# Морская история. Часть 2

Юлия Викторовна Мартьянова

Человек полагает, а Бог располагает. Кто же не знает такую поговорку? Судьба - дама капризная и непредсказуемая. А может быть она умнее нас? Может быть стоит подчиниться, а не пытаться её оседлать? Ведь в итоге, если подумать, со временем мы признаём, что всё было к лучшему, что судьба сделала всё правильно и не ошиблась.

## Глава 1.


Ну вот она и вернулась. Хорошо, что никто из прежних знакомых не знает об этом. А она ещё жалела, когда их посёлок расселили, чтобы снести дома и построить на их месте дом отдыха. Как бы она вернулась домой как побитая собака? Хотя всё равно было жаль родного дома, где прошло детство, сад, в котором росла самая вкусная в мире черешня, где созревали сладкие абрикосы и нежные персики, и море было в двух шагах. Да и для бабушки все эти перемены не прошли даром. Недолго она пожила в новой благоустроенной квартире. Так что Катю с сыном Егоркой никто тут не ждал. Ни одного близкого человека в этом когда-то родном городе у неё не осталось. Даже Юрка Столяров, которого она всю жизнь считала младшим братом, стал ей чужим. Она знала, что он так и живёт в родном городе и даже преуспел тут. Он был владельцем сети автомастерских. Но где его искать, Катя не знала. Да и не решилась бы. Зачем она ему нужна? Со дня их последней встречи прошло около десяти лет. Она так и не видела его больше ни разу после тех событий, разрушивших их дружбу. Даже в день похорон её бабушки, которые он сам и организовал, и на которые Катя еле успела, его не было. Баба Лида сказала, что он уехал вместе со своей молодой женой в свадебное путешествие рано утром. Катя была ему очень благодарна, что он всё организовал, но её покоробило его отсутствие. Как он мог не проводить её бабушку в последний путь? Он мог как угодно относиться к самой Кате, но её бабушка с детства с ним нянчилась, как родная, сколько времени он у них провёл, и бабушка Юрку любила. Хотя, что взять с молодого мужчины? У него своя жизнь, возможно, он, действительно, не мог остаться.


- Мам, пойдём в Макдональдс, - предложил шестилетний сын.

- Не сегодня, - ответила Катя.

- Ну почему? - начал канючить ребёнок, - Почему никуда нельзя? Мы никуда не ходим!

- Мы не можем туда пойти. Не всегда получается делать то, что хочется. Давай, я тебе мороженного куплю? - нашлась Катя, чтобы подсластить горькую пилюлю своего отказа.

- Давай! Только шоколадное! - легко согласился Егор.


Хорошо, что в силу возраста мальчика было легко отвлечь, да и запросы его были невелики. Сын привык получать всё, что ему захочется. Никогда до этого он не жил в условиях жёсткой экономии денег. Все окружающие взрослые стремились порадовать и побаловать. А теперь жизнь резко изменилась, и совсем скоро малыш поймёт, что не в лучшую сторону. Ну что же поделаешь, раз они стали больше не нужны родному отцу и бабке?


Всё началось после смерти свёкра, с которым неожиданно случился инфаркт. Виталик встал во главе созданной его отцом фирмы. Он и раньше то не отличался особой сдержанностью, а тут стал совсем взрывоопасным. Все его волнения выливались в раздражение, которое тут же вымещалось на неё и ребёнка. Катя списывала эту раздражительность на трудный период в его жизни, на усталость, занятость и непомерную ответственность. Ведь так непросто завоевать авторитет, будучи сыном богатого папы, который раньше не слишком то посвящал сына во все дела фирмы. До смерти отца Виталик курировал лишь одно из направлений её деятельности, свободного времени у него было гораздо больше, как и возможностей порадовать себя. Он не проводил это свободное время с семьёй, считая, что мужчина не должен превращаться в домашнюю курицу. У него была куча увлечений и хобби. Вот такая вот отдельная от семьи интересная жизнь. Но в этом всём не было ничего удивительного, многие люди их круга жили именно так. Только в отличии от Кати, жёны друзей и приятелей Виталика тоже жили своей жизнью, оставляя детей на нянек и гувернанток. Виталик был категорически против этого. Сына он любил по-своему, и не хотел, чтобы его воспитывали и растили чужие люди. Катя была с ним согласна, но ей хотелось бы, чтобы тогда и муж уделял семье больше времени. Но он отговаривался тем, что это всё занятия не для мужчины, что он ничего не смыслит в маленьких детях, что для бизнеса ему надо много общаться и дружить с нужными людьми, быть им интересным. Кате иногда казалось, что он считает привязанность мужчины к семье неким проявлением плебейства, неаристократичности что ли. Его задача состояла в том, чтобы обеспечивать семью финансово, а общение с ребёнком было коротким, ровно до тех пор, пока приносило удовольствие. Катя успокаивала себя тем, что многие так живут. У её мужа увлечения и хобби, другие на работе целыми днями убиваются ради того, чтобы семью обеспечить, кто-то ходит по любовницам или кабакам, но исход один. Отец в жизни ребёнка - явление эпизодическое. И потом, мужское внимание Егору компенсировал дед. Тот души не чаял во внуке, в отличии от свекрови, которая не проявляла к нему особого интереса. Её отношение к неугодной снохе так и не смягчилось. Ни о какой карьере Катя уже не помышляла. Виталика устраивало, что жена всегда дома, что она сама занимается сыном, поэтому он не собирался помогать ей состояться в профессии.


После свадьбы Катя продолжила учебу. Беременность, которой она тогда так испугалась, оказалась всего лишь задержкой, которая, видимо, произошла от смены климата. Виталик не препятствовал её учёбе. Жена должна соответствовать, быть образованной и интересной. Ей даже удалось немного поработать, пока она делала диплом и потом ещё до декрета. Рождение сына отодвинуло все её карьерные и творческие планы на неопределённый срок. Как же она его любила, с первого взгляда, с первой секунды его появления на свет. И она была рада этому открывшемуся чувству, оно говорило о том, что с ней всё в порядке, что она не такая, как её мать. Кате очень хотелось назвать мальчика Юрой, но она понимала, что муж воспримет это в штыки. Поэтому сына назвала Егором, успокоив себя тем, что для церкви и Егор, и Юрий, это одно и то же. Там они оба были Георгиями.


К тому времени, как родился сын, Виталик из пылкого влюблённого превратился в среднестатистического мужа, не самого внимательного, не слишком заботливого, занятого по большей части собой и своими интересами вне дома. Рождение ребёнка ничего не поменяло. Нельзя сказать, чтобы Катя была с ним несчастлива. До рождения сына ей вполне хватало его присутствия в её жизни. Да и потом он же не всегда отсутствовал. Были в их жизни и приятные моменты. Виталик умел быть обаятельным, позитивным, весёлым, когда ему этого хотелось. Он любил дарить ей и сыну дорогие подарки, возить их отдыхать. В такие моменты он становился замечательным мужем и отцом, все её обиды забывались. Ещё муж очень любил выводить её в свет. Он гордился красотой своей жены, её умением подать себя, вести непринуждённую беседу и очаровывать его партнёров. Он никогда не жалел денег на наряды жены, на украшения. Эта щедрость всегда подкупала.


Она поняла, что в семье начались проблемы именно потому, что он перестал брать её с собой на эти светские мероприятия. Это началось перед смертью его отца. Когда свёкр умер, Катя убедила себя, что муж не берёт её с собой, потому что не знает, куда девать ребёнка. Свекровь отказывалась с ним заниматься, а нянек муж не хотел. Сам он утверждал, что ему некогда болтаться по тусовкам, ведь на нём столько работы теперь. Катя бы верила ему безоговорочно, если бы параллельно с эти не перестала его интересовать, как женщина. Но и этому можно было найти объяснение. Муж уставал, на него давили все эти свалившиеся обязанности, да и страсть за столько лет супружества постепенно угасает. В таких случаях женщин призывают заняться собой, обновиться, заинтересовать мужчину. Но Катя не собиралась следовать этим банальностям. Во-первых, она до сих пор хороша, роды её ничуть не испортили, старость ещё не подкрадывалась. Во-вторых, ей не особо был нужен этот искусственно созданный интерес мужа. В-третьих, это всё казалось унизительным. Она не настолько нуждалась в мужчине в постели, чтобы перешагнуть через гордость. Нет, так не надо. Отсутствие секса её волновало только как доказательство, что в семье что-то неладно. Такое поведение ненормально для любящего мужчины. Дальше больше. Муж стал грубить по любому поводу. Дома он всегда прибывал в плохом настроении, срывался даже на сына. Катя спрашивала его прямо, нет ли у него другой женщины. Виталик не признался, презрительно кривя губы, он заявил, что ему хватает одной жены, которая выносит ему мозг. Так прошёл год. Они всё больше отдалялись друг от друга. Катя уже не могла вспомнить, что когда-то любила этого человека. Неужели такое было? Если и так, то за этот год все добрые чувства умерли. Катя морально готова была к разводу. Но ей хотелось сделать это в мирном порядке. Она должна всё сделать так, чтобы не обделить себя и ребёнка. Страшно было остаться одной с ребёнком на улице и без работы. Нужно было найти работу, пристроить ребёнка в сад и договориться с мужем о разделе имущества и содержании ребёнка. У неё сын, с какой стати она должна отказываться от своей доли имущества? Она не собиралась гордо удалиться с голым задом.


Все пошло быстрее и не так, как она планировала. Ей позвонила какая-то девица, которая утверждала, что является любовницей её мужа и что ждёт от него ребёнка. Катя потребовала у мужа объяснений. Тот не стал отпираться.

- Да, у меня другая женщина! - с какой-то даже гордостью заявил он.

Несмотря на все её догадки, на готовность к такому повороту событий, это был удар. Одно дело подозревать, и совсем другое услышать из уст мужа ничем не приукрашенную правду. Когда мужчина перестаёт даже скрывать свои шашни на стороне, это значит, что он готов расстаться, что он больше ни капли не дорожит отношениями с женой.

- И тебе нисколько не стыдно мне это говорить? - Катя держалась с королевским достоинством, разговаривая с ним с лёгким презрением и даже насмешкой.

- Не стыдно! - злился муж, который ждал, видимо, другой реакции, - Ты превратилась в курицу! В клушу, которая только и способна, что сидеть дома и вытирать сопли детям. Мне неинтересно с тобой!

- Вот как. А не ты ли засадил меня дома? Не ты ли настаивал, чтобы именно я занималась сыном? А теперь ты попрекаешь меня, что я не сделала себе карьеру. Мужская логика. Железная и убойная.

- Ну, конечно же! Это я во всём виноват! Кто бы сомневался!

Это было бы смешно, если бы не было так обидно и несправедливо. Разве мужчина признает свою вину? Если только ему было бы нужно примирение, но ни в каком другом случае. Куда проще сделать виноватой жену. Бесполезно было выяснять с ним отношения.

- Ладно, думай, как хочешь. Как я понимаю, мы разводимся.

- Обязательно! У меня ребёнок скоро родиться.

- А наш сын тебе уже не ребёнок.

- Не надо из меня козла делать! - заорал муж, - Я что, сказал, что отказываюсь от сына? Я буду вам деньги давать.

- Будешь. Но кроме этого мне принадлежит половина того, что у тебя есть.

- Что ты сказала?! Тебе принадлежит! Да ты кто такая?! Я женился на голодранке, у которой за душой ничего не было. Ты чего-то заработала, чтобы хоть на что-то претендовать? Здесь ничего твоего нет!

Возразить ей особо было нечего. Так оно и было. И бессмысленно сейчас взывать к его совести, говорить, что он не дал ей работать, что женский труд дома и воспитание ребёнка - это тоже труд и не такой уж и лёгкий, как он думает. Но сдаваться она не собиралась.

- Говори, что хочешь. Закон на моей стороне.

- Ах ты дрянь! - взбесился Виталик.

Он схватил её за грудки и встряхнул.

- Ишь как заговорила. Ничего не получишь!

- Это мы ещё посмотрим, - не сдавалась Катя.

После этих слов он ударил её. Она вскрикнула и схватилась за щёку.

- Ты забыла, с кем разговариваешь? Ты же знаешь, кто у меня друзья и какие есть связи, - говорил он, приблизив к ней пылающее ненавистью лицо, - Я оставлю тебя без трусов. Но это не самое страшное. После этого я отберу у тебя сына. Только попробуй пойти против меня.


Он ушёл. Катя боялась, что муж сможет осуществить свою угрозу. Она совершила ошибку, пытаясь играть с ним на равных. Он ждал от неё не такой реакции. Возможно, если бы она рыдала и валялась в ногах, то добилась бы большего. Но это было выше её сил, она просто не умела так себя вести с мужчинами. Катя не знала, что ей делать дальше. Куда ей идти? Если Виталик будет дальше продолжать уничтожать её, как обещает, то он вполне с этим справится. У неё, в отличие от него, не было денег на дорогих адвокатов. Имелась лишь небольшая сумма, которую она скопила за последнее время, когда поняла, что её браку грозит крах.


До развода они с сыном жили в квартире мужа. Катя пыталась искать работу, но годы, проведенные дома работодателей пугали. Ей либо отказывали, либо предлагали совсем уж маленькую зарплату. Она бы в конце концов согласилась и на это, если бы могла остаться в квартире, которую занимала с сыном. Но сразу же на следующий день после развода заявилась свекровь и с превеликим удовольствием выставила её из квартиры, не пожалев даже внука.

- Квартира моя, - торжествующе заявила она, - Так что убирайся. Ты теперь моему сыну никто, так что я не обязана терпеть голодранку и хабалку у себя дома.

- Куда же я пойду с ребёнком сейчас? Дайте нам хоть неделю, чтобы найти жильё и собраться.

- Какое ещё жильё? Зачем? Езжай в свой Задрипанск! Нечего! Москва не резиновая. Там тебе самое место. А собирать тебе тут нечего, здесь ничего твоего нет.

- Можно хоть детские вещи собрать, - с издёвкой спросила Катя, понимая, что унижаться бесполезно, - Или следующему внуку оставить?

- Так и быть, возьми вещи ребёнку. Внук же вроде как. Я даже денег тебе на билеты дам и на первое время. Не совсем же я зверь, чтобы родного внука без средств на улице оставить.

- Действительно, - саркастически усмехнулась Катя.

Пока она собирала вещи Егору, свекровь демонстративно ходила за ней по пятам, делая вид, что очень опасается за имущество сына.

- Мне смену белья можно с собой взять, - спросила Катя, не меняя тона, - Или оставить следующей? Кто знает, может она будет в восторге от чужого белья, да и Виталику тратиться не придётся.

- Бери, бери. Всё равно всё твоё тряпьё на помойку пойдёт. Я бы вообще сожгла, да нельзя в Москве пожары устраивать. А жаль. Так бы хоть твоего ведьминого духа тут не осталось.

- Боже мой, Вы ударились в оккультизм?

- Да как ещё ты сумела приворожить моего сына, жалкая нищебродка. Не иначе как ведьма и есть.

- Ну так бойтесь меня, - Катя не сумела отказать себе в удовольствии поиздеваться над ненавистной свекровью, - Ох, пожалеете Вы, о своём поведении да поздно будет.


Так за несколько часов она оказалась в поезде с одним чемоданом и ребёнком на руках. Там, куда она ехала, её никто не ждал, там они никому не были нужны.


Родина встретила её неласково. Была глубокая осень, погода стояла сырая и хмурая. Хорошо, что им было, где жить. Бабушкина новая квартира стояла пустая. На деньги, что дала свекровь, и на собственные накопления Катя купила всё самое необходимое для жизни. Те же деньги позволили им продержаться первое время. Катя отчаянно искала работу. Но это было совсем непросто в курортном городе, когда заканчивался летний сезон. Она была готова работать уже кем угодно, но даже такой работы не было. Одно слово - не сезон, и хоть ты умри.


Мороженное подняло настроение не только сыну, но и ей. Мальчик сидел и играл, а Катя просматривала объявления в местной газете. Одно из них её заинтересовало. "Требуется сиделка-компаньонка для пожилой женщины". Дальше шло перечисление условий и предлагаемая оплата. Для Кати главным было то, что никаких особых требований к соискателю не предъявлялось. Это был шанс. Она даже на собеседование ещё успевала. Работодатель приглашал заинтересовавшихся сразу домой, что в данном случае было вполне понятно. И встречу назначал вечером, видимо, потому что приходил с работы к этому времени. Ещё одним плюсом было то, что предполагаемое место работы было совсем недалеко.

- Егорушка, останешься один ненадолго? Мне нужно пойти по делам, - обратилась Катя к сыну.

- Куда? В магазин? Ты мне чего-нибудь купишь? - посыпались вопросы.

- Я не в магазин. Но если обещаешь хорошо себя вести, пока меня не будет, то так и быть, куплю тебе что-нибудь вкусненькое.

Ребёнок согласился. Кате было боязно оставлять его одного, но ведь и выбора у неё не было. Пора им привыкать жить по-другому, быть самостоятельными. Хорошо, что в садик их обещали взять без проблем.


Катя быстро оделась и побежала искать нужный ей дом. Это не заняло много времени. Она поднялась в лифте на нужный этаж и позвонила в дверь. Слава Богу, за дверью кто-то был. Она услышала шаги, и через несколько секунд дверь открылась. Катя даже забыла поздороваться от изумления и неожиданности, она просто стояла и смотрела во все глаза на мужчину, стоящего в проёме.

- Ты?! - первой опомнилась она.

Он находился примерно в таком же состоянии, что и она.

- Катя? Как ты тут оказалась? - растерянно спросил Юра, - Как ты нас нашла?

- Здравствуй, Юр.

- Здравствуй.

- Можно я войду?

Он, молча, пропустил её в квартиру.

- Как ты нас нашла? - повторил он свой вопрос.

- По объявлению.

- Какому? - никак не мог понять он.

- Про сиделку для бабушки.

- А как ты узнала, что это моё объявление? - совсем запутался он.

- Юр, я ищу работу. Любую, - начала объяснять Катя.

- Как?

- Я развелась с Виталиком и теперь живу здесь, в бабушкиной квартире.

Он помолчал, осмысливая информацию.

- Понятно, - наконец, прохладно резюмировал он, - И чего ты хочешь?

- Хочу попробовать стать компаньонкой и сиделкой для твоей бабушки.

- Ты? - он скептически окинул её взглядом, - Тебе такая работа не подойдёт.

- Юр, послушай...

- Московская фифа будет ухаживать за старухой, - с сарказмом произнёс он, - Ты хоть представляешь, что это такое? Или ты на слово "сиделка" внимания не обратила? Нет, Кать. Поищи себе что-то более подходящее по рангу и статусу.

- Думаешь, я не искала? Нет здесь работы! И про какие ранги ты говоришь? Думаешь, в этом захолустье кому-то нужны модельеры с дипломом?

- Да где уж нам? Какие такие модельеры? Это вообще что такое то? - начал ёрничать он, - Но вот зато продавцы даже нам известны, а летом ещё и горничные, и даже администраторы.

- Юр, мне очень нужна эта работа, - сказала Катя, не обращая внимания на его подковырки, - Мне с сыном жить не на что.

Он имел полное право сейчас издеваться над ней, быть на неё обиженным и сказать всё, что захочет. Но она надеялась, что в душе Юрка так и остался тем добрым и отзывчивым мальчишкой, неравнодушным к чужим горестям и проблемам.

- Пошли, - сказал он.

- Куда? - испуганно спросила Катя, полагая, что сейчас её выставят за дверь.

- К бабушке.

Он открыл дверь в комнату, где лежала баба Лида, и пропустил Катю вперёд. Та сразу её узнала и была рада видеть. Катя вздохнула с облегчением, поняв, что пожилая женщина пребывает в здравом уме.

- Катенька! Девочка моя! Как ты тут оказалась? Ты меня навестить пришла?

Кате почему-то стало стыдно, и не хотелось разочаровывать человека.

- Ба, ты не против, если Катя поухаживает за тобой, пока ты не выздоровеешь? - Юра избавил Катю от необходимости отвечать, сразу взяв быка за рога.

- Катя? - удивлённо переспросила баба Лида.

- Баба Лид, я Вам потом всё расскажу и объясню, почему я берусь за это. Вы согласны?

- Ну, конечно! Лучше уж это будешь ты, чем какая-то чужая.

Они немного поговорили.

- Вы меня извините, но мне пора идти. У меня ребёнок дома. Но Вы не переживайте, он на днях в садик пойдёт, так что не станет мешать мне работать.

- Сколько ему лет? - спросил Юра.

- Шесть.

- Ладно, позвони, когда сможешь приступить, но не затягивай. В первый день я останусь и расскажу тебе, что где лежит и что нужно делать.

- Спасибо тебе, Юр, - поблагодарила Катя.

- Пожалуйста.


Он как будто был раздосадован и явно ждал, когда же она уйдёт. Ни капли дружелюбия, как совсем чужой. Катя вообще бы не нашла в этом человеке ничего от своего друга детства, если бы он так не растерялся, увидев её. Но потом он взял себя в руки, и был холоден и отчуждён, сразу давая ей понять, что никакого панибратского общения между ними не будет. Ну что же, всё течёт, всё меняется. Бессмысленно огорчаться по этому поводу. Сейчас её главная задача - удержаться на работе. Остальное пока лучше отложить в долгий ящик.


## Глава 2.


"Рохля, слабак и придурок" - обругал себя Юра. Зачем он согласился взять её в сиделки? Какая из неё вообще сиделка? Насколько он знал, Катя вообще не работала после рождения ребёнка. Жена богатого мужа. Что она умеет кроме как подбирать себе наряды и украшения? Пожалел её, не смог отказать. Она знала его слабые места, в частности и то, что если давить на жалость, то он вряд ли откажет. Только одно его оправдывало. Бабушка осталась очень довольна. Прям сияет. Катя, всё-таки, близкий ей человек, не чужая. Хотя сама Катя, наверное, так не думает. Она собственную то бабушку вниманием не баловала. Видимо так высоко летала, что забыла про них сирых и убогих. Да, ладно. Чего это он как старый дед лезет всех судить? Прямо только он один всё правильно делает, все должны на него ровняться. Эта мысль заставила усмехнуться. Настроение было паршивым. Он только избавился от своего ближайшего прошлого и решил начать жизнь с чистого листа, как в его жизни внезапно появились люди из более далёкого.


Юра совсем недавно развёлся. Это, мягко говоря, не самое приятное дело, но зато теперь можно жить спокойно и дышать полной грудью. Он устал от этой нервотрёпки, от бесконечных выяснений отношений и непонимания. Хотелось просто остаться в вакууме, где было бы спокойно, нейтрально, в общем, просто никак. В довершении ко всем его проблемам бабушку угораздило сломать шейку бедра. Пришлось переселяться к ней. Квартира, в которой они жили с женой, теперь стояла пустая. Она тоже там не осталась. Вероника ненавидела их городок и сразу после развода уехала в Краснодар к родителям. Здесь ей всегда было скучно. Угораздило же его жениться на девушке с диаметрально противоположными взглядами буквально на всё. Они были разными, как огонь и вода. Ему об этом говорили все, но он никого не слушал. Был влюблён в неё, как идиот. Они встретились уже после института, когда его бизнес только начинал вставать на ноги.


За годы учебы каких-то серьёзных отношений у него не сложилось. Зато ему почти удалось изжить свой комплекс по поводу хромоты. После того, как Катя спустила его с небес на землю и вышла замуж, он поклялся себе, что больше не вспомнит о ней, и что никогда не попадёт больше в такую дурацкую ситуацию. После этого он начал замечать и других девушек, которым к своему удивлению нравился. Ни разу никто из его подружек и новых приятелей и словом не обмолвился об его хромоте. Оказалось, что с девушками очень легко завязать приятные отношения. Но сердце молчало. Дальше дружеских отношений или ни к чему не обязывающего секса дело не заходило. И расставания не были для него горькими. Он ничего не мог предложить этим девушкам, но старался расстаться по-хорошему, без обид. Как-то на каникулах у него чуть не случился роман с Лялькой. Та повзрослела и стала очень симпатичной девчонкой. Её детские чувства к нему тоже повзрослели. Слава Богу, у него хватило ума остановиться и не дать ходу этому роману. Эта девушка была ему по-своему дорога, и он не хотел её обижать и разочаровывать, не хотел быть причиной её слёз и разбитого сердца. Пришлось мягко дать ей понять, что между ними ничего быть не может, что он очень ценит, уважает её и даже любит, чтобы завести с ней пустую интрижку. Она достойна большего и лучшего. Не сразу, но она смирилась с этим. Сейчас уже Лялька была замужней дамой, а к нему относилась, как к брату. Влад и по сей день был его лучшим другом, ему и бабушке Юра доверял, как самому себе. Тот с помощью Юры всё-таки закончил заочное отделение института, и был благодарен другу за то, что тот заставил его сделать это, тащил его за уши, даже когда он упирался. Криминальные знакомства Влада помогли ему создать свой полулегальный небольшой бизнес. И так как деньги в кошельке зазвенели, он стал позволять себе бывать в приличных местах. Там он и познакомился с будущей женой Настей, дочерью одного из больших местных чиновников, которые так или иначе были вовлечены как в бизнес, так и в криминальные схемы. Когда пришло время становится добропорядочным гражданином, Влад легко это сделал. Никто не ковырялся в его подноготной, более того, ему дали развернуться. Конечно, всё прошло так замечательно, благодаря удачной женитьбе. Именно тесть Влада устроил так, чтобы посёлок Прибрежный, где прошло детство Юры, был расселен и убран, а на его месте вырос современный дом отдыха. Как не жалко было родной дом, где он вырос, Юра понимал, что большинство жителей - пожилые люди, что дома обветшали, да и бессмысленно становиться на пути местной власти и бизнеса. Тем более, что всем жителям честно выделили квартиры в городе, который стремительно рос и благоустраивался для большего привлечения отдыхающих. Но это всё происходило не так давно.


