# Что там, под кроватью...

Сергей Молотков

Что там, под кроватью...


Глава первая.

За маминым колечком.


Все началось с маминого золотого колечка.

После приключений на даче, время пролетело, как-то незаметно. Наступил учебный год.

Никите удалось еще несколько раз встретиться с Фимкой - Игрецом, поиграть с ним, а потом произошло грустное расставание аж до самой весны следующего года.

- Ты точно не хочешь к нам перебраться? - в очередной раз спросил тогда Никита.

- Ты же знаешь, я не могу, - ответил Фимка и тайными, только ему известными тропами, отправился к себе домой.

Сентябрь прошел быстро. Никита уже успел смириться с мыслью, что Фимка где-то там, за городом на даче, а он в пятиэтажке, к тому же выполнение домашних заданий хорошо отвлекало от печальных дум.

И тут случилось невероятное.

В один прекрасный день, стоило Никите вернуться из школы, как он к своему глубочайшему удивлению в своей комнате увидел Фимку!

- Фимка, дружище! - радостно воскликнул мальчик и крепко обнял своего тайного друга.

- Отпусти, раздавишь, Гмур косолапый! - с напущенным возмущением сдавлено воскликнул Игрец.

- Как ты меня обозвал? - быстро отстранившись от своего товарища, обижено произнес Никита.

- Никто тебя не обзывал, - заверил его Фимка.

- А кто тогда назвал меня Гмуром? - поинтересовался Никита.

- Эх, головушка твоя бедовая, шуршишь, как листва садовая да сам о том не разумеешь! - запричитал Фимка. - И чему только вас в школе учат.

- Решать математические уравнения, английскому языку, географии, истории да много чему, - все еще обижено произнес Никита.

- А кто такие Гмуры, вам на вашей истории или географии так и не поведали, - проворчал Игрец.

- Так кто же это такие - Гмуры? - заинтересовался Никита.

- Их еще гномами называют, - объяснил Игрец. - Они живут в горах и делают замечательные кузнечные изделия, которые могут обладать волшебными свойствами. Но сами по себе бывают иногда неуклюжими, особенно при объятиях.

- Ага, это еще один маленький народец! - догадался Никита.

- Точно, маленький народец, - подтвердил его догадку Фимка.

- Ты все-таки решил к нам переехать! - восторженно воскликнул Никита. - Это же здорово! Мы с тобой знаешь, что сделаем...

- Нет, Никита, я не из-за этого здесь появился, - перебил его Фимка.

- Ну вот, а я так с тобой повеселиться хотел, - грустно произнес Никита.

- Никит, не обижайся, ладно, я же еще прошлый раз говорил, что не могу к тебе переехать, - попытался успокоить своего товарища Фимка. - И вообще я появился у тебя по важному делу.

- По какому важному делу? - поинтересовался Никита.

- Я хочу предупредить тебя об опасности, - сообщил Фимка.

- О какой опасности? - удивился Никита. И этому удивлению было объяснение - ему вместе с сестрой и двоюродным братом удалось уничтожить злую колдунью, жившую по соседству на дачном поселке. Так какая еще опасность может угрожать ему?

- В последнее время, там, на дачном поселке, то в одном месте, то в другом начали открываться ворота в другой мир, - начал отвечать Фимка. - Они открываются на короткое время и пока еще никто оттуда не появлялся. Но это не к добру. Ой, не к добру. И бабушка Прасковья так же считает. Чую, говорит она, это все отголоски гибели проклятой колдуньи.

Игрец многозначительно замолчал, а потом резко изменил тему разговора:

- Дома кто-то есть?

- Нет, - ответил Никита. - Родители еще на работе, а у Насти пока в техникуме уроки не кончились.

- Замечательно, - обрадовался Фимка. - Никит, а конфеты у тебя есть?

- Есть, - честно признался Никита.

- Тогда чего стоим, пошли чай пить, - Фимка схватил мальчика за ладонь и потащил его на кухню.

Там Никита усадил гостя на табурет, а сам поставил чайник на газовую плитку. Пока кипятилась вода, он успел открыть холодильник, достать оттуда тарелочку с шоколадными конфетами, а так же вазочку с клубничным вареньем и блюдце с кусочком сливочного масла. Потом он нарезал свежий батон на мелкие кусочки, и как раз к этому времени закипел чайник.

Как только стол был накрыт, два друга начали наслаждаться горячим чаем со сладостями, при этом, не забывая делиться своими новостями. Никита рассказывал про учебу в школе, а Фимка о том, как им с бабушкой Прасковьей живется на даче. И так они болтали до тех пор, пока не послышалось шуршание в замке входной двери.

- Ой, кто-то идет! А я тут у всех на виду! Ой, что будет, что будет! - засуетился Фимка.

- Не бойся, это, скорее всего, Настя из техникума вернулась, - успокоил его Никита.

- Настя? - переспросил Фимка.

Никита утвердительно мотнул головой.

- Тогда, передавай ей привет, - сказал Игрец. - И не забудь о моем предупреждении.

Напоследок сказал Фимка и быстрым шагом вышел из кухни.

Мальчик последовал за ним, но никого в зале не увидел. Фимка словно растворился в воздухе, а Никита стоял с открытым ртом от удивления и чесал затылок, потому что до сих пор не мог привыкнуть к неожиданным исчезновениям Игреца.

В таком состоянии его увидела старшая сестра Настя.

- Что-то случилось? - на всякий случай поинтересовалась она.

- Да, так, ничего особенного, - отмахнулся от нее Никита и пошел в свою комнату.


***


Минуло несколько дней без происшествий. А потом...

В этот день было воскресенье. Родители с Настей уехали в магазин за продуктами в центр города. Они на прощание попросили Никиту сильно не шалить, потому что знали, что стоит им удалиться и тот час на пороге окажется Максим - двоюродный брат Никиты, ну а чего могут наворотить два энергичных мальчика, оказавшихся в пустой квартире - даже трудно представить. По мнению родителей, они могут натворить что угодно - от урагана местного масштаба, который приведет в негодность некоторые из вещей, до всемирного потопа, грозящего затопить соседей снизу. Так что такая просьба, по их мнению, была не лишней.

И вот Никита вместе Максимом остались одни дома.

В первую очередь, мальчики попили горячего чая с пирожными, а потом решили пойти на улицу прогуляться, благо погода для осени теплая стояла, только вот тучки начали на небе собираться.

Ребята быстро накинули теплые куртки, обулись и выбежали из пятиэтажного дома. Но успели они пройти пару шагов по асфальтированной дорожке, как заморосил дождь. Пришлось возвращаться в подъезд.

- Облом, - с сожалением произнес Максим, глядя на механические 'Командирские' часы, находившиеся на левом запястье. Их ему папа подарил на день рождение. Стрелки показывали десять двадцать пять, так что времени у ребят было предостаточно, чтобы повеселиться, вот только с такой скверной погодой совершено нечего было на улице делать.

- Ага, - согласился с ним Никита.

- И что будем делать? - поинтересовался Максим. - Просто сидеть у телика?

- Постой! - вдруг оживился Никита. - Я забыл тебе сказать, что мой папа вчера купил новую игру!

- Тогда что мы здесь делаем? - возмутился Максим забывчивостью брата. - Побежали домой! Только, чур, я играю первым!

- Нет, я первый, а ты второй! - не согласился с ним Никита, ему самому не терпелось запустить новую игру.

Мальчики со всех ног припустили домой. Они ворвались в квартиру, поспешно скинули куртки и прямо в кроссовках забежали в просторный зал. Там Никита подошел к серванту. Диск находился на верхней полке, так что ему пришлось встать на цыпочки, что бы его достать. Когда пластиковая коробка оказалась в руках у мальчика, он случайно задел за мамину шкатулку, где находились ее украшения. Она покачнулась, но осталась стоять на месте, а вот золотое колечко с маленьким бирюзовым камешком, лежащее на крышке, свалилось вниз.

Дзинь!

Колечко упало на пол и, подпрыгивая, покатилось прочь из комнаты, поблескивая бирюзовым камушком.

- Эй, ты куда! - крикнул Никита, стараясь поймать кольцо.

Куда там, маленький золотой кругляш резво покатился в сторону детской комнаты. Мальчики побежали за ним, ловя его на ходу, а тот словно издеваясь, не хотел даваться им в руки.

Ребята ворвались в комнату следом за кольцом, стали искать, но маминого украшения нигде не было.

- Где же колечко? - забеспокоился Никита. Если им не удастся отыскать мамину вещь, ему крепко попадет.

- Может оно под кровать закатилось? - предположил Максим.

- А мы там разве не смотрели? - удивился Никита.

- Нет, я точно помню, - сказал Максим.

Мальчики стояли, глядя на кровать, и каждый из них по-разному думал о том невидимом месте.

Никита сразу вспомнил, что прошлый раз, когда его заставили убираться в комнате, он поленился и не стал мыть полы под кроватью. Теперь же стоит ему туда залезть, как он окажется весь в пыли и грязи, значит, придется объясняться с мамой по этому поводу. Так что Никите не очень хотелось заглядывать под кровать.

У Максима были совсем другие мысли. Он вместе с родителями и старшим братом жил в своем доме. Каждую ночь, когда не спалось, ему слышалось подозрительное поскрипывание половиц, странные шорохи по углам и жутковатое шевеление под кроватью. Ему постоянно казалось, что вот сейчас оттуда вылезет страшное чудище и утащит его к себе в темный лаз норы. В такие моменты Максим прятался с головой под одеяло, таким образом, защищаясь от невидимых монстров, или включал свет. Вот поэтому ему тоже не хотелось лезть под кровать.

- Может, там веником пошарим? - торопливо предложил Максим, с опаской глядя на кровать.

- А если мы веником колечко куда-нибудь в угол загоним, тогда уж точно его не найдем, - покачал головой Никита. - Нет, придется туда лезть.

- Тогда давай возьмем фонарик, - предложил Максим, а сам подумал:

'Да, с фонариком намного лучше смотреть под кровать, потому что в случае появления чудища, мы его увидят первыми и убежим. Конечно, если там есть чудище'.

- Давай возьмем фонарик, - согласился с ним Никита.

Мальчики побежали в зальную комнату, взяли там фонарик, который на случай неожиданного отключения света, всегда лежал возле тумбочки для телевизора, и вернулись в детскую комнату.

- Лезь первым! - сразу предложил Максим.

- Ладно, - не стал спорить Никита, понимая, что за потерю колечка ему достанется, а не брату.

Мальчик, включив фонарик, встал на колени и полез под кровать. Его брат нехотя последовал за ним. Кое-как протиснувшись под низкое ложе, они ахнули от удивления. Там, посреди пола лучилось золотистым светом круглое пятно, как раз возле него лежало мамино колечко.

- Что это? - шепотом спросил Максим.

- Не знаю, - так же тихо произнес Никита. - Раньше я ничего подобного не видел.

- Тогда хватай кольцо, и вылезаем отсюда, - предложил Максим, - пусть с этим странным пятном взрослые разбираются.

- Ага, - согласился Никита.

Мальчик потянулся за колечком, дотронулся кончиком пальцев, и украшение мамы сдвинулось вперед, попав прямо в светящееся пятно. Там образовалась золотистая воронка, которая сначала поглотила колечко, а потом потянулась в сторону мальчиков.

- Быстрей, вылезаем отсюда! - испугано выкрикнул Никита, совершено позабыв о мамином украшении.

Мальчики стали пятиться назад, но было поздно, воронка уже приблизилась к ним. Она своим вращающим краешком накрыла собой Никиту с Максимом и начала втягивать в себя.

- Держись! - выкрикнул Никита, мертвой хваткой схватившись за короткую ножку кровати.

Максим не успел уцепиться. Его сразу потянуло в сторону пятна. Мальчик с испугу ухватился за ногу своего брата, только это остановило его продвижение в сторону светящегося пятна, но ненадолго. Воронка, словно огромнейший пылесос, старалась втянуть в себя упорных мальчишек. Вот пальцы Никиты не выдержали, разжались. Как только он лишился якоря в виде ножки кровати, его вместе с братом засосало внутрь светящегося пятна.

Мальчиков закрутило, как на карусели и понесло то вниз, то верх по золотистой трубе, переливающейся разноцветной радугой. Они кричали от испуга, но исправить ничего не могли. Им оставалось только ждать и надеяться, что безумная круговерть вскоре закончится. Вот только куда их вынесет радужный водоворот, назад домой или в незнакомое место? Об этом мальчики не знали.

Но вот что-то стало меняться, то ли крутить ребят стало меньше, то ли их движение начало замедляться, этого мальчики сразу понять не могли, зато впереди заметили зеленое пятно, которое стало приближаться. Сначала изумрудное пятнышко было с десятикопеечную монету, потом оно расширилось до размера теннисного мяча, а в следующий момент стало размером с большую сковороду, а когда таинственный зеленый провал стал огромных размеров, мальчики ощутили, как стали, резко падать вниз. Они громко заорали и свалились на что-то твердое.

Ребята, ахая да охая, поднялись на ноги, огляделись. Оказалось, что их занесло на зеленую лужайку. И это в конце октября!

От такого видения мальчики замерли на месте, раскрыв от удивления рты.

Вывел ребят из оцепенения хриплый старческий голос:

- Эй, галчата, смотрите мухой не подавитесь!

Братья обернулись на голос. На лужайке, недалеко от них, стоял пень, на котором удобно расположился старичок с седой бородой и такими же усами. Он был одет в льняную рубашку косоворотку, широкие шерстяные штаны. Роста же старичок был небольшого. Вот например взять старшую сестру Никиты. Эта дылда вымахала практически метр семьдесят, сразу видно взрослый человек. А встреченный старичок был примерно одного роста ребятами, если с него снять соломенную широкополую шляпу и сапоги с высоким каблуком.

Никита даже подумал, что они повстречались с хоббитом или с Гмуром, которым его обозвал Фимка.

И вот этот незнакомый старичок смачно ел пирог и запивал его чем-то из кувшина.

- Здравствуйте, - опомнившись, проявили вежливость братья.

- И вы будьте здравы, - ответил старичок, открыто рассматривая ребят. Он доел пирог, попил и только после этого продолжил говорить:

- Слышу; бах тарарах, все засверкало, а когда потухло, вы стоите, да ртами мух ловите. Откуда вы взялись такие непонятные; толи приезжие, толи, хи-хи-хи - залетные, но на местных точно не похожие?

- Из дома мы, - ответил Никита.

- Ясно пень из дома, а не из скотного хлева явились, - с хитрым прищуром произнес старичок. - Вот только дома разные бывают. Так откуда вы родом, да как величать? Или галчатами так и продолжать кликать?

- Никита, - назвал себя мальчик.

- Максим, - представился его брат.

- Откуда же вы будете, Никита и Максим? - продолжал интересоваться старичок.

- Из Астрахани, - ответили мальчики.

