# Цепочка жизни

Наиля Мазаировна Мамедова

История женщины по имени Саида, борющаяся ради сохранения жизни сына. Необъятная материнская любовь заставляет её искать пути выхода. Казалось бы, трудности будут преследовать её до конца отведённого ей времени.Но в её жизнь вмешается мистический образ по имени Судьба. Судьба становится её соратницей на протяжении всего времени. А стоит ли всегда прислушиваться судьбе?

ЖИЗНЬ У ВСЕХ ОДНА,

НО У КАЖДОГО ОНА СВОЯ!


Никакая другая сила в нашей земной жизни не в состоянии сравниться с ней. Она не знает границ, никакая преграда не остановит её. Она способна на самые немыслимые поступки, на необдуманные шаги. Она оправдывает любое безрассудство. Даже самая большая опасность, самый сильный страх присущий человеку – страх перед смертью звучит нелепо рядом с ней. Это высшая сила так и называется – материнская любовь.


ГЛАВА 1


;Мама, вернись! Ты должна мне помочь! Вернись, ради меня!

Эти слова, сорванные из уст моего Рашида заставили моё облегчённое как перышко легко парившее в необъятном пространстве тело, остановить своё плавное движение. В тот же миг я заметила его. Он был так близок ко мне, что я могла отчётливо разглядеть каждую клеточку на его лице. Его губы ещё некоторое время продолжали свои движения, раскрываясь в такт произнесённых слов. Но, как бы я не постаралась острить свой слух, мне больше не удалось расслышать ни звука. И услышанных фраз хватило, чтобы разбудить мой засевший мозг. Эти слова замертво осели в моей обескураженной памяти. И когда я вернулась в этот нежеланный мир, они беспрерывно ещё звучали в моих ушах.

Несмотря на моё чрезмерное желание полностью раскрыть глаза, но даже с огромным усилием мне не удалось осуществить это. Сильно давили налитые свинцом тяжелевшие веки, затрудняя мне работу, только через узкие щели предстали перед моим взором лица двух мужчин. Они, склонившись надо мной, улыбались мне прослезившимися глазами. Я сразу узнала их, моих обидчиков в этой жизни. И обидчиков, и любимых мужчин. Один из них – мой отец, а другой – отец моего единственного сына. Отец, беспрерывно лаская мои волосы, говорил какие-то утешительные слова, и всё время просил прощения. А тот другой, просто целовал мою руку. А это было так странно и непривычно видеть их таким, особенно вместе в обществе друг друга. Такое отношение к себе тронуло меня до глубины души. Даже несмотря на это, мне не хотелось вернуться в этот ужасный мир, ко всем реальностям моей жизни. Я закрыв глаза, дала понять, что не хочу ни с кем общаться. Но вдруг мне вспомнились слова моего мальчика, и я резко открыла глаза. От неожиданности они вздрогнули.

;Он сказал: « Помоги мне, мама!» Что это могло означать? – воскликнув, обратилась я к своим посетителям.

Они широко раскрыв глаза, с недоумением смотрели на меня. Отец спросил у меня с опаской:

;Кто сказал?

;Рашид! – ласково произнесла я. Даже от произношения этого имени, я почувствовала глубокое облегчение.

Они переглянулись. Наверное, не поверили мне. Отец дал знак, и отец моего сына вышел из палаты. Вскоре медицинский персонал ворвался в палату, и начали манипулировать надо мной. И я почувствовала, как плавно погружаюсь в глубокий сон. А мне так не хотелось этого. Мне надо было как можно скорее встать на ноги, собраться духом и начать поиски того, как помочь своему сыну.

Когда ещё раз раскрылись мои глаза после действия лекарств, за окном стояла зловещая темнота. Почувствовав чьё-то присутствие, я с большим усилием повернула голову. Увидела своих любимых врагов. Застала их в спящей позе, и они показались мне такими безобидными. Нахлынули масса эмоций, накрыли меня своей мощной волной и мои сентиментальные слёзы, не повинуясь мне, вырвались наружу. Вдруг он медленно раскрыл глаза и застав меня очнувшись в такой трогательной позе, бросился ко мне.

;Саида, Саида! Как себя чувствуешь? – совсем низко склонившись надо мной, спросил он у меня.

Написанные в тот момент в этих глазах тревога и обеспокоенность, его такое близкое присутствие очень умиротворённо подействовало на меня. А чувство его дыхания на своём лице, не могло оставить меня равнодушной. А вместо этого я отвернувшись, сухо ответила:

;Оставь меня! Лучше постарайся помочь!

Отец тоже проснулся. Он лежал спокойно на диване лицом ко мне, и просто проливал слёзы.

;Мне надо побыть одной. Обо всём подумать. Вы тоже идите домой. И не смотрите на меня, как на сумасшедшую. Он просил у меня помощи, и я должна сделать это, чего бы это мне не стоило.

Наконец-то, оставшись одной в палате, решила вспомнить всё прожитое связанное со своим сыном, чтобы не пропустить ни одного слова, чтобы найти хоть какую-то ниточку, ведущую к разгадке. А умереть, я всегда успею. Сначала надо помочь сыну вернуться в эту жизнь!


ГЛАВА 2


Младенчество, наверное, самый счастливый период человеческой жизни. Вся проблема, которого состоит в основном, только из сна и кормления. С течением времени, возрастают и потребности, и сложности жизни. В детстве нам кажется, что наши родители правы во всём, они самые лучшие на свете. Хотим подражая им, стать похожими на них. Но чуть повзрослев, их поведения уже не кажутся таким идеальными. Их наставления становятся назойливыми, надоедливыми. Отношения дают трещину, с годами углубляясь, превращаются в огромный овраг. А заполнить этот барьер, получается не у каждого в отведённом ему времени. А мой овраг, огромный и глубокий, появился неожиданно для меня, и смириться с ним мне приходилось многие годы.

Не каждый может похвастаться счастливым детством. А моё детство, можно называть сказочным, и моим сказочным героем был мой отец. Он был для меня всем: и отцом, и другом, и защитником. Во всех моих детских воображаемых приключениях, он становился главным персонажем. То спасал меня от лап трёхглавого дракона, то сражался непобедимым Люцифером, рискуя своей жизнью ради своей принцессы. И я всегда оставалась под толстым слоем стеклянного колпака, оберегаемая от всех бед и невзгод. И в реальности моей жизни, мой статус ни с чем не отличался: я была не коронированной принцессой. Мой отец был всемогущим и очень влиятельным человеком в стране. Этим он был обязан своей семье: очень богатой и уважаемой, корни которой доходили до древних правителей. И в этой семье глубоко чтились семейные традиции. Любое отклонение от нормы становилось темой обсуждения общественности. У моего отца было своё кредо в этой жизни: «Честь семьи превыше всего!». И все члены семьи обязаны были соблюдать и жить по всем этим правилам.

Мне почему-то вспомнился один эпизод из моего детства. Мне было лет 9-10. В этот день у моей двоюродной сестры была назначена свадьба. По настоянию моего отца, свадьбу решили сыграть на нашей усадьбе. Начавшиеся за несколько дней до свадьбы приготовления, достигли своей кульминации в день свадьбы. С раннего утра в доме начался настоящий переполох. Все обязанности были распределены заранее, и потому все оказались чем-то заняты, торопились, чтобы всё успеть вовремя. Только я одна стояла рядом с невестой и спокойно наблюдала за ней. Меня ошеломило её шикарное свадебное платье. Я, как и подобает девочке в таком возрасте, раскрыв рот, разглядывала его. И когда моя двоюродная сестра зашла в ванную, чтобы принять душ, я не удержалась, и надело её платье. Удовлетворённая собой, засмотрелась в зеркало, позабыв обо всём на свете. Меня привёл в чувство вопль моей сестры. Застав меня за таким зрелищем, она со всей мощью своего голоса стала звать на помощь. На её зов прибежали все домочадцы. А я застыла с испуганным лицом в той же, в какой она меня застукала. Первой ко мне бросилась моя мама.

;Ах ты, бесстыжая, что же ты наделала! Тебе что, в таком возрасте замуж захотелось?

Именно в это время через распахнутую настежь дверь в комнату вошёл отец. Увидев его, у меня екнуло сердце, и я невольно разрыдалась. А он подошёл ко мне и сел на корточки прямо передо мной. Осторожно вытерев мои слёзы, с сияющими глазами сказал:

;Успокойся, радость моя! Никакое платье на этом свете, не достойно моей девочке. Потому что красота любого платья, померкнет рядом с твоей красотой.

У моего отца, кроме меня были ещё двое сыновей. Они были намного старше меня. Наверное, из-за того, что в момент моего рождения отец уже перепрыгнул планку молодости, моё появление на свет изменил весь его мир. Я стояла почтенно отдельно и занимала почти всю площадь в его жестком сердце. Из-за этого, несмотря на большую разницу в возрасте, я всегда чувствовала отчуждённость и зависть со стороны моих братьев. А для меня, это было не так уж важно. Жизнь без их любви, и так была для меня сказочной. Весь мир вокруг меня, казался таким же счастливым, без сложностей и неожиданностей. И мне казалось, что я проведу всю свою жизнь в этом сказочном мире, подаренном мне моим отцом. А оказалось, что это было просто прекрасная прелюдия для моего сценария жизни.

Сказочный замок, казавшейся на первый взгляд высеченным из гранита, на самом деле оказался не прочнее песочного замка. Был месяц май. Мой самый любимый месяц до тех пор. В это время года ожившая после глубокой, холодной спячки природа, передав всю свою энергию, заставляет человека почувствовать свою живучесть. Еще это время конец ещё одного учебного года, ещё один предлог, чтобы почувствовать себя счастливой. И в такое прекрасное время перевернулся весь мой мир.


ГЛАВА 3


Едва проснувшись, вскочив с постели, ещё полусонная направилась в сторону комнаты моей матери. На то была очень резкая причина. Я застала её за своим привычным занятием с утра, за святым ритуалом. Она, несмотря на присутствие в доме нескольких домработниц, всегда убирала свою постель сама, никому не доверившись. Отец всегда упрекал её за это, а она в ответ: «Не утруждай себя, ничего не изменится!». Мать как раз заканчивала своё обязательство, когда я вошла и с разбегу плюхнулась в кровать. Мать взвизгнула, и с воплем закричала:

; Что же ты натворила? Я же уже заканчивала!

А я легла на спину, и стала наблюдать за этой милой женщиной. Почти вся жизнь, которой прошла в этих благополучных, в то же время скучных стенах, и смысл её жизни состоял из присмотра за порядком этого огромного дома и, конечно же, за благополучием своих любимых детей.

; Мама, оставь эти причуды! Посмотри за окном! Видишь, какая прекрасная погода? Жизнь так прекрасна, не надо тратить её на бессмысленные вещи!

; Я вижу, как ни странно, ты сегодня вставая не перепутала ноги! Чему мы обязаны для такого счастья? – сказав с улыбкой, она намекнула, в отличие от каждодневного утреннего угрюмого выражения лица, на моё сегодняшнее непривычное бодрое настроение.

;Вы обязаны такой солнечной, прекрасной погоде! Она так и заставляет почувствовать жизнь!

;Ты, кажется, настроена на что-то серьёзно. Давай выкладывай, что же хочешь? И встань, я должна закончить!

Поняв, что нужно перейти в наступление, я присела и изобразила льстивую гримасу.

;Мам, сегодня все ребята собираются на вечеринку. Арендовали большой дом, всё заказали, соберутся со всей школы, - произносив заранее подготовленные фразы, я стала внимательно наблюдать за ней.

;Пусть собираются! – она была сама спокойствие.

;Я тоже хочу! – быстро произнесла вслух, и широко раскрыв глаза, стала ожидать ответной реакции.

До сих пор, до этой минуты она переговариваясь со мной, и не собиралась сидеть сложа руки, то что-то складывала, то переставляла. А услышав это, она остановилась и резко повернулась ко мне.

; Где же ты получила такой солнечный удар?

Её ответ задел меня, и я резко ей возразила:

; А что тут плохого?

; Ты же знаешь, отец не позволяет тебе ходить на такие места.

; Но до каких пор это будет продолжаться? Я уже не маленькая, и смогу за себя постоять. Мам, что скажешь? Наргиз тоже собирается, её родители дали согласие.

Разговаривая с ней, чуть понизив тон своего голоса, обрела жалобный тон, таким образом постаралась, чтобы мои слова как можно глубже прониклись в её душу. Протянув руку, я схватила маму за руку и усадила рядом с собой.

; Мам, только на один час! Обещаю, я быстро вернусь!

;Отца же нет?

;Так же лучше! Он ничего не узнает. Как раз Самир тоже в отъезде.

; Ты что, совсем разум потеряла? Как я могу отпускать тебя без его ведома? Раз тебе так хочется, позвони и сама уговори его!

; Обещаю, следующий раз сама с ним поговорю и всё ему объясню. Я уверена, он мне не откажет. А сейчас по телефону, ничего не получится.

; Нет, нельзя! Если он узнает, нам обоим не поздороваться!

Поняв, что таким путём мне не удастся сломить её упорство, я решила поменять тактику. Изобразив обиженную гримасу, наклонила голову и начала свою проповедь подготовленную заранее:

; Я хочу познать мир! Хочу жить полноценной жизнью! А не как ты, как канарейка в золотой клетке.

; У тебя вся жизнь впереди! У тебя будет своя семья, и ты будешь жить, как тебе захочется, - улыбнувшись, сказала мама.

Но я была настроена серьёзно. Мне надо было любым путём попасть на эту вечеринку. Поэтому, когда она протянула руку, чтобы погладить меня по волосам, я резко отдернула голову и, повысив голос сказала:

; Какая семья? Я говорю о молодости. Я хочу жить, как все мои ровесницы. А ты знаешь, как ко мне относятся другие? Они думают, что я высокомерная, честолюбивая, избалованная. Они не знают причину и понимают этого. Все думают, что я не удостаиваю их своим вниманием, поэтому не хочу находиться с ними в одной компании.

;Оставь адрес! – в ответ бросила она.

;Ты самая лучшая!

Прослезившимися от неожиданного счастья глазами, я, в знак благодарности бросилась ей в шею и крепко обняла.

;Наргиз заедет за мной!

Моя тактика нашла своё применение. Я испытывала беспредельную радость, сравнимую только счастьем 16-летней девушки в ожидании первого свидания.

ГЛАВА 4


Моё появление на вечеринке произвело настоящий фурор, эффект взорвавшейся бомбы. Я чувствовала себя Золушкой на балу, заставившая всех, впасть в транс своим неожиданным появлением. Но в отличие от Золушки, я была с неприкрытым лицом, узнаваемой Саидой. Я сама считалась принцессой, и в отличие от неё, мой принц не был очарован мной. Растерявшись от такого непривычного, многозначного внимания, я не знала, как подобает вести себя. Бокал с моим любимым персиковым соком, преподнесённым мне чьей-то рукой, я посчитала спасательным жестом и взяла с большой радостью. Стоя с бокалом в руке и иногда глотнув, чтобы хоть чем-то заняться, мне уже стало легче ввязываться в разговор. Казалось, атмосфера разряжается, и у меня пропало ощущение, чувствовать себя «не в своей тарелке». Стало веселей и я не жалела, что пришлось приложить столько усилий, чтобы находиться тут. Через некоторое время, я почувствовала лёгкое головокружение, принятое мной как очередной, некстати случившийся приступ анемии. Расспросив, где же находится ванная, я отлучилась, чтобы привести себя в порядок. Еле держась на ногах и упираясь одной рукой в стену, с трудом дошла до ванной. Как только вошла, почувствовала чьё-то присутствие сзади. Не успела повернуться, как кто-то прикрыл мне рот рукой и стал тащить. Сперва тащили по полу, я чувствовала только свои ноги, которые волочились по полу. Потом дошли до лестницы, еще несколько рук подхватили меня и стали поднимать по лестнице наверх. Не было необходимости прикрывать мне рот, потому что уже не было сил произнести хоть одного звука. Моё тело отказало мне в повиновении, я уже не чувствовала его. Я слышала только голоса, такие знакомые мне. Не потеряла сознания, не отключилась, только слегка прикрыв веки, запомнила все произнесённые слова:

;Надо преподать ей хороший урок!

;Согласен с тобой! Надо хорошенько проучить её! Пусть знает, что не надо смотреть на нас свысока!

;Её отец если узнает, уничтожит нас!

;Не бойся, она без сознания, не узнает нас!

;Ты что, струсил? Иди сюда, подходи!

;Она со страху ничего не скажет своему могущественному отцу!

;Нужно поскорее удрать отсюда, пока она не пришла в себя!

;Она очень плохо выглядит. Вдруг с ней что-нибудь случится?

; Не бойся, она крепкая. С ней ничего не случится!

Время потеряло свой ненавистный счёт. Я не имела понятия, сколько же времени прошло после их ухода. Несмотря на мои непомерные усилия, никакая часть тела не хотела слушаться меня. Мне хотелось только одного: чтобы силы ещё больше покинули меня, чтобы, наконец, наступила желанная смерть. Вдруг я услышала мамин крик, заставивший моё затуманенное сознание на какое-то время проясниться. До меня дошёл весь ужас пережитого. Она бросилась ко мне с душераздирающим криком. До этого мне не приходилось видеть её такой. Я ожидала, что она наброситься на меня с кулаками и станет проклинать меня. А она вместо этого, стала собирать с пола разбросанную по всей комнате мою одежду и с трясущими руками начала одевать меня. Взяв меня в охапку, наклоняясь под тяжестью моего тела, она словно на своих плечах вывела меня из этого проклятого дома и еле дотащила до машины.

Всю дорогу до дома она сидела обняв меня, как статуя без движения и ни на минуту не разминая свою обнимку. Всё время безжизненным взглядом смотрела только в одну точку впереди себя и бормотала всего одну фразу: «Он не должен узнать!». Как только вышли из такси, она сразу преобразилась и не глядя на меня прошептала: «Постарайся пойти сама, чтобы ничего не заподозрили!». Все домработницы, как бы сговорившись, бросились нам навстречу с разных сторон. А мама, еле улыбнувшись, сказала: «Опять у неё этот приступ! Голова закружилась и упала. Не беспокойтесь, я сама позабочусь о ней!».

Как только дошли до моей комнаты, она закрыла дверь на замок и, оставив меня посередине комнаты, сразу направилась в сторону ванной. По шуму льющейся воды, поняла, что наполняется ванна. Она ни разу не взглянула на меня, её действия были схожи с действиями лунатика, такими же странными и неосознанными. Первым делом, раздев меня, заставила зайти в наполненную ванну. Она натирала мне кожу до покраснения, до нестерпимой сильной боли, но чувство стыда и страх перед её гневом заставила меня стерпеть, не проронив ни звука. Она искупала меня как в детстве, но в отличие от детства, сейчас всё происходило в мёртвой тишине. И эту мёртвую тишину, нарушал лишь звук льющейся воды. А я всё время смотрела ей в глаза, ища в них опору для спасения. Она, даже почувствовав мой взгляд, ни разу не взглянула на меня. Только через 20 с лишним лет воспоминая всё это, я понимаю, что это стыд и унижение за случившимся, не позволили ей сделать это. Закончив с ванной, она уложила меня в постель. Принесла какие-то таблетки, без слов протянув мне, дала выпить. Потом приказным тоном сказала: «Спи!», как провинившемуся ребёнку и быстро накрыла меня. Она как будто прочитала мои мысли, я была на исходе сил, мне только этого и хотелось! Сон, не прождав наступления действия лекарств, сам забрав в свои объятия, унёс меня далеко от страшной действительности.

Только под утро проснулась от непонятного звука. Наверное, действие лекарств ещё не отошло, и я не могла полностью раскрыть глаза, но этот звук действовал мне раздражающе. Прислушиваясь, я разобралась, что же это за звук. Сидя на полу, в темноте, это плакала моя мама! Чтобы приглушить свой голос, она прикрыла рот ладонью. Она била себя кулаками по голове, по ногам и всё время повторяла: «Что же будет? Что же я ему скажу?». И ей в ответ, я смогла только тихо промолвить: «Прости меня, мама!».

ГЛАВА 5


По привычке с утра позвонил отец, чтобы исполнить установленное самим же правило: даже в отъездах, в начале нового дня поговорить со мной, чтобы я пожелала ему удачу во всём. И когда я услышала мамин голос, меня охватил необъятный ужас.

;Доброе утро, Ариф! У нас всё в порядке! Она сейчас в ванной. Я передам, и она сама тебе позвонит.

«Как же ей удаётся так притворяться!» - подумалось мне в тот момент.

Закончив свой разговор с отцом, она подошла к моей постели и присела передо мной. Протянув телефон, сухо сказала:

;Возьми и позвони отцу, чтобы он ничего не заподозрил. Если промедлишь, он забеспокоится и начнёт расспрашивать.

;Нет, я не смогу! Нет, я не хочу притворяться. Я не могу, как ты! – свернувшись в клубок, с необъятным ужасом на глазах стала умолять её.

;Должна! Даже если не ради себя, а ради меня!

;Мама, о чём ты? Ты тут при чём?

;Потому что это я отпустила тебя без его ведома. Я не смогла присмотреть за тобой.

