# почти богом быть совсем не трудно

Иван Александрович Максимов

П О Ч Т И Б О Г О М Б Ы Т Ь С О В С Е М Н Е Т Р У Д Н О

ф а н т а с т и к а н а р е а л ь н о й о с н о в е


Из дневника Игоря Баландина:


16 июня 2070 года, понедельник. Сегодня решил начать поиски своего родного отца, и привлёк для этого Владислава, "профи семейного сыска", как он себя называет. "Очень скудные сведения", - вымолвил он, когда я выложил перед ним исходную информацию.

- Сам знаю, что с этим не густо. Если бы у меня было ФИО, я бы и не стал к тебе обращаться.

- Ну, ты объясни мне, как другу, зачем тебе это нужно? Всю жизнь прожил рядом с отчимом, как с родным, а теперь зачем что-то менять? Тем более, что тот, кого ты намерен искать, утонул ещё до твоего рождения. На кого ты хочешь выйти, на биологического деда? И его может уже нет в живых - тебе самому уже шестой десяток.

- Ну, только со слов отчима я знаю, что он утонул в озере Чебаркуль...

- Знаю это озеро, в Челябинской области, ох и холодное! Не мудрено там утонуть, тем более в октябре - ногу свело и ... всё. Что он туда попёрся в такое время?

- Этого не знаю. Но озеро действительно холодное. Холодное и чистое, на подземных источниках. Но что он утонул, я сильно-о-о сомневаюсь, ведь это отчиму сказала мама, когда они только познакомились. Она тогда сразу ему призналась, что беременна, и что её парня, будущего отца, нет в живых.

- Не будущего, а несостоявшегося, вещи надо называть своим именем.

- Какая разница! А в таком состоянии...

- Положении, - поправил зловредный Влад.

- Ну и зануда ты! - я буквально рассвирепел.

- Успокойся. Всё, молчу-молчу!

Я немного помедлил и продолжил:

- В таком положении, сам понимаешь, можно всё что угодно наплести. Нехорошо так говорить о собственной покойной матери, но если он не утонул - я понимаю маму, ведь как-то надо устраиваться в жизни, и маленькая безобидная ложь никому ещё не навредила.

Влад вздохнул:

- Голос крови, понимаю. Да, здесь ты не оригинален. Типичная ситуация. А ты сейчас мужик в очередной раз свободный, и потомков нет. Но по опыту знаю, что в итоге, в сухом остатке, по всем этим поискам нереализовавших себя родителей имеем лишь разочарования, и очень, очень редко - по-другому. Ну и папаша твой, царство ему небесное и земля пухом, тоже хорош: много лет прожил с твоей матерью, они даже не заикнулись об этом за всё время, ты их обоих считал родными, и вот на тебе - на смертном, так сказать, одре выдал правду-матку, которая никому не нужна. Прости, что так выражаюсь о твоём покойном родителе. Да-да, я его по-прежнему называю твоим родителем, и тебе так же советую. А то, что получается: ещё вчера -"папочка-папочка!", а сегодня слышу от тебя "отчим" с отчётливым холодцом. Зови по-прежнему отцом. Надо же, на рифму вот напоролся по твоей милости.

В другое время меня бы позабавила эта его почти суеверная боязнь нечаянной рифмы, словно речь идёт о чёрной кошке, перебежавшей дорогу, да ещё с переводом стрелок на невинного меня, но сегодня настрой был явно не тот.

- Во-первых, небо и землю в одном помине не полагается - либо то, либо другое; во-вторых, холодец - это блюдо русской кухни, а не как характеристика устной речи, а в-третьих...

- Ну, начал, филолог недоделанный! Всё, всё! Берусь за твоё дело. Согласно прейскуранту и купленным билетам. Хотел предупредить, набросать нерадостные перспективы, но всё - молчу! Завтра же, и прямо с утра, по макушку окунусь в хищные сети Интернета и выловлю список нерадивых студентов ... - Влад раскрыл студенческий билет моей мамы - Уральской Государственной Академии и т.д. и т.п. и изыму из оттуда неведомого кандидата в твои отцы по имени Константин, ныне покойного, хотя последнее далеко не бесспорный факт. Итак, заявляю о начале официальных поисков твоего биологического отца, имея на руках всего лишь один-единственный документ на имя твоей матери, Филиной Ирины Ивановны. Это моё заявление по своим юридическим последствиям приравнивается к официальному договору между заинтересованными сторонами в устной форме.

Я хотел рассердиться на его перл о кандидатах в мои отцы, но... разве можно на него сердиться?


Из записок Ивана Филина:


Не знаю, для чего и для кого я делаю эти тексты, бессистемные, без хронологического порядка. Никакой цели у меня нет, наверное, просто нужно выговориться. Прежде всего, самому себе. Может быть, эти записи ещё до кого-нибудь дойдут. Пусть. Так даже лучше. Да, буду писать с расчётом на более широкую аудиторию. Выговариться, наверно, надо перед кем-то, с надеждой на понимание и сочувствие. Трудно всё держать в себе, а ведь даже своим близким, и тем более самой дочери Ирине, благополучно возвращённой мной из небытия, я не могу открыться... Я написал "мной" и задумался. Звучит, согласитесь, не очень скромно. Получается, что я присвоил себе некую божественную функцию, а я - обычный смертный, рождённый земной женщиной на каком-то забытом и богом и чёртом железнодорожном полустанке, с обычной для моего поколения биографией - школа, красногалстучная пионерия, комсомол, техникум, армия, КПСС, институт и т.д. в том же духе. Я понимаю, что по этим запискам меня могут "вычислить", что совсем не входит в мои планы. Конечно, ФИО и некоторые биографические данные изменены, но меня при некотором желании могут узнать. Полной уверенности всё равно ни у кого возникнуть не может, а вот на других людей приблизительно с такими же деталями бытия, могут подумать. Так что ничем я не рискую. А подавляющее большинство вообще не поверит в мою необычную историю. И правильно сделают - чудес на свете не бывает.

С какого момента всё же начать мою историю? Как ни странно, ярко выраженного начала она не имеет...


Вот здесь, на 1919 километре Транссибирской магистрали, на переезде, э т о и произошло. Водитель автобуса не остановился перед красным сигналом, видимо решил рискнуть, проскочить. Не хватило какой-то доли секунды - локомотив зацепил самый хвост автобуса. Погибло шесть пассажиров, среди них и наша дочь... Я положил гвоздики в колею, прямо на то место, где случилось столкновение. Немного отошёл в сторону. Цветы ярко выделялись красным на свежем снегу. Посмотрел вверх - невесомые снежинки выпархивали, казалось, из самого Космоса. Струились и струились, пританцовывая на лету. Я всё смотрел и смотрел на бесконечное это движение, ни о чём не думая. Хотелось просто так стоять и стоять в остановившемся вдруг времени, отгоняя прочь воспоминания. От воспоминаний вроде бы отрешился, так в голову полезли страшные картины того, чему я не был свидетелем. Искорёженный металл, растерзанные тела, кровь, крики... Последние секунды перед столкновением, последние секунды жизни Ирины. О чём она думала? Какие были последние мысли? Прошло уже больше двух лет. Стало легче или нет? Не знаю. Наверно легче, чем полтора года назад, но отчётливо осознал, что какая-то часть души навсегда замёрзла, превратилась в глыбу льда, которой никогда уже не суждено растаять. И только когда я начинал разговаривать, вслух, в полголоса разговаривать с погибшей дочкой, этот кусок льда вдруг слегка, только слегка размягчался. Я здесь уже не в первый раз и знаю, что эти свидания, по-другому их и не называю, кончаются одним - в какой-то момент, как по чьей-то неведомой команде, самообладание покидает меня, накатывает волна вселенского одиночества и жалости, начинают душить слёзы, именно душить, потому что дышать сквозь них становится невозможно, но сначала чувствую обманчивое облегчение, потом нарастающую, невыразимую муку. Однако я твёрдо знаю, что в любой момент могу это прекратить. В этот раз я тоже вёл свой неторопливый монолог. Вспомнил, как купали с женой полугодовалую Иру в ванне. Однажды я, глядя на её мокрое тельце, назвал её "лягушонкой", Маше почему-то это сравнение показалось некрасивым и глупым, мы даже чуть не поссорились. Но я и после этого ещё долго так называл Иру, правда, только про себя, вслух произносить я уже не решался. И вот сейчас я снова вспомнил это, и с тоской, перемешанной на отчаянии и на теплоте чувства, забормотал прямо в небо, из которого валили белые мохнатые мухи: "Лягушонка моя! Лягушонка-а-а! Где ты?! Твой папка зовёт тебя! Лягушонка!" Но небо, словно ободрённое моими призывами, ответило только вдруг возросшим потоком крупного снега. Мои причитания продолжались ещё некоторое время. Странно, я только здесь, на месте гибели Ирины ощущал незримую, мистическую связь с ней. На кладбище такого не было, там было только ясное осознание утраты, осознание того, что там, внизу, никого нет, только холодный прах, к которому я ни про себя, ни вслух не посмел бы обратиться. А здесь, на окраине деревни Медведёвки, на коварном пересечении железной дороги с трассой, я чувствовал именно живую связь с последней, но ещё живой секундой жизни своего ребёнка. И только тут разговаривал с дочкой; разговаривал и плакал, не стесняясь слёз; разговаривал, плакал и звал её.

Я ещё раз посмотрел вверх, оглянулся на засыпанные и едва угадываемые цветы и побрёл к железнодорожной станции с таинственным названием Баритная. До электрички осталось ждать не больше часа. Вошёл в крохотный зал ожидания с двумя пустыми скамейками, сел и вдруг вспомнил, что сегодня утром проснулся с каким-то смутным впечатлением от приснившегося. Что именно приснилось, я тогда не вспомнил, но вероятно что-то важное, мне так показалось, и я ещё утром решил, что на досуге нужно подумать над моим сном. Правда, это не такая уж редкость, когда после пробуждения чувствуешь только смутное послевкусие от сна, а само содержание, конкретное и чёткое, безвозвратно испарилось из сознания. Остались какие-то тени, обрывки видений, туманных и вязких, смазанные и полузнакомые лица. Но сегодня был особый случай. Словно кто-то подталкивал к какой-то важной мысли. Обычно под этим подразумевают некий внутренний голос из бездны нашего подсознания. Я расслабился и стал вспоминать своё сегодняшнее утро. Ничего путного на ум не приходило. Ничего. Встал, прошёлся от дверей начальника станции до дверей дежурного по станции с соответствующими вывесками. Всего-то четыре шага. Прошёлся обратно. Потом ещё и ещё. Нужно обязательно вспомнить. Очень важно для меня. Сел и сосредоточился. Так... так... Кажется пришло, если и не озарение, то какая-то подсказка, что-то связанное с сегодняшней датой. А что дата? 20 ноября 2002 года. Может, годовщина какого-нибудь события? Вроде нет. И ничьего дня рождения на эту дату не приходится. Вспомнил! Мне ясно приснилась эта дата, она была словно высечена на камне: 20.11, именно в таком виде. Ну и что? Вспомнить-то вспомнил, а с чем теперь её есть? Почему же она, эта дата, приснилась именно двадцатого числа одиннадцатого месяца? Никогда такого в моей практике, сколько ни живу, не было. Во сне я никогда не помнил не то что дату, а даже день недели. Не мог мне присниться такой сон, чтобы я гнался за кем-нибудь и кричал: "Сегодня четверг! Четверг!". Гнаться в сновидениях часто приходилось, как и убегать от кого-нибудь, но при этом выкрикивать дату - никогда. Вспомнил, как давным-давно, когда я был ещё на расстоянии вытянутой руки от противоположного полюса жизни, меня очень озадачивало то обстоятельство, что всё видимое во сне принимается за реальность, пока спишь, разумеется. Но это я считал почему-то несправедливым явлением. Так обманываться во сне! Мне было тогда лет восемь-девять, но, не смотря на столь юный возраст, а может быть и благодаря ему, я решил исправить положение вещей. Если видишь сон, то ты должен даже во сне знать, что это только сон. Ну, совсем как в кино: смотришь фильм и всегда знаешь, как бы ни сопереживал героям, что это только кино. Даже когда страшно бывает по ходу фильма, и то успокаиваешь себя - да это же кино! Совсем не так во сне: там если уж страшно, то по-настоящему страшно, и не скажешь себе - да это только сон! И лишь когда проснёшься, вздохнёшь с облегчением. Как же я восстал против навязанной нашим подсознанием веры в подлинность сновидений? Да очень просто. Перед тем, как заснуть, я неустанно каждый вечер твердил про себя: "Это сон. Это сон". Не сразу это возымело нужный эффект, но всё-таки он проявился, хоть и не в полном объёме. Приснилось как-то - бегу по нашей деревне за телегой, в которой сидят друзья-товарищи, и с восторгом кричу: "Это сон! Это сон!". Но после пробуждения достигнутым результатом остался недоволен, потому что во сне всё равно верил и в эту телегу, и в тех, кто там сидел - всё это для меня существовало так же, как и в других снах, а заученные слова я швырял в виртуальное пространство, не вникая в их смысл. И я оставил всякие попытки идти наперекор природе. Раз так происходит, значит, это кому-то нужно.

Я вернулся домой, когда стемнело. Жена уже вернулась с работы и подогревала ужин.

- О, как я во время - голодный.

Она даже не взглянула на меня, и я понял, что этот вечер мы будем играть в молчанку. Это входило уже в норму для тех вечеров, когда я возвращался оттуда. Ни о чём меня не спрашивала, я тоже молчал. Маша вообще не одобряла эти мои поездки в Медведёвку. Наверно потому, что это лишний раз наводило её на горькие размышления. Вообще после смерти дочери у нас с ней произошло обоюдное удаление друг от друга, круг взаимных интересов и тем для разговора резко сузился. Мы никогда не разговаривали об Ирине, я иногда забывал об этой молчаливой договорённости, и вдруг, вспомнив что-нибудь примечательное, пытался заговорить о дочери, а жена, не вымолвив ни слова, с болезненной гримасой на лице начинала широко махать в мою сторону раскрытой ладонью, и я замолкал. Одним словом, у нас возникло табу даже на упоминание имени покойной дочери. Мы переживали случившееся порознь, каждый в своей скорлупе. Но однажды я не выдержал, когда Маша в очередной раз знакомым жестом прервала меня, и спросил чуть ли не с дрожью в голосе:

- А с кем же мне прикажешь говорить о нашей дочери?

Она коротко взглянула на меня, но ничего не ответила.

Я тоже подогрел на газовой плите суп и сел за стол в комнате, где ужинала и Мария. Вопреки ожиданию у неё было сегодня настроение поговорить.

- Утром у нас на машино-счётной...

Но она успела сказать только эти четыре слова, потому что со шкафа с тихим шелестом что-то упало. Мы оглянулись - это был большой детский фотопортрет двухлетней Иры. Я заметил, что жена почти с ужасом смотрит на этот портрет. Я осторожно поднял его и в нерешительности остановился.

- Он откуда упал? - спросила жена.

- Со шкафа, с самого верха. Я его туда положил.

- А зачем?

Я не стал отвечать. Положил - значит положил. Мне было так удобно. Он был не на глазах жены, а я в любое время мог достать его. А лежит он там с того времени, когда прошло полгода после трагедии. Я, предугадывая реакцию Маши, отмечал печальную дату один, а ей в этот день даже не напомнил об этом. Отыскал ранний Ирин фотопортрет, долго и молча смотрел на родное детское личико с наивными глазёнками. Потом со стула положил его наверх, на стопку газет. Жена в это время уже спала.

Помолчали. Я решил возвратиться к прерванному разговору:

- Что-то у вас на работе случилось?

- А?

- Ты хотела что-то рассказать, о работе.

- Не помню. Упала фотография... Перебила. Странно. Будто знак. И ты как раз оттуда приехал.

Надо же, и Машу насторожило это совпадение, а обо мне и говорить нечего. Перед сном я решил вычислить его вероятность. Практически оба события - моё возвращение с места гибели дочери и падение её фотографии произошли одновременно. Теория вероятности утверждает, что если два маловероятных однородных события произошли в течение небольшого промежутка времени, то между этими событиями наверняка есть связь. Сейчас именно такой случай: оба события однородны, так как имеют отношение к одному и тому же лицу - нашей Ирине, я появляюсь на 1919 км достаточно редко, не более двух раз в год, фотография лежит на шкафу более полутора лет, и за эти полтора года она упала только раз, и именно в момент моего возвращения с места аварии. Я достаточно легко вычислил вероятность этого совпадения. Оказалось, что оно может случиться один раз в тринадцать тысяч лет. А это уже информация к размышлению, есть смысл хорошенько задуматься. Не зря же это случилось сегодня, 20.11, которое при желании можно интерпретировать как 2011 год (те же цифры и в том же порядке), который интересен для меня тем, что на этот год приходится конец Вектора Возрождения.


Из дневника Игоря Баландина:


25 июня 2070 года, среда. Поиски моего родного отца привели к неожиданному результату. Это мягко сказано. К неожиданному, очень и очень странному результату. Сегодня Влад мне предоставил первые результаты поиска. Тогда я ещё не ведал, что совсем скоро нам с ним придётся разбираться с моими ближайшими прямыми предками по материнской линии - мамой и бабушкой, и откровенно говоря, уже будет совсем не до отца. Дело, как сказал Влад, придётся не только переквалифицировать, но ещё и на порядок увеличить сумму финансирования ввиду чудовищного усложнения задачи, если, конечно, я пожелаю продолжить расследование, а точнее, заказать ему новое. Но я просто не мог не пожелать этого.

Владислав позвонил мне сегодня уже под вечер и сказал, что нужно срочно встретиться.

- Приезжай или прилетай, как хочешь,. - ответил я.

- Нет, давай...

Я ему по своей давней и дурной привычке прервал:

- Ну, я к тебе.

- Нет, Игорь, давай на нейтральной, на старом месте.

- Что за конспирация, - заворчал я, - можно было бы в виртуале, только горючее расходовать зря.

- Ничего, не обеднеешь. Так нужно. Ровно в девятнадцать устраивает?

- По рукам. Конец связи.


Старое место - это кафе "Инкогнито" на Луначарского. Название обязывает, и Владислав после рукопожатия не преминул спросить: "У вас не продаётся славянский шкаф?" Я не успел с ходу придумать подходящий случаю отзыв, хотя через несколько секунд в голову мне пришло нечто остроумное, но..., но момент был упущен. Влад выглядел обеспокоенным, долго и грустно молчал, поэтому я решил взять ситуацию под контроль. Не стал его торопить, наоборот, постарался отвлечь. Вспомнил утренний весьма остроумный комментарий Василия Веснина к событиям в международном трибунале и около него. Только заикнулся, он сразу же в знак капитуляции поднял обе руки:

- Только не политика! Уж лучше анекдот.

- А это почти анекдот. В Гааге, знаешь, что происходит?

- Ну?

- Что ну? Знаешь или нет?

- Какой-то международный процесс... то ли зоны влияния... что-то этакое.

- Судят украинских наци.

- Ах, да. Как же это я забыл, давно о том трубят, давно и шикарно готовятся.

- Да, но только пока дело ограничивается благими намерениями - Европа продолжает вставлять палки в колёса. Требуют, ещё до самого процесса, ввести срок давности для таких преступлений, чтобы вообще не было никакого суда.

- А сколько прошло-то с тех пор?

Я уже давно не удивляюсь отсутствием у Влада всякого интереса к политическим новостям, да и не только к политическим, ведь и у его знаменитого литературного коллеги доктор Уотсон отмечал интерес лишь к тому, что связано с сыщицким делом. Вот и мой друг среагировал только на "срок давности".

- Началось всё там ещё в четырнадцатом. Они тогда пришли к власти, где и пребывали до середины тридцать третьего, и все эти двадцать лет Европа поддерживала этот вялотекущий коричневый процесс. Хоть и тёк он вяло, а всё ж миллион пропало (я не мог про себя не отметить, что Влад при этих словах сделал правой рукой таинственный жест, нечто среднее между "перекрестился" и попытками поправить козырёк несуществующей кепки и погладить левый погон столь же несуществующего военного френча). Не долларов, а людей. Вот и считай - тридцать шесть прошло, как их турнули, и только сейчас собрались вершить правосудие. Так вот, Веснин считает, что если и дойдёт дело до этого, то там постараются перевернуть всё с ног на голову, и неизвестно, кто у них ещё окажется в виноватых. И он проиллюстрировал свои опасения карикатурой в духе скандинава Бидструпа.

- Представь себе - ковыляют по бескрайним снежным российским просторам двое вояк, некогда бравых офицеров вермахта, а ныне обмороженных, оборванных и перебинтованных, едва не наступая на торчащие из-под снега продырявленные немецкие каски с обломанными рогами...

- Начало интригующее, почти такое же, как в "Бредут по пустыне два негра, Абрам и Сара".

- Не перебивай! Они только что чудом вырвались из Сталинградского котла. Один - на костылях, другой поддерживает его, почти тащит на себе и успокаивает: "Ничего, Ганс, мы в Гааге этих русских засудим за превышение пределов необходимой обороны!"

Реакцию Владислава я никак не ожидал - он от смеха чуть не вывалился из кресла, я едва успел схватить большую кружку с его любимым напитком. На нас, конечно, обратили внимание, но более скромное, чем в прошлом году, когда он в этом же кафе рискнул, и как оказалось впоследствии, весьма неосмотрительно, заменить свой вишнёвый на пиво. Когда приступ прекратился, Влад произнёс по-своему замечательные слова: "А что же вы хотите от старушки Европы, господа хорошие? Она ещё со времён Шпенглера закатывается, да всё никак не может, но тем не менее лицезрейте - предсмертная гримаса уже коснулась хладного чела".

Влад допил кружку до дна и нерешительно начал:

- Игорь, тут есть такая странность, что... - Владислав с таким безнадёжным видом покачал головой, что я не знал, что и подумать. Единственно, что у меня успело мелькнуть в голове - вот тебе и девиз фирмы: "Для нас нет ничего невозможного". Но он, увидев соответствующее этим мыслям кислое выражение на моём лице, тут же спохватился и замотал головой, словно бык на пастбище, атакованный слепнями:

- Нет, нет, мы доведём до победного, но... - он замялся, и я, проявляя ненужную инициативу (каюсь, со мной это бывает), подсказал:

- Дополнительные расходы?

- Может быть, но главное не в этом...

- Говори же, наконец.

Вот почти дословный рассказ Влада, или доклад, как назвал своё повествование сам следопыт.

- Я начал с того, что предположил, что твоя мама училась с искомым объектом в одной группе. Ни одного Кости в списке не нашёл. Стал искать живых студентов из её группы, чтобы узнать от них, с кем из парней она имела какие-либо отношения, дружила, как говорили в то время, возможно, на эту роль могло оказаться несколько кандидатов, но методом отсева я бы вышел в конце концов на твоего истинного родителя, если бы... С этого-то момента и начались странности, я не боюсь этого слова, какая-то детективщина пополам с чертовщиной. Из восьми человек никто не вспомнил твою маму, хотя они учились с ней целых три года. Я не мог даже и подумать, хотя бы судя по фото, что она у тебя была такая незаметная, невзрачная, одним словом, синий чулок, да ещё настолько невзрачная, что я бы даже употребил здесь слово "прозрачная", и оно было бы как нельзя более к месту, так как по всему выходило, что её никто не замечал, когда учились, ну а после и вовсе запамятовали, как будто её и не было вовсе. Но всё-таки заочная форма обучения имеет свои особенности, студенты собираются в кучу только на сессии, поэтому некоторые могли и не знать друг друга - я это, пусть и со скрежетом, но допустил в мыслях, и поэтому решил направить свои стопы в соседнюю область, в школу N 90 города Златоуста, уж там-то такого незнания и беспамятства не могло быть в принципе - уж кто-нибудь да вспомнит её. Правда, выяснения кандидатов пока оставил на потом. Странное дело, но и в школе я не встретил следов пребывания Ирины Ивановны, подтверждённых кем-либо устно, я подчёркиваю, устно.

- Но это невозможно! Не могли же все забыть её. У неё, что же, поддельный аттестат о среднем образовании и поддельный студенческий билет? Она не училась ни в этой школе, ни в институте?

Влад, глядя в потолок, стал размышлять вслух:

- Подделать какой-либо документ сейчас совершенно невозможно. При наличии различных источников информации: из загсов, судов - уголовных, третейских и мировых, из всех учебных заведений, включая журналы с текущими оценками по всем предметам, прогулам, дошкольных, жилищных организаций, со всех мест работ, родильных домов, да что я тебе буду перечислять - ты и так знаешь. Сейчас и шагу нельзя ступить, чтобы не попасть в видеозапись, даже по дороге туда, куда цари пешком ходили. В конце жизни, подводя итоги временного пребывания на этой планете, можно заняться своего рода документальными мемуарами и по минутам восстановить всю свою жизнь за пределами квартир. И заметь - всё это находится и переваривается в едином интернеткотле, и любая неувязка, неизбежная при изготовлении фальшивого документа, сразу бы всплыла. Кроме того, я использую в своём деле ещё и другие источники, достаточно автономные.

- Какие?

- Такие вот! Ты мне, собственно говоря, как раз за обращение к ним и платишь. А до тех, что в общем котле, ты и сам бы мог докопаться в Интернете.

- Ну и что, они у тебя секретные?

- Да не то, чтобы секретные, но... Использовать их - несколько щепетильное дело. О них умолчу. Кроме того, я использую старые бумажные носители, которые не были уничтожены после оцифровки.

- А что, после оцифровки их уничтожают?

- Наиболее ценные оставляют для матушки истории, наименее - уничтожаются или разбредаются по личным архивам. Кроме того, есть ещё устные свидетельства ещё не почивших в бозе престарелых очевидцев, их приходится тоже иметь ввиду. Как раз по твоему делу они оказались бесценными.

- Преувеличиваешь.

- Нисколько. Смотри - твоя мама училась в Златоустовской средней школе номер девяносто с 2000-го по 2009 год. Она прошла по большинству классных журналов, экзаменационных листов, протоколов и прочих бумаг.

- А почему не по всем?

- Не всё сохранилось. Я часть видел только в оцифровке, часть в бумажных носителях. Оцифрованные и бумажные ничем не отличались, никаких подделок. Подчистки, конечно, были, но... естественные, не вызывающие подозрений. А вот опрос живых свидетелей меня огорчил, мягко говоря.

Это "огорчил" меня почему-то развеселило помимо моей воли, я никак не мог настроиться на серьёзный лад. Видя мой чрезмерный оптимизм и находя его чрезвычайно неуместным при таком тревожном положении вещей, Владислав развёл руками и с выражением крайней досады произнёс:

- Я могу и не...

Но я и на этот раз не дал ему договорить и заверил собеседника, что это "нервное" и что я тоже огорчён не меньше его, а может и... Потом, скомкав концовку своего объяснения, я деловым, самым деловым тоном, на который только был способен в настоящий момент, попросил продолжать. Владислав, удовлетворённый моей готовностью к трезвому восприятию результатов своего расследования, повторил, на всякий случай произведя замену на подходящий с его точки зрения эквивалент:


- Да, опрос живых свидетелей меня насторожил.

Дальнейшие его слова меня удивили, причём не столько содержанием, сколько сухой протокольной формой подачи материала.

- Одна из них, бабушка без признаков психической деградации, одноклассница, никак её не могла вспомнить. На общей фотографии она всех называла по именам, многих по фамилиям, и лишь показывая на изображение Филиной Ирины, она никак не могла вспомнить ни то, ни другое. Она заявила буквально следующее: "По-моему, она вообще с нами не училась."

Он мне протянул лист:

- Распечатка нашей беседы.

Я хотел положить бумагу в карман рубашки, но Владислав решительно был против:

- Читай сейчас.

Делать нечего. Документ, а иначе и назвать было нельзя, представлял из себя ни много - ни мало протокол допроса, а никак не доверительной беседы.

"Вопрос: А почему же она, в таком случае, не будучи вашей одноклассницей, фотографировалась вместе со всеми?

Ответ: Она с нами не фотографировалась.

Вопрос: Вы в этом уверены?

Ответ: Абсолютно.

Вопрос: Поясните.

Ответ: Она стоит на фото между Николаем и Наташкой Снегирёвой, а в действительности последние стояли бок о бок друг с другом, Наташка даже прижималась к Николаю".

Я представил, как эта бабуся выговаривает "в действительности последние стояли", и мне стало как-то не по себе: всё-таки неуютно было бы жить в таком мире, где обыкновенные бабушки, принимающие посильное участие в воспитании своих внуков и правнуков, устно выражались бы подобным образом, и покосился на Владислава - надо же, какую надо иметь фантазию, чтобы так исковеркать живую человеческую речь. А вот "даже прижималась к Николаю" - верю, ни дать-ни взять слова самой престарелой "одноклассницы", отказывающей в этом звании моей маме. Слова, что называется, "с пылу, с жару", тем более, что это пренебрежительное "Наташка" и уважительное "Николай" наталкивали на кое-какие выводы, прямо не относящиеся к делу. Владислав сидел в пол-оборота и равнодушно потягивал свой любимый вишнёвый напиток. Я снова вернулся к чтению.

"Вопрос: Эту деталь вы запомнили отчётливо?

Ответ: Ещё бы!

Вопрос: Поясните.

Ответ (уклончиво): Это сведения личного характера, и я имею право не разглашать их".

Ай да Владислав! Так "искусно" соединять "ещё бы!" с "право не разглашать", что диву даёшься. Что тут поделаешь - он же считает себя "профи", а какой же он "профи" без этих выкрутасов, без смеси французского с нижегородским. Но зато я какой молодец - по одной фразе унюхал, где собака зарыта. Ладно, зря я так не него ополчился, своё он дело знает, иначе я бы и не поручил ему такое.

"Вопрос: Каким образом она могла попасть на вашу фотографию?

Ответ: Это вы меня спрашиваете?

Вопрос: Извините за вопрос не по адресу..."

О, какая галантность! Да и она за словом в карман не лезет, в протоколе так и прорывается сквозь частокол канцелярских нагромождений её широкая и страстная, не побоюсь этого слова, натура. Я даже подозреваю, что припудренная медицинской мукой щека нашего доморощенного Шерлока - ни какой не свищ, не волдырь и даже не чирей, а ни что иное, как дело рук... Боюсь даже мысленно закончить крамольную фразу. Да и что он, в самом деле, пристал со своими глупыми вопросами к бедной старушке? Да, всё-таки интересно, под какой вывеской он вёл свой допрос, под видом социологического опроса? Вряд ли он сознается - свои методы, по крайней мере, полулегальные, он не раскрывает, не смотря на нашу дружбу.

"... Вопрос я поставлю несколько иначе: когда на фотографии появилась неизвестная под видом вашей одноклассницы?

Ответ: В последний раз, когда я расматривала фотографию, её не было.

Вопрос: А когда был этот последний раз?

Ответ: Да лет пять назад, а может быть и все десять.

Вопрос: А где хранилась фотография?

Ответ: Где-где, в альбоме, где же ещё".

Сразу видно, без скрытого диктофона не обошлось. Некоторые обороты почти один в один прямо с записи, без варварского редактирования, легли в строки протокола, и это самая сильная сторона документа, но большая часть подверглась то ли сглаживанию, то ли облагораживанию, и этот неумелый и бестолковый процесс давался автору, прямо скажем, нелегко. Особенно забавны его вопросы, буквально списанные с каких-то детективных романов, да к тому же старинных. Хотя бы взять его "вопрос поставлю несколько иначе". Где он мог такое вычитать? Не иначе, как в жизнеописании следователя майора Пронина, проницательного героя анекдотов вековой давности. Нисколько не сомневаюсь, что на фонограмме почти все его вопросы, как и ответы оппонентки, звучат совсем по-другому. Так бы и писал прямым текстом, и не пришлось бы вымучивать эти ходульные выражения. Эх, послушать бы оригинал, хотя бы с писком, заглушающим сверхнормативные выражения со стороны объекта соцопроса, без которых наверняка не обошлась эта милая беседа.

Вопрос: В этот период времени альбом кто-нибудь раскрывал?

Ответ: Никто.

Вопрос: За это время он мог попасть в чужие руки?

Ответ: ... ... ..!