- Что-то я не слышал про такой город, - сдвинув на глаза шляпу и почесав затылок, произнес старичок. - Неужто, из-за тридевять земель, к нам в гости нагрянули?

- Не из-за тридевять земель, а с реки Волги, - поправил его Максим и поинтересовался. - А вы кто? Как-то неудобно получается, мы себя назвали, а вы - нет. И вообще, родители нам сказали, что с незнакомыми людьми категорически запрещается заводить разговор.

- Ну, если родители сказали, тогда надо представиться, что бы вас в неудобное положение перед родителями не ставить, - усмехнулся старичок, - звать меня Артемий Палыч.

- И откуда вы, Артемий Палыч? - теперь Максим решил прояснить для себя ситуацию.

- Из леса вестимо, - улыбаясь, ответил старичок.

- Ясно пень из леса, - Максим не преминул поддеть незнакомого старичка, повторив его слова. - Вот только непонятно, где этот лес находится.

- Неужто и этого вы не знаете? - удивлено произнес Артемий Палыч, словно не замечая поддевки. - Так это же волость царя Баяна первого, имеющего прозвище Добродушный.

- Царя? - не веря в услышанное, переспросили ребята. - И каким царством он царствует? Случайно не Россией?

- Нет, не Россией, - ответил Артемий Палыч. - Я о такой стране и не слыхивал. Царь Баян правит Межгорским царством.

Мальчики совсем растерялись. Оказывается их занесло в какое-то царство, прям, как в сказке. Это конечно интересно, но все же, как им вернутся назад в свой привычный дом? И кстати, куда подевалось мамино колечко? Не могло же оно далеко укатиться от места падения. Об этом решил спросить Никита у старичка.

- Артемий Палыч, вы случайно не видели золотое колечко? - поинтересовался мальчик.

- Случайно видел, - ответил старичок.

- Где оно? - радостно воскликнул Никита.

- Здесь вот какое дело, - начал отвечать Артемий Палыч, - мимо меня проходил Иван.

- Дурак, - перебил его Максим.

- Зачем ты старых обижаешь? - старичок укоризненно посмотрел на мальчика.

- Я не про вас, - смутился Максим. - Просто подумал; если Иван, значит - дурак, так в наших сказках часто говорят.

- Нет, не дурак, а обычный парень, - продолжил Артемий Палыч, после услышанного объяснения. - Увидал он в траве блестящее колечко с бирюзовым камешком, поднял его.

- Да, да это оно! - обрадовался Никита.

- Потер Иван колечко об рукав рубахи, поглядел на него, - говорит дальше старичок. - Потом произнес: катись найденное колечко к моей суженой на крылечко! И кинул его на землю. Колечко быстро покатилось в сторону леса, а Иван побежал за ним.

- Куда в сторону леса? - спросил Никита, ему не терпелось нагнать колечко, а уж потом можно будет подумать, как ему с братом вернуться, назад домой.

- Вон туда, - Артемий Палыч указал рукой за свою спину.

- Спасибо! - поблагодарил Никита и побежал в указанную сторону. Максим последовал за ним.


Глава вторая.

Избушка на берегу пруда.


Стоило ребятам удалиться, как старичок хитро улыбнулся, сверкнув золотым зубом в верхнем ряду. Он залез в карман широких штанов и достал из кармана колечко с бирюзовым камушком. Потом Артемий Палыч едва слышно свистнул. На его зов прискакал небольшой лохматый конь. Старичок на него взгромоздился и ускакал в противоположную сторону от ребят. Но этого мальчики не видели, они упорно шли в указанном направлении.

Лесная извилистая тропинка изрядно заросла травой, как будто ей целый год никто не пользовался. Правда, ребята этого не замечали, они шли вперед с надеждой нагнать Ивана, подобравшего мамино колечко, и им было не до сочной травы, совершено нетронутой ногой человека.

- Никита, что с нами произошло? - не выдержав долгого молчания, задал вопрос Максим.

- Нас затянуло в открывшийся портал, - ответил Никита. - Мне про такие штуки Фимка предупреждал.

- Ты встречался с Фимкой и мне ничего не сказал! - возмутился Максим.

- Он сам меня просил об этом никому не говорить, - начал оправдываться Никита.

- Тогда почему сейчас об этом мне рассказал? - обижено произнес Максим.

- Потому что Фимка нам ох как пригодился бы, - тяжело вздохнул Никита. - Он точно смог бы разобраться с происшедшим.

- Почему? - спросил Максим.

- Сам подумай, - ответил Никита. - Он же волшебное существо и должен многое знать про чары, значит, смог бы выяснить какое злое колдовство занесло нас в неведомые земли, и почему нас занесло неведомо куда.

- Точно, - согласился с ним Максим. - Фимка уж точно смог бы нам помочь вернуться обратно домой.

'Но он сейчас далеко, значит, помощи ждать неоткуда. Выходит, придется надеяться только на свои силы', - подумали мальчики.

Тем временем два брата пересекли зеленую лужайку, минули широкий ручей, перейдя его по скользкому бревенчатому настилу, местами покрытому зеленым налетом, и вошли в редкую березовую рощу.

Летнее солнце пекло, как хорошо растопленная печь, на небе ни облачка, только тень невысоких деревьев слегка разбавляла жару. Изрядно вспотевшие ребята сняли толстовки, привязав их к поясу, и остались только в майках.

Мальчики торопились. Они шли вперед широким размашистым шагом, надеясь в скором времени нагнать Ивана и забрать у него мамино колечко. Но как не старались, не могли увидеть впереди себя одинокую спину воришки.

Так незаметно братья углубились в лес. Березовая роща давно уж кончилась, теперь мальчиков окружал густой ельник. Здесь ребята в растерянности остановились.

- Никит, а мы не заблудимся? - спросил Максим, затравлено оглядываясь по сторонам.

- Не должны, - не так уверено, как хотелось, ответил брат. - Нам сюда указал Артемий Палыч.

- А может он соврал, - предположил Максим.

- Ты думаешь? - от удивления Никита даже остановился. Ему не верилось, что старые люди могут врать. Вот только представьте, родители сказали, что на выходные они все вместе пойдут в ТРЦ, смотреть новый интересный фильм, а место этого заставили его убираться по дому. Нет, так родители не поступали. Что они обещали, то обязательно делали.

- Ты же его не знаешь, и я его не знаю, может он жулик или бандит, - предположил Максим. - Может он специально послал нас в эту сторону, что бы его друзья тебя и меня ограбили.

- У нас брать нечего, - сказал Никита, потому что считал фонарик, торчащий за поясом штанов и часы на руке брата не за такие уж ценные вещи.

- А ему почем знать, есть у нас что-нибудь или нет, - пожав плечами, продолжил объяснять Максим. - Мы же спросили у него про золотое колечко? Спросили. А вдруг у нас есть еще какие-нибудь драгоценности. Мог он подумать. И теперь жди, сейчас на нас нападут его друзья разбойники.

Сказав это, мальчик замолк. Его брат тоже не открывал рта. Они оба прислушались к окружающему лесу. Кругом щебетал невидимые птахи, от порывов ветра скрипели стволы деревьев, да кузнечики надрывались в траве и все, больше никакого постороннего звука, обозначающего присутствия людей. В лесу были только мальчики и больше никого.

- Может, вернемся назад? - предложил Максим, невольно поежившись, ему было неуютно в незнакомом месте.

- А как же мамино колечко? - спросил Никита.

- Ну, его, - отмахнулся брат, - скажем, что потеряли. Ну, накажут нас немного, потом все равно простят.

- И куда же мы вернемся? - поинтересовался Никита. - Мы не знаем обратной дороги домой.

- Так спросим у кого-нибудь, - настаивал на своем Максим. - Там на лужайке можно встретить прохожих. А здесь в дремучем лесу у кого ты будешь спрашивать дорогу, у зверей или птиц?

- Ладно, уговорил, давай вернемся, но прежде нам нужно найти хоть приличные палки, так на всякий случай, - наконец согласился с братом Никита.

- Это верно, палки - это хорошо, хоть будет чем от дикого зверья отбиваться, - подтвердил Максим.

- Или от разбойников, - продолжил брат. - Только давай искать вместе, что бы ни потерять друг друга.

- Давай, - легко согласился Максим.

Мальчики стали бродить среди деревьев, надеясь найти подходящие палки, но они как назло на глаза не попадались. Зато ребята обнаружили несколько маленьких засохших сосен. Долго не думая, братья с трудом сломали деревца, избавились от лишних веток и теперь в руках у мальчиков оказались две сучковатые палки. Конечно, это, не ахти какое грозное оружие, но все же лучше иметь такое, чем вообще ничего.

За этим занятием ребята потеряли направление, по которому шли.

- Нужно было сразу метку ставить, - укоризненно произнес Максим. - Тогда бы мы знали, в какую сторону шли.

- Сам знаю, что нужно было, - проворчал в ответ Никита.

- И что будем делать? - спросил брат.

- Пойдем в сторону заката солнца, мне кажется, мы туда шли, - немедленно предложил Никита.

Да, солнце уже минуло зенит и начало клониться к закату. Пока еще было светло, но не успеешь оглянуться, как наступят вечерние сумерки, а ночью в незнакомом лесу, братьям оставаться не хотелось, так что они без лишних споров пошли в выбранную сторону.

Шли долго. За это время большие сосны начали редеть, становились мельче ростом, зато заросли кустов выше человеческого роста, стали попадаться на каждом шагу. Их приходилось обходить стороной, чтобы не порвать одежку. Потом запахло сыростью. Это насторожило ребят. Что может давать сырость в лесу? Одно из двух: или водоем, или болото. Ну, если попадется пруд - ничего страшного, его можно обойти, а вот если болото? Туда мальчикам не хотелось попадать. Поэтому они с быстрого шага перешли на степенный ход, стараясь глядеть в оба глаза, чтобы, вовремя заметить опасность.

К счастью ребят болота не оказалось. В прогалине леса они увидали чистый пруд, на берегу которого стояла высокая избушка, обнесенная высоким забором из толстых заостренных кольев.

Увидав ее, мальчики обрадовались. Наконец то, им удалось обнаружить людское жилье! А там, в избушке, ребята надеялись выяснить, куда они забрели, и проходил ли мимо Иван, про которого им сказал Артемий Палыч.

Братья, взяв палки подмышки, быстрым шагом направились к высокой изгороди. Они обошли ее слева и обнаружили открытые двухстворчатые ворота. Тут мальчики невольно остановились, прислушались.

С подворья раздавались громкие голоса.

- Проваливайте отсюда, пока я вас метлой со двора не вымела! - услышали ребята звонкий девчоночий голос.

- Это она нам что ли? - для осторожности шепотом поинтересовался Максим, сжимая в руках палку.

- Мы же не во дворе, - так же тихо произнес Никита, - значит не нам, а кому-то другому.

- Глянем или все же уйдем? - спросил осторожный Максим, ему не хотелось встревать в чужую свару.

- Давай глянем, а потом решим; уходить или нет, - предложил Никита.

- Давай, - нехотя согласился Максим.

Ребята тихо подкрались к воротам, осторожно выглянули оттуда. Возле крыльца высокой избушки они увидали златовласую девочку, одетую в длинное цветастое платье с расклешенным подолом и обутую в красные кожаные сапожки. Она держала в руках длинную метлу, выставив туго связанный пучок сухих веток перед собой. Напротив ее стояли трое бородатых, косматых мужиков одетых в серые домотканые штаны и рубахи, на ногах у них были лапти, а в руках они держали небольшие дубинки, которые держали на плечах.

- Идите прочь! - крикнул девчонка, не выпуская из рук метлы.

- Нет, деваха, никуда мы не уйдем, пока не получим, что нам причитается, - криво ухмыляясь произнес один из мужиков. - Твоя тетка должна нашему хозяину сорок золотых монет. Срок прошел, а деньжат не видно, вот мы и пришли за просроченным долгом. Так что пусть гонит звонкую монету или ее изба отойдет к нашему хозяину.

- Моей тетушки нет дома, - ответила девочка. - Когда она вернется, тогда и приходите!

- Нам не с руки более ждать, - сказал тот же мужик. - Мы лучше заглянем в ее избушку, посмотрим, есть там нужная сумма деньжат или нет, а уж потом решим, что делать.

Мужики сделали шаг в сторону крыльца.

- Не подходите или пожалеете! - махнув перед собой метлой, предупредила девочка.

Мужики невольно остановились. Потом один из них сказал, обращаясь к другим:

- Да что мы слушаем эту пигалицу, хватайте ее, хлопцы!

Подельники одобрительно зароптали и ринулись в сторону девочки.

- Что делать будем? - спросил Никита. Он уже понял, что на избушку напали плохие дяди и если не прийти на помощь к девочке, то кто его знает, чем все закончится.

- Ты что хочешь ей помочь? - вопросом на вопрос ответил Максим, насторожено поглядывая на страшных разбойников.

- Но так же не честно, - ответил Никита, наблюдая за назревающей дракой, - их много, а она совсем одна.

- Ага, их много и они такие огромные и страшные, - зябко поведя плечами, прошептал Максим. Он потер затылок, уже представив, как эти жуткие громилы схватили их и надавали им дубинками по шее.

Зуд у Никиты в заднице, тоже предвещал им в ближайшем будущем опасные приключения, если они вмешаются в дальнейшие события, но это ничуть не остановило его, поэтому он произнес предсказуемую фразу:

- Но девочка одна и явно нуждается в помощи.

Пока мальчики решали, как им поступить, разбойники успели подскочить к девочке, размахивая для устрашения дубинками. Они думали, что с легкостью справятся с малявкой. Но не тут-то было, девочка оказалась не так беззащитна, как казалась на первый взгляд.

Хозяйка избы отскочила назад к крыльцу, при этом взмахнув метлой и попав тугими прутьями в лицо одному из нападавших, второму она ткнула длинным черенком в солнечное сплетение, после чего закружилась, уворачиваясь от рук разбойников. Ее подол поднялся колоколом, длинная золотистая коса описала дугу, стараясь попасть в глаза мужикам. Один из них попытался поймать ее на лету, но получив чувствительный удар пяткой в живот, промахнулся. И только третий, старший разбойник оставался целым. Он, засунув свою дубинку за пояс, решил изловить увертливую малявку руками.

Увидев это, Никита с безрассудной храбростью решил броситься на помощь незнакомой девочки, но его остановил Максим.

- Подожди, мы поступим непредсказуемо, - прошептал он.

- Как? - спросил Никита.

- Сейчас увидишь, - ответил Максим и твердым шагом направился в сторону разбойников.

Никита, пока еще не понимая, что к чему, покорно последовал за ним.

И сделали ребята это вовремя, потому что старший разбойник все-таки сумел поймать увертливую маленькую хозяйку дома.

