арчибальда, к которой я подался на службу спустя пару столетий, та действительно слыла дурехой. Она произвела меня в чин первого министра и причитала надо мной, как над родным детищем. "Дай я тебя медальку на грудь повешу, мой умненький! Дай я тебе бантик на хвост повяжу!" В общем, я от нее тикал, по дороге выбрасывая банты и розочки, которые мне на каждую лапку повязали.

Разум сплюнул от отвращения. Вместо слюны плевок состоял из дегтя и пепла. Глория поежилась. А огнем он дышать не может?

- Тоскую об Эстелле, - признался Разум. - Из моих протеже она была лучшей. Вначале я ее не оценил. Даже думал, что больше служить никому не стану. Морская волшебница меня выпустила из плена, как птичку из клетки, я собрал сокровища и был таков. Я не мот, конечно, но денежки закончились, и пришлось снова испробовать привычную профессию личного разума при глупых королях и королевах.

- Ясно, разум это значит советник, - намотала на ус Глория. Очевидно, эльфийский термин.

- Еще я успел поработать великим визирем при этарском султане, но султанша пыталась меня обольстить, и за это меня выставили.

- Какой ты порочный!

- Главный аспект делай на то, что я умный! - Разум назидательно потряс когтем перед лицом Глории. - Лишь благодаря преподаванию ума меня нанимают на службу.

- Дженет нужен учитель, но не такой кроха.

- Я ценен умом, а не размерами.

- Но ее компаньоны такие громилы, хоть и незримые.

- Их я выставить сумею.

Глория засомневалась.

- У меня великолепное резюме, - подзадоривал Разум. - Я у кого только не служил и всюду отличился.

- А прогнали тебя тоже отовсюду?

- Это не за плохую службу, я слишком дорого просил за услуги, но тебе сделаю скидку. До того, как я перебежал сюда, меня чуть было не наняла на службу одна царевна, но у нее уже была ученая кошечка, чьим советам царевна внимала. Кошечка сочла меня конкурентом.

Разум опасливо сощурился и стал что-то вынюхивать.

- У вас тут случайно ученых котов не водится?

- Водятся лишь ученые эльфы.

- Эльфов я запросто одолею.

- Не одолеешь, они от тебя улетят.

- Я про состязание в уме, а не в силе.

- С ними не поспоришь. Вот я пытаюсь, а эльф заглушает все мои протесты хлопаньем крыльев.

Или поцелуями! Но говорить об этом вслух непристойно.

- Я как-то пытался служить у одного раджи, у которого была уже ученая мартышка. Она тоже заглушала все мои речи пренебрежительными писками, и я лишил ее дара речи. Хочешь, покажу как?

Разум напряг лапку, на кончиках когтей выступили искры и полетели к лицу Глории.

- Берегись! - Дженет, выпрыгнувшая неизвестно откуда, выставила веер, будто щит, и искры отлетели назад к Разуму. Он хотел завопить, но на минуту онемел и лишь беззвучно двигал челюстями.

- Не верь ему! - предупредила Дженет. - Он не из моих друзей.

- Он твоим другом и не представлялся.

- Ах, вы обе... - Разум снова смог лишь шипеть. Кажется, проглотив искры, он охрип. - Хулиганки!

- Мы благовоспитанные леди, - возразила Дженет с кокетством взрослой женщины.

- Бандитки из притонов и те со мной были вежливее. Я ведь Разум! Меня все должны уважать.

- Он говорит, что он хороший преподаватель, - пояснила Глория. - Только не знаю: магии или каких-либо наук.

- Преподаватель всеобщей мудрости, - внесла поправку черная тварь и гордо напыжилась.

- Ах, да. Он хотел обучить тебя уму. Его кличка - Разум.

- Это Ибрацимус Угольный, - завизжала Дженет. - Еще его прозвали за связь с нечистью Ибрацимус Адский или просто Мрак.

- Разум, - поправил он. - Так назвала меня наимудрейшая королева Эстелла. Ты хочешь с ней не согласиться? Считаешь себя мудрее? Без меня вы все, как без ума.

Он довольно ухмыльнулся, видя замешательство Дженет.

- Ты вот такая глупенькая, что тебя даже мама бросила. Я тебе очень нужен. Ведь я могу подсказать, как вернуть ее расположение.

Разум запрыгнул Дженет на плечо, чтобы прошептать совет на ушко, но плечо девочки оказалось слишком узким. Разум с него свалился и заругался так, что у Глории уши завяли.

- А у королевы Эстеллы фигура получше была. На ее плече я мог удобно сидеть, - Разум с трудом поднимался из коробки для шитья, в которую упал. Шпильки и иголки торчали из него, как из ежика, но стоило ему отряхнуться, как они мигом разлетелись по спальне.

- Зачем вам, дамам, столько булавок и иголок? Я бы вам одним когтем наряды быстрее сшил.

- Что-то не верится... - слова замерли у Глории на устах, когда Разум превратил обрывки лент в изящную шляпку. Ему всего-то и понадобилось для этого стряхнуть с когтей цветные искорки. Ни ниток не потребовалось, ни иголок. А он мастер!

- Возьмите меня на службу! - попросился он.

- А в уплату отдавать тебя на ужин охранников? - Дженет была уже знакома с его привычками.

Глория очнулась от флера очарования. Да, работник Разум хороший, но слишком дорогостоящий. Всех рыцарей в замке не хватит, чтобы и один год его пребывания тут оплатить.

- Шел бы ты лучше к эльфам, - посоветовала она.

- Они смазливых девиц предпочитают. Я у них лишний.

- И здесь ты тоже лишний.

- Так куда же мне деваться?

- Поискать новую глупенькую принцессу, у которой ты можешь служить разумом, - с ехидством подсказала Дженет.

- Скажи на милость, где? В Илиоре ни принцессы, ни принца не ожидается, ведь Медея Шаи околдовала короля и не позволяет ему жениться.

- Ну, так наймись советником к нему, и королеве фей тогда дадут отставку.

- Стану я с этой ведьмой конкурировать. Она мне все когти за это повыдирает.

Глория хотела вставить, что с королевой фей можно бороться, но решила промолчать. Лучше держать свои секреты при себе. А то Разум выглядит слишком уж хитрым.

- Пожалейте меня! - вдруг жалобно заскулил он. - На что я буду жить, если вы меня прогоните?

- По преданиям ты стащил целый мешок драгоценностей королевы Эстеллы, когда бежал из Алуара, - припомнила образованная Дженет.

- А кто-то за мной подсмотрел? - удивился Разум. - Это была не кража, а самостоятельно добытая компенсация за невыплаченное жалованье.

- Морская волшебница Катарина, отпустившая тебя из сундука, всем раструбила свою версию.

- Вот злодейка! А я-то был ей благодарен. Выходит, она всего лишь скомпрометировать меня хотела, а не отпустить на волю, - заныл Разум.

- У тебя там рубинов и алмазов было в мешке больше, чем стоит весь наш замок, - скрупулезно подсчитала Дженет.

- Ну, так я же всё потратил за столетия.

- Как только умудрился? Королевство целое купил?

- Какое-там королевство! На жизнь длиной в века, знаешь, сколько денег нужно!

Дженет презрительно фыркнула.

- Узнаешь еще? - Разум опасно сверкнул глазами и снова жалобно запричитал. - Жизнь течет, денежки кончаются.

- Ну, так иди - работай!

- Куда? Если никто на работу не берет! - Разум оскалился. - Вот вы, двое, устроились тут, как барыни, а меня гоните.

- Поди пахать в поле! - ехидно скривилась Дженет. - При твоих недюжинных силах всех крестьян заменишь. Они как раз разбежались кто куда. Говорят, под полем нечисть похоронена. Ну, ты, мастер черной магии, и на таком поле рожь засеешь, торговать начнешь, и все мы станем от тебя зависеть. Ведь без хлеба людям не прожить.

- А это дело! - Разум почесал в затылке. - Я и пекарню могу построить за одну ночь, и хлеба выпечь, и рожь взрастить за час. Вот тогда это вы станете просительницами. И не думайте, что вашим летучим эльфам удастся у меня что-то для вас украсть. Сами придете на поклон. Вот тогда я с вами рассчитаюсь.

Он снова сплюнул дегтем прямо на дорогой ковер, закружился волчком и вдруг обратился в черный смерч, вылетевший в окно. Все предметы попадали с полок, будто кто-то их скинул.

- Зря ты ему это посоветовала, - вздохнула Глория. - С едой в замке и так не слишком хорошо. Только дичью и питаемся, хлеба нет ни ломтя.

Дженет и сама уже жалела.

- Не удержалась! Он такой наглый!

Над заросшим сорняками полем за замком что-то происходило. Там кружилось уже множество черных смерчей и вместо ржи росли черные гигантские стебли.

- Ничего доброго он не сделает, - утешила Дженет. - Если выпечет хлеба, то черные и отравленные. Съешь кусочек - разум потеряешь или покроешься черной сыпью.

- А почему поля заброшены? Крестьяне и вправду с них сбежали?

Дженет загадочно молчала и смотрела в окно. Над полем уже стоял целый ураган.

- Ничего, спящие дети Дану ему воздадут за грехи, - злорадно прошептала она.

- Ты о чем? - насторожилась Глория.

Но Дженет больше не произнесла ни звука, зато дозорный примчался с вестями, что на поле орудует бес и вырастают чудовищные сорняки. Как будто для Глории и Дженет это было новостью!


Черная рожь


От дразнящего запаха выпечки начало мутить уже к утру. Разум выполнил обещание и как безумный джинн вспахал поля, засеял и взрастил урожай всего за одну ночь. Глинобитные пекарни выросли на полях сами собой, а внутри выпекались булочки и хлеба.

- Хочу печёностей! - заныла Дженет.

- А зря мы его прогнали, - Глория покосилась на бесполезный меч. Что он стоит в углу? Слетал бы на поля, пригрозил Разуму и отнял что-нибудь силой. Только сообразительность подсказывала ей, что Разума мечом не напугать. Больно он прыткий. Меч может сутками гоняться за ним по полям, а даже не поранит.

- Недаром его Разумом прозвали. Вон какой хитрый!

Глория чувствовала, что аромат багетов выманит ее из замка уже к обеду. Вроде бы Разум хлебом не питается. Может, обменять булки на мясо ланей, вчера добытое охотниками? Не серьезно же он сказал, что ест только человечину. Наверняка, просто вид делал, чтобы произвести на дам впечатление. Мол, он и людоед, и силач, и пахарь, и сеятель, и косарь, и даже пекарь. Почти всё оказалось правдой.

Черные стога сена на полях напоминали хижины, из которых сверкали мириады злобных глаз. Это точно не полевые мыши.

К обеду Глория осторожно продиралась по полю. Черная рожь цеплялась за платье. Она оказалась колючей, как репейник.

- Не ходи, - шипели колосья. - На полях поселился бес. От бесов нужно бежать.

- Я бы сбежала, да есть-то хочется, - огрызнулась на них Глория. Волшебного меча в ее руке черные колосья испугались. Лишь поэтому она и уцелела, а вот трупы каких-то путников валялись обглоданными в зарослях черной ржи. Колосья вросли прямо в плоть, будто это удобрение.

В пекарне ловкий черный бесенок закручивал хвост зигзагом и орудовал громадной лопатой для хлеба. Задорная песенка лилась на милю кругом:


- Как я при королях служил!

Как я головы правителям дурил!

Лишь Эстелла обманула меня.

А ведь дурочкой принцесса слыла!

Чем дурее девица, тем хитрее.

С дурачками опыт я уже имею.

В их хваленую глупость я уже не верю.


На противне подрумянивались хлеба. От них приятно пахло, хрустящая корочка манила попробовать, но вид нескольких трупов за обеденным столом настораживал. Тела, сидящие на стульях, сгнили до черноты. Между ними стояла необычная ступа, макет мельницы, чаны с черной мукой и миска с черным же тестом.

У Глории всё сжалось в животе. Почему тесто черное? Наверное, потому же, почему и колосья черные. Они взращены бесом. Макет мельницы, наверняка, способен увеличиваться, если Разуму нужно перемолоть пшено.

- А, пришла! - Разум не обернулся, но, очевидно, глаза у него были и на затылке. Он задергал острыми ушами. - Извиняться явилась! Учти, я неумолим.

- Давай лучше поторгуемся. Сколько стоит дюжина булочек?

- Всего-то жизни, - Разум с обезоруживающей ухмылкой выдвинул противень, выложенный черными, как уголь, кренделями и булочками.

- Неужели ядовитые? Лишь из-за цвета?

Пахли они аппетитно.

- А ты проверь?

- Лучше дай мне вон те из печи, которые еще не почернели.

- Дать или продать? - Разум исхитрился отразить нападение меча Глории лопатой для хлеба.

- Сколько ты за них хочешь?

- Весь ваш замок и вас в рабыни в придачу: и тебя, и Дженет.

- Дороговато!

Разум явно измывался.

- А мне дешево было от вас лапы уносить и чувствовать себя побитым. Не подхожу вам в советники, значит? А кого вы лучше меня здесь видели? Я самый умный во всех волшебных государствах!

- Точнее хитроумный.

- Не придирайся к словам.

- Ловко ты нас обставил.

Разум ликовал и угрожающе тряс лопатой, чтобы меч не смел пикировать на него. Как такой малявка может удержать такую здоровенную лопату! Магия - невообразимая сила!

- Может, обменяем булочки на что-нибудь интересное? - заискивающе улыбнулась Глория. Живот у нее уже урчал от голода. Да и Дженет ждала булочек.

- А что ты мне предложишь? - заинтересовался Разум. - Бриллианты? Жемчуга? Золото?

- Ленты, тесемки, галуны - всё, что душа пожелает.

- Не годится! Мои хлеба волшебные. Они стоят всей королевской казны.

- И что в них такого особенного, кроме черной корочки?

Разум лукаво сощурился.

- Съешь и узнаешь.

- Дай кусочек на пробу.

- Дегустировать не позволено, можно только купить, - важно заявил он и шикнул на огненных фей, выглянувших из печи, которые в обмен на ленты готовы были сторговаться.

- В обмен на замок?

Разум кивнул.

- Может на четверть замка? - Глория обнаружила в себе талант торговки. - Ну, ладно, на половину?

- С магическим договором, - в лапке Разума сформировался пламенный лист. - Подписывай кровью, расторгнуть и нарушить соглашение магия уже не даст.

Глория испугалась.

- К чему такая юриспруденция? Мы же с тобой не стряпчие, не нотариусы. Половина замка может официально считаться твоей и без всякого документа. Живи там хоть тысячу лет, ты нам не помешаешь.

- А спустя тысячу лет меня, приняв за привидение, прогонят новые родственники или захватчики? Надуть решила!

- Ну, я тысячу лет не жила. Мне бы прав владения и на сотню лет хватило.

- То-то и оно. Ты не понимаешь проблем бессмертного существа! Сама спокойно умрешь, а мне жить и страдать еще целую вечность.

- Бедненький!

- Ты меня не разжалобишь! Пошла отсюда!

- Не накормишь голодных соседей?

- У вас в замке мяса ланей полно.

А он уже учуял! Ну и нюх у него!

- Ты тоже можешь поохотиться в графских угодьях.

- Я и охочусь, - он осклабился, - на людей.

- Тогда к чему тебе хлеб?

- Чтобы сводить людей с ума и выманивать у них в обмен на хлеб всё, что захочу.

- Вообще-то это земли Ангуса, ты занял их незаконно.

Глория кивнула мечу. Пора в бой!

- Не можешь выменять или купить, так хочешь взять силой, - смекнул Разум. - Со мной эти штучки не пройдут.

И правда! Он легко отражал удары меча лопатой. Она у него, как стальная. Меч ее даже не поцарапал, а бил энергично, как мог.

- Убирайся назад к пьянчуге графу и эльфийской дочке, - возмущенно вопил Разум, парируя удар за ударом. Воителем он был неустанным. Мог часами подпрыгивать и драться. Кто бы о нем сказал!

- Я и во сне не нуждаюсь, - угадал ее мысли он. - Такой рыжей вредине, как ты, меня не одолеть. Даже с десятью волшебными мечами!

Меч чуть не переломился от сильного удара лопатой.

- Ладно, пошли! - Глория отчаялась.

Меч послушно улетел за ней, срубая колосья и когтистые черные руки, тянущиеся из земли.

- Армия Дану просыпается, - пищал кто-то.

- Плевать мне на вашу Дану, - донесся гневный возглас Разума. Почему-то в его наглом тоне угадывалась тревога.

Колосья вырастали в человеческий рост, мешая идти. Меч срубал их, но из обрубков вытягивались новые.

Дома ждал Фиор. Он сидел на потолочной балке и почитывал пособие по боевым искусствам.

- Фехтовать учиться сегодня будем? - обрадовался он, завидев Глорию. Обидчивости эльфа надолго не хватило.

- Хоть бы он обожрался, - цедила она сквозь зубы. - Жадина! Ни крошки не дал!

- Ты о Ибрацимусе? Он всегда отличался корыстью. У него снега зимой не выпросишь. А если он проявляет щедрость, то всем и каждому во вред. Попросишь у него дождя в засуху, например, а он посыплет поля огненными искрами и скажет, что это дождь.

- Ненавижу его!

- У тебя черная рожь в волосах застряла, - Фиор слетел вниз.

- Ай! Где? - Глория помнила, как хищна эта рожь.

- Обещай, что больше не изменишь мне с опальными эльфами, и я ее стряхну.

- Ладно, обещаю.

Фиор смахнул кусачие колосья, и они расползлись, как черви.

- А ты ловкий! Не мог бы слетать и обворовать беса на пару булочек.

- Они у него ядовитые. Съешь и окосеешь или рябой станешь, а можешь и в черную жабу превратиться.

- Тогда дай мне эликсир от голода.

- Я знаю способ лучше.

Фиор исчез ненадолго, а Ангусу принесли вести о трех рыцарях, которых бес в полях накормил хлебом, от которого они обратились в гниющие черные мощи. Видимо, хорошо, что Глория угощения была лишена. Неужели Разум ее пожалел? Нет, для этого он слишком хитер. Кажется, он обозвал Дженет эльфийской дочкой. Любопытно, почему?

Неужели она и впрямь подменыш? Идти назад на поля и расспрашивать беса подробнее она не станет, да и он честно не признается, а начнет снова водить ее за нос.

Фиор вернулся с корзинкой, увитой лесными фиалками, в которой - о чудо! - лежали свежеиспеченные булочки и даже пирожки. Вместо салфеток лакомства были завернуты в зеленые листья плюща.

- Это из пекарен опальных фей, - пояснил Фиор. - Они в чаще проживают, подальше от Медеи Шаи, которая их прогнала за злостное неповиновение. Им это только на радость. Теперь они самостоятельные и независимые.

- Какие любезные дамы!

- Только от их выпечки путники, которым посчастливилось заметить пекарни, могут безудержно протанцевать или пропеть до самого утра. Пока не стопчут себе ноги в кровь или не сорвут голос на хрип.

- Ой! - Глория чуть не подавилась пирожком.

- Не бойся! Эти пирожки без примеси подобной магии. Они передали их для Дженет, но думаю, и ты можешь отведать. Феи не обидятся. Ведь ты ей тетя.

- А что за дела у Дженет с феями? Они ее знают?

- Она им нравится, - обтекаемо ответил Фиор и опустил глаза.

Эльфийская дочка? Глория жевала пирожок с малиной и размышляла над этим странным определением.


Золотые шипы


Золотые розы! Разве бывают золотые розы? Наверное, это всего лишь ювелирное украшение. Розы обвивались вокруг арки, как живые.

- Только не трогай их! - предостерег Фиор.

Но она уже тронула и укололась. Золотые шипы оказались очень острыми. Лепестки золотых роз тотчас задрожали и зазвенели. Глория недоумевала. Трепещут они, как от ветра, а звенят, как металл. Нужно понюхать розы. Если они живые, то должны источать аромат. Стоило наклониться, и кто-то отдернул ее за волосы.

- Не смей!

Перед Глорией стоял статный эльф, весь будто слитый из золота. Его одежда, полупрозрачные крылья, лицо, волосы, губы, даже глаза - всё было золотым. Глория ахнула. Наверное, это сон! Но щипался эльф больно. За его спиной из арки выступали такие же золотые дамы и кавалеры. Причем у них были крылья. Значит это феи и эльфы, а не дамы и кавалеры. Глория хотела присесть перед ними в реверансе, как того требует вежливость, но приседать в реверансе с мечом наперевес было как-то неловко.

Золотого эльфа ее меч не напугал.

- Розы не для тебя! - грозно пророкотал он.

- Простите! Я не собиралась их срывать, только хотела разглядеть...

- Розы для Амаранты, - эльф сорвал золотые плетни роз и собрался унести с собой. - Это был подарок от моего господина для нее.

- А где сама Амаранта? Ты разве ее здесь видишь? - разозлилась Глория. Почему все говорят о ее кузине загадками. - Ты хоть знаешь, где она сейчас? Говорят, что ее больше нет.

Эльф так заразительно рассмеялся, что кровь застыла у Глории в жилах. Казалось, что стены затряслись от смеха эльфа, будто от шагов великана. Глория даже не успела взять меч на изготовку, чтобы защититься в случае нападения. Эльф поспешно забрал розы, которые его самого не ранили, и ускользнул назад в арку.

После этого арка и золотая процессия исчезли мгновенно, будто их всех тут и не было. Глория смотрела на гладкую стенку без золотых роз.

- Ну и ну!

- Осторожней! - предупредил Фиор.

По коридору мчалась стройная фигура. Опять золотая дама. Только на этот раз бескрылая. Она напоминала ожившую золотую статую. Стоило ей приблизиться, и Глория чуть не бухнулась в обморок. На нее смотрело ее собственное лицо, отлитое из золота. Платье и прическа золотой дамы были однотонными, но копировали наряд Глории.

- Кто ты такая? - Глория потянулась рукой к золотому лицу. - Ты призрак?

Но пальцы нащупали золотой металл. Дама была металлической! Как же ей удавалось так пластично двигаться? Должно быть, дама волшебная.

- Тебя прислали эльфы, чтобы ты меня напугала до смерти? - задала наводящий вопрос Глория.

Опять никакого ответа. Ее золотой близнец смотрел на нее, широко раскрыв золотые глаза без зрачков и загадочно улыбался.

- Это золотая копия, - пояснил Фиор таким чинным тоном, будто представлял особу королевских кровей.

- Удивил! Я и так вижу, что это копия меня: золотая и немая.

- У этой копии есть имя. Ее зовут Луэллина.

- Вы оба меня разыгрываете! Это какое-то колдовство?

Глория переводила взгляд с докучливого эльфа на странное золотое создание. Наверняка, эти двое сговорились, чтобы заманить ее в какую-то магическую ловушку или свести с ума своими фокусами. Кто не рехнется, увидев копию себя, отлитую из золота и живую! Но Глория была не робкого десятка. С нею этим проказникам-эльфам не повезло. Такой легкой жертвой, как Амаранта она не станет.

- А ну-ка, кончайте шутить! - Глория угрожающе выставила вперед меч, который на этот раз не зарос розами, а остался острым.

И эльф, и живая статуя ее угрозу проигнорировали. Зато свора гончих Ангуса, которую кто-то выпустил в коридор, золотую даму напугала. Стоило псам зарычать на нее издалека, как золотая девушка стремглав кинулась прочь, скользнула за поворот коридора и скрылась из вида. Ступала она для золотой статуи удивительно легко и бесшумно.

- Я точно угадала, что тут какой-то подлог, - победоносно заявила Глория. - Металлические скульптуры так без скрипа и натуги не передвинуть. Ни одна статуя не может носиться по коридорам легко, как мотылек. Ты меня надул, Фиор!

Глория обернулась и прижала кончик лезвия меча к горлу не Фиора, а Ангуса, который недоуменно смотрел на нее и на меч в ее руках.

Куда же делся Фиор?

- Ты что тут делаешь? - огорошила Глория нелепым вопросом хозяина замка.

- Вообще-то это мой замок, - мрачно ответил Ангус. - Я имею полное право тут находиться.

- Да, наверное... - Глория ощутила неловкость, и ее щеки вспыхнули румянцем.

- А что ты искала в птичнике?

- А разве тут есть птичник?

До ушей Глории запоздало донеслось щебетание птиц. За аркой с золотыми розами действительно скрывался птичник. Сейчас, когда розы и арка исчезли, стал виден широкий проход в помещение с пальмами в кадках и клетками.

- Не знала, что суровые рыцари увлекаются коллекционированием редких птиц и растений.

- Птичник был подарком для Амаранты.

- Как и розы.

- Розы выросли сами.

- Ты, наверное, говоришь о тех белых и красных розах, которые обвили башни замка, а я только что видела золотые розы.

- Эльфы дурят тебе голову, - Ангус попытался выхватить меч из рук Глории. - Даме не пристало разгуливать с оружием наперевес.

- Еще как пристало! - Глория потянула меч на себя. - Тут края такие опасные, что без оружия пары шагов пройти нельзя.

- Что сказали бы твои родители, если б узнали, что из леди ты стала дикаркой?

- Родители далеко. Если ты не пошлешь им письмо, то они ни о чем не узнают. К тому же у меня так много братьев и сестер, что обо мне никто и не волнуется.

- Если эльфы тебя украдут, родители тоже не станут переживать?

- Эльфы не собираются меня похищать! Как оказалось, они брезгуют рыжеволосыми девушками.

- Они тебе лгут. Едва ступишь на их территорию, уже не вернешься. И меч тебе против них ничем не поможет. Амаранту я не сумел уберечь, но с тобой придется быть более строгим.

- Не отдам! - Глория отстаивала меч с такой же агрессией, как когда-то украденные еще в детстве материнские серьги. - Это мое, а не твое! У тебя и так оружия навалом! Мне тоже нужен меч для самообороны!

- Скорее для самоубийства! - хмыкнул Ангус, но бороться за меч перестал. - Ты даже держать его не умеешь.

- Но с ним мне спокойнее! Буду держать его под подушкой на случай нападения эльфов.

- Только не поранься!

Глория прижала к себе меч, будто возлюбленного.

- Представляешь, как король Илиора посмеется, когда я приведу на следующую войну воительницу в нарядном кружевном платье?

Смех Ангуса вышел горьким.

Мать в детстве тоже сетовала, что дочери, у которой не проколоты уши, сережки ни к чему, но всё равно оставила их Глории. Глория не считала себя воровкой. У самой матери драгоценностей насчитывались десятки шкатулок. Из одних сережек вполне можно было сделать игрушку. Вот и меч Ангуса стал очередной игрушкой избалованной барышни.

- Я научусь владеть им, как рыцарь, - пообещала Глория.

Ангус хмыкнул с таким выражением, что Глория ощутила себя простушкой. Ну, пусть и дальше ей не верит. Она докажет, что в фехтовании женщина может быть ничуть не хуже мужчин.

В присутствии Ангуса меч вел себя странно. Лезвие не шипело, не требовало крови и даже не попыталось взмыть в воздух и напасть на Ангуса сверху. Видимо, в этикет волшебных мечей входило не нападать на хозяина замка, в котором они находятся.

- Ты снова принесешь сюда беду, как когда-то ее принесла Амаранта, - вздохнул Ангус. - Когда-то здесь часто бывали гости. Графство процветало. Теперь тут царит упадок. И знаешь из-за чего?

- Из-за чего же?

- Из-за эльфов.

- А при чем тут я? Ты же не считаешь меня подружкой эльфов? - Глория лицемерила, а Фиор предусмотрительно не показывался.

- У тебя эльфийский меч, - недовольно буркнул Ангус. - Он до добра не доведет.

Глория считала, что как раз наоборот, но тактично промолчала.


Лабиринт в гобелене


Какой-то рыцарь напился и рассказывал байки о том, что знает, как отнять у эльфов золото.

- Нужно всего лишь выйти ночью на перекресток и бросить золотую монетку со словами: "катись в Зеленые Холмы, семь кладов из них для меня отыщи". Тут же появится сверкающая эльфийка, парящая над перекрестком и укажет, где спрятано золото. Нужно забрать его и унести до рассвета, иначе за похитителем погонится целый эльфийский отряд. Лучше брать ровно столько, сколько сможешь унести и не возвращаться на место кражи. Пока эльфийка не исчезнет в лучах рассвета, погони еще нет.

- Ты не про фею перекрестков говоришь? - поймал хвастуна на лжи кто-то из собутыльников. - Она хранит клады на перекрестках и требует за их обнаружение всего лишь поцелуй.

- Разве плохо поцеловаться с феей?

- Может и не плохо, но от поцелуя феи перекрестков люди гниют прямо на глазах, их кожа становится землистой, а конечности отсыхают. Вот цена охоты за эльфисйкими кладами! Лучше уж откопать горшочки лепрехунов!

Кругом стоял оглушительный рыцарский смех и бряцанье лат, но хвастливый рыцарь снова принялся за свое.

- Искать лепрехунов - забава для детей.

- А бродить ночью по перекресткам - развлечение для ведунов и колдуний, а еще для суеверных людишек.

- Один поваренок как-то раз сходил ночью на перекресток, где видели фей, чтобы доказать, какой он храбрый. Он уверял, что протанцует в кругу фей всю ночь, а наутро станет богатым. Вышло так, что он вообще не вернулся. Из когтей фей никто живым не возвращается.

Брага лилась мимо чарок на пол. Фиор, сидевший на гобелене, недовольно корчился, а Глория подслушивала рыцарскую болтовню, застыв в проеме дверей. Никто не обратил на нее внимание. Рыцари были слишком пьяны. Что еще делать в замке, осаждаемом нечистью, если не запивать горе хмельными напитками?

Фиор понял, что можно позабавиться, подшутив над пьянчугами. Он принялся парить над рыцарями и сдергивать кокарды у них со шлемов, или отнимать сами шлемы и играть ими, как мячиками. Силы у Фиора оказались недюжинными. Он швырнул один шлем так, что чуть не убил дюжего вояку.

Летающего эльфа над головой никто не видел. Рыцари начали обвинять друг друга, завязалась короткая перепалка, затем потасовка.

- Хватит вам! Это эльфы нарочно нас ссорят, - выкрикнул тот рыцарь, который хвастался, что может найти эльфийские клады. Как ни странно, друзья ему поверили.

Хвастун и сам не подозревал, насколько он прав. Фиор озадаченно завис в воздухе с украденным шлемом. Его никто не видел, но его присутствие учуяли. Эльф был недоволен.

- Я докажу вам, что есть путь к эльфийским сокровищницам прямо из этого замка, - снова принялся за свое хвастливый рыцарь. Его бахвальству никто не верил, даже когда он начал шарить по стенам, будто в поисках тайников.

- Где же этот заколдованный гобелен? - рыцарь не сразу нащупал бахрому гобелена. - Вот он! Мой путь к эльфийским кладам!

Рыцарь шагнул в гобелен и пропал.

Глория терла глаза. Не могло же ей привидеться? Она же не пьяная! А вот подвыпившие рыцари даже не поняли, что их товарищ исчез. Они продолжали наполнять чарки хмельными напитками и бахвалиться друг перед другом. Прямо не рыцари, а старые девы! Как можно спокойно сидеть и распускать языки, когда человек пропал у них на глазах!

Глорию, которая подошла к ним, пьяницы тоже не заметили, пока она не дернула одного из них за ржавеющие латы.

- Где тот хвастун, который только что уверял, что знает, как отобрать золотые клады у эльфов?

- Роберт?

- Да, наверное, так его зовут.

- Только что был здесь, - рыцари озадаченно переглядывались. - Рассказывал байки.

От рыцарей сильно разило. Они никак не могли узнать Глорию. Пусть себе пью дальше. Глория начала ощупывать гобелен. Где-то тут точно должен быть тайный ход. Но где? Стена под гобеленом гладкая, а вот на самом гобелене смешиваются цвета, образуя подобие воронки. Глория зажмурила глаза и собралась повторить фокус хвастливого рыцаря - шагнуть прямо на гобелен. Так и лоб можно себе разбить, но нужно же проверить, куда он делся.

- Не смей! - взвизгнул Фиор, но Глория уже сделала шаг вперед.

- Смотрите, эльф под потолком, - заметил кто-то из рыцарей.

Глория опешила. Голоса пьяных рыцарей доносились до нее откуда-то сзади. Неужели она очутилась внутри гобелена? Тут всё пестрило от ярких красок. Цветные нитки опутывали проход вперед, цеплялись ей в запястья, обвивали талию. Нити ползли сами, как черви, но освободиться от них оказалось не сложнее, чем от паутины.

- Стой! Вернись! - Фиор догнал ее и вцепился сзади. - Не надо туда ходить!

- Почему? Там опасно?

- Гобелен - лабиринт.

- А я не вижу тут лабиринта! Я будто в клубке ниток очутилась.

