# Кайзер Банзай. Главы 1-5

Владлен Борисович Багрянцев

Альтернативная война в Тихом океане. Кровь героев, знамена самураев и трупы на волнах.

Вместо предисловия. Слово автора к читателям.

Ну, вы поняли.

Вместо аннотации:

КРОВЬ МЯСО ПУЛЕМЕТЫ КИШКИ РАСКОЛБАСИЛО МОЗГИ НА СТЕНКУ.

Вместо эпиграфа:

Раз Труляля и Траляля

Решили вздуть друг дружку.

Из-за того, что Траляля

Испортил погремушку, -

Хорошую и новую испортил погремушку.

Но ворон, черный, будто ночь,

На них слетел во мраке.

Герои убежали прочь.

Совсем забыв о драке, -

Тра-ля-ля-ля, тру-ля-ля-ля, совсем забыв о драке.


П Р О Л О Г

Человек на пороге.

* * * * *

Дракенсберг, штат Новый Альбион, Южно-Антарктическая Республика (ЮАР).

19 декабря 2011 года.

* * * * *

Солнце стояло в зените, а дом скрывался в глубине апельсинового сада. Апельсины? В этих широтах?! Да, очередное творение генных инженеров. Наука не стоит на месте. Это XXI век, крошка.

К дому вела узкая тропинка, поэтому машину пришлось оставить у ворот.


Молодой человек в военной форме поднялся по ступенькам и осторожно постучал в дверь. Молодой, вне всякого сомнения, не старше тридцати - если судить по его походке, тяжести шагов и так далее.

- Незаперто, - сказал Джеймс Хеллборн.

Он не запирал двери вот уже целых десять или двенадцать лет - не видел в этом смысла. Грабителей он не боялся, а все его враги были давно мертвы. Впрочем, была еще одна причина, о которой Хеллборн не любил вспоминать (в его возрасте это было совсем нетрудно) - снаружи дежурили сотрудники Секретной Службы. Он ушел в отставку много лет назад, но агенты ЮАСС по-прежнему охраняли его. Таков был протокол, и его никто не отменял.

Гость обернулся на звук голоса - ну да, Хеллборн сидел на веранде, слева от входа, в тени огромного кактуса, торчавшего из кадки (подарок давно покойного мексиканского императора). Джеймс был уверен, что кактус не переживет первую же альбионскую зиму, но, похоже, он чего-то не знал о мексиканских кактусах.

- Прошу прощения, господин президент, я вас не заметил, - в голосе гостя прозвучало неприкрытое смущение. О выражении его лица Хеллборн ничего не мог сказать - глаза были уже не те, а очки он оставил в салоне. - Извините за беспокойство - надеюсь, я вам не помешал, господин президент...

Хеллборн вздохнул - он ушел в отставку много лет назад, но его по-прежнему назвали "господин президент". Таков был протокол.

- Нет, не помешали, - немедленно отозвался Джеймс. - Я был готов вас принять, иначе бы вы остались по ту сторону забора. С кем имею честь?

- Еще раз прошу прощения, - гость был явно не в своей тарелке. Неудивительно - скорей всего, ему не каждый день приходится встречаться с легендами подобного масштаба и калибра. - Лейтенант-коммандер Уотерсон, военная разведка.

"Родственник? - лениво подумал Хеллборн. - Фамилия не то чтобы редкая... Неважно. Сколько их было... Даже спрашивать не буду".

И тут же спросил:

- Кельвин Уотерсон, бортстрелок с линейного монитора "Королева Матильда" - кем вам приходится?

- Двоюродный брат моего деда, - признался гость.

- Понятно, - кивнул радушный хозяин. "Даже соболезновать не буду. Тем более что Кельвин спасся. Его уже потом убили". - Итак, чем обязан? Военная разведка? Не журналист? - подозрительно принюхался экс-президент.

- Никак нет, господин президент. Я бы не осмелился вас побеспокоить, но...

- Ближе к делу, - нетерпеливо перебил его Хеллборн.

- Виноват. Вы должно быть слышали о неприятной ситуации, которая возникла в Индийском океане.

- Нет, не слышал, но вы пришли по адресу, молодой человек, - добродушно кивнул Джеймс. - Я знаю Индийский океан, как свои пять пальцев. - ("И не только на этой планете"). - На каждый день, проведенный на родине, приходятся месяцы, проведенные мной в его бурных водах... - Черт, возраст дает о себе знать, опять с пафосом перебрал. - Я вас слушаю. Между прочим, можете присесть. Напротив моего кресла стоит диванчик, обычно там сидит мой электрический кот.

- Он и сейчас там сидит, - заметил коммандер Уотерсон.

- Ну так попросите его подвинуться. Не бойтесь, он заземлен.

"Черт побери, а я ведь помню времена, когда котов всего лишь кастрировали..."

"Заземлен" - это значит, что у альбионского кота удалили его природный генератор. Теперь он не может извергать электрические молнии. Варварство, конечно.

- Он перебрался ко мне на колени, - доложил гость.

- Хороший знак, - не преминул констатировать Хеллборн, - вы ему понравились. Итак? Что, собственно, произошло в Индийском океане? Кто на этот раз угрожает спокойствию и безопасности Великой Англосферы Сопроцветания?

- Норсы, - прозвучало в ответ.

- ???

- Прошу прощения, господин президент, - поспешил уточнить Уотерсон-младший, - это совсем новый военный жаргонизм. Северные сентинельцы, я хотел сказать. North Sentinel Islanders. Норсы.

- ???!!! Куда катится этот мир? Можете не отвечать, это был риторический вопрос, - вздохнул Джеймс. - Безусловно, в этом есть и моя вина. Я был среди тех, кто пытался сделать его лучше - и вот, какие-то ничтожные дикари заставляют волноваться честных граждан великих держав... Норсы, норсы. Все правильно, враг должен носить короткую и противную кличку. Банги, фрицы, виксы, джапы, норсы... Почему бы вам просто не сбросить на них бомбу?

- Вы же знаете, господин президент, мы так больше не делаем, - осторожно заметил Уотерсон.

- Да, конечно, - печально кивнул Хеллборн. - Но разве нельзя в этот раз сделать исключение? Ведь это всего лишь примитивные дикари, люди каменного века.

- В том-то и проблема, господин президент. Они больше не дикари, - поведал Уотерсон-младший. - У них есть ракетные корабли, авиация, плавающие танки... Мы не могли поверить своим глазам - и понять, как это произошло...

- Тоже мне, атомная физика, - зевнул экс-президент. - Они открыли портал и получили помощь от соплеменников из альтернативного мира.

- Действительно, альтернативная Сентинельская империя. Могущественная промышленная держава, владеет четвертью планеты и половиной Солнечной системы. Но как вы догадались?! - изумился коммандер.

- Элементарно, Уотерсон, - снова зевнул Хеллборн. - ОНИ все так делают. Итак, вы не можете сбросить бомбу. Но что-то вы делаете?

- Поэтому я пришел к вам. Я искал в архивах материалы, которые помогут нам решить проблему, - продолжил коммандер Уотерсон, - и наткнулся на любопытный исторический документ. Если вы не против, я зачитаю вам несколько отрывков. У меня сложилось впечатление, господин президент, что вы именно тот человек, который сможет их объяснить.

- Исторический документ? - переспросил Джеймс. - Надеюсь, не очень скучный?

- Отнюдь, сэр, - возразил гость. - Написан очень живым языком. Почти художественная литература.

- Ну что ж, никогда не упускал возможность послушать хорошую историю, - Хеллборн откинулся в кресле и опустил веки. Нет, он не собирался засыпать. - Я вас слушаю.

- Gallia is in het geheel verdeeld in drie delen. In een daarvan wonen de Belgae, de Aquitani in een ander, diegenen die in hun eigen taal Celtae, in de onze... - начал было Уотерсон-младший.

- Вот как? Хм. Продолжайте, продолжайте. Конечно, вам следует поработать над произношением.

- Прошу прощения, сэр, я работал на другом направлении и специализировался в другом языке... - смешался гость.

- Ничего страшного, я вас прекрасно понимаю, - благосклонно кивнул Хеллборн.

- Спасибо, сэр. На чем я остановился?.. А, вот. Galli genoemd worden, in het derde degenen die in hun eigen taal Kelten, in de onze Galliers heten. Die verschillen allemaal onder elkaar in taal, instellingen, wetten...


________________________


Интерлюдия.

Alsace rising - Восстание Эльзаса.

* * * * *

Страсбург, Имперская земля Эльзас-Лотарингия, Священная Германская Империя.

24 августа 1913 года.

За девяносто восемь лет до описываемых событий.

* * * * *

Принц Максимилиан спустился на перрон, осмотрелся по сторонам и печально вздохнул. К нему уже неслась целая толпа журналистов. Телохранители, дежурившие на перроне полицейские и даже солдаты почетного караула были готовы мужественно дать отпор, но даже они не смогли защитить принца от разорвавшей свежий утренний воздух отвратительной какофонии:

- Ваше Высочество, что вы думаете о последних инициативах?!

- Ваше Высочество, вы готовы отстаивать свой проект в рейхстаге?!

- Ваше Высочество, ваше мнение о желтой опасности?!

- Ваше Высочество, вы поддерживаете дальнейшую федерализацию империи?!

- Ваше Высочество, еврейский вопрос?!

- Ваше Высочество, покарает ли Бог Англию?!

- Ваше Высочество, что вы думаете про новые марокканские торговые тарифы?!

- Ваше Высочество, Франция превыше всего!!!

"Вот странный вопрос, - искренне удивился принц, - больше похоже не на вопрос, а на утверждение". Он обернулся, чтобы посмотреть на человека, кричавшего про Францию, встретился с ним глазами - и получил первую пулю прямо в ключицу, чуть пониже галстучного узла. Было больно и неприятно, но Максимилиан даже не пошатнулся. Принц был опытным солдатом, неоднократно раненым на войне, поэтому оценил свои шансы выжить, как высокие. Дамский пистолет небольшого калибра, он еще посмеется над этим. Вот, как-то раз в Африке... Но мгновение спустя вторая пуля легла чуть правее первой, третья вошла в горло, четвертая в левую щеку, а пятая и вовсе в правый глаз. После этого дешевый пистолетик дал осечку, и на террориста набросились изрядно осмелевшие жандармы и телохранители принца. Но если прежде они не могли помешать беспардонному поведению журналистов, так и теперь - награждаемый тумаками стрелок продолжал беспрепятственно выкрикивать:

- Франция превыше всего! Эльзас - это Франция! Лотарингия - это Франция! Шарлемань был французом! Наши предки были галлами!!! ВИВА ЛЯ ФРАНС!

