# Мастер игрушек

Макс Каменски

Для конкурса "Укол Ужаса-7". Второй комплект картинок.

Мастер игрушек


***


- Почему оставили меня?

- Кто? О ком ты говоришь? - я видел ребенка на качелях спиной ко мне.

- Почему? Мамочка... Я хочу к мамочке!

- Успокойся, все будет хорошо... - я сделал два шага, но остался на месте. Попробовал снова, но ничего не изменилось. Ребенок стал раскачиваться на качелях, смешно болтая ножками... Словно ничего не происходило. Будто все было в порядке...

- Мне страшно. Забери меня отсюда! Прошу... я здесь так давно!

Меня окружали деревья. Тонкие, кривые. Или это кусты? Серая, пожухлая трава. Туман. Он был такой густой вокруг, кажется, он даже заволок небо над головой.

- Заберите. Заберите меня.

Да что же такое? Почему я стою? Нет, я лежу. Я прикован! Прикован к ограждению на детской площадке! На шее что-то... Мне становится тяжело, я задыхаюсь, мне...

- Отведи меня к мамочке.

Это был шепот прямо у моего уха. И шептавший стоял сбоку. Почти навис надо мной - я чувствовал его присутствие. Кажется, даже дыхание... На шее... удавка, она стягивается, мне больно, нечем дышать...

В приступе агонии я начал шарить руками вокруг себя, в глазах темнело. Кажется, мои пальцы что-то нащупали. Холодное. Постойте. Вроде бы это лицо: вот нос, вот глаза, вот... зубы!

- Отведи меня к мамочке! - завопило нечто рядом со мной и, схватив меня за плечи, швырнуло ввысь.

Я полетел, оглушая все вокруг крикам ужаса.

А затем падал, падал, падал...


***


- Ты снова кричал во сне, - как бы между делом заметила Алиса, нарезая хлеб.

Я только приступил к яичнице с сосисками, придя из ванной в халате. Проснуться удалось с трудом, полчаса точно проторчал в душе. Уже скоро на работу.

- Да? - неопределенно буркнул я, не желая давать ход обсуждению.

- Уверен, что все в порядке? - хмуро посмотрев на меня, спросила любимая жена.

- Точно. Просто не надо есть на ночь.

- Ты вчера даже не ужинал, - положив мне на тарелку два куска хлеба, сказала она.

- Наверное, ты не заметила: я съел пару бутербродов.

Алиса промолчала, лишь недоверчиво покосилась на меня и ушла в ванну. Я же предпочел побыстрее покончить с завтраком и смыться на работу. Совсем не хотелось продолжать эту тему...

Пока жена мылась, я успел доесть, переодеться, собрать портфель и уже направиться к выходу, как неожиданно раздался звонок стационарного телефона. В первые мгновения я даже не обратил внимание на это - нам так редко звонили на домашний номер, что... я даже забыл о его существовании. И несколько секунд мое сознание игнорировало неожиданно заигравшую трель старого аппарата.

Но затем я остановился как вкопанный. У меня засосало под ложечкой.

Я некоторое время помялся на месте, не зная, что предпринять. Нутром чувствовал, что нехороший звонок. Совсем. А телефон трезвонил, не умолкая. Некто решил дозвониться до нас в любом случае.

Алиса выглянула из ванной в коридор, протирая волосы полотенцем, и озадаченно посмотрела на меня.

- Милый, а почему ты не снимаешь?

Я поджал губы и направился в единственную в нашей маленькой квартирке комнату, поднял трубку, нерешительно поднес ее к уху.

В ответ тишина.

- Алло,- неуверенно пробормотал я.

- Андрей Геннадиевич? - поинтересовался молодой и достаточно задорный голос на том конце провода. - Кириллов?

- Да, все верно.

- Вас беспокоит капитан Громов Виктор Алексеевич, следователь по особо важным делам. Вам удобно говорить?

- Вообще-то я спешу на ра... А в чем, собственно, дело? - мурашки пробежали по моей спине. В голове наперегонки помчались мысли с воспоминаниями. Чего это вдруг мне звонит следователь?!

- Не переживайте. Непосредственно к вам мой интерес отношения не имеет. Наверное, - при последней фразе следователь рассмеялся, довольный собой. - Меня интересуют известные вам обстоятельства. В этой связи нам нужно встретиться и переговорить. Правда, есть одна сложность... Вам необходимо приехать к себе в деревню.

Внутри меня все оборвалось, дыхание сперло, я даже присел на кровать, возле которой стояла тумбочка с телефоном.

- Де... деревню? - потерев похолодевшую кожу лба, пробормотал я.

- Да. Я знаю, вы давно не приезжали туда. Особенно после известных событий... Однако прошу вас сделать на этот раз исключение.

- Вы поясните, в чем дело?

- Н-да... Вы же помните пропавшую пятнадцать лет Элю Глазунову?

Словно ножом по сердцу. Я даже выдохнул.

- Да. Конечно.