А вот после окончания института встал неминуемый вопрос, что делать дальше? Можно было остаться в Краснодаре, но ему не хотелось бросать бабушку и почему-то неудержимо тянуло домой. Он пошёл работать в автомастерскую, чтобы иметь хоть какой-то заработок у них в городе. Совсем скоро слава о молодом талантливом слесаре пошла в народ. У Юры выросла очередь из клиентов. Так что он очень неплохо зарабатывал по местным меркам.


- Юрец, тебе ещё не надоело на чужого дядю работать? - как-то спросил его Влад.

- У меня что, какой-то выбор есть? Я по крайней мере люблю свою работу и мне за неё платят, - ответил он, - А ты кем бы хотел меня видеть?

- Ну неужели тебе не хочется работать на себя? Кто-то мне когда-то описывал выгоды образования. Я ему поверил и даже эти выгоды прочувствовал, а вот он сам вообще непонятно зачем учился.

- Не сыпь мне соль на рану, - отмахнулся Юра.

- Открыл бы свою мастерскую, вот тогда бы ты настоящие деньги зарабатывал, - не сдавался Влад.

- Всё так просто у тебя, - саркастически усмехнулся он, - Вот скажи, где я возьму столько денег, чтобы арендовать или купить нужное помещение и оборудование? И если найду, то где гарантии, что мне вообще дадут работать?

- Ну, с последним проблем не будет, - уверенно заявил Влад, - А насчёт начального капитала у меня есть свои соображения.

- И какие же?

- Я поучаствую частично, ты кредит возьмёшь.

- Кто же это мне его даст?

- Дадут! Ты же у нас умный, вот и пиши бизнес-план, документы нужные собирай. Я же со своей стороны тоже кое с кем поговорю.

- Я заложу наш с бабушкой дом, потому как другой собственности у меня нет, - скептически отозвался Юра, - А когда я прогорю, нас выселят на улицу.

- Ой, ну чего ты такой?! - возмутился Влад, - Трусишь, как старый дед! Почему ты должен прогореть? Ты же талантище в вопросах техники, машины тебя сами любят и ничуть не меньше, чем ты их. Клиентов перетащишь у своего нынешнего хозяина. Он, конечно, будет беситься, но это мы уладим. Наехать на тебя никто не рискнёт, гарантирую. И я тебе своих клиентов ещё подгоню. Они тебя тоже полюбят и прикроют ещё потом, если какие проблемы возникнут.


В конце концов, Юра решился на этот рискованный шаг. Может быть, было и опасно, и где-то страшно и неприятно, но оно того стоило. Сил в это дело было вложено немерено. И вот когда он мог немного расслабиться, потому что всё заработало, как надо, у него появились работники, хоть какое-то свободное время, а работа начала приносить дивиденды, в его жизни появилась Вероника.


В день их знакомства Юра вместе с Владом, его женой и ещё несколькими приятелями пошли в ночной клуб, чтобы отпраздновать день рождение одного из ребят. Был июнь, и отдыхающих ещё было не так много. Он как вошёл сразу обратил внимания на танцующую девушку. Она классно двигалась. Это умение всегда поражало его воображение, потому как для него было недоступным. Впервые секунды он даже подумал, что это Катя Певцова. Та тоже умела так танцевать, Юра как-то наблюдал за ней на дискотеке. Девушка обладала не только такой же пластикой, но и такой же роскошной гривой темных волос. В последствие его знакомые утверждали, что Вероника очень похожа на Катю, то же сложение, тот же рост, те же волосы, тот же тип внешности. Юра не был с ними согласен, и уж тем более не желал признавать, что именно этот факт произвёл на него такое неизгладимое впечатление. Слишком глупо бы было. Вероника была очень красивой девушкой, весёлой и кокетливой. Она его очаровала почти сразу же, но и сама казалась такой же очарованной им. Всё между ними происходило очень стремительно. Девушка не признавала условностей, не страдала никакими комплексами. Но ведь, действительно, все условности с точки зрения логики просто смехотворны. И он был очень счастлив с ней и безумно влюблён. Его счастье омрачало только настороженное отношение к Веронике его друзей, и то, что бабушке она категорически не нравилась. Понять бабушку было можно. Той не нравились современные нравы, царящие в молодёжной среде. А Вероника даже не пыталась понравиться ей, не считала нужным строить из себя пай-девочку. Ещё Вероника очень нравилась мужчинам, не прилагая к этому никаких усилий, и надо сказать, обожала это внимание. А те так и вились возле неё, стоило только оставить её одну. Это вызывало ревность, несколько раз даже пришлось остудить пыл её поклонников. Вероника его ревность не воспринимала всерьёз, а только смеялась:

- Ну, Юрик, я то здесь при чём? Я же не виновата, что они все хотят затащить меня в постель. Пусть себе хотят, жалко что ли? Я же всё равно только тебя люблю.


Он не находил, что ответить. Ревность - чувство иррациональное и логике не поддаётся. А всё, что было нелогично, Вероника считала глупостью. Успокаивало только то, что она тоже была в него влюблена и не скрывала своих чувств. Она вполне могла начать его обнимать, целовать, гладить, допускала какие-то интимные вещи даже на людях, как будто выставляла напоказ их отношения. Иногда её действия приводили его в полное замешательство.

- Зачем ты это делаешь? - спрашивал он после очередного такого слишком уж откровенного заигрывания на людях.

- Тебе что, не нравится?! - с обидой и изумлением спросила она.

- Нравится. Но не на людях же.

- Ой, да подумаешь? Не всё ли равно, что там считают ханжи? Они просто от зависти лопаются, а возмущением прикрываются. А мне нравится, что они мне завидуют! Такой классный, красивый, молодой и богатый мужик, и мой! Пусть видят, как мы друг друга хотим, что даже они нам не помеха.

И он таял от её искреннего восхищения, от говорившихся с такой лёгкостью комплиментов в его адрес и от её ничем не прикрытой страсти. Поэтому, когда через несколько месяцев Вероника заявила: "Столяров, я хочу за тебя замуж", он даже не думал возражать.


Пышной свадьбы невеста не хотела, мотивируя это тем, что не собирается ходить в дурацком платье, делающей из неё бабу с самовара, слушать идиотские поздравления родни и смотреть на пьяные рожи. Юра не возражал против этого, потому как сам не любил пристального внимания к своей персоне, которое в случае свадьбы было бы неизбежно. Поэтому было решено после росписи сразу отправится в свадебное путешествие в Доминиканскую республику. Это радостное событие омрачила смерть бабы Зины. Юре пришлось заниматься похоронами к огромному неудовольствию молодой жены. Она планировала провести последнюю неделю перед поездкой в магазинах вместе с мужем, которого тоже нужно было приодеть на её вкус. И вообще, похороны и все связанные с ними обычаи она считала глупыми условностями. Почему нельзя человека просто закопать в землю или сжечь без всех этих поминок и прощаний? Ведь он же умер, ему это ничего не нужно. Юра с ней не спорил, чтобы не ссориться, да и внятных возражений он привести не мог. Его слова, что так положено, только подливали масло в огонь. На самих похоронах он не присутствовал, потому что именно в этот день они улетали рано утром. Катю он тогда не увидел, но знал, что она приезжала. На тот момент никаких сожалений по этому поводу он не испытывал. Он был целиком поглощён своей молодой супругой, их ждало интересное приключение и чудесный медовый месяц.


Проблемы в его семейной жизни начались где-то через полгода, когда жизнь потихоньку вошла в свою колею. Как бы ему не хотелось вечно нежиться в этом море любви и страсти, но жизнь требовала вернуться к своим обязанностям. Работа по-прежнему занимала львиную долю его времени. Бабушку он тоже не мог бросить. Но домой он шёл с радостью, был счастлив видеть свою жену, быть с ней всецело и без остатка. И не беда, что она совсем не умела готовить, не любила убираться и вообще заниматься домом. Разве же это главное? Зато она одаривала его такой искренней любовью, такой неподдельной страстью, что все проблемы уходили и казались незначительной мелочью. Юра надеялся, что так будет всегда, что его жена мечтает о том же. Но он ошибался.


Однажды, придя домой раньше, чем планировал, он не застал Веронику дома. Это было странно, ведь когда он звонил ей час назад, она уверяла, что никуда не собирается. Может быть в магазин ушла? Но когда её так и не появилось через полтора часа, он начал нервничать. Куда она подевалась? Где её искать? Телефон её был недоступен. Вероника вернулась как раз к тому времени, когда он должен был прийти с работы.

- Ты где была? - спросил Юра, зло глядя на неё.

- Ой, ты домой пораньше пришёл, - заулыбалась она, - Не рассчитала время. Я ведь полчаса назад ушла погулять к морю, душно стало.

- Не ври. Я давно дома. Где ты была?

- Юр, ну чего за допрос? Гулять ходила. Что в этом такого? Нашёл из чего трагедию делать.

- С кем гуляла и где? - он разозлился ещё больше, не столько из-за её прогулки, сколько из-за вранья.

- Ну где тут можно гулять? В бар ходила с Виолеттой.

- В бар? Чего ты там делала? И кто такая Виолетта?

- Виолетта - моя подружка.

- Почему я её не знаю?

- Ну, Юрка, ты ревнуешь что ли? - весело спросила жена, и ему стало понятно, что она выпила.

- Ещё и пьяная, - осуждающе констатировал он.

- Не ревнуй, Юрик. Я же только тебя люблю. Мне просто скучно было. Ты целыми днями на своей работе или у бабки торчишь. А мне что делать?

- И давно ты так скуку убиваешь?

- Ну, хватит, - она начала его целовать и гладить, - Сейчас я тебе докажу, что причин для ревности у тебя нет.


И ей это удалось. За последующую ночь он себя не помнил. Они помирились и договорились больше времени проводить вместе. Юра посчитал проблему исчерпанной. Всё вновь было замечательно до следующей ссоры. У бабушки был день рождения. Вероника сказалась больной и не пошла с ним поздравлять бабушку, посидеть с ней за столом. Юра подозревал, что жена притворяется, чтобы не ходить. Его это расстраивало и обижало, но ссориться из-за этого ему не хотелось. Когда он вернулся домой, жены не было. Он позвонил ей на мобильный телефон. На этот раз Вероника взяла трубку.

- Ты где, больная? - спросил он, еле сдерживая ярость.

- Я в "Прометее".

- Лечишься?

- У меня прошла голова, и я решила прогуляться. Встретила по пути Виолетту, и мы решили посидеть в "Прометее".

- А ничего, что мы с тобой договаривались, что ты без меня туда больше не пойдёшь?

- Ну, так приходи! Вместе тут потусуемся. Тут сегодня так классно! Музыка хорошая, народу много.


Он не стал ей ничего отвечать, но бросился на поиски блудной супруги. Он успел вовремя, чтобы увидеть откровенный до безобразия танец Вероники и какого-то отдыхающего мужчины. Первое желание прибить её партнёра он сумел подавить. Тот был совершенно не причём. Хорошо и у мужика хватило ума не вмешиваться, когда Юра, схватил жену за руку и потащил к выходу, иначе бы дело закончилось дракой.

- Юра! Отпусти меня, мне больно!

Он, молча, тащил её домой.

- Я буду кричать. Не тащи меня, - продолжила сопротивляться Вероника, - Отпусти!

- Куда? В бар опять? Если так надо, то иди, - он отшвырнул её руку, - Я туда точно больше не пойду. Пойдёшь без меня - можешь забыть, что у тебя есть муж.

Он был настолько зол на неё, что точно бы ушёл, если бы она вернулась назад.

- Ой, ну, Юр! Чего ты так реагируешь? Подумаешь, выпили с девчонками немного, потанцевали.

- Потанцевали?! Да ты чуть не отдалась там этому мужику при всём честном народе!

- Не преувеличивай.

- Тебе чего-то не хватает? Одного мужика слишком мало? Второй понадобился? А может быть ещё парочку нужно? Можешь развлекаться, как хочешь, только я в этом участия принимать не собираюсь.

Юра пошёл к дому, даже не обернувшись.

- Юр, ты с ума сошёл? Какие ещё мужики? - догнала его Вероника, - Мне тебя вполне хватает. В моей жизни не существует проблемы нехватки секса.

- Поэтому ты и вешаешься на чужих мужиков.

- Я не вешаюсь ни на кого! Я признаю, что малость перегнула палку, увлеклась. Но, клянусь, ничего бы за этим танцем не последовало бы. Мне просто было скучно. Хотелось этого парня завести и оставить ни с чем. Зачем он мне, когда у меня ты есть?

- Конечно! Я у тебя есть. Именно поэтому ты отправилась шляться по барам, меня так ждала.

- Ну ты же знаешь, как я люблю все эти тусовки. Я привыкла к вниманию, восхищению, к поклонникам. Ты же и до свадьбы об этом знал. С чего ты взял, что выйдя за тебя замуж, я резко поменяюсь? Я молодая, красивая девушка. Я просто погибаю, запертая в четырёх стенах одна целыми днями! Да ты гордиться должен, что твою жену все хотят, а она тебя выбрала. Или тебе клуша в халате нужна? Чего же ты тогда на меня позарился?

Они уже почти пришли, и Юра не стал отвечать. Ещё не хватало орать здесь на весь подъезд, когда все спят.

- Чего ты молчишь? - допытывалась жена, но видя, что он не собирается с ней разговаривать, пошла на попятную, - Ну, если ты так хочешь, я вообще не буду из дома выходить.

- Ну зачем же такие жертвы? - ответил Юра саркастически, когда они вошли в квартиру.

- Хорошо. Чего тогда ты хочешь?

И чего он должен был ответить? Сказать правду, что действительно хочет, чтобы она сидела дома и занималась им, чтобы наконец-то стала настоящей женой? Да она рассмеётся ему в лицо, обвинит его в приверженности к домострою и умственной неполноценности. И Юра не верил, что если она сейчас пообещает что-то, чтобы его успокоить, то выполнит эти обещания.

- Молчишь? Сам не знаешь?

- Иди спать, - сказал он, - Завтра поговорим.

- А ты? Я с тобой собираюсь спать, - она капризно надула губки, - Я так по тебе скучала целый день.


Она быстро оказалась возле него и запустила руки под футболку. Тело сразу же отреагировало на эту ласку. Вероника сразу это заметила и поспешила закрепить успех ещё более откровенными действиями. И он снова сдался. Конечно, постель не могла решить всех проблем, но зато дала возможность отложить их на некоторое время и отключиться от отрицательных эмоций.


Уже позже Юра признавал, что в чём-то его жена права. Он, действительно, знал, на какой девушке женится. Эгоистично надеяться, что человек полностью изменится ради тебя. Ведь сама Вероника от него ничего подобного не требовала. Пришлось искать компромисс и идти на уступки обоим. Вероника не ходила без него по увеселительным заведениям, а он делал над собой усилие и иногда выходил с ней "в свет", как она это называла. Ему было совершенно неинтересно общаться с её друзьями, они ему не нравились, но он терпел. Юра по понятным причинам никогда не танцевал, поэтому, когда вся компания отрывалась на танцполе, он чувствовал себя ненужным, ущербным и нелепым. Хотелось домой и спать. В отличие от всех в компании его жены, он по-настоящему работал и к пятнице очень уставал. Выпивка не приносила ему ни облегчения, ни веселья. После этих вечеринок они обычно ссорились, потому что он раздражался по любому поводу, а жена часто провоцировала его на ревность. Но все ссоры она непременно завершала в постели. И хотя Вероника была потрясающей любовницей, это всё стало ему надоедать. Мысль о том, что она специально раскручивает его на эмоции, что именно они её так возбуждают, вызывала обиду и недоумение. Ей, получается, были безразличны его переживания, его усталость, его интересы, ей не было его жалко, ей всего лишь хотелось от него африканских страстей и секса. И чем сильнее они ругались, тем она больше заводилась. Ей было просто скучно и пресно без этих выяснений отношений. Зато его страсть от всех этих скандалов, обиды, непонимания и недовольства начала угасать. Юра всё чаще стал думать, что слишком поторопился с браком. Совсем не такой он представлял себе семейную жизнь. Где ощущение счастья и покоя, где дом, в котором всегда тепло и уютно, где его всегда ждут? Где, наконец, родная душа, дети, общие интересы? Если посмотреть правде в глаза, их связывала только постель.


Влад как-то посоветовал ему осчастливить жену ребёнком. Мол, тогда некогда ей будет ходить по барам и ночным клубам. Может быть, это и был выход, но Вероника категорически не хотела детей. "Да зачем они мне сейчас? Я ещё молодая, мне ещё погулять хочется. Успеем", - отмахивалась она. Он начал на неё давить, но ничего хорошего из этого не получилось. Всё закончилось распадом их брака. Вероника сделала вид, что сдалась под его напором и готова родить ему ребёнка. Когда ничего не выходило, она только руками разводила. Юра переживал, отправлял её на обследование в Краснодар, которое якобы показало, что она совершенно здорова. Она стала обвинять его в неспособности зачать ребёнка. Неизвестно, чтобы она стала делать, если бы он решился на поход к врачу, но избежать этого помогло то, что он случайно наткнулся на противозачаточные таблетки в её тумбочке. Она же клялась, что не принимает их уже как полгода. Можно было утешить себя мыслью, что это остатки от прошлой пачки полугодичной давности, но он решил не прятать голову в песок и выяснить всё до конца. Юра положил таблетки на место, так и не сказав жене о своей находке. На следующий день количество таблеток на одну убавилось.


- Ты чего из меня дурака то делаешь? - начал он своё наступление, швырнув Веронике таблетки, - Так это мне надо лечиться от бесплодия? Это же надо такое придумать!

- Юр, прости. Я не хотела тебя обманывать, но ты же вынуждаешь.

- Вынуждаю врать?!

- Ты заставляешь меня делать то, чего я делать не желаю! Не хочу я детей, не нужны они мне! Ну кто сказал, что они обязательно должны быть? Что за дурацкая тяга к размножению? Нам же так хорошо вдвоём.

- Чего хорошего? Кому хорошо? Тебе? Что ты можешь шляться по своим барам, напиваться со своими подружками и задницей крутить перед мужиками? - всё больше злился Юра.

- А ты этим ребёнком просто хочешь привязать меня к себе! - заявила Вероника.

- Я уже ничего не хочу, - он не собирался признавать её правоту, - Живи, как хочешь. Только объясни мне, зачем ты вообще тратишь на меня своё время? Я же только мешаю тебе жить так, как ты хочешь.

- С чего ты взял, что ты мне мешаешь?

- Действительно, - саркастически бросил он, - Кто я такой, чтобы суметь тебе помешать? Разве я имею хоть какое-то влияние на твою жизнь?

- Перестань говорить ерунду. Ты же мой муж.

- Ну и зачем тебе такой муж?

- Какой такой? Ты замечательный муж, добрый, щедрый.

- Щедрый? Ах вот он где мой козырь! Муж - идиот, которого можно раскрутить на что угодно, ничего не давая взамен. Всё понятно.

- Ой, прям Рокфеллер. Ты чего, думаешь, я папика богатенького себе не нашла бы, чтобы он все мои прихоти оплачивал?

- Сам удивляюсь, чего ты тут со мной тухнешь.

- Да люблю я тебя просто! И любовник ты классный.

Она опять попыталась его соблазнить, как это делала всегда, если они ссорились. Но на этот раз он был настолько зол и разочарован, что не собирался идти у неё на поводу.

- Ты чего, не хочешь?! - изумлению жены не было предела.

- Нет! С меня хватит! Я не собираюсь больше быть ни банкоматом, ни постельным мальчиком для испорченной эгоистичной девицы!

- Ну и проваливай! Мне не нужен мужик, который меня не хочет! Я в этом задрипаном городишке три года проторчала ради тебя, а теперь, видишь ли, наскучила ему! - вот так он ещё и виноватым остался.

- Мне надоело, что у меня фактически нет жены, а есть только любовница! Зачем мне такая семья? Любовницу я и так найду, чтобы справлять свои нужды.

- Ты меня просто не любишь!

- А ты меня любишь?! Из чего это следует? Где ты хоть раз для меня чего-то сделала?

- Прямо так и ничего не сделала?! Дети ему, видишь ли, понадобились. А я, значит, вынь да положь! Да не хочу я от тебя детей! Ты уверен, что они не будут хромыми, как ты? У тебя же это врожденное. Я не хочу растить детей-инвалидов!


Это был удар ниже пояса, и нанёс его человек, который считался самым близким, который должен был любить его со всеми достоинствами и недостатками. А он то думал, что для его жены его дефект не имеет значения, что она его не замечает, потому как даже разговоров на эту тему никогда не было.

- Ах вот оно что, - саркастически произнёс он с кривой улыбкой, взять себя в руки помогла многолетняя привычка не показывать врагу, что тот его сильно задел, - Стоило подумать об этом прежде, чем выходить замуж.

- Я подумала и решила, что мне не нужны дети. А вот ты нужен. Не понимаю, чего ты так зациклен на чадорождении?

- О своих решениях надо было меня оповестить заранее, - сказал Юра и отправился к выходу, не желая больше длить этот бессмысленный разговор.


Для него и так всё было ясно. Им просто пользовались для своих нужд. Отвратительное ощущение чувствовать себя таким идиотом. Вероника способна любить только себя. Как он раньше этого не понимал? Пусть поищет себе другого дурака. С него довольно.

- Ты куда? - удивилась она.

- Тебе то какая разница?

- Уходишь?

- Да. Освобождаю тебя от своего убогого общества.

- Юр, ну чего ты прям так обиделся? - она попыталась его обнять, поняв, что он не шутит.

- Я не обиделся. Я просто не вижу смысла с тобой оставаться.

- Ну, прости, Юрка! Я не знаю, что на меня нашло. Давай начнём всё сначала! Я обещаю... - она не желала его отпускать.

- Не надо ничего больше обещать, - он отцепил от себя её руки и ушёл.


Юра сам подал на развод. Жена пыталась вернуть его, обещала, клялась, но это уже не имело значения. Она перестала для него существовать. Это был уже чужой человек, к которому он не имел никакого отношения. Он знал, что никто из его близких не жалеет, что его брак распался. Они, наверное, даже рады. Никто из них не любил Веронику. А он ещё обижался на них за это. Они то, видимо, давно поняли, что та его не любит, что она в принципе на это не способна. Сразу после развода Вероника уехала. Быстро сдалась. Куда только подевалась вся её неземная любовь, ведь только недавно, пытаясь разжалобить его, она уверяла, что жить без него не сможет. Но даже это обстоятельство не кольнуло его, а вызывало всего лишь саркастическую усмешку. Мучила только досада, что он в очередной раз проиграл, что ошибся, что столько времени потратил на этот дурацкий несчастливый брак. Не прошло и месяца, как он понял, что жить одному было гораздо приятней, спокойней и интересней. Ему не нужно больше ждать очередной выходки жены, не надо с ней ругаться, испытывать бесконечный стыд за неё, бояться, что все узнают, что она в очередной раз напилась и вытворяла на танцполе чёрт знает что, а его считают просто несчастным рогоносцем. Хотя именно в изменах он жену не подозревал никогда, но ведь люди любят предполагать самое худшее. Неприятно быть объектом насмешек, даже если повод они сами выдумали.


Теперь ничто не мешало ему пуститься во все тяжкие. Хотелось лёгкости, веселья, простого флирта, так что отношения без обязательств его даже очень устраивали. Никакого прошлого, никаких серьёзных отношений, надо хорошенько пожить в своё удовольствие. И тут проблемы с бабушкой нарушили все его планы. Теперь и Катя ещё появилась. Ну почему только у него не хватило характера отправить её восвояси. Он не обязан ей помогать, оказывать какие-то услуги только потому, что они дружили в детстве. Трудно испытывать тёплые чувства к человеку, который заставил тебя испытать унижение. Ну что же теперь сделаешь, раз он согласился? Ничего, переживёт, тем более, что видеться они будут не более получаса в день. Да и она, глядишь, сама сбежит.


## Глава 3.


Катя не ожидала, что будет себя чувствовать столь неловко в присутствии Юрки. Хотя какой он теперь Юрка? Если бы она познакомилась с ним только сейчас, то ей бы и в голову не пришло так его называть даже мысленно. Она называла бы его либо полным именем, либо по имени отчеству. Её нисколько не удивило, что он стал красивым успешным мужчиной, знающим себе цену, но поражала его холодность и отчуждённость. Он держался с ней так, как будто никогда не знал её раньше, как будто не было у них общего детства и тем более его влюблённости. Ни разу Юра не спросил у неё о чем-то личном, не вспомнил прошлого. Он общался с ней исключительно по делу. Неужели так и не простил её? Ведь столько лет прошло. Да, она была жестока к нему, была груба, но это было так давно. Неужели одна её ошибка перечеркнула для него все годы, когда они были друг другу, как родные? Хотя может быть, дело совсем не в этом, а в том, что Юрка просто стал другим человек и не собирается опускаться до панибратских отношений с прислугой. Катя злилась на себя, что его поведение так её задевает и занимает все её мысли.