;Я только умереть хочу!

;Нет, даже не думай об этом! Сейчас ты должна собраться и постараться поговорить с отцом. Не реви! – набрав номер, она протянула мне телефон.

Смотря на протянутую руку родной матери и услышав на другом конце линии, такой знакомый и близкий к сердцу голос, я совсем растерялась. Наступившие так некстати рыдания, ещё раз заставили почувствовать свою беспомощность и потерянность. И в тот же миг меня осенила мысль, что, как же внезапно в нашей жизни может менять своё значение обыденная вещь, как телефонный разговор с родным человеком, от зависящейся ситуации.

;Пап, здравствуй!

; Доброе утро, Сайка моя! Я всё думаю, почему же здесь вокруг темно и холодно? И потом понял причину. Оказывается, всё из-за того, что здесь рядом нет тебя, моего солнышка, чтобы согреть мне душу! – сказав, он громко рассмеялся в трубку на другом конце линии.

;Пап, я люблю тебя! – сдерживаемые насильно и обжигающие мне горло слёзы, не позволили больше договорить.

Быстро забрав у меня телефон, мама ответила:

;Чего это вы растрогались с утра? Не обращай на неё внимания! Мы с утра немного повздорили, и папина дочка, услышав твой голос растрогалась.


ГЛАВА 6


На наше счастье, поездка отца затянулась ещё на несколько дней. А за день до его приезда стал настоящим испытанием для меня. Мама, как талантливый режиссёр во время генеральной репетиции, стала давать мне указания. А я, как дебютировавшая актриса вся в концентрации слушала её и удивлялась: «Как же ей удаётся всё это?».

Эта молчаливая, хрупкая женщина, до сих пор живущая в своём мире, как бы мне не было тяжело произносить это вслух, всегда казалась мне немного не в себе. А сейчас, в эти последние дни, она как будто растрачивала скопившую за все эти годы энергию. Всё время вертелась вокруг меня, насильно кормила, переодевала. Старалась ни на секунду не оставлять меня одну, без присмотра. Мне прекрасно была ясна причина, и это меня очень злило.

;Я всем домработницам сказала, что ты, при падении подвернула ногу. Поэтому нам надо перевязать твою ногу.

;Мама, почему ты так боишься отца?

Она, как раз усиленно работала над моей ногой. Мой неожиданно заданный вопрос, заставил её задуматься, и она оставила своё незаконченное произведение. Подняв голову, она внимательно посмотрела мне в глаза и, усмехнувшись, сказала:

;Я вижу, ты ещё ничего не поняла. Я боюсь, потому что он очень жестокий человек и убьёт нас обоих, даже не моргнув глазом.

;Ты преувеличиваешь! Отец не такой. Я ему всё объясню, и он обязательно меня поймёт. Я не хочу устраивать такой спектакль.

;Какая же ты наивная! Ты его совсем не знаешь. Не знаешь, на что он способен. Он только к тебе так относится. Пойми, он даже тебе этого не простит! - потеряв самообладание, истеричным голосом сказала она.

;А ты его совсем не любишь?

Она присела на ковёр, глубоко вздохнув перевела дыхание, как будто пыталась, таким образом, набрать в лёгкие побольше воздуха, чтобы начать свой трудный монолог:

;Когда-то я тоже была глупой, влюблённой девчонкой. Моя семья давно работала у них дома. Я родилась и выросла в этом доме. Ухаживания хозяйского сына было принято мной, как счастьем, посланным с небес. Я чувствовала себя попавшей в волшебную сказку, рядом со своим принцем. Думала, раз все сказки выдумали люди, значит превратить нашу сказку в жизнь, зависит только от нас. А оказалось, только в наших мечтах всё получается легко и красиво. Поверив в искренность его чувств, я заступилась и погрешила. Узнав о моей беременности, он сразу изменился и стал избегать меня. А когда всё раскрылось, я испытала много оскорблений и унижений от моей семьи. Но я заслужила это, потому что подвела их. После этого моя семья решила порвать с ними и переехать отсюда. А когда твой дедушка докопался до истины, он решил проучить своего блудного сына. Он заставил своего сына жениться на мне, пригрозив лишить его наследства. Твой дедушка был порядочным человеком. Для него потеря чести и уважения семьи было равносильно смерти. С другой стороны, он был втянут в политику. Заставив своего сына жениться на простолюдинке, стало для него большим козырем перед выборами. После формального брака, каждый стал проживать свою жизнь под одной крышей.

;Мама, а ты почему терпела всё это столько лет?

;Чтобы быть рядом с вами! У меня не было другого выхода.

;Я люблю тебя, мама!

Я бросилась ей в шею, обняла её изо всех сил, наверное, впервые за 16 лет, пытаясь передать ей всю свою любовь и показать своё восхищение перед её самопожертвованием.


ГЛАВА 7


Звук подъезжающей машины привёл меня в неописуемый ужас, загнав на меня страх, от которого стало трясти моё жалкое тело. Уже на пороге моей комнаты увидев мою перевязанную ногу, отец своим могучим голосом начал сыпать на меня свои утешительные слова:

;Что же случилось с моей Сайкой? Кто это так тебя сглазил? Прости, радость моя, что задержался. Дела затянулись. Ты не обижена на меня?

А я в ответ, смогла только крепко обнять его за шею. Сквозь полузакрытые веки, смогла разглядеть силуэт мамы с округлёнными от страха глазами.

А самое страшное последовало, когда через несколько дней отец сказал, что пора вернуться за учёбой.

;Врач сказал, что никаких осложнений, Сайка! Так что хватит нежиться! Соберись, пора вернуться в школу.

Как только дверь за ним закрылась, мама бросилась ко мне. Правой рукой зажав мне рот, а левой приложив указательный палец к губам, заставила меня замолчать.

;Я не пойду в эту проклятую школу. Лучше умереть, слышишь меня? Я сейчас же пойду и ему всё расскажу. Пусть он накажет этих подонков!

От моих слов кровь отхлынула от её лица. Вся побледневшая и опустошенная, она опустилась на стул.

;Я не поняла, доченька! – сквозь зубы пробормотала она.

;Я ни в чём не виновата, мама! Меня напоили чем-то, - сказав, я опустилась перед ней на колени.

;Прости меня доченька, я не знала! – крепко обняв меня, она впервые дала волю своим эмоциям. – Я тебе обещаю, я клянусь: «Раньше Бога, я сама накажу их!».

;Что, что ты сможешь сделать? – горечь слёз давили меня, не дав высказаться.

;За деньги всё можно сделать! Они пожалеют, что на свет появились! Я своими руками накажу их! – немного подумав, она понизила голос до шёпота и добавила, - Но надо немного подождать, чтобы ничего не заподозрили. Чуть попозже поменяем тебе школу. Если сейчас об этом попросим, отец заподозрит что-то неладное и будет докапываться. И вся правда всплывёт наружу! Поэтому тебе придётся вернуться в эту школу. У нас нет выхода!

Не поверив своим ушам, я закричала истеричным голосом:

;Как ты можешь потребовать от меня такое? Какая же ты мать? Чего ты хочешь добиться этим?

Схватив меня за плечи, она пронизывающим взглядом посмотрела мне в глаза, от которого у меня пробежали мурашки по всему телу и тихо прошептала:

;Я просто хочу спасти тебе жизнь! У нас нет другого выхода. Честно говоря, я сама не боюсь смерти. Но умереть с мучениями от его рук, тоже не хочется.

;Мама, прости меня, если сможешь! Мне очень стыдно, но я всё хотела спросить у тебя: «Как ты нашла меня в тот день?», - сгорая от стыда, спросила я её.

Я готова была лучше умереть на месте, чем заставить маму стать свидетельницей этой сцены. Но неизвестность не давала мне покоя, и я хотела всё выяснив, поставить точку перед всеми вопросительными знаками, хотя многие вопросы были обращены к моей судьбе: "Почему? За что?"

;Я не находила себе места. По оставленному адресу решила поехать и подождать тебя там. Стояла напротив дома, но не решилась зайти. Подумала, что тебе станет неудобно перед друзьями, и ты рассердишься. Потом все стали покидать дом поочерёдно, а тебя всё не было. Тогда и решилась зайти вовнутрь. Если бы знала… - горечь, исходившая из её голоса, перевернув наизнанку её страдающее сердце, вывела на белый свет всю скорбь, которую так тщательно она старалась скрыть, даже от меня. Это совсем выбило меня из колее, и я готова была провалиться сквозь землю.

;Прости меня, мамочка! – я не нашлась, как выразить свои чувства, кроме, как обняв её колени и разрыдаться.

;Успокойся, доченька! Всё пройдёт, вот увидишь! Я не могу сказать, что ты забудешь. Мы оба знаем, что это невозможно. Но со временем, твоя боль утихнет. Тебе удастся, просто спокойно подышать. Ты только немного потерпи! – поддержав мою голову двумя руками, она стала осыпать её поцелуями.

Мы никогда не были так близки с ней. Я как будто, открыла для себя её внутренний мир заново, и нашла себе пристанище в этом огромном, страдающем сердце.


ГЛАВА 8


На следующей неделе, в первый же день, называемый понедельником, я вышла из машины перед воротами этой проклятой школы. Какая-та сила, взяв меня под свои крылышки, стала уносить за собой. Потому что я не чувствовала своих ног и была не в состоянии переступить через эти ворота. Ворота, которые казались мне воротами ада.

Опустив голову, как можно быстрее, я постаралась прошагать через коридоры этого ада. И везде мне казалось, что вслед сопровождают меня любопытные взгляды. Как только я, добравшись с таким трудом до своей классной комнаты, опустилась на своё место, моя подруга Наргиз уже оказалась рядом со мной.

;Вообще-то, я не собиралась разговаривать с тобой. Почему ты избегаешь меня? Не отвечаешь на мои звонки. Я уже стесняюсь звонить вам. Мы уже с твоей мамой стали подругами.

;Извини, я себя очень плохо чувствовала.

;Что с тобой? Ты какая-то странная! Ты всегда будешь такой скучной? С тобой как-то неинтересно стало. А может быть, ты обижена на меня? Честно говоря, это я должна обижаться. Это ты, в тот день, не предупредив меня и забрав свою сумку ушла оттуда.

Мне пришлось прикусить губу, чтобы не расплакаться от злости.

Она встала, обиженно разглядывая меня, вдруг что-то вспомнив остановилась.

;А, чуть не забыла! Недавно тебя спрашивал Кенан из 11 «в». Он что, на тебя глаз положил? У него был такой жалкий вид. Повезло тебе, подруга!

;Пошёл он к чёрту! – на весь класс заорала я.

А Наргиз, вздрогнув от неожиданности, быстро отдалилась от меня.

;Я вижу, лекарства совсем выжили тебя из ума! – бросила она на ходу.


ГЛАВА 9


Один случай, всего одна ошибка, может изменить всю нашу жизнь. Просто на словах, мы не придаём этому особого значения. Когда дело касается других, это действует не так уж больнее, нам остаётся только сочувствовать. А когда очередь доходит до нас, дело приобретает совсем другой оборот. Всего месяц тому назад, всё вокруг мне казалось совсем по-другому. Сейчас задумываясь, кажется, даже солнце направляло свои лучи ещё с большой охотой. А сейчас всё потеряло свою ценность, уступив своё место презрению, несправедливости и страху. В один из очередных таких дней, я, как обычно заставила себя встать с постели. И сразу почувствовала лёгкое головокружение и тошноту. Не придав никакого значения, зашла в ванную. Только усилившаяся при чистке зубов тошнота, заставила меня задуматься. От ужаса подкравшегося подозрения, я прикрыв рот обеими руками, опустилась на пол в ванной. Вошедшая мама застала меня в такой же позе. Она воскликнув, опустилась рядом со мной.

;Что с тобой?

;Мама, я совсем забыла про дату.

Стыд и унижение, будут преследовать меня до конца моих дней за отчаяние и безысходность, увиденное мной в тот момент в маминых глазах.

;О Боже, только не это! – как обезумевшая закричала она.

;Мама, избавь меня от него! Мне омерзительно!

; Успокойся, мы сделаем это. Обязательно сделаем! Но не сейчас! Надо немного подождать, когда он отлучится в следующую поездку. Только ты держи себя в руках, мы обязательно это уладим.

Как обычно случается в жизни, судьба наперекор нам всегда распоряжается всем по-своему, не оставив нам другого выбора. А нам только и остаётся сыграть свою роль в сценарии, под названием «жизнь», написанный специально для нас.


ГЛАВА 10


Отцу пришлось отменить все свои поездки, в связи с ухудшением состояния здоровья. По настоянию врачей, он на некоторое время отдалился от дел и решил принять лечение в домашних обстановках. Это было равно для меня смертному приговору. Каждый день встречаться с ним по несколько раз, каждый раз заставляя себя улыбаться лживой улыбкой войдя в роль и сыграть беспечную и избалованную девчонку, какой я была совсем недавно. Это было выше моих сил. Я тысяча раз готова была провалиться под землю.

Однажды за завтраком отец выразил своё недовольство:

;Почему ты ни к чему не дотронулась? Последнее время ты стала совсем плохо питаться. Ты думаешь, я уже старею и ничего не замечаю? – улыбнувшись во весь рот, сказал он. Протянув руку через стол, взял мою руку. Держа мою руку в своих могучих ладонях, он стал поочерёдно целовать мои пальцы. – Я слушаю тебя, радость моя, начинай!

;Ничего с ней не случилось, не беспокойся! – быстро в разговор вмешалась мама.

;Я же вижу, что в последнее время она не своя. Или ты уже разлюбила меня и мне не доверяешь? – лукаво, с блеском на глазах спросил он.

А мне было нечего ему сказать.

;Ничего с ней не случилось! – как служба спасения опять на помощь подоспела мама. – Просто взбрело ей в голову соблюдать диету. Сколько ей ни говори, она не слушается. Я не хотела тебя беспокоить Ариф, поэтому ничего не говорила. Не обращай внимания, через некоторое время ей это надоест.

;Какая диета, Сайка моя? Ты и так очень красивая. Обещай мне, что бросишь эту дурацкую диету. Договорились?

;Хорошо! – покивала я головой. – Уже поздно, я опаздываю.

;Сядь! Немного перекуси, потом.

;Обещаю, в школе чем-нибудь перекушу. А сейчас я тороплюсь.

;Давай, попробуй свою любимую овсянку, – набрав в ложку, он протянул мне. – Давай, открой рот!

Нет, только не это! В последнее время, даже упоминание названия этой каши вызывало у меня тошноту.

;Нет, не хочу! – рукой захотела отстранить ложку.

;Уже считаешь себя взрослой? Не так давно я же кормил тебя, неужели забыла? Давай, всего одну ложку!

Набрав в рот кашу, застыла в безвыходном положении.

;Давай, проглоти!

Проглоченное, наверное, ещё не успело дойти через пищевод до желудка, а я уже выбежала из комнаты. Мне только запомнилась фигура отца: с пустой ложкой в руке и, с недоумённом выражением лица. Поняла, что после этого никогда не смогу посмотреть ему прямо в глаза.


ГЛАВА 11


Через несколько дней мама сообщила, что отец, наконец-то собирается в поездку.

;Я договорюсь с клиникой, и в назначенное время мы поедем. Ты только держись, совсем мало осталось. Как только покончим с этим, я поговорю с отцом насчёт другой школы. Хорошо, Сайка моя? – сказав, она поцеловала меня в лоб. Прижимав к груди, она крепко обняла меня, и мы стояли не замечая утекающее время.

;Бедное дитя моё!- шёпотом произнесла она.

Наконец-то, наступил долгожданный день отъезда отца. Расспросив заранее время его отъезда, я специально задержалась в школе. Мне совсем не хотелось попрощаться с ним с глазу на глаз. А когда подъехали к входной двери, там меня поджидал неприятный сюрприз, в качестве машины отца. Совсем потеряв мужество, стала медленно подниматься по ступенькам и гадала, что же назло мне, задержало отца дома. Уже протянула руку, чтобы дотянуться до косяка двери, и в этот момент дверь резко отворилась и я, чуть не столкнулась с отцом в лоб. Увидев меня, он расплылся в улыбке:

;Радость моя, как хорошо, что мы встретились! Бог меня любит! Я только что подумал: « Как жаль, что я не смог поцеловать моего солнышка на прощание!». А я забыл важный документ и вынужден был вернуться с полпути. До встречи, родная! Будь умницей! Не обижайся, я это просто к слову сказал. Ты и так у меня умница! – торопясь, на одном дыхании сказал он. Он крепко обняв, расцеловал меня, как в последний раз.

После таких слов потеряла всё своё самообладание, чтобы посмотреть ему в лицо. Я обернулась для того, чтобы посмотреть хотя бы ему вслед в спину. И когда я резко обернулась, из-за неведомой мне причине мне показалось, что силуэт отца становится расплывчатым и постепенно исчезает. Донёсся до меня громкий крик отца, и уже оказавшись на мраморной плите, я поняла причину. Но было уже слишком поздно что-то исправить.


ГЛАВА 12


С опаской раскрыла глаза в клинике и увидела улыбающееся папино лицо.

;Всё в порядке, доченька! Не беспокойся, ничего серьёзного. Это всё из-за того, что ты плохо питаешься. После этого я сам буду контролировать всё! – с улыбкой произнёс он.

«Неужели, он ничего не узнал или специально так притворяется?», - с содроганием подумалось мне.

К моему великому удивлению, здесь так же находился мой младший брат Самир. «Каким ветром вынесло его сюда? Наверное, отец заставил », - только такая мысль могла прийти мне в голову насчёт него.

;Привет сестрёнка! Это что, твоя очередная уловка, чтобы отец ещё больше лелеял тебя? Меня этим не проведёшь! - отшутился он.

;Давайте, лучше поедем домой. Мне здесь что-то не терпится. Вообще-то, воздух в клинике всегда угнетающе действует на меня. И ты лучше отдохнёшь дома, радость моя, – вдруг высказался отец. – А результаты обследования, врач сообщит мне по телефону.

Впервые в жизни мне захотелось, чтобы дорога до нашего дома растянулась бесконечна. Так как не все мечтания воплощаются в жизнь, уже доехав до наших ворот, мне пришлось выбросить и эту мысль, как ещё одну не исполненную. Отец донёс меня на руках и сам уложил в постель.

;Разреши мне, я пойду переоденусь и быстренько вернусь! Испугала же ты меня!

Он наклонился и поцеловал меня в кончик носа, как обычно делал в моём детстве. И это стал прощальным поцелуем с моим детством.

Только когда он покинул комнату, мне удалось обернув голову, посмотреть маме в глаза. На ней не было лица.

;Мама, не волнуйся! Я сама ему всё объясню и он, я уверена, обязательно поймёт.

;Он не простит! – помотав головой, тихо замолвила она.

;Мама, прости меня! Из-за меня ты столько выстрадала.

;Это не твоя вина! Это твоя судьба так распорядилась!

Взяв её за руку, стала осыпать её поцелуями.

;Мама, ты плохо выглядишь! Иди, прими лекарство. Мне понадобится твоя помощь.

Она как сомнамбула, тихо и беззвучно скользя, покинула комнату. А я оставшись наедине, стала обдумывать о том, как же предстать перед отцом. Мне даже не понадобилась напрягать свой мозг, потому что грохот, поднявшийся от шагов могучего тела отца, подал знак надвигающей грозы. Я даже не успела опомниться, как дверь отворилась, чуть не вышибаясь с петлёй. Ворвался отец, как раненый и разгневанный медведь, и набросился на меня. Схватил меня за руку чуть выше локтя, выволок из постели и бросил меня на пол, как щепку. Оказавшись на полу, почувствовала холодную сталь, приставленную на лоб.

;Как ты могла так поступить? Как ты могла так подвести меня? – завопил он, как Люцифер в моих детских выдуманных фантазиях. Но в отличие от фантазий, это был мой настоящий Люцифер, остановить которого, я была не в силах, даже при огромном моём желании. От прикосновения холодного оружия, я инстинктивно закрыв глаза, шёпотом произнесла:

;Я всё объясню!

;Чего объяснишь, бесстыжая? Кто он? Чей это ребёнок?

;Я не знаю!

;Как это не знаю? Что же ты хочешь этим сказать?

Пересилив свою волю, удалось открыть глаза, и предстал перед моим взором совсем незнакомый мне человек. Поймав его взгляд поняла, что проникнуты эти глаза только гневом и ненавистью. И до меня дошло, что наступил печальный конец моей сказки.

Через открытую дверь донёсся до меня топот бегающих людей, ворвавшихся в комнату. Мама бросилась на пол рядом со мной.

;Ариф, послушай, она не виновата! Это я послала её туда!

;А, значит, ты была в курсе? Хотели обвести меня вокруг пальца? Вы оба заплатите за это!

;Нет, Ариф, умоляю тебя, не трогай её! – неожиданно мама набросилась на меня и накрыла собой.

;Ах, ты ни на что не годная женщина! Не смогла приглядеть за одной девчонкой. Что ты сделала за свою никчемную жизнь, кроме своих идиотских причуд, а? Сможешь сказать? О, нет! Потому что ты, никогда не была настоящей женщиной!