- Кто вы такой? - неожиданно закричал один из журналистов. - Прошу вас, месье, назовите себя!

И понеслось.

- Зачем вы стреляли в принца?!

- Ваше мнение о желтой опасности?!

- Вы поддерживаете дальнейшую федерализацию империи?!

- Ваше мнение по еврейскому вопросу?!

- Покарает ли Бог Англию?!

- Что вы думаете про новые марокканские торговые тарифы?!

Разумеется, принц Максимилиан Германский всего этого уже не услышал. Он был мертв - первый из миллионов.


## Глава 1.

Классическое начало.

* * * * *

"Улыбаясь, он осторожно повесил лук на крючок.

- Теперь Война кажется чем-то невероятным. Наступила эра вечного мира".

Гарри Гаррисон, "Абсолютное оружие".

* * * * *

Перел-Хавен, райкс-протекторат Гавайские острова, Западная Белголландская Империя.

29 августа 1913 года.

* * * * *

- Покупайте газеты! Покупайте свежие газеты! Последние новости из Европы! Кровавое убийство в Эльзасе! Акт справедливого возмездия! Злодейское преступление! Великий подвиг настоящего патриота! Так поступают с тиранами! Кровь мученика! Свежие газеты! Последние новости из Европы! - вопил несущийся по улице мальчишка.

"Скоро он останется без работы", - равнодушно подумал контр-адмирал Янссен. - "Какие к дьяволу свежие новости? Все это было на телеграфной ленте еще несколько дней назад. Это ХХ век, сынок".

Автомобиль адмирала, отчаянно гудя клаксоном, пробирался сквозь толпу. В воздухе стоял запах жареной рыбы, нечистот, мазута и еще чего-то, пока незнакомого, но мало приятного. Янссен сморщил нос и посмотрел на часы. Он не любил опаздывать - даже в этой части света, где опоздание на несколько минут считалось приличным и не подвергалось общественному осуждению.

Корабль почетных гостей стоял на внешнем рейде. Линкор "Александр Великий" был слишком велик, чтобы поместиться на рейде внутреннем, поэтому пришлось добираться на катере. Впрочем, добрались быстро, с ветерком.

- Добро пожаловать на борт, Ваше Превосходительство! - услышал адмирал, едва ступив на палубу.

Все, как обычно - почетный караул в белых мундирах, от штыков отражается солнце, боцманский свисток, далее везде. На мачтах развевались флаги с канадскими двуглавыми орлами и свастиками. А вот и командир корабля - линкор-капитан Жан-Люк Бельроз. Типичный канадский француз - смуглый, усатый, толстенький и низенький. Даже плюмаж на парадном капитанском шлеме в два раза длиннее, чем сам капитан. Белголландскому адмиралу пришлось призвать на помощь всю силу воли, чтобы не рассмеяться. Вот это было бы уже совсем неприлично.

- Разрешите представить - мой старший помощник, фрегаттен-капитан Кретьен.

Еще один канадский француз.

- Старший инженер, судовой врач, главный артиллерийский офицер...

Адмирал Янссен вежливо кивал.

- Мы ждали гросс-протектора Сиберга, - как бы между прочим заметил капитан Бельроз. - Разумеется, мы рады вас видеть, но...

- Протектор просил извиниться за него, - развел руками Янссен. - Государственные дела. Но вы ведь задержитесь у нас на несколько дней?

- Разумеется.

- В таком случае, у вас будет возможность с ним встретиться, - сообщил Янссен. - Вы и ваши офицеры приглашены на прием в губернаторский дворец.

- Какая честь, какая честь!..

И так далее, и тому подобное. Банальная и мало к чему не обязывающая светская беседа. Адмирал Янссен уже собирался было заскучать, как вдруг заметил что-то интересное.

- У вас прекрасный корабль, - счел своим долгом заметить белголландец. - Эти башенные орудия...

- Спасибо. Они великолепны, не правда ли? - Жан-Люк Бельроз гордо закрутил ус.

- Вы должны меня простить - я не совсем настоящий моряк, я артиллерист береговой обороны, - признался Янссен. - Поэтому они и привлекли мое внимание.

- Понимаю, - кивнул канадец. - Желаете взглянуть на них поближе?

- Охотно, - в свою очередь кивнул белголландец.

- Прошу вас. Месье Дион, - Бельроз полуобернулся и поманил артиллерийского офицера, - следуйте за нами. Будете давать необходимые пояснения.

- Шестнадцать дюймов, не так ли? - прищурился Янссен.

- Сорок сантиметров, - вежливо уточнил корветтен-капитан Дион.

- Конечно, вы ведь тоже пользуетесь метрической системой, - кивнул белголландец. - Раздельное заряжание?

- Необязательно, мой адмирал, - возразил канадец. - Это орудие может использовать все типы снарядов. Фугасные бомбы, цилиндро-конические бронебойные болванки, роковые фульгураторы, динамитные боеголовки...

- Динамитные? - не поверил своим ушам Янссен. - Но как?!

- В казенник помещается баллон со сжатым воздухом. Сжатым под чудовищным давлением, - пояснил Дион. - Согласно оригинальному проекту, такие баллоны предназначались для продувки и очистки стволов. Но уже на первых испытаниях мы обнаружили, что они могут прекрасно метать на значительные расстояния даже взрывоопасные снаряды... И вот так в арсенале корабля появились динамитные боеголовки.

- Оригинально, - должен был признать белголландский адмирал и сделал пометку в памяти. Эта информация может заинтересовать парней из военно-морской разведки. - Дульный тормоз? Хм, забавная конструкция. Эти кольца служат для какой-то цели?

- Это наручники, - вежливо улыбнулся канадец. - И ножные кандалы соответственно.

- Эээ... Понимаю, - сообразил Янссен и счел за благо не задавать лишние вопросы. - Мы можем заглянуть в башню?

- Разумеется! Следуйте за мной, мой адмирал.

И они последовали.

... - Вы довольны результатами осмотра? - вежливо поинтересовался линкор-капитан Жан-Люк Бельроз некоторое время спустя.

- Более чем, - не стал лицемерить контр-адмирал Янссен.

- В таком случае, могу ли я предложить вам разделить с нами трапезу? Я распорядился накрыть стол на верхней палубе. Сегодня такой чудесный день, не хотелось бы провести его в каюте.

- С превеликим удовольствием, - снова не стал лицемерить белголландец. Стрелки часов приближались к двенадцати, он заметно проголодался.

"На палубе? Надеюсь, они хотя бы догадались натянуть какую-то защиту от солнца".

Канадцы догадались.

Вино было великолепно, закуски выше всяких похвал, а еще с верхней палубы открывался прекрасный вид на город и гавань. Гавань в настоящее время была практически пуста - большая часть Белголландского Тихоокеанского флота ушла к берегам Южной Америки, где в настоящее время бушевала маленькая, но неприятная война с апсаками.

- Прекрасный трофей, не правда ли? - заметил капитан Бельроз.

- Прекрасный, - не мог не согласиться Янссен.

- И прекрасная битва! - воскликнул горячий француз. - Вам ведь довелось в ней участвовать? Как я вам завидую!

- Не спешите, - вздохнул белголландец. - Нет, в тот день я торчал на одной далекой береговой батарее, за тысячи километров отсюда. Я прибыл в Перел-Хавен только после заключения мира и принял участие в восстановительных работах. Такова судьба берегового артиллериста. Мы не атакуем -- мы ждем, пока кто-нибудь на нас нападет. Вот и сейчас... - Янссен осекся и поспешил прикусить себе язык. Зря старался, его собеседник все прекрасно понял.

- Вы опасаетесь нападения апсаков? - осторожно поинтересовался Бельроз.

- Уже нет, - покачал головой контр-адмирал. - Мы бы не стали рисковать безопасностью наших гостей. На том фронте все кончено. Апсаки капитулируют со дня на день. Конечно, жаль, что они не сделали этого раньше. Победа далась нам дорогой ценой. Адмирал Верхувен был моим добрым другом - между прочим, он-то как раз участвовал в битве за Гавайские острова и мог бы много о ней рассказать...

- Мои соболезнования, - склонил голову канадец.

- Благодарю.

- Боюсь, это не последняя война на нашем веку, - вздохнул Бельроз. - Вы ведь слышали про убийство германского принца в Эльзасе? Что вы об этом думаете?

- Полагаю, это внутреннее дело Франции и Германии, - пожал плечами Янссен. - Вряд ли оно коснется моей или вашей державы.

- Мне не хватает вашей уверенности, - снова вздохнул канадский капитан. - Сам я родился и вырос в Канаде. Будучи офицером Флота, посетил добрую половину морских портов нашей планеты. И ни разу - представьте, ни разу! - ни разу не заходил во Францию. Но, несмотря на это, я по-прежнему ощущаю некую странную, мистическую связь со своей исторической родиной - как и большинство моих соотечественников. Боюсь, если на французских границах разразится война, мы не сможем остаться в стороне...

"Эта информация может заинтересовать парней из военно-морской разведки".

- Как вам вино? Урожай 1897 года, - похвастался Бельроз, - коллекционный экземпляр.

- Оно великолепно.

- Я распоряжусь прислать вам целый ящик, - кивнул канадец. - Или нет. Что такое? Вы хорошо себя чувствуете? Вы как-то странно побледнели, месье Янссен.

- Во... воды... - прохрипел белголландец, вцепившись в собственный воротник.

- Почему "воды"? - удивился Бельроз. - Ведь прямо сейчас вам не хватает воздуха. Ну вот, а теперь вы покраснели. Обещаю вам, я наложу строгое взыскание на нашего судового врача. Похоже, он неправильно рассчитал дозу. Но вы должны его простить - обычно он не работает с такими ядами. С одной стороны, мы неплохо подготовились - но столько всего пришлось делать в необыкновенной спешке...

Последние слова канадского капитана адмирал Янссен, лежавший без сознания на палубе, уже не слышал.

* * * * *

Пробуждение было ужасным. Он медленно приходил в себя. Красные и черные круги перед глазами; тяжелая тошнота; по голове как будто долго стучали стальным молотом. А еще - острая боль, пронзившая запястья и лодыжки. Боль от которой Янссен едва снова не потерял сознание.

Жан-Люк Бельроз стоял рядом.

- Вы так и не спросили, для чего мы закрепили на дульном тормозе главного калибра кандалы и наручники, - сказал канадец.

Янссен не ответил. Черные и красные круги принялись менять форму. Теперь это были совсем другие геометрические фигуры. Город горел, над гаванью поднимались черные столбы дыма.

- Вы были прекрасными учителями, - Бельроз проследил за его взглядом. - Мы внимательно изучили описание вашей атаки на Порт-Жемчужный. Только чуть-чуть получше подготовились.

- За... чем? - прохрипел белголландец.