Зато с бабой Лидой они очень хорошо ладили. От неё она узнала о неудачном Юркином браке и о недавнем разводе. По словам Бабы Лиды девушка ей с самого начала не понравилась.

- Шалава какая-то, - с презрением говорила она про жену внука, - И чего только Юрка мой в ней нашёл?

- Мужчины выбирают себе женщин только по им одним понятным критериям, - дипломатично отозвалась Катя.

- Да какие там критерии?! Она на тебя просто похожа была, вот и все его критерии.

- На меня? А я то тут при чём?

- А ты, как будто, не знаешь, что он в тебя влюблён был, пока ты замуж не вышла за своего Виталика.

- Я долго даже не догадывалась об этом, - вздохнула Катя, - А когда поняла, уже поздно было.

- Что поздно? Вы поссорились почему-то?

- Да, поссорились, - она не захотела рассказывать про эту ссору.

- А он тебя и после этой ссоры любил.

- С чего Вы это взяли, баба Лид? - с улыбкой спросила Катя, не поверив ей.

- Видела бы ты, как он переживал, когда ты замуж вышла. Никогда не видела моего мальчика в таком состоянии ни до, ни после. Он так напился, что еле языком ворочал и даже плакал.

- Бедный мой Юрасик, - вырвалось у Кати.

Ей на самом деле было жалко его, того мальчишку нежного и ранимого, каким он тогда был. В таком возрасте получить отказ в такой грубой форме очень болезненно любому человеку. Трудно поверить, что теперешний Юрка и тот мальчик, один и тот же человек.

- Зато сейчас он вон какой гордый. Даже не разговаривает со мной, - закончила она фразу.

- Я не знаю, что у вас там произошло, но он до сих пор на тебя обижен. Не так уж сильно он изменился, чтобы перед друзьями из себя барина строить.


Это разговор всколыхнул воспоминания, заснувшее было чувство вины вновь пробудилось. Она так жалела, что ради Виталика предала их многолетнюю дружбу, что причинила Юрке боль. Но что сейчас то можно было с этим .поделать? Он не разговаривал с ней. Не могла же она ни с того ни с сего кинуться к нему с извинениями за то, что было сто лет назад. Неизвестно, как он к этому отнесётся.


Баба Лида спокойно отпускала её за сыном в садик, даже разрешала приводить его с собой. Катя старалась не злоупотреблять её гостеприимством, и уж тем более не делала этого, когда знала, что Юра может прийти домой. И вот всё-таки случилась накладка. Катя забрала ребёнка пораньше, потому что надо было сходить с ним в поликлинику. С бабой Лидой она обо всём договорилась заранее. Егорка болтал с бабой Лидой, пока Катя накрывала той обед. В дверь позвонили, и она пошла открывать, гадая, кого это принесло в такое время. На пороге стоял её работодатель.

- Привет, - поздоровался он и вошёл в квартиру.

- Привет. Ты чего так рано?

- Мне надо срочно переодеться. Важная встреча.

- С кем? - она сама не знала, зачем спросила и как у неё наглости хватило.

Наверное это от страха всё, что её сейчас поймают здесь с поличным, что она ребёнка своего к ним водит.

Юра удивлённо посмотрел на неё, видимо опешив от её наглости, но ответил:

- По работе, с партнёром.

- Кто там, Катенька? - услышали они голос бабы Лиды.

- Это я, ба, - отозвался Юра и пошёл к ней в комнату, - Ой.

Катя приготовилась к отповеди или любому другому проявлению недовольства, потому как поняла по его возгласу, что от встретился с Егором.

- Юра, познакомься, это Егорушка. Он ко мне в гости пришёл.

- Ну, привет, гость, - в голосе мужчины не было ни капли недовольства или неприязни.

- Привет, - Егор никогда застенчивостью не страдал, - А я к маме на работу пришёл и к бабушке в гости.

- Как тебе повезло, и на работе и в гостях. И чего Вы с бабушкой тут делаете?

- Я рисую, а бабушка говорит, что рисовать.


Катя ждала, чем это всё для неё закончится. То, что Юра по-доброму разговаривает с ребёнком, совсем не значит, что он одобряет его присутствие. Но он никак не прокомментировал произошедшее. Он просто ходил по квартире и чего-то искал, зашёл в ванную, видимо, принял душ и ушёл к себе. Катя слышала, как он там чертыхается. Наверное, не может чего-то найти. Все мужчины одинаковые. Эта мысль вызвала улыбку. Но она ошиблась. Он вышел из комнаты злой и растерянный, но Боже мой, какой же очаровашка в деловом костюме.

- Ненавижу все эти галстуки и пиджаки, - пояснил он своё состояние.

- Тебе идёт, - похвалила Катя, не сумев сдержать улыбку.

- Особенно чёртов галстук! Ну кто придумал эту совершенно бесполезную вещь, которую ещё надо завязывать каким-то определённым образом? - он пытался пред зеркалом в прихожей завязать галстук.

Катя сжалилась над ним и, пряча улыбку, подошла и завязала.

- Спасибо, - поблагодарил Юра.

Она подняла на него глаза. Он просто смотрел на неё и даже не улыбался. Катя смутилась от такого пристального взгляда. Ей показалось, что он испытыват тоже самое от этой нечаянной близости. Но вот, он отошёл от зеркала и поспешил уйти.


***


- Юрочка, ты чего такой сердитый? На работе что-то случилось? - спросила бабушка.

- Да нормальный я, - раздражённо ответил он.

- Нормальный он, - обиженно заворчала бабушка, - А то я его не знаю. Говорить просто со мной не хочешь.

А он и не знал, чего сказать. Не было у него никакого повода быть недовольным жизнью. Злился он больше на себя. Он не понимал своей глупой досады на то, что не успел застать Катю сегодня вечером. Ну что за дурь? Он просто так привык к тому, что она его каждый день встречает, что сегодня почувствовал себя обманутым и одиноким. Поначалу её присутствие его только нервировало. Каждый раз, приходя домой, видеть чужого человека, с которым было связано что-то горькое и обидное, но который при этом знает тебя вдоль и поперёк, было неприятно. Он держал дистанцию, сводил всё общение к минимуму. Она тоже не пыталась как-то сблизиться. Юра не контролировал её работу, не следил за тем, сколько времени она проводит с бабушкой, когда уходит за своим ребёнком. Мерилом её работы было хорошее настроение бабушки, которая была всем довольна. Несколько раз он заставал Катю и её сына у себя дома, потому что сам иногда просил её оставаться с бабушкой подольше, когда задерживался. Мальчик был очень похож на свою мать. Юру он нисколько не раздражал, даже забавлял иногда. И опять же бабушка была от него в восторге.


Только раз Катя попыталась сломать его броню. И то он сам подтолкнул её к этому. В одну из его мастерских пригнали интересную машину. Юра был от неё просто в восторге и ковырялся с ней сам, не из-за денег даже, а ради собственного удовольствия. Катя очень удивилась, когда он заявился домой грязный, как чёрт.

- Ты сам с машинами ковыряешься? - удивилась она.

- Бывает, - ответил он.

- Почему? У тебя людей не хватает?

Почему его так разозлило такое предположение, он и сам не знал. Он воспринял его, как будто она сказала ему в лицо, что он неудачник, который не в состоянии наладить работу, и что вообще у него всё так себе.

- Хватает. Мне просто нравится самому заниматься некоторыми машинами.

- Нравится? - переспросила изумлённо она и улыбнулась.

Может быть, она не имела в виду ничего такого, но он опять воспринял этот просто вопрос, как выражение презрения его плебейским интересам.

- Представь себе. Ты забыла? Я же придурок, на котором природа отыгралась. Мне всякие странности простительны, - с вызовом заявил Юра.

Она вмиг перестала улыбаться и, молча, смотрела на него. Юра собрался гордо удалиться из кухни, где состоялся этот разговор, но Катя его окликнула:

- Юр, прости меня. Я очень сожалею, что сказала такие слова. Ты же знаешь, я никогда про тебя так не думала. Меня все эти годы терзало чувство вины за те слова, которые я со зла наговорила. Мне стыдно за них до сих пор.

Ему совершенно не хотелось об этом говорить, поэтому он ничего ей не ответил, а только удивлённо приподнял бровь и пожал плечами. Пусть думает, что хочет. Что ему всё равно, например. А ещё лучше, что он вообще не понимает, о чем она говорит.


Эти её извинения не сделали их ближе, скорее наоборот. Катя стала более молчаливой и отстранённой и больше никогда никаких вопросов ему не задавала, если это не касалось ухода за бабушкой. А он стал ловить себя на мысли, что слишком много о ней думает последнее время. Её присутствие будоражило нервы. Она до сих пор была очень красивой молодой женщиной, даже без косметики и эффектных нарядов притягивала взгляд.


Однажды они столкнулись в городе в выходной день. Юра шёл с одним из своих знакомых. Катя поздоровалась с ним.

- Классная тёлка, - оценил знакомый, - Она кто?

- Сиделка. У меня бабушка лежит дома с переломом, так вот я для неё нанял эту девушку.

- Ничего себе! Никогда бы не подумал. Такая королева и простая сиделка! Ну, Юрок, если у тебя сиделки такие, то могу представить, какие у тебя любовницы.

- Вот и представь, займи воображение делом.

- Ты хочешь, чтобы я сдох от зависти? - весело спросил парень, - Слушай, познакомь меня с ней.

- Тебя сиделки интересуют?

- Нет пока. Меня бабы красивые интересуют. Ох я бы её... А может мне заболеть? Она придёт, и мы так зажжём.


Такие планы товарища по поводу Кати его покоробили и разозлили. Он как-то не задумывался до этого неприятного разговора, с кем и как она живёт, наивно полагая, что Катя занята только сынок и работой. Даже если он и не ошибся, такое положение дел продлится недолго. Что-то нехорошее шевельнулось в душе. Он обругал себя. Какое его дело? Нашёл, чем озаботиться. Но с тех пор его не покидал нездоровый интерес к её личной жизни.


И вот сегодня она где-то пропадала. Было ещё рано, сын должен быть в саду. Куда это ей так срочно понадобилось?

- Ба, а ты чего одна? - не удержался он, - Где твоя сиделка?

- Она придёт через час. Побежала Егорушку к врачу записывать. Она тебе нужна зачем-то?

- Нет, - слишком резко ответил он.

О Господи! Вот ведь идиот. Бабушка уже там чего-то насочиняла по поводу его вопросов. Вон как загадочно улыбается. Как будто ей ведомо что-то, что ему не ведомо, или что она разгадала то, что он тщательно от неё скрывает.

- Мне пора ей зарплату платить в этом месяце, - нашёлся Юра.


## Глава 4.


Был тёплый майский день. Катя решила пойти с сыном на пляж и позагорать. Купаться было ещё рано, да и мальчик недавно кашлял. А вот на солнышке погреться и морским воздухом подышать ему будет очень полезно. Оказалось, что не только они решили провести выходные на берегу, народу на пляже было полно. Егорка сразу же нашёл себе приятелей. Его передвижения по пляжу, конечно, нервировали и не давали расслабиться, но не заставлять же ребёнка сидеть рядом с ней часами неподвижно. Он и так рвался к воде. Кате стоило больших усилий держать себя в руках и не ругаться. Интерес мальчика к воде был вполне понятен.

- Мама, я хочу пить, - в сотый раз подбежал сын.

- Воды совсем мало осталось, - предупредила Катя, - Нам придётся скоро уходить.

- Нет! Я не хочу уходить!

- Ты же скоро снова пить захочешь, а у нас почти ничего не осталось.

- А ты купи ещё воды.

При Катиных доходах покупать простую воду было расточительством. Но она бы согласилась на это. Беда была в том, что пока сезон не открылся, палатки с едой и водой ещё не работали. Только на противоположном конце пляжа работал минимагазинчик, хозяин которого хищнически пользовался тем, что он сейчас один.

- Ну, хорошо. Пошли тогда с тобой за водой вон в тот магазин.

- Так далеко? А можно я тебя здесь подожду.

- Нет. Я боюсь тебя оставлять.

- Почему? Я же большой! - возмутился мальчик.

- А вдруг ты в море залезешь?

- Не залезу. Я буду с Костей в песок играть.


Катя колебалась. Надо было утащить его с собой, но он так хорошо играл с новым другом. Катя решилась сходить одна. Кучу песка, на которой играли мальчишки было видно даже от того магазина. Она добежала до магазинчика, нашла глазами сына. Его трудно было не заметить в ярко-оранжевой футболке.

- Ой, привет, - Катя отвлеклась от Егорки, поняв, что приветствие обращено к ней, - Какими судьбами в наших краях московская звезда?

- Привет, Вер, - поздоровалась Катя с главным врагом своего детства, - Как дела?

- Хорошо. Но ты не ответила, каким ветром тебя сюда занесло.

Врать, что приехала на отдых, смысла не было. Город не такой большой, и скоро Верка обо всём узнает.

- Живу я здесь, - спокойно ответила Катя.

- На всё лето что ли приехала? - не понимала собеседница, - Решила детство вспомнить? Ностальгия? Или это у богатых новая фишка такая по российским курортам ездить?

- Вер, я живу здесь, а не в Москве.

- С ума сойти! Муж что ли тебя бросил? Надоела ему и сослал он тебя туда, откуда взял, - собеседница не могла скрыть злорадства.

- А у тебя как? Муж, дети, работа? - Катя тоже не собиралась проявлять тактичность.

- Я не замужем, развелась. Дочь есть. Работаю на заправке. Так что всё неплохо. А ты где работаешь?

Совсем не хотелось отвечать на этот вопрос. Катя сделала вид, что высматривает сына и не ответила. А его-то как раз видно не было.

- Извини, Вер. Я чего-то мальчика своего из виду потеряла, - и с этими словами Катя быстрым шагом отправилась назад. Она ещё не испугалась, подумав, что просто ребёнка не видно за кучей песка. Но его в песке не оказалось. Катя начала оглядываться по сторонам. Мальчик как сквозь землю провалился. Ужасное предположение заставило жизнь остановиться. Все люди вокруг, казалось, движутся в замедленном темпе, она и себя видела как бы со стороны. От полной растерянности Катя не могла сообразить, что же ей делать дальше.


- Егор! - закричала она, - Егор!

Её взгляд наткнулся на мальчика, с которым сын играл, когда она уходила.

- Костя, куда Егор ушёл? - кинулась она к ребёнку.

- Туда убежал, - мальчик указал направление.

- Зачем?

- А его девочка стукнула, а он за ней погнался.


Так! Без паники. Сын сейчас вернётся. Хотелось бежать в ту сторону, куда он пошёл, но в то же время она боялась, что он вернётся и отправится куда-нибудь ещё, её искать. Она попросила Костю и его маму, чтобы если Егор придёт, они бы сказали ему, что мама его ищет и чтобы он никуда от кучи песка больше не уходил. Сама Катя отправилась искать сына.


***


- Егор? - удивился Юра, - Ты чего ревёшь? И где твоя мама?

- Я не знаю, - плакал мальчик, - Я потерялся.

- Как же ты так? От мамы убежал?

- Я за девочкой погнался. Она меня так больно стукнула, и я хотел ей сдачи сдать, но не догнал. А потом я смотрел, как собачка купается.

- Всё с тобой понятно. Хочешь совет на будущее?

- Совет? А это что такое? - заинтересовался мальчик, перестав плакать.

- Ну..., - Юра никогда раньше не задумывался о том, что кому-то может быть непонятно значение таких простых слов, - То есть, я скажу тебе, как правильно себя вести, чтобы потом не плакать.

- Как?

- Не связывайся с девчонками, особенно, чтобы сдачи сдавать.

- Почему?

- Во-первых, девочек бить нельзя. Во-вторых, сам видишь, что от этого одни только неприятности.

- Мама ругаться будет, - удручённо сказал мальчик.

- Мама там, наверное, с ума сходит. Пошли её искать.


Ребёнок приободрился, плакать больше не собирался, ведь рядом знакомый взрослый, который помогает ему решить его проблемы.

- Дядя Юр, а почему ты хромаешь? - вдруг спросил Егор, - Ты ногу сломал?

- Нет. Я такой родился, - спокойно ответил Юра.

Вопрос ребёнка и его искренний интерес его совсем не обидели.

- Ну, это ерунда, - убеждённо заявил мальчик, насмешив Юру, - Когда я жил в Москве, у нас во дворе был мальчик, который ездил на инвалидной коляске. Мама сказала, что он такой родился, и что мальчики, которые над ним смеялись просто очень глупые и злые. Мальчик же не виноват, что у него ножки не ходят. Представляешь, как ему плохо? Он не может играть в песок, не может бегать, не может на качелях качаться.

- Представляю.

- А я с ним играл. Он очень добрый и очень умный. Он мне книжку подарил про машинки.

Хороший всё-таки мальчишка. Как бы Катя сама не относилась к людям, сын её рос добрым и отзывчивым. Да и с чего он взял, что она как-то плохо относится к людям? Если она обидела его когда-то, это совсем не значит, что она лицемерка и ханжа. Все иногда совершают ошибки и поступки, за которые потом бывает стыдно.


Вот и куча песка.

- Егор! - окликнул мальчика другой ребёнок, - Тебя мама ищет! Она сказала, чтобы ты тут её ждал и никуда не уходил.

- Ладно, - отозвался Егор понуро, - Попадёт мне.

- Но ведь за дело, - отозвался Юра, пряча улыбку.

Мальчик только вздохнул. Ждать им пришлось недолго. Катя бежала к сыну, не замечая ничего вокруг.

- Егор! Мальчик мой! Нашёлся, - она кинулась к ребёнку, обняла его и заплакала, - Где же ты был?

- Мамочка, не плачь, - тот страшно раскаивался, обнимал её и гладил.

- Я так испугалась, что ты потерялся или утонул.

- Я не утонул. Не плачь, я так больше не буду. Меня дядя Юра нашёл.

Катя наконец-то его заметила.

- Спасибо, - она была ему очень благодарна, - Я за водой пошла в магазин, а его в песке играть оставила. Вроде бы видела его всё время, что шла, чуть отвернулась, а он и сбежал. Ты почему меня не послушался?

Последний вопрос был обращён к Егору.

- Меня девочка стукнула, и я хотел её догнать и тоже стукнуть.

- Какая прямо необходимость тоже стукнуть! Разве я тебе не говорила, чтобы ты девочек не бил?

- Говорила. И дядя Юра сказал, что с девчонками лучше не связываться. От этого одни неприятности.

- Вот видишь? Дядя Юра уже взрослый мужчина и он знает, что говорит. А ты, если будешь с девчонками драться, никогда мужчиной не станешь.

- Таким, как дядя Юра?

- Именно.

Мальчик задумался.

- Всё. Пошли домой. Хватит с меня на сегодня пляжа и приключений, - строго сказала Катя.

- Хотите, я вас подвезу, - предложил Юра, сам не понимая, зачем он это делает.

- Да! - обрадовался Егор, - Давно я на машине не ездил.

Катя тоже против не была. Они шли к выходу с пляжа, когда на встречу им попалась Вера, Горбуниха, как они звали её в детстве.

- Привет, Юрик, - кокетливо поздоровалась она.

- Привет. Отдыхаешь?

- Конечно. А ты чего же, уже уходишь?

- Дядя Юр, а можно я на переднем сидении поеду, - вмешался в беседу Егор.

- Нет, нельзя. Ты ещё маленький.


Вера неприязненно покосилась на мальчика, а потом на его мать. Она давно кокетничала с Юрой, намекая, что не прочь завязать с ним более близкие отношения. Но, хотя он и находил её привлекательной, она не вызывала у него ни капли симпатии. Им приходилось часто видеться, потому что он часто заезжал на заправку, где она работала. И сколько бы она не любезничала, сколько не строила ему глазки и не давала прозрачных намёков, она как была ему неприятна в детстве, так и осталась теперь. Юра старался поддерживать с ней ровные отношения, не пытался осадить её с её заигрываниями, но и никак не поощрял. Катя сразу заметила злость и досаду своей бывшей недоброжелательницы. Юра сразу понял это по её победной улыбке. А он почему-то обрадовался, что она только одной улыбкой сумела показать противнице своё превосходство. И его даже несколько не смутило, что Вера разозлилась, подумав, что у него с Катей роман. Пусть себе думает. Кому от этого хуже? Уж точно не ему.


***


Катя смотрела из окна во двор. Взгляд её был прикован к мужчине, который сейчас присел на корточки возле её сына и о чём-то с ним говорил. Мальчик улыбался, он явно был доволен и горд собой. Она не могла оторвать от них глаз: её сын и её любимый мужчина. Юра только вернулся после нескольких дней отсутствия. Кате пришлось брать Егора с собой, чтобы не оставлять бабу Лиду одну на выходные. Мальчик не мог целый день сидеть с ними в квартире, и Катя выпустила его погулять во двор дома. Благо, она могла за ним наблюдать в окно. Интересно, где это Юрка пропадал все выходные? Ей он сказал, когда просил остаться с бабушкой, что уезжает в командировку. Хотя чего он ещё мог ей сказать? Не будет же он вдаваться в подробности своей личной жизни. Не может быть, чтобы такой мужчина жил монахом столько времени. И пусть у него нет каких-то серьёзных отношений, наверняка, он встречается с женщинами. И от всех этих очевидных вещей на душе становилось мрачно и тоскливо. Она влюбилась в Юрку Столярова. Кто бы мог подумать? До этого Катя вообще, оказывается, не знала, что это такое любовь. К тому же безответная. Трудное чувство, болезненное, способное просто уничтожить, но и отказаться от него сил не было. Как с ней вообще такое могло произойти? Ей ведь не семнадцать лет, у неё ребёнок уже, неудачный брак за плечами. А она дышать забывает, когда видит этого мужчину. Она любила в нём всё: его голос, его улыбку, его грустные синие глаза, белокурую чёлку, спадающую на лоб и даже его хромоту. Вот и сейчас она любовалась им, разговаривающим с её сыном, и сердце таяло от нежности. Ну почему ей понадобилось куда-то уезжать, выходить замуж за этого эгоиста Виталика, которого она вовсе не любила, пережить развал этого брака, чтобы понять, что её счастье всю жизнь было под носом, что за него даже бороться не надо было, оно всего лишь ждало, когда она его заметит.


Осознание того, как же она влипла, произошло не так давно. После происшествия на пляже, Юра стал более тепло к ней относиться. Конечно, они не стали близкими как раньше, но враждебности и отчуждённости с его стороны больше не было, он перестал возводить вокруг себя ледяные баррикады. Когда у Кати заболел сын, Юра даже пошёл ей на встречу, взяв заботу о своей бабушке на себя. Но вскоре он и сам заболел, потому что по городу ходил какой-то вирус. Егор к тому времени уже шёл на поправку, и Катя брала его с собой на работу. Заразиться от Юрки он уже не мог, зато был под присмотром. Юра тоже оставался дома, пока болел. Катя как-то вернулась из аптеки и застала такую картину. Егор сидел у Юры в комнате и они оба занимались каким-то разобранным прибором. Они были так увлечены делом, что её прихода никто не заметил.

- Егор, подай ка мне маленькую отвёртку, - попросил Юра.

- Сейчас, - с готовность принялся выполнять его просьбу мальчик, - Эта?

- Да. Молодец. Теперь иди сюда и смотри сюда. Видишь?

- Ух ты! А это что?

Катя не вслушивалась больше в их разговор, для неё имели значения только их эмоции и интонации. Именно тогда она поняла, что отдала бы всё на свете, чтобы эти два человека всегда были в её жизни. Какое же тёплое чувство её охватило, захотелось обнять их обоих, поцеловать и сказать им, что они самые дорогие и родные люди в её жизни. Как бы хотелось сидеть рядом с ними на диване и заниматься каким-нибудь шитьём, смотреть на них и не мешать им заниматься их такими важными мужскими делами.


Егорка тянулся к Юре, а тот его не отталкивал. Родной отец никогда не уделял мальчику столько времени, откупаясь подарками. Он искренне считал, что тем самым выполняет свой отцовский долг. Вот вроде бы и вырос человек в полной семье, с хорошим любящим отцом. А в Юрке откуда столько терпения, откуда это умение ладить с детьми? Обычно мужчины лишь терпят чужих детей, или играются, стараясь произвести благоприятное впечатление на женщину или окружающих. Юра, явно, такой целью не задавался. Он сам, наверное, ещё не понял, что взял её ребёнка, да и её саму под свою опеку. Не потому что хотел это сделать из каких-то благородных побуждений, а потому что по-другому не умел, если видел, что кто-то нуждается в его помощи.


Катя отошла от окна, потому что предметы её наблюдения отправились по направлению к подъезду.

- Мам, смотри, я бабочку поймал, - гордо заявил с порога Егор, - Сам.

- Зачем? Она жить хочет, летать, - укоризненно сказала Катя.

- Она не может летать. Дядя Юра разрешил её взять с собой и посадить в банку, чтобы её люди не раздавили, и птички не съели.

- Она же всё равно погибнет.

- Так она погибнет сегодня же, - подал голос Юра, - А в банке поживет ещё. Помнишь, у нас с тобой бабочка жила? Где-то месяц она протянула на сахарном сиропе.

- А потом кто-то ревел, когда она всё-таки умерла, - улыбнулась Катя.

- Кто? - заинтересовался Егор.

- Мальчик один.

- А почему?

- Жалко ему было бабочку. И ты ведь тоже плакать будешь, когда она погибнет.

- Ну и что. Зато она сейчас живая.