;Отец, не трогай маму! Она тут ни при чём. А её, – вмешался мой брат Самир, и указательным пальцем указывая на меня заорал. -А её, ты сам избаловал! Я столько раз жаловался тебе, а ты всегда брал её сторону. Вот тебе и итог!

;Заткнись! – со всей мощи своего голоса заорал отец.

Это и есть человеческая суть. Зависть – наверное, самое опасное чувство у человека. Она не зависит ни от возраста, ни от материального благополучия. Она, наверное, рождается вместе с человеком, сопровождая его на протяжении всей жизни, и проявляя себя при каждом удобном случае. Требующая разрешения большая головная боль для генетиков.

В тот момент я почувствовала тяжесть материнского тела, придавливая меня, как тяжелый груз к полу. Одновременно моему слуху среди этого хаоса удалось поймать звук, похожий на хрипение. И до меня дошло, что это исходит от матери. Сделала попытку, чтобы шевельнуться из-под тела матери. Но кажется, мама не собиралась сдаваться, решила таким путём отгородить меня от всех невзгод и опасностей, поджидающих меня впереди.

;Мам, мама! – услышала я свой дотошный крик.


ГЛАВА 13


Дальше всё происходило, как в старинном немом фильме. Я могла только различить лица и движения людей. Видела врачей, делающие какие-то манипуляции над мамой. Потом укрыв её лицо, уносящие её куда-то. Мне хотелось к маме, но мне не удалось издать ни звука, ни тронуться с места. Я сидела на полу, в одинаковой позе не знаю сколько времени. Потом подошёл отец, я узнала его по одежде. Схватил меня за кисть руки, как клешни рака, и стал тащить меня вниз, по ступенькам. Маячившая в те минуты перед глазами обувь отца, наверное, навсегда засела в моей памяти, как верный знак прощания с прошлой жизнью. Затащив меня в машину, как мешок барахла, он сильно захлопнул дверь. Отъехавшая машина, оторвав меня от моей прежней жизни, увозила дальше к неопознанным просторам.

Дорога растянулась, как распустившийся большой клубок нити, не зная, сколько же времени займёт, чтобы дойти до конца. А мне это нравилось, бесконечная бездна во мраке поглощающая меня, потому что я не знала, что же ожидает меня на самом дне. Вообще-то, это меня ничуть не волновало. Только слёзы, не повинуясь, лились по шее, намокая мне блузку, и доходили до тела. Эти слёзы предназначались маме. Самое главное, больше нет её! Исчезли вместе с ней все чувства, терзавшие меня: страх, волнение, ненависть, обида на свою судьбу, и главное, надежда на будущее. Ты добилась своего, мама: «Спасла мне жизнь, пожертвовав своей! ».

Отец обустроил меня к своим далёким родственникам, только пожилая пара: дядя Тапдык и тётя Латифа. Жили они в глухой горной селении, в заброшенной деревне, вокруг не было никого судачащих о моём происхождении. Всё было как надобно отцу: подальше от чужих глаз и ушей. Только одно было утешительным в этой ситуации: нас окружала невиданная красота природы. Вся эта дикая красота, не могла оставить никого равнодушным. Она казалось, сошла с кисти художника, постаравшийся воплотить всю свою фантазию в одном полотне. Её благоуханье, как заживляющий бальзам действовал, даже мне на душу, заставляя глубоко дышать.

Хозяева оказались очень милыми, отзывчивыми стариками. Как только я, переступила через порог их хижины, они старались изо всех сил угодить мне во всём. Только я, не могла отвечать на них взаимностью.


ГЛАВА 14


В один из редких солнечных дней для этих мест, я, пересилив себя, задала хозяйке волнующий, решающий вопрос о моей дальнейшей судьбе:

;Что же отец указал вам насчёт меня?

Вопрос, кажется, оказался неожиданным. Она посмотрев на меня удивлённым взглядом, ответила:

;Мы должны присматривать за тобой до родов, - ответив, ласково улыбнулась она, - Он решил, что свежий воздух пойдёт тебе на пользу.

;Что? Этого не может быть! Я не хочу его!

Моя неожиданная реакция, привела её в замешательство и дала ей понять, как же на самом деле обстоят дела.

А на следующее утро на рассвете, дядя Тапдык нашёл меня повешенной в сарае, среди своих многочисленных баранов. Когда в нашей повседневной жизни, секунды, даже минуты не имеют никакого веса, проходят незамеченными, только в экстремальных случаях они приобретают свою истинную цену. И запомнился мне в последний момент, промелькнувший перед глазами силуэт дяди Тапдыка, вошедший в тот неподходящий момент.

;Что же ты натворила, доченька? - чуть раскрыв глаза, увидела встревоженные лица стариков.

;Что же мы ответим твоему отцу? Как ему объясним, что не проглядели за тобой? Мы же столько ему должны!

;Не волнуйтесь, он ничего не узнает!

Чтобы успокоить стариков, пересилив себя пришлось мне ответить сквозь слёзы, которые протекая по мочкам ушей промочили всю подушку под головой.

;Это большой грех, дитя моё! Нельзя так поступать! Он же ни в чём не виноват это создание! – прослезившись, и гладя мои волосы, сказала тётя Латифа.

Я оказалась в ловушке даже без намёка на освобождение, с грядущей неизвестностью, которая меня очень пугала. Именно в такой отчаянной ситуации навестила меня Она. Сначала она показалась мне плодом моего затуманенного разума, пришлось сильно зажмурить глаза, чтобы прогнать промелькнувший образ. "Неужели, эта и есть смерть? Наконец-то, я дождалась её. Вскоре всё закончится!", - пронеслось у меня в голове в тот миг.

Вынудила себя с опаской чуть раскрыть глаза в надежде того, что, может быть, исчезнет видение, прогнавшее меня в необъяснимую дрожь. Но она, кажется, решилась действовать настойчиво и не думала исчезнуть. И тогда мне удалось разглядеть её. Очень высокая для человеческого роста, с длинными волосами цвета пшеницы, развевающиеся как бы на ветру, с чертами лица, как принято говорить, "неземной красоты" и в длинном белом одеянии, как будто сшитая из нежных лоскутов тюля. "Очень красива! Чего же люди так боятся её?" - промелькнуло сразу у меня в голове. Она чуть улыбнулась, раскрыв свои полные губы.

;Я не та, за кого ты меня принимаешь, - вдруг зазвенел её мелодичный голос.

От её неземного тембра голоса у меня мурашки пробежали по всему телу, неосознанно потянув за край одеяла, прикрыла голову.

;А кто ты такая? - вырвалось у меня.

;Я - Судьба!

;Так же не бывает!

;В жизни всё бывает, стоит только захотеть. Ты сама позвала меня, проклиная свою судьбу. А я нарушив правила, отозвалась на твой зов. Могу сказать тебе одно: "Не утруждай себя, этот ребёнок всё равно родится!".

;Но что будет дальше? Будущее меня очень пугает.

;Терпеть и жить дальше.


ГЛАВА 15


Схватки начались в середине февраля совсем неожиданно. В начале, не осознав причину возникновения болей ниже живота, приняла их за обыкновенные колики. Старалась скрыть свои мучения, чтобы не побеспокоить стариков посреди ночи. Наивно думая, что может быть, смогу справиться сама, но на самом деле всё оказалось не так-то просто! Вышедшие из-под контроля мои нечеловеческие страдания, стали поводом на мои безумные крики. Прибежавшая на мой зов тётя Латифа, приказала лечь и глубоко дышать. А потом позвав дядю Тапдыка, отправила его за акушеркой, но мой малыш не собирался дожидаться её прихода.

Запомнилась мне вошедшая женщина, предположительно акушерка, сквозь дикой боли, безумного крика и непомерного пота, покрывшего моё тело, как испарина. Одновременно с вошедшей женщиной, услышала слабый плач ребёнка, с опаской известивший о своём приходе как нежеланный гость. Страх и растерянность одновременно охватили меня, заставив почувствовать себя отрешенной.

;Добро пожаловать в наш мир, малыш! Настоящий мужик, великаном станет! – услышала я, слова акушерки.

;Хочешь посмотреть на него?

;Нет, нет, уберите его отсюда! Я ненавижу его! – эти слова самопроизвольно произнеслись вслух.

Эти горькие слова, произнесённые от отчаяния, будут преследовать меня до конца моих дней, как признание отчаявшегося преступника.

После этого всё стало странно спокойно. Как бы ни напрягала слух, чтобы различить хоть какой-нибудь звук, похожий на детский плач, мне ничего не удавалось. Необъяснимая тревога, внезапно проникнувшая в моё чрево, заставила съежиться все мои внутренности. Возгораемое чувство стыда, не давало мне расспросить о нём. Уже не в силах овладеть с окутавшим меня беспокойством, я быстро подойдя к тёти Латифе, резко спросила у неё:

;Почему в доме так спокойно?

Она в это время месила тесто для выпечки хлеба. Остановив свои усиленные, круговые движения руками, она подняв голову, чуть улыбнувшись ответила:

;Отец забрал его к себе.

Уже не сдерживая свои эмоции и переживания, выбросив нежеланную притворную оболочку, я, наконец-то, глубоко вздохнув улыбнулась.

;Вот уже столько времени я ждала, когда же ты расспросишь о нём? – ласково произнесла она.

А мне ничего не оставалось, кроме как, впервые крепко обняв и поцеловать её.


ГЛАВА 16


Однажды с рассвета меня разбудил гул приближающейся машины. Ещё полусонная вскочив, прислушалась. В этих краях приезд машины был такой редкостью, что не осталось сомнений: она была отправлена отцом. С какой целью, этого надо было дожидаться, и к моему великому изумлению, оказалось, что за мной. Такой неожиданный поворот дел, застал меня врасплох, смешались чувства растерянности, страха перед неизвестностью и конечно, радости, заставив меня совсем потерять голову. Попрощавшись ставшими мне дорогими и родными стариками, я села в машину, увозившую в сторону, ожидавшую меня неизвестность. На протяжении долгой дороги я старалась, сосредоточившись подготовить себя к тяжелым встречам, ожидавшим меня дома. А когда машина подъехав, остановилась перед незнакомым домом, я совсем запуталась. Это был огромный и прекрасный дом посреди живописной природы. Окруженный со всех сторон высоким забором, он казался, совсем не к месту. Посреди нетронутого леса, он казался сказочным замком, исписанным талантливым художником на пейзажном полотне.

Очарованная красотой дома, я неуверенными шагами вошла через ворота этого дома. Первой мыслью было то, что, наверное, это новое приобретение отца, и он решил поместить меня с ребёнком здесь, вдали от посторонних глаз. Не успела созерцать холл, как увидела улыбающегося мужчины, спускавшийся по ступенькам. Это был высокий, худощавый мужчина, средних лет. « Наверное, управляющий поместьем», - подумалось мне.

Сияя от радости, он быстрыми шагами подошёл ко мне и протянул руку:

;Добро пожаловать! Наверное, ты совсем устала с дороги и хочешь отдохнуть. Твоя комната готова. Хочешь, я провожу тебя?

Увидев моё замешательство, он совсем растерялся.

;Ой, извини, я совсем потерял голову. Это, наверное, от волнения! Признаться, я не ожидал увидеть такое!

Он сильно сжимая мне руку, продолжал рукопожатие. Мне пришлось приложить усилие, чтобы прекратить это, и я резко вырвав свою руку, таким образом, демонстрировала своё недовольство.

;Я совсем забыл представиться. Меня зовут Фирудин. С этого дня этот дом так же твой.

Он неожиданно наклонился, взял мою руку и поцеловал её. «Какая невоспитанность! Что он себе позволяет?» - подумав, сердито посмотрела на него.

;Я понимаю, тебе нужно время, чтобы привыкнуть. Я всё знаю о твоём положении. Твой отец мне всё рассказал. Хочешь, немного отдохни, а потом всё обсудим. Всё обсудим о процессе. Устроим всё, как ты пожелаешь! – высказав, лукаво засияли его глаза.

;Какой процесс? О чём вы говорите?

Он нахмурившись, обрёл вид обиженного.

;Конечно же, о бракосочетании! А разве отец не поговорил с тобой? Ты не в курсе?

; Вы что, все с ума сошли? Вам лечиться надо! Я не останусь здесь даже на секунду!

Выбежала во двор, наивно полагая, что смогу вырваться из западни загнанной отцом, только оказавшись во дворе, с ужасом оглянулась вокруг.

;Тебе не удастся выйти через эти ворота. А за воротами, густой лес с дикими животными, – язвительно улыбнулся он. – Какая неблагодарность! Я же делаю одолжение твоему отцу, взяв тебя в жёны. Это же вопрос чести для него!

Почувствовав себя в западне окруженная этими высокими заборами, я поняла, что судьба наносит мне очередной удар, на этот раз с руки моего отца.

;Я вижу тебе нужно время, чтобы всё обдумать. С ясной головой, тебе будет легче понять свою ситуацию. Пойми, у тебя нет другого выбора!


ГЛАВА 17


Подложив ноги под себя, сидела в постели и размышляла о своей безысходности. Как безумная, смотрела в одну точку и двигалась вперёд-назад, постепенно ускоряя движения. "Что же делать? Как быть? Этому не бывать! Лучше смерть!", - перебирая разные способы, остановилась на одном. "Надо найти какой-нибудь острый предмет!". Мои размышления прервал шум от двигателя отъезжавшей машины, услышав которого, сразу вскочив, посмотрела из окна. Как только машина выехала из ворот, охранник захотел запереть их, но прозвучавший женский голос не дал ему это сделать:

;Подожди, не запирай. Сейчас выношу мусор.

;Побыстрее! Мне надо отлучиться.

Поняв, что это мой спасительный шанс, упустить которого я и не собиралась, открыла дверь как можно тише, и стала на цыпочках спускаться вниз. На моё счастье, комната предназначенная мне, была расположена ближе к входной двери. Оказавшись во дворе дома, постаралась незаметнее улизнуть через узкое пространство незапертых ворот. Я бросилась бежать на рысь, до сих пор сама и не подозревавшая, что могу бежать с такой скоростью. Уже услышала позади себя крики, разные голоса. Это означало только одно: надо прибавив скорость, бежать до последнего вздоха. Только дойдя до лесного массива, почувствовала, что ноги уже отказываются, лёгкие не справляются с дыханием. Но я не имела права останавливаться. Прорывалась через колючие, густые кустарники, колючки которых вонзались и задирали мою кожу до крови, но эта боль, не казалась невыносимой, потому что с этой болью я удалялась подальше от своего кошмара. А мои ноги жалко волочились, еле таща моё тело. Только зализывая прилипшую к губам землю, и почувствовав её запах, поняла, что упала навзничь. Чтобы успокоить своё прерывистое дыхание и учащённое сердцебиение, решила набраться сил в такой же позе. А чуть позже, решила не теряя времени, продолжить путь в глуши леса. Меня не пугало, что же ждёт меня впереди, меня страшило то, что ожидает меня позади. Лучше стать добычей для диких животных, чем достаться этому человеку. А когда услышала позади себя приближающихся лай собак, меня охватил дикий ужас. Бросившись на колени, стала неистово молиться. В той же позе застали меня мои добытчики.


ГЛАВА 18


;Оказывается, я заблуждался на твой счёт. А я то думал, что ты девушка умная, – ехидно улыбаясь, произнёс этот человек. - Для тебя у меня отличная новость. Тебе не придётся присутствовать на изнурительном процессе для бракосочетания. Потому что, сегодня я ездил вот за этой бумажкой, - сказав, он поднял правую руку, показывая мне документ, - Всемогущий твой отец позаботился обо всём!

;Я вам не верю! Вы лжёте!

;Хочешь ознакомиться? – протянул он мне какие-то бумаги.

Пробежав глазами, я удостоверилась в достоверности. Реальность своей чудовищностью загнала меня в капкан, из которого не было шанса спастись.

;Ну как? Поверила? – сложив руки на груди, он ухмыляясь стоял довольным видом, - По-моему, для такого случая надо устроить небольшое торжество. Для тебя всё подготовлено. Пойдём, я выпровожу тебя до нашей спальни. Будь умницей, иди по-хорошему!

;Никогда! Вы не сможете дотронуться даже до моего трупа!

;А ты ещё с крутым нравом. А мне это очень нравится!

Он резко подошёл, схватив меня за руку, выволок из комнаты. Я изо всех сил старалась освободиться, но его рука, как могучие щупальца обхватили мою руку. Я присела на пол, наивно пытаясь своим весом противостоять его насилию, хоть как-то помешать ему. А он, с довольной гримасой потащил меня по полу в холл, как недавно доставшуюся крупную добычу. В тот момент позвонил его телефон. Он, не выпуская мою руку остановился, чтобы вытащить его. И я уличив момент, с размаху ударила его по челюсти. От неожиданности, он выронил телефон.

;Ах ты, сучка! – взбесившись, он ударил меня по лицу и сильно оттолкнул об стену.

Потом наклонился, чтобы поднять свой телефон. И я, разгневанная, набросившись на него, столкнула его с лестницы. Этот рослый человек на моих глазах, как игральный мяч, кувыркаясь по ступенькам, дошёл до конца лестницы, и оказался на полу в раскинутой позе.

А я стояла у края лестницы и наблюдала за всем этим с застывшим лицом. Увидев его бездыханное тело, почувствовала огромное облегчение, как бы спасши от омерзительной опасности. В этот миг меня навестила одна мысль: «Вот и конец всему!». Мне почему-то вспомнился мой малыш. «Неужели, я никогда не увижу его?», - сразу же подумалось мне.


ГЛАВА 19


Вот я и стала хозяйкой этого огромного дома. Хозяйкой, ухаживающей за своим полностью парализованным мужем. Только его глаза, иногда моргая, выдавали в нём признаки живого человека. И этих глаз хватало, чтобы они смотрели на меня с осуждением и ненавистью.

А что чувствовала я? Чувства навещали разные. Иногда под влиянием его взгляд, от чувства вины и жалости, мне становилось нестерпимо тяжело. А иногда от отчаяния, оправдываясь думала, что это он сам заслужил. Если бы возможно было бы повернуть время вспять, достался бы мне шанс исправить свою вину, отважилась бы я на то же самое? Спустя многие годы, задав себе же такой вопрос, я могу с уверенностью отвечать: «Да, еще раз да, сколько понадобилась бы!». А в то время мне хотелось только одного больше всего на свете: чтобы день ото дня ему становилось бы лучше. Тогда я смогла бы, выплюнув ему в лицо, покинуть этот проклятый дом. Но никаких чудес не происходило, и врачи тоже не предсказывали никаких чудес. И я была вынуждена, отчаявшаяся прожигать свои ненавистные дни в этом нежеланном доме, но это было тысяча раз лучше, чем принадлежать ему.

Таким образом, утекало время как песчинки сквозь пальцы, да и я не засекала время, смешались дни и ночи, проходили незаметно заменяя друг друга месяцы и годы. Меня часто навещала мысль: «Почему я до сих пор здесь? Почему я вообще, до сих пор жива на этой грешной земле?». Ответ приходил незамедлительно. Ощущение чувства, что где-то бьётся сердечко этого маленького существа, заставляло меня вынося эти мучения, остаться продолжить своё существование в этой жизни.

Однажды чья-то добрая рука заставила меня набрать номер дома отца. Мне было прекрасно известно, чья же эта рука! За день до этого, ночью Она опять навестила меня. Так же внезапно, так же без предупреждения! Своим приходом, заставив меня впасть в панику и почувствовать огромное смятение, Она вновь обратилась ко мне:

;Почему не стремишься что-то изменить в своей судьбе?

;Но я не знаю что делать! Мне уже ничто не поможет!

;Подумай хорошенько! Что же тебе хочется больше всего на свете?

Она исчезла так же незаметно, как и явилась, но оставила после себя необычную свежесть, от которой я почувствовала головокружительную лёгкость.


ГЛАВА 20


На мою огромную радость ответила наша домработница тётя Мадина. Узнав мой голос, она сперва замешкалась, а потом бросила трубку. Это означало, что я, до сих пор возглавляю чёрный список. Мне было нечего терять, и я решила довести дело до конца. Мне и так пришлось потерять много времени, чтобы решиться на это. После многочисленных попыток, наконец-то трубку сняли. Это опять была она. Она ответила почти шёпотом, разобрать слов которой, мне пришлось напрягать слух:

;Слушаю!

;Тётя Мадина, это я! – навёрнутые слёзы мешали выговорить слова.

;Как ты, бедная моя девочка?

;Ничего! А вы как там?

;Кое-как! А ты знаешь, кто у нас поживает? – она совсем понизила голос.

;Да, знаю!

;Он – чудо-ребёнок. Не беспокойся о нём. За ним хорошо ухаживают.

;Спасибо! – только это удалось выговорить ей в ответ.

Со временем наши разговоры участившись, стали носить постоянный характер. Чтобы не ставить её в затруднительное положение, мы с ней договорились, что я буду звонить 15-го числа каждого месяца, и она будет называть меня племянницей.

Наши разговоры имели только одну тему:

;А ты знаешь, он уже самостоятельно может сидеть!

;На прошлой неделе у него прорвался первый зуб. На 10-ом месяце, немного поздновато, но ничего. У тебя было точно так же. В таких случаях говорят, что голова будет крепкая.

