# Ламос

Сергей Николаевич Максимов

Максимов С.Н. г. Ульяновск


sergeyilinesergey@mail.ru


Ламос


Очереди на остановке были мне знакомы. когда-то, лет двадцать назад, у нас тоже было не принято расталкивать всех локтями, чтобы занять место в транспорте. я не думаю, что это связано с советским менталитетом (единица - ничто, коллектив - все). Просто тогда люди не были такими мобильными, и поэтому старались сохранять в поездках собственное достоинство. А когда приходится каждый день по четыре раза пользоваться общественным транспортом, добираясь на учебу или работу, проезжать добрую сотню километров в духоте и вони, то поневоле стараешься ухватить в этом аду место поуютней.

Балаклава оказалась невероятно красивой. Мы поднялись вверх, к развалинам Генуэзской крепости. Ох уж эти генуэзцы, добрались даже до Крыма, пассионарность у них зашкаливала в те времена. Когда-то эти места описывал даже Старший Плиний.

Мы выбрали конечной точкой похода какой-нибудь из дальних пляжей, в изобилии обрамляющих мыс. К ним было два пути: заплатить полтинник,и доплыть на катере, или же пройти горными тропами несколько километров, и спуститься на пляж сверху. Конечно же, мы выбрали второе. Первые полчаса пути прошли относительно легко. Питьевая вода в бутылках еще не успела нагреться, солнце еще не сжигало, а скорее ласково гладило нас своими лучами. Вид сверху открывался совершенно фантастический. Море переливалось всеми оттенками синего, в туманной дымке сливаясь с горизонтом. То тут, то там его пересекали маленькие суденышки, везущие туристов на дикие пляжи. Этих корабликов было так много, что я стал серьезно опасаться, хватит ли нам места на этих безлюдных пляжах. Вокруг без устали стрекотали цикады, шуршали среди камней сухими телами ящерки. Одинокий кролик шел по своим делам, не замечая крутого склона. Вид у него был грустный и отсутствующий. Не хватало только, чтобы он вынул часы и бробормотал: "Ах, я все же опоздал".

Немного клонило в сон. Мы плохо выспались. Ночью Диану разбудил какой-то шорох. Я бы не обратил на него внимания, но она много лет жила в субтропиках, и сразу догадалась, кто является источником шума. Она быстро включила свет, и сколопендра заползла под плинтус. Диана позвала меня, не решившись в одиночку сражаться с чудовищем.

Я много читал про сколопендр, и поэтому жутко их боялся. Мы так распределили роли: Диана линейкой выгоняет сколопендру из-под плинтуса, а я хладнокровно убиваю ее при помощи тапка. Сейчас, ныряя в темный колодец воспоминаний, мне станится смешно от никчемности наших надежд на столь скромное оружие.

Когда сколопендра очутилась передо мной, страх куда-то подевался, остались лишь инстинкты. Я весь был как натянутая струна, как взведеный курок. Я бил тапком одесную и ошую от несчастной сколопенды, которая, рискуя умереть скорее от инфаркта, чем от моей смертоносной руки, улепетывала на всех своих ногах куда-то под кровать. Многоножка спаслась, как и мои вегетарианские принципы.

В наказание за нерасторопность я выслушал много упреков от Дианы, наотрез отказывавшейся ночевать в одной комнате с этим исчадием ада. Решение нашлось неожиданно.

Диана написала сказку про сколопендру Алену, социопатку и творческую личность. Страх сразу пошел, и под утро мы разошлись по своим комнатам.


Тропка сузилась настолько, что с трудом хватало места для одного человека. Кое-где на камнях еще красовались следы цивилизации в виде традиционных S.A.W.B. и коловрата.

Слушай,давай спустимся вниз, - вдруг заговорила Диана, - надоело уже тут бродить. Смотри, тут тропинка к подножию.

Я пригляделся туда, куда она показывала.

Это не тропинка. Тут вода стекает с вершины после дождя.

Да какая разница, - моя спутница выразительно отмахнулась от моих слов, - вода всегда ищет самый короткий путь.

Мне ничего не осталось, как покориться ей. Все-таки она была почти местная, и хотя бы теоретически представляла куда нам идти.