- Мы не можем остаться в стороне. Я вам даже больше скажу - в этот раз никто не останется в стороне.

- Вы... вы с ума сошли. С одним кораблем...

- Одним? - удивился Жан-Люк Бельроз. - Обернитесь и посмотрите. Ах, да, вы не можете. В таком случае, поверьте мне на слово. Здесь целый флот. Большая часть ваших кораблей в порту уже уничтожена. Осталось недолго. Как и вам. Прощайте, адмирал.

Канадский капитан медленно удалился.

Разговор про кандалы и наручники так остался незаконченным, но в нем и не было смысло. Контр-адмирал Янссен и так знал, для чего они служат и что сейчас произойдет.

Где-то у него за спиной послышался стальной лязг. Открылся затвор. Небольшая пауза - и снова лязг. Затвор закрылся. Они поместили в казенник холостой заряд, понял белголландец. Более чем доста...

Адмирал не успел завершить свою мысль. 666 фунтов бездымного пороха мгновенно превратили его тело в пар.

Затвор орудия открылся снова. На сей раз канадские канониры поместили в казенник баллон со сжатым воздухом. Несколько секунд спустя ствол главного калибра был очищен - и снова готов продолжать огонь по обреченному городу.

Битва обещала быть славной.


## Глава 2.

Традиционное продолжение

* * * * *

"Однажды человек десять наших офицеров обедали у Сильвио. Пили по-обыкновенному, то есть очень много".

Пушкин АС, "Выстрел".

* * * * *

Порт Сурабая, губернаторство Ява, Восточная Белголландская Империя.

15 сентября 1913 года.

* * * * *

- ...носовые платки! И носовые платки! - кричала девушка на другом конце телефонного провода.

- Да, я все получил, - голосом обреченного на вечные муки отвечал Маркус ван дер Бумен.

- И теплые носки! Я их сама связала!

- Фамке, я тебя плохо слышу! - простонал Маркус.

Господи боже мой, какой черт меня дернул связаться с этой дурой? Теплые носки! Она когда-нибудь поймет разницу между родными Нидерландами и Нидерландской Индией?!

Теплые носки... Наверно, это любовь.

Еще целых пять минут Маркус покорно слушал ее причитания, и наконец-то получил разрешение повесить трубку. После чего вышел из почтового отделения на улицу и попытался вдохнуть свежий воздух. Ничего не вышло. Сурабая была довольно вонючим местечком, особенно в это время года. Маркус откашлялся - и в который раз за этот день расстегнул нагрудный карман форменной рубашки.

"Лейтенант Маркус ван дер Бумен, БИМП [Белголландская Императорская Морская Пехота].

Тра-ля-ля, тра-ля-ля... настоящим приказом вам предписывается... тра-ля-ля, тра-ля-ля... явиться для дальнейшего прохождения активной службы... тра-ля-ля... Порт Сурабая, вспомогательный крейсер "Германик", Первая дивизия БИМП. И да поможет вам Бог!

Кайзер банзай!"

Число, подпись, круглая печать, треугольная печать.

"Германик"? Вспомогательный крейсер? Быть того не может. Небось, спешно мобилизованная грязная рыбацкая посудина...

- "Германик"? Девятый причал, - сказал ему дежурный офицер наворотах военного порта, и в голосе его прозвучала неприкрытая зависть.

Черт побери, это действительно был "Германик" - один из крупнейших пассажирских лайнеров, когда-либо бороздивших океаны этой планеты. 50 тысяч тонн, триста метров от носа до кормы, четыре трубы, шестьдесят тысяч лошадиных сил, 900 человек экипажа. Может брать на борт почти три тысячи праздных пассажиров... или пять тысяч белголландских морских пехотинцев. С одной стороны, солдатам требуется чуть меньше места и удобств. С другой стороны, где-то надо разместить все оружие, боеприпасы и другое снаряжение. Багажное отделение, там и здесь разобрать переборки... места должно хватить. К тому же, вряд ли кто-то посмеет трогать каюты первого класса, мысленно ухмыльнулся Маркус. Он был слишком хорошо знаком с белголландским офицерским корпусом. Да, каюты первого класса! О таком месте службы можно только мечтать. Одно слово - повезло.

- Новенький? - заглянул в его бумаги дежурный офицер у трапа "Германика". - Добро пожаловать. Эй, Мохаммед!

- Да, герр лейтенант? - словно из-под земли рядом с офицером вырос стюард-малаец в белом тюрбане.

- Проводи господина офицера к полковнику Тиммермансу. Это заместитель командира дивизии, - пояснил дежурный, повернувшись к Маркусу.

- Будет исполнено, - кивнул Мохаммед. - Следуйте за мной, мин херц.

И Маркус последовал, не забывая посматривать по сторонам. Повсюду на палубах и в коридорах "Германика" кипела работа - пассажирский лайнер постепенно превращался в военный корабль. Особенно бросались в глаза многочисленные стволы пулеметов и легких орудий, украсившие верхнюю палубу.

Штаб дивизии расположился в бывшем танцевальном зале. Работа кипела и здесь - матросы разбирали гигантскую хрустальную люстру. Роскошь не только излишняя, но и опасная. Прямое попадание самого небольшого калибра - и осколки превратят этот зал в смертельную ловушку. Интересно, чем ее заменят?

Полковник Аксель Тиммерманс сидел за огромным столом красного дерева в одном из дальних темных углов зала, под лестницей. Настоящий гигант, блондин, красавец и вообще гордость белголландской расы. Грудь полковника украшали многочисленные орденские планки, среди которых особенно выделялись медаль за Гавайскую кампанию, Владимир четвертой степени и Голубой Крест Ислама.

- Хм. Гм, - только и сказал Тиммерманс, изучив документы Маркуса. - Закончили с отличием? Хм. О! Боевой опыт? Не каждый свежеиспеченный офицер может этим похвастать. Конго?

- Так точно, мин херц. Мы оказались там случайно, - скромно признался Маркус. - Традиционное кругосветное плавание на последнем курсе.

- И на какой стороне вы сражались? Ха-ха-ха! Шучу, шучу.

Маркусу было совсем не смешно, но он заставил себя улыбнуться. Хороший моряк должен следовать в кильватере командирского юмора, пусть даже самого плоского и примитивного.

Теперь уже Тиммерманс изучал грудь лейтенанта ван дер Бумена.

- Да, за эту войну не давали медалей. Это была позорная война. Но в этом нет вашей вины, мой мальчик. Что ж, в ближайшие дни, месяцы и - кто знает? - может быть, годы, у вас будет немало возможностей отличиться, - сказал Тиммерманс. - Вы прибыли вовремя, у нас как раз освободилась вакансия. Первый полк, батальон "Джей", первая рота. Поздравляю, это одна из лучших - а может быть, и самая лучшая часть нашей дивизии. Вашим непосредственным командиром будет капитан Александр Берг. Отправляйтесь к нему, он позаботится о дальнейшем. Желаю удачи.

- Кайзер банзай! - Маркус вытянулся по стойке "смирно" и щелкнул каблуками.

- Кайзер банзай, - милостиво кивнул Тиммерманс. - Эй, Мохаммед!

Давешний стюард мгновенно оказался рядом, хотя еще секунду назад не наблюдался даже на горизонте. "И как ему это удается?!"

- Слушаю, герр полковник.

- Проводи молодого человека к люггер-капитану Бергу.

- Будет исполнено. Следуйте за мной, мин херц.

И Маркус последовал.

Люггер-капитан Александр Берг выглядел как младший брат полковника - такая же гордость белголландской расы, только лет на пять моложе и на десять сантиметров ниже. В настоящее время он полулежал в шезлонге на одной из нижних палуб, по правому борту, и делал вид, что любуется морским пейзажем.

- Воевали в Конго? - уточнил капитан, листая бумаги Маркуса. - Восстание Force Publique?

- Так точно, мин херц.

- Теперь я буду вам завидовать, - неожиданно ухмыльнулся новый командир. - Одна из лучших войн в нашей истории. Мы наконец-то выяснили, кто круче - Force Publique или КНИЛ. Жаль, меня там не было.

Зато (судя по орденским планкам) капитан Берг успел побывать на Гавайских островах - там же, где и Тиммерманс. Однако, как сильно различаются их взгляды на жизнь.

- Маркус, Маркус, - задумчиво пробормотал командир. - Был у меня боевой товарищ по имени Маркус...

- "Был"? - машинально переспросил ван дер Бумен.

- Убили его, - вздохнул капитан Берг. - Апсаки убили. Сволочи!

- Соболезную, - промямлил Маркус.

- Как и вся империя, - неожиданно усмехнулся собеседник. - Маркус Верхувен его звали, контр-адмирал Верхувен, командир "Тасманского Дьявола".

"Вот это да!"

- Ладно, не будем о грустном, - капитан Берг отложил бумаги, откинулся на спинку шезлонга и устроился поудобнее. - Поговорим о деле. Добро пожаловать в Первую Дивизию Белголландской Императорской Морской Пехоты! Наша зона ответственности - весь мировой океан. В дивизии пять тысяч солдат и офицеров. Три полка по 1500 солдат плюс штабная рота (еще 100 человек) плюс батальон штабного резерва (еще 400 человек). И вся эта толпа ухитрилась поместиться на этом корабле! Мы - первый полк. Три батальона по 500 солдат и офицеров каждый. Батальон "А" - ашанти, батальон "Е" - евразийцы, и наш батальон "Джей" - японцы. Все офицеры белые, разумеется, у нас тут не самурайская армия. В каждом батальоне по 4 роты по 125 человек каждая. Мы - Первая рота. Лучшие из лучших! Хорошенько об этом запомни - впрочем, тебе и не позволят забыть. Рота делится на четыре взвода по тридцать человек. Три взвода легкой пехоты и один взвод тяжелого оружия. То есть сто двадцать солдат. Плюс пять офицеров - четыре командира взводов и я. Итого 125, полный комплект. С сегодняшнего дня, разумеется, - уточнил капитан. - Еще несколько минут назад нам не хватало одного комвзвода, но теперь у нас есть ты. Третий взвод - твой. Еще раз добро пожаловать! Эй, Мохаммед!

- Да, господин капитан?

"Черт побери, откуда он выскакивает?!"

- Проводи господина лейтенанта...

- Прошу прощения, мин херц... - нерешительно начал Маркус.

- Мохаммед, вернись попозже, - приказал Берг и повернулся к Маркусу. - Что-то не так, лейтенант?

- Здесь произошла какая-то ошибка, - пробормотал ван дер Бумен. - Я не думал, что мне придется служить с японскими солдатами. Мне обещали...

- "Обещали"? - поднял брови командир.