Стоило это сказать, как Глория выскользнула на цветущие тропинки. Благоухание цветов ударило в ноздри смесью приторных ароматов. Стайки разноцветных бабочек распутывали клубки пестрых нитей. Каждая бабочка окрасом крыльев повторяла одну из нитей гобелена.

Узкие тропинки оказались скользкими мостами.

- Ой! - Глория поскользнулась.

- Я же предупреждал, - Фиор парил рядом и поддерживал ее, чтобы она не упала.

- Это и вправду лабиринт!

Под ногами Глории расходились мосты из радуги. А под мостами разверзалась головокружительная высота.

- Мы в небесах?

- Мы в лабиринте. Он состоит не только из радужных мостов, - поправил Фиор с видом знатока.

- Каким образом лабиринт уместился в одном гобелене?

- Я разве не сообщил тебе, что гобелен зачарованный? Это даже не гобелен, а путь в волшебные государства, главным образом в стану эльфов. Когда король эльфов подарил его на свадьбу твоей кузине, он надеялся, что через этот гобелен она станет часто навещать его, но всё сложилось иначе. Гобелен остался висеть в замке никому не нужным, и я решил, что имею полное право на нем поселиться.

- Надо же, какие волшебные вещи есть! - Глория зачарованно следила за цветными облаками возле радужных мостов. Идти по радуге, образующей в высоте целую сеть перекрещенных путей, было увлекательно, но Фиор посоветовал выбрать тот мост, который спускается на уровень ниже. За ним протянулись дороги, тонущие в зарослях жасмина и сирени.

- Это мои любимые волшебные сады, - признался Фиор. - Еще пару столетий назад в них обитали злые вредные феи, но сейчас сады бесхозные. Я планирую поселиться в них, но мне жаль бросать замок насовсем, поэтому я витаю между двумя сторонами гобелена.

В садах бил фонтан с зеленой водой.

- Это магический эликсир, - пояснил Фиор.

Какое-то волшебное существо плавало в фонтане и бдительно охраняло его содержимое. У существа прямо в коже рос причудливый ключ.

- Страж фонтана, - Фиор кивнул ему и оттащил Глорию подальше от фонтана.

- Если не черпать эликсир из фонтана, то страж тебя не тронет, - пояснил он.

Глория высвободилась из его объятий и выбрала путь сама. Лабиринт дорожек петлял между фруктовыми и цветочными садами. В одном из садов рос мухомор размером с дом. Как оказалось, домом он и был. Внутри гриба поселились забавные грибные феи. Фиор приветливо помахал им и объяснил Глории, что есть бродячие феи, которые не подчиняются Медеи Шаи.

- Королева фей обозвала их нищими, бродягами и попрошайками, которые недостойны ее общества. На самом деле они милые феи цветов, грибов, сосновых шишек и орешника.

- Ты со всеми дружишь? - Глория ощутила укол ревности.

- Разве можно дружить с феями? - Фиор развел крыльями. - Никогда не знаешь, что у фей на уме.

- Но ты с ними здороваешься, значит общаешься.

- Это шапочное знакомство.

Эльф был недоволен допросом.

- Общение с пьяными рыцарями еще аморальнее, чем с шаловливыми феями, - поддел он.

- В замке Ангуса живут лишь пьянчуги-рыцари и еще один нахальный эльф. С кем мне общаться кроме вас?

Фиор обиженно замолчал.

- Разве я нахальный? - спустя какое-то время спросил он.

- Еще какой!

- А я-то думал, я галантный. Все эльфы галантные хищники. А девушки наши жертвы.

- Только не я! - Глория срубила мечом густой камыш, заслонивший путь вперед.

- Зря ты это сделала, - всполошился Фиор.

Из камыша полился черный сок, тягучий, как смола. Через секунду он вспыхнул прямо под ногами. Дорога стала огненной. Фиор едва успел подхватить Глорию и унести подальше от пылающих территорий.

- Больше не размахивай мечом на волшебных тропах, - назидательно прошептал он на ухо Глории. - Тут тебе не ристалище!

Глория обиженно фыркнула. Она не думала, что стоит скосить мечом камыш, как разгорится пожар. Действительно нужно было кроме боевых искусств осваивать еще и магию. Не всегда можно положиться лишь на физическую силу.

Дорожка из ракушек пролегала прямо по тихой заводи, полной лилий и кувшинок. Глория ступила на раковины и поняла, что по ним можно идти, как по камням.

- Вперед! Смелее! - подгонял парящий рядом Фиор.

Из воды выныривали руки с перепонками. Глория заметила головы и хвосты русалок. Благо, что они не планировали ее утопить. Наверное, лишь благодаря сопровождению Фиора. Он приветливо махал русалкам, как и феям.

- Очередные шапочные знакомые? - приревновала Глория.

- Угу, - Фиор жеманно поправил золотые пряди, касавшиеся его лиственного воротника. - Русалкам нравятся эльфы.

- И феям тоже! Сколько у тебя еще шапочных знакомых?

Фиор начал загибать пальцы и перечислять:

- Нимфы, наяды, никсы, гномеллы, берегини, кентаврицы, лесные колдуньи, и еще одна наглая смертная рыжая девица. Вот эта! - он шутливо дернул Глорию за косу.

- Это ты меня называешь шапочной знакомой!

- А кто же ты?

Глория задумалась. Вопрос тупиковый. Действительно, кто она ему? Он-то сам приживала в замке Ангуса и явно опальный эльф. Но кем она является для эльфа?

- Я твоя ученица, - нашлась Глория. - Ты учишь меня фехтованию. И еще я твоя подруга.

- Скорее дуэнья! Выговариваешь мне за каждую шалость! Нотации читаешь! А я хочу просто веселиться.

Фиор обхватил Глорию за талию и протанцевал с ней в воздухе над прудом. Русалки недовольно забулькали. Их ревнивые голоса оказались даже неприятнее, чем кваканье лягушек.

Русалок можно понять. Фиор красавчик. Даже в вечерней тьме он светится, как солнечный луч. Глория потянула зеленые стебли, служившие завязками его воротника.

- А ну, поставь меня на землю! Мне нужно найти того хвастливого рыцаря, который шагнул в гобеленовый лабиринт.

За прудом дорожки перемежались с продолговатыми мостами. Глория ступила на мост, обросший лианами кремовых розочек. Аромат там стоял дивный.

- Назад! А то потеряешь память, - предостерег Фиор. - За мостом живет фея забвения.

За мостом действительно стоял громадный белый гриб, служивший домиком для бледной феи с обвисшими крылышками. Фея варила отвар из белых трав, чтобы поливать им землю. Из капель отвара вырастали кремовые розочки. А от розочек исходил гипнотизирующий запах.

- Видимо, не всех фей Медея Шаи прогнала зря, - сделала вывод Глория.

- Те феи, которые остались в ее свите, еще опаснее.

Фиор потянул Глорию на тропинки, бежавшие мимо полей лаванды и хмеля. За ними простирались заросли маков, рододендронов, ракитника и вереска. На каждом участке волшебной территории росло лишь по одному виду цветов. Сады чередовались. Один сад из жимолости, второй сад из гладиолусов, третий из магнолий, четвертый из роз. Вместо живых изгородей с деревьев свисали гобелены, сплетенные из трав и цветов. Глория заметила нескольких фей, которые занимаются плетением.

- За каждым садом скрыто по волшебному царству, - пояснил Фиор.

Надо многими садами никогда не садилось солнце. Цветы росли в форме причудливых пирамид, в фонтанах били радужные струи вместо прозрачной воды.

Глория бродила бы по садовому лабиринту вечно, если бы не заметила рыцаря. Он пытался откопать что-то под холмом. Вместо лопаты он использовал собственный меч. Гном в островерхом колпаке прыгал возле ямы и расточал угрозы. Подвыпившему рыцарю было всё равно.

- Я вырою эльфийский клад и уеду в Илиор, буду жить при дворе в свое удовольствие, - приговаривал он.

- Это золото Дагды и его эльфов, - кричал гном. Зеленый дракон, спавший на холме, тоже недовольно ворчал на рыцаря, но не вмешивался.

- Теперь мое! - рыцарь присвистнул от радости, когда на дне ямы засверкали золотые монеты странной чеканки.

Одна монетка, поддетая кончиком меча, отскочила к ногам Глории. Глория подняла ее. На монете вместо привычного орла и решки была с обоих сторон изображена женщина с рогами вместо короны и чешуей на лбу.

- Золото Дану! - гном, разглядевшей чеканку, моментально исчез. Лишь столб фиолетового дыма развеивался на том месте, где он скакал.

Рыцарь, как оказалось не бывший хвастуном, сгреб золото в охапку.

- Прощай мрачный замок графа Ангуса! Поеду в столицу! - ликовал он. - Женюсь на знатной бесприданнице и войду в королевскую свиту.

Не тут-то было! Из ямы вытягивались то ли лапы, то ли тонкие клешни. Они обхватили рыцаря со всех сторон, как конечности паука и сдавили.

- Грабитель! - послышался шипящий женский голос.

Через считанные секунды от грабителя осталась лишь кровавая лужа. Сверкающие клешни уползли назад в яму, которая мгновенно закрылась слоем свежей земли. Золото было снова погребено. Лишь одна монетка осталась у Глории.


Медея Шаи - королева черных фей


Грабителя наказали, но неприятный осадок на душе остался. Она ведь только что наблюдала за убийством. Или убийство за преступление принято называть казнью? И может ли казнить кого-то волшебное существо, вынырнувшее из ямы с кладом?

Глория вертела монетку, как талисман. Рыцарь нарвался на своей жадности. Никогда не нужно воровать золото у эльфов. Или кто спал в земле? На эльфа конечности существа не слишком смахивали. Скорее там спал золотистый осьминог. Так ли выглядят все хранители погребенного в земле золота?

- Там дальше царство Семи Холмов. Мне туда нельзя, - Фиор настойчиво потянул Глорию назад.

- Царство Семи Холмов это разве не царство летних эльфов?

- Вроде того.

- Тогда почему тебе, эльфу, туда нельзя?

- Какая ты любопытная! - Фиор с досадой взмахнул крыльями.

- Скорее любознательная, - поправила его Глория. - Я всё и обо всём хочу знать.

- Попалась же мне в подружки умница-разумница, - ворчал Фиор по дороге назад. Путь он выбрал через сады черемухи и мирта. Глория заметила деревья с золотым миндалем, а еще березовые рощи, в которых стволы берез напоминали женские тела.

- Это дриады? - Глория метнулась к березе, нарост наверху которой напоминал девичью голову.

- Нет, - Фиор оттащил ее. - Не прикасайся к этим березам, иначе сама станешь березкой.

- Не верю!

- Они все были когда-то девушками, но провинились, как я, и теперь отбывают срок наказания.

Ну вот! Эльф проговорился, что он в опале. Только виновника могли сослать подальше от королевства эльфов. Наверняка, Фиор сослан за проказы.

Карета без лошадей стояла посреди сада, а внутри ее окон проросли пышные камелии. Внутри на сидениях тоже разрослись букетами цветы. Колеса и оси плотно обвили стебли камелий.

- Когда-то это был экипаж одной герцогини, которая решила, что может без приглашения посетить страну эльфов. Она доехала досюда от самого Илиора, а тут ее постигла плачевная судьба. Феи камелий ее задержали на полпути, - Фиор расчистил скелет, который лежал внутри кареты, весь заросший камелиями. - Тебе повезло, что ты гуляешь тут вдвоем со мной, иначе с тобой вышло бы также.

- Не запугивай! - Глория прижимала к себе меч, не опасаясь, что он ее поранит.

Путь лежал через мост, по бокам которого разрослись персиковые деревья. Глория нарвала на мосту плодов. Это оказались не персики, а какие-то необычные фрукты. Сверху них нарастали розовые листья, закрученные, как у кочанов капусты.

- Это волшебные плоды, - одобрил Фиор. - Вкусив их, ощутишь эйфорию. Только последствия могут быть плачевными.

- И какими же?

- У тебя на коже, например, появится сыпь.

Глория проигнорировала предупреждение и надкусила фрукт. Плод застонал, как живой. Лепестки вздрогнули. Зато в мозгу у Глории будто взорвался радужный фейерверк. Ей захотелось протанцевать с Фиором до самого дома.

- Путешествовать через гобелен это очень просто, - нашептывал эльф, нависнув в полете над плечом Глории. - Но вот есть большой риск заблудиться и попасть в когти феям. Знаешь, как опасны феи?

- Знаю королеву фей и ее вздорный характер. Особа с таким взбалмошным поведением кого угодно сведет с ума. Но если не вступать с ней в диалоги, то и опасности нет. Вся ее сила в злом языке.

- Отнюдь! Она коллекционирует королевские головы, которые отрывает собственными коготками. Все окрестные короли ее любовники и жертвы. Сейчас она обрабатывает магией мозги короля Илиора. Когда ей надоест играть и притворяться, она собственноручно снимет голову короля и вывесит на копье на всеобщее обозрение, а рядом приставит волшебных стражей, чтобы голову никто не снял. Сама она, наверное, займет трон Илиора, и постепенно заселит страну феями, троллями, гоблинами. Людей отсюда вытравят или съедят.

- Неужели наше будущее такое плачевное?

- А с чего иначе Ангус так переживает и готовится к войне?

- Его голову она тоже намеревается отрубить?

- Не сразу! Ангус очень симпатичный. Медея Шаи обожает красивых парней. Она давно положила на него глаз и мечтала увести его у Амаранты. Сейчас Амаранты рядом нет, но Ангус всё равно хранит ей верность. Королева фей злится. Думаю, она намеревается сделать Ангуса своим пленником. Она поступает так со всеми непокорными красавчиками. Вначале она натешится с ним, затем убьет.

- Бедняга Ангус!

- Ну, а тебя она убьет сразу. Так что лучше себя пожалей.

- Я умею защищаться, - Глория выставила меч.

- И Ангус тоже, но от королевы фей не больно-то защитишься. Она могущественная и управляет армиями чудовищ.

- Чудовищ? Тогда почему ее зовут королевой фей?

- Титул такой!

- Бывает же? Меня вот графиней никто не зовет, хоть я в графском замке и за главную даму.

Зато какие-то шепчущие из стен бесплотные голоса давно прозвали ее подружкой эльфа. Это звучало бы очень романтично, если б сама Глория не предпочитала называть себя ученицей эльфа.

- Графиней ты могла бы быть. Жаль, что Ангус не хочет жениться второй раз. Он верен Амаранте.

- Он же не вдовец! - Глория встала на защиту мужа кузины.

- Ну, это как посмотреть, - Фиор пожал крыльями, как люди пожимают плечами. - Жена, сбежавшая с эльфом, это всё равно, что покойница. Она ведь уже не вернется.

- Ангус разве не пытался ее вернуть?

- А ты поди попытайся. Не все эльфы сговорчивые, как я. Хотя Ангусу предлагали взамен настоящую эльфийку, на которой он сможет жениться и которая обладает достаточным магическим потенциалом, чтобы защитить его от набегов нечисти и налетов фей, но он отказался. Однолюб!

- А он миловидный.

- Лучше посмотри на меня! Я эльф! Я симпатичнее!

- Был бы ты полюбезнее чуть-чуть. Для меня красивый мужчина это не значит лучший. Я ценю другие качества.

- Например? - эльф летел, загораживая ей путь.

- Мужество, отвагу, доблесть, честь, верность, - начала перечислять Глория.

- В общем, Ангус тебя покорил.

- Почему Ангус?

- Это как раз его качества.

- А каковы твои?

Эльф приосанился.

- Ловкость, смекалка и магия. Главное магия!

- Магия, магия и еще раз магия! Как ты мне с этим надоел.

- Без магии ты тут пропадешь.

- Уже слышала и не пропала.

- Тебе просто пока везло.

- Не запугивай!

Посреди цветущего сада висел гобелен из нитей.

- Вот и закончился наш путь, где и начался, - подытожил Фиор.

- Мы шли по тем дорогам, которые вытканы на гобелене, - сообразила Глория. - Гобелен это карта.

- И выткана она не кем-нибудь, а самыми настоящими арахнами, то есть феями-паучихами, которые ткут золотые нити.

- И такие феи есть? Удивил!

- Фей каких только не бывает. Всякие разновидности есть, вот только добрых фей я ни разу не встречал. Зато среди фей есть великолепные актрисы, которые добрыми лишь притворяются. От их даров тебе станет хуже, чем от яда. Так что не общайся с феями. Общайся только со мной.

Фиор практически протащил Глорию назад через гобелен. Они снова попали в огромную залу, где спали пьяные рыцари. Кубки, чарки, чаши и пустые бутылки валялись по всему полу. Глория хотела аккуратно переступить через осколки, но Фиор деликатно подхватил ее и понес над полом. Его крылья легко выдерживали двойную ношу.

А вот стройная крылатая красавица, порхавшая по замку, не утруждала себя даже ношением веера. За ней несли опахало две другие феи.

- Опять она тут! - возмущенно воскликнула Глория и вырвалась из объятий Фиора, чтобы побежать за вторгшимися в замок черными феями.

Медея Шаи опять рылась в ящиках комода, как у себя дома.

- Воровка! - обвинила ее Глория.

- Я - королева! - гневно возразила фея, будто воровка и королева эта два взаимоисключающих понятия. Или у правящих особ воровство имущества в чужом замке называется конфискацией? А не всё ли равно. Кто тут блюдет закон?

- Таких королев, как ты надо гнать взашей, - подбоченилась Глория.

- Многие мои подданные считают также, поэтому я привыкла проявлять жестокость, - Медея Шаи метнула в глорию шпильку, которая на лету вытянулась даже не в кинжал, а в целую рапиру. Глория едва успела отразить удар. Пригодились занятия с Фиором. С парящими в воздухе мечами она драться умела. Рапира двигалась с невероятной скоростью, приходилось изловчаться, чтобы парировать удары, но Глория справлялась.

Пользуясь превосходством, фея улетела. Ей ведь не приходилось держать рапиру в руке. Вот хитрюга!

- Дерись пока сам! - велела Глория своему мечу, и он послушался. Теперь два парящих лезвия скрещивались в воздухе, а Глория метнулась за феей и вцепилась ей в волосы. Медея Шаи вскрикнула.

- Ах ты! Нахальная смертная девица!

Рука Глории запуталась в роскошной шевелюре, как в паутине. Пряди феи скрутили ей пальцы жгутами.

- Жалеешь, что меня поймала?

Фея торжествовала, пока меч Глории не справился с ее рапирой и не метнулся в погоню. Один взмах, и он срезал почти все пышные локоны Медеи Шаи. Теперь они живыми змеями извивались на полу.

- Это же клубок гадюк, а не волосы! - ужаснулась Глория.

Сама Медея Шаи коротко остриженной не осталась. Из короткого каре мгновенно отрасли новые антрацитовые локоны, еще пышнее и гуще прежних.

- Смертной девке не одолеть королеву фей!

Опять черная фея торжествовала, а Глория шипела от злости. Так у них дойдет до рукопашной. И мечи будут уже не нужны.

- При твоем ехидном языке королевой тебе оставаться недолго.

- Слова не лезвия! От них плохо не будет, - огрызнулась фея и тут же лукаво сощурилась. - Если только они не магические.

Ее губы почернели, округлились и выдохнули в лицо Глории темный дым. Глория едва успела отвернуться, зато лицо подбежавшего на шум рыцаря мигом позеленено. Черный дым проник ему под забрало, обвил всю голову. И вот это уже не рыцарь, а диво в латах с жабьей головой.

- Ты хотела превратить меня в жабу! - возмущенно ахнула Глория.

- В лягушку! - деловито поправила фея.

- Как будто есть разница?

- А ты дай превратить тебя по очереди и в ту, и в другую, и увидишь, что разниц есть.

Медея Шаи приготовилась выдохнуть дым снова, но Глория уже наученная опытом охранника поняла, что терять нечего. Она ударила королеву фей кулаком прямо по лицу.

- Ты мне синяк поставила! - Медея Шаи упала от неожиданности. Черный вздох попал на стену, оставив пятно мрака.

- Ничего, ты волшебница. Превратишь синяк в маску из золотых листьев.

- Я тебе не эльфийка! Я достойная уважения черная фея, а не легкомысленный дух лета!

Медея Шаи ворчала и поднималась с трудом. Крылья она смяла, когда падала. Меч Глории завис над ее шеей и собрался ринуться вниз.

- Не надо рубить мне голову! - взвизгнула Медея Шаи. - Это казнь для изменников. А я королева! Сжалься!

Вероятно, Глория ее бы и пожалела, но меч уже опустился вниз. Чернокудрая голова Медеи Шаи мгновенно слетела с плеч и покатилась по полу, будто мячик.

Глория ахнула. Неужели всё кончилось! Черная кровь забрызгала пол. Королева обезглавлена. Войне с феями конец!

Не тут-то было. Безголовое тело всё еще жило. Его проворные руки подхватили катящуюся голову и прижали к груди. Голова тоже жила. Алые губы на ней злобно кривились. Антрацитовые глаза Медеи Шаи буравили Глорию гневным взглядом.

- Мерзавка! - обругала голова королевы фей Глорию.

Глория так изумилась тому, что отсеченная голова говорит, что даже не обиделась на ругательство.

- Я тебе еще отомщу!

Одной рукой держа свою голову, второй Медея Шаи погрозила Глории.

- Вели мечу ее всю расчленить, иначе она приживит голову назад, будто корону наденет, - шепнул из-за завесы незримости Фиор, но Медея Шаи уже ускользнула в ближайшее настенное зеркало. Ее самой уже не было в комнате, а в зеркале все еще отражался ее обезглавленный силуэт, сжимавший королевскую голову, будто игрушку.

- Раньше она отрубала головы бессмертным существам, которые не могут даже обезглавленными найти покоя. Теперь всё зло вернулось к ней самой. Браво, Глория!

Торжествующий Фиор возник под потолком из пустоты и уставился в зеркало на королеву фей.

- Это ей за Квентина!

- А кто такой Квентин?

- Мой приятель эльф.

- У тебя даже приятели есть? А на вид ты отшельник или изгой.

- У меня были приятели, - поправил Фиор. - Теперь моя подружка только ты.

- Но я терять голову из-за тебя не собираюсь.

- Квентин потерял голову не из-за меня.

- А из-за кого?

- Из-за любви.

- Из-за любви обычно теряют голову в переносном смысле.

- А он потерял в буквальном. Он влюбился в королеву фей, прислуживал ей, а потом чем-то не угодил. Вот она его и обезглавила, но убить не смогла.

- В такую злючку можно влюбиться? - Глория искренне удивилась.

- Говорят, сердцу не прикажешь.

- А у эльфов есть сердца? - Глория заинтригованно глянула на Фиора, мерцающего в высоте. - У тебя, например, оно есть?

Фиор отчего-то смутился.

- Вероятно, ты поможешь мне найти ответ на этот вопрос.

Теперь уже смутилась Глория.

Правду ли говорил Элар, что Фиор заманивает в ловушку обольщенных девушек или это клевета? Спросить у эльфа сама она не решалась.


Волшебный гобелен


Гобелен, как лабиринт. Через него можно попасть куда угодно. Глория начала этим злоупотреблять. Она сходила в Илиор, где целая стайка черных фей, посланных Медеей Шаи, нашептывала королю губительные советы. Вернувшись, она наткнулась на пьющего Ангуса.

Граф даже не удивился, заметив, как его свояченица вышла из гобелена. Неужели он уже привык, что гобеленом пользуются, как порталом.

Глория решила допросить его.

- Почему ты не избавился от гобелена? Чтобы не оскорбить эльфов, которые его подарили? Или чтобы не прогневить арахний, которые его сплели по эльфийскому заказу?

- Чтобы не забыть, - Ангус приложился к бутылке. - Эльфы любят морочить голову. Но гобелен - волшебная вещь. Он помогает мне помнить всё, что произошло за время моего союза с нечистью.

Граф горько рассмеялся.

- Раньше я считал дарителей божественными созданиями, равными ангелам, а теперь обзываю нечистью. Не смешно ли?

Об эльфе, который жил на гобелене, Ангус точно не знал.

- В гобелене содержится магия.

- И пусть себе. Мне он не мешает.

- Когда много пьешь, всё перестает мешать.

- Есть волшебное вино. Раньше король эльфов мне его приносил, но сейчас мы враги.

- Как так вышло? Эльфы виноваты или люди?

- Не знаю даже, - Ангус нахмурился. - Может, я сам не доглядел... А может эльфы слишком порочны и даже если хотят дружить, то не могут удержаться от шалостей. Такова их природа. В конце концов, все они произошли от павших ангелов.

- Я и не знала. Как же я неопытна!

- Была битва...

Ангус был так пьян, что не замечал парящий над гобеленом меч. Язык у графа заплетался.

- Гобелен висит тут, но куда ты дел портрет Амаранты?

- Снял пока.

- Почему? Разве тебе неприятно на нее смотреть. Мне бы хотелось снова ее увидеть.

- Мы не имеем права хранить у себя вещи эльфийской королевы, - сонно пробормотал Ангус.

При чем тут эльфийская королева? У Глории разболелась голова. Она присела рядом с Ангусом и дружески чмокнула его в щеку.

- Ты стал мне почти родным. У тебя хороший характер, но если б ты меньше пил... Разве обязательно топить свое горе в вине?

- Ты мне тоже нравишься, - Ангус на миг протрезвел. - Ты так похожа на Амаранту. Только глаза у тебя зеленые, а не голубые.

Он коснулся щеки Глории.

- Я бы сказал, что ты можешь чувствовать себя госпожой этого замка, но эльфы могут нагрянуть в любой момент.

Сверкающие пикси спорхнули с гобелена и заверещали над ухом у Глории:

- Двоемужница! Хозяйка замка двоемужница! И хозяин замка вскоре станет двоеженцем. Надо донести Дагде.

Они улетели так быстро, что Глория не успела их понять. Какая двоемужница? Какой двоеженец? Она видит тут только мнимого вдовца, чью жену похитили эльфы.

- Если б я с самого начала знал, что дамы предпочитают нормальным мужчинам падших ангелов, - Ангус вертел в руках кинжал, инструктированный изумрудами. Оружие было слишком роскошным даже для короля. Ангус обмолвился, что кинжал это подарок короля эльфов. Гобелен тоже был подарком короля эльфов. Этот король эльфов очень щедрый, а сам похищает чужих жен. Как можно завалить человека подарками и отнять у него возлюбленную! В Глории просыпалась сокрушительная ненависть к королю эльфов. Почему он не навел порядок среди своих подданных? Разве можно разрешать эльфам заниматься похищениями?

- Эльфы терпеть не могут железо, оно их обжигает, но король эльфов пользуется железным оружием и не обжигается, - бормотал Ангус, будто в бреду. - Обычно эльфы и феи используют какой-то магический заменитель стали. Ты его и не отличишь. Разница лишь в том, что магическая сталь вечно жаждет крови. Ее человеку в руках не удержать. А ты держишь эльфийский меч и хоть бы что! Ты точно кузина Амаранты Глория, а не лесная ведьма?

- Ты пьян и бредишь! - гневно отрезала Глория. Ей надоело, что в ней все подозревают ведьму. Рыжий цвет волос еще не означает, что женщина колдунья. А эльфийский меч слушается ее просто из симпатии. Магия тут не при чем. Мечу тоже могут нравиться симпатичные девушки. Принадлежать воительнице приятнее, чем воителю. У меча могла быть много хозяев-мужчин, но хозяйка, наверняка, первая. Глорию сейчас намного больше интересовала работа фей-паучих, чем разница в оружии эльфов и людей. Феи выткали настоящий шедевр, украшавший теперь стену графского замка.

Это судьба, что волшебная вещь, оказавшаяся в человеческом доме, стала магическим порталом. Иначе и быть не могло!

Глория смотрела на гобелен, как на карту путешествия. Так уж вышло, что через гобелен можно проложить путь лишь по тому маршруту, который тут вышит. Преимущественно это волшебные земли и границы окружающих смертных государств. До Алуара через гобелен не добраться. Ведь Алуар и море на гобелене не изображены. Здесь только эльфийские и фейские земли, да еще Илиор. Кромка побережья изображена лишь частично, озера, реки и прибрежные волны полны русалок. Слева от Илиора помечены границы вечного льда, а справа лесные угодья. В центре карты графство Ангуса, от царства эльфов оно отделено лишь полоской леса. Свадебная процессия вплетена в карту сверкающими нитями. На свадьбе веселятся, как люди, так и эльфы. Жених стоит чуть в сторонке, а невесту держит за руку коронованный эльф. Гобелен символичен!

Подвыпивший Ангус заснул, опустив голову на плечо Глории. Сама Глория уже зевала, но всё еще смотрела на вышивку гобелена. Почему картинка выглядит так, будто это король эльфов женится на Амаранте, а не граф? Глория встала и подошла к стене. Ей показалось, что в углу гобелена зацвела белая роза. Она проросла прямо в нитях. И вот роз уже несколько. На ощупь они оказались свежими и покрыты росой.

Вдруг гобелен снова обратился в цветущий луг. Ощущение было таким, будто Глория стоит на этом лугу, а не в зале замка. На лугу был закопан сундук. Земля расступалась над ямой.

- Выпусти! - молотил кто-то изнутри.

В сундуке лежало то ли существо, то ли женщина с рогатой головой и золотыми чешуйками в коже, а кругом плясали луговые феи. Их пляска всё больше напоминала дьявольскую.

Глория шагнула вперед, насовсем покидая залу со спящим Ангусом. Нити гобелена сомкнулись за ее спиной. Путь назад отрезал. Меч не последовал за Глорией, как и Фиор.

Зато на лугу был другой меч. Он торчал из земли, воткнутый в заросли роз. Розы обвились вокруг его лезвия и рукояти, а на рукояти наросла чешуя.

Глория потянулась и хотела взять рукоять меча, но розы оплели руку.

- Осторожней! А то сама станешь розой!

Элар появился рядом внезапно. Солнце зашло за тучу, и золотой маски на его лице как не бывало. А он красив! Глории даже стало неловко в его присутствии. Душа ушла в пятки, сердце забилось, коленки подогнулись. Он поддержал ее, не давая упасть.

- Знаешь, что случилось на этом поле?

- Праздник цветов?

- Война!

- Война? Не подходящее тут место для войны. Это сад роз, а не поле боя.

- Для войны фей вполне подошло. Вначале была свадьба среди роз, потом война. Королева фей коварная особа, а ее предшественница и того хуже.

- Кто ее предшественница? - Глория тупо моргала ресницами, смотря на Элара.

- Ее предшественницей была общая королева эльфов и фей.

- Дану! - произнесла Глория, и небо потемнело.

- Тише!

- Ее ведь больше нет.

- Она не мертва. Она спит. Где-то здесь. Под нами.

Земля под ногами трескалась, розы стонали и, кажется, кровоточили. Неужели землетрясение? Или нечто худшее? Глория побежала назад, а поле расходилось трещинами у нее под ногами. Главное не упасть в одну из них. Внутри трещин что-то жило.

Глория вскрикнула, когда подошву ее башмака распороли когти, тянущиеся из земли. Поле роз обращалось в ад. Трава вспыхивала огнем. Элару пришлось взмахнуть крыльями и приподнять Глорию над горящим лугом. А по небу уже витали зловещие драконы. Целая стая!

- Тебе лучше вернуться к тому порталу, через который ты пришла, - посоветовал Элар.

- А разве ты не хотел отвести меня к какому-то котлу?

- Хотел, но передумал.

- Почему?

- Сам не знаю.

Элар теснее обвил рукой талию Глории.

- Смертные девушки - погибель эльфов!

Он прижался губами к губам Глории всего на миг, но поцелуй был сладким, как сказка.

Поле роз и зеленый луг горели. Какие-то существа стонали хором. Драконы рычали. Элар без труда отыскал портал, через который Глория пришла, и практически швырнул ее назад в замок. Уже путаясь в незримых нитях гобелена, Глория слышала, как чьи-то стальные ногти скребут по крышке зарытого в поле сундука. И голос из глубины зовет:

- Выпусти меня, смертная!

Просьба напоминает приказ.


Богиня Дану


Глории снились феи, водившие хоровод в полете над полем роз. Они кружились и смеялись, а потом вдруг одна из фей заметила Глорию и пропела:

- Богиня Дану тебя ждет!

Небо над полем тут же помрачнело. Цветные крылья фей стали черными, как у ночниц. Кожа фей тоже почернела, лишь их глаза сверкали, как уголья. Это уже не феи, а злобные духи. Что если они налетят всей стаей?

Глория проснулась в ужасе. Она спала в замке Ангуса, в своей кровати. Красные глаза подглядывали в замочную скважину. Или они смотрели сквозь гобелен?

Глорию снова потянуло в сон. Она уже дремала и видела кого-то погребенного заживо. Рогатая голова упиралась в стены узкого сундука. Рога свивались на лбу короной. Золотая чешуя нарастала на коже какого-то существа, как драгоценная броня. Такое существо может лишь присниться. Глория видела магические сны. Они были пропитаны упоительным запахом роз и крови. Красивые детали переплетались со зловещими.