Тем временем Максим, во всеуслышание прочистил горло и таким спокойным голосом произнес:

- Господа, мы тут с родителями проездом, и так сказать немного заблудились, потому что не местные, и если вам не так трудно, будьте любезны, подскажите правильный путь.

Разбойники повернулись на голос. Увидев, перед собой всего лишь пару мальчишек и больше никого, они немного растерялись. Сначала разбойники не могли понять, почему эти мальцы их, таких сильных и страшных совершенно не боятся. Потом они обратили внимание, что незнакомые мальчики были одеты как-то непривычно.

'Может, они на самом деле появились здесь из дальних краев? А что еще мальцы говорили? Ага! Где-то неподалеку находятся их родители. А если с ними еще полно народу да еще с охраной?' - подумал старший разбойник. Он почесал затылок и отпустил маленькую хозяйку дома.

Остальные подельники выжидающе смотрели на него.

- Пошли отсюда, - наконец приняв решение, скомандовал старший разбойник. Он решил попусту не рисковать.

Лихие люди направились к выходу со двора.

Уже находясь возле ворот, старший разбойник повернулся и выкрикнул:

- Ты очень пожалеешь, малявка, что распустила руки! Мы еще вернемся и накажем тебя!

Вскоре мужики исчезли со двора.

- Спасибо мальчики за помощь, но я бы и сама справилась, - поблагодарила братьев незнакомая девочка, она уже успела смекнуть, что ребята наврали разбойникам в три короба, и поэтому поспешила к воротам, чтобы их закрыть на надежный засов.

- Мы всегда готовы помочь, - слегка смутившись, ответил Максим.

Только теперь в спокойной обстановке, мальчикам удалось хорошенько рассмотреть отчаянную защитницу избушки.

Имея рост чуть ниже Максима, худенькая девочка по возрасту была примерно ровесницей ребят или всего на пару лет младше. Небольшой курносый нос, широкие голубые глаза, тугая золотая коса до самого пояса. Кажется ничего особенного - девочка, как девочка, но Максиму она очень понравилась, скорее всего, поэтому он был слегка смущен.

- Здорово ты их! - восхищено воскликнул Никита. - Это что было, кун-фу?

- Что? - не поняла девочка вопроса.

- Ну, это, - Никита пару раз взмахнул палкой, старательно копируя движения хозяйки избушки.

- Нет, не кун-фу! - весело засмеялась девочка, выяснив, про что ее спрашивают. - Это боярыня с выходом.

- Что? - удивлено, воскликнули ребята. О таком стиле борьбы им слышать не приходилось.

- Когда боярыня видит нахалов, подобных этим несносным разбойникам, она выходит из себя и начинает их гнать метлой прочь, до тех пор, пока те не попросят пощады, - объяснила девочка, после чего поинтересовалась:

- Как вас звать, мальчики?

Ребята назвали себя.

- Вы откуда будете, Никита и Максим? - спросила девочка, с интересом разглядывая ребят.

- Из-за тридевять земель. Попали же мы сюда через светящееся пятно под кроватью, которое нас всосало внутрь, как пылесос и выбросило на зеленую лужайку, - ответил Никита и задал ответный вопрос:

- А тебя как звать?

- Я дочь купца Афанасия Петровича, который по рождению назвал меня Марьей, - ответила девочка. Она хотела поинтересоваться, что это за зверь такой - пылесос, но Никита опередил ее своим вопросом.

- И что у тебя стряслось, Марья Афанасиевна? - поинтересовался он. - Почему эти страшные громилы вломились в твой дом?

- Это долгая история, - отмахнулась от вопроса девочка.

- А нам торопиться некуда, - сказал Никита, - так что мы с удовольствием выслушаем твой рассказ.

- Раз так, тогда пошли в избу, сядем за стол, - предложила Марья. - Там я вас попотчую, а то ведь проголодались после долгой дороги.

- Это мы с радостью! - быстро согласился Максим, чувствуя, как от голода в животе урчит.

Следуя за Марьей, мальчики поднялись по высокому крыльцу с резными перилами, прошли через просторные сени и оказались в большой светлой комнате, где около входной двери стояла печь. Возле нее на стене находились полки, заполненные глиняными горшками, тарелками, полотняными мешочками и небольшими плетеными коробочками. У одной стены стояла деревянная кровать, застеленная мягкой периной, возле другой был огромный закрытый сундук. Большой, продолговатый стол расположился возле открытого окна с разукрашенными ставнями, а возле него стояли две широкие крепкие лавки. К ним-то и направились ребята.

Пока мальчики рассаживались, Марья суетилась возле печи. Она ухватом достала чугунок с горячим кулешом, принесла на стол. После там появились; каравай теплого хлеба, тарелки с квашеной капустой, вареные яйца, крынка с холодным квасом и кувшин с теплым сытом.

Пока Марья накрывала на стол, Максим воспользовался моментом и задал вопрос:

- Здесь Иван мимо не походил?

- Дурень... - только и успела произнести девочка, когда ее перебил Максим:

- Нет, не дурень, а обыкновенный парень. Во всяком случае, так нам кое-кто сказал.

- Это я про тебя сказала, дурень, - насмешливо глядя на мальчика, произнесла Марья.

- А-а-а, - глупо улыбаясь, протянул Максим.

Никита с удивлением взглянул на брата. Он раньше не замечал за ним таких странностей. Интересно, почему Максим так глупо себя ведет?

- Почему дурень? - поинтересовался Никита.

- Если бы мимо избушки проходил Иван-кузнец, то разбойники не то, что на подворье, к забору побоялись бы подойти, - объяснила Марья. - Весь лихой люд, как огня боится нашего уважаемого кузнеца и его женушку.

- Странно, а нам старичок сказал, что Иван поднял с земли золотое колечко нашей мамы и, кинув его, произнес - катись колечко к моей суженой на крылечко, - задумчиво пробормотал Никита. - А Иван то оказывается женат. Неужели старичок нам соврал, но зачем?

- Какой старичок? - насторожилась Марья.

- Такой маленький, бородатый, с золотым зубом, - описал старика Никита.

- С золотым зубом говоришь? - удивлено, переспросила девочка.

- Да, с золотым зубом, - подтвердил мальчик.

- Странно, - произнесла Марья, замерев на месте с куском копченого мяса в руках.

- А что здесь странного, - Никита не понял удивления девочки. - У вас что, никто не ходит с золотыми зубами?

- Я только одного человека знаю, который носил золотой зуб, но он давным-давно пропал, и никто про него до сегодняшнего дня не слышал, - ответила Марья.

- Кто он? - спросил Максим.

- Чернояр - золотой зуб, - зловеще произнесла девочка. - Он злой колдун, решивший захватить наше царство. Но к счастью, добрый чародей Любомир смог его пленить и заточить в темнице. Там он просидел двести лет, а потом бесследно исчез оттуда. Как ему это удалось, про то никто не знает, даже чародей Любомир. И вот теперь, исходя из ваших слов, Чернояр вновь объявился в наших краях и это не к добру.

- Злой колдун? - мальчики были обескуражены такой вестью. - А на вид обычный старичок.

- Он это умеет - прикидываться добреньким, да мило улыбаться в лицо, а сам за спиной норовит сделать очередную пакость, - сказала Марья. - Ему никогда нельзя верить на слово. Так что про Ивана он вам наврал.

- И про мамино колечко тоже, - сделали вывод ребята. - Что нам теперь делать?

- Об этом решим позже, когда вернется моя тетушка. Она много чего знает да умеет и всегда дает дельные советы, - посоветовала девочка, - а сейчас хватайте ложки и налегайте на еду, пока все не остыло.

Мальчики, невзирая на плохие новости, наложили в тарелки кулеш и часто застучали деревянными ложками, плохое настроение не повлияло на их аппетит. Хозяйка же избы сидела за столом, положив личико на ладоши, и с милой улыбкой наблюдала за братьями, как те проворно справляются с деревенской едой. Вот они доели вареные яйца, все запили холодным квасом, после чего от всего сердца поблагодарили Марью.


Глава третья.

Подготовка к нападению.


- Ну, теперь рассказывай, что у тебя стряслось, - произнес Никита.

- Есть такой ростовщик, Риелт Палыч, - начала делиться со своей бедой Марья. - Моя тетушка часто брала у него деньги в заем, то одну большую покупку совершить, то другую и всегда вовремя с процентами отдавала долг. Но в последний раз все вышло по-другому. Когда подошел срок выплаты, у нее не оказалось полной суммы, и она пошла к Риелт Палычу с поклоном, прося на неделю дать отсрочку. Ростовщик заартачился, начал пугать, мол, если завтра не вернешь всю сумму, то окажешься на улице, а изба на берегу озера перейдет к нему. Тетушка пришла к моему отцу, попросила не хватающее количество денег, а для чего она нужна, не потрудилась объяснить. Батюшка не мог отказать своей любимой сестре, дал то, что она просила. Тогда тетя пришла к Риелт Палычу и вручила нужную сумму, но, оказывается, опоздала на день. И вот теперь ростовщик засылает своих громил, что бы те пугали тетушку, вынуждая ее покинуть родные стены. Первое время разбойники только злыми словами бросались, а сегодня, увидав, что хозяйки нет дома, решили силой захватить избу.

- А ты как здесь оказалась? - спросил Никита.

- Батюшка послал, узнать, зачем тетушки деньги понадобились, да заодно погостить немного, - тяжело вздохнула Марья. - Погостила, называется.

- А про какие сорок золотых монет разбойники говорили? - поинтересовался Никита.

- Это они лишек в свой карман решили положить, - объяснила Марья.

- А где твоя тетушка? - спросил Максим.

- Она подалась к царю Баяну, жалобу подать на нечестного ростовщика, - сказала девочка. - Вернется же тетушка домой только через пару дней. Вот и приходится мне одной отбиваться от непрошеных гостей.

- Может, разбойники поверили мне и в ближайшее время не вернутся? - с надеждой в голосе задал вопрос Максим.

- Нет, мальчики, от своего Риелт не отступится, - погрустнев, произнесла Марья. - Вот увидите, завтра он еще больше своих разбойников сюда пришлет.

- Тогда мы их встретим и покажем, где раки зимуют. Правда, Никита? - широко улыбаясь, Максим обратился к брату. Ему хотелось показать молодой хозяйке избушки, какой он смелый.

- Встретить, конечно, встретим. Вот только интересно, сколько разбойников завтра к избушке придет? - спросил Никита у девочки.

Он был настроен не так задорно, как его брат, понимая, что сегодня им удалось хитростью избавиться от разбойников. Завтра же захватчики будут более осмотрительными и второй раз на их уловку не клюнут. Скорее всего, они без оглядки, всеми силами постараются захватить избушку.

- Вдвое или втрое больше чем сегодня, - ответила Марья.

- Ничего себе! - Никита невольно присвистнул. - Многовато будет для нашего маленького отряда.

- Подумаешь, толпа разбойничков неотесанных, - презрительно фыркнул Максим. - Мы их на орехи разделаем и сотрем в мелкий порошок!

- Сомневаюсь, - возразил Никита. - С толпой взрослых людей, которые в десять раз нас сильней, очень трудно справиться.

- Никита прав, - согласилась с ним Марья. - Завтра нам туго придется.

- Так может быть нам лучше укрыться где-нибудь поблизости от избушки и дождаться прихода твоей тетушки? - предложил Никита. - Я надеюсь, она не одна придет, а вместе с царскими стражниками. Они-то, смогут лучше нас разобраться с разбойниками.

- Нет, мальчики, - Марья с грустью покачала головой. - Нельзя мне оставлять избушку без присмотра. Если разбойники займут ее, здесь сразу появится Риелт и объявит себя владельцем всех прилежавших земель вместе с подворьем. После этого, по нашему закону, никто не вправе, даже царь, у ростовщика отнять захваченное имущество. Так что, хочешь, не хочешь, а мне придется остаться в избушке и защищать ее. Вы же вправе уйти, не подвергая себя опасности.

- Да как ты могла так плохо о нас подумать! - обидевшись, воскликнул Максим. - Мы ни за что на свете не оставим тебя одну! Мы тебе поможем! Правда, Никита?

- Верно, Максим, - сказал брат. - Мы никуда не уйдем и вместе с тобой, Марья, дадим отпор разбойникам, но прежде, нам нужно приготовиться. Давай, показывай, хозяюшка, что у тебя есть в наличие.

Никита собирался встать с лавки, как неожиданно заметил очень знакомую личность, выглядывающую из-за печки. Эта маленькая личность, всего полметра ростом, была одета в тоненькую, мышиного цвета курточку и коротенькие штанишки, покрытые серым пухом.

- Фимка? - неуверенно спросил он.

- Где Фимка? - с удивлением переспросил Максим.

- Да вон! - сказал Никита и показал на личность, выглядывающую из-за печки.

- Не, это не Фимка, - посмотрев туда, не согласился с братом Максим. - У Фимки пепельного цвета волосы кудрявые как у барашка, а у этого чуда незнакомого - торчат паклей во все стороны, да еще черны как смоль.

- Точно, не Фимка, - согласился с ним Никита. Он тоже приметил несколько отличий во внешности. Вот, например, у Игреца был нос картошкой, а у этого незнакомца нос торчит как флюгер, да и подбородок слишком широк. Нет, это точно не Фимка.

- Эй, ты кто такой, чудо заморское? - обратился к незнакомцу Максим.

- Сам ты чудо заморское, - обижено ответил незнакомец. - Явились, знаете ли, в дом без приглашения, да еще обзываются.

- Извини, мы не хотели тебя обидеть, - попросил прощения Никита. - Нам просто стало любопытно - с кем мы имеем дело. Не с Игрецом случайно?

- Домовенок я здешний, - ответил незнакомец. - Помогаю Людмиле Петровне по хозяйству, а вы тут крошите да сорите.

С таким недовольным ворчанием, домовенок вышел из-за печи. Он подошел к столу с веником и совком.

- Ноги подымайте, аспиды неразумные, - скомандовал ребятам домовенок.

- А как тебя величать, чудо ты запечное? - поинтересовался Максим, поднимая ноги. Он вообще не обиделся на ворчание представителя маленького народца. А что на них обижаться все они немного странные, что Фимка, что это новое чудо.

- Сим Симычем меня величать, - ответил домовенок.

- А меня Максимом, - сказал мальчик.

- Да знаю я, уж слышал вашу бестолковую болтовню, - проворчал Сим Симыч и собрался уходить, потому что под столом были собраны все крошки.

- Мама дорогая! - наконец оттаяла от удивления Марья. - А я все думаю, гадаю, кто мне по дому помогает. Оказывается, вот кто! А почему ты мне раньше на глаза не показывался?

- Так Людмила Петровна хозяйка тутошняя, а ты лишь гостья, как приехала сегодня, так завтра уедешь. И зачем, спрашивается, мне являться перед тобой, как лист перед травой? Нет, я только с хозяюшкой дружу, - ответил домовенок.