- Так вот. Вчера нашли ее мать. Она мертва. Или вернее, ее убили при весьма загадочных обстоятельствах. Учитывая, что Элю так и не нашли, у меня возникло одно предположение.

- Хо...хорошо. Не продолжайте, - сердце сжалось тисками, кажется, холодный пот ручьями побежал по спине. - Но я не могу. У меня все дни напролет заняты, выходные... - начал я придумать на ходу.

- Андрей Геннадиевич, я уже связался с вашим директором. Он дает вам целую неделю оплаченного отпуска. Причем не в счет ежегодного. Почему? Потому что по чистой случайности он мой хороший друг. Я жду вас завтра утром. Сегодня можете не идти на работу, а собрать вещи. До скорого.

Громов повесил трубку раньше, чем мне удалось возразить. Когда я поднял глаза на стоявшую рядом Алису, она отшатнулась в испуге и схватилась за кулончик с агатом на груди. Кое-что обо мне она не знала...


***


Узловатые ветви тонких деревьев сплелись друг с другом, образуя сплошную стену. С годами они не стали гуще и наоборот не поредели - словно застыли во времени. Кажется, я даже держался вон за тот сучок, маленькими, детскими ручками... Пятнадцать лет назад.

Сделав два шага по тропе - единственной дороге сквозь непроходимую чащу почти лишенной зелени растительности, я остановился, проглотив вставший в горле комок. Зловещий туман еще таился среди кустарников, цеплялся за игольчатые ветки, медленно отползая прочь, обратно к озеру. Именно его обступили стеной ужасные заросли. Именно рядом с ним когда-то придумали сделать детскую площадку, якобы сокрытую от посторонних глаз...

Алиса коснулась моего плеча и уверенно кивнула головой, мол, не бойся, я рядом. Но мне не было страшно. Нет. Это нельзя назвать просто страхом. Это состояние было близкое к первобытной панике - хочется бежать прочь, завывая от ужаса...

Медленно ступая, мы прошли по тропе, и вышли на прогалину. Нас тут же встретили пожелтевшие белки глаз большой головы из пластика и поролона. У нее провалился нос, отвалилась праздничная шапка. Головной вагон-клоун в детском поезде с пятью красными вагончиками... Как должно было быть мило. Как задумывалось...

Раздался скрип - я дернулся и посмотрел чуть дальше за голову клоуна. Там стояли старые качели - они покачивались на ветру... Да, точно такие как в моем сне. Не хватает только...

Железный стук вырвал меня из размышлений. Я обернулся на следователя Громова. Тот отряхивал кусок трубы об проржавевшую лесенку. Таких было здесь еще несколько, а также парочка коней-качалок, просто деревянных сказочных зверушек, превратившихся в трухлявые пни... Железная ограда.

- Вы с таким благоговением шли сюда, что я уже ожидал разгадку, - весело объявил капитан. Это был худощавый мужчина средних лет с проседью седых волос в некогда черной густой шевелюре. Несмотря на морщины, обильно испещрившие лицо, взгляд мужчины был очень ярким, а голос словно принадлежал молодому человеку. - Я здесь уже был вчера, и еще позавчера. Все облазил. И чего местные устроили из этого местечка пугалку? Не понятно. Срубили бы ветки да вывезли хлам. Можно было бы ходить купаться...

- Рубили уже, - чуть ли не шепотом пробормотал я. - Кусты росли снова. А лесник местный утонул в озере, когда решил искупаться после рубки...

Громов осекся и хмуро посмотрел на трубу в своих руках, а затем откинул ее в сторону.

- Так значит, вы в тот памятный день видели Элю здесь? - решил он снова начать расспросы.

- Скорее то, как она пошла сюда. Это было ночью. Я не решился идти за ней, остановился на краю рощи.

- Она была одна?

- В тот момент да. Но активно звала... маму.

Мама? Мамочка! Не ходи туда, - голос из воспоминаний ударил по ушам, словно молот в набат. Закружилась голова, но я постарался не подать виду.

- Вы пытались окликнуть ее?

- Да, но она шла, словно завороженная. Не реагировала на мои крики.

Почему оставили меня? Мамочка...

Стало труднее дышать. Словно нечто сдавило мне... шею.

- Андрей Геннадиевич? С вами все хорошо? - обеспокоенно спросил следователь.

Кажется, я согнулся, пытаясь отдышаться, словно после долгого и изнурительного бега. Алиса положила руку мне на плечо, я выпрямился и совершенно случайно посмотрел на качели. На них сидела девочка. Спиной. И задорно болтала ножками, медленно раскачиваясь.

Я хочу к мамочке!

Голова девочки дернулась в сторону - она решила обернуться. Я тут же отвернулся, ни жив, ни мертв. Алиса даже закрыла рот руками, посмотрев на меня. Наверное, я сильно побелел.

- Андрей Ген....

- Пожалуйста, давайте уйдем отсюда. Мне здесь плохо. Где умерла мать Эли? Покажите мне...