Так-так, а вот и писк в записи, хоть и на бумажном носителе. Теперь я могу уже смело представить визави Влада со старинной сковородой в руке. А Влад в этом месте молодец! Здесь ни убавить, ни прибавить - высокий образец эквивалентного перевода человеческой речи с языка одного носителя информации на язык другого при безусловном соблюдении нравственных требований, главное - ровно три многоточия как ни чем не прикрытый намёк на многоэтажную конструкцию. Но Влад, игнорируя разом все пункты техники безопасности при работе с населением на чужой территории, невозмутимо и хладнокровно (профи есть профи) идёт на обострение, как шахматный чемпион, жертвующий разом ферзя и ладью ради мифического позиционного преимущества.

Вопрос: Вы можете это подтвердить в любом присутственном месте?

Надо же, он продолжает нарываться! На этот раз даже не на сковородку, а на чугунный утюг, такой же древний, как и оборот речи, который он удачно, по его мнению, ввернул в свой вопросник. А что, "присутственное место" - это звучит гордо, в нём не только запах нафталина, но и впечатление тяжеловесной солидности. Ясно, Влад здесь решил блеснуть знанием судопроизводства позапрошлого века, только вот перед кем? Вопреки моим ожиданиям, последний вопрос произвёл на бабушку нейтральное впечатление, и она ответила на него чисто по-одесски - вопросом на вопрос.

Ответ: В суде, что ли?

Вопрос: Да, и в суде тоже.

Здесь Владислав по инерции продолжил называть свои слова вопросами, а старушкины - ответами, хотя видно не вооружённым глазом, что в этом месте допроса всё было ровно наоборот. Ну да ладно, к своему концу беседа вошла в привычное русло.

Ответ: Да хоть на библии с конституцией вместе могу поклясться.

Вопрос: Кто из ваших бывших одноклассников может подтвердить ваши слова?


Когда я закончил читать, Владислав тихим голосом, почти шёпотом, стал говорить:

- Теперь, прочитав это, наверно, уже не удивишься моему выводу, да ты и сам уже догадался: твоя мама не училась в Златоустовской школе N 90 в рассматриваемый период. А вот фотокопии журналов с 1-го "б" в 2000-м году и кончая 10-м "б" в 2009 году. Везде против её фамилии оценки, кое-где "б" и "нб", то есть пропуски по болезни и другим причинам. Интересно, что по другим классам, "а", "в" и "г", за этот же период времени, почти ничего не осталось - так, какие-то жалкие обрывки. И не удивительно - ведь в то время, семьдесят лет назад, в учебных заведениях ещё действовали сроки хранения, по истечению которых документы безжалостно уничтожались. Достаточно долго хранились только имеющие отношение к пенсионному законодательству. Но что интересно - по интересующему нас выпуску есть почти всё, за малым исключением - журналы, экзаменационные листы, протоколы родительских собраний и педсоветов, справки, выданные ученикам в оправдания пропусков из поликлиник, военкоматов, отделов милиции, всевозможные объяснительные, приказы по школе, касающиеся учеников именно этого выпуска. Я даже проверил справку, выданную твоей матери в поликлинике. В этом лечебном учреждении тоже нашёл подтверждающую запись. Правда, в поликлинике с сохранностью документов тоже было из рук вон плохо - обрывочно, кусками и лоскутами, а вот по 2003-му года, когда была выдана справка Ирине Ивановне Филиной, почти вся документация была налицо. Как будто кто-то специально нам подсовывает доказательства подлинности её учёбы, чтобы этим массивом информации перевесить показания свидетелей. Таким образом, в этом классе на протяжении 10 лет учился некий документальный фантом с исходными данными твоей мамы. Нет, не возмущайся, я понимаю тебя, но признайся сам - какой можно сделать вывод, если никто из опрошенных одноклассников её не помнит, каждый утверждает, что на школьных фотографиях её видит впервые. А один старик стал божиться, что ещё дня за два до моего визита он в приступе ностальгии достал выпускную фотографию и показывал своей супруге, которая училась в параллельном классе, называя при этом по именам и фамилиям всех учеников, утверждал, что ни разу даже не запнулся, но в этот день незнакомой ему девочки на фото не было. Это меня не только удивило, но, не поверишь, и напугало. Можно смело предположить, что некто, имеющий тоже интерес к нашим поискам, внимательно следит за нашими действиями, идёт на шаг впереди и каким-то непостижимым образом делает тотальную взаимоувязанную замену подлинных документов и фотографий фальшивыми. Не представляю, кто бы мог производить такой огромный объём работ. Ясно, что он должен быть вездесущим и обладать сверхоперативностью, причём "сверх" тут такого же уровня, как и в твоём старом анекдоте о сверхпроводимости, которая может обеспечить беременность телеграфистки по проводам. Реально это могла бы быть компьютерная чудо-программа фантастического уровня с безграничным доступом, в том числе и ко всем наружным и внутренним видеокамерам и имеющая армию подслушивающих устройств.

Я сейчас же непроизвольно, очарованный услышанным, подсунул руку под стол и стал шарить ей, но Влад заулыбался и отрицательно покачал головой:

- Не читаешь современных шпионских романов! Знал бы, что размер их может быть столь миниатюрным, что их обнаружить можно разве только в наноскоп. Да и устанавливать их не надо - сами приползут, прибегут, прилетят. Но и этого мало. Где взять армаду невидимых и неуловимых исполнителей, чтобы изготавливать бумажные фальшивые документы в огромном количестве, доставлять их на место, заменять ими подлинные, а последние - уничтожать? Допустим, технически провести такую титаническую операцию возможно, но останется открытым вопрос с её финансированием, дешевле поменять местами Луну и Фобос.


Из записок Ивана Филина:


Вектор Возрождения. Раньше, до гибели Ирины, было просто число 3792, интересное тем, что при возведении в квадрат внутри результата оно остаётся неизменным. Ну и что? - спросите вы. Отвечу, но позже.

Я, вообще-то говоря, всегда, по крайней мере почти с такого же возраста, с какого пытался вмешаться в природу сновидений, интересовался на космогонией, вопросами происхождения мира, философией развития человеческой цивилизации, математическими парадоксами бесконечности. Вопросы как бы разные, но их объединяет один признак - масштабность. Меня не интересуют частности, какие-то детали, а нечто общее. Так, в космогонии мне не очень важна история происхождения Солнечной системы или нашей Галактики, хотя и это тоже представляет для меня некоторый интерес. А главный мой интерес в том, почему вообще появился наш мир, мироздание в целом. Это совсем не значит, что я целыми днями напролёт думал, думал, думал над некими проклятыми вопросами. Вовсе нет. Просто на досуге, когда уж больше и заняться было нечем. В первый раз я почувствовал необходимость, острую необходимость решить проблему возникновения мира, когда пришлось около Челябинского вокзала ждать несколько часов поезд. Билет был уже куплен, оставалось только ждать. Самое время поразмышлять о вечном, бесконечном и тому подобном. И вот вышагивая по вокзальному перрону, я задал себе вопрос: а почему вообще мироздание возникло. Как возникло - это вопрос пока был второй. Я понимал, что сначала надо решить "простой" вопрос - почему. Это значит, что я вполне резонно допускал, что мир мог и не возникнуть, не появиться. На вопрос "Какова вероятность встретить на Красной Площади живого динозавра?" армянское радио в своё время отвечало так: пятьдесят на пятьдесят - либо встретишь, либо нет. Почти такой же вопрос можно задать по отношению к нашему мирозданию: какова "пэ" его появления? Мне сразу же со смехом могут возразить - вопрос-де некорректен - ведь мир-то уже существует, на все сто процентов, и с этим упрямым фактом, хочешь-не хочешь, приходится считаться. И в который раз я с удовлетворением про себя отмечаю - хорошо, что в вопросах философии я дилетант и не связан необходимостью облекать свои мысли и фантазии в строгие научные формулировки. Однажды в постперестроечное время, когда на телевизионные экраны неожиданным потоком хлынули многочисленные музыкальные группы, о которых раньше мы и слыхом не слыхивали, телеведущий, говоря об участниках одной из них, заметил, что они не испорчены музыкальным образованием. То же я могу сказать и о себе: я не испорчен философским образованием, да и в математикой не очень силён. Не настаивая на том, что это какое-то преимущество, тем не менее я доволен таким обстоятельством, благодаря которому "легкость в мыслях необыкновенная", а потому без труда переформулирую каверзный вопрос, не опасаясь собственных предрассудков и чьих-либо упрёков - какова вероятность возникновения всего окружающего нас как единого целого при условии, что на момент постановки вопроса этого единого целого ещё не существовало? Если будем использовать для ответа наш обыденный опыт, "бытовую логику", то придём к неутешительному выводу: здесь "фифти-фифти" и не пахнет - не должно быть нас с вами на этом свете вместе с самим этим светом, в лучшем случае, даже при самом оптимистическом варианте наше существование маловероятно. Судите сами - перед Создателем, кто бы он ни был, бог или некий космический прораб, в начале всех времён, когда вообще ничего не было, стояли неразрешимые задачи. Правда, подходить к этому приходится с земными мерками, другого-то опыта, космического, нет. Ну а пофантазировать всё же можно. Итак, что нужно для сотворения мира?

А. Проектная-сметная документация. О согласованной и утверждённой я не говорю, потому, как не с кем согласовывать и некем утверждать по понятным причинам.

В. Материалы.

С. Топливо.

D. Рабочая сила.

Е. Машины и механизмы.

F. Инфраструктура.

G. Время.

Это основное, что приходит на ум. Но когда мы начнём работать по каждому из этих пунктов, обнаружится, что нужно много чего ещё. Так, по первому пункту нужно проектно-сметное бюро, по материалам - заводы-изготовители и договоры на поставки, по машинам и механизмом - запчасти и т.д. и т.п. Время я выделил в отдельный пункт, потому что я имел в виду не длительность процесса (в библейских источниках говорится о семи днях), а время как философскую категорию, а его-то ещё и не было, время тоже надо было, как звучит это не парадоксально, создавать. Конечно, это вроде бы шуточный набор для строительства мира, но он ясно показывает, что если бы Создатель заранее представил весь объём и сложность работ в условиях отсутствия чего бы то ни было, то он бы просто схватился за голову и плюнул на эту затею.

Шутки шутками, но за ними несомненно просматривается совсем нешуточная возможность "непоявления" мира. Это был бы самый вероятный и самый простой, безо всякой канители выбор Творца. Да и Творец, прежде чем решать, быть или не быть, должен откуда-то взяться. А то получается "вдруг откуда ни возьмись", как говорится. Его кто-то тоже должен был сотворить, а этого кого-то в свою очередь ещё кто-нибудь и т. д. Получается бесконечное, "дурное" нагромождение. Вот, исходя из всего вышеприведённого волей-неволей придёшь к трезвой мысли - нам с вами не светило появиться в этом мире, как и всему миру в целом. Ничего не должно быть, и всё тут! Простое решение проблемы. Как бы сказал Иосиф (но не тот, из Ветхого Завета, а сын Виссариона, семинарист-недоучка): есть мироздание - есть проблема, нет мироздания - нет проблемы. Однако мир-то вопреки всем этим благоразумным доводам тем не менее состоялся, и надо признать, довольно успешно. Дело осталось за малым - выяснить, почему это произошло, по возможности используя житейскую логику (другой-то всё равно у нас нет - ни космической, ни докосмической).

Прежде чем появиться нашему миру, должны быть предпосылки этого. Логично? Логично. Здесь не очень уместно наречие времени "прежде", ведь до возникновения, как уже упоминалось, времени ещё не было. Но я смело оставляю его, потому что не нахожу подходящего эквивалента - несовершенство нашего языка: по видимому, он может описывать только явления, совершающиеся в нашем, уже существующем мире. Или можно так сказать - предпосылки находились вне нашего мира. Но вне мира ничего нет, какие там могли быть предпосылки? В абсолютной пустоте. Да это и пустотой не назовёшь, пустота предполагает пространство, в котором ничего нет. А пространства, как и времени, тоже не было. Была только точка. Именно математическая точка, которая не имеет ни цвета, ни

запаха, ни размеров, ни массы. Про неё можно с полным основанием сказать - ничто. И вот в этом-то ничто и существовали пресловутые предпосылки. Каким же образом и какие именно? Буду рассуждать и далее логично, без логики - никуда. До Великого Возникновения не было ещё одной вещи, которую стоит упомянуть - не было законов. Никаких. Ни физических, ни химических, ни юридических. Было полное и абсолютное беззаконие. Этакое царство беззакония и безнаказанности. А значит, можно было вытворять в это благословенное время, не боясь никакой ответственности за содеянное, такое, что невозможно в материальном, уже возникшем мире (не буду повторяться, что "благословенное время" понятие условное по тем же причинам). Но кто мог воспользоваться этой невообразимой свободой в нашем идеальном объекте - математической точке? Да и чем можно манипулировать в абсолютном нуле (так тоже, наверно, можно обозвать нашу точку), с нулями, что ли? Из двух последних вопросов один лёгкий, другой ещё легче, и по традиции начнём с самого лёгкого. Но сначала скажу, почему я решил, что на эти вопросы должны быть простые ответы. Нет, не угадали, интуиция тут не при чём. Да только потому, что все сложности возникли после возникновения мира, а до этого всё должно было быть предельно просто. Проще пареной репы. Все эти галактики, эволюции и революции, протоны, нейтрино и кварки, интегральные и дифференциальные исчисления, короче, всё многообразие мира могло появиться только "после". Ничего даже отдалённо похожего на эту мешанину понятий "до" не было. В условиях "ничего" и не могло быть никаких сложностей. Поэтому предпосылки должны быть очень простые, ну очень. Вот из этого я и решил исходить. Но что этакое элементарно простое может прийти на ум? Сразу почему-то ничего не приходит. Почему? Да потому, что мы, с незапамятных времён обитая в нашем сугубо материальном мире, уже привыкли к его сложности, к его грубой материальности. Нам сложно, тяжело жить, ведя беспрестанную борьбу за существование, нам с трудом даётся освоение нового, и мы генетически настроены на преграды, всякого рода ловушки и головоломки во всём и всегда, и каждому из нас по истечению срока пребывания на грешной Земле на надгробии можно смело написать: "Погиб в неравной схватке с энтропией". Поэтому нам не сразу придёт в голову некая простейшая истина, которая раскрыла бы нам великую тайну появления всего и вся. Нам надо на миг отрешиться от всего окружающего, сбросить такую привычную пелену с наших глаз, и эта тайна нам откроется без всяких усилий. Но не тут-то было! Эта пелена совсем не на глазах, а в нашем сознании, и содрать её, намертво приросшую к нему, оказалось делом не совсем простым. Но я приложил некоторые усилия и... Всё, содрал. И Тайна открылась!

Оказывается, предоснову нашего существования можно объяснить математически. Но прежде всего хочу предупредить, что всё, что я предложу ниже, математически не вполне корректно, но это не должно нас смущать, ведь во-первых, "до" никаких законов не было, в том числе и математических, а во-вторых, всё это настолько просто, что легко воспринимается на уровне элементарной "бытовой" логики. Для объяснения я выстрою небольшую логическую цепочку, на каждом звене которой к вашим услугам наглядная физическая интерпретация.


1. Если единицу разделим на бесконечность, то в результате получим нуль. Здесь всё ясно: единицу делим на два - получаем 0.5, на три - 0,333, на четыре - 0,25 и т.д. Таким образом, увеличивая делитель до бесконечности, мы в результате получаем нуль. Физическая интерпретация: берём кусок некоторой бесструктурной однородной массы и начинаем его делить, и если нас никто не остановит и у нас в запасе будет вечность, то в результате мы тоже получим нуль - этот кусок просто исчезнет, даже пылинки не останется.

2. Производим обратное действие. Умножая нуль на бесконечность, получаем единицу. Логично? Логично. Физическая интерпретация: берём некую идеальную метлу и начинаем сметать в одну кучу то, что осталось от нашей однородной массы. При этом нас не должно смущать, что мести придётся стерильную площадь, ведь пыли-то не осталось. А каким образом мы наметём кучку, из которой снова слепим наш бесструктурный кусок, нас не должно особенно заботить - обратное действие в мысленных экспериментах всегда возможно. Это в реальном мире сброшенный с девятого этажа телевизор восстановлению не подлежит.

3. Заявленное во втором пункте и есть предоснова нашего существования - ведь мы из ничего в этом пункте получили нечто. Здесь мы можем уже говорить о материале для строительства нашего мироздания. Да, как это ни прискорбно, всё окружающее нас создано из ничего, как и платье голого короля. Только король так и остался голым, а наш мир благодаря такому материалу приобрёл и массу, и размеры, и цвет, т.е. всё необходимое для безбедного существования. Просто Андерсен жил задолго до меня и не мог по этой простой причине ознакомиться с моей теорией происхождения мира, в противном случае он в своей красивой и нравоучительной сказке, может быть, использовал бы какой-либо другой материал, более лёгкий, более прозрачный и более призрачный чем ничто. Только вот ума не приложу, что это был бы за материал. Но это уже не моя забота.

4. Да, именно ничто - материал для нашего мироздания. В этом месте мне могут возразить, что в моём примере из ничего появлялась масса только после обратного действия, т.е. сначала мы распылили массу, и уже потом, сметая в одну кучу, получили снова эту же массу. Но обратите внимание, что я не просто раздробил и распылил некую глыбу, а размельчил её на бесконечное число "кусочков", и каждый из них тянет ровно на ноль граммов с бесконечными нулями после запятой. После распыления ничего не осталось, нуль. Обратное действие начиналось с нуля, с абсолютного нуля. А нуль - он и в Африке нуль. Поэтому из любого нуля можно получить ту же массу, и не надо ничего крушить и дробить, вовсе не обязательно сначала что-то распылить, а потом с помощью метлы всё вернуть на свои места. Можно сразу выбрать любую идеальную стерильную поверхность с бесконечной площадью и намести кучу пыли, из которой потом слепить всё, что захочется. Обратное действие я привёл в пример для наглядности, не более того.

5. Согласно второму пункту для получения единицы, т.е. в физической интерпретации нашего мира, надо "ничто" повторить бесконечное число раз. Как это сделать или, на худой конец, хотя бы наглядно представить такое нанизывание друг на друга бесконечного числа нулей? Да очень просто! Если бы дело происходило в уже готовом мире, то для сотворения некоей массы из ничего пришлось бы производить именно такую рутинную работу - складывать в одну кучу поштучно эти нули (или мести совершенно чистую площадь гектар за гектаром). На один нуль положили бы другой, потом третий, четвёртый и т.д. до бесконечности. Но беда в том, что на это бесполезное занятие пришлось бы тратить бесконечное количество времени, вечность, а этой вечности в физическом мире нет, все явления в нашем мире ограничены в пространстве и во времени. Иное дело эту же работу, делание из ничего целого мира до момента его возникновения (о язык! Наш сугубо прагматичный язык, не приспособленный для описания таких запредельных явлений!) не требует вообще никаких усилий, так как в "то время" не могло быть отдельных нулей ("тогда" никакого структурирования, никакого выделения частей из целого ещё не было). Была просто неделимая масса нулей. Масса нулей. Ну а сколько? Миллион? Миллиард? Нет, конечно, числа, как бы велики они не были - это привилегия нашего, уже существующего мира. В таком случае сколько же их было тогда? Есть только три варианта ответа: один, много и бесконечное число. Но если первые два варианта, как мы выяснили выше, невозможны для Нулевого момента времени, остаётся вариант, обозначаемый в царице всех наук весёлой восьмёркой, потерявшей равновесие и принявшей горизонтальное положение. Ну а бесконечное количество "ничего", сконцентрированное в одной точке - это ни что иное, как какой-то физический объект согласно пункту 2 (нуль, умноженный на бесконечность даёт единицу, которая в физической интерпретации означает наш с вами мир). Это и есть предоснова нашего существования, причина мироздания.


6. Ну и последний вопрос: была ли у Вселенной другая альтернатива? Могла ли она не состояться? Руководствуясь четвёртым пунктом, мы можем торжественно провозгласить: "Нет, не было другой альтернативы, наш мир неминуемо должен возникнуть!", потому что "ничто", как мы только что выяснили, не может быть в единичном экземпляре или в любом другом конечном числе экземпляров. Число этих "ничто" бесконечно, а это уже материальное образование.

7. Здесь я попутно отмечу интересную вещь - единство идеального и материального. В идеальной математической точке возник материальный мир. Таким образом, никакой границы между идеальным и материальным в Нулевой момент времени не было. Эта граница, да и то условная (какие жаркие споры в философии по этой теме!) - удел нашего мира. Материальное - это всего лишь бесконечно повторённое идеальное. Таким образом, восточная поговорка "Скажи хоть тысячу раз "халва", во рту от этого слаще не станет" не совсем верна. Оказывается, не только станет слаще, но и появится сама халва. Правда, для этого повторить нужно не тысячу раз, а гораздо больше.

8. Меня могут заподозрить в непоследовательности - я пытаюсь объяснить появление мира математически и одновременно утверждаю, что "до" ничего не было, а значит, не могло быть никаких математических закономерностей, которые можно было бы использовать, рассуждая о предпосылках. На мой взгляд, здесь уже не математика, точнее, ещё не математика. Логика. А она, по видимому действует всегда и везде, даже когда эти "всегда" и "везде" условны, так как их нельзя полноправно использовать в условиях отсутствия пространства и времени.

7. В своих рассуждениях я решил не останавливаться и идти дальше. Ведь то, что я обосновывал в предыдущих пунктах, было осуществлено чисто формально. Логично, безупречно с моей точки зрения, но формально, потому что не отвечает на важный вопрос: каким же образом сложился наш мир? Да, мы теперь знаем, что послужило материалом для него, знаем, что он не мог не возникнуть. Но что послужило катализатором процесса, в результате которого образовались все эти струны, кварки, планеты, галактики. Каким-то непостижимым образом всё это возникли из некого первоначального зародыша, и этот зародыш возник мгновенно, в готовом виде и способным для дальнейшего развития. А что это значит? Отвечаю: у него должны быть сразу, т.е. непосредственно в момент возникновения, все необходимые функции как для самосохранения, так и для дальнейшего развития. Получается странная, парадоксальная картина - наш мир образовался без первоначального замысла, без плана, бесконтрольно из этого Зародыша, который в свою очередь возник сам собой, в мгновение ока, в завершённом виде и готовым не только постоять за себя, но и развиваться, ну а результаты этого развития налицо. Оглянитесь - как наш мир устроен замечательно, удивительно! Здравый смысл буквально вопит: это невозможно!

8. Я с полной ответственностью утверждаю - возможно . Слушайте и не возражайте.

8.1. Теория большого взрыва утверждает, что химические элементы стали образовываться с первых секунд после Взрыва. А что такое сам Взрыв? Чтобы он произошёл, должно же быть то, что взорвалось. Что-то ведь должно было взорваться? Я полагаю, что Взрыв - это и есть мгновенное появление зародыша, из которого потом в ходе естественных процессов в самом зародыше появились электроны, протоны, химические элементы, соединения, планеты, звёзды, галактики. Расширение Вселенной - это уже не сам Взрыв, а его последствия.

8.2. Итак, Зародыш появились мгновенно. А если это не так? Откуда такая уверенность? Вот электроны появились не сразу, в процессе расширения Вселенной, хотя и в первые секунды после Взрыва, а почему некий таинственный зародыш сразу? Мгновение назад ничего не было - и вдруг сразу что-то этакое. Да очень просто. Он не мог появляться постепенно в силу необходимости сразу быть самодостаточным, и в Зародыше с самого Начала должна быть сосредоточена вся масса будущей Вселенной, и эта масса не могла появиться в течении какого-то интервала времени, постепенно, килограмм за килограммом, нет, она появилась в нулевой момент времени вся сразу, а до него её не было совсем. Предположим, зародыш состоит из нескольких элементарных простейших частей, каждую их которых уже нельзя разделить на более простые, и в ходе взрыва сначала появилась одна часть, через какое-то время другая, потом третья. При постройке здания так и бывает - сначала заложат фундамент, потом возводят стены, крышу. Ну а вот наш герой возник в Нулевой момент времени в готовом виде. Как могло произойти этакое чудо? В своей практике мы не встречаемся с такими чудесами.

8.3. Не удивляйтесь, но тут всё дело в эволюции. Да, да, в эволюции на стыке идеального и материального, непосредственно перед первой секундой существования нашего мира, который я и называю Нулевым моментом. Этот Нулевой момент в отличии от первого момента не имеет протяжённости во времени, и физики называют его точкой сингулярности. Я уже упоминал, что это было благословенное время (простите ещё раз, что говорю об этой философской категории в условиях безвременья), время беззакония, абсолютной свободы и безнаказанности. Только в это время и могла произойти такая эволюция, создавшая наш мир. В процессе биологической эволюции выживают и остаются на арене жизни только те виды, которые приобретают в процессе жизнедеятельности необходимые для существования признаки. Природа как бы экспериментирует с биологическим материалом, создавая в организмах флуктуации (отклонения). Те отклонения, которые идут на пользу виду, закрепляются и передаются потомству, обеспечивая его эволюционный прогресс, ну а организмы с флуктуациями, не прошедшими проверку времени, убывают из дальнейшей гонки, хороня вместе с собой и вредные изменения. А как же обстоит дело с нашей эволюцией на грани идеального и материального? Как ни странно, но и здесь такие же принципы отбора, за исключением того, что он проводился не в течении миллионов лет и даже не в считанные часы, а в более сжатые сроки - мгновенно.

8.4. Этот процесс отбора можно представить весьма прозаично и наглядно, но пока не задавайте лишних вопросов, оставим на потом. Некто, живущий в условном многомерном пространстве, сконструировал некий очень маленький, но состоящий из бесконечно большого числа простых частичек материальный объект, но сделал это наобум, безо всякого порядка и безо всякой цели, ну а чтобы эта собранная мешанина не распалась раньше времени, он поддерживает её в устойчивом состоянии при помощи подвернувшегося так кстати энергетического поля. Назовём его Верховный Конструктор, и живёт он в условном, многомерном мире, у него богатая фантазия, поэтому он горазд на всевозможные выдумки и проделки, а его сверхвозможности позволяют ему безнаказанно и как ему заблагорассудится манипулировать с материей, что он без зазрения совести и делает. И вот наш кудесник новоиспечённый собранный им объект выдворяет за пределы своего пространства, туда, где ничего нет, т.е. туда, где покоился в своё время и наш Зародыш (извиняться я больше не буду за временные и прочие неувязки в условиях сингулярности), одновременно сняв с него защитное поле. И что же произойдёт после этого, как вы думаете? Правильно, объект, лишённый "родительского" благословения, состряпанный абы как и поэтому не подготовленный к жизни во вне нашего условного мира, погибнет, просто исчезнет. Но Верховного Конструктора это ничуть не смущает. Он берёт точную копию канувшего в лету объекта, чуть-чуть что-то в нём меняет и снова отправляет в неизвестность. Результат всё тот же. Конструктор опять проделывает ту же операцию ( этих копий у него навалом), внося при этом несколько другое изменение, но итог по-прежнему не радует - объект снова распался на нули. Но наш Сизиф, памятуя, что первые блины всегда комом, продолжает с упорством, достойным лучшего применения, неблагодарную работу - по-видимому, у него навалом не только копий, но и времени. И вот прошло несколько миллиардов веков, а может и чуть больше, и - удача! Попытка наконец-то увенчивается успехом - очередной плод бескорыстного труда нашего всемогущего экспериментатора не исчез, а так и остался в неизменном виде. По-видимому, на этот раз комбинация элементов оказалась настолько удачной, что они образовали самодостаточную систему, способную поддерживать самою себя и существовать без внешнего вмешательства.

8.5. Но Верховный не остановился на достигнутом, а продолжил в том же духе. И опять на протяжении миллиардов веков сплошь неудачные опыты, пока снова не появился устойчивый объект. Да, получена пара таких самостоятельных объекта, но этого Конструктору мало - что толку, что объекты не исчезают, ему нужно большего. Проходят новые миллиарды веков, даже сотни и тысячи. Коллекция постепенно пополняется новыми самодостаточными образцами, но селекционная работа продолжается. И вот, когда их накопилось в количестве, равном примерно десяти в тысячной степени, очередная комбинация привела к рождению Шедевра, именно с заглавной буквы - объект не только устойчивый, но он оказался способным к изменению, к развитию. И если мы проследим его дальнейшую судьбу, то вполне вероятно увидим, как он будет расширяться с образованием кварков, электронов, атомов, молекул, звёзд, планет, в т.ч и Земли, галактик и их скоплений. Резюме по этому пункту - в результате хаотичных и непоследовательных изменений в некотором первоначальном объекте случайно получен Зародыш нашей Вселенной, и он получен при отборе нашим Великим Комбинатором, да, да, при самом настоящем отборе с теми же принципами, что и при естественном - закрепление полезных флуктуаций, правда жизнеспособность полученных "особей" проверяется сразу: пан или пропал.

8.6. Я написал "вероятно увидим", потому что это мог быть зародыш другой, совсем не похожей на нашу Вселенную, но тоже способную к развитию. Таких зародышей может быть бессчётно, как и комбинаций частиц в первоначальном объекте, и все зародыши равноправны. Вопрос на засыпку - а кто же выбирает, какому из них дать возможность реализоваться? Ответ может быть только один - так как они все обладают свойством самодостаточности, то каждый из них имеет равное право на существование, а значит, они все и реализуются, исключений не может быть никаких. По-моему, мы подошли к Генеральному космическому принципу: всё, что способно существовать - существует. Поясню это примером. Наделим нашего Верховного Конструктора сверхразумом, чтобы он оправдал, наконец, своё высокое звание, и перестал тупо и бездумно комбинировать элементы в предъобъекте, тратя на это уйму времени, а, как и подобает конструктору, решился действительно конструировать зародыш (совсем необязательно Зародыш нашего мира, а любой другой, способный развиваться, развёртываясь в пространстве и времени), и, безвылазно просидев над чертежами семь дней, а не миллиарды тысячелетий, используя свой чистый разум, опыт, знания, создал желаемое, и побежал получать патент на свой материальный шедевр в соответствующую инстанцию. И что же вы думаете? Ему в этом отказали в самой грубой форме, обозвав при этом ещё и плагиатором (легко отделался, а могли бы просто на смех поднять как очередного изобретателя велосипеда!). Вы уже, конечно, догадались, почему - этот зародыш-шедевр, только что сконструированный нашим героем, оказывается давно уже существует, вернее существовал (тьфу, чёрт, с этой временной путаницей в столь деликатной сфере, относящейся к всё той же точке сингулярности !) и давным-давно развился во вполне благополучную и продолжающую развиваться вселенную. Таким образом, в Большом мире, а я так назову всю совокупность миров, существующих за пределами нашей Вселенной, никакому сверхразуму, каким бы продвинутым он ни был, в принципе нельзя создать ничего нового, способного функционировать, потому что всё это уже существует, и существует само по себе, исходя из своей внутренней природы, без участия внешних сил.

8.7. Я ввёл в свои рассуждения Верховного Конструктора конечно только для наглядности, однако обойтись без него для объяснения предэволюции нельзя. На самом деле, сами понимаете, никого нет, кто бы проверял на живучесть варианты зародышей, да и нет в этом никакой надобности. Ведь то, что может и способно существовать, как явствует их предыдущего подпункта, возникает само собой, а варианты, не удовлетворяющие этому требованию, так и остаются не реализованными. Предлагаю ещё один уровень наглядности, более реалистичный: в какой-то момент на той огромной экспериментальной площадке, которая начиная с первого мгновения после Нулевого станет Большим миром, предъявляются к реализации все возможные комбинации всех простейших элементов, все сразу. Ясно, что нежизнеспособные сразу исчезают, а все остальные, самодостаточные, остаются. Из них часть в силу удачного, хотя и случайного внутреннего строения, не только сохраняются, но начинают развиваться. Это и есть зародыши будущих вселенных. И образованы они в результате полноценного, хотя и неявного отбора, а это уже сам по себе признак эволюции. Я назвал отбор неявным, потому что выражение "предъявляются к реализации" весьма условное, оно только раскрывает суть явления, ну а самого предъявления как процесса в обычном понимании не было - ведь для этого необходимы две стороны - одна предъявляет что-то другой, да и в случаях нежизнеспособных объектов вообще нечего предъявлять, ведь они даже не возникали и могли существовать только в мифическом силовом поле фантомного Верховного Конструктора, который, вне всякого сомнения, мог бы, конечно, предъявить их, но вот беда - это только наглядный пример, не более того. Поэтому и эволюцию можно тоже назвать неявной, хотя её результаты, как видим, впечатляют!