Держась за пучки травы и мелкие кустики мы кое-как спустились вниз, в сосновую рощу на берегу.

Дианка, - назидательно начал я, - вода не ищет короткий путь, она его сама прокладывает!

Да заткнись ты, - перебила меня спутница, - смотри, ничего странного не замечаешь?

Я посмотрел туда, куда она указывала рукой. Между высокими вековыми соснами чернело море.

Да вроде ничего. Ну, море только неспокойное какое-то. А так хочется искупаться.

Да не в этом дело! Ни одного катера не видно, хотя еще полчаса назад с горы их сразу штук десять можно было увидеть.

А, ну да. Может нет желающих, смотри волны какие.

Мы прошли через рощу к воде. Берег был скалистый, из глубин торчали огромные черные камни. В нос ударил сладковатый запах разложения. Небо потемнело местами, будто покрывшись трупными пятнами.

Смотри, дельфин... - грустно сказала Дианка.

Действительно, между камнями застряло то, что когда-то было веселым белобочкой. Хвост его истлел уже настолько, что были видны белые кости. В воде вокруг дельфина плавали мириады мух.

Мы пошли по берегу дальше.

Кому-то горы и море, а кому-то горе и моры, - грустно пошутил я.

Диана даже не посмотрела в мою сторону.

Слушай, у вас везде расклеены объявления о пропавших людях, - заговорил я после пятиминутного молчания, - не в курсе, что это за чертовщина?

А кто же знает, - отозвалась Диана, - но пропадают они, кстати, на этом мысе. Наверное, бандитские разборки. Трупы потом в пропасть сбрасывают, и концы в воду.

Не, не может такого быть, - не согласился я, - тогда трупы все равно нашли бы. Да и пропадают самые разные люди, очкарики, девки, мужчины, женщины. Может их на органы тут распиливают на какой-нибудь даче?

Ну, вполне может быть. Говорят, украинских солдат с Донбасса в закрытых гробах привозят по этой же причине. Зачем мертвому солдату почки, сердце или костный мозг?

Да уж. А места тут действительно темные. Abyssus abyssum invocat. Море совсем не пляжное, ты посмотри.

Море было совсем не похоже на лазурные веселые воды городских пляжей. Черная вода вспенивалась о скалы, а ветер доносил запах падали.

Слушай, может домой пойдем? - я озвучил то, о чем думал последние полчаса.

Мы тут не поднимемся уже. Нужно дойти до пляжа, а оттуда вернемся на катере за полтинник.

Что-то я ни одного катера не вижу.

Мы прошли вдоль берега еще пару километров. На пляж не было и намека, как и на любой признак человеческой цивилизации. Как-будто пока мы тут бродим, словно Агасфер в ожидании второго пришествия, Бог уничтожил все человечество, и только нас надежно спрятали скалы и сосны мыса.


Вдруг сосновая роща неожиданно закончилась, и мы вышли на зеленую поляну. Это было похоже на какое-то волшебство: зеленая трава, освещаемая косыми солнечными лучами, родник, бьющий из скалы со стороны гор, и семь крупных белоснежных баранов, мирно жующих сахарные листья и стебли. Мы затаились. Несмотря на всю ветхозаветную идиллию, бараны были очень крупными, и не хотелось нарваться на их непредсказуемую реакцию.

Давай их обойдем по воде, - зашептала Диана.

Я в ответ кивнул.

Мы тихо прошли к морю, разулись, и пошли мимо этого сказочного стада.

У тебя телефон ловит? - спросила Дианка, рассеяв мою задумчивость.

Я достал мобильный. Нет, связи тут не было.

Вдруг Дианка резко потянула меня за плечо вниз. Я повиновался. У женщин боковое зрение развито куда лучше мужского.

Спрятавшись за скалами, мы увидели пастыря, стерегущего овец. Это был бородатый мужчина, одетый в какие-то лохмотья. Бросалось в глаза, что он совершенно гигантского роста. В этих краях живут потомки греков, высокие, гордые люди, но этот гигант был просто нечеловеческих размеров. Несмотря на страх, я усмехнулся мысли, что он очень похож на бородатого Валуева, наряженного в моду первобытной эпохи.