Я не оборачивался, но покрывшейся мурашками кожей чувствовал, что девочка уже где-то совсем рядом, она подходит ко мне...

- А что такое случилось?

Отведи меня к мамочке, - прошептал голос за спиной. Меня словно облили из холодного душа.

- Пожалуйста, давайте уйдем! - закричал я и, схватив Алису за руку, потащил ее прочь из...


- Логово дьявола! Так мне мама сказала, - пробурчал пухлый мальчик лет девяти, дожевывая шоколадку. У него были густые рыжие волосы, зачесанные набок.

- А ты так взял и поверил? - хихикнула Эля.

Второй светловолосый худощавый мальчишка улыбнулся. Подружка решила разыграть вновьприбывшего соседа.

- Ничего я не поверил! - возмутился пухленький.

- Так ты, наверное, трус! - вторил друг Эли.

- Вот ничего подобного. Я не трус! Я докажу! Показывайте это ваше Логово.

Идти пришлось недолго. Стена тонких узловатых деревьев находилась в километре от деревни, скрывшись за поросшим борщевиками и осокой холмом.

Вся троица остановилась перед входом на тропу. Дело уже шло к вечеру, туман начал медленно стелиться в зарослях.

- Ну что? Не наложил еще в штаны? - снова рассмеялась Эля.

Пухлый недовольно фыркнул и смело отправился в рощу.

Эля с другом хитро переглянулись.

Мальчик смело прошел по тропе, насвистывая какую-то мелодию, и вышел на детскую площадку. Там его сразу же встретила голова клоуна с неприятными красными зрачками. Толстячок подошел к ней и пренебрежительно стукнул ее кулаком в лоб.

- И это тебя тут бояться? Ха!

Неожиданно налетел холодный пронизывающий ветер, туман, доселе стелившийся тонким слоем на земле, неожиданно стал гуще и плотнее, поднялся до самых колен. Странный, непонятный рокот донесся откуда-то из зарослей... Толстячок поежился, лишившись прежней самоуверенности. Судорожно сглотнув, он попятился обратно к тропе. Не пройдя и двух шагов, мальчик оступился и завалился набок. В этот же миг кто-то с ужасным воем бросился на него.

- А-а-а! - заголосил ребенок, вскочив намного быстрее, чем могли ожидать от возможностей его комплекции. В следующий миг он бежал прочь из зарослей, оглушая округу криками ужаса.

- Ха-ха! Ты видел его глаза? - заливаясь смехом, спросила Эля.

Ее друг только улыбнулся. Да, напугать соседа получилось весьма неплохо. Пока он разглядывал клоуна, она пробрались за его спиной и как тот неуклюже растянулся, набросились на него с...

Замогильный вой раздался откуда-то со стороны озера. Эля тут же перестала смеяться и обеспокоенно посмотрела в сторону озера. Оно все было покрыто рваными сгустками тумана.

- Это собака? - неуверенно предположила девочка.

- Нет. Собаки сюда не ходят. Идем отсюда, - нахмурился друг и, взяв подружку за руку, потянул к тропе. Они сначала уходили, постепенно ускоряя темп, услышав непонятный рокот и затем приблизившийся к ним вой... По тропе они уже бежали, совсем позабыв о шутках.


- Ее тело было обнаружено вот в этом колодце, - сказал следователь, указывая на небольшую деревянную надстройку с пластиковой дверью и шиферной крышей, располагавшейся над бетонным кольцом, очевидно, составлявшим часть трубы колодца.

Я не стал подходить ближе.

- Она туда упала?

- Возможно, - уклончиво ответил следователь и открыл дверьку колодца. - Только дверь колодца была закрыта снаружи на щеколду.

- А кто ее обнаружил?

- Святослав Боровичков, ее сосед. Он зашел к Зинаиде Петровне за солью. Не дождавшись ответа, решил поискать на огороде, и его привлек ужасный запах, доносившийся со стороны колодца.

- Может, это он закрыл дверь? - предположила Алиса, поежившись и спрятав руки в рукава дубленки. Была середина осени, и температура сильно упала.

- Тоже не исключено, хотя он утверждает о закрытой двери до его прихода. Странно другое - в колодце не было воды уже несколько лет, как говорят эксперты. Глина на дне почти высохла. Зачем хозяйка полезла в колодец? Без страховки, без помощи? Без элементарной лестницы. Там метров семь высотой...

- Вы думаете, ее туда сбросили? Святослав?

- Не уверен, что у него хватило бы сил. Он страдает сильным ожирением, едва передвигается. Зинаида же Петровна была очень даже в силах, по рассказам соседей. Почти никогда не болела, самостоятельно занималась хозяйством.

Я посмотрел на несколько парников, прополотые грядки, пожелтевшую ботву картофеля на доброй части огорода. Да, мама Эли всегда была крепкой женщиной.

- А что на теле? Никаких следов борьбы? - спросила Алиса.

- Только механические травмы от падения. Но вот что странно - внутри нее словно что-то взорвалось. Все внутренности превратились в фарш...