8.8. Некоторый ключ к пониманию "процесса" возникновения Космического Зародыша (кавычки, сами понимаете, чтобы подчеркнуть мгновенность явления) может дать его принципиальная схема. Принципиальная - значит, безо всякой конкретики, однако она вполне может развернуть во всю ширь картину появления материального объекта из "ничего". Но сначала позвольте извиниться за большое, сверх всякой меры обилие кавычек и заглавных букв для самых разных понятий: Зародыш, Создатель, Комбинатор, Нулевой момент. Но как же без этого? Ведь я, в силу своего разумения описываю явления и объекты, относящиеся к самим Основам нашего мироздания, и как же перед ними не снять шляпу в знак Великого Почтения? Хотя многие из них виртуальные, фантомные, условные, но всё равно они имеют самое непосредственное отношение к Великой Тайне Возникновения (сами видите, здесь, в окрестностях Нулевой точки, ну никак не обойтись без заглавных).

8.8. Итак, принципиальная схема. Вообразим для наглядности некоторую условную банковскую систему с бесконечным числом банков, но на счетах у них - ни копейки, причём российская валюта тоже условная, не дискретная, как в реальном мире, а непрерывная, т. е. у неё нет элементарной единицы, копейки, а может быть и 0.1 коп., и 0.01 коп и т. д.

Есть такая шутка:

- Вася, ты где утром был?

- Ходил карасей ловить.

- Ну и много наловил?

- Ни одного - клёва не было.

- Тогда откуда ты знаешь, что ходил именно карасей ловить?

Так и с нашими банками - откуда мы знаем, что это банки, если в них нет ни копейки денег? Но это дело наживное, как будет показано ниже: не было ни гроша, да вдруг - алтын. Теперь представим, что на счёт R банка 1 поступили платежи на сумму 0,000... руб. с аналогичных счетов банков 2,3,4,5, ... , т.е. платежи поступили из бесконечного числа банков. Сколько средств в итоге поступило на счёт R банка 1? Согласно пункту 2 это должна быть сумма реальная, отличная от нуля. Предположим для определённости, что она равна одному миллиарду рублей (между нами говоря, сумма может быть любая). Теперь перейдём к банку 2 и будем туда закачивать деньги. Из каких банков? Да из банков с двойными номерами 2-2, 2- 3, 2-4, 2-5 и т.д. до бесконечности. Каждый из этих банков будет перечислять, само собой разумеется, по 0,0000... руб, но в итоге счёт R банка 2 опять-таки пополнится на миллиард руб. В банк 3 мы будем перечислять из банков 3-2, 3-3, 3-4, 3-5, ... Таким образом, для каждого из банков с номерами от 1 до бесконечности мы подберём бесконечное число банков с двойными номерами, а банки с двойными номерами мы обеспечим банками с тройными номерами и т.д. В сухом остатке мы получим завершённую банковскую систему, на счёте R каждого банка которой по миллиарду рублей. Из "ничего" получена гигантская сумма. Банки с нулевыми счетами сами себя профинансировали до миллиарда рублей каждый! Полная аналогия с возникновением нашего Космического Зародыша, только достаточно номера банков заменить на такие же номера элементов Зародыша, а выражение "перечисление средств со счетов" на "обеспечение": элемент 1 обеспечен элементами 2,3,4 и т.д. То же самое и для элементов с двойными, тройными и т.д. номерами. Здесь тоже имеем систему, все элементы которой обеспечены бесконечным числом других элементов, и в силу этого они все материальны, как и сама система в целом. Вот вам принципиальная схема Зародыша, построенная на внутреннем обеспечении и не нуждающаяся ни в создателях, ни в посторонних силах. И не задавайте мне, пожалуйста, вопросов, что кто-то должен же для создания функционирующей системы регулировать это обеспечение, хотя бы порядок и очерёдность процесса - освежите в памяти подпункты 8.6. и 8.7. Просто ещё раз напомню: все элементы во всех своих взаимосвязях возникли сразу, мгновенно.

8.9. Принципиальную схему для удобства и дальнейшего рассмотрения можно перенести на оси координат таким образом: элементы 1, 2, 3, 4 и т.д. по порядку на первую ось координат, элементы с двойными номерами - на вторую ось координат, с тройными - на третью и т. д. Конечно, используемая для размещения координатная система должна состоять из бесконечного количества перпендикулярных друг другу осей. Обратите внимание, что это ни в коем случае не модель физического пространства, а модель математического многомерного пространства связей элементов, связей, которые и обеспечивают физическое существование каждого из элементов и всей системы вместе. здесь речь не идёт о существовании конкретно в n-мерном физическом пространстве, ведь это всего лишь принципиальная схема, уложенная в математическое бесконечномерное пространство. Однако схема проливает свет на возникновение времени как философской категории. Речь об этом в следующих подпунктах.

8.10. В приведённой выше схеме легко просматривается жёсткая иерархия элементов, и если бы речь шла о социальном устройстве некоего человеческого сообщества, я бы употребил выражение - иерархия деспотического типа, так как на самом верху этой бесконечной пирамиды обосновался один-единственный элемент-деспот, и на этом простом основании мы его можем считать самым важным элементом, первым - все его координаты в системе равны единице. Он обеспечивается элементами, имеющими координаты по первой оси от двух до бесконечности, а эти элементы в свою очередь обеспечиваются другими элементами, вторые координаты которых равны от двух до бесконечности и т.д. И вот эта иерархия, имеющая направленность, как и всякая иерархия, сверху вниз, условно говоря, задаёт всей системе импульс движения во времени - запускает время.

8.11. О запуске времени конкретнее. Из курса тригонометрии известно, что расстояние от начала координат О до любой точки D в n-мерном пространстве, все координаты которой равны x, есть произведение x на корень квадратный из n, т.е. чем больше число измерений, тем длиннее отрезок OD. Проще говоря, точка D удаляется от начала координат по мере увеличения числа измерений при неизменных значениях её координат. Что это нам даёт? В бесконечномерном пространстве точка D, какие бы она не имела координаты, удаляется от начала координат на бесконечно большое расстояние, попросту она для точки O исчезает. Зададимся вопросом: куда же она может испариться, если в заданной системе координат она, имея фиксированные координаты, по-прежнему остаётся. Но тем не менее сколько бы долго мы не двигались от начала координат О во все стороны в поисках пропавшей точки, мы никогда её не достигнем. Вывод: в пространстве, где существует точка О, никакой точки D действительно нет. Значит, в нашей системе координат в бесконечномерном пространстве существует множество пространств, не имеющих общих точек. У всех этих пространств общее только одно - система координат.

Сосредоточим своё внимание на начале координат, точке О, и мысленно передвинемся от неё по первой оси на расстояние L, потом параллельно второй оси на то же расстояние. Двигаясь ещё раз на L параллельно третьей оси, попадём в некую точку К. Очевидно, координаты этой точки L, L, L, 0, 0, 0, ... (Три первых координат равны L, остальные нулевые). Теперь немного сдвинем точку К таким образом, чтобы все её координаты были изменены на очень малую величину t1, которую назовём элементарной. Новые координаты К после сдвижки: (L+ t1), (L+ t1), (L+ t1), ..., ... Поскольку изменены все координаты, новая точка К от первоначальной удалилась на бесконечное расстояние, т.е. перенеслась в другое пространство, однако, с другой стороны, сдвижка-то по всем измерениям очень маленькая. Мы её и назвали элементарной, чтобы подчеркнуть её ничтожность, а поэтому мы можем ею пренебречь, если нам не нужна уж очень большая точность. Давайте это и сделаем - округлим полученные координаты до L. В таком случае новые координаты К останутся прежними: L, L, L, 0, 0, 0, ... Ещё раз сдвинем К на ту же элементарную величину и снова получим после округления новые старые координаты. Вырисовывается такая картина: не меняя координаты точки К, мы каждый раз изменяем в ней что-то. Она вроде бы остаётся на прежнем месте (ведь координаты-то неизменны), одновременно исчезая из прежнего пространства и выныривая в новом. Здесь мы можем с уверенностью констатировать - К, не меняя своего пространственного положения, двигается вдоль некоей непространственной оси. Что это за таинственная ось? Откуда она взялась? А взялась она всё оттуда же, из математического многомерного пространства, не ограниченного числом измерений. Вот это последнее обстоятельство и образует нечто качественно новое, чего нет и быть не может у пространств с конечным числом измерений. Это принципиально новое измерение, непространственное, и оно обязательно возникает у систем координат с бесконечным числом измерений. И это особое измерение мы можем смело назвать осью времени. Это не физическое время, нет. У него нет основного его свойства - направленности и необратимости. Это время чисто математическое. Это такой же математический объект, как точка или прямая линия. Но если площадь круга равна пи эр квадрат в любом случае, так и любой бесконечномерный математический объект обязательно "погружён" в математическое пространство-время.

8.12. Вернёмся к принципиальной схеме Зародыша, перенесённой на ось координат. Предварительно отмечу, что разметка координат при наличии элементов несколько иная, чем в предыдущем подпункте. Точке О со всеми нулевыми координатами здесь оответствует первый элемент со всеми координатами, равными единице, так как он по порядковому номеру является первым по всем осям. Теперь, после смелых откровений, высказанных в подпункте 8.11, мы, принимая во внимание жёсткую иерархию элементов и её направленность, делаем вывод, что здесь абстрактное математическое время становится физическим. Зададимся вопросом, а все ли элементы, имеющие координаты от единицы до бесконечности относительно нашей системы координат, имеют отношение к Космическому зародышу? Ведь от элемента, названного мной элементом-деспотом, все координаты которого равны единице, до элемента с координатами, равными двум, расстояние бесконечное, а значит, что этот элемент уже явно не Нулевого момента, а более позднего. Ну а те элементы, которые находятся на конечном расстоянии от первого элемента, составляют "тело" Зародыша, все они имеют конечное число координат, отличных от единицы, вот они и только они возникли одномоментно и в готовом виде. Совокупность остальных элементов представляют собой уже то, во что эволюционировал Зародыш после запуска времени. В начале этого подпункта я написал: принципиальная схема Зародыша, перенесённого на ось координат. На самом деле, если брать во внимание все элементы, заполнившие все координатные ниши нашей бесконечномерной координатной системы, то рассматриваемая схема является принципиальной схемой всей Вселенной от момента возникновения до последнего (назовём её полной), и лишь незначительная часть этой схема относится к Зародышу. Правда, схема скромно умалчивает, наступит ли последний момент когда-нибудь или нет.


8.13. Возьмём на нашей принципиальной полной схеме первый элемент А1, все координаты которого равны единице, и элемент А2 с координатами, равными двум единицам. Очевидно, что расстояние между ними бесконечное, а значит, принадлежат они к разным моментам времени. Попробуем умозрительно перейти от А1 к А2, не смотря на недосягаемость их друг другу, для чего по первой оси перейдём от А1 на одну единицу, попадая таким образом на поле с координатами(2, 1, 1, 1, 1, 1, 1, ...). Сделаем следующий шаг навстречу А2 - параллельно второй оси тоже передвинемся на одну единицу и очутимся на поле (2, 2, 1, 1, 1, 1, 1, ...). Перемещаемся на единицу по третьей оси и угождаем на поле с координатами (2, 2, 2, 1, 1, 1, 1, ...). Делая последовательно то же самое по отношению к другим осям, обратим внимание, что в значениях координат единицы неуклонно заменяются двойками, и если мы будем и дальше продолжать подобные телодвижения, то в конце концов, имея в запасе неограниченное время, попадём на поле, на котором находится элемент А2. Памятуя, что рассматриваемые элементы относятся к разным моментам времени, и передвигались мы от поля к полю на минимально возможное расстояние, то и моменты времени разнятся тоже на элементарную единицу. Таким образом, А1 находится в самый первый момент существования Вселенной, т.е. является неотъемлемой частью её Зародыша, а элемент А2 - уже в следующий момент, когда Зародыш как таковой перестал существовать. Эта разность двух самых первых моментов "жизни" мироздания существенны для понимания природы Начала всех Начал. Если Зародыш появился в первый момент внезапно, вдруг, сразу и во всей своей красе, то во второй момент он уже изменился соответственно своим собственным внутренним законам. Поэтому состояние Вселенной в это время полностью определялось состоянием Зародыша, и начиная со второго момента началась её естественная эволюция.

Снова вернёмся к элементам А1 и А2. Переход от одного к другому мы осуществляли, изменяя последовательно все координаты на единицу, при этом мы двигались по естественной цепочке обеспечения - А1 обеспечен элементом, отстоящим на единицу по первой оси (конечно, не только им, а всеми элементами этой оси, но для нас сейчас важно выделение именно этой цепи зависимости), тот в свою очередь - элементом, находящимся на расстоянии единицы параллельно второй оси и т.д. Цепочка получается бесконечная, но она так или иначе приводит нас через разрыв, через сингулярность к элементу со всеми координатами, равными двум. Мы можем проделать ту же операцию со всеми элементами Зародыша, изменяя все координаты каждого элемента на единицу, и получим совокупность элементов, отстоящих по времени тоже на единицу. Заметим, эти элементы уже не связаны цепями обеспечения с Зародышем, и им для безбедного существования снова надо воссоздавать цепочки обеспечения, аналогичные действующим в Зародыше. Я написал "надо воссоздавать", но нельзя это понимать буквально, эти зависимости воссоздаются уже в силу того, что они имеются в Зародыше, и развёртывающиеся (опять неудачное словцо, ведь процесс одномоментный, но для понимания "кухни" по производству вселенных я его оставляю) цепи обеспечения сами приводят через сингулярность к воссозданию таких же зависимостей во втором моменте от Рождества Мироздания. В свою очередь воссозданные цепи зависимостей второго момента, развернувшиеся во всей своей полноте, снова приводят нас к необходимости воссозданию схемы обеспечения в третьем моменте (подавляющее большинство координат элементов принципиальной схемы для этого времени равны трём). И всё - время пошло.

8.14. На нашей системе координат мы можем отыскать элемент с координатами 1, 2, 1, 2, 1, 2, 1, 2, ... Интересно, к какому моменту времени он относится? Ясно, что ни к первому и ни ко второму, так как он отстоит от них в схеме на бесконечно большом расстоянии, т.е. это какой-то особый момент времени, и его нельзя поставить в последовательный "классический" поток времени. И таких неклассических моментов - хоть пруд пруди. При желании мы можем из них выстроить другие временные цепочки. Но что в таком случае у нас получается? Множество вариантов нашей Вселенной. Ну а что утверждают последователи Эверетта? Правильно - реализуются все возможные состояния. И мы этим подпунктом подтвердили правильность подобного утверждения.


Сейчас самое время вернуться к Вектору Воссоздания. Длина этого вектора, или продолжительность (кому как нравится), 3792 дня. Если начало его совместить с датой гибели дочери, конец придётся на 13января 2011 года, а середина совпадёт с 4 ноября 2005 года, днём рождения Маши. Пока это для читателя, если таковой когда-нибудь и объявится, ничего не говорит. Вообще, что это за векторообразующее число 3792? И зачем этот вектор? Постараюсь всё изложить по порядку, насколько это возможно для ситуации, когда нежданно-негаданно повыскакивали все эти совпадения.

Принципиальная простейшая математическая модель развития нашей цивилизации - число 3792. При возведении в квадрат получим результат 14379264. Что же символизирует возведение в квадрат как математическое действо? Оно, это действие, моделирует в простейшем, примитивном приближении сам процесс развития цивилизации. Ведь по мере движения по пути прогресса, а оно налицо, я думаю, это мало кто осмелится оспаривать, происходит расширения областей человеческого существования - границы физического существования (завоевание воздушного пространства, космоса и т. д.), границы научного познания, границы философского осмысления. Усложняется среда обитания, растут скорости передвижения, увеличивается само число разумных "атомов" цивилизации. При возведении в квадрат мы тоже наблюдаем ту же тенденцию расширения и усложнения. Было четыре элемента - стало восемь. Но это число, конечно, особенное - при возведение в степень сохраняется основание.


Конечно, сказать, что сохраняется основание, математически некорректно. Ведь 3792 есть совокупность трёх тысяч, семи сотен, девяти десятков и двух единиц. Ну, а внутри квадрата этого числа - те же три, но уже не тысячи, сотни тысяч, те же семь, но не сотен, а десятков тысяч. Одним словом, значимость каждой из цифр возросла на два порядка, поэтому говорить, что это то же самое число, нельзя. Но визуально наш глаз это воспринимает именно так. И в данном случае, а именно для нашей модели, важно то, что этот набор из четырёх цифр после эффективной математической операции, разрушающей любые цифровые последовательности (кстати, как и время, перемалывающее своими жерновами всё и всех) остаётся неизменным. Интересно, что из четырёхзначных это единственное число-феникс. Почему? Вопрос, конечно, интересный. И ответить на него не так просто. В пределах десятка (один знак) подобным свойством восстановления после возведения в квадрат обладают два числа - пять и шесть. Тут всё просто, однако и здесь сразу, с налёта аргументированно не объяснить, почему. Конечно, можно сказать, что это связано с центральным положением цифр в десятичной системе. И это действительно так. Поразмыслив, можно добавить для ясности, что нечётное число половинок в сумме даёт некое целое число десятков и одну не связанную с десяткой половинку, которая и является числом пять, оставшемся в составе результата после возведения в квадрат самого этого числа. Что касается числа шесть, то его можно рассматривать как то же число пять плюс один, и после возведения в квадрат все пятёрки (половинки для десятичной системы) связываются в десятки, так как шесть - чётное число, а единица сверх половинки, умноженная на шесть, опять-таки остаётся этим числом шесть, не уничтоженным в результате всё перемалывающего математического действия.

Но объяснить, почему число 3792 после аналогичного действия остаётся нетронутым в центре результата, не так просто. Здесь формируются некие защитные механизмы, обеспечивающие его сохранность. Если мы перейдём к пяти- , шести- , семизначным числам, к тем из них, которые тоже обладают свойством воссоздаваться после "квадратирования", то здесь можно говорить уже о примитивном инстинкте самосохранения. Увеличивая количество знаков в числе, подлежащем возведению в квадрат, после которого оно тем не менее остаётся неизменным как составная часть результата этого действия, мы переходим на всё более высокий уровень организации этого числа. Здесь можно уже рассуждать об эволюции, математической эволюции. А что? Основа биологической эволюции - закрепление прогрессивных признаков в результате развития отдельных видов живой материи, а закреплённые признаки и обеспечивают сохранность вида. В случае "математической эволюции" я сам себя назначаю субъектом этой эволюции, и беру быка за рога, т.е. весь натуральный ряд чисел от единицы до миллиона и, возводя их всех (не рога, конечно, а числа) в квадрат, оставляю только те результаты, в составе которых имеются эти числа в виде набора цифр в такой же последовательности (37922 = 14 3792 64). Этим я как бы произвожу искусственный отбор признаков, обеспечивающих сохранность "вида". И переходя с математических моделей развития цивилизации на действительность, то в этом случае сохранность тотальной информации по прошествии огромного отрезка времени обеспечивается не чем иным, как разумностью самой цивилизации. Ведь развитие просто некоей системы не приведёт к сохранению информации о состоянии её в прошлом. Точно так же возведение в квадрат произвольного числа не даст в результате само это число в составе полученного результата. Для этого нужна его элементарная "разумность". Этим признаком и обладает число 3792.


В процессе нормального развития цивилизации (а возможны ведь и тупиковые пути, всевозможные катастрофы, да мало ли чего) неизбежно наступает момент, когда технологически возможным становится моделирование её прошлого состояния на дату, отстоящую по времени на десятки тысяч или даже сотни тысяч лет. Я имею в виду почти совершенную модель (почти, потому что совершенных моделей не может быть по определению, ибо нет предела совершенству). Эта модель будет достаточно полная, включающая в себя все физические объекты размерами, скажем, начиная с нескольких нанометров в радиусе семь тысяч километров от центра Земли.

Для первоначальной модели большего радиуса и не потребуется, так как человеческая цивилизация, на первое января десятитысячного года до новой эры (произвольно взятая дата) ещё не шагнула за пределы Земли, да тогда она вообще была в зачаточном состоянии. И вот, начиная с первоначальной модели, секунда за секундой начинается воссоздаваться история земной цивилизации, полная история. "Ничто не забыто, никто не забыт" - вот девиз этого невиданного до сих пор удивительного процесса. С течением времени информационно-технологические возможности цивилизации возрастают, и становится возможным увеличивать сферу моделирования. Радиус моделирования возрастает до миллионов километров соответственно расширению пределов распространения земной цивилизации в моделируемом периоде. Возникает удивительный феномен - исчезает прошлое время, остаётся только настоящее и будущее, ведь прошедшее время, полная информация о котором становится достоянием цивилизации, принадлежит настоящему времени. Конечно, можно сделать примечание: недавнее прошлое, которое ещё не поддаётся моделированию, так пока и остаётся на какое-то время прошлым с неизбежной потерей информации о нём, но по истечению некоторого времени, пусть и исчисляемое сотнями тысяч лет, снова, как гигантский Феникс, восстаёт из пепла небытия. Здесь я могу даже, забыв о своей природной скромности, говорить об открытии закона сохранения информации, правда не на строгой научной основе, а скорее на интуитивной. Можно пояснить всё это так: перед чистым листом бумаги (экраном) в луче яркого света установим лезвие безопасной бритвы. На небольшом расстоянии на экране будет чёткое отображение её, можно даже прочитать надписи на лезвии. Но с увеличением расстояния от экрана изображение будет становиться всё более размытым, вот уже и надпись не поддаётся

прочтению, и наступает момент, когда на экране остаётся только светлое пятнышко. Так и любое событие, которое оставило в головах современников яркий, казалось бы неизгладимый след, с течением времени тускнеет, происходит неизбежная потеря информации, и в определённый момент, достаточно далёкий от времени происшествия, от него, этого происшествия почти ничего не остаётся. Вернёмся к опыту с лезвием. Когда лезвие будет достаточно удалённым от экрана, между ними поставим линзу и на экране ... вновь вспыхнет яркое изображения лезвия, и снова можно прочесть надпись! Информационно-технологическое могущество и будет играть роль этой линзы, извлекая из небытия давно прошедшие события вместе с их участниками в полной исторической экипировке. Сейчас самое время вернуться к числу 3792, которое можно рассматривать как простейшую математическую модель нашей цивилизации (именно в этом числе, как и в моделируемом объекте, заложена потенциальная возможность воссоздать самоё себя) по состоянию на некоторый момент времени t1. В этом случае возведением в квадрат мы моделируем процесс естественного развития её в промежутке времени между t1 и t2, тогда как результат математического действия можно рассматривать как модель цивилизации по состоянию на момент времени t2, когда становится возможным достаточно полное восстановление информации о прошлом состоянии, соответствующем t1. Набор цифр 3792 в середине числа, являющегося квадратом этого же набора, как раз и олицетворяет воссоздание информации.

Сейчас я хочу поговорить о принципиальной возможности восстановления информации в далёком грядущем в таких грандиозных размерах. В позапрошлом веке всерьёз рассуждали о детерминированности всех процессов во Вселенной. Если Архимеду приписывали знаменитое "Дайте мне точку опоры, и я переверну весь мир", то в пику ему некоторые учёные тогда могли с не меньшим пафосом провозгласить: "Дайте мне координаты всех частиц Вселенной, и я смогу предсказать состояние мира в мельчайших подробностях на любую дату!". Осознавая спорность, и даже абсурдность подобного утверждения, я, тем не менее, тоже могу воскликнуть, имея на это все основания: "Я могу "предсказать" состояние нашей планеты в мельчайших подробностях на любую, достаточно удалённую дату прошлого! Только дайте мне соответствующую замыслу сногсшибательную информационную технику". На чём основана моя уверенность? Очень просто. Если будущее неопределённо и многовариантно, то прошлое у нас с вами только одно. Это всем известно, и никто с этим спорить не будет. А вот как его "предсказать", да ещё в мельчайших подробностях, сейчас мы с вами и потолкуем. Вернёмся снова к математической модели развития цивилизации, но при этом не ограничимся возведением в квадрат, а будем использовать и другие степени.

Небольшой экскурс в прошлое. Лет тридцать назад в каком-то журнале прочитал о математическом вундеркинде, нашем соотечественнике, который мог перед публикой, как бы сейчас сказали, в режиме "онлайн" в уме извлекать корни тридцать второй степени из шестизначных чисел с точностью до одной тысячной. И из других больших степеней тоже, но мне запомнилась именно тридцать вторая. Тогда это сообщение произвело на меня ошеломляющее действие - надо же, каких только не рождает российская земля "невтонов"! Но потом, много лет спустя, я понял, что для таких вычислений вовсе не надо быть никаким вундерменом, а всего лишь заготовить и запомнить несложную табличку. Например, я готов утверждать, что могу моментально в уме извлечь корень десятой степени из любого числа от тысячи до десяти миллионов с точностью до одной десятой. Если вы предлагаете мне число 4 747 945, то я вам отвечаю: 4,2. Не трудитесь проверять - всё точно, по крайней мере до первого после запятой знака, как и договаривались. Никаких вам умопомрачительных вычислений, всего лишь имея перед глазами табличку, которую при желании можно легко запомнить:


2 1 000

3 60 000

4 1 млн.

5 10 млн.

Справа, как вы догадались, округлённые десятые степени чисел, расположенных в левой колонке. Тут всё ясно, нужен лишь небольшой навык экстраполяции для оговорённой точности вычисления. Ну, ничего более наглядного для подтверждения моих слов о восстановленной информации о прошлом просто не может быть! Попробуйте вычислить десятую степень какого-либо нецелого числа от 2,1 до 4,9 с точностью до первого знака после запятой, имея только карандаш и бумагу. Вам придётся повозиться. Ну а сделать это вообще безо всего, в уме, я и предлагать не буду - безнадёжно. А вот обратное действие, извлечение корней десятой степени с такими же условиями по точности всем под силу, легко и быстро. Так вот, восстановление информации о прошлом состоянии системы тоже можно считать обратным действием по отношению к естественному течению времени, поэтому сделать это ... Так и просится здесь набрать курсивом - легко. Но жизнь, реальная жизнь, её естественное развитие всё же не возведение в квадрат, поэтому троеточие я могу заменить только на "принципиально возможно". Но это "возможно" дорогого стоит, ведь речь идёт о практически полном информационном моделировании истории вместе со всем спектром её движущих сил от царей и президентов до рядовых производителей материальных ценностей, и возможно это потому, что любое гипотетическое изменение в настоящем, самое незначительное и мелкое, в будущем приводит к катастрофическим изменениям (фантасты это называют "эффектом бабочки" - раздавишь нечаянно попавшую под ботинок бабочку в эпоху динозавров, а возвратишься назад уже в другую страну). Возведением числа в десятую степень можно тоже считать принципиальной моделью развития нашей цивилизации, и в этой модели изменение основания только на одну десятую единицы ведёт к изменению результата на десятки и сотни тысяч единиц - своего рода "эффект бабочки" в нашей модели. Вот этот-то эффект и способствует как молниеносному извлечению корня t-ой степени с большой точностью, так и информационному воссозданию далёкого прошлого нашей цивилизации, и тоже с большой точностью. Я применил латинское t не без умысла, имея ввиду общепринятое обозначение времени, так как при извлечения корня чем больше показатель степени t, тем более точный результат можно получить. Такой же вывод в части точности результата можно сделать и по отношению реконструкции прошлого - чем больше прошло времени t с момента воссоздаваемых событий, тем более точная реконструкция. Это уже обратный "эффект бабочки". Здесь надо иметь ввиду, что для воссоздания прошлого вовсе не требуется полной информации о состоянии системы в настоящем, достаточно набора неполных, поверхностных сведений о некоторых крупных объекта и процессах. Можно всё это резюмировать так: имея макроинформацию о состоянии системы в настоящем, мы можем получить микро- и даже наноинформацию о прошлом состоянии. Это легко просматривается в той же математической модели - для извлечения корня с точностью до единицы вовсе необязательно знать само число под корнем, а всего лишь то, из скольких знаков оно состоит. Корень десятой степени из любого пятизначного числа при обусловленной точности результата равен трём, а шестизначного - четырём.


В чём я уверен на сто процентов, так в том, что существует принципиальная возможность построения математической модели такого мироздания и с такими фундаментальными закономерностями, в котором какая-нибудь цивилизация развивалась бы именно так: в определённый момент времени там появляется возможность тотального (детального) воссоздания своего прошлого, и с этого времени прошлое как философское понятие исчезает, будет только настоящее и будущее ( о недалёком прошлом, которое рано или поздно попадёт в зону воссоздания я умолчу, так как для последнего утверждения оно принципиального значения не имеет). Насчёт мира, в котором мы живём, я не могу быть таким же уверенным. Я не знаю, какие сюрпризы ждут нас на пути прогресса, какие у природы есть ограничения в информационном плане, поэтому полной гарантии достижения такого состояния, когда прошлое будет обладать такой же реальностью и полнотой, как и настоящее, я, к сожалению, дать не могу. В это только можно верить. И я верю. Да, говоря о полноте и реальности, я выразился неверно - прошлое будет более полным и реальным, чем настоящее, ведь о прошлом будет в таком случае полная информация, тогда как о настоящем полная информация появится только тогда, когда оно в качестве прошлого попадёт в зону воссоздания. Таким образом, прошлое поглотится настоящим и будет его завершённой, яркой и полной до мельчайших деталей составляющей. Настоящее, обогащённое каждым мгновением прошедшего человеческой цивилизацией пути в будущее, действительно будет настоящим. Настоящее настоящее будет органичным синтезом завершённой и незавершённой составляющей. Функции этих составляющих будут, конечно, разнится: незавершённая часть отвечает за действия в данный момент времени, а завершённая впитывает в себя многогранные результаты этих действий и их аналитическое осмысление. "Прошлое как яркая составляющая настоящего". Красиво сказано. Или написано. Но главное в этой мысли то, что это будет означать бессмертие для всех нас, но мы не будем просто лежать мёртвым грузом в "прекрасном далёком" в виде неиспользуемой информации, а напротив, будем активно участвовать в нём. Неизвестно, в каком состоянии, в дискретном (индивидуальном) или в коллективном, вероятнее всего, будет и то, и другое, мы даже сейчас представить не можем, что это будет за "смесь", Но я верю, что это будет такая немыслимо совершенная свобода духа и тела, которую мы сейчас даже смутно не можем представить. Однако кое-какие намётки у меня есть, и я хочу с вами, моими потенциальными читателями, поделиться.

Как всем известно, и у животных, и у человека, эмбрион проходит все стадии развития, которые выпали на долю этого вида, начиная с момента зарождения жизни. Человеческий зародыш сначала представляет из себя одноклеточный организм, потом происходит деление, появляются жабры и т.д., и всё это в ускоренном в миллиард раз темпе по сравнению с эволюцией. За 9 месяцев он проходит путь, который прошли все его предки до миллиардного колена включительно (конечно, десять в девятой степени число условное, не стоит на нём зацикливаться). Этот же принцип ускоренного прохождения предшествующих метаморфоз может быть успешно применён к первым воссозданным человеческим существам. К тому моменту, когда представится такая возможность, земная цивилизация в целом и каждый её представитель в отдельности претерпят кардинальные изменения, и перепрыгнувшим через тысячелетия, прямо скажем, будет ох как не сладко. И именно поэтому они будут некоторое время находиться в искусственной среде, своего рода "вольере", где и пройдут "ускоренные курсы" подготовки к новой жизни, т.е. последовательно, но быстро проскочат все социальные, информационные и биологические катаклизмы, которые произошли с человечеством после их смерти до момента восстановления. Я уж и не смею даже предположить, каким образом при этом будут разрешаться социальные противоречия, которые неумолимо возникнут в пылу Великого Воссоздания, хотя бы, к примеру, отношение между жертвой и палачом-убийцей, то ли будет глобальное Христианское Всепрощение, то ли наоборот, Страшный Суд, от праведного гнева которого никто не уйдёт. Одним словом, "разборки" могут быть ещё те!