- Так точно, обещали назначение в элитную часть. Я полагал, что она будет составлена из белых людей, и... - Маркус хотел сказать еще что-то, но люггер-капитан Берг ему не позволил.

- "Обещали"? - еще раз повторил Берг. - Давайте начистоту, лейтенант - вы чей-то родственник? Кто ваш высокопоставленный отец? Или дядя?

- Я сирота, - покраснел Маркус. - Фамилию мне дала настоятельница приюта.

- Какое совпадение, - хмыкнул собеседник, - мне тоже. В таком случае, я не понимаю, кто вам и что обещал.

- Я закончил курс с отличием, и поэтому...

- Поэтому вас не обманули, - кивнул капитан Берг. - Это и есть самая элитная часть наших вооруженных сил. И вас не должен смущать цвет кожи ваших солдат или разрез их глаз. Это лучшие солдаты империи - самые преданные, самые верные, самые надежные, самые подготовленные и самые беспощадные. Они выполнят любой ваш приказ - ЛЮБОЙ - и не станут переспрашивать дважды. Вам невероятно повезло, герр ван дер Бумен. Таких солдат вы больше нигде не найдете. Что вы себе вообразили, когда услышали "элитная часть"? Бригаду коммандос? Эта бурская деревенщина, которая не имеет никакого понятия о дисциплине? Или султанскую гвардию наших вассалов, любителей гашиша и самогона? Или, быть может, китайские эскадроны смерти? Даякские вспомогательные части? Или каннибальскую - прошу прощения, "Ганнибальскую", ведь так она официально называется, но мы-то знаем правду, верно? - Императорскую Ганнибальскую дивизию с Новой Гвинеи? Позволь тебе напомнить, белый мальчик из большого города, "Империя обширна и богата, и в ней живут различные народы", - процитировал Берг, - но центральная жемчужина нашей короны - Япония. Японец - меч в руках белголландца, и пока мы владеем этим оружием - мы будем править миром.

- КАЙЗЕР БАНЗАЙ! - заорал Маркус во всю силу своих легких. Он больше не мог сдерживаться.

- Кайзер банзай, - подтвердил Александр Берг. - Вы свободны, лейтенант. Казармы - то есть каюты вашего взвода на этой же палубе, сразу за углом. Мохаммед вас проводит. В первую очередь познакомьтесь с бластер-сержантом Адачи. Он временно исполнял обязанности командира взвода, теперь он ваш заместитель. Можете во всем положиться на него. Опытный ветеран, в нашей армии еще с прошлого века. Ну, все, еще раз добро пожаловать и желаю удачи.

- Спасибо, мин херц.

- Проваливай.

Расторопный Мохаммед доставил Маркуса по месту назначения и снова испарился. "Как он это делает?!"

Бластер-сержант Адачи оказался типичным, можно даже сказать - карикатурным японцем. Маленький, желтый и узкоглазый. И это один из лучших солдат Империи? Ван дер Бумен был разочарован. Быть может, когда-то он выглядел лучше? Сколько ему лет? Дьявол разберет этих азиатов. "В нашей армии с прошлого века"? Должно быть, далеко за тридцать... Почему "бластер"? Неужели полукровка? Не похоже. Квартерон, наверно - на лице никаких следов белой крови.

Маркус откашлялся.

- Я - лейтенант Маркус ван дер Бумен, ваш новый командир взвода.

- Очень приятно, мин херц, - японец щелкнул каблуками. - Мы давно ждали вас. Солдаты будут рады вас видеть.

"Чертов лизоблюд. Кстати, о солдатах".

- Прикажите людям построиться. Я хочу с ними познакомиться.

- Будет исполнено, - бластер-сержант щелкнул каблуками и испарился - точь-в-точь, как малаец Мохаммед. Не прошло и трех минут, как вернулся и доложил:

- Солдаты построились, мин херц. Площадка здесь, за углом.

Мечты сбываются, подумал Маркус, прохаживаясь взад-вперед перед коротким - двадцать девять человек - строем. Были времена, когда я отдал бы все свои игрушки за такую коллекцию оловянных солдатиков. Нет, капитан Берг не обманул. Черт побери, разве в природе существуют японцы такого роста?! Их что, на специальной ферме выращивают?! Почему Преторианская Императорская Военная Академия, которую он так успешно окончил, настолько оторвана от реального мира? Почему он прослушал добрую сотню лекций, посвященных давно забытым македонцам и карфагенянам, и примерно ноль - про современных японцев?! Это какой-то позор... Особенно сейчас, когда все Белголландские Империи и их Доминионы собираются воевать с половиной планеты.

С другой стороны, с такими солдатами победа у нас практически в кармане.

Высокие, стройные, подтянутые. Новенькая униформа цвета хаки, стальные шлемы, удобные черные ботинки - и никаких тебе сапог. У каждого на поясе - нож, револьвер, противогаз и сумка с гранатами. Человек десять с длинными магазинными винтовками, еще десять с карабинами, у остальных - ручные пулеметы, огнеметы, ручные мортирки и даже два охотничьих штуцера крупного калибра.

- А это зачем? - Маркус даже не попытался скрыть своего удивления, хотя понимал, что его потенциальный авторитет может от этого пострадать. Не стоило в первый же день демонстрировать свое невежество перед подчиненными представителями низшей расы.

- Мы получили их совсем недавно, - поспешил на помощь сержант Адачи. - Приказ командира дивизии. Некоторые из наших противников используют боевых слонов.

- Хм. Отличное решение, - кивнул ван дер Бумен. - Я даже видел одного такого противника... Нам остро не хватало таких ружей, когда мы воевали с конголезскими мятежниками.


- Вы воевали в Конго, мин херц? - Адачи едва не подпрыгнул на месте. - Примите заверения в моем глубочайшем уважении. Это была славная битва и великая победа! Мятежники получили по заслугам. Всякий, кто восстанет против священной власти Императора, будет виновен в собственной смерти. Кайзер банзай!

- КАЙЗЕР БАНЗАЙ! - рявкнули "оловянные солдатики".

"Есть вещи, к которым настолько привыкаешь, что забываешь об их происхождении, - подумал Маркус. - "Банзай" - это ведь боевой клич древних японских воинов. "Десять тысяч лет жизни" или что-то в этом роде. Мы не только завоевали Японию, не только приняли на службу японских солдат, мы еще и присвоили их боевой клич. Говорят, аналогичная история произошла с американцами и индейцами, с русскими и монголами, даже с англичанами и шотландцами..."

- Кайзер банзай, - охотно согласился Маркус. - Вольно. Бластер-сержант, на сегодня запланированы какие-нибудь учения или маневры?

- Никак нет, мин херц, - отвечал Адачи. - На сегодня весь план занятий выполнен. Вплоть до завтрашнего утреннего построения наше расписание пустует. Но если герр лейтенант пожелает...

- Нет, - покачал головой Маркус, - не вижу смысла. Солдаты могут быть свободны. Покажите мне мою комнату... или каюту - и тоже можете быть свободны.

- Вольно! Разойтись! - рявкнул бластер-сержант Адачи. - Следуйте за мной, мин херц.

Какой удар, это всего лишь каюта второго класса, понял ван дер Бумен. Узкая койка, тесный шкафчик, минимум удобств. Ладно, переживем. Могло быть хуже. Гм. Пожалуй, он поторопился. Не стоило сразу распускать людей. Надо было с ними поближе познакомиться, узнать имена, звания и должности. Положим, кто там пулеметчик - сразу видно, а кто командиры отделений и секций? Нет, не сегодня. Он слишком устал. Даже поужинать нет сил. Разложить вещи, умыться - и спать, спать, спать...

В дверь каюты настойчиво постучали.

"О, черт, - похолодел Маркус, - а вдруг это командир роты? Узнал, что новичок отлынивает от службы и сейчас устроит разнос..."

- Привет! - заорал появившийся на пороге белобрысый и розоволицый здоровяк. За его спиной маячили еще двое, один такой же белобрысый, другой черноволосый. - Ты Маркус? Давай знакомиться! Я - Гисли Торкильсон, командир второго взвода. Этот болван - Пауль Марголлен, взвод тяжелого оружия. А этот кретин - Йозеф ван Топмсон, первый взвод.

- Джозеф, - поправил его белобрысый парень, говоривший с американским акцентом. - Джозеф.

- Один хрен, - отмахнулся от него Торкильсон. - Тупой пенсильванец, никак не поймет, куда он попал. Но это еще ничего - Пауль у нас вообще русский...

- Не русский я, сколько можно говорить, - черноволосый лейтенант заметно обиделся.

- А ты у нас кто, норвежец? - решился спросить Маркус.

- Почти угадал. Исландец, - поведал весельчак Гисли. - Настоящий, оригинальный и неподдельный викинг - в отличие от вас, викингов фальшивых. Можешь завидовать!

- Уже, - пробормотал Маркус. "Империя обширна и богата, и в ней живут различные народы". Хм. Они что, специально собрали в этой роте одних экспатов и эмигрантов? Один я - настоящий белголландец. Вроде бы. Я ведь сирота, меня нашли на пороге приюта..."

Значит, это его новые коллеги и сослуживцы, черт бы их побрал. Не могли зайти утром, что ли...

- Ну так что, какие планы на этот вечер? - поинтересовался Торкильсон.

- Планы? - переспросил ван дер Бумен.

- Понятно, - кивнул исландец, - не было у тебя никаких планов. Тогда ты идешь с нами!

- Куда? - удивился Маркус. - Зачем?

- Дурачок, - расхохотался Гисли, - последний вечер в этом порту ты собираешься провести в каюте?! Ты что, не слышал? Ах, да, это военная тайна, - ухмыльнулся Торкильсон. - Но все и так знают. Завтра, еще до обеда, мы уходим в море.

- Куда? - еще больше удивился Маркус.

- На север, куда же еще! - воскликнул Гисли. - Освобождать Гавайи. А ты что думал?! Ладно, давай, собирайся. Фуражку можешь не брать. Пистолет тоже, этого еще не хватало. Ты раньше бывал в Сурабае? Нет? В таком случае, теперь моя очередь тебе завидовать! Столько новых мест и необычных ощущений!!!

- У меня есть невеста, - покраснел Маркус.

- Ну и что? - снова расхохотался Гисли. - Эти два придурка вообще женаты! Но когда это Флот отступал?!

"Я выдержу, - твердо пообещал себе Маркус ван дер Бумен. - Я должен выдержать. Всего лишь двадцать часов на ногах - какая мелочь, право слово. Что мне стоит продержаться еще десять или около того? Закрой глаза и думай про Белголландию".