- Ну, хорошо. Пусть она в банке поживёт. Только ты обещай, что будешь её кормить. Я тебя научу, как это делать.

- Обещаю! - обрадовался сын.

Юра только улыбался, глядя на них. Он никак не прокомментировал её упоминание об их детстве, но и в штыки его не принял. Похоже, у него было хорошее настроение.


- Кать, мы тут с Егором договорились, что в субботу пойдём в аквапарк. А то парень не знает даже, что это такое. Ты не против? - ошарашил он её.

- Я? - растерялась Катя, - Нет. Не против.

- Ты, если хочешь, можешь тоже с нами пойти.

- А бабушка как же?

- Бабушка уже встаёт и вполне может несколько часов побыть одна. К тому же к ней подруга должна прийти в гости.

- Тогда я с вами, - обрадовалась Катя.

Только бы он не понял сейчас, что она парит в небесах от счастья. Он сам предложил вместе провести выходной! Неужели у неё есть надежда, что она ему небезразлична и интересна, как женщина? Неужели он не так равнодушен к ней, как хочет казаться?


***


Юра улыбался сам себе. Настроение было прекрасным. Он всё-таки решился, и она, похоже, обрадовалась. Он прошёл долгий путь от полного несогласия со своими чувствами, отрицания их до смирения с ними и принятия, как данность. Первым звонком стало его стремление прийти домой до того, как уйдёт Катя. Он поначалу придумывал какие-то уважительные причины для возвращения, даже сам в них верил. Вторым звонком была проснувшаяся вдруг ревность. Однажды Кате кто-то позвонил, и она обрадовалась. Он не слышал разговора, но видел, что она улыбалась, и понял, что она назначает какое-то время. Одна мысль, что это может быть мужчина, разозлила его до нельзя. А уж когда он предположил, что это бывший муж одумался и позвонил, настроение вообще упало до нуля. "Какое твоё дело?" - отчитывал он себя, - "Она тебе кто? Никто! Вот и пусть делает, что хочет". В тот же вечер он ринулся развлекаться. Пора найти себе новую женщину для разнообразия, а не думать про жизнь бабушкиной сиделки. Завоевать новый трофей и приятно провести время у него получилось без труда. Только вот мыли о Кате никуда не делись. Не мог он больше чувствовать себя свободным и беззаботным. Но Юра не сдавался. Женщины сменяли одна другую, но это не помогало выкинуть блажь из головы. И тут Катя решила сообщить ему, что через несколько месяцев бабушка вполне сможет обходиться без сиделки.


- И куда ты пойдёшь? - спросил он.

- Не знаю. Пока сезон не закончится, можно горничной в доме отдыха поработать или ещё кем-нибудь.

- Горничной?! С ума сошла? - вырвался у него возмущённый возглас.

- У тебя есть другие предложения?

"Да!" - хотелось закричать ему, - "Только не это!" Но он сдержался и сказал:

- Пока нет. Но я подумаю.


Она, глупая, не знает, куда собралась. Какая ещё горничная? Чтобы мужики отдыхающие её за зад щипали? Ещё чего не хватало! Он снова обругал себя, что лезет не в своё дело, но это не помогало. Не будет она перед мужиками ходить и крутить одним местом! Не будет и всё! К тому же он уже и не представлял, что её снова не будет в его жизни. Он так привык, что она его встречает с работы, что к ним приходит её сын и разговаривает с ним, как будто всю жизнь его знает, как будто он ему родной.


Окончательно он сдался, после своего дня рождения. Это было как раз через неделю после того, как Егор потерялся на пляже. Юра пришёл с работы в тайне надеясь, что Катя помнит о его празднике и поздравит его. Обида за прошлое как-то ушла сама по себе. Они уже взрослые, она извинилась и, похоже, искренне сожалела. Большего сделать она не могла. И он должен перестать вспоминать этот неприятный инцидент, мало ли чего в жизни бывает. Что же всё помнить теперь? Про его день рождения она не забыла и не только поздравила его, но и устроила настоящий праздник. Юра чувствовал себя таким же счастливым от своего дня рождения, как это бывало в детстве. И гости были почти те же самые, что и тогда, только Катину бабушку заменил Егорка.


- Юр, ты бы к Кате то присмотрелся, - выдала бабушка уже после праздника.

- В смысле? - он изобразил непонимание, хотя понял, что она имеет в виду.

- Может у вас получится чего, - заговорщически улыбнулась бабушка.

- Ба! - укоризненно воскликнул Юра.

- А чего? Женщина она красивая, порядочная, добрая. Разведённая, конечно, и с ребёнком, ну так это ничего. Егорушка хороший мальчик. И ты, я вижу, с ним ладишь.

- Ба, ты меня женить надумала? - с усмешкой спросил Юра, - Тебе то это зачем?

- Катю я знаю, она своя. Я за тебя спокойна буду. Хоть помру со спокойной душой.

- Я тебе помру! Ты у меня обязана до правнуков дожить.

- Так работай над этим!

Они засмеялись.

- И к тому же она тебя любит, - заявила бабушка с победной улыбкой, - И тебе она нравится.

- Ты то откуда знаешь?

- Про тебя я всё знаю. И лет мне много, достаточно пожила, чтобы в людях разбираться. Маринка, её мать, так на Юрку моего смотрела. Да и видишь, как для тебя постаралась? Не просто так всё это.

- Сводня ты моя, - засмеялся он.

- Мне уже можно такими делами заниматься.


Эти бабушкины слова заставили душу петь, сколько бы разум не велел ей замолчать и одуматься. Неужели всё так и есть, как бабушка говорит? Надо понаблюдать за Катей. И вообще, хватит трусить, пора действовать. У него появился шанс получить женщину, о которой он мечтал с детства. Больше не было смысла прятаться и не признавать эту любовь. Легко было рассуждать, когда её рядом не было. Но в её присутствии он почему-то становился тем же отчаянно влюблённым семнадцатилетним мальчиком, который панически боится обнаружить свои чувства и быть отвергнутым. И куда подевался уверенный в себе мужчина, который точно знает, что нравится женщинам, и как с ними обращаться?


Ему помог Егор. Юра как раз вернулся из короткой командировки и застал мальчика слоняющимся по двору.

- Привет, дядя Юр, - поздоровался он.

- Привет. Чего делаешь?

- Скучно мне. Никого нет.

- Что же поделаешь? Все ребята, наверное, на море.

- А в Москве всегда дети на площадке есть, - обиженно заявил Егор.

- В Москве тебе больше жить нравилось?

- Да! Там много интересного, и парк, и игровые комнаты, и цирк, и кукольный театр.

- А у нас есть аквапарк.

- Да? А что это такое?

- Там разные горки. Много горок. И со всех плюхаешься прямо в воду.

- Я хочу туда сходить!

- Раз хочешь, сходим.

- А мама пустит?

- Мы спросим. А ещё лучше возьмём её с собой.

- А у меня вот кто есть?

- Кто?

- Пойдём покажу.

Ребёнок привёл его к кусту, где сидела бабочка с повреждённым крылом. Они решили взять её домой. Как же всё удачно складывается. Юра вдруг вспомнил изречение, что путь к сердцу женщины лежит через её ребёнка. Он смотрел, как они возятся с бабочкой и улыбался. Совсем скоро их жизнь изменится, хоть они об этом и не знают. В ней начнётся новая глава, в которой три их судьбы объединятся.


## Глава 5.


Давно она так не веселилась, не чувствовала себя такой беззаботной, расслабленной и молодой. Сын визжал от восторга. Катя спокойно переложила ответственность за ребёнка на Юру и наслаждалась своей свободой от неё. С тех пор, как у неё родился сын, она себе такого не позволяла. Некому было доверить ребёнка, он всегда был с ней. Конечно, для перекладывания своих обязанностей на плечи мужчины была причина. Она просто боялась всех этих горок, и Юра сам катался с Егоркой на них. Накатавшись, они приходили к ней, плескались в бассейне, играли там в мяч или наслаждались гидромассажем. Сейчас они снова ушли кататься, а Катя загорала, лёжа в шезлонге.


- Мама, там круто! - прибежал к ней сын, - Иди посмотри, как я съеду с той горки.

- Егор, я же с ума сойду от страха. Мне этого лучше не видеть, - сказала, улыбаясь, Катя.

Подошёл Юрка. Какой же всё-таки красивый мужик! Он и мальчишкой был хорошо сложен, а сейчас его мужская стать достигла совершенства. Она окинула его взглядом и задержалась на шраме на ноге. Только этот рубец и портил столь красивое тело. Наверное, эта досада отразилась на её лице, потому что когда она встретилась глазами с тем, кого рассматривала, то сразу поняла, что он заметил её взгляд и истолковал его совершенно превратно. Она сразу почувствовала, как изменилось его настроение. Её как будто обдало холодом, а он отгородился от неё стеной.

- Иди на детские горки пока, а я в бассейн, - сказал он Егору.

- А мы ещё с большой горы прокатимся? Ты попросишь ещё раз своего знакомого, чтобы он разрешил мне с тобой съехать?

- Попрошу.

Егорка довольный убежал на детские горки, и Юра тоже поторопился уйти.


Они пробыли в аквапарке ещё час, но настроение у всех, кроме Егора было испорчено. Юра отвёз их домой, попрощался и уехал. Катя готова была заплакать. Она так много ожидала от этого дня, а получилось, что они ещё больше отдалились друг от друга. И всё из-за какой-то ерунды! Такой взрослый дядька носится со своими комплексами, как с писанной торбой, раздувает из мухи слона. Зла не хватает. Вот что с ним делать? Как теперь оправдываться, объяснять, что она даже в мыслях не держала ничего для него обидного? Он же ведь не будет предъявлять к ней претензий, требовать объяснений, а как обычно начнёт строить из себя чужого и безразличного. Эти мысли не давали ей покоя до самого позднего вечера. Сын давно уже заснул, умаявшись за целый день, а она никак не могла уснуть. Надо поговорить с Юркой. Другого выхода нет. Она не собиралась снова его терять из-за его же глупости. Только как это сделать? Завтра они увидятся только вечером, и то, если он соизволит прийти вовремя. С него станется, он ещё и избегать её начнёт. Вскоре решение было найдено.


- Юр, ты ещё не спишь? - позвонила она ему.

- Нет.

- Слушай, у меня тут авария с трубой в ванной. Не знаю, что делать. Поздно ведь уже куда-то звонить. Ты мне не поможешь?

- Сейчас приеду, - сказал он, немного помолчав.

Так, первый этап прошёл успешно. Катя страшно нервничала. Как он поведёт себя, когда поймёт, что она его обманула? Захочет ли вообще разговаривать? Она мысленно репетировала речь, но всё забыла, как только он позвонил в дверь.

- Проходи.

- Чего там у тебя стряслось?

Она собралась с мыслями, подавила подступивший страх, и ответила:

- Юр, я тебя обманула. Ничего у меня не случилось.

- Зачем? - изумился он.

- Мне просто очень надо с тобой поговорить.

- А до завтра нельзя было подождать? - устало спросил он.

- Нет. Боюсь, что завтра это будет сделать ещё сложнее.

- Раз так, я тебя слушаю.

- Я знаю, что ты снова на меня обижен.

- С чего ты это взяла? - Катя ждала чего-то подобного, но сдаваться не собиралась.

Разве же он признается.

- Ты всё неправильно понял, - продолжила она, - Рассказать тебе честно о чём я подумала тогда в аквапарке?

Он пожал плечами, что могло означать, что угодно: от того, что он не догадывается, о чём она там подумала, до "какая мне разница". Но хотя бы не сказал, что не намерен тратить время на её рассказы или не выставил её дурочкой, притворившись, что вообще не понимает, о чём речь.

- Так вот. Я смотрела на тебя и думала, что передо мной стоит самый красивый мужчина из всех, что я когда либо видела, - она не отреагировала на его саркастическую улыбку и продолжила, - Он совершенен во всём. Единственное несовершенство - это шрам на ноге. Но это же такая мелочь. Надо быть полной дурой, чтобы обращать на это внимание. И надо быть полной неудачницей, чтобы потерять такого мужчину.

- Кать, ты что...

- Я люблю тебя, Юр. Люблю всего со всем твоим совершенством и несовершенством, с твоими страхами и комплексами, и с твоим дурацким умением отгораживаться от меня ледяной стеной, молчать, и даже не пытаться выяснить, что же происходит на самом деле. Лучше бы ругался, честное слово!

- И это всё про меня? - ей таки удалось выбить его из колеи, он был удивлён, растерян и не знал, что делать.

- Про тебя. Ещё и недоверчивый до безобразия.


Она потянулась к нему, чтобы поцеловать. Сердце плавилось от нежности, и противостоять этому неодолимому порыву было невозможно. И как бы не был он растерян, но быстро сообразил, чего от него ждут. Поцелуй был и нежным и страстным одновременно. Катино сознание успело с удивлением отметить, что она испытывает чувство дежавю. Ощущения были такими же острыми и яркими, как много лет назад на маяке. Что тогда, что сейчас она просто не могла им сопротивляться. То, что произошло дальше, потрясло её до слёз. Она и не знала, что то, что происходит между мужчиной и женщиной настолько прекрасно. Ей двадцать девять лет, она была замужем, родила ребёнка, но только сейчас поняла, что значит чувствовать себя женщиной. Наверное ей надо было пройти всё то, через что она прошла, совершить свои ошибки, чтобы вернуться туда, где живёт именно её мужчина, с которым она смогла стать полноценной женщиной, с которым душа поёт от счастья, с которым она чувствует себя защищённой и не боится отдавать свою нежность.


Он ушёл под утро. Катя пила с ним кофе на кухне, провожала его. К её огромному облегчению он не отгородился от неё сразу после секса, тем самым превратив бы всё, что между ними случилось, в ничего не значащую банальную интрижку. Он был ласков с ней, доволен и весел. Но слов любви от него она так и не услышала. Ответного признания не последовало. О том, что для него это всего лишь проявление слабости, думать не хотелось. Может он просто не смог отказать женщине, которая призналась ему в любви и сама повесилась ему на шею. Уменьшить её волнение помогла баба Лида. Утром она встретила её с довольным понимающим видом. Не было сомнений, что она догадалась, с кем провёл ночь её внук. Катя старалась не поддаваться на провокацию и делала вид, что ничего не произошло. Но пожилой женщины на долго не хватило.


- Юрка сегодня только утром пришёл, - начала она, - У тебя ночевал?

- У меня, - смысла врать не было.

- То-то я гляжу такой довольный. Любит он тебя.

- Он этого не говорил.

- Ну и что? Осторожничает. Я то вижу, что у него на тебя глаз горит. Скажет ещё.


Всё это, конечно, было спорно. Всего лишь субъективное мнение. Но то, что он был в хорошем настроении, говорило о том, что он тоже рад тому, что между ними случилось. Хотя для него всё это может быть всего лишь подпиткой самолюбия.

Юра пришёл вечером и развеял все её страхи, сразу поцеловав в прихожей. Потом они все вместе ходили в парк, он проводил их с Егором до дома и обещал прийти после того, как покормит бабушку ужином. Примерно в таком же ритме прошли две следующих недели. Несколько раз они сталкивались с Горбунихой, и та бросала на неё злобные завистливые взгляды. Ещё бы, сейчас Юрка был завидным кавалером. Пусть эта мымра видит, что Катя всегда получает всё самое лучшее. Как же иногда приятно побесить врагов своей успешностью.


Потом он уехал на неделю, так и не сказав ей ни слова о любви. Да, он ночевал с ней каждую ночь, да, был с ней настолько нежен, что она чувствовала в его руках себя принцессой, драгоценностью, которую обожают, холят и лелеют. Да, он очень хорошо относился к её сыну, но про чувства не говорил вообще. Даже в самые нежные и близкие моменты он молчал. Её вообще пугало, что она так быстро теряла голову, в отличии от него. Казалось, что он всё держит под контролем, или теряет его только когда сам того хочет. То есть он имел над её чувствами полную власть, но ей такой власти не давал. А так хотелось её иметь. Так хотелось, чтобы он потерял этот свой дурацкий контроль, обнаружил свои истинные чувства. И она этого добьётся.


***


Юра ехал домой. Наконец-то. Он так соскучился по своим. Как быстро они стали своими, как будто он не две недели с ними фактически живёт, а целую жизнь. Катя столько лет была ему родной, что десятилетняя разлука так и не смогла изменить этой ситуации. И на этот раз всё шло настолько замечательно, как он и не мечтал никогда. Она сама сказала ему, что любит его, причём сделала это так, что он сразу поверил. Наверное, она ждала таких же слов в ответ, но он так и не смог их сказать. У него был просто панический страх пред этими словами. С них всегда начинались неприятности. Вероника быстро воспользовалась его любовью, заставляя принимать её правила игры, которые совсем не делали его счастливым. Да и сама Катя в своё время преподнесла ему жестокий урок, отучивший его на долго говорить о чувствах кому-либо. Сказать ей те же самые слова ещё раз - это значило преодолеть огромный барьер внутри себя.


В чужом городе он часто вспоминал тот невероятный день, когда она призналась ему в любви, и который закончился умопомрачительным сексом. При том, что он считал себя опытным бойцом постельного фронта, такого с ним никогда не случалось. Даже с Вероникой, даже тогда, когда он был в неё влюблён. С Катей это было нечто другое. Если можно так сказать, то он почувствовал, что с ней попал на совершенно другой уровень отношений. В его руках вдруг оказалась мечта, и счастье от этого неожиданного подарка затмило всё. Она, действительно, любила его, дарила себя без капли эгоизма, с единственным стремлением сделать его счастливым. И он, наконец, понял, почему секс тоже называют любовью. Иногда он ей и бывает. Но это было завершением того дня, за который он испытал такое количество эмоций, что хватило бы на год. Сначала он был счастлив, что Катя пошла с ним и сыном в аквапарк. Ему нравилось, что она смеётся, играет с ними, он был горд, что эта женщина здесь с ним. Плотоядные взгляды других мужчин на неё и злили, и в то же время заставляли чувствовать себя триумфатором. Ему казалось, что и она рада быть с ним, от теплоты её взгляда и восхищения сердце таяло. Он чувствовал себя самым лучшим, желанным. Но ровно до тех пор, пока не увидел, с каким сожалением она смотрит на его несчастную ногу. Ему показалось, что его сбросили с небес на землю. Он с ума сошёл? Да что она может испытывать к нему, кроме признательности? Ах, ну да! Ещё видимо, жалость с примесью лёгкого презрения. Он опять почувствовал себя подростком, который очень страдал, когда на его дефект кто-то обращал пристальное внимание. А он то думал, что давно изжил в себе этот комплекс, залечил своими победами над женщинами, уважением друзей и коллег и даже врагов, своими успехами. Оказалось, что у Кати был особый дар, обнажать все его скрытые потаённые чувства, эмоции и страхи. И от этого с ней было и сложно и легко.


Бабушка, конечно же, обо всё догадалась и довольно потирала ладошки. Почему уж она так мечтала их свести, Юра так до конца и не понимал.


## Глава 6.


Катя с Егором только успели прийти к Бабе Лиде, как Юра вернулся. Оказывается, он выехал рано утром, так что теперь у них впереди целый выходной. Стояла страшная жара. Кроме как на море проводить день нигде не хотелось. Но толпа народа, ставшая летом в десять раз больше, не радовала.

- А поплыли на маяк, - предложил Юра, - Там нет никого, да и Егорка никогда, наверное, на лодке по морю не плавал.

- Не плавал! - радостно воскликнул мальчик.

- Возьмём с собой покрывала, полотенца, ну и ещё каких-нибудь нужных вещей, - продолжил Юра.

- Попить побольше и покушать, - подхватила Катя, - И можно сидеть там хоть целый день.


Лодка у Юры, конечно, была уже новая. Они быстро добрались до маяка к огромному восторгу Егора. За целый день они вдоволь накупались, назагарались и налазились по маяку. Юра несколько раз катал его на лодке, они пытались рыбачить, играли в карты, а ближе к вечеру прошлись вдоль всего островка. Ребёнок был абсолютно счастлив. Такие приключения он пережил за один день, и столько внимания получил от взрослых, что вечером его буквально свалил сон.

- Умаялся бедный, - сказал Юра, накрывая ребёнка полотенцем, - Домой пора ехать.

- Я искупаюсь? - спросила Катя.

- Давай.


Она разделась совсем и медленно начала заходить в воду. Конечно, она нарочно это сделала. Ей так хотелось свести его с ума, хотелось, чтобы от его сдержанности и самоконтроля не осталось камня на камне, хотелось получить его всего, целиком, а не только то, что он позволял. И сейчас был как раз подходящий момент. Катя видела, как он смотрит на неё в течении дня, и его помыслы для неё загадкой не были. Уж мужское желание она была в состоянии распознать. Она заходила в воду и чувствовала на себе его взгляд. Вот вода уже достигла талии, и Катя услышала всплеск воды. Победа! Уже через несколько секунд её обнимали мужские руки.

- Ты тоже купаться? - невинно спросила она.

- Да, - ответил он, похоже, даже не слыша её вопроса, и сам не понимая, что говорит.

Катя успела только увидеть потемневшие от страсти глаза и сама провалилась в пропасть, где время останавливало свой бег, и весь мир сосредотачивался на чувственных ощущениях. И море, казалось, было с ними, поддерживало их, ликовало с ними, ласкало и пело песнь любви и страсти.


В себя она пришла только на берегу, и даже не заметила, что на мир опустилась ночь. Как же здесь красиво и величественно! Казалось, что они одни во всей вселенной. Юра прижимал её к себе, гладил и целовал. Вот оно какое, просто человеческое счастье. Оказывается, что для него нужно так мало. Она и не замечала, что по щекам текут слёзы.

- Ты чего плачешь? - Юра смотрел на неё обеспокоенно, - Я тебе больно сделал? Прости, я не хотел. Не знаю, что на меня нашло. Накинулся на тебя, как сумасшедший, и, наверное, был груб...

- Да не был ты груб! И я рада, что наконец-то ты вёл себя, как сумасшедший. Рада, что могу сводить тебя с ума.

- Ты сомневалась в этом? - он был удивлён.

- А как я должна была догадаться? - с некоторой обидой в голосе спросила она.

Он не нашёл, что ответить, и в замешательстве смотрел на неё.

- Как же я люблю тебя, Юрка, - весело сказала она, умиляясь его смущением, - Ты такой милый.

Она чмокнула его в губы и собралась вставать.

- Я тоже тебя люблю, - без тени улыбки сказал он, - Причём так, что самому страшно.

- Родной ты мой, любимый, - она обняла его, а он принялся её целовать.


- А почему страшно то тебе? - спросила Катя немногим позже.

- В последний раз, когда я говорил тебе о любви, всё закончилось для меня плачевно, - усмехнулся он.

- Да не ожидала я тогда такого поворота событий! Вот и наговорила какой-то ерунды. Я подумала, что ты специально всё это подстроил, потому что тебе Виталик не нравился. И такое самоуправство меня взбесило. Я потом только поняла, что перегнула палку, хотела с тобой помириться, пока Лялька мне случайно не попалась. Она то и открыла мне глаза, что ты, оказывается, любишь меня совсем не как брат. Почему ты сам мне ничего не говорил?

- Я не идиот, и понимал, насколько мои чувства безнадёжны. И ты про них так и не узнала бы, если бы я так за тебя не испугался.

- Простишь меня? Я была тщеславной дурой, мечтавшей всем доказать, что я самая крутая. Желание утереть нос всем этим снобам и злобным сплетницам было важнее всего. Я по сути других своих желаний и не замечала, жила только этим. Судьба меня давно наказала за такие жалкие жизненные цели и ценности, все полученные атрибуты успешности я растеряла, как будто их и не было. И всё-таки она добра ко мне, потому что послала мне тебя. И я, наконец, поняла, в чём же заключается моё счастье. Так что бояться тебе абсолютно нечего.


Они решили не уезжать, а переночевать на маяке. Ночь была тёплой, крыша над головой имелась. Егора перенесли из лодки в башню маяка, устроив ему там постель.

- Помнишь, ты хотела тут приют для животных сделать?

- Да. А ты помнишь, как мы тут с тобой ночевали?

- Разве такое забудешь?

- Слушай, да этот маяк - заколдованное место! Мы с тобой всегда здесь переживаем что-то из рук вон выходящие. И хорошее и плохое, чего только этот маяк не наблюдал.

- Знаешь, я мечтаю когда-нибудь выкупить этот остров и сам маяк. И будет у нас с тобой свой заколдованный остров. Он будет только наш и только для нас.

- Обустроим тут всё, - мечтательно поддержала Катя.

- Эх, женщины, - укоризненно проворчал Юра, - Я ей о чувствах, о романтике, о вечном, а она прозу жизни вносит.

- Так люди и создают пары, чтобы друг друга дополнять, - засмеялась Катя, и поцеловала его в кончик носа.

- Думаешь? Тогда как раз сейчас мы этим и займёмся. Будем друг друга дополнять.

Она засмеялась над тем, как он перевернул её слова, а он принялся её целовать.