И вот на основе этого предположения, а точнее веры, я и решил разработать и осуществить проект под кодовым названием "Европейский торнадо". Тогда, в конце двухтысячного года, находясь на границе веры и безверия, мне самому эта затея поначалу казалась отвлекающей игрой, просто желанием занять ум чем-то дерзким, на грани вызова то ли обществу, то ли господу богу, поэтому и придуманы были для этой игры все эти шпионские конспиративные штучки. И лишь некоторое время спустя я понял, что ввязался во что-то серьёзное. Конечно, я и тогда надеялся именно на то, что проект наберёт серьёзные обороты, но в скором времени этого не случилось, и я, решив, что игра так и останется игрой, охладел к нему. А потом начались странные совпадения. Об одном из них я уже упоминал.

Итак, я приступил к проектированию, приняв за основу своё собственное видение развития нашей цивилизации. Главная идея состояла в том, что я подготавливаю некий документ, который мог бы иметь юридическую силу в то отдалённое будущее. Согласно этому документу будет создана, когда это станет возможным в технологическом плане, информационная модель нашей цивилизации на определённый момент времени, отстоящий от гибели дочери на два года. Этот момент будет полностью соответствовать действительному состоянию цивилизации на первое сентября 2002 года за исключением того, что в эту модель будет включён дополнительный объект - моя дочь незадолго до своей гибели. И с этого момента модель цивилизации будет развиваться согласно обычным законам, но все последующие события в модели, конечно, уже не будут соответствовать реально произошедшим. Таким образом, просто будет создан искусственно параллельный мир. При этом люди этого мира даже не почувствуют никаких изменений в своей жизни, всё у них будет идти своим чередом. Почувствует изменение лишь автор проекта (с вероятностью 0,996) - он фактически воскресит свою дочь, ну и она, естественно, почувствует переход, субъективно пережив скачок в будущее на два года. Здесь есть интересный момент - я совершаю подвиг воскрешения, не имея каких-то особых способностей, да уж если на то пошло, не имея никаких полномочий на это "процедуру" от господа бога. Я её воскрешаю, как это не удивительно звучит, "на кончике пера", как и астроном, открывший планету Плутон, а может быть и Нептун, точно не помню, т.е. используя только ручку и бумагу. Но это разумеется только внешняя, видимая сторона дела.

На самом деле мне предстояла воистину титаническая внутренняя работа. Взять хотя бы один из важных аспектов проекта - перевоплощение. Для этого мне нужно будет добиться такого внутреннего состояния, при котором я на сто и две десятых процента буду уверен, что вот сейчас, здесь, на этом вот месте из ничего возникнет дочь, которая будет удивлённо глядеть по сторонам, и я буду ждать её появления на полном серьёзе, чтобы окликнуть её. И это нужно проделать неоднократно, чтобы заключить с будущим, в котором есть и частица меня самого, некий договор, и чтобы придать ему неотразимую юридическую силу, я и должен буду провести эти сцены с немыслимым самовнушением ожидания невозможного, ибо в документе в одном из параграфов будет начертано, что если эти ожидания не оправдаются, то это будет расцениваться как убийство. Герой верит, что далёкое будущее будет зиждиться на нравственных принципах, поэтому чтобы это "убийство" не произошло, нужно будет создать информационную совершенную модель Земли с прилегающим пространством, о которой говорилось выше. Неточно я здесь выразился, говоря о немыслимом самовнушении ожидания невозможного. Нет, это уже не ожидание невозможного, а его встреча, т.е. автор проекта, физически находясь в действительном, нашем, мире, психологически находится уже в той совершенной модели, которую создадут в далёком будущем. А если не создадут? В таком случае и будет совершено "убийство", потому что автор уже в этой модели, а модели самой не предвидится, а если нет мира, в котором автор мог бы реализоваться, значит, и нет самого автора. Это и есть его "смерть". Кавычки я поставил может быть зря, так как в случаях с совершенными моделями психологическая и физическая смерть, наверное, идентичные понятия. Не всё так просто с созданием модели, так как здесь наверняка будет противоречие - нашего автора убивать, конечно, нельзя, но и в нравственном, я бы здесь выразился точнее, высоконравственном мире нельзя по желанию отдельных индивидов в далёком прошлом воскрешать других, причём в этом же самом прошлом, только в параллельном. Почему? Во-первых, потому что это может быть воспринято как безнравственное вмешательство в привычный ход вещей, в ходе которого допускаются подобные чудеса, а во-вторых, почему именно автор проекта оказался достоин этого чуда, т.е. налицо несправедливость, которая не может быть допущена в высоконравственном мире, в третьих, если все захотят такого чуда, или хотя бы многие, то можно вообразить, точнее, нельзя даже будет представить, что будет твориться в этом мире. Вот такие противоречия! Сейчас я попытаюсь их снять.

Безнравственное вмешательство. Я с этим согласен, но здесь возможен компромисс. Вмешательство будет, но только единичное, одноразовое, а после него всё будет идти согласно законам нашего мира. Да, чудо будет, но самое главное, чтобы это чудо было малозаметным, замаскированным для посторонних людей. Одна из таких возможностей - объяснение чуда при помощи НЛО. В момент появления Ирины (я даже не хочу больше употреблять слово "воскрешение", т.к. оно предполагает в прямом смысле восстание из гроба, а здесь такого и близко нет) в небе возникает НЛО, и потом в теленовостях будет это связано именно с НЛО. Некоторых такое объяснение удовлетворит, а большинство в НЛО совсем не верят, они просто пропустят это сообщение мимо ушей, как и многочисленные сообщения о похищениях инопланетянами людей, опыты над ними, рождение младенцев от пришельцев и т.д. Таким образом, никакого замалчивания не будет, и в то же время не будет и никакого ажиотажа от этого события, и скоро оно вообще забудется подавляющим большинством.

Почему именно я достоин чуда? Только лишь потому, что оказался способным создать достаточно тонкий механизм осуществления своего плана? Одного желания здесь явно недостаточно. Немало людей преждевременно теряют своих близких, и все они ответили бы утвердительно на вопрос: "Хотели бы вы вернуть дорогую потерю?" (и немало шарлатанов пользуются этим обстоятельством, достаточно свежий пример - Гробовой, обещавший за немалые деньги возврат в этот мир погибших родственников). И большинство понимают невозможность этого, а кто продолжает упорно цепляться за возможность чуда, те кончают свою жизнь в психлечебницах, по крайней мере, многие из них. А вот я сознательно пошёл на второй вариант, понимая, что чудо в его обычном понимании невозможно. Но тем не менее я уверен, что чудо состоится. Именно состоится, а не произойдёт. Потому что оно будет подготовлено, подготовлено на основе предвидения. Кто же его подготовит? Я? Хотел бы ответить утвердительно, но не могу - такое грандиозное, космическое событие! Масштабы несопоставимы - я и совершенная модель нашей цивилизации. Претендую всего лишь на скромную роль инициатора, правильно, на мой взгляд, рассчитавшего возможные препятствия. Конечно, здесь речь не идёт о научном прогнозировании или расчёте, это скорее интуитивные поиски, которые некоторым образом могут привести к успеху. Но здесь мы несколько отвлеклись. Продолжу снова о себе в третьем лице, мне так в этом месте моих рассуждений удобнее. Так почему именно наш автор проекта достоин этого чуда? Только лишь потому, что он поставил на ту лошадку? Или потому, что он единственный оказался способным додуматься до этого? На этот вопрос можно ответить только так: кто подготовит такой договор, который обладает юридической силой, т.е. ставит исполнителя моего проекта в такое безвыходное положение, при котором отказаться от предмета договора просто невозможно по нравственным соображениям, тот и окажется достоин этого чуда. Много ли таких найдётся? В процентном отношении мизерная доля, но в абсолютном выражении много, очень много. Ну и что, для каждого из них будет создаваться совершенная модель, то есть по существу целая вселенная? Вселенных на всех не напасёшься! (Реплика бога, только он может это произнести). Насчёт вселенных я преувеличил, ведь речь идёт о копиях в ограниченном радиусе от центра Земли в зависимости от размеров космической экспансии нашей цивилизации на определённый момент времени. А это, согласитесь, лишь ничтожная часть Вселенной. Здесь, правда, может быть такое возражение: нельзя создать детальную копию маленького островка, который связан миллионами и миллионами нитей со всем миром. Я отвечаю - нет, можно. Выше я приводил доказательство того, что копируя прошлое состояние системы, достаточно сравнительно небольшой по объёму современной информации, поверхностной и по ограниченному кругу объектов по своему вкусу.

Здесь интересный возникает вопрос: договор предполагает как минимум 2 стороны. Одна сторона, понятное дело - гражданин Филин Иван Дмитриевич, заказчик. Другая - исполнитель проекта. Но кто же он? Нам трудно его представить, но всё же попытаемся составить портрет-непортрет, скорее социальный фоторобот (если можно применить этот термин из криминальной практики для не визуального продукта чисто психологических и философских измышлений), составленный из нескольких туманных и неясных абриссов.

1. Он является частью будущей цивилизации.

2. В условиях немыслимо усложнённых связей в нём отражается вся будущая цивилизация, которая оказывается так или иначе вовлечённой в проект.

3. Неотъемлемой, хотя и малой частью исполнителя является сам заказчик, успевший за короткое время после воссоздания эволюционировать во что-то непонятное, но более совершенное.

4. Эта часть хотя и малая, но её нельзя назвать незначительной, иначе бы проект не имел никакого смысла. От осознания себя в грядущем мире, от осмысления и переосмысления этой частью самого проекта зависят дальнейшие действия по осуществлению "Европейского торнадо".

Таков вот портрет исполнителя. Правда, глядя на него в упор, теряешься в догадках, как его материализовать, чтобы он подписал наш договор. Разумеется, если это ему удастся сделать, то он в каком-нибудь сорокатысячном году, засучив рукава, начнёт осуществлять оговоренное. Но договор-то нужно заключить сейчас, в начале двадцать первого века. Это нельзя отложить на потом. Ведь там, в "прекрасном далёко", никто и палец о палец не ударит без полностью оформленного документа, основываясь лишь на благие пожелания некоего автора экзотического проекта.

Ну а сейчас рассмотрим другую грань проекта: субъект и объекты. С субъектом всё ясно - это заказчик. Да и он Но составленный из нескольких неясных и туманных абриссов. субъект проекта. А другая? Разумеется, объект проекта, копия меня самого. Количество договоров, конечно, по числу копий равно восьми, и каждый из объектов заключает отдельный договор с субъектом. Естественно, договоры подписываются до копирования (вот так простенько я называю операцию не просто космического масштаба, а сверхкосмического, но что тут поделаешь, приходится использовать давно набившие оскомину канцеляризмы, да так и проще, как-то по-деловому - назвал копиями, и не надо благоговеть и понапрасну комплексовать перед грандиозностью замысла - это надо же, на что замахнулся!), ну, а пока нет копирования, значит и нет участников проекта, которые должны появиться в весьма отдалённом будущем. Ну а кто же будет подписывать подготовленный договор? Конечно, раз они мои копии, то я, наверное, могу подписаться за каждого из них: под договором N1 после "объект-1" поставлю свою подпись, но со звёздочкой*, так как расписался не сам за себя, под договором N 2 после "объект-2" снова свою со звёздочкой и т.д. Но просто подписаться нельзя, надо право подписи "делегировать" автору проекта отдельным пунктом, что я и сделал.

В общем, забюрократизировал проект по полной - перед такой бюрократической машиной спасует любой представитель будущей человеческой расы! Юмор юмором, но именно на детальную проработку всех формальностей я сделал ставку - уж если этим занялся всерьёз, то сделал всё возможное, чтобы к моему проекту как документу нельзя было подкопаться никаким будущим представителям "прекрасного далёка". Сорока семью параграфами Договора я им не оставил ни единой лазейки!

Поясню, как я пришёл к восьми копиям. Когда-то я читал небольшой фантастический рассказ, про который сейчас, при разработке "Европейского торнадо", я вспомнил. Потратив несколько часов, я всё-таки отыскал его. "Побег не состоялся". Автор - С. Варен. Привожу его с незначительными сокращениями.


"Збареш сразу узнал адвоката по полученному вчера фото. Тот сидел прямо на горячих, почти раскалённых летним немилосердно жарким для этой умеренной широты солнцем плитках и бросал в воду камешки или что-то вроде этого. "Сегодня лучше сидеть дома под душем, чем здесь". Пароль незамысловатый, но удивительно подходил для данного момента по метеорологическим соображениям. Старик не сразу оторвался от созерцания многочисленных кружков на воде, медленно, очень медленно, словно нехотя встал, отряхнул зад своих белых брюк и только после этого поднял внимательные глаза на Збареша. "Согласен. Но вот дом-то мой в нескольких парсеках отсюда". Всё, теперь можно перейти к делу, без лишних расспросов.

- Мой клиент согласен. В принципе.

Збареш насторожился:

- Что значит "в принципе"? Мы так не работаем. Да или нет?

Адвокат поморщился.

- Да, конечно да! Просто ему мудрено втолковать суть того, что вы делаете. Ему подавай отключенную сигнализацию, ключ от ворот в условленном месте, тяжёлый пистолет, спрятанную в кустах ракету и уж конечно погоню, как без этого.

Старик усмехнулся. Потом смахнул с лица свою полуулыбку и деловито пояснил:

- Мы бы действительно пошли примерно таким путём, но с Реберкабра не убежишь. Абсолютно исключено. Только виртуально, воспользовавшись вашими услугами. Половина суммы переведена, половина - после выполнения. И дополнительно десять процентов за удовлетворительное объяснение моему клиенту, что ничего из ниже перечисленного не будет: ни отключенной сигнализации, ни свиста пуль, и даже самого побега в общепринятом смысле. Я - не смог, может быть, вам удастся. Но в любом случае побег, как бы он не усвоил ваш урок, состоится - ему терять нечего. Мне вот тоже интересно - какова вероятность благоприятного исхода? Теперь, когда сделка заключена, можете откровенно...

Збареш, засунув руки в карманы и покачиваясь с пяток на носки, простодушно ответил, глядя мимо собеседника на далёкую линию морского горизонта:

- Тут никакого секрета нет. Чистая математика. Скорее арифметика. Неблагоприятный исход - один на тысячу двадцать четыре. Проще говоря - один на тысячу.

- Ого! При обычном побеге шансы намного скромнее. Да что там говорить, вероятность того, что я доживу до следующего понедельника, и то, полагаю, намного меньше. На этом моя скромная миссия закончена. Теперь Отто - ваш клиент. Прощайте.


Збареш сошёл с трапа и, следуя по направлению сигнального указателя на левой руке, пошёл вдоль огромной серой стены с повторяющимися через каждые сто метров надписями "Космопорт Реберкабр. Закрытая зона". Он пересёк несколько широких безлюдных коридоров с внутренней подсветкой и очутился перед дверью со скромной небольшой табличкой "Комендант", которая тотчас же гостеприимно распахнулась. В маленьком кабинете за канцелярским ничем непримечательным столом сидел совсем молодой человек в роскошном, очевидно парадном форменном костюме и, дежурно улыбаясь, предложил место напротив:

- Добрый день, мистер Збареш! Это пустая формальность, но всё же я должен задать вам этот вопрос - ничего запретного из списка 23 у вас, надеюсь, нет?

Збареш, одуревший от пятисуточного одиночного полёта, рад был поговорить хоть с самим дьяволом, а не то что с комендантом планеты-тюрьмы:

- О, господин комендант, вы ведь ещё при подлёте давно просветили меня насквозь, так что я не то что дезинтегратор, но и обыкновенную взрывчатку не смог бы пронести, - Збареш коротким жестом приподнял чемоданчик,. - Только записывающая аппаратура.

- Я же и говорю, что формальность. Устав наш не менялся уже лет восемьдесят, вы ведь знаете, что такое английский консерватизм. Многое из того, что мы делаем здесь, выглядит для постороннего человека идиотизмом чистой воды. Но уж лучше неизменный порядок, чем стремительно меняющаяся неразбериха. Ах, извините! Ну какой же вы посторонний?! Наши связи с Лигой Общественной Защиты прав заключённых настолько тесные, что...

Комендант не стал уточнять, насколько они тесны и прочны, так как это была очень скользкая тема для разговора с представителем ЛОЗПЗ - ведь одних только судебных тяжб было за последние три года несколько сот.

- О цели визита мы, конечно, знаем, только я вот лично, в неслужебном порядке, хочу вам сказать, что заключённый bwj-138 совсем не заслуживает ваших душеспасительных бесед. Я бы мог порекомендовать список лиц, действительно в этом нуждающихся. Но это ваше дело. Однако я хочу, чтобы вы донесли до вашего руководства, что мы с Лигой и впредь будем работать рука об рука, будем содействовать в осуществлении контрольной функции со стороны общества...

Ну вот, началось! Обычная песня. Збареш прилетел сюда впервые, но всегда где бы он ни был, руководство тюрем, такие же вот коменданты, даже внешне чем-то похожие друг на друга, заверяли членов лиги в чистоте своих помыслов и дел, тогда как в действительности с правами заключённых было почти везде не просто неудовлетворительно, а откровенно ужасно, год от года всё хуже и хуже. Збареш приготовился к продолжительному, скучному монологу, уселся поудобнее, попрочнее, но комендант, к счастью, не стал лезть в дебри взаимоотношений с Лигой, а доброжелательно закончил:

- Плодотворной вам работы, мистер Збареш! С камеры наблюдение и прослушивание я сниму сразу же ровно на пятьдесят пять минут согласно пункту 17 Общей Договорённости.

Ещё бы не снять! А лет пять назад о н и беззастенчиво нарушали этот пункт, прослушивая разговоры членов Лиги со своими подопечными, и только после того, как несколько высокопоставленных тюремщиков сменили своё положение на статус заключённого, удалось остановить это беззаконие, причём раз и навсегда.

- Да, кстати! Одну вещь из упомянутого запретного списка вы, мистер Збареш, всё же взяли с собой. Не догадываетесь? Конечно карты, обыкновенные игральные карты.

- Но в инструкции не уточнено...

- Да, да, конечно. Но другой бы на моём месте мог и придраться, всё-таки прямое отношение к азартным играм. Но мы не такие уж зануды, как некоторым хотелось бы нас представить. Да и сидит bwj 138 в одиночке, с кем же играть-то? Надеюсь, вы с ним не будете этого делать? Впрочем, если это и произойдёт, об этом никто и никогда не узнает. Для нас семнадцатый пункт священный! Однако мы вынуждены просить вас карты в камере ни в коем случае не оставлять.

Указатель снова повёл Збареша по лабиринтам тюрьмы, и через пятнадцать минут тот оказался в камере заключённого bwj-138. Усталый безразличный взгляд, безвольное лицо - таких заключённых он встречал в каждой тюрьме, ничего примечательного. Раздался сигнал сначала о закрытии камеры, а затем о снятии наблюдения и прослушивания. Збареш сел рядом с заключённым и стал внимательно рассматривать его. Ровесник, не больше сорока. Тот сначала недоверчиво посмотрел на чемоданчик, потом перевёл взгляд на самого Збареша.

- Я - Збареш, член Лиги защиты...

- Зови меня Лаго, - прервал его заключённый. Лицо его непостижимым образом преобразилось, словно с лица слетела маска, - Мне адвокат всё сказал, но у меня есть ряд вопросов. Он пытался мне что-то объяснить, но... Прежде, чем начать... как это назвать... процедуру, а никак не побег, хочу услышать вразумительные ответы на эти вопросы. Во-первых: мне не совсем понятно, как я вообще попаду на свободу? Хорошо, вы спишете информацию с моего мозга вот этой самой штукой, а на воле эту информацию запихнёте в кого-то, но это ведь буду не я, а кто-то другой, незнакомый мне, только знающий мои самые сокровенные мысли. Если здраво рассудить, этот человек получит информацию от меня, но кто получает информацию, тот и должен платить за неё. А почему же в таком случае я сам заплатил, уже заплатил бешеные деньги за эту информацию?Пользоваться-то будет он. Причём здесь я? И где здесь вообще просматривается свобода для меня? Сдаётся мне, Збареш, что здесь просто кто-то хочет захапать мои денежки, используя то обстоятельство, что я-то всё равно не смогу никогда ими воспользоваться и ради какой-то мнимой, призрачной свободы соглашусь на это, ведь терять мне нечего. Элементарно, вместо моей свободы этот кто-то хочет получить свободу для себя распоряжаться моими деньгами. Хитроумная задумка, не правда ли?"

Вдруг раздался сигнал включения прослушивания, потом механический, замогильный голос забормотал: "Технический сбой... технический сбой... технический сбой...". Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но включился знакомый голос с извинительными интонациями: "Прошу прощения, мистер Збареш, но действительно произошёл технический сбой. Центральный компьютер, к сожалению, мы не имеем права отключать, вот он и несанкционированно прервал установленный локальный режим, но мы ... Причастные получат своё - будьте уверены! Эту информацию мы вам тоже предоставим. Режим восстановлен. Можете продолжать". Вот хитрый лис! Хотя уже одно то, что о н и стали так обходительны с членами Лиги, говорит о новых веяниях, ещё несколько лет назад об этом можно было лишь мечтать. Центральный компьютер мог на самом деле сбрендить - раз он не отключён, то, видимо продолжал просеивать информацию на ключевые слова, а ведь Отто-Лаго несколько раз произнёс слово "свобода", а для тюремного компьютера это как чёрту ладан, вот он и среагировал. Надо будет сделать запрос о технической стороне этой процедуры, пусть улучшают программирование, чтобы никаких сбоев!

Пока продолжалась техническая заминка, Отто потерял весь свой пыл, глаза его потухли, лицо приобрело безразличное выражение, словом, это был уже другой человек, тот, к которому Збареш вошёл в камеру десять минут назад. Удивительная метаморфоза!

- А вот теперь, Бареш, попробуй разубедить меня, тебе ведь за это тоже заплачено, - вяло закончил свой монолог Отто.

Збареш мысленно несколько раз прокручивал предстоящий разговор в разных вариантах, но сейчас понял, что не смотря на кажущуюся очевидность, этот разговор будет не так-то прост, но стоит постараться - десяток процентов от приличной суммы не помешает.

- Давайте без излишней премудрости - сейчас вы будете записаны, полностью, до последнего атома. На волю в этом чемоданчике пойдёт абсолютно вся информация о вас, значит, это вы, сами, собственной персоной пойдёте на волю. Уяснили?

Отто отвёл глаза и посмотрел на потолок с такой заинтересованностью, как будто на нечто стоящее внимания сидельца с большим стажем, и Збареш тоже туда взглянул из одного только инстинкта подражания - совершенно плоский низкий потолок без всякого намёка на какие-либо архитектурные изыски.

- А это ничего не значит, - ровным голосом возразил заключённый, - что бы ты мне сейчас не говорил, одно я знаю точно: я-то здесь остаюсь. Меня в этот чемоданчик не запихнёшь. Если я только не джинн, а я как раз и не джинн. От этого факта никуда не деться.

- Я рад, что мы с вами немного продвинулись вперёд.

Собеседник с некоторым удивлением взглянул на Збареша. Ничего, его можно расшевелить. Заинтересовать. Даже заинтриговать.

- Да, да. Именно вперёд. Вы же не возразили по поводу полноты информации. Это хороший признак - вы верите... Нет, не верите, а уверены, что вы, именно вы благодаря этой полноте покинете вашу камеру именно в этом информационном сосуде, и пусть один из вас всё же останется здесь, другой-то ... , - Збареш хотел сказать "других", но вовремя передумал - всему свой черёд, - после материализации окажется на такой желанной для вас свободе.

Лаконичность, напор и натиск, некоторая образность тоже не повредит - и эти десять процентов окажутся у меня в кармане, честно заработанные десять процентов. Это же не трюк, не фокус, не мошенничество, а действительно побег. Только надо убедить клиента в этой действительности.

- Вот-вот, ты уже заикнулся о ком-то другом, о чём и я говорил. Только этот другой вовсе не я. Я - вот он, здесь, в этой паршивой камере! Ты меня, Бареш, видишь? Вот он я! И я отсюда никуда не денусь. И такое положение вещей ты изменить не в состоянии. Ответь прямо именно на этот вопрос! Не в состоянии? Не в состоянии, да?

О, чёрт, это уже близко к истерике. Это совсем не входит в мои планы. Ну, что же, примем твои правила игры.

Збареш, не обращая никакого внимания на то, что его собеседник упорно произносит его имя в усечённом виде, без головы, снова обрёл потерянную было уверенность:

- Я отвечу. Прямо. Совершенно откровенно. Не в сос- то-я-ни-и.

- А что я гово...

- Не в состоянии всех вас выпустить отсюда! Один из вас должен всё равно остаться, это ты верно заметил. Но только один, а остальные...

- Чёрт возьми, вас, нас... что ты меня путаешь? Что это значит? И сколько же нас вообще, если уж на то пошло?

Збареш коснулся взмокшего после крика лба. Нет, он не потерял самообладание, всплеск эмоций входил в его планы, которые, правда, приходилось корректировать на ходу, и очень сильно корректировать.

- Вот и второй шаг к пониманию, Отто...

- Лаго! - рявкнул Отто, он же Лаго.

Член лиги после небольшой паузы невозмутимо продолжил:

- Ты уже задался вопросом, сколько же вас участвует в этом побеге. Хорошо! Я удовлетворю твоё любопытство.

Збареш вполне осознанно перешёл в разговоре с клиентом на "ты". Главное - вовремя это сделать, показать, что преодолён некоторый барьер непонимания, показать, что полным ходом налаживаются доверительные отношения. Именно показать ему, хотя на самом деле только наметился путь к этому. Пусть клиент почувствует этот твой настрой, и доверительные отношения никуда не денутся! Вера в победу - уже половина победы, кажется, у русских фельдмаршал Суворов так говорил.

- Ты спрашиваешь: сколько вас? Да, это очень важный момент, ведь от количества участвующих зависит вероятность успеха. Это уже азы теории вероятности, но нам с тобой большего-то и не нужно, ни в какие дебри лезть мы не собираемся. Предположим, сейчас я сделаю один твой снимок...

. = Зачем предполагать, - усмехнулся Отто, - делай!

- Чуть позднее. Если до снимка ты был один, то после него, точнее после материализации снимка вас будет уже двое.

- Я и ...?

- Ты и ты. Только один здесь, в тюрьме, другой далеко от этого мрачного места, на свободе. Но этот другой - тоже ты. Попасть на свободу для каждого из вас, повторяю, именно для каждого из вас - один шанс из двух, пятьдесят на пятьдесят.

- Фифти - фифти.

- Верно. Так что тебе уже почти всё ясно.

- Но я так понимаю, что у меня шансов на много больше, не правда ли? И всё потому, что снимков-то будет не два, и не три, а ... сколько?

- Десять.

- И шансов у меня, полагаю, девять из десяти?

- Если просто сделать десять одинаковых копий, то да. Но я сделаю десять разных с интервалом пять секунд.

- И что это меняет?

- Это не просто повышает вероятность благоприятного исхода, а делает её близкой к единице. А значит,. - Збареш сделал многозначительную паузу и, подняв указательный палец и пройдя несколько шагов по узкой камере, повернулся к заключённому и почти торжественно произнёс:

- Ты можешь считать себя уже практически свободным, и через двадцать минут, твоих субъективных двадцать минут, ты таковым и будешь.

Отто стоял с кислой физиономией и смотрел на торжествующего гостя явно с неодобрением. Наступила неопределенная тишина. Один из мужчин деловито подсел к маленькому столику около кровати, другой, судя по выражению глаз и лица, проделывал тяжёлую мыслительную работу. Так, по-видимому, и не осилив её в полном объёме, он вздохнул.

- Хорошо, я верю. Но запомни, ни тебе. Я уже давно вообще никому не верю. Осталась одна только вера, ты, верно, полагаешь, в бога? Нет, ошибаешься. Верю только в силу денег.

Збареш пожал плечами:

- Я тоже безбожник. Возможно, где-то там, - он почтительно указал на потолок, - нас когда-нибудь он и покарает, но не здесь и не сейчас.

Вынул из нагрудного кармана новенькую пачку игральных карт.

- Ну а в данный момент я хочу проиллюстрировать всё при помощи хорошо знакомых нам обоим предметов, не совсем дозволенных по мнению здешнего коменданта.

В глазах заключённого блеснул огонёк, на щеках заиграла нездоровая ухмылка:

- Вот это по-нашему! Если проиграешь - меняемся местами. Вот это было бы... без всяких там записей и переселений душ.

- А чем тебе побег с записями не нравится? И не переселение, а копирование, только копирование. Вот, бери любую. Условимся так: если карта чёрной масти, то ты, именно ты остаёшься в тюрьме, а красной - ты на свободе. И так будешь после возвращения карты в колоду и тщательного перемешивания брать десять карт. Имитация десяти снимков. И после этой игры, или эксперимента, назови как хочешь, тебе станет ясно, почему я тебя уже считаю свободным. Ты же понял, что после первого снимка вероятность свободы один из двух. Ну, какая масть?

- Чёрная. Семёрка пик.

- Да, тебе не повезло. С первого раза не повезло. Делаем второй снимок. Карту назад... Перемешиваю для чистоты эксперимента. Бери.

- Валет пик.

- Отлично!

- Что хорошего-то. Снова остаюсь здесь.

- Не страшно, совсем не страшно. Ведь осталось ещё восемь снимков. Ну!

- Красная! Бубновая дама! - Отто так возликовал, как будто действительно материализовался вне тюремных стен.

Но Збареша эта реакция вполне удовлетворила.

- Всё. Свободен.

- Но могла ведь сейчас попасть чёрная карта.

- Ну и что? Делаем четвёртый снимок.

- А если опять?

- Берём пятую карту.

- И опять чёрная масть?

- Шестая попытка.

- Но ведь так можно до десятой карты дойти, и она может оказаться тоже чёрной масти. Что тогда?

- А вот это уже невозможно! Практически невозможно. Давай проведём второй эксперимент. Опять начнём с первой карты. Какая?

- Красная.

- Вот видишь. Уже с первого снимка на свободе. Да ты хоть несколько часов без устали будешь проводить эти эксперименты, и то сможешь дойти до семи подряд вытащенных чёрных карт, ну уж в крайнем случае - до восьми. Но это ты проведёшь не одну сотню этих игр, а в практическом плане у нас только один-единственный эксперимент, в котором ты вряд ли застрянешь здесь до четвёртого-пятого снимка. Налицо большой перестраховочный запас, если так можно выразиться. Как правильно сказал твой адвокат, при обычном побеге с самыми возможными благоприятными условиями вероятность успеха намного ниже. Так что вам, господин Отто, не о чем беспокоиться.

Збареш стал расчехлять аппаратуру.

- Надеюсь, адвокат тебе сообщил, что на каждого из вас, из десяти человек, уже готовы документы, на каждого свой.

- Так что же, лица у нас будут разные?

- Конечно. Как и биометрические данные, которые зафиксированы в документах.

- И после первого снимка сразу же кто-то, один из нас, окажется на свободе?

- Ах, не начинайте снова. Мне опять доставать карты? По-моему, я уже наглядно всё продемонстрировал. И времени у нас в обрез.

- Да-да. Я готов. Можно последний вопрос? Ну, кто-то всё же останется з д е с ь , рядом с тобой? После десятого снимка?

- Не думай об этом. Останется очень уж невезучий человек. Ты ведь сам убедился в этом на примере карт? Всё, начинаю. Снимки будут производиться автоматически через каждые пять секунд. Всё, настроил. Не позднее, чем через двадцать пять секунд встречу вас на свободе! По вашему личному времени, разумеется.

Вспыхнул красный огонёк..."