На корабль они вернулись далеко за полночь. Нет, Маркус не выдержал. Но его новые товарищи были не в том, состоянии, чтобы его осуждать. Рикша выгрузил их бесчувственные тела у трапа, получил от дежурного офицера (тот держал при себе специальную кассу) положенное количество монет и удалился. В ту ночь корабль охраняли китайцы из второго полка, у них был богатый опыт, поэтому тела быстро разнесли по правильным каютам. Некоторая заминка возникла с лейтенантом ван дер Буменом - новичок, первый день на корабле, никто из солдат его не знал. Поэтому китайский капрал принял ответственное решение и подбросил Маркуса в каюту Джозефа ван Томпсона, как старшего по званию. Утром все офицеры первой роты были разбужены верными японскими сержантами - как раз вовремя, чтобы привести себя в порядок и успеть на торжественное построение. Таким образом, честь Белголландской Императорской Морской Пехоты не пострадала, и ее отважные солдаты и командиры были готовы к новым походам, битвам и подвигам - во славу Империи и за Императора.

Кайзер банзай!


## Глава 3.

Греки в пути - страх поселился в Илионе!

* * * * *

"Бренабор" дал третий свисток в десять тысяч верблюжьих сил. Всадники попадали, кони разбежались".

Лев Кассиль, "Кондуит и Швамбрания".

* * * * *

Разумеется, вся дивизия не могла поместиться на верхней палубе, поэтому там выстроились только несколько батальонов первого полка, в том числе Маркус ван дер Бумен, его новые подчиненные и новые друзья. Остальные бойцы дивизии (счастливчики!) слушали речь командира через динамики или не слушали вовсе. Командиром с сегодняшнего утра являлся полковник Аксель Тиммерманс собственной персоной, потому как бывший командир, заслуженный генерал неожиданно тяжело заболел (в смысле, струсил и дезертировал) и уехал лечиться куда-то в Новую Зеландию. Ну и черт с ним, говорили новые коллеги Маркуса. Похоже, старого генерала здесь не особенно любили. Тиммерманса тоже не любили, но, по крайней мере, уважали.

- В Перел-Хавене он лично расстреливал пленных, - как бы между прочим рассказал Пауль Марголлен. - Мой дядя был там и видел это собственными глазами. Наш полковник - настоящий зверь. Будь с ним осторожен.

"Элитная часть, черта с два. Тот еще гадюшник. Вся надежда на оловянных японцев".

Но полковник Тиммерманс так не считал и был настроен весьма оптимистично.

- Солдаты и офицеры Первой Дивизии! Бельгийцы и голландцы, люксембуржцы и моренаски, евразийцы и японцы, ашанти и китайцы, даяки, маори, яванцы и другие верные подданные Императора! Братья и дети мои! Сегодня мы отправляемся в бой! Подлый враг нарушил священные границы нашей великой и древней Империи! Жемчужина имперской короны в грязных руках канадских варваров! Но мы не позволим, не потерпим и не допустим! Враг будет разбит, победа будет за нами! Кайзер банзай! Кайзер банзай! КАЙЗЕР БАНЗАЙ!

- КАЙЗЕР БАНЗАЙ! - одновременно отозвались несколько тысяч глоток.

И дивизия отправилась в путь. Разумеется, даже переделанный и вооруженный "Германик" было небезопасно выпускать в море, где его могли встретить полноценные военные корабли врага, поэтому мобилизованный лайнер сопровождала целая эскадра из крейсеров, броненосцев, фрегатов и авизо.

Некоторое время спустя, офицеров, которые уже успели разбрестись по своим каютам-казармам, нагнали ординарцы и вестовые нового командира дивизии:

- Срочное совещание в танцевальном зале. Все командиры рот и выше.

- Маркус, пойдешь со мной, - повернулся к новичку люггер-капитан Берг.

- Слушаюсь, - ван дер Бумен привычно щелкнул каблуками. - Но не понимаю. Он же сказал - командиры рот и выше...

- Мне не помешает адъютант. Будешь держать мой карандаш и записную книжку, - зевнул командир. - Заодно научишься чему-нибудь. Начинай делать карьеру и все такое. Понял?

- Так точно.

В танцевальном зале (теперь это был вроде бы штаб, но его по привычке называли старым именем) собрались около сотни офицеров всех рангов. Многие из старших командиров привели с собой "адъютантов" или адъютантов - похоже, здесь это было в порядке вещей. Хрустальная люстра исчезла окончательно, в центре зала возвышалась грубо сколоченная трибуна. Ее окружали аккуратно расставленные стулья - на адъютантов не хватило, Маркусу в числе прочих пришлось стоять за спиной у командира и поддерживать записную книжку. На трибуну поднялся полковник Тиммерманс, окинул взглядом присутствующих и удовлетворенно кивнул.

- Дамы и господа (Маркус вздрогнул и машинально осмотрелся по сторонам - откуда здесь дамы? Неужели начальник опять шутит?), искренне надеюсь, что мое представление понравилось не только вам, но и вражеским шпионам, которые могли находиться в толпе на берегу. Как вы уже должны были догадаться (а иначе что вы здесь делаете? тугодумы нам не нужны!), ни на какие Гавайи мы не идем. Как вы должно быть слышали (вы следите за последними новостями и положением на фронтах, не так ли?), несколько дней назад в войну вступили еще две великие державы. Корейская Империя - на нашей стороне, Испанская Империя - на стороне врага. Хорошенько запомните и не перепутайте.

По рядам прокатился смешок.

- Корейский флот вышел в море и атаковал ближайшее испанское владение, - невозмутимо продолжал полковник, - Филиппины. Прямо сейчас они бомбят северные острова и, возможно, уже высадили десант. Несмотря на все наше могущество, в эти дни мы рады всякой помощи. Но не могу сказать, что нас устраивает такое положение вещей. Мы не можем позволить, чтобы все Филиппинские острова оказались в корейских руках - маленькие желтые ублюдки могут лопнуть от жадности. Нет, мы не можем этого позволить, - еще один смешок. - Они ведь наши союзники, мы должны о них заботиться! Поэтому Главный Имперский Штаб принял решение атаковать Филиппины с юга. И вот наша первая цель.

За спиной у полковника, как по волшебству, появилась карта. Скорей всего, ее поддерживал очередной адъютант.

- Этот островок называется Санта-Изабель - у испанцев всегда было плохо с фантазией, - еще один смешок. - 3 градуса 34 минуты северной широты, 123 градуса 8 минут восточной долготы, примерно триста километров к югу от Минданао. Во время войны против султаната Сулу - 65 лет назад, если вы не пропускали уроки истории - испанцы построили там крепость. Гавайская война заставила их поволноваться, поэтому семь лет назад крепость перестроили и модернизировали, добавили несколько новых немецких дальнобойных орудий, радиостанцию и черта в ступе. Тем не менее, по сей день бОльшая часть стволов в крепости - дульнозарядные и бронзовые пушки времен Наполеона Третьего. Разумеется, от этого они не становятся менее опасными, особенно в ближнем бою. Еще для ближнего боя у них есть минометы, пулеметы и митральезы. Впрочем, сейчас это не имеет значения. Вы еще успеете узнать все подробности. А пока что сосредоточимся на главном. Наша цель проста и понятна - захватить остров. Несмотря ни на что. Мы увидим Санта-Изабель на горизонте примерно через сорок восемь часов. К этому времени мы должны быть готовы. К этому времени каждый батальон, каждая рота и каждый взвод будет знать свое место на поле грядущего сражения. Сейчас вы получите от моих помощников подробное расписание занятий и совещаний. Всем спасибо, можете быть временно свободны. Кайзер банзай!

- КАЙЗЕР БАНЗАЙ!

- Подозреваю, что через сорок восемь часов не только мы будем готовы, - задумчиво пробормотал капитан Берг, направляясь к выходу. - В Перел-Хавене было проще. Мы напали без предупреждения и застали их врасплох. Между прочим, а как там было в Конго?

- Пожалуй, обе стороны были застигнуты врасплох, - не сразу ответил Маркус. - Мы стояли на берегу реки, мятежники остановились на другой стороне. Они не ждали встречи с нами, мы еще не знали, что началось восстание... Мятежники замешкались, поэтому мы успели перейти через мост...

- Мост? Даже не знаю, пригодится ли тебе здесь подобный опыт, - пожал плечами Берг. - Хоть под пулями побывал - и то ладно.

Лейтенант ван дер Бумен не успел ответить - их снова нагнал вестовой.

- Полковник требует вас к себе, - объявил посланец. - Только теперь - всех офицеров первой роты.

- Мог бы сразу сказать, мне бы не пришлось отрывать задницу от стула, - беззлобно проворчал капитан Берг. - Ладно, я подожду здесь. Маркус, сбегай за остальными.

Когда командиры первой роты вернулись в пресловутый зал, он успел опустеть, если не считать полковника Тиммерманса и нескольких штабных офицеров. Трибуну сдвинули в угол, вместо нее в центре зала возвышалось что-то новое. Маркус даже разинул рот от удивления. Аквариум? Нет, ящик с песком! И настоящие - в смысле, игрушечные - оловянные солдатики.

- Точная копия острова, - с гордостью объявил командир дивизии. - Мои ребята всю ночь работали. Подходите поближе, дамы и господа, полюбуйтесь.

("Что он несет?! Какие дамы?!")

- Как вы можете видеть, остров по форме напоминает полумесяц, "рога" которого направлены на юг. Протяженность с запада на восток - чуть больше шести километров, с севера на юг - примерно столько же. Но если не принимать во внимания "рога", поросшие джунглями и совершенно необжитые, то центральная часть острова представляет из себя квадрат, примерно два на два километра. И вся эта красота возвышается над уровнем моря... сколько здесь? да, около двухсот метров.

- Кратер потухшего вулкана? - поспешил уточнить Берг.

- Скорей всего. Пространство между "рогами" образует очаровательную лагуну. Но оставим на время географию, перейдем к фортификации. Крепость расположена прямо здесь, - полковник ткнул пальцем в квадрат "2х2 километра", - в теле скалы. Там была система пещер, испанцы дополнительно укрепили все сомнительные места железобетоном, как изнутри, так и снаружи. Помимо основной крепости, у нас есть еще два форта, на кончиках "рогов", здесь и здесь, они прикрывают вход в лагуну. Разведка считает, что в джунглях скрываются несколько тайных бункеров и пулеметных точек, некоторые из них связаны подземными ходами, и все - телефонной связью.

- Основательная работа, - проворчал Берг, - непохоже на испанцев.

- Немцы не только поставили орудия, они провели большую часть работ, - пояснил полковник.

- И каков наш план? - поинтересовался люггер-капитан.

- Эскадра зайдет с юга. Крейсера и другие корабли откроют огонь с предельной дистанции и постараются подавить испанские пушки. Потом "Германик" начнет спускать шлюпки с морскими пехотинцами, которые войдут в лагуну. Солдаты высадятся на этом пляже у подножия скалы, поднимутся наверх и захватят крепость.