***


Если бы на городском пляже не было столько народу, то он был бы довольно приятным местом. Они редко сюда приходили, предпочитая уехать на маяк. Но сегодня Юра пришёл с работы поздновато. Смысла плыть на маяк уже не было, а Егор рвался купаться. И даже не смотря на всю эту толпу, Юра чувствовал себя счастливым и умиротворённым. Как хорошо просто так тут валяться, говорить друг другу всякие глупости, обмениваться шутками. Как хорошо, когда тебя каждый вечер с работы встречает не абы кто, а любимая женщина, которую ты всегда рад видеть, которую всегда хочется обнимать и целовать. Теперь он мог позволить себе проявлять свои чувства без оглядки и опаски. Как ни странно, никто из близких ему людей, кроме бабушки, не знал о таких глобальных переменах в его жизни: ни Влад, ни Лялька, ни сестра, ни мать. С последней он, правда, общался очень мало. Она приезжала один раз, когда бабушка слегла, на два дня, периодически звонила и спрашивала, как дела. Лично к нему она давно уже перестала ездить. Наверное, он сам был в этом виноват. Он не знал, как себя с ней вести, о чём говорить. Юра так и не простил ей того разочарования, которое испытала, когда понял, что она отказалась от него в пользу своей новой семьи. Он не чувствовал к ней привязанности. Откуда было возникнуть близости в таком случае? Она чужая женщина, для которой он лишь ошибка молодости. С сестрой он общался в соцсетях, созванивался. Юля вышла замуж и приезжала теперь очень редко. Несмотря на это, между ним и сестрой сохранились тёплые отношения. По большому счёту, его семьёй всегда была бабушка. У Влада и Ляльки всё-таки была своя жизнь. Но ведь это же не так и мало. Его можно было бы считать счастливчиком, даже несмотря на развалившийся брак. Зато у него были друзья, любимая работа, которая очень хорошо его обеспечивала, женщины его не обходили вниманием. Но при всём при этом чего-то не хватало, чтобы в душе поселился мир, не доставало какого-то важного элемента. И вот появилась Катя, пазл сложился. Его жизнь стала полной, не надо было уже куда-то бежать и чего-то искать, он как будто нашёл свой берег, к которому столько времени стремился, в поисках которого столько раз заплывал не туда, блуждая в тумане собственных заблуждений и страстей. С ней он чувствовал себя дома везде. И сейчас он любил весь мир, этот город, это море, этого мальчишку, так похожего на его любимую, для которого он был настоящим героем.


Они было начали собираться домой, когда Юру окликнули:

- Юрик! Привет! Ты, никак, отдыхаешь? С ума сойти! А как же любимая работа?

Вот уж кого он не ожидал тут встретить, так это бывшую жену.

- Привет. Работа не волк. Помнится, ты часто это мне говорила. Вот внял твоим советам, - ответил он, - А ты здесь какими судьбами?

- Отдыхать приехала.

- Сюда?! Ну ты даёшь! Ты же ненавидела этот город, клялась, что ноги твоей здесь не будет.

- Я передумала. И летом тут даже мило. Народ, развлечения, пляжи.

- Передумала, так передумала. Удачного тебе отдыха, - Юра постарался закончить разговор.

- А я смотрю, ты мне замену нашёл, - вдруг выдала Вероника, - Недолго горевал.

- Удивительно было, если бы ты её не нашла, - саркастически усмехнулся Юра.

- Ревнуешь? - кокетливо спросила Вероника.

- Зачем? Меня твоя жизнь не касается, - пожал он плечами.

- Ну-ну, - Вероника изобразила недоверие.

Ему даже досадно не было, что она до сих пор думает, что имеет над ним какую-то власть. Это скорее было смешно. Господи, как же это его угораздило жениться на такой самодовольной дуре? Пусть тешит себя мыслями о своей неповторимости, и воображает себя роковой женщиной. Нравится ей думать, что он сохнет по ней до сих пор, пусть думает. Переубеждать её всё равно бесполезно.

- Дядя Юр, давай ещё искупаемся? - избавил его Егор от необходимости ей что-то отвечать.

- Ну, давай, - улыбнулся он мальчику.

- Ещё и с прицепом, - презрительно бросила Вероника, - Всё с тобой понятно.


Юра даже не посмотрел на неё. Эта встреча с бывшей почему-то испортила атмосферу безграничного счастья, в которой он пребывал последнее время. Он как будто опустился на грешную землю, вдруг осознав, что жизни без чёрных пятен, проблем и негатива не бывает, что всё в ней имеет своё начало и свой конец.

- Это моя бывшая жена, - пояснил он Кате.

- Я поняла, - сдержанно ответила она, - Красивая.

- Да. Все говорят, на тебя похожа.

Катя улыбнулась.

- И ты так считаешь?

- Долго не хотел этого признавать. Но сейчас думаю, что именно этой похожестью она меня и зацепила.

- Так ты ревнуешь её? - вроде бы как в шутку спросила Катя.

- Нет, - удивлённо ответил он, - Я не сумасшедший, чтобы ревновать какую-то бледную копию, когда в мои руки попал оригинал.

- Вы, мужики, так умеете. Вам бы и бывших, и нынешних, и будущих контролировать, чтобы только ваши были.

- Не выдумывай, - отмахнулся он, - Но мне нравится, что ты меня ревнуешь.

- Ах, ему нравится! - Катя изобразила возмущение.

- Угу, - гордо заулыбался он.

- Это просто ты не знаешь, как я страшна в гневе. Так что на будущее, Муля, не нервируй меня.

Он засмеялся. Так хотелось её поцеловать, но при таком скоплении народа он не решился этого сделать. И счастье опять вернулось. Вот так легко и просто жизнь опять заиграла разноцветными красками, подарила крылья и венок победителя, уверенность в том, что теперь всё будет хорошо.


## Глава 7.


И всё-таки червь сомнений нет-нет, а терзал душу. А что если Юрка не так неравнодушен к своей бывшей жене, как хочет казаться? Даже думать об этом было больно. А ведь тому не было никаких подтверждений. С ней Юра всегда был нежен, ласков, внимателен, всегда был рад её видеть. И зачем только эта ехидная гадюка сюда приехала? Если ей так не нравился этот город, почему бы не поехать отдыхать в любое другое место? Конечно, у экс-жены тут могли остаться подруги, но Катя всё же пришла к выводу, что она приехала сюда, чтобы поохотиться на бывшего мужа. Девочка нагулялась, всё плохое забыла, поняла, что не так и плохо ей жилось замужем, и решила вернуться. Свобода оказалась не такой сладкой, как ей казалось. Это поначалу кажется, что ты с лёгкостью найдёшь себе новую любовь, а потом оказывается, что для лёгких отношений ты, может, и подойдёшь, а вот на что-то большее рассчитывать не можешь. Или тебе неинтересны те, кому интересна ты, а те, кто интересны тебе, тебя всерьёз не воспринимают. Вечные несовпадения. Катя честно считала, что надо было быть полной дурой, чтобы потерять такого мужчину, как Юрка. Она даже детей ему не сподобилась родить. Вот бы у неё сейчас мощный козырь бы был на руках. И всё-таки интересно, почему они разошлись. Чья была инициатива? Жалел ли Юра об этом? Понятно, что для его бабушки её мальчик - святой мученик, а бывшая сноха - исчадие ада, от которой он избавился с превеликим удовольствием. Но она просто не может быть объективной. Тем более, что баба Лида с ними не жила, и не может иметь полной картины их семейной жизни. Сам Юра о своём браке сказал лишь то, что они с Вероникой были слишком разными людьми и представляли себе семейную жизнь очень по-разному. Это понятно, но Катя воспринимала его слова, как общие фразы. А так хотелось знать все подробности. Она то ему всё рассказала потихоньку, а он не торопился делиться с ней своим прошлым. Почему? Эта скрытность настораживала. Вдруг он любит свою бывшую, просто упрямо не хочет этого признавать, пытаясь заменить её Катей. Кто кого из них бросил? Это всё было так важно знать.


Эти мысли не оставляли её всё время, что она собиралась на вечеринку по случаю дня рождения Влада Зацепина. Хотя и эта вечеринка сама по себе уже была темой для беспокойства. Вряд ли Влад будет рад её видеть, а уж его сестра и подавно. Катя хотела было отказаться, сославшись на то, что Егорку не с кем оставить. Но Юра предложил оставить его со своей бабушкой. На её сомнения от отвечал:

- Ты всю жизнь от них прятаться собираешься?

- Нет, но... Зачем портить человеку праздник присутствием неприятного ему человека?

- Не преувеличивай. И потом, как бы то ни было, им придётся считаться с моим выбором.


Катя очень постаралась выглядеть на все сто. Даже если ей будут не рады, она всё равно должна быть, как царица, которая выше всех сплетен и подозрений, и которая даже у недоброжелателей вызывает восхищение. Ей хотелось, чтобы Юра гордился ей, чтобы не смотрел ни на кого, кроме неё. И если со вторым пунктом всё получилось, чувствовать себя равнодушной к не слишком дружелюбному настрою хозяина вечеринки и его сестры, у неё не выходило. Сказать, что они были потрясены её появлением, это значит ничего не сказать. Конечно, никакого скандала они не устроили, не демонстрировали презрения, но держались с ней отчуждённо, а Лялька, которую теперь все называли Алевтиной, так вообще смотрела сквозь неё. Всё это было неприятно, отнестись к этому с королевским безразличием не получалось. Потом она понемногу освоилась, другие гости общались с Юрой и с ней. Сам он от неё не отходил, понимая, как важна для неё сейчас его поддержка. Катя утешала себя тем, что эта встреча с друзьями и её присутствие делают его счастливым.


Юру окликнул какой-то его бывший клиент, и тому ничего не оставалось делать, как начать с ним обсуждать его машину. Катя села за столик, взяла в руки бокал с вином и от нечего делать вертела его в руках.

- Ну, привет, - рядом с ней за столик села нарядная брюнетка.

Чуть опомнившись от неожиданности, она поняла, что перед ней Юркина бывшая жена.

- Мы знакомы? - тем не менее холодно спросила Катя.

- Ты знаешь, кто я. Я знаю, кто ты, - ответ оппонентки её с толку не сбил, - Не придуривайся.

- Ну, хорошо. Оставим условности. Чего тебе нужно от меня?

- Я хотела тебе сказать, чтобы ты отцепилась от моего мужа.

- А то что? - издевательски спросила Катя, - Бить меня будешь?

- Зачем? Это мужские методы решения проблем. Мне нет нужды к ним прибегать, - горделиво заявила Вероника, - Просто тебе же хуже будет, когда он тебя бросит и вернётся ко мне.

- С чего ты взяла, что он к тебе вернётся? Нафантазировала там себе чего-то и за правду выдаёшь?

- А ты думаешь, ты ему очень нужна? Мнишь себя большим препятствием на моём пути? Ну-ну. Разведёнка с прицепом! Думаешь, урвала себя классного мужика с деньгами? Как бы не так. Он меня любит! Я ему своих детей рожу, и он тогда будет моим с потрохами. Знаешь, почему мы разошлись? Потому что я детей не хотела. А он на них помешан.

- А теперь вдруг захотела?

- Ну на что только не пойдёшь ради любимого мужа, - фраза прозвучала цинично.

- Любимого? - усмехнулась Катя, - Ладно, в твою любовь к нему я ещё могу поверить. А с чего ты взяла, что ему до сих пор нужны дети от тебя?

- А ты с чего взяла, что нет, а? Только потому, что ты со своим прицепом появилась? Подумаешь, какая ценность! Да ты хоть понимаешь, почему он на тебя вообще внимание обратил? Только потому, что ты на меня похожа чем-то!

Катя даже растерялась от такой наглости и именно такой интерпретации событий.

- Это ты на неё похожа, а не наоборот, - они обе уставились на Влада, - Чего смотришь? Так оно и есть. Помнишь, я рассказывал тебе про Катю, когда пытался открыть глаза, почему ты вообще оказалась рядом со Столяровым, и как он вообще мог совершить такую ошибку? Так вот она и есть та Катя.

- Она? - растерянно переспросила Вероника.

- Она. Так что видишь, тебе ничего не светит. Езжай в свой Краснодар, ищи другого дурака, который будет терпеть твои закидоны и кормить за так. И, насколько я помню, тебя нет в списке приглашённых. Так что иди, откуда пришла.

Веронике ничего не оставалось делать, как только убраться восвояси.


- Спасибо, - поблагодарила Катя.

- Не спасибо. Просто ненавижу эту самодовольную шлюху. Ты просто меньшее из зол. И как только Столяров находит себе таких баб, которые кроме как использовать мужиков, ничего больше не умеют.

- И как же это я его использую?

- Да очень просто. Выкинул тебя твой богатенький московский муженёк на улицу без копейки денег. Осталась ты одна с ребёнком на бобах. Куда ж деваться, пришлось ехать домой, в свой Богом забытый городишко. И надо же, никто тут с фанфарами тебя не встречал. Работать ты не привыкла. Срочно был нужен новый мужик, чтобы сесть ему на шею и ребёнка своего посадить. И тут ты вспомнила про Юрика. А что? Хороший парень, да к тому же не нищий, добрый и порядочный до безобразия. Теперь даже можно закрыть глаза на то, что он немного прихрамывает. У всех же свои недостатки. Некоторые то ради денег и со стариками спят, а тут молодой мужик, вполне себе симпатичный. Чего же не попытаться поймать удачу за хвост? Тем более, он когда-то влюблён в тебя был. Чего стоит напеть, что ты ошиблась и теперь так его ценишь, так ценишь, что даже готова и замуж пойти. Поражаюсь иногда, как же всё легко даётся таким прожженным стервам. Достоинств то только, что красивая.

- Влад, хватит. Я понимаю, что ты обо мне не самого лучшего мнения. Ты можешь мне не верить, но я Юрку люблю.

- Чего это вдруг? Потому что у него деньги завелись? Так это пройдёт, стоит только появится мужику побогаче. И сразу новая любовь придёт, а Юрик останется не удел.

- Ну, зачем ты так? - она не хотела с ним ругаться, понимая, что он искренне пытается защитить друга.

- Помнишь, ты и раньше его любила, вроде как брата. Только ради своего московского женишка быстро забыла про свою сестринскую любовь.

- Ничего я не забыла! Да, я сказала гадость, о которой потом очень жалела. Я думала, что Юрка специально всё подстроил, чтобы поссорить меня с Виталиком, потому что он ему не нравился. Я даже не догадывалась, что он сам в меня влюблён был.

- А что, если бы догадывалась, замуж бы за него тогда пошла? - издевательски спросил Влад.

- Нет, - честно ответила Катя.

Собеседник лишь презрительно улыбнулся, считая, что она своим ответом подтвердила его правоту, и собрался уходить.

- Влад, ну ты же как никто другой должен меня понимать. Ты же тоже знаешь, что такое быть вторым сортом. Когда люди тебя презирают только за факт твоего рождения в неблагополучной семье. Для меня было так важно всем им доказать, что я не хуже их, так хотелось утереть им нос, чтобы они позакрывали свои поганые рты. И когда я почти достигла своей цели, когда они все мне завидовали, вдруг случилось то, что грозило уничтожить все мои завоевания.

- И ты решила пожертвовать Юркой.

- Да ничего я не решила! Я разозлилась на него, растерялась, испугалась. И мне очень жаль, что я тогда так его обидела. Я же фактически потеряла родного мне человека. Я не могу изменить то, что осталось в прошлом. Ты хочешь, чтобы я расплачивалась за это всю жизнь? Ты что ли безгрешен и никогда не совершал ошибок?

- Не безгрешен. Я могу понять, что тобой двигало, могу понять все эти комплексы неблагополучных детей. Я даже согласен, что не имею права тебя судить. Это не моё дело. Я просто не хочу, чтобы ты решала свои проблемы за счёт Юрика. Он очень хороший человек, умный, добрый, порядочный. Только наивный иногда не по делу, верит оборотистым девицам, а потом страдает.

- Я не собираюсь заставлять его страдать и никому не позволю его обидеть.

- Даже себе?

- И себе.

- Я тебя обыскался, - прервал их беседу Юра, обнимая её собственническим жестом и целуя в щёку, тем самым давая понять Владу, что Катя его официальная девушка, и что отношение к ней должно быть соответственным, - А она тут мило беседует с другим мужчиной. Предупреждаю, он женат и у него двое детей.

- Эй, ты чего меня сдал? - Влад изобразил возмущение, - Я тут перья распустил, а он! А ещё друг, называется.

- А ты как думал? С конкурентами не церемонятся. А то так пожалеешь друга и останешься ни с чем, - весело ответил Юра, - Так что смирись. Эта девочка моя.

- Да понял, я понял, - махнул рукой Влад, - Всё равно у меня теперь шансов не осталось с таким честным дружком.

Он ушёл.


- Всё нормально? - спросил Юра, заглядывая ей в глаза.

- Нормально.

- Влад может, не церемонясь, выдать всё, что думает. Иногда это не слишком приятно услышать. Но совершенно точно, он мне друг и никогда не причинит зла намеренно. Он считает, что защищает меня от меня самого, вот и вмешивается туда, куда бы не стоило лезть.

- Откуда ты знаешь, о чём мы говорили?

- Догадываюсь. Он и с моей бывшей женой не миндальничал. Они просто друг друга терпеть не могли. Мы как-то из-за этого здорово поругались. В результате он просто перестал её замечать, а со мной мой брак старался больше не обсуждать.

- Ты любил её? - спросила Катя, - Почему Вы всё-таки развелись?

- Мы же уже говорили на эту тему, - попытался Юра увильнуть от ответа.

- Да. Но ты так ничего мне и не рассказал. Она ведь была здесь, рассказывала мне, что ты её до сих пор любишь, - не удержалась Катя, хотя была не уверена, что стоило рассказывать ему о разговоре с его бывшей.

- Здесь? Когда это она успела к тебе привязаться? Меня не было всего то полчаса.

- Не уходи от разговора.

- Ну, хорошо. Я не люблю её. Да, был влюблёно в своё время, но и только. На момент развода все чувства умерли, так что это не было для меня сверхтрагедией. Я скорее был разочарован, что так ошибся, что потерпел очередное поражение. Это всегда неприятно и бьёт по самолюбию. Вероника меня не любила, ей было со мной скучно, детей от меня она не хотела. Что ещё ты хочешь знать?

- Что тогда вообще вас связывало целых три года?

- Наверное, как не глупо это звучит, но только постель. Ну и у каждого были свои дополнительные причины. Кроме вышеназванного её привлекала возможность весело жить за счёт мужа-идиота. Меня, даже не знаю, надежда что ли, что всё-таки у меня будет нормальная семья, что она, наконец, остепениться.

- Она гуляла?

- Не в том смысле, что ты имеешь в виду. Измен не было, по крайней мере я о них не знаю, иначе бы мы не протянули столько времени. Вероника просто была тусовщицей, ей нужны были, как воздух все эти вечеринки, танцы, поклонники, страсти вокруг неё. А я... Ну ты знаешь, что это всё не для меня. И в общем то я рад, что мы развелись.

- А я то как рада, - усмехнулась Катя.

- В таком случае, тоже не буду строить из себя святого. Чего уж там. Признаюсь, что тоже счастлив, что у тебя с твоим Виталиком всё разладилось.

- Надо же какой ты оказывается вредный! - деланно возмутилась Катя.

- Ещё и злопамятный. Если помнишь, я давно на твоего бывшего зуб имею.

- Жаль, что ты не поколотил его тогда, - смехом сказала Катя.

- Почему же не поколотил? Всё было, просто ты не знала.

- Это когда же?

И Юра рассказал ей, как всё было. А она слушала и удивлялась, до какой же степени она была слепа тогда, что не разглядела как следует ни Виталика, ни самого Юрку.


## Глава 7.


- Ба, ты как себя чувствуешь? - спросил Юра.

- Хорошо.

- Слушай, ты ведь уже можешь одна дома побыть?

- Могу, конечно. А что, ты не хочешь, чтобы Катя ко мне приходила? - забеспокоилась бабушка.

- Да нет. Я просто хочу, чтобы ты её отпустила на полдня.

- Куда?

- Ну, понимаешь... Я хочу, чтобы она со мной поехала в Ланцово. Мне там нужно одну машину очень интересную посмотреть, а потом мы бы погуляли там.

- А Егор?

- Мы вернёмся, когда его будет пора из садика забирать.

- Очень хорошо. Конечно, езжайте, погуляйте. Уж по дому то я ползать в состоянии.


Настроение у Юры было замечательным, даже несмотря на сегодняшнюю встречу с Вероникой. Она заявилась к нему на работу, заставив его несказанно удивиться.

- Здравствуй, Юр, - начала она, заходя к нему кабинет, где он занимался бумагами.

Вид у неё был покаянный.

- Здравствуй. Какими судьбами?

- Я пришла с тобой поговорить.

- О чём? Я тебе ещё чего-то не отдал из совместно нажитого имущества?

- Перестань! Даже ты не можешь меня обвинить, что я расчётливая стерва, помешанная на том, как бы кого раскрутить на бабки.

- А я разве обвиняю? Ты получила свои полквартиры, на которые имела право. Спасибо, что не стала отвоевывать половину моих мастерских.

- Я не об этом пришла говорить.

- Ну, хорошо. Я тебя слушаю.

- Может быть, пойдём куда-нибудь?

- Зачем? Чем тебе здесь не нравиться? Никто тебя тут подслушивать не будет. Да и потом, извини, мне некогда, у меня куча дел, чтобы тратить время на поиски удобных мест.

- У тебя никогда не было на меня времени, - обиженно заявила Вероника.

- Так ты пришла мне претензии предъявлять? Зачем? Не трудись, я признаю, что был ужасным мужем, что я кругом виноват перед тобой и что был тебя не достоин. Это всё?

- Хватит ёрничать! Не был ты ужасным мужем, это я была плохой женой. Я хочу, чтобы ты меня простил, чтобы не держал зла на меня.

- Вероник, я не держу на тебя зла, - устало вздохнул Юра, - Что было, то было. У каждого из нас теперь своя жизнь. Я вполне доволен этой жизнью, надеюсь, у тебя тоже всё хорошо.

- Нет у меня ничего хорошего без тебя! - она вдруг кинулась ему на шею, - И ты не можешь быть без меня счастлив. Я же знаю! Ты же любишь меня! А я.. Я так по тебе соскучилась.

- Верноник, - Юра начал отстраняться от неё.

- Ну, прости ты меня! Я была дурой, наговорила тебе глупостей.

Она попыталась его поцеловать, смело запуская свои руки туда, куда ей вздумалось. Она рассчитывала, что он потеряет голову от её смелых ласк, как это бывало во времена их брака. Но он ничего не испытывал, кроме злости и брезгливости. Неизвестно чего бы он ей наговорил, если бы его не позвал один из работников. Мужчина шёл к нему в кабинет, но не был уверен в том, что Юра на месте и сначала его окликнул. Вероника тоже по началу растерялась и отскочила.

- Уходи, - сказал ей Юра, - Не надо было этого всего.

- Я знаю, ты просто не хочешь меня прощать...

- Уходи.

В дверном проёме появился работник.

- Юрий Владимирович, не помешал? - он покосился на Веронику.

- Нет. Девушка уже уходит, - ответил Юра и переключился на работника, нарочно игнорируя Веронику.

Он даже злорадства не испытывал, даже самолюбие не получило никакой подпитки от этой выходки бывшей жены. Ему настолько было безразлично то, что их связывало когда-то, она сама, её чувства, что он воспринимал её, как досадное недоразумение, про которое даже думать не стоит.


На следующий день, когда они с Катей поехали в Ланцово, он и думать забыл об этом инциденте. Всю дорогу они веселились, вспоминая свои детские приключения.

Потом он смотрел машину и был поглощён этим делом. Пришлось повозиться, но оно того стоило. Очень интересный раритетный экземпляр. Кате надоело ждать его в машине, и она пришла к нему. Она не пыталась его отвлечь, но он отвлекался, ловя на себе её взгляд.

- Чего? - не выдержал он.

- Что чего?

- Ты так смотришь. Я подумал, что хочешь чего-то спросить, но не решаешься, боишься меня отвлекать.

- Не угадал. Мне просто нравится смотреть, как ты работаешь, - улыбнулась она, - Такой серьёзный, умненький.

- Умненький? - он усмехнулся.

- И красивый.

- Серьёзный, умненький и красивенький, - подвёл итог Юра, - Ну прямо как про котёнка.

- Скорее как про кота любимого до невозможности.

Очень хотелось её поцеловать, но он был грязным, да и место не располагало к нежностям.

- Что ты можешь знать о невозможности? - трагично произнёс он.

- Уж конечно, где уж нам.

- Да ты просто не представляешь всей глубины моих высоких чувств, - продолжал он разыгрывать из себя героя рыцарских романов.

- Ну ка просвети меня.

- Ишь ты! Даже ну ка. Весь романтизм убила.

- Не увиливай!

- Чего ты хочешь услышать? Что-то типа того, что я жить без тебя не могу?

- Хочу!

- Услышала? Счастлива?

- Ещё бы.


Это, конечно, всё были шутки. И всё-таки мысли о том, что с ним будет, если между ними всё закончится, иногда приходили в голову. И ни разу он не нашёл на них ответа, кроме слова "ничего". Юра старался про это не думать, да и предпосылок для таких мыслей никаких не было. Но горький опыт всё же нет-нет, а подливал ложку дёгтя в бочку мёда его счастливой жизни.


После того, как Юра сделал свою работу, они поехали просто гулять. Светлый, тёплый, беззаботный день в чужом городе. Кто бы мог подумать, что вечер принесёт столько событий. Всё началось с того, что они стали свидетелями аварии, когда возвращались домой. Авария произошла на их глазах, так что пришлось оказывать помощь до приезда скорой и полиции. Это сорвало им все планы. Они хотели быстренько доехать до дома и успеть до того, как нужно будет забирать Егорку из сада, побыть вдвоём. Но этому не суждено было сбыться. Мало того, что времени почти не осталось, позвонил Влад и сказал, что будет ждать Юру возле дома. И, конечно же, они ничуть не удивились, увидев его рядом с его же машиной. Но вот кого они не ожидали увидеть здесь, так это Веронику


- Юр, мне надо с тобой поговорить, - начала она наступление, игнорируя его спутников.