Глории снилось поле. Тут не было больше танцующих хороводом фей, но незнакомые цветы оказались живыми. Они шептали что-то, тянулись с земли целыми лианами и оплетали ей ступни, чтобы она не могла идти дальше. Они куда-то не желали ее пустить. Посреди поля была разрыта глубокая яма, полная то ли сокровищ, то ли трупов, а поверх ямы копошились лепрехуны. Что-то из ямы рвалось наружу. Звал чей-то голос.

- Как мне надоело сидеть под землей взаперти!

Глория рванулась вперед, но цветочные побеги оплели всё ее тело, повалили на землю. Цветы начали прорастать внутри нее.

Она проснулась. Красные глаза смотрели в замочную скважину. Какое-то чудище сползло с балдахина, и вдруг превратилась в раненного черного эльфа со злым взглядом.

- Ты задела меня, когда пыталась вытащить меч, - пожаловался он плаксивым тоном.

- Прости, - Глория изумленно смотрела на черное крылатое создание, напоминавшее кладбищенского плакальщика.

- Хочешь, отведу тебя к моей госпоже? - предложил он.

- То есть к королеве эльфов?

- Не совсем.

- Ты разве не эльф?

- Эльф, - подтвердил он.

- Тогда почему ты весь черный?

- Пролежал в земле под полем слишком долго.

- Почему?

- Меня там заперли, под землей.

- Кто?

- Вредные собратья.

Вероятно, поэтому он напоминает плаксу. Тон у эльфа злой и жалобный.

- Мне жаль, - посочувствовала Глория.

- Ты знаешь, что до того, как эльфы и феи разбились на две касты, у них была одна правительница?

- Мне что-то такое уже сказал Элар, - Глория лихорадочно припоминала.

- Хочешь ее увидеть? - эльф протянул ей черную когтистую ладонь.

Глория напряглась. Внезапное приглашение было слишком подозрительным.

Черный эльф учуял ее сомнения и заговорил медоточивым тоном:

- Глория! Твое имя ведь Глория? На древнем алуарском наречии это означает славная. Ты грезишь о славе? Хочешь стать завоевательницей?

Он задел ее за живое.

- Предположим, что хочу.

- Тогда тебе надо быть смелее! Идем со мной! Вдруг именно ты окажешься той избранной, которая может одолеть древние спящие силы. Дану сразу тебя распознает. Ей надо лишь тебя увидеть, ну и капелька твоей крови на вкус пригодится.

- А просто по ладони она гадать не умеет?

- Мы эльфы, а не цыгане! По рукам предсказания не даем! Но по имени можно определить кое-что. Твое имя предрекает славу в битве.

Это уже похоже на лесть.

- А как твое имя?

- Оно типично для эльфа. Ничего особенного, - гость небрежно взмахнул черными крыльями и опрокинул канделябр.

Глория осталась без света, но не испугалась, ведь меч лежал рядом с ней.

- А какие типичные имена для эльфов?

- Томлин, Данор, Иллад, Верейн, Шеор, Сантан, Хлоан, Сивейл, Ривель, Ромиэль, Ланден, Шертер, Финеон, Ривелин, Ливель, Феон, Фиинтен, Шандон, Шартер, Пиор,

Домлин, - гость мог перечислять до бесконечности. Его желтые глаза сверкали в темноте, как фонарики. Слащавый голос напоминал серенаду.

- Так звали всех твоих товарищей? - догадалась Глория.

- И все они сейчас лежат, зарытые в земле. Их надо освободить.

- А что нужно сделать, чтобы их освободить?

- Потребуется много человеческой крови. В замке много рыцарей. Их кровь подойдет. Нужно лишь устроить большое сражение между эльфами Дагды и рыцарями Ангуса. Ты должна позаботиться о том, чтобы это сражение произошло на полях Дану.

- Это те заброшенные поля, с которых даже Разум сбежал?

- Если ты сейчас исчезнешь из замка, то наутро все решат, что тебя похитили эльфы, как до этого твою кузину. Через день уже начнется война, - прикидывал эльф.

Глория нашла недочет в его подсчетах и поспешила его разочаровать.

- Вряд ли из-за моего исчезновения кто-то станет воевать. Я же чужеземка. Все решат, что я решила вернуться в Алуар.

- Даже если весь твой багаж останется в замке? - черный эльф лукаво сощурился. - Открою тебе секрет: местные земли, как пороховая бочка. От одной искры гнева они вспыхнут войной. Гнев копится давно. Люди ненавидят эльфов, а эльфы людей.

- Значит, ты меня ненавидишь? Ведь ты же эльф! - поддела Глория.

- Я не это имел в виду, - извернулся он. - К тому же рыжие девушки подпадают под межрасовую категорию.

- И что это значит?

- Считается, что дети с рыжим цветом волос рождаются от союза человека со сверхъестественным существом.

- Ну, это точно не про меня.

- Еще рыжий цвет волос означает талант к колдовству.

- А в Алуаре поговаривают, что рыжий цвет волос и веснушки это признак ветреного характера и небывалой хитрости.

- Человеческие поговорки это ерунда! Верь лишь эльфийским пословицам и пророчествам.

- Я ни одной эльфийской пословицы еще в жизни не слышала.

- Так я тебе процитирую.

- Не нужно! А то все эти цитаты закончатся каким-то мрачным пророчеством.

- А если мой народ предрекает, что ты станешь героиней? Этого ты тоже не хочешь услышать?

Глория зажала уши руками, но эльф когтями разжал ее руки. Он был очень сильным и грязным, будто в дегте вывозился. На ладонях Глории остались мазки земли. Похоже, эльф и впрямь выполз из могилы. Напоминал, он скорее крылатого вампира, прилетевшего с кладбища.

- Идем со мной, славная! - эльф потянул Глорию за рукав ночной сорочки.

- Но сейчас ночь. Куда мне идти? Давай утром.

- А тебе не скучно спать в таком замке? Хозяин спился. Все считают его жену мертвой, а она гуляет с эльфами. Тебе тоже следует прогуляться со мной, точнее пролететься.

И куда только делся Фиор? Почему не защищает ее от посторонних эльфов?

Черный эльф потащил Глорию из постели. Ковер скользил под босыми ступнями. Эльф летел и не чувствовал лепестков под ногами, а вот ей приходилось идти. Она ступала не по полу замка, а по ковру из роз. Это не пол, а цветущий розами луг, и кто-то зовет.

Шипы ранили ступни. На полу оставалась дорожка крови, и зовущий голос становился всё четче. Какая-то женщина звала Глорию по имени.

На стене в большой зале висел гобелен из травы и цветов. Неужели это тот же самый гобелен, который она видела днем? Как он мог зацвести розами и жасмином.

- Идем внутрь! - черный эльф тащил ее прямо на стенку, украшенную гобеленом. Глория уже знала, что стоит провести пальцем по какому-то определенному участку на вытканной нитями карте, то там и окажешься. Эльф метил попасть в какое-то черное урочище. Сейчас он заведет ее на погибель!

- А ну отстань от моей тети, - в эльфа полетел обжигающий драконий плод. Дженет стояла у входа в залу с ведерком драконьих яблок. При виде таких смертоносных орудий черный эльф, едва стерпевший ожог от первого снаряда, предпочел прыгнуть в гобелен.

- Бунтарки! - доносились его ругательства из гобелена. - Мятежницы! Драчливые девицы!

- Почему нечисть гуляет в нашем замке, как у себя дома? - возмутилась Глория.

- У них и спроси! - Дженет настороженно оглядывалась по сторонам.

- И Фиор не стережет границ.

- Он и не должен. Он нам не охранник.

- Но должен же он хоть чем-то отрабатывать то, что живет в нашем замке. Или эльфы всюду проживают бесплатно?

- Давай воспользуемся гобеленом, пока его нет, - предложила Дженет. - Я хочу навестить фей в лесу и маму.

Глория опешила.

- Но сейчас ночь.

- Ты сама поздней ночью собиралась сбежать с черным эльфом! - упрекнула наблюдательная Дженет.

- Я не собиралась. Он сам ко мне пристал!

- А я расскажу отцу другую историю, если ты не пойдешь мне на уступку.

- Ну, ладно! - раз Дженет ставит ей ультиматум, значит, стоит пойти на компромисс. - Я только переоденусь.

Глория оглядела свою ночную сорочку. Лепестки, опадавшие с гобелена, так плотно облепили воротник и подол, что кружевная сорочка стала напоминать бальное платье.

- Возьми! - Дженет протянула ей роскошный пурпурный плащ с капюшоном, отороченный горностаем и золотыми галунами.

- Это принадлежало маме.

Глория и сама узнала подарок короля Алуара, сделанный Амаранте по случаю именин. Это случилось много лет назад, а плащ выглядел всё таким же шикарным, будто его и не носили ни разу.

- Маме больше не нужны такие грубые вещи, - пояснила Глория.

- Ты называешь грубым королевский плащ, над которым трудились месяцами лучшие швеи Алуара?

Дженет презрительно хмыкнула.

- Это же не платье фей и не мантия эльфов.

- Ты нажилась в краях нечисти и понимаешь цену только волшебным предметам, а мне и этот плащ кажется царской роскошью, - Глория закуталась в горностай, взяла Дженет за руку и шагнула в гобелен.

На этот раз лабиринта дорог впереди не раскрылось. Очевидно, Дженет загадала конкретное место, в котором хочет побывать. Кругом чернел лес.

- Мы в самой чаще! - испугалась Глория. - Тут же дикие звери! Нас съедят волки!

В зарослях прорисовались очертания стены. Так это не лес? Они у чьего-то замка? Или это руины. Глория заметила светящиеся на стене барельефы.

- Стены племен богини Дану, - пояснила Дженет. - Так их называют суеверные крестьяне. На самом деле это лишь остов былых стен.

- Это были стены крепости?

- Это были стены границ, которые Дану возвела между своими территориями и теми землями, которые разрешила заселить людям. Со временем ее народ пожалел, что человечеству уступили слишком много прав, и стены разрушили, но нечисть всё еще пирует в руинах. Слышишь?

До Глории донеслись звуки песен, но поющих не было видно.

- Я никого не вижу.

- Говорят, все люди слепы. Дальше своего носа ничего не видят и не понимают, - хмыкнула Дженет и щелкнула пальцами.

Глория тут же увидела веселящуюся компанию сверхъестественных существ.

- Не может быть! - ахнула она и тут же привлекла к себе внимание дюжины необычных существ.

Странная компания, пировавшая в руинах, мгновенно обступила Глорию. Вернее, облетела девушку со всех сторон. Это же эльфы и феи! А их стережет дракон!

- Вы тоже все опальные, раз пируете ночью на руинах? - попыталась Глория завести светскую беседу.

Эльфы и феи лишь недобро хмыкнули. Второй громадный холм под ногами тоже оказался живым драконом. Едва он шевельнулся, как Глория поняла, что стоит прямо у него на загривке. Упаси боги, чтобы он сейчас ринулся в полет, иначе она разобьется насмерть. Она ведь не эльфийка и не фея. Она летать не умеет. Если дракон скинет ее в полете, она разобьется.

Пни, кочки, грибы и заросли мха тоже оказались живыми существами. Под одними опятами и лисичками скрывалась целая группа пикси в грибных шляпках. Все они засмеялись и поползли к Глории.

- Гостья на пиру! - запищали они. - Хочешь угоститься мухомором? Или выпить сок из волчьих ягод?

- Нет. Ни в коем случае, - запротестовала Глория.

- Если не пьешь, то ты не наша! - засмеялись феи, в волосах и коже которых росли дикие ягоды и листья. - Если хочешь считаться своей в нашей компании, то выпей с нами.

- Но я отравлюсь! - возмутилась Глория.

- Если не пьешь, то ты чужачка, а чужачек должно разодрать, - феи продемонстрировали острые коготки. А они не лучше того землистого черного существа, которое напало на нее ночью. И потянуло же ее в гобелен! Глория пожалела, что уступила уговорам Дженет. Во-первых, она не учла риск наткнуться в путешествии на того черного эльфа, который тоже нырнул в гобелен. Во-вторых, те существа, которых она здесь встретила, оказались еще опаснее.

- Возьмем ее с собой! - один эльф выступил, будто прямо из стены и вцепился в Глорию. Листики, росшие на его коже, мгновенно пустили побеги в рукав Глории.

- Пусти! - Глория начала отбиваться. Без меча было сложно, ведь искусством рукопашной битвы она не овладела. Как по волшебству, меч, учуявший, что хозяйка в опасности, прилетел в лес. Наверное, он проделал путь через гобелен по следам Глории и теперь махал направо и налево, распугивая пирующую компанию.

- Недотрога! - буркнул эльф, от руки которого отсекли листья. Он дул на ладонь и хмурился так болезненно, будто ему отрубили пальцы. - Я хотел сводить тебя в древнее царство Туата-де-Данан. Это была большая честь.

- Не верь ему! Ты бы там и осталась! - пискнула Дженет из-за спины Глории.

- О, ваше высочество! - эльфы, завидевшие кроху Дженет, моментально испарились, побросав даже чаши с ядовитым вином из волчьих ягод. Кто бы подумал, что девчонка напугает их больше, чем разящий меч!

Феи тоже улетели.

- Они пролетели сквозь стену! - Глория начала изучать остатки стены. Барельефы искрились, стоило к ним прикоснуться. Похоже, стена волшебная, как и гобелен. - А что за стеной?

- Туате-де-Данан, - прошипело, на миг ожив, рогатое лицо-барельеф. Очевидно, в его обязанности входило давать справки или же оно хотело напугать путников странным названием.

- А что такое Туата-де-Данан? - не поняла Глория.

- Земли, изначально принадлежавшие Дану, - бойко ответила Дженет. - Теперь от них мало что осталось. Государство раздробилось. Туата-де-Данан всё еще существует, но оно намного меньше, чем раньше. И конституция там теперь другая. Там правит мой...

Дженет осеклась.

- Ой, тут растут волшебные грибы, - девочка опрокинула миску, полную мухоморов и поганок, оставшуюся от пировавших недавно фей. На самом ее дне блестел необычный золотистый гриб. И не опенок, и не подосиновик. Что-то новенькое!

- Если съешь его, то приснится чудесный сон. А если найдешь сразу три таких гриба и съешь их, запив водой из эльфийского источника, то исполнится любое твое желание.

- Слишком сложно! Где тут найти эльфийский источник?

- Это любой источник с водой радужных переливов.

- Я таких источников не видела.

- Это потому что ты не ходила в Туата-де-Данан. Тут есть еще грибы фей, - Дженет продемонстрировала крошечный гриб, шляпка которого расходилась в форме крыльев. - Если съесть его, то возникнут галлюцинации. Феи примутся морочить тебе голову.

- Тогда выбрось его. Такой гриб опасен.

Глория чувствовала себя в роли строгой мамы, которая лишает ребенка вредных игрушек. Дженет расстроилась лишь на миг и тут же снова загорелась азартом.

- Есть еще драконьи грибы. Я для тебя найду, - вызвалась она.

- Не надо!

Но Дженет уже кинулась искать под кочками и у пней. Грибы с чешуйчатыми шляпками оказались подвижными, будто у них вовсе не было корней. Они ловко удирали от Дженет.

- Вот проказники! - жаловалась девочка. - Они вырастают там, где дракон обронил свои чешуйки. Одного такого гриба достаточно, чтобы устроить пожар в целом городе.

- Тогда зачем нам такие грибы?

- На случай войны!

- А ты уверена, что война будет?

- Война не за горами.

- А тебе не хватит для самообороны драконьих яблок?

- Вероятно, хватит. Но драконьи грибы хороши не только пламенем. С ними можно устроить фейерверк. Если кинуть один такой гриб в ведро холодной воды, то фейерверк зарядит на целые сутки.

Вот оно что! Дженет ищет игрушку. Поэтому драконьи грибы и разбегаются от нее в таком ужасе. Они чуют, что она хочет потопить их в ведре воды ради красивого фейерверка.

Очевидно, у драконьих грибов есть интеллект, сноровка и умение читать чужие мысли. Погибнуть они не хотят.

- Если пойдешь в королевство врага, например к черным феям, возьми один такой гриб с собой, швырни его об пол, и пожар спалит всю столицу! - Дженет всё же поймала один гриб. - Один герой, которому было не страшно пожертвовать собой, пришел так на военные переговоры, и спалил весь лагерь врага, но сгорел и сам. Если б он был эльфом, а не человеком, он бы лишь обжегся и почернел на годик. На эльфах ожоги быстро заживают. Даже от драконьих грибов. А люди сгорают за миг.

Глория хотела обойти стену, чтобы проверить, что находится с ее обратной стороны. В стене были пробоины и щели, но через них ничего было не разглядеть. Когда Глория приложила глаз к щелке, то ее попытался пырнуть острый коготь. Она едва не лишилась глаза.

- Нечисть! - выругалась она.

Коготь погрозил и исчез в щели раньше, чем меч Глории успел его отрубить.

Стена оказалась бесконечной. Ее не обойти. Вроде бы уже виден ее край, а доходишь до него, и стена продлевается, как по волшебству.

- Ты идешь не в ту сторону, - подсказала Дженет.

- А нужно идти назад? По-моему это бессмысленно. Стена снова уйдет в бесконечность, но уже другим концом.

- Нужно идти против движения солнца. Или против часовой стрелки. Вообще это одно и то же. Такое движение у древних племен называется посолонь. Если не помогает, то нужно остановиться и сделать круг против своей оси.

- Откуда ты так много знаешь?

- У меня головка умная! Поэтому даже Разуму меня не окрутить.

Глория последовала совету Дженет, обернулась против своей оси, сделав полный круг на одном месте, и вдруг в стене образовался пролом. Из него сияли деревья, облепленные светлячками, будто лампочками.

- Это кипарисы?

- Нет, это живые деревья! Не подходили близко, чтобы они тебя не схватили ветвями.

Совет Дженет запоздал. Одна ветка вцепилась Глории в запястья. Меч едва успел ее отсечь. Раздался стон.

Да, уж это точно не кипарисы. Ветви вытягивались и становились длинными, как у плакучих ив. Они норовили обвить лезвие меча, но меч проворно их разрубал.

- Держись подальше от деревьев, - посоветовала Дженет. Ее саму почему-то ветви не ловили. А ведь она была самой легкой добычей. Может, она и впрямь подменыш, которого эльфы подкинули в замок.

- Ты решила завести меня в ловушку? - насторожилась Глория.

- Еще чего! Ты сама предложила пойти за стену Туата-де-Данан, - Дженет вымыла руки в многоярусном фонтане, наверху которого кривилась то ли живая, то ли свинцовая рогатая голова. Вода искрилась так, будто в нее насыпали блесток. Ладони Дженет после омовения тоже засверкали.

- Там ритуальный круг для жертвоприношений, - Дженет указала в сторону горного кольца, которое возникло посреди зарослей, будто по волшебству. - А вон там бальная зала.

- Это пустошь, а не бальная зала, - возмутилась Глория.

- Только до тех пор, пока над ней не примутся кружить светляки. Они дают сигнал к началу эльфийского бала.

- А что там? Домик феи? - Глория заметила гигантский мухомор, в ножке которого было вырезано что-то типа двери и окон.

- Там что-то типа таверны, - Дженет потянула Глорию к мухомору. Как ни странно дверь в его ножке оказалась настоящей. Внутри стояли столы и громадные чаны, из которых каждый мог сам зачерпнуть себе выпивку. Чашки кучей валялись рядом. Глория взяла одну из них в руки. Это же свернутый лист плюща, а не чашка.

- Другой посуды нет, - Дженет перекривилась, но тоже взяла одну чашку из плюща. - Я предпочитаю стаканы из радужного стекла или чашечки из кленовых листьев. Сервизы из осенних листьев красивее всего, ведь они разноцветные.

- Я ослышалась? Осенние сервизы! Лиственные чашки! Куда я попала?

- В предместье Туате-де-Данан. Здесь всё организовано по-эльфийски. Зачерпнешь тростникового эля или вина из незабудок?

В разных чанах пенились жидкости разных цветов.

- Лучше выбери напиток из незабудок, - посоветовала Дженет. - Он поможет тебе не забыть всё, что ты тут увидела. Иначе наутро ты можешь посчитать путешествие сюда любопытным сном.

- Я же не беспамятная!

- Увы, все кто забыл, что побывали здесь, тоже так говорили, - Дженет зачерпнула вина из незабудок и протянула Глории. На вкус оно оказалось терпким, но сознание от него прояснялось. Глория начала замечать те детали интерьера, которые не видела раньше. Диваны из мха по углам, коврики из мшанки, скамейки из прутиков березы, тумбочки из крупных грибов с плоскими шляпками, а еще эльфа, который сидел за столом один и угрюмо пил.

- Очевидно, все подружки его бросили, - Дженет зачерпнула себе вина из сладкой малины. Оно бурлило в крайнем чане, а чан охраняло крылатое существо, напоминавшее саламандру. Оно ползало по краям чана с воинственным видом, но Дженет мешать не стало. Пусть девочка пьет малиновый сок. Впрочем, вино из малины оказалось хмельным. Дженет захмелела уже после первого глотка и начала нести всякую чепуху.

- Печально быть ловеласом, от которого разлетелись все эльфийки. Правда, Элар? Еще недавно ты хвастал, что крылатые и бескрылые дамы прохода тебе не дают. А теперь сидишь один и спиваешься. О, да ты выбрал крепкое вино из волчьих ягод. Никак отравиться хочешь? Небось, из-за любви?

Элар сонно сощурился. Кто бы подумал, что эльф, пьющий в одиночестве, это он!

- Вы же две здесь! Значит, я не один. Дамы по-прежнему меня осаждают.

- И не мечтай! - елейно улыбнулась Дженет.

- Вы разве не дамы?

- Вдруг мы дикарки из племен Дану.

- Не правда. Вы не рогатые, - Элар быстро пересел за тот столик, который заняли Дженет и Глория. Скамейка-гриб чуть его не скинула, и эльф завис, сидя в воздухе.

- Эльфийки не выносят конкуренции? - лукаво сощурилась Дженет. - Им не нужен спутник, который вздыхает по смертной девушке? Они считают что-то из-за одной человеческой особы ты скоро станешь другом и даже подкаблучником всех людей?

- Чушь! Я терпеть не могу людей.

- А люди не выносят эльфов, - парировала Глория.

- Еще бы! Мы ведь во всем способнее людей.

- Только в магии, - Глория вцепилась в рукоять меча, чтобы он не напал на Элара. - Почему ты напиваешься?

- Меланхолия замучила.

- Рыцари в замке мужа моей кузины тоже запивают тоску хмельными напитками. Я устала от пьяных рыцарей, а тут еще пьяные эльфы!

- Зато он тебе понравится, - Элар махнул кружкой в сторону забавного зверька, который суетился у плиты.

- Это маленький юркий монстр.

- Это хозяин заведения.

- А он точно не повар. Кажется, он жарит свинину.

- Не свинину, а свинопаса, - ошарашил ее Элар.

Глория поперхнулась, а когтистое чудище, размером с рысь, насаживало куски мяса на вертел.

- Опасно быть свинопасом в здешних краях, - подметил Элар.

- А пастушками быть еще опаснее, - лукаво сверкнула глазами Дженет. - Скольких миловидных пастушек ты скормил котлу?

Глория навострила уши, но Элар не ответил. Существо у печи обернулось, и Глория его узнала. Это та самая ожившая дичь, которую притащили рыцари в замок в вечер ее приезда. Тогда это существо было распотрошенным, сейчас оно ловко перепрыгивало через столики, пока не добежало до стола Глории, и встало на столешницу задними лапами.

- Миледи! Рад вас снова видеть, - существо поклонилось. - Я владелец этой таверны со вчерашнего дня.

- И как тебе пришла идея открыть свою таверну? - спросила Дженет.

- Подглядел за людскими затеями и решил повторить.

Глория заметила, что когти хозяина таверны оставляют глубокие царапины на столешнице. И сам хозяин размером с крупного кота. Кто бы подумал, что бывшая дичь хозяйничает в таверне.

- Я - Форилин Шипастый, но для тебя просто Шип, - существо подмигнуло Глории.

- Мне жаль, что рыцари Ангуса обращались с тобой жестоко, - поспешно извинилась Глория. Вдруг он злопамятен? Но существо не хотело конфликтовать.

- Я сам тогда заманил их в овраг, утыканный шипами, и долго пел под волынку, чтобы лишить рыцарей сил. Ты бы видела, как они барахтались в овраге! Не рыцари были, а шуты. Я бы их сам освежевал, - Форилин продемонстрировал острые когти размером с ножи. - Жаль, что их начальник Ангус перехватил эльфийские навыки. Он начал читать заклинание, и мои силы ослабли до такой степени, что я сам угодил в мешок. Иначе все рыцари в тот вечер стали бы моим ужином.

- Ты такой сильный, что мог орудовать палицей, а мешок порвать не мог?

- Мешок был вышит эльфиийскими письменами, - уныло буркнул Форилин. - Жаль, что король эльфов слишком доверился смертному графу. Этот Ангус столько магических формул сумел у нас перенять. Бывают же и смертные не дураками!

Форилин услышал шипение и навострил уши.

- В каком-то чане выкипает хмельной отвар? - догадалась Глория.

Форилин не отвечал.

- Неужели ты самогон готовишь? - Глории стало неловко от того, что взгляды всех присутствующих устремились на нее.

- Это сигнал, - пропела Дженет. Голос у нее был звонким, как у феи.

- Котел ждет, - прошипел Форилин. - Пора, Элар!

- Подождем, - отмахнулся эльф.

- Она смертная, - Форилин указал длинным когтем на Глорию.

- Зато милая.

- Все они милые одно столетие, а потом скукоживаются, как завядшие цветы. Нужно использовать ее сейчас.

- Я сказал, потом! - отрезал Элар.

- Влюбленный эльф! - хмыкнула Дженет, терзавшая ноготками очередную куклу, которую взяла с собой. Тряпичная кукла постепенно превращалась в обычную тряпку. Ноготки Дженет оказались острее бритв. Лоскутки так и сыпались на пол.

- Трус! - хмыкнул Форилин и уполз назад к печи и вертелам. - Я вот ни одного свинопаса не пощадил.

- Ты же не был в них влюблен! - Элар отсалютовал пустой кружкой. - Принеси мне пива из ядовитых грибов.

- С ума сошел! Ты же отравишься, - съехидничала Дженет. - Или еще хуже - растеряешь всё эльфийское обаяние. Станешь чахлым и некрасивым.

- А кто-то здесь находит меня красивым?

Глория поспешно потупилась, изображая скромность. Честно признаться, Элар был так прекрасен, что в его присутствии она вечно стеснялась. Эльф понял ее жест по-своему.

- Ну, тогда и жалеть себя ничего, - он охотно принял из когтей Форилина кружку черного пива, которое отвратительно пахло и пенилось. - Я не стану пить, только если Глория меня отговорит. Скажи, что не можешь жить без меня, рыжая красотка!

- Еще чего! - щеки Глории вспыхнули. - Пьяниц отговаривать бесполезно. Они всё равно сами себя погубят! Хмельные напитки от дьявола.

- Ты говоришь, как монашка! - присвистнула Дженет, но поспешно вскочила с грибного сидения и поспешила за гордо уходящей Глорией.

- Хмельные напитки от Дану! - догнал их обеих у дверей пьяный голос Элара. - Она мать всего беспорядка и всей ужасающей красоты. Вероятно, она и тебя создала, Глория, на погибель всем эльфам.

- Не слушай его, он пьян! - Глория потянула Дженет за руку.

- Но я тоже считаю, что это Дану тебя сюда позвала и ты приехала на ее зов в Туата-де-Данан, - пискнула Дженет.

- Что еще ты можешь считать? Ты выпила целую чашку малинового вина! Ты тоже маленькая пьяница!

Дженет недовольно фыркнула, но возражать не стала. Упрекнуть саму Глорию было не в чем. Она лишь едва пригубила вино из незабудок, и оно оказалось таким терпким, что допивать чашу до дна она не стала. В компании эльфов она единственная трезвенница.


Вожак нечисти


Местность у таверны сменилась.

- Может, мы вышли не в те двери? - Глория озиралась по сторонам и нервничала. Вместо леса кругом горное кольцо и пещеры.

- Двери были только одни.

- Как же так получилось?

- Может, ты пьяна, - подколола Дженет.

- Если ты меня опоила чем-то гипнотизирующим...

- Нет-нет, - Дженет примирительно подняла ладошки. - Я просто загадала посмотреть на зал для коронаций. Вот мы в него и вышли.

- Тут горное плато, а не зал для коронаций.

- Нет тут ни горных плато, ни перевалов. Это лишь иллюзия, чтобы спрятать эльфийскую казну.

Дженет поспешила к проходу в большую пещеру. Оттуда мерцали не только сталагмиты и сталактиты, но и что-то ослепительно-золотое. Проход в пещеру занавешивали черные лианы. Они тоже оказались живыми и подвижными, но трогать путниц не стали. Издали звучала музыка, будто кто-то играл на волынке, но самого волынщика было не видно. Глория провела пальцами по шершавой горной поверхности. По ней тоже тянулись барельефы, напоминавшие наскальную роспись.

- Смотри, Дженет! Тут такие причудливые существа изображены.

Но Дженет прижала пальчик к губам, делая знак молчать. Девочка прислушалась к тишине. Тишина продлилась недолго. Ее вдруг прорезал знакомый гнусавый голос. Неужели показалось? Глория не верила своим ушам.

Откуда-то опять донеслась песенка Разума. Он снова пел об Эстелле. Вот уж нашел себе зазнобу.


- Королева - хозяйка моя,

Но ее голова это я.

Без советников сплошная беда,

И Эстелла бы пропала без меня.

Красота ее сияла, как звезда,

Но в головке не хватало ума.

Вот ей черти и послали меня,

Как советника на все времена.

Вместо войска я ей выиграл войну,

В одиночку я это могу!

Добывал ей клады, сколько мог,

А мятежников всех запер под замок.

Ей бы вечность со мной процветать,

Но она решилась сбежать.

Ради спящего короля

Предала Эстелла меня.

Разум бросила и ушла,

Променяла на мужика.

Черт бы эту любовь подрал,

Не любовь, королем бы я стал.

Ведь Эстелла уважала меня,

Но влюбилась и прогнала.

Места теплого я лишился,

Потому что и король в нее влюбился.

Там, где пара, там лишний я,

Всё! Эстелла теперь не моя!


Припев звучал чуть злобно:


- Вечно дурой притворялась она,

А сама такой хитрюгой была!

Обобрала и провела,

Да еще в сундук заперла!


Глория осторожно заглянула в пещеру, полную сокровищ и чудовищ. Тут валялись обглоданные трупы вояк и груды драгоценностей. Богатства приносили сюда именно монстры. У нее зарябило в глазах от обилия гоблинов, троллей, финодирри, даже джиннов. И все эти исполины подчинялись крохотному когтистому существу, напялившему на себя королевскую корону. Смотрелась она на нем и забавно, и зловеще.

Это же Разум! Он больше не выпекает черные булочки, а восседает на спинке золоченого трона (либо краденого, либо оставшегося от какого-то покойного короля, при котором бес когда-то правил). Чудовища его слушаются! Ну и ну! А он и впрямь умен. Знает, как с выгодой использовать свою магическую силу. Гиганты, падающие перед ним ниц и таскающие ему золото, умом явно послабее.

- А, милочка! - Разум ее заметил и взмахнул тяжелым скипетром легко, как погремушкой. - Иди-ка сюда! Не стесняйся!

Глория покрепче сжала меч и шагнула вперед. По команде Разума чудища перед ней расступились.

- Приветствуем сестричку эльфийской королевы, - провозгласил Разум.

В воздух полетели не шапки, как это полагается, но шипастые палицы, ожерелья из черепов и серпы. Глория едва успевала уворачиваться.

- Поскольку ты оказалась родовитая, ставки возрастают. За мои пекарни ты теперь должна мне не только графский замок, но полкоролевства эльфов.

Торговаться Разум умел. Небось на восточных рынках научился, когда служил умом султана. Сейчас он дрессировал нечисть. Толпа чудищ гомонила. Их тут целая рота.

Жуткое существо во главе, в короне хохотало и хлопало когтистыми ладошами.

- Я самый умный, поэтому они все служат мне.

И какой прожорливый! Столько стражников сожрал за один присест, а так и не наелся. Их обглоданные скелеты валялись под троном.

Разум так много ест, а такой тощий. Тут без магии не обошлось. Вероятно, пища вырабатывается у него не в жировые отложения, а в физическую силу. Сила у него недюжинная. Одним мизинцем тяжелый сундук поднять может.

Разум достал из закромов сверкающее бриллиантовое ожерелье с сапфировыми подвесками.