Дальнейшее вкратце своими словами. Побег, как и следовало ожидать, так и не состоялся, потому что этот самый неудачник просто напросто задушил своего организатора побега именно по причине своего невезения - ведь он-то остался в тюрьме, и раз уж остался, то пусть и другие не воспользуются плодами свободы и его деньгами. Примечательно, что Отто уговорил Збареша сделать раз за разом ещё три копии, но поняв, что он всё равно никак не может покинуть пределы тюрьмы, он, слова худого не говоря, набросился на своего гостя и совершил своё чёрное дело, благо контроль за камерой был отключён, и никто не мог ему помешать в его праведном гневе. Да. Тут есть над чем подумать. А если бы убийство не произошло, и копии благополучно были бы материализованы, что бы изменилось? Для нашего "невезунчика" ничего. Он так и остался бы в тюрьме, так как он "подлинник", а на свободе оказались бы только его копии. Но поскольку копии совершенны, идентичны оригиналу, то перед съёмкой этот подлинник вполне мог надеяться, что он может оказаться копией. Предположим, копию делают с меня. Я сижу в комнате "А", в которой никого больше нет, а аппаратура вынесена за её пределы и ничем себя не обнаруживает. Рядом, точно в такой же комнате, но с надписью снаружи "В", установлено точно такое же кресло, в котором после записи и материализации должна появиться моя копия. Я знаю, что нахожусь именно в "А", а в "В" сейчас, до съёмки, пусто. И вот после голоса "Внимание! Съёмка!" происходит вспышка красного света и далее голос задаёт для обеих комнат (а материализация происходит сразу же - для простоты) вопрос: "В какой комнате ты находишься?". И я, именно я, то есть тот, кто находился до оговорённой процедуры в "А", не смогу с полной уверенностью сказать, что остался в этой же комнате после съёмки, хотя по ощущениям точно знаю, что никуда вроде бы не перемещался. Но нас, совершенно одинаковых, уже двое, и каждый из нас задаётся одинаковым вопросом: "Я "подлинник" или копия?". Один шанс из двух, что я остался "подлинником". Это именно та вероятность, с которой можно наугад взять из колоды карту чёрной масти. Так, производится вторая съёмка. Перед ней из "В" выпускают на свободу мою копию, а с меня снимают другую. Всё повторяется. Опять один шанс из двух. И так повторяется десять раз. Перед каждой съёмкой те же пятьдесят на пятьдесят, однако попробуйте подсчитать вероятность остаться в "А" в целом для всех десяти съёмок. Для наглядности возьмите из той же колоды наугад ещё 9 карт, каждый раз возвращая их в колоду и тщательно перемешивая и имея в виду, что чёрная масть означает комнату "А" (тюрьму), а красная "В", т.е. свободу. Вероятность остаться в тюрьме окажется действительно очень мала, как и говорил Збареш - один шанс из тысячи, грубо говоря. Так что напрасно Отто убил своего потенциального освободителя - у него были отличные шансы на побег! А что, не верите? Возьмите-ка в руки пресловутую колоду, причём прямо сейчас. Взяли? Проделайте вышеозначенную процедуру до первой красной карты. Ну, как? После скольких карт вы оказались "на свободе"? Уверен, что вам для этого хватило пять-шесть карт, а скорее всего не больше трёх-четырёх. Ведь верно? Отто добровольно отказался от побега, имея такие высокие шансы на свободу. А вы бы отказались? Даю голову на отсечение - ни в коем случае. А почему он это сделал? Не поверил? Не понял? Будьте уверены - и поверил, и понял. Но тут возникает психологическая коллизия: как только сделан десятый снимок, "сиделец" осознаёт, что он, лично он, "выиграл" в этой странной антилотереи, утратив последний шанс оказаться на свободе, в то время как все его десять копий после материализации будут наслаждаться её плодами и, вполне возможно, хихикать над ним, таким невезунчиком. Подобный расклад, конечно же, не устраивает его, да что там не устраивает, попросту становится мучительным и невыносимым, и возникает одно-единственное решение: уж если не я, то пусть никто. Конечно, на месте Отто могла оказаться другая, более психологически стойкая и сознательная личность. Ну, тогда этот побег действительно состоялся бы, но это была бы... Правильно. Совсем другая история.


Я стал размышлять. А сколько мне нужно копий? Хватит, пожалуй и восьми, при этом вероятность остаться в "подлиннике" (так я теперь буду называть действительный мир, реальный) будет всего лишь одна двести пятьдесят шестая, то есть достаточно мала. Если на миг представить, что по моему желанию появятся восемь новых вселенных, то всё мероприятие покажется не просто невозможным, нелепым, ведь не могут же в конце концов создаваться по чьему-то желанию, какое оно не было б сильным и даже мотивированным, мироздания. Правда, я называю их копиями, но это такие грандиозные копии... Не буду даже заканчивать свою мысль. Одним словом, это может быть только некий божественный акт. Но если учесть, что происходит в действительности, то... А что происходит? А то, что если Эверетт прав, то каждое мгновение создаётся бессчётное количество миров. Ведь согласно версии этого американца реализуются все вероятностные состояния мира. До Эверетта все были уверены, что из всех возможных вероятностных состояний в мире реализуется только одно. Но потом по моим весьма приблизительным знаниям из этой области какой-то советский академик засомневался и прямо назвал это обманом трудящихся, другой, на этот раз уже буржуазный и не совсем атеистически настроенный учёный тоже поддержал его, усомнившись, что господь бог только и занят тем, что подбрасывает вверх монету и смотрит- "орёл" или "решка". И тут, откуда ни возьмись, появляется вышеозначенный подданный США и разом разрешает эти сомнения, вбрасывая в трудящиеся массы, и не только в трудящиеся, идею о реализации всех вероятностных возможностях, но каждая реализуется в своей вселенной. Тут, как всегда и бывает в научной среде, поднялся невообразимый шум, т.е. вместо одних сомнений появились другие, ещё более страшные, но я безоговорочно поверил этому американцу. По его теории в каждый момент времени наша Вселенная разветвляется на несколько параллельных, которые в свою очередь в следующий момент снова образуют каждая по несколько миров, и пусть это выглядит расточительно для господа бога, здесь, я думаю, вполне можно выдвинуть контраргумент - это для нас, бедных жителей весьма ограниченной по размерам Земли это смотрится именно так, но для Создателя огромного величественного мироздания, кто бы он ни был, с его безграничными пространствами и ресурсами, поверьте, это размножение вселенных в грандиозных геометрических прогрессиях - обыденное, даже рутинное явление. Как сказал бы небезызвестный и даже легендарный Карлсон, "дело-то житейское". Здесь для меня важным является именно то, что мои восемь дополнительных копий, "вброшенных" в этот стремительно расширяющийся мир выглядят всего лишь невинным, жалким довеском.

Как и с героем несостоявшегося побега, со мной тоже может произойти та же история. Конечно, душить мне некого, но "эффект подлинника" тоже будет иметь место. Сколько бы я не задумал копий, хоть сто, но "подлинник" всё равно останется на этой грешной Земле. И я- подлинник могу в любой момент после первого сентября 2002 года, даты прекращения копирования, просто проект отменить. Всё равно, я уже никуда не денусь, чуда для меня уже не произойдёт, так уж "если не я, так пусть тогда никто". Буду рассуждать как Отто и задушу свой проект. Чтобы этого не произошло, я ввёл в свою проектную документацию два важных пункта (вообще-то в нём неважных пунктов нет):

"В период с 21 июня по 30 июня 2002 года автор проекта имеет право его отменить".

"Если в указанный период отмены не произошло, то с 1 июля 2002 года проект приобретает абсолютный характер. Его действие приобретает непреодолимый характер и отмене не подлежит ни при каких условиях и обстоятельствах".

Конечно, можно было обойтись без первого из этих пунктов, но я ввёл его именно для усиления другого пункта, так как до первого июля у меня реально был выбор, я волен был отменить уже полностью подготовленный проект. После этой даты я навсегда лишался права выбора - проект запущен, его развитие уже не зависит от моей воли, его действие неотвратимо. Но главный адресат последнего пункта - исполнитель на "том берегу", который, как я уже упоминал, является частью меня самого в отдалённом будущем. Он "по рукам и ногам" связан Договором, по которому на него возложено практическое осуществление проекта, и только благодаря этому пункту о неотвратимости вкупе с ответственностью за убийство ещё не "вылупившихся" восьми объектов, он не имеет никакой возможности отказаться от проекта. "Не убий!"


Тут надо действовать по системе Станиславского, о которой я имею весьма смутное представление, только общее. Итак, дубль первый, если говорить киношным языком, или вариант номер один. Состояние на первое сентября 2002 года, 21.00 местного времени, опережающего Гринвич на 4 часа - вот так, официально. Это состояние нашего мира наступит через 15 минут. Необходимо успеть психологически подготовиться, сосредоточиться, вообразить то, чего не может быть по определению. Почему же не может быть, раз уж я этим занялся? Как раз может быть, но это только на мой, "продвинутый" взгляд. А для остальных это невозможно. Если кому-нибудь рассказать о моём занятии в данное время, то он не без оснований решит, что по мне психушка плачет. Цель процесса - внедрить себя в совершенную модель нашего мира, которая отличается от текущего действительного состояния только одним - наличием дочери, живой и невредимой, такой, какой она была два с лишним года назад в один из дней, когда покупала билет на злополучный автобусный рейс. Принципиальное, решающее значение здесь имеет моя вера. Я должен поверить на все сто, что вот она, передо мной, чтобы некто, именуемый в моей документации исполнителем, не смог бы воскликнуть: "Не верю! Не ве-рю, и всё тут!". Объективно внедрение чисто условное, конечно, но для моего сознанию в момент "И" оно должно стать безусловным. Реальным. Действительным. Во сне это уже было, и не один раз. Видел её, радовался, и это её возвращение считал само собой разумеющееся, в порядке вещей и ... просыпался. Ощущал жестокое разочарование. И вот надо перенести это состояние счастья и уверенности в явь. Я должен достигнуть такого состояния, чего бы мне этого ни стоило. Даже если после этого свихнусь. Ну, это я допускаю как совсем крайний вариант. Достаточно тренировался, используя элементы аутогенной тренировки. Когда-то давно, подростком, попалась совершенно случайно мне в каком-то журнале статья о методике самовнушения, а я в этом возрасте уж очень комплексовал по каждому мелкому поводу и без. Поэтому принял без церемоний все советы к исполнения, и каждое утро послушно, безропотно принимал позу кучера, сидя на стуле, расслаблялся и внушал себе, внушал, внушал. И что я смелый, и что я решительный, общительный, сообразительный и прочая, и прочая. Не знаю, насколько мне это в жизни пригодилось, так как какие-то недочёты я исправил, а может быть и само прошло, кто его знает. Но в целом характер остался неизменным, с моей точки зрения слабым, нерешительным и чрезмерно доверчивым. Что дано от рождения, как говорится... Но всё-таки кое-какие элементы я использую до сих пор, особенно это касается самоуспокоения, тут я достиг некоторых высот, признаюсь без ложной скромности. Достаточно привести вам, мои дорогие читатели, пример, когда в счастливую студенческую пору перед экзаменом по теплотехнике, который я очень боялся, (причина - строгий теплотехник, а не слабая подготовка, ведь я по большинству дисциплин был достаточно слабо подготовлен, как говорили в моё время бывалые студенты - всегда не хватало одной ночи. Так говорили студенты-очники, а заочники наоборот, как ни странно, в фольклоре всегда отличались излишней самоуверенностью. Анекдот (с длиннющей бородой конечно, ведь я учился четыре десятка лет тому) : у студента-заочника спрашивают, сколько времени ему понадобится для изучения китайского языка. Тот, без колебаний на манер одессита отвечает вопросом на вопрос: а когда экзамен? Так вот, на том экзамене я равнодушно вытащил билет, сел за первый стол перед носом препода и ... задремал. Ничего страшного не случилось, но здесь был явный перебор. А мне до сих пор удаётся почти сразу же заснуть, не смотря на то, в каком состоянии я грохнулся на кровать - взволнованном, подавленном, основательно поддавшим. Расслабляюсь по знакомой методе и монотонно бормочу: "Всё медленнее и медленнее, всё медленнее и медленнее, всё медленнее и медленнее..." И не называя сам орган, этот неутомимый насос-труженик, к которому обращаюсь, проваливаюсь в сон.

Около кассы довольно оживлённо. Я поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и занимаю исходную позицию. Всё. Пора. Закрыл на мгновение глаза. В воображении пронеслась картина - я оборачиваюсь к кассам и вижу Ирину, идущую навстречу мне. Наши взгляды встречаются, она на мгновение останавливается, брови удивлённо приподнимаются - конечно, она не ожидает меня здесь увидеть. Я радостно бросаюсь к ней... Открыл глаза и медленно повернулся, уверенно ища взглядом дочь. Сделал два шага вперёд. Но где же она? Нет, нигде нет. Этого не может быть! Она д о л ж н а быть здесь. Почти расталкивая людей стал бросаться из одной стороны в другую. Отчаяние охватило меня. ... И тут я пришёл в себя. Всё. Шесть секунд истекло. Я их сознательно заложил в сеанс. "Заложил" - это мягко сказано. Впечатал, намертво впечатал в подсознание. Долгие часы медитации. Но деться некуда - это важнейшая составляющая проекта. Без неё я уже не вернулся бы полноценно в этот мир. В сеансах гипноза доктор будит пациента словами: "На счёт пять вы проснётесь". И начинает обратный отчёт. Но меня разбудить некому, я сам себе гипнотизёр без диплома, и девиз этого самозванного гипнотизёра - только шесть секунд транса, гипноза, сна с грёзами, можно по разному это называть, но суть остаётся одна: ровно шесть секунд. Я сел на свободный краешек скамьи и вытер со лба пот. Получилось. У меня получилось! Я не притворялся ни перед самим собой, ни перед теми, в руках у которых судьба проекта - я действительно поверил, что Ирина здесь, в нескольких шагах от меня. У Станиславского бы отвисла челюсть. Он упал бы на колени и залепетал: "Верю-верю-верю! Но я беспокоюсь за ваше психическое здоровье. И чтобы больше никаких погружений в образ!". Но увы, у меня впереди ещё семь подобных перевоплощений. А без них весь проект ничего не стоит, ведь при каждом из них я как бы перемещаюсь в будущую модель и остаюсь в ней независимо от того, состоится она или нет, только во втором случае дело приобретает криминальный оборот, а именно поэтому его и постарается исключить наше высоконравственное будущее сообщество. На этом фундаменте и построен весь мой "Европейский торнадо".


Из дневника Игоря Баландина


7 августа 2070 года, четверг. Сегодня вечером Влад сам явился ко мне и сразу - с места в карьер:

- Итак, первые выводы, вернее результаты: документально твоя мама училась и в транспортном институте, и в школе, но фактически её ни там, ни тут никто не видел. Ты думаешь, я отчаялся?

Стас с серьёзным видом смотрел на меня, ожидая от меня какой-нибудь реакции. Я нетерпеливо проворчал:

- Не задавай риторических вопросов. Дальше, дальше!

- Ну, так я продолжаю. Решил начать с самого начала, с рождения. Как видишь, и тут я потерпел неудачу. Твоя мама не родилась там и в то время, которое указано в документах. Неудачей я назвал выявление этого факта только для тебя, тебе ведь наверняка неприятно это всё узнать, но для моих поисков это был только отрицательный ответ, от которого можно отталкиваться для дальнейших, всё более захватывающих меня поисков. Ты уж извини, когда я говорю о своём детективном азарте, сродни спортивному, да нет, пожалуй это слишком бледное сравнение, но пойми, без этого сыщицкого вдохновения я ничего для тебя бы и не нашёл. Ты вот произнёс реплику насчёт фальшивой бабушки - нет, и мама твоя, и её мама настоящие, ты же никогда не сомневался в их существовании, да и сейчас, я думаю, стоишь на этой же позиции...

- Не зная, не знаю - уже, по-моему, начал сомневаться.

- Не спеши. А вот документы, по которым они жили, фальшивые. Не знаю, для чего и почему, но вся документальная атмосфера, в которой они жили и дышали, не выдерживает никакой критики. Ну и как, думаешь, я продолжил? Конечно, отправился назад по времени по твоей материнской линии. Это было сложней, ведь прошло очень много времени -подтверждающие документы существования твоей бабушки, конечно, найти всё-таки можно, и я нашёл их, не сомневайся, и даже больше, чем нужно, но вот можно ли им доверять? Опять риторика, но что поделаешь? Надо же, и моё это "что поделаешь", тоже риторика. Одним словом, сплошные риторики. Ну да ладно, бог с ними. Как ты уже догадался, вся загвоздка у нас в наличии живых свидетелей. Итак, мы уже выяснили с тобой, что твоей бабушки в момент рождения твоей мамы в роддоме де факто не было, что установлено в ходе опроса нескольких свидетелей. Я решил двигаться от этой точки времени и задался законным вопросом: а где же она находилась в это время? Откопал кое-какую производственную документацию по деятельности машинно-счётной станции, где она в то время числилась (я говорю так, потому что не знаю, а работала ли она на самом деле там, так как с некоторого момента моего розыска по отношению к твоим маме и бабушке появилась необходимость ввести понятие презумпции лживости документов). Я не стал даже смотреть...

- Погоди, презумпция невинности у меня на слуху, а вот то, что ты сейчас употребил, не совсем ясно.

Влад прыснул.

- А что я такого сказал?

- Представь: идут представительницы...

- Опять анекдот?

- Пояснение, и только. Идут представительницы древнейшей профессии, много их, целая демонстрация, а на транспарантах у них написано: "Требуем презумпцию невинности!" Теперь, надеюсь, понимаешь разницу между этой презумпцией и презумпцией невиновности? Презумпция - то, что мы принимаем за истину, пока не доказано обратное. Все граждане считаются невиновными, но до тех пор, пока кого-либо не признают по суду виновным. Так и в моём розыске...

- В нашем, в нашем розыске.

- Пусть будет так - в нашем. Все документы обеих твоих родственниц можно считать ложными, пока я... мы не установим, что они соответствуют действительности. Логично?

- Справедливо.

- Я не стал заглядывать в документы, касающиеся предоставления отпуска Марии Сергеевне в 1993 году. Зачем зря время терять? Наверняка там всё соответствует документальной версии рождения Ирины Ивановны. А вот бумаги отдела кадров меня очень заинтересовали - кто же рядом в то время работал с твоей бабушкой. Я получил большой список и выбрал из него самых молодых, до 30 лет. Всё-таки надеялся, что кто-нибудь из них дотянул до нашего времени. Увы, никого из женщин среди таковых не оказалось, осталось проверить сильную половину, правда о половине здесь можно говорить лишь с большой натяжкой - в большом женского коллектива мужчин было только четверо: начальник в полувековом возрасте и трое механиков, из них в список молодых попал только один, которому было тогда двадцать пять лет. Ну, думаю, если уж из женщин никого уже нет, то вряд ли механику Коле удалось их перещеголять. Но мне повезло - нарвался на долгожителя. Сейчас ему сто два года, живёт вместе с семидесятилетним сыном в семье внука. Я не стал договариваться по телефону или по "виртуалке" - наверняка откажут во встрече, такие дела надо делать вживую. Не буду тебя обременять подробностями жёсткой осады. Я прорвался - и этим всё сказано. Старик оказался совсем не по годам крепеньким и, главное, с отличной памятью, по крайней мере на дела давно минувших дней. Пришлось беседовать в присутствии жены внука и её дочери лет шестнадцать с хвостиком, беспокоились, как бы бывший механик Коля не переволновался, вспоминая былое, и не стал бить горшки. Зря беспокоились, я ведь не понуждал вспоминать какие-то его молодецкие залёты "налево", а всего лишь вспомнить одну-единственную женщину, товарища по работе - проектировщицу Марию Сергеевну Филину. И опять удача! Он её вспомнил и узнал по фото среди нескольких других женщин. После этого состоялся диа..., нет, не диалог, беседа с участием всех причастных. Важная беседа.

Влад снова достал из раскрытой папки ещё одну бумагу и протянул её мне.

- Опять протокол? А шрифт-то какой мелкий! Экономишь на спичках?

- Не понял.

- Проехали. Сейчас ознакомиться?

- Конечно. Такое впечатление, что это нужно мне, а не тебе.

- Извини. Просто... Сам понимаешь. Столько всего за полчаса. И времени на паузу не даёшь, чтобы как-то осмыслить, переварить. Ведь речь-то здесь, как не крути, о крушении внутренних устоев, когда ставится под сомнение действительность моего собственного существования.

- Понимаю. Но нужно всё решать быстро. Сегодня же. Прочитай внимательно, это важно. Эн - Николай, дэ - дочь, эм - мать.

- А я - это, надо понимать, ты.

- Да. Я - это я.


П Р О Т О К О Л N 2

Только 1 экз. - для заказчика

18 июля 2070 года, пятница.


(Место, субъект и объекты анкетирования не указаны или зааббревиатурены ввиду устного информирования субъектом заказчика)


Я: Подтверждаете ли вы, что узнали на фотографии эту женщину?

Н: Да, это Мария Сергеевна Филина, работавшая до 2002 года на машинно-счётной станции Златоустовского отделения дороги в качестве проектировщика.

Я: Когда вы работали на этой станции?

Н: Я работал с февраля 1990 года по май 2028 года.

М: Зачем лишние вопросы - перед вами же его трудовая книжка.

Д: Да и сами же вы и подсказываете ему даты из этой книжки. Просто смешно!

Я: Так надо. Документ есть документ, его содержание может не соответствовать действительности.

М: Здравствуйте! На ней столько печатей и подписей! Да если бы было недействительно, нашему деду и пенсию бы не начислили.

Я: (обращаясь к М.): И тем не менее я утверждаю, что только после того, как ваш дед устно подтвердил эти даты, они могут считаться действительными.

М: Вот те раз, в первый раз слышу, чтобы слова могли подтвердить правоту. До сих пор было наоборот - каждое слово надо подтверждать бумажкой с печатью. Слышали: без бумажки ты букашка, а с бумагой...

Интересная особенность: начинается протокол так, как он и называется, протокол протоколом - официально, сухо, без эмоций, но уже через несколько строк Влад переходит на живую человеческую речь.

Я: Слышал. Но в каждодневной человеческой практике встречаются и фальшивые документы: паспорта, дипломы, свидетельства о рождениях и браках, не говоря уже о таких мелочах, как школьные журналы с оценками несуществующим ученикам.

Д: Ну и логика у вас. Если вдруг кого-то ограбят, и у подозрительных будут проверять документы...

У меня есть ещё одна дурная привычка помимо упомянутой ранее: когда о чём- то говорят, у меня по поводу предмета разговора мгновенно вспоминается анекдотическая аналогия, которая тут же, не сходя с места, сама, почти помимо моей воли, срывается с языка. Представляете - идёт серьёзный разговор, а я вдруг встреваю со своим аналогичным случаем, навлекая на себя непредсказуемую реакцию окружающих, ошарашенных легкомысленным или даже фривольным снижением темы. Но ничего не могу с собой поделать, может из-за этого у меня и с карьерой ничего толкового не сложилось, и не с одной из трёх жён. Вот и сейчас, не смотря на серьёзность момента, я моментально отреагировал на проверку подозрительных лиц, вспомнив зайца, который на вопрос начальника-бегемота о причине опоздания на работу ответил: "Изнасиловали слониху, всех подозрительных задерживают". Но взглянув на доморощенного сыщика, прикусил язык - весь вид его говорил, что шутки кончились, впереди - бог знает что. Его состояние передалось мне, и я уже другими глазами взглянул на протокол:


Д: ... Если вдруг кого-то ограбят, и у подозрительных будут проверять документы, и у одного из них обнаружат фальшивый паспорт, то полиции, чтобы установить его личность, достаточно спросить у него, кто он и откуда, и что бы тот не наплёл им, ему поверят, потому что с некоторых пор словам стали доверять больше, чем серьёзным документам со штампами и печатями. Ну а фальшивые школьные журналы - вообще нонсенс, не представляю, кому бы это понадобилось. Может быть, в докопьютерную эру были наверняка отдельные случаи, когда предприимчивые двоечники поздними вечерами пробирались в учительскую и подправляли оценку - другую, и то при отсутствии охранной сигнализации, ну а сейчас, когда все оценки дублируются информационными технологиями...

Я: Девочка, ты даже не представляешь, как и я до недавнего времени, что среди твоих бывших одноклассников мог быть один, которого ты никогда не видела, но он исправно получал пятёрки по всем предметам. Он вообще не существует в природе, но тем не менее у него есть свидетельство о рождении, паспорт, родители, которых тоже никогда не было на свете, и тоже со всеми документами, все записи в загсах и отделах полиции в порядке, твои высокие технологии тоже подтверждают все бумажные записи. Тебя в младших классах мальчишки никогда не дёргали за косы?

Д: Ещё чего! Ни в младших, ни потом.

Я: Охотно верю, но вот он, несуществующий и неуловимый, вполне мог это сделать, причём так сильно, что за это его вызвали к директору, потом обсудили на педсовете, в протоколе педсовета есть соответствующая запись, а к ней приложен вызов виртуальных родителей на педсовет и его объяснительная со стандартной концовкой "Я больше так не буду". И будьте спокойны - на вызове есть и подпись директрисы, и дата, и печать, слегка расплывшаяся от нечаянно упавшей слезы глубоко раскаявшегося ребёнка, которого никогда не было на белом свете. У него мог быть мобильный телефон с обычным номером, можно даже проследить, с кем из своих друзей он разговаривал за последний год, но при этом ни один из них, взглянув на фото, не вспомнит его.

Д: Ну, это прямо "Мёртвые души" какие-то, том третий.


Влада явно занесло. Где его хладнокровие, жёсткие, несколько корявые формулировки. Вместо этого, забыв о том, что он профи и что должен быть всегда над схваткой, ввязался в какой-то эмоциональный спор, дав себя увести в сторону от предмета поиска. Не узнаю его. Точнее, узнаю с какой-то новой стороны. По крайней мере, язык его в этом протоколе по сравнению с первым стал более живым, даже с некоторой претензией на высокий поэтический слог. Я поднял голову и встретился с жёстким, незнакомым взглядом:

. - Влад, но это уж перебор, какой-то апокалипсис. Мои-то все ведь существуют, а ты пугаешь дочку, эту самую Д, какими-то страшилками об агенте инопланетной цивилизации под кодовым номером "логарифм арксинуса пи", которому заблаговременно сделали на нашей грешной Земле тотальное информационное прикрытие, но в последний момент передумали внедрять.

Влад в ответ только махнул рукой.


Я: У вас сохранились фотографии ваших сотрудников, на которых была и Филина?

К: Сколько угодно! Я ведь был на станции фотографом, конечно на общественных началах.

Я увидел неоговорённого персонажа "К", на что и не замедлил указать нашему профи.

. - Я ещё до знакомства с ним назвал долгожителя механиком Колей, так и запало в голову. Мой маленький прокол, сейчас же исправлю на "Н".


Я: Не могли бы вы принести их?

Н: Сейчас, все шесть коробок.

Я (испуганно замахав обеими руками): Не надо все! Только за 93-ий.


М: У него там всё рассортировано, всё по полочкам.

П р о ш л о п о л ч а с а.


Н: (поставив на стол коробку и простерев над ними руки, словно чахнущий Кащей над своим златом): Вот! Здесь сразу за пять лет. Так, 93-ий. Вот новогодняя.

Я: С неё и начнём. Вся команда в сборе, и начальник, и все три механика, не говоря уже о женщинах. Но вот Марии Сергеевны-то как раз и нет.

Н: Как нет? Должна быть (берёт фотографию, внимательно присматривается). Действительно. Вот дела-а-а!


Я не столько расстроился из-за того, что моей бабушки не оказалось на фотке, сколь поразился, что стиль написанного Владом от буквы к букве продолжает своё триумфальное восхождение. Да, для протокола, документа сухого и сугубо делового это что-то из ряда вон выходящее. Ну разве сравнить его с первым протоколом! Теперь передо мной лежал как минимум текст некоей пьесы, произведения художественного, к тому ж ещё и с гиперболами (чего стоит только одно сравнение с бессмертным персонажем русских народных с элементами заимствования у не менее бессмертного и не менее русского и народного классика). Ай да Владислав! Ай да ..! Растёт прямо на глазах! Если тенденция к самосовершенствованию сохранится, то боюсь, что Россия потеряет навсегда своего Великого Сыщика, но зато может приобрести ... Да что там говорить, заинтригованный фабулой и самой подачей материала, читаю дальше:

Я: Может, её в этот праздничный вечер вообще не было?

Н: Ну да, не было! Она у нас профгруппоргом была, заводилой, без неё ни одна попой..., ни один праздник не обходился. Да в этот Новый Год столько фоток я нащёлкал, она должна почти на каждой быть. Вот, смотрите... Так, на этой нет, берём другую - тоже нет, вот, ещё - и опять... Странно, но ни на одной в этот вечер её нет. Это невозможно!

Я: Почему ж невозможно? А нельзя допустить, что именно в этот новогодний праздник её не было, ну, разные могли быть причины, а вот другие новогодние корпоративы она не пропускала?

Н: Нет, этот новый 93-ий я хорошо запомнил, можно сказать, отчётливо.

Я: Что-нибудь особенное?

Н: Когда веселье было в самом разгаре, позвонила соседка, у которой я оставил Борьку, и сказала, что он проглотил пуговицу.

Д: Наш дед что ли?

Н: Конечно, наш, чужих не держим.

ГОЛОС ЗА ДВЕРЬЮ: Обо мне толкуете, да?

Д: Знакомьтесь - это мой дед Борис, а деда Коля - мой прадед. А это - наш гость, Владислав, корреспондент.

Б (он же бывший голос за дверью): Знаем этих респондентов, больно ушлые.

Д: Не сердитесь на него, он у нас вечно всем недоволен

Б: Будешь тут доволен - за глаза судачат, да ещё и спасибо им за это. Про пуговицу мне никогда не говорили. А почему, отец, соседке меня оставил, а где мама была?

Д: Дед, ты подслушивал?

Н: Мама в роддоме была, а через неделю Наталья появилась.

Б: Значит, мне полтора было?

Я: Давайте посмотрим другие фотографии за этот год.

Н: Пожалуйста. Уж на других-то точно найдём нашу Машу. Вот, и дата на обороте, 6 марта 1993 года, на женский праздник. Нет, её здесь нет. Так, 30 апреля - снова нет. И здесь нет, и здесь, и здесь... Ну уж и не знаю. Ни на одной нет. Быть такого не может!

Б: А со мной-то как? До сих пор с пуговицей что ли хожу?

Я: А как с соседними годами?

Н: А? Ах, да. Сейчас, сейчас... 94-ый. О! Здесь всё как надо. Вот она, наша пропажа - никуда не делась. Видите - почти везде. Возьму годом ранее, 92-ой. И здесь она есть. И на этой фотке, и на этой. Только...

Я: Да, вижу.

Н: Какая-то Мария Сергеевна не такая, я бы сказал: толстенькая. Дата - 28 сентября. Она стоит за женщиной, и как бы прячется. Прячет свой живот. Странно.

Б: Беременная она, что тут странного.

Д: Дай-те ка взглянуть. Да, примерно полгода срок.

М (подозрительно): Интересно! Откуда у тебя такие познания?

Б (ехидно): Ну, отец, на этот раз твоя хвалёная память подвела тебя.

Н (зло): Да она тебя, дурака, в тот день, 29 декабря 93-его, спасла от неминуемой смерти. Сразу после звонка соседки Маша, вечная моя благодарность ей, взяла всё в свои руки - вызвала скорую, потом дежурную отделенческую машину. Я, она и ещё две женщины быстро пригнали ко мне. Ты уж посинел весь, Маша положила тебя животом вниз на колени, надавила немножко, и пуговица - как пробка из бутылки. Скорая прибыла, а ты уже розовенький, смеёшься, хотели даже записать ложный вызов, но кончилось всё мировой - выпили со всей бригадой немного шампанского за борькино здоровье и новый год. И беременной Марья Сергеевна не была ни в этот день, ни до него, ни после. Да и дети у неё уже были давно, по-моему, две девочки, подростки.

Я: О! Вот с этого момента подробнее.

Н: Что подробнее? Про детей?

Я: Да. Меня интересует одна из них, Ирина.

Н: Увольте! Не знаю я ничего, это у нашей Трандычихи, которая на сортировке работала, надо было спрашивать, одна загвозка - умерла, давно уже. А дочки приходили несколько раз к Маше на работу, по-моему, они погодки.

Я: Как вы сказали, погудки? Что за погудки?

Д: Боже мой! Погодки, родились друг за другом, через год.

М (всплеснула руками): Смотрите-ка, всё знает.


Я оторвался от чтения и вопросительно взглянул на друга. Он утвердительно кивнул, хотя я ничего ещё не спросил:

. - Да, твоя мать родилась, как видишь, намного раньше. А тётка у тебя действительно есть? Она с какого года?

. - Правильно ты употребил слово "действительно". Теперь даже я всё в своей биографии буду подвергать сомнению. Но тётка, тётя Катя, действительно была, давно умерла. Она мамы была старше лет на пятнадцать.

. - На погодков не похоже. А выглядела тётка как, старше твоей матери?