- О чём еще? - он не скрывал раздражения.

- О нас.

- О нас, - повторил он, - Чего уже о нас говорить? Поздно.

- Нет, не поздно! Мы можем всё начать сначала! Ты просто из упрямства и гордости не хочешь меня прощать. Я поняла, как была неправа, вела себя, как капризный подросток. Но я изменилась, я готова сделать тебя счастливым. Дай нам только шанс...

- Мы не можем начать сначала, - прервал он её излияния, - Я не хочу ничего менять.

Его страшно нервировал этот концерт, за которым вынуждены наблюдать Катя и Влад, и в котором его заставляли играть главную роль. Он испытывал только стыд и злость.

- Юр, ну поверь мне! Я, правда, стала другой. У нас всё будет хорошо, у нас будут дети. Я люблю тебя, я сделаю всё, что ты хочешь!

Она кинулась ему на шею. Почему-то было так противно от всего этого. Он оторвал её руки от себя и как можно чётче и спокойнее ответил:

- Дело совсем не в моём доверии к тебе, или недоверии. Я не люблю тебя.

- Не любишь?! А кого ты любишь? Эту? - она с ненавистью посмотрела на Катю, - Какую-то бабу с чужим ребёнком?! Ты с ума сошёл?

- Это ты сошла с ума, если думаешь, что я до сих пор страдаю по тебе. Я что, похож на идиота? Я слишком хорошо тебя знаю для этого. Не настолько я ненормальный, чтобы любить такую душевную пустоту.

Он никогда так с ней не разговаривал, но сейчас она его вывела из себя своей наглостью, своей самоуверенностью, да и то, что она считает его кретином, который по её мнению должен был повестись на этот фарс, тоже страшно бесило.

- А ты есть идиот! Надо быть совсем без мозгов, чтобы верить, что эта твоя подружка с прицепом вдруг тебя полюбила! Ага, как же! Ей просто с ребёнком пристроиться надо, да и желательно, чтобы мужик при деньгах был. Или ты думаешь, она тебе детей родит? Как бы не так! У неё уже есть свой ребёнок. Зачем ей ещё? Да и какая дура захочет рисковать? Кому нужны хромые дети-уроды?


***


Катя не вмешивалась в их разговор. Влад тоже молчал, с презрением глядя на эту наглую особу, которая наконец-то получит по заслугам и поймёт, что не всё в этом мире бывает так, как она хочет. Жалко выглядит человек, который не может достойно принять отказ. Очень хотелось наговорить ей гадостей в ответ, но в данном случае Юра должен сам поставить её на место. У него это получалось, пока эта гадина, понимая, что терпит фиаско, не ударила его по самому больному месту. Возникло непреодолимое желание убить её на месте за это. И Катя, не помня себя от злости, влепила ей такую пощёчину, что Верника отлетела к стене.

- Слушай меня, дрянь. Не тебе решать, сколько я рожу ему детей. Их будет ровно столько, сколько он захочет. И они будут самыми замечательными, потому что по-другому и быть не может. Это ты урод. Тебе нельзя размножаться. Всякой мрази на земле и так хватает. Душевное убожество не должно иметь своего продолжения в детях.

- Какие же вы все уроды! - выкрикнула Вероника, - Ну и живи с этой дурой!

- Дура - это ты, - спокойно заявила Катя, - Такого мужика упустила, а теперь локти кусаешь и ядом исходишь.

- Да кому он нужен?! - пыталась сохранить лицо Вероника.

- Мне нужен. Да и тебе тоже, раз ты тут чуть ли не в ногах у него ползаешь. Даже я с Владом тебя не смутили, вот как назад то хочется. А как поняла, что ничего не получишь, так и пошла гадости выдумывать. Прям как Лиса и виноград. Я понимаю, что тебя это утешает, делает твой проигрыш не таким обидным. Но не могла бы ты утешаться где-нибудь в другом месте? В Краснодаре, скажем? А то мне разведёнке с прицепом терять нечего. Я ещё сейчас вспомню, что ты моего мужика руками трогала, и так рассержусь, что мало не покажется.


Соперница чего-то там пробормотала в ответ, но, похоже, испугалась таки физической расправы, и вскоре ретировалась. Катя заметила одобрительный взгляд Влада и большой палец руки, поднятый вверх. Он её действия одобрял. Но это не имело особого значения. Важно было, как к этому всему отнесётся сам Юра. Нужно ли ему было её заступничество? Она совсем не думала, когда за него заступалась, как он на это отреагирует. Она не могла остаться в стороне, когда кто-то его обижал. Не могла, и всё. Так было всегда. Понятно, что он вышел бы из положения, изобразил бы, что его совсем не трогают злые слова бывшей жены или ответил бы ей тоже что-то колкое. Но Катя знала, что ему сделали больно, причём осознанно. Это её буквально взбесило. Юрка мог за себя постоять в компании парней, он не побоялся, будучи мальчишкой, спасти девочку от двух взрослых пьяных мужиков, не испугался Влада и его шпаны, не побоялся броситься ей на выручку через бушующее море, даже сегодня рискуя жизнью, вытаскивал людей из перевернувшейся машины, лежащей на самом краю обрыва. Но против вот таких моральных калек, как его бывшая жена, он был бессилен, оставаясь в душе таким же ранимым и нежным, каким был в годы их детской дружбы. И она должна была его защитить, как и тогда, потому что и тогда и сейчас он был самым родным и любимым человеком на свете.


Он улыбнулся ей и протянул к ней руки.

- Ты меня спасла? - в вопросе было столько нежности, что глаза предательски защипало.

- Прости, что я влезла. Но не было больше сил слушать её бред.

- Это ты меня прости, что тебе пришлось это слушать.

И он поцеловал её. В этом поцелуе было всё: и извинение, и благодарность, и нежность, и ликование.

- Ладно, я завтра зайду, - услышала Катя голос Влада, - Милуйтесь тут, влюблённые.

Они ничего ему не ответили, полностью занятые друг другом.


Катя считала эту тему полностью исчерпанной, но как оказалось, не всё так просто. Где-то через неделю они втроём отправились на маяк. Сын был в восторге от своего взрослого друга. Между Юрой и Егоркой сложилась именно дружба. Накануне Юра посвятил мальчика в свою мужскую тайну, познакомил с лучшим механическим другом - мотоциклом Арнольдом. Егор все уши прожужжал матери об этом чуде техники, которое дядя Юра сам собрал. Тот успел покатать мальчика на своём друге, так что тот просился с ним в гараж каждый божий день. Они и Катю звали, но та после аварии панически боялась ездить на мотоцикле. Она даже не знала, где находится этот загадочный гараж. Но это было и не важно, главное, что сын и любимый прекрасно ладили. Егор при Юрке никогда не капризничал, а тот в свою очередь не оставлял без внимания его просьбы и вопросы. Вот и на маяке мальчик от Юры не отходил. Они вместе возились с лодкой, катались, купались.

- Слушай, как у тебя хорошо получается объяснять ему, как что делается, - похвалила Катя.

- Да он просто умный парень, - улыбаясь, ответил Юра, - Главное всё объяснять без нервов.

- Это то и сложно. Из тебя получится прекрасный отец, раз ты умеешь без нервов достучаться до ребёнка, - задорно сообщила Катя и потрепала его по голове.

Но Юрка даже не улыбнулся.

- Ты чего? - не поняла такой странной реакции на свою похвалу Катя.

Он ответил не сразу.

- Я не уверен, что хочу стать отцом.

- Почему? - изумилась Катя.

- Ты, наверное, не так поняла. Я имел в виду, что не хочу, чтобы у меня были дети, - было видно, как тяжело ему такое говорить.

- Как так? Ты же говорил...

- Я не хочу, чтобы мои дети тоже родились хромыми. Я не хочу, чтобы их дразнили, чтобы они страдали.

Он уставился на море, чтобы не встречаться с ней глазами и не выдавать своего отчаяния. Но Кате не надо было на него смотреть, чтобы понять, как ему больно от собственных слов. Ей хотелось броситься его утешать, так было его жалко, но она удержалась от этого. Сейчас её жалость только усугубит ситуацию, а ей хотелось убедить его, во что бы то ни стало, что он в корне не прав.

- Кто тебе сказал, что твои дети непременно унаследуют твой недостаток? Эта идиотка Вероника? Тоже мне светило медицины.

- А может быть она права. Что тогда?

- Да почему она права? Она просто недалёкая безграмотная дура! Такие вещи иногда случаются, и совсем не обязательно, что какую-то роль здесь играет наследственность. Твоя мать этим не страдала, как и дядя, и бабушка, и дедушка. И даже твой отец, насколько я понимаю.

- Я ничего не знаю про него.

- Если бы такое было, то ты бы точно об этом услышал. Так что эти твои страхи не имеют под собой никакой почвы. У нас с тобой будут самые красивые, умные и замечательные дети.

- А если всё-таки родиться такой же, как я? А если это вообще девочка будет? Ты представляешь её жизнь с этим уродством? Да она, а вслед за ней и ты, возненавидите меня за её страдания и исковерканную судьбу!

- Ну, знаешь! - рассердилась Катя, - Никто не может гарантировать, что ребёнок даже у самых здоровых родителей будет идеально здоров. Всё может случиться. Ведь любой сбой когда-то случается впервые. Но если бы люди так много думали об этом, поддавались своим страхам и опасениям, то давно бы вымерли. В любом случае наши дети будут самыми любимыми, а это дорогого стоит. Как бы не сложилась их жизнь, какими бы они ни были, у них всегда будет обожающая их мать и самый лучший любящий папа. Разве этого мало?

И он оттаял. Катя увидела, как напряжение, в котором он находился во время этого нелёгкого разговора, уходит, сменяясь надеждой и благодарностью. И она поторопилась закрепить успех:

- Мы с тобой сделаем всё, чтобы наши дети были счастливы. По крайней мере, они точно будут счастливее нас в своем детстве. Мы оба выросли без родителей, но мы сами можем стать настоящей семьёй, можем подарить нашим детям то, о чем всю жизнь мечтали.

- Можем. Но при одном условии, - Юра улыбался, его глаза сияли.

- Каком?

- Для осуществления задуманного ты просто обязана стать моей женой.

- Это предложение? - кокетливо спросила Катя.

- От которого ты не сможешь отказаться, после того как пообещала мне рай на земле.

- А я и не собираюсь отказываться.


Они скрепили договор поцелуем, и несколько увлеклись, пока их бесцеремонно не прервали.

- Мама! А что дядя Юра твой жених? - спросил у неё сын.

- Как это ты угадал?

- Потому что он тебя целует.

- Ты не против? - спросил Юра у мальчика, - Я бы очень хотел, чтобы твоя мама стала моей женой.

- А я тогда стану твоим сынком, а ты моим папой? - уточнил Егорка.

- Так оно и будет.

- Я согласен! - радостно закричал ребёнок, - Давайте уже женитесь скорее!

Они переглянулись и засмеялись.

- Ну, раз ты так настаиваешь, мы поторопимся.


## Глава 8.


Он смотрел на неё и чувствовал, что всё его счастье стремительно утекает из жизни. Всё повторяется снова. Это начало конца. Его брак с Вероникой начал разваливаться так же. Катя, также, как и его первая жена, наслаждалась мужским вниманием и восхищением, и тоже была готова душу за это продать. Он был не нужен ей сейчас, она о нём и не вспоминала. Ещё бы, столько мужских глаз смотрят на неё с восторгом и вожделением, тянут к ней свои жадные руки, а она счастлива этим, смеётся, что-то весело отвечает на их шутки. А он сидит здесь, смотрит на всё это и умирает от ревности и обиды.


Влад их пригласил в один из своих клубов, потому что туда приехала какая-то модная московская звезда. Юра в этом вообще не разбирался, и совсем не хотел идти на концерт. Но Катя, как услышала имя этой певички, загорелась попасть на её выступление. Он уступил, чтобы сделать ей приятное. И сначала он был рад её приподнятому настроению, и тем, что на зависть всем именно с ним пришла эта роскошная женщина. Но потом начались эти дурацкие танцы, которые он терпеть не мог. Юра видел, как загорелись глаза у его спутницы, когда публика пустилась в пляс под одну из зажигательных мелодий. Ей хотелось туда, к танцующим.

- Юр, пойдём потанцуем, - предложила она, продолжая жадными глазами смотреть на пляшущих людей.

- Я не танцую, - ровно ответил он.

- А мне так хочется потанцевать, - мечтательно произнесла она.

- Иди, - ему не оставалось ничего другого.


Она сразу вскочила и чуть ли не бегом присоединилась к общему веселью. Почти сразу Катя оказалась в центре внимания. Мужчины стремились подойти поближе и засвидетельствовать своё восхищение словом, взглядом, некоторые пытались составить ей партию в танце. Следующий танец был медленным, и Катя едва успела перевести дух, как была уже кем-то приглашена. Это вызвало у него такое бурное возмущение, что он вскочил с места и собрался было идти к ней, чтобы вернуть её, но его окликнули. Это был один из старых знакомых, и Юре пришлось уделить ему время. Он слушал собеседника в пол-уха, стараясь не выпускать из виду Катю, которая мило беседовала о чём-то со своим партнёром по танцу. Слава Богу, медленный танец закончился, вслед за ним опять зазвучала зажигательная музыка. Но Юра потерял её из вида. Где она? Куда ушла? Уж точно не к нему за столик! Он начал выискивать в толпе её недавнего партнёра. Мысль о том, что они скрылись куда-то вместе, пронзила болью и ужасом. К своему облегчению он скоро заметил того мужчину в толпе. Но ревность уже была выпущена на волю. И уже во всех её жестах, движениях, улыбках он усматривал желание привлечь к себе как можно больше мужских взглядов, полное бесстыдство и пренебрежение к себе.


- Юрка, ты тут не заскучал? - она всё-таки о нём вспомнила, хотя, скорее всего, прибежала выпить немного коктейля.

- Заскучал? Уверяю тебя, это совсем не то, что я чувствую, - саркастически усмехнулся он.

- Тебе не нравится здесь? - удивилась Катя.

Юра не успел ничего ответить, потому что её снова утащили на танцпол какие-то её знакомые. Она только успела бросить на него умоляющий взгляд и продолжила развлекаться, не догадываясь, а скорее всего даже не заботясь, что доводит его своими танцами до белого каления. И это были совсем не те чувства, которые он испытывал, когда так себя вела Вероника. Тогда он испытывал стыд за неё и переживал, что подумают о нём люди, потому что такое поведение жены выставляло его придурком, об которого ноги вытирают, а он терпит. Сейчас же он пребывал в бешенстве, потому что внимание его женщины принадлежит кому-то другому, что её кто-то другой трогает своими руками, что столько мужчин смотрят на неё и раздевают взглядом. А уж какие планы они строят на неё, он догадывался и готов был убить каждого из них за это. Ещё одного медленного танца с обжиманиями он выдержать не мог. Юра решительно ринулся в толпу танцующих, чтобы немедленно прекратить это цирк. Видимо, вид у него был настолько устрашающим, что Катин партнёр сразу же посторонился и растворился в толпе. Юра схватил её за руку и потащил к выходу.


- Юрка, ты чего? - засмеялась она.

- Хватит с меня!

- Да куда ты меня тащишь?

- Домой.

- Так быстро?

- Не наплясалась? - злобно спросил он.

- Ты злишься? - наконец поняла она.

- Ну что ты! Да нисколько! Я просто в восторге.

- Ревнуешь меня что ли? - эта догадка развеселила её ещё больше.

Он ничего не ответил, продолжая тащить её за руку. Она не сопротивлялась особо, но веселилась, не воспринимая всерьёз его ревность. Идти было совсем недалеко, и вскоре они оказались у неё дома.

- Юрасик мой, я тебя так люблю, - весело заявила она, обняла его за шею и начала целовать.

Он ответил на её поцелуй и на какой-то момент был готов плюнуть на всё и потерять голову. Но злость, ревность и то, что она действует точно так же, как это делала его первая жена, всё же не дали ему погрязнуть в этом омуте страсти. Он не собирался больше становиться безвольной игрушкой в руках женщины. Юра оторвал от себя её руки и отстранился.

- Ты чего? - спросила Катя, ничего уже не понимая от загоревшейся в крови страсти.

- Я не собираюсь быть утешительным призом, - зло бросил он.

- Чего? Ты о чем?

- Тебя заводит, что несколько десятков мужиков пускают слюни, глядя на тебя? Что каждый из них мечтает оказаться с тобой в постели и воображает, чего бы он там с тобой делал, что все они тебя лапают? А я уж должен завершить ими начатое, раз уж являюсь твоим официальным бойфрендом.

- Юр, ты чего несёшь? Ты в своём уме? Никто меня не лапал!

- Я не слепой и не слабоумный. Я уже был раз женат на шлюхе. И второй раз делать этого не собираюсь!

- Что?! - её глаза горели такой обидой и возмущением, что если бы взгляд мог убивать, то он бы свалился замертво, - То есть я шлюха? Ты это хотел сказать?

- Ты слышала, что я сказал, - он был разозлён не меньше её, поэтому нисколько не испугался её разъярённого вида.

А зря. Она отвесила ему пощёчину.

- Пошёл вон!

А он и не собирался противиться. Просто развернулся и ушёл, горя праведным негодованием.


***


Катя с ужасом смотрела на захлопнувшуюся дверь и не могла поверить, что всё это происходит с ними. Весь хмель от веселья и от небольшого количества спиртного, что она выпила за вечер, вмиг улетучился. Она его прогнала! А он даже не подумал извиниться. Да как он вообще посмел так её обзывать? Как посмел сравнивать её с этой гадиной Вероникой?! И что теперь со всем эти делать? Катя не спала полночи. Она ждала, что Юра придёт мириться, а она ещё скажет ему, что она думает по поводу его идиотского поведения и несправедливых обвинений. Это ревность заставила его говорить все эти гадости, она это понимала. Но ведь повода к тому она ему не давала. Катя никак не ожидала, что его так заденут эти её танцы. Она так любила танцевать, и столько времени была этого лишена, что оторвалась на полную катушку. Она вообще не думала, что привлекает к себе чье-то внимание, это не имело значения. Хотя неправда, ей хотелось внимания, восхищения и восторженных взглядов только от одного человека, а этот человек ничего не понял. Да и что уж себя обманывать, ей хотелось, чтобы он весь вечер смотрел на неё и облизывался, томился бы в ожидании ночи, хотелось свести его с ума, быть самой желанной, а потом вместе с ним сгореть в пламени его страсти. Ну, никак она не могла предположить, что вызовет совсем обратную реакцию. Никогда раньше ей не приходилось сталкиваться с его ревностью, Юрка всегда был достаточно благоразумным человеком. Теперь она начала понимать, насколько тяжело ему дался этот весёлый вечер, при том, что сам он не решался принимать участия в этом веселье. Наверное, ему было одиноко, неуютно, а тут ещё и она пусть и не нарочно дала ему повод для ревности. Можно только догадываться, что он чувствовал, если и правда думал про неё то, что наговорил. Надо было поговорить с ним, переубедить. Зло на него уже прошло, ругаться с ним больше не хотелось. Нужно было успокоить его и объяснить, что он неправ. Но он так и не пришёл.


Утром Катя отправилась за сыном, надеясь застать Юру у бабушки. Она почти убедила себя, что он уже остыл, всё понял и с радостью пойдёт на примирение. Но его, несмотря на выходной, дома не оказалось. Баба Лида ни о чём не спрашивала, так что можно было сделать вывод, что она ничего не знает об их ссоре. Но это значит, что Юрка не приходил сюда ночью. Интересно, где же он эту ночь провёл? Она не думала, что с ним что-то случилось, потому что утром он заходил к бабушке и переодевался. Это она сразу заметила. Возможные варианты ответов на свой вопрос настроения не прибавили. Катя забрала сына и ушла. Её никто не просил о сверхурочной работе, да и баба Лида вполне уже справлялась сама. Совсем скоро Юра сообщит ей, что они больше не нуждаются в её услугах. Он так и не пришёл вечером. Егор одолевал её вопросами, где дядя Юра и почему он никак не придёт. Мальчик заснул, так и не дождавшись его. Оставшись наедине с собой Катя совсем пала духом. Как же тяжело было, обидно за себя, жалко сына, что она расплакалась. Но слёзы не приносили облегчения, сердце разъедала такая тоска и отчаяние, что жить не хотелось. Где он? С кем? Как же она теперь без него? Неужели это конец? Получается, что он совсем её не любит. И посреди этого отчаяния вдруг звонок в дверь. Катя вскочила, на ходу стараясь привести себя в порядок, чтобы он не догадался, что она тут по нему рыдает.


- Прости меня, - начал он с порога.

Катя, молча, пропустила его в квартиру, боясь разрыдаться снова, но теперь уже от облегчения.

- Я вёл себя, как придурок, наговорил тут Бог знает что, - он выглядел растерянным и виноватым.

- Почему ты не приходил? И где был всю ночь? - она сумела с собой справится, задав тревожившие её всех больше вопросы.

Сама ссора и её причины уже отошли для неё на второй план.

- Был в гараже. Меня всегда приводит в чувство ковыряние в железках. А утром на самом деле была срочная работа. Я только недавно освободился, ездил снова в Ланцово.

- Объясни мне, что это такое вчера было?

Он прошёл на кухню и встал у окна.

- Всегда думал, что быть счастливым очень легко при условии, что ты получил то, что тебе было нужно для этого счастья. Не компромиссный вариант, а именно то, о чём мечтал. И вот я получил то, чего хотел. Рядом со мной оказалась женщина-мечта, которую я всю жизнь любил. И она, о чудо, тоже меня полюбила. Казалось бы, живи да радуйся. Но всё не так просто. Откуда-то появляется дурацкий страх потери своего сокровища, ты начинаешь видеть опасность там, где её нет. Надо же предотвратить все покушения на моё счастье. Этот страх мешает здраво оценивать ситуацию. Кажется, что враги повсюду, даже в самой любимой женщине. Я знаю, что ревность бессмысленное чувство, но это не спасает от неё. И я не могу гарантировать, что ничего подобного больше не повториться.

- Юр, я тебя очень люблю. Я могу поклясться, что никогда тебя не предам, никогда не брошу, никогда намеренно не обижу. И я могу сейчас пообещать тебе, что угодно, но ведь это ничем тебе не поможет. Это для тебя будут всего лишь слова. Пока ты сам не будешь мне верить, я ничем не смогу тебе помочь. Ты так и будешь терзаться страхами, отравлять себе жизнь беспочвенными подозрениями. Ты либо веришь мне, либо нет, третьего не дано.

- Да всё я понимаю. Просто... - он замолчал, видимо, не зная, как сказать, но потом всё-таки решился, - Помнишь, я сказал тебе, что люблю тебя так, что самому страшно. Это не для красного словца, это правда. Я понимаю, что ты не можешь мне дать никаких гарантий. Но именно сейчас мне важно знать, что ты не обманываешь меня, что в наших отношениях нет никаких подводных камней, что я не просто утешительный приз или спасательный круг после развода с Виталиком.

- Можешь быть в этом уверен. И почему ты считаешь, что из нас двоих ты находишься в более уязвимом положении? Я тоже вполне могу оказаться утешительным призом после Вероники.

- Не говори ерунды, - отмахнулся он.

- А что? Ты же жил с ней, несмотря на то, что она вела себя, как шлюха. Чем то же она тебя держала? Потом она моложе меня лет на пять, и у неё нет ребёнка от другого мужчины.

- Я уже говорил тебе, что она не была шлюхой в полном смысле этого слова, даже пытался объяснить, почему так долго это терпел. А все остальные перечисленные тобой причины смехотворны.

- Почему? Откуда я могу знать, как ты будешь относиться к моему ребёнку, когда у тебя появятся свои? Ты, конечно же, сейчас будешь меня заверять, что это ничего не изменит, да я и сама верю в это, но ведь в жизни всякое случается. Человек полагает, а Бог располагает. И я так же, как и ты, боюсь, что ты когда-нибудь разлюбишь меня, что увлечёшься другой женщиной. И не делай такое лицо. Я не могу быть уверенной на сто процентов, что такого не произойдёт никогда. Ты же не станешь отрицать, что никогда не был обделён женским вниманием. Скорее даже наоборот. Это вполне закономерно. Ты молодой, красивый, успешный и далеко не бедный, я уж не говорю про личные качества. Сомневаюсь, что ситуация изменится, когда ты на мне женишься. Сейчас женщин совсем не останавливает наличие жены, если они видят перед собой по-настоящему стоящего мужчину. Все хотят урвать свой кусок счастья, и совсем не важно, какой ценой и кто от этого пострадает. Так что мне остаётся только верить тебе без всяких гарантий и доказательств. Получается, что мы с тобой в равных условиях.

- Никогда не думал об этом, - признался Юра, - Мне всегда казалось, что ты знаешь, как я тебя люблю, и какую власть ты надо мной имеешь.

- Глупый! Да как можно знать это наверняка? Да ещё и быть уверенной, что ничего никогда не изменится? - она обняла его, - В это можно только верить. И я хочу, чтобы ты верил.