;3 дня тому назад он сделал первые шаги. Был таким довольным.

;Он произнёс первое слово. Знаешь, какое? «Ма-ма!».

;Твой отец знаешь, как его прозвал?

;Как?

;Рашидом!

;Не может быть! Вы это серьёзно?

;Наш малыш 5 месяцев оставался без имени. Чем мы его только не обзывали: и котёнком, и сладеньким, и карапузиком. Наконец-то, в один прекрасный день твой отец приехав, собрал нас всех, нахмурив брови, строгим голосом сказал: "С этого дня все будете называть его своим именем: Рашидом".

Мне с трудом верилось в это. Странный ты человек, отец. Меня вычеркнул из своей жизни, а моего сына прозвал именем своего отца.

После каждой беседы по телефону, я под впечатлением услышанного, ходила окрылённой, с блеском на глазах и многозначительной улыбкой. Этой порции хватало до следующего разговора. Моя жизнь стала проходить в ожидании этих звонков. Вот уже до конца месяца осталось совсем мало, а после наступления нового месяца, начинался обратный подсчёт. За всё это время я не отважилась спросить только об одном: о его внешности, про черты его лица.

Моё эйфорическое состояние покидала меня, когда я заходила в ту комнату. Я возвращалась в невыносимую реальность своей жизни, противостоять которой, я была не в состоянии и не имела никакого морального права. С первого дня всю заботу за ним я взяла на себя. Хотела искупить свой грех, успокоить таким путём свою неспокойную совесть? Наверное, да! А улучшение, никак не поступало. Прогнозы врачей тоже были скептическими. Таким путём прошли целых 5 лет. Время тянулась для меня с черепашьей скоростью, казалось мне труднопроходимой дорогой, без конечной остановки. Никакое лечение не смог повлиять на ход стечения обстоятельств. А может быть, в этом было виновато моё присутствие, негативно влияющее на него? Не знаю! Это только моё мнение.

А зимой у него начались ещё проблемы с лёгкими. Он стал издавать странные звуки, напоминавшие хрипение задыхавшегося человека. По ночам я затыкала уши, чтобы заглушить эти невыносимые звуки. Несмотря на усилия врачей, его состояние ухудшалось с каждым днём, и в самом начале лета его не стало. Только когда врач диагностировал у него смерть, до меня дошла вся действительность преступления, совершенной мной со своей чудовищностью. Мне захотелось убежать отсюда прочь, сбросить с плеч невыносимую ношу, постараться смыть с себя это несмываемое пятно. Сразу же после похорон, забрав только деньги на дорогу, я, даже не оборачиваясь, чтобы бросить прощальный взгляд, покинула этот ненавистный дом. Это означало для меня освобождение от уз, заставившие пережить здесь много ненавистных событий, и попытка изменить свою жизнь. Главное, я знала, куда мне следует отправиться.

ГЛАВА 21


Моё появление у входной двери отцовского дома произвёл эффект, сравнимый только с появлением призрака. Открывшая мне дверь домработница была незнакомой молодой девушкой, наверное, принятая в моё отсутствие. Не успела представиться, только увидев меня перед собой, у неё как-то странно скосилось лицо, и она быстро отлучилась. По её реакции стало ясно, что в этом доме ходят обо мне страшные слухи. Хорошо, что хоть не забыли о моём существовании. Это даже лучше. А я осталась с раскрытым ртом, даже не успев поздороваться. Стояла у порога некогда родного мне дома, не решаясь войти внутрь. Наконец-то она вернулась, вся побледневшая, еле волоча ноги. По её физиономии стало ясно, что доложив о моём прибытии, ей пришлось несладко. Чуть слышным голосом она произнесла:

;Вас ожидают в кабинете.

;Что вы сказали? – не разобрав её слов, я переспросила.

;Я провожу вас.

От обиды мне стало даже смешно.

;Спасибо, я знаю дорогу. Не бойтесь, я не кусаюсь, - бросив ей, я быстрыми шагами отдалившись от неё, устремилась в сторону кабинета отца.

Остановилась только перед дверью кабинета, взявшись за косяк, не решаясь войти. Перевела дыхание, ещё раз глубоко вздохнув, открыла дверь. Как только дверь бесшумно раскрылась, предстал перед глазами силуэт отца со спины. Он стоял напротив окна, не удостоившись, даже повернуться. Я почувствовала, что мой голос меня подведёт. Несмотря на все усилия, чтобы настроиться на эту встречу, поняла, что на самом деле всё обстоит намного сложнее.

;Быстро же ты добралась! – вдруг он заговорил.

Услышав этот родной голос, на глаза навернулись слёзы. Приподняв веки, широко раскрыла глаза, чтобы хоть как-то остановить предавшие меня слёзы. Вместо этого комок пристал к гортани. Но мне надо было как-то ответить. Сильно глотнув, смогла сказать:

;Я приехала за сыном. Спасибо тебе, за то, что заботился о нём. А сейчас, я сама хочу заботиться о нём. Я буду работать и постараюсь дать ему достойную жизнь.

;О ком ты говоришь? – бросив, он резко обернулся.

Встретились наши взгляды. Да, эти были взгляды совсем чужих глаз. «Время не пошло тебе на пользу, Ариф муаллим!» - подумала я. Наверное, моя внешность тоже не внушила доверия. Он стоял с приподнятой левой бровью и внимательно созерцал меня. Я знала эту привычку. Эта моя внешность вызвала у него такой необычный интерес, и вдруг одумавшись, он быстро отвёл взгляд.

Его вопрос совсем запутал меня. «Почему он так сказал? Что с моим сыном?», - пронеслось у меня в голове, и меня охватила паника.

;Я о своём сыне спрашиваю! Разве он не здесь?

Мой вопрос привёл его в чувство.

;У тебя нет сына. Ты сама отказалась от него!

; Я тогда совсем потеряла голову. Я не была тогда готова!

;А сейчас готова?

;Да, я уже не та наивная девчонка.

;Как же ты собираешься его содержать?

;Не волнуйся, я не буду клянчить у тебя денег. Найду приличную работу и буду работать.

;Уже поздно!

;Что поздно? Что ты хочешь этим сказать?

После небольшой паузы, длившийся для меня вечно, он наконец-то, произнёс:

;Он - мой сын! Он записан на моё имя.

;Этого не может быть! Ты специально так говоришь, чтобы помучить меня. Я тебе не верю!

;А что мне оставалось делать? Выбросить его на помойку или отдать в приют? Можешь мне сказать? – взорвался он. – А как я мог показаться людям на глаза? А как же честь нашей семьи? Ты не оставила мне другого выхода!

;Это ещё одно твоё наказание? Тебе недостаточно того, что я выстрадала до сих пор?

;Ты сама виновата во всём! Лучше скажи «спасибо», за то, что так легко отделалась, после того, что натворила с этим бедным человеком. Мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы отмазать тебя.

;А ты думаешь, это имело бы для меня большой разницы? – внимательно посмотрев ему в глаза, со злостью сказала я.

В ответ он агрессивно протянул руку, и указательным пальцем указывая на дверь, закричал:

;Убирайся отсюда! Тебя здесь никто не ждёт.

;Без сына я никуда не уйду!

Вдруг моё внимание привлёк, какая-та тень за спиной отца. Выглянув, увидела мальчика играющего в саду с мячом. Вдруг мяч отскочил в сторону окна, и он подбежав за мячом, оказался напротив большого французского окна кабинета на всю стену. Он вплотную подошёл к окну, прислонившись к стеклу, стал заглядывать внутрь. Наверное, солнечные лучи мешали ему разглядеть присутствующих, и ему пришлось приложить руки к вискам, как бы оградившимся от солнца. Он стоял с чуть раскрытым ртом, с явным интересом и беспокойством рассматривал меня. Улыбка сама по себе озарила всё моё лицо. Улыбаясь во весь рот, я прикрыла лицо обоими руками, и капающие слёзы, стекая вниз по пальцам, замочили мне руки. «Вот это чудо! Как же милостива ко мне судьба!» - подумала я в тот момент, увидев то, о чём мечтала в глубине души.

Этот мальчик напомнил мне один случай из моего далёкого детства. Первые дни первого учебного года. Я, как и многие первоклассники, с неуверенной походкой искала свою классную комнату. Вдруг кто-то подбежав сзади, схватил меня за локоть и сказал:

;Эй, ты не слышишь? Я же тебя зову!

Я вздрогнула от неожиданности. Мне не понравилось то, что кто-то дотронулся до меня, с недовольной гримасой обернулась и застыла.

;Эй, я же с тобой говорю! На, бери, ты это уронила.

Наклонив голову, увидела в его раскрытой ладони свою розовую ленточку, слетевшую с моей косички.

;Спасибо! – смутившись, мне удалось проронить лишь это.

А он, обернулся и убежал, как ни в чём не бывало.

Но случай сделал своё дело! С того дня каждая встреча с ним не могла оставить меня равнодушной, заставляя учащённо биться моё маленькое сердечко. Постепенно он превратился в героя-спасителя, заменив отца на этом важном посту. Уже не было надобности придумывать образ для моего принца в своих детских фантазиях, потому что, мой принц уже был не вымышленным, а реальным. А в эту минуту копия очень похожая на оригинал, стоял и не отрывая глаз смотрел на меня. Ещё не успела оторваться от раздумий, обернулась на звук раскрывающейся двери. Он уже стоял у порога, не решаясь войти, переводя взгляд от одного к другому. Стояла мёртвая тишина, которую нарушал, лишь тиканье старинных настенных часов, которые действуя на полушария мозга, как нервные импульсы, заставлял биться моё сердце учащённой.

;Кто ты такая?- обратился он ко мне своим низким детским голосом, и подошёл вплотную ко мне.

Я уже оказалась на коленях перед ним.

;Она… твоя сестра! – как гром среди ясного неба прозвучал сердитый голос отца.

Отец всё-таки сделал своё, найдя ещё один способ сделать мне больнее, и не оставив мне другого выбора.

;Ты, действительно моя сестра? – переспросил он.

Мне удалось только утвердительно покивать головой.

;А почему такая взрослая? – задав вопрос, тут же сам ответил. – А, мои братья ещё взрослее. Только я один такой маленький.

;Ты быстро повзрослеешь, ещё обгонишь их, если будешь вести себя хорошо, - нашёлся ответить отец.

;А где ты была? Почему не приезжала?

;Она за границей была. Поехала учиться, - опять вместо меня ответил отец.

;А ты, поэтому плачешь? Отец заставляет тебя учиться, а тебе не хочется, да? Не плачь! – сказав, он вытер мои слёзы своими маленькими пухлыми подушечками пальцев. Потом понизив голос, почти шёпотом добавил, - Ты знаешь, когда я начал ходить в школу, я тоже плакал, только втайне от всех, чтобы никто не видел. А как твоё имя?

;Сайка, Саида! – заглушённым от слёз голосом ответила я.

;А меня Рашид!

;Я знаю.

;А ты мне нравишься! – сказав, он сильно обнял и приткнулся ко мне.

И в этот миг случилось невероятное. Вскружился весь мир вокруг меня, стёрлось прошлое, улетучилась вся обида, боль и сожаление.

Не ожидавший стать свидетелем такой сцены, отец потеряв самообладание, быстро подошёл к маленькому и притянул его к себе.

;Тебе пора готовить уроки. Я потом зайду и всё проверю, - сказав, он чуть не насильно выпроводил его из комнаты.

Оставшись наедине, он начал свою, наверное, заранее подготовленную речь, состоявшую только из ультиматума:

;Ты можешь здесь оставаться только с одним условием: если будешь вести себя как надо. И не вздумай заморочить ему голову! Не надо портить психику ребёнка. Ты слушаешь меня внимательно? Это не просто слова! А то, я отправлю тебя в такое место, где ты больше никогда его не увидишь! – выступая, указательным пальцем пригрозил он мне.

В наступившей гнетущей тишине смотрели друг на друга две пары совсем далёких глаз. «Неужели, это тот самый человек, который в недалёком прошлом лелеял меня и вздыхал по мне? Как человек может так сильно измениться?» - в свою очередь подумала я.

А вслух произнесла:

; Как же была права мама, когда боялась твоей жестокости.

;У твоей мамы было больное воображение.

;Я всё знаю о вашем прошлом. Она мне всё рассказала.

;Что, что она тебе рассказала? – взорвался он. – Она всё заранее знала, когда давала согласие выходить за меня замуж. Что я ей плохого сделал? Дал ей такую роскошную жизнь! Она всю жизнь мучилась только от безделья и придумывала себе всякие дурацкие причуды.

;Ты, не отдал ей главное! Не позволил ей, почувствовать себя женщиной.

Мои слова, кажется, попали в точку. Отец вдруг съежился, понизив голос сказал:

;Это твой позор довёл её до могилы! Я одновременно похоронил и жену, и дочь!

;Я тоже за одну ночь потеряла обеих родителей!

Как только эта фраза слетела с моих уст, он окинул меня своим суровым пронзительным взглядом.

Вот сейчас, через столько лет вспоминая и раздумывая об этом, я подумала, чем закончилась бы наша словесная перепалка, и как сложилась бы в дальнейшем наша судьба, если бы в ту минуту, не вошёл мой маленький.

Ворвавшись внутрь, он взглянув на отца, сразу бросился ко мне и на одном дыхании сказал:

;Обещай, что не уедешь! Будем играть с тобой в игры, – потом обратившись к отцу, сказал, - Пусть остаётся, я прошу тебя! Пусть будет учиться здесь! Ради меня! Согласен?

;Я же тебе сказал: «Иди, в свою комнату!».

;Я за этим вернулся. Очень прошу тебя!


ГЛАВА 22


Моё возвращение в отцовский дом, кажется, больше всех озадачил моего младшего брата Самира. Он как раз вошёл через входную дверь, когда я покидала кабинет. Будучи навеселе, он увидев меня запнулся, как будто ошибся адресом. Ему потребовалось некоторое время, чтобы его затуманенный разум смог переварить увиденное. Он пришёл в себя не сразу, только когда появился отец. Шатаясь, он дрожащей рукой указав на меня, стал орать:

; Что она тут делает? Как ты позволил ей войти через эту дверь? Отец, я к тебе обращаюсь!

;Заткнись! Иди, приведи себя в порядок.

;Ах вот оно что! Блудная дочка вернулась, и всё ей прощено? Чему я удивляюсь? Так же было всегда! Но я это так не оставлю! – он подошёл и схватив меня за руку, стал выводить из дому.

;Оставь её! – вдруг прозвучал суровый голос отца.

;Это я сам виноват. Мне самому надо было покончить с ней. Это из-за неё умерла мама. Из-за неё опозорилась наша семья. И что, всё сойдёт ей с рук? А чему я так удивляюсь? Тот, который в один прекрасный день приводит какого-то подкидыша от какой-то проститутки, назначает его своим наследником, может и принять такую дешёвую дочку!

После таких слов отец, как разъярённый хищник набросился на него. Вырвав меня из его рук, бросил на пол. Потом схватив его за рубашку, притянул к себе и, взглянув ему точно в глаза, завопил:

;Идиот несчастный! Сперва сам стань человеком. Твой позор не лучше, чем от позора любой легкомысленной девушки!

Потом последовал удар по лицу, от которого он грохнулся, как мешок картофеля об пол. А на утро, забрав свои вещи, он покинул отцовский дом, заодно не забыв прихватить кредитную карту отца.

После этой сцены я решила обратиться к отцу. Он сидел за столом, на своём обычном месте и завтракал, как ни в чём ни бывало. На самом деле, всё было совсем не так, как прежде, и он прекрасно отдавал себе отсчёт в этом.

;Я хочу продолжить учёбу. С утра поговорила с Сеймуром, и он готов принять нас. Я брату всё подробно объяснила. И обстановку в доме тоже. Он согласился.

Когда я говорила, обращаясь к нему, отец делал вид, что не замечает меня и его совсем не интересуют мои слова, продолжал свою сиесту, как ни в чём не бывало. Но неожиданно он остановился, отложив вилку, поднял голову, и с хмурым лицом обратился ко мне:

;Что ты сказала? Я что-то не расслышал.

;Я хочу забрав сына, уехать в Америку.

;Значит, твой брат с распростёртыми объятиями готов принять тебя. А обо мне, о своём отце совсем позабыл.

;У него своя жизнь. Создал себе хорошую репутацию, у него отличная карьера, прекрасная семья, тебе не создаёт никаких проблем. Что тебе ещё надо от него?

;Уважения! Я не заслуживаю только телефонного звонка по праздникам. Вот уже столько лет он не приезжает сюда.

;Может быть, проблема в тебе. Ты не задумывался об этом?

;Я вижу, язык у тебя стал очень длинным, - чуть помолчав, добавил. – Значит, решила забрать его. И как же ты думаешь вывозить его через границу без документов?

;Я из-за этого к тебе обращаюсь.

;Он останется здесь. А сама, можешь убраться куда пожелаешь!

Этим он поставил точки над всеми «и», не предоставив мне другого выбора. Таким образом, я осталась в этом доме рядом со своим сыном. Признаться, я и не ожидала такого поворота событий, такого успешного решения. На тот момент для меня не могло быть большего счастья, чем находиться в этом доме.


ГЛАВА 23


В одну из ранних весенних ночей, меня разбудил грохот и искры прогремевшей молнии. Одновременно почувствовала рядом с собой тепло, исходящий от чьё-то тела. Вздрогнув от неожиданности, в темноте среди проблесков искр молнии, мне удалось различить маленькое тельце моего сыночка в голубой пижаме. Он весь съежившись как котёнок, тихо произнёс:

;Мне страшно! Можно я немножко побуду здесь?

;Конечно, мой родной!

;Только отцу ничего не говори. А то он рассердится, что я струсил.

;Обещаю!

Прижимая это беззащитное тело к своей груди, я, только тогда поняла, как много потеряла за эти годы.

А утром раскрыв глаза, застала нас в таком же положении, и вдобавок с отцом стоящим над нами и сердито смотрящим на меня.

С того дня вошли в привычку эти запретные, умиротворённо действующие мне на душу ночные заходы. То из-за какого-то непонятного звука, исходящему из шкафа, то из-за кошмаров, состоящих из злых героев комиксов, снившихся неизвестно по какой-то причине. Каждый раз предлоги приводились разные, но всегда заканчивались одинаково – переночевал в моей комнате. На моё счастье, всё складывалось как нельзя лучше для меня. Таким путём, я стала любимой сестрой Сайкой для моего сына Рашида.

Мы разлучались только на время учёбы. Он ехал в свою школу, я в медицинский университет, а всё остальное время мы были неразлучны. Даже подготовка домашних уроков превращалась в своего рода игру. А в свободное время от уроков, мы вместе отправлялись развлекаться. Как заядлые сообщники, старались всё делать втайне от отца, при этом прикрывая друг друга. Самое странное было то, что я свыклась с ролью сестры. Я не могла обращаться с ним, как мать с сыном. Откровенно говоря, в то время мне было чуждо это чувство, я не успела проникнуть глубже, чтобы разбираться в тонкостях этой великой миссии. Наверное, в этом был виноват мой статус сестры, не позволяющий мне раскрепощаться. Самое главное я знала, что он – единственный человек, самый дорогой и любимый, заставляющий меня находиться в этой жизни. А моему отцу, досталась роль молчаливого наблюдателя.


ГЛАВА 24


Я не могу сказать, что время пролетело, как крылатые годы. По-моему, это неправильное выражение. Потому что каждый день, каждая минута, даже не замечаемая нами секунда имеет свой вес, способен оставить свой след в нашей жизни. Все мы подвластны изменениям, происходящие в нашей земной суете. Вместе с собственной жизнью, меняемся и мы. То, что раньше казалось нам невосприимчивым, невыносимым, становится обыденной частью нашей жизни. Вот и я, даже в качестве сестры, была довольна своим положением. Главное то, что я была рядом с ним, и нас связывали такие узы, разорвать которых был в не силах, даже мой отец.

А с отцом, наши отношения оставались не изменёнными, в качестве «милого врага». Хотя со временем, наши словесные перепалки становились всё реже, и назло всегда нашим свидетелем становился мой Рашид. Раньше прислушиваясь с опаской, затыкал уши руками, чтобы заглушить наши крики. А взрослея, вникал к каждому слову, брошенному в разгар ссоры, и потом начинался расспрос, ускользнуть от которого, стоило мне немалого труда.

При выборе профессии он не удивил нас, выбрав медицинский. Его тяга к этой профессии ещё с детства ярко проявлял себя в его детских играх. Наверное, в этом и моя заслуга была немаленькая. В школьные годы, вместо того, чтобы изучать свои учебники, он всегда с жадностью пролистал все книги о медицине, разбросанные по всей комнате.