- От Эстеллы осталось, - вздохнул он.

- Ты же сказал, что все потратил.

- Нужно же было хоть что-то оставить на память о ней. Она мне, как первая любовь.

Глория недоверчиво хмыкнула.

- Ну, ладно, вторая, - сдался Разум. - После адской королевы Люциферины.

Вот в это уже больше верилось.

- Но бросили меня обе, - печально добавил он и смахнул с мордочки слезу кончиком хвоста. Слезы у него была черная, как он сам. Вероятно от этого ситуация казалась весьма трагичной, а не смешной.

- Подлецов все бросают, - подбоченилась Глория. - Обманул даму, остался один.

- Зато я сам теперь король, - Разум хотел поправить хвостом корону, украденную из клада Дану, но сдвинул ее так сильно, что она провалилась ему на шею. Поправить ее размер удалось лишь с помощью магии. Другим правителям понадобился бы ювелир или кузнец, но Разум все делал своими лапами и колдовством. Широкая корона сузилась, сжимаясь по размеру на его крохотной голове. Вот теперь Разум выглядел, как настоящий король нечисти.

Дженет потихоньку прокралась за Глорией и спряталась в тени ее подола, но Разум девочку заметил.

- Привет, кроха! Хочешь песенку спою!

Не дожидаясь согласия Дженет, он схватил лютню с лопнувшими струнами, которая вдруг сама собой забренчала колыбельную.

- Каким бес стал музыкальным! - саркастически хмыкнула Дженет, но Разум уже запел, не забывая подмигивать слушательницам и выбивать такт когтями. Интересно, про его зазнобу Эстеллу эта песенка была или про кого-то другого?

Разум пел, злорадно фыркая:


- Моя мама бросила меня,

За парнями побежала, ушла,

И совсем один остался я,

Мне подружка теперь нужна.


- А ну заткнись! - Дженет швырнула в него драконьим яблоком, которое лишь заискрилось, но почему-то не вспыхнуло и не взорвалось. Видимо, Разум был неуязвим для магических снарядов.

- О, ваше высочество! Я не про вас! Просто так - про всех... - заюлил он, лукаво подмигивая девочке, - не оскорбляйтесь!

С чего это он называет Дженет вашим высочеством? Глория заподозрила неладное.

- Не расстраивайтесь! - Разум когтями потянулся к кудрям Дженет. - Мамы бывают плохими, гулящими, но такие друзья, как я, вас никогда не бросят. Ни вас, ни ее, - Разум кивнул на Глорию. - Вы мне обе очень понравились. Такие милые сиротки. И такие богатенькие! В графском замке живете, от эльфов-разлучников пособие на бедное дитя получаете. С вами стоит подружиться.

Разум решил, что настала пора очередных переговоров, раз уж знатные дамы сами зашли на его территорию и фактически оказались в его когтях.

- Я буду вашим умом за разумную цену, - вновь предложил он.

- И что нам это даст?

- Уйдете отсюда живыми и не искусанными нечистью, - Разум показал острые клыки и перепугал Дженет. Она вскрикнула и спряталась за спину Глории.

- Без ума, то есть без меня, вам далеко не уйти, - торжествовал Разум, почесывая острые коготки и наступая на гостий.

Деваться было некуда. Не убегать же! Он всё равно догонит. Вон какой прыткий! Глория огрела его рукояткой меча. Разум пошатнулся и упал.

- Сила есть - ума не надо! - Глория торжествовала всего миг.

Разум растянулся на груде золота и не вставал. Неужели она убила бессмертное существо? Рота нечисти враждебно скалилась на нее изо всех уголков пещеры. Что ж, придется теперь перебить всех. Если она справилась с вожаком, то и рядовых уложит.

Разум вдруг пискнул и ожил. Ушибленную голову он потирал когтями.

- Надо же, а раньше мои увещевания срабатывали безотказно! Какие все умные стали! Никому-то я больше не нужен! Где моя Эстелла? Улетела к звездным родственникам.

Разум скулил, как бездарный актер трагедии. Глория не решалась его ни ударить, ни приободрить. Может Дженет его пожалеет, но она вела себя не по-детски. Видимо, Разума она считала врагом.

- Ты не отупел после удара по головке? - принялась ехидничать она. - А то вдруг наш великий Разум весь ум порастерял? Моя тетя из тебя всю мудрость вышибла?

- Схватить обеих! - Разум вышел из себя. Единственное, что он не мог стерпеть, это когда над его великой мудростью насмехались.

Его команду поспешили выполнить орды чудовищ. Подчиненных Разума будто плодили сами стены. Их становилось всё больше с каждым мигом, но меч Глории оказался непобедимым защитником. Он рубил направо и налево. И минуты не прошло, а меч уже перебил всех чудовищ. Разум остался без свиты.

- Ловкачка! - возмущенно вопил он, подскакивая на месте. - Научилась магией драться! Тоже мне, благородная леди!

- Вот и нет у тебя войска! - победоносно провозгласила Глория.

- Ничего, я новых подданных завербую, - Разум отскочил за трон. Ни лопаты, ни даже заступа у него сейчас под лапкой не оказалось, и он предпочел за разумное смыться. Сокровища исчезли вместе с ним. Скипетр, который он швырнул в меч, убегая, превратился в ржавую поварешку. Ну и мошенник! То есть маг! Пора привыкать к таким плутам, если живешь на границе с магами. Тут все сокровища могут на поверку оказаться гнилушками, а яблоки обжечь язык драконьим огнем, поскольку выросли они на драконьем дереве.

Не мир, а кошмарный сон. Правильно Ангус говорил, что надо отсюда уезжать, но Глория решила остаться и установить для магии свои правила.


Эльфийский храм


Вернувшись домой, Глория проспала целые сутки. Путешествие через гобелен оказалось утомительным. Проснулась она лишь к вечеру. Фиор парил над ее кроватью.

- Ты живая! - обрадовался он. - Я думал, тебя усыпили бродячие феи. Они любят угощать глупых девушек волшебными плодами, чтобы те уснули навсегда.

- Зачем им это надо?

- Ради проказ, конечно! Феи и эльфы обожают разные шалости. Поэтому в великом легионе богини Алаис нас называли Когортой Насмешников.

- Расскажи мне лучше про богиню Дану.

- Почему про нее?

- Алаис далеко, где-то в золотых пустынях, а Дану у нас под носом.

- Ты ее видела? - Фиор насторожился.

- Вроде того! Сама не понимаю. Был голос с полей, заросших розами...

- У тебя галлюцинации.

Фиор отлетел от окна, открывая панораму на ночное графство.

- А что находится за замком и холмами, на равнине? - Глория заметила, как какие-то крылатые тени кружатся хороводом над холмами.

- Там? - Фиор взлетел выше головы Глории, чтобы проследить, куда она указывает. - А там стоит заброшенный эльфийский храм.

- Какой храм?

- Его можно называть эльфийским, потому что отстроен он был по приказу короля эльфов.

- Как любопытно!

- Это было эпохальное событие: король эльфов и смертный граф заключили союз. Чтобы ознаменовать начало дружбы между людьми и эльфами, эльфийский король Дагда велел отстроить небывалый храм, в котором можно будет проводить межрасовые мероприятия. Там, под куполом, уходящим в небеса, могли собраться на церемонию люди, эльфы и любые волшебные существа.

- Звучит сказочно! Неужели это правда?

- Многие считают, что храм разрушен, но он всего лишь закрыт стеной незримости.

- А почему?

- Свадьба, состоявшаяся там, принесла вместо мира раздор. Но романтика любовных чар там всё еще витает. Кстати, храм был воздвигнут ради свадьбы твоей кузины. Хочешь на него взглянуть? Смертным путь туда теперь заказан, но тебя я могу отнести прямо в храм.

Не успела Глория согласиться, как Фиор обхватил ее за талию и понес в полете. Они спорхнули с балкона замка прямо в звездные небеса, пронеслись по небосклону и опустились возле грандиозного строения с арками и колоннадами. Храм был сделан из белого камня и упирался шпилями в небеса. В нефе скрывались какие-то уродливые тени, целая толпа. Это точно были не бродяги, искавшие ночлег в заброшенном храме. Фиор ведь сказал, что людям путь сюда закрыт чарами. Похоже, это какие-то монстры. Один из них злобно сверкнул на Глорию красными глазами.

- Там кто-то есть! - вскрикнула она, но меч, прилетевший на ее крик, не думал нападать и рубить жутких незнакомцев.

- Не бойся! Они тут живут.

- Тени?

- Строители.

- Кто они? Точно не люди.

- Просто не обращай на них внимания, - посоветовал Фиор. - Лучше посмотри, как шикарно отстроен храм. Он скопирован с сооружений небожителей. Экскурсия по такому месту показалась бы тебе еще большим чудом, если б всё тут не пришло в запустение с тех пор, как был расторгнут союз между эльфами и людьми. Тогда-то храм и забросили. А магия выстроила незримый заслон над проходом в равнину.

Глория восторженно оглядывалась по сторонам.

- Тут и в самом деле очень красиво.

Кругом было светло, несмотря на ночь и отсутствие свечей. Строение светилось само собой. Купы белых цветов, похожих на садовые лилии, росли в полу и нишах. Стены заросли лианами. Всё было бы очень романтично, если б в храме не прятались какие-то чудовища. Постепенно они выступали из тени. Их тут целая рота. Глория схватилась за рукоять меча.

- Не спеши! Они хорошие, - Фиор перехватил ее руку, сжимавшую меч.

- Чудовища! Хорошие? - Глория вырывалась, а меч вибрировал.

- Они могут исполнить любой твой приказ. Это они построили собор для эльфов, чтобы граф и Амаранта могли сыграть тут первую свадьбу, которую одобрят волшебные создания.

- И все мы знаем, чем их благодеяние завершилось! Волшебные создания похитили невесту.

- Не сразу!

Глория ойкнула, уколовшись о шипы крупной белой розы, расцветшей на рукояти меча. Меч подвел ее не вовремя. Со всех сторон наступают чудовища. Как можно защититься от них мечом, который оброс колючими розами? Его держать слишком неудобно, не то что им драться. Всю руку можно изранить.

- Ну почему этот меч всё время зацветает! - она с досады прочертила царапину лезвием по колонне. Царапина мгновенно сгладилась, будто была прочерчена не в камне, а в песке.

- Это волшебное строение. Его мечом не испортишь, - возликовал Фиор, - но белая роза, расцветшая тут, это символ искренней любви. Ты меня любишь, смертная девушка?

- Еще чего! - смутилась Глория, старательно отводя взгляд от парящего рядом эльфа.

- А мне кажется, что да! Во всяком случае, белая роза - знак любви.

Фиор наклонился и поцеловал Глорию. Поцелуй оказался неожиданно приятным, будто губ Глории коснулись лепестки роз. У эльфов медовые поцелуи! Кто бы мог подумать!

- Представим, что это наше венчание! - предложил Фиор.

Откуда-то сверху посыпался дождь из белых цветочных лепестков. Очевидно, он просыпался из-под купола собора. Казалось, что это зимние феи спрятались под куполом и устроили необычный снегопад. Дорожка из лепестков протянулась по полу нефа. Платье на Глории вдруг стало белым, будто сотканным из лепестков жасмина и фрезий. Кто-то смеялся в вышине. Хор состоял из множества голосов. Значит, там и впрямь прячутся феи. Их ли руки швырнули обильную порцию белых лепестков на рыжие волосы Глории? Девушка озиралась, но никого не видела. А лепестки на ее волосах приняли форму фаты. Теперь она вылитая невеста! Но вместо типичного смертного жениха рядом лишь чудовища и эльф.

- Первая свадьба смертной девушки и эльфа должна состояться в этом храме, - Фиор радостно облетел вокруг невесты. - Мы победим законы человеческой и волшебной природы, устроив межрасовую свадьбу.

Глория готова была согласиться. Эльф совсем затуманил ей голову. Быть женой эльфа, наверняка, чертовски приятно. Но тут из тени выступил другой крылатый эльф.

- Я не согласен!

- А, Элар... - недовольно протянул Фиор. - Что ты тут делаешь?

- Я, как и все опальные эльфы, имею право тут бывать. А вот Дагда сюда больше не жалует.

- Ему и не надо. То, что хотел, он забрал.

- Но союз с людьми разрушен. Из-за его жадности.

- Как будто тебе был дорог союз с людьми.

- Не был, но сейчас я смотрю на человеческую девушку и размышляю, что было бы неплохо возобновить союз.

- Я подумал о том же первый до тебя, - Фиор властно обнял Глорию за талию. Сверху из-под купола собора продолжали сыпаться белые благоухающие лепестки. Они уже облепили голову Глорию, создав свадебную фату, и теперь дополняли ее оборками.

- Ну чем не невеста эльфа? - Элар окинул Глорию придирчивым взглядом. - Я восхищен. Никогда не думал, что стану восхищаться смертной девушкой. Смертные - жертвы.

- Но не эта! - шикнул Фиор.

Горбатые чудища что-то строили у алтаря и протягивали гирлянды цветов по нефу.

- Они готовятся к свадьбе, но кого выберет Глория: тебя или меня? - Элар протянул девушке руку. - Решай, красавица! Один эльф или другой? Кого из двух эльфов ты предпочитаешь?

Глория растерялась. Они оба хороши. Так кого выбрать? Элар ей очень нравился внешне, но характер у него странный. С Фиором веселее общаться, и он тоже очень красив.

Внезапно у Глории возникло странное притяжение к Элару, будто он ее привораживает. Фиор это ощутил и громко провозгласил:

- Дагды тут нет. Без него свадьбу проводить запрещено. Таков эльфийский устав.

Одно горбатое чудовище успело с поклоном поднести Глории букет благоухающих цветов. Это и не жасмины, и не фрезии, и не розы, а какие-то небесные цветы! Когти чудовища перевили их пышными лентами.

- Букет для невесты эльфа! - прогоготало чудище, согнувшись перед Глорией в причудливом поклоне.

- Спасибо!

- Зря ты это сказала! - Фиор попытался зажать ей рот ладонью, но чудовище уже зашипело, сжало кулаки, закрутилось волчком на одном месте и сгинуло. Лишь столб черного дыма с серебристыми искорками завихрился там, где оно только что стояло и царапины от когтей остались на полу.

- Их нельзя благодарить, - назидательно проворчал Фиор. - Это же финодирри! Ты разве не слышала предания о них?

- Нет, - засмущалась Глория. - А с чего это они такие скромники?

- Из-за древнего заклятия. От слов благодарности их обжигает, как огнем. Если ты накинешься на них с кулаками, они стерпят и будут служить, а отблагодаришь их словом или подарком, и они тебя растерзают.

- Какая опасная вещь - магия!

- А то ты не знала, что люди бояться нечисти не зря!

- Ты ворчишь на меня, как старый муж, - Глория скинула с себя руку Фиора.

- Отлично, - обрадовался Элар. - Красавица выбрала меня!

- Нет, не подтверждай, что ты выбрала его, - заволновался Фиор. - Стены этого храма зачарованы. Они впитают твою клятву, как брачный договор чернила. Брак, заключенный здесь, потом будет не расторгнуть. Сами стены и колонны кругом - свидетели и шаферы.

- Вот именно! - перехватил инициативу Элар. - Дагда для венчания не нужен. Его присутствие лишь формальность. Ты знаешь, Глория, что по его приказу финодирри построили на земле небесный храм. Купола строения подпирают своды облаков. Отсюда до небес один шаг. А свадьбы тут проходят лишь волшебные.

- С чего ты решил взять смертную девушку в жены? - Фиор заподозрил неладное.

- А ты с чего решил? - Элар тоже встал в позу.

Глории стало страшно. Сейчас двое эльфов сцепятся из-за нее в смертельном поединке. А ей потом придется драться с ними обоими, чтобы их разнять. Ведь оба эльфа бессмертны. Сколько бы они не нанесли друг другу ран, а не умрут. Их поединок может продлиться вечно.

- Ты хотел принести ее в жертву котлу! - упрекнул Фиор.

- А ты не хотел?

- Я передумал.

- Вот и я тоже.

- Это хорошо, что у вас общие вкусы, - Глория решила выступить в роли примирителя, - но мне надо подумать. Брак слишком серьезное дело. К тому же брак с бессмертным существом, который затянется на вечность. За одну минуту такой вопрос не решить.

- Так подумай пару столетий! Ты тут не умрешь. Это собор самой вечности. Думай хоть десяток столетий, а мы подождем снаружи, - Элар ухватил соперника за крыло.

- Больно! - Фиор двинул противника локтем.

Если б меч Глории не завис между эльфами, то они бы начали серьезную драку.

- Хватит! - Глория содрала с волос лепестки, образовавшие фату. - Я не хочу драться с вами обоими, и венчаться сегодня я тоже не хочу.

- Может, ты хочешь покомандовать немного финодирри, - Фиор охотно свистнул громил. Чудовища тут же слетелись на зов из всех уголков собора. Они напоминали адскую армию.

- Вели им построить дворец для новобрачных, - посоветовал Элар. - Они справятся за одну ночь.

Горбатые чудовища ждали ее приказов. Глория помнила, что благодарить их нельзя, а отдавать приказы можно.

- Мне не нужен дворец и свадьба тоже не нужна, - Глория мило улыбнулась финодирри - но я хочу, чтобы вы сплели для меня из цветов одноместный гамак, в котором отнесете меня домой.

- Что? - оба эльфа всполошились. - Гамак вместо свадьбы! Это абсурд! Это скандал! Ты сама не понимаешь, чего желаешь!

Но финодирри уже кинулись исполнять приказание. Их черные когти ловко сплели гамак из лиан и белых цветов. Через четверть часа Глория уже летела домой по звездным небесам в благоухающем цветочном гамаке, как самая настоящая эльфийская невеста. А два эльфа уныло летели за ней. Свадьбы не состоялось.


Война с черными феями


Налет черных фей застал Глорию врасплох. За последнюю неделю он был уже не первым. Чернокрылые красавицы осаждали замок, залетая во все окна, и вели себя, как дома. Глория устала натыкаться на них в темноте. Феи оказались очень хищными. Благо, она умела защищаться от них мечом, но у фей было иное оружие - магия. Они постоянно пытались околдовать Глорию. Дженет обычно швырялась в фей драконьими яблоками, но это мало помогало. Феи были прыткими. Они ловко лавировали в воздухе, уворачиваясь от огненных снарядов. Глория распугивала их мечом, но понимала, что насовсем фей не прогнать. К их визитам стоит привыкнуть. В конце концов, она живет в замке, осаждаемом волшебными существам.

Вот и сегодня обычный вечер. Феи шастают по замку, как у себя дома, хоть договор и давно нарушен.

- Прогони их! - попросила Глория Фиора, вальяжно рассевшегося на потолочной балке.

- Не хочу с ними связываться, - насупился он.

- Тогда и твоей невестой я не стану.

Эльф забеспокоился.

- Хочешь отшить меня из-за каких-то фей? - Фиор взволнованно замахал крыльями, создавая ветерок над софой, на которой сидела Глория.

- Не хочу в женихи труса! - Глория отложила пособие по боевым искусствам, которое на досуге почитывала. Видно, пришла пора применить на практике полученные сведения.

- Сейчас я покажу этим феям! - она принялась искать меч. - А то слетаются в замок, как мухи на мед.

- Это из-за графа, - пояснил Фиор. - Он очень симпатичный. Медея Шаи обожает красивых смертных парней. Обычно она похищает их и держит в заложниках.

- Так почему же она до сих пор не похитила Ангуса?

- Какой-то магический договор ей мешает. Вот она его и ищет, чтобы уничтожить. А может нужно избавиться от какого-то оберега, который предусмотрительно спрятан в замке. Пока он цел, Ангус неприкосновенен для фей.

- Неужели в такого пьянчугу, как Ангус, может влюбиться сама королева фей?

- Ну, при его-то смазливом лице и атлетически сложенном теле, - Фиор развел крыльями. - Хрупкие феи падки на мужественных рыцарей. Для рыцарей, увы, это увлечение плохо кончается. Их умерщвляют изощренной магией, обращая в живые деревья, статуи, высеченные в горных породах или в диких зверей. Быть Ангусу цепным медведем или громадной ящерицей, если он попадется в когти королевы фей.

Слова Фиора прозвучали, как приговор. Хоть Глория и не обязана была защищать Ангуса, но от возмущения она поступала порывисто. Найти Медею Шаи оказалось не сложно. Фея парила над гобеленом и ощупывала его ладонями.

- В нем точно что-то спрятано, - приговаривала она.

- А ну, убирайся! - Глория воинственно потрясла мечом.

- А, букашка! - королева фей язвительно усмехнулась. - Воевать пришла? Лучше сбегай на поля! Спящая богиня там ждет великую воительницу, которая одолеет ее великие армии.

- Не издевайся!

- А ты не претворяйся воительницей!

- Я хотя бы не притворяюсь ничьей любовницей, а ты лазаешь тут на правах королевской фаворитки.

- Я и правда фаворитка короля Илиора, - напыжилась королева фей.

- Не фаворитка, а хозяйка. Ты гипнотизируешь его, пока он сидит на троне. Ему приходится повторять те приказы, которые ему нашептываешь ты.

- Попробуй сама устроиться так же уютно при каком-либо короле! Тогда не будешь сходить с ума от зависти.

- Я не завидую! - Глория чуть не задохнулась от возмущения. Фея перевирала каждое ее слово. - Это ты летаешь над замком, как надоедливая мошка.

- Я хочу забрать отсюда кое-что свое и не улечу, пока это не найду.

- Графа Ангуса тебе не забрать!

Щеки королевы фей вдруг вспыхнули ярким румянцем.

- А с чего ты решила, что он мне нравится? - голос Медеи Шаи дрожал.

- Он не твой!

- И не твой!

- Верно! Он любит Амаранту. Ему не нужны ни ты, ни я.

- Такую распутницу, как она, любить нельзя! - разгневалась королева фей.

- А такую летающую злючку, как ты, можно только ненавидеть.

- Ангусу я нравлюсь. Если он останется со мной наедине, без своих суеверных дружинников, то поймет, что я любовь всей его жизни. Ведь я - настоящая фея. Кто еще ему предложит настоящую фею!

- Бутылка спиртного ему ценнее всех фей вместе взятых.

- Не порочь его!

- А ты сама посмотри, как он потихоньку спивается. Причем не из-за тебя и даже не из-за того, что графство разорено.

- Из-за изменницы-жены? - Медея Шаи театрально захихикала. - Ну, так я охотно помогу ему ее забыть.

- Он не хочет забывать.

- Магия поможет расхотеть.

- Оставь его в покое.

- Тебе-то что? Ты тоже в него влюблена?

- Мне жаль его, потому что я наблюдаю каждый вечер, как он запирает окна от такой поклонницы, как ты. А еще он чертит от тебя защитные знаки. Пора бы тебе понять, что Ангус тебя отшил. Ему плевать, что ты королева фей. Для него ты надоедливая блоха.

Медея Шаи взвыла от ярости и кинулась на Глорию, но чуть не напоровшись на меч, замедлила полет. Она помнила, как однажды лишилась головы. Ее шея срослась так хорошо, что шрама было не заметно. Одним словом - волшебство! Тем не мене, рисковать потерей головы второй раз королева фей не собиралась.

- Я тебя еще проучу! - она потрясла черным когтем перед лицом Глории и выпорхнула в окно.

- Неужели улетела? Ура! Я победила!

Как оказалось, Глория радовалась преждевременно. Хоть феи и покинули замок, а противостояние не завершилось.

Налетели драконы Медеи Шаи. Они появились в мрачных небесах внезапно и издалека напоминали россыпь пестрых звезд. Лишь когда они начали палить огнем, Глория запаниковала.

- Это королева фей подослала драконов!

- Не нужно было с ней ссориться, - назидательно потряс шпагой Фиор. - Я вот ни за что бы не полез в ссору с королевой фей, а ты оказалась смелой себе же во вред.

- Откуда мне было знать, что у нее есть драконы!

Это казалось немыслимым. Целая разноцветная стая парила над замком, как фейерверк и сыпала огненными искрами. Ни одна катапульта не может нанести такой ущерб, как драконы. Однако и замок был словно зачарованный. Подпорченные огнем стены восстанавливались сами, обрушенные башни отрастали заново, будто замок это великан, который наращивает каменную кожу после ран.

- Строение зачаровано. Это ведь бывший дом королевы эльфов. Тут и дочь ее живет.

- Ты о чем?

- Да так, - Фиор сонно зевнул. - Не каждую ночь я засыпаю под драконий фейерверк. Еще и бы и музыку.

Вместо музыки снаружи стоял оглушительный драконий рык.

- Палите! - звучал требовательный голос Медеи Шаи. Она восседала на спине большого черного дракона, и издалека казалась всего лишь мошкой.

- Ей бы в певицы! - с сарказмом подметила Глория. - Голос у нее очень звонкий. Прямо как у соловья.

- Если она сейчас споет, то все в замке уснут мертвым сном, - прокомментировал Фиор. - Если драконья атака не сработает, то королева примется петь. Песни - ее запасное оружие.

- А почему королеве фей служат драконы?

- Ей и чудовища всякие служат: гоблины, тролли, боглы, лешии, домовые. Каких только уродцев в ее свите нет!

- Но она же королева фей.

- И что с того? - у Фиора был озадаченный вид.

- Я думала, что королеве фей подчиняются только феи.

- Раньше, наверное, так оно и было, но Медея Шаи ввела на всё свои правила. Теперь королева фей это всеобъемлющий титул. Ей служат все подряд, кого она сумела закрепостить чарами. Драконы - ее самые преданные слуги. Без них она бы надолго не удержала власть в Корунде.

- А что такое Корунд?

- Так называют затерянное в лесах королевство фей. Если зайдешь к ним в гости, то уже не вернешься. Пленников и пленниц они живыми не отпускают. Обратят тебя в дерево или в цветок, и прежней ты уже не станешь.

Морда оранжево-красного дракона сунулась в окно. Глория среагировала мгновенно, кольнув мечом в одну из растопыренных ноздрей. Хоть укол и был для дракона не сильнее булавочного, а наглая чешуйчатая морда тут же отстранилась от окна.

- Он может вернуться и дохнуть в окно огнем, - предостерег Фиор. - Тогда всё помещение вспыхнет, как печь. Лучше прикрыть окно металлическими щитами. Они огнеупорны.

Эльф засуетился, снимая со стен громоздкие щиты, но с драконами уже что-то происходило. Они вели себя странно, то падали камнем вниз, то кружились над башнями, будто пьяные. Надрывные звуки, донесшиеся с полей, зачаровали драконов.

- Флейта Дану, - определил Фиор и выронил щит. - Мне сейчас от нее станет дурно. А тебе?

Глория дурноты не ощущала, но Медея Шаи вытирала черный пот со лба и, кажется, кусала губы от досады. Драконы ее не слушались. Они стремглав неслись прочь с заброшенных полей, назад, в лес. Черный дракон Медеи Шаи покружил еще над башнями, но лететь ему было тяжело. Сама королева фей хваталась руками за голову.

- Ладно, их и без нас скоро штурмуют, - сделала вывод она и велела дракону. - Летим в Корунд!

Драконы улетели.


Два эльфа


Уснуть после драконьего налета было очень сложно. Рыцари мучились бессонницей. Стрелки и пушкари Ангуса, отражавшие атаку, всё вместе несли ночной дозор. Они ждали нового нападения, но вместо него со стороны полей звучала флейта. Ее мелодия становилась всё более заунывной, похожей на звучание волынки.

Глории приснилось, что место ее учителя фехтования занял Элар, перенявший все манеры Фиора. Во сне он даже читал нотации, как Фиор:

- Давай, я научу тебя драться. Только в платье не выйдет.

Элар шепнул что-то, и юбки Глории превратились в изящные бриджи. Шелк сполз, как зеленый лист, а бриджи тоже сформировались из листиков. Так делал наяву Фиор, а Элар повторил его жест во сне, но уроки фехтования проходили не с парящими мечами, а с крылатыми чудовищами. Элар обнимал Глорию сзади и направлял ее руку с мечом. Фактически он дрался вместо нее. Это было приятнее, чем драться самой, но зависеть от Элара Глории не нравилось. Едва соперников не осталось, она ощутила острое разочарование. Это он их победил, а не она. Его рука, обросшая золотыми листиками, постоянно лежала поверх ее пальцев и направляла лезвие в парящих чудовищ, которые дрались и секирами, и когтями. Без эльфа она бы проиграла. Однако Элар решил проявить галантность и приободрить ученицу.

- Вот! Я тебя научил. Теперь ты великая воительница. Вероятно, та самая, о которой говорилось в пророчестве, но меч против котла ничто. Помни об этом!

О каком котле он твердит? Глория хотела спросить, но котел вдруг сам возник рядом с ней. Он парил над полом и щурился на Глорию глазами десятков барельефов. Все они были живыми. Котел это живое существо! Он вот-вот превратиться в ту рогатую богиню, которая звала Глорию из-под поля. Ее чешуйчатая рука уже вылезает из котла, а ее рогатая голова это живой барельеф на котле. Сам котел светится красным сиянием, будто внутри него магическая кровь древних богов.

Розы на поле вдруг приобретают очертания женских лиц и шепчут:

- Все мы жертвы котла!

- Она следующая? - спрашивает кто-то из роз про Глорию

- Если видит нас, то да, - кивают другие розы.

Глория видит их. У всех роз - женские лица. А вот Элар этого не замечает. А потом вместо Элара на поле возникает некто жуткий и стоглавый. Все его чудовищные головы злобно щурятся на Глорию. Сотни его голосов гневно шипят:

- Воительница явилась!

Стоголосый шепот обжигает уши, как огонь.

Глория проснулась ближе к полудню. Опять она проспала рассвет. В Алуаре ей бы за это строго выговорили гувернантки, но в замке Ангуса царила полная анархия. Ничего удивительного, если хозяин сильно пьет, а дружина ему подражает.

Страх от ночного налета драконов днем улегся. Все обитатели замка снова вели привычный образ жизни - тренировались в поединках и пили эль. Для них драки, чередовавшиеся с выпивкой, были привычным распорядком дня. Глория опасалась снова наткнуться на пьяных рыцарей или на меланхоличного Ангуса, который твердит одну и ту же жалобу, как молитву:

- Все считают жену мертвой, а она гуляет с эльфами!

У Глории уже в ушах от этой жалобы звенело. Любопытно, с какими эльфами гуляет Амаранта? Знает ли их Фиор? А может Амаранту соблазнил красавчик Элар? Про него же Дженет говорила, что он ловелас и сердцеед. Вдруг это он увел у нее мать? Хотя, если подумать, то все эльфы невероятно красивы. Вряд ли одного Элара можно считать самым лихим соблазнителем. Фиор, к примеру, ничуть не менее соблазнителен, чем он. Два эльфа, ухаживавших за Глорией, были такими разными! Однако оба они одинаково притягательны.

Дженет побросала распотрошенных кукол, где попало. Собирая ее раскиданные вещи, Глория никак не ожидала, что найдет записку, нацарапанную на желтом клиновом листе.

"Она единственная из всех наших детей похожа на человека, поэтому пусть живет у тебя".

И подпись:

"Твоя Амаранта"


Как это понимать? Глория была ошеломлена. Это какая-то детская шутка? Желтый кленовый лист оказался золотой пластинкой. Ну и ну!

- Если б ты увидела других своих племянников, ты пришла бы в ужас! - Дженет стояла рядом и хихикала так, будто заметила что-то очень забавное.

- Каких племянников?

- Тсс! А то нас услышат рыцари. Им лучше ничего не знать, - Дженет поманила Глорию к большому настенному зеркалу тому самому, которое Медея Шаи использовала в качестве портала. На этот раз зеркало отражало стену эльфийского замка, где отплясывали маленькие чудовища. Какие-то из них напоминали крылатых жаб, у других драконьи хвосты росли из спин, будто шлейфы, третьи были рогатыми, четвертые поросли чешуей.

- Это уродливые фейри! - поморщилась Глория.

- Это твои племянники. Мои сестры и братья.

- Это они тебе так сказали?

Дженет деловито кивнула.

- Они просто пользуются твоей доверчивостью. Посмотри на себя и сравни свое отражение с ними. Разве вы хоть чем-то похожи?

- Внешне нет, но... - Дженет замялась.

- У тебя разве чешуя растет на коже?

- Нет.

- Вот видишь! - Глория провела рукой по зеркалу. Оно стало водянистым. Ее рука тонула в амальгаме. - Зачем нужен гобелен, если и зеркало можно использовать, как портал.

- Зеркало раскрывает путь не всегда и не для всех. Гобелен более удобен, - Дженет поманила уродцев, которые проворно перескочили через раму и начали увиваться вокруг Глории. Их когти хватались ей за юбку, их хвосты били ее по коленкам.

- Ай! Отстаньте!

- Это же твои племянники, - опешила Дженет. - Ты им разве не рада?