Их губы встретились на полпути друг к другу. В этом поцелуе было всё: и нежность, и страсть, и счастье, и доверие, и прощение, и беззащитность, и полная капитуляция. Катя каждой клеточкой своей сущности ощущала, что они стали ещё ближе, что перешли на новую более высокую ступень отношений, что отныне они одно целое навсегда.


***


Очередная годовщина гибели его дяди. Скорбная дата. Юра неизменно каждый год привозил бабушку на кладбище. Обычно они приходили сюда вдвоём и проводили здесь столько времени, сколько бабушке хотелось тут быть. Потом они шли на могилу Катиной бабушки и Марины. Бабушка всегда переживала, что за ними никто не ухаживает. Катя жила далеко и в свои редкие визиты не успевала этого толком сделать. Поэтому Юра платил нанятой женщине, чтобы та убиралась не только у его дяди, но и у них. Но с приездом Кати он перестал это делать, потому что она сама там наводила порядок как считала нужным. Его удивило тогда, что она совершенно по-разному ухаживает за могилкой бабушки и могилкой матери. Когда их отношения стали более близкими он даже поинтересовался, почему так.

- Бабушка меня вырастила, она была мне самым родным человеком всю жизнь. Она меня любила. А эта, - она кивнула в сторону холмика, где покоилась её мать, - Мне никто. Я знаю, что если бы она тогда соображала и могла что-то сделать, меня бы не было.

- Ты слишком строга к ней. Она пережила в своей жизни сущий кошмар и была не совсем здорова.

- Я в этом не виновата! Но она, похоже, считала по-другому. Тебе легко быть таким добрым, ты с ней не жил. Твоя мать не была позорищем семьи и по-своему тебя любила. Однако ты не простил её за то, что она проявила слабость и отправила тебя назад к бабушке. А это гораздо меньшее преступление.

- Сейчас я не могу сказать, что не простил её, нет у меня той обиды, что была раньше. Я даже могу понять её. Просто между нами нет близких отношений, за столько лет мы стали чужими.

- Нет близких отношений, - с усмешкой повторила Катя, - Да их вообще нет никаких!

- Если ей они не нужны, то мне и подавно. Насильно мил не будешь.


На этом они тогда и закончили неприятный для них обоих разговор. Каждый из них так или иначе был брошен родной матерью, и для каждого из них это было больной темой, травмой, прикасаться к которой до сих пор было крайне болезненно.

И тем удивительнее было для него увидеть, как Катя заботливо украшает могилу матери цветами. Она приехала вместе с ними, побыла немного на могиле его дяди и ушла к своим.

- Надо всё-таки памятник ей поставить, - сказал Юра.

- Да, - ответила Катя, поднимая на него полные слёз глаза.

- Ты чего, Катюш? - он поспешил к ней, чтобы обнять и утешить.

- Знаешь, мне так её жаль.

- Конечно, жаль.

- Я, наверное, только теперь смогла понять, что она пережила, когда у неё на глазах убивали человека, которого она очень сильно любила, а потом эти же люди сделали с ней то, что сделали. Странно бы было, если бы она приняла меня после этого с распростёртыми объятиями. Я же дочь убийцы, который отнял у неё того, кто был для неё всем. И только сама полюбив по-настоящему, я могу представить, что сделало её такой, какой она стала.

Юра прижал к себе её ещё сильнее.

- Ты простила её?

- Да. Не могу сказать, что она была права, отвергая меня и начав заливать своё горе спиртным, но понять и простить её можно. И кто знает, что там было в её голове после того, как она пережила физическое насилие. Все же говорили, что она изменилась до неузнаваемости и просто была не в себе. Я то её той другой не знала. Мне она не казалась ненормальной, только равнодушной, отстранённой, злой или пьяной. Я не верила бабушке, считала, что та придумывает ей оправдания, ссылаясь на её проблемы с головой. А на самом деле ей просто нравится так жить, и она никого не любит.

- Её уже нет. Она прожила несчастливую кошмарную жизнь. Пусть покоится с миром. И если там после смерти что-то есть, то надеюсь, что там она обрела покой, от того, что ты её простила.

- А я надеюсь, что моя мама и её Юра там встретились.

- А мы с тобой здесь. Я думаю, что у нас и здесь всё получится.

- Конечно.

И они в обнимку медленно пошли к бабушке, чтобы ехать домой.


## Глава 9.


Катя суетилась на кухне. У сына сегодня был день рождения. Гостей она не ждала, но как раз сегодня Юрка должен приехать из командировки. Правда вернётся он только к вечеру, но они успеют посидеть за столом и даже сходить в парк. Наконец-то у Егорки появился компаньон по катанию на аттракционах, куда без взрослых не пускают. Сама она терпеть не могла все эти карусели. Егор вертелся возле неё, ребёнку не терпелось начать праздник.

- Ну, когда же дядя Юра приедет? - ныл он, - Чего он так долго?

- Иди поиграй. Ещё часа два ждать. Он и так очень торопиться.


Мальчик еще раз рассказал, как он недоволен отсрочкой, но потом ушёл таки в свою комнату заниматься подарком, который Катя вручила ему ещё утром. Она доделала торт и села, чтобы перевести дух. Вроде бы основная часть дел сделана. Надо придумать, чем занять ребёнка, когда ему надоест подаренный ею конструктор.

Её мысли прервал звонок в дверь. Катя удивилась. Юра так рано не мог приехать, а больше она никого не ждала. Она пошла открывать дверь. Катя была просто ошарашено, поняв кого сегодня принесло сюда.

- Ты?!

- Не ждала?

- Нет. Чего тебе надо? - она не собиралась проявлять дружелюбие к бывшему мужу.

- Я к сыну на день рождения приехал.

- Надо же! О сыне он вдруг вспомнил, - с горьким сарказмом произнесла Катя, - Когда из дома в никуда выкидывал, о сыне не думал.

- Я тебя с Егором из дома не выкидывал. Это всё мать.

- Папа! - из своей комнаты выскочил сын, - Ты приехал!

Виталик подхватил мальчика на руки и поцеловал.

- Я соскучился по тебе, - заявил он ребёнку, - Вот и приехал.

- А у меня день рождения!

- А я знаю. Даже подарок тебе привёз.

- Проходи, - Кате ничего не оставалось делать.

Она не могла выставить его на глазах у обрадованного визитом папаши сына. Он ведь всё-таки к нему приехал, и, наверное, для мальчика это хорошо. Но сама Катя была совсем не рада визиту бывшего мужа.


Виталик какое-то время разговаривал с сыном, демонстрировал ему свой подарок и его возможности. Это была машина с пультом управления, которая вытворяла что-то непостижимое. Егор был в восторге.

- Сынок, ты поиграй пока, а мне надо с мамой поговорить. Ладно? - услышала Катя из кухни.

- Хорошо, пап.

Витали пришёл к ней и сел на табуретку.

- Кать, давай поговорим, - начал он.

- Говори, - она равнодушно пожала плечами.

- Я знаю, что виноват перед тобой и перед сыном. Наверное, это слишком мало после такого сказать всего лишь: "Прости меня". Но я, правда, очень хочу, чтобы ты меня простила.

- Да пожалуйста. Это всё?

- Нет не всё. Я хочу, чтобы вы поехали со мной в Москву.

- Это ещё зачем?

- Кать, я понимаю, что ты очень обижена на меня. Я совершил глупость, подлость, я просто предатель. Наверное, сам я никогда бы такого не простил. Но ведь ты женщина, у нас общий сын и ты могла бы хотя бы ради него...

- О сыне он вспомнил! Сыном он меня шантажирует теперь, - возмущённо прервала его Катя, - Что же он был тебе не нужен, когда ты выкинул нас, как котят из квартиры без средств к существованию? Много ты о ребёнке тогда думал? Тебе было безразлично, где он будет жить, на что. Про себя вообще молчу.

- Это не я тебя выгнал из квартиры, а моя мать! Ты же знаешь, что она тебя ненавидит. Она должна была предложить тебе переехать на съёмную квартиру, пока я бы не купил вам с Егором жильё. По её словам, ты даже не стала её слушать, заявила, что тебе от нас ничего не надо. Как я понимаю, она не сказала тебе и того, что мой отец, когда был жив, открыл счёт на имя Егора, и на этом счету лежит хорошая сумма. Более того на твоё имя тоже, оказывается был открыт счёт, но там лежит сумма поменьше. Мать сказала, что оповестила тебя об этом, но ты, якобы, даже не поблагодарила её и предпочла уехать на родину. Поэтому я никак не думал, что вам с Егоркой не на что жить.

- Если бы ты имел смелость сам со мной поговорить, этих проблем удалось бы избежать. А теперь скажи, чего вдруг так приспичило, чтобы мы с Егором вернулись в Москву? Ты же вроде отцом стал не так давно. Извини, что не поздравила.

- Отцом стал какой-то нищий студент. Эта шалава пыталась подсунуть мне чужого ребёнка. Не буду рассказывать, как я это выяснил.

- Меня это мало интересует. И теперь ты решил, что раз с новым ребёнком не получилось, то и мы сойдём, - цинично усмехнулась Катя.

- Ну зачем ты так? Я просто понял, что был идиотом, потеряв такую замечательную жену и родного сына.

- Найди себе новую жену, роди новых детей, только будь уж поразборчивее в следующий раз.

- Зачем мне новая? Я хочу вас вернуть!

- Ничем не могу помочь. Поезд ушёл.

- У тебя кто-то появился? - догадался Виталик, - Что же, я понимаю. Но ведь это всё несерьёзно. Тебе просто нужно было как-то жить, на кого-то опереться.

- Нет, Виталь. У меня всё серьёзно. Я люблю другого мужчину. И поверь, говорю тебе это совсем не для того, чтобы тебя наказать.

- Кто он?

- Да какая тебе разница?

- Да никакой! Ты моя жена и мать моего ребёнка и ты поедешь со мной!

- Нет.

- Ах,нет!

Он схватил её в охапку и начал целовать, не давая ей высвободить руки.

- Отстань от меня! Ты с ума сошёл?!

Катя вырывалась, но и Виталик, не привыкший к отказам, не собирался сдаваться, ничего уже не соображая от злости, ревности и похоти, которая в нём проснулась. Он жаждал полного её подчинения. Кате удалось высвободить руку. Она изловчилась и схватила со стола тарелку с салатом, которую буквально одела на голову бывшему мужу. Салат залепил глаза Виталика, он от неожиданности выпустил её из рук.

- Ты чего сделала? Ты с ума сошла?!

- По-моему, это с тобой не всё в порядке. Не думала, что ты опустишься до изнасилования.

- Не говори ерунды. Мне надо умыться.

- Иди.


Виталик отправился в ванную и вскоре вышел оттуда голый по пояс. Катя тоже оказалась испачканной в салате, так что ей тоже пришлось следом за ним идти в ванную помыться и поменять грязную одежду. Она разделась, приняла душ и с досадой обнаружила отсутствие своего полотенца. Виталик, видимо, им воспользовался и утащил с собой из ванной.

- Виталь, принеси, пожалуйста, полотенце, - крикнула она, чуть приоткрыв дверь.

- Сейчас, дорогая.

Катя усмехнулась про себя такому обращению. До чего же самоуверенный и настырный. Как бы рваться к ней в ванную не начал со своими домогательствами. Надо быть аккуратной, схватить полотенце и сразу закрыться. Её мучил вопрос, как его выпроводить до Юркиного приезда. Не хотелось бы, чтобы они встретились. Но и прогнать бывшего со дня рождения его ребёнка, тоже было нехорошо. Если тот хочет общаться с сыном, то запрещать этого никак нельзя. Юрику всё равно придётся с этим мириться. Надо всё-таки позвонить ему и предупредить о том, что его ждёт не самая приятная встреча.

- Виталь, ну сколько можно ждать? Я уже замерзла! - нетерпеливо позвала она пропавшего с полотенцем бывшего.

Первым делом, выйдя из ванной, она начала звонить, но Юра, как назло, был недоступен. Оставалось только ждать. Ох, и непростой вечер ждёт их всех сегодня.


***


Он приехал раньше, чем обещал, и был очень доволен собой. Планов было много. Сначала надо было купить подарок Егорке, а потом приготовить для них с Катей сюрприз. Для этого нужно было попасть на маяк. Там он провозился где-то час. После чего он взял с собой самокат и мотоциклетный шлем, которые купил мальчику в подарок, и отправился к ним. Рановато, но Юра не думал, что придётся не ко двору. Напротив, он был уверен, что ему будут очень рады.


И когда ему открыли дверь, он аж онемел от неожиданности.

- Здорово, братец, - с издевательской улыбочкой приветствовал его бывший муж Кати, - Что приехал, типа, племянничка поздравить? Или кто он там тебе сейчас? Пасынок?

- Где Катя? - проигнорировал его вопросы Юра.

- В ванной, - многозначительно ответил Виталик, - Сам понимаешь, муж приехал. Так что извини, ты опять не у дел.

Он бы ударил этого гада по ухмыляющейся физиономии, если бы между ними не встал ребёнок, выскочивший на лестничную площадку.

- Дядя Юра! Привет! А ко мне папа приехал, - похвастался он.

- Я вижу. А где мама?

- В ванной.

- Виталь, принеси, пожалуйста, полотенце, - услышал он вполне будничный Катин голос.

- Сейчас, дорогая, - ответил тот и пошёл.

Юра почувствовал себя лишним в этой семейной идиллии, и сердце от этого упало куда-то вниз.

- Проходи, дядя Юр, - позвал его Егор.

- Егорка, я не могу. Я очень тороплюсь. Я зашёл на минутку, чтобы подарить тебе подарок.

Он протянул мальчику свои подарки.

- Ух, ты! - тот был очень рад, - Папа! Посмотри, что мне дядя Юра подарил.

- Очень хорошо. Иди пока отнеси это в свою комнату, сынок - отозвался Виталик, подошедший к двери вновь, а потом обратился к Юре, - А ты больше сюда не приходи. Это моя жена и мой ребёнок. Понял? Мы скоро уедем из этого Задрипанска. Как только Катька вещи соберёт. Ты пойми, что эта женщина создана для другой жизни. Он никогда не будет счастлива в этой дыре.

- Я должен с ней поговорить, - сказал Юра, не желая верить словам Виталика.

- Зачем? Ну кому станет легче, если она начнёт оправдываться и просить у тебя прощения? Тебе нужны эти разборки, все эти сопли? Или ты не веришь мне?

- Виталь, ну сколько можно ждать Я уже замерзла, - услышали оба голос Кати.

- Ну ты же всё понимаешь, - многозначительно произнёс Виталик, - Всё. Пока. Нам некогда.


И он закрыл деверь. Очень хотелось треснуть по этой двери, чтобы она развалилась, избить этого самодовольного урода и посмотреть Кате в глаза, потребовать объяснений. Но... Но он, действительно, всё понимал. Одно то, что она так нетерпеливо звала его в ванную, из которой тот, похоже, только что вышел, судя по мокрым волосам и полуголому виду, свидетельствовало о том, что он опоздал. Ничего уже не исправить. И куда теперь деваться от этого понимания, он не знал. Не хотелось никого видеть, никого слышать, ему не нужны были чьи бы то ни было утешения и сочувствие. Если бы только можно было выкинуть это всё из памяти в один миг! Имелось одно довольно таки быстрое средство, но оно не избавляло от проблемы, а лишь откладывало её на день, ну на два, если очень постараться. Всё равно по истечении действия алкоголя через все эти переживания придётся пройти. И никто ему не поможет, он неминуемо погрузится в этот ад всё равно. Да ещё и натворит каких-нибудь идиотских дел, за которые потом будет стыдно перед собой всю жизнь. Нет уж, выставлять себя ещё большим дураком он не собирался. Всю ночь он где-то ездил, заходил куда-то, когда оставаться наедине с собой было совсем невмоготу. Он даже с кем-то разговаривал, отвечал на флирт, но ощущение нереальности происходящего не покидало. Он как будто видел себя со стороны, и не был там, где находилось его тело.


Начало светать. Надо было идти домой, но он по-прежнему не хотел никого видеть из своих, не был готов говорить о том, что с ним произошло. В конце концов, он бросил машину у одного из клубов, потому что без спиртного там не обошлось, и отправился в свой новый гараж. Там есть старый диван, и вполне можно переночевать на нём. Арнольд точно не будет его ни о чём спрашивать и лезть в душу.


Утро не принесло облегчения, но зато вернуло возможность думать. Произошедшее в голове не укладывалось. Ну как человек может быть настолько двуличным? Она такие слова ему говорила, была так нежна с ним, так откровенна и щедра в своих ласках, и при этом не любила его, а всего лишь использовала. И как легко она снова выкинула его из своей жизни. Он же просто "счастливчик"! Ему так и везёт на пустых, эгоистичных, продажных баб, которые любят только себя. Он оказался не нужен матери, не нужен первой жене, не нужен Кате. Она предала его опять ради этой проклятой Москвы. Ну почему за маленький кусочек счастья он всегда расплачивается огромными шрамами на сердце? Почему все женщины, которых он любил, никогда не отвечали ему взаимностью? Что с ним не так? Глупый вопрос. Всё же очевидно! На нём же природа отыгралась, он же Богом обиженный хромой неудачник.


На смену полному отчаянию, жалости к себе и самоуничижению пришла злость на жизнь, на всех этих предательниц, таких лицемерных, меркантильных и бездушных. Он справится. Ему не привыкать. Переживал же он всё это раньше, и сейчас переживёт. Впредь будет наука. Никогда больше он никому не поверит, никого даже близко не подпустит к своему сердцу, никто его больше не разобьёт. Нечего там уже разбивать. Пройдёт день, два, неделя, месяц, и ему станет легче. Так всегда бывает. Нужно только найти силы пережить этот месяц, а потом жизнь потихоньку начнёт чем-то заполняться.


## Глава 10.


- Чего так долго? - раздражённо спросила Катя у Виталика.

- Не мог найти, где у тебя полотенца лежат, - и протянул ей свежее.

Катя быстро схватила его и тут же закрыла дверь. С него станется. Опять лезть начнёт. Мачо недоделанный!


Она вышла из ванной и начала накрывать на стол. Скоро уже Юрка придёт. Она и ждала и боялась его прихода. "Надо ему дозвониться и предупредить о незваном госте!" - вспомнила она. Но он почему-то был недоступен. Катя даже немного опоздала со столом, но даже когда всё было готово, Юра так и не появился. Катя начала нервничать.

- Давай уже за стол садиться, - предложил Виталик, до этого игравший с сыном, - Или ты кого-то ждёшь?

- Да. Я жду Юру.

Из своей комнаты выскочил Егор.

- Мама! Смотри! - и он водрузил на голову шлем, который надевают мотоциклисты, - Круто?

- Очень круто. Только откуда это у тебя?

- Дядя Юра подарил.

- Когда это он успел? - удивилась Катя.

- Сегодня.

- Как сегодня?

- Дядя Юра приходил ко мне, когда ты купалась в ванной. Ему папа дверь открыл.

Катя в ужасе уставилась на бывшего мужа.

- Что ты ему сказал?

- Папа сказал, чтобы он уходил, - сообщил Егор, - Я слышал. А дядя Юра подарил мне ещё самокат. Он сказал, что очень торопиться и забежал на минутку.

- Что ты ему сказал? - Катя повторила вопрос, в голосе уже звучала угроза.

- Чтобы шёл себе лесом. Что ему тут ничего не светит, что ты моя жена, а Егор - мой сын! Что я заберу вас в Москву.

- И всё? - не верила Катя, - Он бы так просто тебе не поверил. Что ты ещё наговорил?

- Ничего! Просто дал понять этому ублюдку, что ты снова моя, и что у нас с тобой всё уже было.

- Ну ты и..., - она сдержалась при ребёнке, чтобы не наговорить его отцу кучу гадостей и не обзывать его последними словами.

- Да ладно, переживёт.

- Ты у нас к ребёнку приехал? Вот и пообщайся с ним.

С этими словами она бросилась к двери.

- Ты куда?

- Не твоё дело.


Первым делом она помчалась к бабе Лиде, надеясь застать там Юру. Она представляла, что сейчас он должен испытывать. Ей было так горько и больно за него, что хотелось заплакать. Дома его не оказалось. Пришлось поведать о случившемся его бабушке, которая тоже не на шутку обеспокоилась. Пробыв у неё час, Катя отправилась домой, предварительно договорившись с бабой Лидой, что та ей позвонит, если Юра появится у неё.


День Рождения сына был безнадёжно испорчен. Она не могла заставить себя веселиться, всё валилось из рук. О том, чтобы куда-то пойти с Виталиком и речи быть не могло. Мальчик чувствовал её настроение и вёл себя тихо. Было уже поздно, ребёнку пора было спать. Виталик, похоже, уходить от них не собирался. Катя так и не дождалась звонка от Юркиной бабушки. Сам он не отвечал. Телефон был выключен.

- Сынок, собирайся. Мы с тобой пойдём ночевать к бабушке Лиде, - приняла решения Катя.

- А папа?

- А папа может оставаться здесь.

- Кать, хватит дурить. Повоспитывала меня, и будет.Чего ты добиваешься? - начал Виталик.

- От тебя ничего. Послушай, Виталь, я знаю, что ты не привык проигрывать, но я с тобой никуда не поеду. Я тебя не люблю. Я не запрещаю тебе общаться с сыном, не собираюсь тебя им шантажировать или наказывать. Но ты никогда больше не будешь лезть в мою жизнь. Можешь здесь ночевать, если тебе некуда пойти. Но завтра утром я не желаю тебя здесь видеть. Дверь захлопни, когда будешь уходить.


Баба Лида была им рада, но беспокойство за внука от этого меньше не стало. Катя провела бессонную ночь ожидания. В голове всплывали страшные картины того, что могло произойти с Юркой. Чтобы не впасть в панику окончательно, она думала о том, что скажет ему при встрече. Только бы с ним было всё в порядке, только бы их встреча состоялась. Под утро она забылась беспокойным сном.

Он не появился ни утром, ни днём. Катя всерьёз собралась было съездить на маяк, несмотря на испортившуюся погоду. Но потом передумала. Вряд ли он там. Это место для него связано с ней, он сам так говорил, и наверное противно ему сейчас. Она оставила сына с бабой Лидой и отправилась к Владу. Тот выслушал её и согласился помочь. Они вместе объездили все места, где по мнению Влада Юрка мог быть. Но его не было нигде. Он не заезжал сегодня ни в одну из своих мастерских, не был ни у одного из знакомых Владу частных клиентов. В конце этих поисков Катя не выдержала и расплакалась.


- Я так боюсь за него, - сквозь слёзы говорила она, - Ну где же он? Вдруг с ним случилось что-то ужасное. Я же с ума тогда сойду! Я... Я не знаю, как я без него...

- Да подожди ты его оплакивать! Прям утопился он с горя! Не на того напали. Найдётся твой Столяров. Подожди ка! А ты не знаешь, где у него новый гараж? Там у него мотоцикл ещё проживает.

- Арнольд?

- Ну да. Я то так его ни разу и не видел, хотя Юрик звал меня. Очень ему хотелось похвастаться своим железным конём. Но мне всё некогда было.

- И я не была там ни разу. Терпеть не могу мотоциклы. Егорка там был, - обрадовалась Катя.

- И Лялька была. Она знает, где это. Только мы с ней в ссоре. Не поверишь, из-за тебя.

- Из-за меня? Ну ты скажи ей, что это очень важно.

- Вот сама и скажи. Только учти, что она терпеть тебя не может с тех самых пор, когда ты Юрика своему муженьку отдала на съедение. Мы и поссорились, потому что я попытался её убедить, что ты не так уж и плоха. Иди поговори с ней. Так мы сразу двух зайцев убьём. И она перестанет беситься из-за тебя, и скажет, где этот злосчастный гараж.


Ладно. Она попытается. Ей не хотелось раздоров из-за себя среди юркиных близких друзей. Да и времени не было. Надо было скорее найти его.

- Ты? - удивилась Ляля, - Чего тебе надо?

- Ляль, мне очень нужно, чтобы ты сказала, где искать гараж, в котором у Юрки стоит Арнольд.

- Зачем?

- Это важно.

- Почему же он сам тебе об этом не сказал?

- Я боюсь мотоциклов.

- А сейчас осмелела?

- Мне необходимо его найти. Я целый день его ищу вместе с Владом. Его нигде нет.

- Значит, он просто не хочет вас видеть, - констатировала Ляля, - Я не собираюсь вам помогать.

- Ляль, я тебя умоляю. Ему должно быть очень плохо, и мне необходимо с ним поговорить.

- Ты опять его кинула? А теперь решила прощения попросить, чтобы совесть не мучила? Знаем мы ваши методы. Ничего не изменилось.

- Я не сделала ему ничего плохого. Мне не за что просить прощения. Он сделал неправильные выводы.

- Ну, конечно, - не верила ей Лялька, - Мужичка побогаче нашла? Знаю я тебя, меркантильную стерву, маму родную за деньги продашь.

- Мне всё равно, можешь называть меня, как тебе вздумается. Да, я стерва, дрянь, кто там ещё?! Я не ради себя, ради него прошу. Ну, хочешь, я на колени перед тобой встану? Я ужасно боюсь за него. Ну, пожалуйста.

- Хорошо, - сдалась Лялька, - Но только если ты хоть чем-то ему навредишь, я тебя уничтожу, убью собственными руками. Он лучше чем мы все вместе взятые, таких людей единицы.