. - Конечно. Ну не могла мама быть только на год младше, почти её ровесницей. Да тётка даже по виду ей в матери годилась! Постой-ка... Погоди...

Я вспомнил. Странную фразу, которую однажды произнесла мама. Давным-давно это было, но я вспомнил!

- Влад, ты душу у меня вытряхивал: вспоминай да вспоминай, что-нибудь особенное. Вот тебе, особенное - в разговоре с тёткой мама как-то сказала ей примерно следующее: "Послушай меня хоть разок, как старшую сестру".

- А та что ответила?

- Только усмехнулась: мол, видали мы таких старших!

- И всё?

- Ну а дальше о чём разговор, уж и не помню, но уверяю - чисто житейское, ничего примечательного, женский базар.

- Ну вот видишь, вспомнил, по ходу дела. Потом наверняка ещё что-то вспомнишь, и тоже между прочим. "Старшая сестра" в разговоре - вряд ли оговорка или шутка. В свете раскопанных несоответствий.

- Ну и что дальше будем делать?

- Прежде всего - даёшь "добро" на дальнейшее расследование?

- Он ещё спрашивает!

- Форма есть форма. Переключимся на тётю. Она с какого года рождения?

- Ну-у, точно не знаю, но не позже восьмидесятого. А что это даст? Можно сразу маму искать в документах, начиная с восьмидесятого и раньше.

- Ну, документальная дата рождения у нас уже есть, вряд ли действительную найдём по документам. Там всё давно уже подчищено.

Он выразительно посмотрел на меня и подмигнул:

- А может и совсем недавно. Вот прямо в тот момента, когда я произнёс: "Переключимся на тётю". Не успел я договорить - и всё, готово. Были документы, и бумажные, и электронные - и нет ни тех, ни других. В одну секунду не стало. Может такое быть?

- Теперь я во что угодно поверю.

- Во что угодно не надо, не будем перегибать палку. Ты же сам видишь - не смотря на все их сверхтехнологичные ухищрения, мы продвигаемся в нужном направлении. В документах, вне всякого сомнения, они сильны, а вот живым свидетелям им противопоставить нечего.

- Именно что живым, ну а если они им, пока ещё живым, помогут... как бы помягче выразиться...

- Да нет, у них кишка слаба на такие дела. Нет, чисто технически, конечно, могут, об этом и говорить не приходится, но у них есть, по-видимому, некий моральный кодекс, и его границы они переступить не имеют права. Я здесь даже не говорю о физическом устранении, но наши оппоненты, так их можно обозвать, могли бы просто подкорректировать память у стариков в нужную им сторону, а они это сумели бы сделать, технически, и мы в таком случае ничего бы не раскопали. Но они даже и этого не могут совершить. Кодекс есть кодекс, никакого физического и психического вмешательства в организм человека. С бумагами, с фотографиями, с электронными документами - сколько душе угодно! А вот с людьми - ни-ни, абсолютный запрет. Поверь мне.

- Твоими бы устами... Хочется верить, по крайней мере до сих пор было вроде бы так. Вот что, Влад. Просмотрю-ка я свои записи, свой дневник, ведь я его начал вести лет тридцать назад.

- И ты только сейчас вспомнил о нём? Давно надо было! Ты его постоянно вёл?

- Да где там. С перерывами, с большущими перерывами. Да и вряд ли там что нового обнаружу - просто записывал всякие глупости.

Влад перешёл на менторский тон:

- Зря ты так думаешь, ведь там-то и может быть то, что твоя память не зафиксировала, но что важно для нас сейчас. Внимательно просей через себя записанное, не упускай любую мелочь.


. -


Из записок Ивана Филина:


Я хорошо помню лето 2004 года. Август. Я не торопясь шёл на работу - время ещё было мало, а погода чудесная. Ночью прошёл хороший дождь, и солнечное утро, умытое и безмятежное, было великолепным. За спиной слышал чьи-то быстрые и лёгкие шаги, они не просто приближались ко мне, я чувствовал десятым чувством, что они догоняли меня. Но я не оглядывался - всё равно вот-вот это произойдёт.

- Иван Дмитриевич!

В такой ситуации я, конечно, не мог не оглянуться. Это была Анастасия Игоревна, экономист из планового отдела.

- Вы что-то не торопитесь.

- По такой погоде грех торопиться, да и было бы куда, а то - на работу!

Обменялись здравицами.

- С выходом, Анастасия Игоревна! Сразу видно, что человек отдыхал: посвежели и похорошели.

В общем-то дежурные комплименты, но, к моему некоторому смущению, моя попутчица как-то странно, беспокойно взглянула на меня и даже, как мне, наверно, показалось, покраснела. Я спросил её о проведённом отпуске. Путешествовала по Волге на теплоходе, понравилось. Перед тем, как разойтись по своим кабинетам, она снова бросила странный взгляд, очень короткий, но какой-то... , нет, не странный, а какой-то... особенный, что ли. Да не особенный, нет. Просто новый. Остановившись на этом определении, я успокоился и забыл о нём. Однако время от времени он, этот взгляд, волшебным образом всплывал в сознании, но я его настойчиво отгонял. Он мне откровенно мешал - работы было много. И лишь по дороге домой он окончательно, по крайней мере до дому, овладел мной. Вот чёрт, я, пятидесятишестилетний мужик в расцвете сил, с достаточно трезвым взглядом на жизнь, шёл, не особенно разбирая дороги и даже в какой-то момент столкнувшийся с кем-то, и рассуждал об этом треклятом взгляде. Да и что в нём было? Я вынужден был успокаивать себя - показалось. Да даже если и не показалось, мне-то что? Не дон Жуан всё-таки. Да и лет-то ей всего тридцать. Правда, если бы было пятьдесят, вообще не обратил никакого внимания на её взгляд, каким бы он ни был, таинственным, зовущим, влекущим или же любым иным в том же духе. Когда я открывал дверь квартиры, до меня окончательно дошло, что отныне я приобрёл зависимость, надолго или нет, но не менее серьёзную, чем наркотическая. И как верный приверженец системы нейролингвистического программирования, сразу же стал бороться с ней средствами этой системы. В своём еженедельнике я за хорошее поведение начислял сам себе баллы. Это уже отдельная история, но я сейчас поведаю об этом моральном поощрении. При достижении некоторой суммы баллов, достаточно большой, я автоматически переходил в другую категорию, на следующую ступень. Всего ступеней было девять: А, B, C, D, E, F, G, H, I и дополнительная ступенька k, которая была самая низшая и исполняла роль кандидатской. Я её себе присвоил, когда не было ещё ни одного балла, и тем самым стал всего лишь кандидатом для вступления в свою собственную систему. Четыре года назад она мне серьёзно помогла преодолеть душевный кризис. Ко времени моего "романа" с Анастасией Игоревной я находился уже на ступени "G". Кавычки в романе означают только тот факт, что в общепринятом понятии романа никакого не было, но это было настолько мощное чувство, которое мне не с чем даже сравнить.


Сегодня снова я был в Медведёвке. На обратном пути, сидя в мягком кресле пригородного поезда, я достал свой мини-ежедневник, в который записывал самое важное для меня, в том числе и нумерацию дней после гибели Ирины и после очередной траурной годовщины. Сегодня 21 февраля 2005 года, 1639-ый и 179-ый дни соответственно. Итак, после последних годин прошло 179 дней. Это интересно тем, что Ирина родилась в январе семьдесят девятого года, а число 179 можно трактовать именно как первый месяц 79 года, так что сегодняшнее посещение места гибели в некотором роде знаменательное, соединение траурного с датой рождения и именно на трагическом месте. Поразмышляв немного над этим фактом случайного совпадения, я раскрыл взятый с собой роман Солженицына "Август Четырнадцатого". Начал читать его ещё в прошлом году, но так и остановился, едва начав - на шестой странице, всё было недосуг. Быстро просмотрев уже прочитанное, а там ничего особенного пока не было, расстался на время с героями этой части романа, потому что дальше действовали совершенно новые, и принялся за седьмую. Там описывалось ни много - ни мало, как "утро помещицы", и звали её Ирина. Правда, крепостных её семья не имела - время уже было не то, но они обладали "черезкрайним богатством" и на них работало "десять человек домовой обслуги да десять дворовой, это без казаков, а сколько служащих, рабочих - конторщики, приказчики, объездчики, кладовщики..." и т. д. и т. п., но это были уже, наверно, вольные люди. И тут я наткнулся на строку: "В коридоре горничная шёпотом спросила у Ирины Ивановны распоряжений". Эта героиня, оказывается, была полной тёзкой погибшей дочери. С тоской подумал - вот и ещё совпадение, сколько ещё будет этих совпадений, противопоставлений, узнаваний. Насчёт узнаваний я не зря заикнулся - были случаи, когда со спины я "узнавал" Иру в чужой совершенно девочке, очень похожей на неё походкой, посадкой головы, фигурой, трудно сказать ещё чем, и меня так и подмывало окликнуть незнакомку по имени дочери. Я продолжал идти за ней, и с трудом мне удавалось отделаться от этого наваждения. Естественно, я оторвался от чтения и сегодня уже не возвращался к нему. Бездумно смотрел на мчащиеся наперегонки деревья за вагонным окном. Двадцатый век. Четырнадцатый год... Мой отец родится только через четыре года. Да, там действуют люди, уже давно умершие. Что тут говорить, через девять лет снова будет Четырнадцатый год, в котором будут жить уже другие, совсем не похожие на описываемых у капитана Солженицына. И будет жить совсем другая Ирина Ивановна. Другая? Опять помимо моей воли я вернулся мыслями к своему проекту, моему выстраданному, невозможному, неисполняемому и, как казалось тогда, давно забытому. Но не тут-то было. Я безвольно распластался в мягком кресле, и в голове закрутилось, как на заезженной пластике: четырнадцатый год... Ирина Ивановна... Четырнадцатый год... Ирина Ивановна... Четырнадцатый год... Но я, словно рывком, выпрыгнул из этого состояния - позади всё же школа аутогенной тренировки. И для этого не потребовалось ни какого-то сверхусилия воли, достаточно было на фоне максимального мышечного расслабления, что мне удавалось безо всякого труда, одной единственной мысленной фразы: "Причём здесь четырнадцатый год?". Да, достаточно было разорвать цепочку между четырнадцатым годом и Ириной Ивановной, и совершенно неважным в этом случае было, какого века был четырнадцатый год, двадцатого или нынешнего, и какая Ирина Ивановна - вымышленная Александром Исаевичем или моя Ирина Ивановна, прожившая на этом свете двадцать один с половиной год и не имевшая никакого отношения ни к прошедшему четырнадцатому, ни к будущему - её ещё не было в первом и уже не будет во втором. И на этот раз я апеллировал к логике - вещь железная и надёжная. Я ещё не знал, что уже в самое ближайшее будущее снова возвращусь к этим четырнадцатым годам двух соседних веков.


Вышел из вагона на перрон и побрёл к трамвайной остановке. Трамвая долго не было, что на третьем маршруте не редкость - за полчаса ни одного трамвая, зато в следующие пять минут сразу три. Дождался, даже одно место оказалось свободным. Когда подошла кондукторша, долго не мог найти кошелёк - затолкал его в пакет, на самое дно, куда никогда прежде его не прятал. Получил билет и взглянул по давней привычке (счастливый-несчастливый) на номер. Я ещё не знал, что этот момент окажется важным для меня... с этого момента моя жизнь превратится в сплошное, мучительное и одновременно счастливое ожидание с элементами математического детектива. Номер оказался не только счастливым с равными суммами цифр обеих половинок, но ещё и симметричным - 259952. Я не стал билетик выбрасывать - не каждый день такое счастье. Даже усмехнулся про себя - какое уж счастье, еду опять с 1918-го километра от столичного Казанского вокзала, опять были гвоздики в железнодорожной колее, опять разговаривал с дочкой и выл на бледную в свете низкого зимнего солнца луну. Но про себя отметил, что это уже второй случай, когда после поездки в Медведёвку случается нечто не совсем обычное. В 2002 году, 20 ноября, сразу после возвращения домой со шкафа упала большая детская фотография Иры. Вроде бы ничего особенного, но уже тогда я кое-что заподозрил. И вот сегодня снова необычное. Хотя, что необычного-то? Мало ли таких рядовых, в общем-то, совпадений. Но вот что настораживает: в прошлый раз фото упало не просто после посещения Ириного места гибели, а в симметричную дату - 20.11.02 года. И вот сейчас - снова симметрия. Волей-неволей в голову приходят мысли, что это некие знаки, которые подают неведомые космические силы в ответ на уже забытую мною операцию "Европейский торнадо". Кроме того, сегодня день особенный, как я уже отмечал, сто семьдесят девятый. Но я нашёл в себе силы отогнать подобную ересь, но, как оказалось потом, ненадолго.

Дома я, волнуясь, словно предчувствуя нечто таинственное, снова достал трамвайный билет. 259952. Каждую половинку номера можно представить в виде даты: число, месяц, год. Второе мая девятого года и девятое мая второго года. Одна ещё не наступила, а другая давно прошла, не оставив в памяти ни малейшего следа, хотя это была годовщина Победы. И всё, больше ничего из этого номера извлечь невозможно. Хотя нет. Если уж номер зеркально симметричный, то где, интересно, проходит ось симметрии? Нет, не в самом номере (тут всё ясно - между девятками), а на отрезке времени между датами. На вычисления, думаю, времени много не понадобится, и я взял бумагу и ручку. Меня ждало невероятное открытие: центр интервала приходится на 4 ноября 2005 года, день рождения Маши! То есть на тот же день рождения, что и центр Вектора Возрождения! В своё время на совпадение середины этого вектора с днём рождения жены я, конечно, не придал никакого значения, чистейшей воды совпадение, то сейчас факт нового совпадения с днём рождения в том же самом году показался удивительным. Я продолжил исследование и обнаружил, что разлёт крыльев симметрии до годовых проекций концов временного интервала составляет ровно 179 дней! (Годовыми проекциями я окрестил ближайшие от оси симметрии годовщины дат, т.е. 9 мая 2005 года и 2 мая 2006 года). Опять 179! Ну как тут говорить о случайности этих совпадений?

Случайно или нет, но получилось так, что на 179 день после годин (число 179, повторюсь, можно интерпретировать как дату рождения Ирины) я посетил место её гибели и снова, как и в 2002 году получил симметрию, на этот раз в виде номера билета, с осью симметрии в тот же день рождения жены, на который пришлась середина Вектора Возрождения (а бомба, как известно, дважды в одно и то же место не попадает) и с разлётом крыльев симметрии опять же в 179 дней. Но и это не всё. Я написал на отдельном листе обе даты моих поездок в Медведёвку, отмеченных странными симметриями: 20.11 и 21.02. Если эти даты интерпретировать как года, то можно получить два соседних года - 2011-ый в прямом и 2012-ый в обратном прочтении. Ну, 2011-ый - это год окончания Вектора Возрождения, это я уже давно отметил про себя. Кроме того, я уже установил, что на этот же год приходится середина всей прожитой жизни Ирины, если считать ото дня гибели. И что интересно, эта ось симметрии приходится на 15 июня 2011 года, на полугодовой день рождения Анастасии Игоревны. Нет, здесь я не заморачиваюсь, что это что-то особенное, таких совпадений бывает много, это рядовые совпадения. Так, теперь рассмотрю внимательней следующий год. Раз это год -перевёртыш, то переверну-ка я календарь этого года и наложу на нормальный. Посмотрим, что с чем совпадёт. О, это уже серьёзно: 15 июня совпало с 18 июля, с полугодовым днём рождения Ирины. Совпали две половинки. Если в 2011 году совпали в этот же день две полярных половинки этих же самых женщин, дочери и небезразличной мне Анастасии, то в следующем году совпали половинки однородные, относящиеся только к жизни, "живые" половинки. И этими половинками оба соседних года как бы оказываются связанными в единый блок. Но главное, здесь начинает вырисовываться какая-то схема, неясный рисунок. Вот, если продолжить рассуждать в том же ключе, то невольно приходишь к тезису - соединение двух половинок должно давать в итоге нечто целое. Если первый союз составляли полярные половинки, то на другой год объединились уже однородные даты, полугодовые дни рождения, значит, и результат этого слияния должен быть только живой. Так и просится на язык евангельское "Смертью смерть поправ". Конечно, я всё снова начинаю рассматривать с точки зрения ответа на мой вызов самому Космосу. Я снова стал ждать Ответа. Ждать с надеждой. Поэтому я не могу, наверно, оставаться сейчас в свих рассуждениях, умозаключениях достаточно объективным, И все эти совпадения, какие бы удивительны они не были сами по себе, всего лишь совпадения. Да, сейчас снова забрезжила надежда. Но почему намечающаяся схема отсылает меня так далеко, в 2012- ый? Целых семь лет. Испытание ожиданием? Или насмешка неких космических сил?

Я продолжил свой математический анализ. В перевёрнутом календаре 13 января, дата окончания Вектора Возрождения, пришлась на 19 декабря, всего лишь четверо суток после дня рождения Анастасии. Можно взять на заметку, авось пригодится. Хотя... 13 января относится к предыдущему году, не к 2012-му. Но, с другой стороны, оба эти года ведь в блоке, и блок образован по дням рождения, полугодовым, но всё же дням рождения, одно из которых Анастасии. Что ещё примечательно в этом году? Проверим. Ведь не зря Космический Субъект указал на этот год. Совсем не зря. Так, так... Продолжаю математическую обработку календарных и сопутствующих данных по 2012 году. Ничего более примечательного. Пока. А проверю я и следующий год. Он ведь граничит с блоком. Имею полное право исследовать и его, хотя бы по годовщине смерти. А здесь есть кое-что. 26 августа 2013 года оказывается 4748 днём со дня гибели дочери, а это наши с женой года рождения в двухзначной версии. Тоже можно взять на заметку. Нет, не просто взять, тут что-то должно быть скрыто. Не зря дорога изысканий сюда привела. Нужно здесь копнуть глубже. Я вдруг ощутил какое-то чувство предвосхищения, скорее азарта, азарта охотника. Сразу пульс увеличился. Но что с этим числом 4748 делать? Смотреть на него? Проверим-ка его на число "пи". Я разделил на 3,14. . Ниже я объясню, почему. 1512! Удача! Это же снова день рождения Анастасии! 15 декабря! Возьмём на заметку. Решил исследовать и следующую годовщину, 26 августа 2014 года. Почему? Ведь получается совсем уж невнятная связка: 2014-ый граничит с 2013-ым, который в свою очередь граничит с блоком двух предыдущих лет, т.е. получается несуразная конструкция. Но я всё же проверил, на всякий случай, тем более охотничий азарт к этому времени не только не угас, а наоборот, охватил меня от макушки до обеих пяток. И он не подвёл. Вот что я открыл. Сама дата четырнадцатой годовщины была нейтральной, но если её исследовать углублённо, вырисовывается следующая картина. Метод исследования получился несколько громоздким, и он явно не проходит тест "бритвы Оккама", согласно которому наиболее вероятной из нескольких гипотез считается самая простая. Так вот, мой расчёт трудно назвать простейшим, но именно он оказался ключевым для вычисления события, которое случится точно в предсказанное этим расчётом время.

Возвращусь к "пи". Когда я только начал разрабатывать проект под кодовым названием "Европейский торнадо", на его знамени (а как же без него в таком деле!) я изобразил горизонтальную ось времени t, касательную к некоей окружности. Ось времени символизирует субъективное время Ирины, разделённое точкой касания на две части - время до гибели и время после воссоздания (как-то не поворачивается язык назвать это воскрешением). Таким образом, в точке касания сливаются обе даты - смерти и возрождения, субъективно для Ирины между ними нет никакого промежутка, она как бы мгновенно переносится из настоящего времени в будущее, и сколько составляет эта "дельта" в реальном времени, пока неизвестно. Так вот, в моём символе, эта "дельта", т.е. все непрожитые дочерью дни переносятся на окружность, и двигаясь во времени по ней от момента гибели по часовой стрелке, мы непременно опять возвратимся в эту же точку, которая станет одновременно и точкой отсчёта её новой жизни. Этот знак, окружность на прямой, отражает самую суть проекта. И вот спустя почти пять лет я снова вспомнил об этом символе. Раз есть окружность, то у ней должен быть и диаметр. Вот почему я и разделил дни Ирины для даты 26.08.13 г. на число "пи", определив тем самым диаметр окружности в сутках, если бы точкой касания была эта дата. И странным образом оказалось, что диаметр в сутках в этом случае равен числу, которое можно интерпретировать как день рождения Анастасии Игоревны. И это уже третье совпадение, касающееся этой дамы. Но обольщаться по этому поводу особенно не надо, совпадения, какие бы они ни были, остаются совпадениями. По крайней мере, пока.

Какие либо выводы делать ещё рано. Опять беру на заметку.

Вернёмся к 2014 году. Здесь вроде бы ничего нет, но это если рассматривать изолированно только дату 28.08.14 г. Признаюсь, отбросив ложную скромность, что обладаю неким волчьим математическим нюхом, а лучше сказать волчьим нюхом на математические ловушки. Если бы его не было, то я вряд ли из нескольких разрозненных черепков сложил достаточно стройную вазу. Вот эти черепки.

1. Числовой ряд, составленный из количества дней в первых пятнадцати годах нарастающим итогом: 365, 730, 1095, 1461, 1836, ..., 4383, 4748, 5113, 5478. Из этого ряда два числа интересны: 1461 и 4748, что соответствует количеству дней в четырёх и тринадцати годах. Об одном из них я упоминал, а другое представляет из себя начало и конец номера сотового телефона Анастасии: 1...461. Я не мог не выделить это число, прямо относящееся к героине нескольких совпадений.

2. Конец Вектора Возрождения в "перевёртыше", т.е. в 2012 году, который в перевёрнутом календаре совпадает с 19 декабря.

3. Отклонение дня рождения Анастасии Игоревны от последней даты, 19 декабря, на 4 суток.

4. Отклонение дат 12 августа и 26 августа 2014 года (четырнадцатая годовщина гибели Лиды) на четырнадцать суток. Почему 12 августа? Эту дату, двенадцатое число восьмого месяца, можно интерпретировать как число 128, начало номера сотового телефона всё той же Анастасии Игоревны. Согласен, что мотивировка для этого пункта пока слабая. Дальше будет видно. Здесь можно ещё

5. В этом пункте я отмечу, что на каждый год от гибели приходится 1 день отклонения, описанного в п. 4. Тут вообще ничего интересного - мало ли какие могут отклонения от всевозможных, хотя и важных дат. Но, возможно, пригодится.

6. Почему бы мне не применить норму отклонения сутки на каждый год к отклонению в п. 2? Отклонение 4 суток, значит, и прошло ровно четыре года с некоего важного события, которое произойдёт 19 декабря 2008 года, и причём это события каким-то образом напрямую касается Анастасии Игоревну, поскольку это отклонение от её дня рождения. Тут меня подстерегала новая удача - из числового ряда (п. 1) я уже отмечал 4 года, которые длятся ровно 1461 день, уже интерпретированный мною как 1...461, начало и конец номера сотового сотрудницы планового отдела. Это совпадение опять-таки подтвердило предположение о событии, связанном с ней. Здесь можно сделать такой трагический вывод - это день её... (рука не поднимается это писать) смерти. Сами посудите: если второе отклонение в 14 дней - это отклонение от 14-ой годовщины гибели Ирины до Возрождения, её Нового Дня Рождения, то само собой разумеется, что первое, равное 4 дням - это отклонение от 4-ой годовщины смерти Анастасии до дня её рождения. Логично? Я думаю, да. Вот в чём только я мог поторопиться в своём выводе - зачем такая крайность, возможно, это только исчезновение Анастасии из моего поля зрения, она в этот день куда-то навсегда уедет, и вовсе не обязательно в преисподнюю, но в чём я теперь твёрдо убеждён, так это то, что после этой даты я её больше никогда не увижу. И это предвидение действительно осуществилось, только не она уехала, а я.

Повторюсь - каждые из этих пунктов, взятые сами по себе, ничего ценного не представляют. Какие-то цифры совпадают друг с другом. И эти числа по разному интерпретируются в угоду моей самонадеянной теории, к тому же ещё и перевёртываются когда надо и имеют отношение к разнородным понятиям: телефонам, датам и т.д. Казалось бы, ничего убедительного на этом построить нельзя, но тем не менее вот что у меня получилось.

Прежде всего из всего конгломерата совпадений я выделил главное - фигуру Анастасии Игоревны. Конечно, не её физические параметры - рост, вес, талия, хотя в этом значении фигура у неё что надо. Анастасия у меня стала равноправной фигуранткой моего математического расследования, равноправной с главной фигуранткой - моей дочерью. Упрёк самому себе в том, что я на одну доску поставил мою родную покойную дочь и постороннюю, хотя и симпатичную мне женщину, что это глумление над памятью Ирины, я отмёл с порога: математическое расследование неких таинственных знаков и реальная жизнь - совсем не одно и то же, и их нужно чётко разделять. Так вот, в своём анализе странных совпадений я обе фигуры сделал равноценными. "Сделал" - это не совсем точно, может даже совсем не точно, ведь это не мой выбор. Я не имею никакого отношения к тому, что постоянно, на каждом шагу своих теоретических изысканий натыкаюсь на Анастасию. Я не виноват, что разность чисел, представляющих собой обе интерпретации её дня рождения (число, месяц в одной и месяц, год в другой интерпретации) равна 238, а это число в свою очередь можно интерпретировать как 23 августа, дату последнего телефонного разговора с Ириной; я не виноват, что мой последний телефонный разговор с самой Анастасией, как окажется много позже, состоится в первые минуты Нового Года, а именно в 8 минут 32 секунды, и если эти цифры перевернуть, снова получится число 238, ещё один перевёртыш, который я оставил как материальное свидетельство в своём мобильнике; я не виноват, что ещё через полгода, причём на следующий день после открытия этих двух совпадений (до этого дня я не обратил на них внимания) я встречу форд-фокус, в номере которого фигурировало число 238, и после расшифровки номера я как бы получу телеграмму неизвестно от кого: с лаконичным текстом: "ВЕРЬ", я не виноват, что день смерти Ирины и день рождения Анастасии разделяют 111 дней, а их можно интерпретировать как день рождения мамы, 11 января; я не виноват, что уже упоминавшийся последний телефонный разговор с Анастасией состоится в самом начале Нового 2009 года, и его можно обозначить как 119 (первый день первого месяца девятого года), а это число опять-таки можно интерпретировать как месяц и год рождения мамы - январь девятнадцатого, я не виноват, что ... Оправдываюсь по каждому из пунктов своей собственной невиновности (а перед кем, интересно? Всего лишь перед собой? Да и зачем вообще это делать, когда на правовом поле давно царит презумпция невиновности?) сейчас с единственной целью - чтобы читатели поверили, что я не подгонял под заранее подготовленные тезисы факты совпадений. Мол, я специально выискиваю эти совпадения и, если они интересны мне для моей цели, я их использую, а неинтересные отбрасываю. В который раз уж повторяю: да, эти совпадения существуют сами по себе, более того, существует немало тех, которые остались неоткрытыми, но вот что мне не даёт покоя - все те, которые я открыл, представляют из себя в совокупности сложную, но целостную и замкнутую систему, и я бы не смог открыть эту длинную цепь, если бы на неё не указали два события, которые тоже представляют из себя совпадения, но они создают впечатление, что имеют совсем другую природу, а именно - они неслучайны, т.е. кем-то подстроены специально. И подсунуты они мне с таким расчётом, чтобы я вышел на систему случайных совпадений. Если бы эти два неслучайных событий не произошло, то я никогда не вышел бы на случайную систему, так как мне пришлось бы перелопатить такую гигантскую кучу фактов, вавилон. Этот вывод о невозможности важен для меня, поскольку сам перед собой этой невозможностью реабилитируюсь - я специально не подтасовывал совпадения для подтверждения того, что получен ответ на мой запрос в виде проекта "Европейский торнадо", этот сигнал-ответ действительно был отправлен в мой адрес, и он мной был принят. Да и выслан-то он был с таким расчётом, чтобы не остаться без моего внимания, ибо источник этого сигнала хорошо знает адресата, т.е. меня, знает, чем меня заинтриговать, до чего я буду докапываться, да и вообще, всю мою подноготную.

Время от времени меня посещают некоторые сомнения. Подсознание, моё подсознание. Именно оно помимо моей воли перерабатывает огромную массу информации, которая потенциально может быть причастна каким-то боком к проекту, и выдаёт "наверх" только готовые результаты в виде неожиданных совпадений по интересующей меня теме, а я, не догадываясь о неутомимой подземной подсознательной работе, воспринимаю готовые её продукты как полученные "случайно", и этих случайностей возникает так много, что у меня волей-неволей закрадывается мысль, что на эти совпадения меня специально наводит некая космическая сила, исполнительница моего проекта, так как обычной сознательной работой такого не совершить, у меня бы просто не хватило времени, чтобы перелопатить разнородные факты и выделить из "пустой породы золотую руду". Попробую показать это на примере упоминавшейся выше телеграммы от того же Космического Субъекта.

В один из тёплых июньских дней 2009 года я как-бы случайно открыл совпадение времени последнего телефонного разговора с Анастасией Игоревной в обратном варианте с датой последнего телефонного разговора с Ириной. И в этот же день, но уже вечером, я встретил на улице "Форд-фокус" с госномером В 238 АМ. Ну, 23.8 - дата разговора с Ириной, а "перевёртыш" 8.32 - время разговора с Анастасией. Совпало и совпало, пусть в один день, здесь, как говорится, ничего криминального. Но я решил по какой-то неведомой для меня причине расшифровать это номер, чего я никогда не делал, по простейшей схеме: каждой цифре номера соответствует буква согласно её порядкового номера в русском алфавите (вспомнил детские шпионские игры, где мы с друзьями применяли эту же систему). В номере меня смутила только "В", она в нём лишняя, а А и М - участницы проекта: Анастасия, Мария и Марфа (моя мама). Налицо все рядовые участницы проекта, нет только главной участницы - Ирины. И я почему-то решил, что её имя может быть зашифровано в цифрах номера, и я не ошибся. Правда, я для расшифровки взял оба варианта, прямой и обратный, написал их друг под другом и сложил. Что меня подвигло именно на это математическое действие - не знаю, но в результате получил три числа: 10, 6, 10, ну а им соответствуют конечно, же буквы И, Е, И. Вынужден в этом месте сделать небольшое отступление. Когда я открыл совпадения дат и времени последних телефонных разговоров, я отметил, что 832 можно интерпретировать ещё и как дату 8 марта второго года, которая никакого отношения не имела к проекту, но мне интересно было отметить, что женский праздник как бы подчёркивал, что в проекте участвуют только женщины. Полученные три буквы явно намекали на имя Ирина, обе "И" были на своих местах, а "Е" между ними лишняя, и я её приподнял, а над ней поставил другую лишнюю в номере, "В".


В

Е

И И


Сама собой в этом ребусе между двумя "И" напрашивается буква Р, и тогда по горизонтали и вертикали после написания окончаний получим:


В

Е

И (Р) И (Н) (А)

(А)


Итак, помимо имени, которое я искал при расшифровке, я нашёл ещё одно, и тоже женское - Вера. Но кто она такая, эта Вера, которая никак не вписывается в проект. Но гадать тут долго не надо, все мы во что-то верим. И я тоже поверил - автомобильный номер представляет из себя сообщение в мой адрес: "Верь". Во что? Конечно, в осуществимость проекта "Европейский торнадо". Но зачем мне прислали его? Чтобы укрепить веру? Я и так верю в свой проект, не просто верю, а пытаюсь почти научно доказать связь между якобы случайными совпадениями.