ГЛАВА 25


Уже с первых дней университета я стала замечать изменения, происходящие в нём, о причинах которых могла с лёгкостью догадываться. Я не стала придираться к нему с расспросами, зная его упрямый характер. Со временем он сам признался, что влюблён в свою однокурсницу. Резкие перемены его настроения, доказывали о степени его чувств. Он взрослел, словно на глазах. А мне было интересно наблюдать за всеми его поступками и стать безмолвной свидетельницей за происходящим. Я решила не вмешиваться, сочтя это временным увлечением свойственным его характеру, полагая, что время само расставит всё по местам. А когда, к концу первого учебного года, он сообщил нам, что хочет обручиться с ней, только тогда я не выдержав, сделала ему замечание, что слишком рано для таких серьёзных вещей. На что он обиженно ответил: «Я не хочу потерять своё счастье!».

;Если она действительно тебя любит, тебе не обязательно доказывать свою любовь женитьбой. А если не люблена, тогда ты не удержишь её, даже женитьбой.

Мои слова, кажется, сильно задели его.

;А ты…, ты почему не создаёшь себе семью? – возмутившись, спросил он.

Его необычный вопрос застав меня врасплох, заставил растеряться и сильно загнал меня в краску.

;У меня же есть семья! Ты, отец, братья. Мы, если даже не дружная, но всё-таки семья.

;Я не это имею в виду. Тебе разве не хочется иметь своих детей?

;Да, конечно хочу! – удалось еле выдавить улыбку.

;Неужели, у тебя не было любимого человека?

;А ты почему такой любопытный? – ответив вопросом, захотела, чтобы разговор обрёк более игривый характер, удалось бы направить его в другое русло, и таким образом ускользнуть от ответа.

А он, как будто прочёл мои мысли.

;А ты почему всегда ускользаешь от этого разговора? Я же тебе всё рассказываю. Так нечестно! Если так пойдёт, я больше не буду делиться с тобой!

;Хорошо, не сердись! Был один парень в школе, который очень мне нравился. Я была без ума от него!

;А, уже жарче! Мне это очень нравится. А дальше что? – он приобрёл весёлый вид.

;Дальше ничего! Он даже не подозревал об этом.

;Как это так? Ты опять что-то скрываешь. Это как-то не вяжется.

;С чем не вяжется?

;Да так, ничего! – озадаченно ответив, он решил уклониться от ответа.

;Что ты имел в виду? – совсем запуталась я.

;Просто как-то не верится, что он не замечал такую обольстительную девушку, как ты.

;Ты что, льстишь мне?

Я подошла к нему, обвила руки вокруг его талии и крепко обняла. Мой мальчик был уже выше меня больше головы. Он наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб, и обнял меня за плечи. Мне было так тепло и уютно, в объятиях моего бесценного человека. Все ценности мира теряли свои значения, все обиды и невзгоды покидали меня в этих объятиях, заставив почувствовать свою живучесть.


ГЛАВА 26


Я решила познакомиться с избранницей моего сына, узнать поближе ту, которая сводила с ума моего мальчика. Однажды утром, когда Рашид собирался в университет, я предложила ему привести её к нам в гости. Ему пришлось очень по душе моё предложение, чуть не запрыгав от радости, он крепко поцеловал меня в щёку и бегом покинул дом.

А я решила принять гостью на должном уровне. Решила представить на обзор свои умения, приготовив своими руками разные блюда, которые получались у меня удачно, напекла разные сладости с помощью хитроумных рецептов. Сама приглядела за сервировкой стола, чтобы не было никаких недостатков. Со мной это происходило впервой. В моей памяти не было такого случая, чтобы я так забеспокоилась из-за приёма гостья. И потом занялась собой, чтобы выглядеть безупречно и быть на высоте рядом с нашей ожидаемой гостьей.

Ужин прошёл скромно, но не скучно. Говорил в основном отец, расспрашивая Лейлу, так звали нашу гостью, о её семье. Он, кажется, остался доволен результатом своего опроса. Это не трудно было понять по его довольному виду, и как он, разглядывая её с интересом, утвердительно кивал головой и всё время смотрел в сторону Рашида, как бы одобряя его выбор. Лейла тоже держалась достойно, ничуть не теряясь. Кажется, только я одна осталась недовольна, и попала в противоположную сторону фронта.

После ужина выпроводив Лейлу домой, Рашид вернувшись, сразу вошёл в мою комнату.

;Ты специально её пригласила, чтобы унизить?

Я была вся уставшая, измотана физически, а морально неудовлетворённая, и у меня не было никакого желания, ещё разбираться с ним.

;Извини, я очень устала, хочу отдохнуть. Давай лучше утром поговорим.

;Нет уж, изволь отвечать!

;Я никого не оскорбила и не собиралась!

;Ты врёшь! Она тебе не понравилась, да?

;Почему же ты так решил? Она очень красивая, эффектная девушка. И не удивительно, что ты влюбился в неё.

;Тогда в чём проблема?

;Да ни в чём! А ты почему пристал ко мне? Что я сделала не так? – собрав последние силы, повысила я голос. – Скажи, что же ты ожидал от меня? Я тоже, как и вы, должна была чуть не запрыгав от радости, всё время улыбаться ей в лицо? Извини, но у меня так не получается. Ещё, если спрашиваешь моё мнение, мне кажется, она не та, за какую себя выдаёт!

Мне, наверное, не следовало это произнести вслух! Он просто вывел меня из себя своим домогательством. Просто я, как и всякая мать, хотела увидеть искру любви и привязанности в глазах этой девушки. У этой девушки, с которой мне придётся делить любовь своего сына, но я не нашла, даже намёка того, что искала.

;Ты не имеешь права вмешиваться в мои дела. Лучше иди и обустрой свою жизнь. Я тебе не позволю портить наши отношения!

;А ты не имеешь права со мной так разговаривать!

;А это почему же? Ты вела себя, как самая худшая, отвратительная свекровь. Хорошо, что ты, не моя мать!

«Слова могут поранить, острее кинжала» - это пословица, как и любая, наверное, появилась не на пустом месте. Лёжа в постели, вытирала свои нескончаемые слёзы уголком, накрывавшим меня одеялом, а в голове вертелась только одна мысль. Я впервые дала оправдание отцу, который в своё время лишил меня материнства. «Если Рашид узнает всю правду, он обязательно возненавидит меня!», - решила я.

Вдруг среди гнетущей темноты и тишины, пронёсся скрипучий звук раскрывавшейся двери. Я затаив дыхание, стала прислушиваться. Кто-то подошёл к моей постели с противоположной стороны, и осторожно лёг рядом со мной.

Неожиданно прозвучал его голос. Хоть он и старался говорить шёпотом, в мёртвой тишине, царившей в этой комнате, мне удалось разобрать все слова, произнесённые из его уст:

;Ты не обязана отвечать мне. Прошу, только выслушай меня! Ты сама прекрасно знаешь, как я тебя сильно люблю! То, что я сказал всё неправда. Ты самая лучшая… на свете! Если у меня есть шанс на прощение, то просто обними меня, как в детстве.

Не дав ему закончить, я, обернувшись, обвила его руками крепко-крепко, как только мои силы позволяли мне это, но в отличие от прошлого, сейчас я оказалась в обнимку в его широкой груди, поменявшись местами.


ГЛАВА 27


В конце лета, в последние дни августа состоялась помолвка. Как и следовало ожидать, отец устроил пышное торжество, как подобает его статусу. Пригласил много званых гостей, были приглашены и представители средства массовой информации, чтобы проинформировалось всё достоверно и должным образом, и чтобы в дальнейшем не случилось никакого конфуза. Кажется, все были довольны торжеством, естественно, кроме меня. Но и я, после поданного урока стала вести себя разумнее. Мне пришлось заставить материнскую ревность отойти на задний план, чтобы держать себя на руках. Чтобы не потерять его доверия, и чтобы он не отдалился от меня. Поэтому мне пришлось на протяжении всего торжества ходить с наигранной улыбкой, вести со всеми дружелюбный разговор, при этом выражая свою огромную радость по случаю торжества. Рашид просто сиял от радости, а Лейла вела себя очень достойно. Как я и предполагала, она оказалась очень смышлёной. Она успела войти в доверие отцу и уделяла ему большого внимания, зато меня успела возненавидеть. И свою неприязнь успела кое-как перенести на моего мальчика, оттого, он становился более отчуждённым, с каждым днём отдалившись от меня.


ГЛАВА 28


В одном из пасмурных осенних дней в нашем благотворительном фонде была назначена акция в помощи бездомным людям. Солнце, хоть и изредка, украдкой выглядывало сквозь облаков, направив свои слабые лучи на землю, таким путём, словно напоминая о своём предназначении. Ничего не предвещало о приближающей « грозе». Тот день обещал стать особенным для нашего фонда, потому что к нам должны были присоединиться влиятельные спонсоры. Я очень тщательно нарядилась для такого особенного случая. Спустившись вниз, застала отца и Рашида за завтраком. Поздоровавшись, направилась к входной двери.

;А ты не будешь завтракать? – услышала вслед голос Рашида.

;Приятного аппетита! Спасибо, я не буду!

; В последнее время для тебя проблемы чужих стали важнее, чем домашних.

;Слава Богу, мои домашние больше не нуждаются во мне, - намекнула я ему.

;Куда ты так? – это уже прозвучал голос отца.

Уже годы сказали своё слово. Ноги отказывались ему подчиняться, и он вынужден был передвигаться в инвалидном кресле. От могучего тела не осталось никакого напоминания, его тело сгорбившись, с лёгкостью вмещался туда. Но он сумел сохранить суровость своего взгляда.

;У нас сегодня состоится акция, - сказав, быстро захлопнула дверь, чтобы не досталась ему возможности возразить что-нибудь в ответ.

После состоявшейся акции, был организован званый обед в честь наших главных акционеров. Наше мероприятие затянулся, и когда я доехала домой, было далеко за полночь. Открыв дверь своим ключом, стараясь не шуметь и надеясь войти незамеченной, осторожно вошла через входную дверь и застала отца прямо у двери. Неизвестно сколько времени он дежурил у двери, но и без слов было ясно, что не недавно. Он, наверное, задремал и, проснувшись от звука раскрываемого замка, был похож на разъярённого зверя. Вообще-то его утреннее напутствие подал сигнал для тревоги и выражение его лица, когда он провожал меня своим проницательным взглядом, не так сильно отличался от нынешнего. Поэтому я, не очень-то удивилась застав его тут.

;А ты ещё не спишь?

;Как видишь, дожидаюсь тебя.

;Чему я обязана за такую честь? – с иронией спросила я. – Ты волновался из-за меня, или за свою честь?

;Ты не имеешь права так себя вести! У тебя взрослый сын, и он скоро женится.

;А ты не имеешь права вмешиваться в мои дела. Как ты сам заметил, я уже взрослая женщина.

;Пока я жив, этому не бывать! Я не допущу этого!

;Уже перед тобой стоит не 16-летняя девчонка, с которой ты сможешь управиться, как тебе взбредёт в голову.

;Не смей так со мной разговаривать! Я уничтожу тебя!

;Не рассмеши меня! Ты уничтожил меня много лет тому назад, лишив меня материнства!

; Браво! Не останавливайтесь, продолжайте! Я не буду мешать!

Это был голос моего Рашида. В тот миг я бы всё отдала в этой жизни, лишь бы ослышалась. Чуть живая медленно обернувшись, поняла, что чуду не бывать. Сзади меня стоял, сложив руки на груди, с иронической улыбкой на губах мой сын.

;Почему остановились? Это же так интересно! Раз речь идёт обо мне, я думаю, имею права здесь находиться.

Мы с отцом так и застыли в той же позе, как загипнотизированные и вошедшие в транс.

;Извините, что был вынужден прервать вашу сердечную беседу. Я вижу, вы оба потеряли дар речи. Хотя совсем недавно очень оживлённо болтали. Ну? – с сарказмом продолжил он.

Он стоял и выжидал. Я уже не чувствовала своего сердцебиения, зато явно слышала отрывистое дыхание отца.

;Я вижу, если и дальше так пойдёт, то мы должны простоять до утра. Лучше давайте, я вам подскажу! – бросив, он замолчал. Затянувшая пауза показалась мне вечностью. – Ты - моя мать, а ты – мой дедушка. Я это знал с 13-ти лет. Во время в одном из ваших бурных выяснениях отношений, я услышал это. Сначала не мог поверить, думал, что, наверное, что-то не так понял. Потом начал потихоньку тебя допрашивать. Отыскав местонахождение каждой частицы пазла, и вложив каждую на своё положенное место, я, наконец-то получил полную картину. Тайна, этой почтенной и многоуважаемой семьи, окутанная чёрной завесой, наконец-то была раскрыта! Раньше я думал, ты совершила какое-то ужасное преступление, и отец прикрывает тебя от правосудия. Мне страшно было докопаться до истины, и я решил оставить всё как есть. Знаешь, почему? Потому что боялся возненавидеть, и таким путём потерять тебя.

Мне до тех пор не приходилось видеть своего мальчика таким разъярённым и злобным. Да, агрессия, подобие ядерного оружия внутри человеческого организма, готового в любой миг разгромить всё вокруг, потеря контроля над ним, вынуждает человека на неадекватные поступки, и последствия после которого становятся очень печальными. Тогда, стоя как ступор и смотря во все глаза на своего мальчика в таком страшном состоянии, мне почему-то совсем не стало страшно. Вопреки ожидаемой, я почувствовала огромное облегчение, почувствовала, что тяжесть ноши, висячая как непомерный груз на моих плечах годами, стала спадать.

;Мой родной отец бросил тебя, и ты отказалась от меня. Я нашёл среди твоих бумаг документ, свидетельствующий о твоём браке. Ты вышла замуж сразу же после моего рождения. Ты сама захотела или отец вынудил тебя?

;Я вижу, вы проглотили свой язык, и мой вопрос так и повиснет в воздухе. Хорошо, тогда перейдём к другому, самому важному вопросу. Думаю, он развяжет твой язык. Кто мой отец?

Привыкшая годами к статусу сестры и уже смирившись с долей своей судьбы, я никогда не задумывалась, что когда-нибудь мне придётся столкнуться с таким обстоятельством. Поэтому заданный мне вопрос стал самым не ожидаемым и коварным, заставивший меня врасплох.

;Зачем тебе это? – я с трудом узнала свой голос.

;Это моё право!

;Поверь, он не достоин этого!

;Это мне решать! Ну же, отвечай! Я жду!

;Поверь, тебе лучше ничего о нём не знать.

;Но почему? – он резко повысил голос.

;Потому что он - подонок!

;Это ты так думаешь! А мне всё равно! Он знает о моём существовании?

;Нет! Не знает и никогда не узнает! Слышишь меня, никто и никогда не заставит меня рассказать правду!

Только сейчас дошло до меня! Тогда не надо было произносить это вслух! Может быть, таким путём я нарекла беду, разгневав судьбу? Не знаю, наверное, никому не суждено найти ответы на такие волнующие нас вопросы. Такие вопросы, так и останутся открытыми до конца человечества.

;Я всё равно выясню, даже без твоей помощи!

;Как хочешь! – только это и смогла выронить я.

В тот момент отношения и так были натянуты до предела, а эмоции перевалили через преграду, отделяющую разум от безумия. А мне не хотелось ещё большего.


ГЛАВА 29


В дальнейшем события разворачивались, как в трогательной мелодраме. Я решила унести с собой в могилу тайну рождения моего сына, лишь бы он ни о чём не догадался. В то время это казалось для меня самым верным решением. Легче жить с чувством, считая себя плодом страстной, взаимной, хоть и мимолётной любви, чем последствием акта омерзительности и кощунства. «Испытывать обиду, даже может быть ненависти к матери лучше, чем считать себя нежеланной ошибкой природы», - считала я тогда.

Однажды вечером застала отца, Рашида и Лейлу, мило беседовавших в кабинете. С моим приходом, их милой беседе был положен конец, даже выражения лиц успели преобразиться в один миг. Мой взгляд задержался на Лейле, на её многозначительной ухмылке. Значит, она тоже в курсе, и это было совсем не удивительно.

;Я книгу хотела взять, - пришлось наврать мне.

;Хорошо, что зашла! А мы как раз головоломку решали: «Кто же мой отец?». Ты случайно не подскажешь?

Это было чересчур. Я не нашлась, что ответить ему. Пришлось удалиться, сильно хлопнув дверью. А ночью дожидалась его позднего возвращения, когда он вернулся, выпроводив свою ненаглядную невесту. Увидев из окна своей спальни подъезжающую машину, быстро спустилась вниз. Встретились с Рашидом прямо у входной двери. Он вошёл в дом, вертя ключи от своей новой машины, подаренной дедушкой накануне, в честь перемирия. Он, кажется, не ожидал увидеть меня в столь поздний час. С удивлённым лицом подошёл ко мне и тихо спросил:

;Что-нибудь случилось?

;Ты не имеешь права со мной так поступать!

;А что тебя не устраивает?

;Не унижай меня при посторонних!

;Ты кого имеешь в виду: дедушку или Лейлу?

;До какого времени это будет продолжаться?

;Пока я не получу ответ на свой вопрос!

;Он не заслуживает этого.

;А тебе не кажется, что ты поступаешь эгоистично?

;Это совсем не так, сынок! - произнесла и, протянув руку дотронулась до его щёки, и захотелось погладить её. Он резким движением отдернул мою руку.

;Тебе это совсем не идёт!

Искры ненависти, промелькнувшие в тот миг в его глазах, совсем опустошили меня, заставив мою память вывести наружу, и вспомнить момент появления его на этот свет. Его первый крик, заявляющий с приходом на этот свет о своём существовании, даже против моего желания, как подающий мне вызов. Мой отказ лицезреть его, даже краешком глаза, заставил меня покраснеть и мне показалось, что он, как будто, прочёл всё это в моих глазах, от чего мне стало невыносимо стыдно. Поняла, что заслужила такое отношение, и это стало моим наказанием, как бы мне не было больно, и не казалось бы несправедливым.

;Пойми, я не могу! Потому что я презираю его больше, чем тех двоих!

Какая неведомая сила заставила слететь этих слов с моих уст, не понять мне никогда. Смысл произнесённой фразы дошёл до меня, когда различила, как же преобразилось выражение лица моего Рашида. Сначала нахмурившие брови, недоуменный взгляд, означающий, что он старается вникать в смысл услышанного. Потом приподнятые брови, округлённые от ужаса глаза, заставили понять происходящее.

;Что это означает? – с застывшим каменным лицом спросил он.

;Оставь меня! – сказав, бросилась бежать. Дойдя на одном дыхании до своей комнаты, закрылась и опустилась на пол, на том же месте. Всю горечь и боль, скопившиеся и, казалось бы, затвердевшие годами, стали просачиваясь замачивать, и постепенно смывать мои слёзы. Те слёзы, которые, как вырвавшийся на поверхность земли горячий источник, разжигая всё моё нутро, стали течь безостановочно. До меня донеслись знакомые голоса, какие-то отрывки слов, но мне не хотелось, слышать ничего. Прижимая руки к ушам, хотелось заглушить гул голос. Вдруг мне удалось различить волнующие слова, которые заставили меня улыбнуться: «Мама, мама, прости меня! Мама, открой, нам надо немедленно поговорить! А то я вышибу дверь!».

Он назвал меня мамой! Я так долго ждала этого момента, и дождаться этого, потеряв всякую надежду, стало особенно трогательно.


ГЛАВА 30


За раскрывшейся дверью, застала Рашида и отца. Их глаза, наполненные болью и состраданием, смотрели на меня с мольбой о прощении.


;Я не знал! Я не понял, доченька! Почему ты, почему не рассказала мне правду?

Мне совсем не хотелось ворошить свою рану, соскребать затвердевшую корочку. Но раз уж дела приняли такой оборот, придётся всё вывести на белый свет, найти ответы на вопросы, на которых годами постаралась годами запрятать в самом глубоком дне своего ранимого сердца, в дальнем углу своего мозга. Я присела на свою постель, чувствуя себя совсем опустошённой и обессиленной.

;Я хотела. Мама не позволила. Она испугалась твоего гнева и оказалась права.

;Прости меня, если сможешь!

Мне никогда не приходилось видеть отца в таком плачевном положении, ещё более сгорбившимся в инвалидном кресле, от навалившегося неожиданного непосильного груза. Я помнила отца плачущим, только однажды в детстве, в день смерти дедушки. Как бы мне не стало его жаль, всё равно пришлось глубоко вздохнув, выразить ему своё недовольство:

;Я же была 16-летней девчонкой. Я же была твоей любимой дочкой. Я могла бы совершить ошибку. Ты мог бы выслушать меня. Чёрт бы побрал твою проклятую честь!

;Мама, прости меня! Из-за меня, из-за моего рождения ты столько выстрадала!

Мой мальчик стоял передо мной на коленях и целовал мои мокрые от слёз глаза, щёки, руки, покрывая их своими горячими поцелуями.

;Даже не смей, больше никогда так говорить! Помни, это твоё существование, заставило меня остаться на этом свете, мой мальчик! – прошептав, обняла я его изо всех сил, как бы навёрстывая упущенное.