- Эх, жалко, что ты не Игрец, - с сожалением вздохнул Никита.

- Вот еще! - с презрением фыркнул Сим Симыч. - Я кругом порядок блюду, а это несносное создание только разруху и хаос на всю округу сеет.

- Зато с ним весело, - в ответ Никита привел весомый аргумент. - И от разбойников он бы помог нам отбиться.

- От разбойников? - переспросил домовенок.

- Ага, от разбойников, - подтвердил Максим, - которые не так давно ушли с подворья.

- Где здесь разбойники? - раздался задорной голосок за спинами ребят.

Они повернулись и увидели точную копию своего друга Фимки. Ну почти точную копию. У этого двойника была рыжая копна волос, торчащих во все стороны, да одет в полотняную рубаху, опоясанную широким кушаком, а так, такие же глаза с веселыми искорками, нос картошкой.

- Ну вот, стоит помянуть лихо, как оно подкрадется к тебе тихо, - недовольно проворчал Сим Симыч.

- Ты случаем не брат Фимки? - поинтересовался Никита.

- А кто такой Фимка? - с удивлением спросил Игрец, а то что перед ними стоит мальчики ничуть не сомневались.

- Наш старый друг, - ответил Никита. - Мы с ним на даче играли.

- Фимка, Фимка, - в задумчивости пробормотал Игрец, потом посмотрел на ребят и сказал:

- Нет, такого не знаю. И если во всем мы разобрались, тогда давайте знакомиться. Я Игрец, а величать меня Тимкой.

Мальчики в свою очередь назвали себя, а Марья промолчала, потому что представитель маленького народца и так ее знал.

- Так, что вы там упоминали про разбойников? - поинтересовался Тимка.

Мальчики вместе с Марьей ввели в курс дела Игреца.

- Так значит, на завтра намечается веселье! - обрадовано воскликнул Тимка. - Это мы любим, это мы всеми рукам поддерживаем! Вы немного погодите, а я все быстро приготовлю к завтрашнему балагану!

После такой пламенной речи Игрец испарился за углом печи.

- Куда это он? - удивился Никита.

- Как куда. Безобразия творить, окаянное создание, - ответил Сим Симыч.

- А мы чем займемся? - спросил Максим.

- Как чем? Будем готовиться к нападению, - ответил Никита и сразу же обратился к маленькой хозяйке лесного дома:

- Марья, давай показывай, что у тебя в наличие есть.

В наличие у нее оказался широкий двор, где стояла избушка, баня, большой амбар, ледник, скотный хлев, конюшня и пустая собачья будка. Пес Трезор подался вместе с тетушкой в город к царю. Из оружия ничего не было, только одни лопаты, ухваты, косы, грабли, глиняные горшки, чугунки разных размеров да оглобли и небольшой топор - колун.

- М-да, выбор так себе, - недовольно пробурчал Максим. - Вот если бы у нас были с собой рогатки с камешками опрысканными волшебным зельем, мы завтра такое показали разбойника, такое! Они навсегда сюда дорогу бы забыли!

- Макс, то зелье только на криксах действовало, - остудил его пыл Никита.

- Какое зелье? Какие Криксы? - сразу заинтересовалась Марья.

- Это у нас на даче произошло. Летом, - скупо пояснил Никита. - Там мы случайно встретились со злой колдуньей.

- Ой, как интересно! - восхищено воскликнула маленькая хозяйка. - Мальчики, вы обязаны мне все подробно рассказать!

Максим набрал побольше воздуха, чтобы начать рассказ о летних приключениях, но тут появился Игрец.

- Так, пока я в поте лица и в меру своих скромных фантазий готовлюсь к нападению разбойников, вы тут мирно прохлаждаетесь, - проворчал Тимка. Но его ворчание было напускным.

Мальчики видели хитроватые искорки во взоре Игреца и то, что его сильно распирает новостями, которые он умалчивает, но которыми вот-вот уж скоро с ними должен поделится.

Так и произошло. Тимка глубоко вздохнул и обратился к ребятам:

- Пошли за мной. Сейчас я кое-что вам покажу.

Потом повернулся и чуть ли не вприпрыжку выбежал из дома.

Ребята едва поспевали за ним.

Вскоре они оказались возле амбара. Там Тимка остановился и посмотрел на увязавшегося за ними домовенка.

- Сим Симыч, посмотри-ка, что там у нас внутри, - предложил ему Игрец.

- А разве ты сам не знаешь? - удивился домовенок. - Сеновал там и разная домашняя утварь.

- Так иди и посмотри, все ли там, на месте, - сказал Тимка и хитро подмигнул ребятам.

Сим Симыч, не увидев в данном предложении явного подвоха, направился в приоткрытые ворота амбара. Мальчики из-за любопытства хотели последовать за ним, но Игрец их остановил:

- Не надо. Лучше послушайте, что случится дальше.

Ребята прислушались. Сначала они услышали неторопливые шаги домовенка, а потом началось!

Бум! Ой! Бац! Ох!

А Тимка все это не забывал комментировать:

- Это Сим Симыч об перекладину в темноте ударился. Это вступил в навоз и поскользнулся. Это он упал в корыто с помоями для поросенка. Вот, слышите, со стены срывается лопата и бьет его по спине. Ага, а вот и грабли пошли в ход!

Тут из открытых дверей амбара появился грязный домовенок.

- Я Тимка, тебе отомщу и мстя моя будет жестокой, - потирая ушибленные бока, пригрозил Игрецу Сим Симыч и удалился восвояси.

- Ну ты даешь! - восхищено воскликнул Максим. - Это не амбар, а 'Форт Баярд' какой-то!

- Я вообще не понял, о чем ты говоришь, но твои слова приму как комплимент, - произнес Тимка, потом обвел взором ребят и продолжил говорить. - Так, а теперь посмотрим, что вы умеете. Максим, ты хорошо бегаешь?

- Лучше всех в классе, - гордо ответил мальчик.

- Вот и хорошо. Тогда ты будешь заманивать разбойников в ловушки, которые мы расставим по всему двору, - Игрец начал распределять обязанности. - А ты, Никита, будешь у нас бомбером.

- Кем, кем? - не понял мальчик.

- Бомбером, - повторил Тимка. - А это означает вот что. Завтра тебе предстоит залезть на крышу амбара и оттуда метать чурки на головы разбойников. Попадешь ты в них или не попадешь, не так важно, главное отвлечешь внимание какой-то части этих негодников, а там посмотрим, что делать дальше. Может еще какая-нибудь интересная проказа мне в голову придет.

- А я чем займусь? - поинтересовалась Марья.

- Пока не знаю, - признался Игрец - но обязательно именно для тебя что-нибудь придумаю.

Потом ребятам вместе с Тимкой до самых вечерних сумерек провозились, чтобы основательно приготовиться к приходу разбойников. Во время этих приготовлений мальчикам даже иногда казалось, что рядом с ними находится их старый друг - Фимка, и находятся они не за тридевять земель, а на своей загородной даче. Но к их сожалению, все было не так. Когда все было готово, ребята поужинали и отправились спать. Маленькая хозяйка хотела расположить гостей в избе, но мальчики отказались, они предпочли сеновал, который находился в амбаре.

- Вы только там случайно ловушки не заденьте, - предупредил их Тимка.

- Мы будем соблюдать всевозможные предосторожности, - пообещали ему мальчики и удалились из избушки.

- Никит, я до сих пор не верю, что мы где-то очень-очень далеко от дома, - сказал Максим, ложась на мягкое душистое сено.

- У меня у самого от всего происшедшего голова идет кругом, - позевывая, произнес Никита. Он за день так устал, что глаза слипались. - Давай спать, а то завтра у нас трудный день.

Мальчик повернулся на правый бок, подложив под щеку ладони, и почувствовал, что погружается в сон, но не тут-то было.

- Никит, - раздался громкий шепот Максима.

- Что? - Никита нехотя перевернулся на спину.

- Как думаешь, куда мы попали? - не унимался его брат.

- Куда, куда, - заворчал Никита, - на Кудыкину гору.

- Нет такой горы, - отозвался Максим.

- Дай поспать, а то, найду Кудыкину гору и тебя там отставлю, - через зевок произнес Никита.

- А я думаю, что мы попали в какую-то странную сказку, где все одеты по-старому и правит ими царь, - выдвинул свое предположение Максим.

- Или в параллельный мир провалились, - высказал свою версию Никита.

- Может и параллельный, только все равно сказочный, - согласился с ним Максим. - И как мы отсюда выберемся?

- Давай все свои проблемы решать по очереди. Сначала, отвадим разбойников от посягательств на чужую территорию, - сказал его брат, - а уж потом будем думать, как нам вернуться обратно домой. Теперь спать ложись.

- Давай, - со вздохом произнес Максим и повернулся на правый бок.

Вскоре ребята крепко заснули, на время, позабыв о своих печалях.


Глава четвертая.

Чернояр - золотой зуб, собственной персоной.


Пока ребята готовились к нападению разбойников, Чернояр - золотой зуб мчался на своем коне по лесным дорогам. Он торопился как можно быстрей попасть к себе домой, чтобы, наконец, начать приготовления к покорению мира. Да, да, вы не ослышались, именно к покорению мира.

А знаете, как все это началось?

Чернояр рос малышом хилым, молчаливым и угрюмым. Может, поэтому вся рядом живущая детвора потешилась над ним, постоянно сочиняя разные обидные стишки, наподобие этого:


Эх, Чернояр,

Зачем ты

Засунул свой язык в яр,

Там его оставил,

И как говорить забыл,

И поэтому на месте застыл,

Как бука на всех смотришь,

И молчишь,

В две дырочки сопишь.


А бывало и еще обидней.

После услышанного, Чернояр всегда убегал и строил разные каверзные планы мести, правда, воплотить их в реальность он не мог, потому что силы были не равные - их, обидчиков, много, а он один.

Так он и рос озлобленным на весь мир.

Когда же Чернояру исполнилось пятнадцать лет, взял его себе в слуги один необычный странник, который, оказывается, был чародеем. Звали того чародея Любомир. Он привел мальчика в свое уединенное жилище и заставил его заниматься делами по дому; убираться в помещениях, на кухне готовить еду, стирать грязное белье в холодной воде, собирать в лесу разные ягоды, грибы и травы.

Чернояру все это очень не нравилось. Он даже, сначала хотел бежать, но немного подумав, все же решил остаться. И вот почему.

Первый раз, попав в столицу, Чернояр увидел, как все не исключая царя Баяна, с трепетным уважением относятся к чародею, а тот все это воспринимает как должное. И тут мальчик подумал, а что если бы у него проявился такой дар!

Только представьте, он овладел в совершенстве всеми магическими уловками! И тогда бы! Тогда бы!...

Да, волшебство это сила. С помощью магии можно стать самым уважаемым человеком в мире! А еще таких дел наворотить, что потом разгребать замучаешься. Но самое главное, с помощью ее окаянной появится возможность отомстить своим обидчиком. А если постараться, то и править всем миром!

Вот такие назойливые мысли каждый день роились в голове озлобленного мальца.

Чернояр стал тайно подсматривать за чародеем. После не очень продолжительной слежки он сделал вывод, что основная магическая сила волшебника заключена в древней магической книге. Именно там скрыты все знания колдовского мира, от самых простеньких до самых сложных.

И решил Чернояр тайком выкрасть толстый древний фолиант, с помощь которого чародей творил сложные чары. Но не тут-то было. После каждого использования, маг запирал древнюю книгу в сундук и накладывал заклятье от разных ловкачей, которые захотят прибрать к рукам эту ценную вещь незаконным образом. Вот так, не зная, попробуешь украсть ценный фолиант и превратишься в мышку-норушку или паучка. А этого Чернояр совсем не хотел. Тогда пришлось ему старательно повторять все, что смог подсмотреть за чародеем; как тот колдовство творит, как им пользуется. Правда, несмотря на все его старания, у Чернояра ничего не получалось. Ну не было у него никаких чародейских способностей, вот совершено никаких не было.

Все эти неудачи очень огорчали паренька. Они делали его еще более озлобленным и угрюмым. А свою злость ему не на ком было срывать. И тогда Чернояр уходил далеко в лес, где от своего бессилия ломал кусты и топтал бутоны красивых цветов, которыми были буквально усыпаны лесные поляны, пинал грибы и мял ногами спелую землянику.

А еще у чародея была какая-то тайна.

Чернояр нутром чуял, что это так. Сами посудите, чародей изредка уходил куда-то тайными тропами, а когда обратно возвращался, был задумчив и рассеян.

И что бы это могло значить?

Что бы утолить свое любопытство, Чернояр решил проследить за чародеем. Но каждый раз, как только он доходил до полоски густого тумана, разлившимся непроглядным молоком на определенном участке лесной дороги, он сразу терял след.

Но в очередной раз, пятидесятый или сотый, Чернояр уже сам сбился со счета, ему несказанно повезло. В тот момент чародей оказался на удивление рассеянным. Он всю дорогу что-то непонятное бормотал себе под нос, и когда подошел к определенному участку лесной тропы, забыл поставить защитный туман.

Чернояр воспользовался удачным моментом и проследил за чародеем до входа в таинственную пещеру. Туда зашел Любомир, паренек же остался снаружи. Он сначала решил дождаться ухода чародея, а потом не торопясь обследовать пещеру, но после пары минут ожидания не выдержал. Он пошел следом за Любомиром.

Внутри пещеры оказалось на удивление светло. Там через каждые десять шагов горели факелы, прикрепленные к каменным стенам. Они то и давали предостаточно света для выбора верного пути.

Чернояр, чтобы не шуметь, чуть ли не на цыпочках крался за чародеем. Он предусмотрительно соблюдал дистанцию и если Любомир останавливался, он тоже, как его тень замирал на месте.

Вскоре чародей вошел в огромную пещерную залу, где вдоль каменных стен неподвижно застыли построенные в два ряда двести железных двухметровых истуканов. У них на голове находились забрало, на теле латы, в руках щит и меч. Из-за всего этого они выглядели грозно и несокрушимо.

- Вот что мне с вами делать, любезные? - бормотал Любомир, проходя мимо истуканов. - Стоите вы здесь, прям таки хорошо, очень даже хорошо. Никому не мешаете, и вас никто не видит. А вдруг все же кто-то вас обнаружит? Ведь с помощью вашей силы можно не только замки и дворцы строить, ведь кто-нибудь злобный и слишком тщеславный вознамерится сделать из вас непобедимых воинов. И тогда с помощью вашей силы он захватит царство. Да что там царство - весь мир! Одно радует, вас можно оживить только с помощью мерзкой 'Книги Теней', а где она находится, никто не знает.