Правильно я в своё время решил писать эти записки не как просто разговор с самим собой, но и одновременно обращаясь к потенциальным читателям, хотя и отчётливо осознавал, что последних может и не оказаться. Главное - эта форма письма меня держит в некотором напряжении, делает записки более трезвыми. Вы, надеюсь, заметили, что мне постоянно приходится оправдываться. А перед кем? Конечно, перед вами. Вот и сейчас, когда я сделал успешную дешифровку сигнала, я перечитал последние три абзаца и представил, какое они могут произвести впечатление на постороннего, незнакомого мне человека, который бы стоял у меня за спиной и хищным взглядом с усмешкой пробегал бы по выскакивающим после курсора строчкам. От обвинений в цифромании до бреда сивой кобылы и записок из сумасшедшего дома - вот полный спектр нелестных определений в мой адрес. Да я и сам остался в некотором сомнении после столь смелого, если не сказать дерзкого получения из обычного автомобильного номера депеши с обнадёживающим лаконичным текстом. Как тут не вспомнить студенческий анекдот о преподавателе, который никак не мог поймать нерадивого студента, постоянно пользующегося у него на экзаменах нелегальными источниками, но так ни разу и не уличённого в оном деянии. После очередного успешного ответа по всем трём вопросам билета преподаватель попросил неуловимого подпольщика дополнительно написать "формулу Бороды". Тот невозмутимо сел на своё место и стал уверенно что-то царапать на клочке бумаги. Преподаватель со злорадством стал уже потирать под столом руки - ну всё, сейчас я его прижучу, ведь среди учёной братии никакого такого Бороды никогда и в помине не было, а вместе с ним и его "знаменитой" формулы! Но тем не менее студент подсел к изобретателю хитроумной ловушки с требуемой формулой и цепочкой математических выкладок. Глазам изумлённого преподавателя предстало следующее:


Борода = Е(ВЕ - 3)

Доказательство:

Борода = Бор + Ода, но т.к. Бор = лес, а Ода = Стих, то получаем выражение "Лес стих", а непременным условием, чтобы лес действительно стих, является отсутствие ветра, т.е. безветрие, которое можно выразить вполне математически: без ВЕ три Е, т.е. 3 Е - ВЕ, Е выносим за скобку и получаем: Е(3 - В). Таким образом, Борода = Е(3 - В).


Вот и у меня что-то внешне похоже на эту историю. Почти такие же манипуляции с буквами и цифрами. И чтобы чем-то замолить сей грех, нужно провести полноценную квалифицированную экспертизу, дабы у вас, и тем более у меня самого, не осталось никаких сомнений в самом факте отправки сообщения. Как в математике есть "доказательство от противного", так и я сделал попытку "анализа от противного". Представим (ну, хоть на минутку, пожалуйста!), что некий Космический Субъект решил мне для укрепления моей веры в мною же придуманный проект послать мне телеграмму примерно такого содержания: " Всё будет о,кэй, даже не сомневайся!". Причём в выборе средства связи он, не смотря на его высокий статус, весьма ограничен не столько в силу секретности депеши, сколько в силу наложенного на него табу на массированное вмешательство в наши земные дела. Он мог бы при его космическом могуществе просто написать на лежащем передо мной чистом листе бумаги это послание, либо отстукать на моём компьютере или даже телепатически прислать его прямо в мозг, всё это ему по силам, будьте уверены, для него это, как говориться, "раз плюнуть". Но он явно связан по рукам и ногам некоей Конвенцией о невмешательстве. Ну и как ему быть? Как одним из вариантов он и может воспользоваться изменением номера уже существующего автомобиля на очень ограниченное время. "Но это тоже вмешательство!" - Может воскликнуть кто-то из вас. Согласен. Да ещё какое! Установка фальшивого номера, да это же статья. Куда проще было бы воспользоваться телепатией, здесь комар носа не подточит, никто и не заметит. С этой точки зрения, телепатия действительно была бы меньшим злом, но здесь дело не в нашем Уголовном Кодексе, а именно в "их" Конвенции, согласно которой вмешательством, очевидно, считается организация неестественных, "чудесных" явлений. Как раз под эту категорию подходят и телепатия, и сам собою появляющийся текст на бумаге и на мониторе компьютера. Поэтому наш источник сигнала воспользовался одним из разрешённых вариантов. Ни с того ни сего изменившийся прямо на глазах номер - конечно, тоже чудо-юдо, такого никогда не было, одним словом небывалое явление, а потому неестественное. Но это только на первый взгляд, ведь изменение номера никто не видит, и взгляду любого прохожего открывается обычный автомобильный номер. Если дотошно рассматривать версию чуда, то его, это чудо мог почувствовать только ошарашенный хозяин авто, вернувшийся к своему автомобилю именно в момент кратковременного сеанса "космической связи". (Эх, зря поставил кавычки, ведь для меня это действительно космическая связь). Но всемогущий субъект наверняка предусмотрел такую возможность, и провернул своё дело "втихаря", когда тот отлучился на неопределённое время. Однако принципиальный ревнитель чистоты в подобных экспериментах, возможно, будет настаивать на своём: номер-то всё равно на какое-то время менялся, и самым что ни на есть неестественным образом, хотя и в отсутствии заинтересованного свидетеля. "Нехорошо получается, господин Космический Субъект, как бы "не пойман - не вор". Раз никто не заметил манипуляции с номерами, то её и не было. Здесь даже и не пахнет пунктуальным выполнением пресловутой Конвенции!"

Да, что верно - то верно, действительно не пахнет, если говорить не о духе, а букве за... Да, да, дорогой читатель, здесь я действительно чуть не сделал оговорку, или точнее опечатку, по Фрейду - автоматически, а значит подсознательно, начал писать "закона", хотя имел ввиду букву Конвенции. Всё больше и больше сползаю с художественного на математическое поле, а с него - на юридическое. Наверно, закономерная эволюцию при таком раскладе. Во все тяжкие использую своё право на защиту. Отбиваюсь от всех возможных нападок потенциальных недоброжелателей. Да и от доброжелателей тоже, а больше, вероятнее всего именно от них, т.к. только они, исповедуя, проповедуя и сея добро, могут незаметно, "тихой сапой" утопить доверчивого своего последователя в болоте незаслуженных обид. Ну, всё, пошёл философствовать, что называется, хлебом не корми (это я о себе).

Да, я подтверждаю - это вмешательство, но, по-видимому, допустимое с точки зрения Конвенции, а значит и высшей морали будущего общества, потому что на месте действительного номера авто мог оказаться предложенный КС, дело случая, ведь водителю в ГИБДД в своё время мог достаться как раз этот номер. Вот это и есть принцип связи как частного случая взаимодействия КС с нашим миром. Одним словом, внешний наблюдатель с весьма ограниченным правом вмешательства в наши внутренние дела может использовать только инструментарий, ведущий к созданию ситуаций, которые могли бы быть в действительности, т.е. вероятность возникновения которых естественным путём больше нуля. Это можно обозвать вероятностным принципом связи. Примером могут служить пароли для установления тайных связей (например, в разведке), применяемые в людных местах, где могут некстати оказаться чужие уши. В этом случае текст их должен быть таким, который не отличался бы от обычных разговорах в конкретных обстоятельствах ("Вам нужен славянский шкаф?". - не самый удачный пример такого рода). Вероятностный принцип здесь заключается в возможности, хотя и незначительной, принятия за пароль слова из уст совершенно постороннего человека, то есть на все сто нельзя быть уверенным, что текст пароли произнёс свой человек. Классический пример: "Чёрт побери!" из "Бриллиантовой руки". Юмор юмором, но здесь отчётливо проявляется взаимосвязь между надёжностью тайной связи, основанной на вероятностном принципе и убедительности применяемых для этого средств ("Чёрт побери!" куда уж убедительней для посторонних ушей, но зато не очень надёжно, как оказалось, для пароля). Так и в моём случае, я не могу твёрдо сказать: "Да, это сигнал для меня", так как для связи был использован вероятностный принцип, однако вероятность того, что это действительно депеша в мой адрес, достаточно велика. Трамвайный билет с симметричным номером - тоже из этого же ряда. Действительно, этот номер кому-то же достался естественным путём, пусть не в этом трамвае и не в этот день. Значит, мог попасть и мне, просто так, не как средство связи. Наш Космический субъект и здесь воспользовался тем же принципом. То же можно сказать и о падении фотопортрета - он мог упасть сам по себе, безо всякого космического вмешательства, пусть и не в этот день. Но рассматривая этот случай, можно выйти ещё на один принцип вмешательства - оно должно быть очень небольшое по силе и масштабу, можно сказать нановмешательство по силе и порядка несколько десятков кубических сантиметров по пространству.вмешательства, т.е. оно более масштабное по объёму, чем микровмешательство. Действительно, фотопортрет лежал на верху стопки газет и вероятно, по ним проскользил до самого края верхней крышки шкафа, и для того, чтобы упасть, ему явно не хватало нескольких миллиграмм силы. Вот эти миллиграммы ему и обеспечил КС безо всяких нарушений их высоконравственного кодекса невмешательства. Правда, я подозреваю, что КС всё-таки его нарушал, пусть в малой степени, но нарушал, и поэтому действовал полулегально, отсюда и его чрезмерная осторожность. Но это только мои подозрения, мои домыслы. Правда, последнее можно отнести ко всему моему проекту, но с точки зрения теории вероятности девяносто девять с несколькими девятками после запятой процентов -это ли не гарантия действительности Сигнала?

Продолжаю анализ от противного. Поставлю себя на место КС, жаждущего послать таинственный сигнал объекту проекта "Европейский торнадо". Можно было ли мне использовать при этом какой-то другой автомобильный номер? Ну, с числовой составляющей номера всё понятно, лучше и не придумать - именно почти сразу после открытия объектом совпадений даты и времени последних телефонных разговоров. А с буквами? А и М, как начальные буквы имён участниц проекта я выбрал бы тоже. Правда, раз на М два имени, я мог бы и третью букву номера выбрать М. Ну а можно ли отобразить имя главной участницы как-то по другому? Латинским шрифтом И не предусмотрена, поэтому волей-неволей её имя пришлось бы зашифровывать цифрами, а число 238 со своим зеркальным перевёртышем как нельзя лучше подходит для такой цели. Складывая цифры столбиком, почти как в первом классе, мы обязательно получим равенство первого и третьего числа. Это справедливо вообще для любых чисел: суммы крайних чисел по такому методу сложения равны. А в имени Ирина тоже первая и третья буква одинаковые, к тому же порядковый номер буквы "И" в алфавите - десятый, а сумма крайних цифр в номере как раз десять. Буква "В" в номере тоже как нельзя кстати. В паре с лишней буквой "Е", которая появилась после дешифрации, они пригодны для образования текста телеграммы - "ВЕРА", где третья буква в тексте появляется как бы сама собой, как общая недостающая "Р" в двух женских именах, словно в ребусе пересекающихся друг с другом. Пора сделать важный вывод: никаких лишних букв и цифр в номере нет, каждый его знак несёт свою функциональную нагрузку, и лучшего варианта для депеши просто не может быть. И вероятность того, что именно этот автономер, единственный и неповторимый, случайно попал мне под руку практически равна нулю. А значит... его мне подсунули специально, зная мою приверженность к разгадке вот таких математических кроссвордов. А кто мог знать об этой приверженности? Конечно, это он, это он ... , нет, нет, не санкт-петербургский почтальон, а Космический Субъект, как я его сам назвал, а по сути, это я сам и есть, собственной персоной, только как часть КС и уже на другом берегу реки под названием Жизнь, и кому, как не мне знать свои собственные привычки, пристрастия и наклонности. Итак, я сам себе доказал на почти научном уровне, что мой проект "Европейский торнадо" поддержан на высоком уровне. Не обращайте внимание на орфографическую путаницу во временах, ведь сам Космический Субъект - детище далёкого будущего, однако он вмешался в наше настоящее, которое для него Plusqampеrfekt, т.е. столь же отдалённое прошлое, и поэтому дата исполнения проекта, 12 августа 2014 года, является для него прошлым, для нас же это пока будущее, ближайшее будущее. Косвенно в пользу этой даты говорит факт наличия в моей небольшой библиотеке "Романа - газеты" за двойным номером 23 - 24 за 1991 год с началом романа Александра Солженицына "Август Четырнадцатого", одним из персонажей которого является полная тёзка моей дочери Ирина Ивановна, и примечательно, что на 12 странице, как бы в подтверждение даты 12 августа, она произносит фразу: "Вот в этом я вижу знак". И я тоже могу с чистой совестью провозгласить, что я тоже в этом вижу знак.

Итак, я закрываю это грандиозное математическое расследование. Пора подводить итог. Описываю окончательную схему сигнала - ответа на мой запрос в отдалённое будущее по проекту "Европейский торнадо":

1. 13 января 2011 года, в день окончания Вектора Возрождения, возникло право на реализацию проекта.

2. 4 ноября 2012 года, в день рождения Маши, когда соотношение дней Ирины и Анастасии Игоревны, зафиксированных в еженедельнике, достигло числа "пи", образовалась геометрическая интерпретация Основного События.

3. 15 декабря 2012 года, в день рождения Анастасии Игоревны, произошла Генеральная репетиция Основного События, результатом которой явилось установление даты Основного События.

4. 12 августа 2014 года произойдёт Основное Событие.


Из дневника Игоря Баландина


9 августа 2070 года, суббота. Я не стал откладывать в долгий ящик просьбу Влада и, сдув тридцатилетнюю пыль, раскрыл папку и сразу наткнулся на несколько пожелтевших от времени листов, оставшихся от отца. После его смерти я просто сунул эти бумаги, не читая, в свои старые дневниковые записи и благополучно забыл об их существовании. Распечатаны они были каким-то варварским механическим способом - буквы были словно вдавлены в бумагу, во многих местах они её даже повредили. Не могу представить себе столь старый допотопный принтер - этакое ржавое металлическое чудище. И что самое странное - текст редактировался путём забивки исправляемого места буквой "Ш", как будто у автора не было никакой возможности отредактировать текст до распечатки. И уж совсем ума не приложу, как его можно было редактировать во время распечатки, бесконечно прерывая этот непрерываемый по определению процесс. Углубился в изучение, толком не понимая, о чём идёт речь. Какое-то колоссальное фантастическое моделирование с возложением юридической ответственности за некие побочные последствия на будущих недобросовестных субъектов-исполнителей, явно не лишённых кровожадных намерений. Чтение любопытное, местами даже забавное. Не удержался и вписал самые странные и загадочные тезисы в дневник.


Моделирование миров. М.М. - воплощение в жизнь великого космического принципа: "всё возможное имеет право на существование". В спектре многообразной созидательной человеческой деятельности М.М. занимает самое главное место - это и смысл существования человека, и одновременно оправдание его существования. Оно является продолжением на новом (высшем) витке естественной эволюции с тем же самым принципом.

Моделирование прошлых состояний существующего мира (Конкретное) как вариант занимает незначительный объём в М. и имеет научный либо прагматический интерес. Самый важный результат этого вида М. является Великая Реставрация, изменившая и многократно усложнившая весь облик человечества. Особое место в Конкретном М. занимает моделирование, заявленное в дореставрационный период (далее заявленное). Его характеризует:

а) низкая распространённость;

в) индивидуальный характер;

с) многовариантность

Цель заявленного моделирования очевидна - многократное улучшение качества жизни, вытекающее из неудовлетворённости существующим её уровнем. Многовариантность применяется для увеличения субъективной вероятности "перемещения" в модель. Так, при 16 вариантах её величина достигает 0,99998. Редкость заявленного моделирования связана с громадной дистанцией между датой заявки и временем её удовлетворения, поэтому сама возможность осуществления очевидна лишь узкому кругу лиц, обладающих способностью абстрагироваться в крайней степени. Благодаря этой способности они чисто интуитивно чувствуют общий вектор развития человеческой цивилизации. Эти знания они вырабатывают самостоятельно и не склонны его распространять среди других, так как подавляющему числу потенциальных слушателей они показались бы фантастическими и бредовыми из-за той же неочевидности, а носители таких знаний были бы объявлены сумасшедшими. Справедливости ради следует заметить, что среди этих лиц действительно могут быть люди с некоторыми, пусть и незначительными, отклонениями в в восприятии реальности, что, собственно, и помогает им абстрагироваться от неё. С другой стороны, подобное мироощущение и может как раз вызывать чувство неудовлетворённости, стимулирующее заявленное моделирование.

Этот вид моделирования несёт в себе ярко выраженный антагонизм двух начал - индивидуально-эгоистического и общественного. На первый взгляд противоречия между ними неразрешимы, но при более внимательном рассмотрении предмета обнаруживается, что нарушения прав и свобод других людей, невольно вовлечённых в процесс моделирования, здесь не происходит.

Во-первых, налицо присутствие равных возможностей для всех, ведь каждый из нас имеет безусловное право воспользоваться заявленным моделированием.

Во-вторых, никто, никогда и нигде не может быть лишён право на улучшение качества жизни или изменения её образа при условии, что при этом не нарушаются права и свободы других личностей.

На обоих названных пунктах следует остановиться и рассмотреть их подробнее.

Первый пункт. Возможности-то равные, но почему-то мало кто будет спешить ими воспользоваться. Ранее приводилось объяснение этому феномену - огромная временная дистанция. Но ею можно объяснить редкость явления только наполовину, ведь заявка на моделирование делается задолго до Реставрации, но само-то моделирование происходит уже в тот период, когда промежуток времени между решением о моделировании и его реализацией сокращается практически до нуля. Казалось бы, что моделирование прошлого с коррекцией (дельтой) можно сделать без предварительной заявки, и подавляющее большинство не отказалось бы от улучшения качества жизни. Но здесь необходимо отметить, что речь идёт о качестве жизни в прошедшем времени - всё, поезд уже уехал, и как бы кто ни был не доволен жизнью в далёком прошлом, но оно, это прошлое, свершилось, и его уже не изменить. Можно лишь изменить жизнь в модели своему двойнику в далёком прошлом, а не себе, и у него будет самостоятельная жизнь. Будет, если ты её ему дашь. Но у него ведь не спросишь, нужна ли она ему, и у тебя нет никакого стимула это делать, ведь пока нет модели, нет и твоего двойника, а есть лишь твоя прошлая жизнь, и она худо-бедно прожита, и нет смысла менять её теперь, задним числом, с другого берега. И совсем иное дело по заявке, в которой человек сам себе обязуется в будущем осуществить моделирование с улучшенной "дельтой", и у него есть стимул - он надеется с высокой, практически стопроцентной вероятностью вписаться в будущую модель. Правда, когда дело дойдёт до моделирования, у него этого стимула уже не будет, останется только обязательство перед своим "невылупившимся" двойником. В момент принятия обязательства он знал о потере стимула в будущем, поэтому в обязательство вложил всю свою душу, призывая себя как будущего субъекта моделирования сделать это во что бы то ни стало, для чего облёк обязательство в юридически безупречную с его точки зрения форму. Центральным местом её стал пункт о субъективном перемещении личности из реального мира в отмоделированный. Что это значит? Да очень просто! После заявленной даты копирования человек определённый промежуток времени внутренне перевоплощается в свою будущую копию, находящуюся в модели, т.е. ощущает и ведёт себя так, как будто действительно попал в неё. В этом случае он как физический объект, как личность со своим внутренним миром на короткое время будет полностью идентичен своей будущей копии. От его твёрдой веры в это зависит успех предстоящего моделирования. Таким образом в реальном мире в течении нескольких минут будет существовать копия, живущая по законам отмоделированного мира. По истечении этих минут жизнедеятельность двойника приостанавливается, так как реальный человек выходит из образа, а возможность продолжения существования копии будет зависеть уже от того, будет произведено в будущем моделирование или нет. Но факт остаётся фактом - копия уже существовала некоторое время, она была жива, и если моделирования не будет, то с юридической точки зрения можно вести речь о смерти, которую высоконравственное будущее сообщество хомо сапиенсов сверхсовременных допустить не может. Копия, субъективно прожив хотя бы несколько секунд в реальном мире, юридически уже отделяется от подлинника, её юридические права, включая право на жизнь, отчуждаются от прав оригинала. А право на жизнь, естественно, защищено законом, и поэтому заявленное моделирование, представленное юридически выверенным бюрократическим арсеналом, перестаёт быть делом только индивидуальным, а приобретает общественный характер. Намеренное препятствие моделированию может быть расценено в этом случае как посягательство на жизнь. Таким образом, в первом пункте раскрывается механизм осуществления заявки.

Второй пункт. Право на улучшение качества жизни. В этом пункте оговариваются допустимые пределы корректировки ("дельты") откопированного мира. Они должны быть достаточно широки, и в то же время должны обеспечивать права и свободы других личностей с одной стороны и безопасность самого двойника заявителя с другой, так как чрезмерное увеличение возможностей грозит превратить его жизнь в собственную игрушку, лишая смысла своё существование. Поэтому право на ограничение "аппетита" заявителя должно быть предоставлено непосредственному исполнителю заявки, кто бы в этом качестве


не выступал. При этом последний должен избегать необоснованных ограничений, сообразуясь с законными интересами заявителя, обеспечивая в то же время общее естественное развитие в отмоделированном мире. Под этим в первую очередь подразумевается внутреннее сохранение тайны моделирования. Другими словами, в пределах рассматриваемого мира для всех его индивидуумов не должно быть действий, которые могли бы быть восприняты ими как неестественные. Никаких чудес...


Из всего прочитанного я выделил для себя только "сохранение тайны моделирования", справедливо решив, что это может иметь каким-то боком отношение к нашим расследованиям. А как же? И там, и здесь - некая тайна, и вполне возможно, общая. Кто же автор этого странного опуса? Отец? Дед? А может и прадед? Стал перечитывать свой старый дневник:


14 июня 2041 года, пятница. С завтрашнего дня начнёт действовать российский интернетсайт "Двадцать второго июня сорок первого, суббота". Вот уже полгода, когда начался бум вокруг этого гигантского информационного проекта, в котором приняли участие миллионы жителей не только нашей страны и Германии, но из других стран - отправляли на этот сайт письма, фотографии и воспоминания, само собой были задействованы все архивы чуть ли не всего мира. А о компьютерных гениях и упоминать не надо - созданы такие мощные программы для целой огромной сети комбинированных, топологических квантовых компьютер и их всевозможных гибридов. И завтра, ровно за неделю до столетия начала Великой Отечественной можно будет секунда в секунду в Интернете наблюдать за действиями обеих находящихся де-юре в состоянии сторон, связанных пактом о ненападении и выполняющим пока его условия, виртуально переместившись во времени ровно на век. И надо же, именно на 22 июня, на субботу, Владислав со своей прекрасной Еленой назначили регистрацию брака, как будто в пику общественному мнению. Когда я высказал ему свои соображения на сей счёт, он только усмехнулся:

- Нас таких в загсе, знаешь, сколько будет?

- Знать не хочу.

- Да ты, я гляжу, надулся на полном серьёзе? Нет, не думай, я тоже патриот, будем следить вместе с Леной за компьютерной войной - она у меня тоже патриотка.

- Влад, почему ты о серьёзных вещах так говоришь. Война-то была реальная.

- Ладно, не усугубляй, ты сам-то не помнишь, когда развёлся в последний раз, в какой день?

- При чём тут это?

- Ага, значит как ты - то всё ни при чём, а как я - так антипатриотично.

- Хорошо, так в какой день у меня был развод?

- Когда полмира праздновали день рождения председателя Мао, - и он расхохотался, как над своей самой удачной шуткой, - а ты своим разводом омрачил такой день!

- Кто там его сейчас помнит? Да и придумал ты про день рождения.

- Я только преувеличил о размахе праздновании, а день рождения и полглобуса китайцев - сущая правда и, увы, реалии наших дней. Конечно, я не знаток ДР-ов всех председателей и генсеков, но когда собирался к тебе отметить твоё очередное освобождения от оков Гименея, отлично помню: промелькнуло именно такое сообщение.

- А ты как раз в эти оковы собрался. С воодушевлением и энтузиазмом, как я погляжу. Как будто на тебя наденут их из чистого золота. Ничего, иллюзии, как и насморк, не надо лечить - сами пройдут.

- Давай-ка не будем о диалектике. А завидовать - нехорошо, как ни как пятый грех по Ветхому завету.

К сказанному Влад присовокупил своё любимое, помесь белеберды с глупостью, от которого меня всегда коробит:

- Мне чо? Я ни чо, другие вон чо - им и то ни чо, а я чо?

Мы разбрелись по своим конурам, едва не поссорившись. Правда, конура - это относится только к моей берлоге, а у Влада - уютное гнёздышко, там у него уже несколько месяцев хозяйничает Елена. Я давно у него не был, неделю назад посетил и обнаружил разительные перемены. Если раньше квартира его больше походила на бункер - тёмный, суровый, того и гляди из гардеробной выйдет какой-нибудь генералиссимус с охраной, то теперь угольные стены прихожей перекрашены в нежно-коралловый цвет, вместо кованой банкетки - мягкий пуф. Полка, на которой стояла одна здоровенная коряга, сейчас уставлена вазочками, фарфоровыми куколками и ароматическими свечами. В спальне во всю стену ещё год назад красовалось чёрно-белое изображение обнажённой женщины, после воцарения живой рисованная голая тётка исчезла, вместо неё фотообои с розочками. Однако по некоторым признаками я опытным глазом определил, что женщина в квартиру друга просачивалась постепенно, по сантиметру отвоёвывая брутальное пространство, и Влад, по всей видимости, даже не заметил, как оказался внутри пирожного бизе.

Уже когда я был в лифте между пятым и шестым этажами, в наушниках раздался его голос: "Война войной, а загс - по расписанию. Не опаздывай, господин свидетель, ровно в два нуль-нуль". "Есть, господин отставной судья". Да, действующим судиёй его называть уже поздно. Ещё неделю назад он сознался: "Покончил я с этим. Не моё. Буду сколачивать частное бюро по розыску сгинувших родственников". Он уже давно носится с этой голубой мечтой - заняться частным сыском с семейным уклоном. И меня подбивал на это дело. Но я твёрдо стою и буду стоять на своём - я железнодорожник в четвёртом поколении, и ничего менять не намерен. Работаю в "Росжелдорреме - 16", все виды ремонтов железнодорожных путей в Уральском регионе, мои дед и прадед тоже работали в такой же фирме, только называлась она по-другому - путевая машинная станция, сокращённо ПМС. Из-за этой аббревиатуры и изменили, по-моему, название: такое же сокращение есть в гинекологии, и работников, верно, частенько подкалывали этим. Дед Иван рассказывал, что во время выдачи заработной платы у начальства всегда болела голова, как её выдать с наименьшим ущербом для производства. Я хорошо представляю, как на следующий день, "после вчерашнего", изрядно поредевшие ряды путейцев, слегка пошатываясь, уныло бредут на работу, а в спину им несётся нелестное: "Ну, как всегда работнички ПМС после получки, как после ПМС в патологически тяжёлой форме!" Пэмээсовцы, видимо, не стерпели, и завертелось - забастовка, бунт, референдум и мирное разрешение конфликта со сменой вывески. Но это только моя версия событий.

И вот Влад вплотную занялся реализацией давнишней мечты. Между нами говоря, не столь она и давняя. Сколько помню, ещё в детстве, он хвастался, что у его бабушки фамилия была Шереметева, из того самого рода, графов Шереметевых. Мы, мальчишки, все смеялись над ним, конечно, не верили - ну какой из него графский потомок, горшок горшком. Уже позже я как-то полюбопытствовал, почему бабушка не дала ему свою фамилию. "Дура потому что была! Надо же, Шереметевых променяла на Горшковых. Если сама не хотела оставить графскую фамилию, хотя бы единственного сына, моего отца, записала бы на свою - не думаю, что дед Горшков был бы против". Он так расстроился после моего вопроса, что я попробовал его успокоить: "Да брось ты. Бабка может совсем и не из их рода, просто однофамилица". Но он раскипятился ещё больше: "Что ты понимаешь?! Это у Горшковых может быть пол-России просто однофамильцев, а все Шереметевы - графские потомки!". Но я так и не понял, зачем ему это - единственная выгода может быть только одна: имея столь благородную фамилия, он не был бы обладателем далеко небезобидного прозвища. И вот года полтора назад он решил вплотную заняться своим генеалогическим древом, по крайней мере той частью его кроны, которая могла иметь отношение к графскому роду. Долго ли, коротко ли, но ему удалось доказать (самому себе, конечно, а кому больше, ну, может быть заодно ещё и мне) принадлежность к потомкам древнего российского рода, истоки которого относятся к середине семнадцатого века. Влад выяснил, что он - прямой потомок небезызвестной крепостной оперной певицы Прасковьи Жемчуговой, любовницы, а впоследствии и жены графа Николая Шереметева. Он мне все уши прожужжал про эти генеалогические находки, поволок меня в Москву в бывшую усадьбу Шереметевых, рядом с Останкинской телебашней. Там, у портретной галереи Шереметевых, он, указывая на портрет десятилетней девочки, с некоторым оттенком грусти глядящей на зрителей всё понимающими глазами почти что взрослой женщины, сообщил, что это его четырежды прабабушка. На мой вопрос, как же она ухитрилась в условиях жёсткого светского патриархата девятнадцатого века передать своим потомкам славную фамилию, он, хитро подмигнув портретной Ане, своей прапрапрапрабабушке (ровно четыре раза пра), простодушно ответил:

- Да уж умней была графиня Анна Сергеевна Шереметева своей праправнучки Екатерины Павловны Шереметевой - Горшковой, не сумевшей даже в эпоху свободы нравов и сексуальной революции закрепить за потомками принадлежность к знаменитому роду.

Кроме галереи мне запомнились только стена с пилонами в вестибюле Останкинского дворца да три девицы в парке с огромной чашей на головах, прикрывающие ладонями обнажённые груди. "Три грации" - представил их мне Влад, как своих давнишних знакомых, - а это - Игорь Баландин, сын Васильев, тоже из потомственных... железнодорожников". Да, в грации им не откажешь, хотя ниже бюстов тела, увы, были уже прикрыты чем-то вроде древнегреческих туник, обтягивающие фигуры девушек, дававших всё же возможность оценить их красоту, особенно прелесть женских ножек, потому что у каждой из скульптур было ровно по одной неприкрытой. "Между прочим, работа итальянского мастера" - тоном гида сообщил прямой потомок Шереметевых, скрыв, однако, фамилию скульптора.

Пока Влад нащупывал свои корни, он пристрастился к такого рода поискам, обрёл много виртуальных друзей, нацеленных на подобные изыскания. "Теперь я свой человек на Всемирном генеалогическом форуме, там у меня уйма знакомых со всего мира, и каждый в любую минуту готов мне помочь в поисках, и не только в генеалогических. Давай-ка, бросим службу с её обязательной и унылой подёнщиной и организуем свою поисковую контору. Будем свободными художниками и холодными философами!"

15 июня 2041 года, суббота. Проснулся, вспомнил, что сегодня выходной и с удовольствием потянулся. Хотел ещё поваляться в постели, но сегодня начинается давно ожидаемое событие. Выпил натощак стакан воды и, не завтракая (по правде говоря, и нечего было есть, кроме осточертевшей яичницы) - в Интернет, на заветный сайт. Сразу появилась надпись: "СССР и Германия по состоянию на 15 июня 1941 года. 4 часа 43 минуты. Время среднеевропейское". Из глубин космоса навстречу понёсся знакомый голубой шарик. Когда он приблизился и занял весь экран, ярко-красным вспыхнул огромный Советский Союз, а чёрным - более скромная по размерам Германия. Но были и цвета пожиже: розовый - прибалты и западные украинцы, серый - поляки, австрийцы, французы и ещё кое-кто. Очевидно, что разбавленные колера - это территории, завоёванные будущими прот

ивниками (а сейчас, на текущую дату, пока ещё заклятыми друзья) перед самой войной. Через несколько секунд появились естественные цвета, в основном голубой и зелёный, и я взял курс на западную границу, используя опцию "Картографические надписи". Удобно: моргнул правым - надписи и границы, левым - снова вид как с самолёта, без букв, границ и прочих знаков. Снизился до высоты птичьего полёта, 150 метров. Вернее сказать, орлиного полёта, потому что вороны, воробьи и прочие пташки летают гораздо ниже, куда мне снижаться бесполезно - просто изображение расплывается. Но и отсюда всё прекрасно видно, даже колыхание деревьев от ветра. Вот деревушка, всё как на ладони. Крыши покрыты соломой, по-моему дома в этих местах звали хатами. Вот это да! По деревенской дороге бредёт стадо коров! И бурые, и светло-коричневые в белых пятнах, и белые в светло-коричневых пятнах, разные. И пастух в соломенной шляпе позади, беззвучно хлопает кнутом. Включу-ка я звук. Всё, включил. И сразу окунулся в океан звуков: весёлый шум листвы, щебетанье птиц, резкие удары кнута, даже можно местами разобрать ругань пастуха: "Зараз я... Вот яка скотина! ... Геть!" А скотина ему действительно досталась не из самых смирных - все норовят разбрестись с дороги в разные стороны и потоптаться на пшенице. А ребята молодцы! Хорошо сработали. Так уж рекламировали этот проект, даже кто-то из ретивых журналистов, эксклюзивно допущенных на пробные сеансы, окрестил его "чудом двадцать первого века". Я, каюсь, грешен, думал - лапшу вешают на уши, всё будет как всегда - дёргающиеся манекены с застывшими гримасами полуулыбок, бесконечное треньканье и прочие прелести компьютерных стрелялок. Конечно, лица у пастуха не разглядеть, но он - живой, настоящий! Как и бурёнки. И звуки все естественные. Но это действительно Чудо, конечно Чудо! На меня нахлынула такая волна вдохновения, какую я никогда не испытывал, разве что-то похожее было в лесу под Пышмой, когда впервые у меня случилось с моей будущей первой женой. Конечно, я не думаю, что на самом деле в пять часов две минуты по уральскому времени, ровно сто лет назад шли именно такие вот коровы в таком количестве, подгоняемые таким пастухом и конкретно в такой шляпе. Но ощущение причастности к вековой давности, ощущение тревожного предвоенного времени на все 100 процентов. Компьютерно - сетевое чудо. Идиллию нарушил голос Влада: "Салют! Смотришь? Ты прав, всё великолепно, я сейчас барражирую над Екатеринбургом, пардон - над Свердловском, своей улицы я, конечно, не нашёл, там дикий лес, а вот на Луначарского, где наша конспиративная забегаловка, всё почти без изменений, здание такое же, и, представляешь, выходят два мужика, вылитые мы с тобой, только одеты не так, в каких-то рабочих хламидах. А вокруг - всё другое. Да, а почему в названии проекта фигурирует суббота? Сколько помню, всегда твердили, что война началась в воскресенье, сам читал в сетях, что Гитлер напал именно в выходной, а субботы в то время были рабочие. Он, иуда, хотел застать нас врасплох - знал, donnerwetter, как русские умеют гулять по выходным, и, кстати, до сих пор умеют".