- Боже мой! - воскликнула Алиса, закрыв лицо руками.

Громов сконфузился.

- Простите. Андрей, давайте отойдем, - предложил он, взяв меня за руку. Когда мы отошли от Алисы на несколько метров, он продолжил: - Я убежден, что дело здесь нечисто. У меня уйма других забот, я бы мог давно закончить всю эту историю, сославшись на суицид, но я нутром чую, что в этой деревне что-то не чисто. И смерть мамы и дочери как-то связаны друг с другом. Вы знакомы с отцом девочки?

Я закусил губу и метнул пронзительный взгляд на следователя. Это, конечно же, не укрылось от него.

- Только когда я был ребенком. Не очень приятный мужчина.

- Я хотел бы переговорить с ним в вашем присутствии. Вы не против?

Теперь я уже смерил следователя строгим взглядом. Капитан точно уже что-то задумал, а теперь предлагает поиграть в его игру.

- А это точно необходимо?

- Раз уж вы согласились сотрудничать, чего уж плохого в том, чтобы навестить старика?

Мне оставалось только кивнуть. И почему я не послал наглого капитана куда подальше еще по телефону? Ах, да! Он же друг моего шефа... Последний мне позвонил и попросил во всем содействовать Громову. Это была его личная просьба ко мне. Попробуй теперь отвязаться.


***


- Здесь вообще кто-нибудь живет? - с сомнением пробормотала следователь, оглядываясь по сторонам.

Кроме прогнившего одноэтажного сарая и нескольких телег без колес на обширном куске земли росла только трава, нынче желтая и местами подгнивающая. Еще был колодец. Капитан заглянул в него в первую очередь и даже для верности бросил камушек - воды там не было.

- Убирайтесь! - раздался рев и из сарая вылетел старый сгорбленный старик, опиравшийся на суковатую палку. Длинные седые патлы, давно позабывшие об элементарном умывании, грязными веревками свисали на плечи и лицо. Я даже не сразу увидел глаза. Только несколько чудом оставшихся целыми зубов. - Пошли вон!

- Геннадий Алексеевич, я капитан... - начал было Громов.

- Мне наплевать. Вон с моей земли! - ярился старик, брызжа слюнями.

Следователь не двинулся с места.

- Никуда мы не пойдем, прежде чем вы не ответите на пару вопросов, - спокойно сказал Громов. - Андрей, подойди ближе. Это ведь тот самый человек, я ничего не путаю?

Я кивнул и тут же отвел взгляд от старика. Тот посмотрел на меня с особой яростью.

- Геннадий Алексеевич, ваша жена, Зинаида Петровна...

- Сдохла она. И поделом этой дряни. Что вам надо?

- Мы пытаемся установить причины смерти...

- А этот вам еще не сказал? - кивнув в мою сторону, сказал отец Эли.

Кажется, у меня легонько затряслись колени. Следователь внимательно посмотрел на мое лицо. Я постарался не ответить ему взглядом, только мельком покосился и сложил руки на груди.

- Ах не сказал... Тогда я тебе сейчас скажу. Иди-ка сюда, - поманил к себе следователя старик.

Громов осторожно сделал пару шагов к отцу Эли. Тот поднес ладонь ко рту и заговорщически прошептал, но так, что я все хорошо слышал:

- Ее забрал ее муж.

- Кто? У нее был один зарегистрированный...

- Ее забрал ее настоящий жених. Тот самый, кому она поклялась служить. Это сам дьявол!

Произнеся последнее слово, старик рассмеялся и принялся пританцовывать на месте, повторяя слово "дьявол" с прибавлением различных ругательств.

Я поежился. Мне совсем было невесело.

Громов некоторое время понаблюдал за танцем старика, склонив голову набок - как я заметил, он всегда так делал, когда задумывался, а затем махнул рукой и пошел прочь.

- Пойдемте, Андрей. Старик совсем сошел...

Но не успели слова сорваться с его уст, как налетел пронизывающий завывающий ветер, да такой силы, что стало трудно идти. Ко мне подбежала Алиса и прижалась, дрожа всем телом. Ветер же и не думал успокаиваться, а только усиливался. Откуда ни возьмись налетели черные тучи, заклокотал громом, сверкнуло пару молний. Из-за спины донеслись радостные крики старика про дьявола, конец света и "проклятую ведьму".

Начался дождь. Причем не просто по каплям, а буквально сразу же полил из ведра. Громов еще ошарашено крутил по сторонам головой, но мне нечему было удивляться. Такое я наблюдал в этом месте неоднократно. И затем всей деревней разыскивали пропавших, обычно без вести.

- Надо скорее уходить! - крикнул я, прижимая к себе Алису. Ветер выл подобно тысячи волков. Громов что-то прокричал в ответ, но не расслышал. До моего старого дома, где давно уже никто не жил, но можно было найти приют, было не меньше километра.