Наступило неловкое молчание.

- Александр, мы знаем друг друга много лет, можешь говорить свободно, - добавил Тиммерманс.

- Будет бойня, мин херц.

- Не исключено. Но когда это флот отступал?!

- Пусть флот не страшится бойни, но должен страшиться поражения, - криво усмехнулся Берг. - Какой самый крупный калибр в нашем распоряжении?

- 250.

- А у испанцев?

- 380.

- Вот и ответ, - развел руками Берг. - Они уничтожат нас с безопасного расстояния, и этим все закончится. Потопят все и всех - и крейсера, и шлюпки, и сам "Германик". По-моему, это очевидно. Сюда надо подогнать линкоры и авиацию. Тогда у нас будет шанс.

- Линкоры и авиация на других фронтах, - отрезал Тиммерманс. - Об этом не может быть и речи. Мы получили приказ - и мы его выполним. С теми силами, что у нас есть. Или погибнем с честью.

- Аксель, мы знаем друг друга много лет, - ухмыльнулся Берг. - Можешь говорить свободно.

- Так я не на тебя пафос растрачиваю, а на этих сопляков, - хладнокровно отозвался полковник, покосившись на молодых офицеров. - Кстати, что вы об этом думаете? Можете говорить свободно.

- Мин херц, но это же полная задница! - не выдержал Пауль Марголлен.

- Вот именно, лейтенант! - усмехнулся Тиммерманс. - У вас есть альтернативные предложения? Нет? Так я и думал. К счастью, они есть у меня. Капитан Мааршал, подойдите к нам, пожалуйста.

Один из офицеров, крутившихся в отдалении, приблизился к ящику с песком.

- В состав нашей эскадры входят две подводные лодки, - сообщил полковник. - Вы не знали об этом? Очень хорошо, хоть какой-то секрет мы сумели сохранить. Капитан Мааршал - командир одной из них. Он возьмет на борт... сколько, капитан?

- Сорок, - буркнул подводник. - И это ровно на тридцать девять больше, чем нужно.

- Мы получили приказ, - холодно заметил Тиммерманс.


- Я знаю, - огрызнулся Мааршал.

- В таком случае, сорок человек. Атака начнется ночью. Наша эскадра зайдет с юга и откроет огонь из всех орудий. В это время подводная лодка высадит сорок морских пехотинцев на северном берегу. Вот здесь, у подножия скалы, на этом маленьком пляже. Потом морпехи поднимутся по скале и ворвутся в крепость. Затем они должны будут развернуть захваченные орудия и уничтожить форты, прикрывающие вход в залив. После чего победа будет у нас в кармане.

- Как все просто, - хмыкнул капитан Берг. - Может быть, в таком случае, нам следует войти на лодке прямо в залив и высадиться вот здесь? - он ткнул пальцем в макет островка.

- Вход в лагуну прикрывает натянутая стальная сеть, - поведал Тиммерманс. - Поэтому нам доступен только северный берег. И, конечно, следует молиться изо всех сил, чтобы испанцы смотрели на юг. Мы, разумеется, приложим все усилия...

- Подняться по скале... Черт побери, мы морская пехота, а не горные стрелки! - не выдержал Берг.

- У нас на борту нет горных стрелков, - напомнил полковник. - А ты у нас самый опытный альпинист.

- Черта с два, - едва не сплюнул люггер-капитан.

- Я специально проверил, - хладнокровно сказал Тиммерманс. - Так или иначе, у нас есть приказ. Вы ведь не откажетесь его выполнить, капитан?

- Никак нет, мин херц, - рявкнул Берг. - Разрешите идти? Я планирую немедленно начать тренировки личного состава.

- Идите, - милостиво кивнул полковник. - Ящик возьмите с собой, он вам пригодится. У нас еще два есть, мои помощники успели соорудить.

- Спасибо, мин херц. Кайзер банзай!

- Кайзер банзай!

Ящик накрыли брезентом, лейтенанты взяли его с четырех сторон и понесли. Мрачный капитан Берг шагал в кильватере. Все это очень здорово напоминало похоронную профессию. Когда один из встречных офицеров поинтересовался, "что такое несет первая рота?", печальный Торкильсон так и сказал:

- Гроб!

- На всех места хватит, - легкомысленно добавил Джо ван Томпсон.

"Только не для меня, - подумал Маркус ван дер Бумен. - Только не я".

Какое-то шестое чувство подсказывало Маркусу, что он не имеет права ложиться в этот гроб. Неудивительно.

Ведь именно он был главным героем этой истории.


* * * * *


## Глава 4.

Греки готовят Троянского коня.

* * * * *

"Я -- лейтенант... Мундир в плену забрали...

Меня зовут Винценто Сальгари..."

Александр Гладков, "Давным-давно".

* * * * *

- Как называется ваша лодка? - поинтересовался ван Томпсон.

- "Одиссей", - буркнул лейтенант Ситроен, заместитель Мааршала. Его прислали в первую роту как офицера связи и прочей координации.

- "Одиссей"? - переспросил пенсильванец. - Улисс, что ли?

- Не "Улисс", а корабль Его Величества "Одиссей"! - проревел Ситроен. Похоже, он был такой же психованный, как и его командир. - Ты что, башмак, совсем тупой?!

- Да не кипятись ты, - примирительно сказал ван Томпсон. - "Одиссей" так "Одиссей". Как по мне - хороший знак. У него ведь получилось.

- Не забыть только, после сражения пересесть на другой корабль, - хихикнул Торкильсон. - Иначе домой десять лет возвращаться будем.

- Сборище идиотов, - Ситроен воздел глаза к небу. Он хотел еще что-то сказать, но тут появился люггер-капитан Берг. За ним шли еще двое.

- Я нашел на нашем корабле целых двух австрийцев, - объявил капитан. - С нашей точки зрения, австриец - это все равно что профессиональный альпинист и горный стрелок, даже если он всю жизнь провел в городе. К тому же, их командир дал им самые лестные характеристики.

- Всего два? - удивился Марголлен.

- Точно, да и те из немецкой роты третьего полка, - кивнул Берг. - Это какой-то позор. Австрия вот уже почти сотню лет является верноподданным доминионом Бельгийской Римской Империи Нидерландской Нации, а в морской пехоте австрийцев почти нет!

- Потому что почти все австрийцы служат в горных стрелках, - проворчал один из гостей. - И это действительно какой-то позор. Все должно быть наоборот...

- В смысле? - не понял Торкильсон.

- Вена должна была остаться центром Империи! - горячо воскликнул австриец. - Императору не стоило переносить столицу в Брюссель!

- Император принял мудрое решение, - хохотнул капитан Берг.

- Кто я такой, чтобы спорить с императором? - пробормотал австрияк. - В конце концов, Его Величество бриннкайзер гарантировал нам многочисленные права и привилегии...

- А вы почему здесь? - полюбопытствовал ван Томпсон.

- Слишком хороши для горных стрелков, - отрезал австриец. - Но, от судьбы, как видно, не уйдешь. - Он с интересом рассматривал торчавших здесь же японцев. - Отрадно видеть, что смешение рас в Белголландской Империи не зашло так далеко, как я опасался. Так вот, значит, как выглядят истинные арийцы Дальнего Востока!

- Истинные чего? - не понял ван Томпсон. - Вы бы представились, капрал.

- Прошу прощения, герр лейтенант, - австриец вытянулся по стойке "смирно". - Меня зовут Гитлер. Адольф Гитлер. Мой товарищ - Артур Зейсс-Инкварт.

- И все-таки, что вас привело в белголландскую морскую пехоту? - повторил ван Томпсон.

- Она показалась мне подходящим местом, чтобы сделать военную карьеру, - только и сказал Гитлер.

- А у меня есть мечта, - мило улыбнулся Артур. - Я собираюсь однажды стать премьер-министром Нидерландов.

Громкий хохот присутствующих был ему ответом. Не смеялись только невозмутимые японцы.

- Мы когда-нибудь займемся делом? - напомнил о себе подводник Ситроен. - "Одиссей" пришвартуется сразу после заката, это через полчаса. Мы должны немедленно погрузиться и уйти обратно в море.

- Наши люди готовы, - пожал плечами Берг и кивнул в сторону аккуратно построившихся японцев. - Тридцать три пехотинца, плюс я, четыре моих лейтенанта, и два наших новых австрийских товарища. Ровно сорок человек, как мы и договаривались. Как видите, все при оружии и снаряжении. Мы готовы перебраться на вашу лодку хоть сейчас.

Лейтенант Ситроен заложил руки за спину и несколько раз прошелся взад-веред вдоль японского строя. После чего с шипением втянул в себя воздух и на каблуках повернулся к Бергу:

- Вы что, издеваетесь надо мной, капитан?

- Выбирайте выражение, лейтенант, - голос Берга похолодел. - В чем дело?

- Точно, издеваетесь, - кивнул Ситроен, глубоко убежденный в своей правоте. - Один из ваших идиотских башмачных розыгрышей?!

- Лейтенант, выбирайте выражения! - еще больше нахмурился капитан Берг. - Я все-таки старше вас по званию.

- Но вы не мой командир! - отрезал подводник. - Я могу послать вас к чертовой матери - и вам придется сильно побегать, прежде чем меня накажут - если вообще!

- ???!!!

- Что это?! - окончательно взорвался Ситроен. - Винтовки? Рюкзаки? Пулеметы? Огнемет?!!! ОГНЕМЕТ, черт бы вас побрал?! Вы идиот? Да, вы идиот! Как вы собирались поместиться со всем этим барахлом в нашу подводную лодку?! Вы знаете, что такое подводная лодка?! Вы знаете, на что нам придется пойти, чтобы разместить на борту сорок человек?! Нам придется оставить на "Германике" половину команды!!! Половину запасов! Огнемет, вашу мать! На борту подводной лодки!!! ОГНЕМЕТ! - в устах подводника это прозвучало как особенно грязное ругательство. - Vlammenwerper!

Люггер-капитан Александр Берг принимал решения быстро.

- Вы слышали его! Снять все! Винтовки, рюкзаки и тяжелое оружие! Оставить при себе только ножи, пистолеты и гранаты!

- Никаких гранат! - немедленно подскочил Ситроен. - Гранаты внутри подводной лодки... этого еще не хватало!!!

- Хорошо, гранаты тоже оставить, - кивнул командир первой роты. - Веревки обмотать вокруг тела, костыли и карабины распихать по карманам. - Он сделал паузу и ткнул указательным пальцем в двух бойцов на левом фланге. - Ты и ты - остаетесь здесь. - Берг повернулся к Ситроену. - Вместо этих солдат мы возьмем три пулемета и ящик с патронами.