- Ты всё ещё влюблена в него?

- Я люблю своего мужа. Но Юрка... Он как мечта, как идеал, его только издалека можно любить платонической любовью. Знаешь, я как-то пыталась завоевать его. Была молодой, глупой, чуть ли не предлагала ему себя, на шею вешалась. Но он не воспользовался моей глупостью и одержимостью, более того, сумел отказать мне так, что я не почувствовала себя униженной или отвергнутой. Юрка достоин только самого лучшего.

- Я согласна. Может быть, я не самое лучшее, но я очень его люблю.


Ляля объяснила, как ехать к гаражу. Катя молилась, чтобы он оказался там. И Бог услышал её. На улице уже стемнело, и было видно, что в гараже горит свет. Катя выскочила из машины и бросилась к гаражу.


***


Юра потрясённо смотрел на неё, а Катя чуть не расплакалась от облегчения, что он жив и здоров. Его удивление её визитом длилось не долго и вскоре сменилось ледяным холодом.

- Зачем ты пришла?

- Чтобы ты выслушал меня.

- Неужели нельзя без этого обойтись?

- Нельзя. Ты сейчас всё сам поймешь.

- Не думаю. Нет, я, конечно, понимаю, что тебе нужно облегчить душу, остаться хорошей и поступить в лучших традициях мелодрамы. Только вот мне то это всё зачем? Ты думаешь, я мечтаю услышать твои извинения, или, что мне интересно послушать про муки твоей совести? Или у твоего выступления есть какая-то другая цель?

- Мне не за что извиняться перед тобой! Ничего не было! - начала Катя сумбурно, не в силах видеть его потухших глаз, его боль, которую она отчётливо видела за его попыткой сохранить лицо.

- Я понял, понял. Ничего не было, - саркастически усмехнулся он, - Чего уж тут непонятного.

- Юр, перестань! Выслушай меня!

- Не хочу! - всё-таки сдержанность изменила ему, - Не могу я это слушать!

Одним ударом он открыл ворота гаража, сел на свой мотоцикл, натягивая на ходу кожаную куртку и хватая шлем.

- Всё! С меня хватит, - сказал он.

Катя бросилась к нему и успела сеть сзади на сидение мотоцикла, крепко обняв его руками.

- Я никуда тебя не отпущу, пока ты меня не выслушаешь, - твёрдо заявила она.

- Слезай! - зло бросил Юра.

- Нет.

- Ты же боишься ездить на мотоцикле.

- Да, боюсь! Но я не дам тебе уехать, пока мы не поговорим.

- Я не хочу ни о чём говорить! Чего непонятного? Оставь меня в покое!

Катя заметила полупустую бутылку из-под дорогого виски.

- Ты пил спиртное. Куда ты поедешь?

- Ничего я не пил!

- Я же вижу. Вон бутылка стоит.

- Это не моё и давно тут стоит. Не переживай, я не собираюсь заканчивать жизнь самоубийством. Так что твоя совесть может успокоиться. Иди домой.

Он завёл мотоцикл, собираясь ехать. Катя не двинулась с места.

- Слезай. Я всё равно уеду.

- Нет, - и она заплакала, уткнувшись ему в спину, - Если ты уедешь, то я поеду с тобой. Я никуда тебя не отпущу!

Юра заглушил мотоцикл, снял шлем и со вздохом повернулся к ней.

- Ладно. Если это так необходимо, я готов выслушать речь о том, как ты сожалеешь, что так ошиблась в своих чувствах, и что нам лучше остаться друзьями.

- Мы не сможем остаться друзьями. Мы ими и не были никогда!

- Замечательно, - устало усмехнулся Юра.

- Юр, я люблю тебя, - но увидев, его саркастическую полуулыбку и поняв, что он не верит ей, сразу перешла к главному, - У меня с Виталиком ничего не было, да и быть не могло.

- Надо же. Чего так? Не получилось в Москву поехать? Обманул он тебя, да? Воспользовался твоей доверчивостью? - издевательски спросил он.

- Да не собираюсь я ни в какую Москву! С чего ты взял, что мне туда надо?

- Тебе всю жизнь туда надо было. Грех не воспользоваться таким шансом.

- Он приехал, чтобы позвать меня обратно, - начала объяснять Катя, - Там у него чего-то не сложилось. А тут всё-таки сын, да и привычка, знаешь ли, большое дело. Строить что-то новое видимо страшно и лень. Но я отказалась.

- Странно. На тебя не похоже. И почему же?

- Потому что я полюбила другого человека. И мне не нужна без него никакая Москва. И вообще ничего не нужно.

- Ты муженьку в ванной об этом сказала, которую вы принимали вместе? Его версия выглядела по-другому. Вы бы уж определились.

- Мы не принимали ванну вместе! С чего это ты взял? Виталик мог наговорить, что угодно, потому что понял, что именно ты являешься причиной моего отказа ехать с ним. А в ванной я оказалась, потому что Виталик попытался получить своё силой. Мне пришлось надеть ему на голову тарелку с салатом. А поскольку он прижимал меня к себе в этот момент, я тоже испачкалась в салате. Потом мы просто мылись по очереди, он первый, как наиболее пострадавший. Я же звонила тебе, пыталась предупредить, что он приехал, но ты всё время был недоступен.

- Зачем ты его пустила к себе?

- Он же к Егору приехал на день рождения. Он всё-таки его отец и я не могла его не пустить. А ты? Почему сразу поверил ему? Почему даже не поговорил со мной? Неужели и тени сомнения не закралось? Какого же ты обо мне мнения, оказывается, - Катя пошла в наступление.

И это возымело действие.

- После того, как ты два раза позвала его из ванной и просила принести полотенце, я поверил в самый худший для себя вариант, - начал оправдываться Юра, - Дальше воображение помогло. И, наверное, я подспудно ждал чего-то подобного. Такой уж у меня дурацкий опыт общения с любимыми женщинами.

- И сразу смирился, - обиженно сказала Катя, - Какой же из тебя после этого рыцарь? А?

- Да никакой! Я не рыцарь, я самый обычный рохля, - улыбнулся Юра, - Разве ты не знаешь об этом?

- Зато самый любимый рохля в мире, - засмеялась она и поцеловала его.


***


- Егор, сейчас вы с мамой будете искать сокровища, - сообщил Юра, когда они все оказались на маяке.

- Сокровища?! - мальчик был в восторге.

- Да. Здесь спрятаны два сокровища, одно для тебя, другое для мамы.

- А как же мы их найдём?

- Здесь есть подсказки. Если ты будешь внимательным, ты их увидишь.

Егор начал оглядываться и почти сразу же заметил большую стрелку, нарисованную мелом.

- Мама! Смотри!


Катя с радостью подключилась к поискам. Юра смотрел на их весёлую суматоху и радовался, как ребёнок. Теперь, после того как он чуть не потерял их по своей же глупости и неуверенности, то что происходило сейчас, казалось настоящим подарком судьбы. Он ведь задумал этот сюрприз ещё до случившейся мнимой катастрофы. Ему хотелось привезти их сюда в день рождения Егора. Сокровищами были робот на пульте управления, которого мальчик давно просил у матери и кольцо. Кольцо было не простым, оно являлось семейной реликвией. Веронике он его не дарил. Во-первых, бабушка не хотела с ним расставаться на тот момент, хотя Юра подозревал, что она просто не хотела отдавать его Веронике, которую не любила. Во-вторых, сама Вероника терпеть не могла все эти старые традиции, и ему не хотелось, чтобы она осмеяла то, что важно и дорого для их семьи. А вот Катя, точно всё поймёт правильно.


Он смотрел на неё и сердце наполнялось нежностью, гордостью и восторгом. Какой же он всё-таки идиот и трус! Он так испугался, что услышит от неё, что между ними всё кончено, что предпочёл её вообще ни о чём не спрашивать, а молча уползти в свою берлогу и там умереть. Не физически, конечно, но он точно бы переродился в нечто отвратительное самому себе, и это что-то вряд ли когда-нибудь смогло бы стать счастливым или сделать счастливым хоть одно живое существо. Он представлял себе два варианта: либо обиженный на весь мир желчный зануда, либо ходячее зло, которому хорошо только тогда, когда кому-то плохо. И ведь это Катя опять его спасла от такой жалкой участи. Так уж повелось в их жизни. А он привык, его же всегда устраивало такое положение дел. И её, видимо, тоже. Друг без друга им нельзя, жизнь становилась неправильной. И Катя никогда не пожалеет, что ей достался такой рохля, как он. Он исправится, тем более теперь, когда он уверен, что она его любит. Ради неё он готов сделать, что угодно.


Он следовал за ними по мере их продвижения по лестнице в поисках подарков.

- Ура! Мама, это робот! Откуда он тут взялся?! - ликовал мальчик.

- Даже не знаю. А второй подарок для меня где?

- Посмотри повнимательнее и найдёшь, - ответил Юра.

Катя так и сделала, и вскоре в её руках оказался конверт, в котором лежало кольцо.

- Это мне? - она была растрогана, потому как знала, что это кольцо мужчины Юриной семьи дарят своим будущим жёнам.

- Да. Так уж получилось, что это кольцо оказалось у меня. И я, как единственный представитель своей фамилии дарю его тебе, как своей будущей жене и матери своих будущих детей. Я, наверное, должен встать на одно колено и попросить твоей руки. Но мы же выяснили, что я никакой не рыцарь, а твой любимый рохля. Поэтому я поступаю соответственно своему званию. Там вместе с кольцом в конверте лежит письмо, в котором написано то, что я так и не осмелился сказать.


Катя начала читать. Сначала она улыбалась, а когда подняла на него глаза после прочтения, они были полны слёз.

- Я так тебя люблю, Юр, - охрипшим от волнения и слёз голосом, сказала она, - Никогда больше в этом не сомневайся. Ты мой хороший, мой любимый, мне мир без тебя не мил. Понимаешь? Мой синеглазый мальчишка, ты всегда был мой и всегда моим будешь.

После таких слов он не мог не поцеловать её.

- Хватит целоваться, - услышали они нетерпеливый голос Егора, - Лучше смотрите, как мой робот умеет.

- Ну, хорошо. Мы посмотрим, но сначала я должен официально попросить у тебя руки твоей мамы, - весело ответил мальчику Юра.

- Как это руки?

- Ты же сейчас самый главный мужчина в вашей с мамой семье?

- Да, - гордо заявил Егор.

- Ты не возражаешь, чтобы мама стала моей женой? - спросил Юра, но видя непонимание в глазах мальчика переспросил, - То есть, ты не против, если мы с мамой поженимся.

- Нет, не против. Ты хороший и добрый. Только вот... У меня же уже есть папа, - озаботился Егорка.

- Есть.

- А ты? У меня что, два папы будет?

- Это уж как ты захочешь. Но ведь друзьями то мы точно можем быть?

- Можем, - обрадовался мальчик такому выходу.


Они начали заниматься роботом. Несколько раз он ловил на себе Катин взгляд, полный обожания и нежности и улыбался ей в ответ. А потом он увидел, что она снова перечитывает его письмо. Он был рад, что решился таки ей его отдать. Каждое слово там было правдой, которую говорят лишь раз в жизни самым любимым людям, потому что это очень непросто полностью открыть перед кем-то душу, полностью обнажить свои чувства, ведь это делает человека страшно уязвимым и лишает пути к отступлению.


"Родная моя, любимая, дорогая Катенька. Я так счастлив, что ты со мной. Ты моя песня, моя мечта, моё дыхание. Я не понимаю, как мог прожить без тебя так долго. Я люблю тебя больше, чем ты можешь себе представить. Я всегда любил и буду любить только тебя. Я обещаю, что сделаю всё возможное, чтобы ты была со мной счастлива. Ты нужна мне вся без остатка. Я хочу, чтобы ты никогда больше не взглянула с интересом ни на одного мужчину, кроме меня. Хочу, чтобы твоё тело загоралось только от одного моего взгляда и ты бы ничего не могла с этим поделать, даже если бы захотела. Но это не самое главное. Я хочу, чтобы ты отдала мне своё сердце, пустила в свою душу. Я хочу жить в твоих мыслях, знать о тебе всё, даже то, что ты хочешь скрыть от всех, и то, что сама о себе не знаешь. Я хочу быть нужным тебе, как воздух, как вода, как солнце, как всё то, без чего человек не мыслит жизни. И тогда никто и ничто не разлучит нас ни в этой жизни, ни в последующих. Тебе совершенно нечего опасаться, если мои мечты сбудутся, потому что всем тем, чем хочу владеть я, ты уже давно владеешь, я отдал тебе это добровольно".


ЭПИЛОГ.


- Ненавижу эти дурацкие галстуки, тем более в такую жару. Кто их только придумал? - ворчал Юра.

- Ну и не надевай его! Как будто кто заставляет тебя, - раздражённо ответила Катя.

Её злило, что муж так суетится, чтобы выглядеть как можно респектабельней. Но в то же время она его понимала. Ему сейчас это было крайне важно. Его мамаша, наконец, снизошла до того, чтобы наладить отношения с собственным сыном, которого она трусливо бросила ради нового мужа. Вместе с Юлей и отчимом они сегодня приехали, чтобы встретится с Юрой и его семьёй. Предлогом стало желание новоиспечённой бабки познакомится с недавно родившейся внучкой. Само знакомство состоится завтра, а сегодня Юру с Катей пригласили в ресторан. Свекровь с семейством остановились в гостинице, не решились сразу заявиться к ним, да и бабушку стеснять не захотели. Катя понимала, что её пригласили сегодня чисто из вежливости, Юркина мать хотела для начала просто пообщаться с сыном, прощупать почву на нейтральной территории. Можно было и не ходить, сославшись на необходимость ухаживать за малышкой. Но Катя не собиралась отпускать мужа одного в логово к врагу. Именно так она воспринимала его мать и отчима. Она до сих пор не простила им, что тогда они его отвергли. И сейчас её злило, что он ради них старается хорошо выглядеть и произвести на них благоприятное впечатление. Даже ненавистный галстук нацепил. Не стоят эти люди таких жертв и волнений с его стороны. И пусть только попробуют его хоть чем-то обидеть. Катя быстро поставит их на место и выскажет всё, что о них думает. Да мамаша и её муженёк вместе взятые мизинца Юркиного не стоят.


Катя всегда знала, что он очень хороший и добрый человек, каких в этом мире очень мало. Но за два года, что они прожили вместе, она не переставала восхищаться широтой его души, глубокой порядочностью и большим сердцем. Катя переживала, как всё таки сложатся отношения между ним и её сыном, когда у Юры появится собственный ребёнок. Но, похоже, всё её опасения были напрасными. Муж и сын так сдружились за эти два года, что вряд ли эту дружбу могло разрушить появление маленькой девочки, которую оба обожали. Егор быстро начал называть отчима папой, хотя и знал, что у него есть родной отец. Тот даже успел взять сына в Москву на каникулы один раз. Ей трудно далось это общение бывшего мужа с сыном. Катя никак не ожидала, что её обычно благоразумный, справедливый и добрый муж, который не отличался самодурством, вдруг воспротивится этому. Они тогда сильно поссорились, и Юра ушёл из дома. Катя была беременна на тот момент, и сильно переживала. Она знала, что он у бабушки, и переживала не о его местонахождении, а потому что не представляла, как преодолеть эти разногласия. С одной стороны было понятно, что он защищает свою территорию, не хочет подпускать Виталика близко к своей семье, понятна его ревность и неприязнь к этому человеку. Но ведь и Катя была просто обязана соблюдать интересы своего ребёнка. Вернулся он быстро, видимо не найдя поддержки и у бабушки, а может быть всё таки побоялся нервировать беременную жену. С горем пополам они договорились, что будут отвозить мальчика к отцу вместе, что Виталик к ним домой приходить не будет. При встрече бывший и нынешний муж друг друга игнорировали. Кате пришлось поставить Виталику жёсткие условия. Он не должен допускать с ней никаких вольностей и намёков, дабы не создавать проблем в её новой семье и не усложнять отношений с её мужем, и не должен настраивать сына против отчима и матери. Тот не был идиотом и сына по-своему любил. И каким бы ни было его желание задеть Юру, он держался, понимая, что для сына лучше жить в спокойной обстановке, в нормальной дружной семье, что противопоставление мальчика взрослому мужчине ни к чему хорошему не приведёт. У самого Егора не было никаких затруднений с двумя папами. Одного он звал папа Юра, другого папа Виталик.


Юра, хоть и скрывал от неё это, но всю беременность жены очень переживал, что ребёнок унаследует его физический недостаток. И что бы кто ему не говорил, этот страх глубоко засел в его душе. Катя поняла всё это только после рождения дочери. Баба Лида потом со смехом рассказывала ей, как Юра чуть не плакал от счастья и облегчения, когда сообщал ей о рождении правнучки: "Ба, она здоровая! Полностью здоровая! У неё всё в порядке. У неё этого нет! Она не будет хромой!" Дочь Юра обожал, но это было вполне ожидаемо. Катя же была очень рада, что в их семье родилась девочка, потому что это полностью исключало ревность старшего сына. Егор воспринимал её и как малышку, и как девочку, не пытался с ней конкурировать за внимание, а скорее оказывал покровительство. Сын гораздо больше проводил времени с отчимом, чем с матерью, но, похоже не чувствовал себя от этого обделённым. Сам Юра считал, что в семье дети не должны чувствовать разное к ним отношение, нельзя что-то забирать у одного в пользу другого. Он был убеждён, что только в таком случае братско-сестринские отношения будут настоящими. Гораздо лучше для каждого из детей иметь любящего брата или сестру, чем соперника или даже ненавистника. Откуда он это взял? Мальчик выросший без семьи, преданный матерью, Катя не находила ответа. Да просто он самый лучший! Нежный, чуткий и добрый.


Дела у Юры шли замечательно. Он шутил, что это только благодаря ей, потому как она приносит ему удачу. Совсем скоро они переедут в новый дом на побережье. Катя тоже не сидела без дела. В её жизни кроме замужества и рождения дочери произошло ещё одно важное событие. Она открыла собственное ателье. Пригодились деньги оставленные ей бывшим свёкром. Она до сих пор с теплом вспоминала этого человека, так любившего её сына и безоговорочно принявшего и её. Она была уверена, что он не был бы против такого вложения. Клиентами она обзавелась быстро. В этом помогли ей жена Влада и Лялька. Катя бесплатно сшила им наряды для собственной рекламы. Обе были так довольны, что заказали ей уже кучу всего, но уже за деньги. Они и привели к ней своих подруг. Катя трудилась над своим детищем до самых родов. Сейчас она тоже продолжала заниматься любимым делом, но по большей части дома, умудряясь совмещать это с семьёй и уходом за маленьким ребёнком. Ей очень повезло с персоналом. Девчонки подобрались талантливые, порядочные и ответственные. Она очень их ценила и старалась не обижать.


Встреча с родственниками мужа прошла мирно, в основном благодаря Юле. Она мастерски поддерживала беседу за столиком, вовлекая в неё всех присутствующих. Но всё равно Катя видела, как непросто это всем давалось. Особенно остро она чувствовала все эмоции мужа, понимала, как трудно ему было преодолевать это отчуждение, в каком напряжении он находится, несмотря на кажущееся дружелюбие. Она заметила, что он устал от этого общения, и поторопилась увести его под предлогом того, что ей надо кормить ребёнка. Тем не менее, знакомство бабушки с внучкой было назначено уже на следующий день. Катя погладила Юру по руке, когда они сели в машину, стараясь подбодрить его, оказать поддержку.

- Всё хорошо? - осторожно спросила она.

- Нормально. Устал просто.

- Они скоро уедут, и наша жизнь войдёт в привычное русло.

- Я рад, что они приехали, хотя мне и тяжело с ними. Наверное, давно надо было помириться с матерью. Да и отчим, потеряв сына, видимо пересмотрел многое в своей жизни. Потом, ведь столько лет прошло, я уже давно взрослый.

- Может быть, ты и прав. Но что делать? Всё сложилось, как сложилось.

- Просто раньше не было у меня ни желания, ни душевных сил налаживать отношения. Честно говоря, страшно было снова стать отвергнутым матерью.

- Сейчас не страшно?

- Теперь у меня есть вы. Вам то я точно нужен. Я отважился рискнуть. Что я теряю от этого? Теперь мои отношения с матерью не имеют для меня такого большого значения.

- Тогда зачем ты согласился на эту встречу?

- Ради дочери, наверное. Хочу, чтобы у неё была бабушка, тётя, двоюродные братья, сёстры. Это же хорошо, когда родных много, когда многим ты дорог, многие тебе рады.

- Наверное. Мне самой достаточно того, что ты меня любишь и детям я нужна.

Он улыбнулся ей.

- И я тебя люблю, - продолжила Катя, - Даже без галстука.

- Без галстука? - Юра засмеялся, - Ну это для меня наиболее ценно. О большем я и мечтать не мог.

- Поехали к бабушке за детьми. Ты забыл? - спросила Катя, видя, что муж поворачивает к дому.

- Дети уже спят. Ничего с ними не случиться, если они ещё часок без нас побудут.

- А мы?

- А мы просто очень приятно проведём время. Имеем право?

- Имеем.


***


Прошло 8 лет.


- Мам, меня отец зовёт к себе пожить, когда учиться начну, - сообщил Егор.

- Я не против. Можешь попробовать. Вроде бы тебе его новая женщина тогда понравилась, ты говорил, что вы поладили.

- Ты отстала от жизни, там уже другая. Мне не хочется у него жить, а как отказать, чтобы не обиделся, не знаю. Я лучше в общаге с ребятами.

- А мне было бы спокойнее, если бы ты у отца пожил. Какой никакой, а присмотр.

- Присмотр?! Мам, я не маленький уже! Справлюсь без присмотра, - саркастически заявил сын.

- Знаю я студенческие общаги, - усмехнулась Катя.

- Мы уже это обсуждали, и ты, вроде бы как смирилась, что твой мальчик вырос.

- Это он так думает, что вырос.

- Папа со мной тоже согласен. Так что не только я, - возразил Егор.

- Этот папа всегда с тобой за одно, - досадливо отозвалась Катя.

- Мам, как ты думаешь, папа даст мне сегодня вечером катер? - перевёл разговор на другую тему Егор.

- Смотря для чего.

- А ты не начнёшь его отговаривать?

- Сначала скажи с кем и куда ты собираешься. Если с ребятами гонки устраивать или после вечеринки кататься в непонятном состоянии, то буду. Да он и сам тебе не даст.

- Уже и непонятное состояние мне какое-то придумала, - укорил сын, - Не с ребятами. Я хочу вечером Настю сюда привезти.

- Романтический вечер? - понимающе улыбнулась Катя.

- Угу.

- Тогда я не возражаю, думаю, что и папа тебе не откажет.


Егор отправился к Юре, который играл в воде с младшими детьми. Старшей дочери Ирине было уже восемь лет, а младшему сыну Игорю - четыре. Игра была в самом разгаре, брызги летели в разные стороны, стоял гомон и смех. Егор тут же присоединился к этому весёлому безобразию. Кате нравилось наблюдать со стороны за своим семейством. Самые любимые и родные люди в этом любимом ей месте. Старый маяк присутствовал в их жизни всегда. Он знал их детьми, потом подростками, был свидетелем их самой крупной ссоры, которая разлучила Катю с Юрой на много лет, и воссоединения, здесь началась их семья, здесь они поняли, насколько глубока их любовь друг к другу. Ну и самые счастливые моменты, когда семья была семьёй по-настоящему, тоже были связаны с маяком.


- А чего это у нас мама там притаилась? - весело спросил Юра, выходя из воды с младшим сыном на руках и направляясь к ней, - Вот по глазам вижу, что хочет искупаться, но не решается.

- Ничего она не хочет! - запротестовала Катя.

- Не ври. Хочет, хочет. Ну ка, Егор, подержи ка пока братика. Мы просто обязаны помочь маме осуществить её тайное желание.

- Юрка! Отстань! - голосила она через минуту, - Ой, какой ты мокрый и холодный. Пусти меня!

- Ну уж нет. Хватит тут сидеть. Нам без тебя скучно. Иди с нами купаться. Ну, мамуль, - последнюю фразу он произнёс с таким умильным выражением лица, что Катя не удержалась и поцеловала его.

- Нахал ты! Вот разве можно отказать в чём-то человеку с такими глазами? Знаешь об этом и нагло пользуешься, - в шутку укорила мужа Катя.

- Главное, во время предъявить свой козырь. И конечно же нельзя отказать. Только попробуй, и я позову на подмогу ещё двоих человек с такими же. Так что ты обречена.

А эти двое человек как будто услышали, что про них говорят и тут же появились.

- Мама, иди брызгаться! - звала дочь.

- Мама ты со мной, - сразу присвоил мать себе Игорёк.

- Ирка с папой, а мы с Игорьком берём маму в свою команду, - распорядился Егор.


И уже поздно ночью, глядя на мирно спящего мужа, Катя в который раз благодарила судьбу за то, что та подарила ей такого замечательного человека, несмотря на все её ошибки, честолюбивые замыслы и непомерную гордыню. Ведь она чуть не потеряла его в погоне за обманчивым счастьем, которое на деле оказалось всего лишь мыльным пузырём. Она была счастлива совсем не так, как планировала когда-то и совсем не тем. Наверное, и правда судьба лучше знает, что нам нужно на самом деле в этой жизни. И когда ты перестаёшь с ней спорить и ждать всего и сразу, она одаривает тебя так, как ты и не ожидаешь.


КОНЕЦ