Чернояр старательно подслушивал за чародеем. Еще бы, пареньку, наконец, удалось узнать тайну, которая может кардинально изменить его жизнь. Сами подумайте, у него нет склонности к чародейству, а тут под рукой находятся такая мощь, с помощью которой он может заставить всех уважать себя и боятся. Вот, только где ему найти эту загадочную 'Книгу Теней'?

- А может вызвать эту треклятую книгу? - продолжал бормотать Любомир. - Она сейчас слаба, потому что ее внутренний злобный дух уничтожен, и поэтому практически беззащитна. Заклинание вот оно, - чародей достал из кармана сюртука листок бумаги, посмотрел на него и засунул обратно в карман. Во всяком случае, так ему показалось. На самом деле, по рассеянности из-за своих дум, он засунул лист в складку своей походной накидки и тот беспрепятственно упал на пол пещеры.

Увидев это, Чернояр замер на месте. Его хищный взгляд был прикован к драгоценному листку бумаги, а сам он молился о том, чтобы чародей не заметил свою потерю.

- Но что мне с ней делать? Как уничтожить 'Книгу Теней' я пока не знаю, - размерено шагая по пещере, в задумчивости произнес Любомир. - А притронуться к ней я опасаюсь. Она ищет любую чужую душу, чтобы заполнить пустоту под своим толстым переплетом и с помощь этой бестелесной искорки вернуть свое утраченное могущество. Нет, нет, нет, я не желаю рисковать своей драгоценной душой!

Чародей остановился и словно прислушался к окружающей его обстановке.

Чернояр тоже замер. Он даже затаил дыхание, молясь всем богам, чтобы его не обнаружили. Но сердце в груди предательски сильно стучало. Парнишке казалось, что этот гулкий звук разносится по всей пещере и чародей, услышав посторонний шум, вот-вот пойдет на него и обнаружит непрошеного гостя.

К счастью маленького шпиона Любомир поступил совершено по-другому.

- Нет, любезные, ваше место здесь! - произнес чародей, обращаясь к застывшим истуканам. - И 'Книга Теней' пусть до поры до времени находится в мраке мрачном, откуда ее не никому не достать. А уж когда я найду способ расправиться с проклятым фолиантом, вот тогда и призову ее.

С таким бормотанием Любомир направился к выходу из пещеры.

Чернояр со всеми предосторожностями последовал за ним.

Уже потом, два месяца спустя, когда у паренька выдался свободный день, он решил вызвать тот волшебный фолиант под названием 'Книга Теней'.

На подобранном листке бумаги было во всех подробностях описано, что нужно для этого сделать.

Во-первых, нужно было найти могилу душегуба для проведения ритуала.

Во-вторых, следовало там начертить большую пентаграмму, потом эту пятиконечную звезду заключить в замкнутый круг и возле каждой лучевой вершины написать древние руны призыва. В тех же местах поставить черные свечи, сваренные из жира черных кошек, которые предстояло зажечь во время ритуала.

Во-третьих, Чернояру нужно было успеть сварить зелье на костре до двенадцати часов ночи, а рецепт его был намного сложней супа с клецками.

После того, как закипит родниковая вода в котле, туда нужно бросить пять щепоток перетертого корня Мандрагоры, затем взять черпак, выточенный из ветки прокудливой осины, и им помешивать варево. Да, да, именно из прокудливой осины, а не из какого-то другого дерева.


Прокудливые деревья - это буйные, вредоносные деревья.


Следующим компонентом был сухой измельченный Тирлич, его порция состояла из двух щепоток порошка. Опять тщательное размешивание в кипящей воде. Следом шла желчь ядовитой жабы, сушеные крылья летучей мыши, несколько паучьих лапок и три щепоти Обратима - такой редкой разновидности колдовской травы.

Все эти составляющие колдовского зелья, просто так на улице не найдешь. Вот, например, Тирлич, его могут найти только опытные колдуны или ворожеи. То же самое можно сказать и про Обратим. А как добыть желчь ядовитой жабы? Чернояр про это не знал. Может, поэтому он сильно не морочил себе голову подобной темой, а взял и украл все компоненты у Любомира в рабочей комнате.

Это было самое простое задание. А вот с могилой душегуба Чернояру пришлось повозиться.

Не подумайте, что в Межгорском царстве злодеев не существовало. Конечно же, они там были. Разбойники, жулики, да что там говорить, разных прохиндеев в этом царстве водилось. И душегубы были. Но вот какая загвоздка получалась. Всех этих преступников, в зависимости от тяжести совершенного преступления, или сажали в тюрьму или отправляли на каторгу. А вот душегубов, после судейской обвинительной речи, сразу же публично казнили, а тело сжигали на костре. Так что найти могилу душегуба было затруднительно, вернее сказать - невозможно.

Здесь бы огорчиться Чернояру. Не тут-то было. Он не желал сдаваться, и вскоре его упорство дало результаты.

Как-то Чернояру по чистой случайности удалось услышать одну странную байку из уст стариков. Там говорилось, что лет восемьдесят назад появился в этих краях очень злобный душегуб, прозванный Призраком. Он нападал на юных девушек, которые ходили в лес по грибы или ягоды, привязывал их к дереву и в таком состоянии оставлял на съедение волкам. Его никто никогда в глаза не видел, конечно, кроме жертв, но те уже ничего про него рассказать не могли по всем понятным причинам.

И все же однажды Призрак попался. Он занимался очередной жертвой, когда недалеко от места преступления находились охотники. Они заметили душегуба и решили его поймать, чтобы потом судить преступника и подвергнуть того справедливому наказанию.

Охотники преследовали Призрака в лесной чаще до тех пор, пока тот не подался в болота. Там душегуб, не зная брода, оступился и утоп.

Посчитав, что свершилось правосудие, охотники вернулись домой. Они всем рассказали о происшедшем.

Но тем история не закончилась.

После одно засушливого года, то болото подсохло. И как раз в том месте, где утоп Призрак, начали твориться разные непонятные дела. То охотники заплутают, то грибники заблудятся. И многим из них мерещатся в том месте разные страсти-мордасти, от которых волосы на голове становятся дыбом.

Короче, местные посчитали то засохшее болото проклятым местом и старались туда не ходить.

А вот Чернояр посчитал, что там в самый раз проводить нужный ему ритуал. Но думать одно, а сделать задуманное совсем другое.

Пошел парнишка в намеченное место. Идет, и чем ближе подходит к засохшему болоту, тем страшней Чернояру становится. Мерещится ему разное, то бесы хотят его до смерти защекотать, то демоны всю спину поцарапать, но парнишка крепится, назад не оборачивается, потому что нельзя, а то вся эта нечисть схватит его и утащит в свои кошмарные владения.

Вот так, перебарывая свой страх, Чернояр добрался до намеченного места. Там он стал готовиться к предстоящему ритуалу.

И вот настала полночь. Зелье уже сварено, оно поставлено прямо в центре пентаграммы. Пора начинать ритуал.

Чернояр встал в середину пентаграммы, поставил перед собой колдовской отвар. В него он стал капать кровь из указательного пальца левой руки, который предварительно порезал острым ножом.

Паренек начал произносить заученную ворожбу, помешивая правой рукой варево:

- Книга теней, позволь служить тебе!

Книга теней, позволь служить тебе!

Книга теней, позволь служить тебе!

Стоило Чернояру начать свою ворожбу, как погода сразу испортилась. Засвистел ураганный ветер, который ломал ветви деревьев и уносил их с собой, на небе появились тяжелые низкие тучи. Они крутились над местом проведения ритуала, как гигантская темная воронка, где сверкали извилистые молнии и слышался оглушительный гром.

Но весь этот природный ужас не проникал за черты пентаграммы, как будто ураган сдерживался невидимый глазу барьером. Поэтому Чернояр спокойно стоял в центре пятиконечной звезды и продолжал творить страшное колдовство:

- Я твой верный слуга!

Буду помнить о тебе всегда!

Ты мои призывы прими!

И силой колдовской надели!

Я в ответ готов с тобой,

Поделиться своей душой!

Чернояр ощущал, как много сил уходит у него на ворожбу. Его кожа посерела, а щеки впали, как у столетнего старца отшельника, нос заострился подобно орлиному клюву, голос охрип. Но, невзирая на все это, паренек продолжал произносить заклинания до самого конца и закончил такими словами:

- Книга теней, позволь служить тебе!

Потом Чернояр замер. Он ждал, когда перед ним появится 'Книга теней', но та появляться не торопилась. Ему уже стало казаться, что это злой розыгрыш со стороны Любомира, как вдруг где-то в небе послышался быстро приближающейся звук. Чернояр поднял верх голову и получил толстым колдовским фолиантом по лицу. От удара у него выпал один передний зуб, но паренек на боль не обращал внимания. Ну, подумаешь, лишился одного зуба, зато в его распоряжении оказалась могущественная книга.

Кстати, потом с помощью заклинания, подсказанного 'Книгой теней', он сделал себе зуб из золота и поэтому получил свое прозвище - Чернояр - золотой зуб.


Глава пятая.

Кто к нам с дубиной придет,

тот той дубиной в лоб получит.


Как сказала Марья, так и случилось. Поутру, когда голосистые петухи пением встретили первые лучи солнца, разгоняющие серость, возле ворот избушки появились разбойники. Их было всего девять человек. Девятым был Никифор-Бычеглаз, он являлся предводителем ватаги лихого люда.

Атаман подошел к закрытым створкам ворот и громко постучал в них дубинкой, которую держал в руках, при этом выкрикивая:

- Эй, хозяйка, открывай ворота!

Но никто во дворе не спешил откликнуться на его голос. Там стояла тишина, словно избушка была давно брошена.

- Они там спят что ли? - почесав затылок, предположил Сидр.

- А мы это сейчас проверим, - хмыкнул Никифор. - Аристарх, давай перебирайся через тын, да открой ворота, ежели хозяева этого сделать не хотят.

- А мы что, мы с радостью, только чуток подсобите, - потирая ладони, разбойник подошел к высокому забору.

Пару других подельников подошли к нему, подставив скрещенные руки. Никифор встал на них, потом, подлетев от броска вверх, ловко схватился за край забора и перевалился во двор. Остальные разбойники остались его ждать возле ворот.

Какое-то время за высоким тыном стояла тишина, которая слегка взволновала лихой люд.

- Куда он пропал? - почему-то шепотом произнес Сидр.

- Может, в ловушку попал? - вторил ему Фрол. - Или стража его схватила?

- А ну цыц! - прикрикнул на них атаман. - Я вам сейчас по макушкам надаю за такие слова! Какие ловушки? Какая стража? Вы что, с воинами воевать собираетесь?

Ватага молчала.

- Мы же двух сопливых мальчишек, да одну пигалицу со двора выгнать собираемся! - продолжил Никифор. - Так какие там, к лешему, капканы могут быть?

- Так малец про своих родителей вчера намекал, - напомнил Сидр.

- Сбрехал он, как пить есть сбрехал! - осадил его Никифор. - А вы уши свои развесили!

Он тоже обеспокоился долгим отсутствием Аристарха, но решил виду не подавать, поэтому и накричал на своих подчиненных. Но вскоре за тыном послышались быстрые шаги. Они приблизились к воротам. Там Аристарх, сняв запорный брус, шумно бросил его на землю. Только после этого он растворил створки ворот.

Разбойники вошли во двор. Там они, встав в круг, внимательно огляделись. Кругом было пусто, ни одной живой души, баня, большой амбар, ледник, скотный хлев и конюшня оказались закрытыми. Избушка также стояла с затворенными ставнями, словно ее хозяева покинули давным-давно.

- Они что, испугались и убежали? - подал голос Фрол.

- Не, просто затаились в доме и думают, что там мы их не достанем, - возразил Аристарх.

- Истинно глаголешь, - поддержал его Никифор, посмотрев на свою дубинку, подумал, что таким оружием дверь в избе не выставишь, тут нужно что-либо посерьезней. Тогда он принял другое решение. - Эй, Фрол, давай направляйся к амбару, найди там топор.

- Сделаю, - вальяжно ответил Фрол и направился к амбару.

Остальные разбойники разбрелись по двору, надеясь приметить спрятанных ребят, если те на самом деле где-то спрятались.

Тем временем Фрол уже успел подойти к амбару. Его немного беспокоило, что тот может оказаться закрытым на запор, тогда придется сбивать замок дубинкой и при этом поцарапать ее любимую. Но его опасения оказались напрасными. Ворота амбара были просто прикрыты. Тогда, открыв их, Фрол вошел внутрь, обойдя стороной, небольшой продолговатый бугорок сена, сделал несколько шагов вглубь и остановился, дожидаясь, пока глаза привыкнут к окружающему его полумраку.

Что дальше произошло, он так и не понял. Вначале послышался какой-то шорох, потом удар по лбу, от которого из глаз полетели искры, а в следующее мгновение Фрол повалился на пол без чувств. Он уже не видел, как на сеновале показалась голова Максима.

- Прямо в яблочко! - удовлетворено произнес мальчик.

Он слез вниз по приставной лестнице, подошел к поверженному разбойнику, над которым продолжал раскачиваться чугунок с песком, привязанный за веревку к стропилам.

- Ничего себе, вот так чугунок! - сказал Никита, глядя на неподвижное тело Фрола у которого на лбу выросла огромная шишка. - Не, он точно не домашняя утварь, он, скорее всего, мощное оружие упреждающего удара.

После таких слов, взял веревочку и потащил чугунок привязывать на прежнее место, после чего скрылся наверху, в сене, от посторонних глаз.


***


Обо всем этом остальные разбойники не знали. Они слышали в амбаре какой-то посторонний шум, но что там случилось, не могли понять.

- Эй, Сидр, иди, проверь, куда пропал Фрол, - указал Никифор.

- А почему я? - заартачился разбойник.

- Не пойдешь - в ухо получишь, - кратко, но доходчиво объяснил атаман, поигрывая дубинкой.

- Вот так всегда, как только, что-нибудь ни, по-твоему, так сразу в ухо, - заворчал Сидр, но приказание выполнил.

Он медленно подошел к амбару, стал всматриваться в него, стараясь приметить посланного сюда Фрола, но в полумраке ничего толком рассмотреть не смог. Тогда Сидр вошел внутрь.

Так как он более смотрел по сторонам, чем под ноги, то немудрено, что разбойник в темноте не заметил низкую перекладину.

Бум!

Сидр с искорками в глазах качнулся влево, где вляпался в свежий навоз, и поскользнулся на нем. На этом его тернистый путь не закончился. Падая, разбойник попал прямиком в корыто с помоями для поросенка, после чего получил по спине лопатой, сорвавшейся со стены, и в довесок ко всему, наступил на грабли.

Бум!

После сильного удара в лоб, чем-то твердым и упругим, Сидр оказался на земле. Он медленно поднялся с земли. У него до сих пор, двоилось в глазах, но все равно разбойник сумел рассмотреть в окружающем сумраке расплывчатую фигуру человека, которая покачиваясь из стороны в сторону, неуклонно приближалась к нему.