- В этом году 22-е и будет суббота. Так сказать, перекличка веков: воскресенье тогда -сейчас суббота.

- Ясно. Значит, с каждым веком на один день недели отстаём. Ещё через сто, 22 июня 2141, будет пятница?

- Да нет, четверг. В 22-ом веке отставание от нашего 2 дня.

- Ладно, тебе видней. Пока.

Ему это уже было неинтересно, но если бы он спросил, то мой ответ был бы прост, как правда: число из первых двух цифр векового 2100 года не делится на четыре, поэтому этот год не високосный в отличии от 2000-го, високосного, поэтому и сдвижка не на один день, как в 21-ом веке, а сразу на два. Легко вычислить, что 22 июня 2341 года снова будет воскресенье.

Я взял курс от деревушки на юг. Вот и советско-польская граница, которую уже можно считать советско-германской - Польша-то оккупирована. На нашей стороне почти пусто. Конечно, если лететь вдоль границы, обязательно наткнёшься на заставу, а между ними нткого. Совсем другое дело на немецкой стороне - в сторону границы по сельским дорогам тянутся бесчисленные колонны автомашин с фургонами и без, они едут до тех пор, пока не упираются в лесной массив, из них выгружаются солдаты в грязно-зелёных мундирах, в пилотках, за плечами - каски. Отчётливо слышны громкие команды офицеров, их сразу можно узнать по фуражкам. В воздухе носится гул голосов, отдельные выкрики даже можно выделить из общей мешанины: "Weg!... Abfahren!... Schnell!". Дальше от границы к югу проходит шоссе - по нему, поднимая пыль, с рёвом и скрежетом двигается боевая техника - танки, тягачи с пушками, бронетранспортёры. Но они двигаются безостановочно, очевидно, до пункта временной дислокации, где и будут дожидаться команды на переправу. Странно, я только сейчас, в эту минуту понял по-настоящему, что такое эффект присутствия. Никогда такого ещё со мной не случалось. Сколько бы "D" не было у фильмов, ни один из них не производил на меня даже отдалённо сходного впечатления. Видя с высоты орлиного полёта, как внизу копошатся, дребезжат, орут чуждые мне люди, как загодя готовится громадный вражеский ударный кулак, который через неделю будет занесён над моей Родиной с её почти беззащитными границами, мне стало не по себе. Я отчётливо сознавал, что это было сто лет назад, но не просто век назад, а ровно сто лет назад, секунда в секунду. И именно это обстоятельство, секунда в секунду, как бы предполагало, что это ещё не произошло, это случится только через неделю, и ещё есть в запасе время как-то помочь, предупредить, предотвратить. Но, увы, это уже давно произошло, и я почувствовал своё бессилие, да, да, бессилие перед неизбежным. В волнении я ушёл с сайта, переключился на музыку и направился на кухню. Всё-таки проголодался, и довольно изрядно. На яичницу я не мог больше смотреть, решил поесть то, что подвернётся под руку. А подвернулась под горячую руку манная крупа, из неё я и сварганил кашу, благо в холодильнике нашёл пакет не очень свежего молока. Вопреки мрачному ожиданию оно не свернулось, но зато чуть не сбежало, и в итоге всё-таки каша получилась хоть куда - не очень густая и, главное, без комков, как это, к досаде дилетанта- кулинара, иногда случается. Положил в тарелку приличный кусок сливочного масла и стал вкушать. Всё, кажется, хорошо: и каша отменная, и аппетит хороший, и из колонок звучал хрустальный голос Анны Герман, русскоязычной полячки: "Только во время надо очнуться от любви несчастливой своей" (и это соответствовало моему теперешнему положению - я уже давно очнулся, только что-то не очень хотелось, чтобы "засвистел другой соловей"). Но скребли на душе кошки. Подносил ко рту ложку с обжигающе горячим лакомством, а в голове такие несвоевременные мысли - там в это время подъехало ещё несколько автомашин, выпрыгнули из кузовов ещё несколько десятков военнослужащих вермахта, а по шоссе, почти параллельно границе всё катят и катят тяжёлые танки, кроша и царапая твёрдое дорожное полотно, неотвратимо приближаясь к намеченному пункту, чтобы в нём ждать сигнал к началу реализации плана Барбаросса. А где-то в нескольких десятках километров от границы, на аэродромах, сейчас, в это самое время, бензозаправщики уже подкатывают к нетерпеливо застывшим самолётам с белыми крестами на фюзеляжах и крыльях. Скоро, совсем скоро начнётся.


26 августа 2041 года, понедельник. Вчера почти весь день провёл на войне. Хотел окавычить войну, но не стал, ведь я хоть и виртуально, но летал над полями действительных сражений, с горечью наблюдая за отступлением наших. Несколько раз пристраивался в хвост "мессерам" и нажимал на несуществующую гашетку, мысленно пуская очередь трассирующих пуль во вражескую машину. Хотелось, ох как хотелось сбить спесь с обнаглевших фашистских ассов, вытворявших в родном небе всё, что им заблагорассудится. А жаль, что опциями не предусмотрена стрельба - очень тяжело наблюдать всё это и не иметь возможность вмешаться. Но я подавлял свою досаду, ведь в таком случае это была бы просто игра в войну.


Сегодня у нас пятичасовое "окно", в течении которого мы должны успеть убрать 8 километров старого изношенного пути и уложить на его место новый. На это время перекрывается движение поездов на одном из путей двухпутки. В военной терминологии это называлось бы не иначе, как генеральным сражением. Накануне, в воскресенье (какой уж выходной - на войне как на войне) было производственное совещание, планёрка, на котором досконально распределялось, кто что делает и кто за что отвечает, ну, совсем по суворовскому уставу - каждый солдат знай свой манёвр, не в пример прусскому - первая колонна марширт налево, вторая марширт направо. И это не образное сравнение, ведь за каждую заминку во время "окна" можно получить такую взбучку, что мало не покажется. Я, как оператор путеукладочной машины, должен внимательно следить, как идёт укладка, практически не вмешиваясь, всё на "автопилоте". И только в случае чего-то уж очень непредвиденного нажимаю на "стоп", потому что в программах управляющего компьютера с оптическим процессором учтены даже самые маловероятные возможные обстоятельства и помехи. Мощность такого компьютера громадная, на несколько порядков больше, чем обычного, так как сигналы в нём передаются всего несколькими фотонами, которые совсем не нагревают устройств, и им даже вентилятор не нужен. Я сижу в своей просторной кабине перед экранами и приборами, которых не меньше, чем в кабине пилота межконтинентального лайнера и ... ничего не делаю. Но это при взгляде со стороны. На самом деле я - весь внимание: ушки на макушке, глаз - алмаз, от напряжения слегка слезится, нервы на пределе, одним словом, готовность номер один. Всегда готов по пионерски вмешаться в работу компьютера. Разве сравнить с режимом авиационного автопилотирования, ведь на воздушных трассах нет ни камней, ни шероховатостей, ни уклонов. Если и бывают какие-то аномальные турбулентные потоки, то редко, и за сотню километров пилота о них известят, а о грозовых районах и говорить нечего - автопилот заранее проложит безопасный курс. У меня же от курса нельзя и на миллиметр отклониться. Да если я и вознамерюсь это сделать, ничего не получится - умная машина укладывает рельсы точно на то же место, откуда были сняты изношенные, и достигается такое чудо за счёт, как ни странно, атомных часов на оптических квантовых переходах, у которых безумная точность хода - одна секунда на двадцать миллиардов лет. А зачем, спрашивается, вообще часы для того, чтобы положить некую вещь на своё место? Да ещё с фантастически мизерным отставанием в одну секунду со дня Сотворения мира? Очень просто: часы используются для измерения скорости получения сигнала со спутника, поэтому (цитирую фразу из технического описания) "точность измерения времени конвертируется в точность позиционирования в пространстве". Лучше не скажешь.

Дед Иван мне рассказывал, как он достигал "точность позиционирования" рельсов в пространстве. Мне сейчас становится смешно до слёз, когда я вспоминаю его откровения: перед тем, как убрать старые рельсы, он промерял по всему фронту запланированной на день работы расстояния от головки рельса заменяемого пути до соответствующей головки рельса соседнего пути, и проделывал это он с помощью обычной рулетки, записывая результаты измерения мелом тут же, на рельсе. Следом шла путеразборочная машина и убирала старые рельсы, потом путеукладочная манипулировала с новыми рельсошпальными решётками, ориентируясь на записи мелом. Представляю, какая была точность укладки, тем более что соседний путь тоже был уложен когда-то с такой же дикой точностью, и от него отмеривать трассу для нового пути с теперешней точки зрения полное безумие. На мой взгляд, с каждым капитальным ремонтом пути, а так называется сплошная смена рельсов и шпал, трасса отклонялась всё больше и больше, и я удивляюсь, почему вообще путь при таком варварском способе измерения и последующей укладке не уткнулся в конце концов куда-нибудь в болото. Но дед Иван мне о таких случаях не заикался, всё, видимо, сходило с рук. Он только сожалел, что после укладки путь был весь в углах (а чему тут удивляться!), и потом шла большая толпа рихтовщиков и на глазок (только представьте себе!), используя так называемые чекварки, нечто вроде ломов с пружинами, под свистки бригадира дружно сглаживала эти углы. И после всего этого по такому пути шли поезда! Пусть и с небольшой скоростью, но всё равно километров 70 в час всё-таки было. Ну а теперь путь сразу ложится ровненько, комар носа не подточит, никаких рихтовщиков не надо - можно разгоняться хоть до двухсотсот кэмэ.

Вот и уложены последние метры. Новый путь соединён временной перемычкой со старым участком, который будет меняться в следующее "окно". Конец укладки пришёлся как раз на переезд перед станцией Баритная Южно-Уральской ж.д. Я сдал машину механику-машинисту и отправился на станцию. К своему удивлению, около здания я увидел родительский внедорожник. Оглянулся по сторонам - никого нет. Стал ждать - должен же кто-то из них появиться. Интересно, что они тут потеряли? Ждал не долго. Ни отец, ни мама не удивились, когда увидели меня. Я встретил их вопросом на засыпку:

- Интересно, что тут делают наши отпускники? Я уж думал - вы давно в Крыму.

- Завтра вылетаем. А мы увидели путеукладчик, сразу решили, что это твой. И действительно, надпись - "Желдорремонт - 16". Надо же, какое совпадение, а мы ... - отец быстро взглянул на маму, а та продолжила за него:

- А мы приехали помянуть мою... троюродную сестру - она здесь, на этом переезде погибла. Автобус попал под поезд. Сегодня исполнилось двадцать семь лет.

- Что-то вы никогда не упоминали о ней.

- Да... Так как-то... - мама немного замялась, - всё равно, ты её не знаешь - тебя ещё и на свете не было...


Нашёл, всё-таки я нашёл одну-единственную зацепку, которая поможет пролить свет на странные, мягко говоря, нестыковки. Дальше я читать не стал, там уж точно ничего подозрительного не было. Я вызвал Влада и сообщил о троюродной сестре, погибшей 27 лет назад.

- Молодец, Игорь! Теперь кое-что проясняется. Эта твоя неведомая тётя погибла 26 августа четырнадцатого года, ты родился на следующий год, 5 мая, так ведь?

- Ну и что? Какая связь?

- А то, что ты мог быть её сыном. Но это только пока рабочая версия, в её пользу говорит фраза в твоём дневнике: "мама немного замялась", она что-то скрывала от тебя. А что она могла скрывать в таком контексте? Ясно - усыновление.

Скорый на столь смелые рабочие гипотезы Влад меня просто вывел из себя, но я постарался возразить ему как можно спокойнее:

- Не мог же я родиться через девять месяцев после смерти матери, если она действительно мать. Такое может быть только с отцами - будущий отец умер, а ребёнок его может родиться в течении девяти месяцев после смерти.

- Это верно. Но при усыновлении, при тайном, подчёркиваю, усыновлении, дату рождения ребёнка могут сдвинуть на несколько месяцев. Такое случается.

- Час от часу не легче! Выходит, меня усыновили оба родителя. Но почему отчим перед смертью не сказал всю правду - то, что мама у меня тоже не настоящая, заодно уж - кругом сирота.

- Да очень просто, Игорь! Он не знал, потому что когда её встретил, у неё был уже ты, усыновлённый ею ты. Троюродная тётя погибла, остался маленький ребёнок, то есть ты, и она тебя усыновила, тётя эта была, очевидно, мать-одиночка, а искомый нами утопленник Костя и есть, скорее всего её жених и твой отец по совместительству.

Я был так поражён новостью о своём круглом сиротстве, хотя пока и чисто теоретическом, что не обратил абсолютно никакого внимания на его фривольно-развязный тон в отношении моих очередных предполагаемых родителей.

- Но зачем, в таком случае, ей надо было скрывать от отчима, что я - сын её родственницы?


- Да, тут ещё много вопросов. Эта версия нисколько не проясняет путаницу с документами. Тот, кто пытается пустить нас по ложному следу, подсовывает нам такие документы, которые "омолаживают" твою маму на 12 -14 лет, ведь по словам свидетелей, а в достоверности их я нисколько не сомневаюсь, в 93-м, когда она якобы родилась, ей было уже почти пятнадцать, то есть она родилась в интервале с 1979 года по 1981 год, что не противоречит её словам о старшинстве над своей сестрой Екатериной, родившейся тоже в этом интервале - они же, по словам очевидцев, погодки.

- Постой, постой! Ты говоришь - подсовывают, но мама и сама считала, что она с 93 года, и документы, её личные документы, которые никто ей не подсовывал, говорят о том же. И выглядела она соответственно, не в пример своей сестре.

- Опять двадцать пять! - рассвирепел Влад, - а мы чем занимаемся? Как раз и распутываем этот клубок противоречий. Тут есть какая-то тайна, может и не одна, мама твоя несомненно о ней знала, возможно и отчим. Не исключено, что ещё кто-нибудь. Во всяком случае, круг посвящённых был очень узок, но наверняка кто-то из них остался в живых - и этот кто-то и инициировал силу, которая активно препятствует нам в раскрытии этой тайны. Мы действуем вопреки этой силе, и не такая она могущественная, как это может показаться, ведь мы всё равно, пусть медленно, но продвигаемся по пути истины. Но в любую минуту можем остановиться, ведь твоя мама, светлая ей память, тоже была за сохранение этой тайны, так зачем нам её раскрывать? Предлагаю ...

- Не может быть и речи! Да, мама утаивала что-то от меня, но... но ради моего спокойствия. Она ведь не думала, что я вздумаю раскапывать как раз в этом месте. Видит бог, что я хотел совсем другого, а... нечаянно наткнулся, и мы успели выяснить такое... Поздно, слишком поздно. Какое тут может быть спокойствие. Теперь что? Только до конца.

- Надеюсь, не просто до конца, а до победного? - ухмыльнулся Влад.

Я ничего не ответил.

Вернулся домой. Настроение было паршивое из-за этих "вновь открывшихся обстоятельств" (цитирую Влада, а может быть и сам УК РФ), и чтобы хоть немного забыться, с головой влез в Интернет. Недавно у меня появилось новое хобби - четырёхмерные фильмы. До недавнего времени я вообще не обращал никакого внимания на сообщения о выходе мирового кинематографа в новое измерение, а сейчас удивляюсь, почему в годы моей юности до такого не додумались, технически-то это было возможно уже в начале века, ведь именно тогда появились ЖК-дисплеи на основе смектиков с объёмным экраном. Я здесь говорю не о плоском экране, на котором благодаря стереоэффекту создаётся иллюзия трёхмерного изображения, а действительно об объёмном экране, на который поочерёдно проецируются изображения сечений трёхмерного объекта с огромной частотой их подачи, и у этого объекта можно наблюдать не только внешние детали, но и внутренние, благодаря чему и появились лет десять назад четырёхмерные фильмы. Я в то время не понимал, зачем вообще нужно четвёртое измерение - мало нам трёх? Тогда же и прозвучали первые грозные призывы запретить такие "абстракционные" фильмы как угроза основам существования рода человеческого через искажение индивидуального восприятия реального мира (эту галиматью цитирую по памяти, обычным языком трудно передать агрессию, развязанную и в сети и в эфире радетелями "чистого, трезвого, незамутнённого и целомудренного взгляда на окружающий нас мир". Вот эта горячая полемика в обществе и подогрела мой (и не только мой) интерес к "новому виду искусства". Сейчас-то я считаю это обычными нападками консерваторов, которые происходили всегда, на протяжении всей истории нашей ЧЦ, на каждом очередном витке прогресса. Когда изобрели первый печатный станок, тоже нашлись, наверно, сторонники "не пущать" под тем благовидным предлогом, что священные тексты, а именно так относились, по-моему, в допечатное время ко всему написанному от руки, растиражированные и доступные всем смертным, потеряют свою сакральную ценность, и исчезнут уважаемые профессии ораторов и толкователей законов (а зачем они, в самом деле, будут нужны, если в любой книжной лавке можно найти свод законов и тексты речей цицеронов всех мастей), и общество из-за этого дьявольского изобретения погрязнет в разврате и смуте. И я решил сам, из простого любопытства, разобраться с четырёхмерными фильмами. Я знал, что нужна для этого небольшая теоретическая подготовка, своего рода "посвящение", затем курс тренировок на простеньких четырёхмерных объектах. Всё это можно было получить в Интернете, но я самонадеянно решил, что если всё просто, то можно через это и проскочить. Сразу подключил самую современную на тот момент приставку - и в комнате, почти на весь её объём возник куб, внутри которого крутились, перемешиваясь, какие-то разноцветные пятна, вихри, шары и ... всё. Сколько я не всматривался, ничего за дикой пляской теней не разобрал, хотя судя по монологам и диалогам героев должна была по ходу фильма разворачиваться какая-то волнующая интрига, и даже легко прослушивалась (именно прослушивалась, а не просматривалась) любовная линия между главным героем и женой соседа по дому, но ни самого героя, ни его возлюбленной и тем более соседа-рогоносца, сколько не всматривался, так и не узрел - ну не мог я сходу всё это мелькание шаров, каких-то странных сообщающихся и разобщающихся сосудов с лихо меняющейся топологией объединить в какую-либо приемлемую для зрительного восприятия картинку. Понял: без подготовки не обойтись. Теория далась мне на удивление легко. Как говорится - проще пареной репы. Обычные фильмы про наш, трёхмерный мир мы смотрим на плоском, двумерном экране, значит, четырёхмерный мир мы можем без проблем наблюдать на трёхмерном, объёмном экране. Но некоторый навык, конечно, нужен. Уже на втором занятии курса мне предложили для просмотра кубический экран, разделённый плоскостью горизонта. Да, да, плоскостью, а не линией горизонта, ведь у "них" всё на один размер, то бишь измерение, больше. Если у нас солнечный диск, то там - солнечный шар, у нас футбольное поле представляет собой прямоугольник на поверхности земли, то там - параллепипед, и весь он тоже на "поверхности" земли, и ни одна его грань не рвётся в небо, то есть все три измерения поля на земле, а футболисты, которые носятся по нему в погоне за мячом, занимают своим ростом четвёртое, высоту. И вот, пока тренировался на простом кубе, понял, какие гигантские возможности таятся в F-фильме. Нет, не в смысле новых сюжетных ходов, там в этом смысле так же банально. Сверхпространственное воображение - это то, чего не испытывал ни один смертный до просмотров таких фильмов. Я бы назвал это новой эрой в развитии цивилизации. Подобное можно сравнить разве что со внезапным появлением музыки в обществе, где никто до этого не имел о ней никакого понятия и не слышал никогда, и одномоментное вторжение в мир чарующих звуков обязательно прозвело бы ошеломляющий эффект. Когда-то я читал о космическом путешественнике, который попал на странную планету в двумерном мире. Она представляла из себя монету, по ребру которой снуют туда-сюда на одной ноге плоские люди с повёрнутым вперёд лицом, причём назад посмотреть они обычным образом не могут. Для этого им приходится прогибаться назад. Что удивительно, но для поцелуев односторонняя ориентация препятствием не является - у мужчин и женщин лица смотрят в противоположные стороны, вот уж где выражение "противоположный пол" приобретает своё полное значение, потому что тела противоположны не только по специфическим функциям, но и по пространственному расположению. Примечательно, что представителей нетрадиционной ориентации у них видно за версту. Препятствия, которые возникают на пути движения, двумерные существа обойти не могут, нет у них для этого лишнего измерения, им приходится перепрыгивать через них, будь то сородич, дерево или дом. И вот представьте себе, что у них бы появилась возможность смотреть фильмы о нашем, трёхмерном существовании на обычном двухмерном экране, используя технологию поочерёдного проецирования сечений. Без предварительной подготовки у них тоже не обошлось бы, конечно, но зато какой прекрасный мир им, скованным скудной необходимостью плоского существования, открылся бы! Сколько степеней свободы! Не надо по пути к цели карабкаться на многоэтажную хижину и потом спускаться на другую сторону, можно просто обойти её, можно танцевать, а не прыгать на одной ноге взад-вперёд, можно фехтовать с различными финтами и выпадами, а не просто тыкать пространство однообразным, лишённым всякой фантазии движением, не надо перепрыгивать друг через дружку на встречных маршрутах. До таких просмотров они просто и не подозревали о таких виртуальных возможностях. Да, после F-сеансов, возвращаясь в свою маломерную жизнь, они наверняка будут испытывать нечто вроде апатии, депрессии и даже неприятия своего мира, о чём и предупреждали сторонники F-запрета (конечно, имея ввиду не мифических двумерцев, а нас с вами), но ведь и мир музыки, в который мы, среднестатистические жители планеты Земля, иногда погружаемся, тоже неизмеримо красочней и прекрасней обыденной жизни, и не смотря на это, после возвращения из этого абстрактного чудесного мира в наш достаточно унылый быт мы не бежим на чердак многоэтажки и оттуда на крышу, чтобы в приступе жесточайшей меланхолии совершить последний роковой полёт. Нет, вовсе нет. Мы просто становимся душевно богаче, у нас расширяется палитра чувств, и каждый после сеансов музыкальной терапии изменяется, пусть и чуть-чуть, в лучшую сторону.

Всего лишь несколько часов подготовки - и вот готов ещё один F-фанат, почувствовавший всю красоту движений в виртуальном пространстве. Оказалось, что в фильме, к которому я пытался безуспешно приобщиться, пары прозрачных раковин с чёрными или синими пузырьками внутри, постоянно мелькавшие в кубическом экране - это ни что иное как глаза на лицах главных и второстепенных героев. Но теперь-то я посмотрел фильм заново, новыми глазами, и уже к его окончанию уверенно мог распознать, ху из ху. Для следующего просмотра я выбрал фильм-балет с вполне земным и даже актуальным названием "Вызов Клариссы: кто следующий?" с его восхитительными "па". Как жаль, что такое абсолютно невозможно в нашем мире! Но я горжусь тем, что любоваться этим в виртуале я всё же могу. А футбол! Это тоже фантастика - какие можно исполнять передачи, какие неимоверные возможности движений. А какие голы! Вот бокс я пока не видел, думаю, и там нечто сногсшибательное. "... и зубодробительное", мог бы я добавить, но... не буду - этого и у нас хоть отбавляй. Да что там говорить - простая прогулка по лесу в F-сеансе просто великолепна! Даже то, что встреченную по пути реку не надо переходить вброд или преодолевать вплавь, а можно просто обойти, затратив две-три минуты. Человеку, незнакомому с "F", такое невозможно объяснить словами, как и то, что гуляя по берегу, можно вращаться вокруг реки, двигаясь всё время по течению. А изделия, не сложные детали, а простые абарреты (это уже из четырёхмерного новояза)? Их тоже невозможно представить непосвящённому, как плоскому жителю такой же плоской планеты нельзя объяснить, что такое болт с гайкой.


* * *

Дождь усиливался, и Ирина пустилась бегом к автобусу. Когда оставалось от силы десяток шагов, автобус вдруг исчез, а у неё на пути откуда ни возьмись словно вынырнул из пустоты пожилой мужчина, и она на всём бегу врезалась в него и чуть не опрокинула.

- Смотреть надо! - зло выпалил тот, и даже сделал рукой движение наподобие замаха, но увидев молодую девушку, только покачал головой:

- Куда торопится!? Вот куда?

Ирина стояла как вкопанная и с изумлением смотрела на то место, где только что ожидал её междугородний автобус на Кусу. Через полминуты она очнулась и перевела взгляд на небо - ни облачка! Вовсю светит летнее солнышко! А ведь только что был дождь, приличный дождь, и что куда делось? У четвёртого перрона стоял другой автобус, с вывеской Златоуст - Челябинск. Невдалеке прогуливалась женщина в светло-сером платье с короткими рукавами, около скамьи стояла большая дорожная сумка. Она, очевидно, ждала какой-то автобус, может, тоже на Кусу.

- Скажите, а куда... подевался..., вот здесь, только что стоял? - сбивчиво, не придя ещё полностью в себя, спросили Ирина.

- Что? Кто стоял?

- Автобус. На Кусу. - уже увереннее произнесла девушка.

Женщина усмехнулась:

- На Кусу? Стоял? Да ты что! Никакого автобуса ещё не было. Мне тоже туда, так до него больше часа. Приехала вот заранее, что б билет купить, вдруг не достанется, а билетов-то завались, никого почти и нет. В одиннадцать двадцать по расписанию.

Ирина беспомощно протянула свой билет, купленный ещё вчера:

- Вот билет... На десять часов.

Женщина взяла протянутый билет.

- Да, действительно, на десять. Но какой-то он не такой. А! Дата! 26 августа. Тебе что, продали билет на две недели вперёд?

- Так сегодня 26-ое.

- Здравствуйте! 12-ое сегодня.

Ирина понимала - что-то тут не так. Исчезнувший автобус, внезапная, если не сказать моментальная перемена погоды, нестыковка времени в целых две недели. У неё закружилась голова, и она даже покачнулась.

- Ой! Тебе плохо?

Ирина послушно позволила усадить себя на скамью.

- Вздохни поглубже. Сиди, сиди пока, не вставай! Ну как, лучше?

- Да ничего. Прошло уже.

Женщина покачала головой и опять поднесла билет к глазам:

- Смотри-ка! Где должен год стоять, там два нуля... Ты когда купила-то его?

- Вчера. А что нули, год-то двухтысячный.

Женщина внимательно, изучающе посмотрела на Ирину:

- Как это двухтысячный, слава богу четырнадцатый.

- Четырнадцатый? Какой четырнадцатый?

- Две тысячи четырнадцатый, какой же ещё.

Ирина непонимающе огляделась вокруг. Женщина сочувственно глядела прямо ей в глаза. Потом спросила, недоверчиво и медленно:

- Девушка, ты откуда?

Та сидела молча, открывая и снова закрывая сумочку.

- Я бы тебе помогла домой добраться... Но... ехать надо.

- Да не надо мне помогать! - резко воскликнула девушка. Потом посмотрела вверх, в голубое безоблачное небо и усмехнулась:

- Теперь уж и не знаю, есть ли этот дом и где он вообще.

Решительно встала и направилась к зданию автовокзала. Несостоявшаяся её попутчица смотрела ей вслед, пока та не скрылась из виду, потом тихо прошептала: "Вот беда-то". Ирине в вестибюле сразу бросились в глаза большие изменения, произошедшие здесь со вчерашнего вечера - вдвое расширилась касса (вместо двух небольших окошек стало четыре больших), появился фонтанчик в центре, вместо нескольких небольших ларьков остался один, но более вместительный, цвет стен изменился кардинально, совсем другие скамейки и на других местах. Проще перечислить то, что осталось прежним, а прежним осталась, наверно, только кубатура помещения.

Обескураженная навалившейся нежданно полной сменой декораций, нет, не здесь, на автовокзале, вернее не только здесь, а вообще на арене жизни, девушка подошла к киоску, где на самом видном месте стеклянных стенок были развешаны яркие, броские представительницы жёлтой прессы с датами, не вызывавшими никаких сомнений в неумолимости произошедшей какой-то вселенской катастрофы - август 2014 года. Посмотрела на часы: 10 минут одиннадцатого. С момента последнего обращения к прибору времени, когда ещё всё было как всегда, и её автобус, на котором она собиралась на свадьбу к однокурснице Лене Долговой, преспокойно дожидался её и не успел провалиться в никуда вместе со сем окружающим и привычным миром, прошло не больше четверти часа. Да, похоже свадьба отменяется. Вернее, она давно уже состоялась, и у Ленки, наверное, от неё уже куча детей. Начинаю думать логически, это хорошо. Прежде, чем начать что-то делать, нужно примириться с произошедшим. Ничего страшного ведь не случилось. Я жива, здорова, осталась такая же, безо всяких изменений, чего не скажешь об окружающих, вдруг постаревших на 14 лет. Каким-то образом я через эти года перепрыгнула, пропустила в жизни, наверно, много интересного. А что, эти года пропали для меня? Да нет же, я ведь и умру на эти же полтора десятка позже.

Вдруг Ирина спохватилась - как же об этом не подумала сразу, открыла сумочку и стала лихорадочно что-то искать. Как всегда: что надо, того нет под руками. Нашла и извлекла на свет божий зеркальце и внимательно осмотрела лицо и осталась довольна собой, не постарела, такая же как и сегодня утром. "Сегодня..." - усмехнулась, с этого сегодня столько воды утекло. Нет, ещё оставалась надежда, что всё может возвратиться на круги своя, но она за свои неполные двадцать два уже знала, что мелкие и незначительные неприятности можно как-то исправить, но события более крупные почти всегда необратимы. Ну а сегодняшнее вообще имеет статус чуда. Эх, нет такой учебной дисциплины, как теория чуда. Теория катастроф есть, а теории чуда не предусмотрено ни одним учебным планом. А вообще-то её надо бы ввести как часть основ безопасности и выживания. Ну вот как теперь выживать, когда знаешь, что чудес не бывает, но тем не менее одно из них всё же произошло. В художественных книгах пишут, что в таких случаях щиплют себя за что-нибудь - уж не сон ли это? Но Ирина в этом не нуждалась, для неё явь ото сна отличалась как небо от земли, и все сомнения по этому поводу, как она считала, надуманы и имеют чисто эстетическую цель в фантазиях писателей. Как бы то ни было, настроение улучшилось. Появилась ясность в голове, а вместе с ней наметились и первые шаги в неведомом пока мире. Теперь не до Кусы, на трамвай и к родителям, если они ещё живут по старому адресу.