Капитан еще несколько раз что-то безуспешно прокричал, затем схватил меня за плечо и показал куда-то в сторону. Там из-за забора нам махал рукой тучный человек. Так это же толстяк Святослав! У него второй дом здесь неподалеку, рядом с картофельным полем...

- Скорее! - прокричал я, отплевываясь от дождя, и рванул к Святославу. Где там следователь, я уже не видел.


***


Громов цокнул языком и склонил голову набок. Чай медленно остывал перед ним, подрагивая в железной кружке в такт раскатов грома и порывов чудовищного ветра, тарабанившего в ставни.

Так мы сидели в маленькой избе Святослава с единственной комнатой, укрывшись старыми тулупами, вонявшими мышами, и молчали. Святослав же подливал себе очередную порцию чая и жевал энный по счету сухарь, смотря куда-то сквозь следователя. Я помню его жизнерадостным смелым мальчиком, недавно ставшим нашим соседом. Теперь же я вижу перед собой толстого, почти лишившегося своей густой рыжей шевелюрой мужика, убитого горем. Вся его родня либо умерла здесь, либо исчезла... Так он сказал в двух словах.

- Что же здесь происходит? - пробормотал Громов, продолжая витать в своих мыслях.

- Зло, - коротко ответил Святослав.

- Оно и понятно. Только не стоит мне рассказывать сказки...

- Сказки? Вы правда считаете это сказками? - вскинулся толстяк. - Вы разве не видели, как поднялся ураган за считанные минуты? Не видели труп Зины с вытекшими глазами. Что ты так смотришь на меня, Андрей? Он не сказал тебе? А что у нее языка не было, тоже промолчал?

Громов нахмурился.

- Не слишком ли вы...

- Меня подозреваете? Так арестуйте, составьте ваши бумажки, успокойтесь... - голос Святослава звучал без всяких эмоций.

- Вы что-то хотите сказать, Святослав Кириллович?

- Да, - толстяк посмотрел на меня. - Проверьте заброшенный участок в лесу.

Ударил такой гром, что даже заложило уши.

- А что с ним? - поинтересовался было Громов, но тут я резко поднялся.

- Мы с Алисой устали и пойдем спать. Все равно ураган не закончиться до утра. А завтра продолжим. Спасибо, - безапелляционно выпалил я и повел Алису к старому обшарпанному дивану.

- Действительно поздно уже, - сказал толстяк, посмотрев на старые часы с потертым ремешком. Кажется, их ему подарил еще дед. - Пойду калитку закрою, - добавил он и, кряхтя, вышел на улицу.

Следователь остался сидеть один, задумчиво склонив голову на бок.


***


- Эля! Куда ты? Стой! - закричал я в спину убегавшей девочки. На дворе стояла ночь, к концу лета уже было холодно.

Только увидев в окне Элю, я выскочил на улицу в шортах и майке. И в валенках.

- Эля! Ты что? Оглохла? - кричал я. Подружка никогда не ходила никуда без меня, тем более в сторону Логова... Мой дом был одним из самых близких к тому месту.

Я побежал следом, но отчего-то никак не мог догнать подружку. Вроде бы она просто шла, когда я несся изо всех сил.

В итоге она зашла в Логово. Несмотря на все мои крики и мольбы остановиться. Я замер на границе тропы. Плотный туман окутывал узловатые заросли. Отчего-то здесь было еще холоднее, чем...

Дрожа от страха, я пошел по тропе. Эля, зачем же ты так со мной? Эля...

На площадке тумана не было. Чисто и спокойно. Тихо.

- Эля? - недоуменно пробормотал я.

Впереди кто-то пошевелился. Но не Эля. Это был довольно крупный человек, кажется я его видел. Совсем недавно...

Мужчина медленно поднялся, повертел головой из стороны в сторону, понюхал воздух, словно собака. А затем резко схватил себя за живот и зарычал с такой тоской и злобой, что моя душа ушла в пятки. Я хотел убежать, но...мои руки были прикованы к ограде, на шее удавка, медленно стягивающаяся.

Толстяк меж тем рвал на себе плоть и орал, как бешенный. Озеро за ним забурлило, закипело, от него пошел пар.... Еще чуть-чуть чуть, и вода из него вышла из берегов и захватила толстяка. Его ноги тут же подкосились, и он упал, захлебнувшись.

А вода меж тем текла в мою сторону. Я забился в ужасе, но удавка на шее медленно стягивалась, становилось все труднее и труднее дышать. Но я видел все хорошо... Как вода превратилась в красную жижу, как прибывала, словно заполняла аквариум. И видел голову клоуна, краска на которой треснула и стала рассыпаться, отваливаясь... и обнажая лицо.

Это было лицо Эли. Она словно спала, закрыв глаза. Но когда красная жижа стала затекать ей на лоб, очи внезапно раскрылись.

Я закричал.

- Андрей! Сейчас же проснитесь! - потребовал голос.

Открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь. Сначала узнал Алису, затем Громова.

- Святослав пропал. Ушел закрывать калитку и не вернулся.