- Ах, ты, сволочь! Это ты меня! - выкрикнул разбойник и ударил незнакомца, попав тому в грудь. Тот же не стал дожидаться дальнейших побоев, а в ответ въехал Сидору в челюсть. И понеслось, поехало. С громкой руганью завязалась драка.

Они нещадно мутузили друг друга, падали, поднимались, катались по пыльному земляному полу, раздирая в клочья добротную одежку, и никто из них не хотел уступать. Но вот они вырвались на улицу из сумеречного амбара. Там на просторе, хорошо примерившись, Сидр влепил обидчику кулаком прямо в ухо, в тоже время, получив удар под нос. И оба с хриплыми стонами повалились на землю.


***


- И как это понимать? - удивлено воскликнул Никифор.

Остальные разбойники также оказались в недоумении, когда увидели возле амбара, лежащих на земле драчунов. Одним из них был Сидр, а в другом они признал Фрола. Но вот по какой причине между ними возникла драка, этого никто не мог понять.

- Никак ведьма на них проклятие наложила? - шепотом произнес Аристарх.

Остальные подельники с испуганным ворчанием поддержали его и стали нервно оглядываться в поиске колдуньи.

- Я тебе дам - ведьма! - зло выкрикнул атаман, дав Сидору подзатыльник. - А ну-ка, Тихон, пойди в амбар, да погляди, чего они там не поделили.

Разбойник насупился, ему не хотелось идти в амбар, но и Никифора ослушаться он опасался, так что волей, неволей пришлось ему направиться в сторону лежащих без памяти подельников. Но стоило ему сделать пару шагов, как сверху возле него упало весьма увесистое полено.

- А это еще что такое? - воскликнул атаман и посмотрел вверх. Остальные разбойники последовали его примеру.

На самом коньке крыши сидел мальчик и, беззаботно мотая ногами, смачно грыз яблоко. Вот он отбросил в сторону огрызок, вытер губы тыльной стороной ладони, после чего полез в объемный мешок, притороченный к крыше рядом с ним. Оттуда мальчик достал еще одно полено, примерился и кинул вниз.

Никифор едва успел отскочить в сторону. А вот стоящему за ним Аристарху повезло меньше.

Бум!

С таким глухим звуком бревно попало ему в живот и повалило наземь.

- Ты что делаешь, охламон! - выкрикнул атаман, подняв верх голову.

- Я, дяденька, завтракаю, да между делом развлекаюсь слегка, - ответил Никита и демонстративно полез в карман, доставать следующее спелое яблоко.

- А ну слазь оттуда! - грозно зарычал Никифор.

От его крика вздрогнула вся ватага, но только не мальчик. Он, продолжая грызть яблоко, спокойно ответил:

- Не, дяденька, не слезу. Если тебе надо, сам ко мне лезь.

- Я же тебе все уши по отрываю! - угрожающе зарычал атаман. Он обвел взглядом подворье в поиске приставной лестницы, поэтому едва не пропустил следующий бросок. Никифор, заметив краем глаза замах пацана, в самый последний момент сумел уклониться от полена, которое с повторным звуком Бум! попало точно в поднимающегося с земли Аристарха и успокоило того на неопределенное время.

Атаман заскрежетал зубами от ярости. Еще бы ему не злиться, ведь он вместе со своей ватагой еще не успел толком осмотреть двор избушки, а уже успел потерять трех бойцов, и сделали это не опытные воины, а какая-то мелюзга шаталая.

- А ну-ка, Егор, бери Свирида и ищи лестницу, будем снимать этого поганца с крыши, - приказал Никифор, с опаской поглядывая наверх. Он уже опасался отпускать своих людей поодиночке, поэтому отправил двух братьев, они хоть и здоровые, как лоси, но наивные словно дети, вот пусть друг за дружкой и присматривают, чтоб не потерялись на подворье.

Указанные ватажники резво побежали по двору, рыская взглядом по сторонам в надежде обнаружить приставную лестницу, но той как назло нигде не было.

- Дяденьки, кушать хотите? - раздался девичий голос за их спиной.

Они обернулись и увидали в открытом окошке избы внучку хозяйки поместья, которая на подносе держала румяные, пышущие жаром пирожки. От запаха сдобы у обоих разбойников потекли слюнки, а если учесть, что, встав спозаранку, им не удалось позавтракать, то ничего удивительного в их ответе не было:

- Ага! - дружно произнесли подельники.

- Так что же вы стоите, подходите, угощайтесь, - изобразив милую улыбку, предложила девочка.

Разбойников упрашивать не пришлось, они быстро подошли к окну и стали хватать с подноса румяные пирожки, с жадностью запихивая их в рот.

- Вкусно? - поинтересовалась Марья.

- Угу, - только и сумели вымолвить мужики, работая челюстями, как мельничьими жерновами, перемалывая пирожок за пирожком.

- Если не хватит, я еще принесу, - сказала девочка, потом достала кувшин и заботливо добавила:

- А вот квас холодненький, попейте, чтоб сухомяткой не подавиться.

Разбойники в благодарность махнул головой, и быстро опустошили кувшин.

- Благодарствуем хозяюшка, - насытившись, произнесли они.

- Еще хотите? - поинтересовалась девочка, убирая опустевший поднос и кувшин.

- Не, - разбойники помотали головой, - ты лучше скажи, где у вас приставная лестница лежит.

- Да вон там, - Марья указала рукой за угол избы.

- Благодарствуем хозяюшка, - сказали братья, даже не подумав забраться в хату через открытое окно, хотя это была их первостепенная задача. Они побежали в указанную сторону, правда, им удалось удалиться не слишком далеко.

- Ой! - невольно вырвалось у разбойников, когда в животе у них неистово забурлило.

- Ой, ой, ой! - согнувшись в три погибели, разбойники начали шарить взглядом в поиске уборной, но той, как назло, нигде не было видать. Тогда они не разгибаясь, маленькими шажками, посеменили в сторону ближайших кустиков.

Проследив за братьями - разбойниками, Марья хихикнула и вылезла из окна. Она закрыла ставни, потом побежала к амбару, стараясь не попадаться на глаза непрошеным гостям. Это ей легко удалось, ведь она здесь каждый закуток знала.

Оказавшись внутри амбара, Марья поднялась по приставной лестнице наверх. Там ее уже поджидал Максим.

- Ну как, диверсия удалась? - шепотом спросил он.

- Что, что? - переспросила девочка. Она не поняла, о чем спросил мальчик.

- Пирожки пришлись им по вкусу? - уточнил Никита.

- О да! - захихикала Марья. - Они теперь надолго запомнят мое гостеприимство! А уж из кустиков только к вечеру выберутся!

Девочка практически всю ночь провела возле печи, выпекая пирожки, при этом, не забывая сдабривать их начинку слабительным порошком, это ее Игрец надоумил.

- Сколько еще разбойников осталось? - поинтересовался мальчик.

- Еще четверо, - ответила Марья. - Они стоят возле избы и пялятся на твоего брата.

- Это хорошо, - удовлетворено приметил Максим, - значит, пора Никите слазать с крыши, а то еще прирастет там, потом отковыривай его от настила.

- Будем действовать, как задумали? - на всякий случай уточнила девочка.

- Да, как задумали, - ответил ей мальчик.

- Не забудь горшок с опарой, - напомнила Марья.

- Ага, - произнес Максим, хватая горшок из сена.


Чем больше Никифор ждал посланных разбойников за лестницей, тем меньше ему нравилась сложившаяся ситуация. Они до сих пор не смогли захватить подворье с избой, а уже потеряли столько народу! То, что Егор и Свирид в ближайшем будущем не вернутся, ему было понятно, как ясный день. Вот только что с ними могло случиться, он никак не мог понять, ведь никакого шума-гама не было, кругом до сих пор стоит необычная тишина, которую нарушает негодник, сидящий на крыше своим смачным чавканьем. Да еще приходится постоянно быть настороже, чтобы вовремя отскочить в сторону от брошенных в его сторону огрызков яблок и поленьев этим сопляком. Пока что ему удачно удавалось проделывать это, а вот лежащему на земле Аристарху повезло меньше, над ним уже образовался небольшой бугорок, состоящий из мусора, накиданного сверху. Так что нужно было срочно что-то предпринимать, пока ситуация полностью не вышла из-под его контроля.

- Э-эй! - на подворье раздался протяжный детский выкрик.

Все разбойники посмотрели в ту сторону и увидели невдалеке от себя еще одного мальчика, держащего в руках глиняный горшок. Они замерли в напряжении, ожидая, что тот начнет кидаться посудой, но мальчуган просто стоял месте, выводя носком ноги на земле незамысловатые каракули.

- Схватить охламона! - выкрикнул Никифор.

Вся ватага разбойников побежала к Максиму, надеясь легко поймать того на небольшом закрытом дворе. Мальчик, конечно же, не стал дожидаться, когда его схватят. Он незамедлительно дал стрекача.

Никифор бежал последним. На сей раз он не решился оставить свою ватагу без присмотра, опасаясь потерять последних бойцов, поэтому ему приходилось плестись в заде, а не вести ватагу за собой.

- Э-эй! - раздался протяжный детский выкрик с другого конца двора.

Все еще продолжая бежать за своими подчиненными, атаман посмотрел в ту сторону. Там, возле амбара стояла племянница хозяйки избы. Никифор на мгновение растерялся, он не знал, что предпринять в сложившейся ситуации. С одной стороны ему нужно было контролировать свою ватагу, чтоб она не потерялась, как остальные бойцы, с другой стороны, если он схватит девчонку, то с легкостью возьмет под свой контроль весь двор вместе с избой.

И все же Никифор выбрал второе. Прихватив с собой Самсона, он помчался за племянницей хозяйки избы.


***


Тем временем, двое оставшихся разбойников даже не заметили исчезновение своего атамана. Они старались не отстать от противного мальчишки, который никак не позволял себя догнать. Вот он подбежал к уборной, стоящей практически вплотную к забору, открыл дверь и быстренько туда заскочил.

'Ага, попалась, мелюзга сопливая'! - подумали разбойники, злорадно улыбаясь. Теперь мальчишка точно от них никуда не денется.

Злодеи неторопливо подошли к уборной. Тихон, так звали одного разбойника, отворил дверь и с изумлением увидел, как мальчишка, кинув в дырку горшок, отодвинул в сторону одну широкую доску и боком вылез наружу, при этом противно хихикая.

Не заподозрив никакого подвоха, разбойник заскочил внутрь уборной. Он пытался схватить наглеца, не успел, зато почувствовал, как предательски скрипнули доски под его весом. Откуда же было ему знать, о том, что негодные мальчишки подпилили вчера вечером несколько половиц в уборной.

- Не к добру все это, - проворчал Тихон, прежде чем под ним провалился пол. Благо он успел поставить локти в распор, тем самым прекратив свое падение. И вот так, вися, он мысленно перекрестился, посчитав, что пронесло.

Не тут-то было.

Опара, вылитая Максимом в выгребную яму, тесто не нашла, поэтому принялась за то, что было в наличие. И вот под Тихоном все забурлило, источая вонь непотребную, стало подниматься вверх, успев намочить ему ноги.

Разбойник понял, дело плохо и попытался вылезти наружу. Дернулся, облокотившись об рваную дыру, еще раз дернулся. Ничего не выходит, застрял Тихон, как пробка в бутылке, а бурление все ближе и ближе.

- Кузнечик! Вытащи меня! - выкрикнул он, подзывая своего напарника.

Появился Кузнечик, его прозвали так, потому что он ходил не как все, а постоянно подпрыгивая. Посмотрел он на приятеля.

- Это чем же ты тут занимался, что полы под тобой лопнули? - поинтересовался Кузнечик.

- А ты нагнись, я тебе на ушко скажу, - так подозрительно по-доброму ответил ему Тихон.

Тот, не ожидая подвоха, нагнулся.

Тихон изловчился и хвать Кузнечика за длинные патлы, да начал через зубы выговаривать:

- Я, остолоп ты редкостный, за мальчишкой гнался!

- Отпусти, больно! - взмолился недальновидный приятель.

- Вытаскивай, тогда отпущу, - сказал Тихон.

Делать нечего, схватил Кузнечик застрявшего разбойника за плечи, начал тянуть, что было сил, аж полы под ним затрещали.

- Стой! - выкрикнул Тихон, чувствуя надвигающуюся беду, но было поздно. Пол под Кузнечиком провалился и два незадачливых разбойника с головой провалились в вонючую жижу, которая поднялась до верха и грозила отправить деревянную уборную, как бумажный кораблик в далекое плавание по бурлящему ручейку.


***


Никифор с Самсоном загнали племянницу хозяйки избы к стенке конюшни. Они, злорадно ухмыляясь, стали приближаться к ней, стукая по ладони своими дубинками.

- Ну что, пигалица, не хотела добром наши дела завершить, придется все делать по-плохому, - продолжая скалиться, произнес Никифор.

Он вместе с Самсоном медленно направился к Марье. Но не успели разбойники сделать пару шагов, как к девочке присоединился Максим, держа в руках длинную палку. Никифор ухмыльнулся. Что ж, еще лучше, сейчас им удастся расплатиться сразу с двумя обидчиками.

Пока он ухмылялся, к девочке с другого бока встал Никита, тоже с палкой в руках. Вот тут атаману стало не до смеха. То, что три мелюзги стоят перед ним, это ладно, можно справиться, Никифора беспокоило совсем другое.

'Куда подевались Кузнечик с Тихоном? Мальчишка в одиночку с ними справиться бы не смог. Так может, впрямь сорванцам малым нечистая сила помогает? Вон на них посмотреть, так они вообще меня не боятся. Неспроста все это', - вот такие мысли копошились в голове атамана, поэтому Никифор не торопился переходить в нападение. А пока он предавался сомнениям, раздался позади цокот лошадиных копыт.

Атаман повернулся, чтобы узнать - кого принесла нелегкая, да в такое неподходящее время. Повернулся и получил по правой стороне лица черенком метлы хозяйской. Полетели искры из глаз Никифора, помутнение разума случилось, и упал на землю в беспамятстве атаман ватаги. Следом за ним повалился Самсон.


***


- Тетушка! - радостно воскликнула Марья и бросилась в объятия миловидной женщины, появившейся так вовремя.

- Я смотрю, ты здесь от скуки не маялась, - погладив девочку по спине, сказала тетушка.

- Ну да, ты прямо к разгару веселья вернулась, - звонко рассмеялась Марья. - Мы тут с моими новыми друзьями решили в 'Чижика' с разбойниками поиграть.

- И кто выиграл? - поинтересовалась тетушка.

- Конечно, мы! - объявила Марья. - Познакомься, это Никита и Максим.