Ее племянники? Это же чудовища? Куда деваться от таких племянников? Утопиться? Повеситься? Лишь бы только не путаться с ними, она бы и в костер шагнула.

- А ну, руби их всех! - велела Глория мечу. - Это подменыши, а не дети.

- Стой! - Дженет испугалась. - А вдруг они заколдованы! У меня вот даже крылья не прорезались в спине. Все говорят, что я калека. А рыцари графа считают меня вполне нормальной.

Она называет отца графом? Неужели в Илиоре таков этикет? Ничего необычного. Есть страны, где даже к родителям принято обращаться лишь по титулу. Тем не менее, Глория поежилась, как от озноба. Для нее такая формальность слишком непривычна.

- Прогони их! - потребовала Глория. - И тогда обойдемся без кровопролития.

- Ладно, прощайте! - Дженет зашептала что-то на незнакомом языке, и маленькие чудовища ушли назад в раму. Сама Дженет хотела шагнуть за ними, но что-то ее будто не пускало.

- Видишь, зеркало принимает не всех путешественников. Меня не хотят видеть в замке эльфов, поэтому зеркальный лабиринт меня туда не пускает.

- Эти твари не были эльфами! Они тебя обманули!

- Они дети самого эльфийского короля, - заныла Дженет. - Почему ты мне не веришь?

- Я не верю им.

- Но ты сама подружилась с эльфами.

- С красивыми эльфами, а эти некрасивы.

- Они просто еще не выросли.

- Ну, хватит, - топнула Глория.

- Кстати, мы так и не навестили мою маму, - Дженет устала во время прошлого путешествия через гобелен, а сейчас хотела повторения вылазки. - Ты должна увидеться с ней.

- А это можно?

Дженет с ученым видом кивнула.

- Только меч с собой брать нельзя.

- Без меча я не пойду, - воспротивилась Глория. Уж слишком такая вылазка напоминает ловушку. На безоружную девушку очень легко напасть. А вот меч ее от всего защитит.

- Даже от котла? - шепнул ехидный голосок в сознании.

- Кстати, что там у эльфов за истории с котлом? - спросила Глория.

Дженет сразу сникла.

- Ах, это...

Девочка точно знала что-то компрометирующее, но боялась признаться.

- Ладно, я пойду к гобелену, навещу маму одна, - переминаясь с ноги на ногу, сказала Дженет. - А ты прикрой меня! Если обо мне кто-то спросит, говори им, что я пошла изучать азбуку.

- Эльфийскую азбуку? - поддела Глория. - Может, и меня как-нибудь научишь волшебному алфавиту?

Но Дженет уже и след простыл, а очередная искромсанная кукла валялась на полу. Фиор налетел внезапно и вырвал кленовый лист из руки Глории. Эльф взмыл к потолку и прочел записку.

- Хм! Любопытно! - признался он.

- Что бы эта записка могла значить? - спросила Глория. Наверняка, Фиор знает.

- Ну, я не имею права лезть в дела правителей, - почесал за острым ухом эльф.

С его зеленой шапки слетел пикси и начал нагло трещать. Фиор от него отмахнулся.

- Тебе стоит расспросить обо всем свою кузину, - после недолгого молчания посоветовал он.

- А как мне ее найти?

- У тебя же есть гобелен. Ткни пальцем в ту вышивку на нем, которая изображает нужное место.

- А какое место нужное?

- Страна эльфов, разумеется. Кстати, мне там рады не будут, - Фиор поспешно упорхнул. Наверное, опасался, что Глория потащит его туда силой.


Эльфийские поэмы


Глория патрулировала пустые галереи с мечом наперевес. Где-то в этой части замка затерялась странная золотая дама. Вероятно, она знает все секреты сбежавшей Амаранты. Вместо золотой дамы, Глория наткнулась на компанию сверхъестественных чужаков, проникших в замок. Это точно не были приятели Дженет, ведь рост у них был громадным. Доставая рогами до потолка, детьми уже не притворишься. Даже доверчивая Дженет не станет называть этих громил ее племянниками. Глория преградила им путь лезвием меча.

- Вы вторглись через гобелен?

Существа не ответили, но враждебно оскалились. Это уже можно считать вызовом к драке. Глория напала первой. Удача ей сопутствовала. Она отрубила рогатым и хвостатым лазутчика конечности, а те вдруг снова приросли.

Глория не удивилась. Она такое уже видела. А вот у лазутчиков глаза на лоб полезли от изумления.

- Девушка-рыцарь! - заверещали они. - Та самая, о которой гласит пророчество!

Их когти с любопытством потянулись ощупать Глорию. Она в страхе забилась в угол. Как справиться с неуязвимыми противниками? Если отрубить им конечности, они прирастут снова. Может, нужно их сжечь, когда разрубишь. Ангус часто повторял в назидание своим рыцарям, что эльфов простым оружием не одолеть. Но у нее-то меч волшебный! Как же он не справляется?

- Вас прислала королева фей? - догадалась Глория.

- Нет, милашка! - одно рогатое чудище потянулось к ее волосам.

- Возьмем ее с собой, - глаза другого монстра зажглись алчностью, как при виде сладкого вина. - Котел заждался жертв. Да и самонадеянному графу нужно отомстить, умыкнув у него из-под носа подружку.

- А вдруг она причинит котлу вред? - промямлил третий уродец. Он оказался самым предусмотрительным из всех. - Смотрите, ее меч особенный. Лезвие впитывает кровь, как губка, и шипит. Тот, кто подарил ей этот меч, может нам за нее отомстить.

- У нее меч Дагды, - когтистые лапы остальных тварей ощупали лезвие, которое шипело от жажды крови и вдруг перепугались. - Уходим!

Ушли они, ползя по стене, как черные мартышки. Это кошмарный сон? Их лапы ловко цеплялись за абсолютно гладкие стены и колонны. Ей точно мерещится. Глория ущипнула себя. Нет, это не сон! Прекрасные сны о поле роз не имеют ничего общего с этими тварями.

Последний раз ей снился чудесный сон о проселочной дороге, которая вела к белокаменному шато. Прямо из дороги торчал меч, обвитый розами. На обочинах валялись кости скелетов.

- Это жертвы эльфов, - шепнул чарующий голос. - А в шато ожидается свадьба эльфов. Ты хочешь быть почетной гостьей на свадьбе эльфов?

Во сне она не успела ответить, но успела узнать голос. Это было нежное сопрано Амаранты. Его ни спутаешь ни с одним другим голосом. Кузина в Алуаре так восхитительно пела, что Глория до сих пор не могла забыть ее мелодий и баллад.

Фиор тоже не бездельничал. Во сне он будто не нуждался вообще. По ночам он летал и собирал какие-то эльфийские баллады в библиотеке, чтобы потом показать Глории, а днем учил ее фехтованию.

- С одним мечом ты смотришься, как новичок! - критично подметил он. - Тебе бы еще научиться владеть палицей, цепом, булавой, копьем и метать дротики.

- А если я не справлюсь? Ведь чтобы поднять палицу, силы нужны не женские!

- Так для чего есть магия? Освой ее, и поднять даже ядро катапульты тебе станет под силу.

- Это будет мошенничество!

- Это будет волшебство! Оно даже хрупкую девушку наделит большей силой, чем у великана.

- Ты мечтаешь о невесте, которая вместо тебя пойдет воевать с великанами?

Фиор смутился.

- И откуда в библиотеке Ангуса нашлось столько волшебных книг?

Глория раскрыла один сборник эльфийских поэм, найденный Фиором. Внутри книги распустились цветы, со страниц слетели золотые бабочки и позвали поющие голоса.

- Оставь меч! Мы можем показать тебе удивительный мир. Зачем тебе с нами воевать?

- Не слушай их! - Фиор поспешно захлопнул книгу. - Они умеют гипнотизировать. Я ошибся с этим сборником. Он принадлежал еще самым древним эльфам, которым выгодно было извести воительницу, о которой гласит пророчество. Девушка, вооруженная мечом, для них угроза.

- Откуда этот сборник в библиотеке Ангуса? - требовательным тоном спросила Глория.

Фиор перепугался так, что это она ощутила себя на миг в роли строгой учительницы, которая муштрует нашалившего ученика.

- Сам Дагда ему подарил, - нехотя признался эльф.

- Дагда! Дагда! Я только и слышу, как его именем распугивает нечисть. В первый раз я подумала, что это слово является оберегом, а это оказалось имя. Мне оно мало что говорит. Кто такой этот Дагда? Вожак эльфов?

- Бывший сподвижник богини Дану и нынешний единоличный правитель летних и весенних эльфов.

- Почему его имя пугает Элара и всю его компанию?

- Потому что он наложил опалу на всех напроказничавших эльфов.

- И на тебя тоже?

- Я сам улетел, когда понял, что мои шалости его раздражают. Не ждать же, пока меня сошлют.

- А ты много шалил?

- Ох, каких проказ я только не совершал, - припомнил Фиор. - Самому теперь стыдно вспоминать. Я парил по эльфийскому замку, как смерч, разливал волшебное вино, устраивал землетрясения, сыпал красные искры на кожу эльфиек, так что красотки надолго покрывались прыщами. Это была месть за то, что они прозвали меня вертопрахом. А однажды я нашептал в ухо вздремнувшему великану, что Дагда позвал его на пир. Великан пришел и начал давить холмы, внутри которых находились дворцы эльфов. На великана налетели стаей драконы, завязалась целая битва. Я смылся до того, как меня вызвали на допрос. Нужно было срочно уносить крылья, пока их не лишился.

- Ты жалеешь, что так напроказил?

- Лишь отчасти. Бездомным быть плохо. Но не поселись я на птичьих правах на гобелене и не встретил бы тебя.

Глория увернулась от его поцелуя.

- Этот гобелен опасен! Через него к нам могут вторгнуться воинственные полки эльфов.

- Но пока же не вторглись.

- Гобелен нужно снять со стены, свернуть рулоном, обмотать цепями и спрятать на чердаке.

- Не вздумай!

- Почему?

- Ты лишишь меня дома!

Глория смягчилась. Она не подумала, что гобелен для Фиора, как насест для пташки.

- Ты живешь, как пичужка! Чуть что - сгонят! Но пока ты показываешь фокусы, я тебе рада. А я почти хозяйка замка.

Фиор, раздумывая, витал над ее головой и вдруг признался.

- Я бы забрал тебя в гобелен, в миртовый сад. Навечно.

- Уже через сотню лет под миртом будет лишь моя могила.

- А вот и нет. Возлюбленные эльфов не стареют и не умирают. У тебя даже крылья со временем могут отрасти, а если и нет, то ничего страшного. Ты и калекой мне нравишься.

- Бескрылая значит калека? - обозлилась Глория.

- А разве нет? - невинно заморгал Фиор. - Летать же ты не умеешь.

- Мне и ходить удобно.

- Не калеки это те, кто умеют и ходить, и летать.

- Как ты?

- Верно, как я.

- Но так и поищи себе фею!

- Мне больше нравишься ты. Феи такие зануды! А их королева и того хуже.

- Ты же дружил с опальными феями.

- Не я, а Дженет. Они ее обожают. Она ведь очень похожа на дитя фей. Одна такая уродилась из всего потомства Дагды.

- Из чьего потомства?

Фиор понял, что сболтнул лишнее и прикусил язык.

- Оговорился.

- А вот и нет, по-илиорски ты говоришь отлично.

- Перешел разок на эльфийское наречие. Не серчай!

Глория рассвирепела. Эльф от нее точно что-то скрывает. Жаль, что у эльфов даже под пыткой ничего не вытянешь. Ходят слухи, что если эльфа пытать, то орудия пыток обратятся против палачей. Она бы связала Фиора и заставила волшебный меч его истязать, если б пытки пробудили в эльфе честность.

Решить легче, чем реализовать. Эльфа голыми руками не возьмешь, да и меч его тоже слушается, будто имеет сразу двух хозяев: девушку и эльфа.

Фиор, не желавший конфликтовать, вылетел в сад. Глория пошла за ним. В саду веселились духи природы.

Пикси украли кисточку Дженет и палитру и теперь пытались окрасить листья на деревьях. С чего им взбрело в голову? Глория уже привыкла принимать их за проказливых насекомых. Но смех у них был заразительным.

Художники из них не выходили, и тут появилась фея в платье, сшитом из ярких осенних листьев. Крылья у нее тоже были многоцветными кленовыми листьями.

Она расцвечивала деревья одним прикосновением, будто кистью листья красила. Вот это мастерица! Глории захотелось подружиться с ней. Осенняя фея вела себя приветливо, пока не заметила, что Фиор ухаживает за Глорией, собирая для нее букеты из ярких листьев. Вот тут фея разобиделась и упорхнула, оставив сад не раскрашенным осенью до конца.

- Так даже лучше! - сделав вывод Фиор. - Для осени еще слишком рано. Только август еще.

- Что осенняя фея делала в графстве?

- Искала Дженет, наверное.

- Зачем?

- Дженет многим нравится: и феям, и эльфам.

- Она особенная?

- Да, - сухо кивнул Фиор. Он старался чего-то не сболтнуть.

- Фея осени опальная?

- Она самостоятельная, а не опальная. Она упорхнула из царства осени пару столетий назад и возвращаться не собирается. Фея осени предпочитает летать над лесом одна и раскрашивать отдельные деревья яркими осенними тонами даже в начале весны.

- Когда приехала сюда, я видела одно осеннее дерево у кромки леса. Оно выглядело причудливым не в сезон, будто из сказки появилось.

- Оно и есть магическое, - Фиор сорвал пригоршню оранжевых листьев с клена и подбросил их, как конфетти. Листья заискрились в полете. - Осенние феи привносят в природу магию.

Меч вылетел из окна и начал срубать ветки с деревьев. Наверное, принял их за великанов, от которых нужно защищать Глорию. А может просто решил размяться.

- Откуда этот меч вообще взялся в замке? - Глория вспомнила, что чудовища сочли его эльфийским подарком.

- Это эльфийский меч, - подтвердил Фиор. - Его дали, как откуп за похищенную Амаранту.

- Но эльфы не выносят железа, - припомнила Глория

- Дагда и к железу терпим, и к текучей воде. Против него ты с этим мечом не выступишь в бой. Ему всё нипочем.

- А он собирается воевать против нас?

- Всё зависит от Ангуса.

- Почему от Ангуса?

- Если Ангус простит похищение Амаранты, то войны не будет.

- А если война будет, то эльфы уничтожат всех людей?

- У них перевес в силе, - дипломатично кивнул Фиор.

- И в магии!

Магия была главной силой эльфов. Оружием их не победить.

- Может, научишь меня магии? - решилась Глория. - Боевой магии, разумеется. Привораживать эльфов я не собираюсь.

- Тебе это и не требуется, - Фиор смотрел куда-то вдаль. - Кажется, Дженет хочет попасть через гобелен в сид короля эльфов.

- А что такое сид?

- Сидами называют полые холмы, внутри которых расположены дворцы эльфов. У Дагды в царстве семь таких холмов. Поэтому его королевство и называют царством Семи Холмов, а в просторечии Зелеными Холмами.

Глория представила себе, как пируют эльфы внутри холма и рассмеялась.

- Эльфийская жизнь это поэзия, а человеческое прозябание это проза, - начал декламировать стихи из старого сборника Фиор. - Красавицам стоит прогуляться в Семь Холмов, чтобы вкусить мед эльфийского бытия.

Вместо наслаждения пришлось отгонять от гобелена надоедливую Дженет.

- Хочу видеть маму, - пищала она.

Фиор с трудом сумел вовлечь ее в игру с зелеными лиственными мячиками. Он ловил их налету и перекидывал ей.

Пока они играла, Глория провела пальцами по вышитым зеленой нитью холмам, и интерьер замка перед ее глазами вдруг сменился зеленым лугом.


Король и королева эльфов


Возле луга извивалась серпантином тропинка, а над тропинкой летали стайки пикси.

- Смертная пришла! - заверещали они. - Летим, доложим королю!

Глория огляделась. Кругом зеленели луга, а за ними высились холмы. Меч, обросший розами, торчал из дороги, как в ее сне. Кто-то воткнул его в землю почти до рукояти.

- Время битв закончилось, - прошипел суровый голос, едва Глория попыталась вытащить меч. - В конце столетия тут будут праздновать свадьбу короля эльфов. Я жду этого момента. Не тревожь меня!

Меч говорит! Она, наверное, бредит.

Глория приложила руку ко лбу. По коже струился пот. Солнце припекало так, что было жарко. В замке Ангуса так жарко никогда не бывает. Предместья Илиора не тропические края. Палящему знойному солнцу тут взяться неоткуда.

Чем дальше Глория шла, тем необычные становился ландшафт. Красные кочки оказывались шапками гномов, а мшанки нимфами, обросшими зеленью. Все встречные разбегались и разлетались от Глории с неприязненным возгласом:

- Смертная!

Это звучало, как опасная!

- Еще одна соблазнительница явилась! - шикнул на нее встречный гном.

Он испуганно отскочил в сторону, когда Глория пошла ему навстречу, и исчез.

У кого же теперь спросить дорогу. Ясное дело, она попала сюда через гобелен. Но вот что это за место? Неужели царство эльфов в Семи Холмах.

Дойдя до первого холма, Глория заслышала звон чарок и тосты. Внутри холма действительно пировали эльфы. Они напивались, как рыцари Ангуса и орали фривольные песенки. Крохотный проем внизу холма открывал путь к ним.

Глория побоялась войти. Смертную на таком пиру запросто опоят волшебным вином, от которого не проснешься минимум столетие. Пленницей эльфов она стать не хотела.

- Не хочешь с нами пировать? - белокрылая эльфийка спорхнула со стола для пира и подлетела к Глории.

Эльфийки отличались от фей сеточкой серебристых или золотых блесток на коже, радужными глазами и ажурными крыльями, по форме напоминавшими стрекозиные.

Также у эльфиек можно было заметить золотые татуировки на коже. Они сплетались рунами или кружевом. Издалека казалось, что это причудливые браслеты.

- Я спешу, - отговорилась от приглашения Глория.

- К королю Дагде и твоей кузине? Ты хочешь навестить их до официальной свадьбы? Предварительное венчание уже состоялась. Ты опоздала. Но по истечению века вступит в силу закон об одном веке до свадьбы, и мы все сможем снова повеситься на брачном пиру. Если ты до этого доживешь. Ты вроде бы еще смертная.

Глория опешила.

- Моя кузина и король эльфов живут вместе?

- В том холме, - эльфийка показала на самый большой холм, который высился над другими, как зеленый великан. - Это холм правителя.

- И Амаранта там в плену?

- Амаранта - наша правительница.

Могла ли эльфийка заблуждаться?

- Хочешь, провожу? - она полетела вперед, указывая дорогу. Вид у нее был сонным от эльфийского вина.

По дороге к большому холму пришлось пройти мимо более низких холмов. В одном из них шел бал, и звучала музыка. Эльфийки и эльфы парили в танце. В другом холме варили пиво и брагу. В третьем тренировались бойцы. Эльфы даже сражались в полете. Их учебные поединки заинтересовали Глорию больше, чем бал, но провожатая потянула ее дальше.

В королевский холм одной было не пройти. Его сторожили эльфы с алебардами и драконы.

- Я привела земную родственницу Дагды, - провозгласила эльфийка. - Ее должно встретить с фанфарами.

- Не нужно формальностей, - Глория проскользнула в белокаменный эльфийский дворец и помахала на прощание докучливой эльфийке.

Грандиозное строение было приспособлено для крылатых созданий, которые летали по нему стаями. У некоторых эльфиек крылья напоминали лепестки пышных цветов. Висячие сады и галереи вели к окнам в высоте, а не к дверям. Для драконов и эльфов это было удобно, но Глория запыхалась. Как пролезть вверх там, где нет лестниц?

Стоило впасть в отчаяние, и эльфийский король вырос перед ней, как из-под земли. Его легко можно было узнать по великолепной короне в виде свившегося кольцом золотого дракона. Так это и есть Дагда! Он тоже узнал Глорию, хоть никогда ее раньше и не видел.

- О, родственница!

Красивый эльф дружелюбно потрепал ее по плечу.

- Так я тебе теперь деверь? Шурин? Свояк? Или как это у вас, у людей, называется? Надо спросить Амаранту. Она точно знает.

- Для эльфа, обманом влезшего в человеческую семью, термина еще не придумали, - подколола Глория.

Дагда даже не обиделся. А вот эльф с гобелена подметил бы, что язычок у нее, как бритва. Король эльфов вел себя более чинно, чем его бродячие подданные.

- Инициатором обмана был не я. Мир предложили мне, а не наоборот. Меня пригласили в стан врага, где ожидал неодолимый соблазн. Я мог бы подумать, что перемирие было лишь ширмой, за которой спрятали смертельную ловушку - любовь к смертной. Но Ангус вел себя слишком благородно, чтобы помыслить о нем плохое.

- Ангус и ты действительно были друзьями? - сейчас в это уже не верилось.

- А ты не задумывалась, откуда в замке смертного графа взялся эльфийский меч?

Меч, словно узнал бывшего владельца и не слушался Глорию. Девушка пыталась выставить его лезвием вперед, но он упрямо клонился вниз.

- Меч мой подарок Ангусу, как и эльфийский кинжал.

- Ты проявил щедрость!

- Я любил Ангуса, как младшего брата, и до сих пор его люблю. Забавно иметь братца из рода людей, когда сам ты эльф, но мы решили когда-то, что будет разумно для людей и эльфов побрататься.

- Но ничего хорошего из этого не вышло.

- Вначале вышло, но когда приходится делить возлюбленную, то и брат, и друг могут стать врагами.

- Прискорбно.

- Верно, но с любовью ничего не поделаешь.

Дагда провел Глорию по анфиладам роскошных зал. Эльфийские чертоги поражали великолепием.

- А говорят, что эльфы обитают посреди руин, увитых зеленью.

- Смотря, какие эльфы. Мы тоже делимся на касты. Ты решила посетить самый цивилизованный эльфийский округ.

- То есть только эльфийские дикари селятся в руинах и на кладбищах.

- А еще опальные эльфы.

- Как такой великодушный правитель, как ты мог наложить на кого-то опалу?

- Иногда даже меня вынуждают к крайним мерам обстоятельства.

- А кто вынудил тебя похитить чужую жену?

Диалог с королем эльфов оборвался внезапно, потому что по пути подвернулись роскошно одетые эльфийки. Они парили над головой Глории. Среди них была Ивейна. Она ревниво сжала кулачки, завидев Глорию, но напасть не посмела, ведь сам король эльфов старательно делал вид, что Глория его протеже. Дагда сам провел гостью в тронный зал. Любопытно, зачем они пришли именно сюда? Это помещение предназначено для коронаций и торжественных встреч.

- О, приехала! - белокурая и крылатая красавица вскочила с трона при виде Глории.

И это Амаранта? Да она же эльфийка с крыльями! Каково иметь в семье королеву эльфов? С одной стороны сплошная выгода - она осыплет волшебными милостями и поможет разобраться с черными феями, с другой - это уже ужас! Как признаться родне и знакомым из Алуара, что ее кузина теперь крылатая особь из эльфийского царства.

- Лучше зарубить вас всех мечом, чем иметь целую семью эльфов, - сорвалась на истерику Глория.

- Перестань! - Амаранта подлетела и вытащила из ее руки меч. - Когда-то он был наш, теперь стал твой. Пусть и дальше остается твоим, при условии, что на свою родню ты нападать не станешь. Кстати, если б ты не была моей кузиной, то тебя бы с мечом сюда не пропустили.

- Отдай! - Глория вырвала меч назад. - Без оружия расхаживать в ваших диких волшебных краях слишком опасно!

Амаранта вдруг деловито кивнула. Драгоценный обруч заискрился на ее лбу, подобно звездам.

- Я чую, как просыпается моя предшественница где-то в магических полях и ее жуткие армии просыпаются вместе с ней.

- Богиня Дану? - насторожилась Глория.

- Нам придется сражаться против нее. Битва с нею может разрушить наше царство.

- Но есть какое-то предание о воительнице, которая всех спасет.

- Считаешь, что это ты? - Амаранта скептически хмыкнула.

- Я пойду воевать за вас, - Глория взмахнула мечом.

- Потому что хочешь ощутить себя героиней? Или ты всё еще любишь меня, как кузину?

Глория не ответила.

- Я так рада снова тебя видеть! - не унималась Амаранта. - Скажи, что и ты рада встрече!

- Странно, что ты меня узнала с первого взгляда, хотя когда мы виделись в последний раз, в порту перед твоим отплытием из Алуара, я была еще маленькой.

- Тебя легко узнать по веснушкам, - пошутила Амаранта.

- Разве у меня заметны веснушки?

- На самом деле я давно наблюдаю за тобой через магические зеркала. А еще шпионки, типа Ивейны, доносят мне новости из графского замка. Ты в курсе, что эльфы, которые днем обрастают золотыми листьями, как масками, являются шпионами?

Глория ошеломленно смотрела на крылатую Амаранту, которая не только стала настоящей эльфийской королевой, но легко парила над собственным троном. Дагда дал кузинам поговорить, смиренно заняв место поодаль от трона. Его роскошная зеленая мантия, вышитая золотыми рунами, делала его похожим на ожившее дерево. Корона-дракон на его голове шипела и казалась живой. А вот маленький зеленый дракончик, летавший у плеча короля, действительно был живым и выполнял роль советника, периодически нашептывая Дагде что-то на ухо. Его изумрудные коготки бережно отводили длинные золотистые пряди от заостренных ушей Дагды.

Нужно было бы ощутить смущение от того, что сам король эльфов свидетель их ссоры, но Глория не могла сдержать эмоций. Она принялась сыпать в Амаранту упреками.

- Ты имеешь сразу двух мужей. Двух!

- Двое это еще не гарем.

- Так ты бы и гарем завела, если б представился шанс!

- Я не считаю иметь двух мужей аморальным, если один муж - волшебный, а второй - человеческий. Они даже живут в разных мирах.

- А всех детей вы побросаете нам, как Дженет?

- Нет, других вы не увидите, - Амаранта печально вздохнула. - Я думала, что никогда не сравняюсь в плодовитости с Медеей Шаи, но, увы, мои дети очень похожи на ее детей.

- То есть они феи, а не эльфы.

- Они уродливы.

- Не для страны троллей или гоблинов, куда их можно было бы послать пожить, - подал голос король эльфов. Амаранта будто его не расслышала.

- Они мои дети. Они останутся тут. Даже если дети короля и королевы эльфов оказались чудовищными, они имеют полное право находится при дворе эльфов. Дагда хотел подарить им отдельный сид, где никто не будет их видеть, а прислуживать им будут тролли и гоблины, но мое сердце не вынесет разлуки с ними. Я люблю их, несмотря на их пугающий вид. Они же мои дети!

Она подвела Глорию к окну и показала ей хоровод маленьких чудовищ, игравших на террасе эльфийского замка. Это ведь те же самые, чудища, которых называла своими сестрами и братьями Дженет!

- Так всегда бывает, когда эльф женится на смертной или фея выходит замуж за смертного. От межрасового союза рождаются чудовища. Но Дженет родилась красивой, поэтому мы решили, что она человек. А если она человек, то значит она дочка Ангуса. Вот мы и отправили ее к вам.

- И теперь мне приходится быть при ней мамой, а у меня даже мужа еще нет.

- А я вижу, что и у тебя двое мужей назревают.

Теперь уже покраснела Глория.

- Ты ошибаешься! Я вообще не собираюсь замуж.

- Королева эльфов не может ошибаться, - самоуверенно заявила Амаранта.

- А где тут королева? Я вижу только беглую графиню.

- Перестань, - Амаранта грациозно взмахнула сверкающими крыльями. Ей они очень шли.

- Нужно всего лишь отрастить крылья, чтобы стать королевой эльфов? - саркастически усмехнулась Глория.

- Не только! - Амаранта ответила серьезно. - У любой невесты эльфа отрастают крылья. Это норма.

Когда волшебство становится нормой, начинаешь терять голову от обилия впечатлений. Глория внимательно рассматривала кузину, чей шлейф не касался ступеней трона, а парил над ними.

Амаранта сильно изменилась. Даже можно сказать преобразилась. Ее кожа сияла, как покрытая блестками. В белокурых кудрях проросли цветочки белого мирта. А крылья так вообще ни с чем несравнимы. Они сверкают, искрятся и переливаются радужными бликами.

- Ты напоминаешь громадную бабочку, - скрывая восторг, поддела вслух Глория.

- Ах, из-за крыльев, - Амаранта сердечно кивнула. Она как была, так и осталась абсолютно беззлобной, совершенно не реагировала на подкалывания. Наверное, все счастливые люди в ответ на оскорбления не злятся, а Амаранта была очень счастлива в то время, как брошенный Ангус безумно страдал.

- На самом деле с крыльями удобнее, чем с одними ногами, - призналась Амаранта, по-дружески подхватывая Глорию под локоть. - Летать я люблю больше, чем ходить.

Глория поежилась. Страшно находиться рядом с эльфийкой. Сейчас она сердечная и радостная, а через миг нашлет злые чары.

- От кузины, которую я помню, в тебе осталось процентов десять, а на девяносто процентов ты - чистое волшебство.

- Спасибо!

- Это не комплимент, а укор.

Амаранта расстроилась.

- Как ты могла стать изменницей? - продолжила нападать Глория. - Приличные дамы мужьям не изменяют.

- Зато про мужчин ходит поговорка, что все они изменники. Вот я и ушла к эльфу.

- Кроме Ангуса. Он верный. Даже с феями не флиртует, а уж они его осаждают.

- Мы с моим нынешним супругом окажем ему помощь, если феи налетят воевать, - милостиво пообещала королева эльфов.

- Он не примет помощь от короля эльфов. Кстати, разве можно называть любовника супругом?

- Тут волшебный мир. Тут всё можно.

- При живом-то муже, которого оставила спиваться от горя в мире смертных.

- Разве Ангус пьет?

- И очень сильно! Я сама отнимала у него полупустые бутылки.

- Вот негодник! При мне был трезвенником. Стоило ненадолго его оставить, и он испортился. А вот эльфы никогда не напиваются допьяна. Еще один плюс в их пользу.

Глории и самой эльфы нравились, но нельзя же ради них бросать благоверного, если он есть, разумеется. Вот у нее пока мужа не было, поэтому она смело может увлекаться эльфами.

- Мы соблюдаем закон об одном веке до свадьбы, - сказала Амаранта.

- Что за закон?

- Этот закон касается лишь замужних или обрученных со смертными возлюбленных эльфов. Он означает, что до официальной свадьбы с эльфом замужняя невеста должна выждать не менее сотни лет. За этот срок земной муж точно уже умрет.

Глория вспыхнула от возмущения. Кулаки сжались сами собой. Так хотелось накинуться драться на бессовестную кузину.

- Двоемужница! Плутовка! Распутная особа! Мне стыдно, что ты моя сестра.

И это она говорит королеве эльфов! Естественно никто не отсек ей голову и не зачаровал в дерево. Родственные связи все-таки имеют вес. Юродивым и родственникам прощают самые дерзкие слова. К тому же все высказывания Глории были честны.

- В вашей компании мне не место. Я возвращаюсь присматривать за брошенной вами Дженет. А вы будьте счастливы на чужом горе, ваши волшебные величества!

Вместо того чтобы разозлиться, Амаранта чуть не заплакала. Какая она чувствительная! Грешит без злого умысла, а потом еще рыдает! Ее и отругать не выйдет. Она просто спрячется в коконе мнимой невинности. Нечего тратить время на то, чтобы ее усовестить. Глория развернулась и побрела прочь.

Дагда догнал ее у выхода из тронного зала.

- Не вини кузину! Когда встретишь свою истинную половину, ты нас поймешь.

Король эльфов поцеловал Глорию в лоб, будто собственную сестру, и все дурные мысли вмиг куда-то исчезли. Появились теплые чувства и к кузине, и к королю эльфов. Недаром говорят, что эльфы колдуны. Ее снова потянуло назад к нему и к Амаранте. Больше она их ни в чем не винила.


Опасные пути


По возвращению домой флер очарования эльфов немного ослаб. Глория пришла в себя и схватилась за голову. Амаранта и Дагда обаяли ее настолько, что она простила им все пороки. Когда эльфы рядом, они полностью контролируют человеческую волю, но стоило отойти от них подальше, и Глория пришла в себя. Она поняла, что ее обманули и хотела вернуться назад, чтобы бурно поскандалить, но дорога обратно через гобелен оказалась закрытой. Такое чувство, будто ее и не было.

- Двоемужница! - ругалась по дороге Глория. - Блудница! Распутница! Двуличная женщина. Таких, как она принято клеймить буквой "А" за адюльтер.

- И это ты про королеву эльфов?

Фиор уже витал возле гобелена, из которого Глория пришла домой, будто из лабиринта.