Наконец, великан скрылся за деревьями и мы, таясь за камнями, на ватных ногах прошли берегом дальше.

Вдруг случилось непредвиденное. Скалы закончились, и за ними мы увидели женщину, под стать гиганту-пастуху. Она сидела на валуне и разделывала рыбу огромным каменным ножом. Бежать не имело смысла, потому что она нас тоже заметила. От страха перехватило дыхание, но женщина вдруг приветливо нам улыбнулась, показав нам крупные белые зубы. Немного придя в себя, я смог ее рассмотреть. Несмотря на высокий рост, больше двух метров, женщина выглядела еще не старой, и даже красивой. На ней была длинная накидка из шерсти, ослепительно белая, и на ее фоне смуглая кожа женщины казалась бронзовой.

Здравствуйте, - обратился к ней я, немного смущаясь ситуации, - мы шли на пляж и заблудились. Скажите, сюда причаливают катера?

Женщина смотрела на меня пустым взглядом. Стало ясно, что она ничего не понимает. Убедившись в невозможности взаимопонимания, женщина жестом показала следовать за ней.

Она шла спереди нас, часто оглядываясь. Тенистая тропка петляла между вековыми деревьями, и терялась в нескольких метрах впереди. По левую сторону от нас возвышался почти отвесный склон горы.

Вдруг из-за деревьев прямо на нас выскочил белоснежный овен и, проскочив мимо ловившей его великанши, пронесся мимо. Лицо женщины выразило растерянность, и после секундного колебания она показала нам оставаться на месте, а сама кинулась вдогонку за животным.

Быстро, лезем вверх, - скомандовала Диана.

У нее было такое лицо, что я не решился спорить.

Цепляясь за редкие кустики, обдирая себе колени, мы полезли вверх.

Кто это такие? - задыхаясь от нагрузки и страха, спросил я, когда мы поднялись метров на десять.

А я знаю? Какая разница кто, я жить хочу!

Когда мы поднялись метров на тридцать, к подножию горы прибежала великанша. Она была не одна, а вместе с добрым десятком таких же дикарей. Одни что-то кричали нам вслед, другие хватали булыжники с человеческую голову и стали кидать в нас. Один из них попал мне в правую икру, и я стал медленно сползать вниз под улюлюканье беснующейся внизу толпы. К счастью, мне удалось уцепиться за колючий кустик какой-то травы, и я остановился, а затем смог продолжить движение вверх. Через каких-то десять минут мы были уже на высоте нескольких сотен метров, и дикари внизу стали расходиться, разочарованные тем, что упустили нас. Остался только пастух, которого мы увидели первым. Он сел на поваленное дерево и сверху казался неподвижным.

Слушай, Диан, а почему они за нами не полезли?

А ты вниз посмотри, туда же обратно торлько свалиться можно, а спуститься никак. Такая тут гора.

Мы сели передохнуть на попавшемся нам камне. От дикарей мы ушли, но что нас ждало впереди, было совершенно неясно. Вниз спуститься мы не могли при всем желании, значит, оставался путь наверх. Если бы за вершиной горы оказался такой же отвесный склон, нас ждала бы неминуемая смерть.

Передохнув, мы полезли дальше. Ближе к вершине камни и земля сменились песчаным гребнем. Лезть по нему было, с одной стороны, удобней, а с другой - песок был совершенно ненадежной опорой. Несколько раз моя нога срывалась, и я буквально повисал над бездной. Диана держалась, на удивление, хорошо, куда увереннее меня, и первая вылезла наверх. По ее счастливой улыбке я понял, что все будет хорошо. И действительно: по вершине горы шла тропинка, и было видно, что каждый день по ней ходят ноги в кроссовках.

Мы пошли в сторону Балаклавы. Шли молча, пытаясь смириться с пережитым, и как-то это осмыслить. Вскоре нам на встречу попались бегуны, двое мужчин и ребенок. Они поздоровались с нами и побежали дальше. Никогда еще я не был так счастлив увидеть людей.

Вдруг внезапная мысль пришла мне в голову. Чтобы удостовериться, я подошел к краю обрыва и рассмеялся: внизу, в полукилометре от нас, был бесчаный пляж с шезлонгами, барами и загорающими людьми.