Девочка указала на мальчиков, стоящих в стороне и с опаской поглядывающих на огромного лохматого пса, неопределенной породы, который сидел возле хозяйских ног и внимательно наблюдал за незнакомыми людьми, но не лаял, потому что ему такой команды не подавали.

- Людмила Петровна, - назвалась тетушка, потом сразу перешла к делу:

- Так, ребятки, помогите мне прибраться во дворе, а то здесь слишком, много вещей ненужных валяется, - тетушка указала на разбойников, до сих пор валяющихся на земле. - А потом мы пойдем, чайку попьем. Надеюсь, вы в избе беспорядка не сотворили по случаю?

- Нет, тетушка, там все чисто, - заверила ее Марья.

- Вот и ладно, - Людмила Петровна обрадовалась ответу.

Чтобы себя сильно не утруждать, ребята принесли воды из колодца и стали по очереди всех оставшихся во дворе разбойников поливать водой. Непрошеные гости от обильного орошения быстро приходили в себя. Они под бдительным приглядом хозяйки избушки и грозным рычанием Трезора, навели порядок во дворе; убрали мусор накиданный Максимом с крыши, вычерпали до дна выгребную яму, только потом, извинившись за свое непристойное поведение, мирно удалились прочь.


Глава шестая.

По дороге в столицу.


Никита с Максимом сидели за столом и, перебивая друг друга, рассказывали Людмиле Петровне, как попали сюда. Она их послушала внимательно, а потом говорит:

- Да, ребятки, плохо ваше дело. Без совета чародея Любомира вам никак не обойтись. Так что собирайтесь и направляйтесь в столицу. Любомир сейчас там, он вам обязательно поможет.

- Тетушка, я ребятам дорогу покажу, а то ведь заблудятся, - предложила Марья.

- Ну, конечно, без тебя они точно заблудятся, - улыбнулась Людмила Петровна и стала возле печки собирать котомку для ребят. Положила туда пирожки, испеченные девочкой, нет, не те, что были приправлены слабительным, а с обычной вкусной начинкой, засунула флягу с квасом и несколько вареных яиц.

- Тетушка, а у тебя как дела? - спросила Марья. - Царь обещал тебе помочь?

- Нет, Марьюшка, - ответила Людмила Петровна и как-то сразу погрустнела. - Меня к нему даже не пустили, сказали у правителя много своих дел, разбирайся сама.

- И что будешь делать? - у девочки тоже испортилось настроение от услышанной новости.

- Как-нибудь выкручусь, - тяжело вздохнула Людмила Петровна.

- Ты сильно не расстраивайся. Как только я доберусь до дома, сразу сообщу обо всем батюшке, а вместе с ним мы придумаем, как тебе помочь, - заверила ее Марья.

- Конечно, придумаете, - грустно улыбаясь, произнесла Людмила Петровна. - Держите котомку, думаю, на дорогу вам снеди хватит.

Они вышли за ворота. Там Людмила Петровна крепко обняла племянницу, поцеловали в макушку, и сказала на прощание:

- Передавай привет отцу.

- Обязательно, - сказала Марья, потом обратилась к ребятам:

- Пошли за мной.

Девочка пошла по узкой тропинке, ведущий в обход пруда, а потом вглубь леса, где тропинка постепенно переросла в грунтовую дорогу, не такую уж широкую, но, во всяком случае, пару мотоциклов на ней могли разъехаться, вот только современного транспорта нигде не было видать.

Так как идти, молча скучно, ребята засыпали девочку вопросами.

- А далеко до города? - задал вопрос Максим.

- Нет, не очень, примерно десять верст, - ответила Марья, - если не будем плестись, как улитки, то к вечеру доберемся.

- Ничего себе, не очень! - забеспокоился Никита. - Это же почти двадцать километров выходит! Здесь такси вызвать можно?

- Что? - не поняла его девочка.

- Ничего, - ответил Никита. - Ты все равно не поймешь.

- Ты что, меня глупой считаешь? - от обиды Марья надула губы и замолчала.

- А город у вас большой? - Максим поторопился сменить тему разговора, чтобы немного разрядить обстановку.

- Конечно, большой, - охотно ему ответила девочка. - Там в центре есть огромные хоромы, где живет царь, вокруг него находятся с десяток подворий бояр и дома его верной дружины. Торговая площадь большая, где торгуют местные и приезжие купцы, три гостиничных двора. Все это обнесено высокими неприступными стенами. А за ними находятся дворы простого люда.

- Много там живет людей? - спросил Максим.

- Десять тысяч, - с гордостью ответила Марья.

Мальчики переглянулись между собой, пряча улыбку. Ничего себе, столица! Да у них в городских поселках больше народу проживает. Правда, вслух эти слова они озвучивать не стали, чтобы еще раз не обидеть девочку.

- Послушай, Марья, а почему ваш царь не помог Людмиле Петровне? - спросил Максим. - У него же прозвище Добродушный, значит, он в любом случае должен был оказать какую-нибудь помощь.

- Ты знаешь, я сама этому удивляюсь, - ответила девочка, на некоторое время, замолчав, как будто не решалась сказать что-то тайное, потом глубоко вздохнула и продолжила:

- Знаете, мальчики, в народе ходят разные слухи.

Марья начала рассказывать.

Оказывается, раньше ее царство было весьма процветающим. Баян Первый - Добродушный налогами народ не душил, чиновникам воровать не позволял, к открытию новых артелей, производящих дешевые но весьма качественные вещи, относился с большим одобрением. Всех детей он обязал учиться в школах, а по окончанию их, разрешал делать выбор; или продолжать свое образование или идти работать. Все это царь делал бесплатно, понимая, что не у каждой семьи может оказаться нужная сумма денег, для обучения детей в случае системы платного обучения. А ведь самые талантливые личности, готовые изобретать новое, в основном выходцы из не очень состоятельных семей. Вот такой парадокс почему-то получается.

Многим соседним царствам процветание вотчины Баяна Первого не давало покоя. Они злились, грозились напасть, но сделать этого не могли, потому что войско царя Добродушного славилась своей выучкой и доблестью, оно не знало поражений в бою.

А потом случилось непоправимое.

Однажды, царь Баян решил устроить себе конную прогулку. Он выехал со своей свитой в чистое поле. Как раз там ему стало плохо. Царь Баян свалился с коня и потерял сознание. Его привезли в хоромы, начали лечить. Через неделю наш царь выздоровел, но стал странным, совсем не похожим на себя, как будто при падении умом повредился, а некоторые люди говорили, что царя подменили, что правит царством самозванец. Но это только слухи.

Как только царь Баян изменился, не в лучшую сторону: сразу начали исчезать мудрые советники, окружающие его, а место них появляться разные темные личности, которые больше радели о своей мошне, чем о процветании царства. Начали поднимать налоги, все, что плохо лежит продавать заграницу, школу сделали платной, да и то, знания подавали поверхностными, в основном сделав главный упор на божье слово. Народ сначала терпел, терпел, а потом начал роптать, мол, не правильно все это, не по заветам предков стали все жить, а потому нагрянет беда большая, коей не видел честный люд аж целых тысячу лет. Начал народ толпой выходить на улицу и высказывать вслух свое недовольство. А царь в ответ жандармов своих пустил народ тиранить, зачинщиков по темницам садить, всех недовольных дубинками взашей разгонять.

Так что совсем плохо стало.

Она еще много чего интересного рассказала по дороге в город, а дорога эта казалась ребятам бесконечной. Вы только представьте - идете себе, идете, пыль ногами поднимаете, кругом зелень, аж в глазах рябит; кусты там разные, деревья, травушка-муравушка, птички сидят на ветках, свои птичьи песни поют. И все, ни машин мимо проезжающих, ни домов дачных, ухоженных. Дикость одним словом. Но не это самое главное. Главное то, что ноги начали гудеть от долгой ходьбы. Так и хотелось взять мобильный телефон и вызвать такси, которое с ветерком довезет до конечного пункта. Но не выйдет. Во-первых, здесь не работает сотовая связь, а во-вторых, даже если бы и работала, у них все равно не нашлось бы нужной суммы денег на оплату таксисту.

Вот так они и шли пока вдалеке не услышали мужской голос, горланящий песню:

Катится печка, катится,

По лесной дороженьке,

Резвостью она славится,

И бережет ваши ноженьки...

А вскоре увидали самого исполнителя, который несказанно их удивил. Рослый русоголовый парень, одетый в домотканую рубаху и просторные штаны, сидел на самой настоящей русской печке, которая стояла посреди поля. Из ее трубы выплывали клубы сизого дыма, а из ее нутра доносился тихий монотонный гул, словно там непрерывно работал невидимый механизм.

- Добрый день, Емеля! - поздоровалась с ним Марья.

От услышанного имени ребята удивлено переглянулись и одновременно подумали:

'Неужели это тот самый Емеля, о котором описывается в сказке 'По щучьему велению'?

А тем временем между парнем и Марьей продолжался разговор.

- И тебе не хворать, юная барышня! - ответил парень, глядя на ребят. - Я смотрю, ты время зря не теряешь, Марьюшка. Вон, аж целых двух ухажеров по дороге подобрала.

- Я еще маленькая, чтобы ухажерами увлекаться, - сказала Марья. - А эти мальчики, мои новые друзья.

- И куда ты с новыми друзьями направляешься? - поинтересовался Емеля.

- В столицу, - охотно ответила девочка. - Тебе случаем с нами не по дороге?

- А что, присаживайтесь, с ветерком доставлю до самых ворот, - предложил парень.

- Давайте, мальчики, размещайтесь, - Марья обратилась к Никите с Максимом и полезла на печь.

Ребята последовали за ней.

Когда все удобно расположились на печке, Емеля воскликнул:

- Поехали, родненькая!

И они поехали.

Ход у печки был плавный, без дерганий и без тряски, хотя ребята своими глазами видели, как они промчались по многочисленным ухабам на проселочной дороге, перемахнули неровный мост через речушку и даже назад ни разу не отклонились, когда переваливали через череду холмов. А самое главное, это странное транспортное средство практически не издавало шума, так что сидя на нем, можно было спокойно беседовать друг с другом. Тем самым и решили заняться ребята.

- Никит, это что, прям тот самый Емеля? - задал вопрос Максим.

- Из сказки? - уточнил Никита.

- Да, да, из сказки, - подтвердил его двоюродный брат. - Ты сам смотри, мы едем на печке самодвижущей. А в какой еще сказке такая имеется? Все верно, сам знаешь, в какой сказке. Интересно, а чем еще ему волшебная щука помогла?

- А давай у него спросим, - предложил Никита.

- Давай, - согласился Максим и сразу же обратился к парню с сотней вопросов:

- Емель, а правда, что тебе помогла волшебная щука с этой самодвижущей печкой? А с шагающими ведрами тоже помогла? А когда они шагали, они песню пели? Ведь с песней идти легче. Сам представь, они шагают в ногу и поют марш, прям как на параде:

Мы идем на водопой!

Раз-два, раз-два!

Нашей шумною толпой!

Раз-два, раз-два!

Воду там мы наберем!

Раз-два, раз-два!

Ее в хату принесем!

Раз-два, раз-два!

- Забавных ухажеров ты подобрала, Марьюшка, - усмехнулся Емеля. - А второй ухажер случаем на гармони или балалайке играть не мастак? Если так, то из них отменные скоморохи получатся.

- Не, на музыкальных инструментах он играть не умеет, зато у него хорошо, получается, играть на нервах своей старшей сестры, - за своего двоюродного брата ответил Максим.

- И где же его старшая сестра? - поинтересовался Емеля.

- Дома осталась, - ответил Максим и в свою очередь задал вопрос парню:

- А прямо сейчас можешь что-нибудь наколдовать? Ну, например; по щучьему велению, по моему хотению, появись ведерко вкусного мороженого в моих руках!

Мальчик закрыл глаза, вытянул ладони, представляя, что его желание прям сейчас сбудется, выждал так пару секунд, потом с сожалением вздохнул:

- Эх, ничего не получилось, а жаль.

- Хлопцы, какое колдовство? Какая щука? - не мог понять Емеля.

- Как какая! - удивился Никита. - Волшебная!

И он вместе Максимом пересказали знакомую им сказку.

- Вот дела! - восхитился Емеля. - Интересные, однако, про меня небылицы у вас складывают.

- А что, разве не так все было? - поинтересовался Никита.

- Конечно, не так, - ответил Емеля.

- А как все было? - задал вопрос Максим.

- Все было, вот как, - за Емелю ответила Марья.

И начала свой рассказ.

У Емели было два старших брата - Фрол и Митяй.

Фрол очень любил животных, и те отвечали ему взаимностью, поэтому он был пастухом. Митяю же по душе было ходить на рыбалку, да и рука у него была легкая, никогда с пустыми руками с речки не приходил. А вот Емеля никак своего призвания найти не мог. Сидел он на печи и думал о бытие жизни. Его старшие братья только осуждающе мотали головой, но поделать с ним ничего не могли. Вот и оставалось им постоянно ворчали.

'Хоть бы пошел, да дров наколол, дубинушка ты стоеросовый!' - говорил Фрол.

'Мог бы водицы с колодца принести, лентяй ты несусветный!' - вторил ему Митяй.

'Ладно, схожу', - отвечал им Емеля, а сам продолжал сидеть на печи, потому что, ему лень было все руками делать.

И тогда парню одна замечательная мысль пришла в голову.

'А что если смастерить на речке водокачку, которая будет по трубам качать воду прямо в дом?' - подумал Емеля. И эта мысль ему очень понравилась.

Правда, одному такая работа не по силам, нужно найти подходящего помощника.

Таким помощником, а вернее сказать советчиком оказался чародей Любомир. Вместе с ним Емеля смастерил водопровод, которому его старшие братья были довольны, да и все в столице, потому что постепенно в каждый дом провели холодную воду.

На достигнутых победах парень решил не останавливаться. Захотелось ему сделать самодвижущуюся печку. После многочисленных проб и ошибок, Емеля вместе с Любомиром создали это чудное творение - вполне тихое, а главное экологически чистое. Практически никаких отходов, ну там немного древесной сажи, но в тоже время ее можно использовать место удобрения или еще для разных нужных вещей.

Потом наш выдумщик решил пойти дальше - открыть артель по платным перевозкам людей или тяжелых грузов. А что, сделал прицеп из телеги и перевози разные крупногабаритные вещи, получается намного дешевле, чем на тяговой лошадке.

Дела у Емели пошли в гору. Денежки в его карман текли полноводным ручьем.

Это было кстати.

Влюбился Емеля в Несмияну, которая была дочерью одного купца, и решил на ней жениться. Но купец заявил, что выдаст замуж свою драгоценную дочь только за того, кто сможет развеселить ее. Как раз такое условие не оказалось проблемой для сообразительного Емели. С помощью своей смекалки он рассмешил Несмеяну и женился на ней.