- Раз королева, значит, ни в чем не виновата? - обиделась Глория. - Вечно у высокородных особ одни привилегии.

- И это говорит аристократка?

- Я самостоятельная аристократка, не кисейная барышня. Я - воительница!

- Да, валькирия! - поддел Фиор, делая в воздухе круги над ее головой. - Вот только валькирии, как правило, все до одной белокурые, а ты почему-то рыжая.

- Не шути так! - Глория сжимала кулаки от злости, а за ее спиной расцветал пышными жасминами и розами гобелен. Он учел, что Глория обожает жасмины.

Глория немного смягчилась. Другие гобелены не могут дивно благоухать, а волшебный может. Внутри него целый лабиринт, ведущий куда захочешь, или куда сможешь дойти. Всё зависит от симпатии гобелена к путешественнику. Тому, кто понравился, он поможет отыскать верный путь в тесном лабиринте нитей, дорог и мостов, но стоит кому-то злому попытаться путешествовать и гобелен загонит его в замурованный тупик. Фиор уже рассказывал, что некоторых хитрых людей гобелен заманивал внутрь обещаниями привести к сокровищам и душил нитями.

- Значит, считаешь кузину двоемужницей? - поцокал языком Фиор. - Недобрые у тебя мысли.

- Вот Ангуса ни за что не удастся убедить стать двоеженцем.

- Ангус силен морально, а не только физически. Таким и должен быть настоящий смертный мужчина.

- А ты так хорошо разбираешься в смертных мужчинах?

- Я изучаю людей, как вид животных или насекомых, и считаю себя эльфийским биологом.

- Звучит, как оскорбление людям.

- А ты еще не поняла, что в сравнении с эльфами люди несовершенны.

- Кроме меня! - Глория тряхнула мечом. - Я - совершенна.

- Поэтому я тобой и увлекся. Обычно смертных девушек я заманивал в лабиринт в гобелене, там они и остались, опутанные нитями арахний. Арахнам тоже надо питаться чьей-то кровью, как и котлу Дагды.

- Все-таки вы, эльфы, жестокая раса.

- Не менее жестокая, чем люди. Ваши охотники тоже убивают зверей ради обеда или меха. За это я людей не люблю, и если выдается возможность, стараюсь их проучить с помощью магических ловушек. Феи тоже так делают. Перекидываются лисами и куницами, а погонишься за ними, сам в капкан попадешь. Я наблюдал недавно, как стая лис заманила в яму охотника, а потом они летели над ямой и швыряли в него драконьими яблоками с высоты. От охотника одни огарки остались.

- Чудовищно!

- Но он это заслужил, - Фиор по-мальчишечьи рассмеялся.

- Поэтому я и учусь защищаться от вас, - Глория взмахнула мечом.

- Учишься у эльфа защищаться от эльфов же! Ну, ты и коварная особа!

Глория рассвирепела. Ему нравится ее дразнить.

- Давай лучше учиться фехтовать дальше! - Глория встала в позу. - А то ты много болтаешь и бездельничаешь.

- Еще один урок? А ты неустанная! - Фиор раззадорился, но тут кто-то впорхнул в зал. Черная фея!

Глория и Фиор тут же спрятались в нише. Фея направлялась к гобелену. Она подпорхнула и начала гладить его руками, изучая карту.

- Покажи мне путь в страну эльфов, куда нас не пускают, да прямиком в покои королевы, - потребовала она.

Гобелен милостиво раскрылся, сияя магическим входом. Фея порхнула внутрь.

- Пошли за ней! - Фиор потянул Глорию.

- Зачем?

- Увидишь!

Глория не решалась, но эльф потащил ее вперед. Вскоре они шли, а вернее летели по лабиринту мостов, заросших шепчущими цветами, золотых коридоров и дорог, вьющихся между Семи Холмов. Стоило фее подлететь к королевскому холму, как она попалась будто в клетку в прозрачный куб. Крылатое тело тут же оплели нити архахний. Фею скрутили, как бабочку в паутине.

- Видишь? - Фиор держал Глорию в объятиях, а сам энергично махал крыльями. - Фея шла с намерениями причинить вред твоей кузине. И сама попалась!

Арахны напали на кокон, в котором билась фея. Сейчас они начнут пить из нее кровь.

- Неси меня назад! - Глория отвернулась.

- А может, навсегда останемся здесь! Тут есть роскошное миртовое королевство. Сплошной сад с хижинами из мирта. Он пока никем не занят. Мы могли бы поселиться там. Я сам люблю природу, но для тебя кликну финодирри, чтобы они построили там дворец за один час. И ты станешь королевой миртового сада.

- А ты королем?

- Не хочешь прожить вечность со мной вдвоем?

- Боюсь, ты заманишь меня к котлу.

- Я и сам без спроса мог тебя к нему отнести, если б у меня были такие намерения, - Фиор скользнул быстрым поцелуем по щеке Глории. - Для котла ты слишком хороша.

- Королева миртового сада, - протянула Глория. - Звучит соблазнительно.

- Амаранта будет тебя навещать. Может, даже подарит тебе плюс к мирту сад из жасмина.

- А она это может?

- Она всё может. Она ведь нынче королева эльфов.

- Так ты увлекся мной только из-за родственных связей?

- Нет! Как ты могла так подумать? - Фиор вспыхнул. - Я сам беглец, а не искатель выгод. Иначе лебезил бы перед Дагдой при дворе, а не поселился бы в гобелене.

- Но ты приводил к его котлу девушек.

- Так, ради проформы. Я же плут и шутник.

- А ну неси меня назад. Я нужна дома.

Хоть идея стать хозяйкой небольшого королевства цветов и была соблазнительна, но не бросать же родственника в беде. Амаранта и так уже всех бросила. Глория решила, что ни за что не станет такой, как она.


Осколок


Глории приснилась женщина в зелено-золотом наряде из листьев. Она была бы красавицей, если бы не рога, сросшиеся короной на макушке и не чешуя в коже. Да еще и копытца. Она склонилась над Глорией. Это уже не сон? Глория ощутила ее пламенное дыхание на своей щеке. Щека начала покрываться чешуей.

- Уходите с моей земли, и люди, и эльфы!

- Ты богиня Дану? - Глория разглядела ее лицо перед тем, как проснуться.

С утра в замке царил переполох. До Глории донеслись звуки шумного спора.

На поле нашли реликвию. Осколок то ли статуи, то ли большого скульптурного панно.

- Это лицо богини Дану, - Глория провела по осколку пальцами. На нем остались лишь часть лба, щеки и причудливой короны. Глория ощутила внезапную боль. Пальцы заныли и начали кровоточить. Кажется, на коже остались следы зубов. Каменный рот ее укусил? Нет, просто поцарапалась о скол.

- Не прикасайся! - рыцарь по имени Амброуз попытался вырвать осколок из рук Глории, но она не отдала.

- Нельзя это трогать, - настаивал Амброуз, другие рыцари поддерживали его, молча кивая.

- Потому что это святыня? - встала в позу Глория.

- Потому что это опасно! - встрял Ангус.

- Есть черные святыни, - терпеливо пояснил Амброуз. - Если ты собираешься жить здесь, девочка, то тебе надо это знать.

- Нет, ей это знать не зачем, - Ангус воинственно взмахнул мечом, но одумался. Зачем раскалывать осколок? - Лучше выкинуть назад, где нашли.

- А если он сам вернется?

- Позовем попов из ближайшего города.

- Они оттуда уже сбежали.

- Значит, из столицы.

- Местные священники к нам не поедут.

- Они так трусливы?

- А ты сам не помнишь, как последний раз нечисть задрала епископа, который был послан на твою свадьбу с Амарантой. И венчать вас пришлось Дагде.

Глория вздрогнула при звуке знакомого имени. Ангус тихо выругался.

- Святые отцы должны жертвовать собой ради спасения человечества от нечисти, а они прячутся. Едят свой хлеб даром. А мы, рыцари, выполняем за них их работу.

Пока мужчины спорили, Глория стала изучать осколок. Вначале всё было нормально. Осколок не живой, но каменные губы вдруг дернулись, и полилась песня, от которой заболели уши.

Слова песни были произнесены на каком-то незнакомом языке, но в них несколько раз повторялось имя Глории.

- Древняя богиня зовет меня? - Глория ощутила внезапную гордость. - Это значит, я особенная.

- Особенная жертва! - Ангус выхватил осколок и швырнул его в камин, где тут же разгорелось пламя, будто его разжег дохнувший в камин дракон.

- О, боги! Огонь вспыхивает, будто из ниоткуда, - изумилась Глория.

- Это огненные эльфы шалят, - кто-то из суеверных рыцарей перекрестился. Его латы при этом так противно скрипнули, что Глория перекривилась.

- Где же эти огненные эльфы?

Осколок сгорел в огне, и огонь тут же потух, будто его затушил единым вздохом незримый великан.

Глория опешила. Даже Фиор так не мог. Она не верила в огненных эльфов, потому что ни разу таких не видела. Но Дженет как-то раз обмолвилась, что во рву замка живут водяные эльфы, за играми которых она любит наблюдать из окна. По словам Дженет, эльфы воды были похожи на детей. А каковы эльфы огня? У Глории разыгралось воображение.

- Я вижу огненного мальчика в зеве камина, - указала рукой она. - А сейчас он полез в трубу. Его крылья пылают. Это маленький эльф пламени!

- Свалилась же беда мне на голову! - запричитал Ангус. - Не могла сидеть дома, в Алуаре? Потянуло в замок нечисти? Ты рыжая и наглая! Еще хуже, чем Амаранта.

А вот это уже было оскорбление.

- Я не такая, как Амаранта! - выкрикнула Глория и чуть было не добавила: "в отличие от нее я не двоемужница", но вовремя передумала. Такое высказывание было бы ложью. Разве не у нее целых два кавалера и оба эльфы. От своей кузины Амаранты она отличается только тем, что ей приходится выбирать не между человеком и эльфом, а между двумя эльфами. Каждый из ее ухажеров одинаково хорош собой и исполнен волшебством. Ну, как тут выбрать!

Глория убежала от рыцарей. Пусть остаются в замке одни и болтают о суевериях. На полях было удивительно спокойно и хорошо. Неужели это затишье перед бурей?

Глория присела на траву, чуть примяв платьем головки клевера.

- Поля, как поля, - сделала вывод она. - Никакой нечисти тут не водится.

- Да что ты?

Не прошло и минуты, как к ней подсел незнакомый эльф с помятыми стрекозиными крылышками. На вид мальчик лет двенадцати, а по лицу морщинистый старик.

- Ой! - вскрикнула Глория. Из травы рядом с ней мгновенно выросли два пенька, напоминавшие тумбочки: одна для эльфа, другая для Глории. Сидеть на них было удобнее, чем на траве, и всё равно Глория испуганно вздрагивала. Эльф расценил ее страх по-своему, и быстро начал прихорашиваться.

- Я плохо выгляжу?

- Как картинка из книги страшных сказок, - честно призналась Глория.

- Простите, это из-за того, что я забыл причесаться, - эльф умылся из родника, протекавшего рядом, и стал красавцем. Затем он достал из-за пазухи золоченый гребень и стал расчесывать засаленные зеленые волосы. Они тут же обратились в золотые кудри пшеничного цвета. - Я часовой на полях. Слежу, чтобы крестьяне нас не обокрали. Под стернями много чего хранится.

- А ты знаешь про статуи, которые можно найти в земле под пахотным полем? - Глория решила выяснить, откуда мог взяться осколок.

- Спящие статуи! - эльф тревожно взмахнул крыльями. - Людям их лучше не трогать. Они сами себя защищают.

- Почему они для людей опасны?

Эльф решил рассказать показательную историю.

- Как-то раз плуг одного пахаря наткнулся на голову спящей статуи и отсек ее. Глупец не понял, что нужно бежать от гнева спящих легионов. Он забрал красивую голову, чтобы выковырять дома драгоценный камень, вставленный в ее лоб.

Эльф на минуту замолчал и прислушался к звукам на полях.

- И что дальше?

- Вот там была его деревня, - эльф указал на черные выжженные земли за полями. - Теперь там никого нет.

- То есть на деревню налетел дракон и всех их спалил.

Эльф ехидно рассмеялся.

- Зачем дракон высшим силам? Они сами дракона спалят, если он к ним сунется.

Глория вздрогнула, а эльф нагнулся и приложил ухо к земле.

- Они просыпаются! Тебе пора уходить, смертная девушка.

- Почему вы все называете меня смертной так, словно это оскорбление.

- Это значит, что ты не из нашей расы и доверять тебе нельзя, - пояснил эльф. - Но мне ты нравишься, хотя старшие меня бы отругали за общение с тобой.

Старшие! Да он сам не умывшись выглядит, как старик лет ста.

- Сколько тебе лет? - спросила Глория.

- Пара тысяч минула.

Глория чуть не упала с пня, на котором сидела. Какая-то грибная пикси, вылетела из-под корней пня и начала ругаться на незнакомом языке. Эльф ее отогнал.

- А тебе сколько?

- Двадцать один, в марте следующего года будет двадцать два.

- Двадцать один век всего лишь? - эльф почесал в затылке.

- Двадцать один год, - смутившись, поправила Глория. Ну вот, раньше она смущалась того, что она старая дева, а теперь смущается, что ей нет и одной сотни лет. Эльф присвистнул.

- Вот почему ты так свежа и юна. Ты, наверное, дочь феи и смертного.

- Почему ты так решил?

- У тебя рыжие волосы и глаза с радужным отливом. Рыжеволосыми чаще всего бывают дочери осенних фей.

- Я не подменыш, если ты это имеешь в виду. И глаза у меня зеленые, а не радужные, - Глория глянула в родник и ахнула. Ее отражение подмигнуло ей переливающимися радугой глазами.

- Оно мне подмигивает! - она удивилась этому даже больше, чем новому цвету глаз.

- Не само отражение, это никсы и наяды шалят. Они тут в каждом источнике обитают. Я раньше с ними сам скандалил, но теперь дружу. Иначе они затопят мое поле, и я больше не смогу охранять спящих.

Эльф хотел снова приложить ухо к земле, но этого уже не потребовалось. Даже Глория услышала звуки. Казалось, что из-под поля сейчас встанет целая армия. Земля дрожала, в ней словно шевелились рыцари в латах, а не давным-давно погребенные статуи.

- Беги! - посоветовал эльф.

На этот раз Глория его послушалась, вскочила с пня и побежала прочь от поля, которое всё вибрировало, будто его разрывали изнутри. Казалось, что из могил под ним действительно выбираются живые статуи.

Что-то вцепилось ей в ногу. Глория вырвалась и свернула на лесную тропинку. Чтобы добраться к замку, бежать нужно было в обратную сторону, но она не хотела снова огибать поля. В лесу было тихо и спокойно, никакие мраморные руки не тянулись из земли и не вцеплялись ей в туфли. Глория облегченно вздохнула и прикрыла глаза. Вокруг нее противно захлопали птичьи крылья. Глория открыла веки и вскрикнула от ужаса. Стая черных фей парила над лесной дорожкой. Кто бы подумал, что феи здесь гнездятся!

- О, попалась! - восторжествовали они. - Мы пленили защитницу замка смертных. Вот королева обрадуется!

- Пустите! - Глория перепугалась. Когти фей оказались неожиданно остры.

И вдруг из-за деревьев вышла живая статуя. Феи разлетелись, а Глория попала в мраморные объятия. Статуя давила ее в смертельной хватке. От нее останется кровавое месиво после этих объятий. Неожиданно ее спас эльф.


Опальный эльф


Элар налетел сверху и буквально вырвал ее из холодных мраморных объятий. Внизу что-то скрипело и грохотало, но эльф поднял Глорию в воздух и пронес над лесом. Полет был долгим. У Глории закружилась голова. Элар принес ее на поле, заросшее розами.

- Так оно настоящее?

Глория не верила, что видит его не во сне. Это же целое поле диких роз. Они стелются под ногами, как ковер.

- Это простор волшебства!

- Верно! - поддакнул Элар. - Но на землю лучше не ступать. У роз колючие шипы, а под розами спят живыми скульптуры.

- Откуда они взялись?

- От древних племен. Бессмертные каменеют со временем пребывания в долгом сне, особенно если спят под землей.

- А почему они спят?

- Проигравшим лучше спать, чем быть уничтоженными. Сон это вид оков.

- Странно! - Глория вдыхала аромат роз.

Несколько чернокрылых эльфов крались по полю роз, но завидев Элара, быстро поклонились и исчезли.

- Они тебя уважают или боятся?

- Меня считают вожаком всех опальных эльфов, - признался он.

- Ты такой важный!

- Это ерунда, - отмахнулся Элар.

- Моя кузина теперь тоже очень важная особа. Сама королева эльфов! А на самом деле жалкая изменница и двоемужница. Зато внешность у нее выше всех похвал.

- Не осуждай ее!

- Почему? Ты на ее стороне, потому что она жена эльфийского монарха? Или даже еще не жена, но правит с ним вместе.

- Потому что любовью можно оправдать опрометчивые поступки.

- Не думаю!

- А ты поройся в эльфийских летописях. Тут недалеко в дупле живет фея ясеня. Стащи потихоньку ее летописи из дупла и узнаешь много любопытного об Амаранте и Дагде. У феи ясеня о них целый любовный роман написан.

- Роман про супружескую измену?

- Роман про выбор истинного возлюбленного.

Элар закружил ее в танце, паря над полем. Танцевать с эльфом в полете очень удобно, когда под ногами стелются шипастые стебли. Благодаря Элару она не поранится.

- Ты знаешь, что розы на этом поле не уколют тех, кому предназначено быть парой? - внезапно спросил он. - Влюбленные могут гулять здесь смело.

Эльф, смеясь, наклонялся, срывал розы и подкидывал в воздух. Розы кружились, будто листопад и кололись. Глория явно ощутила болезненные уколы шипов. Значит, Элар не ее истинный избранник. Он догадался, из-за чего она расстроилась.

- Любовь - сколькая тема.

- Давай лучше поговорим о древних богах. Где тут спит легендарная Дану? - Глория заинтригованно огляделась. Это то самое розовое поле, на котором в ее снах поджидает рогатая богиня.

- Моя богиня лишь Алаис. Я поклоняюсь ей, как все волшебные создания.

- И когда она явится, ты принесешь меня ей в жертву?

- Не задумываясь! - Элар провел тонким эльфийским пальцем по щеке Глории. - Все самые красивые девушки - ее жертвы. Все наши сердца давно вырезаны из груди и преподнесены в дар ей на блюдах из древнего золота, испещренного рунами. Она - это всё. Ты бы поняла, если б ты хоть одним глазком однажды ее увидела.

Щель между мирами уже приоткрывалась в ее снах. Элар шептал что-то о том, что заглянув в зону запретного, она бы могла ослепнуть или сойти с ума. При виде Дану во снах ее действительно охватывало временное безумие. Перед видом древних богов никто не в силах устоять. А эльф так беззастенчиво признался, что любовь к богине для него важнее, чем любовь к девушке.

По щеке Глории катилась слеза. Элар ее смахнул. Он бесчувственный эльф! Все эльфы бесчувственные соблазнители и погубители девушек. Только, Фиор, живущий на гобелене, немного другой. Он чуть более искренний. А ведь он тоже эльф. Только опальный, изгнанный.

Глория заметила в конце поля руины стены Дану. Как они сюда дотянулись. Стена ползла из леса, будто живая, оцепляя поле. На руинах пировали черные эльфы, а земля на поле вибрировала, будто под ней просыпается божество.

Светляки летали вокруг танцующих девушки и эльфа, как на празднике.

- Мне пора домой, - Глория внезапно испугалась поля роз. Вдруг оно приготовило еще худший сюрприз, чем заброшенные поля у замка Ангуса.

Элар не хотел ее отпускать, но она вырвалась из его объятий, упала на поле, ушибла плечо, но быстро встала и побежала прочь. Эльф что-то кричал ей вслед. Не хватает еще, чтобы он обольстил ее, как Амаранту. По опыту кузины Глория учла один урок, от слишком соблазнительных эльфов нужно спасаться бегством.


Котел Дагды


- Постой! Не уходи! - незнакомый эльф схватил Глорию у кромки поля. - Ты же не хочешь, чтобы на тебя вновь напали окаменевшие древние боги.

- Ты о чем? - Глория огляделась по сторонам. Живых статуй поблизости не было. Может, в сумерках ей показалось, что на нее напала каменная фигура?

У эльфа, приставшего к ней, были темные крылья. Это не внушало доверия.

- Ты тоже опальный эльф?

- Я твой друг.

- Друг? Я не дружу с незнакомцами, - сказала Глория и осеклась. Уже дважды она нарушила это правило: первый раз в отношении Элара, второй раз в отношении Фиора. Можно и в третий раз спознаться с эльфом.

- Ладно, иногда дружу.

- Я так и думал! - Эльф радостно захлопал крыльями. От них веяло сыростью земли.

- Ты из полей выбрался?

- Ты мне нравишься, - эльф избегал прямых ответов на вопросы. Он потеребил локон Глории острым когтем. Когти у него тоже были темными, как и крылья. - Хоть твои волосы и жгутся, как костер, но сама ты очень миловидная. Такую девушку мы и искали.

- Для чего?

- Иногда мы ловим странниц для эльфийского бала. Мы завязываем им глаза и танцуем с ними все по очереди. Если странница наощупь определит, что танцует с эльфами, то выиграла она, если нет, то мы.

- Ты хочешь и мне предложить такую игру?

- Уже поздно. Ты знаешь, что я эльф.

- Тогда нам стоит попрощаться, ведь развлечься нечем.

Глория ушла бы без сожаления. Этот эльф был совсем не так красив, как Элар или Фиор. Он выглядел потрепанным. Крылья у него обвисли.

- Не уходи! - эльф обвил Глорию одним крылом, будто в кокон завернул. - Я открою тебе древний секрет.

- О Дану? - заинтересовалась Глория.

- И о котле Дагды, который одновременно можно считать и котлом Дану.

- И где же он? В замке короля эльфов?

- На этом поле.

- Правда? - Глория даже не поверила.

- Хочешь, покажу, - эльф протянул ей когтистую ладонь.

Глория почуяла опасность, но побороть любопытства не смогла.

- Ладно, веди.

Идти пришлось недолго. В зарослях роз показалась медная громадина, усеянная барельефами чудовищных, но прекрасных лиц.

- Познакомься! Это многоликий котел! - эльф указал на красивые лица, обрамленные рогами, шипами, чешуйками, острыми наростами и крыльями.

- Это ад в миниатюре! - ахнула Глория.

- Это приближенные богини Дану и она сама. Их красота холодна и закована в медь, но они всё еще впечатляют.

- Так они живые!

Мимика лиц была хорошо заметна и с расстояния. Они двигались, подмигивали десятками глаз. Глория испуганно остановилась.

- Подойти ближе! - подтолкнул ее эльф. - Ты не раскроешь секрет котла, пока не заглянешь в него.

Многоликий котел стоял посреди поля, будто тут его законное место. Все медные лица агрессивно раскрывали рты, пытаясь что-то прокричать, но до Глории долетал лишь озлобленный шепот.

- Они голодны! Котел еще недавно принадлежал королю эльфов Дагде и был заперт в его замке. Там его не сытно кормили кровью. Дагда не допускал обилия жертв, но потом котел пришлось перенести сюда, чтобы старые боги не пытались завладеть нынешней королевой эльфов Амарантой, но они всё равно ее найдут и переварят даже все ее косточки. Им нужна пища. Иди к ним!

Незнакомый эльф подтолкнул ее снова.

- А где Элар? - Глория заподозрила неладное. - Он ведь среди вас главный. Без его позволения я не могу подойти к котлу.

- Элар одобрил бы, если б ты познакомилась со старыми богами.

- Ваши боги это барельефы на стенках котла? - изумилась Глория. Немного шокировало, правда, что барельефы живые.

- Они в медном плену. Ты должна помочь им вырваться.

- Но как? Их же не вырвать из меди. Они сами медные.

- Просто подойти к ним и прикоснись.

У Глории в мозгу били тревожные колокола. Однажды она уже вняла бесплотному голосу и освободила золотую женщину. Всего-то и нужно было прикоснуться к двери. Вдруг ее и у котла поджидает неприятный сюрприз. Красивые нечеловеческие лица ее пугали. Понять бы, что они шепчут. Наречие какое-то незнакомое.

Внутри котла пенилась алая жидкость, похожая на кровь. Она стекала по стенкам котла.

- Мне по вкусу кровь пастушек и свинарок, - прошипело центральное лицо на стенке котла, увитое рогами, как короной. - Я хочу крови знатной дамы или королевы эльфов.

Зловещие слова, но Глорию они не напугали. Она смотрела на блеск драгоценных камней в котле. Почему-то ей казалось, что драгоценности растут на дне котла. Котел словно их производит.

- Не бойся! Возьми один карбункул! - прошипело рогатое лицо.

Глория протянула руку, и медные губы ее укусили. Ей вдруг смертельно захотелось спать. Кровь текла по пальцам и поила котел.

Если б чьи-то мощные руки не схватили ее, то она бы упала внутрь котла. Какой-то сильный эльф прижал ее к своей груди и пронес по небу.

- Дагда? - Глория не поверила своим глазам. Сам король эльфов отнял ее у котла. Нужно же было спасти свояченицу. Как так вышло, что она свояченица двум мужчинам: графу и эльфу!

- Не подходи больше к котлу, - посоветовал ей Дагда, - иначе лишишься всей крови до последней капли, а мы с Амарантой получим на память о тебе крупный рубин или опал, внутри которого будет томиться твоя душа.

- Всё так страшно?

- Всё еще страшнее, чем ты думаешь.

Глория видела, как внизу на поле что-то копошится в земле. Из разрытых ям выбирались неуклюжие белесые существа, похожие на оживших скульптур. Они ползли на четвереньках, напоминая каракатиц, а потом вдруг распрямлялись в полный рост.

- Войско Дану просыпается, - определил Дагда.

- Кто для тебя Дану: союзник или враг?

- Богиня, которая хотела бы оказаться на месте Амаранты.

- То есть стать графиней?

- То есть стать королевой эльфов.

Глория вздохнула.

- Это абсурд, что королева эльфов обычная смертная женщина.

- Нет, это не абсурд, - Дагда пронес ее над радужными мостами и поставил на балкон замка. - Это эльфийская поэма!

А потом он поцеловал Глорию в лоб, будто младшую сестренку, и упорхнул.

.


Фея ясеня


Глория решила проверить, что прячет в дупле фея ясеня. Воровать нехорошо, но уж очень хотелось взглянуть на летописи. Зеленая фея застала Глорию за кражей, но милостиво разрешила взять на прочтение одну из летописей. Со страниц сыпались листья, а текст поражал волшебными откровениями.

Первая глава летописи называлась "Жена смертного графа". В ней говорилось о том, как король эльфов мучился сомнениями. Он влюбился в невесту своего смертного союзника и глубоко страдал. Благородство не позволяло ему увести чужую возлюбленную, а сердце ныло, как исколотое шипами роз.

Как можно такого хотеть? Как можно нарушить союз, который только что заключен? Дагда маялся в волшебном мире, а к нему подлетел злой дух.

- Это плохо для всех: и для людей, и для эльфов, - признался ему Дагда. - Из-за моего увлечения всем будет плохо.

- Но ведь тебе без нее еще хуже, - коварный дух принялся нашептывать королю эльфов на ухо губительные советы о том, как обольстить Амаранту.

Дагда внял им и начал подсылать в замок золотые розы. Амаранта находила их то там, то здесь.

- Они из чистого золота! - как-то раз изумилась подруга Амаранты.

- Подарок неземного поклонника! - наивно пояснила Амаранта, не знавшая, что злые духи ее подслушивают.

Подруга восторженно ахнула.

- Только никому не говори, - предупредила Амаранта.

Подругу, узнавшую о секрете эльфов, вскоре нашли с перегрызенным оборотнями горлом.

Дагда начал являться к Амаранте на свидания.

- Зачем тебе муж? Такие, как мы созданы друг для друга, - нашептывал он.

Его слуги создали золотую копию, принимавшую вид Амаранты, чтобы та прикрывала Амаранту, убегавшую на свидания.

Золотые розы от короля эльфов заполнили замок. Они вились по каждой колонне и арке. Они были живыми. Они говорили, они пели, у них были женские лица. Ну и подарки! Не букет, а целая тайна. Из одной розы легко вырастал целый орнамент для гобелена или ширмы. Не говоря уже об украшениях на головной убор или шлейф.

Золотая копия притворялась Амарантой, пока сама графиня отсутствовала. Но когда копия и оригинал встречались, Амаранта пыталась подружиться с золотой дамой. Они даже танцевали вместе.

Фея ясеня, очевидно подглядывавшая за всем в окна замка, описывала танцы Амаранты, как магию. Амаранте казалось, что она танцует с самой собой в пустой зале. Тут были только двое - Амаранта из плоти и крови, и вторая Амаранта, созданная чарами Дагды из волшебства и золота.

Золотой двойник охотно танцевал с Амарантой. Это то же самое, что танцевать со своим отражением. Амаранте это необычное развлечение нравилось. И золотые розы расцветали на подоле и декольте ее платья, вторя платью двойника.

- Мы во всем похожи, - шептала она, но двойник ей не отвечал, однако она продолжала вести с ним монолог вместо диалога во время танца. Вероятно, он понимал ее мысленно.

- Мы похожи во всем, кроме одного, - уточнила Амаранта. - Ты вся из золота!

Тяжесть мыслей двойника тоже была свинцовой. Амаранта не видела, о чем он думает, зато видела мысли всех в графстве. И старого священника, и телохранителей супруга, и даже часовых на башнях. Они бы не дали ей ускользнуть на свидание с королем эльфов, если б золотой двойник во время отсутствия не изображал ее. Остальные, очевидно даже не замечали из-за чар, что копия Амаранты сделана из золота.

- Мне пора! - Амаранта оставляла двойника, когда трелями птиц король эльфов звал ее на свидание. Ее возлюбленный король эльфов!

Золотая копия приседала в реверансе, давая понять, что отвлечет публику, пока госпожа будет отсутствовать.

- Спасибо! - благодарить было и не за что. Копия ведь подчинялась королю эльфов, а не ей, но Амаранта всё равно была благодарна. Свиданий с волшебным возлюбленным ей всегда не хватало. Каждый миг был волшебным. Вначале она сопротивлялась зарождавшимся от чар чувствам, но жить без повелителя эльфов вдруг стало невозможно.

- Ты погибнешь! - шептала птица-гадалка, подаренная Амаранте когда-то бродячим чародеем. - Любовь к эльфам губительна для смертных. А ты любишь не просто эльфа, а самого волшебного короля. Он погубит тебя. А на твоей могиле вырастут золотые розы. Ты вся сгоришь от любви к нему.

- Ну и пусть! Я уже горю. А ты каркаешь, будто ворона, призывая несчастья. Так нехорошо!

Птица осеклась. Она не хотела обидеть хозяйку. С тех пор, как бродячий кудесник подарил ее Амаранте за красоту, как он выразился, подобную царству фей, птица во всем старалась угодить хозяйке, будто и правда видела в ней копию настоящей феи, случайно оказавшейся в мире смертных и отрезанной от своего народа. Амаранта сейчас и чувствовала себя такой. Она хотела быть феей, а не человеком. Ведь тогда она может быть с Дагдой.

- Вероятно, я чувствую в тебе будущую королеву фей, - пела волшебная птица.

- Да, вероятно, - даже если это была не правда, Амаранта всё равно была благодарна за такое предсказание.

В Амаранте постепенно просыпалась магия. Из обычной девушки она превращалась в подружку эльфа.

Амаранта и король эльфов часто встречались на озере. Однажды Амаранта заметила ступени в воде, они то спускались вниз, уводя ее в царство гномов, то поднимались вверх, как голубая радуга, по которой она могла прийти к возлюбленному. Это было рискованно, сорвись с таких ступеней, и разобьешься, но она пошла.

Ступени из воды сформировались прямо под ее ногой и были скользкими. Рядом летело нечто вроде дракона, чтобы ее подстраховать. Дагда всегда ее ждал.

Вступив в связь с королем эльфов, Амаранта открыла для себя много волшебных секретов.

Дагде было мало тех часов, что он проводил украдкой с чужой женой. Он решился похитить Амаранту. В первый раз он занес ее на радугу, протянувшуюся над волшебными царствами, и сказал:

- Путь назад в смертный мир для тебя закрыт. Ты никуда не уйдешь от меня. Я заставлю тебя полюбить меня одного навечно.

- Так околдуй! Ты это можешь.

- Нет, не так. Я добьюсь твоей любви, как это делают смертные.

- То есть войной?

- Подарками, стихами, песнями, ухаживаниями, красивыми словами и розами, - золотая роза возникла перед ней прямо в воздухе по его повелению.

- Ты не в плену, а в гостях в царстве эльфов, Амаранта.