ГЛАВА 31


Дальше всё происходило, как бы по сценарию, написанным очень талантливым и благородным сценаристом. Казалось бы, счастье постучалось и в наш дом. Каменная стена, выстроенная из взаимных обид и сожалений, простоявшая годами и разделяющая нас с отцом, рухнула в один миг, оставив на своём месте только руины. А чтобы разобрать их, требовалось немалое время, и главное, огромное желание. А для этого у нас могло оставаться недостаточное время, и поэтому решила, не копаясь в руинах, строить новые отношения с отцом, на новом, ровном месте. Я приобрела самое главное, самое ценное для меня: своего сына. А остальное, не имело никакого значения. Даже манеры Лейлы, потеряли свою раздражительность, и она уже казалась не такой уж лицемерной. Рашиду не терпелось со свадьбой. Он был глух и нем, к наставлениям насчёт перенесения даты свадьбы и никакие уговоры не смогли сломить его упорство. «Самое главное, это его счастье, его стремление воплотить в жизнь свои мечты!», - решила я про себя.

Это случилось накануне свадьбы. Оставались считанные дни. Во время подготовительных мероприятий Рашид почувствовал недомогание. Сильные головные боли и частые головокружения были отведены на счёт переутомления и недосыпания. Видя его эмоциональной напряжённости, беспокойства со связи предстоящим бракосочетанием, решила насильно отвести его к врачу, чтобы удостовериться о его состоянии здоровья, сбросив все подозрения, успокоиться насчёт него. А поход к врачу закончился плачевно, итог которого не мог бы сниться мне, даже в самом ужасном кошмарном сне. Вопреки нашим ожиданиям, перевернулся весь наш, с такими трудностями достигнутый мир, введя нас в состояние транса и растерянности. Это было так неожиданно в такой ответственный момент, и наша реакция стала неадекватной. Рашид казался таким потерянным, отец совсем сник. А я не знала как вести себя, не знала, как относится к нему, не знала, как жалеть себя. Но я знала одно: никакой судьбе, не подвластно в этом несправедливом, жестоком мире отняв, лишить меня того, что я приобрела с таким трудом – материнство, блаженством от которого, не успела насладиться. В такую невыносимую минуту, я вновь обратилась к Ней. Она не заставила себя ждать.

;Но почему? За что? – обратилась я к Ней, не найдя других подходящих слов.

В ответ она пожала плечами, и слегка наклонив голову на бок, нежным голосом произнесла:

; Сочувствую! Но так предусмотрено заранее для тебя. Тебе придётся пройти через и это.


ГЛАВА 32


Решение врачей было единогласно: срочно надо было начать соответствующее лечение. Был назначен день операции.

Уже будучи в клинике, Рашид обратился ко мне с просьбой, с единственной, с которой я не смогла бы смириться.

;Мама, я хочу познакомиться с ним!

;Нет, только не это! Ты же знаешь, я на всё готова в этой жизни ради тебя. Только не проси меня об этом!

;Ты сама говорила, что знаешь, где он находится сейчас.

;Ты совсем не слушаешь то, что я говорю! По-моему, даже не стоит попытаться.

;Ради меня! Может быть, у меня больше не будет такого шанса. Тебе не обязательно с ним встретиться.

Наверное, никакая другая ситуация в моей жизни не заставила бы меня исполнить это желание. В этом и состоит вся загвоздка того, что иногда судьба ставит нас в такой тупик, забыв предостеречь, и не предоставив нам шанс для отступа.

На следующий день я послала людей за ним. Моё состояние описывать словами очень трудно. Мне казалось, что кроме состояния Рашида, ничто и никто не в состоянии волновать меня. Оказывается, я очень сильно заблуждалась, и приписывала всё это на счёт ненависти. Решила переждать его визит во дворе клиники. Но нехватка терпения не дала спокойно посидеть на одном месте, вместо этого решила лучше походить. Вне себя несколько раз перешагнула всю огромную территорию клиники. Но, в конце концов, любопытство взяло вверх над разумом. Я решила подняться наверх и стать незаметной свидетельницей этой волнующей встречи. Поднявшись на нужный этаж, была вынуждена остановиться от нерешительности. Уже с самого начала коридора можно было различить приоткрытую дверь палаты. Стараясь ходить как можно бесшумно, словно на цыпочках мне удалось приравниваться к двери. Через узкую щель понадобилось напрячь зрение, и удалось различить силуэт человека в профиль. И этого оказалось достаточно, чтобы узнать его. Он сидел в самом краю кресла, наклонив и обхватив руками голову, и как мне показалось, кажется, плакал.

Вдруг донеслись громкие голоса из останавливающемся на этом этаже лифта. Я еле успела спрятаться за перегородкой стены. Двери лифта раскрылись, вышли из него отец в своём кресле и сопровождавшие его два человека. Несмотря на все мои настойчивые указания, выходит кто-то из них проболтался, и это означает, что отец до сих пор всё держит под своим контролем. Я с замиранием сердца стала наблюдать за происходящим из своего укрытия. Как только они вошли через двери палаты, мне пришлось оставить своё укрытие, чтобы наблюдать за ними. Мне удалось различить, как Он ( мне до сих пор тяжело произносить его имя и я, пока что буду так его называть) вскочил со своего места. Раздался суровый голос отца:

;Кто ты такой?

Прошла приблизительно минута, показавшейся, в таких ситуациях целой вечностью. Наверное, от волнения и неожиданности он потерял дар речи. Наконец-то, мы дождались его ответа:

;Я…я – отец Рашида.

Через секунду пистолет уже оказался на правой руке отца. Значит он, несмотря на свои годы, ещё не потерял сноровку.

;Не надо, дедушка! – прозвучал тревожный голос Рашида.

;Мне надо было много лет тому назад докопаться до истины, и уничтожить вас, подонков! Ничего, пусть поздно, но будет хоть каким-то утешением.

;Убив меня, вы сделаете мне большое одолжение! - вдруг он заговорил.

Дальше не помню, как я оказалась в палате и встала между ним и отцом, уговаривая отца опустить пистолет.

;Отец, умоляю тебя, не надо! Он не стоит даже этого! Не надо испачкать руки об него в таком возрасте!

;Ты ещё защищаешь этого мерзавца? – от моей неожиданной реакции, широко расширились глаза у отца.

;Дедушка, судьба сама наказала его. Не оставила тебе необходимости, - опять вмешался Рашид, лёжа в постели обессиленный, он казался совсем беспомощным. – Ради меня, опусти пистолет! Ты был и всегда останешься моим отцом. Даже тогда, когда меня уже не станет.

Слова Рашида, как обливаемая ледяная вода из ведра, привели всех в чувство. Отец замешкался на несколько секунд, потом опустив пистолет, выронил:

;Потом разберёмся!

Даже не взглянув на Рашида, быстро покинул палату вместе со своими людьми. А я набросилась к своему сыну, приподняв его голову, крепко обняв за шею, притянула его к себе и стала упрекать:

;Никогда, ты слышишь, никогда больше не говори таких слов! Ты поправишься, обязательно поправишься! Я тебе обещаю!

;Хорошо мама, отпусти, а то задушишь меня! Я специально так сказал, чтобы подействовать на дедушку.

Я почувствовала на себе внимательный взгляд третьего лица со стороны и, игнорируя его, обратилась к Рашиду:

;Мне нужно выйти, Рашид! Я не могу здесь оставаться!

;Я уже ухожу. Мы потом поговорим, Рашид! – помахав головой, быстро удалился он.

Только когда он, переступая через порог покидал помещение, я, стараясь как можно незаметнее, как бы невзначай повернув голову, взглянула вслед за ним. Те же знакомые черты лица, только сейчас они стали резче. Тот же рост и телосложение, только сейчас он казался ещё крупнее и немного сутулым. Только седина на висках, как свидетельство напоминала о прожитых годах.


ГЛАВА 33


День назначенной операции. Я чувствовала себя в совсем другом измерении. Всё казалось совсем иначе, даже стрелки часов двигались медленнее положенного. Я ни о чём не хотела думать, ничего не хотела предугадывать, только повторяла молитвы. Одни и те же молитвы, которые знала наизусть, повторяла безостановочно, как старательный школьник перед важным экзаменом. Операция затягивалась, и это доводило, и так напряжённые нервы до предела. Уже потеряв самообладание, резко встала и громко произнесла вслух:

;Я не могу больше! Зайду и выясню, что же там происходит.

;Не надо, сядь! – сникшим голосом ответил отец.

В этот момент двери лифта раскрылись, и появился он. От неожиданности и от его наглости, я стояла с раскрытым ртом. Все эмоции и переживания, сдерживаемые вынужденно насильно, как вулкан всколыхнули всю мою внутренность, и как горящая лава в один миг вырвались наружу. Не дав ему подойти ближе, я сама набросилась на него с кулаками.

;Это ты, только ты виноват во всём! Мне не следовало было тогда сдавать тебе кровь, тогда ты сдох бы и ничего всего не случилось бы! Не пошла бы я тогда на эту проклятую вечеринку из-за тебя, не загубили бы вы мне жизнь! Не было бы у меня сына, которого я сейчас теряю! Будь ты проклят!

Я била его кулаками по груди своими обессиленными, немощными ударами. А он стоял неподвижно, и не отрывая глаз, смотрел на меня своим безжизненным взглядом.

После того случая, я поняла, что ненависть и презрение испытуемые мною к нему, на самом деле были всего лишь плодом моего воображения. А от этого, лучше признаться, мне стало ничуть не легче.

Операция прошла удачно и мы стали на путь долгого и тяжело переносимого лечения. Каждая мелочь, каждый незначительный жест помощи, раньше не придаваемым никакого значения, приобрёл очень важную ценность для нас в тот ответственный период. Его визиты к Рашиду зачастили, и тем самым очень положительно действовали на Рашида. Мне кажется, Рашид очень привязался к нему, тем самым вызвав у меня чувство ревности и несправедливости. Отец очень сердился, узнав о его визитах, и это очень негативно действовало на его здоровье. Только реакция Рашида, страх за его состояние связывала ему руки, заставляя бездействовать. Поэтому старалась, отгородить его от этих встреч, избежать столкновения между ними. И сегодня раскрыв глаза, когда застала их вместе бок о бок, это стало для меня настоящим открытием. Этим, кажется, я обязана себе. Но как мне это удалось, надо ещё выяснить. Последнее то, что я помню, было, как я приехала домой, чтобы привести себя в порядок и взять кое-какие вещи. Зашла в ванную, чтобы принять душ. В какой-то момент почувствовала сильное головокружение и нехватку воздуха. Дальше почувствовав сильную боль в области груди, закрыла воду. С трудом дотянув до банного полотенца, кое-как обернув его вокруг тела, вышла из ванной. Последнее то, что помню, было, как только переступила через порог своей спальни, закружился весь мир вокруг меня, и я погрузилась в мир темноты.


ГЛАВА 34


Приближаются чьи-то шаги, торопливые и твёрдо наступавшие. Царившей в этой гнетущей тишине, посреди ночи, кажется, что жизнь решила остановить своё течение, и оттого, отзвуки от этих шагов показались ещё более волнующими, заставив меня прервать свои размышления и вернуться на текущий момент. «Интересно, из-за кого так беспокоятся эти шаги, не смогли дожидаться рассвета?», - это было то, что пришло мне в голову сразу же. Шаги прекратились у двери моей палаты, заставив моё и так беспокойное сердце, ускорив кровообращение, биться, чуть не выпрыгивая из груди.

;А, это ты?

;Да, я! Извини, что беспокою. Но я был у Рашида. Решил зайти, проведать тебя.

;А он обо мне не спрашивал?

;Конечно, спрашивал! Ему сказали, что у тебя грипп и врачи не допускают тебя к нему.

;А он поверил?

;Сделал вид, что поверил.

;Мне срочно надо его увидеть.

;Тебе нельзя вставать! Разве ты не расслышала, что тебе сказал врач? У тебя случился сердечный приступ и с этим не шутят.

;Не утруждайся! Я всё равно пойду и увижу его.

;Сейчас час ночи. Он, наверное, уже спит.

;Я не собираюсь его разбудить. Просто хочу посмотреть со стороны, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.

Вот уже пытаюсь встать с койки, но сильное головокружение подводит меня и я вынуждена присесть. Он бросается ко мне, протягивает руку, чтобы поддержать меня, но я отталкиваю его руку. Шаг за шагом, перебирая ноги, приближаюсь к палате Рашида. А за мной движется громадная тень, неотрывно следящая за моей походкой, готовая в любой момент подоспеть и поддержать. Признаться, ощущение присутствия за своей спины этой тени очень позитивно действует на меня. Уже улыбка играет на моих губах, противиться которой не в моих силах. Ах, жизнь, что же ты вытворяешь с нами?

Уже дошли до палаты, но чтобы не потревожить Рашида своим видом, решила не заходить. Стоим напротив окна палаты и наблюдаем за ним, спящим, как младенец. Успокоившись, возвращаюсь назад в свою палату, но по пути чувствую, что уже не могу сохранить равновесие. Приходится присесть прямо на ступеньки. Само собой, он тоже опускается и оказывается рядом со мной.

;Как я оказалась в клинике? Последнее то, что я помню, эта была моя спальня, - не оборачиваясь, смотря прямо перед собой, обратилась я к нему.

;Это я доставил тебя в клинику.

Его ответ ошеломил меня, совсем запутав.

;А как ты оказался в моей спальне?

Как назло в этот же момент его схватил приступ кашля, приходится ещё несколько минут подождать, когда же он сможет раскрыть рот. А это совсем выводит меня из себя.

;Ну? Ну же отвечай!

;Я следил за тобой. Сидел во дворе клиники, увидел, как ты сев в машину поехала домой, и я за тобой. А до этого, приехал твой отец. Значит, он оставался рядом с Рашидом и не мог помешать нам.

В ту минуту я поняла со всей действительностью, какие же чувства овладевают человеком в состоянии аффекта, и набросилась на него с криком:

;На этот раз я тебя точно убью!

;Постой, успокойся! Ты неправильно меня поняла. Мне надо было с тобой поговорить. Я хочу уехать отсюда.

Услышав это, обмякшее моё тело теряет своё равновесие. Приходится обратно присесть на своё место.

;Успокойся, приди в себя! Тебе нельзя так нервничать! Я всё объясню. Я хотел поговорить с тобой наедине, чтобы твой отец не помешал. Хотел сказать и успокоить тебя, что я не буду мозолить тебе глаза. Как только Рашиду станет лучше, я собираюсь уехать отсюда. Приехав за тобой в ваш дом, решил подождать. Попросил домработницу передать, что я хочу поговорить. А она сказала, что ты закрылась в своей комнате как только приехала и не отвечаешь. Тогда я забеспокоился, и пришлось зайти, взломав дверь. А ты лежала на полу без сознания.

;Не жди благодарностей! Я тебя не просила об этом, - сказав, впервые в жизни с такого близкого расстояния удаётся рассмотреть эти глаза.

После этого наступает пауза, которую я не решаюсь нарушить.

;Кажется, мне придётся нарушить данное себе обещание и расспросить тебя кое о чём. Значит, это ты тогда спасла мне жизнь?

Молчание. Я решила соблюдать молчание. Мне не хотелось ворошить прошлое, тем более завести разговор, который может довести до больной теме. Но встать и удалиться подальше от этого человека, не было сил, а главное, никакого желания.

;Как только я пришёл в себя в клинике, мама сказала: «Тебя спасла твой ангел-хранитель. Такая милая, с чёрными волосами. Врачи сказали, что она подоспела в самый последний момент. Она даже не назвала своего имени. Кто это может быть по-твоему?». Я стал разбирать всех своих знакомых девушек. Как ни странно, среди них не оказалось черноволосой девушки. Видя моё замешательство, мама сказала: «Твоя тайная вздыхательница. Найди её, и она сделает тебя счастливым!».

;Разумеется, ты не смог бы узнать меня. Потому что ты всегда бегал за крашеными блондинками, - не удержавшись, взболтнула я, тем самым нарушив данное себе слово.

И он рассмеялся. Та же чарующая улыбка, которая очень шла к нему.

;Ты мне казалась такой недоступной. Я не мог даже подозревать об этом.

Гробовая тишина. Казалось, вся клиника пустует, потому что в этой пугающей тишине я различаю только своё собственное учащённое сердцебиение и его глубокое отрывистое дыхание. Я уже знаю, что последует за этой страшной тишины.

;Я – подонок! Трусливый подонок! Тогда… в тот день я был не в себе. Ещё до твоего прихода мы с ребятами перебрали. Я знаю, это не оправдание того, что я сделал. Просто хочу, чтобы ты знала: «В другом случае я бы никогда так не поступил бы!».

Он замолчал. Чего он ожидает? Моего прошения? Ты не дождёшься этого!

;Я всё слышала тогда. И узнала голоса.

;Что???

Он отшатнулся как ужаленный, кровь отхлынула от его и так бледного лица, тем самым оно стало белее бумаги.

; Этого не может быть! Я был тогда один, - стал он отмахиваться. - Раз всё знала, почему же тогда не донесла нас?

;Отец не оставил бы вас в живых. Как ни странно, но мне не хотелось, чтобы ты умер.

;Ты окончательно убила меня этим.

;Я стала свидетельницей вашей ссоры, там в школе. В первый же день, когда я вернулась в ту чёртову школу. Я не могла больше находиться там. Мне стало трудно дышать. Мне хотелось удрать оттуда подальше. Я решила незаметно выйти через заднюю дверь. Там и услышала я ваши голоса. Сначала подумала, что вы гоняетесь за мной. Со страху чуть не потеряла сознание. Вдруг заметила приоткрытую дверь в кладовку. Еле успела зайти и прикрыть за собой дверь. Вы остановились прямо напротив двери. У меня душа ушла в пятки. Я почувствовала, как силы предательски покидают меня в самый неподходящий момент. Пришлось присесть и одной рукой прикрыть свой рот. Через маленькие щели в двери, мне не составило труда разглядеть все ваши действия. Ваши ругательства в адрес друг другу стали ещё громче, переходя в угрозы.

;Ты чего так психуешь? – обратился один из них к тебе. – Видишь, как всё сошло нам с рук. Я же говорил, она со страху ничего не скажет своему всемогущему отцу. А то, мы не стояли бы сейчас тут и не вели бы эту милую беседу, насчёт того, как успокоить твою трусливую душу.

;Видишь, она уже даже вернулась в школу, как бы ни в чём не бывало! – это уже другой вмешался и, рассмеявшись, добавил. – Может быть, ей понравилось?

В ту же секунду ты набросился на него. Повалив его на пол, стал наносить удары. Потом в драку вмешался и третий.

;Если хоть приблизитесь к ней, я своими руками прикончу вас!

;Чего ты так разошёлся? Ишь, какой защитник чести нашёлся! А почему ты не прикончил нас тогда? А что ты делал вместе с нами? Что совесть замучила?

;Будьте вы прокляты! Будь проклят тот день, когда я связался с вами! Ничего, я сейчас же пойду в полицию. Во всём признаюсь!

Еле наступая на одну ногу, ты стал медленно удаляться оттуда.

;А о своей матери ты подумал? – упираясь об пол локтем, а другой рукой, тыльной стороной вытирая сочившуюся кровь из нижней губы, злорадно улыбаясь, сказал один из них.

Услышав это, ты остановился как вкопанный.

; Бедная женщина, что будет с ней, если узнает о шальном поступке своего примерного сына?


ГЛАВА 35


;У меня не хватило мужества даже на это! А потом, после гибели родителей я расспрашивал о тебе. Мне сказали, что ты вышла замуж. Уехала отсюда и создала себе семью. После этого я не захотел вмешаться в твою жизнь.

;Я очень устала. Я столько раз представляла себе нашу встречу. И каждый раз по-разному. А вот сейчас, мы сидим рядом и спокойно беседуем. Признаться, в моих представлениях этого не было. А это всё из-за того, что меня кроме, состояния моего сына ничто не волнует на этом свете.

;Ты должна беречь себя! Он без тебя не справится. Он нуждается в тебе больше, чем ты думаешь. Рашид нашёл меня задолго до клиники. Как только он вошёл, я узнал в нём своего сына, потому что схожесть внешностей было на лицо, не оставив никаких сомнений. Вошёл, стоит молча, как бы оценивающе изучает меня. Потом подошёл ко мне и, ударив кулаком в челюсть, сказал: «Это за маму!». Я и не мог предполагать, что он твой сын. В один миг приобрести сына, почувствовать себя отцом. Это было такое неописуемое чувство! Это был самый радостный момент в моей никчемной жизни. Я разошёлся истеричным смехом до слёз. А он стоял и смотрел на меня, как на самое ничтожное существо. «Мне предстоит серьёзная операция. Я хочу, чтобы ты был рядом с мамой. Мне кажется, она до сих пор неравнодушна к тебе, осталась такой же глупой и наивной 16-летней девчонкой. В любой другой ситуации, я не позволил бы тебе даже близко подойти к ней. А сейчас совсем другой случай! Если со мной что-нибудь случится, не позволяй ей сделать глупостей. Даже если она прогонит тебя, не оставляй её одну. Это только тебе удастся сделать это. Мне больше некому доверить это».

;Мальчик мой! Этого не может быть! – восклицаю я, а комок, образовавшийся от сдерживаемых слёз, сдавливает горло, прерывая мне дыхание. Мне приходится глубоко вздохнуть, чтобы переведя дыхание, хоть как-то облегчить путь кислороду в мои лёгкие.

Он затаив дыхание, остановился. А мне хотелось, чтобы он не замолчал, говорил беспрерывно, хоть бессвязно, но изливал душу.