***


Все утро мы потратили на поиски Святослава. Обыскали весь его первый участок, затем зашли на второй, взломали замок, осмотрели дом. Никого. Проверили участок мамы Эли, еще раз зашли к ее отцу. Его тоже не было - сарай стоял нараспашку, вся посуда в ветхом жилище была разбита и залита какой-то красной жидкостью, похожей на кровь. Только она не сворачивалась.

- Я хочу уехать отсюда, - прошептала мне на ухо Алиса.

Мне ничего не оставалось, как сжать её руку. Куда же мы могли уехать, милая? Рано или поздно мы должны были оказаться здесь. И бежать нам некуда. Совсем некуда.

- Андрей, предлагаю вам оставить девушку дома, и сходить вместе проверить то самое жилище в лесу, - озвучил свои мысли Громов. За сегодняшний день он почти ничего не говорил.

Алиса согласилась.


Идти пришлось долго - лес располагался километрах в пяти от моего дома. А там и старый участок.

По пути нам попадались только заброшенные дома - людей видно не было. Я старался не разглядывать мрачные постройки с заколоченными дверьми и окнами, но вот Громов без устали вертел головой.

- Куда все подевались то? - недоумевал он.

Я молчал.

Войдя под сень высоких елей, мы тут же наткнулись на сгнившие столбы старого забора.

- Это здесь? - спросил следователь.

Я махнул в сторону одинокой березы.

- Справа от нее можно увидеть заросший холм. Это землянка.

- Хорошо, - пробормотал Громов. - А что мы там будем искать? Или кого?

- Там давно никто не живет. Участок заброшен.

Громов снова подозрительно на меня покосился, но пошел первым к землянке. Я постоял некоторое время, оглядываясь по сторонам. Дремучий лес, даже у кромки он хмуро поглядывал на незваных гостей плотно стоявшими друг с другом елями. Не было слышно ни одной птицы.

Я снова поежился, мурашки стайками забегали по спине и ногам. В воздухе пахло сыростью и гнилым деревом.

Громов тем временем отыскал вход в землянку - он был заколочен досками и даже железными листами. Правда все сгнило и проржавело и теперь легко поддавалось руками следователя. Я смотрел на то, как Громов открывает давно запечатанную дверь и чувствовал, как желудок стягивается тугим узлом. Снова дыхание сперло... Я не могу больше, нужно хоть что-то...

- Кто здесь жил? - спросил капитан, отдирая очередной кусок гнилой доски.

Мои скулы свело. Где-то вдалеке раздался вой, очень похожий на волчий, но совсем другой. Так живые звери не воют...

- Тот, кто сделал площадку и высадил те деревья... - набрался я храбрости. За землянкой росло несколько низких, но густых елей. Стоило мне начать говорить, как они затрепыхались. Я с испугу подошел ближе к Громову.

- И кто же это был? - выбив с ноги дверь, поинтересовался следователь.

- Я знаю его как Мастер игрушек. Кто он на самом деле мне неизвестно, - решился все же говорить я. - Он приехал в деревню давно. Говорят, у него не пошли дела в городе, и он прибыл сюда, чтобы уединиться. Мастерил сначала куклы...

Из-за елей вышла какая-то тень. Маленькая, но с очертаниями человека. Мне не нужно было интересоваться, кто это. Стоило Громову включить фонарик и опуститься вниз, как я тут же последовал за ним, чуть не налетев ему на спину. Мне было ужасно страшно. Кажется, даже язык заплетался.

Мы спустились по лестнице метров на семь под землю и встали в коридоре, обшитом добротной вагонкой, почти не тронутой тленом. Еще было множество полок, на которых сидели старые куклы из пластмассы и дерева.

- Да тут не землянка, а какой-то подвал... - пробурчал следователь, направляясь дальше.

- Этот Мастер сначала стал другом всех детей, - продолжал я рассказ. - Просто делал подарки и ничего не требовал взамен. На его участке всегда было много ребятишек, слышался смех и радость.

Мы прошли по коридору в одну единственную комнату. Здесь стоял диван, заваленный бумагами письменный стол, разбросанные старые книги. Рядом с печкой-буржуйкой приютился читальный столик, на котором лежали эскизы игрушек, в том числе клоуна с площадки.

- А затем родители попросили его сделать детскую площадку у озера, за что он взялся с большим энтузиазмом.

У входа послышалось какое-то шуршание. Громов не обратил на него внимания, а я слышал. Отчетливо.

- Сначала все было хорошо. Детям очень понравилась новинка, радовались. Родители были довольны. А затем начали пропадать дети...

Свет фонарика Громова высветил на одной из стен множество фотографий. Детских. Девочек и мальчиков. Около десятка. На лице одного из мальчиков мой взгляд остановился особо. Светловолосый. А рядом девочка с черными как смоль длинными волосками и носиком с горбинкой. Эля...

- Полиция ничего не смогла найти. Любые обвинения в адрес Мастера были бездоказательны...