- А если я захочу домой, к мужу?

- Ты действительно любишь графа?

- Его выбрали мои опекуны, а не я.

- Но они тебя не принуждали к браку, до графа ты отвергла многих, я сам слышал, как смертные барды и даже один бессмертный из моих подданных восхваляют твою недоступность.

- До графа ко мне сватались лишь немолодые, хоть и влиятельные люди, а он оказался молод и высокого ранга. Редкое сочетание для человека. Лишь бессмертные эльфы могут быть одновременно и молоды, и влиятельны, как ты.

- Я слышал: ты отказала королю.

Дагда будто навел о ней справки. Не удивительно. Ведь его шпионы летают повсюду и могут заглянуть в каждую замочную скважину.

- Король Алуара был стар, - оправдалась Амаранта.

- Естественно, он же смертный король, а бессмертному ты бы не отказала?

Она смутилась. Дагда взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза.

- Это судьба, Амаранта, если ты отвергла земного короля, значит, ты предназначена волшебному королю.

- Но у меня уже есть супруг.

- Смертный супруг. В стане фей это ничего не значит, ведь рано или поздно ваши брачные узы оборвет смерть, а ты будешь жить вечно, если уйдешь со мной. Граф умрет в течение текущего столетия, и мы сыграем свадьбу сразу после его похорон.

- Но он твой союзник.

Дагда усовестился лишь на миг. Правда ли говорят, что у эльфов нет совести и все они лгуны, соблазняющие и бросающие дам? Но он предлагал увести ее с собой. А где гарантия, что он не обманет? Его волшебное слово! Чего оно стоит? Но его поцелуй стоил всего мира. Сладкий, как греза. Ради одного этого поцелуя стоило забыть всех и всё.

Тем временем граф уже собирал армии и искал жену в лесу.

Медея Шаи приняла вид Амаранты, чтобы обольстить графа и заставить его воевать с эльфами, но случайно помогла, хотя сама того не желала. Потом она разгневанная и растрепанная ходила по полю, посылая проклятие в адрес победивших влюбленных. Но они ее уже не слушали.

Глория читала урывками. Повествование местами путалось. Фея ясеня, наблюдавшая за событиями издалека, что-то путала.

Она то писала, что Амаранта ушла с эльфом через какую-то арку на стыке миров, то напротив, что эльф похитил ее прямо с башни на своем драконе во время осады замка. Амаранта просила его позволения вернуться, пока в замке гостят ее родственники. Ее родственники на самом деле оказались гоблинами, которых превратила в людей Медея Шаи. Они обратились прямо во время пира. Амброуз и граф вместе с другом-эльфом, перебежавшим к людям, их убили.

Дагда снова шел войной на замок, когда Амаранта в условленный срок не вернулась ждать его у горки золотых роз на лесном перекрестке.

Амаранта попросила графа отпустить ее по-доброму, когда Дагда наступал с войсками эльфов.

- Я любила тебя, но перед эльфами мы, люди, устоять не можем.

- Как же я тогда устоял перед феями? - недоумевал Ангус.

- Я не так сильна, как ты. Я выбираю эльфа! - заявила Амаранта.

Много глав было пропущено. Очевидно, фея ясеня неправильно прошила листы в рукописях, выпустив большие куски текста. События перескакивали с места на место и неправильно чередовались. Следующая глава называлась "Сады белой феи". В ней Амаранта нашла убежище в доме белой феи, среди ее садов и забавных живых книг. Здесь было так приятно смеяться, источая белую сверкающую пыль. А еще можно было беседовать с голосами, говорящими и даже поющими со страниц книг. Лучше было оставаться тут, чем решать проблемы любовного треугольника.

- Ты не можешь вечно тут прятаться, - нашептывала Амаранте обеспокоенная белая фея. - Твой муж и твой суженый воюют снова. К ним присоединился король Илиора и Медея Шаи. Пора вмешаться.

Амаранта медлила.

Маленький лазурный дракон, размером чуть больше рыси, дышал огнем в очаг и жег лепестки странного цветка, как благовония. Аромат стоял восхитительный.

Другой дракончик бело-молочного оттенка вместо огня извергал струи воды.

- Он живет в местном пруду, - пояснила Амаранте белая фея по имени Флория. Ее шляпка была сделана целиком из цветов, причем все цветы были разных оттенков. Вместо бровей и век на лице феи цвели две белые роделы, когда она закрыла глаза, казалось, что она положила цветы прямо поверх век.

- Родела, белина, эльта, венуэла, сабра, флотта, вилитта, - перечисляла Амаранта необычные цветы, росшие в саду белой феи, - а как называется этот цветок?

- Его зовут Амаранта.

- Как меня!

- Возможно, он появился в этом саду лишь благодаря тебе.

- Ты сказала, зовут, а не называют. Так говорят лишь про живые существа.

- А эти цветы как раз живые существа.

Вилитта - роза-пирамида с лепестками всех цветов радуги, как раз развернула лепестки и нежно поздоровалась с Амарантой. Это было похоже на поцелуй руки. Лепестки Вилитты обвили руку Амаранты и скользнули по ней в короткой ласке.

- Райский сад!

- Нет, всего лишь волшебный, - возразила многоопытная белая фея.

- А есть разница?

- Уж, поверь, все мы видели в прежней жизни сады рая, и знаем, чем они отличаются от наших скромных чар.

- В прежней жизни. Это когда?

- До начала времен еще, - фея занервничала, сдавила стебель, и он ее поранил. - Давай не будем о прошлом. Оно навевает тоску.

- Хорошо. Я у тебя в гостях и должна проявлять уважение, - кивнула Амаранта.

- Не обязательно. Это я должна выказывать тебе почтение. Скоро ты станешь моей королевой.

- Это вряд ли!

- А оракулы говорят, что всё уже решено.

- Может, они ошибаются.

Флория покачала головой, в которой проросли стебли и белые флотты. Видно было, что свой вывод она уже сделала.

- Я не жажду быть вашей королевой, как Медея Шаи. Я не амбициозна и не хочу быть королевой вообще.

- Но ты любишь короля Дагду и хочешь быть с ним.

- Я не изменница! - Амаранта залилась румянцем стыда и потупилась.

- Ты влюбленная женщина. - Белая фея равнодушно продолжала заниматься своими поющими цветами, ласкать их и гладить, а они млели от удовольствия под ее рукой. - Просто любишь сразу двоих: но выход так прост. Разве ты его не видишь. Человек когда-нибудь умрет, а эльф останется твоим вечным спутником.

- Но и я умру вместе с человеком. Я не фея, поэтому не вечна, как любая смертная. Мой жизненный срок подойдет к концу почти одновременно со сроком мужа, а даже если чуть позже, то я уже стану старухой и король эльфов на меня больше не глянет.

- Вряд ли ты теперь состаришься и умрешь... после поцелуев Дагды.

- Они что были волшебными?

- Опасно целоваться с эльфом, а спать с ним еще опаснее. Эффект часто бывает непредсказуемым, но Дагда о тебе позаботился, разве ты не ощущаешь силу. Тебе не стало дурно в моем саду, ты не упала в обморок, и дракон Медуницы не смог тебя спалить.

Глория остановилась и перевела дух. Чтение ее захватило.

Еще одна глава называлась "Дом черной феи". В ней Амаранта прокралась в дом черной феи и отпустила из клеток заколдованных в цветы девушек. Черная фея поехала за ней по пыльной дороге на жутком скорпионе. Она хотела заколдовать ее саму в цветок и почему-то не могла.

- Что ты себе позволяешь, наглая девица! - неистовствовала черная фея, догоняя беглянку.

- Я твоя королева! - дерзко заявила Амаранта.

Ответ поразил черную фею настолько, что она отстала. Амаранта действительно стала королевой эльфов. Любовь Дагды сделала ее королевой. Выходит, смертной девушке нужно всего лишь влюбить в себя эльфа, чтобы самой стать волшебной.

Глория ощутила, как кто-то потянул летопись у нее из рук.

- Не читай этот бред! - посоветовал Фиор. - Фея ясеня сказочница и романистка! Она нарочно всё напутала, чтобы получилось остросюжетно. На самом деле всё было иначе, но чувства описаны правильно. Амаранта разрывалась перед долгом и страстью. То же самое ощущал и король эльфов. Они пытались бороться с запретной любовью, но не вышло. Любовь сильнее и людей, и эльфов.

- Любовь или страсть? - ехидно поддела Глория.

- Ну, знаешь ли... - Фиор явно не понимал разницу, а вот Глория понимала. Ругательства на Амаранту и Дагду так и сыпались у нее с языка.

- Моя кузина изменница и двоемужница, а король эльфов коварный соблазнитель!

- А Ангус может стать двоеженцем, если даст волю своему увлечению тобой, - нагло заявил Фиор. - Вот Медея Шаи будет кусать локти от досады!

Глория не слушала его подкалываний, а продолжала сыпать оскорблениями в адрес волшебных монархов. Пусть эльфы за прямолинейность ее заколдуют! Ей всё равно. Она хочет быть честной. Какое-то черное существо навострило уши, ловя признания Глории.

- Двоемужницы! Двоеженцы! О чем вы только толкуете? - Разум уже ползал по бахроме гобелена. Как только в замок попал? Вид у него был нервный, будто за ним гонятся. - Вы поезжайте в Этар, ребята! Там у всех богачей свой гарем! Многоженство разрешено! Можно и кучу жен иметь, и закон не нарушить.

- А поездку в Этар нам оплатишь ты? - съязвила Глория. - Это ведь чертовски далеко.

Разум тут же прикусил язык.

- Этар для многоженцев, пусть туда твой эльф летит. Полет на собственных крыльях бесплатен. А тебя, милочка, я могу сводить в забытое царство Ланнан Ши.

- А кто это такая? - Глория слышала странное имя впервые.

- Бывшая королева фей. Она позволила своим подданным феям иметь столько мужей, сколько те сами захотят и сама изводила любовью и магией мириады поклонников. В ее дворце каждый мертвяк - ее бывший муж, да и нынешний, ведь все скелеты в ее нишах живые.

- Значит, там двоих мужей одновременно иметь можно? - Глория заинтересовалась, вспомнив про Элара, а Фиор занервничал и стал прогонять Разума.

- Ты-то сам что в замке забыл?

- Поесть тут ищу, - Разум облизнулся, глядя на Глорию. - Подружка у тебя такая аппетитная.

Глория воинственно выставила меч.

- Она моя ученица.

- Рассказывай сказки! - хмыкнул Разум. - Вы эльфы мастаки всем головы дурить. Даже меня надумали облапошить. А я великим Разум самой королевы Эстеллы.

В его устах это стало уже поговоркой.

- Только рыцарей не ешь, - попросила Глория. - Их и так мало осталось. А нам еще предстоит воевать.

- Считаешь, что одна со всеми не справишься?

- Издеваешься?

Разум серьезно покачал рогатой головой.

- Если добыла волшебный меч, и он тебя не зарубил, значит, ты одна способна воевать против целой армии и победить.

- Даже против армии нечисти?

- Против любой! Но меня тебе не одолеть, я знаю заговор от твоего меча.

Об этом Глория уже и сама догадалась.

- А против войск Дану я выступить смогу? - спросила она.

Разум насторожился.

- Хочешь стать самоубийцей? - он прислушался к далеким звукам на полях. Любопытно, что он там услышал. У самой Глории остроты слуха не хватало, чтобы слышать всё за мили отсюда. Она же не фея!

- Ты сказал, что с волшебным мечом можно одолеть в одиночку любое войско.

- Войско Дану, может быть, и можно, но не ее саму, - произнес Разум.

- А кто такая она сама? Богиня всех эльфов и фей? Или всей нечисти?

- Лучше у эльфов спроси, - Разум взвился от какого-то далекого звука, как ужаленный и был таков. То ли в гобелен шмыгнул, то ли в каминную трубу забрался. Разве за ним уследишь? Вон какой быстрый!


Дерево-дракон


Гоблин вторгся внезапно. Эльф и не думал защищать от него замок. Часовых давно извели черные феи. Глория уже схватилась за меч. Кто ее защитит, если не она сама, но тут внезапно Разум вынырнул из камина и уложил одним когтем вторгшегося гоблина. От того вмиг одни тлеющие косточки остались.

- А ты не только великий пекарь! Хочешь поработать охранником у нас в замке?

Разум пренебрежительно фыркнул. Вспомнив о его корысти, Глория протянула ему скромную янтарную брошку в уплату.

- Когда я работал королевским разумом, я зарабатывал намного больше! - перекривился Разум, но брошку все-таки взял.

- Ладно, присмотрю тут за всем, но только потому, что ты мне нравишься, рыжая леди!

Разум шмыгнул назад в камин. Он был черным, как уголь, поэтому в каминной золе его и не заметишь. Едва нужно будет спасти замок от погрома, он снова вылезет. Если только не подведет. Но Глория решила, что стоит рискнуть.

Настроение Разума менялось, как флюгер. Он то злился, то хотел дружить. Общения ему явно не хватало.

А в замке Агнуса не хватало порядка. Стоило пройти пару метров, как случилось очередное волшебное происшествие.

Чешуйчатое дерево обратилось в настоящего дракона. Его лапы-ветви бились о стену замка. Плоды загорались. Стена шла трещинами, а древесный дракон рычал и ломился внутрь. Единственным его недостатком было то, что он пустил корни в колодце. Земля его не выпускала, будто была оковами.

- Древесных драконов ограничивают корни, - подтвердила Дженет. - Из-за них они не свободны. Они чувствуют себя рабами, от того еще больше свирепеют. В лесу или пустоши нашим преимуществом было бы то, что мы можем от драконьего дерева убежать, но оно проросло у нас в замке. Его можно только срубить, если мы не хотим остаться бездомными.

- И как ты предлагаешь его срубить? Топором? Оно будет сопротивляться. Хоть крыльев у него и нет, но есть ветки-когти и обжигающие плоды. Они взорвутся, как гранаты, едва приблизится дровосек.

- Мне-то что! Пойду проситься жить в эльфийский замок, когда вы с моим вторым батюшкой останетесь без крова.

- Ах, Дженет! Первый батюшка, второй батюшка! Ты такая же аморальная особа, как твоя мать. И всё потому, что нечисть вытравила из замка всех приличных гувернанток.

- Зато не смогли вытравить тебя, тетушка!

- Тетушка! - Глория фыркнула. - Я еще слишком молода, чтобы меня так называли.

Дженет показала ей язык, а стена замка тем временем рушилась.

- Что делать-то будем?

- Убегать! Или улетать!

Фиор уже улетел. Зато две феи, белая и красная, примчались на шум и застали дракона, рушившего замок. Мгновенно феи перекинулись в шипастые плетни роз.

- Защитим замок, где назревает роман между эльфом и смертной, - зашипели они. Их шепот вскоре перерос в тихий скандал.

- Любовный роман?

- Нет, страстный роман.

- Или напополам?

Пока феи спорили, древесный дракон шипел и извивался, его ветви били окна. По осколкам стекла бежали искорки. Если ничего не предпринять, замок либо вспыхнет, как спичечный коробок, либо обрушится от натиска дракона.

Белые и алые розы, снова спорившие про любовь и страсть, цепко обвили его и ненадолго сдержали, но дерево росло, плетни роз натянулись и лопнули. Лепестки и шипы разлетелись по всей округе, поранили обеих фей.

Внезапно возникшая из пустоты, Амаранта сделала какие-то пассы руками, источая сверкающие искры. Они обвили дерево. Неужели она надеется смягчить древесного дракона нежными эльфийскими чарами? Наивная эльфийка! Но дерево вдруг начало гореть. Глория приоткрыла рот, смотря, как оно рассыпается пеплом.

- Как ты успела сюда прилететь? - Глория даже не заметила, как королева эльфов влетела через окна. Все окна вроде пылали.

- Пришла через гобелен.

Ах, вот оно что! Для этого Ангус его и не снимал. Он ждал возвращения жены.

Разум уныло ползал по гобелену, причитая:

- Ах, я бедненький, несчастненький, обездоленный. Никто-то меня не любит.

Амаранта не обратила на него внимания, а вот Глория остановилась, чтобы с ним поговорить.

- Ты набрал новых чудовищ в свои армии?

- Где ж их теперь набрать? Все разбежались к проснувшейся богине и ее прихвостню. А я остался ни с чем.

- У тебя в полях были и молотильни, и мельница, и закрома. Куда всё делось?

- Дану всё раскрошила.

- Лежа под землей?

- Она сильная, от ее сонных вздохов земля дрожит.

- Думаешь, она проснется и нападет на нас.

- Вряд ли! Спящие боги уже не просыпаются. Но бед от них много. Даже спящие они провоцируют стихийные бедствия. Зря я полез на то поле, но так хотелось вас проучить.

- Значит, хлеб для тебя не съедобен?

- Съедобен, но не вкусен. Обожаю мясо. Человеческое! - Разум хищно облизнулся. Язык у него был раздвоенным и длинным, как змеиное жало.

- Эй, держись подальше от меня, - Глория встала в боевую позу.

- Не махай мечом, он даже не стальной. Эльфийская поделка из магического сплава. Ты ведь знаешь, что эльфы не выносят железа и стали, как впрочем, и я. Если хотела меня прогнать, нужно было угрожать половником или сковородкой, а не мечом. Я бы тут же сбежал. Ой, проговорился, - Разум сам в наказание дернул себя за хвост. - Ты меня заболтала! Я тебе скоро исповедоваться начну во всем своих грехах. Неужели у Амаранты кузина ведьма? - он огляделся в поисках Амаранты, которой уже и след простыл. - Только ведьмы могут говорить с бесом на равных.

- Я не ведьма! - возмутилась Глория.

- Но волшебным мечом махаешь, как игрушкой. Разве не ведьма на такое способна?

Разум подозрительно сощурился. Глазки у него сверкали. Они были красными, как уголья в печи.

Внезапно он навострил уши:

- Запертый в поле просыпается!

- Что? - не поняла Глория.

Кажется, Разум прокомментировал какой-то шум, который различал вдали он один.

- Ты слышишь за много верст?

Разум деловито кивнул.

- Я вот так не могу.

- Эстелла тоже не могла. У смертных дам плохой слух.

- А что еще ты слышишь?

- Армии черных эльфов поднимаются из земли и парят над полем в ожидании, когда проснется Дану. Вместе с ней встанет и ее главный прихвостень - Стоглавый.

- Это его имя?

- Это его сущность. Имя у него было другое, но когда Дагда его победил, его имя похоронили вместе с мощами. Теперь его кличут Стоглавым. У него сто голов. Ты сможешь все срубить?

Глория засомневалась.

- Вот и я не смогу его обдурить, - кивнул Разум. - Поэтому посижу пока в замке, подальше от грядущей битвы. А ты, храбрая воительница, иди в поля. Твое первое великое сражение состоится там.

Слова Разума напоминали пророчество.


Дом цветов


Дженет не отходила от гобелена.

- Хочу к маме! - причитала она.

Вокруг гобелена порхали разноцветные бабочки, а по краям бахромы расцветали розы. Глория подумала, что побег через гобелен был бы отличным способом избежать войны с нечистью. Может, и правда взять Дженет и сбежать к ее родителям? Только вот Фиор предупредил, что просыпающиеся армии Дану первым делом пойдут войной не на графство, а на царство Семи Холмов.

- Они жаждут свергнуть Дагду, а уже потом примутся убивать людей. Первым делом Дану рассчитается с бывшим другом и нынешним врагом - королем эльфов. Это разумно. Вначале стоит убрать сильнейшего соперника, а люди и так уязвимы. Воины Дану перебьют их, как скот. Они промчатся по землям людей, и соберут кровавый урожай головами. Я вскоре ожидаю кровавый дождь, если только ты не окажешься предреченной для борьбы со злом воительницей.

Фиор давал мрачные пророчества, а заодно подсчитывал все варианты.

Пока он витал над гобеленом, Дженет изловчилась и шагнула внутрь. Глории ничего не оставалось кроме, как последовать за ней.

Дорожки внутри гобелена запутала магия, не пускавшая Дженет к матери. В царстве эльфов нормального ребенка не ждали. У Дженет ведь даже крылья не прорезались! Как такое дитя может жить при дворе эльфов?

Глория очутилась в садах. Они разрослись на много миль вперед. Цветущим деревьям и клумбам не было видно конца. Дженет пробиралась к странному домику, который Глория вначале приняла за мшаник или сруб. Лишь вблизи стало видно, что это избушка, поросшая мхом и дикими цветочками. От цветов исходили странные шепоты:

- Освободи!

Глория подумала, что ослышалась.

- Однажды меня хотели заколдовать в цветок, - призналась вдруг Дженет.

- Кто? - Глория уже не сомневалась в правдивости сказочных теорий племянницы.

- Они! - Дженет кивнула на слюдяные оконца дома. За ними вначале никого не было видно, кроме цветов. Внутри убого домика скрывалась целая оранжерея. Все цветы почему-то были заперты внутрь клеток, будто птицы.

Дженет рассказала, что в доме среди цветов живут странная чета: черная фея и черный колдун. Все цветы в их саду разные. Нет даже пары одинаковых. Глория хотела войти в распахнутую калитку, но заяц погиб, едва вбежал туда.

- Она называют все цветы женскими именами, - Глория услышала два неприятных голоса внутри. В окне маячили два темных силуэта: крылатый и бескрылый.

- Смотри! - Дженет указала на какую-то оборванку, проскользнувшую в дом. Вид у нее был, будто у лунатика, идущего против воли.

- Черная фея ее призвала, - пояснила Дженет, следя за целой пантомимой через оконце.

Бродяжку, которая зашла в дом, чем-то угостили и превратили в цветок. А цветок заперли в пустой клетке. Зачарованные цветы жили в клетках без воды, пуская корни в дно. Каждый цветок был пленницей.

- Зачем они пленяют девушек? - шепотом спросила Глория.

- Каждый черпает силы из того источника, до которого может дотянуться. У хозяев дома большие амбиции. Они хотят выслужиться перед королевой фей. Ты знаешь, что Медея Шаи тоже хранит в своем замке громадную черную Медуницу. Цветок ее пленник, и ее вторая сущность. Королева фей подпитывается им, а он ею. Отсюда и кличка Медуница, которой называют Медею Шаи.

- Помоги нам, - шептали цветы живыми ртами.

Черная фея украшали ими свои волосы.

Дженет затаилась и ждала до тех пор, пока колдун и фея не отлучились. Затем она тихонько пробралась в дом и начала раскрывать клетки. Заколдованные замочки открылись, стоило Дженет пробубнить над ними пару волшебных слов. Цветы, освобожденные из клеток, превращались в красивых девушек, которые сонно зевали, стряхивали с себя чары и уходили прочь. Большинство девушек сами были феями, нимфами и наядами. Они вначале благодарили Дженет, а лишь потом испарялись.

- Спасибо, дочка Дагды, - поблагодарила ее последняя освобожденная нимфа и исчезла.

Все клетки были пусты.

- Теперь нужно поставить чары, чтобы превращений дев в цветы не повторилось, - Дженет рассыпала по углам хижины черный порошок.

- Тебе его братья и сестры дали?

- Нет, советник отца. Если рассыпать его в месте колдовства, то колдуны будут заблокированы. Теперь черная фея и ее колдун сами станут листьями черной полыни у входа. Пусть прохожие их топчут.

Черная полынь действительно возникла у порога избы. Полыни было ровно два стебелька.

Глория всё еще не верила, что Дженет освободила заколдованных в цветы дев и фей. Как-то всё слишком просто. Будто в подтверждение ее версии, откуда ни возьмись возник рассвирепевший гном.

- Воровка! Грабительница! Такая же плутовка, как Амаранта! - закричал он на Дженет. - Верни, мне хотя бы черную фею и ее супруга!

- Уже не выйдет, - Дженет отряхнула руки от порошка.

- Ну, тогда получай! - гном сыпанул Дженет в лицо пригоршню пурпурной пыли, а сам исчез.

- С тобой всё в порядке? - забеспокоилась Глория. Помочь она ровным счетом ничем не могла, поскольку в магии не разбиралась. Говорил же ей Фиор, что тут не прожить без волшебных навыков!

- Ай! - Дженет обнаружила, что из кожи у нее вытягиваются цветочные лепестки. - Я превращаюсь в цветок!

- Так тебе и надо! - хихикал под полом голос невидимого гнома.

Что же делать? Глория лихорадочно размышляла. Будто чудо из пустоты выступила волшебная спасительница. Неужели сама Амаранта поспешила спасти дочь от чар? Глория даже не поверила своим глазам.

- Как ты так быстро узнала, что мы в беде?

- Я же королева эльфов!

Амаранта подхватила голову Дженет, терявшей сознание, и влияла в ее губы пару сверкающих капель из флакончика-кулона, который носила на груди. Превращение в цветок тотчас прекратилось. Рядом возникли какие-то существа, которым Амаранта дала строгий наказ проводить Дженет назад к графу.

Дженет как раз проснулась и изумленно захлопала ресницами. Она исцелилась, но была очень слабой. Магия будто выпила из нее всё веселье и беззаботность. Волосы Дженет из рыжих стали бледно-каштановыми, кожа побледнела, глаза утратили волшебные искорки.

- Кто ты? - Дженет удивленно смотрела на Амаранту, будто видела впервые. - Ты фея? Настоящая?

Ребенок даже не признал в ней свою сказочную мать. Амаранта вздохнула.

- Жизнь жестока, особенно когда твое счастье зависит от волшебного возлюбленного. Приходиться выбирать либо ребенка, либо мужчину. Но выбора, как такового, не существует всё равно. Волшебство решает всё за тебя. Именно поэтому связи с волшебными существами так опасны. Дженет лучше забыть о волшебстве. Тогда ей будет легче прижиться среди людей.

- И как ты это осуществишь? У девочки пытливый ум и отличная память. Она лишь о феях и трещит без умолку. Она ни за что не забудет, что ее родители это король и королева эльфов.

- Когда проснется, она ничего не вспомнит, - пообещала Амаранта, дав дочери настойку из цветов.

Глория ей не поверила. Дженет дитя эльфа, а не человек.

- Мне пора! - Амаранта отряхнула сверкающее белоснежное платье от пролитых капель эликсира. Только королеве эльфов под силу стряхнуть пятна с одежды, будто пыль!

- Куда ты так спешишь?

- Если помнишь в Семи Холмах меня ждут другие дети, а еще государственные дела.

Амаранта исчезла мгновенно, а блестки кружились спиралью над тем местом, где она стояла.

Дженет раскрыла глаза. В них больше не сверкало ни искорки волшебства. Перед ней самая обычная девочка. Не подменыш! Не будущая королева фей! Не подружка чудовищ!

- Ты кто? - Дженет будто ее и не помнила.

- Я твоя тетя Глория.

- Правда? А я думала ты фея осени, - Дженет потянулась к ее рыжим волосам и пощупала одну прядь.

- А где ты видела фей? - забеспокоилась Глория.

Дженет нахмурилась и явно с трудом припомнила.

- На картинках, в книгах сказок фей осени рисуют такими, как ты.

- Ах, сказки! - Глория улыбнулась ребенку, а сама подумала, что от оживших сказок ей еще спасения искать и искать. Проказам нечисти конца не видно.


Битва с черными эльфами


Закат окрашивал багровым сиянием стены графского замка. Где-то вдали трубил рог.

- Эльфийские армии наступают, - определил Фиор, витавший под потолком замка.

- На нас? - обеспокоилась Глория и схватилась за меч.

- Кажется, нет, но я не уверен.

- Ты хоть что-то можешь точно сообразить. Сам же эльф!

- Я, как и ты, сижу в замке, отрезанный от эльфийского мира. Откуда мне знать, что у соплеменников на уме?

- Не бросал бы их!

- Тогда бы я не встретил тебя.

А вот это уже веский аргумент. Глория покрепче перехватила меч. С эльфами сражаться ей совсем не хотелось, ведь они все-таки тоже почти что родственники. Из-за Амаранты. Изменница-кузина сумела породнить свою человеческую семью с эльфами. Теперь эльфы - родня Глории. Их нужно любить и уважать. Но сородичам ведь самим не пристало наступать на твой замок с войной. Если придется обороняться, она эльфам устроит. Даже перед волшебным обаянием Дагды не остановится. Только вот силы неравны, но эльфы направлялись к полям. Значит, дело в останках армии Дану. Глория видела с высоты лишь светящуюся крылатую стаю, но один эльф вдруг подлетел к окну и передал какой-то свиток с посланием.

- Прочесть или это ловушка? - спросила Глория, но Элар уже и сам заинтересовался. Все-таки весточка от его соплеменников поступила.

- Я умнейшее существо во всем мире, да еще мастер на все руки, - причитал спрятавшийся где-то Разум, - я пекарь, я пахарь, я косарь, я мельник - а на работу никто не берет! - его голос сорвался на шипение. - Перебью за это всех! Жалкие людишки! Думают, что могут пренебрегать моими талантами. Не ценят моего трудолюбия и ума. Всех невежд за это заколдую!

Глория поежилась.

- Как воинственно это звучит!

- Да не слушай ты его. Он всем известный лгун! - отмахнулся Фиор.

- Но пахать, сеять и печь он, правда, умеет. У него в полях и молотильня, и мельница работали сами собой.

- Он магией вам головы дурит. Вот и весь секрет.

- Но с такой магической силой нигде не пропадешь.

- Он же пропал. Вон как хнычет!

- Как бы он тут всех не извел магией.

- А по-моему, он рехнулся! Ты вроде недавно назначила его тут часовым, а он снова ноет, что у него нет работы.

- Видимо после того, как я ударила его мечом по голове, у него отшибло разум. Он даже забыл, что собирался мне отомстить.

- Ты ударила его мечом по голове, и он не превратил тебя за это в черную жабу! - Фиор присвистнул. - А ты действительно, героиня. Других он и за меньшее съедал живьем, а тебя бес как будто уважает. Может, ты и впрямь избранная.

Глории понравилось, что Фиор ей льстит, а Разум иногда ведет себя, как ручной. Может и правда удар рукояткой меча по темени вышиб из ловкого бесенка всё коварство.

- А почему не все эльфы зарастают днем масками из золотых листьев? - поинтересовалась Глория. Ведь эльф, только что передавший ей послание, был без маски.

- Под золотыми масками разгуливает лишь избранное общество, - пояснил Фиор. - Бывшие любимчики Дану, которые переметнулись на сторону Дагды. Их называют орденом золотой листвы. Сама Дану часто обрастала золотой листвой и чешуей, когда восседала на троне. Вот и на ее любимцах золотая листва осталась, как памятка о том, кем они были прежде. Им это даже на пользу. Днем маски из листьев являются камуфлирующими. За счет них эльфы успешно прячутся в лесу.

- Если они были любимцами Дану, то воевать с ней они не станут?

- Элар был влюблен в Дану, - лукаво подметил Фиор.

- Вот изменник!

- Он просто очень влюбчивый эльф. Кроме Дану он был влюблен в каждую миловидную фею, эльфийку или даже смертную девушку.

- Даже во всех тех, кого привел в жертвы котлу?

- Да, но с ними его интрижки быстро кончались. Весь роман длился лишь до конечного пункта пути - котла.

- А откуда взялся котел?

- От поражения Дану и ее фаворита. Все побежденные соперники Дагды стали всего лишь барельефами на стенках котла. Они там в медном плену, но они жаждут крови. Королю эльфов приходится отдавать им кровавую дань, иначе они вырвутся. Последняя намеченная жертва в твоем лице принесена не было. Пленники котла близки к освобождению.

- То есть я должна была умереть, чтобы они не освободились?

Фиор театрально развел крыльями.

- Превратности судьбы! - пропел он. - Жертву наметили слишком воинственную.

- Я ощущаю себя не воительницей, а пленницей магии, - пожаловалась Глория.

Фиор почесал в золотистом затылке, сминая росшие в волосах листики.

- Вообще-то, ты права! Всех людей, попавших на территорию фей и эльфов, принято называть пленниками волшебного царства.

Глория с досады взмахнула мечом. С полей доносились жуткие звуки, а рыцари Ангуса как ни в чем не бывало флиртовали с золотой дамой.

- Она претворяется тобой, - определил Фиор.

Глория издалека рассмотрела, что у золотой дамы ее лицо. Собственные глаза под золотыми ресницами лукаво подмигнули ей с золотого же лица.

- Рыцари не различают, что она золотого цвета. Они считают ее тобой, поэтому так ей доверяют.

- Но со мной они ни разу не флиртовали.

- Волшебные копии имеют свойство быть более притягательными для людей, чем сам оригинал. Люди неосознанно пленяются магическими созданиями. Это феромоны волшебства.

- Ах, вот оно что! - Глория рассердилась. - А как она смеет прикидываться мной? Нахалка! Самозванка!

Она воинственно размахнулась мечом.