;У моей матери было редкое наследственное заболевание. Она всю жизнь страдала от этой ужасной болезни. Отец работал на двух местах, чтобы как-то обеспечить ей лечение. А уход за ней доставался мне. Я стыдился приводить своих друзей к себе домой. Потому что у неё бывали страшные приступы, во время которых она сильно кричала. В школе никто не знал об этом, кроме нашей директрисы. Она была очень хорошим человеком. Когда у мамы начинались приступы, она звонила к ней, и она быстро вызвав меня к себе, отправляла домой.

;А я каждый раз, когда видела тебя торопливо покидающего школы, думала, что удираешь со школы на очередное свидание.

;Ты действительно так думала? - заинтересованно спрашивает он.

Киваю я головой.

;И очень страдала при этом.

;Я и не мог подозревать, что ты можешь обратить на меня внимание. Если бы знал... - замолвив, замолчал он.

"Наверное, тогда всё могло бы быть иначе", - подумалось и мне.

И в этот же миг опять появляется Она. С лучезарной улыбкой обращается ко мне:

;Ты права! Тогда всё сложилось бы совсем по-другому. У вас была бы счастливая и беспечная жизнь. Но тогда, это была бы не твоя судьба! - сказав, она исчезает так же внезапно, как и появилась.

Меня прерывает от раздумий его голос.

; В первом курсе университета отец сообщил, что кто-то посоветовал ему какого-то врача за границей, который добился успеха в исследованиях этой генетической болезни. У нас появилась надежда на улучшение. С этой надеждой они и улетели. Когда провожал их, представил себе, как же будет выглядеть мама после возвращения, когда буду встречать их в аэропорту. А вместо этого встретил их в аэропорту в гробу, после авиакатастрофы. Их доставили после идентификации в закрытом гробу. И немного позже я узнал, что, оказывается, отец заложил квартиру, чтобы добыть деньги на лечение матери. Так я потерял и родителей, и квартиру. Пришлось пойти подзаработать, чтобы свести концы с концами. А заодно, меня выкинули из университета из-за неуспеваемости. Как ни странно, но я принимал всё это как должное. Потому что я знал, причину всех моих бед. Потом познакомился с девушкой, которая, думал, что влюблена в меня. А мне было всё равно, лишь бы не остаться одному, лишь бы кто-то был рядом со мной. Наверное, из-за такого равнодушного отношения, она и предала меня. Даже когда я застукал её с другим, понял, что это ещё одно моё наказание. Руки опустились, даже не смог что-то сделать, просто отвернулся и ушёл, как последний идиот. А потом, эта ужасная авария. Мне с трудом удалось устроиться водителем. В тот день я задержался у одной знакомой женщины и опаздывал на работу. Погода хоть была пасмурной, но видимость была неплохая. Улица оказалась пустынной, и я превышал скорость. Вдруг из-за кустов заскочил ярко синий футбольный мяч. А вслед за ним заскочил и мальчик лет 7-8-ми. Я затормозил, нажав на тормоз до упора, но из-за того, что скорость была высокая, не удалось избежать удара. Я сидел как вкопанный, сильно сжимая руль, даже не чувствуя, как ногти вонзились в ладони до крови. Потом кое-как открыв дверь, вышел из машины и застал мальчика под колёсами. Еле вытащив его оттуда, взял на руки. Он ещё слабо дышал. Как бы собрав оставшиеся остатки сил, он сделал усилие, и его губы с трудом зашевелились, пытаясь что-то прошептать. Но ему это не удалось. Вдруг его тело обмякло, руки зависли, и голова, резко опрокинулась назад. Его взгляд застыл на мне. Ещё долгое время этот взгляд стоял перед моим взором, по ночам превращаясь в кошмарные сны, прошибая меня холодным потом, и каждый раз напоминал мне о своём ничтожестве. У меня подкосились ноги, и я, поддерживая его на руках, опустился на колени. И я зарыдал громко, как мне позволял мой голос. Я оплакивал не того незнакомого мне мальчика, а себя, свою пропавшую жизнь. Можешь не поверить, но в тот момент я вспомнил о тебе. Твой силуэт предстал перед глазами. Я вспомнил твоё тогдашнее состояние. Я понял своё полное ничтожество. И сейчас мой сын тоже страдает из-за меня.

Впервые услышав из его уст фразу "мой сын", я испытываю странное чувство непривычности, а главное, не скрою, оставляет приятное впечатление.

До этого внимательно слушая его рассказ, вникая в каждое произнесённое им слово, я старалась сделать вид отчуждённости, но слёзы предательски сдали меня. Но сейчас приходится вмешаться в разговор.

;При чём ты тут? – спрашиваю, вытирая с тыльной стороной руки слёзы.

;Мать того мальчика, после оглашения приговора суда, набросилась на меня и посмотрев прямо мне в глаза, произнесла: "Дай Бог, чтобы твой сын тоже умер на твоих руках, так же, как мой сын". В её глазах было столько ненависти, что я в душе очень обрадовался тому, что у меня нет сына. Отсидев 7 лет, я вышел совсем потерянным. Именно в такой момент и нашёл меня Рашид.

;Я очень устала. Я в отчаянии. У меня больше нет сил. Я не знаю, как ему помочь, - разоткровенничаюсь с ним, сама удивляясь себе.

;Ты делаешь всё возможное при таких случаях.

;Но он отказывается от лечения. У него нет желания жить. Эта негодяйка, нашла время его бросить. Этим она уничтожила его.

;Она тебе совсем не нравилась, не так ли? - спрашивает он, усмехнувшись.

;Дело даже не в этом. Просто я была уверена, что она недостойна его любви. Бросила его в самый тяжёлый период его жизни. Это самое подлое предательство, как удар в спину.

;Твоя любовь поможет ему справиться с этим.

;Но ему недостаточно только моей любви. Я должна каким-то образом ему помочь, но не знаю как. Даже слова подходящие не могу найти, хоть как-то утешить его, облегчить боль предательства.

;Он справится. У него всё получится, вот увидишь. Врачи же сказали, что болезнь отступает.

;Но у него нет желания бороться с ней. От этого мне становится ещё тяжелее и больнее. Мой мальчик планировал создать себе полноценную семью, которой никогда у него не было. Он очень хотел иметь детей. Если бы рядом с ним была любимая девушка, ребёнок... Всё было бы намного легче.

;Да, ребёнок... Это совсем другое, необъяснимое чувство, ни с чем несравнимое. Когда Рашид нашёл меня, я уже перешагнул через край пропасти. Я был на самом дне, издавая последние вздохи. С одним его появлением вся моя жизнь перевернулась.

Дальше я уже не слушаю его, мой слух схватывает какие-то отдельные фразы, но для меня они уже не приобретут никакого значения. Потому что я, кажется, нашла то, что так неистово искала. Довольная улыбка осветила всё моё лицо, и я чувствую на себе его непонимающий взгляд. Оборачиваюсь к нему и говорю:

;Я, кажется, нашла то, что искала. Но мне понадобится твоя помощь.

Он нахмурив брови, с опаской и сомнением смотрит на меня.

; Не беспокойся, со мной всё в порядке!

В этот момент сзади нас, мне послышалось звук отъезжающего инвалидного кресла. Быстро оборачиваюсь на звук, но никого не застаю. Может быть, это мне показалось? В любом случае, в тот момент для меня не было ничего важнее того, что я задумала.


ГЛАВА 36


Она открывает мне дверь сразу, но быстро и теряется. Значит, ждёт кого-то и в спешке открыла по ошибке. Выглядит она сногсшибательно, я бы сказала, ещё привлекательнее, чем раньше. Ярко накрашенная, одетая со вкусом, она выглядит не по возрасту. Наверное, готовится на свидание. Признаться, я не ожидала, что она предстанет передо мной в таком облике. Мне показалось, что это жестоко и бессовестно с её стороны, так вести себя после её поступка. Наверное, мои мысли были написаны на моём лице, и ей не составила труда прочитать их по моему выражению лица, и потому сама выглядела очень растерянной. В какой-то момент мне захотелось, выплеснув ей всё, что думаю о ней и, плюнув на всё, обернуться и уйти. Потом до меня доходит, с какой целью я сейчас нахожусь тут, и мне придётся, даже против своей воли всё проглотить. Вот мы стоим на пороге квартиры, напротив друг друга и каждая думает о своём. Наконец она заговорила:

;Если вы пришли сюда, чтобы отсчитывать меня, лучше не утруждайте себя!

;Нет, ты ошибаешься. Я здесь совсем по другому делу. Можно войти?

Удивлённая, она продвинулась назад, рукой приглашая меня внутрь.

;Если можно, короче. А то я опаздываю.

;Я вижу. Не беспокойся, это не займёт много времени.

Она даже не предложила присесть. Всё равно, мне лучше стоять на ногах, когда изложу ей то, почему я нахожусь здесь.

;Сперва хочу сказать тебе, что я не злюсь и не держу на тебя обиду. Да, ты поступила очень жестоко, но справедливо. Да, ты могла бы бросить его и после свадьбы. Наверное, ему было бы ещё больнее. Поэтому я не осуждаю тебя.

;Наверное, вы очень обрадовались, что избавились от меня.

;Ты ошибаешься, у меня к тебе самой не было никаких претензий. Просто, в отличие от него, я видела, что ты не влюблена в него. А каждая мать мечтает, чтобы рядом с её сыном стояла достойная, любящая девушка.

Мне приходится сделать паузу, чтобы собрать в одну кучу все свои мысли, которые от переживания превратились в однородную кашу в моём затуманенном мозгу. Значит, все эти многочисленные репетиции пошли насморку. Я не знаю, с какой стороны лучше подойти и изложить суть своего предложения. Обращаясь ко мне, она выводит меня из раздумий.

;Как он сейчас?

;А как, по-твоему? Он отказывается от лечения. Его надо спасать. А это сможешь сделать только ты. Я очень прошу тебя, помоги спасти ему жизнь.

;Нет, не просите меня об этом! Я не могу вернуться к нему, поймите, это не в моих силах. Вы думаете, что я такая эгоистичная, бессердечная? Но уверяю вас, это не так. Я была на всё согласна, что в моих силах, лишь бы спасти ему жизнь. Но быть рядом с ним, и всё время притворяться..., нет, это выше моих сил. Вы думаете, мне это удалось легко, бросить его в таком положении на произвол судьбы? Нет, клянусь вам, что это не так. Что же мне делать? Я такая ненормальная. Я не могу привести себя в жертву, - всхлипывая и вытирая слёзы, вывернула она свою душу.

;Нет, ты не ненормальная. Просто, ты не влюблена. А я тебя не об этом прошу. Я прошу о ребёнке! - произнесла я и, затаив дыхание, ожидаю её реакцию.

;О каком ребёнке вы говорите? - совсем растерявшись, спрашивает она.

Мне приходится совладеть всем своим самообладанием, чтобы изложить ей то, что задумала.

;Его может спасти только ребёнок. Мне известно о ваших отношениях.

;Он сам сказал?

;Нет, разумеется. Об этом нетрудно было догадываться.

;И что? - она начинает раздражаться.

; Он мне как-то раз намекнул, что при вашем университете создаётся крио хранилище. И он, как будущий генетик, сдал одним из первых. И я думаю, сейчас наступила пора этим воспользоваться, - как бы потягивая время, медленно произносив каждое слово, я не решаюсь спустить с неё глаз. Таким образом, стараюсь улавливать ход её мыслей.

;Вы это о чём? Вы что хотите этим сказать?

;У меня нет другого выхода!

;Вы мне это предлагаете? Да вы, сумасшедшая! Я знала, что вы какая-та странная, но не до такой степени.

; Да, ты права! Может быть, я сумасшедшая! Я не отрицаю. Но я - мать! Для спасения своего сына, я пойду на всё! Я всё сделаю, обо всём позабочусь! Я обеспечу тебя и твою семью до конца своей жизни.

;Мне ничего не надо от вас! Не хочу я никакого ребёнка! Оставьте меня в покое!

;Я понимаю, это необычное предложение. Но сейчас во всём мире так делают. Это же обычное искусственное оплодотворение. Ты же лучше меня разбираешься.

;Идите, найдите какую-нибудь другую дуру! Отстаньте от меня! - истерично закричала она.

Разговор шёл на высоких тонах, мы оба обильно жестикулировали, стараясь выразить свои эмоции, и заодно в ход пошли слёзы. Она находится на пределе. Поняв, что нужно менять тактику, я решила пойти на отступление.

;Ты прекрасно понимаешь, что на такие условия многие согласятся.

;Тогда чего же хотите от меня?

;Потому что он любит только тебя, а не других. Он мечтал иметь от тебя ребёнка!

Осознав своё безысходное положение, я встаю перед ней на колени.

;Я умоляю тебя, спаси моего сына! Даже если это не сохранит ему жизнь, ты хотя бы можешь избавиться от чувства угрызения совести!

Сцена, кажется, произвела должное впечатление, сумев добраться и дотронуться до струн её сердца. Вот она стоит с расширенными от удивления глазами, и ухмыляется, как только возможно, при раскрытом рте.

Уже покидая её квартиру медленными шагами, вдруг оборачиваюсь прямо на пороге и, глядя прямо ей в глаза, говорю:

;Умоляю тебя, хорошенько подумай, прежде чем ответить! Но времени тоже нельзя терять, оно сейчас на вес золота.

Медленно спускаюсь по ступенькам, не могу отойти от впечатлений состоявшейся встречи. Не торопясь сажусь в машину, а в машине меня поджидает Кенан. Как ни странно, впервые мне удалось так легко произнести его имя вслух. Он не стал дожидаться, когда же я нарушу молчание.

;Ну как прошла встреча?

;Если я не ошибаюсь в своих догадках насчёт неё, она должна согласиться. А если нет? Что же тогда будет? Нам ничего не остаётся, кроме, как молиться и дождаться её ответа.

Почувствовав расслабление, неожиданно рыдания захлестнули меня, и мне захотелось, чтобы рука, находящегося рядом человека успокоила меня, вытирая мне слёзы. А эта рука, что-то медлила, раздумывая. А когда же поднялась, протянутая, повисла на полпути и опустилась.


ГЛАВА 37


Маленькое, уютное кафе рядом с клиникой. Сижу у окна и поджидаю его уже полчаса. А его даже след простыл. Уже волнение охватывает меня. Может быть, он неправильно понял меня? Или пошёл в другое место? Или может быть, там что-нибудь случилось? Я уже собралась встать со стола, забрав свою сумку, как он появился у стеклянной двери кафе. Ещё не войдя внутрь стал, по очереди разглядывая посетителей, искать меня глазами. И я застыла на месте, созерцая его, и у меня предательски екнуло сердце. Только этого не хватало!

;Извини, Рашид задержал меня. Не мог найти предлог, чтобы отлучиться. Наверное, что-нибудь очень важное, который не терпит отлагательств, раз уж ты назначила мне встречу.

Я не смогла сдержать улыбку, улыбаюсь во весь рот в лицо этому человеку, забыв обо всём на свете.

;Она согласна!

;Да? Эта отличная новость! Поздравляю, эта твоя заслуга! Это надо отпраздновать, как положено!

;После этого всё изменится! Я в этом уверена, по крайней мере, очень на это надеюсь! – произнося вполголоса растрогалась, но на этот раз эти были слёзы надежды на лучшее, слёзы на прекрасное будущее.

;А сейчас, твой выход! Я не могу попросить отца об этом. Он всё равно не поймёт и не одобрит. Так что, вся надежда на тебя. Только ты сможешь уговорить его. Иногда мне кажется, что он прислушивается к тебе больше. Признаюсь, это вызывает у меня чувство ревности, - усмехнувшись, сказала я.

Он улыбается довольным видом, но сразу же оборачивается в сторону окна, наверное, старается скрыть свою реакцию, но мне удается уловить взгляд, наполненный радостными искрами, с облегчённым чувством само значимостью.

;Понятно, это мужская солидарность! Это, кажется, так называется? – с лёгкостью произношу я.


ГЛАВА 38


Когда на нас внезапно обрушивается немыслимая на первый взгляд какая-нибудь идея, или неожиданный ответ на мучающий вопрос, сначала захватывает нас эйфория. Мы оказываемся, чуть не на небесах, окрылёнными настигшим нас просветлением. В воображении дела идут как по маслу, а итог получается сверх ожидаемым. А на деле всё оказывается, не так-то легко и просто.

Я в первую очередь занялась родителями Лейлы. Пришлось обмануть Рашида, наговорив ему о консультации с врачом, который якобы достиг многообещающих успехов, занимаясь нетрадиционной медициной. На что он, покачав головой, грустно улыбнулся и сказал: "Ты зря утруждаешь себя, мама. Если это даст тебе душевное спокойствие, тогда поступай, как тебе хочется". Пришлось ехать в провинцию, в далёкую деревню, на 100 с лишним километров. А дальше, мы добрались пешком. Как я и предполагала, семья Лейлы оказалась многодетной бедной семьёй. Тогда во время помолвки, она объявила себя круглой сиротой, таким образом, наверное, хотела лишить свою семью присутствия на этой церемонии. Сейчас видя её замешательство, немного подавив на неё, добилась от неё признания: « Я боялась, что если вы узнаете о состоянии моей семьи, вы не позволите мне стать членом вашей семьи. Я планировала в будущем, в тайне от вас, помогать им. А сейчас, если соглашусь и мои родственники узнают о моей беременности, они, где бы я не находилась, найдут и убьют меня».

Она оказалось первой, самой старшей из восьмерых, и её отпустили в город в надежде, что получив образование, она станет опорой и поддержкой для своей семьи. Наш приезд стал настоящим событием в этой небольшой деревне. Я приехала, захватив с собой все приготовления, которые требуются по нашей традиции для сватовства, кучу разных подарков, купленных на скорую руку. Собрались все близкие родственники, каждый принёс что-то ценное из своего дома, чтобы принять гостей на должном уровне. Только Лейла отказалась приехать, сославшись на загруженность учёбы, а на самом деле, не хотела присутствовать на этой инсценированной сцене. Мать Лейлы принесла новую скатерть, как она сама выразилась, купленное в приданое для Лейлы и, накрыла её на стол для такого особого случая. Мы предстали перед ними в качестве родителей, которые приехали посвататься для своего единственного сына. Я специально подчеркнула это, чтобы намекнуть им, какая же эта удача выпала на судьбу их дочери, стать единственной невесткой и членом нашей семьи. Я решила сообщить им, и о состоянии здоровья моего сына. Это хоть и немного расстроило их, но деньги и власть сделали своё дело.

Решив эту проблему, по возвращении я сразу поехала к Лейле. Сообщила обо всём во всех подробностях, чтобы успокоить и избавить её от нерешительности, и таким образом, окончательно добиться её согласия. Я предложила ей фиктивный брак, чтобы в дальнейшем, в любом случае по её усмотрению и желанию получить развод. На что она не согласилась, приведя в качестве предлога то, что потом бракоразводный процесс обернётся головной болью. В этом я полностью её поддержала, но в отличие от неё, я подумала о своём сыне. Брак, хоть и фиктивный, даст ему ненужную надежду, а развод, для которого станет очередным ненужным ударом.

;А насчёт учёбы, не беспокойся. Ты возьмёшь академический отпуск, и я сама договорюсь с университетом, - сказала на прощании, чтобы окончательно отбив у неё желание, в дальнейшем найти предлог для отказа.


ГЛАВА 39


Полностью добившись её согласия и удостоверившись в её окончательном решении, только после этого я смогу обсудить это с моим сыном.

А сейчас очередь дошла до отца. Начинаю разговор с осторожностью, ходить вокруг да около, потом начинаю всё описывать и объяснять во всех деталях, при этом стараюсь не спускать с него глаз, чтобы уследить за его реакцией. Но вопреки моим ожиданиям, отец очень растрогался. Вытирая свои скудные слёзы, он показался мне совсем отчаявшемся от непосильного груза, стал похожим на беспомощного старика, потерянного в переулках прожитых годов.

;Поступай, как велит тебе сердце, только спаси его! - отвечает он, таким образом, развеяв все мои сомнения.

А на разговор с Рашидом, я решилась только при присутствии Кенана. Приступаю к разговору медленно, придав своему голосу оптимистические нотки. Изложив ему о своём желании, не забываю намекнуть и о согласии Лейлы. Мой мальчик, выслушав меня воскликнул:

;Бедная моя мама, ты совсем разум потеряла.

А меня совсем не волнует, ни его реакция, ни его высказывания, хоть и обидные, мне надо только его согласие. Решив, что я выполнила свою миссию, и дальнейшее моё присутствие, может только усугубить ситуацию, я покидаю сцену уступая место Кенану, чтобы он смог сыграть свою роль подобающем образом. Поджидая его в коридоре, впервые за это время меня настигает чувство сомнения о правильности решения. Из памяти всплывает отрывок из разговора с Рашидом.