Громов посветил на полку под фотографиями. На них лежали предметы: очки, ручки, ленточки, цепочки, часы...

- Постой-ка. А это что такое? - Громов посвятил на старые часы с потертым ремешком. - Точно такие же я видел вчера на Святославе...

У входа что-то хрустнуло, а затем с грохотом упало. Громов тут же перевел туда фонарь, выхватывая из-за пояса пистолет. Но я не обратил внимания на происходящее. Я увидел такое, от чего у меня в миг перехватило дух...

- Алиса ... - пробормотал я, зажав в руках кулон жены. В следующий миг я бросился к выходу, не обращая внимания на крики Громова и взмывшие в воздух предметы. Почему же так? Неправильно, надо по-другому!


***


Я бежал, что было сил. Спотыкался, падал, поднимался и снова бежал. Кажется, разбил колени, содрал ладони в кровь. За мной несся Громов, что-то кричал, вроде даже угрожал. Но он не понимает, глупец, он не понимает...

Заходить на участок, чтобы понять произошедшее мне было ненужно. Вся земля вокруг дома была залита красной жижей, она сочилась из приоткрытой двери, ведшей на веранду. Я упал на колени, забрызгавшись жидкостью, и заплакал. Раны и ссадины тут же обожгло ужасной болью.

- Кириллов! Какого черта, ты... - заорал мне на ухо следователь, больно схватив за плечо, но тут же осекся. - Господи...

Заливаясь слезами, я поднял голову и посмотрел куда уставился Громов. На окна моего дома. Через них на нас смотрели люди. И на первом и на втором этаже. У них всех были белые лица и вместо глаз - черные провалы...

- Вы хотели узнать, что здесь происходит? - зарычал я, проглатывая соленые капли. - Я покажу вам. Покажу.

Вскочив резко и плавно, словно кошка, я бросился в сторону Логова. Вокруг застонал ветер, налетели черные облака, сверкнули молнии. Нет, сегодня я не буду бояться. Да и вообще в этом никогда не было никакого смысла. Отчего-то приданный мне глупый инстинкт...

Пулей промчавшись сквозь заросли, я выбежал на площадку. Вся она была залита красной субстанцией, особенно бурлила рядом с головой клоуна. Клоуна! Надо же... Вот шутник.

- Кириллов, что происходит, кто эти люди там...

- Вы сами видели. Это не люди. Помогите, - сказал я, подбежав к клоуну. - Когда я скажу, нажмите на глаз. На счет три. Раз, два, три!

Мы вместе вдавили белки глаз клоуна и тут же отпрянули: старая игрушка затряслась, что-то щелкнуло, а затем голова раскрылась словно бутон, открывая лаз. Красная жижа вокруг бурлила, с неба рвался дождь, гремел гром...

- После вас, - сказал я, и слова мои прозвучали так грозно, что Громов не стал спорить. Только смерил меня задумчивым взглядом и полез вниз.

Стоило нам спуститься, как в огромном зале загорелись свечи в подсвечниках. В тусклом свете возникли множественные фигуры кукол, солдатиков, манекенов, масок, париков. Вдоль стен стояли ряды вешалок с мужской и женской одеждой, бесконечные коробки с обувью. Посередине помещения размещались столы, на которых лежали человеческие тела разной степени разделки... Их тела были прикованы, в том числе за шею.

Громов в ужасе отпрянул к лестнице, но вход с грохотом захлопнулся. Я же медленно проследовал к столам.

- Я не дорассказал вам историю, капитан, - мой голос прозвучал спокойно и почти безмятежно. Словно я наконец-то оказался в безопасности. Наверное, так оно отчасти и было. - Родители не верили, что Мастер здесь ни при чем. Их совсем не убеждали результаты расследования. И они решили разобраться с вопросом по-своему, - я прошел к столу, на котором лежала Алиса. У нее отсутствовала рука и нога - аккуратно отрезанные они лежали в тазу с раствором рядом со столом. Однако красивое спокойно лицо было нетронуто. Странно. Очень часто он начинает с этого... - Как-то ночью они изловили Мастера и привели в его же землянку. Принялись пытать... Но он молил о пощаде и уверял, что ни в чем не виновен. Так продолжалось пару дней, прежде чем отчаянные головы не решили, что Мастер заслуживает смерти, - я коснулся пальцами волос Алисы. Они уже были совсем не такими как раньше - жесткими и сухими словно пакля. Значит, голову и лицо все-таки он уже тронул. Как же быстро... Мои светлые волосы тоже совсем другие. Совсем. - Они перерезали ему горло, а тело утопили в озере. Да, в этой самой роще. В полицию о его пропаже никто не обращался, Мастер сгинул... - Я перевел взгляд на другой стол. Там лежал Святослав. Только не полный - стройный, красивый, с густой шевелюрой рыжих волос. - И спустя неделю после смерти Мастера вернулись дети. Целые и невредимые. Они не помнили, что с ними произошло. Но никто и не пытался более выяснить - все вернулось на круги своя, все вроде бы должно стать прекрасно.