- Не возражаю, - буркнул Ситроен. - Можете хоть половину отряда тут оставить. Но никаких огнеметов и взрывчатки.

- Разумеется, - добродушно кивнул Берг и подмигнул сержанту Адачи. Тот понимающе кивнул в ответ.

- Все готовы?

- Так точно, мин херц!

- Тогда обойдемся без торжественных речей, - подытожил капитан. - Вы достаточно наслушались их за последние дни. За мной, вперед, марш! Вы слышали лейтенанта Ситроена - "Одиссей" не будет ждать!

* * * * *


## Глава 5.


Испанская Ярость

* * * * *

Где твои пешие, где верховые?

Топчут они, блуждая в лесу,

Ветки сухие, ландыш цветущий.

Солнце, его сиятельство, ныне

Гонит пот из красных свирепых лиц

И лоснящихся конских крупов.

Граф Людвиг в рог затрубил.

Солдаты его услыхали. Тихо бей в барабан.

Шарль де Костер, "Легенда об Уленшпигеле"

* * * * *

Как это часто бывает на войне, почти с самого начала все пошло не по плану.

Почти.

Корабль Его Величества "Одиссей" благополучно добрался до пункта назначения и поднялся на перископную глубину. Капитан Мааршал уткнулся в перископ, повращал его направо-налево и констатировал: "Тихо и темно". Субмарина поднялась на поверхность, люки распахнулись, люди выбрались наружу, морские пехотинцы принялись осторожно спускать шлюпку...

Потом включился прожектор, за ним еще один - и загрохотали орудия.

Похоже, что испанские артиллеристы в свое время потратили немало часов на тренировку и пристрелку - уж очень кучно и близко от "Одиссея" легла первая серия снарядов. Да и вторая тоже.

Капитан Мааршал, уже стоявший на внешнем мостике и обозревавший окрестности в бинокль, быстро оценил обстановку и столь же быстро принял первое из своих решений:

- Отставить высадку! Всем вернуться внутрь! Приготовиться к погружению!!!

- Но у нас приказ... - голосом обреченного на смерть попытался возразить стоявший тут же люггер-капитан Берг.

Командир подводной лодки не успел ответить - "Одиссей" содрогнулся от прямого попадания. Мощности снаряда не хватило, чтобы уничтожить лодку на месте, но никому не удалось удержаться на ногах - а некоторые из морпехов, толпившихся возле шлюпки, и вовсе оказались за бортом. Мааршал едва успел подняться на ноги и раскрыл рот, чтобы повторить свой приказ, как снизу пришел новый доклад:

- Мин херц, многочисленные пробоины! Первый, второй и третий отсек! Сильная течь! Ремонт невозможен!!! Изоляция невозможна!

- Слушай новый приказ! - немедленно отреагировал капитан. - Полный вперед!!! Все двигатели на предельную мощность!!! ПОЛНЫЙ ВПЕРЕД!

И, повернувшись к Бергу, добавил уже спокойным голосом:

- Выбросимся на берег - а там видно будет...

- По крайней мере, мы окажемся на острове, - пробормотал командир морских пехотинцев.

Мааршал ничего не ответил, слишком занятый раздачей новых приказов.

Люди поспешно забрались внутрь, двигатели "Одиссея" (оба) надсадно взревели, симулируя оргазм морского льва, и субмарина рванула вперед со скоростью хорошей торпеды. Испанцы тем временем продолжали вести огонь, но подвижная мишень - плохая мишень, и лодка на какое-то время оказалась в безопасности.

На какое-то время.

Удар был ужасен - содрогания субмарины сопровождались чудовищным треском по обе стороны корпуса. Неудивительно - корабль не просто врезался в берег; "Одиссей" врезался в заросли мангровых деревьев, торчавших прямо из воды и убегавших в глубь острова. Разведка жестоко ошиблась - не было здесь никакого пляжа, а если и был, то давно исчез, поглощенный пресловутой буйной тропической растительностью.

- О, здесь еще и кораллы есть, - хладнокровно заметил Мааршал, наслаждаясь скрежетом корпуса о дно. - Ну да, где мангры, там и кораллы... Кораллы, Карл! - крикнул он своему старшему помощнику.

- Я слышу, - подтвердил лейтенант Ситроен.

- Всем покинуть корабль! - добавил капитан.

Вовремя - теперь субмарина снова превратилась в неподвижную цель, и снаряды испанской батареи принялись ложиться подозрительно близко.

Маркус ван дер Бумен выбрался на берег одним из первых - это было нетрудно, ведь он уже находился на внешней палубе, возле покореженной шлюпки, из последних сил держался за поручни и старался не упасть за борт. Но кое-кто успел раньше. Прямо перед Маркусом, один из морпехов, вооруженный длинным японским мечом (устав позволял туземным солдатам носить традиционное для их народов оружие, вроде кривых малайских крисов и прочих азиатских ужасов), с яростью берсерка рубил мангровые заросли, расчищая путь своим товарищам. Ван дер Бумен оценил рвение верного японца и поспешил пристроиться у него в кильватере. Впрочем, несколько мгновений спустя на правом и левом фланге в свете прожекторов замелькали еще три-четыре японских клинка. И как они их только протащили на борт субмарины?! Ну да, Карл Ситроен строго-настрого запретил брать мортиры и огнеметы, но запретить мечи ему и в голову не пришло...

Где-то за спиной Маркуса прогрохотал еще один взрыв, и в ночное небо метнулся столп багрового пламени.

- Прямое попадание, - глухо констатировал кто-то, почти невидимый в ночи, и лейтенант узнал голос ван Томпсона. - Лодку накрыли...

"Интересно, кто еще уцелел?" - задумался Маркус.

Еще через несколько минут белголландцы выбрались на небольшую полянку, где смогли перевести дыхание и осмотреться. Погибший "Одиссей" остался где-то далеко позади, а внезапно замолчавшая испанская батарея - где-то справа. Возможно, иберийцы были удовлетворены результатами своей стрельбы и решили поберечь снаряды.

- Вряд ли они оставят нас в покое, - заметил невесть откуда появившийся капитан Берг. - Скорей всего, отправят в джунгли крупный отряд из солдат гарнизона. Разумеется, мы не будем их ждать. Провести перекличку, пересчитать людей!

На полянке собрались три белых офицера (Берг, Маркус и ван Томпсон), добрая половина японцев и ровно половина австрийцев.

- Сволочи! - воскликнул Гитлер. - Они убили Артура! - В его глазах стояли слезы.

Кроме того, здесь же присутствовали примерно полтора десятка моряков с "Одиссея".

- Капитан Мааршал поступил как настоящий моряк не покинул корабль, - печальным голосом доложил Карл Ситроен. - Теперь я командую этими людьми... а вы можете располагать мной.

- Хорошо, лейтенант, - кивнул Берг. - Это все? Кто-нибудь видел Торкильсона, Марголлена, других наших солдат?

- Гисли и Пауль спаслись, - отозвался ван Томпсон, - я видел, как они спускались с корабля, с правого борта. Похоже, мы разминулись в темноте. Возможно, они повернули на запад.

- Мы не можем ждать, - теперь пришла очередь Берга принимать спорные и поспешные решения, - как и заниматься поисками... как и подниматься на скалу согласно оригинальному плану. Уходим в джунгли. Маркус и Джозеф, постройте людей! Я во главе колонны, Маркус командует арьергардом, Джозеф отвечает за охранение. Выступаем через пять минут. Вперед, марш!

* * * * *

- Напоминаю, это естественная для нас среда обитания! - воскликнул Александр Берг, когда они собрались на другой прогалине, примерно три часа и четыре километра спустя. Четыре километра за три часа! Японские мечи давно сломались - ничего странного, морпехи пользовались дешевой серийной штамповкой, а не легендарными образцами древних мастеров. - Ons - die Vikings, die militere kaste der Benelux-Imperium en sy Dominiums! Asiatiese jungle le in ons sak, langs die voer vir die duiwe en klein muntstukke! - уточнил капитан. - Мы - викинги, военная каста Белголландской Империи и Ее Доминионов! Азиатские джунгли лежат в нашем кармане, рядом с кормом для голубей и мелкими монетами!

- Ненавижу эту книгу, - пробормотал Джо ван Томпсон. Берг сделал вид, что не слышал этого.

- Привал! - объявил капитан. - Организовать круговую оборону и патрули. Все офицеры - ко мне в кабинет на совещание.

"Кабинет?!" - не понял Маркус. Впрочем, было бы чему удивляться. Он уже давно понял, что чувство юмора не является сильной стороной Императорской Морской Пехоты.

Люггер-капитан Берг удобно устроился на поваленном стволе какого-то дурацкого эвкалипта в самом центре прогалины. Похоже, это и был кабинет. Остальные офицеры присоединились к нему через несколько минут. Капитан осветил их лица фонариком (в джунглях Санта-Изабель царила тьма египетская, и без того узкий лунный серп ухитрился спрятаться за каким-то облаком) и тут же погасил его.

- Итак, дамы и господа, прежде чем я отдам вам новые приказы, я хотел бы услышать ваши мнения и взгляды на положение вещей, - заявил командир.

- Наша эскадра не стреляла, - тут же заговорил ван Томпсон.

- Я тоже это заметил, - холодно отвечал Берг.

- А она и не должна была, - ответил Ситроен. - Мы же получили радиограмму, где-то на полпути к острову. Планы изменились. Вы должны были высадиться в полной тишине.

- А почему я слышу об этом только сейчас? - нахмурился капитан. Скорей всего нахмурился. Как уже было сказано прежде, белголландцы блуждали во тьме, и о тех или иных эмоциях, обуревавших этих сильных людей, можно было судить только по голосам и знакам препинания.

- Я был уверен, что герр Мааршал вас предупредил, - смутился Ситроен. - Возможно, ему что-то помешало...

- Неважно, - отмахнулся Берг. - Мир его праху. Вряд ли он сделал это из злого умысла. Возможно, он был так занят своими капитанскими заботами, что просто забыл. Непростительно, но земной трибунал ему больше не грозит. Хотя без злого умысла в этой истории не обошлось.

- Что вы хотите этим сказать, мин херц?

- Нас предали, - заявил капитан. - Кто-то предупредил испанцев. Они нас ждали.

- Все могло быть проще, - осмелился предположить Маркус. - Испанцы перехватили эту самую радиограмму...

- И расшифровали ее? - усомнился Ситроен.

- Неважно, - снова повторил Берг. - Вряд ли предатель среди нас, а потому его разоблачение можно отложить до лучших времен. В настоящее время перед нами стоят совсем другие цели.

- Мы не можем просто так вернуться к крепости и штурмовать ее, - сказал ван Томпсон. - Эффект внезапности и секретности потерян навсегда...