Прожили они счастливо недолго. После несчастья с Любомиром, все дела Емели пошли на спад. Сначала запретили всем пользоваться водокачкой, мол, она приносит вред реке и рыбе, а потом закрыли артель по перевозкам. Видите ли, они своими передвижными печками траву мнут не по закону, и колею на дороге не выравнивает. Так что извольте, отправьте все свои самодвижущие печки на слом. Вот только одну в личное пользование оставили, потому что у Емели был документ подписанный царем, который гласил, что владелец данной диковины может пользоваться ей без каких либо ограничений и передавать ее своему потомству по своему усмотрению.

- Все верно, Марьюшка, - тяжело вздохнув, Емеля подтвердил слова девочки. - Вот мне ничего и не осталось, как заниматься индивидуальным извозом, чтобы как-то нам с супругой сводить концы с концами. Вот такие дела, ребятки.

Никита с Максимом после такого рассказа поняли, что дела идут в данном царстве не очень хорошо.

Дальше по пути они разговаривали на разные темы и поэтому не заметили, как с очередного бугорка перед ними открылась панорама, где во всей красе виднелась столица.

- Ну, все, ребятки, дальше вы своим ходом, - сказал Емеля, остановив свою самодвижущуюся печку.

- А ты, что с нами дальше не поедешь? - удивился Никита.

- Нет, ребятки, в последнее время там мне не рады, - ответил Емеля. - Я лучше к своей любимой женушке поеду, отдохну немного. Она как раз к моему приезду пышных да румяных пирожков испечет.

- Спасибо хоть на этом, - поблагодарила Марья.

- До свиданья, ребятки! - сказал Емеля, трогая свою печку. - Может, еще свидимся!

- До свиданья, Емеля! - крикнули ему вслед ребята.

- А я бы от пышных и румяных пирожков не отказался бы, - добавил Максим.

- Обжора, - ехидно ухмыльнулся Никита.

- А ты глист глистой, - ответил на обиду Максим.

- Мальчики, хватит вам ругаться, лучше пошли к воротам столицы, - прервала Марья перебранку между мальчиками.

- Пошли, - согласились с ней ребята.


Глава седьмая.

Заветное заклинание.


Артемий Палыч, он же Чернояр - золотой зуб уже второй день скакал на своем небольшом лохматом коне. Он торопился попасть в свою тайную пещеру, где колдун собирался сотворить злое колдовство.

Чернояр - золотой зуб прекрасно понимал, что этот его поступок не останется без последствий, потому что 'Книга теней' за каждое заклинание, прочитанное на ее страницах, забирала себе два года человеческой жизни у того, кто пользовался фолиантом, но это его ничуточку не смущало. Колдуну не терпелось сначала добиться своей цели, а уж потом решать свои остальные проблемы.

Лохматый конек проскакал мимо холма поросшего прокудливыми осинами, после свернул налево и остановился возле входа в пещеру.

Чернояр ловко спрыгнул с седла. Не удосужившись поухаживать за конем после дальнего перехода, колдун чуть ли не бегом направился в пещеру. Ему не терпелось сделать зелье и начать творить заклинание, а для этого теперь у него все было. Вот оно, золотое колечко с маленьким бирюзовым камешком, находилось в его кулаке. Само золото для колдуна было безразлично, в его мире такого добра при огромном желании можно набрать сколько угодно, а вот бирюзовый камешек! Его днем с огнем нигде не найдешь, потому что последний подобный камешек упал с неба лет сто назад и был использован другим чародеем для своих целей.

Узнав по это, Чернояр опечалился, подумав, что все его планы по завоеванию мира идут прахом, но и тут ему помогла 'Книга теней'. Она подсказала колдуну, как можно открыть кратковременный портал в соседний мир, где таких бирюзовых камешков видимо невидимо, только помани его и вот он окажется на твоей ладони.

Обрадованный Чернояр воспользовался подсказкой. С помощью заклинания он открыл портал, в который, как и предсказывала 'Книга теней', свалилось колечко с бирюзовым камешком. Но вот незадача, следом за драгоценной вещицей в его мир свалились два мальчишки. Пришлось их направить по ложному следу и надеяться, что они сгинут в незнакомом царстве.

Вот такие вот дела.

Как только Чернояр вошел в пещеру, сразу щелкнул пальцами и там через каждые десять шагов загорелись факелы, прикрепленные к каменным стенам. Они давали предостаточно света для выбора верного пути. Но прежде чем продолжить свой путь, Чернояр поставил защитные чары перед входом в пещеру. Теперь стоит кому-то постороннему попробовать войти вовнутрь, как на этого непрошеного гостя накинется стая огненных саламандр, готовых любого запечь, как рождественского гуся до хрустящей корочки.

Теперь можно спокойно продолжить свой путь, не опасаясь, что кто-то осмелится помешать его темным делишкам.

Дальше Чернояр немного сбавил шаг, не потому что перестал торопиться, вовсе нет, просто он хотел как можно быстрей вытащить бирюзовый камешек из ободка кольца. Как раз этим, с помощью небольшого ножа колдун и занимался.

Вот, наконец, все его старания увенчались успехом. Заветный камешек лежал на его ладони, а само колечко, как ненужную вещь, Чернояр выкинул в сторону.

Вскоре злой колдун вошел в огромную пещерную залу, где вдоль каменных стен неподвижно застыли построенные в два ряда двести железных двухметровых истуканов. Они выглядели грозно и несокрушимо, но на самом деле, из-за того, что не способны были двигаться, могли служить только вешалками для одежды.

Ну, ничего, скоро все изменится.

Чернояр зажег очаг, поставил на него небольшой котел с заранее приготовленным зельем, теперь осталось дождаться, когда закипит жидкость.

А пока колдун прошелся вдоль стены, и в который уж раз подсчитал, сколько у него будет верных воинов.

Всего двести штук.

Казалось бы, мало, но если учесть, что этой две сотне двухметровых истуканов не страшны ни стрелы, ни копья, ни мечи, то даже с таким малым количеством верных бойцов можно разбить любое вражеское войско.

Пока Чернояр мечтал, как будет крушить вражеские войска, и завоевывать одно за другим царством, уже успело закипеть зелье.

Колдун взял черпак, налил зелья в глубокую серебряную чашу, которую положил прямо посередине заранее начертанной пентаграммы прямо на каменном полу пещеры, зажег черные свечи. Теперь дел осталось за малым; открыть 'Книгу теней', найти там нужное заклинание и во время его чтения, кинуть в парящее колдовское варево бирюзовый камешек. Но сначала Чернояр решил убедиться в надежности своего укрытия.

Почему-то не спокойно было у него на душе. Может быть из-за того, что до сих пор боялся неожиданного появления Любомира? Если тот здесь появится, то точно все Чернояру испортит.

Вот поэтому, для успокоения души, Чернояр сначала сходил к выходу из пещеры, и когда убедился в отсутствии непрошеных гостей, вернулся обратно для продолжения ритуала.

Колдун со спокойной душой положил перед собой 'Книгу теней' и начал на распев произносить заклинание:

- 'Книга теней' тайну открой!

Секретом своим поделись ты со мной!

Я же сторицей тебе отплачу!

Частичку души тебе я вручу!

С первых же строчек ворожбы внешность Чернояра стала меняться. Его лицо приобрело оттенок праха покойника, щеки впали, нос заострился, да и сам он стал сутулиться, как двухсотлетний старик. Вокруг головы появилась черная, черней некуда аура, которая готова была поглотить даже саму ночь. А глаза колдуна налились ярким багровым пламенем, как два электрических фонаря.

И вот 'Книга теней' услышала его призыв.

Древний фолиант зашевелился на месте, переплет из старой, потертой кожи открылся и страницы сами по себе стали переворачиваться, сначала медленно, но постепенно скорость их движения начала увеличиваться, до такой степени, что у колдуна зарябило в глазах.

Но вот нужная страница нашлась, мельтешение в глазах прекратилось.

Чернояр впился своим жгучим взглядом в открытую книгу. Там на найденной странице виднелись незнакомые буквы, написанные готическим стилем, они были расположены как попало и поэтому если начать читать то, что видишь, получится, чуть ли не коровье мычание.

Но вскоре все изменилось. В древнем фолианте незнакомые буквы пришли в движение. Они закружились в определенном порядке, как разноцветные стеклышки в окошке калейдоскопа, потом вспыхнули ярким пламенем и как только потухли, уже были сложены в магические руны. Они едва слышно шептали нужное колдуну заклинание, а тому только оставалось его повторять.

Дальше Чернояр заговорил на тайном колдовском языке:

- Глинтер флир!

Глинтер экстин квентир!

Губер экстурдо!

Лекс фербол терундо!

Астер де лекс!

Терундо таг флекс!

Сам смысл чародейства колдуну понимать не было нужды, за него эту ответственную роль взяла на себя сама книга, понимая, что в скором времени душа пользователя заклинаний попадется в ее сети и останется он ее рабом навсегда. О таком последствии своих зловещих деяний Чернояр знал, но надеялся в недалеком будущем все вывернуть в свою пользу, а пока нужно было завершить уже начатый ритуал:

- Фексто!

Астер флир!

Экструдо!

Эксто гир!

В пещере в тоже мгновение начал завывать ветер и почему-то чувствительно похолодало, как будто начатое колдовство желало вобрать в себя тепло всего, что находилось рядом: из каменных стен, из свечей, которые почему-то продолжали гореть черным пламенем, из плоти колдуна.

Чернояр поежился от холода, но говорить заклинание не перестал:

- Квентир!

Эксто!

Фексто!

С последним словом колдун кинул в чашу с зельем бирюзовый камешек, и уже остывшая жидкость, сразу же вновь закипела. Оттуда повалил сизый пар, который живыми клубами перевалил через края. Он медленно полз по каменному полу в направлении стены, где неподвижно застыли построенные в два ряда двести железных двухметровых истуканов. Вот сизый пар достиг ног первого истукана и стал подниматься верх, пока его полностью не скрыл от глаз. Затем принялся за второго, третьего, четвертого.

Стоило всем двести железным истуканам скрыться в сизой дымке, как свечи вспыхнули еще ярче и погасли, и только тогда эта непроглядная пелена засверкала золотистыми искорками, как будто там кружился в медленном танце целый рой светлячков.

Так продолжалось несколько мгновений. Потом клубы сизой дымки опали. Перед взором Чернояра вновь показались железные истуканы, но в них никаких видимых изменений колдун не замечал.

Как были они неподвижными, таковыми и оставались.

- Неужели заклинание не подействовало? - вслух произнес Чернояр. - Но почему? Я же все сделал, как требовалось? Неужели 'Книга теней' меня обманула?

Колдун от злости пнул пустую серебряную чашу, и принялся топтать потухшие черные свечи. Он собирался вырвать все листы древнего фолианта, обманувшего его, и сжечь их в костре, как услышал за спиной гулкий грозный голос:

- Мы приветствуем тебя, Повелитель!

Чернояр повернулся на голос и увидел, что строй истуканов, все еще неподвижно стоящий, предано наблюдает за ним своими огненными очами, потом старший из них сделал шаг вперед и гулко произнес:

- Повелитель, мы готовы выполнить любой ваш приказ!

- У меня все получилось! - восторженно воскликнул колдун. От избытка чувств он чуть не пустился в пляс, но вовремя остановился. Не пристало будущему покорителю мира опускаться до такой ерунды, как танцы. Место этого Чернояр гордой походкой прошелся вдоль рядов своего ожившего непобедимого войска.

- Повелитель, мы жжем твоих приказаний! - напомнил о себе командир истуканов.

- Как тебя звать, воин? - поинтересовался колдун. - Ведь я как-то должен к тебе обращаться.

- Не знаю, Повелитель, - ответил истукан. - Мы здесь стоим уже тысячу лет, и никто не смог оживить нас и тем более назвать по имени.

- И как же мне тебя назвать? - в задумчивости произнес Чернояр.

- Как скажете, так и будет, Повелитель! - отозвался истукан.

- А знаешь, из-за того, что ты много болтаешь, буду звать тебя Балаболом, - подняв верх указательный палец правой руки, наконец, колдун придумал прозвище для предводителя истуканов.

- Мне нравится, как вы меня назвали, Повелитель, - с одобрение произнес командир истуканов.

- Ну, что ж, если с этим разобрались, тогда приказываю выступать в поход на город Ежов, - дал команду Чернояр.

Этот городок был небольшим и поэтому подходил для пробы сил его небольшого войска.

- Есть выступать в поход! - радостно выкрикнул командир истуканов. - Бойцы, на право! Шагом марш!


Глава восьмая.

Столица.


Заплатив стражникам пошлину за вход в столицу, ребята свободно прошли через открытые крепостные ворота.

Главный город царства не впечатлил мальчиков. Деревянные дома в два-три этажа, узкие улочки, где с трудом разъедутся две телеги, а в некоторых местах вообще только пешком можно пройти или верхом на лошади. Кругом пыльно, местами грязно, и в этом не было ничего удивительного, ведь здесь пока что ничего не знали про асфальт. Про планирование построек здесь тоже не знали. Вот поэтому столичные улочки постоянно петляли из стороны в сторону, иногда заканчивались тупиком, мальчикам иногда казалось, что они попали в какой-то хитро запутанный лабиринт, где запросто можно споткнуться через лежащего в пыли поросенка или быть обруганным, мимо пробегающей курицей или уткой, но только не найти дорогу в нужном направлении. И если бы не Марья, взявшая на себя роль проводника, они здесь давно бы заблудились.

Когда ребята подошли к месту, где каждый день проходила многолюдная ярмарка, оттуда почему-то начал разбегаться народ.

- Куда это они? - удивился Никита. - Неужели нас испугались?

- Нет, не нас, - ответила Марья. - Так происходит по всему пути шествия царя и его свиты. Давай тоже спрячемся на всякий случай.

Никита с Максимом безропотно подчинились ей.

Девочка отвела ребят к брошенной телеге со стогом сена, там они спрятались, и как оказалось вовремя, потому что со стороны центра столицы на ярмарочной площади показались верховые воины. Стражники держали луки наготове и почему-то смотрели поверх крыш близлежащих домов.

- Что они там высматривают? - шепотом спросил Никита.

- Птиц, - ответила Марья.

- Птиц? - удивились ребята. Ну, понятно там высматривать заговорщиков, которые приготовили покушение на царя, или иностранных шпионов, но птицы-то чем успели провиниться перед царственной особой, этого мальчики не могли понять.

- После одного курьезного случая, птицы попали в немилость царя, - смутно пояснила Марья.

- Расскажи этот случай - попросили мальчики.

- Как-то раз наш царь Баян первый решил встретиться с послами из соседнего государства, - начала объяснять Марья. - Он вышел на главную площадь, начал подходить к послам и в самый неподходящий момент, ему прямо на голову нагадила стая голубей. Вот после этого случая наш царь приказал своим охранникам отстреливать всех птиц, находящихся в опасной доступности.