- А что же было не так? - спросил Громов, внимательно наблюдая за мной и с опаской озираясь по сторонам. В руках он держал пистолет с взведенным курком.

- Да нет, все было так, только... В рощу никто больше не ходил, все старались забыть о произошедшем. Кроме одной женщины...

- Зинаиды Петровны, - догадался следователь и сделал несколько шагов к лестнице. В этот же миг Святослав резко сел на столе, посмотрел на меня и улыбнулся, помахав рукой. Алиса тоже открыла глаза и заулыбалась.

- Она ведь любила Мастера, - продолжал я, поглаживая щеки и губы Алисы. - И знала о нем много того, что не знали другие.

Святослав встал и направился к Громову, продолжая улыбаться. Все страхи покинули меня. За время, что я прожил вне деревни, приобрел очень много человеческого. Почти забыл, откуда я.

- Стой! Ни с места! Я буду стрелять! - закричал капитан.

Рыжеволосый не остановился.

- Стой! - заорал Громов и сделал предупредительный выстрел в воздух. Бывший толстяк и глазом не моргнул.

Громыхнули два выстрела, и Святослав рухнул как подкошенный. Жаль... Таким он выглядел намного лучше. Столько труда насмарку.

- И она знала также кое-что о детях, которые вернулись. Особенно об Эли, - проговорил и снова посмотрел на улыбающуюся мне Алису. Залу наполнили крики девочки:

Мамочка, остановись! Что ты делаешь, мамочка! Зачем ты так со мной? Почему? Остановись, не надо!

- Она утопила ее. В этом же самом озере, - продолжал я вещать, заметив как стали собираться тени в зале, постепенно обретая объем у стен. - Вернула обратно к своему отцу и... создателю. Она думала, так будет лучше. Ей казалось, Мастер действительно ушел в никуда. Но она ошибалась. Подарив ему смерть, люди дали ему власть уже не над телом, но над этими местами... - в такт моих слов на поверхности раздалось пару мощных раскатов грома, слышных даже под землей.

Громов занервничал. Он увидел, как вокруг из воздуха появляются темные фигуры и начинают двигаться к нему. Он стал тыкать в каждую пистолетом, но их становилось все больше - пуль явно на всех не хватит. У них были бледные лица с черными провалами вместо глаз. Они ничего не говорили. Просто появлялись и медленно брели в сторону капитана. Хотя такими мне было узнать их трудно, но все они когда-то были моими односельчанами.

- Стоять! Я уже доказал серьезность своих слов! Я буду стрелять!

- Мастер действительно был причастен к исчезновению нас. Меня и Эли, еще остальных детей. Но разве это имело какое-то значение? Честно говоря, я не знаю, кто он на самом деле и действительно ли появился в деревне за пару лет до моего рождения... Но одно мне известно точно, - я взялся за свое левое предплечье, несколько раз дернул его влево и вправо, раздался хруст, и я отсоединил свою руку по локоть, точно также, как у простой куклы, - он настоящий гений!

Громов заорал, открыв беспорядочную стрельбу, но тени уже надежно окружили его. Вскоре его пистолет перестал грохотать, замолк и сам Громов.

Я перевел взгляд на Алису.

- Теперь он станет таким же как и мы. Да, моя куколка?

Потолок над нами треснул, внутрь хлынули струи красной жижи. Она обжигала и в то же время морозила как лед... Н я не собирался двигаться. Я просто смотрел на Алису и гладил ее лицо до тех пор, пока она не утонула в красной субстанции. И даже тогда она продолжала мне улыбаться.


***


Патрульный задумчиво посмотрел в след целой толпе местных, прошедших мимо него с напарником. Они пели песни, распивали что-то из старых глиняных кружек, вокруг них бегали дети, смеялись.

- Ты такое здесь помнишь когда-нибудь? - пробормотал он и посмотрел на ошалевшего напарника. Тот нервно закуривал.

- Уже лет пять в этой деревне жила всего пара человек... - покачал он головой.

- Вот и я не помню... Много чего про это место говорили.

- Кстати, мне показалось, или среди них я следака столичного видел?

- Кого? Громова что ли? - нахмурился патрульный.

- Ага. Мы с ним еще выезжали на труп бабы, что в колодце нашли.

- Да ну, показалось тебе, наверное... - неуверенно сказал полицейский, и капля дождя упала ему на лоб. Из ниоткуда налетевшие тучи недовольно заворчали.

- Странное местечко, странное, - закуривая следующую сигарету, пробормотал напарник.

- Давай-ка свалим отсюда побыстрее, - предложил патрульный, и буквально в считанные мгновения они оказались в машине и дали газу. Еще быстрее они помчались, когда на дорогу вышли два мужчины с девушкой, и один из них был очень похож на капитана Громова. Он даже также склонил голову набок, наблюдая, как старый уазик уносится прочь сквозь стену налетевшего дождя.


Макс Каменски

31.08.2014


1