После того, как всё раскрылось, Рашид сам предложил поехать отдыхать вдвоём, ни в какое-нибудь живописное и достопримечательное место за границей, а именно в то место, где он появился на свет. Предложение Рашида было трогательным и заманчивым, и в любом случае, я не могла бы отказать ему в его просьбе. Был самый разгар зимы. Всё вокруг было сказочно красиво. Могучие вершины этих гор, даже летом сохранившие снег в своих возвышенных, чуть не до неба вершинах, а в это время года, были как могучие старцы облачены в белоснежный наряд и, внушали доверие как мудрые старцы. Среди этой первозданной красоты, человек чувствовал себя заново рождённой. Как будто, пролетевшие годы не смогли даже мимолётом дотронуться до природы этих мест. Изменилась только та хижина, и исчезли её обитатели. Сейчас на её месте был возведён современный горнолыжный комплекс. После катания на лыжах, мы с Рашидом вернулись в арендованный коттедж. Уставшие, замёрзшие, но вдвойне довольные, мы уселись у камина. Я приготовила Рашиду его любимый капучино, а себе большую кружку непревзойдённый чёрный кофе. Я чувствовала себя так легко и уютно рядом со своим любимым сыном, как никогда в своей жизни, даже в далёком прошлом, в детстве рядом со своим любимым отцом. От окутавших меня волн волнения и наслаждения, у меня сердце стало колотиться, как зверь вырывавшейся из клетки. От неожиданности, я машинально схватилась за сердце, как бы препятствую ему. Заметив моё недомогание, Рашид всерьёз встревожился.

;Мама, тебе обязательно надо обследоваться. Сама занимаешься лечением других, а о себе совсем не думаешь.

;Не переживай, со мной ничего не случится, - ответив, приложила руку ему в лицо, а он тотчас подхватил её и поцеловал в ладонь. Мне не хотелось, чтобы он хоть как-то встревожился из-за меня, с другой стороны не могу отрицать, что такое внимание и забота было очень лестно для меня.

;Жизнь моя, я всё хотела спросить у тебя, почему ты решил выбрать именно генетику?

;А в этом виновата ты! - рассмеялся он громко. - Помнишь, когда ты готовилась на экзамены, разбрасывала все книги вокруг. А я приходил, усаживался как котёнок на диване и ждал подходящего момента. А ты сразу говорила: "Подойди, бери то, что хочешь, только не мешай!".

;Да, я отлично помню! Вместо того, чтобы заниматься своими уроками, ты швырял свои учебники, и брался за мои.

;А я специально брал самые большие книги, чтобы доказывать тебе, что я тоже вырос. Однажды, когда я ради интереса решил пролистать твои книги, вот тогда и мне попалась одна книга по генетике, и она очень заинтересовала меня.

;Это очень похвально!

;Ещё я тебе не говорил. У нас при университете недавно создали криохранилище. Все желающие сдали свои анализы на хранение, и я в том числе.

;А зачем тебе это? - не удержалась я от смеха.

Увидев его растерянность и замешательство, мне стало стыдно за свою бестактность.

;В принципе я понимаю тебя. Извини, просто это стало неожиданностью для меня.

;Сейчас во многих странах создают такие банки. А я сдал, потому что это жизнь. Многое может случиться. Я могу получить травму, могу заболеть, всё что хочешь. Это, как бы на самые непредвиденные обстоятельства жизни.

;Нет, не говори так! Слышишь, с тобой ничего не может случиться! - чуть не закричав, не на шутку рассердилась я.

Сейчас вспоминая этот разговор, я уже в который раз убеждаюсь, что это было неспроста. Как ничего не происходит в этой жизни без причин, не бывают совпадений, не бывают случайностей. То, что происходит с нами, это очередной круг в цепочке, называемой судьбой. По неизведанной нам причине, у кого-то она получается потоньше и покороче, а у другого, почему-то потолще и подлиннее.

Не успеваю закончить свои размышления, как дверь раскрывается и появляется Кенан. Хочу прочитать его мысли, внимательно вглядываюсь в его глаза, пока он не дошёл и не раскрыл рот.

;Лучше дать ему время для размышления.


ГЛАВА 40


На деле всё оказалось, не так-то просто. Врачам пришлось немало потрудиться, чтобы добиться успеха, а нам достались мучительные месяцы ожидания. Наконец-то, наступила долгожданная беременность. Как и договорились, с наступлением беременности Лейла переехала к нам. Переезд Лейлы в наш дом, очень позитивно повлияло на самочувствие Рашида. Лейла хоть и держит дистанцию, но очень благосклонно относится к нему. Мне иногда кажется, его радует больше её присутствие рядом, чем ожидание рождения будущего ребёнка. Наверное, я ненароком дала ему пустую надежду, на то, что может быть, когда-нибудь она вернётся к нему. Но зато, такое обстоятельство дел как стимулятор действует на него для продолжения своего лечения. С уменьшением подсчётов дней до назначенной даты, волнение, увеличиваясь достигло до предела испытывая наши нервы. Но это было несравнимое ни с чем блаженство, насладиться которым доставляло огромную радость. И всякий раз, задумываясь об этом, моя память, даже не собираясь подводить меня, напоминала мне схожее состояние в моём прошлом, но в отличие, о которым я до сих пор не могу вспомнить без содрогания.

Появление на свет нашего маленького чуда, превзошла все мои ожидания. Чувства испытуемые мной в тот момент, невозможно ни описать, ни передать никакими словами, потому что никакие известные мне слова, не в силах выразить те чувства. Наш малыш появился на этот свет с двойной миссией. Чтобы стать и спасителем своего отца, и чтобы озарить нашу жизнь лучами счастья, в котором мы так страстно нуждаемся. А когда я впервые протянула этого создания своему сыну, с трясущими от трепета губами произнесла: "В своё время твоё существование, сохранило мне жизнь. А сейчас, он спасёт тебя!".


ГЛАВА 41


Сейчас с того знаменательного дня прошло почти 8 месяцев. Среди всей этой суеты время пролетело мимолётом, потому что вся эта беготня была не обременительной, а наоборот, каждый день прибавлял цену жизни, возвращая моего сына назад. С каждой улыбкой, с каждым звуком произнесённым этим чудом, Рашид возвращался к этой жизни. Лейла, как и договаривались, вскоре после рождения ребёнка, вернулась к учёбе, к своей прежней жизни. Раньше заезжала каждый день после учёбы, оставалась до вечера по несколько часов. Потом визиты сократились, становясь всё реже, и в каждый раз с разным предлогом. А сегодня с утра пораньше меня разбудил её неожиданный звонок. Звонок, который своей внезапностью всполошил всё моё нутро. Позвонила, только сообщив, что нам надо срочно поговорить, не забыв подчеркнуть, что это очень важно. Этот звонок не сулил ничего хорошего, я пришла к такому выводу, услышав её непривычный, тревожный голос.

Вот сейчас, в эту минуту я стою у окна в кабинете отца и ожидаю её приезда. На руках у меня наше сокровище. У меня сердце не собирается успокоиться, чуть не выпрыгивая от переживания. Хоть как-то успокоить чуть не разрывающееся сердце, я сильно прижимаю ребёнка к груди. Наконец-то, машина остановилась у входной двери. Из неё выходит наша прекрасная Лейла. Материнство пошло ей на пользу, она стала ещё ярче, ещё привлекательнее. Вот она поднимается наверх, мой слух отчётливо улавливает звуки от постукивания её каблуков, когда она каждый раз наступает на очередную ступеньку. В такт с ними бешено бьётся и моё усталое сердце. Дверь раскрывается и заходит она. Выглядит очень уставшей, чёрные круги под глазами, выдают проведённую бессонную ночь. Она медленно подходит, здоровается со мной, слегка чмокаясь в щёку. Потом наклоняется и крепко целует малыша, поддерживая его за руки, целует его пальчики по очереди. Потом опять наклоняется и целует, на этот раз задерживаясь. Мне кажется, она вдыхая его запах, как бы старается запомнить его.

; Если можно, отнесите его в другую комнату! А то в его присутствии, я знаю, что запнусь, и мне не удастся высказать то, к чему так тщательно подготовилась.

Я молча покидаю комнату, улаживаю ребёнка на своей кровати и, возвращаюсь назад, еле волоча ноги. А сейчас, предстала перед ней.

;Я буду краток. Я знаю, что вы будете осуждать меня. Но знайте, мне было очень трудно решиться на это. Но я не в силах больше овладеть собой. Короче, я недавно встретила парня. Влюбилась в него без памяти. Но я не смогла признаться ему, что у меня есть ребёнок. Я просто испугалась потерять его. А вчера он сделал мне предложение. А я не смогла ему ничего ответить, и он ждёт моего ответа. Если сейчас я ему признаюсь в этом, он меня не поймёт и никогда не простит. Тем более, у него семья религиозная, у них строгие нравы, и они никогда не примут меня. А мне так не хочется потерять его! Я так счастлива рядом с ним. Наверное, это бессовестно говорить вам такие слова, но я никогда не была так счастлива! Я уверена, вы прекрасно замените ему мать!

А я стою, и с замиранием сердца выслушиваю её заранее подготовленный монолог. Только после последнего предложения, у меня отлегло на сердце.

;Да, да, успокойся доченька! - уже нескрываемой радостью отвечаю я. - Как я могу осуждать тебя? Я же тебе говорила, что ребёнок не будет обязывать тебя ни к чему. Он не станет препятствием в твоей жизни. Ты молода, красива, раз уж ты не с моим сыном, конечно же, должна обустроить свою жизнь. Будь счастлива, доченька!

;Спасибо вам за всё!

;Спасибо тебе, доченька! Эта ты спасла моего сына и сделала меня бабушкой!

;Вы сами знаете, что ему лучше всего сказать.

;Не беспокойся насчёт этого.

Ухватившись за косяк двери, она вдруг оборачивается, подбегает ко мне и крепко обнимает меня.

;Вы - великая женщина! Вы - самая прекрасная мать! Я уверена, вы станете самой любимой бабушкой на свете, - сказав, она изо всех сил обнимает и прижимается ко мне.

;А ты запомни навсегда, что здесь у тебя есть семья, которая всегда примет тебя, что бы ни случилось!

Я ещё не отошла от перенесённых волнений, стою задумчиво и удовлетворённая, с широкой улыбкой на губах, и анализирую прошедшую встречу. В такой позе и застал меня Рашид, внезапно открыв дверь и вошедший с тревожным видом. Приходится резко менять мимику лица.

;Что-нибудь случилось? Лейла давно заехала? А почему меня не разбудили?

Рашид застал меня врасплох своим неожиданным появлением, я ещё не успела подготовиться к этой роли, и не хотелось наплести ему какую-нибудь чепуху. Решила сказать ему полуправду.

;Лейла... заехала попрощаться! - произнесла, не спуская с него глаз.

Он замешкался и недоумённо спрашивает:

;Что же это значит?

;Она сообщила, что решила продолжить учёбу за границей.

;Откуда это взялось? Она же мать, у неё есть сын. Как она может так поступить? - приходит он в ярость.

;Она спокойна за своего ребёнка. Она знает, что у него есть такой отец, который в силах заменить обоих родителей. Она так и велела передать, - выдумала второпях, и после такой фразы, нетрудно было заметить, как смягчается лицо у моего Рашида.

;А со мной, почему не попрощалась?

;Она сказала, что прощание с тобой очень тяжело удастся ей. Она решила будет лучше, если она уедет не попрощавшись с тобой. Просила крепко поцеловать тебя вместо неё, - сказав, я крепко целую его в щеку.

;Это, наверное, как добавка от тебя, - отвечает он.

Покачав головой, ухмыляется с грустью.

; Как же тебе удаётся найти нужные слова для каждого случая? - чуть успокоившись, он подходит и крепко обнимает меня. - Что же я делал без тебя? Наверное, давно пропал бы!

;Нашёл бы себе в замену другую, и помоложе, и покрасивее, - отшучиваясь, решила перезарядить обстановку.

;Ты с самого начала знала, что она не влюблена в меня, не так ли?

;Просто со стороны всё кажется яснее, жизнь моя.

;А я как идиот, ещё надеялся, что может быть, наш ребёнок сблизит нас. Она передумает и вернётся ко мне.

;Может быть, так даже лучше. В таких делах насильно ничего не добьёшься. Я уверена, тебе повстречается девушка, которая по-настоящему влюбится в тебя и оценит твою любовь по достоинству.

;Я кажется, пока тебе это не говорил мама: "Ты самая мудрая женщина!".

;С чего это сегодня все осыпают меня комплиментами?

;Мама, у меня тоже есть для тебя важная новость. Чуть не забыл сказать тебе об этом. Я из-за этого спустился вниз и хотел поговорить с тобой. Но увидев её из окна садившуюся в машину, я совсем разум потерял. Извини, мама!

;В чём дело? Что же случилось? - всерьёз забеспокоилась я.

;Дело в том, что недавно звонил отец. Он сообщил, что собирается уезжать. Сказал, что завтра заедет попрощаться.

Честно говоря, я раньше не задумывалась об этом. Последние события в нашей жизни, полностью стёрли все предыдущие из моей памяти, а главное, из моего сердца. Вернее, так мне казалось до этой минуты. В последнее время я не ворошила, а вернее, даже не пыталась докопаться и выяснить, что же происходит в моей отвердевшей душе. И сейчас, услышав эту новость, как ни странно, подкосились мои ноги. Почувствовав на себе проникновенно изучающий взгляд Рашида, внимательно следящий за моей реакцией, мне приходится взять себя в руки.

;Ну и что? А мне то, какое дело до него?

;А ты знаешь, куда? В Австралию. Ничего не скажешь?

;Пусть проваливается к чёрту!

;Мама, он же там совсем затеряется. Не позволяй ему уезжать!

Я поняла, что если попытаюсь раскрыв рот, хоть что-то противоречить ему, мне не удастся приструнить свои чувства и разрыдаюсь, как девчонка. Не нахожу ничего оригинального, чем молча покинуть комнату и закрыться у себя.


ГЛАВА 42


Сегодняшний день обещает стать незапамятным. С минуту на минуту должен приехать Кенан. Для этого случая даже отец захотел поприсутствовать здесь, хотя в последние месяцы он совсем сдал и не покидал свою комнату. О Жизнь, что же ты вытворяешь с людьми! Чтобы отец, захотел поприсутствовать при прощании с Кенаном? Хотя мне, не удалось выяснить до конца, именно что же его заставила пойти на такой шаг. Настоящее удовлетворение, что он, покидая нас, удаляется из нашей жизни, или это простое любопытство, его интересует моя реакция на его отъезд?

Вот он уже прибыл, и заходит через входную дверь. Выглядит решительно настроенным и достаточно довольным. Отказывается пообедать вместе с нами. Подходит ко мне, и у меня душа уходит под пятки. А он, просто берёт малыша в руки.

;Чем же ты собираешься там заниматься? - неожиданно для всех, обращается к нему отец.

;Один давний знакомый, который там живёт, предложил работу на ферме.

;Ты лучше поезжай в Антарктиду. Оттуда рукой подать. А то пингвины заждались тебя, - независимо от себя ехидно обращаюсь я к нему, а от чувства стыда сразу бросаюсь в краску.

Он сразу улыбается во весь рот, своей чудовищно ослепительной, чарующей меня улыбкой, от которой у меня всегда захватывает дух.

;А это неплохая идея! - восклицает он.

Потом медленно приближается ко мне, протягивает ребёнка и шепчет:

;Береги себя!

И я нашла в этих глазах то, что так жаждала увидеть много лет тому назад.

Он уже спускается по ступенькам, доходит до входной двери, даже протягивая руку, ухватывается за косяк двери. После этого откроется дверь, за которой поджидает его такси, который довезёт его до аэропорта. А потом он сядет в самолёт, который увезёт его далеко-далеко туда, откуда не будет возврата.

Эта неведомая сила, название которой, хорошо было мне известно, ту которую мне хотелось так тщательно спрятать и закрыть на замок в самом дальнем закоулке своего сердца, испортив все правила игры, выскочила наружу. Потеряв власть над которой, я оказалась уже не в силах контролировать её. Эта неподвластная сила подтолкнула меня вперёд, и я с ребёнком на руках, оказалась у лестницы. Позабыв все обиды, не раздумывая о последствиях, я закричала:

;Не уезжай! Мне одной не справится с ними.

Очень оригинально, ничего не скажешь! Но в этот миг мой затуманенный разум, был не в силах придумать ничего лучшего для предлога.

Он останавливается у раскрытой двери, и медленно оборачивается. Но он не собирается двигаться с места и мне приходится спуститься, чтобы сравняться с ним. Вливаясь в его глаза, хочется поймать его взгляд, но он непонятной мне причине старается скрыть его.

;Я обратилась к тебе.

;Что же мне ответить тебе? Ты сильная! Ты самый сильный человек, которого я повстречал в своей жалкой жизни. Ты сама справишься со всеми трудностями.

;Нет, я совсем не сильная. Просто хочу казаться такой, просто обязана быть такой, - вдруг слёзы нахлынули ручьём, в очередной раз предательски подведя меня.

Я опустилась на самую первую ступеньку, и он вслед за мной расположился рядом со мной. Взял крохотную ручку малыша в свою огромную ладонь.

;По-моему, это самый правильный выбор. Я на всю жизнь останусь чёрным пятном в твоей судьбе!

«Нет, он кажется, непоколебим. Настырный идиот! Как же мне сломить его упорство?». И в такой неподходящий момент опять появилась Она.

;Даже не вздумай сказать то, что задумала! Он должен уехать. Об этом не может быть даже другой речи, - строгим голосом произнесла Она.

;Если даже мне совсем этого не хочется? - подумала я и слёзы опять навернулись на глаза.

;Ничего не поделаешь!

;А я его больше никогда не увижу?

Ответ не заставил себя ждать.

;Никогда! Он уедет, и через несколько лет умрёт вдали в одиночестве. А ты с сыном поедешь навестить его могилу. Хватит, я и так много лишнего проболталась.

;Нет, на этот раз я не буду тебя слушаться. У нас осталось не так уж много времени. Извини, но дальше всё будет, как мне хочется! – вслух произнесла я.

;Что ты сказала? – чувствую недоуменный взгляд Кенана на себе.

;Я сказала… А ты не собираешься на мне жениться? – вырывается у меня, и одновременно округляются мои глаза.

Внезапно заданный вопрос застаёт его врасплох, он сидит, раскрыв рот. "Ну же, отвечай что-нибудь! Точно, он проглотил язык!" - ничего другого не приходит на ум. Кажется, постепенно онемение отходит от него, и он потихоньку начинает приходить в себя, в знак этого появляется, та самая обворожительная улыбка. А мне и не надо никаких ответов, этой улыбки хватает с лихвой.

;Знаешь, для нормальных людей, для обыкновенных семей, 20 с лишним лет протекает медленно, даже может быть скучно. Всё обыденно, никаких сюрпризов в жизни. Влюбляются, стремятся создать семью, потом рождаются дети. Посвящают свою жизнь воспитанию детей, радуются вместе успехам своих детей. А у нас в жизни, всё сложилось совсем по-другому. Нам обоим изрядно досталось в этой жизни. Знаешь, что сказала моя мама перед самой своей смертью, когда я попросила у неё прощения за все переживания? "Это не ты, а твоя судьба виновата во всём!" – промолвила она. И по-моему, уже хватит идти на поводу у судьбы. Мы тоже заслуживаем счастья, даже назло судьбе!


ГЛАВА 43


Обеденный стол накрыт по особому, торжественному случаю. Наш маленький принц сегодня отмечает свой первый день рождения. Нетрудно представить, мои хлопоты и волнение при подготовке этого самого знаменательного для нас торжества.

;Стол накрыт! Прошу всех к столу!

Последний раз обвела глазами стол и осталась довольна увиденным. "Кажется всё!" - сказала вслух.

;Рашид, помоги деду!

;А ты, мой принц иди к своему дедушке! - отобрав его из рук Рашида, поставила на ноги. Поддержав его за обе ручки, отвожу в сторону Кенана. Наше маленькое чудо, с каждым своим маленьким, неуверенным шагом приближаясь, звонко смеялся.

;Кенан, я это место специально для него приготовила. Усади его на своё место. А я на 5 минут поднимусь, приведу себя в порядок и быстро спущусь.

;Тогда понятно, расслабьтесь! Значит, придётся подождать до вечера! - взволнованно отозвался Кенан.

;Доченька, побыстрее пожалуйста, а то я засну за столом! - это в добавку бросил отец.

;Мам, я тебя предупреждаю! До твоего прихода, кроме грязной посуды, ничего не останется на столе! - а это Рашид решил довести дело до конца, испытав мои нервы и поставить окончательную точку.

;А, чего это вы все в один голос набросились на меня? Были бы вы на моём месте! Навязались все на мою голову! - бросив им всем, отвернулась с обиженным видом и отправляюсь наверх. Уже на полпути поворачиваюсь назад и смотрю на них с нескрываемой улыбкой. На меня смотрят четыре пары мужских глаз. С нежностью и любовью. Четыре поколений мужчин. Моих родных и любимых. Что может быть дороже в жизни, чем этот миг? Значит, стоило вынести все обиды и несправедливости своей доли! Значит, стоило ждать прихода этого мига! Значит, не зря потрачены годы! Значит, стоило просто жить! Я, чуть наклонив голову набок, улыбаюсь Судьбе. Мне показалось, что Она тоже улыбнулась мне в ответ…