# Мимолетные розановские ямбы

Геннадий Владимирович Миронов

Совсем недолго мне носить осталось

Дырявый золоченый портсигар

И новое пальто... Но где же радость?

И где печаль? От мира я устал.

В душе моей - пустыня среди скал.

Я вышел весь... Похоже, это старость.


Моя любовь к вещам, мои привычки

Осыпались, как старая листва.

Жизнь держится на мне едва-едва.

Я еду по Бассейной, сидя в бричке.

Ухабам в такт седая голова

Качается на шее, как на спичке.


Прохожим людям я совсем не нужен,

И сам ко всем сегодня равнодушен.

Я выдохся... Покрыта пылью шляпа.

Какой-то гадкий тошнотворный запах

От портсигара и пальто из драпа,

Как будто их владелец мылся в луже.


Наверно, надо выбросить меня,

Как те цветы, что в третий день увяли?

Проходит жизнь, копытами звеня.

Куда она идёт, в какие дали?

Зачем ей все любовные печали

И радости? - Представьте, знаю я...


Я браку посвятил бы лучший храм!

И пусть ханжи кричат, что это срам.

Меня пленяли Веста и Эрато,

Мужская сила в Аписе рогатом.

Я женским наслаждался ароматом

И Богу верен был, как Авраам.


Люблю красивых женщин и мужчин,

Боготворю зачатие и роды.

Но людям в наступивший век машин

Нужны, увы, не таинства природы.

Рекой течёт по жилам сладкий джин,

И племя гибнет в омуте свободы.


С мольбой смотрю в небесное стекло

Глазами киликийского еврея*,

В бессмертие души почти не веря.

И еду тихо, чтобы не трясло, -

Листочками изрядно облетел я.

Но Солнце любит всех, и мне тепло.


*еврей из Киликии - Савл, апостол Павел


Читает Вадим Цимбалов (mp3) https://cloud.mail.ru/public/CpRS/timA73EcU