- Луэллина непроизвольно прикинулась тобой, - Фиор перехватил руку Глории, сжимавшую меч. - В золотой копии заложена программа превращения в девушку, которая ходит на свидание с эльфом. Раньше такой девушкой была Амаранта, теперь стала ты. Вот Луэллина и сменила облик. Ее долг - скрывать отсутствие возлюбленной эльфа в человеческом обществе. Не злись на нее!

Золотая копия отвлекала рыцарей от грядущей обороны замка. Существа на полях выбирались из земли, слышались призывы флейты. Глория нашла у гобелена цветную призму, которую можно было использовать, как подзорную трубу. На полях творилось черти что! Черные эльфы парили над ямами, которыми было испещрено всё поле. Они отряхивали с крыльев землю и помогали выбираться наружу окаменевшим собратьям.

- Жаль, что бессмертные существа каменеют от долгого сна, - вздохнул Фиор. В отличие от Глории он хорошо всё видел и без увеличительного стекла. - Королю Дагде придется туго! В его войсках каменных созданий нет. Лишь спящие каменеют. А эльфы Дагды столетиями не спали.

- После победы над летними эльфами армии Дану кинутся громить наш замок, - сделала вывод Глория. - Нужно убедить Ангуса выступить воевать бок о бок с Дагдой.

- И не мечтай! Ангус скорее удавится.

Фиор оказался прав. Граф отлично знал и о пророчестве, и о просыпающихся войсках древней богини, но вмешиваться не собирался.

- Раньше я был обязан соблюдать подписанное соглашение и выступать единым фронтом с эльфами против их врагов, но сейчас, когда договор нарушен Дагдой, я свободен от обязательств. Моя жена оказалась королю эльфов ценнее, чем военная подмога. Что ж, теперь он напорется! Дану - неодолимый соперник.

- Она же штурмует нас, едва одолеет твоих бывших союзников! - кричала Глория. Как Ангус сам мог этого не понимать?

- А потом она собирается уничтожить всех людей! Богиня Дану - древнее зло. Может когда-то она и была доброй, но после вечного сна всё изменилось. Если дать ей волю, то весь Илиор сравняют с землей. А вначале истребят жителей твоего графства. Ты сам укрылся в замке, а твои подданные, оставшиеся за крепостной стеной, уязвимы. Ты должен заботиться о своих вассалах, арендаторах и даже простых крестьянах. Ты же местный феодал! Твой долг защитить всех! Ради спасения человеческих жизней стоит откинуть свою неприязнь к эльфам и временно объединиться с ними.

- Однажды я уже так сделал и, как оказалось, свалял дурака.

- Но сейчас речь не о гордости, не об уведенной эльфом жене, а о спасении всех, кто от тебя зависит. Если ты ничего не предпримешь, войска Дану перетопчут все окрестные поселения. Одумайся! Откинь тщеславие! Попытайся спасти тех, кто живет на территории твоего графства и для кого не хватает места в стенах замка.

Ангус чуть не усовестился от ее слов. Минуту он колебался. В нем боролись остатки благородства и желание отомстить королю эльфов.

- Если Дагда погибнет, то Амаранта ведь вернется ко мне, - подумал вслух Ангус. - Когда царства эльфов не станет, ей придется вспомнить о своем человеческом доме.

- Эгоист! - Глория взмахнула мечом так неаккуратно, что порезала Ангусу щеку. Граф как ни в чем не бывало смахнул кровь и снова приложился к горлышку бутылки. Пить и охотится на нечисть - вот два его любимых занятия. Воевать он больше не умеет!

Придется воевать даме, то есть ей. Глория попросила Фиора прокинуть трюк с ее нарядом, чтобы превратить юбку в лиственные бриджи. Фиор постарался, облетел вокруг Глории, источая сверкающую пыльцу, и превратил ее пышное розовое платье в изящные доспехи из листьев папоротника.

- Жаль, что они не из стали!

- Они прочнее, чем сталь, - Фиор доказал свои слова, обратив одну рапиру из коллекции Ангуса против доспехов Глории. Рапира не смогла рассечь листики.

- Ну и ну! Спасибо! - Глория чмокнула Фиора в щеку.

Эльф зарделся.

- Смертные девушки такие искусительницы, - бормотал он себе под нос.

Издалека донеслись заунывные звуки флейты.

- Иди ко мне, смертная! - звучало в них.

У Глории из ушей потекла кровь.

- Дану? - спросила она, хотя рядом никого не было, но казалось, что чешуйчатая богиня тянет ее к себе против воли, как марионетку на веревочках.

Ноты флейты были призывными. Проснувшаяся Дану ждала ее. Вот только кого она хочет увидеть: воительницу, возлюбленную или намеченную жертву?

Глория представила, как чешуйчатое божество обовьет ее всеми своими конечностями, как любовницу и высосет из нее жизнь.

- Проснись! - Фиор настойчиво тряс ее. - Ты спишь на ходу!

- Дану?

- Какая Дану? Ты здесь ее видишь?

На миг Глории почудилось, что божество, похожее на сверкающую сороконожку заняло собой всю залу с гобеленом.

- Мы пройдем через главный вход, - решила Глория.

- Ангус велел опустить подъемный мост. Он готовится к осаде, - эльф регулярно облетал замок с дозором и всё видел.

- Тогда придется идти через гобелен.

Вокруг гобелена привычно парили стайки разноцветных бабочек, а в самом гобелене зацветал благоухающий жасмин. Глория провела пальцем по полям роз, вышитым на гобелене. Фиор присоединился к путешественнице, вцепившись ей в плечи. Через миг они оба уже стояли на полях между двумя воинствами эльфов. Слева простирались фланги летних и весенних эльфов. Они строились прямыми линиями. У армий Дану, выползших из земли, не было ни правильного построения, ни стратегии. Они напоминали роты дикарей. Существа, стряхивавшие с себя комья земли, летали, ползали, перебирали множеством лап, искрились чешуей, как броней и выставляли рога, как оружие.

- Воительница тут! - шепнул кто-то из советников эльфийского короля.

Дагда, ехавший на крытом коне, кивнул Глории.

Амаранта с белой птицей на плече появилась на поле готовившейся битвы лишь на миг и поцеловала супруга в щеку.

- Удачи, любимый!

Птица с янтарем во лбу и пышным, как у павлина хвостом, эхом передразнила ее слова.

- Помолчи, Инфанта! - шикнула на нее королева эльфов.

Амаранта послала Дагде воздушный поцелуй и исчезла, обратившись в столб сверкающего тумана.

- Она будет отсиживаться дома, пока ты воюешь с Дану? - съязвила Глория.

- Амаранта - нежное создание. Война не для нее, - отмахнулся Дагда.

- Верно. Война из-за нее! Ты знаешь, что Дану учуяла в ней соперницу, от того и проснулась. Если б не Амаранта она бы спокойно проспала еще много столетий или даже тысячелетий.

- Не думаю! - Дагда защищал возлюбленную.

- Быть неженкой в военное время слишком аморально! - нападала Глория.

- Ты любишь воевать, свояченица, а другие дамы нет.

- Я дерусь мечом, а Амаранта могла бы сражаться магией. Она ведь волшебница.

- Она придет на помощь, если без нее будет не обойтись. А тебе не за чем драться в пехоте. Тебе подыщут породистого боевого пегаса.

- Не нужно! - Глория затачивала меч о камень, который нашла в траве. Камень оказался осколком скульптуры. Он ожил и состроил такую гримасу, что Глория испугалась.

- Видишь, почему Амаранта не спешит вставать в боевые ряды, - Дагда натянул поводья своего коня. - От вида такой реликвии ее бы хватил сердечный удар. Амаранта - неженка.

- Зато я сильна, как каленая сталь! - Глория рубанула мечом чудовище, которое накинулось на нее с высоты полета.

Дагда протрубил в рог. Это знак к наступлению. Армии чудовищ и так уже наступали. Глория махала мечом направо и налево. Вроде бы одна воительница ничего не меняла в многотысячной армии, но Дагда отметил, что за счет нее летние эльфы получили ощутимый перевес. Наверное, решил сделать комплимент, чтобы ее приободрить.

Где-то снова зазвучала флейта, и Глория ощутила укол в лоб, будто мозг пронзило иглой.

- Черная стрела попала тебе в сердце, - горячо зашептал на ухо кто-то. - Стрела богини Дану!

Хоть битва уже началась, а черные эльфы продолжали выползать из земли. Ноги Глории проваливались в ямы, из которых тянулись когтистые руки. Эльфы под землей это чудовища! Там же покоится Дану и ее главный слуга. Красота богини Дану пугает и завораживает. Глория попятилась от жуткого силуэта, возникшего рядом, но ударить по нему мечом не посмела.

Существо с витыми рогами, чешуей в коже, множеством изумрудных глаз и флейтой вместо меча точно было богиней Дану.

- Мне так хотелось заполучить в когти самозванку Амаранту, но пришла только ты, - прошипел голос, который одновременно был и хриплым, и мелодичным. Множество изумрудных глаз богини стали переливаться радужными бликами. Ее лицо и шея были усеяны глазами, как драгоценностями.

В кровавых закатных лучах Дану казалась живой статуей из золота и чешуи. Конечностей у нее было множество. Корона из собственных волос была унизана костяными гребнями. Кости точно человеческие!

Закат играл бликами во всех чешуйках божественного тела. Дану ударила хвостом, как бичом, пытаясь выбить меч из рук Глории. Не вышло! Меч распорол ей хвост. Пошла золотая кровь, похожая на ртуть и самовозгорающаяся. От ее капель горела земля.

- Надо же! Воительница! Та самая! - Дану отскочила от Глории, не дожидаясь следующего удара меча.

Глория озиралась по сторонам, ища богиню. Битва была в полном разгаре. Оба войска не уступали друг другу в силе и ловкости. Только войско Дану больше устрашало.

Элар и Фиор прилетели сражаться бок о бок, хоть и считались соперниками. Битва за летних эльфов их помирила на время. Или это была битва за Глорию? За ее симпатию? Кто покажет себя героем, тому и достанется смертная невеста.

А Фиор еще говорил, что эльфы, обрастающие золотыми листьями, это прихвостни Дану. Элар и не думал переходить на сторону древней богини. А вот Глории в уши снова ударил чарующий голос и надрывная мелодия флейты:

- Брось меч и иди ко мне! Отдай мне свою душу, смертная!


Стоглавый противник


Дану стояла впереди неисчислимого легиона чудовищ. Ему не было видно ни конца, ни края, а из ям в земле продолжали выползать всё новые твари.

- Ты же была доброй богиней! Что с тобой случилось? - выкрикнула Глория, надеясь, что ветер донесет до Дану ее слова.

Обезображенная богиня стояла далеко, но отлично ее расслышала и зловеще усмехнулась.

- Я озлобилась!

А ее войско частично окаменело, а частично обросло шерстью и когтями. Черные эльфы были на ее стороне, а вот опальные эльфы, типа Элара, предпочли не вмешиваться.

Люди тоже предпочли держаться подальше от эльфийской битвы. В Ангусе битый час боролись остатки благородства и ненависть к эльфам. В итоге он сделал вывод, что если армии Дагды погибнут, то Амаранте придется вернуться домой к нему. Король Илиора полностью попал под каблук Медеи Шаи и совсем не беспокоился о том, что его земли захватит древняя богиня.

Вот Глория и оказалась единственным человеком на эльфийской войне.

При звуках голоса Дану меч вырвался из рук Глории и начал рубить недругов сам. Глория осталась безоружной, но не отчаялась. Кто-то обронил чудесное оружие. Глория подобрала волшебную палицу, которая рвалась в бой сама. Какое-то время она успешно ею махала, отбивая натиск черных эльфов. Их черная кровь заливала поля.

Завораживающий зов лился через поле. Его слышала одна Глория. Дану притягивала ее к себе против воли. Даже если отвернуться от рогатого силуэта, притяжение лишь усиливалось.

В разгар боя поле вдруг стало пустым. Глория искала противников, но все твари дрались слишком далеко от нее. До них было ни дойти, ни добежать. Ее словно зеркальной стеной от битвы загородили.

- Чтобы ты не вмешивалась, - шептал в ушах назойливый голос Дану, которой рядом не было.

И вдруг чей-то другой голос позвал:

- Глория!

Имя донеслось, как из тумана. Его тут же подхватили сотни незнакомых голосов, но Глорию больше интересовал первый голос. Она его уже где-то слышала.

Стоглавое чудовище оказалось рядом. Оно высилось горой над полем боя. Сотни голов щурились на воительницу множеством пар глаз, сотни ртов источали голоса разной тональности. В их какофонии едва можно было разобрать слова.

- Глория! Как давно я мечтал о встрече с тобой. Избранная, рыжая, несравненная, - его когти перебирали ее локоны. - Ты подарок для меня!

Глория нахмурилась. Разве оно не видит, что она сражается на стороне врага? Оно уверено, что она пришла в его объятия.

- Глупо биться со своей судьбой! Твоя кузина Амаранта это сообразила, едва увидела короля эльфов. А ты разве не хочешь стать королевой?

- Подле тебя?

Сто голов разом кивнули. Лишь некоторые из них были коронованными. Судя по гербам, выгравированным на коронах, все они были сняты с убитых королей. Чудище угадало ее мысли и засмеялось. От сухого шелестящего смеха сотни ртов Глория чуть не оглохла.

- Я принесу тебе все короны мира с отсеченных голов всех королей вселенной, если ты выберешь меня.

- Что во мне такого особенного, что столь могущественное существо добивается меня? - Глория намеренно тянула время. Ведь кидаться в битву глупо. Силы явно не равны, но волшебный меч сам рвался в бой. Глория с трудом удерживала в руках вибрирующую рукоять.

Дану выставила против нее действительно грозного соперника. Меч был уверен, что сам одолеет чудовище, а вот Глория робела при виде жутких голов, на каждой из которых сверкало по множеству красных или желтых глаз. Оно будто выползло из пекла, чтобы стать палачом для всех сражающихся воинов. Стоит ему пройтись по полю битвы, и оно всех передавит.

Глория прикрыла веки и представила, как оно топает по полю, хватая лапами воинов, а его головы раскусывают пополам тела рыцарей. Так оно, должно быть, и будет. Меч сильнее завибрировал в ее руке. Она едва сумела перехватить его в полете и удержать. Меч долгое время рубил противников сам, а теперь рвался к шеям стоглавого чудовища. Если она проиграет, напав на него, то ей несдобровать. Глория пожалела, что отказалась от пегаса. Один неверный выпад, и ей бы лучше улететь от мести стоглавой твари. Без крыльев она погибнет. У эльфийских пегасов были крылья, а у нее вот нет! В роли человека на эльфийской войне она ощущала себя ошибкой природы. Разве она та самая легендарная воительница, которую тут ждали!

- Ты мне подходишь. Вот и весь секрет, - когти чудовища играли ее рыжими прядями.

- Потому что только я могу одолеть тебя? - Глория уставила прямо в глаза центральной головы.

Ртов десять расхохотались, но смех вышел каким-то вялым, явно наигранным.

- Ты мечтательница!

- Я избранная. Ты сам сказал.

- А стоит ли мне верить? - лукаво сощурилась центральная голова.

- Тогда я и не поверю! - Глория коварно нанесла удар по голове, склонившейся к ней, и отсекла с нее кривые рога. Чудовище взвыло. Оно не ожидало такого выпада.

- Ты считаешь, что против меня может сражаться какая-то букашка? - завопили другие головы, но меч уже сам рванулся вперед, показывая Глории уязвимые места противника. Они находились на горле. Сами лица было даже не поцарапать, но стоило полоснуть мечом по шеям, и головы слетали. Они катились по полю, как чудовищные мячики, охая от удивления и изрыгая проклятия в адрес отважной воительнице.

Глория с легкостью уворачивалась от когтистых лап, норовивших ее схватить. Хорошо, что Фиор научил ее отпрыгивать от противника, делать кульбиты в воздухе, когда нужно, даже ходить колесом. Поймать ее чудище не могло, от чего еще больше свирепело. Отпрыгнув ему за спину, Глория собралась уже перевести дыхание, но не тут-то было. Головы, росшие из спины, закричали многоголосым хором:

- Она стоит с западной стороны! Обернитесь! Вытяните левую лапу в сторону запада!

Другие головы чудища среагировали мгновенно. Все они действовали, как единый организм. Глория едва вывернулась из хватки черных когтей. Впредь нужно быть осторожней. Пока что чудище не применило магии, но вдруг оно и на это способно. Голов у него становилось всё меньше. Из обрубков шей лилась черная кровь. Глория не могла поверить глазам. У него кровь черная! И ядовитая! От нее трава зачахла и покрылась слизью.

Нужно отрубить все сто его жутких голов, но одна голова оказалась красива. Глория опустила меч. Срубить ее всё равно, что совершить святотатство. Но пощада оказалась невозможной. Если оставить одну красивую голову на месте, то в обрубках девяноста девяти шей прорастали новые головы. Какие-то из них дышали дымом, какие-то огнем, какие-то плевались пеплом или шипами. Ну и работенка их рубить! Где только витает Фиор, когда его помощь так нужна!

Дану всячески отвлекала ее, витая рядом. Она цеплялась когтями в локти Глории, тянула ее за волосы, шептала на уши:

- Ты станешь моей приближенной, если покоришься мне! Мы будем править вместе. Прекрати рубить! Я хочу, чтобы такая воительница, как ты служила только мне.

Где-то рядом шипел эльфийский котел. Глория и забыла, что он находится на этом поле и ждет жертв. Вместо тел прекрасных девушек, в котел сыпались отсеченные головы стоглавого чудовища. Стоило Глории поднатужиться и срубить последнюю голову, как котел лопнул и рассыпался на мириады осколков.

Битва тут же прекратилась. Черные эльфы шипели и испуганно уползали назад в ямы. Дагда подлетел к осколкам котла на своем крылатом коне.

- Больше он не потребует жертв!

- Но и драгоценных камней не наплодит, - уныло вздохнул приближенный Дагды.

- Не надо! Мы и так богаты. Эльфийская раса самая богатая на земле после драконьей. А драконы наши слуги. Так что всё золото стекается в одно государство. Выпьем за это!

Эльфийская брага потекла рекой.

Поняв, что ее армии потерпели сокрушительное поражение, Дану застыла статуей в поле. Обрубки ее воинов корчились у ее золотых ног. Черный терновник прорастал на поле обильно, как урожай.

- Беда тому, кто ее тут обнаружит! - вздохнул кто-то из летних эльфов.

- Чтобы люди сюда не забрели, я могу поставить вокруг поля магический щит, а эльфы и феи знают, как опасно к ней приближаться и ее будить, - молвил Дагда.

Он глянул на лицо богини с легким сожалением, будто покидал не врага, а бывшую союзницу или даже любовницу.

- Прощай, Дану!

Амаранта уже ждала его за полем. Сама она не сражалась. Зачем ей? Она побеждает очарованием. Глория завистливо хмыкнула. Нужно родиться белокурой красавицей, чтобы мужчины и эльфы сами шли за тебя на смертный бой.

- Меня устраивают и рыжеволосые, - Фиор прочел ее мысли.

Эльф подлетел, когда битва уже была кончена.

- Не мог пораньше?

- Ты же у нас сама храбрая воительница, а я всего лишь легкий воздушный дух.

- Не шути!

- Прости, было сложно прорваться к тебе через колдовской туман. Он будто кусачая стена, не пускает и всё!

Фиор показал отметины на коже.

- Пари и дальше над полем, я справилась сама.

Глория пнула ногой дымящуюся ядовитыми испарения тушу монстра. Волшебные цветы, проросшие в поле немного, нейтрализовали воздействие яда. Дышать было можно, не опасаясь отравиться.

- Его уже однажды убивали, но он снова восстал из праха и отрастил все свои головы. Восстанет и еще раз. Но это случится не скоро.

- И что произойдет тогда?

- А ты волнуешься о том, что будет через сотни лет, когда и твоих внуков уже в живых не будет? - поддел Фиор.

- Вдруг я собираюсь стать возлюбленной эльфа, а не человека.

Фиор просиял.

- Не беспокойся! Найдется новый воитель или воительница. Кто-то избранный непременно отыщется, и история повторится.

Он радостно сделал кульбит в воздухе, позабыв о своем сопернике, другом эльфе, а тот уже стоял тут как тут.

Элар ревниво смотрел на Глорию и Фиора, как будто чувствовал свое поражение. Золотые листики полностью сгладились на его лице в наступавших сумерках. Элар выглядел невероятно красивым и одиноким.

- За леди-воительницу! - произнес он тост и отпил немного эльфийской браги, принесенной ликовавшими воинами Дагды.

- Надеюсь, король простит всех опальных эльфов, которые выступили в этой битве на его стороне? - выразила надежду Глория. - Я готова за вас обоих замолвить словечко.

- А вдруг я выступал на твоей стороне, а не на его?

- Как и я! - встрял Элар.

Два эльфа готовы были устроить поединок над остывшим полем боя, но Глория втиснулась между ними.

- Давайте отпразднуем победу! Сегодня эпохальное событие! Злые боги побеждены! Можно снова разгуливать по полям, не опасаясь, что вылезут черные эльфы и живые статуи и примутся гоняться за путниками. Правда, это замечательно!

Эльфы-соперники не разделяли ее восторга. Глория старалась подружить их всеми силами.

Едва эхо сражения стихло, как на поле примчался Разум с пустым мешком за плечами. В мешок он собирал всё блестящее, что только мог найти от павших воинов Дану.

- И не боится проклятых сокровищ, мерзавец! - с восхищением присвистнул Фиор.

- Это потому что он и сам проклятый!

Разум уже суетливо оглядывал горку драгоценных камней, оставшуюся под ногами Глории.

- Глаза богини Дану, - зачарованно протянул он. - И каждый по замку стоит! Такие бы королям продать! Они и шпионы, и драгоценности, и проклятие на весь край навлекут, но о последнем я говорить не буду, когда стану торговаться. Уступи мне один, Глория!

- Они не мои.

- Но выиграла их в битве ты!

- Всего-то общипала противницу! Ты, между прочим, уверял, что Дану уже не воскреснет, а она воскресла и напала.

- Ну, мне не так повезло, как ее подданным. Я тоже пытался воскресить королеву ада Люциферину, да ничего не вышло. Враги помешали!

Разум умильно щурился на драгоценные камни.

- Так как? Я за один такой буду служить у вас охранником сто лет.

- Да забирай бесплатно! - разрешила Глория. Всё равно от таких сокровищ одни беды. Они же магические!

- Правда! - Разум подскочил до небес, пока жадный мешок сам ползал и заглатывал все камни. Он словно боров, жрущие желуди, подобрал всё. Не мешок, а бездонная бочка. Сколько в него не клади, а он в размерах даже не увеличивается. Волшебный, как и его хозяин!

Разум запрыгнул на плечо Глории и чмокнул ее в щеку.

- Спасибо, Эстеллушка! Ты такая милая! Ой, прости, Глория! Ты так похожа на мою добрейшую Эстеллу. Зря я ее когда-то подвел, иначе служил бы сейчас при королях Алуара, как бессмертный ум всей династии. Меня бы почитали, как семейного духа, не пришлось бы скитаться и воровать.

Разум расчувствовался так, что начал исповедоваться. Даже смахнул слезу, использовав локон Глории, как платочек.

- А ты не хочешь стать королевой и принять меня на службу. Я мог бы тебя сосватать королю Илиора, - Разум лукаво сощурился. - Вдвое мы его облапошим. Медею Шаи он и сам пытается выставить, а ты с твоим волшебным мечом можешь стать волшебной королевой-воительницей, которая одна способна защитить страну от армии нечисти. Я сделаю тебя легендой Илиора, если ты оставишь за мной теплое место советника.

Заманчивое предложение! Глория бы его приняла, если б была одинокой охотницей за мужьями, но рядом летал Фиор. Как можно променять настоящего эльфа на земного короля?

- С эльфом можешь на досуге встречаться, король не узнает. Используем золотую копию, - коварно зашептал Разум.

- Прости, но я честнее Амаранты, - Глория стряхнула беса с плеча. - Я выбираю эльфа.

- Которого из двух? - Разум упал на мешок с драгоценностями и завыл от боли. Мешок сам опасливо отполз от хозяина, потирающего ушибы.

- Вон того!

- Фиора? Он же болван и вертопрах. А Элар вообще коварный обольститель и душегуб. Столько девиц сгубил. Лучше окрути эту парочку, внуши им, что кроме любви нам нужна еще выгода, и всем трио пойдем к королю предлагать свои услуги. Скажем, что эльфы тебе слуги и помощники, а не сердечные друзья. Видишь, какой я смекалистый! Из всего могу извлечь выгоду! Недаром меня прозвали Разумом. Я помогу тебе сделать великую карьеру королевы.

Но Глория уже его слушала. Она заметила, что Фиор что-то собирает с земли. Неужели камни богини Дану? Но эльф преподнес ей букет роз, перевязанный лентой. Розы оказались и не красными, и не белыми, а розовыми.

- Это же мой любимый цвет! - воскликнула Глория. - Откуда ты узнал, что я обожаю розовые цветы? Стой, а разве эльфы не должны дарить любимой девушке золотые розы?

- Пора менять традиции, - просиял Фиор. - Особенно если учесть то, что ты необычная девушка.

- Ну, я не жадная. Золото мне не нужно, - Глория запоздало заметила, что роса на розах это настоящие бриллианты. Если собрать их то хватит на ожерелье.

Видимо, она не ошиблась, что выбрала в спутники жизни эльфа. Он даже росу умеет превращать в драгоценные камни. С ним не пропадешь.

Дагда и Амаранта взялись за руки и летели над полем, засеянным чудовищными трупами, чтобы поблагодарить Глорию.

- Нужно бы позвать еще драконов Дагды, чтобы они устроили грандиозный пожар на полях, - заметил Элар. - Тогда остатки спящих армий уже не выползут никогда.

- А можно ли сжечь чешуйчатую статую богини? - засомневалась Глория, смотря на окаменевшую Дану. - Она сама будто из огня!

Едва последний алый луч заката потух, как Дану разбилась на осколки. Множество радужных глаз, еще остававшихся в ее теле, рассыпались по земли драгоценными камнями. Они были живыми. Осколки начали сползаться, но почему-то срастись назад в единое целое не могли.

- Ее сила иссякла, - заметил Дагда. Сам он только что победил многих ее чудовищ и теперь отдавал подлетевшим драконам на сжигание их головы. Драконов у короля эльфов оказалось много, но почему-то спалить армии Дану они не могли. Их огонь был способен лишь пожирать уже расчлененные останки.

- Когда-то ты ее любил, - упрекнула Глория.

- Когда-то она была другой.

- И что ее изменило?

- Жадность, амбиции, зло, желание владеть всем и всеми.

- Если я не выкину меч, то стану такой же?

- Не думаю!

И хорошо! Меч снова зацвел розами. Он ей и друг, и реликвия, и оружие. Но в первую очередь друг. Разве можно расстаться с другом.


Поля из роз


- Жаль, что ты выбрала не меня! - Элар кружил над Глорией, собиравшей памятные вещи в спальне замка. - Ты еще можешь передумать.

- Ты прекрасен, но я не могу выбрать сразу двоих эльфов, отнекивалась Глория.

- Ты можешь! Два это не так уж много.

- И вы не передеретесь?

- Мы разделим тебя на части суток. Днем ты будешь с Фиором, а вечером со мной.

Элар слишком привык, что золотые листья делят его время суток на вынужденное ношение маски днем и свободу по вечерам. График расписания встреч с Глорией он выгодно подстраивал под свою особенную эльфийскую природу. Ну и хитрец!

- Жаль, что я не могу раздвоиться. Разве только кто-то из вас возьмет в жены вместо меня золотую копию.

Луэллина ведь вылитая она! Это может решить проблему выбора. Кто-то из эльфов получит живую Глорию, а кто-то копию.

- Не выйдет! - разочаровал ее Элар. - У волшебных копий есть обыкновение засыпать, когда прикрывать некого. Если ты уйдешь из замка смертных и станешь жить с эльфами, Луэллина заснет.

- Вот как! - Глория вздохнула.

Значит, Элару не удастся заполучить даже ее копию. Он останется один. А может, найдет себе какую-нибудь эльфийку и счастливо проживет вечность с ней.

- Мне жаль Луэллину.

- Не жалей! Она проснется снова, едва в графском замке поселится очередная барышня, которую соблазнят эльфы.

- Луэллина служит возлюбленным эльфов, как рабыня или как механизм, а она ведь имеет право на личное счастье!

- Я об этом не задумывался, - Элар откинул со лба непокорные золотистые пряди. Он сиял, как рассвет. Ну, почему все эльфы так бесподобно красивы!

- Ты тоже заслуживаешь право на личное счастье без наличия соперника.

- А меня бы устроило, если б мы с Фиором делили твое внимание напополам и иногда состязались из-за тебя. Представь, как ты станешь регулярно присутствовать на наших турнирах и награждать венками победителя.

Заманчиво, но не слишком благородно. Она не Амаранта. Двое мужей эльфов это слишком. Она выбирает эльфа с гобелена.

Прощаться с Эларом было тяжело. Глория решила одарить его поцелуем на прощание, как и впавшую в беспамятство Дженет. Затем она забрала эльфийский меч и пошла на поля из роз.

Фиор уже ждал ее там. Он играл на свирели, которую отнял у кого-то из погибших воинов Дану.

- О, рыжая фея пришла! - обрадовался он.

Глория проигнорировала дразнящее прозвище и воткнула меч в землю по самую рукоять. Пусть останется на поле и зарастает колдовскими розами, как памятник о великой эльфийской битве.

- Война окончена! Воительница больше никому не нужна! Наступило время мира. Я готова уйти с тобой в миртовый сад за гобеленом или в любое другое секретное место, - произнесла она, торжественно, как брачную клятву. - Уведи меня с собой навсегда в волшебное царство.

- Ну, так оно уже здесь.

Фиор кивнул на окружающие поля и оказался прав. Границы царства Дагды давно сместились в смертный мир. Вместо гобелена тянулся луг цветущих роз, вместо бабочек порхали пикси, меч тоже зарос розами, вероятно теперь уже навсегда.

- А откуда ты узнала, что у эльфов принято дарить возлюбленным золотые розы? - спросил вдруг Фиор.

- Прочла в эльфийской поэме! Правда, удивительно, что спознавшись с эльфом, я начала понимать эльфийский?

- Ничего удивительного! - Фиор откинул свирель и убрал непокорные локоны со лба. - Если ты любишь искренне эльфа, у тебя и крылья вскоре отрастут. Я гарантирую!

- Ну, значит, твоя любовь приносит мне сплошные чудеса!

Глория обняла эльфа и сама приникла к его губам. Так счастлив, как сегодня, Фиор не был уже сотни лет. С тех пор, как покинул магическую землю. Но там где он, там и волшебство. Поля роз цвели сегодня лишь для него и Глории.

Одна роза на полях оказалась золотой. Это символ того, что эльф влюблен в смертную девушку навечно.


От автора


Книга "Гобелен Амаранты" входит в цикл книг о феях и эльфах "Пленники волшебного царства". Конечно же, у книги есть предыстория, в которой описано создание гобелена и попытка заключения первого союза между людьми и эльфами. О кузине Глории Амаранте, ее любви к королю эльфов и соперничестве с самой королевой фей повествует книга "Амаранта - пленница короля эльфов". В переводе на немецкий и английский книга про Амаранту и короля эльфов издана в двух томах: первый том называется "Амаранта - соперница королевы фей", второй "Амаранта 2 - пленница короля эльфов".

Предания о племенах богини Дану, Дагде и Туате-де-Данан использованы в книгах очень вольно.

Про взрослую Дженет и ее любовь к пленнику Медеи Шаи по имени Тамлейн существует книга "Тамлейн - пленник королевы фей".

Про первого возлюбленного Медеи Шаи, короля Алуара, можно прочесть книгу "Один век до свадьбы".

Цикл "Пленники волшебного царства" будет пополнятся новыми книгами. На очереди книга о золотой копии Луэллине.

О морском царе Сеале, морской царице и волшебных существах моря повествует цикл книг "Пленники подводного царства". О том, как морская волшебница Катарина освободила Разума из сундука повествует книга "Дворец внутри кита".

История знакомства и сложных отношений Разума и королевы Эстеллы описана в книге "Принцесса-простушка". Книга входит в цикл "Заколдованная леди".

Об упомянутых здесь Мадеэле и Рианон повествуют книги "Рианон - принцесса огня", "Рианон-2: Огненная принцесса и крылатый воин", "Рианон-3: По пути обмана" и "Рианон-4: Рождение дракона". Они входят в цикл "Империя дракона".

О богине Алаис, от которой произошли все волшебные существа и вся магия во всем мире, повествует цикл книг "Дочь зари".

Обо всех моих книгах ведется рубрика ЭкоИмперия в журнале ЭкоГрад. Все статьи можно прочесть бесплатно на сайте журнала в разделе Эко Литературная Страничка.