- Но у нас приказ, - напомнил капитан. - Поэтому... поэтому мы должны изыскать другой способ его выполнить. Любой ценой.

- Нас никто не осудит, - пробормотал Ситроен.

- Отставить, - повысил голос Берг. - Повторяю, мы должны изыскать способ выполнить приказ, а не искать причину, чтобы его не выполнить. Дамы и господа, у меня есть немало своих идей, но прежде я хочу выслушать ваши.

Не исключено, что капитан бессовестно лукавил. Возможно, что у него вовсе не было идей. Но подчиненным знать об этом было совсем необязательно, наоборот.

- У меня есть идея, - неожиданно просиял Маркус. - Мы не можем вернуться к крепости. Поэтому пойдем вперед. Дальше, на юг. Попробуем захватить один из бастионов над заливом. Уничтожим второй бастион - там же смешное расстояние, можно стрелять практически в упор, а потом перенесем огонь на основную крепость. Даже если... - он запнулся. - Это уже будет неплохая помощь нашей эскадре и дивизии.

- Неплохой план, - задумчиво кивнул капитан. - Сам только что придумал?

- Мы провернули подобный фокус в Конго, - покраснел Маркус. - Конечно, там даже не башни были, бамбуковые пулеметные вышки...

- Ну что ж, как черновой вариант - годится, - снова кивнул Берг. - Дамы и господа, кто видит в этом плане слабые места?

- Пулеметные точки и лабиринты, о которых предупреждала разведка, - внезапно вспомнил ван Томпсон.

- Мы пересекли добрую половину острова, но ничего подобного не видели, - заметил капитан. - Разведка и тут могла облажаться. Ей скормили первоклассную дезу. Что еще? Возможно, и пушки здешние не так хороши? Да, они попали в "Одиссей" - практически в упор, а добить смогли и вовсе беззащитного и неподвижного, на берегу...

Увы, едва разгоревшееся бурное обсуждение было прервано, даже толком не начавшись.

- Мин херц, - в "кабинет" ворвался бластер-сержант Адачи собственной персоной, - мы слышали голоса. Сюда идут люди. Не наши. Чужаки.

- Приготовиться к сражению, - только и сказал в ответ капитан. - Занять круговую... ах, да, мы ее уже заняли. Кайзер банзай!

- У моих моряков даже нет оружия, - простонал Ситроен. - Несколько кортиков и мой пистолет...

- Будете подбирать винтовки моих убитых морпехов, - спокойно ответил Берг. - Ах, да, вашими молитвами у нас нет винтовок... Хорошо, что хоть один пулемет остался. Ладно, будете подбирать пистолеты, оружие убитых врагов, а если иберы подойдут совсем близко - в ход пойдут кортики, кулаки и дубинки. Так и передайте своим людям. По местам!

Не прошло и нескольких минут, как ночную тишину джунглей предсказуемо разорвал грохот десятков стволов. Перестрелка продолжалась недолго - испанцы прекратили огонь и отступили. Белголландцы могли слышать их команды, стихающие в глубине тропического леса.

- Наши потери? - возвысил голос капитан.

- Двое легко раненых, мин херц.

- Иберы поступили правильно, - отметил Берг. - Воевать в такой темноте - пустая трата патронов. Но скоро рассвет...

На рассвете испанцы вернулись.

Маркус, укрывшись за толстым стволом дерева, первым увидел бегущего в его сторону врага. Солдат был обнажен по пояс, вооружен длинным ножом и ухитрялся искусно петлять между плотно стоявшими пальмами. Эти факты плюс смуглая кожа противника помогли Маркусу сделать правильный вывод - какой-то абориген, из филиппинских подданных Испанской Империи. Ван дер Бумен поднял пистолет - нестарый и добрый "парабеллум" калибра 7.65, тщательно прицелился и выстрелил. Прямое попадание! Маркус ясно видел красный фонтанчик крови, брызнувший из ключицы. Но, к его удивлению, филиппинец даже не притормозил, а напротив, как будто побежал быстрее. Белголландец выстрелил снова. Аналогичный результат. Фонтан крови, враг по-прежнему на ногах и бежит. Что за черт?! Маркус принялся выпускать пулю за пулей. Промахнуться с такого расстояния было невозможно...

Филиппинец был почти рядом, он уже заносил свой длинный нож - или короткий меч, а Маркус с ужасом смотрел на него через открытый затвор опустевшего парабеллума и хлопал себя по карманам в поисках запасного магазина...

Справа от Маркуса прогремел выстрел из оружия куда более крупного калибра, чем парабеллум. Филиппинец внезапно остановился, как вкопанный. Еще один выстрел - и враг свалился лицом в грязь. Маркус обернулся. Рядом с ним стоял Джо ван Томпсон, сжимавший в правой руке один из этих огромных американских револьверов, с которым ковбои обычно охотятся на дилижансы и паровозы.

- Это воин-моро, - спокойно констатировал ван Томпсон. - Его обычной пулей не возьмешь.

- Почему... - хотел было сказать Маркус, но вместо этого из его горла вырвался какой-то невнятный хрип. Однако пенсильванец его прекрасно понял.

- Ничего сверхъестественного, - пояснил боевой товарищ. - Моро принимают перед битвой какой-то сильный природный наркотик, который выращивают у себя на родине. Они не чувствуют боли или страха. Требуется мощное оружие, чтобы сбить моро с ног. Впрочем, парабеллум тоже сгодится. Только целься в голову. Передайте по цепочке, - пенсильванец повысил голос, - эти полуголые парни - филиппинские гашишины-самоубийцы. Цельтесь им в голову!

Белголландцы так и поступили. Очередную атаку врага удалось отбить. И тогда испанцы изменили тактику. Где-то в джунглях затрещал крупнокалиберный пулемет, потом к нему присоединился еще один, и еще. Наверное, минимум три четверти пуль застревали в деревьях, но остальные свистели над прогалиной, где засели белголландцы, а некоторые испанские пули даже находили цели. Потери и без того маленького отряда принялись расти прямо на глазах. Испанцам мог отвечать только один белголландский "Мадсен", но стрелок даже не видел целей, поэтому капитан приказал прекратить огонь. Враги, в свою очередь, патронов не жалели, и их пулеметы замолчали не скоро. Воцарилась тишина - впрочем, тут же нарушенная.

- Эй, гезы! - закричал на хорошем голландском языке один из тех, кто засел в джунглях. - Ублюдки-гезы! Что, скушали? Это испанская терция!

За сим последовал ушераздирающий издевательский хохот.

- Сдавайтесь! - продолжал тот же голос. - Повесим вас рядом с "Капитуляцией Бреды!"

И еще один приступ хохота.

- Лучше сдаться турецкому султану, чем папистам! - не выдержал один из моряков с "Одиссея", и остальные подхватили:

- Liever Turks dan Paaps!!!

========================================


ЭПИЛОГ

* * * * *

Дракенсберг, штат Новый Альбион, Южно-Антарктическая Республика (ЮАР). 19 декабря 2011 года.

* * * * *

- К сожалению, на этом рукопись обрывается, - вздохнул Уотерсон. - Мы надеялись, что вы сможете нам помочь...

- Вам повезло, молодой человек, - улыбнулся президент Хеллборн. - Да, мне знакома эта история. И я знаю, что было дальше...

- ...Испанцы подтянули дополнительные силы, разгромили маленький белголландский отряд, а немногих уцелевших взяли в плен -- в том числе и Маркуса ван дер Бумена. Большая ошибка! Белголландцы подняли восстание прямо в испанской крепости, захватили ее, а потом и весь остров. К сожалению, в самый разгар сражения Маркус был тяжело ранен и попал в госпиталь. После выздоровления он получил новое назначение и стал имперским комиссаром в легионе американских добровольцев, которым командовал полковник Рузвельт - Теодор Рузвельт. Да, этот маленький факт здорово подстегнул военную, а потом и политическую картеру Маркуса. Уже после окончательного падения Филиппин, на приеме во дворце губернатора, Маркус завязал несколько интересных знакомств. Забавно, в числе гостей была одна маленькая принцесса, дочь союзного маньчжурского принца... Нет, я вовсе не ее имел в виду. Там была другая принцесса, белголландская. Ее звали Маргарита -- годы спустя маленькая маньчжурка станет называть себя этим именем. Ее Высочество Маргарита была покровительницей белголландской разведки, она заинтересовалась успехами Маркуса и пригласила его к себе на службу. Несколько дней спустя он получил первый приказ - сформировать отряд коммандос из опытных и преданных людей и отправиться в Каннаду. Нет, не в американскую Канаду, а в КаННаду, область на юге Французского Индостана. Разумеется, Маркус в первую очередь обратился к старым товарищам -- Рузвельту, Гисли Торкильсону, Марголлену, ван Топмсону. Даже этого австрийца, Адольфа, пригласил. Зря он это сделал. Австриец оказался германским шпионом. Мда. Пришлось его убить. Но не стану утомлять вас подробностями. Дело в том, что и сам Маркус был шпионом. Французским. Но что самое странное, он не испытывал к своей родине никакой лояльности. Быть может потому, что самая важная деталь его биографии была чистой правдой. Он действительно был сиротой неизвестного происхождения и вырос в приюте. Он мог быть кем угодно. Британцем, американцем, испанцем, белголландцем. Последняя версия ему особенно нравилась. Он прожил среди белголланцев много лет, стал одним из них. Белголландская Империя была его родиной. Не Французский Индостан. Поэтому Маркус решил окончательно порвать с прошлым и стать стопроцентным белголландцем. Он завел в ловушку своего куратора из французской разведки -- единственного, кто знал правду -- и уничтожил с помощью своих друзей. Это произошло не в Индии, но совсем рядом. На Сентинельских островах. Рядом с порталом, ведущим в альтернативный мир...

- И вы можете... - начал было Уотерсон.

- Записывайте координаты, - кивнул Хеллборн.

- Я должен немедленно доложить начальству, - поднялся коммандер Уотерсон. - Прошу прощения, мистер президент.

- Разумеется, - снова кивнул Джеймс. - Не забудьте мне рассказать, чем все закончилось.

- Обязательно, мистер президент.

- Я буду ждать, - на всякий случай добавил Хеллборн.

...Я обязательно буду ждать. Потому что ничего другого мне не остается. Прошли времена, когда я лично ходил в битвы. Теперь моя судьба - восседать на троне, и ждать, когда другие солдаты вернутся с войны и принесут трофеи, которые будут брошены к моим ногам.


Как плох обычай наш! Когда трофей


У эллинов победный ставит войско


Между врагов лежащих, то не те


Прославлены, которые трудились,


А вождь один хвалу себе берет.


КОНЕЦ